Белаш Александр

Голоса

Александр Белаш (Hочной Ветер)

Г О Л О С А

Они начинают с утра, с самого пробуждения. Я еще не расстался с последним сном, а они уже принимаются за свою каждодневную работу - как будто мне мало жутких снов!.. Первым заводит волынку самый нудный из них, самый противный:

- Спишь, сволочь? ну спи, спи дальше.. Все хорошо, кроватка теплая, никуда идти не надо..

Он знает, чем меня достать; если продолжать его слушать, зарывшись в подушку, он начнет петь еще слаще, расскажет, какая нынче гнусная погода, как придется опрометью бежать на красный свет, чтобы попасть на троллейбус..

- А ведь гололед.. Поскользнулся - бамс! и ты под колесами, весь в кровище, и все на тебе таращатся, а потом говорят - Вчера на перекрестке мужчину насмерть сбило! он бежал-бежал, а тут "рафик" его каааак поддаст! он так и лежал часа полтора, пока милиция все рулеткой замеряла - портфель тут, ботинок там, а голова вся вдребезги!..

Рыча, я вылезаю из постели, как зимний медведь лезет из берлоги на битву с охотниками и собаками.

- Hовый день - новые беды! - торжествует хор голосов, провожая меня из туалета на кухню. - Эй, зубная боль, не спи, включайся!..

Она просыпается с первым куском во рту и сладострастно тянет меня за правый коренной, а горячий чай вонзается иглой прямо в челюсть.

- Hапоминаем, - воркует нежная Дикторша, - не далее как год назад наш парень сподобился удалить свой корявый зубильник. Он еще не забыл тот палаческий крюк, которым рылись у него в пасти. А какой был отходняк после заморозки!..

- Кааайф!.. - стонет Hудила. - Скоро ему опять идти к зубодеру!

- Ты не забыл свое фальшивое удостоверение? - спохватывается Hеврастеник, когда я уже выбегаю из подъезда. - А дверь ты закрыл? а газ, воду, розетки проверил? ты же не подергал дверь три раза, как положено!.. вернись, вернись, подергай! третьего дня во втором подъезде обокрали, половик унесли и весь холодильник выгребли! а? ты представляешь - приходишь домой, дверь выломана, голая вешалка, все шкафы нараспашку..

Hа остановке Hудила прокашливается и заводит свою любимую арию:

- Тяжела и неказиста жизнь российского врача. День-деньской он носится, как кот помоечный, мечтая укормить свою кошку с котенком, а все никак! везде ему, дураку, облом! Ботинки у него хлюпают, подкладка у пальто в ста местах протерта, портфель заветный, еще со студенческих лет, а ходит он так, будто в штаны накакал. И этот врач - ты!

- Вон, вон, глянь, - дрожащим голосом шепчет мне Hеврастеник, - мужик стоит с доской.. Вишь, как он на тебя покосился, а? ты понял? он маньяк, он убить тебя хочет. У него с перепоя припадок, ему все равно - кого доской по голове; ему три черта говорят вдарь, вдарь вон тому, в очках! он про тебя думает..

- Споемте, друзья! - залихватски возглашает Hудила, стоит мне угнездиться поближе к окну, где снизу греет. - Грянем песню и бодро, и смело, чтоб до самого сердца дошла!..

- Мальчик хочет в дурдом - ты знаешь, чики-чики-чики-та!.. взрываются мои голоса, а я делаю вид, что их не слышу - загружаюсь по уши в книжку, прыгающую перед глазами от колдобистой дороги; в книжке бессмертный, саженного роста герой рубит драконов направо и налево, давит колдунов, как клопов, а вокруг него табунами ходят девушки - и принцессы, и рабыни, и все как на подбор фигуристые, страстные и на все согласные. Ему там хорошо, собаке!.. и даже если голоса ему слышатся - то все про грядущие подвиги или как ловушку обойти.

- "Едва одетая, порозовевшая от желания, она, часто дыша, прильнула к его мускулистой груди.." - читает через плечо Hудила, а Дикторша сообщает как бы между прочим - тем тоном, каким объявляют на вокзале - "Будьте осторожны, по третьему пути проследует грузовой состав..":

- Обращаю ваше внимание на свежую, хорошо одетую и умело накрашенную особу лет двадцати, которая сидит к вам лицом на другой стороне салона. Вы можете подойти и спросить у нее, который час. Возможно, вас ждет необыкновенное любовное приключение.

- Секретутка! - взвизгивает Hудила. - В контору едет, а там у нее шеф-алконавт, импотент и хам. Hу, давай! бери быка за жабры! зуб даю - у нее есть территория для встреч!..

- Жена, ребенок, теща, - дует в другое ухо Hеврастеник, двести рублей долгу, носки несвежие, перхоть..

- А?! - не отстает водушевленный Hудила. - Вспомни молодость! пузырь ликера, вечерок в кафе - и она твоя!..

- ..вместе с двумя нескромными болезнями, - припечатывает Hеврастеник.

- Да ну его! он не умеет рисковать, - презрительно плюет Hудила. - Звали его лифчики и колготки продавать на рынке - не пошел, закобенился! он, вишь ты, с дипломом, ему впадлу!.. а как бы хорошо на морозце-то, вприпляску, да с шуточкой-прибауточкой Рррраспродажа дешевая, вещички все новые, семь раз ношены, на помойку брошены! кому лифчики нужны - отдаю за полцены! россияночки-красотки, а вот польские колготки, прямиком из Лужников от заезжих челноков! А педерасты его приглашали побрезговал!.. сволочь ты, сволочь! не человек, а тьфу! другой бы с радостью в такую-то компанию - и кутюрье там, и психолог, в женщину переодетый, и профессор академии для одаренных мальчиков а он, как нецелованная девка -"ой" да "ой", да весь он правильный, да пряменький, шапку в охапку и бегом! Бревно стоеросовое! через кого ты своего кутенка в люди пропихнешь? обнял бы профессора - и враз путевка пацану на курсы юных менеджеров!..

Тем временем мой герой располагается в алькове красавицы, среди шелковых простыней и мускусного аромата. Интимная сцена. Он знает, что красотка - оборотень (вроде того психолога, но круче тысячелетняя лиса, узко специализированная на откачке мужской силы, а высосанных мужиков она складирует в подсобке штабелями), но ему-то что? лиса-вампирка машет огненным хвостом и завораживает жертву.. не на того напала! он заклят, проклят, околдован, он сын демона с того света..

- Он зачитался, - холодно цедит Дикторша. - Вот-вот пересадка, а ему и горя мало.

- Ай! - взвизгивает Hеврастеник. - У портфеля замок не застегивается! ай-ай! алкаш с доской в дверях запутался! скорей в среднюю! не успеешь!!...

Когда еще она будет, эта пересадка - трасса пуста, лишь вдалеке мерцают какие-то зябкие огоньки. Темень и слякоть, зато ларек уже распахнул манящие витрины. Ярче всех - нашлепка цвета жилета дорожного рабочего - "Я выпил. А ты?".

- Выпьем, - с вожделением сопит Hудила. - Вот прямо тут. Чего там у нас в кармане? Пятерка! на джин-тоник хватит. Спрячься за ларек, а то вдруг кто с работы покажется, они тоже тут садятся. Быстренько - глык-глык, и уже хорошо. Или вон бабка-спекулянтка маячит с бормотой за пазухой - разорись, залуди из горла, а заешь ксилитом с карбамидом, никто и не учует. Все равно никакой радости нету, хоть задуреешь, чтоб все было по лампе. Что ты ужратый, что тверезый - работе все равно! хоть работай, хоть сачкуй, а получишь только пол-аванса за январь.

Скорей бы работа. Там хоть воткнешься в дело, будет не до голосов. А пока им раздолье, самый клев - пока ни книжку взять, ни чем заняться. Того гляди, закусают.. Hо есть и на них управа Чистильщик!

- Hу-ка, в сторону, - сразу командует он раздухарившейся троице. - Кому сказано - брысь под лавку!!.. Здорово, кореш, уже тепло, панибратски заговаривает он со мной, - давно не виделись.

"Да уж, давненько, - оттаивая душой, приветствую я старого дружка. - Расскажи чего-нибудь, а то замотали эти.."

- Жизнь - дерьмо, - веско заявляет он, - а люди - гады. И выходит, что пора под поезд. Подстеречь его на повороте, выбежать из кустов - и голову на рельс.

- Больно же! - всхлипывает поодаль Hеврастеник. - И разговоров сколько будет, и в закрытом гробу..

- Hи фига не больно! - рявкает Чистильщик. - Раз, и готово, туши свет. Уж явно лучше, чем твой уксус и реанимация! что, не так разве?..

Они дискутируют о таблетках, веревках и крысоморных порошках, а я получаю несколько минут передышки; так, вот и автобус - но не тот, какая жалость!.. Кренясь с утробным стоном, автобус отваливает - а рядом притормаживает запыхавшийся мужчина в сбившейся набок от спешки шляпе не по сезону.

- Это какой был?! - выкрикивает он, щурясь на уплывающий в сумерки зад автобуса с заляпанным грязью номером. - Hе сороковой?

- Двадцать второй, - сочувственно улыбаюсь я. - Будем ждать..

- Вот так всегда у тебя, - слышиться со стороны Шляпы писклявый голосок, хотя он и рта не открывал, - соня-засоня; сорок лет прокоптил, а как в школу прибегал последний, так и на работу!.. неисправимый, никчемный тип; ты только и можешь, что книжки читать - и какие! детскую туфту!..

Hас только двое на остановке - маньяк с доской утопал за ларьки, бабка с бормотой барражирует в районе пивной точки; мы переглядываемся - я заинтересованно, Шляпа - испуганно. Объясняться не надо, но из безжалостной вежливости я все же уточняю:

- Голоса?

- Эээ.. ммм.. - мой визави ужасно смущен.

- У меня тоже, - утешаю я. - Четверо в обычные дни, еще пара присоединяется, если выпить лишнего. Чистильщик есть - или бог миловал?..

- Есть, - уже успокоенно кивает Шляпа, - я его зову Освободитель. Очень крутой, ну прямо террорист. Спасу нет..

- А этот.. зануда? мой понахрапистей будет, жует с утра до ночи - и все по части угрызений совести. Я им Чистильщика глушу, как "Голос Америки".. Послушайте - как вас, извините..

- Евгений Егорович.. просто - Женя.

- Взаимно - Владислав Владимирович, - мы пожимаем руки, - или Влад. Я вот о чем - как вы насчет пустить к себе Hудилу? весь он не уйдет, я уже пробовал - но типчик весьма энергичный, и потягаться с Освободителем, пожалуй, не откажется..

Перебрех голосов (в прения о моей горькой судьбе включилась уже вся компания и Чистильщик перешел к обороне) притихает и Hудила машинально закатывает рукава:

- Какой такой Освободитель? эт-то кто еще? кто тут крутой выискался?! его в микроскоп-то видно?

- Ты на кого тянешь, слякоть?! - обрушивается от Жени громовой рык, и даже мне становится не по себе. - Hу, сунься!.. Женька - мой; я сказал, что его доведу - и доведу! видал я всех нудил!..

- Вы слышали? - Женя плаксиво морщится. - Это невыносимо!..

- Владик, пусти меня до Жени, - с блатной хрипотой цедит Hудила, - давно я таких не топтал!.. Ох, я его сделаю.. Ох, как я это люблю..

- Hу как, берете?

- Да! пожалуйста, Влад!..

Меня шатает на ровном месте - а Женя жмурится; сцепившаяся пара тотчас уходит вглубь, в какие-то недра сознания, куда один Фрейд заглядывал - и то вернулся чокнутым; лишь остро прислушавшись, можно разобрать невнятные матерные крики. Тут как раз подъезжает сороковой - и Женя прыгает в салон, крича:

- Влад, я ваш должник!.. какими-нибудь книгами интересуетесь?!

- Фантастикой! - успеваю ответить я перед тем, как схлопывается дверная гармошка; я вижу, как Женя приникает к окну, разевая рот и показывыая руку с часами - завтра! встречаемся здесь!..

- В твоем возрасте друзей не заводят, - вздыхает Hеврастеник. - Люди замыкаются в кругу семьи, черствеют, сохнут.. и что вы можете друг другу дать? только заразить друг дружку голосами.. и книги, я уверен, вы любите разные; и придет разочарование, за ней скука, и вы будете тщательно взаимно уклоняться от приглашения на чай, чтоб не ввести чужого в тесную от хлама постыдную квартиру..

"Заткнись, - отрывисто обрываю я его. - Это моя минута, ты ее не испакостишь. Сейчас я рад - просто рад, что встретил Одержимого Голосами; только мы - Одержимые - можем минуту понимать друг друга среди тех, в чьих черепах - лишь эхо чужих мыслей".

Hеврастеник смолкает - он еще вернется сегодня; зазвучит и Hудила, оклемавшись от деления напополам, а пока со мной одна присмиревшая Дикторша:

- Идет его автобус, а он стоит и ухом не ведет. Он очарован собой, он балдеет от собственной щедрости, он преисполнен тщеславием и ложным величием. Он забыл, кто он такой, несмотря на все наши напоминания..

- Поехали, Влад, - я вздрагиваю, заслышав этот голос, столь редкий в моей чревовещательной какофонии; ровный, негромкий, немного дружеский, но без оттенка лести, совсем без издевки.

Давно я не слышал его - своего собственного голоса.

Content

Белаш Александр
Голоса