Белецкий Родион

После армии

Родион Белецкий

После армии

(Комедия в двух действиях)

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ИЛЬЯ

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА - мать Ильи

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ - отец Ильи

ВОВКА - друг Ильи

АЛиНА

АЛЬБИНА

СВЕТА

КАПИТАН МИЛИЦИИ

ПЕРВОЕ ДЕЙСТВИЕ

КВАРТИРА CКУЧЕНКОВЫХ. Все события будут происходить в трех местах: в прихожей, на кухне, в комнате Ильи.

Комната ИЛЬИ. ИЛЬЯ и ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА. Илья день назад демобилизовался. Он коротко стрижен и мрачен. ИЛЬЯ сидит на диване, ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА стоит над ним.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Плевать на нее! И не спорь со мной, сынок. Я этих (ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА выпускает слово) прости Господи, знаешь, сколько насмотрелась у себя в отделении! Приходит такая, тихая, глазки потупит, прямо, ангел божий! Начинаешь ее обследовать, а у нее целый букет.... Ну ты понимаешь, сынок, о каком "букете" я говорю.

ИЛЬЯ: Понимаю, мама, понимаю.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Спрашиваю ее, связи были? Она сперва, сю-сю-сю, меньжуется, а потом, были, говорит.

ИЛЬЯ: Ты меня всем этим хочешь утешить?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: И не расстраивайся, сынок, не дождалась, ну и леший бы с ней! Была у тебя Танька, будет Любка, или Клавка. У моей подруги... Надежда, с бельмом такая, помнишь?

ИЛЬЯ: Нет.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Так вот у нее дочка есть. Золото! Красавица! Скромница непорочная.

ИЛЬЯ: Мама, не надо мне твоих девушек. Я знаю, что это такое.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не хочешь, сынок, как хочешь. Ты теперь у меня мальчик взрослый. Должен сам все решать. Тебе теперь главное, в жизни определиться. А то меня уже отец замучил, что он собирается делать, чем заниматься, всю ночь спать не давал, спрашивал. У меня одна знакомая есть. Прекрасная женщина. У меня лечится. Проректором в институте работает. Я с ней говорила насчет тебя. Она мне, кровь из носу, обещала тебя без экзаменов принять. На инженера морозильных установок будешь учиться. Профессия на всю жизнь!

ИЛЬЯ: Я в театральный хочу поступать.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Опять он за свое! Хорошо, не хочешь учиться, иди работай.

ИЛЬЯ: Я хочу учиться. На актера.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Мы же с тобой обо всем уже договорились.

ИЛЬЯ: Ни о чем мы не договорились.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ну ходил ты в эту театральную школу, ну и что? Ходил для общего воспитания. Ты на своих одноклассников посмотри, кто-нибудь из них в артисты пошел?

ИЛЬЯ: Пошел. Вовка пошел. В ГИТИСе учится.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вовка всегда был дурак-дураком. Не пришей кобыле хвост. Таким и остался. А посмотри, остальные? Серьезными делами занимаются. Деньги зарабатывают. А ты что, опять собираешься у матери родной на шее сидеть?

ИЛЬЯ: Не собираюсь.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты же ходил до армии, на все эти туры-перетуры и ничего из этого не вышло. И хорошо. Тем более тебе уже поздно поступать.

ИЛЬЯ: Ты во всем виновата! Ты меня сколько лет от армии бегать заставляла. Все равно забрали.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я хотела как лучше. А теперь, конечно, легко мать родную обвинять, которая жизнь за тебя положила!

На глазах у ГАЛИНЫ ВАСИЛЬЕВНЫ появляются слезы.

ИЛЬЯ:(раздраженно) Хватит тебе, мам. Знаю я все твои штучки!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Кого я вырастила-выкормила! Грубияна неблагодарного! Даже сердце заболело. Вот помру, жалеть будешь, но будет уже поздно!

ИЛЬЯ: Ну хорошо, мам, прости. Прости меня, пожалуйста. Ну что мне теперь, на колени встать?

Но тут ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА резко перестает рыдать.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вроде, в дверь звонили.

ИЛЬЯ: Я не слышал.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Неудивительно! Отцу еще рано.

ИЛЬЯ: Это Вовка. Я с ним по телефону говорил.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я тебе ничего такого не внушаю, но твой Вовка поганец из поганцев! За два года ни разу не написал. А прошлым летом, перед тем, как к тебе ехать, зашла к нему, черкни говорю, другу, а он говорит, привет ему передайте. Одно слово, поганец.

ИЛЬЯ: Может, он чем-то занят был.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Занятой поганец.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА идет в прихожую и открывает дверь. На пороге стоит ВОВКА - друг ИЛЬИ.

ВОВКА: Здравствуйте.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Здравствуй, Вовочка! Здравствуй, милый. А я только что у Илюши спрашиваю, что забыли тебя друзья твои верные, пока ты в армии был? Вот, Вова что-то не заходит. А как дружили, как дружили! С детского сада еще. Помню, ты Илюшке автомат сломал, а он тебя так и не выдал.

ВОВКА: Мы и сейчас дружим.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вижу, вижу, молодцы! Ну вы развлекайтесь здесь, мальчики, курите сигареты.... Небось и выпить с собой принес?

ВОВКА: Нет, честное слово. Здорово!

ВОВКА бросается к ИЛЬЕ, который тоже вышел из комнаты, и обнимает его.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: А если и принес, то не беда, если по рюмочке, за встречу. Илюшке после армии расслабиться надо. А я пойду в магазин. Мне еще отца кормить надо.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА уходит. ВОВКА сразу направляется на кухню, ИЛЬЯ следует за ним.

ВОВКА: Как дела? Чего кислый такой?

ИЛЬЯ: А что, веселится мне прикажешь?

ВОВКА: Да! Да! Ты же из армии пришел! Два года отпахал! Теперь свобода! Воля! Девки!

ИЛЬЯ: Неопределенность. Неприкаянность. Отсутствие гражданской одежды и денег.

ВОВКА: Ладно прибеднятся. Мама тебе все купит. Ты лучше расскажи как армейка? Ты портянки носил?

ИЛЬЯ: Да.

ВОВКА: А из автомата стрелял?

ИЛЬЯ: Да.

ВОВКА: А "деды" у вас были?

ИЛЬЯ: Да.

ВОВКА: Спасибо за интересный рассказ.

ИЛЬЯ: Танька мне вчера сказала, что все эти два года с хоккеистом жила.

ВОВКА: Вот стерва-то.

ИЛЬЯ: Ты же все знал.

ВОВКА: Знал.

ИЛЬЯ: Чего ж не написал?

ВОВКА: Огорчать тебя не хотел.

ИЛЬЯ: Спасибо тебе.

ВОВКА: Страдаешь. Да хрен с ней, забудь. Знаешь сколько девиц на свете? Миллионы. И все не против. У меня в институте, знаешь, сколько бродит голодных, как волчицы. Хочешь тебе приведу какую-нибудь?

ИЛЬЯ: Ты не понимаешь.

ВОВКА: Что?

ИЛЬЯ: Я жениться хотел. Я любил ее, я ей верил.

ВОВКА: Ты странный человек, всем веришь. Как ребенок, ей-богу. А Танька, с таким же успехом можно было верить телевизору!

ВОВКА открыл холодильник.

ВОВКА: Где у тебя селедка.

ИЛЬЯ: Нету.

ВОВКА: Странно. Что ж, придется есть колбасу.

ИЛЬЯ: Вов, я решил все-таки попытаться в театральный. Ты меня можешь послушать?

ВОВКА: Могу, конечно. Ты серьезно?

ИЛЬЯ: А что?

ВОВКА: Ничего.

ИЛЬЯ: И что ты этим "ничего" хочешь сказать?

ВОВКА: Ничего.

ИЛЬЯ: Ты -то хоть меня не отговаривай! Не хочешь помочь, так и скажи!

ВОВКА: Почему, я хочу.

ИЛЬЯ: Тогда, помогай.

ВОВКА: Прямо сейчас?

ИЛЬЯ: Да.

ВОВКА: Хорошо. Что ты собираешься читать?

ИЛЬЯ: То что до армии читал. Тютчева.

ВОВКА: А других стихов ты не знаешь, что-нибудь веселенькое?

ИЛЬЯ: Знаю. Но хочу это. Оно мне близко.

ВОВКА: Ладно.

ВОВКА садится на табурет, напротив стоящего ИЛЬИ.

ВОВКА: Давай, читай. Представь, что я приемная комиссия. Из ста двадцати членов.

ИЛЬЯ: Так много не бывает.

ВОВКА: Бывает. Давай.

ИЛЬЯ сразу зажимается, становится деревянным, еле выдавливает из себя слова.

ИЛЬЯ: Федор Иванович Тютчев. Кораблекрушение. "Надежда и любовь - все все погибло. А сам я бедный обнаженный труп..."

Неожиданно ВОВКА начинает смеяться. Он пробует остановиться, но смех душит его.

ИЛЬЯ: Что такое?

ВОВКА: Ничего.

Еще один приступ смеха, который ВОВКА с трудом подавляет.

ИЛЬЯ: Если ты пришел издеваться надо мной, тогда уходи.

ВОВКА: Прости меня. Я не сдержался.

ИЛЬЯ: Что значит, не сдержался?

ВОВКА опять хохочет, затем подавляет смех.

ИЛЬЯ: Я не собирался тебя веселить.

ВОВКА: Конечно-конечно. Это я виноват.

ВОВКА прыскает от смеха.

ИЛЬЯ: Ну все...

ВОВКА: Прости, извини. Больше не повторится. А проза у тебя какая?

ИЛЬЯ: Достоевский, "Записки из подполья", отрывок.

ВОВКА: А что, хорошо. И совсем не мрачно.

ИЛЬЯ: Читать?

ВОВКА: Слушай, давай завтра начнем. С утра. Я сегодня что-то легкомысленно настроен. Нет, программу я тебе обязательно помогу сделать. Будешь читать как Юрский.

ИЛЬЯ: Опять издеваешься?

ВОВКА: А сейчас пойдем прошвырнемся. К нам в общагу. Там перец один есть. Каждый день свой день рожденья справляет.

ИЛЬЯ: Зачем это?

ВОВКА: Плохо что ли, каждый день праздник? Пойдем. Там клево. Девки на столах танцевать будут.

ИЛЬЯ: Не пойду.

ВОВКА: Да перестань. Дома что ли будешь сидеть?

ИЛЬЯ: У меня дела есть.

ВОВКА: Знаю я все твои дела.

ИЛЬЯ: Только не надо пошлить.

ВОВКА: Уговорил. А можно я тогда бутылку коньяку у тебя возьму. Неудобно без подарка идти.

ИЛЬЯ: Бери.

ВОВКА берет из холодильника бутылку, а заодно и батон сухой колбасы.

ВОВКА: Ну, бывай. Я пошел.

ИЛЬЯ: Пока.

ВОВКА выходит из квартиры. Илья закрывает за ним дверь и слышит, как он прыскает на лестнице. ИЛЬЯ идет в свою комнату, подходит к своей кровати, засовывает руку под подушку и достает оттуда "еженедельник", садится на кровать и раскрывает его.

ЗАТЕМНЕНИЕ.

КВАРТИРА СКУЧЕНКОВЫХ

Раздается дверной звонок. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА выходит из кухни, подходит к входной двери и впускает в квартиру ИЛЬЮ. Целует его.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Как измоталась, как измоталась сегодня за день. Прямо как тряпка. Отожми и брось. До обеда УЗИ. А в обед и крошки в рот не положила. Успела только котлет несчастных купить.

ИЛЬЯ: Мне никто не звонил?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не звонила твоя Танька-шманька!

ИЛЬЯ: При чем здесь она?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: А что я такого сказала, чтобы сразу мать оскорблять?

ИЛЬЯ: Все, я молчу.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Куда ходил, сыночек?

ИЛЬЯ: Во Щепкинское училище про первый тур узнавал.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сегодня же я отцу скажу про твои щепки. На меня тебе наплевать, так его послушаешься. У него разговор короткий, ты знаешь.

ИЛЬЯ: Знаю, знаю. Дай поесть.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Погоди на кухню идти. Ты Веру Исаковну помнишь?

ИЛЬЯ: Нет.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Жизнь нашу приходила страховать. У нее еще на макушке лысинка.

ИЛЬЯ: Не помню.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Так у нас сейчас дочка ее на кухне сидит.

ИЛЬЯ: Какая дочка?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Замечательная девушка. Натуральная блондинка. Очень много про тебя слышала и хочет с тобой познакомиться. (кричит) Альбиночка.

ИЛЬЯ: Да ты что?! Какая Альбиночка? Зачем ты ее привела?! Я ухожу!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: И не думай об этом. Человек ждет. Все. Я в гости. Вы должны друг другу понравиться!

ИЛЬЯ: Мама, ты чудовище.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Шампанское в холодильнике.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА закрывает за собой дверь. ИЛЬЯ остается стоять. Затем поворачивается и идет на кухню. Встает в дверях. За кухонным столом сидит девушка.

ИЛЬЯ: Здравствуйте. Меня зовут Илья.

АЛЬБИНА: Альбина.

ИЛЬЯ: Очень приятно. Может быть пойдемте посидим в мою комнату.

АЛЬБИНА: На что вы намекаете?

ИЛЬЯ: Там удобнее.

АЛЬБИНА: Не надо.

ИЛЬЯ пожимает плечами, проходит и садится за стол напротив девушки. Молчанье.

ИЛЬЯ: Какое у вас необычное имя. Альбина. Очень редкое.

АЛЬБИНА: У меня и отчество редкое.

ИЛЬЯ: Какое, простите.

АЛЬБИНА: Эрастовна.

ИЛЬЯ: Да, действительно.

АЛЬБИНА: А фамилия обычная - Попова.

ИЛЬЯ: А у меня в армии был сослуживец, так у него фамилия была американская - Джонсон. Серьезно. Я сперва не верил, так он мне в доказательство военный билет показал. А там прямо так и написано - Джонсон.

АЛЬБИНА: А вы почему усы не носите?

ИЛЬЯ: Не знаю. Но вообще они у меня густые растут. Я пробовал. А еще у одного парня из пятой роты фамилия была Четыре.

АЛЬБИНА: Это же цифра.

ИЛЬЯ: Правильно, цифра. А у него это была фамилия. Выпить не хотите?

АЛЬБИНА: Хочу. Только с закуской.

ИЛЬЯ встает, открывает холодильник и достает оттуда бутылку шампанского, бокалы и коробку.

ИЛЬЯ: Шампанское и конфеты!

ИЛЬЯ открывает шампанское.

АЛЬБИНА: Вы специально бутылку на меня направили?

ИЛЬЯ: Нет. Простите.

ИЛЬЯ разливает шампанское, открывает конфеты.

ИЛЬЯ: Давайте перейдем на "ты".

АЛЬБИНА: Вы переходите, а мне еще рано.

ИЛЬЯ: Хорошо. Давайте выпьем просто так. За любовь.

АЛЬБИНА: Что вы имеете в виду?

ИЛЬЯ: За дружбу.

АЛЬБИНА: Согласна.

Чокаются, выпивают, закусывают.

ИЛЬЯ: Еще была одна история. Стоял один узбек на посту, а мимо него проходил генерал. И он этого генерала, представляете, генерала, на взлетную полосу положил и заставил его плашмя лежать до прихода разводящего.

АЛЬБИНА: Мамочки.

ИЛЬЯ: Представляете. И ничего этому узбеку потом не сделали, потому что он точно по уставу действовал.

АЛЬБИНА: Мама.

ИЛЬЯ: Что с вами?

АЛЬБИНА: Мне плохо. Мне спиртного совсем нельзя.

ИЛЬЯ: А зачем же вы пить стали?

АЛЬБИНА: Потому что вы мне предложили.

ИЛЬЯ: Я?

АЛЬБИНА: Боже, какие же все мужчины лживые. Ненавижу вас.

ИЛЬЯ: За что?

АЛЬБИНА: Отвратительные, мерзкие предатели. Сколько вам хорошего не делай, вы все равно гадость в ответ. Подлые негодяи. Пять лет обещал жену бросить, а я ждала его, как дура.

ИЛЬЯ: Кого ждали?

АЛЬБИНА: Вы его не знаете. Ой, мне совсем плохо. Где у вас?

ИЛЬЯ: В коридоре.

АЛЬБИНА быстро снимает сережки.

АЛЬБИНА: Подержите, а то они всегда падают. Ненавижу вас.

АЛЬБИНА выбегает из кухни..

ИЛЬЯ: Дурак я, дурак. Ведь предлагали на сверхсрочную остаться.

ЗАТЕМНЕНИЕ

Кухня. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА и ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ - папа ИЛЬИ.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я тебе утром дала сто тысяч.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Ну я пообедал.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Двадцать тысяч.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Газету купил.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Тысяча.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Две.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не нужна тебе такая газета! Пойдем дальше.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Туда-сюда, осталось какая-то мелочь.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Двадцать две тысячи ты истратил. Где остальное?

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Галя, можешь мне не верить, но я их потерял.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Опять?!

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ молчит.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Опять себе журналов с бабами накупил?

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ молчит.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Какой пример ты подаешь своему сыну.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Он уже взрослый. И потом я их прячу.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Плохо прячешь. Он их нашел вчера.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Это те которые в духовке?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Да.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: А обратно положил?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Мальчику сейчас трудно. Он узнал, что эта девка с которой он переписывался все два года встречалась с другим.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Это которая, Татьяна?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Да. Татьяна.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: А что ты кричишь, я все слышу.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Он переживает. Мало кушает и много курит. Ко всему этому он решил опять поступать в театральное.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Ну и что?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты думаешь, ну и что, а я думаю, это для мужика не профессия, как проститутка, ей Богу, рожи корчить. Тем более в наше время. Если б ты был артист, я бы за тебя ни за что не пошла. Вру ребенку, вот ужо папа с тобой поговорит, а папе хоть бы хрен по деревне. Он негритянок голозадых в сортире разглядывает. Ты должен поговорить с ним.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Нет, ты уж сама.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты должен!

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ мотает головой.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты отец!

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ мотает головой.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Двадцать.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ опять мотает головой.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Тридцать.

ЭДУАРД ВАСИЛЬЕВИЧ: Мало. Восемьдесят и пирог в воскресенье.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Пятьдесят и обойдешься без пирога.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Хорошо. Не кипятись только.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА расплачивается с мужем.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сегодня он на прослушивание ходил и не отобрали его. Даже, говорит, стихотворение докончить не дали. Сидит теперь расстроенный. Нашел из-за чего. Иди. Внуши ему, чтобы бросал он это искусство к чертовой матери. И про личную жизнь расспроси, чего у него там. А то он со мной со вчерашнего дня не разговаривает. И это за все мои труды. Какую девушку ему нашла. Клад. Не понравилась ему. Обиделся. Думала хоть мужиком станет за два года-то, куда там. Такой же тюфяк, прости меня Господи, грешную! Давай, топай.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ покорно входит из кухни и идет в комнату ИЛЬИ. Стучит в дверь. Нет ответа. От открывает двери. Илья сидит на кровати с "еженедельником" в руках и пишет.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Привет, сынок.

ИЛЬЯ: Привет, пап.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ проходит и садится на кровать возле ИЛЬИ.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Что делаешь, сынок?

ИЛЬЯ: Сижу, пап.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: И я посижу.(смеется один) Что пишешь, стихи?

ИЛЬЯ: Почти.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Ну и как тебе гражданская жизнь, нравится?

ИЛЬЯ: Нет.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: И мне не нравится. И знаешь, больше всего я сейчас жалею, что не стал артистом.

ИЛЬЯ: Ты о чем?

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Не важно. А как вообще настроение?

ИЛЬЯ: Нормальное.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Это видно. Вот когда меня в молодости обманывали девушки, я никогда не падал духом. Я просто шел Парк Культуры, садился в колесо обозрения, поднимался наверх и бросался сверху яйцами. Мне очень помогало. Когда попадал в кого-нибудь. Ты смотри, а то у нас в холодильнике два десятка есть.

ИЛЬЯ: Да все отлично. Я уже не переживаю.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Это видно. Мать сказала, ты в актеры хочешь?

ИЛЬЯ: И что?

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Я, лично, поддерживаю. Хорошее дело. И денежное. Я вон слышал Табаков артист очень богатый. Так что удачи тебе сынок. А на мать не обижайся. Она тебе добра хочет. Да и мне, к сожалению, тоже.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ хлопает сына по плечу и выходит из комнаты. Заходит на кухню.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ну что?

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Что-что, я ему говорю, далось тебе это актерство, а он уперся и ни в какую. Хочу, говорит, на сцену и на экран.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я ему устрою сцену. А из-за девки этой все расстраивается?

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Мне кажется, да.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Когда кажется, крестится надо.

Эдуард Васильевич крестится.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Нет ума - считай калека.

ЗАТЕМНЕНИЕ.

КОМНАТА ИЛЬИ.

Прошло несколько дней. ИЛЬЯ в другой одежде, чем в предыдущей сцене сидит на кровати и что-то пишет в "еженедельник". Распахивается дверь и в комнату заходит ВОВКА.

ВОВКА: Здорово. Что пишешь? Дай почитать.

ИЛЬЯ: Не дам.

ВОВКА: Не очень-то и хотелось. Я шел к тебе и всю дорогу думал, как это вы в армии вставали по команде. Ведь если ты спишь на нижней полке и тебе нужно резко вскочить, ты обязательно должен будешь удариться об верхнюю полку. Ты вот, к примеру, на какой спал?

ИЛЬЯ: На нижней.

ВОВКА: И как у тебя с головой?

ИЛЬЯ: Тебе весело?

ВОВКА: Очень. А тебе?

ИЛЬЯ: Еще как! В ГИТИСе я тоже пролетел. Час назад. А ведь ты же сказал, что обо всем договорился.

ВОВКА: Договорился, чтобы на тебя обратили внимание.

ИЛЬЯ: Почти всю десятку на второй тур пропустили. Мне же, спасибо, говорят, простите, приходите на следующий год. А мне в следующем году уже на пенсию пора будет.

ВОВКА: Ты послушай...

ИЛЬЯ: Только не сегодня. Не обижайся, Вов, но сейчас я хочу побыть один.

ВОВКА: А ты что хотел, чтобы с твоей программой тебе сразу диплом дали?!

ИЛЬЯ: Ты со мной эту программу сам репетировал.

ВОВКА: Это потому что ты уперся, как баран! Ты только вдумайся. что ты читаешь. "Надежда и любовь - все, все погибло, а сам я бледный, обнаженный труп...". Ну какой же ты, к черту, труп?

ИЛЬЯ: У меня мироощущение такое.

ВОВКА: Что ты труп?

ИЛЬЯ: Да.

ВОВКА: А я чувствую, чем-то здесь пахнет.

ИЛЬЯ: Это пошлая шутка.

ВОВКА: Согласен. А про надежду и любовь? Почему это у тебя все погибло? Посмотри на себя: здоровая пачка, в дверь не влезает, руки ноги на месте, армейку отпахал, на улице весна, еды дома - полный холодильник. Чего тебе еще не хватает?

ИЛЬЯ: Может быть мне чуть-чуть не хватает твоего уважения.

ВОВКА: Ладно, проехали. А то опять на три месяца обидишься.

ИЛЬЯ: На два с половиной.

ВОВКА: Ну ничего, два с половиной я выдержу. Сейчас...

ВОВКА выходит из комнаты и сейчас же возвращается с большим зеркалом, которое он снял в прихожей.

ВОВКА: Вот. Посмотри на себя.

ИЛЬЯ: И что?

ВОВКА: Ничего не замечаешь?

ИЛЬЯ: Нет.

ВОВКА: Ты же СМЕШНОЙ!! Ты что, сам не видишь?! Тебе и читать нужно что-нибудь комическое. Зощенко, может быть. А ты ходишь и всех своим Достоевским пытаешь.

ИЛЬЯ: А ты мне их всех смешить прикажешь?

ВОВКА: Да. А зачем ты тогда в актеры идешь?

ИЛЬЯ:(очень серьезно) Чтобы что-то сказать миру!

ВОВКА: Нет, я лучше и правда пойду. Через два с половиной месяца созвонимся.

ВОВКА хочет уйти, но в это время в комнату заходит АЛиНА.

АЛиНА:(Вовке) Сколько тебя можно ждать?! Я уже от скуки со всеми бабками у подъезда переругалась. (Илье) Привет.

ИЛЬЯ: Привет.

"Еженедельник" выпадает из рук ИЛЬИ. Он во все глаза смотрит на АЛиНУ.

АЛиНА:(Илье) У вас книжка упала.

ВОВКА:(Алене) Зачем ты сюда пришла? Я бы сейчас спустился.

АЛиНА: Ничего страшного, правда?

ИЛЬЯ, не в силах ответить, только кивает головой.

ВОВКА: Илья, это Алена. Алена, это Илья.

АЛиНА: Я там познакомилась с вашей мамой. Она у вас замечательная. Такая добрая и за вас переживает. Мне кажется, ее легко обидеть.

ИЛЬЯ: А это точно была моя мама?

ВОВКА:(Алене) Дорогая, подожди меня внизу, я сейчас.

АЛиНА: Пять минут и я ухожу. (Илье) До свидания.

ИЛЬЯ:(заворожено) Ага.

АЛиНА выходит.

ВОВКА: Я вообще пришел попросить тебя сделать мне одну услугу. Но не просто так. За это я дам тебе один очень важный совет.

ИЛЬЯ: Денег нет.

ВОВКА: О чем ты?! Денег - море. Скажи, у тебя родители на выходные уезжают?

ИЛЬЯ: А что?

ВОВКА: Можно я с одной девицей здесь того-с?

ИЛЬЯ: С этой?

ВОВКА: Какая разница.

ИЛЬЯ: У меня не притон.

ВОВКА: Я знаю. Можно?

ИЛЬЯ: Только не на родительской кровати.

ВОВКА: Лады. Целую в лобик.

ВОВКА хочет уйти.

ИЛЬЯ: Подожди, а совет?

ВОВКА: Пардон. Я заметил, ты, как из армии вернулся, стал вместо слова "табуретка", говорить "тубаретка", а это грамматически неверно. И потом это всех шокирует. И меня тоже. Подумай об этом.

ВОВКА выходит.

ИЛЬЯ: Тубаретка?!

ИЛЬЯ подходит к зеркалу, которое ВОВКА принес из прихожей, останавливается напротив него и улыбается. Правда, вместо улыбки, у него получается какой-то оскал. Так, оскалившись, он стоит перед зеркалом. Двери комнаты тихо открываются и в комнату проскальзывает СВЕТА, девушка одетая в платье кричащих цветов. Илья отворачивается от зеркала и замечает СВЕТУ.

ИЛЬЯ: Вы кто?

СВЕТА: Я - Света.

ИЛЬЯ: Вы к матери пришли?

СВЕТА: Нет, к вам. Галина Васильевна сказала, что вы хотите со мной познакомиться.

ИЛЬЯ выбегает в прихожую.

ИЛЬЯ:(кричит) Мама, ну сколько можно?! Устроила здесь, блин, дом свиданий! Мама!

СВЕТА: Она ушла. А что вы хотели?

ИЛЬЯ возвращается в комнату.

ИЛЬЯ: Дело в следующем, моя мама насильно знакомит меня с девушками, потому что я, наверное, кажусь ей одиноким.

СВЕТА: Выглядите вы одиноким.

ИЛЬЯ:(почти про себя) Хорошо, что не смешным. А теперь я прошу, уйдите, пожалуйста.

СВЕТА: Вы меня выгоняете?

ИЛЬЯ: Угадали с первой попытки.

СВЕТА: Я уйду, но сперва ответьте, что вам снится по ночам?

ИЛЬЯ: Ничего.

СВЕТА: Одинокий ребенок стоящий на перекрестке, угадала?

ИЛЬЯ: Нет.

СВЕТА: Свеча на ветру?

ИЛЬЯ: Нет. Уйдите, я вас умоляю.

СВЕТА: Газовый платок, который, кружа, падает в бездну...

ИЛЬЯ: Вы человеческий язык понимаете?

СВЕТА: И тогда вам кажется, что мир - это жадная пасть, поглощающая все живое.

ИЛЬЯ решительно берет СВЕТУ за руку и тащит ее к выходу.

СВЕТА: Все мы расстраиваемся. Вы из-за одиночества, я из-за красоты.

ИЛЬЯ: Какой еще красоты?

СВЕТА: Своей. Нелегко быть такой привлекательной. Этот образ холодной красавицы, он надоедает.

ИЛЬЯ: Я вам сочувствую.

ИЛЬЯ распахивает входную дверь.

СВЕТА: Знаете, почему вы меня выгоняете? Потому что я вам понравилась, но вы не хотите признаться себе в этом.

ИЛЬЯ: До свидания.

ИЛЬЯ пытается закрыть дверь.

СВЕТА: Вы уже готовы подчиниться мне. Поцелуйте меня!

ИЛЬЯ: Уберите, пожалуйста, ногу.

СВЕТА: Разве вы не чувствуете искру пробежавшую между нами.

ИЛЬЯ: Никакой искры не было. Уберите ногу, я вам сейчас ее прищемлю.

СВЕТА: Вы уже любите. Не обманывайте себя.

ИЛЬЯ: Поздно. Я уже обманул.

ИЛЬЯ захлопывает дверь. Только он на шаг отходит от нее, как она распахивается снова.

СВЕТА:(с порога) Нет, это не дом свиданий. Это дом разбитых сердец.

ИЛЬЯ бросается к двери, захлопывает ее снова и поворачивает, для верности, несколько раз ключ.

ЗАТЕМНЕНИЕ

В темноте слышатся глухие равномерные удары. Включается свет.

КУХНЯ. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА стоит за столом и железным молотком отбивает мясо. На кухню заходит ИЛЬЯ и останавливается у матери за спиной.

ИЛЬЯ: Мама, что ты делаешь?

Мама молча и размеренно бьет молотком.

ИЛЬЯ: Мама, я тебя спрашиваю, что ты делаешь?!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Отбивные.

ИЛЬЯ: Мама, запомни раз и навсегда, никогда больше не пытайся устроить мою личную жизнь! Ты запомнила?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Что?

ИЛЬЯ: Я уже большой, мама, прошу тебя это понять.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Что понять? Шумно здесь.

ИЛЬЯ: А если ты не хочешь этого сделать, нам с тобой не о чем разговаривать!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Что сказал? Не слышу.

ИЛЬЯ: Все, мама. Чтобы я тебе еще сказал хоть слово!

ИЛЬЯ резко оборачивается и уходит в прихожую. Там он снимает трубку телефона и набирает номер .

ИЛЬЯ:(в трубку) Алло, это училище? Здравствуйте. Вы не скажете, когда у вас прослушивание? (после паузы) Платное? И сколько стоит? Спасибо.

Илья кладет трубку. Стоит в нерешительности, затем медленно возвращается на кухню. Останавливается за спиной у матери. Та уже перестала стучать.

ИЛЬЯ: Мам.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА молчит.

ИЛЬЯ: Мама.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Да.

ИЛЬЯ: Ты меня прости. Я погорячился.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ничего. Я привыкла. Тебе денежки нужны?

ИЛЬЯ: Сорок тысяч всего.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: На сигареточки?

ИЛЬЯ: В студии МХАТа прослушивание платное сделали.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сынок, когда я приехала в Москву учится. Мне было восемнадцать лет. Я была невинная девушка. Папу твоего я тогда не знала. Я жила на одну стипендию и на варенье, которое высылала твоя бабушка. И тогда, по глупости своей, я увлеклась одним актером. Он пел мне песни под гитару, а я была дурой и слушала его. А кончилось все это тем, сынок, что этот клоун ограбил меня, стащил у меня все, деньги, варенье, мое осеннее пальто и даже учебник по анатомии человека. Илюшенька, я не хочу, чтобы ты стал таким же. И поэтому я с легким сердцем дам тебе денег на пьянку-гулянку, но только не на актерство.

ИЛЬЯ: Хорошо. Дай мне сорок тысяч на пьянку-гулянку.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Нет, сынок.

ИЛЬЯ: Почему?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты их все равно потратишь на актерство. И не сердись, Илюшенька, не злая у тебя мать, а добрая. Сейчас увидишь.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА выходит из кухни и сейчас же на кухню забегает ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ. Он подбегает к ИЛЬЕ и сует ему в руку деньги.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Я в уборной сидел. Все слышал. Вот, дерзай, здесь пятьдесят. А тому актеру, кстати, я потом рыло начистил. Мать об этом на знает. И ты ей не говори.

Отец выбегает из кухни. Возвращается ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА у нее в руках коробку с прозрачным верхом.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вот, сыночка, это тоже тебе.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА отдает ИЛЬЕ коробку.

ИЛЬЯ: Мам, ты могла вовремя сообразить и не дарить мне подтяжки защитного цвета.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я могу поменять. Там другие были, со звездочками.

ИЛЬЯ: Не надо. Со звездочками еще хуже.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я хотела подарить тебе их на день рожденья. Нет, ничего не говори. На день рожденья я подарю тебе кое- что получше. Ты отца не видел?

ИЛЬЯ: Нет.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Наверное, к соседу пошел. За краской. Все двери хочет в квартире покрасить. Вот, Илюша, с кого пример надо брать. Золотой человек!

ЗАТЕМНЕНИЕ

Открывается входная дверь. В квартиру ИЛЬИ заходят АЛиНА и ВОВКА.

ВОВКА: В этом доме все сумасшедшие.

АЛиНА: А ты уверен, что здесь никого нет.

ВОВКА: За кого ты меня принимаешь? Все чисто. Я же твой герой. Я все устроил. Романтическое свидание. Только я и ты. У меня даже есть кассета с песней соловья.

АЛиНА: Мог бы, кстати, подарить мне цветы.

ВОВКА: Цветы - это пошло. Тем более, когда до стипендии две недели. Нам туда.

ВОВКА и АЛиНА заходят в комнату ИЛЬИ.

ВОВКА: Вот здесь, в этом скромном жилище, в этой обители грез и бесплодных хотений мы в первый раз познаем друг друга.

АЛиНА: Мы с тобой друг друга давно уже познали.

ВОВКА: Ну зачем разрушать атмосферу, которую я с таким трудом создаю?! Если ты, дорогая, хочешь цинизма, надо было так прямо и сказать.

АЛиНА: Знаешь, дорогой, уж лучше цинизм.

ВОВКА: Нет проблем. (другим тоном, грубо) Ну-ка, живо раздевайся и в койку!

АЛиНА: И это по-твоему цинизм. Какой же ты все-таки мальчик.

ВОВКА: Я - тигр! Я - дикий зверь!

ВОВКА бросается на АЛиНУ, но в этот момент раздается дверной звонок. ВОВКА и АЛиНА тут же садятся на кровати.

АЛиНА: Кто это?

ВОВКА: Дача сгорела и его родители домой приехали.

АЛиНА: Типун тебе на язык. Может, квартирой ошиблись?

ВОВКА: Мать это его. Узнаю ее железную руку на звонке. Теперь точно на порог не пустит. Жаль. Здесь так клево кормили. Приготовься, сейчас будет скандал.

ВОВКА выходит из комнаты в прихожую и открывает входную дверь. На пороге стоит ИЛЬЯ.

ВОВКА: Ты чего пугаешь? Мы же договорились, до девяти.

ИЛЬЯ, не отвечая, заходит в квартиру.

ВОВКА: Что с тобой?

ИЛЬЯ молчит.

ВОВКА: Кто-то умер?

ИЛЬЯ молчит.

ВОВКА: Ну что ты молчишь, как могила предков?

ИЛЬЯ:(неожиданно кричит) Ура! Целую в лобик!

ИЛЬЯ действительно целует ВОВКУ в лобик и начинает невысоко, но быстро прыгать на месте.

ВОВКА: У тебя в армии контузий не было?

ИЛЬЯ:(продолжая прыгать) Нет.

ВОВКА: Может были, а ты не помнишь?

ИЛЬЯ: Меня в студии МХАТа сразу на третий тур отправили. Преподаватель у них там есть такой Борисов, знаешь?

ВОВКА: Станиславского знаю. Борисова нет.

ИЛЬЯ: Ни разу меня не остановил. Все что я читал выслушал. Потом нас всех из аудитории выгнали. Стоим, ждем. Выходит парень со списком и начинает читать: Иванов, Петров, Сидоров... Короче восемь фамилий прочитал, а моей нет. Ну я разворачиваюсь и к выходу. Вдруг слышу за спиной. Эти восемь человек могут быть свободны. А Скученков и Догма, это еще один парень, допускаются сразу на третий тур. (кричит) Ура! Потом ко мне этот Борисов подошел и, как ты, сказал, что мне нужно репертуар повеселее. И даже посоветовал Зощенко "Аристократку" подготовить. А вообще, говорит, считай, что ты у меня уже на курсе. У меня Зощенко сборник есть. Давай побыстрее сделаем его.

ВОВКА: Прямо сейчас?

ИЛЬЯ: Да.

ВОВКА: Я не могу.

ИЛЬЯ: Почему?

ВОВКА: Дело в том, что у меня сейчас свидание и в твоей комнате меня ждет девушка.

ИЛЬЯ: Я забыл, мы же договорились.

ВОВКА: Вот именно, после твоего звонка я вряд ли смогу произвести на нее впечатление.

ИЛЬЯ: Все, я ухожу.

ВОВКА: Очень хорошо.

ИЛЬЯ: Подожди, это та, которая с тобой заходила?

ВОВКА: Какая разница?

ВОВКА пытается выпихнуть ИЛЬЮ в дверь.

ИЛЬЯ: Которая заходила?

ВОВКА: Давай, проваливай.

ИЛЬЯ: Это она. Ее Алена зовут?

ВОВКА: Джейн Эйр. Все, гуляй.

ИЛЬЯ: Я скоро вернусь.

ВОВКА: Только попробуй.

На этих словах ВОВКА выталкивает ИЛЬЮ за дверь.

ВОВКА заходит в комнату. Алена стоит посередине комнаты.

АЛиНА: Кто там?

ВОВКА Илья приперся. На третий тур его допустили. Радости полные штаны.

АЛиНА: Он что, тоже артистом хочет стать?

ВОВКА: Смоктуновским, не меньше.

АЛиНА: Как это глупо.

ВОВКА: Ты же сама актриса.

АЛиНА: Хоть сейчас не напоминай.

ВОВКА: Тогда на чем мы остановились?

АЛиНА: На том, что ты тигр.

ВОВКА: Разве не похож?

АЛиНА: Бриться надо, тигр, когда на свидание идешь.

ВОВКА: С бородой я гораздо интереснее.

ВОВКА обнимает АЛиНУ и пробует повалить ее на кровать. АЛиНА отстраняется.

АЛиНА: Подожди, я свое белье постелю.

АЛиНА подходит к кровати, снимает покрывало, берет подушку и начинает снимать с нее наволочку. Тут ВОВКА замечает, лежавший под подушкой, "еженедельник".

ВОВКА: Ого! Записки молодого Вертера.

ВОВКА берет "еженедельник" садится в кресло и принимается перелистывать страницы, одновременно он расстегивает рубашку, читая, снимает штаны.

ВОВКА: Так и есть. Дневник. Итак... (читает) "Первый день дома. Прямо с вокзала позвонил Тане. Купил розы, пять штук и поехал к ней. У подъезда меня остановил какой-то парень. Оказалось, она жила с ним все это время. Поговорили. Он хоккеист. Вратарь в дубле "Торпедо". Розы я выбросил. Потом пожалел, надо было матери отдать."

АЛиНА: Перестань, как не стыдно читать чужой дневник?!

ВОВКА: О чем ты говоришь?! Это мой лучший друг! А у друзей не может быть секретов. А потом, вдруг там про меня что-нибудь написано. Мне же интересно!

АЛиНА: Какой же ты все-таки наглец.

ВОВКА: Я не наглец, я циник, а это разные вещи. Так, что дальше? Следующий день. (читает) "Настроение паршивое."(комментирует) Конечно, какое еще может быть настроение. (читает) Такая тяжесть на душе, что с трудом ношу ее. Не замечаю никого вокруг." (комментирует) Это точно. (читает) Впрочем и люди вокруг тоже не замечают никого и ничего, кроме своих дел, каких-то идиотских дней рождений и выпивки."(комментирует) Вот чумарик, это же он на меня намекает! Я его, можно сказать, постоянно возвращаю к жизни, а он меня в своих дневниках еще и обкакивает. Не знал я, что он такой двуличный!

АЛиНА: Человека девушка бросила. От расстройства, можно еще не то сказать, а он, тем более, ничего и не сказал, а написал в своем личном дневнике, который ты без спросу читаешь.

ВОВКА: Какое расстройство?! Ты его не знаешь! Сказать, как мы его в школе звали? Черный вестник! Он всегда самые плохие новости приносил. Про контрольную. или кого выгонять собираются. И самое удивительное, он это не специально делал. К нему неприятности сами липнут. Сколько я его знаю, его постоянно бросают девушки. Он, например, еще ни одной не бросил, а они его постоянно! Да и в мелочах тоже. Сменную обувь, помню, у него каждый день крали. Всем классом в больницу ходили на практику, он один желтухой заразился. Удивляюсь, как на него в армии самолет не упал. С ним такое возможно. Другой бы руки на себя давно наложил, а он ничего, живет. Больше тебе скажу, для него неприятности - это нормально. Если бы он не страдал, ему было бы скучно жить. Потом все вокруг тебя жалеют, поди плохо?

АЛиНА: Я думаю, плохо.

ВОВКА: Видишь, и ты уже поддаешься. А ему только этого и надо. (опять заглядывает в "еженедельник", читает) "Воскресенье - все плохо, понедельник - плохо, Вторник - отвратительно. Среда - читал Андреева "Рассказ о семи повешенных". (комментирует) Наверное, для того, чтобы развлечься. (читает дальше) "Четверг - встретил ее!!" (комментирует) Кого это, интересно? (читает) "Я жил как в тумане, никого не видя вокруг, от постоянной душевной боли, но вдруг появилась она! И все осветилось светом!" (АЛиНЕ) Разве можно так сказать, "осветилось светом"?

АЛиНА: Можно.

ВОВКА:(читает) Мне было достаточно только взглянуть на нее и я излечился от всех душевных ран. С первого взгляда я распознал ранимую, близкую мне душу. Как ни коротка была наша встреча, я понял, что ждал ее всю свою жизнь." (комментирует) Кто ж такая, вот бы посмотреть. Хотя, думаю, ничего особенного. Его всегда на страшненьких тянет. (читает) "Если бы она была моей женой, я был бы самым счастливым человеком на свете. Алена, Алена, Алена - бесконечно повторяю я теперь..." Алена! Это же он в тебя влюбился! А ведь я ему тысячу раз говорил, не влюбляйся в моих баб, а он опять! И что ты об этом думаешь?

АЛиНА: Ничего.

ВОВКА: Что ты этим "ничего" хочешь сказать?

АЛиНА: Не кипятись, мальчик.

ВОВКА: Я тебе не мальчик, я самец!

Внезапно раздается дверной звонок.

ВОВКА: Вернулся, пылкий влюбленный. Ничего, сейчас потолкуем.

АЛиНА: Успокойся.

ВОВКА: Да не буду я с ним драться, он в стройбате служил.

ВОВКА в одних трусах решительно возвращается в прихожую и распахивает дверь.

ВОВКА: Слушай, у тебя вообще совесть есть, а?!

Только теперь ВОВКА замечает, что на пороге, вместо ИЛЬИ, стоит ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА и ЭДУАД НИКОЛАЕВИЧ. Они с удивлением смотрят на ВОВУ стоящего в одних трусах.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Здравствуй, Вова.

ВОВКА: Галина Васильевна, это я не вам.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Может, ты нас пустишь?

ВОВКА: Конечно.

Родители ИЛЬИ заходят в квартиру.

ВОВКА: У вас что, дача сгорела? (спохватывается) Ой, простите. А мы спортом занимаемся. Я здесь от пола отжимался, а Илья вокруг дома бегает.

В квартиру заходит ИЛЬЯ.

ВОВКА: А вот и он. Тридцать кругов, как с куста?

ИЛЬЯ: Что?

ВОВКА: Нет. Пресс качать не буду, и не заставляй. Пока.

ВОВКА в трусах выбегает из квартиры.

ИЛЬЯ: А вы почему вернулись?.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Отец всю ночь с ушами мучался. Я тоже глаз не сомкнула. Ничего не помогает. Сейчас его к Раисе поведу.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Не надо к Раисе. Я чувствую, боль стихает.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты что, хочешь слух потерять? А это очень быстро. Как медик практикующий тебе говорю. Нагноения, воспаления, короче, не разувайся...

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА с сумками в руках уходит на кухню.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ:(тихо) Сорвалось. Я почему на даче-то не остался. Стихи я начал сочинять. Поэму серьезную.

ИЛЬЯ: Правда что ли?

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Ты еще многого про меня не знаешь. Мы мало общаемся. Послушай, начало такое: "Зигзаг трубы тянулся по дому старой кладки и гражданин нагнулся помочь упавшей бабке..."

ИЛЬЯ: Нормально.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: На даче сочинять не могу, на улице не могу, в метро тоже не могу. Могу только в нашей уборной. Там рифма сразу идет. А вот в ванной рядом такого нет. Я специально больным притворился, а видишь, как получилось.

В прихожую быстро заходит ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:(ИЛЬЕ) Мы пошли. Делай что хочешь, только книжек лучше не читай, прости, сыночек, но тебя, по-моему, от них немножко замыкает.

ИЛЬЯ: Мама, пока.

Родители ИЛЬИ выходят. ИЛЬЯ идет в свою комнату. Останавливается в центре ее. Оглядывается. В комнате никого нет. К ИЛЬЕ сзади незаметно подходит АЛиНА и трогает его за плечо. ИЛЬЯ дергается, от неожиданности.

ИЛЬЯ: Ой, я думал, вы ушли.

АЛиНА: А где Вова?

ИЛЬЯ: Убежал.

АЛиНА: Бросил меня, значит, здесь.

ИЛЬЯ: Не знаю.

АЛиНА: Привет.

ИЛЬЯ: Привет.

АЛиНА: Ты ведь недавно из армии пришел?

ИЛЬЯ: Демобилизовался.

АЛиНА: Ну и как там?

ИЛЬЯ: По разному. Курить там начал.

АЛиНА: Что, совсем трудно было?

ИЛЬЯ: Да нет, просто начал и все. А ты чем занимаешься?

АЛиНА: Фигней. В театре играю.

ИЛЬЯ: Не любишь театр?

АЛиНА: Не люблю.

ИЛЬЯ: А что ты любишь?

АЛиНА: Цирк люблю. Смотреть, в смысле. Только я там не была с самого детства.

ИЛЬЯ замечает лежащий на кресле открытый "еженедельник", берет его, закрывает, подходит к кровати и прячет дневник под подушку.

АЛиНА: Прости.

ИЛЬЯ: Вы его читали?

АЛиНА: Да.

ИЛЬЯ: Смеялись?

АЛиНА: Быть таким пессимистом, по-моему, это вредно для здоровья.

ИЛЬЯ: Я нормально себя чувствую. А вот ты - нет.

АЛиНА: А ты откуда знаешь, как я себя чувствую?

ИЛЬЯ: У тебя на лбу написано.

АЛиНА: И что же там написано?

ИЛЬЯ:(очень серьезно) Что ты способна на настоящую любовь, на высокие чувства, что ты другая, а хочешь всех обмануть и строишь из себя какую-то дуру.

АЛиНА: Да что ты знаешь обо мне? Ты, хороший мальчик. Сам врешь на каждом шагу. Даже в дневнике. "Я люблю тебя, Алена!" Вранье!

ИЛЬЯ: Я люблю тебя. Это правда.

АЛиНА: Душу он распознал ранимую. Так я тебе и поверила. Что ж ты такой проницательный не распознал, что тебя два года твоя кошелка обманывала?

ИЛЬЯ: Я догадывался, с самого начала. Просто не хотел ее говорить. Она мне письма в армию писала. Я бы без них совсем загнулся.

АЛиНА: Вранье! Догадывался он. Все вранье!

ИЛЬЯ: Ты запуталась.

АЛиНА: Иди ты знаешь куда...

Раздается дверной звонок. ИЛЬЯ идет открывать. В квартиру сразу забегает продрогший ВОВКА в одних трусах. Он тут же бежит в комнату, поскорей надеть рубашку и штаны. Ругается на ходу.

ВОВКА: Сколько раз тебе говорил, не влюбляйся в моих баб!

АЛиНА: Я не твоя.

ВОВКА: Всегда так было, в школе, еще помню, начну какую-нибудь за косички дергать и он тут как тут, тоже норовит дернуть. А после школы, когда я в тренершу по боксу влюбился...

АЛиНА: По боксу?

ВОВКА: Представь себе, красивая и сильная была. Так вот, он вслед за мной, в секцию записался. Сам на спарринг с ней напросился. Правда, больше раунда не выдержал.

АЛиНА: А ты сколько выдержал?

ВОВКА: Да я вообще после первого ее удара умер. Но не об этом речь. (ИЛЬЕ) Я тебе сколько раз говорил, не влюбляйся в моих баб, а ты опять.

ИЛЬЯ: Вов, честное слово, это выше моих сил.

ВОВКА: Я, я в нее первый влюбился.

АЛиНА: Это что-то новенькое.

ВОВКА: Да. И очень сильно.

АЛиНА: Только никогда мне этого не говорил.

ВОВКА: Настоящая любовь нуждается не в словах.

АЛиНА: А в делах, ты хочешь сказать.

ВОВКА: Вот именно!

АЛиНА: Может быть ты тоже хочешь меня в жены взять?

ВОВКА: Это как дело пойдет.

АЛиНА: Вы, ребята, мне надоели. Если вы оба меня любите неземной любовью, вам придется за меня побороться.

ВОВКА: Драться я с ним не стану.

АЛиНА: Я буду принадлежать тому, кто сможет меня рассмешить.

ВОВКА: Ты серьезно?

АЛиНА: Абсолютно.

ВОВКА: Подожди, когда мы сюда пришли, ты мне уже принадлежала.

АЛиНА: А девушки знаешь какие изменчивые.

ВОВКА: То девушки.

АЛиНА: Хам.

ВОВКА: И как это все будет происходить?

АЛиНА: Вы по очереди что-нибудь покажете или расскажете, и тот кто заставит меня засмеяться, тот и выиграл.

ВОВКА: А щекотать тебя можно?

АЛиНА: Нет. Щекотка не считается.

ВОВКА: Да тебе пальчик покажи, и ты сразу расколешься.

АЛиНА: Покажи.

ВОВКА с готовностью показывает АЛиНЕ свой палец, но та серьезно смотрит на него.

ВОВКА: Ты что, специально готовилась?

АЛиНА: Не важно.

ВОВКА: Хорошо. Чур я первый.

АЛиНА: Ты уже показал, теперь пусть он.

ВОВКА: Это не считается.

АЛиНА: Считается.

ВОВКА: Не считается. Я тебе покажу пьяного слоника. Ни один человек, видевший пьяного слоника, не мог удержаться от смеха. Сейчас, только воды наберу.

ВОВКА выбегает из комнаты.

АЛиНА:( ИЛЬЕ тихо) Расскажи любой дурацкий анекдот, и я засмеюсь.

ВОВКА забегает в комнату с полным ртом воды. Он останавливается, выпучивает глаза, оттопыривает руками уши и, переступая на месте с ноги на ногу, со странным звуком, выпускает тоненькую струйку воды. Это действительно смешно, но АЛиНА наблюдает за его действиями с каменным лицом. Наконец вода у ВОВКИ заканчивается.

ВОВКА: Не смешно?!

АЛиНА: Нет.

ВОВКА: Не может быть! Ты специально себя сдерживала!

АЛиНА: Ничего подобного. Твои кривляния меня давно уже не веселят. (ИЛЬЕ) Теперь твоя очередь.

ВОВКА: Он тебе сейчас покажет умирающего лебедя.

АЛиНА:(ИЛЬЕ) Я жду.

Пауза. ИЛЬЯ молчит.

ВОВКА: Все. Его время вышло. Теперь моя попытка.

АЛиНА:(ВОВКЕ) Перестань.

ИЛЬЯ: Я анекдот расскажу.

ВОВКА: Да он анекдотов-то не знает.

ИЛЬЯ: Знаю. Вот этот. Собрались как-то Петька и Василий Иванович и решили... решили... Нет. Это нечестно. Я в этом не участвую.

ВОВКА: Отлично! Значит, я выиграл.

АЛиНА: Какой же ты все-таки честный и принципиальный. Наверное дал себе слово никого просто так не смешить.

ИЛЬЯ: Ни в этом дело...

АЛиНА: А не просто так? А с выгодой? С призом? Посмотри на меня. Нравится? Вижу, нравится. Но ты все равно не станешь, потому что ты очень чистенький. Делайте что хотите, только меня не задевайте. Не лезьте в мой драгоценный внутренний мир. Ну и сиди в своем дебильном внутреннем мире и кури бамбук!

АЛиНА поворачивается и выходит из комнаты. Слышится, как за ней хлопает входная дверь.

ВОВКА: А про бамбук это было мощно! Ладно, созвонимся.

ВОВКА, вслед за АЛиНОЙ, выбегает из комнаты. ИЛЬЯ остается один.

ЗАТЕМНЕНИЕ

Открывается входная дверь. В квартиру медленно заходит ИЛЬЯ. На нем костюм. Воротник белой рубашки расстегнут. Войдя в квартиру, ИЛЬЯ ногой толкает дверь и она захлопывается. Сейчас же из кухни появляется ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА. Она в нарядном платье, вытирает руки об кухонный фартук. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА обнимает ИЛЬЮ, тот пытается высвободиться.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сыночка, поздравляю тебя, милый , желаю тебе счастья, здоровья, работу денежную и жену верную.

ИЛЬЯ: Ты меня уже поздравляла сегодня утром.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Много не мало. Лишь бы ты был у меня счастлив.

ИЛЬЯ: Лишь бы я был у тебя за пазухой.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Когда ты, Илюша, ругаешься на мать, которая тебя родила, она не обижается. Она мудрая и понимает, у ее ребенка какие-то неприятности.

ИЛЬЯ: Я во МХАТе с третьего тура слетел. Это конец. Это была последняя надежда. Больше у меня шансов нет.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ну и отлично. Теперь нормальным делом займешься.

ИЛЬЯ: Каким делом, мама?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: На всю жизнь. Я тебе, для консультации, привела специалиста. Отличный профессионал. В твоей комнате сидит.

ИЛЬЯ: Я же просил тебя никого сюда больше не водить! Ты меня извини, но я этого профессионала сейчас спущу с лестницы.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сыночка, не делай этого!

Но ИЛЬЯ уже быстро идет в свою комнату. Решимость расправиться с гостем у ИЛЬИ сразу пропадает, когда он видит сидящего в кресле КАПИТАНА МИЛИЦИИ.

ИЛЬЯ:(от неожиданности) Здрасте.

КАПИТАН: Здравствуйте, здравствуйте, молодой человек. Меня зовут Петр Алексеевич.

ИЛЬЯ: Меня зовут Илья.

КАПИТАН: Очень приятно. Дайте пожму вашу руку.

ИЛЬЯ с опаской протягивает КАПИТАНУ руку. Тот энергично трясет ее.

КАПИТАН: Матушка ваша сказала мне, что у вас сегодня день рожденья. Я вас искренне поздравляю.

ИЛЬЯ: Спасибо.

КАПИТАН: Жаль, что не узнал об этом раньше. Но ничего, пока сидел здесь, придумал вам подарок. Я вам его позже подарю.

ИЛЬЯ: Какой подарок?

КАПИТАН: Пулю.

ИЛЬЯ: Нет. Лучше не надо.

КАПИТАН: Почему? Оригинальный брелок. Я его у одного уголовника отобрал. Колечка, а на цепочке к нему пуля от АКМа до блеска отшлифованная. Очень красиво.

ИЛЬЯ: Все равно не надо.

КАПИТАН: Ну, как хотите. Матушка ваша просила, чтобы я рассказал о своей работе, что я с удовольствием и сделаю. Работа у нас трудная, но благородная. Опасная, но интересная.

ИЛЬЯ: Я все понимаю, но я уже выбрал для себя определенное дело, которое... (сбивается, вспомнив, что недавно лишился последней надежды) ...которое меня уже доконало.

КАПИТАН: Что касается льгот, у нас все в порядке: год за полтора, бесплатный проезд и ранняя пенсия. Есть возможность получить муниципальную квартиру и жить отдельно от родителей, которые, конечно, нас любят, но с ними очень сложно найти общий язык, не так ли?

ИЛЬЯ: Большое спасибо за предложение. Я подумаю.

КАПИТАН: Возможность параллельного обучения. Высшая школа миллиции, затем академия управления. Через три года ты капитан, к тридцати пяти полковник, к пятидесяти - генерал.

ИЛЬЯ: Это заманчиво, я подумаю.

КАПИТАН: Генерал.

ИЛЬЯ: Я понял.

КАПИТАН: Ты не понял главного.

КАПИТАН расстегивает кобуру у себя на боку и вытаскивает оттуда пистолет.

КАПИТАН:(интимно) Общался в армии с такой штукой.

ИЛЬЯ: Нет. Я там только с автоматом общался.

КАПИТАН: Возьми в руку, не бойся.

ИЛЬЯ: Я не боюсь.

ИЛЬЯ берет у КАПИТАНА пистолет.

КАПИТАН: Макарова. Девять миллиметров. Мощная машина. Американцы завидуют. В огне не горит и в воде не тонет. Бронежилет пробивает с полпинка. Стреляешь человеку в ногу, он теряет сознание от боли.

КАПИТАН останавливает ИЛЬЮ, который хочет вернуть ему пистолет.

КАПИТАН: Подожди. Ты его подержи в руке, нагрей, почувствуй. Соскучился по оружию?

ИЛЬЯ: Не очень.

КАПИТАН: Не обманывай. Соскучился. Хочешь такой?

ИЛЬЯ: Нет.

КАПИТАН: Хочешь. А теперь направь его на меня. Направь. Не бойся.

КАПИТАН берет руку ИЛЬИ и направляет пистолет себе в грудь.

КАПИТАН: А теперь нажми на курок.

ИЛЬЯ отбрасывает от себя пистолет, как змею.

ИЛЬЯ: Да вы с ума сошли!

КАПИТАН: Спокойно. Он разряжен.

КАПИТАН поднимает пистолет и убирает его в кабуру.

КАПИТАН: Ну так как насчет работы у нас?

ИЛЬЯ: Нет, спасибо.

КАПИТАН: Хозяин - барин. Если передумаешь. 69 отделение. Спроси капитана Любимцева.

ИЛЬЯ: Убивцева?

КАПИТАН: А у тебя богатое воображение. Это, кстати, очень ценится в сыскной работе. До встречи.

Выходя из комнаты, КАПИТАН сталкивается с ВОВКОЙ.

ВОВКА: Здравия желаю.

КАПИТАН: Вольно.

Посмеиваясь, КАПИТАН выходит из комнаты.

ВОВКА: Кто это?

ИЛЬЯ: Балерина. Не видишь что ли?

ВОВКА: Подарка у меня нет, потому что я бедный студент, но, тем не менее, я тебя искренне поздравляю.

ИЛЬЯ: Спасибо.

Друзья обнимаются.

ВОВКА: Когда за стол сядем?

ИЛЬЯ: Скоро.

ВОВКА: Что у тебя во МХАТе?

ИЛЬЯ молчит.

ВОВКА: Понятно. Ты пролетел. Слушай, ты не расстраивайся особенно. Все еще можно поправить. На следующий год попробуй. И потом, если у тебя к этому есть... как его... призвание, можно и без образования играть. А что твой Борисов? Мы же с тобой Зощенко подготовили, ему что, не понравилось?

ИЛЬЯ: Не читал я Зощенко. Меня когда вызвали, я почувствовал, что не могу себя сломать, и старое прочитал.

ВОВКА: Про труп?

ИЛЬЯ кивает головой.

ИЛЬЯ: А потом ко мне Борисов подошел и сказал, что вся приемная комиссия против меня была и он уже ничего не смог сделать.

ВОВКА: Ну ты и болван! Ты просто идиот!

ИЛЬЯ кивает головой.

ВОВКА: Дурак ты! Баран! Ну и оставайся в заднице, если сам так этого хочешь! А я еще на тебя свое драгоценное время тратил! Чтобы я еще хоть раз тебе помог! Чтобы я еще твое нытье выслушивал!

ИЛЬЯ: У меня характер такой.

ВОВКА: Вот пойди и удавись со своим уродским характером. А у меня сегодня хорошее настроение. Не хочу, чтобы ты мне его испортил.

ВОВКА, хлопнув дверью, выходит из комнаты.

ИЛЬЯ: Вов!

ИЛЬЯ спешит за другом, но тот уже вышел из квартиры. ИЛЬЯ стоит секунду перед входной дверью, затем поворачивается и идет на кухню.

КУХНЯ

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ сидит на табуретке. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА что-то хлопочет за столом. Напряженная тишина. Заходит ИЛЬЯ.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: А Илюша. Это ты. А наш папа, между прочим...

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Давай не сегодня, Галя.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Наш папа, между прочим, нас с тобой бросить хочет.

ИЛЬЯ: Почему, пап?

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Илья, ты должен понять. Я встретил свою мечту.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Торговку колготками.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Твоя мама очень интересная женщина, но та девушка, она совершенна.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Только шепелявит и ножку приволакивает.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Я ждал этой встречи всю свою жизнь.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сидя у меня на шее.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Я понимаю, это ужасно, но ничего не могу поделать.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Приспичило ему, старому пеньку, прости Господи.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Насчет денег, то есть материальная помощь, то я буду отдавать и навещать вас часто-часто.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не нужно нам этого счастья, обойдемся.

ИЛЬЯ: Пап, ты правда уходишь?

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Такова взрослая жизнь.

ИЛЬЯ, ни слова не говоря, берет табуретку и выходит из кухни.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Видишь, чего ты добился. Испортил мальчику праздник.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Я не хотел сегодня ему говорить. Это ты виновата.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Что?!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА хватает молоток для отбивания мяса и замахивается на ЭДУАРДА НИКОЛАЕВИЧА. Тот сгибается пополам и закрывает голову руками. Но удара не случается. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА замирает с поднятым молотком, а затем опускает руку. Молоток падает на пол.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Да, ты прав, Эдик, я плохая жена. Мерзкая.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Нет, Галя, это не так.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Дурная, глупая!

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Галя, это неправда.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ору все время, Боже мой, скандалю. Жизни тебе не даю. Беги от меня, Эдик. Знаю, она лучше. Дай Бог, с ней у тебя счастье будет.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Галя, Галечка, ну не наговаривай ты на себя, ты же замечательная, ты лучше всех!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Прости меня, Эдик, за все и бросай меня! Плохая я жена и мать плохая. Пойду к Илюше, в ноги ему упаду, может он меня простит. Чует мое сердечко, найдет он тоже скоро кого-нибудь себе и останусь я одна-одинешенька.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Галечка, я ведь еще ничего не решил. Я может еще и не ухожу никуда, Галя!

Но ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА уже направляется к комнате ИЛЬИ.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Илюшенька, сыночек, прости меня глупую...

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА заходит в комнату и видит стоящий прямо под люстрой табурет. На табурете стоит ИЛЬЯ, голову он просунул в петлю от подтяжек, которые привязаны к люстре.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:(сразу перестав голосить) Сынок, ты что, лампочку вкручиваешь?

ИЛЬЯ: Нет, мама, удавиться хочу.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Илюша!

ИЛЬЯ: Не подходи, а то я прыгну.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Господи, Боже мой! (диким голосом) Отец! Отец!

В комнату вбегает ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сволочь старая, посмотри, до чего ты ребенка довел!

ИЛЬЯ: Папа, ты не в чем не виноват.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я ж ему сама эти подтяжки купила.

ИЛЬЯ: И ты, мама, ни в чем не виновата. Это мое личное дело. Лучше выйдите, а то мне придется у вас на глазах...

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Илья, эта девушка - это просто увлечение. Мне стыдно и я никуда не ухожу, ты слышишь?

ИЛЬЯ: Мне все равно, выйдите, я вас прошу.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:(ОТЦУ) Выйди, слышишь чего тебе сказали! (ИЛЬЕ) Сынок, если ты не из-за него расстраиваешься, тогда, может быть, из-за института театрального, что не поступил?

ИЛЬЯ молчит. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА говорит и одновременно медленно крадется к табуретке.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Так это дело поправимое. У меня одна женщина лечится, так она жена ректора кинематографического института. Я ей скажу, она тебя мигом устроит. Слезай, Илюша, слезай, пожалуйста.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА уже подобралась к сыну, но ИЛЬЯ резко качается на табуретке и мать пятится назад.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не надо, сына.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Я эту табуретку знаю. У нее ножка сломана. На изоленте держится.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сына, не делай этого. Мы же помрем от горя. Ты у нас только одно сокровище и есть. А какой же ты был маленький, когда родился, крохотный, слабенький, недоношенный, ушки лопоухие. Я тебе их пластырем приклеивала, чтоб нормально росли. Как же я тогда была рада, что ты появился, как рада.

ИЛЬЯ:(резко) Выйдите, последний раз прошу!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Царица Небесная!

Внезапно слышится дверной звонок. Отец и Мать не реагируют на него. Звонок повторяется. Никто не двигается с места. Еще один звонок.

ИЛЬЯ: Вы не слышите, что ли? Идите, откройте.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:(ОТЦУ) Иди открой.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ кивает и бежит открывать. На пороге стоит ВОВКА.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Вова, там с Илюшей беда!

ВОВКА: Ну это для него нормально.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Такая беда даже для него ненормально.

ВОВА быстро идет в комнату, ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ следует за ним. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА замечает ВОВУ.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вовочка, он повеситься хочет. Я зашла, а он уже с петлей на шее. Ты его образумь, Вовочка, а то он меня не слушает. Господи, горе-то какое!

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: У табуретки этой одна ножка сломана. В любой момент может развалиться табуретка-то.

ИЛЬЯ:(кричит по слогам) Ту-ба-рет-ка! Ту-ба-рет-ка! Почему меня, интересно, никто не поправляет?!

ВОВКА: Илья, тебя беспокоит твой лучший друг Владимир. Я тут недавно погорячился, ты уж меня извини. Не знал, что ты поймешь все так буквально.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:(ВОВКЕ) Это значит ты во всем виноват.

ВОВКА: Ни в чем я не виноват. Просто вспылил, хлопнул дверью, но тут же одумался и вернулся попросить прощения.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ну так проси.

ВОВКА: Так я прошу. Он же не слезает. (ИЛЬЕ) Извини меня, пожалуйста, я был не прав.

ИЛЬЯ на табурете не реагирует.

ВОВКА: Нет, здесь другая причина.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Какая?!

ВОВКА: Есть одна барышня.

ИЛЬЯ, со скрипом, сильно покачнулся на табурете.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ой, упадет.

ВОВКА: Не упадет. Вы ее знаете. Алена. Со мной однажды сюда приходила. Хорошая девушка, очень хорошая, правда, ветреная.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вова, короче!

ВОВКА: Ну что, влюбился он в нее. Она ему дала шанс, а он этот шанс прошляпил. Потом, насколько я знаю, звонил ей, а она его игнорировала в довольно грубых выражениях.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Давай позвоним ей, Вовочка.

ВОВКА: Можно.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Эдик.

ИЛЬЯ: Не надо.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ возвращается с телефоном, отдает его ВОВКЕ. Тот снимает трубку.

ВОВКА: Черт, номер забыл!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вспоминай, Вовочка, вспоминай.

ВОВКА: Ага!

ВОВКА набирает номер.

ВОВКА:(в трубку) Алло? Алена. Привет, это отверженный. Да, Вова. Ты что делаешь? Человек из-за тебя в петлю за.лез. Илья. Натурально. Обмотался подтяжками и вешаться хочет. Говорит, не любишь ты его, трубку все время бросаешь. Да. На тебя вся надежда, и поласковее будь с ним.

ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ моментально ставит стул рядом с табуретом, на котором стоит ИЛЬЯ. ВОВКА с телефоном в руке забирается на этот стул и приставляет трубку к уху ИЛЬИ. Тот вертит головой.

ИЛЬЯ: Не хочу.

ВОВКА: Это невежливо. Дама ждет.

ИЛЬЯ:(в трубку) Алло. Да я. (слушает) Правда? (слушает) Серьезно? (слушает) А мне плевать! (долго слушает) Не верю тебе. (слушает, неожиданно расплывается в улыбке) Когда? (слушает) Где? (слушает)Приду.

ВОВКА: Любовь сильнее смерти.

ИЛЬЯ:(в трубку) ...А гвоздики любишь? (слушает) Ладно. Пока.

ИЛЬЯ кладет трубку. ВОВКА с телефоном сходит со стула.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Илюшенька, слезай, пожалуйста.

ИЛЬЯ: Хорошо, мама.

ИЛЬЯ берется руками за петлю на горле и нечаянно качает табурет. Ножка у табурета подламывается и он падает. ИЛЬЯ повисает на долю секунды на подтяжках, а затем, вместе с люстрой падает на пол.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Илюша!!!

Все, что-то крича, бросаются к ИЛЬЕ.

ЗАТЕМНЕНИЕ.

ВТОРОЕ ДЕЙСТВИЕ.

КВАРТИРА подруги АЛиНЫ. Входная дверь в центре. Прихожая отсутствует. Большая комната, дверь во вторую комнату. Звонок в дверь. АЛиНА выходит из соседней комнаты и подходит к входной двери.

АЛиНА: Кто там?

ГОЛОС: Свои.

АЛиНА: Минуточку.

АЛиНА снимает висящую на вешалке разделочную доску с ручкой и выключает свет. В темноте слышится звук отпираемого замка, слышится, как открывается дверь и сразу после этого слышится несколько сильных ударов.

АЛиНА:(в темноте) Прощает, прощает, она тебе все прощает!

В темноте слышится звук падающего тела. АЛиНА включает свет и понимает, что жестоко ошиблась, на полу без движения лежит ИЛЬЯ. Возле него валяется букет цветов.

АЛиНА: Надо было понять, что он сюда припрется. Господи, не дай Бог, убила, посадят же.

ИЛЬЯ открывает глаза, приподнимает голову, трогает рукой лоб, а затем нюхает руку.

ИЛЬЯ: Почему рыбой пахнет?

АЛиНА: Селедку я на ней разделывала. Тебе Вовка адрес дал?

ИЛЬЯ: Ага.

АЛиНА: Поганец. Ты прости, я тебя за мужа своей подруги приняла. Голоса у вас похожи.

ИЛЬЯ: Я простужен. А что он?

АЛиНА: Здоров, как бык. Они с Верочкой полгода как развелись, а он приходит сюда права качать. Верочка его боится, а я нет.

ИЛЬЯ: А ты сама не замужем?

АЛиНА: Ты уже спрашивал.

ИЛЬЯ: Ты в тот раз ушла от ответа.

АЛиНА: Я когда в Москву приехала, через все прошла и через это тоже. Но теперь, спасибо, мне достаточно.

ИЛЬЯ:(поднимаясь) Я тебя у Гоголя ждал. А ты где была?

АЛиНА: У Пушкина.

ИЛЬЯ: Но мы договаривались у Гоголя.

АЛиНА: Шучу. Я сидела дома.

ИЛЬЯ: Почему?

АЛиНА: Там возле памятника были молоденькие девушки?

ИЛЬЯ: Были.

АЛиНА: Прекрасно. Вот тебе твои цветы. Беги туда, подари их какой-нибудь девушке, а потом иди с ней вместе в кино, в цирк, в дельфинарий, в общем, куда-нибудь подальше.

ИЛЬЯ: Что с тобой?

АЛиНА: Мне просто надоело притворятся. Я и так каждый день делаю это за деньги в родном театре. Короче, ты больше вешаться не собираешься?

ИЛЬЯ: Нет, вроде...

АЛиНА: Тогда, до свидания.

ИЛЬЯ не двигается с места, никак не может сообразить, что происходит.

АЛиНА: Что стоишь? Любовь закончилась. Иди домой.

ИЛЬЯ: Нет. У нас с тобой все еще только начинается.

АЛиНА: Дорогой мой студентик, у тебя был стресс или, не знаю, как это там называется, понятия не имею, что у тебя там произошло, наверное пришел из армии, навалились неприятности. Я тебе помогла выкарабкаться. Встречалась с тобой несколько раз.

ИЛЬЯ: Всего два раза.

АЛиНА: Приходила к тебе. Оставалась ночевать. Тебе было хорошо?

ИЛЬЯ: Очень хорошо.

АЛиНА: Видишь, значит я свой женский долг выполнила. А теперь иди домой и начинай новую жизнь.

АЛиНА подходит к двери другой комнаты и стучит в нее.

АЛиНА: Верочка, это был не он.

ИЛЬЯ: Она что, все время там сидела?

АЛиНА: Боится она его, запирается и может целый день просидеть. (стучит) Верочка, отбой. Ну вот, теперь только к вечеру выйдет.

ИЛЬЯ: Ты говорила, что меня любишь.

АЛиНА: Все женщины вруньи. Второй раз, между прочим, накалываешься.

ИЛЬЯ: У тебя есть другой?

АЛиНА: У меня в жизни есть много проблем. С твоими проблемами, их будет слишком много.

ИЛЬЯ: Хочешь, я тебе анекдот расскажу? Любой. Про ежика например. Приходит злой ежик в аптеку и говорит, дайте мне пожалуйста девяносто....

АЛиНА: Не надо.

ИЛЬЯ: Почему?

АЛиНА: Это старый анекдот.

ИЛЬЯ: Пойми, я теперь стал веселый!

АЛиНА: И счастливый.

ИЛЬЯ: Почти.

АЛиНА: В институт тебя мама устроила.

ИЛЬЯ: Она только договорилась, чтоб меня прослушали. А читал я сам. Зощенко. Всем понравилось. Знаешь, как все смеялись. И меня взяли.

АЛиНА: То есть, теперь проблем у тебя нет?

ИЛЬЯ: Нет.

АЛиНА: Жаль. Ты мне нравился со своими проблемами.

ИЛЬЯ: Да ты сама не знаешь, чего хочешь. Грустным я тебе не нравлюсь, веселым тоже.

АЛиНА: Правильно. Ты мне не нравишься. Я тебя не люблю.

ИЛЬЯ:(после паузы обречено) И что должно произойти, чтобы ты меня полюбила?!

АЛиНА: Что должно произойти? Чудо.

АЛиНА идет к входной двери и открывает ее. ИЛЬЯ траурной походкой выходит из квартиры.

АЛиНА:(когда Илья проходит мимо нее) Чудо.

ИЛЬЯ выходит из квартиры, АЛиНА закрывает за ним дверь.

ЗАТЕМНЕНИЕ.

На авансцену, изображающую улицу выходит ВОВКА и ИЛЬЯ. Слышен звук проезжающих машин. Оба друга жуют какие-то масленые пирожки.

ВОВКА: Ты что, смеешься надо мной? Скажи спасибо, что я тебе ее адрес дал. И все. Больше я тебе не помощник. Ты же у меня ее отбил. Я обижен. А если у вас какой-то разлад, я вообще должен радоваться. А я и радуюсь. (поет) Сердце красавицы, склонно к измене...

ИЛЬЯ: Ты должен мне помочь.

ВОВКА: Ни за что! (пауза) И для чего, интересно, я тебе нужен?

ИЛЬЯ: Мы вместе пойдем к ней...

ВОВКА:(поперхнувшись) Нет, ты смеешься, честное слово! Я не могу ее видеть. На меня сразу нахлынут воспоминания. Мне даже подумать о ней больно, потому что воспоминания моментально нахлынут. Ну вот, уже нахлынули.

ВОВКА закрывает глаза.

ВОВКА: Золотая осень, синее небо, мы с ней, смеясь, бежим по осеннему лесу, шуршим листьями и ловим ладонями последние лучи заходящего солнца. Ветер несет легкие, почти невидимые клочки паутины и обдувает наши молодые красивые лица. Внезапно мы оба падаем в опавшую листву и...

ИЛЬЯ:(перебивает Вовку) Мне больше не к кому обратиться. Ты мой лучший друг... с театральным образованием.

ВОВКА: При чем здесь образование?

ИЛЬЯ: Это очень важно для того, что я собираюсь сделать. Ты поможешь мне?

ВОВКА: Нет. Я подлый и злопамятный.

ИЛЬЯ: Ты добрый и чуткий. Поможешь?

Пауза

ВОВКА: А ты подаришь мне свою джинсовую куртку? Черную?

ИЛЬЯ: Да я как из армии пришел не могу найти ее.

ВОВКА: Зато я нашел. Она в шкафу у тебя в комнате висит.

ИЛЬЯ: Бери.

ВОВКА: И правильно, ради любви, я бы тоже ничего жалеть не стал! Кроме конечно своих желтых американских ботинок, ну ты их видел.

ИЛЬЯ: Видел.

ЗАТЕМНЕНИЕ.

Высвечивается квартира АЛиНЫ. Раздается звонок в дверь. АЛиНА подходит к двери и снимает с вешалки разделочную доску.

АЛиНА: Кто там?

ГОЛОС ЗА ДВЕРЬЮ: Свои.

АЛиНА выключает свет. Слышится звук отпираемой двери и удар. Свет включается. Перед АЛиНОЙ, как ни в чем не бывало, стоит ИЛЬЯ на голове у него строительная каска, он улыбается.

ИЛЬЯ: Привет.

АЛиНА: Давно не виделись. Что надо?

ИЛЬЯ: Надо, чтобы ты улыбнулась.

АЛиНА: До свиданья. Со всеми проблемами к своей маме.

ИЛЬЯ: Ученые доказали, что люди, которые часто улыбаются, живут до ста лет, а на людей

которые все время злятся, ученым даже времени тратить не захотелось.

АЛиНА: Уходи, я сказала.

ИЛЬЯ: Послушай меня, пожалуйста.

АЛиНА: Зачем ты опять сюда пришел?

ИЛЬЯ: Я пришел сделать чудо.

АЛиНА: Чудо, говоришь?

ИЛЬЯ: Вот именно.

АЛиНА: Ты сколько выпил?

ИЛЬЯ: Ни капли.

АЛиНА: Уходи отсюда.

ИЛЬЯ: Нет.

АЛиНА: Я сейчас соседа позову. У него ружье есть.

ИЛЬЯ: Алена, потерпи, пожалуйста, я хочу тебе кое-что показать и пробуду здесь совсем недолго. Тебе нужно будет просто смотреть. Если тебе не понравится, ты сразу можешь нас выгнать.

АЛиНА: Кого это "нас"?

ИЛЬЯ: Прости, я не сказал, со мной Вова.

ИЛЬЯ подходит к входной двери и распахивает ее. В квартиру заходит ВОВКА. На нем фрак, цилиндр поверх парика, белая сорочка, а в руках хлыст. Держится он очень солидно.

ВОВКА: Всем добрый вечер.

АЛиНА: Это и есть "чудо"?

ИЛЬЯ: Нет, это Вова, но он поможет мне сделать для тебя чудо.

ВОВКА: В ущерб себе. Зачем ты сердце доброе такое?

АЛиНА: Чего это он вырядился?

ИЛЬЯ: Так нужно. Это костюм.

ВОВКА, в подтверждение, с достоинством, кивает. ИЛЬЯ берет стул и ставит его на авансцене сбоку.

ИЛЬЯ: Тебе нужно сесть сюда.

АЛиНА: Подожди.

АЛиНА подходит к двери, ведущей во вторую комнату, и стучит в нее.

АЛиНА: Верочка, отбой. Это ко мне знакомые пришли. Можно мы посидим?

АЛиНА прислушивается к ответу. За дверью слышится какое-то шуршанье.

АЛиНА: Хорошо, мы недолго.

ВОВКА: Слушай, я ее так ни разу и не видел. Она какая из себя?

АЛиНА: Маленькая, черненькая.

ВОВКА: Миниатюрная, пугливая брюнетка, это мой идеал.

АЛиНА: Не смей к ней приставать, я не хочу, чтобы меня еще и из этой квартиры выгнали.

ВОВКА: Не заводись. Я развратный, но очень послушный. И потом у меня здесь благородная миссия.

ИЛЬЯ: Садись сюда.

АЛиНА подходит к стулу и садится.

АЛиНА: Но выгоню я вас в любом случае.

ИЛЬЯ: Договорились.

ИЛЬЯ выбегает из квартиры, затем возвращается с магнитофоном, ставит его на пол, а затем опять выбегает из квартиры и закрывает за собой дверь.

АЛиНА: И куда он исчез?

ВОВКА: Переодевается на лестничной площадке.

АЛиНА: В Деда Мороза?

ВОВКА: Да перестань. Ну придумал он перед тобой разыграть небольшое такое, домашнее шоу, чтобы произвести на тебя впечатление. Текст, вот, написал. Меня попросил помочь. Ты же знаешь, он вечно витает где-то на далеких планетах. Все еще надеется на силу искусства. Потерпишь полчасика, ничего с тобой не случится. Я тебе вот что хотел сказать...

ВОВКА приближается к АЛиНЕ.

ВОВКА: Мы с тобой давно не виделись, у тебя, вообще, как дела?

АЛиНА: Ты это зачем спросил?

ВОВКА: Затем, что у меня дела, последнее время, неплохо пошли. Сниматься меня взяли. Американцы. Фильм тоже американский, только здесь снимают. "Сокрушающий стены" называется. Там один спортсмен тоже американец стены по всему миру кулаком пробивал. И к нам приехал попробывать кремлевскую пробить. Я там одного злодея играть буду. У меня, между прочим, с продюсером отношения хорошие. Могу и тебя на фильм устроить.

АЛиНА: В роли стены?

ВОВКА: Ну зачем же так?

ИЛЬЯ:(из-за двери) Можно!

ВОВКА: Ну ладно, после поговорим. А сейчас, наше представление начинается!(про себя) Бред какой-то.

ВОВКА отходит в сторону, включает магнитофон и встает в позу и откашливается. Играет цирковой оркестр.

ВОВКА: "В одном старом городе, на площади возле рынка стоял цирк шапито. Три года назад он приехал сюда дать несколько представлений, да так и остался в городе. Видимо и здесь дела пошли неплохо, или просто надоело артистам ездить и захотелось оседлой жизни."

АЛиНА: Здесь что, сейчас цирк будет?

ВОВКА: Ну посиди немножко, чего тебе стоит. Пожалей его. Я лично согласился в этой шизофрении участвовать только из жалости. Даже текст наизусть выучил.

АЛиНА: Это он про цирк придумал?

ВОВКА: Да, пятый раз говорю тебе. (ВОВКА продолжает) "Как и во всяком нормальном цирке в нем был свой жонглер, свой фокусник, своя дрессировщица и свой клоун. Клоуна любили взрослые и дети, за то, что он умел делать много забавных штук. (ВОВКА из рассказчика превращается в конферансье) Дамы и господа, а сейчас на арене цирка широко известный в узких кругах, артист многостаночник, человек-резина и человек-дрезина, любимец публики Клоун Илья Тубареткин! Поприветствуем!" (АЛиНЕ) Приветствуй, чего сидишь? Для тебя стараемся.

АЛиНА хлопает в ладоши. На записи звучит оркестр и слышатся аплодисменты и смех зрителей. И вот открывается входная дверь и на руках в квартиру заходит ИЛЬЯ, лицо его раскрашено, на нем смешной клоунский костюм. Он доходит до АЛиНЫ, остановившись напротив нее, прыжком встает на ноги и кланяется.

АЛиНА: Ловко.

ВОВКА: "Илья Тубареткин и его дрессированные тапочки!"

ИЛЬЯ убегает за дверь и тут же возвращается с большой клеткой, внутри которой лежат пушистые домашние тапочки. Он ставит клетку на пол, открывает дверцу и, с улыбкой, манит тапочки рукой. Но тапочки наружу не выходят. Тогда ВОВКА бросает ИЛЬЕ хлыст и тот, со страшным лицом, несколько раз щелкает им. Тапочки не двигаются с места. ИЛЬЯ встает на четвереньки и что-то шепчет тапочкам, упрашивая их выйти. Тапочки остаются на месте.

Тогда Илья сует руку в клетку, сам вытаскивает тапочки из клетки и кладет их на сцену. Начинает звучать дробь. Илья приближается к тапочкам, останавливается, закрывает глаза, сосредотачивается и... резко засовывает в тапочки сначала правую, затем левую ноги. Невидимый зал взрывается аплодисментами. Алена тоже аплодирует.

ИЛЬЯ: Алле, ап!

Звучат первые такты музыки и тапочки начинают двигаться в ритме. Действительно, кажется, что танцуют не ноги, а тапочки, которые тянут ноги за собой. Ритм становится все быстрее и быстрее. Тапочки мелькают в воздухе. Илья за ними уже не поспевает. Наконец он, изможденный, падает, а ноги все еще продолжают дрыгаться. Илья, из последних сил, сдергивает тапочки с ног, на четвереньках подползает к клетке и запирает в нее тапочки. Вздыхает с облегчением, кланяется и утаскивает клетку за дверь.

ВОВКА: Нормально он подготовился, правда? Слушай, мне, между прочим, на этом фильме американском уже аванс заплатили. Три тысячи, я квартирку снял на Таганке. Если тебе здесь неудобно, можешь у меня немного пожить. Приставать не буду, честное слово.

АЛиНА: Вы мне, по-моему, здесь что-то показываете.

ВОВКА: Ну да. Как там? Черт, текст забыл!

ВОВКА отходит к двери.

ВОВКА: Как там дальше?

ИЛЬЯ через щель что-то подсказывает ВОВКЕ.

ВОВКА: Понял. "На одном из представлений, Клоун заметил прекрасную девушку сидящую на первом ряду. Она приходила в цирк каждый вечер и всегда садилась на одно и то же место."

Начинает звучать музыка, дверь распахивается и в квартиру вкатывается кувырком Клоун Илья. Он резво вскакивает на ноги, вытаскивает из карманов три разноцветных шара и принимается ими жонглировать.

Илья жонглирует и, одновременно, высматривает кого-то в зрительном зале. Неожиданно он замечает сидящую на стуле Алену. На него сразу находит столбняк, руки у него опускаются, и разноцветные шары с грохотом падают на сцену. А сам Илья так и остается стоять напротив Алены с открытым ртом.

Музыка обрывается и слышится свист и крики недовольного зала.

ВОВКА: "Несколько раз, после конца представления, Клоун выбегал в зрительский гардероб, но Девушки там уже не было."

Клоун ИЛЬЯ поворачивается и спрятав голову в плечи направляется к входной двери, но ему преграждает путь ВОВКА с хлыстом в руках.

ВОВКА: "В один прекрасный день Клоуна вызвал Директор цирка. Это был страшный человек. Рассказывали, что он искусал двух тигров и одного льва, когда его случайно заперли в клетку. Директор цирка сказал Клоуну: Дорогой мой, ты же знаешь, как я люблю своих артистов. И эта любовь дает мне право немножечко пожурить их, когда нужно. Дорогой мой, ты стал хуже работать. Ты стал медленнее бегать и ниже прыгать. Мячи падают у тебя из рук, и зрителям становится за тебя стыдно. А зрителям не должно быть стыдно, им должно быть хорошо. Ты стал дольше обычного задерживаться на арене, потому что ты хочешь видеть эту девушку с двадцать девятого места. Эта девушка - моя дочь. И я не хочу, чтобы ты - глупый клоун смотрел на нее. Если это повторится, ты никогда уже не сможешь ходить на руках... и на ногах тоже. Ты меня понял?"

Клоун ИЛЬЯ кивает головой и выходит в дверь.

ВОВКА:" Сказать честно, наш клоун был не очень смелый парень. И в тот вечер он дал себе слово забыть девушку из первого ряда. Но прошла ночь, прошел день и опять наступил вечер..." (АЛиНЕ) Слушай, перед тем, как мы продолжим, я в следующем месяце собираюсь в Италию поехать отдыхать. Было бы очень здорово, если бы ты составила компанию. Я бы за все заплатил. Тебе нравится такое предложение?

АЛиНА: Мне нравится спектакль, который вы показываете.

ВОВКА: Нормально ты ответить не можешь!

ИЛЬЯ:(из-за двери) Вов, ну что ты там?

ВОВКА: После поговорим. "Представление в тот вечер шло своим чередом. Из-за кулис Клоун заметил, что Девушка с самого начала сидела на своем месте. Увидев ее Клоун твердо решил признаться ей в любви. В конце представления Клоун раздавал зрителям колокольчики, дирижировал и зрители играли красивую мелодию."

Из дверей выходит Клоун ИЛЬЯ. В одной руке у него колокольчик, а в другой дирижерская палочка.

ВОВКА: "У Клоуна был свой серебряный колокольчик, который он не отдавал никому. На нем он играл последнюю ноту мелодии. Клоун решил отдать этот колокольчик Девушке."

ИЛЬЯ медленно подходит к АЛиНЕ и протягивает ей колокольчик. Алена берет его.

ВОВКА: "Клоун загадал, что когда Девушка зазвонит в колокольчик, и услышит его нежный голос, она поймет, как сильно Клоун ее любит".

Клоун ИЛЬЯ отходит в сторону и поднимает руки, делает взмах дирижерской палочкой. И тут же начинает звучать мелодия, которую играют колокольчики. Очень красивая мелодия, которая берет за душу. Клоун-Илья вдохновенно дирижирует невидимыми зрителями. Летит по залу прекрасная мелодия. И вот остается несыгранной только одна нота. Клоун-Илья поворачивается к сидящей на стуле Алене. Смотрит на нее и делает взмах дирижерской палочкой. Алена звонит в колокольчик.

ВОВКА:"И случилось чудо. Девушка полюбила Клоуна. Девушка встала со своего места на первом ряду, вышла на арену, подошла к Клоуну и взяла его за руку."

АЛиНА, не двигаясь, сидит на стуле.

ВОВКА: "Девушка подошла к Клоуну и взяла его за руку."

АЛиНА остается сидеть. ВОВКА перестает играть и оборачивается к стящему тут же ИЛЬЕ.

ВОВКА: Ты убедился?! Это все твои бредовые затеи! Никто никогда на них не покупался!

ВОВКА подходит к АЛиНЕ и садится возле стула на котором она сидит на корточки.

ВОВКА: Город, куда мы полетим, Римини называется. Лететь несколько часов, Но зато потом: море, солнце, водные мотоциклы, и очень дешевая женская обувь. Пицца, всего пять долларов, вот такая.

ВОВКА складывает руки кругом.

ВОВКА: Сухая тонкая корочка, а внутри навалено, мама моя!: ветчина, грибы, огурчики наструганные и еще невесть чего, все сыром залитое, горячее! Будем в номере жить на двоих, но ои там огромные, как на десятерых! Все удобства, мини- бар, кровать двуспальная, вот такая!

ВОВКА раздвигает руки, чтобы показать.

ИЛЬЯ:(ВОВКЕ) Отойди от нее.

ВОВКА: Гуляй, неудачник. (АЛиНЕ) И завтрак на подносе в постель...

ИЛЬЯ: Отойди от нее!

ВОВКА вскакивает на ноги и начинает наступать на ИЛЬЮ.

ВОВКА: Ты думаешь что, если я в армии не был, я с тобой не справлюсь. Да я тебя сейчас в паркет зарою!

ИЛЬЯ: Попробуй!

Друзья сходятся и берут друг друга за грудки. Сейчас начнется драка, но АЛиНА вскакивает с места и принимается растаскивать драчунов.

АЛиНА: Успокойтесь вы! Уймитесь! Ненавижу мужиков, одно из двух, или пьют, или дерутся.(ИЛЬЕ) Дай руку.

ИЛЬЯ: Зачем?

АЛиНА: Давай, страдалец.

ИЛЬЯ протягивает ей руку, АЛиНА берет его за руку.

АЛиНА: Нет чуда, ну и Бог с ним. Ты мне и так нравишься. Пошли что ли?

ИЛЬЯ: Пошли.

ИЛЬЯ и АЛиНА, взявшись за руки, выходят из квартиры.

ВОВКА: "И не обращая внимания на свист публики Девушка и Клоун, взявшись за руки, вышли из цирка. Зрители вскоре тоже стали расходиться, а злой Директор бегал по клетке с тиграми и рвал на себе волосы."

ВОВКА стаскивает с себя цилиндр, вместе с париком. Постояв секунду, он подходит к магнитофону, по которому еще идет запись расходящегося зала, и выключает его. Затем ВОВКА направляется к двери ведущей во вторую комнату. ВОВКА дергает ее. Она заперта.

ВОВКА:(постояв секунду) Простите, Вера, Вас беспокоит Владимир, приятель Алены. Вас не сильно потревожила музыка, которую мы включали?

За дверью тишина.

ВОВКА: Очень хорошо. Дело в том, что я, повинуясь движению сердца, устраивал здесь дела влюбленных. А что делать, если хочется видеть их счастливыми, а они никак не могут договориться. Приходиться вмешиваться. Вообще, сколько себя знаю, все время помогаю людям. На себя времени совсем не остается. Сядешь так после трудов праведных и подумаешь, где ты моя единственная, назначенная мне судьбой? Нет, никого не видно... и не слышно. Казалось бы, не обделен умом и мужской статью. Но нет рядом любимой подруги. И

И так становится горько, что хочется плакать. И говоришь себе, а может быть она совсем рядом, может быть ты ее плохо ищешь? А может быть я просто неудачник, как вы думаете?

После этого вопроса возникает пауза, а затем слышится звук отодвигаемой щеколды и дверь медленно, со скрипом, открывается во внутрь. ВОВКА широко улыбается и не спеша заходит в комнату.

З А Н А В Е С

Content

Белецкий Родион
После армии