Белобров Владимир & Попов Олег

Шампанского брызги на белых штанах

Владимир Белобров, Олег Попов

Шампанского брызги на белых штанах

"... кто ж теперь не в аффекте, вы,

я - все в аффекте, и сколько примеров: сидит

человек, поет романс, вдруг ему что-нибудь не

понравилось, взял пистолет и убил кого попало, а

затем ему все прощают. Я недавно читала, и все

доктора подтвердили."

Ф.М.Достоевский. "Братья Карамазовы"

Часть 4. Книга 11. Глава 1.

"... На месте Гоголя, я бы на Белинского

положил."

Ф.И.Тютчев.

"Мужская мода также уже находилась под

влиянием Французской революции, но только

принимала эти перемены нерешительно и

медленно"

Иллюстрированная энциклопедия моды

Пролог

Бал был в самом разгаре, когда граф Пардонов, придерживая за

пазухой бутылку, начал протискиваться между танцующими парами. "

Ну и давка, - подумал он. - Не пролезешь." В это время кто-то так

хлопнул графа по спине, что он закашлялся и чуть не упустил

бутылку. Пардонов уже было собрался лягнуть грубияна, но в это

время услышал:

-Здорово, Пардон! - он узнал по голосу старого приятеля барона фон

Фуйберга. - Куда, брат, прешь? Видал , какие бабы понаехали? Бу-га

га-га-га! - Добродушно заржал барон.

-А, это ты... Здорово, брат Фуйберг! А я уже было хотел тебя ногой

припечатать. Хорошо, что ты голос подал.

-Бу-га-га-га-га! - Снова закатился Фуйберг. - Ногой припечатать?! Это

меня-то ?! Своего старинного товарища Фуйберга лягнуть хотел ! Бу

га-га-га-га !

-Где это ты, барон, так накачаться успел ? - Заинтересованно

спросил граф Пардонов.

- Да тут , пока одни танцевать пошли, я у них со стола махнул. Бу-га

га-га-га! Они с танцев вернулись, а у них на столе -тю-тю! Один укроп

на скатерти! Бу-га-га-га-га!

-Ну ты, брат Фуйберг, и хват! - Восхитился Пардонов. - Как баба твоя

?

-Да я ее на воды в Пруссию услал неделю тому. Пусть пьет от пуза,

дура. Авось, лопнет! Бу-га-га-га-га! А сам тут...- барон сделал

неприличный жест,- с бабами! Бу-га-га-га-га! А ты, брат Пардонов,

как? еще не женился?

-Я себе не враг. - Сказал граф и провел рукой по волосам. - Наши

жены - пушки заряжены,-пошутил он.

-Чего жопы Пушкина?-недоуменно переспросил барон.

-Сам ты жопа Пушкина!-передразнил его граф.-Пушки,говорю. Пиф

паф! Артиллерия. А ты - жопы!

-Да чего ты!- Обиделся Фуйберг.- Тут так ногами бухают, что ни хуя не

слышно.

-Ладно, не бзди!- Примирительно сказал Пардонов, похлопав барона

по плечу.- Выпить есть?

-Нету!- радостно развел руками Фуйберг. - Уже все выдул! Вот только

стакан есть.- Барон вытащил из кармана мутный зеленый стакан.

Всегда со мной! А моя корова щас в Пруссии воду пьет, - опять

вспомнил он.- Бу-га-га-га-га! А у тебя есть ? Выпить?

-У меня тоже нету! - соврал граф.

-Может,пойдем у кого со стола опять стянем? - Предложил барон фон

Фуйберг.

-Иди ты на фиг! - возмутился Пардонов. - Никогда еще граф

Пардонов у товарищей спиртное не воровал!

-Бу-га-га-га-га! - заржал подвыпивший Фуйберг. - Ух ты, какие мы

деликатные месье! А, помнишь, как в прошлом году, когда я

извозчика ловил, ты на скамейке один всю бутылку выдул!? Ах ты,

брат Пардонов, обманщик! Обманщик и пьяница! Дай я тебя,

оглоеда, поцелую! - С этими словами он полез на Пардонова и так

насел на него животом, что от неожиданности граф упустил бутылку.

Бутылка ударилась об сапог Фуйберга и благополучно скатилась на

пол. Барон удивленно посмотрел на нее мутными глазами.

-Ну ты, граф, и скотина! - Обиженно сказал он наконец. - А говорил

выпить нет. А сам бутылочку притырил. Ну и подлец же ты!

-Сам ты подлец! - Не растерялся Пардонов. - Это не моя бутылка.

-А чья, бля?! - Удивился Фуйберг.

-Твоя, бля. - Ответил Пардонов.

-Моя, бля?!

-У тебя из кармана выпала, когда ты лизаться полез.

-Да? - Еще больше удивился Фуйберг. Он поднял бутылку и

внимательно осмотрел этикетку. - А... вспомнил, действительно моя.

Барон засунул бутылку в карман штанов и, хлопнув графа по плечу,

сказал:

-Ну, бывай, Пардон. Не кашляй. Я побежал. - И он быстро скрылся

среди танцующих.

"Вот сволочь! - Подумал Пардонов и с досадой сплюнул на паркет.

Барон бутылку спер! Немчура, бля! Фуй позорный!"

Он постоял еще с минуту, потом махнул рукой и отправился на

поиски новой бутылки.

У стены Пардонов заметил графа Плеткина в окружении дам.

Размахивая руками и морщась, Плеткин что-то оживленно

рассказывал столпившимся вокруг него барышням. Пардонов

подошел и прислушался.

-... две порции беф-строганов и по приставной лестнице полез к ней в

окно. Тут из окна высовывается ее папаша с ружьем: "Стой,

говорит,- стрелять буду!" "Папаша, ты полегче! - отвечает он. Я не

какой-нибудь лазутчик - у меня серьезные намерения." "Знаю я

вашего брата. - отвечает папаша. - Слазь, кому говорю! А то щас

стрельну." Тот не слезает. Папаша прицеливается и, значит, - пух!

пух! пух! - стреляет три раза...

Барышни охнули и побледнели. Плеткин сделал паузу и обвел всех

барышень многозначительным взглядом.

-Ну продолжайте же, противный, - не выдержала одна из них. - Мы

все сгораем от любопытства!

-Терпение, милые барышни! - произнес Плеткин. - Итак, я

продолжаю: М-м-м ... На чем, бишь, я остановился?.. Ах, да! Папаша,

значит, стрельнул три раза -пух! пух! пух! Ромео покатился с

лестницы, начисто убитый, и умер под окном любимой. Его Беатриче

помчалась на кухню, вынула из ящика нож, прибежала к телу Ромео и

зарезала себя над ним. Два хладных трупа слились в последнем

поцелуе. Наблюдавший все это из окна папаша с криком: "Дочка, я

иду за тобой!", сиганул из окна на влюбленных.

Граф Плеткин замолчал, отставив ногу и уронив голову.

Барышни снова завздыхали и полезли в сумочки за платками.

Многие плакали.

-Какая печальная история, - сказала графиня Пришибалова, утерев

слезы платком, откашлявшись и прочистив нос. - Вы, Петр

Андреевич, довели нас до слез.

Плеткин поднял голову и, еще раз осмотрев барышень слева

направо, сказал:

- На этом история семейства Борродуччи не кончается. После смерти

папы и дочки их родовой замок достался племяннику по матери

синьору Руберто. Это был длинный, угрюмый человек с рыжей

бородой. Лысый. Баночка вазелина всегда...

Граф Пардонов понял, что россказням Плеткина не будет конца, и

отправился поискать бутылку в другом месте.

Проходя мимо диванов, Пардонов заметил на одном из них

безмятежно спящего Фуйберга. Рядом валялась пустая бутылка.

Пардонов помрачнел. Он подошел к спящему Фуйбергу, снял с него

один сапог и выбросил его в окно. Барон повернулся на другой бок и

захрапел еще сильнее. Носок у барона оказался дырявый. Из дырки

торчал палец. Пардонов злорадно ухмыльнулся и пошел дальше...

Глава 1.

Дрессировщики.

На кухне дома графини Затылкиной за столом сидели лакей Степан

и кучер Ибрагим. Они пили чай с баранками. На плите стояли четыре

кастрюли со щами. Над кастрюлями сушились графинины

фильдекосовые чулки. Слева на стене болтались круги краковской

колбасы. У другой стены помещался шкаф для самоваров. Над

шкафом висела картина в раме. На картине был нарисован мужик со

спущенными штанами, рядом с мужиком был пририсован царь с

орденами. Царь стегал мужика здоровенным кнутом по голой жопе.

Вверху были изображены две розочки, между ними надпись:

-Вот ты, Ибрагимка, - недовольно морщась, выговаривал лакей

Степан, - по своему татарскому обычаю, ходишь по дому босиком. А

мне это довольно противно. Культурному человеку невозможно

закусывать, когда у него перед харей маячут грязные ноги в цыпках.

-Моя так привык, - спокойно отвечал Ибрагим, муслюкая баранку.

-Тьфу, нехристь! Басурманская твоя душа, - незлобливо сказал

Степан, макнул пальцы в чай и пригладил ими волосы.

В это время в кухню забежала любимая болонка графини, по кличке

Джульетта. Она принюхалась, подошла к плите и, усевшись на

задницу, стала коситься на краковскую колбасу.

-Что, пудель, ноги коротки? - Обратился Степан к собаке. - Не

дотянисси до колбаски? Ишь, сука кучерявая! А ты попрыгай - может

дотянисси.

-Малэнкый животный, - Согласился кучер Ибрагим.- Шибко мэлкий

твар. Лошад болшой. Лошад достанэт.

-Лошадь колбасу есть не будет. У ней живот к этому не

приспособлен.

-Лошад овес шибко любит.

-Во-во. Гляди-кось, как облизывается. Если бы на ее месте был слон,

он бы эту колбасу носом снял. Ты, арабская морда, слона видел?

-Одын раз в цырк видэл. Нос как шланг. Шэрсти нэт.

Степан посмотрел на фильдекосовые чулки графини и хитро

прищурился.

-Щас мы из этой чучелы слона изобразим. - Стряхнув с груди крошки,

он подошел к плите и стянул с веревки чулки. -Ну-кось, Жилетка, иди

сюда, пудель сраный! - Поманил он собаку. - Фьють-фьють-фьють!

Собачка доверчиво подбежала к Степану. Степан схватил собачку,

зажал ее между ног и, изловчившись, напялил ей на голову чулки.

Болонка завертелась на полу, стараясь освободиться от чулок.

-Чистый слон. - Удовлетворенно заметил Степан.

-Однако, похож. Толко малэнкий.- Ибрагим перевел взгляд на свои

грязные ноги и пошевелил пальцами.

Джульетта стала кататься по полу.

-Смотри, Ибрагимка, Жилетка цирк представляет! Слон кувыркается!

Дай-ка, мамаец, свой кнут. Щас я слона дрессировать буду.

Ибрагим неторопливо обтер о зипун руки и, вытащив из-за пояса

кнут, подал его Степану. Степан влез на табуретку и торжественно

произнес:

- Уважаемая публика! Впервые в нашем цирке смертельный номер

"Быстроногий слон"! К нам приехал знаменитый французский слон

Жилетка из Америки! Унд Элефант! Сей момент он у нас попрыгает.

Алле-гоп!- крикнул Степан и стал громко щелкать кнутом об пол.

Собачка совершенно обезумела и забегала вокруг стола. Ибрагим

приподнял ноги. Муслюкая баранку, он внимательно наблюдал за

маленьким слоном, который накручивал все быстрее и быстрее.

-Шнель, шнель, Америка! - Щелкая кнутом, командовал Степан по

французски.- Комиль фо! Хобот не топчи, сучье вымя!

Ибрагим зевнул и поднял глаза - в дверях стояла графиня, вся

фиолетовая от злости. Степан, увлекшись, не замечал графиню,

продолжая щелкать кнутом и командовать. Ибрагим вылез из-за

стола и сказал:

-Здравствуй, мадам.

Глава 2.

Колбаса, микроскоп и свирепые

германцы.

Князь Термитов сидел на кровати в одних трусах и читал

книгу:"...селедку. На селедке каждый может. В это время факелы

осветили помещение и на пороге показались голые по пояс свирепые

германцы. В руках они держали дубинки с гвоздями.

-Сматываемся, Апполон !- Закричал Марк Гортензий брату и

стремительно побежал к шкафу. У шкафа он развернулся и помчался

к камину. От камина он побежал обратно к столу. " Кажется, здесь я

уже был, - пронеслось у него в голове. - Это ловушка! Попробую еще

раз."

-За мной, Апполон! - Крикнул он и снова побежал к шкафу. Брат

присоединился к нему.

Германцы какое-то время недоуменно наблюдали за бегунами.

Наконец германский командир скомандовал:

-Хватай их, ребята!

Германцы достали прочные сачки и накрыли ими братьев. Изловив

лазутчиков, они понесли их в лагерь.

По дороге братья трепыхались в сачках и кричали: "Гортензии не

сдаются!" - пока не получили дубинкой с гвоздями по голове. От

удара дубинкой брат Апполон скончался и его пришлось выбросить.

Марк Гортензий очнулся у ног толстого двухметрового германца.

Ушибленная голова сильно болела.

-Ну что, попался, макаронник?! - Захохотал варвар.- Как спалось?

-Спасибо, ничего. - Мужественно отвечал Марк Гортензий.

-Ишь, еще огрызается! - Усмехнулся немец. - Голова у тебя крепкая.

одобрительно добавил он. - А у братишки твово не такая крепкая. Не

выдержала нашей дубинки с гвоздями. Разок стукнули и - капут.

Пришлось его по дороге выбросить. - Германец почесал брюхо

волосатой пятерней и выпил кружку пива. - Щас мы тебя пытать

будем насчет дислокации. Натурлих. Скажешь сразу- получишь

такого же как у меня пива, копченой колбасы и жирную фрау.

Ферштейн? А не скажешь сразу- начнем тебя пытать, пока не

скажешь. Натурлих. Выбирай.

Морщась от головной боли, Марк Гортензий поднялся и

бесстрашно сказал:

-Вот что, вандалы, - я своего Цезаря на колбасу не меняю! Вот вам

мой ответ! - С этими словами он начал надкусывать язык и, когда

откусил окончательно, выплюнул его в лицо врагу..."

Князь отложил книгу и посмотрел на потолок. "Интересно,

подумал Термитов, - смог бы я, как Марк Гортензий?" Он высунул

язык и попытался его откусить.

В это время в комнату ввалился приятель князя генерал Полосатов.

-Кому это ты тут, князь, в одних трусах язык показываешь? - с порога

закричал он. - А я тебе микроскоп принес, научная морда. Как

обещал. - Генерал развернул тряпицу и грохнул микроскопом об

стол. - Получай прибор! - добавил он. -Цейсовский!

Князь Термитов убрал язык обратно в рот, встал с постели и

накинул халат.

-Закусишь со мной? - Завязывая пояс, предложил князь.

-Натурлих! - Одобрительно отозвался генерал и крякнул. - Пожрать

не мешало бы!

Через четверть часа приятели сидели в столовой и завтракали.

-Хороша колбаска!- Причмокивал генерал, уплетая колбасу. -Я хоть и

не немец, а в колбасе понимаю не хуже немца.

Впечатлительный князь представил себе голых по пояс германцев,

жрущих колбасу. Он отодвинул от себя тарелку.

-Я не буду.- Брезгливо сказал он.

-Давай,я доем. - предложил генерал. Он перегнулся через стол,

ухватил тарелку князя и поставил перед собой.

Князю сделалось противно. Он раскурил трубку с длинным

мундштуком и отвернулся.

-Я колбасы сколько хошь могу съесть!- Не унимался генерал.. - Это

мне, как с пистолета пальнуть. Тут я, голубчик князь, как-то обедал у

графини Затылкиной, так я там на спор съел двенадцать кругов

краковской колбасы и не лопнул! А потом еще мазурку протанцевал.

Во!

Князя едва не стошнило.

Генерал Полосатов доел колбасу и промакнул скатертью губы.

-Пойду, руки помою. - Сказал он.

Проходя мимо кухни, генерал заметил мясистую кухарку, которая

стояла у плиты и что-то размешивала в кастрюлях.

"Ишь ты, какая жопа! - восхитился генерал. - Не худо было бы к ней

пристроиться. Сейчас я ее пощупаю. Нале-во!" - Генерал на цыпочках

подкрался к кухарке и стремительно задрал ей юбку. Ухватив кухарку

за жопу, он другой рукой начал расстегивать штаны. Кухарка было

стала сопротивляться, но генерал строго сказал:

-Спокойно, птичка! Я - генерал Полосатов! Нет еще такой крепости,

которая бы против меня устояла!

Кухарка сразу обмякла и отдалась генералу у плиты.

Через некоторое время, застегнув штаны, генерал заглянул в

кастрюлю и выловил оттуда кусок говядины.

-Ну, красавица, я пошел. Мне еще руки помыть надо. -Жуя мясо,

генерал направился к выходу. На пороге он оглянулся и сказал:

Если кто обижать будет, ты мне скажи. Я- генерал Полосатов!

Глава 3.

Не подставляй спину.

Княгиня Анна Ильинична Пирогова, томная особа с голубыми

глазами, сидела у окошка и вышивала крестиком картину Пукирева

"Неравный брак". "Вишни, что ли, скушать?"- подумала Анна

Ильинична и отложила вышивку. Она вышла на балкон и потянулась:

"Или яблоко скушать? Яблок в этом году много. Эва, птица

пролетела. Хорошо быть птицею."

-Марфа! - Крикнула Анна Ильинична.

В кустах под балконом началась суетливая возня. Вскоре оттуда

выскочил конюх Прохор, придерживая двумя руками штаны,и, не

оглядываясь, помчался в конюшню. Затем из кустов вышла

раскрасневшаяся Марфа.

-Звали, барыня? - спросила она, задрав голову.

-Чем это ты в кустах с Прошкой занималась? - строго спросила

княгиня.

-Да ничем. Беседовали.

-Я тебе дам беседовали! Смотри у меня! - княгиня пригрозила ей

пальцем. - Принеси мне вишни.

Марфа бросилась за вишней.

-Только помыть не забудь! - Крикнула ей вслед Анна Ильинична.

Княгиня сидела у окошка, ела вишни и скучала о графе Пардонове.

Внизу зазвенел дверной колокольчик. "Мой приперся, - вздохнула

Анна Ильинична. - Принесла нелегкая!"

Заскрипели ступеньки и в дверях показался муж Анны Ильиничны,

князь Борис Аркадьевич Пирогов. Это был толстый,

аппоплексический мужчина с редкой растительностью на голове.

Тяжело фыркая и отдуваясь, он подошел к жене и чмокнул ее в щеку

слюнявыми губами.

-Здравствуй, мон шер. Твой котик вернулся.

Княгиня поморщилась.

-Ездил к губернатору. Весь вспотел. Паштеты кушали.

Парадоксальное блюдо- выглядит как говно, а вкуса

наинежнейшего... Уф! Пот ручьями течет,- Добавил князь Пирогов,

стаскивая с себя пиджак, жилетку, рубаху и майку. Анна Ильинична с

отвращением посмотрела на его потную, в жирных складках, спину:

"У, боров. Ненавижу!"

-Прелесть моя!- Попросил князь.- Почеши мне, пожалуйста, ногтями

под лопаткой, а то я не достаю.

Княгиня подошла и, зажав пальцами нос, другой рукой стала чесать

спину князю. Князь похрюкивал от удовольствия.

-А теперь, мон шер, чуток пониже... Вот-вот... А теперь чуток правее...

"У, сволочь!- думала княгиня, скребя ногтями. - Отравить его что ли?

Глава 4.

Преступление и наказание.

Графиня Затылкина хлестала Степана по морде

фильдекокосовыми чулками. Степан стоял перед графиней, вытянув

шею, и виновато мигал.

-Ты что ж это, холопская морда, с графскими чулками делаешь?!

орала графиня.

-Да я что...- неумело оправдывался Степан,- Я как лучше хотел...

Думаю, еще в щи свалятся ваши чулочки... Эвона, их четыре

кастрюли стоят. Куда столько?

`

-Четыре кастрюли! Я тебе дам четыре кастрюли! - Не унималась

графиня. А зачем ты, харя немытая, мои чулки Джульетте на морду

надел?! Ты что, не знаешь куда их надевают?

-Нешто, не знаю. Ясно, знаю. На ноги надевают.

-Ну так?!

-Да разве ж я б себе позволил графские чулки псине на ноги

надевать? Нешто я соображения не имею - не могу барыню от шавки

поганой отличать?

-Ты мне, ирод, зубы не заговаривай! Зачем, говори, собаке на морду

мои чулки напялил?!

Степан вздохнул и, опустив голову, виновато ответил:

-Больно охота было слона посмотреть. Прости, барыня.

-Ах, слона тебе охота было посмотреть?! Сейчас, урод, я тебе покажу

слона! - Графиня напялила чулки на морду Степану, взяла кнут и,

стегнув Степана по жопе, скомандовала:

-Ну-кось, животное, бегай!

Степан уйкнул и забегал вокруг стола. Графиня, кряхтя, залезла на

табуретку и защелкала кнутом, приговаривая:

-Я тебе покажу быстроногого слона! Я тебе покажу комиль фо! Вот

тебе, вот тебе, унд элефант! Шнель, шнель! Шевелись, урод!

Степан забегал быстрее. Он бегал до тех пор, пока не свалился от

усталости.

-Ладно,- слезая с табуретки, сказала запыхавшаяся графиня,- на

первый раз достаточно... А ты, басурман, куда смотрел?!

Обратилась она к стоявшему в стороне Ибрагиму.

-Моя татарин за лошад смотреть нада,- спокойно ответил Ибрагим.

-Так чего ж ты, салям алейкум, тут топчешься?! Чтоб через секунду

духа твоего здесь не было!

Татарин заткнул кнут за пояс и отправился на улицу надевать

галоши.

Графиня выбежала в коридор, где на сундуке спала горничная

Фекла. Затылкина схватила ее за ногу и скувырнула на пол. Фекла

шмякнулась и проснулась. Затылкина за волосы потащила

горничную на кухню. По дороге Фекла испуганно моргала глазами и

ойкала. Подтащив горничную к плите, графиня сунула ее головой в

кастрюлю со щами и заорала:

-Сколько раз я тебе, дура, говорила, чтоб ты не вешала мои чулки

над щами?! Сколько раз я тебе говорила: Во двор вешай! Во двор!

Графиня опять окунула Феклу головой в кастрюлю и держала там,

пока та не начала пускать пузыри. Когда Фекла вынырнула, изо рта у

нее торчал здоровенный кусок мяса. Графиня выхватила говядину и,

швырнув ее обратно в кастрюлю, направилась к двери. По дороге она

пнула ногой валявшегося на полу Степана.

-Одеваться мне! Живо! - Приказала она. И добавила,- Обедать еду. К

Пироговым.

Глава 5.

Змея и чаша.

Анна Ильинична Пирогова в кружевном платье и с сумочкой в руках

шла в аптеку за ядом. "Чем бы его отравить?- думала она. -Борис

Аркадьевич толстый. По-видимому яду понадобится много. Может

грамм триста... я где-то читала, что какого-то мужчину отравили

толченым стеклом... Это было бы неплохо. Не пришлось бы

тратиться на яд... Но, с другой стороны, начнешь стекло колоть- шуму

будет... все сбегутся, увидят- я с молотком. Подозрительно. Придется

потратиться на яд. Чего же ему купить? Стрихнину, мышьяку или

цианистого калия?.. А может ограничиться крысиным ядом?.."

Княгиня подошла к аптеке. Все окна аптеки были разрисованы

красными крестами и чашками со змеями. Анна Ильинична толкнула

дверь ногой и вошла. За прилавком стоял Исаак Моисеевич Цукер.

Он тут работал аптекарем.

Исаак Моисеевич пересыпал какие-то таблетки из пузырьков в

коробочки. Увидев в дверях княгиню Пирогову, аптекарь засуетился

и, положив коробочки с пузырьками в ящик, выскочил из-за прилавка.

-День добрый, Анна Ильинична. Как ваше драгоценное здоровье? Как

здоровье вашего мужа и деток?

-Спасибо, не жалуемся,- Ответила княгиня.

-Ну, дай бог, дай бог. Разочарованно произнес аптекарь.- Таки значит

не жалуемся... Таки может у вас пудра вышла или укропная вода?

-Да нет, я не за этим... - Княгиня запнулась и покраснела,- Э-э-э... А

скажите, голубчик Исаак Моисеевич, какие у вас имеются яды в

продаже?

-Яды?!- оживился Исаак Моисеевич. - Вы спрашиваете, есть ли у нас

яды? А где вы еще найдете такие яды, как не в аптеке у старого

Цукера?! У нас имеются разные яды! Есть замечательный цианистый

калий, по целковому за фунт. Имеется американский мышьяк, по

восемьдесят копеек. Есть царский стрихнин, по пятьдесят копеек. А

крысиный яд имеется такой,что все ваши крыски, покушав его, станут

мертвее кучера господина генерала Полосатова, которого неделю

тому собственноручно раздавила лошадь.

-Сколько стоит?- Заинтересовалась Анна Ильинична.

-Продается совсем задаром. Такой замечательный яд я бы сам

покушал, если бы не боялся огорчить своей супруги. Для вас он не

будет стоить ровным счетом ничего. Какие-то пустяки. Всего тридцать

копеек за фунт.

-Вот! Его-то мне и нужно.- Обрадовалась прижимистая Анна

Ильинична.- А то, знаете, у нас крыс что-то развелось видимо

невидимо. Так и шныряют повсюду. Туда-сюда, туда-сюда... Совсем

житья не стало. От грызунов... Туда-сюда, туда-сюда...- Анна

Ильинична поводила рукой по воздуху, показывая - в какие стороны

бегают крысы.- А Марфа, горничная наша, как на грех,

разболелась...- Княгиня вздохнула...- Вот я и пришла за ядом. Чтобы

этих крыс отравить... Тридцать копеек, говорите?.. Насыпьте мне, э-э

э...- Анна Ильинична начала судорожно соображать: "Значит, Борис

Аркадьевич довольно толстый. Яду нужно немало. С другой стороны,

фунт- это целая тарелка. Это он, пожалуй, не съест. Возьму

полфунта."- Э-э-э... Пожалуй, что насыпьте мне, голубчик Исаак

Моисеевич, полфунта. Я думаю, что этого будет достаточно.

-Позвольте-с,- возразил аптекарь,- я извиняюсь, не маловато ли

будет? Этак, две крыски покушают, и другим ничего не останется.

-В самый раз.- Отрезала княгиня.

-Нуте-с, как скажите. Наше дело аптекарское, гомеопатическое.

Цукер свернул кулек и, ловко орудуя лопаточкой, насыпал туда

полфунта яду.

-С вас пятнадцать копеек, княгиня.- Сказал он, протягивая кулек Анне

Ильиничне.

Выходя из аптеки, княгиня столкнулась нос к носу со своим родным

братом князем Термитовым.

-Здравствуй, Анна,- Сказал князь.- Чего это ты тут делаешь? В

аптеке?

-Да так,- смутилась княгиня,- кое-чего покупала.

-А...-рассеянно откликнулся князь.- А я за пиявками пришел. Хочу их

под микроскоп положить. Интересуюсь, какое у них строение.

Глава 6.

Фокусы графа Плеткина.

Обед у Пироговых был в полном разгаре. В квадратной зале за

длинным столом сидели Борис Аркадьевич и Анна Ильинична

Пироговы, брат Анны Ильиничны князь Термитов, графиня

Затылкина, генерал Полосатов и барон фон Фуйберг. Они обедали.

Вдоль стены стояли лакеи. Они облизывались. По углам залы

размещались скульптуры голых Нарциссов. А сверху над столом

висела шикарная люстра.

Мажордом в белых перчатках налил всем брюссельского супу и

роздал ложки.

-Приступим, господа.- Сказал Борис Аркадьевич, засовывая за

воротник салфетку.

Загремели ложки. Все кушали с аппетитом. Одна Анна Ильинична

чего-то ерзала задницей на стуле и почти ничего не ела.

-Что это ты, душенька, супчик совсем не кушаешь?- Обратился Борис

Аркадьевич к супруге и рыгнул.

-Что-то не хочется.- Соврала Анна Ильинична.

-А зря. Супчик наваристый.- Князь вынул изо рта лавровый лист и

положил его на край тарелки.- Кстати, господа, был я тут у

губернатора. Кушали паштеты. Парадоксальное блюдо...- князь не

закончил- Анна Ильинична наступила ему под столом на ногу и

выразительно на него посмотрела.- Ну... ладно.- Сказал Борис

Аркадьевич после вынужденной паузы,- потом расскажу. После

обеда.

"Это навряд ли". - Ухмыльнулась про себя Анна Ильинична.

Генерал Полосатов первым доел свой суп.

-Эй, морда, иди сюда!- подозвал он мажордома.- Плесни мне еще

половничек.

В это время дверь распахнулась и вошедший лакей объявил:

-Его сиятельство, граф Плеткин!

В залу вбежал запыхавшийся граф.

-Что ж это вы, милейший, опаздываете?- Обратился к нему Борис

Аркадьевич.- А мы уже весь супчик скушали. Вашу порцию генерал

Полосатов изволил доесть. Эй!- крикнул он лакею.- Тащи еще прибор

его сиятельству!

- Может мой докушаете?- Предложила Анна Ильинична.- Я, право

слово, к нему не притронулась.

- Это правда.- Подтвердил Борис Аркадьевич.- Может, ложку только и

отхлебнула. Да ты и сам, сударь, видишь- полная тарелка.

-Извольте-с. Я с превеликим удовольствием.- Поспешно согласился

граф. - С утра, знаете ли-с, не жрамши. Аж в брюхе урчит.

Граф Плеткин уселся за стол. Ловко орудуя ложкой, он докушал суп

Анны Ильиничны и облизал прибор.

Генерал Полосатов тоже докушал свой суп. Он перевернул пустую

тарелку и застучал по ней ложкой.

- Ба!- неожиданно громко вскрикнул граф Плеткин.-Затылкина! И ты

здесь?! А я тебя сначала и не заметил!- Граф крикнул так громко, что

от неожиданности генерал Полосатов уронил ложку под стол и полез

ее доставать. "Эва, какие пухленькие ножки у Анны Ильиничны!

восхитился генерал, сидя пол столом.- Не худо бы было к ней

пристроиться!"

-Сегодня один тоже меня не заметил,- съязвила Затылкина,- так этот

субъект потом у меня с чулками на морде вокруг стола бегал. Под

видом быстроногого слона. Пока не скувырнулся.

-Бу-га-га-га-га!- Прыская супом, заржал барон фон Фуйберг.

-Вы, Карл Иванович, супом на соседей брызгаетесь.-Укоризненно

сказал князь Термитов, вытирая баронский суп с лица салфеткой.

Это не вежливо. Я с вами больше рядом не сяду.

- Бу-га-га-га-га! Вот и жена мне все время то же самое говорит!

Обрадовался барон.- Прямо теми же словами! Щас в Пруссии она.

Воду хлещет!

Внесли свинину с гречневой кашей и разложили по тарелкам. Все

стали энергично кушать. Генерал вылез из-под стола и

присоединился к остальным.

- Я тут, господа, одну занимательную вещицу прочел.- Сообщил граф

Плеткин.- Роман про трех братьев. Не упомню в точности как

называется. То ли "Братья Конокрадовы", то ли "Паровозовы".

Хотите, расскажу?

- Просим, просим, Петр Андреевич.- Захлопал в ладоши Борис

Аркадьевич.

- Ну... тогда слушайте.- Плеткин подпер щеку кулаком и начал.- Жили

были три брата. Один хороший. Другой гад. А третий ни то, ни се.

Полугад, по-нашему, получается. Их папа был нечистый на руку

купец. Такой уж он, как говорится, родился. Ничего тут не поделаешь.

Папа купец со своим средним сыном-полугадом, не взирая на

разницу в годах, полюбили одну и ту же особу, которая, в свою

очередь, была моложе этого сына на тринадцать лет. Особа эта

любила проводить время, окруженная поющими и танцующими

цыганами, по очереди- то с папой, то с сыном. "Митенька, Митенька!

голосит, бывало, Грушенька.- Ох, и угорелая я особа!" Это значит они

с сыном гуляют.Значит, идет пьянка-гулянка. Дым, как говорится,

коромыслом и все такое. Потом, главное дело, у сына деньги

кончаются- она тогда к папе бежит праздновать именины сердца. А

сын чувствует, что она сейчас к папе отправится, и подкарауливает

ее в кустах. Засаду, значит, в кустах оборудовал. А она тоже, не будь

дурой, чувствует, что папин сын ее в кустах подстерегает, и тогда

устремляется к папиному дому обходными путями, пробираясь через

колючки то ползком, то мелкими перебежками. Ба!- смотрит она- вот

уже и папин дом. На крыльце стоит сам папа, окруженный цыганами.

Они поют и пляшут. Грушенька подгребает к папе. Он наливает ей

чарку вина и дарит бусы.

Ну все. Точка!- Сыну это дело надоело- Сколько, думает, можно в

кустах сидеть без денег?! - Он из кустов вылез и папу застрелил. А

папа полез в карман за пистолетом, да не успел. Сын в него первым

выстрелил. Угробил, мамочки, родного папу! НИ-ЗА-ЧТО! А, кстати,

пистолета у папы в кармане никакого и не было. Пистолет у него в

других штанах остался. В парадных...

- С лампасами?- перебил Плеткина генерал Полосатов.

- Нет. Просто от выходного костюма. Клетчатые.- ответил Плеткин.

- А. А то я и думаю: откуда у штатского штанам с лампасами быть?

успокоился генерал.

- Ну так я, господа, продолжаю,- сказал Плеткин.- В клетчатых,

значит, пистолет остался. Ну, а хоть бы и в этих штанах пистолет

был- он его так и так достать бы не успел. А сын был военный,

рискованный, и штаны у него были всего одни...

-Как у графа Пардонова!- Захихикал Фуйберг. Анна Ильинична гневно

засверкала глазами.

- Господа! Ну что вы, право слово, меня все время перебиваете?! Я

так никогда не закончу!- Раздосадовался Плеткин.- Так вот... Штаны у

его военного сына были всего одни. С пистолетом. Ошибка

исключена.

А у папы, кстати, было трое слуг. Одна пожилая женщина- кухарка.

Другой- верный слуга, больной радикулитом. И еще один молодой

негодяй повар, который в середине всей этой истории повесился.

Смердяков, значит.

Похоронили застреленного папу на церковном кладбище. На его

надгробной плите и сейчас можно прочесть следующие тревожные

слова.- Плеткин порылся в кармане и извлек оттуда сложенный

вчетверо листок.- Вот, господа,- сказал он,- я специально списал. На

память. Вот, слушайте.- Плеткин откашлялся и прочел:

Тут успокоился Федор Петрович

Карамазов

Купец второй гильдии.

Через его руки проходило много

алмазов и топазов

Таких огромных и сверкающих

Каких вы отродясь в глаза не видели.

Супруга его скончалась в свое время от

благородной болезни

Стал купец тогда горевать

И с цыганами деньги пропивать.

И все бы пропил, да решил, что не пить

полезней

И пить перестал и стал веселый опять.

Птица черная пролетает над лесом

Шелестят листвою ветки

Как случилось нам неизвестно

Что остались сиротками детки.

Зазывает тебя в дорогу

Птица белая с хвостом укороченным

Но проклятая крышка гроба

Сильно крепко гвоздями приколочена.

Вот и все, господа.- Плеткин умолк и ткнул вилкой в свинину.

- Занимательная вещица.- Сказал Борис Аркадьевич.- Надо бы

прочесть на досуге.

"Как же, прочел один такой!"- Подумала Анна Ильинична и

пощупала в кармане кулек с ядом.

- Конечно,- отозвался со своего места генерал Полосатов,- с

военным вздумал стреляться. Штатский супротив военного, что

денщик супротив кавалериста! Военный- он такой- пиф-паф и дырка!

генерал ударил по столу кулаком.- Я помню, на войне иду... смотрю

на ветке неприятель сидит. Я винтовку к плечу. Беру его, голубчика,

на мушку. Пиф-паф и дырка! Падает этот сукин сын с дерева...

Оказался штатским!- Генерал обвел всех победным взглядом.- А вы

говорите! Если мне какой субъект на мушку попадется- бью без

промаху!- добавил он.

- Неужели никогда не промахиваетесь?- Поинтересовалась

Затылкина.

- Смотри.- Ответил генерал и, зацепив из тарелки Затылкиной

маслину, крикнул стоявшему в дальнем углу лакею,- Эй, морда!

Открой рот и стой смирно!- Лакей послушно разинул рот и замер.

Генерал подкинул на руке маслину, прищурился и швырнул ее в

лакея. Маслина угодила лакею точно в рот. Лакей щелкнул зубами и

проглотил снаряд. Все зааплодировали.

- Вот так-то!- Сказал генерал.- Русский человек, он от природы

меткий! Помню, в детстве перед сном мне моя няня Марина

Аккордеоновна постоянно одну русскую сказку рассказывала. Про

прицельность русской натуры. Как щас помню: Жил-был старик. И

было у него три сына. Старший, средний и младший-дурак. Вот

пришла им пора жениться. Выдал старик каждому по ружью и велел

идти в чистое поле. Вышли они в чистое поле и как начали палить в

разные стороны! Старший уложил толстую купеческую дочь. Средний

срезал офицерскую дочь посухощавее. А младший-дурак попал в

такую ма-лю-сень-ку-ю лягушечку. В самую серединку! Самым,

значит, метким оказался!- Генерал снова ударил по столу кулаком.- С

русским не пофокусничаешь! Русский, он кого хошь застрелит!

- Кстати, господа, о фокусах.- Отозвался со своего места граф

Плеткин. Разрешите, господа, я тоже один фокус покажу?- Он набрал

полную ложку каши, подставил под черенок ложки указательный

палец и, с возгласом "Алле-оп!", другой рукой ударил по черенку.

Каша взлетев к люстре, описала дугу и упала точно в раскрытый рот

графу. Плеткин заработал челюстями. Все снова зааплодировали.

Громче всех аплодировала Затылкина.

-Браво, граф! Браво!

Воспользовавшись тем, что все смотрят на графа, Анна Ильинична

высыпала в кашу супруга полфунта яду и размешала.

-Здорово, Петр Андреевич.-Похвалил Плеткина генерал.- Где это ты,

граф, так намастыкался?

- Это меня Пардонов научил!- Гордо озираясь по сторонам, сообщил

граф.

- Ишь ты! Навесом! Как это, как это ты там делал?- Генерал набрал в

ложку побольше каши и, подставив под черенок палец, с рахмаху

врезал по ложке кулаком. Каша перелетела через стол и упала в

тарелку Борису Аркадьевичу. Все замерли.

- Бу-га-га-га-га!- Вдруг захохотал Фуйберг, ударяя себя по ляжкам. Он

попытался что-то произнести, но так и не смог.

Борис Аркадьевич покраснел:

- Но, господа... Должны же быть какие-нибудь границы?- Возмущенно

выдавил он.- Я тоже люблю пошутить... Но не так же! Как я теперь,

извольте объяснить, эту кашу есть буду?

- Да, ладно, чего там, Борис Аркадьевич! Не обижайся!- Успокоил его

генерал.- Давай сюда свою тарелку. Я доем.- Генерал взял тарелку

князя и доел его кашу со свининой. Анна Ильинична, опустив голову,

ковыряла ногтем скатерть.

Термитову стало плохо и он принялся обмахиваться салфеткой.

Глава 7.

Пищевое отравление.

По дороге домой генерал Полосатов беседовал со своим новым

кучером об жизни.

- А что, любезный, нравится тебе жить?- Спрашивал генерал у

кучера.

-Знамо, барин, ндравится.- Отвечал кучер, поправляя шапку.

- Тогда ехай, холера, ровнее! А то убью! Меня от твоего галопа

мутить начинает! Того и гляди в мундир сблюю.

Генерал мучился и ругался всю дорогу. Подъехав к дому, он вылез

из кареты и хотел уже было съездить кучеру по морде, но зашатался

и упал на руки к подскочившему вовремя денщику Ваське.

- Что-то, братец, плохо мне.- Слабым голосом пожаловался генерал.

Кажись, помираю. Новый кучер, сука, все внутренности растряс.

Тащи меня быстрее в дом, а потом гони, что есть мочи, за доктором

Пришвиным. Скажи ему- генерал Полосатов помирает.

Денщик поволок генерала по ступенькам. Голова у генерала

моталась из стороны в сторону, глаза вылезали из орбит. Уложив

генерала на оттоманку, Васька помчался за доктором.

- У, бля!- Стонал Полосатов, лежа кверху пузом.- У, бля-я! Помру

щас. А ведь мог бы стать фельдмаршалом... А помру генералом... У,

бля-я! Как живот болит... Где этот чертов лекарь! ..Ой, бля! Так и

крутит!- Генералу Полосатову стало себя жалко.- "Вот помру сейчас,

думал он,- положат меня в гроб, поставят на лафет, спереди

подушечки с медалями понесут, сзади графы пойдут с опущенными

головами. На кладбище речь скажут. Умер, дескать, главное дело,

славный русский генерал Александр Петрович Полосатов. Он, не

щадя своего живота, бил врагов направо и налево. Он бил

французов, немцев, англичан, американцев... Стоп!- нахмурился

Полосатов.- Американцев я, вроде, не трогал...Определенно, не

трогал... Ну да ладно... Значит, кого там еще... Турок, поляков,

официантов...кучеров...денщиков...И в прошлом году дал барону

Фуйбергу в морду. А еще бы с удовольствием графу Плеткину пизды

дал! Не люблю штатских! Ходит везде этот Плеткин, болтает много.

Нешто, баба! Фокусник блядский!.. Князю Борису Аркадьевичу тоже

не мешало бы пиздюлей навешать! На всякий, блядь, случай... А у

Анны Ильиничны-то, ножки какие... Пухлые и розовые... Не худо было

бы к ней пристроиться... подкрасться бы к ней с тылу, юбку задрать и

- в дамки!-мечтал он... - Кажись, отпустило маленько... Авось

пронесет...- Генерал заметил на стене таракана. -Тараканы бегают...

Подумал он. - Ручная тварь. Ползает, пока его не раздавишь"

Полосатов задавил таракана большим пальцем.

Послышались шаги и в комнату вошел доктор Матвей Григорьевич

Пришвин.

- Мое почтение, Александр Петрович.- Сказал доктор.

- Здравствуйте, профессор.- Слабым голосом отозвался с оттоманки

умирающий.

- Ну-с, что у нас болит?- Спросил доктор, открывая саквояж с

инструментами.

- Брюхо крутит, доктор. Не иначе, помираю.

- Так.- Сказал доктор.- Помираете, значит? Сейчас посмотрим, что

там у вас с брюхом.- Доктор подошел к генералу.- Откройте-ка,

батюшка, ротик. Скажите "А".- Генерал разинул рот и замычал.

Доктор надел пенсне и внимательно туда посмотрел. Потом он

зачем-то поскреб во рту у Полосатова ложкой.- Закройте рот.- Сказал

он. Доктор вынул из нагрудного кармана слуховую трубку и приставил

ее к генеральской груди.- Дышите. Не дышите. Дышите. Не дышите.

Командовал доктор. Генерал послушно сопел. Затем Пришвин

осмотрел коленки генерала и застучал по ним молоточком.

Реактивность суставов в норме.- Заключил он.- Приступим к осмотру

желудочно-кишечного тракта .- Пришвин надавил пальцем генералу

на живот.

- Уй!- Вскрикнул генерал.- Полегче, профессор! Больно ведь! Вы же

не лошадь лечите, а генерала!

- Не шумите, Александр Петрович,- ответил Матвей Григорьевич,- в

этом деле- я генерал.

- Ну как, вивисектор, жить буду?- Спросил Полосатов.- Сколько мне

осталось?

- Клянусь Гиппократом, налицо все признаки пищевого отравления!

Вы что сегодня кушали?

- Да, вроде, ничего особенного не кушал... У Пироговых обедал. Супу

брюссельского поел... Две тарелки. Потом свинину с кашей кушали...

- Так-так.- Фиксировал доктор.- А больше ничего не ели?

- Да как будто, нет... Правда, я за Борисом Аркадьевичем порцию

докушал... Может, он заразный?

- Не исключено.- Сказал доктор.- Мы вам, дорогой, сейчас клизмочку

диффузную поставим и промоем желудок. В медицине главное- во

время начать лечить болезнь.-Добавил он.- Думаю, все обойдется.

- Спасибо, врач. Если вылечишь меня- подарю тебе лошадь.

Глава 8.

Штаны в кармане.

Граф Пардонов сидел за столом и точил ножиком карандаш.

"Сейчас напишу статью в журнал "Мир Парнасов"- думал он,- Они

меня давно просили. А на гонорар, как раз, куплю себе запасные

штаны." Пардонов отложил обструганный карандаш в сторону и

достал чистый лист бумаги. "Напишу им про новости культуры

столичной жизни.- Решил он.- Про новомодную галерею художеств

купца Третьякова." Пардонов обмакнул в чернильницу перо и

застрочил:

В ГОСТЯХ У АППОЛОНА.

Недавно в столице открылась новомодная

галерея художеств купца Третьякова.

Напрашивается естественный вопрос, что же

такого висит на стенках вышеупомянутой

галереи? А висит там- вот что. Висят там

холсты прославленных жрецов Апполона.

Войдя с улицы в вестибюль и раздевшись

в гардеробе, мы попадаем в первую залу.

В левом углу залы на высоте

человеческого роста висит картина

художника с протяжной фамилией Г.Х.Гроот.

На картине, как свидетельствует надпись,

нарисован конный портрет императрицы

Елизаветы Петровны, которая, откровенно

говоря, более похожа на кавалера мужского

полу без юбки. Кавалер наезжает лошадью

на разодетого в лампасы негритоса с палкой.

Переходим в следующую залу. Висящая

здесь на стене картина- это полотно

М.Шибанова, которое он приобрел, судя по

аннотации, законным образом в прошлом

году у Н.С.Гаврилова. Картина называется

"Крестьянский обед 1774 года". На ней

видно- кто обедает, но не видно- что

обедают. Неплохо бы было под эту картину

подвесить другую картину И.Ф.Хруцкого

"Цветы и плоды", на которой, по крайней

мере, навалом всяких фруктов и стаканов с

напитками. Ее нужно подвесить сюда, чтобы

не оставлять зрителя разочарованным.

Здесь же справа располагается созвучная

первой картине Г.Х.Гроота картина

Н.П.Ломтева "Грот нимфы Эгерии близ

Рима".

Картина известного моряниста

К.Д.Флавицкого "Княжна Тараканова"

поражает масштабностью (245х187,5 см.) Мы

думали, что таких больших картин

морянисты не писали.

На картине В.В.Пукирева "Неравный брак"

грустная молодая невеста протягивает

батюшке скрюченный палец. Батюшка на

скрюченный палец кольцо надеть никак не

может. Из-за плеча невесты высовывается

Гоголь без усов. Рядом пририсован сам

В.В.Пукирев. Художник Пукирев- это вам не

М.Шибанов! Все нарисовал, ничего не забыл.

На картине И.И.Шишкина "В лесу у графини

Мордвиновой" стоит мужик. Навряд ли , это

сама графиня Мордвинова. Хотя

неизвестно. На картине Г.Х.Гроота тоже

изображен мужик, а из названия видно, что

это никакой не мужик, а обман зрения.

Может, и на картине И.И.Шишкина

нарисована графиня Мордвинова с бородой.

Художник имеет право на воображение.

К И.И.Шишкину мы еще вернемся, а пока

перейдем в следующую залу.

На крупной картине ( 212х106 см)

Н.А.Ярошенко "Всюду жизнь" Лев Толстой,

Максим Горький, Гоголь (опять же) и жена

одного из них с ребенком сидят за решеткой,

ловят голубей.

Неправильна по композиции картина

С.В.Иванова "Приезд иностранцев ХVII века",

потому что гвоздь программы- иностранцы

задвинуты на задний план, и оттуда едва

различимы. На переднем же плане явно

никакие не иностранцы, потому что у них

бороды, нет иностранной формы, и они

держат баранки.

Переходим дальше.

Перед нами картина А.Е.Архипова

"Прачки". Одна прачка стирает, другая

думает. Еще две сзади. Всего- четыре.

З.Е.Серебрякова нарисовала свой

автопортрет "За туалетом". Не могла

выбрать место получше.

На картине П.А.Федотова "Завтрак

аристократа" нарисованы- сам аристократ,

его любимая собака породы пудель, и

гарнитуры. У аристократа в комнате висят

картины в рамах. На одной из них

изображена лежащая на боку, передом к

зрителям, голая Венера. Многие читатели

журнала задают нам один и тот же вопрос:

"Почему Венеры на всех картинах лежат на

боку, либо на спине передом к зрителям?

Хотелось бы осмотреть их полностью, так

сказать в полном кругозоре." Тут, мне

думается, вот в чем дело: на боку и на спине

у Венеры, по всей видимости, от

постоянного лежания на боку и на спине,

образовались пролежни. И если ее (Венеру)

перевернуть на живот, тогда бы это была

уже совсем другая картина. И, вряд ли,

какому-нибудь художнику пришла бы в

голову фантазия назвать ее "Венерой". Сами

понимаете: пролежни- это пролежни. В мире

прекрасного им места нету.

Вот художник Шишкин, если помните,

нарисовал картину "Утро в сосновом лесу".

На ней вот что: посредине деревьев сидит

медведь, сбоку еще медведи поменьше. Ему

же не пришло в голову назвать эту картину

"Венеры в сосновом лесу"? Кстати, о

медведях. Есть мнение, что медведей

нарисовал не он, а другой, один его

знакомый. Этот знакомый запросто мог

пририсовать туда заместо медведей Венеру

пролежнями вперед. Знакомый подумал,

подумал и не стал. "Шишкин,- думает,- мне

друг и может еще пригодиться. Я его не

подведу!" И нарисовал медведей, как

договаривались. Наутро Шишкин проснулся,

соскочил с постели и бегом в мастерскую

картину смотреть. Прибегает туда- глядит

все честь по чести. К елкам медведи

пририсованы. Неплохо смотрится. А в углу

мастерской на оттоманке приятель спит.

Устал, мил человек, медведей рисовать.

Шишкин на нем одеяло поправил, картину в

бумагу завернул и понес ее к купцу

Третьякову, крупному коллекционеру

медведей. По дороге Сурикова встретил.

Сурикову показал. Ему тоже понравилось.

"Смелая- говорит- картина. Особенно,

медведи хорошо вышли. Признавайся, кто

это тебе медведей тут пририсовал?" "Это я

сам!"- врет Шишкин."Да ладно врать-то,

Шишка Еловая!- Говорит Суриков.- Ты, я

помню графиню Мордвинову в лесу рисовал,

и то у тебя какой-то мужик с бородой

вышел." "Сравнил тоже,- отвечает ему

Шишкин,- там графиня, а здесь медведи.

Медведей-то я рисовать умею." И побежал

дальше.

Приходит Шишкин к купцу, разворачивает

бумагу. Купец так и крякнул: "Шикарная,

говорит,- картина! Убедительный портрет!"

Цену дал хорошую. На прощание, пока

Шишкин деньги в карман прятал, купец ему

говорит: "Жаль ты цыган к медведям не

подрисовал. Зело я их люблю, как они

поют." "Ладно,- говорит Шишкин,- время

будет, забегу, подрисую." "Давай, забегай.

говорит купец.- Смотри, не обмани!" Шишкин

убежал с деньгами, только его и видели.

Бежит он по улице и думает: "Еще чего!

Цыган ему рисуй! Стану я цыган рисовать, а

вдруг опять какая-нибудь графиня

Мордвинова с бородой получится. И так

сойдет." Вот что нам рассказывает история о

том, как живописец Шишкин обманул купца

Третьякова...

Пардонов оторвался от листа. "Ну,- Подумал он,- для одного

номера достаточно будет." Он обмакнул перо в чернила и приписал

крупными буквами:

ПРОДОЛЖЕНИЕ В СЛЕДУЮЩЕМ НОМЕРЕ.

Граф Патронов.

Пардонов сложил листки вчетверо и засунул в конверт. "Ну вот,- он

откинулся на спинку стула и потер руки,- готово! Штаны, считай, в

кармане!"

Глава 9

Конец кровожадного факира.

В ноябре ударили морозы и выпал снег. В доме княгини Софьи

Петровны Кресловой давали бал. Перед балом был устроен

благотворительный спектакль, все средства от которого

предполагалось истратить на шерстяные носки для нуждающихся. В

одной из комнат поставили импровизированную сцену с занавесом.

Для занавеса графиня Затылкина пожертвовала шторы из своей

гостиной. Ровно в шесть публика расселась на специально

наставленные стулья. В первом ряду сидел автор пьесы- граф

Пардонов. Он нервно ерзал на стуле, крутил пуговицы, и трогал себя

за нос.

В публике шушукались.

- Здравствуйте, ваше сиятельство. Как поживаете?

- Спасибо. Зашибись.

- Смотрите-ка, занавесочки-то, кажись, из Затылкинской гостиной

снятые...

- Чего сегодня представлять будут, не знаете?

- Да, вроде, Пардонов чего-то написал. Как будто про индейцев. Или

про банкиров. По-моему, "Конец жадного банкира" называется.

- А, я эту историю знаю. Там вот про что. У одного папы было много

денег. Целых шесть сундуков. Он их всю жизнь собирал.

Помаленьку. Приходит, значит, к нему сын и говорит: "Папа, дай

денег на мелкие расходы." Папа отвечает: "Не, не дам! У тебя свои

есть."- Жалеет, значит, деньжат давать. Сын тогда отвечает: "Нету. Я

их профукал."- И карманы выворачивает- показывает, что,

действительно, мол, нету. "Дай, папа, денег."- говорит. "Не дам и

все!- Папа отвечает.- Точка! И, вообще, мне в подвал пора- деньги

считать!" А сын, значит, побежал, короче, к царю. Жаловаться на

папу. Прибегает, короче, к царю. Царь на троне сидит, ногти

напильником точит. Сын подбегает- бух в ноги! "Не вели казнить,

ваше сиятельство! Папа денег не дает! Жмот!" Царь как вскочит:

"Как?! Что?! Подать сюда этого папу!" Притащили папу. Царь ему

говорит: "Что ж ты, папа, сукин сын, жадничаешь? Нехорошо-с." А

папа- хлоп! и помер. От жадности. Царь пощупал ему пульс и

говорит: "Папаша умер, боже, от разрыва сердца! Ужасный, короче

говоря, век, ужасные сердца!"

В это время занавес зашевелился и на сцене появилась княгиня

Софья Петровна Креслова.

- Здравствуйте, господа.- Начала княгиня.- Сейчас мы будем

представлять вашему вниманию пьесу сочинения графа Пардонова

"Конец кровожадного факира". Главные действующие лица и их

исполнители: Кровожадный раджа факир Надр Хал- князь Илья

Ильич Термитов; его жена Прекрасная Эльвира- графиня Татьяна

Алексеевна Затылкина; Храбрый Рыцарь- барон Карл Иванович фон

Фуйберг; в роли Слона заняты- князь Борис Аркадьевич Пирогов и

граф Петр Андреевич Плеткин. Гасите люстру. Будем начинать

представление.

Люстру быстро загасили. Занавес поднялся и на сцене показался

слон. Переднюю часть слона играл граф Плеткин, а заднюю- толстый

Борис Аркадьевич. На слоне сидел князь Термитов в роли

кровожадного факира Надр Хала. На голове у него было намотано

вафельное полотенце. Глаза, подведенные синим и зеленым,

зловеще сверкали. За поясом торчала сабля генерала Полосатова.

Генерал Полосатов толкнул локтем сидевшую рядом графиню

Пришибалову:

- Видала?!- Со значением сказал он.- С моей саблей поехал!

Слон остановился посередине сцены. Князь Термитов начал

выступать.

Я к вам из Индии приехал на слоне

Жену привез, красавицу Эльвиру.

Индийский танец вам

продемонстрировать

И фокус кровожадный показать.

В корзинке у меня гремучая змея...

Термитов приподнял со слона корзинку и потряс ее.

Но в сердце у меня змея другая

Жена моя, прекрасная Эльвира,

Кажись, мне изменяет- знаю с кем!

Вчерась нашел я у нее записку

От одного бесстыжего скота!

Он ей свиданье в палисаднике назначил.

В четыре ровно будет ждать ее.

Термитов вынул часы на цепочке и прищурился.

Сейчас еще без четверти четыре

Поеду я туда и спрячусь там в ветвях!

Обидчика я должен подстеречь

И саблею зарезать негодяя!

Генерал Полосатов снова толкнул Пришибалову:

- Слыхала?! Это он про мою саблю!

- Да тише вы! - Цыкнула Пришибалова.- Здесь такие страсти

разыгрываются, а вы со своей саблей!

" Вот, дура штатская!"- Подумал генерал и сплюнул.

Термитов, тем временем, пришпорил слона и подъехал к

стоявшему на сцене фикусу в кадке.

Под этим деревом они лобзаться мерзко

будут!

А я на дерево заранее залезу

И спрыгну на обидчика с ветвей!

И саблею проткну ему живот!

Термитов перелез со слона на фикус.

А ты, мой верный слон, в кусты

запрячься

И тихо там тем временем сиди.

Да хобот не высовывай оттуда!

Слон спрятался в кустах.

На сцену вышел барон Фуйберг с копьем. На боку у него болтался

колчан со стрелами. Он остановился посреди сцены и , подмигнув

оттуда графине Пришибаловой, начал монолог:

Я чую запах сладостных гортензий!

Фуйберг поводил носом.

Скорей всего Эльвира здесь уже!

Я ей под деревом свидание назначил.

Как сердце бьется поразительно в груди!

С другой стороны на сцену выбежала графиня Затылкина,

увешанная бусами и монистами, и села под дерево. Термитов на

фикусе щелкнул языком и схватился за саблю.

Барон Фуйберг встал на одну коленку перед Затылкиной:

Красавица Эльвира! Ты ли это?

Тебя я здесь увидеть не мечтал.

Приятно мне тебя под деревом увидеть!

Как ты смогла от мужа ускользнуть?

Затылкина поглядела в потолок и отставила руку:

К тебе сюда на крыльях я летела!

И рада счастию под деревом предаться!

От мужа вредного я ловко убегла,

Чтобы с тобой, мой рыцарь,

повстречаться!

Но... опасаюсь- выследит он нас

Тиран проклятый, басурманец и сатрап!

Не в силах я уж более терпеть

Его невыносимых истязаний!

Не знает меры изверг кровожадный!

Побоями замучил он меня!

Затылкина задрала юбку и показала Фуйбергу синяк на ноге.

Генерал Полосатов одобрительно цокнул:" Какие аппетитные ножки

у Татьяны Алексеевны!- подумал он.- Не мешало бы к ней

пристроиться!"

Фуйберг внимательно осмотрел синяк на ноге Затылкиной и

гневно стукнул об пол копьем :

Ну попадись мне этот Надр Хал!

Факир позорный! Я убью его!

Термитов внезапно сорвался с ветки и растянулся на полу.

Фуйберг подошел к Термитову и поставил ему ногу на грудь :

Ну вот ты и попался, кровожадный!

Прощайся с жизнью, твой конец пришел!

Он занес копье и заколол им Термитова. Тут из кустов выскочил

индийский слон и бросился на Фуйберга.

Тут слон еще!- Вскричал Фуйберг

Слона-то я и не заметил!

Так отправляйся за хозяином своим!

Скотина мерзкая!

Фуйберг проткнул слона копьем. Слон зашатался и рухнул рядом с

Термитовым. Фуйберг подошел к Затылкиной и, приобняв ее за

плечо, произнес:

Моя Эльвира! Ты свободная теперь!

Факира кровожадного убил я!

Его уж нет. Теперь мы заживем,

Как итальянские Ромео и Джульетта!

Занавес опустился. Раздались оглушительные аплодисменты.

- Браво! Браво! Пардонова на сцену!

Сияющий Пардонов вышел на сцену и пару раз поклонился.

Анна Ильинична Пирогова восхищенно смотрела на Пардонова,

вытирая слезы кружевным платочком.

- Сильная комедия!- Восторгался генерал Полосатов.- Одним ударом

слона уложил! Это, я вам скажу, баталия! Это- по-нашему!

На сцене снова показалась княгиня Креслова:

- Ну вот, гости дорогие.- Сказала она.- Представление мы

посмотрели, а теперь пора и закусить. Прошу всех в соседнюю залу

там уже накрыто. Давайте, господа, подзакусим маленько, а потом

потанцуем.

Публика повалила к выходу.

Проходя мимо Пардонова, Анна Ильинична незаметно сунула ему в

руку записку. Дождавшись, пока все выйдут, Пардонов развернул

бумажку и прочел: "Мой рыцарь, мой Пардонов! Вы окончательно

разбили мне сердце. Не в силах я уж более терпеть его

невыносимых истязаний...Твоя навеки Эльвира П."

"Что-то я ничего не пойму.- Подумал граф Пардонов.- Почему

Эльвира П.?" Он еще раз внимательно перечитал записку: "

Ничего не пойму! И чьих это истязаний она не в силах терпеть? Беда

с этими бабами! Все время чего-то темнят."

К Пардонову подошла Затылкина, прервав его размышления.

- Спасибо за прекрасные стихи.- Сказала она и игриво стукнула

графа по носу веером.- Ах, Пардонов, Пардонов! Оказывается, вы

интересный мужчина!

- И вам спасибо, что слова выучили.- Уклончиво ответил Пардонов.

- Я сейчас иду переодеваться. А потом мы с вами по-тан-цуем!

Графиня еще раз стукнула Пардонова по носу и, вихляя бедрами,

пошла переодеваться.

Глава 10.

Барон в шкафу.

Затылкина вошла в комнату для переодеваний и закрылась изнутри

на ключ. "Ох, и уморилась я."- Подумала графиня. Повертевшись

перед зеркалом, она удовлетворенно хмыкнула. Вдруг за ее спиной

кто-то кашлянул.

- Кто здесь?!- Испуганно охнула графиня.

- Это я. Фуйберг.- Донеслось из стоявшего в углу шкафа. Дверца

шкафа открылась, и оттуда вылез раскрасневшийся барон. С плечей

у барона свисали бюстгальтеры и разноцветные ленты.

- Я чую запах сладостной гортензии! Как бьется сердце поразительно

в груди! Бу-га-га-га-га!- Захохотал Фуйберг.

- Что это вы здесь делаете, негодник?- Спросила графиня.

- Красавица Эльвира, ты ли это? Бу-га-га-га-га! - Снова захохотал

Фуйберг, снимая с себя бюстгальтеры и ленты и засовывая их

обратно в шкаф.- Ничего себе Пардон трагедию написал! Как будто

про нас с вами, Татьяна Алексеевна. Я, Татьяна Алексеевна, когда

ваш синяк на ноге рассматривал, так прямо влюбился. Дозвольте

еще разок взглянуть.

- Ишь, чего захотели!- Захихикала Затылкина.

Барон бросился на графиню и повалил ее на диван.

- Какой вы нахальный!- Притворно сопротивляясь, шептала графиня.

Что это вы мне юбки задираете?

- Да так. Мешаются.- Пыхтел Фуйберг.

Задрав юбки, Фуйберг принюхался и, поморщившись, начал

стягивать с графини ее фильдекосовые чулки.

- Ой, чего это вы с меня чулки снимаете?

- Да что-то от них больно псиной со щами пахнет. Пусть лучше на

полу полежат.

- Фи... Это вам, Карл Иванович, показалось.

- Где уж там показалось! Сами понюхайте.

- Ничего и не пахнет вовсе.

- Как же не пахнет. Когда пахнет.

- Ну, не знаю, не знаю... По-моему, не пахнет.

- Что же это, по-вашему, от меня так воняет?

- Да, ладно, Карлуша, брось ты эти чулки на пол. Иди ко мне, мой

разбойник... Пощекоти меня усами вот здесь... Ах! Ах!

- Мягкая вы какая, Татьяна Алексеевна. Как подушка...

- Хо-хо-хо... Ну, давайте же, давайте же... Чем это вы в меня

уперлись?

- Погодите, сейчас колчан сниму... Мешается, сволочь...

-Вы уж меня стрелой не проколите насквозь.

-А это уж, как получится...

- Ах!.. Ах!.. Ах!..

- Вы, Татьяна Алексеевна, пожалуйста, потише, а то кто услышит

еще- я вас скомпроментирую.

- ...Ох!.. Ох!.. Я вся пылаю!.. Навалились-то как! Раздавите,

окаянный!

- Ничего-с, не раздавлю...

- ...Ох!... Ох!... Ах!... Я все.

- Сейчас, минуточку... Фуф!.. Готово!..

- Какой вы, Карл Иванович, пылкие любовники.

- Понравилось? Давайте, теперь будем встречаться.

- У вас же супруга, кажется, имеется.

- Она сейчас в Пруссии. Воду пьет.

- Какие вы все мужчины одинаковые проказники.

- Ладно, Татьяна Алексеевна, хватит валяться. Пойдемте к столу, а то

все без нас съедят.

- Чулочки подайте, кавалер.

Глава 11.

Брызги шампанского.

Продолжение пролога.

...и пошел дальше. Походив некоторое время по залам, Пардонов

решил сходить за бутылкой в магазин купца Собачникова,

находившийся неподалеку от дома княгини Кресловой.

Сергей Александрович, не одеваясь, вышел на улицу. На улице

дуло. Мела метель. У подъезда стояли извозчики и пили водку. Один

извозчик примерял сапог Фуйберга и одобрительно покрякивал.

Каждый второй фонарь на улице не горел. " Эх, Россия..."- Подумал

Сергей Александрович. Он поднял воротник и ускорил шаг.

В магазине было тепло. За прилавком стоял купец Собачников с

карандашом за ухом и считал на счетах. Сзади на стене висела

голова кабана. " Вылитый Борис Аркадьевич Пирогов."- в который раз

подумалось Пардонову.

- Здравствуй, любезный.- Обратился граф к купцу.- Выпить чего есть?

- А... Это вы, ваше сиятельство.- Приподнял голову купец.

Здравствуйте-с, Сергей Александрович. Выпить- только шампанское

с осталось. Сегодня утром-с княгиня Креслова большой заказ

сделали. Извиняемся.

- Ладно, давай чего есть.- Вздохнул Пардонов.

- Сколько изволите-с брать?

- Бутылку.

Купец Собачников ловко выудил из-под прилавка бутылку

шампанского и завернул ее в папиросную бумагу.

- Вам, Сергей Александрович, как частому посетителю, скидка десять

процентов.

- Ладно, запиши мне.

Пардонов взял бутылку, сунул ее в карман, и вышел.

В прихожей дома княгини он столкнулся с князем Термитовым.

- Где это вы пропадали?- Спросил Илья Ильич.

- Да так, проветриться ходил.- Ответил Пардонов.

- Скучно здесь.- Пожаловался Термитов.- Пойду домой. В микроскоп

посмотрю.

- Ну, пока.- Попрощался с ним Пардонов.

Князь Термитов одел шубу и вышел.

" Надо бы было ему налить.- Подумал граф.- Здорово он факира

Надр Хала сыграл. Да и Плеткину не мешало бы налить.

Выразительный слон получился."

Сергей Александрович пошел искать Плеткина.

Проходя мимо диванов, он заметил Фуйберга в одном сапоге.

Фуйберг стоял на карачках и озадаченно заглядывал под диван.

- Ты чего, брат Фуйберг, мебель рассматриваешь? Купить хочешь?

Съязвил Пардонов.

Фуйберг посмотрел снизу вверх на Пардонова.

- Да вот, Пардон, пока я тут вздремнул, у меня сапог исчез. Может,

спер кто?

- Ну и ну! - Притворно удивился Пардонов.- Дело не шуточное.

Может, у кого сапог прохудился? Вот он твой и пристроил, пока ты

дрых. Ты походи тут. Может, на ком увидишь свой сапог.

- Похоже на то.- Согласился Фуйберг и посмотрел на сапоги

Пардонова.

- Ну ладно, брат Фуйберг. Желаю удачи. Я пошел.

Пардонов направился к графу Плеткину. Плеткин, по-прежнему,

стоял в окружении дам и что-то им рассказывал. Пардонов подошел

поближе.

- ... Одна нога здесь, другая там.- Рассказывал Плеткин. Барышни

заохали.- разметало, значит, начисто.Высылают эскадрон. Хлоп!

эскадрона нет! Что делать?! Генерал призадумался: " Этак дело не

пойдет. Пойду сам посмотрю." А там его уже ждали. Охотники за

генералами. Только пришел: а ему- "Руки вверх!" Трах-бах!- началась

перестрелка. Генерал, раненный в ногу, отползает за дерево. Турки

за ним. Генерал за пистолеты. Трах-бах!- троих уложил на месте.

Остальные убежали. Ногу ему потом ампутировали и наградили

орденом... А то еще вот какая история случилась в Германии. Один

злодей поселился на крыше и установил на спине паровую машину с

пропеллером. С помощью этого адского приспособления он мог

беспрепятственно перемещаться по воздуху. Началось все с малого

залетит к кому-нибудь в окно- ширсь с подоконника хрустальную вазу

с цветами и ку-ку! Дальше- больше. Серебрянные ложки тырить

начал, а потом совсем распоясался- на честь девушек покушаться

стал. Залетит, эдак, в окно- смотрит- девушка симпатичная. Он и

того, значит... Покушается на ее честь. Ну, граждане, конечно,

замечать начали, что что-то здесь не так: то ваза пропадет, то ложки

серебрянной не досчитаются, а то несовершеннолетнюю дочь чести

лишат. Двери, вроде, заперты, а предметы исчезают. И девушки

пострадавшие ничего путного сказать не могут. Он ведь всегда в

маске летал для неузнаваемости. Обратились в полицию. Полиция

сбилась с ног. А ему- хоть бы хны! Дровишек подкинет в свою машину

и летает, посвистывает. Так и не поймали. Только потом поймали,

когда он случайно на дерево налетел и разбился... Или вот еще какая

курьезная история.- Откашлявшись, продолжал Плеткин.- Один

молодой человек совершил нехороший поступок, поэтому его дама

сердца, которая жила в другом городе, решила прекратить с ним все

отношения.

Она, эта дама, написала ему "последнее прощай" на двадцати листах

писчей бумаги. А также собрала все его фотокарточки, разорвала на

мелкие кусочки и тоже насовала в конверт. А поскольку конверт

получился больно пухлый, ей пришлось посылать это дело заказным

письмом. Но, к чести ее будет сказано, девушка она была не жадная,

и денег на перелом жизни не жалела. Почтальон принес письмо, а

молодого человека в это время не было дома. Почтальон думает: "

Что это я буду сто раз туда-сюда ходить?!"- и подсунул письмо под

дверь. А когда он письмо под дверь подсовывал, пальцы ему вместе

с этим письмом молча откусила хозяйская охотничья собака по

кличке Хватай. Почтальон ругательски ругал молодого человека и

подал на него в суд присяжных. А тот тоже подал на почтальона в

суд, потому что его любимая охотничья собака сдохла из-за

химикалиев, коими были обработаны фотки. Вот он и обвинил

почтальона, что тот траванул его собачку. А поскольку письмо

проглочено, то трудно было разобраться, отчего весь сыр-бор

разгорелся. Может быть, почтальон, действительно, сводил счеты с

собачкой. Так и не смогли разобраться. Один говорит: был при

исполнении. А другой: у меня собачку сгубили. Вот они и остались

при своих. А письмо, как говорится, исчезло во мраке неизвестности.

Так молодой человек и не узнал, что про него думает иногородняя

подружка и за что его карточки рвет на мелкие кусочки. Да,

собственно, его это и не интересовало, потому что он, вишь ты,

заранее нашел себе другую и успел надарить ей своих

фотопортретов. Стало быть, их у него много было, фотопортретов. А

барышня-то думает- как она ему врезала! А почтальон, значит,

сокрушается потерей пальцев. А нечего было их засовывать куда не

следует! А вот собачка издохла- вот это, действительно, жалко.

Могла бы ведь значительную пользу принести на каком-нибудь

поприще. Такая , милые барышни, курьезная история.- Заключил

Плеткин.

Барышни завздыхали. Пардонов было уже раскрыл рот, чтобы

пригласить Плеткина выпить, как вдруг неутомимый рассказчик

заговорил снова:

- А то вот, я еще читал у Тургенева в " Записках охотника" про лося.

Не читали? Про лося?- Обратился он к барышням. Барышни

промолчали.- Тогда я сейчас расскажу.- Плеткин набрал воздуху.

Пошел раз Тургенев в лес на охоту и застрелил там во-о-от такого

лося.- Плеткин развел руками и приподнялся на цыпочки.- Из

двустволки. Одни рога у него были во-о-от такие! А копыта во-о-от...

- Постой, Петр Андреевич.- Оборвал его Пардонов.- Отойдем на

минутку. У меня до тебя дело важное.- Барышни недовольно

загудели.- Извиняюсь, милые барышни,- сказал Пардонов,- я

ненадолго украду вашего Гомера. Ради неотложного дела.- И,

подумав, добавил.- Сапог у Фуйберга пропал. Найти надо. Буквально

на минутку.

Пардонов схватил Плеткина за локоть и увлек в угол.

- Ну, чего там у тебя?- Недовольно спросил Плеткин.

Выпить хочешь?

- Ебенть! - оживился Плеткин

Пардонов похлопал себя по карману:

- Пошли за занавески, а то тут народу много.

- Пойдем, только быстро. А то меня ждут. Видел, как на меня

молодая Пришибалова смотрела? Так и ела глазами. Намереваюсь

ей сегодня амуров подпустить под юбку.

Приятели зашли за занавески. Пардонов вытащил из кармана

бутылку и начал срывать с горлышка фольгу.

- Ишь ты!- Одобрительно причмокнул Плеткин.- Где взял?

- Где взял, где взял... Купил.

- А чего это ты про Фуйберга загнул?

- Да пошел он в жопу!.. Надо было у него стакан взять.- Сказал он,

открывая бутылку. Пробка выстрелила, и полбутылки шампанского

вылилось Пардонову на белые штаны.- Е... тв...ю ...ать!- выругался

Пардонов.-- Что за ...уйня!- Он поднес бутылку к глазам.- Вот блядь,

сука! Полбутылки упустил!

- Это она у тебя в штанах нагрелась.- Резонно заметил Плеткин.- От

того и стрельнула. Охлаждать надо.

- Охлаждать надо!- Передразнил Пардонов.- Тоже мне - герцог! Не до

этикету... Ладно, давай выпьем, что осталось.- Он протянул Плеткину

бутылку.- Хорошо ты сегодня слона сыграл.- И добавил,- Жизнь, как

говорится, короткая, а исскуство длинное... За исскуство!

- Давай за исскуство.- Плеткин выпил, утерся рукавом, и передал

бутылку Пардонову. Пардонов допил шампанское и выбросил пустую

бутылку в окошко.

- Закурим?- предложил он, вынимая из кармана серебрянный

портсигар.

- Ну, давай по одной, и я побегу.

Графы закурили папиросы.

- Штанцы-то ты здорово уделал.- Заметил Плеткин, рассматривая

панталоны Пардонова.

- Да, хрен с ними.- Ответил граф.- Они и без того не больно чистые

были. Авось никто не заметит.

- Дай бог.- Сказал Плеткин.-...А у тебя с Анной Ильиничной-то

серьезно?

- Анна Ильинична, брат, это такая женщина...- Выпуская дым и

щурясь, проговорил Пардонов.- Это, брат...- Он пощелкал пальцами.

Это, брат, тебе не Затылкину драть!

- А ты ее драл?

- А...- махнул рукой Пардонов.

- А что, Затылкина- баба ничего. Я блондинок люблю. А тебе какие

больше нравятся- блондинки или брюнетки?

- Эх, плоский ты человек, Плеткин.- Сказал Пардонов.-... По сути,

мне, конечно, больше нравятся брюнетки... Но тебе этого не понять...

- Ну, ладно, Пардон, я побежал. Спасибо за угощеньице.

Поблагодарил Плеткин и затушил об каблук окурок.

Глава 12.

Шум и ярость.

Между танцующих пар толкался барон Фуйберг в одном сапоге,

внимательно разглядывая обувь кавалеров. Внезапно он

остановился, увидев две пары мужских сапог рядом. Мужские сапоги

грациозно приплясывали и притоптывали. Фуйберг изумленно поднял

голову. Перед ним, нежно обнявшись, вальсировали скандально

известные гомосексуалисты Жулин и Кастрюлин.

- Господа!..- Возмущенно закричал Фуйберг, топая обутой ногой по

полу.- Что за дела?! Кто это сюда этих пидоров пустил?! Ни в один

приличный дом их не пускают! А сюда они, блядь, пробрались!

Понапускали полный зал пидорей, а потом удивляемся, кто это у

меня сапог спиздил! Да что же это такое, господа?! Почему это я

должен в одном зале с пидарасами пританцовывать?! Я требую

вышвырнуть их отсюда!- Из кармана разбушевавшегося барона

выпал зеленый стакан и разбился.

К Жулину и Кастрюлину подбежали два дюжих лакея. Они схватили

их за шиворот и выкинули гомосеков в окно.

Танцы возобновились.

Барон Фуйберг сел на диван и нервно закурил. Откуда-то

вынырнула графиня Затылкина.

- Что это вы, Карл Иванович, нешто полутатарин, в одном сапоге

сидите?- Спросила она.

- За что же вы это, Татьяна Алексеевна, меня полутатарином

обзываете?- Обиделся Фуйберг.

- Да кучер мой, Ибрагимка, перед тем как в помещение войти, всегда

галоши на улице оставляет.

- Вам вот все шуточки, Татьяна Алексеевна, а мне что, прикажете

домой на одной ноге скакать?!

-Ха-ха-ха!- Весело засмеялась Затылкина и, присев на диван, стала

обмахиваться веером.- Не надо было, Карл Иванович, свою даму в

одиночестве оставлять. Ходили бы сейчас при полной форме-с.

Фуйберг подозрительно покосился на графиню. " А ведь это она с

меня сапог стянула!- подумал он.- Курва! Будет теперь этим сапогом

меня перед супругой компроментировать!"

- Вы, Татьяна Алексеевна, лучше отдайте мой сапог по-хорошему!

Потребовал Фуйберг.- Пошутили и хватит!

- Какой сапог?- Удивилась Затылкина.

- Известно какой! Левый! Мой левый сапог!- Он приподнял босую ногу

и поводил ею перед Затылкиной.

- Да не брала я вашего сапога!

- Отдайте, говорю.- Наседал Фуйберг.- Я точно знаю, что он у вас!

- Да мне ваш паршивый сапог даром не нужен! Нашли дуру!

- Я-то знаю, зачем он вам нужен! А если не нужен- так отдайте! Я

этого так не оставлю!

- Какой же вы, барон, право, свинья! И этакому человеку я сегодня

доверилась на диване!

- Сама ты свинья, блядь! Отдай сапог! Считаю до трех!

Вся фиолетовая от злости и возмущения, графиня вскочила с

дивана и побежала к двери. Барон, было, кинулся за ней, но

напоролся босой ногой на осколки стакана.

- Мама!- заорал барон. Корчась от боли, он опрокинулся навзничь,

ударился головой об пол и потерял сознание.

Глава 13.

Роковое пятно.

Граф Пардонов вышел из-за занавесок в хорошем настроении.

- Эй, Пардонов, идите-ка к нам.- Услышал он за спиной приятный

голосок.

Пардонов обернулся и увидел княгиню Креслову в окружении

воспитанниц. Княгиня приветливо улыбалась. Пардонов подошел.

- Где это вы, мил человек, пропадаете?- Поинтересовалась княгиня.

А мы вас, Сергей Александрович, прямо обыскались уже.

- Да, вот он я. Весь тут перед вами.

- Теперь-то уж видим.- Сказала княгиня.- А то мы уж совсем было с

ног сбились, драматурга нашего разыскивая. Хочу я вас, Сергей

Александрович, сердечно поблагодарить за прекрасную пьесу. Так

нам всем понравилось, так понравилось! Прямо и не знали мы, какие

в вас таланты скрыты.

- Да чего там...- Застеснялся граф.- Ничего особенного. Вот

Грибоедов- это да!

- Ну, не скромничайте, не скромничайте.- Не унималась княгиня.- Вот

и воспитанницы мои совсем меня одолели. Покажи им, да покажи

Пардонова. А он скромничает. Таким героем себя выказал, а теперь

скромничает... Вот он, барышни, герой наш.- Обратилась она к

воспитанницам.- Вот он наш Пардонов! Что- хорош?

Воспитанницы зарделись и опустили глаза.

- Ну, что ж вы, птички?- Сказала княгиня.- Сами просили, просили с

Пардоновым познакомить, а теперь мнетесь. Стоите красные, как

помидоры. Давайте, доставайте ваши альбомы. Граф вам чего

нибудь туда напишет.

Самая смелая воспитанница вытащила из ридикюля альбом и

протянула его Пардонову. Пардонов достал из кармана перо и

почесал им за ухом:

- Чего же вам, мадмуазель, такого написать?- Задумчиво произнес

он.

- Напишите какое-нибудь пожелание.- Попросила девушка.

Пардонов наморщился и посмотрел в потолок.

- Вот!- сказал он наконец и, отставив ногу, застрочил:

ПРЕКРАСНОЙ, КАК ТЮЛЬПАН

БОРДОВЫЙ,

ПИШУ НА ПАМЯТЬ.

ВАШ ПАРДОНОВ.

Он протянул раскрытый альбом девушке:

- Не закрывайте, пока не просохнет, а то размажется.

Девушки сгрудились над альбомом счастливицы и восхищенно

заахали:

- Ах! Ах! Какая прелесть!- щебетали они.

Защелкали ридикюли.

- И мне! И мне!- наперебой галдели девушки, подсовывая Пардонову

свои альбомы.

- Погодите, барышни, не напирайте.- Заулыбался граф. - Не все

сразу.- Пардонов быстро написал то же самое во все альбомы.

- Ну ладно, Сергей Александрович.- сказала княгиня Креслова.- Не

смеем вас более задерживать. Бегите потанцуйте. А то, гляжу,

совсем мы вас замучили. К следующему балу ждем от вас чего

нибудь новенького. Вы уж порадуйте нас.- И добавила ему на ухо.

Только графине Затылкиной никаких ролей больше не давайте. А то

она, фуй, какая вульгарная! Юбку на сцене задирает!.. Ну, бегите,

бегите.

Пардонов раскланялся с барышнями и пошел. "Какой успех!- думал

он.- Определенно, не так все плохо. Пьеса удалась. С Плеткиным,

вот, выпил. Анна Ильинична меня любит. Барышни познакомиться

хотят. Нет, определенно, все не так плохо. Пойду потанцую."

Проходя мимо диванов, Пардонов заметил на одном из них

Фуйберга. Барон лежал на диване с компрессом на голове и стонал.

Доктор Пришвин перебинтовывал ему ногу.

- Бинтуй крепче, Матвей Григорьевич.- Стонал Фуйберг.- Чтоб не

соскочило. А то у меня сапога одного уже нет. Затылкина, мать ее, не

отдает. Стерва!

- Не волнуйтесь, голубчик,- отвечал доктор.- Мы вам сейчас к ноге

дощечку привяжем. Получше всякого сапога будет. А вообще, как

утверждает медицина, босиком даже полезно ходить. Только не по

стеклу, конечно.- Добавил он, завязывая узел.

- Чего это с тобой, барон?- Спросил Пардонов, подходя к дивану.

- А... это ты, Пардон.- Слабым голосом отозвался Фуйберг.- А я,

вишь, ногу порезал. И голову ушиб. Об пол. Все из-за Затылкиной.

Такая, брат, я тебе скажу- тварь! Это ж она с меня сапог стянула,

который я под диваном искал. И не отдает. Вот мерзкая баба!

- Да.- посочувствовал Пардонов.- Мне на нее сегодня уже

жаловались. Экая у тебя шишка на башке вскочила! Надо было пятак

сразу приложить.

- Какой там пятак! Я без сознания на полу лежал, пока доктора не

вызвали.

- Ну, ладно, поправляйся.- Пожелал Пардонов.- Я пошел.

"Экая комедия вышла с Фуйбергом.- подумал он.- Прямо-таки

неудобно даже. А, впрочем, хрен с ним. Не надо было чужую бутылку

хватать. Цирк, да и только!- развеселился граф.- Прекрасная

Эльвира Затылкина похищает сапог у благородного рыцаря Фуя

Позорного"- граф засмеялся.

Пардонов зашел в зал для танцев и огляделся по сторонам. У

окошка стояла скучающая графиня Пришибалова. Рядом на

подоконнике сидел генерал Полосатов и начищал шторами медали.

- Смотри-ка,- обратился генерал к Пришибаловой,- граф Пардонов

появился. Чего это у него штаны спереди влажные. Не иначе

обмочился! Ну Пардон дает!- захохотал Полосатов.- На бале

обоссался! Смотри, смотри,- толкал он в бок графиню,- к нам идет!

Пардонов, действительно, направлялся к ним с намерением

пригласить Пришибалову на танец.

- Честь имею, Светлана Васильевна.- Приблизившись, обратился к

ней Пардонов.- Разрешите ангажировать вас на мазурку.

Пришибалова захихикала:

- Что это вы, граф, нешто дите малое, свои штаны-с обмочили-с?

Мне, право, неловко танцевать с кавалерами, у которых штаны

подмочены.- Сказала она, не двигаясь с места.

Опешивший граф Пардонов посмотрел на штаны, залитые

шампанским, и покраснел. Пришибалова продолжала хихикать,

прикрываясь веером.

-Что вы все хихикаете?!- Гневно вскричал Пардонов.- Это, изволите

ли видеть, совсем не то, на что вы подумали. Это, изволите ли

видеть, французское шампанское у меня на штанах! - кричал он.- Кто

вам сказал, что я обмочился?! Это подло и низко! Кто вам сказал, что

я обмочился?!

Перепуганная насмерть Пришибалова побледнела и залепетала:

- Да я, Сергей Александрович, чего? Я ничего... Это все генерал.- она

указала веером на Полосатова.

Граф Пардонов развернулся на каблуках к генералу. Генерал

Полосатов перестал начищать медали и, на всякий случай, спрыгнул

с подоконника.

- Милостивый государь!- Отчеканил Пардонов.- Я промочил себе

штаны французским шампанским, но если кому-то угодно считать по

другому, то- ВОТ ВАМ!- Граф снял с руки перчатку и кинул ее в

генерала.- Жду вас завтра в шесть утра стреляться у кривой березы!

Полосатов побагровел:

- Стреляться, так стреляться! Наше дело- военное!- Коротко ответил

он.

Пардонов холодно кивнул, развернулся и покинул помещение.

Выйдя на улицу, он запрыгнул на лошадь и поскакал домой чистить

пистолеты.

Глава 14.

Невольник чести.

Прискакав домой, граф Пардонов уселся чистить пистолеты.

Покончив с пистолетами, граф поднялся из-за стола. Он заложил

руки за спину и какое-то время расхаживал по комнате. Потом он

опять сел за стол, вытащил серебрянный портсигар и закурил.

Докурив папиросу, и затушив окурок, он схватил пистолет, поискал

глазами и навскидку пульнул в кастрюлю. Свинец прошил кастрюлю

насквозь.

- Я убью его!- сказал граф решительно и снова уселся чистить

пистолет.

На шум выстрела прибежал лакей Федька.

- Что, Ваше Сиятельство, за шум, а драки нету?- сонно щурясь и

почесывая спину поинтересовался он.

- Ох, Федька,- обняв лакея за плечо, сказал граф.- Завтра, быть

может, меня уже не будет. Утром я стреляюсь с генералом

Полосатовым на дуэли. Но ты, брат Федька, не верь слухам, что твой

граф обмочился на бале. Это генерал Полосатов соврал. Это

клевета! А на самом деле я промочил штаны французским

шампанским, которое пронес с собой. Это и граф Плеткин

подтвердить может. Мы с ним вместе за занавеской выпивали.

Пардонов посмотрел на часы.- Вот что, брат Федька, я сейчас

накатаю записку для Фуйберга, а ты пока одевайся. Потом хватай

записку и дуй до барона. Ответа от него дождись и - назад.

Пардонов уселся писать записку.

"Здравствуй, брат Фуйберг.- Писал он.- Ты,

наверное, уже слышал, что на рассвете я

стреляюсь с генералом Полосатовым у кривой

березы. Ты мой старинный приятель и лучший

друг, и поэтому я прошу тебя быть моим

секундантом. Напиши ответ. Если ты

согласен, встречаемся в пол-шестого на

месте. Жму руку.

Твой граф Пардонов."

Отослав лакея, Пардонов принялся за письмо к Анне Ильиничне.

"Моя королева!- писал он ей.- Быть может,

завтра к обеду меня не будет на свете... Но,

что бы ни случилось, я хочу, чтобы ты знала,

что я не оконфузился на бале. Это генерал

Полосатов соврал. Это клевета! А на самом

деле я промочил штаны французским

шампанским, которое пронес с собой. Это и

граф Плеткин подтвердить может. Мы с ним

вместе за занавеской выпивали. Если не

веришь, спроси у него.

Либо я умру чистым, либо генерал

Полосатов расплатится своей жизнью за

оскорбление, которое он мне нанес при дамах.

Пардонов приостановился и некоторое время раздумчиво покусывал

перо. Потом он снова склонился над бумагой и из-под его пера

полились стихи.

Мой ангел

небесный

А.И.Пирогова

Нет более мне

Ничего дорогого

Злой рок надо мною

Как камень повис

Того и гляди

Он обрушится вниз

Хочу рассказать Вам

Признанье одно

Шипучее графа

Сгубило вино

О нет! Он не спился!

На бале одном

Штаны он закапал

Французским вином

Вы думать, княгиня,

Конечно вольны

Чем именно я

Промочил там

штаны

Но знайте, что все

это

Дамам наврал

Известный

мошенник

И лгун

генерал(Полосатов)

Уж утро. Светает.

Дуэль на носу

Быть может, я

пулей

Лжеца накажу

А может случиться

Уже через час

Умру я от пули

Обидчика враз

Меня схороните

В могиле тогда

На этой могиле

Пусть будут слова:

"ПОГИБ ПОЭТ

НЕВОЛЬНИК ЧЕСТИ

УПАЛ, ЗАСТРЕЛЕННЫЙ

НА МЕСТЕ."

Уйду я, а ты

За меня доживи

Прощай же моя

Дорогая А.И.

Шампанского брызги

На белых штанах

Прощай же навеки

Твой преданный

граф(Пардонов)

Уже светает. Сажусь на лошадь с мыслями о

тебе.

Твой любящий граф Пардонов."

Граф запечатал конверт и подошел к окну. За окном было не так уж

светло. Он уперся лбом в холодное стекло, и постоял в этой позе

некоторое время.

В комнату вбежал запыхавшийся Федька.

- Вот! Принес! - радостно сказал он и протянул Пардонову записку от

Фуйберга. Пардонов развернул бумагу и прочитал

"Привет, Серега! Записку твою получил. Знай

же, что я целиком на твоей стороне, потому

что я, зная тебя, никогда не поверю в то, что

ты можешь обоссаться на балу. И хоть у меня

у самого сильно изрезана нога и болит башка,

которой я стукнулся об пол ( это все из-за

Затылкиной - я тебе рассказывал. Я бы сам ее,

суку рваную, вызвал бы на дуэль, но баб на

дуэль не вызывают), но я, обязательно приму

участие в поединке как секундант. Буду на

месте ровно в пол-шестого. Отвечаю. Не будь

я барон фон Фуйберг! Целую.

Барон фон Фуйберг.

Р.S. Друзья познаются в беде, а враги в...( сам

знаешь где)"

Пардонов расстрогался. "Вот ведь,- подумал он,- действительно,

настоящим другом оказался Фуйберг. Зря я с него сапог снял. И

бутылку пожалел для друга. Экая я кругом скотина выхожу. Надо бы

извиниться перед ним утром."

- Вот что, Федька.- Сказал Пардонов.- Вот тебе конверт. Если я не

вернусь, передашь его Анне Ильиничне Пироговой лично в руки.

Смотри, не проболтайся никому.

За окном светало. Пардонов посмотрел на часы.

- Ну все, брат Федька,- сказал он.- Мне пора на дуэль. Помни своего

графа, если что.- добавил Пардонов, засовывая в карманы

пистолеты.- Я поскакал.

Федька заплакал:

- Да как же это я без вас, батюшка барин... Ваше сиятельство... Да на

кого ж это вы меня покидаете?..- Рыдал Федька и растирал грязным

кулаком слезы.

- Не реви, Федька, может я еще вернусь.- Пардонов похлопал лакея

по плечу.- Ну, пора!- Граф, как вихрь, слетел с лестницы и запрыгнул

на лошадь.

Глава 15.

Последняя белка.

Пардонов мчался к лесу. Из карманов у него торчали пистолеты и

боеприпасы. За шиворот сыпался снег. Рука без перчатки мерзла...

Вдруг из подворотни выскочила черная собака и с лаем бросилась

под копыта. Пардонов огрел собаку плеткой и она отстала. "Собаки

под ногами путаются.- Подумал он. - Дурной знак."

Впереди показался лес, укутанный утренней дымкой. У кривой

березы что-то чернело и подпрыгивало. Подъехав поближе,

Пардонов опознал Фуйберга. Фуйберг подпрыгивал на здоровой ноге

и хлопал себя по плечам руками. На ногах у него были огромные

валенки.

- Здорово, Пардон!- Закричал он навстречу графу.- А я уж тут минут

двадцать торчу. Замерз, блин, как собака! Хотел костер развести, а

потом засомневался. Может, это не по правилам- секундантам перед

дуэлью костры жечь?

- Здравствуй, брат Фуйберг.- Сказал Пардонов, слезая с лошади.

Погоди минуточку, я лошадь привяжу.- Он отвел лошадь в сторону и

привязал ее к елке. Снег скрипел у него под ногами.

- Холодно, ебенть!- Стуча зубами, пожаловался Фуйберг.- Где этот

чертов генерал?! Может он испугался и дома спит?

Пардонов вытащил из кармана пистолет и заглянул в дуло.

- Нормальный пистолетик.- Одобрительно заметил Фуйберг.

Заряжен? Дай подержать.- Пардонов протянул ему пистолет.- Люблю

я оружие в руках держать. Держишь его, а оно так приятно руку

оттягивает. Это во мне предки говорят. Тевтонские рыцари. Знаешь,

какие они были? Бывало, на лошадей усядутся и скачут, скачут...

Клином. На морде- забрало, на брюхе- панцирь металлический, в

одной руке щит, в другой- пистолет. Земля трясется! Во какие они

были, тевтонские рыцари!

Пардонов насмешливо на него посмотрел:

- Что-то ты, брат Фуйберг, загибаешь. Откудова у твоих рыцарей, к

свиньям, пистолеты? У твоих тевтонских рыцарей, наверное, в этой

руке тефтель был, а в другой- кружка с пивом. Едут, небось, клином,

пива выпьют, от тефтеля откусят.

- Ты чего, Пардон?!- Обиделся Фуйберг.- Сам ты- кружка с пивом!

Точно тебе говорю,- у них пистолеты были. Кремниевые. Я сам из

немцев. Мне дедушка рассказывал. Вольфганг Иоганнович фон

Фуйберг. Чистокровный немец. Из пруссаков.

- Да ладно, Иваныч, не обижайся.- Успокоил его Пардонов. - Я

пошутил. Были, значит были.

- А жена-то моя щас в Пруссии.- Вспомнил Фуйберг.- Воду хлещет.

Минеральную. А я тут мерзну.- Барон попрыгал.-...А что, Пардон, ...

скажи мне, как другу...я, конечно, в это не верю... но, все-таки... с кем

не бывает... дело житейское... Ты, действительно, вчера у Кресловой

в штаны-то... того? Я-то ж понимаю, ничего страшного! Я вон, в

прошлом году у Плеткина гулял, и ночевать остался на диване.

Ночью меня мутить стало, так я, чтобы во двор не бегать- взял, да

под ковер стошнил. Утром все просыпаются и понять не могут, откуда

пахнет. А я свежий, как огурчик. И костюм на мне чистый. Хожу и

носом морщу, как все, чтоб не догадались. Так что даже смешно

получилось...

- Знаешь что,- возмутился Пардонов,- ехай-ка ты домой! Я без

секунданта стреляться буду. Фуй позорный!

- Да чего ты, Пардон, обижаешься? Я же пошутил. Я ж так... Хотел

историю рассказать, как мы у Плеткина гуляли... Я же не обиделся,

когда ты про тефтели говорил!

- Ладно.- Сказал Пардонов.- Слушай сюда. Последний раз

рассказываю. Мы с Плеткиным выпивали за занавесками. Пили

французское шампанское. Из горлышка. Я пролил себе пол-бутылки

на штаны. Плеткин видел и все может подтвердить. Сначала штаны к

ногам прилипали, а потом я привык и забыл про это дело. А тут этот

гад Полосатов раструбил всем бабам, будто бы я обоссался.

- Ну вот.- Поддакнул Фуйберг.- Я же говорил. Я сразу не поверил,

когда мне рассказали. Не такой, я говорю, Пардон человек, чтобы на

балу обоссаться. Я, говорю, его двадцать лет знаю и отвечаю за него

головой!.. Дай закурить, Пардон.

Пардонов достал папиросы, и они закурили.

- Чего это ты, Серега, в одной перчатке?- Спросил Фуйберг.

- Да я одну вчера в Полосатова метнул,- ответил Пардонов.

Последняя осталась.

- Гляди, Пардон, вон заяц побежал!- Заорал вдруг Фуйберг и вскинул

пистолет.- Огонь!- скомандовал он себе и выстрелил. Пуля угодила в

разлапистую елку. С ветвей посыпался снег.- Стреляй, Серега!

Закричал Фуйберг.- Уйдет! Уйдет ведь!

Пардонов выхватил из кармана второй пистолет и выстрелил. Но

тоже промахнулся. Заяц убегал.

- Бежим за ним!- Рванулся было Фуйберг, но Пардонов вовремя

ухватил его за шиворот и удержал.

- Стоять, барон!- Пристыдил он Фуйберга.- Ты что, забыл зачем сюда

пришел?! Охотник сраный! Не мальчики, небось, за зайцами бегать!

Они помолчали.

- А что, Карл Иванович,- произнес вдруг Пардонов,- ведь это не

Затылкина у тебя сапог стянула...это...

- Да я уж подумал.- Перебил его Фуйберг.- Я ж ей вчера купидона

вставил. На диване. И ей, вроде, понравилось. Какие вы, говорит,

барон, пылкие любовники... На кой ей ляд после этого с меня сапог

стягивать? Это, наверное, пидоры стянули. Жулин и Кастрюлин.

Понапускали полный дом пидорей- плюнуть негде!

- Ну, тебе лучше знать...- вздохнул Пардонов.

Послышался топот копыт и на дороге показался генерал Полосатов

верхом на лошади. За ним в карете ехали князь Термитов и доктор

Пришвин. Пардонов затушил об дерево папиросу и нервно сплюнул.

Подъехавшие остановились неподалеку и спешились. Генерал

Полосатов и кучер князя Термитова привязали лошадей к елкам.

Делегация направилась к кривой березе.

- Ба!- Заорал Фуйберг.- Чего я вижу! Мой сапог, бля! Глядите-ка, на

кучере Термитова мой сапог надетый!- Фуйберг подбежал к кучеру и

ударил его в морду.- Говори, сволочь, где взял?!- Кучер упал в снег.

Барон уперся ему ногой в живот и двумя руками начал стаскивать с

кучера сапог.- Что, холопская морда, удобно тебе было в господской

обуви ходить?! Удобно?!- Приговаривал Фуйберг.- Стянув, наконец,

сапог, Фуйберг поставил кучера на ноги и стал лупцевать его сапогом

по щекам.- Вот тебе! Вот тебе! Получай! Что- больно?! А ты не воруй!

Где взял, гад?! Признавайся!

- Не бей, барин!- Жалостливо попросил кучер.- Все расскажу.

Фуйберг остановился:

- Ну! Говори, скотина!

- Стоим мы, значит, вчерась возле дома графини Кресловой. Господ

дожидаимси.- Потирая ушибленные места, рассказывал кучер.- Вдруг

- чу! Ан - летит с неба сапог. И, аккурат, передо мной приземляетси.

Сапог, почти что, новый, блестящий. Эва, думаю, мать честная,

остолбенение какое! Видать, меня Господь сапогом племировал.

Взял и надел.

- Ишь ты! Господь его премировал! Моим-то сапогом! У, сволота!

Смягчаясь, проговорил Фуйберг и сунул сапог под мышку.- Это я,

господа, знаю, кто мой сапог из окна запустил.- обратился он к

остальным.- Это гомосеки запустили. Жулин и Кастрюлин. Вот и

Сергей Александрович тоже так думает. Ну ничего, я этих пидоров

тоже потом в окошко выкинул. Летели, небось со свистом, не хуже

моего сапога! Не будут, блядь, безобразничать!

- Я видел,- подтвердил кучер.- В точности на нового кучера господина

генерала Полосатова попадали. Искалечили сердешного до полной

неузнаваемости. Говносеки эти.

- Да...- вздохнул генерал.- Не живут у меня кучеры. Второго уже за

месяц из строя выводят! Ну, этого-то не очень жалко. Он мне, собака,

недавно все внутренности растряс! Едва не помер. От пищевого

отравления. Вон и доктор знает. Я его вызывал. Пришлось лошадь

дарить вивисектору. За диффузную-то клизму!

- Некоторые тут полагают, - парировал доктор Пришвин,- что

медицину всякий болван практиковать может. Ан нет-с! Медицина,

господа, занятие тонкое! И не каждому доступное. Я, господа, прежде

чем за градусник взяться, десять лет Гиппократа штудировал! Это

вам, господа, не в полковой барабан колотушкой стучать.

- Ты, Пришвин, при мне про полковой барабан не выражайся.- Строго

сказал генерал Полосатов. -Полковой барабан после полкового

знамени на втором месте по старшинству! Понял, медик?

Пришвин пожал плечами.

Генерал Полосатов повернулся к противникам и, приложив руку к

козырьку, сказал:

- Господа, честь имею. Мой секундант- князь Термитов.

Секунданты пожали друг другу руки и отошли в сторону для

переговоров. Пардонов, тем временем, прохаживался под елкой,

думая о чести, о поединке и репитируя это дело в уме. Рука без

перчатки мерзла.

Пошушукавшись, секунданты вернулись.

- Господа,- объявил князь Термитов,- мы имеем намерение

предложить вам помириться. Если это будет угодно графу

Пардонову, то пусть генерал Полосатов принесет свои извинения. И

в случае, если граф Пардонов их примет- дуэль не состоится.

- Что ж, я не против.- Согласился генерал,- Извольте-с. Я извинюсь,

генерал откашлялся.- Извините, граф, что я не разобрался сразу, чем

это вы себе штаны намочили. Может, вы и действительно

шампанским штаны намочили. Может и так. Спорить не буду. Может

вы, действительно, не обделались на бале. Может быть. Допускаю.

Но вид у вас был, главное дело, как у обделавшегося. А это,

согласитесь, довольно юмористично и не может не вызвать улыбку у

остроумного человека. Я и сейчас весь содрогаюсь от внутреннего

смеха, когда мне представляются ваши обоссаные штаны.- Генерал

прыснул и добавил.- Извините, конечно, если что.

На протяжении всего монолога Пардонов стоял бледный и

нахмуренный.

- Вы все сказали, генерал?- Холодно спросил он.- Теперь буду

говорить я. Несмотря на ваше миролюбивое настроение, я намерен

стреляться. Ибо только кровью можно смыть подобное оскорбление.

Так что, чего мы, господа, с вами вола вертим? Давайте стреляться.

Пришли стреляться- давайте стреляться. А то, право, какая-то

петрушка получается! Стоим здесь, груши околачиваем... Вон и Карл

Иванович замерз совсем.

- Действительно, господа,- сказал Фуйберг, клацая зубами,- давайте

по-быстренькому постреляемся и разбежимся по домам.

- Жаль...- вздохнул Термитов.- Жаль, что не удалось уладить вашу

ссору по-хорошему. Ну, да делать нечего. Я пошел мерить шаги.

Отмеряя шаги, князь Термитов думал: "А может и хорошо,- думал

он,- что так получается. А то бы стояли и еще полчаса друг друга

уговаривали. Сейчас быстро стрельнутся и все. Домой поеду. И

,вообще, непонятно, чего я здесь делаю. Хожу тут, мерзну. Сидел бы

сейчас дома, в микроскоп пиявок рассматривал."- Термитов отмерил

шаги и отчертил сапогом барьеры. Получилось неплохо.

- Господа! Добро пожаловать к барьеру! - Пригласил он.

Дуэлянты заняли позиции...

- Господа!- Объявил Фуйберг.- Считаю до трех! На счет "три"

сходитесь!

Дуэлянты вытащили пистолеты и приготовились.

- Раз...- начал отсчет Фуйберг.- Два... Два с половиной... Три!

Пардонов поднял пистолет и стал щурить левый глаз. Но рука без

перчатки у него к тому времени до того замерзла, что он так и не смог

согнуть палец, чтобы нажать на спусковой крючок." Все, конец!"

промелькнуло у него в голове.

- Господа! Погодите! У меня палец не сги...- прогремел генеральский

выстрел. Пардонов упал спиной на снег. Он увидел вверху на дереве

белку. "Белка,- подумал он.- Прекрасная бы из нее вышла горжетка

для Анны Ильиничны..."- глаза его закрылись.

К распростертому на снегу Пардонову подбежал доктор Пришвин и

пощупал пульс.

- Все, господа... - Сказал доктор. Он снял шапку и перекрестился.

Фуйберг заплакал:

- Как же это... Он про меня беспокоился... Сказал: Фуйберг замерз

давайте быстрее. А сам...

Весь обратный путь доктор Пришвин ехал молча. "Жаль

Пардонова.- думал он.- Из-за какой ерунды гибнут люди! ПОЭТОМУ

НАДО ИМЕТЬ, КАК МИНИМУМ, ТРИ ПЕРЧАТКИ И ДВОЕ ШТАНОВ. А

пока у вас этого нет- вы не можете спать спокойно."

Эпилог.

Прошло несколько лет. За это время много чего безвозвратно

изменилось.

Анна Ильинична, например, таки отравила Бориса Аркадьевича. На

этот раз она не поскупилась и купила у аптекаря Цукера целый фунт

эффективного патентованного яду. Простодушный Борис Аркадьевич

съел яд и, конечно же, отравился. Аптекарь Цукер, заподозрив

неладное, заявил в полицию. Анну Ильиничну арестовали по

подозрению и на первом же допросе она во всем созналась.Ей

присудили двадцать лет каторжных работ, и теперь она томится в

остроге под Иркутском.

Граф Плеткин женился на графине Пришибаловой. Она нарожала

ему кучу детей. А потом сбежала за границу с офицером.

Князь Термитов, наблюдая как-то в микроскоп медицинских пиявок,

обнаружил, что у них(у пиявок) имеются две челюсти. По одной

челюсти с каждого конца. Князь начал задумываться- как это так. Он

так и не смог разрешить этого природного противоречия и сошел с

ума. Теперь он живет в сумасшедшем доме. Князю запрещено давать

блюда, напоминающие ему пиявок(макароны, сосиски и т.п.). При

виде такой пищи князь начинает буянить. В остальное время это

тихий, интеллигентный сумасшедший.

Генерал Полосатов погиб на поле брани от турецкого ядра, так и не

дослужившись до фельдмаршала.

Доктор Пришвин пару лет назад, спасая безнадежного больного,

сам заразился от него и едва не умер. Но, благодаря искусному

самолечению и внутренней дисциплине, он остался жив. За это

время он значительно пополнил свой гардероб штанами и

перчатками всех расцветок.

Графиня Затылкина постарела и остепенилась. Она больше никому

не показывает со сцены свои голые ноги и сама на них старается не

смотреть. Она ведет себя скромно и разводит кактусы на

подоконнике.

Ее лакей Степан сбежал в Америку и стал там знаменитым

дрессировщиком.

А кучер Ибрагим уехал в Казань к родственникам.

Княгиня Креслова на пожертвования от благотворительных

спектаклей установила величественный памятник на могиле

Пардонова. На памятнике и сейчас можно прочесть тревожные

слова:

ПОГИБ ПОЭТ

НЕВОЛЬНИК ЧЕСТИ

УПАЛ, ЗАСТРЕЛЕННЫЙ

НА МЕСТЕ

Частенько на могилу приходит седой усатый человек с

бакенбардами. Он садится на скамеечку и что-то бормочет себе под

нос. Он разводит руками и тяжело вздыхает. Это барон фон Фуйберг.

Content

Белобров Владимир & Попов Олег
Шампанского брызги на белых штанах