Батеньков Гавриил Степанович

Стихотворения (Лирика декабристов)

Г.С.БАТЕНЬКОВ

Стихотворения (Лирика декабристов)

Одичалый

Узник

NON EXEGI MONUMENTUM

Гавриил Степанович Батеньков родился в 1793 году. Он храбро сражался во время Отечественной войны, однако после ее окончания, возмущенный насаждением в армии аракчеевских порядков, оставил военную службу. Убеждение в необходимости политических преобразований привело Батенькова в ряды декабристов. Он играл видную роль в тайном обществе: разрабатывал проект конституции, намечался в состав будущего временного правительства. Приговоренный к пятнадцати годам каторги, Батеньков, однако, в Сибирь не попал: ему была уготована иная, беспримерно тяжелая участь: по особому распоряжению Николая I его продержали двадцать лет в одиночном заключении, сначала в Свартгольме, в Финляндии, потом в Алексеевском равелине Петропавловской крепости. Позднее Батеньков жил на поселении в Томске, а после амнистии 1856 года - в Калуге. Там он умер в 1863 году. Долгое время Батенькова считали случайным человеком в литературе и автором одного произведения - стихотворения "Одичалый". Вся несправедливость этого мнения обнаружилась лишь недавно, когда вышла книга А. А. Илюшина "Поэзия декабриста Г. С. Батенькова" (М., МГУ, 1978), где напечатано несколько десятков его стихотворений, большинство из них впервые. В их числе "Узник", "Non exegi monumentum" и другие, ярко характеризующие своеобразие таланта и силу духа этого замечательного человека.

ОДИЧАЛЫЙ

1

Я прежде говорил "Прости!"

В надежде радостных свиданий.

Мечты вилися на пути,

А с ними ряд воздушных зданий,

Там друг приветливый манил.

Туда звала семья родная,

Из полной чаши радость пил,

Надежды светлые питая.

Теперь - прости всему навек!

Зачем живу без наслаждений?

Ужель еще я человек?

Нет!.. да! - для чувства лишь мучений!

Во мне ли оттиск божества?

Я ль создан мира господином?

Создатель - благ. Ужель их два?

Могу ль его назваться сыном?

Шмели покоятся в дупле,

Червяк в пыли по воле гнется

И им не тесно на земле:

Им солнце светит, воздух льется.

Им - все! А мне

Едва во сне

Живая кажется природа...

Ищу в бесчувственной стене

Отзыв подобного мне рода.

2

Вон там туман густой вдали

И буря тучами играет;

Вода одна, и нет земли.

Жизнь томно факел погашает.

Вон там на воздухе висит.

Как страшный остов, камень голый,

И - дик и пуст - шумит, трещит

Вокруг трущобы лес сосновый.

Там серый свет,

Пространства нет,

И время медленно ступает...

Борьбы стихий веаде там след...

Природа в сиротстве рыдает...

И там уму

В тюрьме тюрьму

Еще придумалось устроить...

Легко ему

Во мраке - тьму,

В теснине - тесноту удвоить!

Там пушек ряд,

Там их снаряд;

При каждом входе часовые.

Кругом крутят.

Кругом шумят

Морские волны лишь седые.

Куда пойти?

Кому прийти

Сюда без ведома смотрящих?

И как найти

К родным пути,

Где даже нет и приходящих?

Все это там, друзья, для вас

И редко вам на мысль приходит...

Все это здесь, друзья, для нас:

Здесь взор потухший лишь находит

Пространство в нескольких шагах,

С железом ржавым на дверях,

Соломы сгнившей пук обшитый

И на увлаженных стенах

Следы страданий позабытых.

Живой в гробу,

Кляну судьбу

И день несчастного рожденья!

Страстей борьбу

И жизнь рабу

Зачем вдохнула из презренья?

3

Скажите: светит ли луна?

И есть ли птички хоть на воле?

Им дышат ли зефиры в поле?

По-старому ль цветет весна?

Ужель и люди веселятся?

Ужель не их - их не страшит?

Друг другу смеет поверяться,

И думает, и говорит?

Не верю. Все переменилось:

Земля вращается, стеня,

И солнце красное сокрылось...

Но, может быть, лишь для меня?

4

Вон там весной

Земли пустой

Кусок вода струей отмыла.

Там глушь: полынь мох густой

И будет там моя могила!

Ничьей слезой

Прах бедный мой

В гробу гнилом не оросится,

И на покой

Чужой рукой

Ресниц чета соединится.

Не урна скажет, где лежит

Души бессмертной бренна рама;

Не пышный памятник стоит.

Не холм цветистый - влажна яма.

Кто любит, не придет туда;

Родной и друг искать не будет

Ко мне заросшего следа;

Его могильщик позабудет.

Здесь имя - в гробовую тьму...

Добра о нем не скажут

И с удовольствием к нему

Враги лишь зло одно привяжут.

Погибли чувства и дела.

Все доброе мое забыто,

И не осмелится хвала

Мне приписать его открыто.

Довольно раз

К цепям у нас

Себе позволить отвращенье,

Сказать... поднять чело на час

И расклокочется гоненье...

Кукушка стонет, змей шипит.

Сова качается на ели,

И кожей нетопырь шумит

Вот песнь кругом сырой постели.

Песок несется, ил трясется,

Выходит пар из мокроты,

И ржавый мох в болоте ткется

Вот мне приветные цветы!

Придет холодный финн порой

И, в сердце страх один имея,

Смутится самой тишиной

И скажет: "Здесь приют злодея

Уйдем скорей, уж скоро ночь.

Он чудится и в гробе смутой..."

С колом в руках, в боязни лютой,

Крестясь, пойдет оттоле прочь.

О люди, знаете ль вы сами,

Кто вас любил, кто презирал

И для чего под небесами

Один стоял, другой упал?

Пора придет:

Не лживый свет

Блеснет - все будет обличенье...

Нет! не напрасно дан завет,

Дано святое наставленье.

Что бог - любовь, и вам любить

Единый к благу путь указан...

И тот, кто вас учил так жить,

Сам был гоним, сам был наказан...

Но чем то сердце будет здесь,

Которое любить умело

И с юных лет уже презрело

Своекорыстие и спесь?

Что будет око прозорливо,

Которое земли покров

Так обымало горделиво

И беги мерило миров?

Что будет череп головной.

Разнообразных дум обитель?..

Земля смешается с землей,

Истлит все время-истребитель!

Но скоро ли? Как для меня

Желателен конец дыханья!

Тлен благотворного огня

Сулит покой, конец страданья!

Но, други, в этот самый час,

Как кончу я мой путь печальный,

Быть может, трепет погребальный

Раздастся в сердце и у вас

Иль меж душами нет сношений

И чувство чувства не поймет?

Ненужный вам для наслаждений

Равно - живет иль не живет?

Ужель, себя

Одних любя,

Во мне лишь средство веселиться

Искали вы, и не скорбя,

Могли навек со мной проститься?

И крови глас

Ужели вас

Ко мне порой не призывает?

И дружбы жар в "прости" погас

И стону хохот отвечает?

Пусть так. Забытый и гонимый,

Я сохраню в груди своей

Любви запас неистощимый

Для жизни новой, после сей!

Вкушайте, сильные, покой,

Готовьте новые мученья:

Вы не удушите тюрьмой

Надежды сладкой воскресенья!

Бессмертие! В тебе одном

Одна несчастному отрада:

Покой - в забвеньи гробовом,

Во уповании - награда.

Здесь все, как сон, пройдет. Пождем

Призывный голос навевает.

Мы терпим, бремя мук несем.

Жизнь тихо теплится... и тает...

1827

УЗНИК

Не знаю, сколько долгих лет

Провел в гробу моей темницы...

Был гордый дух вольнее птицы.

Стремящей в небо свой полет.

Вчера, в четверг.

Мой ум померк,

Я к горлу гвоздь приставил ржавый.

Творец мольбы мои отверг

Вершись же смело, пир кровавый!

Не довелось:

Земная ось

Качнулась с силою чрезмерной.

Все затряслось,

И выпал гвоздь

Из длани слабой и неверной.

Качаюсь в каменном мешке

Дитя в уютной колыбели...

Смеюсь в неистовом весельи

И плачу в горестной тоске.

Час предрассветный. На исходе

Угарной ночи кошемар.

Нет, не погас душевный жар

Во мне. несчастном сумасброде!

Стихами пухнет голова,

Я отыскал свой гвоздь любимый

И на стене неумолимой

Пишу заветные слова:

"И слез и радости свидетель,

Тяжелый камень на пути.

Мой гроб и колыбель, прости:

Я слышу скрып могильных петель".

Но. нет же, нет!

К чему сей бред?

Еще мне жить, дождаться воли!

Десятки лет

И сотни бед

Мне суждены в земной юдоли...

Небес лазурь

Душевных бурь

Тщета затмила в день весенний.

Чела высокого не хмурь,

Мой падший гений!..

Падший гений...

Светлеет небо над Невой,

Авроры луч зажегся алый,

А где-то в камере глухой

Томится узник одичалый.

20 - 40-е годы

NON EXEGI MONUMENTUM

[Не воздвиг памятника (лат.). - Ред.]

Себе я не воздвиг литого монумента,

Который бы затмил великость пирамид;

Неясный облик мой изустная легенда

В народной памяти едва ли сохранит.

Но весь я не умру: неведомый потомок

В пыли минувшего разыщет стертый след

И скажет: "Жил поэт, чей голос был негромок,

А все дошел до нас сквозь толщу многих лет".

Узнают обо мне в России необъятной

Лишь те безумцы, чей мне сродствен странный дух.

Ни славой, ни молвой стоустой и превратной

Не отзовется вдруг прошелестевший слух.

О чем сей слух? О том, что, в сумрачной Сибири

Влача свой долгий век, я истину искал,

Что был я одинок, но счастлив в этом мире

И в дни душевных гроз стихи свои слагал.

О Муза! Не гордись тяжелым вдохновеньем

Вошедшего в твой храм угрюмого жреца:

Снискать не суждено его песнотвореньям

Вечнозеленый лавр для твоего венца.

1856

КОММЕНТАРИИ

Г. С. БАТЕНЬКОВ

ОДИЧАЛЫЙ. Ищу в бесчувственной стене отзыв подобного мне рода. Имеется в виду перестукивание узников в смежных камерах.

NON EXEGI MONUMENTUM. Обращаясь к теме 30-й оды Горация, которую разрабатывали Ломоносов, Державин, Пушкин, Батеньков строит свой "антипамятник", где привычным поэтическим формулам придается противоположный смысл.

Content

Батеньков Гавриил Степанович
Стихотворения (Лирика декабристов)