Энид Блайтон

Тайна сгоревшего коттеджа

ПОЖАР В КОТТЕДЖЕ

Суматоха началась в половине десятого, когда апрельская ночь была уже совсем темна.

Питерсвуд мирно готовился ко сну в тишине, нарушаемой изредка собачьим лаем. Вдруг в западной части поселка полыхнуло яркое зарево.

Ларри Дейкин совсем собрался было лечь в постель, когда увидел его. Он на ночь раздвинул шторы в спальне, чтобы утренний свет не дал ему проспать, и увидел, что западный край неба пылает огнем.

«Вот это да! Что же это может быть?» – подумал Ларри и окликнул сестру:

– Дейзи, иди скорей сюда, смотри, что делается, какое-то непонятное зарево!

Сестра в ночной рубашке вбежала в спальню и бросилась к окну.

– Это же пожар! – вскрикнула она. – И похоже, что большой пожар, правда? Что это горит, интересно? А вдруг чей-то дом загорелся?

– Надо сбегать и посмотреть, – решил Ларри. – Давай побыстрей одеваться. Отец с матерью в гостях, они ничего не узнают. Быстрее, Дейзи!

Ларри и Дейзи поспешно оделись и сбежали по лестнице в темный сад. Поравнявшись с другим домом в их же переулке, брат и сестра услышали топот ног, стремительно спускавшихся по лестнице и приближающихся к калитке.

– Могу спорить, это Пип! – сказал Ларри, направляя луч карманного фонарика на соседнюю калитку. Луч высветил фигуру мальчика, примерно того же возраста, что Ларри, а рядом с ним – девочки лет восьми, не больше.

– Как, Бетси? Ты тоже? – изумилась Дейзи. – Я думала, ты уже давно спишь в такое время!

– Ларри, Ларри! – закричал Пип. – Это пожар, верно? Как ты думаешь, чей дом горит? Пожарных будут вызывать?

– Пожарных ведь вызывают из соседнего поселка! Пока они прибудут на место, дом уже сгорит! – возразил Ларри. – Побежали, я думаю, горит где-то в конце Хейкок-лайн!

Дети побежали. Пожар разбудил поселок, множество народу бежало в том же направлении, суматоха возбуждала.

– Горит у мистера Хика! – крикнул кто-то. – Без сомнения, горит его дом!

Зарево полыхало все ярче и жарче.

– Горит не дом! – выкрикнул Ларри. – Горит помещение в саду, где он работает, его мастерская горит! Ого, да она уже почти дотла сгорела!

Мастерская действительно догорала. Строение было ветхое, почти целиком деревянное, под соломенной крышей. Как раз сухая солома крыши и горела ярким пламенем.

Мистер Гун, местный полицейский, уже был на месте и распоряжался тушением пожара. При виде детей полицейский прикрикнул на них:

– Вы что тут делаете? Марш отсюда! Пошли прочь! Быстро домой!

– Пошли прочь! Всегда он требует, чтобы дети расходились по домам, – сказала Бетси. – Ничего другого от него никогда не услышишь!

Было ясно, что ведра с водой, подносимые соседями, такой сильный пожар не могут загасить. Полицейский стал звать шофера.

– Мистер Томас! Где мистер Томас? Скажите ему, чтобы нес сюда шланг, из которого моет машину!

– Мистера Томаса нет, – ответил женский голос. – Он поехал на станцию к лондонскому поезду встретить мистера Хика!

Это был голос миссис Миннз, кухарки. Эта симпатичная толстуха была сейчас насмерть перепугана. Ведра ходуном ходили в ее трясущихся руках, когда она наполняла их водой из-под крана.

– Шланг все равно не помог бы, – сказал кто-то в толпе. – Слишком сильно горит, уже не потушить.

– Звонили в пожарную команду, – откликнулся другой, – но пока они сюда доберутся, все будет кончено.

– Хоть нет опасности, что огонь перебросится на дом, – заметил полицейский. – К счастью, ветер дует в противоположном направлении. Ну и ну! Ну и сюрприз ожидает мистера Хика, когда он вернется.

Четверо детей с большим волнением наблюдали за происходящим.

– Жалко-то как, – вздохнул Ларри, – такой славный домик горит! Хоть бы нам разрешили что-нибудь делать, ведра подносить, например…

В эту минуту мальчишка примерно того же возраста, что и Ларри, подбежал к самому огню и выплеснул ведро воды, но так неуклюже, что облил Ларри.

– Эй ты! В огонь лить надо, а не на меня! Ты что, не видишь, что делаешь?

– Извини, старик!

Мальчишка странно выговаривал слова – он будто тянул их. Огонь взлетел высоко в небо, ярко осветив весь сад, и Ларри хорошо разглядел мальчишку: толстый, тщательно одетый и явно очень довольный собой.

– Я знаю, кто это, – шепнул Пип. – Он и его родители поселились в гостинице напротив. Очень противный. Думает, что умнее всех, а карманных денег у него столько, что он просто не знает, куда их потратить!

Полицейский тоже обратил внимание на нового помощника.

– Эй ты, малец! – заорал он. – Я сказал – дети по домам! Детям незачем путаться у взрослых под ногами! Пошли прочь!

– Я не ребенок! – возмутился толстый мальчишка. – Я же помогаю, разве вы не видите?

– Кому сказано – пошли прочь! – рявкнул мистер Гун.

Вдруг у самых ног полицейского появилась собачонка и нахальнейшим образом залаяла на него.

– Чей пес? Твой пес? – требовательно спросил полицейский. – Быстро по домам, вместе со щенком!

Мальчишка, будто его это и не касалось, отправился за очередным ведром воды, щенок же стал подбираться уже к самым брюкам полицейского. Мистер Гун рассвирепел. Отпихивая щенка, он крикнул:

– Это твой щенок? Уведи его домой! Пошел прочь!

Ларри и другие тихонько захихикали. Щенок, черный скотч-терьер, был существом уморительным и так проворно носился на своих коротких лапках!

– Того мальчишки щенок, – вздохнул Пип. – Потрясающий пес, такой игрун! Мне бы такого…

Часть соломенной крыши обвалилась, взметнув сноп искр высоко в небо. С пожарища понесло дымом и отвратительным запахом гари. Дети подались назад.

В это же время из переулка донесся звук подъезжающей машины.

– Это мистер Хик, – заволновалась толпа, – вернулся мистер Хик!

Машина остановилась перед домом. Из нее выпрыгнул человек и устремился через сад к уже догорающей мастерской.

– Мистер Хик, – перехватил его полицейский, – чрезвычайно сожалею, сэр, но ваша мастерская почти уничтожена огнем. Мы делали, что могли, сэр, но не совладали с огнем – слишком сильно горело. Можете ли вы, сэр, сказать, что предположительно послужило причиной загорания?

– Откуда же я знаю? – огрызнулся мистер Хик. – Я же только что с лондонского поезда. А где пожарные, почему за ними не послали?

– Вам ведь известно, сэр, что наша пожарная команда в соседнем городе, – пояснил мистер Гун, – а пожар был замечен, только когда загорелась крыша. Вы не помните, сегодня утром у вас горел огонь в камине или нет?

– Горел, – подтвердил мистер Хик. – Я знал, что буду с раннего утра работать в мастерской, поэтому оставил горячие угли в камине на ночь. Поскольку я топлю дровами, то я не исключаю и того, что из камина могла вылететь искра. Возможно; огонь тлел весь день, но никто не обратил на это внимания. Кстати, где миссис Миннз, моя кухарка?

– Я здесь, сэр, – отозвалась бедная, дрожащая от страха толстуха. – Ах, сэр, это такой ужас, просто кошмар, сэр! Вы же не любите, чтобы я заходила в мастерскую, так я туда даже не заглянула сегодня, а ведь могла бы заметить пожар в самом начале!

– Дверь была заперта, – вмешался полицейский. – Я лично проверил дверь еще до того, как огонь охватил ее. Вот, сэр, мне кажется, что наступил конец вашей мастерской!

С грохотом обрушились прогоревшие деревянные стены коттеджа, пламя опять взметнулось высоко в небо, толпа попятилась от нестерпимого жара.

Неожиданно мистер Хик как безумный набросился на полицейского и начал его трясти.

– Мои бумаги! – вскричал он дрожащим голосом. – Мои бесценные старинные документы! Они же находились в мастерской! Их надо спасти, спасите мои бумаги!

– Но будьте же благоразумны, сэр, – возразил мистер Гун, поглядывая на груду дымящихся развалин. – Из огня ничего не удастся спасти, впрочем, это было с самого начала немыслимо:

– Бумаги!!! – завопил мистер Хик и рванулся к пожарищу, будто намереваясь начать поиски.

Несколько рук сразу вцепилось и удержало его.

– Прошу вас, сэр, прошу вас воздержаться от неосмотрительных поступков, – встревоженно уговаривал полицейский Хика. – А что, эти бумаги обладали большой ценностью, сэр?

– Это же невосполнимая утрата, – стенал мистер Хик, – они стоят много тысяч фунтов!

– Надеюсь, сэр, они у вас застрахованы, – заметил кто-то из толпы.

Мистер Хик в бешенстве повернулся к говорившему.

– Да, застрахованы, да, да! Но никакие деньги не могут возместить их утрату!

Бетси не понимала, о чем идет речь, поскольку не знала, что такое страховка, и Ларри на ходу поспешно растолковал ей:

– Ну если у тебя есть какая-то дорогая вещь, а ты боишься, что она может быть украдена или может сгореть, то ты каждый год платишь немного денег страховой компании. Тогда, если с дорогой вещью и вправду что-то случится, так компания выплатит тебе ее полную стоимость.

– Понятно, – сказала Бетси, не сводя глаз с мистера Хика, который выглядел расстроенным донельзя.

Бетси подумала, что мистер Хик выглядит довольно чудно!

Он был высок ростом, но сутулился, хохолок волос на лысоватой голове торчал вперед, на длинном носу сидели большие очки, почти скрывавшие глаза. Он не очень понравился Бетси.

– Пусть все эти люди разойдутся по домам, – заявил мистер Хик, обводя взглядом соседей и детей. – Я не желаю, чтобы всю ночь вытаптывали мой сад, а помочь все равно уже сейчас никто не сможет.

– Будет сделано, сэр! – немедленно отозвался мистер Гун, довольный тем, что можно сразу разогнать по домам такое количество людей. Он шагнул к толпе.

– По домам, – с удовольствием распорядился он. – Здесь больше делать нечего. Дети – по домам! Прошу всех разойтись!

Коттедж тихонько догорал. Скоро все выгорит и огонь сам по себе погаснет. Возбуждение прошло, и детям как-то вдруг сильно захотелось спать, глаза щипало от чада.

– Ффу! – с отвращением сказал Ларри. – У меня вся одежда пропахла гарью. Все, пошли по домам. Интересно, отец с матерью уже вернулись или нет…

Ларри и Дейзи зашагали по переулку вместе с Пипом и Бетси. За ними шел мальчишка с собакой. Скоро он нагнал их.

– Здорово было, да? – сказал он. – Хорошо, что никто не пострадал. Слушайте, как насчет того, чтобы встретиться завтра и поиграть всем вместе? Я все время один в гостинице напротив сада мистера Хика, – мои родители уходят на целый день играть в гольф.

– Не знаю, – нерешительно сказал Ларри, которому не очень нравился мальчишка. – Посмотрим… если окажемся поблизости, может быть, зайдем за тобой.

– Давайте, – согласился тот. – Пошли, Бастер, домой, псина, домой!

Щенок, кругами носившийся вокруг детей, подбежал к хозяину.

Оба скрылись в темноте.

– Воображала толстый! – фыркнула Дейзи. – С чего он взял, что мы хотим играть с ним? Давайте вот что сделаем: Пип, мы завтра придем к вашей калитке и все вместе сбегаем посмотреть, что осталось от коттеджа, хорошо?

– Хорошо, – согласился Пип, сворачивая к дому. – Пошли быстрее, Бетси! По-моему, ты уже засыпаешь на ходу!

Ларри и Дейзи, позевывая, отправились к себе.

– Бедный мистер Хик, – сказала Дейзи, – до чего же он расстроился из-за этих своих старых бумаг!

ПЯТЕРКА ТАЙНОИСКАТЕЛЕЙ – И СОБАКА

На другой день Ларри и Дейзи пошли за Пипом и Бетси.

Приблизившись к их дому, они услышали голоса своих друзей в саду, и позвали:

– Пип! Бетси! Мы здесь!

Первым появился Пип, за которым, запыхавшись, спешила маленькая Бетси.

– Вы уже видели утром сгоревший коттедж? – спросил Ларри.

– Да, но самое главное – знаете, что в поселке говорят? Говорят, что коттедж кто-то поджег, что это совсем не случайный пожар! – ответил взволнованный Пип.

– Поджег? Нарочно? – в один голос спросили Ларри и Дейзи. – Но кто мог сделать такую вещь?!

– Не знаю, – признался Пип. – Я же только слышал, как другие говорили об этом. Говорили, что представители страховой компании уже осмотрели пожарище, что какой-то специалист по пожарам, которого они привезли с собой, заявил: мастерская была облита бензином, а потом подожжена. Вы же знаете, специалисты могут это установить.

– Ну и дела! – воскликнул Ларри. – Но кто мог это сделать? Наверняка человек, который ненавидит мистера Хика, правильно?

– Правильно, – согласился Пип. – Пари держу, что старый Гун рад и счастлив, что теперь имеет возможность расследовать настоящее преступление. Но этот глупый полицейский никогда в жизни не докопается до истины!

– Смотри – вчерашний щенок прибежал! – закричала Бетси.

Черный скотч-терьер ворвался в сад, застыл на месте, прочно упершись в землю короткими лапками, поставил уши торчком и посмотрел на детей, будто спрашивая:

– Я не помешал?

– Привет, Бастер! – обрадовался Ларри, наклоняясь и похлопывая себя по колену, чтобы щенок подошел поближе. – Ты славный пес, Бастер, ты очень хороший пес! Хотел бы я, чтобы ты жил у нас. У нас с Дейзи никогда не было собаки.

– И у меня тоже, – вздохнул Пип. – Ко мне, Бастер! Косточку, Бастер? Сухарик, Бастер?

– Гав, – сказал Бастер голосом неожиданно глубоким для такого маленького песика.

– А теперь ты обязан добыть для него и косточку, и сухарик тоже, – заявила Бетси, – обязан, раз он тебе поверил!

Пип отправился за угощением, а коротышка Бастер доверчиво затрусил рядом.

Скоро оба возвратились: Бастер нес в зубах косточку и большой сухарь. Он положил угощение на землю и вопросительно взглянул на Пипа.

– Это все тебе, старик, – успокоил его Пип. – Смотрите, совсем не жадный пес! И какой воспитанный – пока не получит разрешение, не принимается за еду.

Бастер тем временем быстренько разгрыз косточку и с ходу проглотил сухарь. Это привело его в прекрасное расположение духа, он начал прыгать вокруг детей, явно приглашая их поиграть и побегать за ним. Дети были просто в восторге.

– Как жалко, что его хозяин просто глупая толстая сосиска! – вдруг выпалил Ларри.

Остальные захихикали: в хозяине Бастера и впрямь было что-то сосисковатое. Они еще не успели отсмеяться, как услышали шаги и увидели хозяина Бастера.

– Привет, – сказал он, – я услышал ваши голоса и лай Бастера. Бастер, ты почему это убежал, а? Ну-ка, ко мне!

Бастер бросился к хозяину с такой радостью, что было ясно, как он любит своего толстячка.

– Новости знаете? – спросил тот. – Насчет того, что мастерскую умышленно подожгли?

– Знаем, – ответил Ларри, – нам Пип сказал. А ты в это веришь?

– В общем верю, – протянул толстяк. – На самом деле я догадался о поджоге гораздо раньше всех остальных.

– Ерунда! – усмехнулся Ларри, сразу сообразив по его тону, что этот задавака ни о чем не догадывался раньше.

– Ерунда? Хорошо же, я тебе скажу – я ведь живу в гостинице прямо напротив сада мистера Хика, так? Ну вот, вчера вечером я заметил, что вокруг его дома слоняется бродяга. Могу спорить, что бродяга и поджег!

Все уставились на толстяка.

– Чего ради стал бы бродяга поджигать мастерскую? – спросил Пип. – Бродяги не обливают дома бензином и не поджигают их просто так!

Толстый задумался.

– А вдруг бродяга что-то имел против мистера Хика? Вполне может быть. Здесь все говорят, что мистер Хик не очень-то приятный человек. Может быть, он утром того дня взял и прогнал бродягу из своего сада или еще что-то ему сделал!

Теперь задумались остальные.

– Давайте пойдем в беседку и там все обсудим, – взволнованно сказал Пип. – Здесь какая-то тайна, и было бы очень здорово, если бы мы помогли разгадать ее!

Мальчик с Бастером тоже направился к беседке, не дожидаясь приглашения. Бастер сразу прыгнул Ларри на колени, чему тот явно обрадовался.

– В котором часу ты заметил бродягу? – спросил Пип.

– Часов в шесть, – ответил толстяк. – Грязный старый бродяга в драном макинтоше и какой-то немыслимой шляпе. Он крался вдоль живой изгороди. Его увидел Бастер, залаял и бросился за ним.

– Ты не обратил внимания, была у него в руках канистра с бензином? – спросил Ларри.

– Канистры не было, – уверенно ответил тот. – Была какая-то палка. Больше ничего.

– Послушайте! – неожиданно вскрикнула Дейзи, – послушайте, у меня есть идея!

Все повернулись к ней. У Дейзи всегда бывали идеи и, как правило, идеи прекрасные.

– Какая у тебя идея на этот раз? – заинтересовался Ларри.

– Мы будем детективами! – провозгласила Дейзи. – Детективами по расследованию тайны, по выяснению – кто поджег коттедж?

– Что это значит – детектив? – спросила восьмилетняя Бетси.

– Это человек, который находит разгадку тайны, – объяснил ей Ларри. – Человек, который дознается, кто совершил преступление, выслеживает преступника.

– О, тайноискатель! – обрадовалась Бетси. – Мне это очень нравится. Я уверена, что сумею хорошо выслеживать.

– Ты еще маленькая! – напомнил ей Пип.

У Бетси сразу навернулись слезы на глаза.

– А мы трое станем настоящими детективами! – у Ларри загорелись глаза. – Пип, Дейзи и я: Трио Детективов!

– А меня не возьмете? – немедленно привязался толстяк. – Я ведь очень смышленый.

Все с сомнением уставились на него. Если он и был смышленым, то по его лицу этого никак нельзя было предположить.

– Да мы тебя и не знаем! – сказал Ларри.

– Меня зовут Фредерик Алджернон Троттевилл, – представился мальчик. – А как вас зовут?

– Меня – Лоренс Дейкин, – откликнулся Ларри, – мне тринадцать лет.

– А я – Маргарет Дейкин, мне двенадцать лет, – вступила Дейзи.

– Меня зовут Филипп Хилтон, мне двенадцать, а это моя младшая сестра Элизабет.

Мальчик выслушал их с удивлением.

– Вы все зоветесь другими именами, да? Лоренса зовут Ларри, Филиппа зовут Пип, Маргарет зовут просто Дейзи, а Элизабет – Бетси. Странно. Меня всегда зовут Фредерик.

Это заявление почему-то ужасно всех рассмешило. Толстяк так манерно растягивал слова и так соответствовал своему длинному имени – Фредерик Алджернон Троттевилл.

– Фредерик – Ф, Алджернон – А, Троттевилл – Т, а вместе по первым буквам выходит: ФАТ, то есть Толстяк! Очень подходит, – засмеялся Пип.

Фредерик Алджернон Троттевилл сначала надул было губы, но не выдержал и тоже засмеялся.

– Я и вправду довольно толстый, верно? Что делать, у меня прямо зверский аппетит, и я слишком много ем!

– Твоим родителям не стоило давать тебе имя, из первых букв которого прямо само составляется описание твоей внешности, – сказала Дейзи. – Бедный Фатти!

– Так могу я быть членом клуба детективов? – спросил Фатти. – В конце концов ведь это я рассказал вам про бродягу!

– Нет же никакого клуба! – возразил Ларри. – Просто мы, кто постарше, объединяемся и разгадываем тайну.

– А я? А как же я? – заволновалась Бетси. – Ну скажите, что меня тоже берут в игру! Не надо меня прогонять!

Неожиданно слово взял Фатти:

– Давайте ее тоже возьмем. Ничего, что она маленькая, она может пригодиться. И я думаю, Бастера надо тоже взять. Он отлично вынюхивает спрятанные вещи.

– Какие спрятанные вещи? – не понял Ларри.

– Ну не знаю, не знаю, – отмахнулся Фатти. – Когда начинаешь расследовать тайну, никогда наперед не знаешь, с чем придется столкнуться.

– Давайте, правда, всех возьмем! – обрадовалась Бетси, – Фатти с Бастером тоже, ну, пожалуйста!

Сообразив, что речь о нем, Бастер стал возбужденно повизгивать и даже тормошить Ларри своей черной лапкой.

Глядя на Бастера, трое старших все больше склонялись к мысли о принятии в детективы его хозяина. Ради Бастера они были готовы терпеть и Фатти, толстого, заносчивого, глупого Фатти. Бастер мог стать ищейкой, а они не сомневались, что у настоящих детективов, которые раскрывают разные преступления, обязательно должны быть ищейки.

– Хорошо, – принял решение Ларри, – берем всех и ставим перед собой задачу раскрытия тайны пожара в коттедже.

– И будем мы Пятерка Тайноискателей и собака! – поспешила добавить Бетси.

Все засмеялись.

– Что за глупое название! – воскликнул Ларри.

Но все же название привилось, так что и в эти каникулы, и еще долго потом дети постоянно именовали себя Пятеркой Тайноискателей с собакой.

– Я очень хорошо разбираюсь в детективных и полицейских делах, так что лучше мне и быть нашим главой, – предложил Фатти.

– Ну уж нет, – возразил Ларри. – Могу спорить, что ты в этом понимаешь столько же, сколько мы! И вообще можешь не думать, будто мы не заметили, что ты себя считаешь самым умным. Заруби себе на носу: мы знаем, что половина твоих рассказов просто враки. А главным буду я. Я всегда главный.

– Верно, – подтвердил Пип. – Ларри очень умный. Пятерку Тайноискателей будет возглавлять он.

– Ладно, – буркнул Фатти. – Конечно, вас тут четверо, а я один. Так, все – уже половина первого. Мне пора.

– Встречаемся здесь же в два часа, – распорядился Ларри. – Будем обсуждать вопрос об уликах.

– Улипки? – не поняла Бетси. – Как интересно! Они очень липкие?

– До чего глупа, – вздохнул ее брат. – Ума не приложу, зачем она нужна Пятерке…

ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА

Ровно в два часа Пятерка Тайноискателей и собака собрались в большом саду Пипа. Пип уже ждал гостей и сразу повел их в беседку.

– Здесь у нас будет штаб, – сказал он. – Я думаю, нам придется часто собираться и проводить обсуждения. Беседка как раз подходящее место для этого, потому что она в самом конце сада и нас никто не подслушает.

Следопыты уселись на деревянную скамью, которая изнутри опоясывала по всей окружности старую беседку. Бастер запрыгнул Ларри на колени. Ларри был весьма доволен. Фатти, похоже, ничего против не имел.

– Так, – сказал Ларри, – поскольку я здесь главный, то я считаю, пора браться за дело. Я перечислю известные нам обстоятельства, мы все обсудим и решим, как действовать.

– А я считаю, что это очень интересно, – вмешалась Бетси, которая была несказанно довольна тем, что находится среди больших детей.

– Не прерывай, Бетси, – одернул ее Пип.

Бетси сделала серьезное лицо и выпрямила спину.

– Итак, нам известно, что прошлой ночью сгорела мастерская мистера Хика, которая находилась в конце его сада, – приступил Ларри. – Сам мистер Хик появился, когда все уже догорало, раньше его не было, потому что шофер ездил встречать его к лондонскому поезду. Представители страховой компании утверждают, что обнаружили следы бензина, следовательно, кто-то умышленно поджег коттедж. Мы, Тайноискатели, решили найти того, кто совершил это преступление. Правильно?

– Совершенно правильно и очень четко изложено, – сразу поддержал Пип.

Бастер усиленно завилял хвостом. Фатти открыл рот и заговорил своим высоким голосом, протяжно произнося слова:

– Я предлагаю начать с того…

Ларри оборвал его:

– Заткнись, Фатти, я выступаю, а не ты!

Фатти подчинился, но с совершенно явным неудовольствием. Он напустил на себя скучающий вид и стал позвякивать монетками в кармане.

Ларри продолжил:

– Для того чтобы найти человека, совершившего это преступление, мы должны узнать, был ли кто-то возле мастерской или в саду в тот вечер, а если был, то кто. Фатти сообщил нам, что видел бродягу. Значит, мы должны разыскать бродягу и найти способ выяснить, имел ли он отношение к пожару. Затем кухарка, миссис Миннз. Надо выяснить насчет нее.

– А разве нам не нужно знать, есть ли у мистера Хика враги? – вставила Дейзи. – Ведь поджоги просто так никто не устраивает. Наверняка мастерскую подожгли, чтобы за что-то отплатить мистеру Хику, правда же?

– Очень хорошая мысль, Дейзи, – согласился Ларри. – Вот что нам тоже предстоит выяснить – кто был зол на мистера Хика.

– Таких, я думаю, не меньше сотни наберется, – сказал Пип, – наш садовник рассказывал, что у мистера Хика очень скверный характер и его никто не любит.

– Но если бы нам удалось узнать, что кто-то из тех, кто на него зол, был вчера вечером в саду, то, считайте, преступник уже в наших руках! – ответил Ларри.

– Нужны еще улики! – вмешался Фатти, который не в силах был дольше молчать.

– Улипки! – обрадовалась Бетси; ей явно нравилось это слово. – А зачем нам липучки?

– Какой ты еще ребенок, Бетси, – упрекнул ее Пип. – Никаких липучек никому не нужно. Речь об уликах.

– Хорошо, а что такое улики? – спросила Бетси.

– Улики – это вещи и приметы, которые могут помочь нам напасть на след того, что мы ищем, – объяснил Ларри. – Например, в детективе, который я недавно читал, там вор, ограбивший магазин, оставил на полу окурок. Когда полиция нашла окурок, выяснилось, что вор курил сигареты редкого сорта. Полиция начала опрашивать тех, кто курил такие сигареты, и в конце концов добралась до преступника. То есть окурок был уликой.

– Понятно, – сказала Бетси. – Я вам найду полно этих улипок, нет, я хочу сказать улик. Я их с удовольствием буду искать.

– У всех должны быть открыты и глаза, и уши – на случай, если попадется улика, – продолжил Ларри. – Очень важны следы, следы – это главная улика. Понимаете, следы, оставленные преступником возле коттеджа.

Фатти пренебрежительно фыркнул, и все посмотрели на него.

– Что тебя так насмешило? – холодно спросил Ларри.

– Ничего! Просто стало смешно, когда я представил себе, как вы ищете следы в саду мистера Хика. Я думаю, их там не меньше миллиона – после того, как целая толпа народу толклась в саду и смотрела на пожар.

Ларри залился краской. Он сердито глянул на Фатти, который ответил ему широкой улыбкой.

– Человек, который поджег мастерскую, мог прятаться в кустах или где-то еще, дожидаясь минуты, – заявил Ларри. – К живой изгороди, к кустам никто вчера не приближался. Там вполне могут обнаружиться следы, почему нет? Например, в канаве вдоль изгороди, где мокро?

– Вполне могут, – согласился Фатти. – Но нет смысла искать следы возле коттеджа! Там и я оставил следы, и вы все, и старина Гун, и еще сто человек.

– У меня предложение! – вмешался Пип. – Старина Гун не должен знать, что ключ к тайне ищем мы!

– Он же считает, будто эта тайна его собственность! – сказала Дейзи. – Он же радуется, как собака о двух хвостах, что у него появилась возможность расследовать настоящее преступление.

– Ну, мы будем держаться подальше от полиции вообще, – решил Ларри. – А старина Гун будет выглядеть полным дураком, когда от нас узнает, кто на самом деле поджег мастерскую! Я-то уверен, что мы докопаемся до истины, конечно, если будем работать дружно и стараться изо всех сил.

– С чего будем начинать? – спросил Пип, которому уже не терпелось.

– С поиска улик, – ответил Ларри. – Надо узнать, что это был за бродяга в драном макинтоше и старой шляпе, которого видел Фатти. Надо узнать, у кого может быть причина ненавидеть мистера Хика. Надо узнать, была ли у кого-то возможность проникнуть в тот день в мастерскую и поджечь ее.

– Неплохо было бы поговорить с кухаркой, с миссис Миннз, – предложила Дейзи. – Она обязательно должна знать, заходил ли к ним кто-то в тот день. Кстати, кроме шофера, у мистера Хика больше никто не работает?

– Работает, у него есть слуга, но я не знаю, как его зовут, – вспомнил Ларри. – Насчет него тоже надо все разузнать. У нас полно работы!

– Давайте все-таки сначала пойдем искать улипки! – потребовала Бетси, которой, видимо, казалось, что она соберет возле сгоревшей мастерской целую кучу вещей, позволяющих немедленно опознать преступника.

– Пошли!

Ларри и самому не терпелось приняться за поиск улик.

– Послушайте! – спохватился он, – нас могут прогнать, если увидят, что мы роемся в саду мистера Хика. Давайте так – я брошу шиллинг, и если нас спросят, что мы тут делаем, я скажу, что потерял деньги и мы все ищем их! Это даже будет правда – я же на самом деле брошу шиллинг!

– Договорились, – сказал Пип, поднимаясь на ноги. – Пошли, а то время теряем. Потом кто-нибудь из нас должен будет зайти и поговорить с миссис Миннз. Я не сомневаюсь, что та будет рада до смерти поболтать языком. Мы можем узнать от нее много полезных сведений.

Бастер спрыгнул с колен Ларри и завилял хвостом.

– По-моему, он понял каждое слово, – рассмеялся Ларри. – Вперед, сыщики! Нас ждет интересная работа.

УЛИКИ И – ПОЛИЦИЯ!

Пятеро детей и Бастер вышли из сада и двинулись по улочке. Они миновали дом мистера Хика и, следуя изгибам улочки, обогнули его участок. В изгороди была деревянная калиточка, от которой полузаросшая тропка вела к тому месту, где стояла мастерская. Тропинка-то и нужна была детям, рассчитывавшим, что здесь им удастся пройти незамеченными.

В воздухе еще висел чад и противно пахло гарью. Безветренный апрельский день был солнечным и теплым. Повсюду виднелся золотистый чистотел.

Дети отворили калитку и пошли по тропинке к тому, что осталось от мастерской – груде обугленного мусора. Коттедж был совсем маленький, всего в две комнаты, но когда мистер Хик стал перестраивать его под мастерскую, то переборку между комнатами снесли, чтобы получилась одна большая, удобная для работы комната.

– Так, – приказал Ларри громким шепотом, – теперь все осматриваем и выясняем, нет ли чего, что может навести нас на след.

Совершенно ясно, что не было смысла искать там, где прошлой ночью толпились зеваки. Сад был сильно потоптан и заслежен. Дети разделились, и каждый начал в одиночку внимательно осматривать тропинку от калитки до мастерской и давно не подстригавшиеся кусты живой изгороди, почти закрывшие собой канаву в конце сада.

Бастер тоже занялся поисками, но, твердо убежденный в том, что кроме кроликов ничего искать не стоит, совался в каждую кроличью нору и с воодушевлением и надеждой старался разрыть ее. Бастер вообще сожалел о том, что кролики не выкапывают свои норы достаточно широкими для собак – как было бы легко ловить удирающих ушастиков!

– Вы только посмотрите, как Бастер ищет улики! – хихикнул Пип.

Дети высматривали следы. На тропинке их не было, поскольку она была посыпана шлаком, а на нем следы не остаются. Осмотрели заросли чистотела по обе стороны дорожки, но и там ничего не обнаружилось.

Пип забрел к канаве, полускрытой ветками куманики и шиповника. И здесь кое-что нашлось! Пип негромко и взволнованно кликнул остальных Тайноискателей.

– Эй, сюда! Сюда, я говорю! Я кое-что нашел!

В один миг все сгрудились вокруг него, включая и Бастера, чей нос возбужденно подрагивал.

– Что нашел? – спросил Ларри.

Пип указал на мокрое дно канавы. Крапива, которой оно поросло, была местами примята. Ясно, что там кто-то стоял, а единственная причина, по которой можно было забраться в грязную канаву и стоять в крапиве – желание спрятаться.

– Это еще не все! – сказал взволнованный Пип. – Сейчас я вам покажу место, откуда он спустился в канаву и потом выбрался из нее.

Пип ткнул пальцем в живую изгородь – дети увидели обломанные ветки и сучья там, где кто-то явно продирался через кусты.

– Ого! – сказала Дейзи и ее глаза округлились. – Это ведь улика, да, Ларри?

– И очень серьезная, – ответил Ларри, не скрывая удовольствия, – Пип, а следы ты тоже видел?

Пип отрицательно покачал головой.

– Тот, кто здесь прятался, вроде все время старался ступать по крапиве, – ответил он. – Зато видно как он шел по дну канавы: там, где он ступал, крапива примята.

Дети осторожно пошли по следу: по примятой крапиве. Канава сворачивала к задней стене сгоревшей мастерской, но, к сожалению, за поворотом все было истоптано множеством ног, так, что не было никакой возможности выбрать один какой-то след и сказать, что именно его и оставил преступник.

– Вот что, – сказал Фатти, – раз уж в саду мы не можем найти следы того, кто прятался в канаве, может быть, посмотреть, нет ли их по другую сторону изгороди. Давайте пролезем в том месте, где пролезал преступник, и посмотрим, не найдется ли чего возле изгороди!

Дети пробрались через кусты. Фатти был замыкающим, и именно он, продираясь сквозь ветки, увидел клочок серой фланели, застрявший на колючке.

Фатти тихонько свистнул и остановил Ларри, который шел перед ним. Он показал Ларри клочок ткани.

– Преступник зацепился за колючку и порвал пиджак, – объяснил Фатти. – Видишь? Даю слово, расследование пошло в нужном направлении. Нам уже известно, что на преступнике был серый костюм из фланели.

Ларри бережно отцепил обрывок ткани и уложил его в спичечный коробок. Ему было очень обидно, что заметил улику не он сам, а Фатти.

– Молодец! – сказал он. – Действительно, улика может иметь большую ценность.

– Что, что такое? – заволновалась Бетси. – Фатти улипку нашел?

Следопыты столпились, разглядывая находку Фатти.

Ларри всем продемонстрировал обрывок фланели и аккуратно возвратил его в спичечный коробок.

– Теперь нам остается только найти человека в сером фланелевом костюме с дыркой – и преступник в наших руках! – воскликнула довольная Дейзи.

– Мы расследуем тайны получше, чем этот старина Пошлипрочь! – заключил Пип.

– У меня вообще на редкость острое зрение, – выступил Фатти, буквально маслясь от самодовольства. – Это же надо, никто, кроме меня, не заметил обрывок! Я на самом деле смышленый!

– Да заткнись ты! – огрызнулся Ларри. – Чистая случайность, что ты заметил этот лоскуток!

Ларри спрятал спичечный коробок в карман. Тем не менее довольны были все.

– Мне очень нравится тайноискательство! – радостно заявила Бетси.

– Хотел бы я знать, почему ты так радуешься, – заметил Пип. – Ты же еще ничего не нашла. Это я нашел место, где прятался преступник, а Фатти увидел лоскуток на колючке. Что касается тебя, ты ничего не раздобыла!

Первый след обнаружил Ларри. Обнаружил совершенно случайно. За канавой против пролома открывался травянистый лужок, на котором невозможно было найти следы. Но кто-то из фермеров побывал на лужке и срезал несколько квадратов дерна – и на самом краешке обнажившейся почвы остался отчетливый след!

– Так его, наверное, фермер и оставил! – предположил Пип, когда Ларри показал ему след.

– Нет, вот следы башмаков фермера! – Ларри указал на огромные следы башмаков, подбитых гвоздями. – А наш след гораздо меньше. Я думаю, это восьмой размер, а фермер носит, похоже, двенадцатый. У него громадные башмачищи. Так что, скорей всего, мы наткнулись на след именно того, кого ищем. Давай посмотрим, нет ли здесь еще таких следов!

Дети бросились на поиски. Понятно, что на траве бесполезно искать следы, поэтому они пошли вдоль межи. И тут Дейзи заметила еще следы – по обе стороны перелаза в изгороди, где был выход с лужка на улочку.

– Смотрите! – позвала Дейзи. – Это ведь такие же следы, верно?

Тайноискатели, сбежавшись к следам, внимательно всматривались в них. Наконец Ларри кивнул.

– Думаю, это следы того же человека. Видите – это след резиновой подошвы с крестообразной насечкой. Пип, сбегай обратно к первому следу и проверь, совпадает ли рисунок насечки!

Пип стремглав ринулся к тому месту, откуда фермер срезал дерн. Все правильно – на влажной почве четко отпечаталась крестообразная насечка. След того же башмака, никаких сомнений!

– Да! – закричал Пип. – Да, все совпадает!

Тайноискатели пришли в восторг. Расследование действительно продвигалось!

– Так, – сказал Ларри, окидывая взглядом улочку, – думаю, идти дальше смысла нет: на твердом уличном покрытии мы не найдем никаких следов. Однако мы уже и так нашли кое-что и знаем кое-что из того, что желаем знать. Нам известно, что по какой-то причине кто-то прятался в канаве, нам известно, что на нем были башмаки определенного типа и размера, башмаки на резиновой подошве с крестообразным рисунком. Неплохо для первого дня работы!

– Я сделаю зарисовку следов, – вызвался Фатти. – Сниму размер и точно воспроизведу. Тогда нам останется только разыскать башмак – и преступник пойман!

– Нам известно, – продолжал Ларри, – какие на нем башмаки и какой костюм тоже. Пари держу, старина Пошлипрочь ничего бы не нашел!

– Пожалуй, пойду поскорей в гостиницу, – важно объявил Фатти, – надо взять бумагу и сделать зарисовку. Хорошо, что я прекрасный рисовальщик. В прошлом году получил первую премию по рисованию. Это большое искусство.

– Какое еще искусство? – не выдержал Ларри. – Искусство хвастовства? Или, может быть, искусство обжорства?

– Очень остроумно! – обиделся Фатти, который шуточек на тему о толстяках не любил.

– Да, мой брат и остроумный, и умный! – возмутилась Дейзи. – Но в отличие от некоторых, он не хвастается, Фредерик Алджернон Троттевилл!

– Давайте вернемся на пожарище и посмотрим, нет ли там еще каких улик, – предложил Пип, желая предотвратить разгорающуюся ссору.

– Да! – поддержала брата Бетси. – Только я еще пока ничего не нашла, так что хочу поискать!

Бетси была так огорчена своей неудачей, что Фатти поспешил ободрить ее:

– Ну и что? Бастер тоже пока ничего не нашел! Искал изо всех сил, но ничего не попалось. Ты не расстраивайся, Бетси, я уверен, ты найдешь потрясающую улику!

Дети вернулись к живой изгороди и по одному пробрались через кусты. Фатти отправился в маленькую гостиницу напротив сада за бумагой и карандашом. Остальные стояли, разглядывая остатки мастерской.

– Вы что тут делаете? – неожиданно раздался громкий окрик. – По домам быстро! Пошли прочь!

– Старина Пошлипрочь, – ахнул Ларри. – Быстро ищите мой шиллинг! Все ищите!

Все четверо бросились шарить по земле, делая вид, будто прилежно что-то разыскивают.

– Вы что, не слышали? – проворчал полицейский. – Что вы тут потеряли?

– Мой шиллинг! – ответил Ларри.

– Вот как! Наверное, уронил деньги, когда вчера вы тут путались под ногами, – сказал мистер Гун. – Не знаю, что за дети нынче пошли, всюду суют свой нос, всем мешают, никому не дают покоя! Давайте быстро по домам! Пошли прочь!

– Вот мой шиллинг! – завопил Ларри, бросаясь к монетке, которую аккуратно положил рядом с целым участком чистотела. – Все в порядке, мистер Гун. Мы уходим. Нашлись деньги.

– Очень хорошо, а теперь – убирайтесь! – процедил полицейский. – Мне работать надо, у меня тут серьезное дело, и я не желаю, чтобы дети путались под ногами.

– Вы улипки будете искать? – спросила Бетси, но Пип тут же так толканул ее в бок, что она еле удержалась на ногах.

На счастье, Гун не обратил внимания на ее слова. Он выпроводил детей из калитки и еще посмотрел им вслед, когда они пошли по улице.

– И чтоб я вас тут больше не видел! – сказал он вдогонку. – Нечего тут крутиться и мешать!

– Мешать! – с негодованием повторил Ларри, удаляясь по улице. – Он думает, что дети заняты только тем, что мешают взрослым. Да он бы позеленел от зависти, если бы узнал, что нам удалось расследовать сегодня утром!

– Вправду позеленел бы? – заинтересовалась Бетси. – Как бы я хотела увидеть его зелененьким!

– Я чуть не позеленел из-за тебя, когда ты вздумала спрашивать старину Гуна насчет улик! – сердито сказал Пип. – Я уж было подумал, что сейчас ты ему сообщишь, что мы не просто искали улики, но нашли их. Вот что бывает, когда малышей берут в Тайноискатели!

– Я не собиралась говорить ему, что мы нашли улики, – чуть не плача защищалась Бетси. – Смотрите, вот Фатти бежит! Надо его предупредить, что Гун в саду!

Фатти был остановлен и предупрежден. Фатти решил, что может и попозже обмерить и зарисовать следы. Ему не нравился полицейский. И Бастеру он тоже не нравился.

– Пора идти чай пить, – объявил Ларри, посмотрев на часы. – Встречаемся завтра в десять в старой беседке у Пипа в саду. Мы отлично поработали сегодня. Я сейчас сяду и перепишу все наши улики. Все это действительно становится очень интересным!

ФАТТИ И ЛАРРИ КОЕ-ЧТО УЗНАЮТ

На другое утро, ровно в десять, пятеро детей и Бастер снова собрались в старой беседке. Фатти выглядел чрезвычайно значительно. Он достал огромный лист бумаги, на котором изобразил в натуральную величину след левой и правой ноги с отчетливым крестообразным рисунком подошвы. Рисунок был действительно прекрасно выполнен.

Дети рассматривали лист.

– Недурно, а? – спросил Фатти самодовольным тоном, как всегда, своим хвастовством раздражая остальных. – Я же сказал – я прекрасный рисовальщик. Убедились?

Ларри тихонько подтолкнул Пипа и шепнул ему на ухо:

– Сейчас мы его разыграем…

Пип ухмыльнулся, еще не зная, что придумал Ларри. Ларри взял рисунок я руки и принялся серьезно изучать его.

– Очень здорово, – сказал он. – Только мне кажется, хвост не совсем удачно вышел.

Пип немедленно включился.

– И уши неправильной формы. Во всяком случае правое ухо.

Фатти обмер и посмотрел на рисунок, чтобы убедиться, что не перепутал листы. Все правильно – зарисовка следов, ничего он не перепутал. Тогда о чем же говорят Ларри и Пип?

– Конечно, все говорят, что трудней всего рисовать руки, – говорил Ларри, склонив голову набок и рассматривая рисунок, как настоящий ценитель. – Мне кажется, Фатти, тебе надо еще поработать над руками.

Дейзи изо всех сил старалась удержаться от смеха. Бетси в некотором недоумении всматривалась в лист бумаги, чтобы понять, где тут хвост, уши и руки, непонятно почему обсуждаемые Ларри и Пипом. Фатти побагровел от ярости.

– Опять упражняетесь в остроумии? – он выхватил из рук Ларри свой рисунок. – Вы отлично знаете, что это зарисовка следов!

– Зарисовка следов? Так бы сразу и сказал! – воскликнул Пип, разыгрывая изумление. – Конечно, зарисовка следов! Ларри, с чего это мы с тобой взяли, будто здесь совсем другое нарисовано?!

Дейзи так и залилась смехом. Фатти сложил свой рисунок. Вид у него был обиженный. Бастер прыгнул хозяину на колени и лизнул его в нос.

Бетси, как всегда, расставила все по местам самым простым образом.

– Вот в чем дело, – с удивлением сказала она. – Это была обыкновенная шутка, да, Ларри? А я смотрю на бумагу и вижу, что это прекрасная зарисовка следов, а о чем вы с Пипом болтаете, никак не могу понять! Ой, Фатти, как бы мне хотелось уметь так рисовать, как ты!

Фатти, который собрался было уходить, опять плюхнулся на скамью. Все заулыбались. Нехорошо, конечно, так разыгрывать старика Фатти, но он тоже не должен так неумеренно хвастаться!

Ларри достал из кармана записную книжечку.

– Я сделал кое-какие записи по поводу нашей вчерашней работы, – пояснил он и быстро прочитал список добытых улик.

Протягивая руку за рисунком Фатти, он добавил:

– Я думаю, рисунок и заметки должны быть вместе. Надо все это, вместе с фланелевым лоскутком, хранить в надежном месте, потому что скоро улики будут иметь большое значение. Где у нас будет тайник?

– Прямо за твоей спиной в стене беседки есть неплотно прибитая доска, – быстро предложил Пил. – Я там прятал разные вещи, когда был маленький, как Бетси. Я думаю, лучшего тайника нам не найти – никому и в голову не придет искать спрятанное в беседке.

Пип показал доску остальным. Больше всех она заинтересовала Бастера, который встал на скамье на задние лапы, а передними сильно заскреб по стенке.

– Он думает, там кролик, – предположила Бетси.

Записная книжка Ларри, спичечный коробок с фланелевым лоскутком и рисунок Фатти были помещены в тайник, после чего доска была поставлена на место. Дети остались довольны надежностью тайника.

– Какие у нас планы на сегодня? – спросил Пип. – У нас ведь расследование, не забывайте. Мы же не хотим, чтобы полиция опередила нас и раскрыла преступление!

– Кто-то из нас или мы все должны встретиться и побеседовать с миссис Миннз, кухаркой, – ответил Ларри.

По лицу Бетси он понял, что она не может взять в толк, о какой беседе речь.

– Просто надо зайти и узнать, что кухарка может рассказать об этих событиях, – пояснил он.

– Это я могу, – кивнула Бетси.

– Ты! – пренебрежительно фыркнул Пип. – Ты же придешь и сразу расскажешь ей, чем мы занимались, что обнаружили и все прочее. Ты не в состоянии держать язык за зубами!

– В состоянии! – возразила Бетси. – Ты знаешь, что я уже дивно не разбалтываю секреты. Я с шести лет ни разу ничего не разболтала.

– Да замолчите вы оба! – рассердился Ларри. – Я считаю, что к миссис Миннз должны сходить Дейзи и Пип. Дейзи вполне годится на эту роль, а ты, Пип, будешь следить за тем, чтобы неожиданно не выскочил старина Пошлипрочь или мистер Хик бы не появился, а то они могут догадаться, зачем Дейзи выспрашивает миссис Миннз.

– А мне что делать, Ларри? – спросил Фатти с несвойственной ему скромностью.

– Мы с тобой побеседуем с шофером, – ответил Ларри. – Он тоже может рассказать о каких-то важных для нас подробностях. Он по утрам обыкновенно моет машину.

– А я? А я? – огорчилась Бетси. – Для меня что, никакого задания? Я ведь тоже Тайноискатель!

– Для тебя ничего нет, – бросил Ларри.

Бетси выглядела настолько удрученной, что Фатти стало ее жалко.

– Мы не возьмем с собой Бастера, – сказал Фатти, – он нам не нужен. Может быть, ты прогуляешься с ним по полям? Он обожает гулять и гоняться за кроликами!

Бетси сразу заулыбалась.

– Конечно, я могу прогуляться с Бастером! Я с удовольствием пройдусь с ним. А там, кто знает, вдруг я найду липучку, то есть нет, не липучку, а улику.

Все посмеялись. Ну никак не могла малышка Бетси запомнить слово «улика»!

– Хорошо, иди с Бастером, – согласился Ларри, – и поищи хорошую липучку!

Бетси ушла в сопровождении Бастера. Они вышли на улицу, свернули к полю, договариваясь по дороге, что Бастер будет искать кроличьи норы, а Бетси – липучки.

– Теперь за дело! – приказал Ларри, поднимаясь со скамьи. – Дейзи, ты и Пип идите к миссис Миннз.

– А что мы ей скажем, зачем мы явились? – спросила Дейзи.

– Сама придумай! Голова есть, вот и думай. Все детективы так делают. Не можешь сама придумать, Пип тебе поможет.

– Я думаю, лучше нам не вываливаться на улицу всей толпой, – предложил Пип. – Сначала идите вы с Фатти, чтобы застать шофера за работой, а мы с Дейзи выйдем немного позже.

Ларри и Фатти отправились в гараж. Дом мистера Хика стоял в глубине двора, и к нему вела подъездная аллея. Гараж помещался сбоку. Оттуда доносился плеск воды и громкое насвистывание.

– Как раз машину моет, – тихонько заметил Ларри. – Пошли. Сделаем вид, что ошиблись адресом, что кого-то ищем, а потом спросим, нельзя ли помочь ему мыть машину.

Мальчики двинулись по аллее. Подойдя к гаражу, Ларри спросил молодого человека, который ополаскивал машину из шланга:

– Скажите, пожалуйста, миссис Томпсон здесь живет?

– Нет, – ответил шофер, – это дом мистера Хика.

– Извините, – огорченным тоном сказал Ларри и посмотрел на машину. – Хорошая машина, верно?

– Так это же «роллс-ройс», – ответил тот. – Ее водить одно удовольствие. Правда, сегодня она очень грязная. Мне надо привести ее в порядок, а то соберется хозяин утром ехать…

– Давайте мы вам поможем! – с готовностью вызвался Ларри. – Дайте мне шланг, я умею, я часто помогаю отцу мыть машину!

Мальчики горячо взялись за работу, и скоро все трое уже оживленно обсуждали пожар.

– Не все чисто с этим пожаром, – говорил шофер, протирая замшей капот. – Хозяин страшное дело как расстроился из-за своих бумаг, бумаги старинные, ценные. А теперь вдруг начинаются разговоры, что никакой это не пожар, а поджог. Ну что тут скажешь – Пикс говорил, что надо удивляться тому, что до сих пор никто не отхлестал мистера Хика по щекам за его скверное обращение с людьми!

– А кто такой Пикс? – насторожился Ларри.

– Пикс у него работал, выполнял обязанности и слуги, и секретаря, – объяснил шофер. – Сейчас его уже нет, ушел в самый день пожара!

– Почему он ушел? – невинно спросил Фатти.

– Выгнали его! – буркнул шофер. – Мистер Хик рассчитал его, и все! Господи, как они разругались!

– Разругались? Из-за чего? – поинтересовался Ларри.

– Вроде мистеру Хику стало известно, что Пикс иногда надевает его одежду. У них с хозяином один размер, а Пикс любит пофрантить – я своими глазами видел, как Пикс разгуливал в темно-синем хозяйском костюме, с хозяйским синим в красный горошек галстуке, да еще при трости с золотым набалдашником.

– Вот оно что, – протянул Фатти. – Ну и, конечно, когда мистер Хик об этом узнал, он разозлился и указал Пиксу на дверь. Пикс сильно расстроился?

– Еще бы! – ответил шофер. – Пикс пришел ко мне в гараж и такое говорил про хозяина, что у того наверняка уши горели. Потом ушел, часов около одиннадцати. У него мать живет в соседней деревне, я представляю себе, как она изумилась, когда ее Хорейс Пикс явился домой со всеми пожитками в такое время дня!

Мальчикам одновременно пришло в голову одно и то же – мастерскую мог поджечь Пикс! Надо разыскать Пикса и выяснить, чем он занимался в ночь пожара!

Раздался громкий крик из окна второго этажа:

– Томас! Готова машина или нет? Что вы там возитесь? Вам кажется, я плачу деньги за то, чтобы вы возились? Нет, не за то!

– Хозяин! – тихонько сказал Томас. – Давайте отсюда, ребята! Спасибо за помощь!

Подняв головы, мальчики увидели в окне мистера Хика с чашкой чаю или какао в руке.

– Добрый, милый мистер Хик! – хихикнул Ларри.

Фатти так и прыснул.

– Мы будем звать его Хихикс! – объявил он. – Слушай, Ларри, мы сегодня утром узнали вещи очень важные! Клянусь тебе, это Пикс поджег мастерскую, я не сомневаюсь, что это его рук дело!

– Интересно, как дела у Дейзи и Пипа, – сказал Ларри, когда они с Фатти шли по аллее. – Мне кажется, я слышу их голоса. Но все равно таких новостей, как у нас, им не собрать!

МИССИС МИННЗ МНОГО БОЛТАЕТ

Дела у Дейзи и Пипа шли превосходно. Когда они стояли у сада мистера Хика и спорили, под каким предлогом лучше постучаться в кухонную дверь, они услышали тоненькое мяуканье.

Дейзи осмотрелась по сторонам.

– Ты слышал? – спросила она Пипа.

Мяуканье повторилось – звук доносился откуда-то сверху. Задрав головы, дети увидели на дереве черно-белого котенка, не знающего, как ему слезть на землю.

– Бедный, не может спуститься! – ахнула Дейзи. – Можешь достать его, Пип?

Для Пипа это не составило трудности. Скоро он вручил Дейзи перепуганного котенка. Дейзи прижала его к себе.

– Чей же это может быть котенок? – спросила Дейзи.

– Чей? Скорее всего, котенок миссис Миннз! – не растерялся Пип. – Во всяком случае у нас есть прекрасный предлог подойти к двери и спросить, не их ли это котенок!

– Отлично! – обрадовалась Дейзи, и дети отправились на кухню, которая была пристроена к дому с противоположной от гаража стороны.

Возле кухни девушка лет шестнадцати подметала двор, а из кухонной двери лился несмолкающий поток слов.

– И не оставляй обрывки бумаги, чтобы они потом по всему двору носились, Лили! В прошлый раз, когда ты подметала двор, ты оставила разбитую бутылку и половину газеты и Бог знает сколько еще разного мусора! Не понимаю, почему мать не могла научить тебя убирать, вытирать пыль, печь – уму непостижимо! В наше время женщины просто ничему не учат дочерей, надеются, что их всему обучат такие, как я, а у меня и своих дел полным-полно, раз я работаю у такого придирчивого джентльмена, как мистер Хик, а тут еще извольте присматривать за каждой молоденькой лентяйкой!

Это говорилось единым духом, без остановок или пауз. Девушка, будто и не слышала, продолжала мести двор, гоня перед собой облако пыли.

– Привет, – обратился к ней Пип. – Это не ваш котенок?

– Миссис Миннз! – крикнула девушка. – Тут пришли какие-то дети с котенком!

В дверях показалась миссис Миннз – кругленькая, маленькая женщина, задыхающаяся от полноты, с рукавами, закатанными выше пухлых локтей.

– Это не ваш котенок? – снова спросил Пип, а Дейзи подняла его повыше, чтобы миссис Миннз могла рассмотреть.

– Где вы его нашли? Куда он на этот раз забежал? – спросила миссис Миннз, забирая котенка и прижимая его к груди. – Суити! Киска! Наш котенок опять нашелся! Какая же ты мать, если так плохо смотришь за ним?

Из кухни вышла большая черная с белым кошка и вопросительно глянула на малыша. Тот мяукнул и попытался спрыгнуть к ней.

– Забирай своего малыша, Суити, – сказала миссис Миннз, спуская котенка на землю. Тот сразу побежал к матери.

– До чего же он похож на мать! – воскликнула Дейзи.

– У нее еще двое, – сообщила миссис Миннз. – Заходите, я вам покажу их. Такие хорошенькие! Собак я терпеть не могу, но кошек с котятками просто обожаю.

Дети последовали за миссис Миннз в кухню, где кошка забралась в корзинку и расположилась там с тремя котятами, удивительно похожими друг на друга, и на мать.

– Ой, а можно мне немножко поиграть с ними? – попросила Дейзи, которая понимала, что не может и мечтать о лучшем предлоге для того, чтобы затеять разговор с миссис Миннз.

– Сколько хочешь, только не мешай мне, – ответила миссис Миннз, выставляя на стол металлическую банку с мукой и готовясь делать тесто. – Где вы живете, дети?

– Недалеко от вас, в конце этой улицы, – ответил Пип. – Мы видели вчерашний пожар.

Миссис Миннз этого было достаточно. Она уперла руки в толстые бока и так закивала головой, что у нее начали трястись щеки.

– Это был такой ужас! – воскликнула она. – Когда я увидела, что делается, то чуть не упала в обморок! Я так и рухнула!

Дети не сомневались, что рухнуть миссис Миннз может разве только от удара кувалдой по голове. Дейзи гладила котят, а толстуха, начисто забыв про свое тесто, пустилась в описание подробностей.

– Я сидела прямо тут, на кухне, как раз сделала себе чашечку какао, и мы с сестрой говорим о том о сем. Я в тот день убирала в шкафах и в кладовке, была совершенно без сил и радовалась, что все закончено и можно дать ногам передохнуть. И вдруг сестра мне говорит: «Мария, – говорит мне сестра, – горелым пахнет!»

Дети слушали, не отрывая от кухарки глаз. Миссис Миннз была в восторге от таких внимательных слушателей и продолжала:

– Ну я и отвечаю Ханне – Ханна это моя сестра, – я ей говорю, так, значит, что-то горит, надеюсь, я ей говорю, у нас ничего не подгорает на плите? А Ханна мне отвечает: «Мария, что-то очень сильно горит!» Тут я выглядываю в окно и – Боже мой! В конце сада так и пылает огонь!

– Вы, конечно, ужасно испугались! – сказала Дейзи.

– Ну, я говорю моей сестре: похоже, что загорелась мастерская хозяина! Божья кара! – я говорю. Ну и денек выдался! Сначала выгоняют мистера Пикса, он поворачивается и уходит со всеми своими пожитками. Потом является мистер Вонюнг и у них с хозяином начинается такой скандал, что хоть святых вон выноси! Мало этого – во двор приходит какой-то оборванец, и хозяин обнаруживает его за кражей яиц из курятника. Вечером же – пожалуйста, еще и пожар на нашу голову!

Дети слушали кухаркину болтовню, затаив дыхание. Они же ничего этого не знали! Вот дела! Значит, в день пожара в доме и ссоры, и свары были! Пип поинтересовался, кто такой мистер Пикс.

– Слуга и секретарь хозяина он был, – ответила миссис Миннз. – Важничал и корчил из себя непонятно что. Мне он никогда не нравился. Лично я считаю – очень хорошо, что его уволили. И я совершенно не удивилась бы, если бы выяснилось, что он замешан в истории с пожаром!

Но здесь не выдержала Лили.

– Мистер Пикс – настоящий джентльмен, он никогда бы себе ничего такого не позволил! – заявила Лили, со стуком ставя метлу в угол. – Если хотите знать мое мнение, то замешан в этом мистер Вонюнг.

Дети собственным ушам не верили – неужели у людей бывают такие вонючие имена?

– Это его настоящее имя? – робко спросил Пип.

– Самое что ни на есть настоящее! – ответила кухарка. – И он действительно грязный неухоженный старик! Ума не приложу, чем занимается его домоправительница, но она совершенно за ним не следит. Допускает, чтобы он выходил на улицу в драных носках, в незачиненной одежде, в шляпе, которую сто лет не чистили! Он ученый старый джентльмен, по крайней мере так люди говорят, он знает про старинные книги и вещи больше любого другого во всей Англии.

– А почему он поссорился с мистером Хиком? – спросил Пип.

– Бог их знает! – вздохнула миссис Миннз. – Они вечно между собой спорят и ссорятся. Оба много знают, но несогласны друг с другом насчет того, что знают. Как бы там ни было, в тот день старый мистер Вонюнг выходит от нас сердитый, что-то бурчит себе под нос, а дверью хлопает так, что я думала, все мои кастрюли попадают с плиты! Но чтобы он поджег мастерскую, как тут болтала Лили, так вы ее не слушайте! Да я уверена, что он не умеет и спички зажигать. Это нахальный мистер Пикс, которому очень уж хотелось отплатить мистеру Хику, это он все натворил, помяните мое слово!

– Он не станет делать такие дела, – вступилась Лили за мистера Пикса. – Он воспитанный молодой человек, вот кто он такой. Вы не имеете права говорить о нем такие ужасные вещи, миссис Миннз!

– Ну вот что, голубушка! – миссис Миннз не на шутку рассердилась. – Ты ошибаешься, если думаешь, будто можешь в таком тоне разговаривать с людьми, которые и старше, и лучше тебя! Она еще будет мне указывать, что я имею право говорить, а что нет! Ты сначала научись чисто мыть полы, пыль вытирать с верхней части картинных рам, замечать паутину, когда она перед носом у тебя висит, а уж потом будешь высказывать свое мнение в разговорах со мной!

– Я же ничего такого не сказала, – пыталась оправдаться бедная Лили, – я же только сказала…

– И еще затеваешь со мной споры! – миссис Миннз с такой силой пристукнула скалкой по столу, будто это был не стол, а голова Лили. – Принеси мне лучше постное масло, если ты еще не забыла, куда поставила его вчера. И, с вашего разрешения, мисс, больше никаких пререканий со мной!

Детей совершенно не интересовали прегрешения Лили или вопрос о том, куда она что вчера поставила. Они желали узнать о людях, с которыми мистер Хик был в ссоре, которые по этой причине могли мстить ему. Похоже было, что уже два человека имели основания желать Хику зла: мистер Пикс и мистер Вонюнг. А возможно, и бродяга тоже.

– Мистер Хик сильно рассердился, когда поймал бродягу за кражей яиц?

– Рассердился! – фыркнула миссис Миннз. – Он так кричал, что и в доме, и в саду слышно было!

Миссис Миннз доставляло большое удовольствие подробно рассказывать обо всех событиях в доме.

– Я услышала, как он кричит на этого оборванца, и говорю себе: ага, опять хозяин разошелся! Жалко-то как, что он таким же образом не отчитывает эту лентяйку Лили!

Лили с мрачным видом вышла из кладовки. Дети не могли не испытывать сочувствия к бедняге. Она со стуком поставила на стол банку.

– Какая надобность ломать вещи? – вопросила миссис Миннз. – Ты себя плохо ведешь сегодня, Лили, ты просто очень скверно ведешь себя! Отправляйтесь, мадам, и вымойте заднее крыльцо. Хоть чем-то займешься!

Лили вышла из кухни, позвякивая ведром.

– Расскажите нам еще про бродягу, – попросил Пип. – В котором часу мистер Хик увидел, что он ворует яйца?

– Утром заметил, утром. – Миссис Миннз раскатывала тесто своими пухлыми руками. – Этот оборванец сначала подошел к кухонной двери и стал клянчить у меня хлеба и мяса, но я его прогнала. Я думаю, он обошел кухню и садом пробрался к курятнику, а хозяин, наверное, увидел его из окна мастерской. Господи, как хозяин на него набросился, стал кричать, что полицию вызовет, а тот так припустил через сад и мимо кухонной двери – будто за ним стая собак гналась!

– Так, может быть, это он и поджег мастерскую, – предположил Пип.

Однако миссис Миннз не соглашалась признать в качестве поджигателя никого, кроме мистера Пикса.

– Большой пройдоха, – отозвалась кухарка о нем. – По ночам спускался ко мне на кухню, все уже спали, он начинал шарить в кладовке, мог взять мясной пирог, или пару булочек, или что еще ему приходилось по вкусу. Я хочу сказать – человек, способный шарить в кладовке, может и коттедж поджечь.

С острым чувством вины Пип вспомнил, как однажды, умирая от голода, он прокрался в школьный буфет и съел там бисквиты. Означало ли это, что и он способен поджечь коттедж? – думал Пип. Нет, он был убежден, что на поджог его бы не хватило. Явно миссис Миннз ошибалась в своих выкладках.

Неожиданно из глубины дома донесся шум, послышались чьи-то негодующие возгласы. Миссис Миннз подняла голову к потолку, вслушалась и кивнула.

– Это хозяин, – сказала она. – Обо что-то споткнулся и упал. Ничего удивительного.

Тут в кухню влетела кошка Суити – шерсть дыбом, хвост угрожающе распущен, да так, будто он увеличился вдвое. Миссис Миннз горестно ахнула:

– Суити! Это ты подвернулась ему под ноги? Ах ты моя бедненькая, кошечка моя несчастная!

Бедненькая, несчастная кошечка спряталась под стол и злобно зашипела оттуда. Трое котят в корзинке тоже испугались и на всякий случай зашипели вместе с мамой. В кухонных дверях появился разгневанный мистер Хик.

– Мисс Миннз! Я опять упал из-за вашей проклятой кошки! Сколько раз мне вам повторять, чтобы вы за ней присматривали? Я прикажу утопить это мерзкое животное!

– Сэр, если вы посмеете тронуть кошечку, я откажусь работать у вас! – возмутилась миссис Миннз и с силой ударила скалкой по столу.

Мистер Хик глянул на свою кухарку с такой яростью, что можно было предположить, будто он и ее готов утопить вместе с кошкой.

– Не понимаю, почему вы настаиваете на том, чтобы в доме находилось это отвратительное и злобное животное! – негодовал он. – Так, а это что еще такое? Уж не котят ли я вижу в корзинке?

– Именно котят! – повысила голос миссис Миннз. – И я уже договорилась о том, что их разберут по хорошим семьям. Как только они немного подрастут.

Теперь, наконец, мистер Хик заметил, что на кухне еще и дети, которые вызвали у него неудовольствие не меньшее чем котята.

– Откуда здесь эти дети? – резко спросил мистер Хик. – Что происходит, миссис Миннз? Кухня полна неизвестно чьих детей, мерзких кошек и котят! Скажите, чтобы они шли по домам!

Он зашагал прочь, предварительно поставив на край стола пустую чашку с блюдцем. Миссис Миннз сердито посмотрела ему в спину.

– Да я бы сама с удовольствием сожгла эту бесценную мастерскую, если бы она уже не сгорела, – буркнула она, убедившись, что мистер Хик не может ее услышать.

Суити с громким мурлыканьем терлась о ее ноги. Кухарка наклонилась и приласкала кошку.

– Ну что, моя хорошая? – нежничала она. – Наступил на тебя этот противный человек? Да еще гадости говорит про тебя и про наших милых котят, Суити? Не обращай на него внимания!

– Мы, пожалуй, пойдем, – сказала Дейзи, боясь, что мистер Хик мог все же услышать слова миссис Миннз. Тогда он вернется на кухню еще более рассерженный. – Спасибо вам, миссис Миннз, за рассказы. Нам было очень интересно.

Миссис Миннз расплылась от удовольствия и протянула Дейзи и Пипу по булочке с имбирем. Дети поблагодарили за угощение и выбежали во двор, чуть не лопаясь от возбуждения.

– Мы узнали столько нового! Нам будет нелегко рассортировать все, что мы услышали! – сказал Пип. – Похоже, есть по крайней мере три человека, каждый из которых мог совершить преступление. Но знаешь что – если мистер Хик вообще ведет себя таким образом, то я не удивлюсь, что и двадцать человек готовы насолить ему.

БРОДЯГА – ПОЛИЦИЯ – И ФАТТИ

Все еще возбужденные дети собрались в старой беседке. Бетси и Бастер еще не вернулись, но у остальных просто сил не было дожидаться их возвращения. Необходимо было обменяться собранной информацией.

– Мы виделись с шофером. Его зовут Томас, – начал Ларри. – Он нам рассказал: в доме работал слуга, Пикс, которого выгнали в самый день пожара за то, что он надевал одежду хозяина.

– Я не сомневаюсь, что именно он и совершил преступление, – с жаром вмешался Фатти. – Необходимо узнать о нем побольше. Он в соседней деревне живет!

– Да, но послушайте! – прервала его Дейзи. – Преступление мог совершить и старый мистер Вонюнг!

– Как ты сказала? – в один голос переспросили Ларри и Фатти. – Вонюнг?

– Да, – засмеялась Дейзи. – Мы тоже сначала подумали, что не может у человека быть такая фамилия, но вот, выяснилось, что его именно так и зовут!

– Мистер Хихикс и мистер Вонюнг! – неожиданно сказал Фатти. – Ну и парочка!

Ларри фыркнул.

– Дейзи и Пип еще не знают, как он стоял перед окном с чашкой в руках, а мы хихикнули!

Выслушав рассказ об этом, захихикали все.

– Как будто бы совсем ничего смешного, а все равно смешно, – заметила Дейзи. – Так в школе бывает – мы все хохочем до слез, а потом не можем понять, что было смешного. Ну ладно, теперь вы послушайте, мы вам расскажем, как мистер Хихикс поссорился с мистером Вонюнгом.

И Дейзи пересказала ребятам все, что они с Пипом узнали от миссис Миннз. Потом Пип добавил к этому историю о том, как бродяга попался на краже яиц из курятника. Потом Дейзи описала мистера Хика, как он ворвался в кухню и устроил миссис Миннз скандал из-за кошки, которая попалась ему под ноги.

– Самый настоящий скандал, – говорила Дейзи, – и еще миссис Миннз сказала ему вслед, что если бы коттедж уже не сгорел, она бы своими руками с удовольствием сожгла его! Так и сказала!

– Вот это да! – поразился Ларри. – А что, если миссис Миннз на самом деле сожгла мастерскую? Раз уж ей сегодня хотелось устроить пожар у мистера Хика, ей могло и два дня назад прийти это в голову. Могла взять и поджечь – ей это легко!

– Таким образом, – важно объявил Фатти, – у нас уже четыре человека на подозрении. То есть мы имеем право подозревать четверых – старого бродягу, мистера Вонюнга, мистера Пикса и миссис Миннз. Ну что же, расследование продвигается.

– Продвигается? – переспросил Ларри. – Вот уж в чем я не уверен. У нас все больше подозреваемых, а это только затрудняет поиск преступника. Просто не представляю, каким образом нам удастся установить, кто же поджег мастерскую.

– Надо начать с установления того, что делал кто из подозреваемых, – разумно посоветовал Фатти. – Например, если мы убедимся, что этот самый мистер Вонюнг в ночь пожара находился в пятидесяти милях отсюда, его мы можем исключить. И так со всеми.

– Но, скорей всего, мы узнаем, что все четверо в ночь пожара крутились где-то поблизости, – предположил Пип. – А потом – где искать этого старого бродягу? Бродяга и есть бродяга – он бродит и никому не известно, откуда он пришел или куда отправился.

– Это верно, с бродягой будет трудно, – согласилась Дейзи, – и даже очень трудно. Мы же не можем обшарить всю округу в поисках оборванного старика. А если мы даже и найдем его, все равно будет трудно выпытать, где он был в ночь пожара. Нельзя его прямо спросить – это не вы подожгли мастерскую?

– Глупенькая, нам и не придется задавать ему такие вопросы, – возразил Ларри. – Что, ты забыла про наши улики?

– При чем тут улики? – не поняла Дейзи.

– При том, что нам требуется только узнать, какого размера обувь он носит, есть ли на его башмаках резиновые подошвы с крестообразным рисунком и надето ли на нем что-то из серой фланели.

– Нет на нем ничего из серой фланели, – сказал Фатти, – я же говорил – он одет в рваный макинтош.

Все призадумались.

– А может, под макинтошем на нем серый фланелевый костюм, – высказалась Дейзи. – А макинтош он мог и снять на некоторое время.

Объяснение всем показалось не слишком-то убедительным, но другого пока ни у кого не было.

– Ладно, мы еще успеем разобраться с макинтошами и серыми костюмами – сначала надо бродягу найти. И будет эта задачка не из простых, уверяю вас! – сказал Пип.

– Эй, не старина ли Бастер это лает? – насторожился Фатти. – Наверняка Бетси возвращается. Правильно, это ее голос, она Бастера подзывает. Ну и новостей же у нас для нее!

С дорожки послышался топот бегущих ног. Дети подошли к дверям беседки, встречая Бетси, однако первым – с громким лаем – в дверь ворвался Бастер.

– Бетси! – крикнул Ларри. – У нас столько новостей для тебя.

– Все было так интересно! – добавила Дейзи.

Но Бетси никого не слушала. Глаза ее горели, лицо раскраснелось от бега, она была так взволнована, что не могла выговорить ни слова.

– Пип! Ларри! Липучка! То есть улипка! То есть – в общем, что я нашла!

– Что? – хором спросила четверка.

– Бродягу нашла! – маленькая Бетси совсем запыхалась. – Ну скажите же, скажите, что это самая важная улипка!

– Видишь ли, – начал было Ларри, – ты нашла подозреваемого, а не улику, – однако ему не дали договорить.

– Бетси, Бетси, – волновался Пип, – ты уверена, что нашла именно его, бродягу? А мы-то, мы же думали, что это невозможно!

– Где он? – требовательно спросил Фатти, готовый сразу же ринуться за подозреваемым.

– Как ты узнала, что это именно он? – спросила Дейзи.

– Узнала – на нем рваный макинтош и ужасная старая шляпа с дыркой наверху! Все, как говорил Фатти!

– Верно, – подтвердил Фатти, – шляпа с дыркой. А где он, Бетси?

– Я же пошла гулять с Бастером, – начала Бетси, усаживаясь на траву, чтобы отдышаться от бега. – С ним очень приятно гулять, он такой любознательный пес. Ну вот, мы с ним прошли по улице, свернули в поле, потом пошли по речному берегу, довольно далеко. Вышли на луг, где паслись овцы и ягнята, и там увидели стог сена.

Бастер тявкнул, будто тоже хотел участвовать, в рассказе

Бетси обняла его рукой.

– Бродягу обнаружил Бастер, верно, Бастер? Я себе шла, а Бастер вдруг замер и весь напружинился, шерсть на загривке дыбом и как зарычит!

– Р-р-р! – Бастер любезно показал, как он рычал.

– Слушайте, он действительно каждое слово понимает! – восхитилась Бетси. – Ну так вот, Бастер себя очень странно повел – пошел к стогу на прямых лапах, прямо как будто у него ревматизм или что-то в этом роде.

– Животные всегда так ходят, когда они встревожены, напуганы или разозлены, – с улыбкой пояснил Фатти, – рассказывай дальше, ты очень длинно говоришь.

– Я пошла за Бастером, – продолжала Бетси, – шла тихо и осторожно, я думала, за стогом кошка прячется или еще кто. Но там был бродяга!

– Ух ты! – заволновался Ларри, а Пип только присвистнул.

– Ты отличный следопыт, Бетси, – тепло сказал Фатти.

– Мне так сильно хотелось хоть что-нибудь найти! – призналась Бетси. – Но если уж говорить по правде – это не моя находка, а Бастера. По-честному – бродягу нашел Бастер.

– Но Бастеру бы не удалось его найти, если бы ты не повела его гулять! – возразил Ларри. – А что делал бродяга?

– Спал, – ответила Бетси. – Крепко спал. Он не проснулся, даже когда Бастер начал обнюхивать его ноги.

– Ноги! – Пип так и подскочил. – А какие на нем башмаки? С резиновыми подошвами?

Бетси удрученно посмотрела на Тайноискателей.

– Забыла посмотреть… А могла посмотреть без всякого труда: бродяга так крепко спал. Но я так обрадовалась, что нашла его, мне и в голову не пришло проверить, какие на нем башмаки.

– Нельзя терять ни минуты, – вскочил Пип. – Возможно, он еще не проснулся. Надо скорей найти его и проверить одежду и башмаки. А Фатти может нам сразу сказать, тот ли это человек, которого он видел в саду мистера Хика.

Взволнованные, но сосредоточенные Тайноискатели в сопровождении собаки побежали по улочке, в поле, к реке. Бежали быстро, бродяга мог в любую минуту проснуться и отправиться дальше своей дорогой. Такая удача, что Бетси обнаружила его – теперь нельзя было рисковать и упустить бродягу!

Тайноискатели добрались до стога и услышали легкое похрапывание – бродяга все еще спал. Фатти подхватил Бастера на руки и бесшумно прокрался вокруг стога. На другой стороне бродяга спал свернувшись клубком. Он действительно был стариком с колючей бороденкой, лохматыми седыми бровями, красным носом и давно не стриженными волосами, неприятно выбивавшимися из-под его ужасной шляпы. Фатти всмотрелся в его лицо и тихонько возвратился к остальным.

– Он! Тот самый бродяга! – возбужденно прошептал Фатти. – Но я не представляю, как заглянуть под макинтош и проверить, надет ли на нем серый фланелевый костюм. И с обувью тоже проблема – он спит, подогнув ноги. Надо подползти по-пластунски, чтобы рассмотреть какие там подошвы.

– Дайте я попробую! – вызвался Ларри. – А вы тут подержите Бастера и покараульте: не будет ли посторонних.

Ларри ползком обогнул стог и подобрался к бродяге. Он потянулся было рукой к макинтошу, чтобы отогнуть полу и посмотреть, что надето под ним. Штаны, видневшиеся снизу, были так стары и грязны, что определить их цвет было просто немыслимо.

Бродяга шевельнулся, и Ларри отдернул руку. Тогда он решил снизу посмотреть на подошвы: прильнув к земле и плотно прижав к ней голову, старался хоть что-то увидеть.

Вдруг бродяга открыл глаза и с полным изумлением уставился на Ларри.

– Тебе что нужно? – спросил он неожиданно, и у Ларри чуть сердце не выскочило. – Принял меня за короля Англии, что пал передо мной на колени и головой в землю уперся! – продолжал оборванец. – Катись отсюда! Терпеть не могу детей, всюду они лезут, все им надо знать!

Он опять свернулся клубком и закрыл глаза.

Ларри подождал минутку и был уже готов опять приняться за исследование подошв, когда услышал тихий свист с другой стороны стога. Это был сигнал – к стогу приближался посторонний. Ничего не поделаешь, придется ждать, пока прохожий минует стог. Ларри переполз к Пипу и остальным.

– Кто там? – спросил он.

– Пошли прочь, вот кто! – буркнул Фатти.

Ларри осторожно выглянул из-за стога и увидел полицейского, приближающегося с противоположной стороны. Он шагал по тропинке, которая проходила далеко от стога и должен был скоро скрыться из виду.

Но тут полицейский заметил спящего бродягу и резко свернул к стогу. Дети отпрянули, а мистер Гун быстрым и решительным шагом подошел вплотную к лежащему. К стогу была прислонена лесенка, Ларри поспешно подтолкнул к ней Бетси и остальных. Только бы успеть забраться наверх, там их труднее обнаружить, чем внизу! На счастье, со стога уже взяли много сена для скота и на вершине образовалось нечто наподобие площадки – дети могли удержаться на ней.

Глядя со стога, дети увидели, как полицейский достает записную книжку из кармана. Фатти так толкнул Ларри в бок, что тот едва не свалился.

– Смотри! Смотри, что у него в книжечке – зарисовка следа, который мы нашли! Да он умней, чем мы с тобой думали!

Старина Гун подкрался к бродяге и изо всех сил старался разглядеть подошвы его башмаков. В конце концов он поступил как Ларри – опустился на колени и приник головой почти к самой земле. А бродяга открыл глаза!

Его изумление от вида полицейского, стоящего перед ним на коленях, было просто неописуемо. Мальчишку увидеть в такой позе – это одно, а вот полицейского – совсем другое дело. Бродяга взвыл и вскочил на ноги.

– В чем дело?! Сначала мне мальчишка кланяется в ноги, а теперь взрослый бобби! Что надо?

– Хотел посмотреть, какие у вас башмаки, – ответил старина Пошлипрочь.

– Смотрите! Смотрите сколько нравится! Хорошенько смотрите – и шнурки не забудьте осмотреть! – бродяга быстро выходил из себя.

– Я хочу подошвы осмотреть, – невозмутимо ответил полицейский.

– Вы кто – сапожник или полицейский? – ехидно спросил бродяга. – Хорошо, тогда вы мне покажите пуговицы на вашей рубашке, а я вам – подошвы моих башмаков.

Полицейский побагровел и тяжело задышал. Книжечку свою он захлопнул.

– Пожалуй, лучше вам пройти со мной! – сказал полицейский.

Бродяга не считал, что так будет лучше. Он сорвался с места и побежал через поле, причем бежал он очень легко – для такого старого человека. Пошлипрочь взревел и бросился в погоню.

И в эту самую минуту Фатти свалился со стога и с тупым стуком шмякнулся о землю. Фатти заорал так, что полицейский в изумлении оглянулся.

– Эт-то еще что такое? – рявкнул он, свирепо глядя на Фатти. —

Только тут он заметил остальных детей, которые свесились с верхушки стога, боясь, что Фатти все кости себе переломал. Полицейский от удивления лишился было дара речи.

– Немедленно вниз! – прорычал он, приходя в себя. – Вечно эти дети путаются под ногами! Подождите, придет фермер, он вам задаст за то, что вы весь стог разворотили! Сколько времени вы здесь проторчали? Что вы здесь вынюхиваете?

Фатти издал жуткий стон, и полицейский, раздираемый желанием догнать бродягу и дать Фатти хорошую взбучку, направился все же к мальчишке.

– Ой, не трогайте меня! – завопил Фатти, – кажется, у меня сломана левая нога и правая рука, вывихнуты оба плеча, да еще я сломал себе аппендикс!

Фатти и впрямь считал себя кандидатом в покойники.

Бетси завизжала от страха и спрыгнула вниз, чтобы хоть чем-то помочь несчастному Фатти. За ней попрыгали все остальные, а Бастер радостно завертелся вокруг полицейских брюк. Полицейский отпихнул собаку.

– Пошел прочь! – крикнул он. – Все по домам! Дети и собаки! Вечно мешают работать и путаются под ногами! Оборванец сбежал, и я из-за вас упустил возможность допросить его!

Он обратился к Фатти, желая проверить, что с ним. Фатти был в полном порядке, если не считать испуга и первоклассных ссадин. Кости оказались целы – жир спас его от переломов.

Увидев, что дети окружили Фатти, отряхивая и успокаивая пострадавшего, полицейский стал искать глазами бродягу. Однако того уже и след простыл. Гун снова повернулся к детям:

– А теперь – пошли прочь! И чтоб я вас больше не видел!

И мистер Гун с большим достоинством тяжелыми шагами пошел по тропинке, больше ни разу не оглянувшись на место происшествия. Дети переглянулись.

– Все так хорошо складывалось, пока не появился этот старина Пошлипрочь! – пожаловалась Дейзи. – Интересно, куда мог бродяга скрыться?

– Я пошел домой, – плаксивым голосом объявил Фатти. – Я плохо чувствую себя.

– Я провожу тебя домой! – предложила Дейзи. – И ты тоже с нами, Бетси! А вы, мальчики? Хотите попробовать разыскать бродягу?

– Да, – отозвался Ларри. – Другого случая может и не быть. Не удивительно, что Фатти сверзился с этого стога – уж очень мы все разволновались, правда?

– Надо же – у старины Гуна в записной книжке тоже есть зарисовка следа, – задумчиво сказал Пип. – Оказался умней, чем я его считал! Все равно, у нас есть то, чего у него нет – лоскуток серой фланели!

Фатти, Дейзи, Бетси и Бастер с ними отправились в Питерсвуд. Ларри и Пип двинулись в том же направлении, что и бродяга. Они решили все силы приложить, чтобы отыскать его!

ЧТО ДЕЛАТЬ ДАЛЬШЕ?

Ларри и Пип быстро побежали в сторону, куда скрылся оборванец. Как это глупо – и дети старались, и старина Гун тоже, а выяснить, какие на бродяге башмаки, так никто и не сумел!

Бродяга начисто исчез из виду. На счастье, в поле работал крестьянин, и мальчики окликнули его:

– Скажите, вы не заметили, здесь бродяга не проходил?

– Вон в тот лесок ушел! – ответил крестьянин и указал на рощу неподалеку. Мальчики бросились туда. Вначале они никого не видели среди деревьев и густого кустарника, но потом запахло дымком.

Идя по запаху, они вышли к поваленному дереву, на котором и сидел тот, кого они искали. Шляпу он снял, обнажив свои неопрятные, нечесаные космы. Перед ним горел костерок, на котором он что-то стряпал в жестянке.

При виде Ларри он сразу разозлился.

– Что? Это опять вы? Давай, катись отсюда! Ты что это хвостом за мной ходишь? Я ничего такого не сделал!

– Сделали! – решился Ларри. – Вы позавчера пытались стащить яйца из курятника мистера Хика! Нам это известно! Но мы к вам не за тем пришли.

– Значит, его мистер Хик зовут! – проворчал бродяга, размешивая свое варево. – Ничего я не пытался украсть в его курятнике. Я вообще ничего не крал. Я честный старик, любой вам может подтвердить!

– Допустим, – сказал Ларри, – но в таком случае, зачем вы прятались в канаве в конце сада?

Бродяга изумленно воззрился на мальчика.

– Я не прятался в канаве! Там прятался совсем другой человек. Господи, конечно же, не я! Я мог бы вам кое-что сообщить, да не стану. Это ведь вы напустили на меня полицию, разве нет?

– Нет, – возмутился Ларри. – Полицейский шел мимо, увидел вас и подошел. Он не знал, что мы скрываемся у стога.

– Так я вам и поверил! – проворчал бродяга. – Конечно, это вы натравили на меня бобби[1]. Уверен, что вы. Я не желаю впутываться в чужие делишки, но очень странные вещи происходили там в ту ночь – еще какие странные!

Вдруг старик застонал и принялся растирать правую ногу. Башмаки, в которых он ходил, были явно малы ему, и из правого торчал большой палец ноги. Он стащил с себя башмак и через носок в сплошных дырах осторожно тер ногу.

Мальчики уставились на башмак, небрежно отброшенный в сторону подошвой кверху. Она была кожаная и так стоптана, что, без сомнения, пропускала воду.

– Не резина! – шепнул Ларри Пипу. – Значит, в канаве прятался не он. Но я все равно не верю, будто он что-то знает и мог бы рассказать. И посмотри на пиджак под его макинтошем – он уже позеленел от ветхости, но он никогда и не был серого цвета.

– Что вы там перешептываетесь? – подозрительно спросил бродяга. – Я уже сказал вам – убирайтесь вон! Почему вы не оставляете меня в покое? Я никому не делаю ничего плохого, но дети и полицейские прямо как мухи липнут ко мне! Оставьте меня, наконец, в покое! Мне ничего не надо, кроме пары обуви, которая пришлась бы впору моим бедным ногам. Я бы дроздом пел от счастья, если бы у меня были башмаки впору. Есть у вас такие?

– А какой у вас размер? – спросил Пип, быстро соображая, что мог бы отдать злополучному оборванцу пару старой отцовской обуви.

Бродяга понятия не имел, какой у него размер. Он за всю жизнь ни разу не покупал себе ботинки.

– Хорошо, – сказал Пип, – если мне разрешат взять старые отцовские ботинки, я принесу их вам. А еще лучше – приходите за ними сами. Я живу в красном доме в переулке недалеко от того места, где живет мистер Хик. Завтра приходите, а я постараюсь раздобыть для вас обувь.

– Знаю я вас, – отмахнулся бродяга, – заманите, а там меня будет подкарауливать полицейский.

Он достал из жестянки что-то непонятное, и принялся есть руками.

– Или Хик сообщит в полицию, – продолжал бродяга. – Ему самому надо бы вести себе поосторожнее: мне кое-что известно об этом мистере Хике и его хозяйстве. Да-да. Он в тот день не только на меня накричал, но и на других тоже. Странные там творятся делишки, но меня они не касаются и я не желаю ни во что вмешиваться.

Ларри посмотрел на часы.

– Уже поздновато. Нам пора, – сказал он. – А вы завтра приходите в дом Пипа. Расскажете нам, что сами захотите рассказать. Мы вас не выдадим.

Дети расстались с бродягой и сломя голову бросились по домам – они опаздывали к обеду. В обеих семьях матери были недовольны.

– Чем ты занимаешься? – спросила мать у Пипа. – И где это ты целыми днями пропадаешь?

Пип никак не мог ответить на вопрос: ведь Тайноискатели договорились никого в свои секреты не посвящать.

– Играл вместе со всеми, – выдавил он в конце концов.

– Не говори неправду, Пип! Бетси и Дейзи давно вернулись, этот толстый мальчик, как его там зовут, тоже давно дома. Не рассказывай мне небылицы.

– А я играл с Ларри, – стоял на своем Пип.

Бетси видела, что брату трудно выкручиваться, и решила прийти ему на помощь, сменив тему разговора.

– Фатти сегодня свалился со стога, – объявила она.

Разговор и вправду принял другой оборот – мать в ужасе уставилась на дочь.

– Кто упал со стога? Этот толстый мальчик? С ним все в порядке? Кстати, что вам понадобилось на стогу?

Пип испугался, что Бетси разболтает все – и то, что на стог действительно лазили все, – поэтому теперь тему разговора сменил он.

– Мама, – с невинным видом спросил он, – у нас найдется пара старых ботинок, которые папа больше не носит?

Мать еще сильнее удивилась.

– А в чем дело? – заинтересовалась она. Обычно Пипа мало волновала старая отцовская одежда.

– Ни в чем! Просто я знаю человека, которому очень бы пригодились старые башмаки!

– Почему? – опять спросила мать.

– Понимаешь, он носит такую рвань, что у него пальцы ног торчат из башмаков, – пояснил Пип, стараясь привлечь внимание матери к этому обстоятельству.

– О ком ты говоришь? Чьи пальцы ног торчат? – доискивалась мать.

Пип прикусил язык. Ну вот, теперь придется рассказать о бродяге, а он – часть их тайны. Вот невезенье! О чем ни заговори, все почему-то ведет к расследованию и секретам Тайноискателей.

– Это один бедный старый бродяга, – вылезла Бетси, и Пип метнул в нее сердитый взгляд.

– Бродяга! – повторила мать. – Я полагаю, Пип, вы не водите дружбу с такими людьми?

– Нет, мама, – Пип был в отчаянии. – Я не вожу с ним дружбу. Мне его просто жалко, вот и все. Ты же сама говоришь, что мы должны сочувственно относиться к тем, кому повезло меньше нас, и должны помогать им, верно? Вот я и подумал, что хорошо бы отдать этому бродяге старые отцовские башмаки.

– Ну ясно, – сказала мама, и Пип с облегчением вздохнул. – Хорошо, я поищу старые ботинки, и, если найду, можешь передать их этому нищему. А теперь – заканчивайте обед!

Быстренько покончив с запоздалым обедом, Пип улизнул в сад и помчался в старую беседку, где они договорились встретиться с Бетси.

– Бетси! Ну как Фатти себя чувствует? Он не очень сильно ушибся?

– Не очень, – согласилась Бетси. – Но синяки у него просто первоклассные. В жизни никогда не видела таких прекрасных синяков. Я думаю, он теперь начнет хвастаться синяками и будет их расписывать, пока нам всем не надоест! Ты слышал, как он плюхнулся об землю? А что вы с Ларри? Нашли бродягу? И что?

– Ну это явно не он прятался в канаве, и не он оставил лоскуток на колючках, – ответил Ларри. – Мы осмотрели и его обувь, и одежду тоже. Зато он слышал все скандалы в доме Хика в тот день. Мы с Ларри хотим хорошенько допросить его завтра, когда он явится за ботинками. Если он будет уверен, что мы не донесем в полицию, он может рассказать нам много интересного. Он, кажется, даже видел человека, который прятался в канаве!

– Ого! – Бетси была потрясена. – Слушай, Пип, а смешно вышло, когда бродяга открыл глаза и увидел перед собой Ларри на коленях, а потом то же проделал и старина Гун!

– Правда, очень смешно, – согласился Пип с улыбкой. – Ага, вот и Фатти с Бастером.

Фатти прохромал по дорожке. Он с трудом переставлял ноги и еще не решил как ему быть: то ли держаться героем и преуменьшать свои страдания, но все-таки прихрамывать, чтобы окружающие сочувствовали ему, то ли, подчеркивая увечья, всех хорошенько напугать.

В данную минуту Фатти изображал героя. Он улыбнулся Бетси и Пипу, но на скамью опустился с осторожностью.

– Очень болит? – сочувственно спросила Бетси.

– Ничего, не обращайте внимания! – очень-очень мужественно ответил Фатти. – Большое дело – со стога упал! Пройдет.

Дети восхищенно смотрели на удальца.

– Показать синяки? – предложил Фатти.

– Я уже видела, – напомнила Бетси, – но я не против еще разок посмотреть. Мне синяки нравятся, когда они начинают желтеть, но Пип ведь вообще еще их не видел, да, Пип?

Пипу ужасно хотелось взглянуть на синяки, но ужасно не хотелось давать Фатти новый повод для хвастовства. А Фатти не стал дожидаться ответа, он принялся стаскивать с себя одежду, демонстрируя большой набор синяков различных форм и размеров. На самом деле первоклассные образовались синяки!

– Да, – сказал Пип, не в силах сдержать восторг, – в жизни еще таких не видел! Они, наверное, потому такие здоровенные получились, что ты толстый. Представляешь, каким будешь красавчиком, когда они примут желто-зеленый оттенок!

– Надо вам сказать, – объявил Фатти, – что редко у кого бывают такие синяки! Один раз мы играли в футбол и я врезался в штангу – синяк получился точно, как церковный колокол. Это же редкость, верно?

– Жалко я не видела, – вздохнула Бетси.

– А еще был случай, – продолжил Фатти, – когда меня треснули палкой – вот здесь – и наутро появился синяк в форме змеи, с головой, с хвостом, полностью.

Пип с готовностью потянулся за палкой.

– Хочешь я тебе еще один посажу – в форме змеи? Ты только покажи где.

– Не вредничай, – обиделся Фатти.

– Ну так не трепись больше насчет змей и разных там колоколов, – с отвращением сказал Пип. – Стоит Бетси засюсюкать – ой, как красиво! – и ты сразу начинаешь нести бред! А, вот они идут, Ларри и Дейзи.

Фатти не решился больше распространяться по поводу синяков, хотя ему до смерти хотелось, чтобы их увидели все.

Ларри все тщательно обдумал, пока обедал, и теперь был готов изложить план дальнейших действий. Он даже не спросил беднягу Фатти, как тот себя чувствует, а сразу приступил к делу.

– Вот что, – сказал Ларри, – я тут думал про старину Гуна. Не нравится мне, что у него тоже есть зарисовки следов. Еще раскроет тайну прежде нас! Насколько мы можем судить, он тоже подозревает Пикса и мистера Вонюнга, ну и бродягу, конечно. Мы обязаны его опередить! Будет отвратительно и ужасно, если старина Пошлипрочь раньше нас все разнюхает!

Все дружно согласились, и Бастер тоже повилял хвостом.

– Необходимо повидаться с этим мистером Пиксом, слугой, – пошел Ларри дальше. – Это сейчас самое важное. Бродяга теперь вне подозрений – мы же осмотрели его одежду и обувь. К тому же, я уверен, что если бы коттедж поджег бродяга, он бы немедленно улепетнул из наших мест – улепетнул бы как можно скорее. Не верю, что он поджег. Мои подозрения падают на мистера Пикса. Надо уточнить.

– Надо! – хором согласились все.

– Завтра я проведу допрос бродяги, – с большой важностью заявил Ларри. – Есть у меня ощущение, что он многое может нам сообщить. Фатти, как ты думаешь, могли бы вы с Дейзи завтра заняться мистером Пиксом? А я бы остался тут и вместе с Пипом и Бетси допросил бы бродягу.

– Отлично! – радостно воскликнули Фатти и Дейзи. Только бы опередить старину Пошлипроча! Должны же они, наконец, доказать ему!

В ДЕЙСТВИЕ ВСТУПАЕТ ЛИЛИ

У Фатти действительно болело и ныло все тело, в тот день он не был расположен заниматься расследованиями. Ларри, Пип и Дейзи оставили его в саду за чтением в обществе Бетси и Бастера. Сами же они решили сбегать в дом мистера Хика и еще разок поговорить с кухаркой миссис Миннз.

– Мы должны окончательно проверить, была ли у миссис Миннз возможность поджечь мастерскую, – разъяснил задание Ларри, – я лично не верю, что она это сделала, но детектив не имеет права полагаться на эмоции. К тому же нам нужно раздобыть адрес Хорейса Пикса.

– Захватим с собой рыбки для Суити, для кошки миссис Миннз, – предложила Дейзи. – Кажется, у нас осталось немножко после обеда и мне позволят взять рыбу. Миссис Миннз будет очень довольна, если мы придем с угощением для ее кошки.

Кухарка разрешила Дейзи взять рыбную голову, Дейзи завернула ее в бумагу, Бастер сделал попытку увязаться за рыбным запахом, но Фатти придержал его за ошейник.

– Бастеру там нечего делать, – решила Дейзи, – он наверяка начнет гонять кошку, а миссис Миннз тогда прогонит нас.

Дети гурьбой побежали по улочке.

– Говорить буду я, – предупредил Ларри.

Дейзи прыснула:

– Ничего подобного! Говорить будет миссис Миннз, и больше никто!

Они приблизились к кухне и заглянули в дверь. За столом Лили писала письмо. Глаза у нее были красные, как будто она совсем недавно плакала.

– А где миссис Миннз? – спросил Ларри.

– Наверху, – ответила Лили. – Она не в настроении. Я опрокинула кувшин с молоком и облила ее, а теперь миссис Миннз твердит, будто я это нарочно сделала!

– Лили, вы были здесь в ту ночь, когда горела мастерская? – поинтересовался Ларри.

Лили отрицательно покачала головой.

– А где же? – удивился Ларри. – Вы даже пожар не видели?

– Видела, когда вернулась. У меня был свободный вечер, – неохотно ответила Лили. – А где я была – вас не касается. Это совершенно не ваше дело!

– Конечно. – Ларри не ожидал такого отпора. – Я одну вещь не могу понять: как получилось, что ни миссис Миннз, ни ее сестра не почувствовали запах дыма?

– А вот и сестра миссис Миннз! – воскликнула Лили.

В дверях появилась неимоверно толстая женщина в огромной шляпе, отделанной цветами, из-под полей которой искрились ее глаза. Она явно удивилась при виде детей на кухне.

– Здравствуйте, миссис Джонс, – довольно нелюбезно приветствовала ее Лили. – Миссис Миннз пошла наверх переодеться и через минутку вернется.

Миссис Джонс вошла и уселась в кресло-качалку, с трудом переводя дыхание.

– Ну и теплый же день, – сказала она. – Откуда здесь столько детей?

– Мы живем по соседству, – объяснил Пип. – Мы принесли Суити рыбки.

– Где же котята? – вскричала Дейзи, увидев пустую корзинку.

Лили ахнула.

– Только бы они не побежали наверх! Миссис Миннз велела мне держать дверь закрытой!

– Котята могли и во двор побежать, – успокоил ее Ларри, закрывая дверь в холл.

Ему не очень-то хотелось, чтобы мистер Хик услышал голоса на кухне и явился сюда.

– А вот и Суити!

Черно-белая Суити прошествовала через кухню, держа пушистый хвост трубой. Учуяв рыбный запах, она подошла к Дейзи. Та развернула бумагу и выложила голову на кошачье блюдечко в углу. Суити, не долго думая, достала рыбу с блюдечка и принялась есть ее с полу.

– Суити испугалась, когда был пожар? – спросил Пип, считая, что пора переходить к делу.

– Она места себе не находила, – ответила миссис Джонс.

– Вы тоже были здесь в ту ночь? – Дейзи изобразила удивление. – Как же вы не почувствовали запах гари?

– Не почувствовали? – возмутилась миссис Джонс. – Я-то как раз и почувствовала, я стала говорить сестре: «Мария, у нас что-то горит, у нас что-то горит, Мария!» У меня отличное обоняние, это у Марии нет нюха. Я все осмотрела на кухне, потом выглядываю в холл, на всякий случай, а вдруг что-то там горит!

– А миссис Миннз не пошла смотреть, откуда пахнет горелым? – спросил Ларри.

– Боже мой, Мария в тот вечер ни рукой, ни ногой не могла шевельнуть! – воскликнула миссис Джонс. – Опять разыгрался ее ревматизм, это было что-то страшное! Прикована, буквально прикована.

– В каком смысле – прикована? – с большим интересом спросил Ларри.

– Ну, еще когда мы с ней пили чай, она сидела в этой качалке и вдруг говорит мне: «Ханна, – она мне говорит, – я просто прикована, у меня опять разыгрался этот мой ревматизм, я не в силах шевельнуться». Ну, я и говорю ей: «Мария, а зачем тебе двигаться? Сиди и не шевелись! – я говорю. Я подам чай, мистера Хика все равно нет дома, так что тебе не нужно хлопотать с обедом. А я, – говорю я ей, – я посижу с тобой, пока тебе не полегчает».

Дети внимательно слушали и все думали об одном и том же: раз в тот вечер у миссис Миннз разыгрался ревматизм и она не могла подняться с кресла, значит, и поджечь мастерскую она тоже не могла!

– И бедненькая миссис Миннз так и просидела в качалке весь вечер? – спросила Дейзи. – То есть пока не выяснилось, что в доме пожар?

– Так и просидела. Она же не могла шевельнуться! – миссис Джонс повторила это с ударением. – Мария не поднималась, пока мой нос не убедил меня в том, что горит не на шутку. Я сначала подошла к кухонной двери, понюхала, потом открываю дверь, выхожу в сад – а там уже полыхает! Я кричу ей: «Мария, пожар», а она побелела, как полотно. Я опять кричу ей: «Мария, бежим, надо что-то делать», а бедная Мария не может встать с кресла!

Дети вобрали в себя всю эту информацию. Миссис Миннз явно не имела отношения к поджогу. Она даже с кресла не могла встать, где уж ей бегать и поджигать коттеджи! К тому же ее сестра была все время с ней. Нет, не миссис Миннз совершила преступление!

Список подозреваемых стал на одно имя короче.

Дверь отворилась, и в кухню вошла сама миссис Миннз. Вид у нее был недовольный. Она уже сменила залитое молоком платье, но все еще сердито смотрела на Лили и с удивлением – на детей.

– Ну что, Мария, – спросила миссис Джонс. – Как твой ревматизм?

– Здравствуйте, миссис Миннз, – вежливо сказала Дейзи. – Мы принесли рыбную голову для Суити.

Миссис Миннз расплылась в широкой улыбке. Ее всегда трогало, когда заботились о ее любимице.

– Как это мило с твоей стороны, – сказала она и добавила, обращаясь к сестре: – ревматизм меня меньше мучает, хотя нельзя сказать, что будет после того, как меня облили с головы до ног. Что же это такое – девчонка обливает меня молоком!

– Я ненарочно, – угрюмо сказала Лили. – Можно мне сходить на почту и отправить письмо?

– Нет, нельзя! – ответила миссис Миннз. – Лучше приготовь чай для мистера Хика. Займись этим немедленно, перестань писать свои письма и берись за работу!

– Но я опоздаю на почту! – Лили чуть не плакала.

– Ничего не случится! – миссис Миннз была непреклонна.

Из глаз Лили потекли слезы, и детям стало жалко ее. Она принялась расставлять чашки и блюдца.

Детям хотелось бы расспросить о Хорейсе Пиксе, но они не знали, как завести разговор о нем. Им нужен был адрес мистера Пикса, им нужно было встретиться и поговорить с ним.

– Мистер Хик уже нашел себе нового слугу? – наконец спросил Ларри.

– Он сегодня кое с кем говорил о работе, – сказала миссис Миннз, погружаясь в мягкое кресло, жалобно заскрипевшее под ее тяжестью. – Я очень надеюсь, что он наймет слугу, который так не будет задаваться, как этот мистер Пикс.

– А мистер Пикс живет поблизости? – невинно спросил Пип.

– Да, – миссис Миннз задумалась. – Где же он живет? Что с моей памятью – она у меня с каждым днем все хуже!

Но в тот самый миг, когда миссис Миннз готова была вспомнить адрес мистера Пикса, произошло неприятное событие, которое отвлекло ее мысли.

Кухонная дверь с треском распахнулась, и тройка котят с мяуканьем пролетела через кухню. Все изумленно оглянулись.

В дверях стоял мистер Хик, хохолок над его лбом был взъерошен, как у попугая.

– Кошки в моем кабинете! – яростно выкрикнул он. – Будут когда-нибудь в этом доме считаться с моими распоряжениями или нет?! Если сегодня же вечером эти твари не исчезнут с моих глаз, я всех их утоплю!

Он уже сделал движение, чтобы захлопнуть за собой дверь, но вдруг заметил детей. Снова шагнув в кухню, он указал на них пальцем.

– Я ведь уже однажды выставил вас вон! Как вы смели вернуться сюда?

Ларри, Пип и Дейзи бросились во двор. Дети не были трусами, но мистер Хик был в такой ярости, что им показалось, будто он и вправду может их выбросить, как он выбросил котят на кухню.

Однако на полдороге к калитке Ларри остановился.

– Подождем, пока старый Хихикс уберется из кухни! Нам обязательно нужно узнать адрес мистера Пикса! Мы же не можем продолжать расследование, не поговорив с ним!

Выждав некоторое время, они с большой осторожностью подкрались к кухне. Миссис Миннз разговаривала с сестрой, Лили позвякивала чашками. Дети просунули головы в дверь.

– Ну, чего вам еще? – добродушно спросила миссис Миннз. – Убежали, прямо как спугнутые мышки! Насмешили меня, ей-Богу!

– Вы припоминали адрес мистера Пикса, когда пришел мистер Хик, – сказал Ларри.

– Адрес? Да, правда, и я его вспомнила, а теперь опять забыла. Какой же у него адрес… какой адрес…

Она пыталась вспомнить его, дети застыли в напряженном внимании, но тут за дверью послышались тяжелые шаги и громкий стук.

Миссис Миннз открыла дверь, и перед детьми предстал полицейский мистер Гун. Старина Пошлипрочь буквально преследовал их!

– Доброе утро, мэм, – возгласил Гун, доставая свою черную записную книжку. – Я опять по поводу этого пожара. Кажется, я узнал у вас все, что мне было нужно. Сейчас я только хочу задать вам несколько вопросов об одном человеке, о Пиксе.

Дети переглянулись и нахмурились: выходит, старина Гун тоже идет по следу мистера Пикса!

– Вы знаете, где он живет? – полицейский внимательно смотрел на миссис Миннз своими выпуклыми блекло-голубыми глазами.

– Боже ты мой, – воскликнула миссис Миннз, – бывают же такие совпадения! Когда вы постучались, я как раз старалась припомнить его адрес. Дети спросили меня, и я…

– Какие дети? – изумился мистер Гун.

Он заглянул на кухню и тут увидел Ларри, Пипа и Дейзи.

– Это опять вы! – раздраженно сказал он. – Идите-ка вы по домам! Никому покоя не даете, вечно вы под ногами крутитесь! Зачем вам понадобился адрес мистера Пикса? Любопытства ради?

Дети промолчали. Мистер Гун выразительно указал большим пальцем на двор за своей спиной.

– Все по домам! – прикрикнул он. – У меня здесь дело доверительного порядка. Пошли прочь!

Детям ничего другого не оставалось, как пойти «по домам», и они побежали по дорожке к выходу. Все были сердиты.

– Как назло, появился именно в ту минуту, когда миссис Миннз почти вспомнила адрес, – негодовал Ларри.

– Хоть бы она его не вспомнила при старине Гуне, – мрачно добавил Пип, – а то он окажется у мистера Пикса прежде, чем до него доберемся мы!

– Ну хватит! – буркнула Дейзи.

Огорчение было общим. Дети уже были у самой калитки, когда из-за кустов послышался негромкий свист. Они оглянулись.

Из-за кустов вышла Лили с письмом в руке. Вид у нее был хоть и боязливый, но решительный.

– Могу я вас попросить отправить мое письмо? – спросила Лили. – Я написала мистеру Пиксу, чтобы предупредить его о разговорах, будто это он поджег мастерскую. Но он не поджигал, он ничего не поджигал! Я знаю, что он не мог это сделать. Прошу вас, отправьте ему письмо!

– Лили, куда же ты запропастилась? – послышался голос из кухни.

И Лили исчезла. А дети выбежали за калитку – изумленные и возбужденные. Отойдя подальше, они спрятались за живой изгородью и принялись рассматривать конверт, который Лили сунула им, убегая. На конверте не было марки: Лили впопыхах забыла наклеить ее.

– Ну и ну! – воскликнул Ларри. – Мы полдня потратили безо всякого толку, чтобы раздобыть адрес Хорейса Пикса – а нам неожиданно преподносят его, прямо в руки дают!

– Как нам повезло! – ликовала Дейзи. – До чего я рада!

– Да, но возникает другой вопрос: хотим ли мы, чтобы мистер Пикс был предупрежден? – спросил Ларри. – Если он узнает, что его подозревают в поджоге, он может скрыться. Тогда мы никогда не раскроем преступление.

Дети переглянулись.

– Я знаю, что делать! – осенило Пипа. – Не будем ждать до завтра, а пойдем искать мистера Пикса сегодня после чая. Когда мы с ним поговорим, нам станет ясно, мог он поджечь мастерскую или нет. Если решим, что он в этом не замешан, то и вручим ему письмо от Лили!

– Прекрасная мысль! – поддержали Пипа остальные. – Мы в любом случае не можем отправить письмо без марки, но зато можем лично доставить его.

На конверте значился адрес: Мистеру X. Пиксу

Айви коттедж,

Уилмер Грин.

– Поедем туда на велосипедах! – решил Ларри. – Пошли, надо же рассказать другим!

БЕСЕДА С МИСТЕРОМ ХОРЕЙСОМ ПИКСОМ

Когда они вернулись в беседку к Фатти и Бетси, Бастер приветствовал их оглушительным лаем.

– Ну, – спросил Фатти, – как дела?

– Сначала все шло плохо, совсем плохо, но потом нам просто счастье привалило, – ответил Ларри.

Он подробно изложил события для Фатти и Бетси, которые слушали с большим интересом. Еще больший интерес вызвал у них конверт с адресом мистера Пикса.

– Ну вот, – заключил Ларри, – мы с Пипом и Дейзи съездим в Уилмер Грин на велосипедах – туда миль пять, не больше. После чая сразу и отправимся.

– И я с вами! – немедленно объявила Бетси.

– Я бы тоже хотел поехать, но мне пока еще трудно, – вздохнул Фатти.

– Тебе лучше остаться с Бетси, – сказал Пип. – Туда ни к чему ехать целой командой. Это может заставить Пикса насторожиться.

– Меня никуда не берут, – заныла Бетси, но Ларри остановил ее:

– Глупости, Бетси! Ты хочешь работать? Вот тебе задание – узнай, где живет мистер Вонюнг, ясно? Тебе поможет Фатти. Адрес может найтись в телефонном справочнике, если нет, порасспрашивайте. К завтрашнему дню нам нужно иметь его адрес, потому что мистера Вонюнга тоже надо допросить. Все подозреваемые должны быть допрошены.

– Двое уже свободны от подозрений, – уточнил Пип. – Миссис Миннз не виновата и, я уверен, бродяга тоже. Таким образом, остались только мистер Вонюнг и мистер Пикс. Как мне хочется, чтобы у одного из них были башмаки на резине с крестообразным рисунком. Нам бы это очень помогло в расследовании.

– Я обязательно узнаю адрес мистера Вонюнга, – сказала Бетси, радуясь, что получила серьезное задание. – Я принесу телефонный справочник, и мы его просмотрим вместе с Фатти.

Зазвенел звонок к чаю. Дети побежали мыть руки, потом сели за стол и принялись за хлеб с маслом и джемом. Ларри и Дейзи пригласили выпить чаю вместе с Пипом и Бетси, а Фатти пришлось уйти к себе в гостиницу, где его ждала мать.

После чая Фатти присоединился к Бетси, а Ларри, Пип и Дейзи сели на велосипеды и укатили. Дети хорошо знали дорогу на Уилмер Грин.

– А под каким предлогом мы явимся в дом Пикса? – спросил Ларри.

Сначала детям долго не удавалось ничего придумать, но потом Пипу пришла в голову блестящая мысль.

– Очень просто! – воскликнул он, – постучимся и попросим напиться. Если дома окажется мать мистера Пикса, я уверен, она сразу начнет болтать. Очень может быть, что мы из ее болтовни выясним самое главное, что нам нужно знать – где находился ее сын в вечер пожара. Допустим, она скажет, что он провел вечер дома с ней – все, мы его вычеркиваем.

– Отличная идея! – обрадовался Ларри. – И мы вот что еще сделаем – перед тем, как постучаться в дом, я спущу переднюю шину, а пока я буду возиться и накачивать ее, мы сможем подольше побеседовать!

– Верно! – поддержал Пип. – Мне кажется, у нас появляется опыт.

Они азартно нажимали на педали и скоро оказались в Уилмер Грин. Это была славная деревня, с утиным прудом посредине, в котором плавали белоснежные утки. Теперь детям предстояло найти Айви коттедж. Маленькая девочка, к которой они обратились, показала им дорогу. Айви коттедж стоял в стороне от шоссе, почти на самой опушке леска.

Дети подъехали к Айви коттеджу, сошли с велосипедов и двинулись по дорожке к дому. Ларри уже спустил переднюю шину и теперь почти волок велосипед на себе.

– Напиться попрошу я! – сказала Дейзи, приближаясь к полуприкрытой двери.

За дверью слышалось постукивание утюга. Дейзи постучалась.

– Кто там? – раздался резкий голос.

– Извините, можно попросить у вас воды напиться? – попросила Дейзи.

– Заходи! – отозвался голос.

Дейзи распахнула дверь и увидела женщину с острыми чертами лица, занятую глажкой. Женщина указала на кран в углу.

– Вот тебе вода, а чашки стоят на полке над краном.

Дейзи открыла кран, а мальчики последовали за ней на кухню.

– Добрый вечер, – вежливо сказали они. – Спасибо, что позволили нам попить воды. Мы ехали на велосипедах, а сегодня так жарко, – добавил Ларри.

Женщина одобрительно посмотрела на него: Ларри был привлекательный мальчик и, когда хотел, умел быть очень вежливым.

– Откуда же вы приехали? – спросила она, со стуком ставя утюг на подставку.

– Из Питерсвуда, – ответил Ларри, – но я не уверен, знаете ли вы, где это.

– Очень даже знаю, – улыбнулась женщина. – Мой сын работал там в доме у некоего мистера Хика.

– Как интересно! – Дейзи поставила чашку. – А мы совсем недавно были у мистера Хика в саду, когда у него произошел пожар!

– Пожар? – ахнула женщина. – Там был пожар? Я ничего не знала. Не в доме мистера Хика, надеюсь?

– Нет-нет, – успокоил ее Пип. – Сгорел только коттедж-мастерская в саду. Никто не пострадал. А разве ваш сын вам не рассказывал про пожар? Или он его не видел?

– А когда это случилось? – спросила женщина.

Пип сказал. Миссис Пикс застыла над гладильной доской, припоминая:

– Ну да, значит, пожар был в тот день, когда Хорейс вернулся домой, поэтому он ничего об этом и не знал. У них с мистером Хиком вышла ссора, и Хорейс уволился. Неожиданно вернулся домой среди бела дня – я чуть в обморок не упала от удивления!

– Значит, пожар он не видел, – уточнил Пип. – Но он, наверное, провел вечер дома с вами?

– Да нет, – ответила миссис Пикс, – он после чая куда-то укатил на велосипеде и возвратился уже затемно. Я не спрашивала, где он был. Я не из тех, кто любопытствует и повсюду сует свой нос. Поехал, должно быть, в клуб «Поросенок и Свисток», в нарды поиграть. Хорейс у нас в этом деле мастак.

Дети обменялись настороженными взглядами – Хорейс исчез после чая и возвратился уже затемно! Это выглядело чрезвычайно подозрительно, чрезвычайно. Где он провел это время? Пиксу ничего не стоило проехать на велосипеде в Питерсвуд, спрятаться в канаве в ожидании удобного момента, подпалить мастерскую – и спокойно вернуться домой под покровом ночи!

Ларри хотелось узнать, какую обувь носит мистер Пикс. Он обвел глазами кухню и заметил в углу пару мужских ботинок, дожидавшихся чистки. По размеру они как будто соответствовали следам у изгороди. Но были-то они не на резине! Впрочем, возможно, что мистер Пикс сейчас ходит в башмаках на резине. Хорошо бы, если б он появился!

Ларри поднялся на ноги,

– Мне нужно накачать шину, – громко объявил он. – Это быстро.

Но хотя Ларри предоставил остальным не меньше пяти минут времени, ничего они так и не выяснили.

– Ничего не узнали, – тихонько пожаловался, Пип. – А это кто идет? Неужели это и есть Хорейс?!

Дети увидели, что к коттеджу приближается худосочный молодой человек: он был небрежно причесан, и волосы спадали ему на лоб, у него был убегающий назад подбородок, а бледно-голубые глаза выпуклостью напоминали глаза мистера Гуна. Но самое главное – на нем серый фланелевый костюм!

Костюм сразу бросился в глаза детям. Дейзи почувствовала, как у нее забилось сердце – неужели они отыскали преступника?

– Вы что здесь делаете? – спросил Хорейс Пикс.

– Мы зашли попросить воды, – объяснил Ларри, поспешно прикидывая, как проверить, есть ли дырка в сером костюме Пикса.

– А когда мы к вам зашли, – защебетала Дейзи, – выяснилось, что вы еще недавно работали в поселке, где мы живем! Мы из Питерсвуда!

– Я действительно там работал, – подтвердил Хорейс. – Знаете такого старого злюку мистера Хика? Я у него работал, но что бы я ни делал, все ему не нравилось! Мерзкий старикашка!

– Нам он тоже не очень-то нравится! – сказал Пип. – А вы знаете, что у него был пожар в тот самый день, когда вы уволились?

– Да вы-то откуда знаете, когда я уволился? – изумился Пикс.

– Мы разговаривали с вашей мамой и упомянули про пожар, а она сказала, что, видимо, загорелось в тот день, когда вы уволились, иначе она узнала бы про это от вас! – заявил Пип.

– Одно могу сказать – так ему и надо, этому мистеру Хику, жаль, что весь дом не сгорел у этого злобного, скупого, капризного старика! – с сердцем воскликнул мистер Пикс. – Вот на что бы я с удовольствием посмотрел!

Дети внимательно смотрели на него, стараясь понять, не притворяется ли Пикс, не водит ли их за нос.

– Значит, вы так ничего и не видели? – невинным голоском спросила Дейзи. – Вы там не были?

– Ну, вас это не касается, где я был, где не был! – огрызнулся мистер Пикс и с недоумением посмотрел на Ларри, который оглядывал его со всех сторон, проверяя, нет ли в костюме дырки. – Что ты делаешь? – с удивлением спросил он, – обнюхиваешь меня, как собака! Прекрати!

– Вы испачкались! – брякнул Ларри первое, что пришло ему на ум. – Давайте я вас стряхну!

Ларри достал из кармана носовой платок – и вместе с ним и письмо, которое Лили просила послать Хорейсу Пиксу. Конверт упал на землю адресом кверху! Хорейс наклонился поднять его и буквально остолбенел, прочтя собственное имя на конверте!

– В чем дело? – повернулся он к Ларри. – Что это значит?

Ларри готов был убить себя за то, что натворил!

– Ой, это же для вас! – воскликнул он. – Лили просила отправить это письмо вам, но поскольку мы все равно собирались сюда, то решили просто вручить его!

Хорейс Пикс явно намеревался задать детям еще какие-то вопросы, на которые им было бы трудно ответить. Ларри понял, что пора уносить ноги. Он поспешно развернул свой велосипед к воротам.

– Всего хорошего! – быстренько попрощался он с мистером Пиксом. – Я скажу Лили, что письмо попало по адресу!

Дети торопливо вскочили на велосипеды и поехали прочь.

– Эй! Подождите! – крикнул вслед им мистер Пикс.

Но они мчались, не оглядываясь. Проехав мили полторы, Ларри спешился и шагнул в сторону живой изгороди.

– Давайте все сюда! – крикнул он остальным. – Нам надо обсудить наши дела и решить, что делать дальше.

Дети с серьезным видом уселись в ряд под кустами. Ларри выглядел очень пристыженным.

– Какой же я идиот – выронил это письмо! С другой стороны, все равно письмо нужно было передать: ведь письма полагается доставлять, правда? Как вы думаете, поджег Хорейс мастерскую или нет?

– Похоже, что мог и поджечь, – раздумчиво сказала Дейзи. – Он в тот самый день рассорился с мистером Хиком и был на него сердит, мать Хорейса не знает, где он провел вечер. Ларри, ты не рассмотрел его башмаки? Не на резине ли они? И не заметил ли ты – костюм порван или нет?

– Подошвы я не мог рассмотреть, – ответил Ларри, – да и костюм вроде у него целый. Да что толку – теперь он прочитал письмо с предупреждением и будет настороже!

Дети еще немного посидели у изгороди, обсуждая, как им дальше быть с Пиксом. В конце концов они приняли решение оставить мистера Пикса на некоторое время в покое, и заняться выяснением того, что представляет собой мистер Вонюнг. Ведь теперь в их списке подозреваемых остались только мистер Пикс и мистер Вонюнг. Не побывав у мистера Вонюнга, все равно нельзя закончить расследование виновности Пикса!

Дети сели на велосипеды и отправились в путь. Ларри решил без руля съехать с холмика и завернуть за угол. Но – о ужас! Он столкнулся с кем-то, сбил того с ног и свалился сам!

Ларри поднялся и виновато уставился на человека, которого сшиб – это был не кто иной, как сам старина Пошли-прочь!

– Как? Это опять ты? – взревел полицейский.

Ларри торопливо приводил себя в порядок, а другие дети со смехом наблюдали за этой сценкой.

– Что ты здесь делаешь? – рявкнул мистер Гун. Ларри уже стоял рядом с велосипедом.

– Как что? Разве вы не видите? Мы все по домам едем! По домам!

И все трое с хохотом покатили дальше. Интересно, думали они, направлялся ли старина Гун в дом Хорейса Пикса. Ну и пусть себе едет – Лили уже предупредила Хорейса своим письмом, можно не сомневаться, что мистер Гун теперь ничего у Пикса не выведает!

БРОДЯГА ПОЯВЛЯЕТСЯ ОПЯТЬ

Дети добрались до сада Пипа около семи часов. Бетси уже начала тревожиться, потому что скоро ее должны были отправить спать, а она не могла смириться с тем, что ляжет в постель, так и не узнав, с какими новостями возвращаются Ларри, Пип и Дейзи.

При звуке велосипедных звонков у ворот, она так и запрыгала от радости. Вечер выдался настолько теплый, что они с Фатти не ушли из беседки. Фатти заново изучил свои синяки и ссадины, с удовольствием отмечая, что они приобрели отличный красно-фиолетовый цвет. Хоть ему было и больно, но не гордиться такими первоклассными синяками он просто не мог.

– Какие новости? Какие новости? – затормошила Бетси вернувшихся с разведки.

– Полно новостей! – крикнул Ларри, – дай только поставить на место велосипеды!

Скоро Пятерка Тайноискателей и Бастер заседали в беседке. У Фатти прямо глаза на лоб полезли при рассказе о том, как Ларри нечаянно вытащил из кармана письмо, которое упало буквально к ногам мистера Пикса.

– Но заметьте, – вмешался Пип, – Гун тоже взял след и идет по нему. Ларри сшиб его велосипедом, когда заворачивал за угол. Вообще старина Пошлипрочь оказался умней, чем мы думали. Единственное – мы его все-таки опережаем!

– Завтра, как можно раньше, нам надо будет заняться мистером Вонюнгом, – сказал Фатти. – Мы с Бетси узнали, где он живет.

– Молодцы! – обрадовался Ларри. – Где же он живет?

– Адрес нашелся в телефонном справочнике, – объяснила Бетси, – мы его очень легко нашли, потому что второго человека с такой странной фамилией там и нет. Он живет в Уиллоу-Дин, Джеффриз Лейн.

– Подумать только! – удивился Ларри, – это же прямо за нашим садом! Наш сад одной стороной упирается в Уиллоу-Дин, правда, Дейзи? Мы не знали, кто там живет, потому что в том саду никого никогда нет, только иногда появляется какая-то старая женщина.

– Мисс Миггл, наверное, домоправительница мистера Вонюнга, – высказался Фатти.

– Откуда ты знаешь? – спросила удивленная Дейзи.

– Мы с Бетси провели сегодня первоклассную детективную работу, – заулыбался Фатти. – Мы спросили вашего садовника, где находится Уиллоу-Дин, выяснилось, он прекрасно знает это место, потому что там работает его брат. Садовник нам рассказал про мисс Миггл и про то, как ей трудно содержать мистера Вонюнга в чистоте, следить за тем, чтобы он вовремя ел, не забывал надеть в дождь макинтош и так далее.

– А почему ей надо так с ним нянчиться? – не понял Ларри, – что он – чокнутый, или больной, или еще что?

– Не в этом дело! – объяснила Бетси. – Просто он какой-то там – олог – ну изучает старые-престарые бумаги и документы, он знает про них больше всех на свете. Кроме этих бумаг, он ничего не видит и не слышит. Садовник говорит, что у мистера Вонюнга есть очень старинные и очень дорогие бумаги.

– Раз он живет совсем рядом с нами, так, может быть, мы с Ларри завтра заглянем к нему, – предложила Дейзи, очень увлеченная перспективой тайноискания – любимого словечка Бетси. – Мне кажется, – продолжала Дейзи, – нам хорошо удается расспрашивать разных людей. Спорить могу, мы лучше это делаем, чем старина Гун! Ведь любой подозреваемый сразу догадается, что полицейский пришел не просто так, и будет осторожничать с ним. А с детьми люди разговаривают, ничего такого не думая!

Ларри извлек из тайника в стене свои заметки.

– Надо кое-что добавить, – сказал он, принимаясь писать.

Пип достал лоскуток серой фланели из спичечного коробка, чтобы сравнить его цвет с цветом костюма мистера Пикса. Как будто цвет совпадал.

– Но все-таки Ларри не удалось рассмотреть, порван ли костюм. Мне тоже не удалось, – сказал Пип. – Я осмотрел его брюки, но не заметил никаких дырок.

Дети по очереди осмотрели лоскуток, потом Пип снова уложил его в спичечный коробок. Развернув зарисовку следа, так прекрасно выполненную Фатти, Пип улыбнулся при воспоминании о том, как серьезно они с Ларри обсуждали хвост, уши и руки, когда впервые увидели рисунок.

– Знаете, – заметил Пип, – а рисунок-то совсем даже неплохой!

Фатти так и просиял, но, наученный горьким опытом, на этот раз промолчал и не стал хвастаться.

– Я хочу хорошенько заучить этот крестообразный рисунок на подошве, – пояснил Пип, – если еще раз увижу такой, то сразу чтобы вспомнился!

– И я тоже запомню! – вызвалась Бетси и вытаращила глаза на зарисовку.

Бетси была уверена – увидь она где угодно отпечаток крестообразного рисунка подошвы, она его обязательно опознает.

– Ну вот, – объявил Ларри, – я закончил записи. Не могу сказать, что наши улики пока пригодились нам. Надо проверить, носит ли мистер Пикс башмаки на резине – и не забыть проверить, какая обувь у мистера Вонюнга.

– А что, если у него есть башмаки на резине, а он их сейчас не носит? – возразил Фатти. – Он мог поставить их в шкаф или, скажем, держит их в спальне.

– Вдруг нам удалось бы и по шкафам посмотреть, – вздохнул Ларри, который не имел ни малейшего понятия, как осуществить такого рода планы. – Послушайте, в нашем списке было четверо подозреваемых: миссис Миннз, но у нее в вечер пожара разыгрался ревматизм, и ее сестра нам сказала, что она была не в силах встать с кресла, так что поджечь мастерскую она тоже была бы не в силах. Остаются трое подозреваемых, в том числе бродяга, но у бродяги нет башмаков на резиновой подошве, серого костюма у него тоже нет, после пожара он не удрал, как поступил бы, будь он замешан в это дело, поэтому, я думаю, его можно исключить из нашего списка.

– Мне кажется, поджег Хорейс Пикс, – сказал Пип. – Почему он не хотел сказать, где провел тот вечер? Это очень подозрительно.

– Хорошо, если мистер Вонюнг сможет объяснить нам, где был в тот вечер он, то один только мистер Пикс и останется на подозрении, – размышлял Ларри. – Тогда мы займемся исключительно мистером Пиксом, узнаем, какие у него башмаки, есть в его доме порванный серый костюм, где он был в тот вечер, когда горела мастерская, и все прочее.

– Ну а потом? – спросила Бетси. – Потом что мы сделаем? В полицию сообщим?

– Что? Чтобы старина Пошлипрочь его арестовал и приписал себе все заслуги и все похвалы? – возмутился Ларри. – Ну уж нет! Мы тогда пойдем к начальнику полиции, к инспектору Дженксу. Он начальник всех полицейских нашего округа. Отец с ним хорошо знаком. Он очень, очень умный человек. В соседнем городе живет.

– Я буду его бояться, – призналась Бетси. – Я даже старину Гуна побаиваюсь.

– Нашла кого бояться! – фыркнул Фатти. – Эту старую жабу с выпученными глазами. Ты на Ларри смотри – наехал на него на велосипеде, сшиб с ног – и рраз, за угол!

Все расхохотались. Тут зазвонил колокольчик и дети собрались идти. Бастер крутился под ногами. Фатти распрощался и отправился в гостиницу обедать с родителями. Ларри и Дейзи сели на велосипеды и покатили домой. Пип направился в столовую, а Бетси – в детскую. Бастер уже убежал вслед за Фатти. Сегодня его юный хозяин намеревался лечь спать пораньше – ушибы и ссадины болели. Бастер рассмотрел их, когда хозяин раздевался, но особого восторга они у собаки не вызвали.

– Завтра бродяга должен прийти к нам за башмаками – мама нашла ему пару старых ботинок, – сообщил Пип сестре. – Нужно будет задать ему несколько вопросов.

– Каких вопросов?

– Мы его прямо в лоб спросим, видел ли он, как Хорейс Пикс прятался в канаве, – объяснил Пип. – Если бродяга скажет, что видел, это нам очень поможет.

В ту ночь все дети спали плохо – уж слишком много событий пришлось на минувший день. Бетси приснился старина Пошлипрочь и она проснулась с криком: во сне он хотел посадить ее в тюрьму за поджог. Фатти ворочался в постели, потому что ночью ушибы болели еще сильнее, чем днем. Как он ни поворачивался, все равно оказывалось, что он лежит на парочке ссадин.

Расходясь, Тайноискатели договорились, что на другой день Пип, Бетси и Фатти будут в саду на случай, если придет бродяга. Пипу было поручено допросить его, и Ларри заранее сообщил ему, что надо узнать.

– Знаешь что, – предложил Ларри, – ты выставь эти старые ботинки на видное место, чтобы они все время были перед глазами бродяги, но не отдавай, пока он не ответит на вопросы. Нет ответов – нет ботинок, понял?

Наутро Фатти с Бастером и Пип с Бетси собрались в саду и стали поджидать бродягу.

И он пришел. Опасливо проскользнул в заднюю калитку, огляделся по сторонам, точно проверяя, не преследуют ли его. На нем были все те же ужасающие башмаки, из носков которых торчали пальцы. Пип первым заметил старика и негромко окликнул его.

– Привет! Мы вас ждем!

Бродяга повернулся к нему.

– Вы тут полицейского не прячете? – подозрительно спросил он.

– Да, конечно же, нет! – вознегодовал Пип. – Нам он нравится еще меньше, чем вам!

– Башмаки будут? – буркнул бродяга.

Пип кивнул. Старик, прихрамывая, подошел, и Пип провел его в старую беседку. Ботинки красовались на деревянном столике посредине беседки. У бродяги заблестели глаза.

– Хорошие ботинки. И придутся мне впору, – оценил он.

Он уже было протянул за ними руку, но Пип остановил его.

– Одну минуту, – сказал он, – одну минуту! Мы бы хотели, чтобы вы ответили нам на несколько вопросов. Пожалуйста!

Старик бросил на него мрачный взгляд.

– Я не желаю неприятностей, – проворчал он.

– Мы понимаем, мы вас не выдадим, – пообещал Пип, – все, что вы нам расскажете, останется между нами.

– Что вам от меня надо? – спросил бродяга.

– Вы видели человека, который прятался в саду у мистера Хика в ту ночь, когда там был пожар? – спросил Фатти.

– Видел, – ответил бродяга. – В кустах.

У детективов дух захватило.

– Сами видели? Своими глазами? – уточнил Пип.

– Конечно! Я в тот вечер много кого видел в саду.

– А вы сам где были? – залюбопытствовала Бетси.

– Это тебя не касается, – огрызнулся бродяга. – Ничего дурного я не делал.

«Он, наверное, наблюдал за подходами к курятнику, – совершенно правильно угадал Пип, – старик Хихикс его прогнал, а он притаился и ждал случая стащить парочку яиц!»

Однако вслух Пип ничего не сказал.

Следопыты всматривались в бродягу – бродяга всматривался в них.

– Скажите нам, – решился Пип, – тот человек, который прятался в кустах, он был молодой, волосы на лоб, глаза как будто немного выпученные?

Так он описал Хорейса Пикса.

– Насчет глаз не скажу, а вот волосы на лоб – это верно, – согласился старик. – Он все время с кем-то шептался, но я не видел, с кем.

Вот так новость! В кустах прятался Хорейс Пикс, но не один, у него была компания. Значит, к пожару может быть причастен еще кто-то?

Загадка. А не могли мистер Вонюнг и мистер Пикс сговориться и вместе организовать поджог? Дети не знали, что и думать.

– Послушайте, – начал было Пип, но бродяге уже надоел допрос.

– Давайте башмаки, – он протянул к ним руку. – Больше я ничего не скажу. С вами надо быть поосторожней, а то как раз и угодишь в неприятности. Я честный человек и не хочу быть ни во что замешан.

Взяв со столика ботинки, он тут же надел их. Больше из него действительно нельзя было и слова вытянуть.

– Будто онемел, – заметил Пип, глядя вслед бродяге, который уходил в новых ботинках. Они были ему немного велики, но явно удобней старых.

– Дело становится все запутанней, – сказал Фатти. – Похоже, мы имеем не одного человека в саду, а двух. Один из них – это, без сомнения, наш милый Хорейс. Но кто второй? Возможно, Ларри и Дейзи вернутся с новостями.

Все время, пока бродяга находился в беседке, Бастер не переставал ворчать. Фатти пришлось придерживать его, чтобы он не набросился на оборванного старика. Теперь Бастер вдруг залился веселым лаем.

– Учуял, что Ларри и Дейзи идут! – сказала Бетси. – Как хорошо! Интересно, какие у них новости?

МИСТЕР ВОНЮНГ – И БАШМАК НА РЕЗИНЕ!

Ларри и Дейзи очень интересно провели утренние часы. Они приняли решение как можно скорее поговорить с мистером Вонюнгом, чтобы понять, как дальше быть. Но сначала надо было сообразить, под каким предлогом явиться к нему в дом.

– Невозможно попросить попить воды или что-то в этом роде, – раздумывала Дейзи. – Мне просто ничего не приходит в голову.

После небольшой паузы Ларри взглянул на сестру.

– А что, если мы забросим мячик к мистеру Вонюнгу в сад? – предложил он.

– И что? – не поняла Дейзи.

– Ну ты глупая! Побежим доставать, перелезем через забор – так, чтобы он нас заметил и спросил, что мы тут делаем!

– Ах вот что! Прекрасная мысль! – обрадовалась Дейзи. – Так давай и сделаем!

Ларри с силой зашвырнул свой мяч, и тот упал прямо на середину соседского двора. Он был хорошо виден на лужайке рядом с розовыми кустами. Дети подбежали к забору и мгновенно перемахнули через него. Еще минута – и они уже у кустов в саду мистера Вонюнга.

Отважно выйдя на лужайку, они начали громко перекликаться, делая вид, будто никак не найдут мяч, а на самом деле рассчитывая, что кто-то в доме их услышит.

Скоро на правой стороне дома раскрылось окно и из него выглянул мужчина. Его большую лысину обрамлял венчик растрепанных волос, а всклокоченная борода доходила почти до середины жилета. Он носил очки в массивной роговой оправе, из-за сильных линз его глаза казались огромными.

– Что вы делаете? – крикнул он.

Ларри приблизился к окну и чрезвычайно вежливо сказал:

– Извините за беспокойство, сэр, но наш мячик упал в ваш сад, и мы его ищем!

Внезапный порыв ветра подхватил волосы Дейзи, растрепал еще сильнее бороду мистера Вонюнга и зашуршал бумагами на его столе под окном. Одна из бумаг скользнула по подоконнику, мистер Вонюнг попытался поймать ее, но она плавно опустилась на землю.

– Я подниму ее, сэр, – вежливо предложил Ларри.

Подобрав бумагу, он вручил ее мистеру Вонюнгу. Бумага, плотная и желтая, была покрыта странными письменами.

– Я никогда не видел такую бумагу, – удивился Ларри.

– Это пергамент, – объяснил мистер Вонюнг, щуря на Ларри подслеповатые глаза. – Ему много-много лет.

Ларри подумал, что полезно будет проявить интерес к старинным бумагам.

– Правда, сэр? Она древняя? Сколько ей может быть лет? Как интересно!

Мистеру Вонюнгу был приятен неожиданный интерес мальчика.

– У меня есть и более древние документы, – сказал он. – Я занимаюсь их расшифровкой, понимаешь, я стараюсь их прочитать. Видишь ли, это проливает свет на множество исторических фактов.

– Замечательно! – восхитился Ларри. – А нельзя ли попросить вас, сэр, показать мне такие документы?

– Ну разумеется, можно, мой мальчик, отчего же нет? – мистер Вонюнг просто сиял от удовольствия. – Зайди в дом. Я думаю, дверь из сада не заперта.

– Можно моей сестре тоже войти? – спросил Ларри. – Я знаю, что ей тоже будет очень, очень интересно.

«Боже мой, какие необыкновенные дети», – думал мистер Вонюнг, провожая их взглядом до двери.

Дети вытирали в прихожей ноги, когда из комнаты выскочила маленькая женщина, похожая на птичку, и в изумлении уставилась на них.

– Вы что тут делаете? – спросила она, – это дом мистера Вонюнга, и он никому не разрешает ходить к нам!

– Он только что нас пригласил, – вежливо ответил Ларри. – Мы хорошо вытерли ноги.

– Только что вас пригласил! – мисс Миггл, домоправительница, не могла прийти в себя от удивления. – Но он же никогда и никого не приглашает в дом, только мистера Хика. А после того, как они поссорились, мистер Хик тоже перестал у нас бывать.

– Но, может быть, он и мистера Хика тоже пригласил, – сказал Ларри, продолжая вытирать ноги о половичок, чтобы не прерывать такой интересный разговор.

– Вовсе нет, – возразила мисс Миггл, – он же мне сказал, что не собирается поддерживать отношения с человеком, который так безобразно накричал на него, – это он про мистера Хика. Бедный старый джентльмен, разве можно на него кричать? Он человек очень рассеянный, даже со странностями, но он никому не причиняет зла.

– А он не ходил смотреть на пожар, когда у мистера Хика горела мастерская? – спросила Дейзи.

– Он в тот вечер, как всегда, вышел на прогулку, – ответила мисс Миггл. – Часов в шесть. Но возвратился домой еще до того, как в городке заметили пожар.

Дети обменялись взглядами. Значит, мистер Вонюнг в тот вечер выходил из дома – так не мог ли он потихоньку пробраться к мистеру Хику в сад, поджечь мастерскую и вернуться к себе?

– А вы видели пожар? – с любопытством спросила домоправительница.

Дети не успели ей ответить, потому что в эту минуту вышел сам мистер Вонюнг – посмотреть, куда они запропастились. Он провел их в свой кабинет, ужасно неопрятную комнату, заваленную разными бумагами. По стенам шли до самого потолка книжные полки, плотно заставленные книгами.

– Подумать только! – сказала Дейзи, озираясь по сторонам. – Что, здесь никогда не убирают? Шагу нельзя шагнуть, не наступив на какую-нибудь бумагу!

– Мисс Миггл запрещается здесь убирать, – объяснил мистер Вонюнг, поправляя очки. Очки имели привычку все время соскальзывать к кончику его носа – довольно короткого. – Ну а теперь, – сказал мистер Вонюнг, – давайте я вам покажу древние, древние рукописи, книги, написанные на бумажных свитках еще в… в каком же это было году… Надо будет проверить. Я отлично помнил дату, но этот Хик, он вечно противоречит мне, это он сбил меня с толку, и теперь я не могу припомнить дату.

– Если вы поссорились недавно, день или два дня назад, то вы еще не пришли в себя, – очень сочувственно предположила Дейзи.

Мистер Вонюнг снял очки, протер стекла и снова надел их.

– Вот именно, – сказал он. – Вот именно. Я не люблю ссоры. Хик умнейший человек, но когда я с ним в чем-то не соглашаюсь, он приходит в страшную ярость. Взять хоть этот документ…

Дети терпеливо слушали, ни словечка не понимая из его длинной речи. Мистер Вонюнг же, совершенно позабыв, что разговаривает с детьми, обращался к ним так, будто Ларри и Дейзи тоже были ученые книгочеи. Детям делалось все скучнее и скучнее. Когда мистер Вонюнг отвернулся, доставая новую стопку документов из шкафа, Ларри шепнул Дейзи:

– Сходи и посмотри, не держит ли он обувь в шкафу в прихожей.

Дейзи тихонько выскользнула из кабинета. Мистер Вонюнг даже не заметил, что девочки нет. Ларри пришло в голову, что если и он уйдет, мистер Вонюнг может и этого не заметить!

Дейзи отыскала в прихожей стенной шкаф, распахнула дверцы и ступила внутрь. Чего там только не было: сапоги, ботинки, туфли, галоши, трости, пальто! Дейзи бросилась осматривать обувь, проверяя подошвы на каждой паре. Размер как будто совпадал, но башмаки на резине не попадались. И вдруг – Дейзи натолкнулась на пару на резиновой подошве. Вот повезло! Вдруг это именно та пара! Но сколько Дейзи ни всматривалась в рисунок на подошве, она никак не могла понять, совпадает ли он с зарисовкой следа. Те ли это башмаки или не те?

«Надо просто сравнить! – подумала девочка. – Надо унести один башмак домой и сравнить с зарисовкой следа, тогда и будет все ясно!»

И она сунула башмак под свитер. На груди образовался нелепый горб, но куда еще спрятать башмак, Дейзи не могла придумать! Она осторожно выбралась из стенного шкафа – и попала прямо в руки мисс Миггл!

Мисс Миггл буквально остолбенела при виде Дейзи, выходящей из стенного шкафа.

– Ты что тут делаешь? Не в прятки же вы вздумали играть?

– Не совсем в прятки, – промямлила Дейзи, которая не знала, что говорить.

В руках у мисс Миггл был поднос с булочками и стаканами молока, который она несла в кабинет, где мистер Вонюнг все еще читал лекцию бедному Ларри. Она вошла в кабинет и поставила поднос на стол. Дейзи плелась за ней, одергивая свитер и от всей души надеясь, что нелепый горб спереди никому не бросится в глаза.

– Сэр, – сказала мисс Миггл, – я подумала, что дети разделят с вами ваш одиннадцатичасовой легкий завтрак. Она повернулась к Дейзи и ахнула:

– Боже мой, девочка, ты что, запихнула носовой платок под свитер? Это не место для платка!

Ларри посмотрел на сестру, и его глаза округлились при виде Дейзи.

– Это у меня привычка такая, я все прячу в свитер! – оправдывалась Дейзи, которая больше всего боялась, что ее попросят показать, что она прячет. Ларри действительно чуть не предложил ей это, но вовремя заметил, что предмет под свитером формой сильно напоминает башмак!

Дети выпили молока с булочками, мистер Вонюнг так и не дотронулся до завтрака, хотя мисс Миггл не отходила от него, настаивая, чтобы он перестал говорить и что-нибудь съел.

– Выпейте молока, сэр, – говорила мисс Миггл, – вы же ничего не ели утром.

Она обратилась к детям:

– Мистер Вонюнг прямо не в себе с того самого вечера, когда приключился пожар, правда же, сэр?

– Естественно, я был потрясен известием о том, что в огне погибли редчайшие документы, – ответил мистер Вонюнг. – Они оценивались в тысячи фунтов стерлингов. Я знаю, что Хик застраховал документы и теперь получит деньги за них, но ведь дело не в этом. Бумаги представляли собой огромную ценность.

– Это вы из-за них поссорились в то утро? – спросила Дейзи.

– Да нет, причина ссоры заключалась в другом: Хик утверждал, что документы, которые я вам показывал, написал некий Юлинус, – увлеченно заговорил мистер Вонюнг, – в то время как мне доподлинно известно, что они писались тремя разными лицами. Но я никак не мог убедить в этом Хика. Он пришел в страшную ярость и буквально выставил меня из своего дома. По правде говоря, он меня напугал. И напугал до такой степени, что я оставил у него документы.

– Бедный мистер Вонюнг! – посочувствовала Дейзи. – И вы только утром узнали, что был пожар?

– Конечно! – ответил мистер Вонюнг.

– И во время вечерней прогулки тоже не приближались к дому мистера Хика? – уточнил Ларри. – Потому что, будь вы поблизости, вы могли бы заметить, как занимается огонь.

Мистер Вонюнг, похоже, забеспокоился. Очки соскользнули с его носа, и когда он надевал их снова, его рука дрожала. Мисс Миггл успокаивающе придержала руку мистера Вонюнга.

– Не надо волноваться, – сказала она, – лучше выпейте молока, сэр. Вот уже второй день, как вы просто не в себе. Вы же мне говорили, что не помните, куда отправились в тот вечер на прогулку. Вы бродили по улицам.

– Вот именно, – согласился мистер Вонюнг, тяжело опускаясь в кресло. – Я бродил по улицам, правильно, Миггл? Просто бесцельно бродил. Я же не всегда помню, что я делал, правильно?

– Не всегда, сэр, – мисс Миггл нежно потрепала его по плечу. – А эта ссора и пожар совсем выбили вас из колеи. Не надо волноваться, сэр!

Она повернулась к детям и тихонько добавила:

– Идите-ка лучше домой. Что-то он сильно разволновался.

Дети согласно кивнули и на цыпочках вышли. Очутившись в саду, они бегом бросились к забору и перелезли через него.

– Странно, да? Почему он странно повел себя, когда мы спросили, что он делал в вечер пожара? Могло такое случиться, что он поджег мастерскую, а после забыл, как ты думаешь? Или помнит, но теперь боится? Или еще что-то?

– Загадка, – сказал Ларри. – На вид он такой безобидный человек, что было бы удивительно, если бы он вдруг сделал ужасную вещь – коттедж поджег. Но в других делах он, возможно, не так уж и безобиден. Кстати, Дейзи, ты что засунула под свитер?

– Башмак на резине с занятным рисунком на подошве, – Дейзи достала его. – Как ты думаешь, совпадает со следом?

– Похоже! – Ларри сразу пришел в волнение. – Побежали скорее к ребятам и сравним с рисунком! Ну скорей же, у меня сил нет ожидать!

РАЗГОВОР С ЛИЛИ ОЗАДАЧИВАЕТ

Ларри и Дейзи примчались к остальным. Те в изумлении уставились на ботинок в ее руке.

– Дейзи! – завопил Фатти. – Дейзи! Неужели ты нашла башмаки на резине, которые носил тот, кто поджег коттедж?

– Кажется, да, – с важностью ответила Дейзи, – понимаете, мы с Ларри пошли к мистеру Вонюнгу, как договорились, а пока они с Ларри разговаривали, я потихоньку улизнула и стала осматривать стенной шкаф в прихожей, где держат обувь и верхнюю одежду. Там я и нашла одну пару башмаков на резине. Я почти уверена, что рисунок на подошве совпадает со следом, который мы видели. Дети сгрудились, рассматривая рисунок подошвы.

– Очень похоже, что это именно тот башмак, – произнес Пип.

– Он самый! – вскричал Фатти, – я-то знаю, это же я срисовал след!

– А вот я думаю, что башмак не тот! – неожиданно вмешалась Бетси. – Крестики на подошве должны быть гораздо крупнее! Просто уверена, что башмак не тот!

– Да ты-то откуда знаешь! – пренебрежительно осадил ее Пип. – А я уверен, что башмак тот – и сейчас мы это докажем. Фатти, неси рисунок из беседки.

Фатти бросился за рисунком, достал его из тайника и развернул. Тайноискатели затаили дыхание.

Они всматривались в рисунок, потом в насечки на подошве башмака мистера Вонюнга. Они всматривались изо всех сил, но все закончилось вздохом разочарования.

– Права Бетси, – сказал Фатти. – Крестики на подошве меньше по размеру, чем на моем рисунке. А зарисовал след я правильно, я сначала его точно измерил. Мне вообще удаются такие вещи, я никогда…

– Закройся, – посоветовал Ларри, который злился всякий раз, как Фатти начинал бахвалиться. – Все точно ты сказал – Бетси была права! Молодец, маленькая Бетси!

Бетси так и просияла. Она же обещала накрепко запомнить рисунок и выполнила свое обещание. Однако она не меньше других была разочарована тем, что Дейзи нашла не тот башмак.

– До чего же трудно быть Тайноискателем, – вздохнула Бетси. – Все время находим какие-то вещи, от которых либо толку нет, либо еще сильнее все запутывается. Пип, расскажи Ларри и Дейзи, что говорил бродяга.

– Да, вам обязательно нужно это знать! – спохватился Пип и принялся описывать всю историю с приходом бродяги. – Так что, как видите, дело превратилось в совершенную головоломку, – завершил Пип свой рассказ. – Бродяга действительно видел, как Пикс прятался в кустах, но еще к тому же слышал, как тот с кем-то перешептывался. Мог это быть старый мистер Вонюнг, а? Вы же говорите, что вечером он ходил на прогулку, а мы знаем, что и Пикса в это время не было дома. Не могли они договориться и вместе устроить пожар?

– Могли, – задумчиво согласился Ларри, – они наверняка друг друга знают, возможно, они в тот день встретились и решили проучить старого Хихикса за его хамство. Но как нам проверить, так ли это?

– Не зайти ли нам еще раз к мистеру Вонюнгу? – предложила Дейзи. – Нам же все равно нужно каким-то образом положить на место башмак. Нельзя же оставить его у себя. Кто-нибудь видел сегодня Пошлипроча?

Старину Пошлипроча никто не видел, и никому не хотелось увидеть его. Стали обсуждать, что делать дальше. Дело казалось запутанным и трудным. Хотя миссис Миннз и бродяга были вычеркнуты из списка подозреваемых, было совершенно непонятно, как узнать: поджег ли мастерскую Пикс или Вонюнг – или оба они вместе?

– Неплохо бы с Лили поговорить, – неожиданно сказал Фатти. – Она ведь может кое-что прояснить насчет Хорейса Пикса. Это же Лили написала письмо, чтобы предупредить его об опасности! Возможно, ей известно больше, чем нам кажется.

– Но Лили там в тот вечер не было, – возразила Дейзи. – У нее был выходной, она же сама сказала!

– А откуда мы знаем, что она не вернулась в дом Хихикса и не спряталась в саду? – стоял на своем Фатти.

– Похоже, половина поселка пряталась в этом саду в вечер пожара, – заметил Ларри. – Смотрите: в саду был бродяга, мы полагаем, что и мистер Вонюнг там был, нам уже точно известно про Пикса, а теперь еще и Лили!

– Все равно! Умора – представить себе, сколько там толклось народу, – ухмыльнулся Фатти. – И все-таки неплохо было бы сходить к Лили и хорошенько расспросить ее. Саму Лили я ни в чем не подозреваю, но хорошо бы узнать, не может ли она рассказать что-то важное для нас.

– Вообще-то мысль прекрасная, – поддержал его и Ларри. – Тьфу ты, тебя зовут обедать, Пип! Придется пока оставить наши дела. После обеда пойдем все вместе проведать Лили – можно опять захватить что-нибудь для кошки и котят. Но как нам быть с башмаком мистера Вонюнга? Когда мы его отнесем?

– Можно сделать это вечером, – сказала Дейзи. – Лучше, если бы ты отнес его, Ларри, когда стемнеет. Дверь в сад, наверное, будет открыта, ты тихонько проберешься в прихожую и поставишь башмак на место.

– Правильно, – решил Ларри и поднялся со скамьи. – Встречаемся после обеда, детективы! Кстати, Фатти, как твои синяки?

– Отлично, – горделиво ответил тот. – Могу показать!

– Сейчас нет времени, – увильнул Ларри, – после обеда посмотрим. Пока!

– Один уже пожелтел, – начал было Фатти, но Ларри и Дейзи уже бежали домой.

Бежали домой и Пип с Бетси, опасаясь, что им попадет за опоздание. Фатти тоже отправился обедать в сопровождении Бастера. Он очень надеялся, что после обеда сможет всем показать свои синяки.

Тайноискатели вновь сошлись в половине третьего. По дороге Дейзи зашла в рыбную лавку и купила рыбки для кошачьего семейства. Рыбный запах взволновал Бастера, и тот все домогался, чтобы Дейзи развернула бумагу. Про синяки Фатти никто и не вспоминал.

Обиженный Фатти мрачно сидел в сторонке, пока остальные придумывали, что сказать Лили. Бетси первой обратила внимание на выражение его лица и удивленно спросила:

– Что случилось, Фатти? Нездоров?

– Да ничего, – отмахнулся Фатти. – Немножко ломит все тело, больше ничего!

Дейзи глянула на него и вдруг прыснула от смеху.

– Фатти, бедненький! Мы же обещали посмотреть его синяки и забыли!

Теперь уже расхохотались все.

– Ты прямо как ребенок, Фатти, – снисходительно заметил Ларри. – Ладно, Толстячок, выше нос! Показывай синяки, а мы будем восхищаться каждым по отдельности – большими, средними и мелкими!

– Не стоит, – холодно ответил Фатти. – Нам пора, займемся делом. Надо прямо сейчас отправиться, а то не успеем вернуться к чаю.

– Обязательно надо посмотреть его синяки, когда вернемся, – шепнула Дейзи брату, – смотри, как он разобиделся!

И они пошли на поиски Лили. В этот раз дети не боялись мистера Хика, потому что незадолго до того Пип видел, как он уехал на машине.

– Кто-то один или двое пойдут разговаривать с миссис Миннз, – распорядился Ларри, – а остальным надо увести Лили в сад и там расспросить ее.

Однако все оказалось проще, чем думали следопыты. Миссис Миннз не было дома, и на кухне сидела одна Лили. Она обрадовалась, увидев детей и Бастера.

– Сейчас я вынесу Суити и котят в прихожую, – заторопилась она, – тогда можно будет впустить собачку. Я так люблю собак! Как его зовут? Бастер! Очень хорошее имя для собаки. Бастер! Бастер! Косточку погрызть желаешь?

Через минуту кошачье семейство было перенесено в прихожую, а Бастер занялся косточкой. Для детей Лили достала из буфета шоколад. Детям Лили понравилась – она была куда живей без миссис Миннз с ее придирками.

– Мы отыскали Хорейса Пикса и передали ему письмо, – сообщил Ларри.

– Я знаю, я от него сегодня получила ответ, – сказала Лили.

Она как-то неожиданно опечалилась.

– У него побывал этот противный мистер Гун и наговорил ему ужасных вещей. Хорейс сильно расстроился и не знает, что делать.

– А что, мистер Гун думает, будто это он поджег? – спросила Дейзи.

– Ну да, – подтвердила Лили. – Не только мистер Гун, об этом многие говорят. Но это неправда!

– Откуда вы можете знать? – усомнился Фатти.

– Знаю и все!

– Вы же уходили в тот вечер, – сказал Ларри, – а раз вас не было, вы и знать не можете, кто поджег, кто не поджигал! А вдруг Хорейс – вы же не знаете!

– Если вы не проболтаетесь, я вам скажу, – вдруг решилась Лили. – Обещаете не болтать? Повторите за мной: «слово чести – ни одной живой душе!»

Дети серьезно повторили слова, и Лили просветлела.

– Хорошо, теперь я вам скажу, откуда я знаю, что Хорейс ни в чем не виноват. Я знаю потому, что в пять часов мы с ним встретились и были вместе до десяти – в десять мне положено возвращаться сюда!

Дети уставились на нее. Вот это новость!

– Почему же вы не сказали про это? – спросил Ларри, приходя в себя. – Сказали бы, так никто бы не думал, что Хорейс поджег мастерскую.

Глаза Лили наполнились слезами.

– Потому что мама говорит – тебе еще рано думать о замужестве, но Хорейс Пикс любит меня, а я люблю его. Отец сказал, что отлупит меня, если увидит с Хорейсом, а миссис Миннз все время грозится: «Скажешь ему хоть слово, я все сообщу твоим родителям». Я боюсь сходить с ним в кино, а в доме мы с ним не разговариваем.

– Лили, бедняжка! – посочувствовала Дейзи. – Вот почему вы так испугались, когда все стали говорить, что он виноват – и вы решили предупредить Хорейса!

– Ну да! – Лили всхлипнула. – Если я расскажу, что в тот вечер мы были вместе, отец меня прибьет, а миссис Миннз может выгнать меня, и я потеряю работу. А Хорейс ничего не расскажет, потому что он боится за меня.

– И где вы были с ним? – спросил Фатти.

– Я поехала на велосипеде в сторону Уилмерс Грин. Примерно на полдороге к Уилмерс Грин живет сестра Хорейса, мы пили у нее чай, потом все вместе поужинали. Мы ей рассказали, что Хорейса уволили. Может быть, она договорится со своим мужем и Хорейс поработает у него, пока не подыщет себе постоянное место…

Слушая рассказ Лили, Фатти припоминал – ведь бродяга уверял их, что в, тот вечер он видел Хорейса в саду, значит, Лили что-то скрывает? Он внимательно посмотрел на нее.

– Вы уверены, что сюда Хорейс в тот вечер не заходил? – уточнил Фатти.

Дети сразу поняли смысл вопроса – они же знали, что бродяга видел Хорейса в саду.

– Нет, нет! – испуганно вскрикнула Лили.

Она в страхе переводила взгляд с одного на другого, комкая в руках платочек.

– Хорейс сюда не заходил. Говорю вам – мы были у его сестры. Можете спросить ее. Она подтвердит.

Теперь Ларри окончательно уверился, что Лили что-то скрывает от страха. Он решился действовать напрямик.

– Лили, – сказал он очень серьезно, – Хорейса видели в саду.

Лили смотрела на него огромными перепуганными глазами.

– Нет! Его никто не мог видеть! Просто не мог!

– Его видели, – повторил Ларри.

И Лили разрыдалась.

– Кто, кто мог его увидеть? Миссис Миннз с сестрой были на кухне. Мистера Хика не было дома, шофер уехал. Никого же не было, я же знаю!

– Откуда вы знаете, если и вы уходили? – спросил Ларри.

– Ну хорошо, я скажу, – Лили подавила рыдание. – Я действительно была в саду. Но только помните – вы дали слово чести! Дело было так: я поехала на велосипеде, мы с Хорейсом встретились, и он сказал, что забыл кое-что из своих вещей и хотел бы забрать их. Но попросить разрешения у мистера Хика он боялся. И тут я говорю ему: «Хорейс, мистера Хика нет дома, почему бы нам не съездить за вещами, пока он не вернулся?»

Дети слушали, затаив дыхание. Наконец-то правда открывалась им!

Комкая платочек, Лили продолжила свой рассказ:

– Мы выпили по чашке чаю и приехали сюда. Велосипеды мы оставили за изгородью. Нас никто не видел. Мы прошли за изгородью до сада мистера Хика, спрятались в кустах и стали осматриваться, нет ли кого поблизости.

Дети кивали. Бродяга говорил, что Пикс с кем-то перешептывался – значит, это была Лили!

Лили рассказывала дальше:

– Я услышала, как миссис Миннз переговаривается с сестрой, и поняла, что разговор будет бесконечный. Я предложила Хорейсу сходить и принести его вещи, но он непременно хотел сам войти в дом. Тогда я покараулила, пока он влезал в открытое окно, собирал вещи и уносил их в кусты. Потом мы опять сели на велосипеды и уехали. Вокруг не было ни души.

– И Хорейс не подкрадывался к мастерской? – спросил Ларри.

– Конечно, нет! – Лили пришла в негодование. – Во-первых, я бы видела, если бы он приблизился к мастерской. Во-вторых, он отсутствовал от силы минуты три, не больше. А главное – мой Хорейс не может совершить преступление!

– Ну что же, выходит, Хорейс вне подозрений, – сказал Ларри вслух то, что было у всех на уме. – Он попросту не мог поджечь. Как хорошо, что вы нам все рассказали, Лили. Да – но кто же все-таки совершил поджог?

– Мистер Вонюнг, больше некому! – ляпнула Бетси.

Слова Бетси произвели поразительный эффект: Лили взвизгнула и уставилась на Бетси с таким видом, будто не могла поверить собственным ушам. Лили по-рыбьи открывала и закрывала рот, не в силах выдавить ни звука.

– В чем дело? – изумился Ларри.

– Зачем она так говорит? – почти шепотом спросила Лили. – Откуда она знает, что мистер Вонюнг был здесь в тот вечер?

Теперь поразились дети.

– Вообще-то, – честно сказал Ларри, – у нас нет уверенности. Это только наше предположение. Но почему вы так разволновались, Лили? Что вы знаете? Может быть, вы видели мистера Вонюнга? Но вы же говорите, что вас с Хорейсом ни одна душа не видела!

– Правильно, нас никто не видел, но зато Хорейс видел кого-то! Когда он забрался в окно и пошел забирать вещи наверху, он заметил, что кто-то крадется через садовую дверь. И был это мистер Вонюнг.

– Ну и дела! – в один голос воскликнули Ларри с Фатти и переглянулись.

– Выходит, мистер Вонюнг все же побывал здесь в тот вечер, – сказал Ларри.

– Теперь понятно, почему он так испугался, когда ты спросил его, был ли он поблизости от дома мистера Хика в тот вечер, – подхватила Дейзи.

– Это он! – победно вскричала Бетси. – Теперь мы знаем – это был он! Он совершил преступление, он мерзкий старик!

– Вы тоже думаете, что это он поджег? – спросил Фатти у Лили.

– Я не знаю, – в замешательстве проговорила Лили. – Мне он кажется милым и тихим старым джентльменом, он всегда находит доброе слово для меня. Это так непохоже на него – сделать такую ужасную вещь, поджечь что-то. Не знаю… Зато я точно знаю, что мастерскую поджег не Хорейс!

– Верно, – согласился Ларри. – Он никак не мог ее поджечь. Лили, я понял, почему вы раньше ничего не хотели говорить – вы боялись. Но мы-то никому ничего не расскажем. Думаю, что нам следует теперь вплотную заняться мистером Вонюнгом!

– Без сомнения! – поддержал его Фатти. – Ну, надо сказать, и удачный у нас сегодня день!

ПОШЛИПРОЧЬ ПОЯВЛЯЕТСЯ НЕ ВОВРЕМЯ

Дети еще немного посидели с Лили, но им нельзя было опоздать к чаю и они стали собираться. Лили стало легче, когда она рассказала о своих бедах, и они расстались очень сердечно. На прощание Тайноискатели еще раз заверили Лили, что будут держать язык за зубами.

Чай пили всей компанией у Пипа, что было очень хорошо – можно было заодно обсудить дела. Все были в приподнятом настроении.

– Расследование продвигается, – сказал Пип, потирая руки, – расследование хорошо продвигается вперед! Мне кажется, что Хорейс Пикс не имел к этому никакого отношения. Совсем никакого! Уверен, что мистер Вонюнг поджег мастерскую. Не зря же он струсил, когда вы с Дейзи стали его расспрашивать, куда он ходил на прогулку в тот вечер. С чего бы ему трусить, если он не сделал ничего плохого?

– И он носит обувь нужного размера, хотя, конечно, рисунок на подошве не совпадает, – прибавила Дейзи.

– И у него вполне может быть другая пара, на которой рисунок совпадает, но он те башмаки прячет, опасаясь, что оставил следы, – вступил Фатти. – Почему нет, он мог.

– Мог, конечно, мог, – согласился и Ларри. – Вот найти бы того, у кого есть серый фланелевый костюм с дыркой, тогда бы уж и не осталось сомнений!

– И все-таки надо бы поискать другую пару башмаков, – сказала Дейзи. – Я думаю, они у него в кабинете. Он же сказал, что не разрешает мисс Миггл убирать там. Мистер Вонюнг мог забросить башмаки в шкаф, или спрятать за стопкой книг, или еще куда-нибудь девать их.

– Дейзи, а ведь это мысль! – обрадовался Ларри. – Мне кажется, ты права. Может быть, мне пробраться вечером в кабинет и поискать хорошенько?

– А разве можно лазить в чужие дома и рыться в чужих вещах? – усомнился Пип.

– Но и просить разрешения мы тоже не можем! – возразил Ларри. – Значит, у нас нет выбора. Мы не затеваем ничего дурного. Мы просто стараемся кое-что найти.

– Я-то понимаю, – ответил Пип, – но взрослые такой странный народ. Я уверен, что большинству из них не понравилось бы, чтобы дети искали улики по их домам.

– А что нам остается делать? Я не знаю, правда, не знаю! – Ларри пожал плечами. – И потом – башмак, который Дейзи утащила, нужно все равно поставить на место, так ведь?

Тут Пип не спорил.

– Да, это обязательно надо сделать. Только, смотри, не попадись.

– Не попадусь, – уверил его Ларри. – Тихо, твоя мама идет, Пип, давайте говорить о чем-нибудь другом!

Мама Пипа спросила Фатти, как он себя чувствует после падения, чем привела Фатти в полный восторг, поскольку остальные опять забыли про его синяки.

– Спасибо, я себя нормально чувствую, – вежливо ответил он, – но у меня просто удивительные синяки. Один похож на собачью голову, даже, знаете, на голову Бастера.

– На самом деле? – изумилась мать Пипа. – А посмотреть можно?

Фатти провел замечательные пять минут, один за другим демонстрируя свои синяки, в особенности тот, что напоминал собачью голову. Правда, увидеть в синяке собачью голову оказалось трудновато, но мать Пипа проявила большой интерес и к этому синяку. Дети хмурились. До чего надоедливы бывают взрослые! Столько было приложено стараний, чтобы отучить Фатти воображать и хвастаться, а теперь мать Пипа все испортила.

А Фатти уже рассказывал ей обо всех своих синяках – и про тот, который был похож на церковный колокол, и про другой – в форме змеи.

– У меня бывают удивительные синяки! – с гордостью заключил Фатти. – А эти какими сделаются завтра, когда пожелтеют!

– Пошли отсюда! – шепнул Ларри Пипу. – Сил моих больше нет! Фатти во всей красе!

Оставив Фатти за оживленной беседой с матерью Пипа, четверка выскользнула за дверь. Бастер не бросил хозяина и сидел рядом с ним, повиливая хвостом. Похоже, что хозяйские синяки занимали его не меньше, чем мать Пипа, взрослую женщину.

– Давайте на велосипедах покатаемся, – предложил рассерженный Пип, – а Фатти пусть себе болтает дальше. Терпеть я его не могу, когда он берется за эти свои штучки!

Когда мать Пипа ушла, а Фатти обнаружил, что его бросили одного в саду, он сильно удивился. Он никак не мог взять в толк, почему они уехали, и провел целый час в печальных размышлениях о том, как бывают люди недобры.

На вернувшихся детей Фатти обрушил поток обид:

– Вы что это? Не стыдно, что бросили меня? А ты, Пип? Разве так ведут себя, когда приглашают в дом к чаю? Дрянь ты, и больше ничего!

– Да ладно! Мы прикинули, что ты не меньше часа будешь хвалиться матери Пипа, – возразил Ларри. – Да не смотри ты на меня так свирепо. Как можно быть таким идиотом!

– Бросили меня здесь и помчались искать улики! – не унимался Фатти. – Я что – не Тайноискатель? Где вы были? Наверное, опять к Хорейсу Пиксу ездили или разговаривали с Лили? Свиньи вы после этого!

– Мы ни с кем не разговаривали! – Бетси сделалось жалко толстяка.

Бетси, самую маленькую, так часто не брали в игры, что она хорошо понимала, как противно, когда тебя оставляют одну.

– Просто катались на велосипедах, – объяснила она. Однако Фатти на этот раз чувствовал себя по-настоящему обиженным и оскорбленным.

– Не хотите и не надо, – буркнул он. – Я тоже больше не хочу быть Тайноискателем. Сейчас заберу мою зарисовку следа и уйду! Пошли, Бастер!

Бастера отпускать Тайноискателям не хотелось, да и Фатти тоже уже успел стать своим. К нему надо было только привыкнуть, тогда он даже нравился.

Дейзи устремилась вслед за Фатти.

– Да вернись ты, глупенький! Ты нам нужен, мы хотим решить, как быть с башмаком мистера Вонюнга. Ты тоже должен сказать нам, что думаешь! Я собиралась пойти к мистеру Вонюнгу и караулить, пока Ларри будет искать другую пару. Но Ларри меня не берет!

Все еще надутый Фатти, как бы нехотя, вернулся в компанию.

– Ларри, я все же думаю, что лучше мне пойти с тобой, – заявила Дейзи. – Фатти, скажи ты, разве так не лучше?

– Не лучше! – отрубил Фатти. – С Ларри не девчонка должна идти, а кто-то из ребят. Пойду я. Ты будешь вести поиск, Ларри, а я буду стоять на страже.

– Нет, я! – возразил Пип.

– Ты не сможешь незаметно удрать из дому, а Фатти сможет. Его родители не следят за каждым его шагом. Ладно, Фатти, решено – ты идешь со мной и стоишь на страже. Я думаю так – подожду примерно до половины десятого, потом проверю, ушел ли старый Вонюнг из кабинета. Пока он не уберется к себе в спальню, нет смысла начинать. С другой стороны, он может оказаться из тех людей, которые до трех часов ночи не спят! Надо будет все проверить.

– К половине десятого я тоже подойду, – обещал Фатти. – А тот башмак у нас где? В беседке? Пусть будет пока у меня, а то твоей матери захочется узнать, откуда у тебя чужой башмак. В полдесятого уже темно, и никто не увидит, что я несу.

Фатти повеселел, когда выяснилось, что для него нашлось настоящее дело. Перестав дуться, он принялся планировать с Ларри операцию.

– Я перелезу через забор в конце сада, – предложил Ларри, – а тебе, Фатти, лучше пройти по дороге к фасаду дома мистера Вонюнга, свернуть на подъездную дорожку и дальше по ней пройти за дом. За домом мы с тобой и встретимся. Ясно?

– Ясно, – согласился Фатти. – Я там заухаю по-совиному, чтобы ты понял, что я уже на месте.

– А ты умеешь ухать? – изумилась Бетси.

– Послушай.

Фатти сложил ладони, сунул оба больших пальца в рот и издал низкий колеблющийся звук, печальный и глухой, действительно как совиное уханье. Получилось потрясающе!

– Здорово у тебя получается, Фатти, – восторженно воскликнула Бетси.

Фатти повторил, и над садом понеслось совиное уханье. Он и вправду умел это!

– Ну просто здорово! – восхищалась Бетси.

Фатти уже раскрыл было рот, готовый объявить, что других птиц и животных он еще лучше изображает, но, вовремя перехватив взгляд Ларри, одумался и промолчал.

– Отлично, – сказал Ларри, – значит, все решено. Встреча в половине десятого за домом мистера Вонюнга, ты подаешь мне сигнал совиным криком. Я, скорей всего, буду прятаться в кустах и ждать тебя.

В тот вечер дети расходились по домам в сильном возбуждении. Фатти даже не стал ложиться. Ларри разделся и лег в постель, поскольку мама приходила укрыть его получше и поцеловать на ночь. Мама Фатти так не делала, поэтому он спокойно сидел себе в спальне, не раздеваясь, и читал книгу, чтобы скоротать время.

В половине десятого Фатти потушил свет и осторожно выглянул за дверь. Никого не увидев, он прокрался по коридору, сбежал по лестнице, выскользнул в садовую дверь. Оттуда – в гостиничный сад. Через полминуты Фатти уже был на улице и несся в сторону дома мистера Вонюнга, пряча под курткой башмак.

Фатти остановился у ворот. Дом был погружен в темноту. Фатти прошелся перед домом, чтобы удостовериться, что вокруг никого нет.

Фатти не заметил неподвижную фигуру под деревом у дороги. Он еще раз прошелся перед домом и был уже готов свернуть на подъездную дорожку, когда неожиданно ощутил тяжелую руку на плече.

У Фатти от испуга чуть сердце не разорвалось. Он ахнул – и выронил из-под куртки башмак.

– Хо! – послышался над его ухом слишком хорошо знакомый голос. – Хо! – и луч карманного фонарика осветил его лицо. – Хо! – громче произнес знакомый голос.

Это был голос Гуна. Это он стоял под деревом и с удивлением наблюдал, как Фатти появился на улице, как начал прохаживаться перед домом. Увидев, что нарушитель спокойствия – «из этих детей», полицейский удивился еще больше. Он наклонился и подобрал с земли башмак.

Этот предмет совершенно изумил его.

– Что это? – спросил полицейский.

– Похоже на башмак, – буркнул Фатти. – Отпустите меня! Права не имеете так хватать!

– Ты что тут делал с этим башмаком? – допытывался Гун.

– Сам точно не знаю, – правдиво ответил Фатти.

– Понахальничай мне еще! – полицейский тряхнул его за плечо.

Он перевернул башмак, увидел резиновую подошву – и его осенила та же мысль, которая раньше пришла в голову Дейзи, когда она впервые увидела крестообразный рисунок – след!

Мистер Гун рассматривал подошву, будто собственным глазам не верил.

– Где ты это взял? – спросил он. – Чей башмак?

Фатти набычился.

– Его нашли. Потом мне дали, – в конце концов выдавил он из себя.

– Ясно. Я пока что оставлю башмак у себя, – сказал мистер Гун, – а ты сейчас пройдешь со мной.

Вот как раз этого Фатти меньше всего хотелось. Неожиданным движением вырвавшись из рук полицейского, он помчался вверх по улице, добежал до угла и нырнул в переулок, в котором стоял дом Ларри. Сердце его колотилось, когда он, прокравшись в глубь сада, перевалился через забор на участок мистера Вонюнга.

Переведя дыхание, Фатти заухал по-совиному.

ЛАРРИ И ФАТТИ ИСПУГАЛИСЬ

Бедный Фатти! В следующий же миг у него снова чуть не выскочило сердце от страха – кто-то с силой ухватил его за руку! Фатти ожидал ответного сигнала, свистка или чего-то еще, но никак не предполагал, что Ларри окажется совсем рядом с ним, за соседним кустом.

– Ой! – тихонько вскрикнул Фатти.

– Тише, – шепнул Ларри. – Башмак с тобой?

– Нет, – ответил Фатти и поспешно объяснил, что с ним произошло.

Ларри мрачно выслушал его.

– Ты и вправду идиот! – буркнул Ларри. – Взять и отдать старому Пошлипрочу нашу лучшую улику. Теперь он поймет, что мы идем по тому же следу, что и он сам!

– Какая же это улика, – защищался Фатти. – Это же был совсем другой башмак! Мы думали, что это улика, но потом же оказалось не так! Что теперь говорить, Пошлипрочь отнял башмак, а я ничего не мог сделать! Он и меня хотел забрать в полицию, я насилу вырвался.

– Ладно. Теперь что нам делать? – спросил Ларри. – Пойдем в дом на поиски? В кабинете темно, наверное, старый мистер Вонюнг пошел спать.

– В дом! – решил Фатти. – Где тут дверь?

Дверь скоро отыскалась и, к большой их радости, оказалась не запертой. На кухне горел свет и мальчики подумали, что мисс Миггл еще там. Требовалась осторожность.

В дом проникли без труда. Ларри показывал дорогу в кабинет, где утром они с Дейзи беседовали с мистером Вонюнгом.

– Оставайся здесь на страже, – шепнул Ларри. – Если появится мистер Вонюнг или мисс Миггл – сразу дай знак. Я тогда открою в кабинете окно, если только оно откроется без шума, и выпрыгну в сад!

И Ларри проскользнул в кабинет. Он предусмотрительно захватил с собой карманный фонарик и начал шарить лучом по комнате. Сколько бумаг в этом захламленном кабинете! Бумаги и книги на письменном столе, бумаги и книги на полу и на стульях. Книжные шкафы до самого потолка по всем стенам и на камине тоже книги! Мистер Вонюнг был явно очень ученым человеком!

Но Ларри-то искал пару башмаков. Он доставал по нескольку книг с каждой полки и просовывал руку за них. Однако ему ничего не попадалось. Ларри поочередно заглянул за каждую стопу бумаги – опять ничего.

Фатти нес сторожевую службу в коридоре. Оглядевшись немного, он увидел стенной шкаф, в котором Дейзи разыскала тот башмак, и ему пришло в голову, что неплохо бы заглянуть туда. Дейзи ведь могла и не всю обувь осмотреть, вдруг нужная пара попадет в руки Фатти! И он залез в шкаф.

Фатти настолько увлекся разбором ботинок и сапог в шкафу, что не услышал, как в замке входной двери повернулся ключ. Не слышал он и как кто-то вошел в прихожую и тихо затворил за собой дверь. Вот почему он не сумел предупредить бедного Ларри об опасности – Фатти спохватился, лишь когда услышал, что мистер Вонюнг входит в кабинет и щелкает там выключателем.

Он спохватился слишком поздно! Ларри попался с поличным – он как раз сунулся в очередной книжный шкаф, не подозревая, что в кабинете он уже не один, но тут вспыхнул свет!

Ларри в ужасе отпрянул от шкафа. Он и мистер Вонюнг уставились друг на друга – Ларри с ужасом, а мистер Вонюнг в совершеннейшем изумлении.

– Грабитель! – яростно выкрикнул мистер Вонюнг. – Вор! Мерзкий мальчишка! Сейчас я тебя запру и вызову полицию!

Он ухватил Ларри неожиданно крепкой рукой и начал трясти его изо всех сил.

– Сэр, – взмолился Ларри, – простите меня, сэр!

Но мистер Вонюнг и слышать ничего не желал. Его бесценные бумаги были ему дороже жизни, и вид постороннего, который в них роется, привел его в такое бешенство, что слова потеряли для него смысл. Он поволок Ларри к двери в прихожую и, бормоча самые невероятные угрозы, вытолкнул его. Несчастный Фатти, сгорая от стыда за то, что не предупредил Ларри об опасности, дрожал от страха за тонкой дверцей шкафа.

– Отвратительный, мерзкий мальчишка! – донеслось до ушей Фатти. Мистер Вонюнг тащил Ларри вверх по лестнице, не обращая внимания на его протесты. – Сейчас я вызову полицию! – кричал он. – Пусть полиция разберется с тобой.

Фатти задрожал как осиновый лист. Мало того, что они попали впросак, но теперь еще Ларри рискует очутиться в лапах этого чудовища Пошлипроча!

Фатти слышал, как мистер Вонюнг втолкнул Ларри в комнату на втором этаже и запер его на ключ. На шум прибежала мисс Миггл, которая теперь старалась понять, что же происходит.

– Воры и грабители! – кричал мистер Вонюнг. – Воры в доме, вот что происходит! Я только что вернулся домой, прошел к себе в кабинет и застал там грабителей, они явились за моими бумагами!

Мисс Миггл, сразу вообразив себе двух-трех громадных разбойников, так и обмерла.

– Где же они? – пролепетала она.

– Заперты в кладовке наверху! – объявил мистер Вонюнг, чем поверг мисс Миггл в еще большее изумление. Она никак не могла поверить, что мистер Вонюнг сумел лично втащить громадных разбойников на второй этаж и запереть их в кладовку!

Мистер Вонюнг буквально трясся от волнения и пережитого шока, и мисс Миггл сказала ему успокоительным тоном:

– Сэр, вам лучше минутку посидеть спокойно и прийти в себя, а уж потом звонить в полицию! Посмотрите, сэр, вас же просто колотун бьет! Сейчас я принесу вам выпить чего-нибудь. Раз уж вы заперли этих бандитов, ничего с ними в кладовке не случится!

Мистер Вонюнг так и рухнул в кресло в прихожей. Сердце его сильно билось, и он с трудом переводил дыхание.

– Сейчас успокоюсь, – выдохнул он. – Ха! Я все же смог постоять за себя.

Мисс Миггл бросилась на кухню. Фатти вслушивался в каждый звук.

Фатти подумал, что мистер Вонюнг возвратился в кабинет, ему и в голову не пришло ничего другого. Откуда он знал, что мистер Вонюнг тихо сидит в кресле в прихожей у самой лестницы.

«Я должен попытаться выручить Ларри!» – в отчаянии думал Фатти. Отворив дверцу стенного шкафа, он сделал было рывок к лестнице. Мистер Вонюнг едва поверил собственным глазам, когда увидел еще одного мальчишку, да к тому же выпрыгнувшего из шкафа. Сколько же мальчишек набилось в его дом в этот вечер?

Он набросился на Фатти. Фатти завопил от страха. Он попытался взбежать по лестнице, волоча за собой злополучного мистера Вонюнга. Однако старик уже опомнился и, разъяренный видом, как он был убежден, еще одного вора, явившегося за его бумагами, вцепился в него как бульдог. Фатти сделал попытку подняться на ступеньку-другую, но мистер Вонюнг почти стащил с него куртку.

Фатти споткнулся и плюхнулся посредине лестницы. Мистер Вонюнг свалился на него, едва не придавив Фатти своим весом.

Несчастный Фатти взвыл от боли:

– Отпустите меня! Мне же больно!

Мисс Миггл выронила из рук стакан и вбежала в прихожую. Господи, да что же тут творится? Неужели дом переполнен разбойниками? Она влетела именно в ту минуту, как Фатти высвободился из-под мистера Вонюнга и покатился по ступенькам, завывая от боли.

Увидев, что перед ней просто мальчишка, мисс Миггл сурово спросила:

– Что все это значит? Кто тебе разрешил врываться в чужой дом? Как тебя зовут? Где ты живешь?

Фатти решил изобразить обиду и страдание. Мисс Миггл – добрая душа, может быть, она его отпустит, если подумает, что он не более чем дурной мальчишка, который расшалился не в меру.

Приняв это решение, Фатти громко заревел. Ларри сверху услышал рыдания и силился понять, в чем дело. Он забарабанил в дверь, еще больше усиливая шум и сумятицу Мисс Миггл окончательно запуталась.

– Он запер наверху моего друга, – рыдал Фатти. – Я хотел его выручить, а мистер Вонюнг на меня набросился, стал бить, с лестницы меня спустил! Вы только посмотрите, какие у меня синяки! Что мама скажет, когда увидит их! Она подаст в суд на мистера Вонюнга за избиение ребенка! Она в полицию обратится!

– Ну успокойся, ничего такого с тобой не случилось, – сказала мисс Миггл. – И не мог мистер Вонюнг, человек старый и незлой, спустить тебя с лестницы. Выдумщик ты, вот что!

– Нет, не выдумщик! Я правду говорю! – Фатти изо всех сил выжимал из себя слезы. – Я весь в синяках! Смотрите – вот, вот и вот еще! Позовите доктора, позовите доктора!

К изумлению мисс Миггл и к ужасу мистера Вонюнга, мальчишка в прихожей был действительно весь в синяках самого устрашающего вида – багровых, зеленых и желтых! Фатти все показывал свои ушибы, а они смотрели в недоумении. Откуда им было знать, что хитрец уже два дня ходит с ними?

– Мистер Вонюнг, – с упреком обратилась мисс Миггл к своему хозяину, – вы только посмотрите на бедного ребенка! Ну как же вы могли – он же еще маленький! И что теперь скажут его родители?

Мистер Вонюнг ужаснулся при мысли о том, что это он причинил такие ушибы маленькому мальчику. Несколько раз сглотнув, он, наконец, выговорил, стараясь не смотреть на Фатти.

– Ушибы надо чем-то смазать!

– Я этим займусь, пока вы будете звонить в полицию, – сказала мисс Миггл, вспомнив о страшных разбойниках, все еще запертых в кладовке наверху.

Однако мистеру Вонюнгу больше не хотелось звонить в полицию. Он был сконфужен и поэтому сказал:

– Пожалуй, мисс Миггл, лучше попросить, чтобы дети объяснили свое странное поведение в моем доме, прежде чем я стану звонить в полицию.

– Выпустите, пожалуйста, моего друга! – взмолился Фатти. – Мы не собирались ничего красть в вашем доме. Это была просто шутка, правда. Простите нас, хорошо? Если вы не вызовете полицию, мы ничего не расскажем нашим родителям. А я никому не покажу синяки.

Мистер Вонюнг откашлялся. Мисс Миггл смотрела на него.

– Значит, грабители и воры – это просто двое маленьких мальчиков? – изумилась она. – Господи, да вам нужно было меня позвать. Я все бы уладила без шума, без суматохи, без спускания ребенка с лестницы!

– С лестницы я его не спускал, – возразил мистер Вонюнг, поднимаясь на второй этаж, чтобы освободить Ларри из кладовки.

Когда все оказались внизу, мистер Вонюнг препроводил мальчишек в свой кабинет. За ними последовала мисс Миггл, неся какое-то снадобье, чтобы смазать ушибы Фатти. Ларри был поражен, но старался не подавать вида и ничего не говорил.

– Боже мой, – ахала мисс Миггл, смазывая синяки, – я в жизни не видела, чтобы у ребенка был такой ужас!

– У меня всегда бывают первоклассные синяки, – взялся было Фатти за свое, – один раз у меня был синяк, совершенно как церковный колокол!

– Что вам понадобилось в моем доме? – резко спросил мистер Вонюнг.

История синяков его явно не интересовала. Ларри и Фатти молчали, не зная, что им говорить. Действительно не знали.

– Вы должны ответить на вопрос мистера Вонюнга, – строго сказала мисс Миггл. – В том, что ничего хорошего в вашей затее не было, я не сомневаюсь. Будьте хорошими детьми и расскажите всю правду.

Но мальчики продолжали молчать. Неожиданно мистер Вонюнг потерял терпение.

– Либо вы мне объясняете, что вы тут делали, либо я передаю вас в руки полиции! – заявил он.

– Не знаю, что полиция скажет насчет моих синяков, – сказал Фатти.

– У меня такое впечатление, что синяки эти не сегодняшние, – возразил мистер Вонюнг, обнаруживая все большую и большую смекалку. – Мне известно, через какой срок синяки приобретают желтоватый оттенок. Это мисс Миггл не знает, а я знаю!

Дети молчали.

– Как вас зовут и где вы живете? – потребовал мистер Вонюнг, доставая ручку. – Я поговорю и с вашими родителями, и с полицией.

Мысль о том, что родители узнают об их делах, о том, как они ночью проникли в чужой дом, была пострашнее, чем перспектива общения с полицией. Ларри неожиданно сдался.

– Мы пришли, чтобы вернуть на место башмак, который унесли утром, – тихо проговорил он.

Мистер Вонюнг и мисс Миггл уставились на него, будто подумали, не спятил ли ребенок.

– Башмак? – переспросил мистер Вонюнг. – Почему вдруг башмак? И почему только один? О чем речь?

– Мы искали башмак, который совпадает со следом, – в полном отчаянии признался Ларри.

Мистера Вонюнга и мисс Миггл это признание привело в еще большее недоумение. Мистер Вонюнг нетерпеливо постучал ручкой по столу.

– Я желаю понять, о чем идет речь, – строго сказал он. – Даю одну минуту. Через минуту я звоню в полицию и вашим родителям тоже – если вы не представите мне полное и внятное объяснение вашего неслыханного проступка.

– Ничего не поделаешь, – обратился Фатти к Ларри, – нам придется рассказать ему всю правду, хотя этим мы его предупредим и он будет настороже.

– О чем вы говорите? – спросила мисс Миггл, удивление которой все возрастало.

– Я буду настороже! – воскликнул мистер Вонюнг. – Что вы имеете в виду? По правде говоря, мне начинает казаться, что вы оба не в своем уме!

– Мы в своем уме, – мрачно возразил Ларри, – но нам кое-что про вас известно, мистер Вонюнг. Мы знаем, что в вечер пожара вы побывали в доме мистера Хика.

Его слова произвели поразительное действие. Мистер Вонюнг уронил ручку на пол, он вскочил на ноги, очки сползли с его носа, а борода затряслась. Мисс Миггл от изумления раскрыла рот.

– Вы ведь там были, разве нет? – продолжал Ларри. – Вас там видели. И сказали нам.

– Кто вам сказал? – задыхаясь, выговорил мистер Вонюнг.

– Вас видел Хорейс Пикс, – ответил Ларри. – Он тоже побывал там в тот вечер, хотел забрать свои вещи до возвращения мистера Хика – и увидел вас. Как вы это объясните полиции?

– Мистер Вонюнг, сэр, что вы там делали в тот вечер? – вскричала мисс Миггл.

Бедняжка сразу подумала, что это ее хозяин поджег мастерскую.

Мистер Вонюнг опустился на стул и поправил очки.

– Мисс Миггл, – сказал он, – я вижу, вы заподозрили меня в поджоге коттеджа мистера Хика. Как такая мысль пришла вам в голову после стольких лет службы у меня, когда вам известно, что я мухи не обижу – вот этого я не могу понять!

– Но в таком случае, зачем вы все же туда пошли? – настаивала мисс Миггл. – Лучше скажите мне, сэр! Что бы вы ни сделали, я все равно буду заботиться о вас!

– Я не нуждаюсь в заботе! – довольно резко ответил мистер Вонюнг. – Я пошел к мистеру Хику с единственной целью – забрать документы, которые я у него забыл после той ссоры. Я действительно побывал в его доме, но к мастерской я даже и не приближался! Принес свои бумаги – вот они, на столе лежат. Я только сегодня утром показывал их этому мальчику и его сестре.

СЮРПРИЗЫ И ПОТРЯСЕНИЯ

Все трое не сводили глаз с мистера Вонюнга, который явно говорил им чистую правду.

– Вот оно что! – сказал, наконец, Ларри, – значит, вы туда пошли за бумагами! Значит, вы не прятались в канаве?

– Разумеется, нет! – возмутился мистер Вонюнг. – Я совершенно открыто прошел по подъездной дорожке, обнаружил, что дверь из сада открыта, вошел и взял мои документы. И отправился прочь. Разумеется, я не прятался, если не считать прятанием то, что я задержался у ворот, чтобы удостовериться, что вокруг никого нет.

– Вот оно что! – повторил Ларри.

Расследование зашло в тупик. Если мистер Вонюнг сказал правду, то в списке больше не осталось подозреваемых. Однако кто-то же совершил преступление!

– Но не будете ли вы любезны все же объяснить мне, зачем вы унесли из дому мой башмак? – спросил мистер Вонюнг.

Ларри все рассказал ему, а Фатти сообщил, у кого сейчас этот башмак. Мистер Вонюнг возмутился.

– Что за навязчивый полицейский! – воскликнул он. – Он сегодня весь день прохаживается перед моим домом. Я полагаю, что и он заподозрил меня в поджоге, а теперь он еще завладел моим башмаком. По-моему, вы двое заслуживаете хорошей трепки!

– Но, сэр, мы только хотели выяснить, кто поджег мастерскую! – объяснил Фатти.

Фатти подробно изложил мистеру Вонюнгу все, что проделали Тайноискатели. Мисс Миггл слушала рассказ с восторгом и удивлением. Она, конечно, была возмущена, что дети могли так долго подозревать мистера Вонюнга, но в то же время восторгалась тем, как они сумели собрать улики и составить список подозреваемых.

– Ну что же, – сказал мистер Вонюнг, выслушав все. – Я полагаю, вам пора по домам. Уверяю вас, что не имею никакого отношения к поджогу и не знаю, кто мог это сделать. Не думаю, что это сделал Хорейс Пикс. Скорее, тот старый бродяга. И советую вам предоставить полиции заниматься криминальными расследованиями. Дети едва ли могут справиться с подобными делами.

Мальчики поднялись на ноги.

– Очень сожалеем насчет башмака, сэр, – сказал Фатти.

– Я тоже сожалею, – сухо согласился мистер Вонюнг. – Внутри написано мое имя, так что мистер Гун, без сомнения, явится ко мне утром. Спокойной ночи. И постарайтесь на будущее снять с меня подозрения в поджогах, кражах, убийствах и тому подобном, хорошо? На самом деле я и есть безобидный старик, который ничем не интересуется, кроме своих бумаг!

Мальчики покинули дом мистера Вонюнга довольно удрученные. Не верить в то, что мистер Вонюнг не причастен к поджогу, они больше не могли. Но кто же все-таки поджег?

– Устал я, – признался Ларри. – Увидимся завтра у Пипа. Синяки твои нам очень пригодились, Фатти! Без них я и не знаю, как бы мы выкарабкались!

– Отлично смотрелись, а? – повеселел Фатти. – Ладно, спокойной ночи! Много сегодня было приключений!

Наутро все остальные слушали рассказ о приключениях с трепетом и изумлением. Но как все запуталось!

– Уму непостижимо! – вслух размышлял Пип. – Мы выясняем, что в тот вечер в саду было полно народу, но каждый приходил с определенной целью. Даже бродяга – он хотел стащить яйца из курятника. Но мы никак не можем установить, кто же на самом деле совершил поджог. Мог это сделать бродяга? Мог Хорейс поджечь мастерскую, хотя он был один не больше трех минут? А мистер Вонюнг – мог? Хорейс сказал, что видел его в доме, он забирал свои бумаги, но разве он не мог после этого поджечь коттедж? Мог!

– Конечно, мог, – ответил Ларри, – но только я почему-то уверен, что он не поджигал. Пойдемте в сад к старому Хихиксу и там все хорошенько обдумаем. Может быть, мы что-то упустили.

И они отправились. Лили как раз развешивала выстиранное белье, и дети свистнули ей из-за забора. Быстро оглядевшись по сторонам и увидев, что миссис Миннз поблизости нет, Лили побежала к ним.

– Лили, где именно вы с Хорейсом укрывались в кустах? – спросил Ларри. – Где канава около мастерской?

– Да нет, – сказала Лили и указала на кусты у подъездной дорожки. – Вон там. К канаве мы и не подходили.

– А старый Вонюнг говорит, что только у ворот постоял минутку… Но кто-то же в канаве побывал! – задумчиво проговорил Фатти. – Пошли еще раз посмотрим.

Они двинулись к канаве. Крапива уже успела расправиться, но все же можно было еще рассмотреть, где ее кто-то примял. Дети пролезли через кусты и еще раз осмотрели след там, где был срезан дерн. След тоже еще был виден.

– Вот что, – неожиданно сказала Дейзи, – обратите внимание, и этот след, и тот, что у перелаза, они ведут в одном направлении – к дому, но следов, которые вели бы от дома, нет нигде. Тот, кто прятался в канаве, он шел через поле к дому, а следов, ведущих в обратном направлении, нет!

– Ну и что, глупая ты, – возразил ей Фатти, – он же мог спокойно выйти через ворота. Ну, сдаюсь! Сегодня мне ничего не приходит на ум. Улики наши ничего не доказывают, все подозреваемые оказываются ни в чем не повинными людьми. Надоело идти по следу, который ведет в никуда. Давайте сегодня займемся чем-нибудь другим. Можем устроить себе пикник на целый день.

– Давайте, давайте! – поддержали Фатти Тайноискатели. – Надо только взять велосипеды! Поедем в Бернам Бичиз – там можно здорово провести время.

Но Бетси мать не отпустила, сказала, что восьмилетней девочке незачем так долго ездить на велосипеде.

– Она вообще что-то бледненькая, – заметила мать. – Оставьте Бастера здесь и пускай Бетси лучше погуляет с ним. Она любит гулять с Бастером.

Гулять с Бастером Бетси действительно любила, но какая же это замена пикнику! Фатти стало жаль ее, когда он увидел, как Бетси стоит у калитки и машет им вслед.

– Я привезу тебе первоцвет! – крикнул ей Фатти. – Целый букет привезу! А ты хорошенько смотри за Бастером!

Бастер только повилял хвостом: смотреть за Бетси собирался он сам, а не наоборот! Пес тоже опечалился, когда дети уехали на велосипедах без него, но Бастер же понимал, что не умеет так быстро бегать и за велосипедистами ему не угнаться.

Ночью прошел дождь, и на дорогах было грязно. Подумав, Бетси решила надеть резиновые сапожки и пошла за ними. Бастер пошлепал грязными лапами за ней.

– Жалко, Бастер, что ты не можешь надеть галоши или что-то в этом роде! – сказала ему Бетси. – Ты же весь перепачкаешься!

Гулять они отправились к реке. Бетси выбрала дорожку вдоль берега, потом свернула на поле, и они с Бастером зашагали к перелазу, около которого был найден тот потрясающий след. Бетси бросала для Бастера палки, которые он притаскивал ей, но камни не бросала, помня, что Фатти предупредил – о камень Бастер может зуб сломать. Наклонившись за очередной палкой, Бетси застыла в изумлении.

На мокрой дорожке перед ней ясно отпечаталась цепочка следов, совершенно таких же, как тот, который дети видели у перелаза! Бетси так хорошо запомнила следы – она столько раз изучала рисунок Фатти! Не было и тени сомнения: те же следы! Резиновые подошвы с крестообразным рисунком, с квадратиками на пересечении линий!

– Ты видишь, Бастер? – спросила, наконец, Бетси.

Ее сердце бешено стучало от волнения. Бастер подошел поближе, обнюхал след и, повиливая хвостом, поднял морду к Бетси.

– Бастер, дорогой, это ведь точно такие же следы, правда? – спросила Бетси. – И слушай, Бастер, поскольку ночью был дождь, значит следы оставлены совсем недавно, то есть здесь совсем недавно прошел тот человек, которого мы ищем, но не знаем, кто он. Как же нам поступить, а, Бастер? Я очень волнуюсь, а ты?

Бастер запрыгал вокруг девочки с таким видом, будто он понял каждое слово. Бетси постояла, всматриваясь в цепочку следов.

– Мы пойдем по этому следу, Бастер, – решила она, – вот как мы с тобой поступим! Пойдем по следу, понял? Я не знаю, давно ли проходил здесь этот человек, но не очень-то давно. Побежали, Бастер, вдруг нам удастся даже догнать его!

И девочка вместе с Бастером побежала по цепочке следов. Бастер бежал, опустив морду, потому что на самом деле он-то шел не по следам, а по запаху. Сначала по мокрой тропинке, потом через дорогу, откуда опять вела цепочка следов, потом по дорожке пошире и обсаженной деревьями. Здесь следы были не так отчетливы, но зато пригодился нос Бастера, который уверенно вел Бетси по запаху даже в тех местах, где следы пропадали.

– Какой ты умный пес, Бастер, – восхищалась Бетси. – Жалко, у меня нет такого чутья, как у тебя. Ты правильно ведешь, вот он, след, а там – другой! Смотри, Бастер, следы ведут к перелазу.

Бетси была права. Человек, оставивший следы, пробрался через изгородь, спрыгнул на другой стороне, пошел по полю. Бетси вконец разволновалась.

– Эти следы ведут в том же направлении, что и прежние! – сообщила она Бастеру. – Смотри, Бастер, теперь все зависит от твоего носа, потому что я не вижу следов на траве!

Бастер прямиком рванулся через поле, почти касаясь земли своим черным носиком. Он явно чуял запах того человека и шел по нему. Скоро они увидели перед собой мокрую глинистую проплешину, на которой башмаки на резине оставили четкие отпечатки.

– Мы с тобой правильно идем, Бастер, – ликовала Бетси, – нюхай же, нюхай и поторопись! Вдруг мы догоним его! Мне кажется, это совсем свежие следы!

Но следы не привели девочку с собакой к проходу в изгороди. Человек двинулся к другому перелазу, а оттуда – в переулок, где стоял дом Бетси! Однако у ворот мистера Хика человек свернул к нему во двор!

Бетси была поражена. Что же это – значит, человек, который поджег коттедж, сегодня возвратился к нему? Куда он пошел, к парадному крыльцу или к задней двери? Опустив голову, чтобы не отрываться от следов, Бетси шла по подъездной дорожке. Следы привели к парадному крыльцу, но тут отворилась дверь и сам мистер Хик предстал перед Бетси. Он в изумлении воззрился на нее.

– А ты здесь что делаешь? – спросил мистер Хик.

– Мистер Хик! – ахнула Бетси и, не подумав, что выдает секреты Тайноискателей, торопливо объяснила: – Я шла по этим следам, а они привели прямо к вашему порогу. Знаете, мистер Хик, очень важно выяснить, кто оставил эти следы? К вам кто-нибудь сегодня приходил?

Мистер Хик, все еще удивленный, нахмурил брови.

– Я ничего не понимаю! – сказал он, глядя на Бетси и на Бастера. – Почему, собственно, это так важно?

– Потому что, если бы я узнала, чьи это следы, я бы смогла сказать остальным, кто поджег вашу мастерскую!

Эти слова привели мистера Хика в совершеннейшее недоумение, и он довольно сурово глянул на Бетси.

– Пройдем в дом, – сказал он в конце концов. – Это просто непостижимо! Маленькая девочка идет по следам – что ты понимаешь во всем этом? Заходи. Нет уж, собаку оставь, пожалуйста, во дворе!

– Позвольте ему тоже войти, – попросила Бетси, – он будет хорошо вести себя, а если его оставить, он может поцарапать вашу дверь!

Таким образом, Бастер был тоже допущен, и скоро все трое сидели в кабинете мистера Хика, который был так же завален книгами и бумагами, как кабинет мистера Вонюнга.

– Ну вот, – мистер Хик старался говорить ласковым голосом, что ему давалось с трудом, – а теперь, девочка, ты мне расскажешь, почему ты шла по этим следам и что тебе о них известно. Возможно, мне тоже полезно это узнать.

Бетси, гордая тем, что солидный взрослый человек готов ее выслушать, начала выкладывать ему всю историю Тайноискателей и все, что им удалось сделать. Она рассказывала об уликах и о подозреваемых. Мистер Хик не проронил ни слова, слушая ее.

Все это время Бастер вел себя просто отвратительно. Он тянулся к мистеру Хику, обнюхивал его, старался добраться зубами до его ног. Мистер Хик сердился, но Бастер не оставлял его в покое. В конце концов Бетси пришлось взять его на руки. Когда Бетси закончила рассказ, упомянув даже об утренних событиях, она нетерпеливо спросила:

– А теперь вы мне скажете, кто побывал у вас сегодня утром?

– Что же, – медленно ответил мистер Хик, – выходит, что сегодня у меня были двое из ваших подозреваемых. Приходил за книгой мистер Вонюнг, и приходил Хорейс Пикс просить у меня рекомендацию.

– Значит, любой из них мог оставить эти следы, – сказала Бетси. – Но кто же все-таки был в башмаках на резиновой подошве с крестообразным рисунком? Хотя теперь по крайней мере мы знаем, что такие башмаки носит один из них двоих. Мистер Хик, вы никому не расскажете о том, что узнали сейчас от меня?

– Разумеется, никому, – ответил мистер Хик. – Оказывается, пока я был в городе, в моем саду побывала уйма народу, не так ли? Ну, доберусь же я до негодяя, который проделал эту гнусную вещь и сжег мои бесценные бумаги!

– Я, пожалуй, пойду, – сказала Бетси.

Она поднялась на ноги и опустила Бастера, который так и рванулся к мистеру Хику, обнюхивая его брюки, что совсем не понравилось их хозяину. Он пнул Бастера, собака завизжала.

– Не бейте его! – закричала Бетси. – Нельзя бить собаку ногами, мистер Хик, это жестокость!

– Иди домой и забирай с собой собаку, – ответил ей мистер Хик. – И вообще я вам, детям, советую не вмешиваться во взрослые дела. Пускай полиция занимается расследованием, это ее работа.

– Мы не можем бросить нашу работу, – возразила Бетси, – мы же Тайноискатели!

Бетси пошла с Бастером по дорожке, где опять рассмотрела следы. Они вели к крыльцу и от крыльца. Как хотелось Бетси узнать, кто их оставил – мистер Вонюнг или Пикс! Скорей бы остальные возвращались с этого пикника. У нее просто сил не было ожидать их, чтобы сообщить потрясающие новости. Бетси не знала, как они отнесутся к тому, что она все рассказала мистеру Хику. Но ему-то можно было рассказать – он же заинтересован в оказании им помощи. К тому же Бетси была уверена, что он сдержит слово и никому не разболтает.

Компания возвратилась уже после того, как в доме выпили чай. Все были очень довольны прекрасным днем в Бернам Бичиз, хотя и немного устали там. Фатти привез для Бетси огромный букет первоцвета.

Бетси с нетерпением ждала минутки, когда она сумеет сообщить им новости. Она больше не могла молчать, но едва она приступила к рассказу, как судьба преподнесла Тайноискателям пренеприятный сюрприз.

В саду появилась мать Пипа и Бетси, а рядом с ней – Пошлипрочь, который вышагивал с довольным, но грозным видом.

– Старина Пошлипрочь? – поразился Ларри. – Что ему надо?

Что надо полицейскому, выяснилось достаточно быстро! Мать Пипа заговорила с детьми весьма и весьма строго:

– Дети, мистер Гун пришел, чтобы рассказать мне о ваших совершенно невероятных проделках в последние дни. Я едва поверила своим ушам.

– А что такое? – спросил Пип, мрачно поглядывая на полицейского.

– Не смей так хмуриться, Пип! – резко одернула его мать. – А дело в том, что вы все зачем-то вмешались в дела, которыми заниматься должна только полиция! Даже Бетси – и она туда же! Я не понимаю, что происходит. Мистер Гун говорит мне, что дошло до того, что прошлой ночью Ларри и Фредерик ворвались в дом к мистеру Вонюнгу? Что ваши родители должны теперь думать? И даже малышка Бетси ходит по каким-то следам и воображает себя детективом!

– Кто сказал это мистеру Гуну? – не выдержала Бетси. – Об этом знаю я одна – и еще мистер Хик!

– Вот мистер Хик и позвонил мне. Я только что был у него, – с большим достоинством разъяснил мистер Гун. – Он рассказал мне обо всех ваших проделках… суете носы куда не надо!

Бетси громко разрыдалась.

– Но он же мне пообещал, что никому не расскажет! Он же мне слово дал! Он мерзкий, мерзкий человек! Нарушает собственное слово! Я ненавижу его!

– Бетси, как ты ведешь себя! – рассердилась мать.

– Конечно, Бетси ведь не может, чтобы не пойти и не проболтаться! – хмуро пробормотал Пип. – Вот что вышло из того, что ее взяли в Тайноискатели. Идиотка маленькая! Все разболтала мистеру Хику, тот позвонил Пошлипрочу, и теперь мы все влипли!

– Ты что там бормочешь, Пип? – спросила мать. – Кто такой Пошлипрочь?

– Мистер Гун, – сказал Пип вызывающе. – Он всегда обращается к нам с такими словами.

– Хо! – сказал мистер Гун, раздуваясь, как рассерженная жаба и сердито пуча глазищи. – Хо! Я вечно натыкался на вас, вы вечно болтались, где не надо. А теперь послушайте, что я вам скажу!

Детям ни оставалось ничего, кроме как выслушать мистера Гуна. Бетси продолжала рыдать, остальные стояли красные и злые. Один лишь Бастер ни на что не обращал внимания и весело обнюхивал Пошлипроча, который время от времени отпихивал его ногой.

Пошлипрочу было что сказать по поводу «носов, которые суются», по поводу «маленьких надоед», по поводу «помех, чинимых властям». Свою речь он закончил угрозой:

– Если я еще раз увижу, что вы суете носы не в свои дела, или если мистер Хик еще раз пожалуется мне на вас – у вас будут очень серьезные неприятности. Хо, очень и очень серьезные неприятности! Что касается вас, мастер Лоренс и мисс Дейзи, а также вас, мастер Фредерик, то вашим родителям я сообщу особо обо всем. И запомните мои слова – вы пожалеете, если будете вмешиваться в отправление законов.

– Мы не вмешивались, – в отчаянии сказал Пип, – мы хотели помочь!

– Лучше помолчать, пока не спросят! – величественно произнес мистер Гун. – Детям незачем помогать в таких вещах. Это может только закончиться неприятностями для них. Очень серьезными неприятностями.

С этими словами мистер Гун покинул их вместе с матерью Пипа и зашагал прочь – дородное воплощение справедливости в темно-синем мундире.

ОЧЕНЬ СТРАННЫЕ ОТКРЫТИЯ

Едва мистер Гун удалился, как на Бетси обрушилась буря гнева.

– Дура! – выкрикнул Пип. – Пошла и все выболтала старому Хихиксу!

– Честно, Бетси, ты же все погубила, – сказала Дейзи.

– Конец тайноискательству, – печально проговорил Ларри. – Не надо было брать маленьких, таких, как Бетси. Все пропало.

Бетси зарыдала во весь голос. Фатти стало жалко ее, и хотя он не меньше других был удручен крахом планов и надежд, он приобнял малышку за плечи и сказал ей:

– Не плачь, Бетси. Мы все делаем глупости. Должен признать, вы с Бастером ловко прошли по этому следу. Как бы я хотел узнать, кто ходит в этих башмаках – Пикс или Вонюнг!

Мать Пипа вернулась к ним и с прежней строгостью сказала:

– Надеюсь, что вам стало стыдно своего поведения. Я хочу, чтобы вы все вместе отправились к мистеру Хику и извинились за то, что вмешивались в его дела. Не сомневаюсь, что он очень сердит на вас – вы же каждый день болтались в его саду!

– Мы ничего плохого не сделали, – возразил Пип.

– Не в этом дело, – ответила мать. – Хоть вы и дети, но должны понимать, что совершенно недопустимо заходить в чужой сад или в чужой дом без разрешения. Вы сию минуту пойдете к мистеру Хику и извинитесь перед ним. Я сказала – идите сию минуту!

Дети поплелись по улице в сопровождении Бастера. Идти так не хотелось! Им было противно извиняться перед человеком, которого они презирали. Ну не мерзость ли это – взять и выдать бедную Бетси, после того, как он дал слово, что ничего не расскажет?

– Гнусный старикан, – сказал Ларри, и все с ним согласились.

– Мне теперь все равно, кто поджег его мастерскую, – прибавил Фатти, – я очень рад, что ее сожгли вместе с его драгоценными бумагами.

– Нельзя так говорить, – упрекнула его Дейзи, которая думала то же самое именно в ту минуту.

Дети поднялись на крыльцо и позвонили в дверь. Бетси показала на следы, Тайноискатели всмотрелись в них. Бетси была права: следы выглядели совершенно так же, как на рисунке Фатти. Какая жалость, что они вынуждены оставить поиск преступника, когда они его почти поймали!

Дверь открыла миссис Миннз, которая удивилась появлению маленькой компании. Суити, крутившаяся у ее ног, при виде Бастера удрала с задранным хвостом.

– Будьте добры, скажите мистеру Хихиксу, ой, извините, мистеру Хику, что мы хотели бы видеть его, – сказал Ларри.

Миссис Миннз удивилась еще больше, но не успела ничего ответить – из кабинета донесся резкий голос.

– Кто там, миссис Миннз?

– Пятеро детей и собака, сэр, – пролепетала миссис Миннз. – Они говорят, что хотели бы видеть вас, сэр.

После паузы голос сказал:

– Пусть они войдут.

Дети в сопровождении Бастера торжественно проследовали в кабинет мистера Хика. Мистер Хик сидел в глубоком кресле, скрестив ноги. Хохолок на его голове выглядел очень грозно.

– Вы зачем пришли? – спросил он.

– Мама сказала, мы все должны извиниться перед вами! – ответил Пип.

И дети в один голос плаксиво пропели:

– Простите, мы больше не будем!

– Хм-м, надеюсь, что нет! – сказал мистер Хик уже не так сердито, как раньше.

Но тут не выдержала Бетси:

– Что же вы обещали никому не рассказывать? Вы не сдержали слово!

Мистер Хик не считал, что следует держать слово, данное маленькому ребенку, поэтому он не чувствовал себя виноватым и не собирался оправдываться. Он, похоже, собирался сказать что-то другое, но в эту минуту над садом совсем низко пролетело несколько самолетов. Рев моторов заставил мистера Хика подпрыгнуть, и Бастер зарычал. Ларри подбежал к окну. Он хорошо разбирался в самолетах и мог определить их тип, когда они пролетали над головой.

– Опять «Темпесты»! – крикнул он. – Я их всего второй раз здесь вижу! Смотрите, какое у них интересное хвостовое устройство!

– Они здесь пролетали дня два-три назад, – с интересом откликнулся мистер Хик. – Я видел. Тогда их было семь. Сейчас тоже семь?

Ларри сосчитал самолеты. Дети сгрудились у окна, все, кроме Фатти. Фатти не смотрел в окно. Он смотрел на мистера Хика, и его лицо выражало полное недоумение. Фатти открыл было рот, но закрыл его, так ничего не произнеся. Он не сводил глаз с мистера Хика и явно о чем-то напряженно думал.

«Темпесты» с низким ревом снова пролетели над поселком.

– Пойдемте посмотрим! – позвал Ларри. – С улицы лучше видно! До свидания, мистер Хик.

– До свидания. И впредь больше не шпионьте и не вмешивайтесь в дела взрослых, – напыщенно сказал мистер Хик. – Мастерскую, скорее всего, поджег Хорейс Пикс. Полиция скоро предъявит ему обвинение. На нем были башмаки на резине, когда он утром заходил ко мне, и, без сомнения, это его следы остались на дорожке.

– Вот как, – сказали дети.

Им было очень жалко бедняжку Лили. Что с ней будет, когда она узнает. Один Фатти промолчал, продолжая странно смотреть на мистера Хика. Дети вышли на улицу, но «Темпесты» уже улетели и только откуда-то издалека доносилось затихающее ворчание моторов.

– Ну все, отделались, – с облегчением вздохнул Ларри. – До чего же мне было противно извиняться перед этим мерзким старикашкой! Но, видимо, все-таки сделал это Пикс, в смысле коттедж поджег.

Фатти упорно молчал все время, пока компания шла к реке – решили прогуляться перед ужином. Бетси взглянула на Фатти.

– Ты что такой странный, – спросила она, – синяки болят?

– Да нет, я про них и забыл, – ответил Фатти, – я думаю про очень и очень странные вещи!

– О чем? – сразу заинтересовались все.

Фатти остановился и показал пальцем наверх.

– Самолеты видели? – спросил он.

Все закивали.

– «Темпесты», верно? – продолжал Фатти. – Они всего второй раз пролетели над Питерсвудом сегодня. А в первый раз они тут летали во второй половине того дня, когда был пожар!

– Ну и что? – нетерпеливо переспросил Ларри – Что ж тут особенно странного?

– Ты послушай, – вел свою линию Фатти. – Когда мы заговорили про «Темпесты», что мистер Хик сказал? Он сказал, что видел, как они пролетали в первый раз два-три дня назад, что он их сосчитал и вышло семь. Совершенно правильно – их и было семь.

– К чему ты ведешь? – недоуменно нахмурился Пип.

– Я веду к очень и очень странным вещам, – стоял на своем Фатти. – Где был мистер Хик в вечер пожара?

– В лондонском поезде, – ответил Ларри.

– Так как же он мог видеть и пересчитать самолеты, которые пролетели здесь? – парировал Фатти.

Дети ошеломленно молчали. Ларри первый прервал молчание.

– Это до крайности странно, – сказал он. – «Темпесты» всего дважды пролетели над Питерсвудом – об этом все говорили. И раз Хихикс их видел в тот день, значит, он находился здесь!

– Но шофер поехал встречать его к лондонскому поезду и Хихикс сошел с этого поезда, – возразила Дейзи. – С другой стороны, из поезда он самолеты видеть не мог, потому что, когда они пролетели, поезд только-только выходил из Лондона.

– Таким образом, – победоносно объявил Фатти, – у Тайноискателей опять появляется подозреваемый – не кто иной, как сам мистер Хик!

– Как же так, – поразилась Бетси, – он не станет поджигать свою же мастерскую!

– Вполне мог поджечь, чтобы получить страховку за свои бесценные бумаги, – объяснил ей Фатти. – Бумаги, наверное, продал, потом поджег мастерскую и поднял крик, что бумаги сгорели, и рассчитывал получить за них деньги со страховой компании. Так иногда делают. Но неужели мы его поймали?

– Никому нельзя об этом рассказывать, – предупредила Дейзи.

– Ну уж это точно, – поддержал сестру Ларри. – Но как нам быть дальше?

– Сначала надо узнать, каким образом мистер Хик очутился в лондонском поезде в тот вечер, – предложил Фатти. – Послушайте, мы же совсем близко от железной дороги. Лондонские поезда как раз проходят по ней. Скоро пойдет один из них. Давайте посмотрим.

Дети забрались на забор, ограждавший железнодорожное полотно, и стали ждать. На горизонте показались клубы дыма, потом они увидели мчащийся поезд. Однако, приблизившись к стрелке, поезд начал замедлять ход, пока не остановился совсем.

– Знаете, – сказала Бетси. – А ведь он всегда здесь останавливается. Может быть, ему нужна вода. Только я уже давно обратила на это внимание.

Поезд был слишком далеко, и понять, из-за чего именно он остановился, дети не могли. Скоро паровоз опять запыхтел и потащил вагоны. Бастер удрал от него за кусты, перепугавшись грохота.

Фатти опять погрузился в глубокое раздумье. Задумался и Ларри.

– Вот что, – сказал, наконец, Фатти, – как вы думаете, может человек дождаться здесь поезда, в темноте залезть в пустой вагон и поехать как ни в чем не бывало, а? Если у него сезонный билет, то на питерсвудской станции никому в голову не придет заподозрить, что он не из Лондона приехал!

– Верно, Фатти! – закричал Ларри. – Я как раз об этом же и подумал! Хихикс вполне мог именно так поступить. Сделал вид, что уезжает в Лондон, потихоньку вернулся, спрятался в канаве – где и оставил эти следы – поджег мастерскую, улизнул на железнодорожное полотно, дождался, пока остановится поезд, который останавливается всегда, в темноте забрался в пустой вагон, а потом спокойненько вышел на станции – а там его ожидал в машине шофер!

Чем больше размышляли дети, тем больше они уверялись в том, что мистер Хикс мог сделать именно так.

– Я считаю, – сказала Бетси, – что человек, способный нарушить слово, способен на что угодно, просто на что угодно!

– Что это с Бастером? – удивился Фатти.

Из-за купы деревьев неподалеку слышалось возбужденное тявканье и повизгивание.

– Бастер! Бастер! – позвал Фатти. – Что такое? Кролика нашел?

Бастер громко взвизгнул и скоро появился, таща в зубах что-то черное и грязное.

– Что он тащит? – удивилась Бетси.

– Старый башмак! – воскликнула Дейзи со смехом. – Бастер, зачем тебе понадобился башмак?

Бастер направился прямо к Бетси и положил башмак у ее ног. Задрав морду и виляя хвостиком, он смотрел на девочку с таким видом, будто пытался ей что-то объяснить. Бетси взяла в руки башмак. Перевернула его.

– Смотрите! – завопила Бетси. – Это он! Тот самый башмак, от которого остались следы!

Компания так и попадала с забора. Бетси не ошиблась. Тот самый башмак!

– Конечно, Бастер ведь шел по следу, и он запомнил запах, а учуяв этот запах под деревьями, отыскал башмак и принес его мне, – объяснила Бетси. – Мы с Бастером вместе шли по следу, понимаете! И еще – теперь я догадалась, почему он так обнюхивал ноги мистера Хика, когда мы были у него дома. Бастер учуял знакомый запах!

– Умница, Бастер, – Фатти погладил собаку. – А где второй башмак, старик? Ищи, ищи!

Бастер ринулся за куст и принялся с ожесточением скрести лапами под ним. Очень скоро показался второй башмак, который Бастер торжественно принес Фатти.

– Странные дела! – воскликнул Фатти. – Но я думаю, что после того, как Бетси рассказала старому мистеру Хику про следы, он испугался, унес и закопал башмаки на случай, если полиция станет искать их в его доме или кто-то увидит их на нем. А наш умный Бастер взял и нашел их! Ах ты моя умница! Завтра получишь большую кость, большую, вкусную кость, понял?

– Отлично, но что мы делаем дальше? – спросил Ларри, выбираясь на тропинку. – Сообщать в полицию смысла нет. Нас опозорили, и теперь нам никто не поверит. Рассказывать родителям тоже толку мало. Нам и так от них попадет.

– Давайте посидим у речки и все хорошенько обсудим, – предложил Пип. – Нам просто необходимо принять решение. Дело принимает серьезный оборот.

НЕОЖИДАННЫЙ ДРУГ

Дети отправились по тропинке, которая вела к реке. Найдя укромное местечко на высоком берегу, они уселись. Бастер немного поворчал, но сел рядышком.

– Ты что рычишь, Бастер! – спросила Бетси. – Тебе не хочется сидеть?'

Бастер снова заворчал, но потом угомонился. Дети начали разговор.

– Странное положение, – сказал Пип. – Мы нашли человека, который совершил поджог, мы собрали все факты, мы знаем, как он оказался в лондонском поезде, мы знаем, что он носит башмаки, совпадающие с отпечатками, мы знаем, что он испугался и башмаки спрятал, но мы их отыскали, и, наконец, мы знаем причины, приведшие остальных подозреваемых в тот вечер в сад. Мы знаем все – но не можем ничего сделать, потому что мистер Гун наверняка припишет все заслуги себе!

– Верно, поэтому нет смысла сообщить в полицию, – хмуро согласился Фатти. – И нет смысла рассказывать родителям, потому что они обязательно позвонят мистеру Гуну. Ну не отвратительно ли это – мы расследовали преступление, мы выяснили буквально все, но не можем наказать преступника. Мерзкий Хик! Он заслуживает наказания. Какой мерзавец: когда почувствовал, что нам слишком много известно, пытался свалить вину на бедного старину Пикса, а?

Все согласились.

– Но интересно, как он себя выдал этими самолетами! – заметил Ларри. – Фатти молодец, что сразу обратил на это внимание!

– И вправду молодец! – горячо поддержала брата Дейзи.

Фатти стал сразу раздуваться от гордости.

– Я же вам говорил, – начал он, – я же очень смышленый. – Например, в школе…

– Закройся, Фатти! – хором закричали дети.

Фатти подчинился и смолк, испытывая тем не менее удовлетворение от того, что Тайноискатели оценили его заслуги.

Тайноискатели продолжали рассуждать и о сожженном коттедже, и о подозреваемых, и об уликах, но тут Бастер начал так сердито и громко рычать, что вызвал общее недоумение и удивление.

– Что с Бастером? – спросила Бетси. – Может быть, у него заболел живот или еще что-нибудь?

Она не успела и договорить, как из-за выступа появилась большая круглая голова. Лицо показалось детям добрым, глаза смотрели умно и весело.

– Ой! – сказал кто-то.

– Извините, – сказала голова, – я вас, кажется, напугал. Дело в том, что я сидел у самой кромки воды и удил рыбу. Это мое любимое местечко. Вы понимаете, что я сидел очень тихо, чтобы не распугать рыбу. Но не слышать того, о чем вы тут говорили, я просто не мог. Это так интересно, крайне интересно, простите меня!

Бастер заливался лаем, и дети едва слышали, что говорит незнакомец. Он вскарабкался на берег рядом с детьми, и они увидели, что это очень рослый мужчина, плотный и сильный. На нем был твидовый костюм и огромные коричневые башмачищи.

Усевшись, он извлек из кармана плитку шоколада, разломил на кусочки и угостил детей. Он им понравился.

– Значит, вы все слышали? – спросила Бетси. – А ведь это секрет. Понимаете, мы – Тайноискатели.

– Чайноискатели? – поразился человек. – Вы ищете чай?

Дети захихикали.

– Мы ищем тайны! – пояснила Дейзи. – Мы их расследуем.

– Понял, – сказал незнакомец, раскуривая трубку.

Бастер уже успел расположиться к новенькому и даже лизнул ему руку. Рослый человек потрепал собаку.

– Позвольте мне вам сказать, надеюсь, вы меня правильно поймете, я тоже некоторым образом связан с тайноискательством, – объявил он. – Мне тоже приходится расследовать тайны. Чрезвычайно интересное занятие – полагаю, вы согласитесь?

– Ну еще бы! – дружно поддержали его дети.

– Насколько я могу судить, вы в данное время оказались в затруднительном положении? – он запыхтел трубкой. – Вы отыскали ключ к загадке, но не можете сообщить о своих результатах? Верно?

– Да, – ответил Ларри. – Видите ли, полицейский, мистер Гун, он нас не любит и нажаловался нашим родителям на нас. По правде говоря, мы кое-что, конечно, натворили, но мы же не баловались, а полезное дело хотели сделать. Я в том смысле, что мы хотели найти преступника, который поджег мастерскую мистера Хика.

– А теперь, когда вы его нашли, вы должны молчать, – он снова пыхнул трубкой. – Крайне неприятно, крайне. Расскажите мне подробней о вашем расследовании. Как я уже сказал, я сам некоторым образом причастен к тайноискательству и очень люблю по-мужски поговорить о тайнах – ну вы меня понимаете.

Дети во все глаза смотрели на рослого, плотного мужчину. Он тоже смотрел на них острым взглядом. Его глаза искрились, рука поглаживала Бастера. Ларри оглянулся на остальных.

– Я думаю, мы можем рассказать ему обо всем, а? – спросил Ларри.

Все согласно кивнули. Здоровенный рыбак внушал им доверие, дети чувствовали, что уж он-то их секреты не выдаст.

И Ларри принялся излагать всю историю расследования. Время от времени ему помогали Дейзи, Фатти и Пип. Незнакомец слушал внимательно, изредка задавая вопросы, понимающе кивая головой.

– А ты толковый детектив, – одобрительно отметил он, обращаясь к Фатти, когда Ларри дошел до рассказа о том, как мистер Хик выдал себя упоминанием о «Темпестах», которые он видел в вечер пожара. Фатти так и зарделся от удовольствия, а Бетси сжала его руку.

Наконец, повествование было завершено. Незнакомец выбил трубку и оглядел детей.

– Позвольте заметить – отлично проведенное расследование! – улыбнулся он. – Я поздравляю Пятерку Тайноискателей и собаку. Я думаю, что могу вам немного помочь.

– Чем? – спросил Ларри.

– Так, надо снова задержать бродягу, – продолжал незнакомец. – Из вашего рассказа похоже, что он видел и мистера Хика в саду, когда тот прятался в канаве, а это крайне ценное свидетельство. Но дело в том, что полицию придется обо всем уведомить.

Дети уныло переглянулись. Они сразу подумали о том, как поведет себя Пошлипрочь, как он начнет говорить, что сам провел расследование.

– Где уж нам опять найти того бродягу, – вздохнул Ларри. – Теперь его ищи-свищи.

– Я вам найду его, – пообещал мужчина.

– А старина Пошлипрочь, то есть, я хочу сказать, мистер Гун даже выслушать нас не пожелает, – хмуро добавил Фатти.

– Я позабочусь о том, чтобы он вас выслушал, – сказал удивительный человек, поднимаясь на ноги. – Положитесь на меня. Зайдите завтра в десять в ваш полицейский участок, хорошо? Я буду ждать вас, и мы славно завершим это дело.

Он забросил удочку на плечо.

– У нас получилась интересная беседа, – заключил он. – Надеюсь, вы согласитесь, полезная и для вас, и для меня.

Он зашагал в вечернем сумраке. Дети проводили его глазами.

– Завтра в десять в полицию, – поежился Фатти. – И что там будет? И как этот человек собирается найти бродягу?

Этого никто не знал. Ларри глянул на часы и подскочил.

– Опоздали! Ну теперь всем попадет! Бежим скорее! Они помчались по домам, да так, что Бастер насилу поспевал да детьми.

– Всего! – крикнули они друг другу. – Завтра в десять – без опозданий.

КОНЕЦ ТАЙНЫ

На другое утро Пятерка Тайноискателей и собака явились в полицию точно в назначенное время. Они принесли с собой улики – так сказал незнакомец. Взяли все: зарисовку следа, сделанную Фатти, лоскуток серой фланели в спичечном коробке и башмаки на резине, которые отыскал Бастер.

– Это единственная улика, которая нам там и не пригодилась, – сказал Ларри, открывая спичечный коробок. – Мы не сумели выяснить, кто носил серый костюм, верно? С другой стороны, тот, кто пролез сквозь изгородь, был в этом костюме. Возможно, мистер Хик в тот вечер надевал серый костюм, а потом перестал его носить, потому что сколько мы его видели, он всегда был в темно-синем.

Порог полицейского участка дети переступили с некоторым страхом. Там они увидели мистера Гуна, который сидел без шлема, и еще одного, незнакомого полицейского. Дети застыли, ожидая, что мистер Гун скажет им: пошли прочь!

Но он поступил совершенно по-другому. Он настолько вежливо предложил детям садиться, что те изумленно переглянулись. Сели. Бастер немедленно отправился обнюхивать полицейские брюки, а Пошлипрочь даже не отпихнул его.

– Нам сказали, что нас здесь будут ждать, – неуверенно начал Фатти.

Пошлипрочь кивнул:

– Он сию минуту прибудет.

В это самое время к участку подъехал маленький полицейский автомобиль, и дети вытянули шеи, полагая, что увидят своего вчерашнего приятеля. Но в машине его не было.

В машине был другой знакомый им человек – старый бродяга! Вид у него был довольно испуганный, и он что-то бурчал себе под нос.

– Я честный старик, – услышали дети, – никто не может утверждать, будто это не так. Что знаю, я, конечно, расскажу, но я не желаю попадать в неприятности. Не желаю – и все! Я не сделал ничего плохого!

В машине, кроме водителя, был еще полицейский в штатском, который сидел рядом с бродягой. Бетси сначала даже не поверила, когда Ларри объяснил ей, что человек в темно-сером костюме – полицейский.

– А я думала, они всегда-всегда носят форму! – сказала она.

Но тут подъехала другая машина, за рулем которой сидел человек в очень красивой темно-синей форме. На нем была фуражка с высоким верхом, а когда он вылез из машины, тот, другой полицейский, ловко отдал ему честь. Машина была большая, но человек-то был просто здоровенный! Первой его узнала Бетси.

– Это же рыбак! Мы же вчера его видели! Здравствуйте!

– Здравствуйте, здравствуйте, – ответил рослый человек.

– Бродяга доставлен, инспектор, – сказал ему полицейский в штатском.

Дети переглянулись. Значит, вот с кем они вчера познакомились. Сам инспектор полиции! Вот это да!

– Инспектор – это очень высокий полицейский чин, – зашептал Пип на ухо Бетси. – Надо быть очень умным, чтобы получить такой чин. Ты только посмотри на старину Пошлипроча: трясется, как желе!

Мистер Гун на самом деле, конечно, не трясся, но находился под большим впечатлением от приезда инспектора полиции в его крохотный участок. Его пальцы подрагивали, когда он перелистывал страницы своей заветной книжечки.

Инспектор приветливо улыбнулся детям:

– Позвольте сказать, что я очень рад снова видеть вас! – И, обращаясь к Гуну, добавил: – Вам очень повезло, Гун, что в вашем городке есть такие смышленые дети!

Пошлипрочь разинул рот, потом закрыл его, так ничего и не сказав.

Зачем ему, спрашивается, смышленые дети в городке, особенно такие, посообразительней, чем он сам? Но понятно, что это сказать инспектору он никак не мог.

Потом привели бродягу и допросили в присутствии инспектора. Как только старика заверили в том, что правдивыми ответами он не навредит себе, а напротив, ему даже будет лучше, бродяга начал довольно охотно отвечать. Дети очень внимательно слушали его.

– Перечислите нам всех, кого вы видели в тот вечер в саду мистера Хика, – предложил инспектор.

– Ну что, – приступил бродяга – я сижу за кустами около мастерской, вроде как отдыхаю, но ничего плохого не делаю…

– Понятно, – кивнул инспектор.

– Потом вижу, тот парень появляется, которого прогнали утром, Пикс его зовут. Он прячется в кустах еще с кем-то, а с кем – мне не видно. По голосу я догадался, что девушка. Ну вот, и вижу я, что этот Пикс залезает в дом через окно и обратно вылезает, опять же через окно.

– Ага, – сказал инспектор.

– Тут, вижу, старик. Я слышал, как утром они с мистером Хиком поскандалили. Зовут его Вонюнг, так, кажется… Да, Вонюнг. Он тихонько прошел себе по дорожке и вошел в парадное, как раз перед тем, как Пикс обратно вылез.

– Дальше, – поторопил его инспектор. – Кто еще там был? Еще видели кого-нибудь?

– Ну видел, – ответил бродяга. – Видел самого мистера Хика.

Дети затаили дыхание.

– Я себе отдыхаю под этим кустом, – рассказывал бродяга, – и как раз подумал, сколько же народу толчется в этом саду, вдруг слышу – кто-то ломится через изгородь совсем недалеко от меня. Посмотрел сквозь ветки и вижу мистера Хика. Он долго выжидал в канаве, потом двинулся к зарослям смородины и вытащил из-под кустов жестянку, которая там была запрятана.

Фатти тихонько присвистнул. Странно было выслушивать от бродяги рассказ о событиях, которые они так тщательно восстанавливали по кусочкам. В жестянке, конечно же, содержался бензин!

А бродяга продолжал:

– Тогда мистер Хик подходит к этому маленькому коттеджу в саду, а вскорости опять появляется и запирает за собой дверь. Потом сразу прячется в канаву. Я под своим кустиком лежу тихо, как мышь. Тут тем временем уже совсем стемнело, и я слышу, что мистер Хик выбирается из канавы и шагает по переулку в сторону железной дороги. Вдруг я замечаю свет в коттедже – я вмиг догадался, что это пожар и – давай Бог ноги! Не хватало, чтобы меня там схватили и обвинили в том, что я поджег!

– Благодарю, – сказал инспектор. – Еще кого-нибудь видели?

– Больше ни души, – заверил его бродяга.

– Хорошо придумано, – заметил инспектор. – Мистер Хик нуждается в деньгах. Он нарочно в день пожара затевает публичные ссоры с несколькими людьми, чтобы, если страховая компания заподозрит неладное, было бы множество обиженных, которые могли бы организовать поджог из мести. Он приказывает шоферу отвезти его к лондонскому поезду во второй половине дня. Полагаю, он сошел на ближайшей станции, полями вернулся к дому и прятался в саду, пока не поджег коттедж. После этого он отправился к железнодорожному полотну, к тому месту, где лондонский поезд неизменно тормозит на минутку, и в темноте, никем не замеченный, забрался в вагон. Приезжает в Питерсвуд, его встречает шофер, привозит домой и тут он узнает, что у него сгорела мастерская. Все весьма складно.

– Я думаю, теперь нам нужно задать ряд вопросов мистеру Хику, – сказал полицейский в штатском.

– Совершенно справедливо, – подтвердил инспектор и обратился к детям: – А вам мы сообщим о дальнейшем. Пока что, позвольте сказать, что я горжусь нашим с вами знакомством. Я рад, что случай свел меня с Пятеркой Тайноискателей и собакой. Полагаю, что нас и в дальнейшем ждет совместная работа по расследованию других тайн. Крайне благодарен вам за содействие – и не сомневаюсь, что мистер Гун разделяет мои чувства.

Ничего мистер Гун не разделял, но что ему оставалось делать, кроме как кивнуть и попытаться выдавить из себя улыбку. На самом деле он был зол: пятерка «назойливых непосед» раньше него расследовала тайну и инспектор выразил им благодарность!

– Всего хорошего, Гун, – вежливо сказал инспектор на ходу.

– Всего хорошего, инспектор Дженкс, – ответил несчастный Гун.

Усаживаясь в машину, инспектор спросил детей:

– Не могу ли я вас подвезти? Вам в какую сторону?

Оказалось – в одну сторону, потому что инспектор вместе с полицейским в штатском ехали к мистеру Хику. Дети набились в машину, чуть не лопаясь от важности и от всей души надеясь, что все видят, как они едут со своим другом, с инспектором Дженксом.

– Не знаю, можно ли вас попросить сказать нашим родителям про наше хорошее поведение, – неуверенно произнес Пип. – Дело в том, что мистер Гун сильно нажаловался на нас. Если вы замолвите за нас слово, нам не попадет.

– С особенным удовольствием, – просиял инспектор и включил зажигание своей первоклассной машины. – Я навещу ваших родителей после того, как побеседую с мистером Хиком.

Инспектор сдержал слово. Во второй половине дня он нанес визит матери Пипа, которую просто поразил восторгами по адресу Пятерки Тайноискателей.

– Крайне смышленые дети, – заключил инспектор. – Уверен, вы согласитесь со мной. Горжусь знакомством с ними.

Дети нетерпеливо обступили инспектора.

– Ну что мистер Хик? Что он сказал?

– Я подробно допросил его, предупредив, что нам все известно, что у нас находятся его башмаки, – стал рассказывать инспектор. – Сначала он все отрицал, но когда его попросили объяснить, каким образом он видел самолеты над городком, если, по его же словам, он в это время ехал в поезде, мистер Хик сломался и признался во всем. Боюсь, что теперь мистеру Хику придется оставить свой комфортабельный дом и провести довольно значительное время в другом месте. Сейчас его туда и перевозят, а бедная миссис Миннз пребывает в страшном расстройстве.

– Зато Лили наверняка счастлива, что с Хорейса снято подозрение, – сказала Дейзи. – Я думаю, нам надо сходить к мистеру Вонюнгу и все ему рассказать. Тогда он не станет на нас сердиться, что мы к нему в дом вломились, носы свои повсюду совали! И башмак унесли! Инспектор Дженкс, мистер Гун вернет нам этот башмак?

– С башмаком все уже в порядке, – ответил огромный полицейский. – Надеюсь, мы еще встретимся. Вы отлично поработали над сбором улик и составлением списка подозреваемых.

– Одна улика так и не пригодилась, – вспомнил Ларри и достал из кармана спичечный коробок с лоскутком серой фланели. – Так и не нашелся человек, который носит серый костюм с выдранным клоком!

– Если не возражаете, я объясню вам эту улику, – с хитрым видом предложил инспектор Дженкс. – Мне кажется, я знаю, в чем дело.

– Пожалуйста, скажите нам! – закричала Бетси.

Инспектор взял за плечо Ларри и повернул его кругом. Ребята сразу увидели, что его серая фланелевая курточка немного порвана около рукава.

– Вот откуда ваш лоскуток! – инспектор засмеялся басистым смехом. – Вы ведь тоже пролезли через изгородь, когда искали следы, верно? Наверное, Ларри зацепился за колючку, а кто шел вслед, подумал, что лоскуток оставил преступник. Еще хорошо, что вы не заметили порванную курточку на Ларри, а то могли бы и его записать в подозреваемые!

Дети засмеялись.

– Как же вышло, что никто не заметил дырку на курточке? – недоумевала Бетси. – Подумать только, собрали уйму улик, а порванную куртку не заметили!

– Всего хорошего, – простился инспектор, садясь в машину. – Благодарю за помощь. Надеюсь, вы согласитесь со мной в том, что расследование завершено удовлетворительно!

– Вполне! – согласились все дети. – Всего хорошего! Как нам повезло, что мы вас встретили!

Машина умчалась по переулку, а дети возвратились в сад.

– Какая у нас получилась интересная неделя, – сказала Дейзи, – но теперь Тайноискателям больше нечего делать, поскольку тайна уже разгадана.

– Ну нет, – возразил Фатти. – Мы так и останемся: Пятерка Тайноискателей и собака. Откуда мы знаем, когда появится новая тайна, которую нужно будет расследовать? Мы будем ждать.

И они ждут, потому что нельзя же сомневаться – новая тайна, конечно, появится.

Но то будет уже другая история.

Серия «Пятеро тайноискателей и собака»

(«Five Find-Outers and Dog» Series)

1. «Тайна сгоревшего коттеджа» («The Mystery of the Burnt Cottage»)

2. «Тайна пропавшей кошки» («The Mystery of the Disappearing Cat»)

3. «Тайна секретной комнаты» («The Mystery of the Secret Room»)

4. «Тайна подброшенных писем» («The Mystery of the Spiteful Letters»)

5. «Тайна похищенного ожерелья» («The Mystery of the Missing Necklace»)

6. «Тайна лесного дома» («The Mystery of the Hidden House»)

7. «Тайна кота из пантомимы» («The Mystery of the Pantomime Cat»)

8. «Тайна вора-невидимки» («The Mystery of the Invisible Thief»)

9. «Тайна исчезнувшего принца» («The Mystery of the Vanished Prince»)

10. «Тайна непонятного свертка» («The Mystery of the Strange Bundle»)

11. «Тайна полуночного фургона» («The Mystery of Holly Lane»)

12. «Тайна украденной картины» («The Mystery of Tally Ho Cottage»)

13. «Тайна человека со шрамом» («The Mystery of the Missing Man»)

14. «Тайна загадочных посланий» («The Mystery of the Strange Messages»)

15. «Тайна старинной башни» («The Mystery of Banshee Towers»)

(По материалам http://www.blyton.com )

Примечания

1

Так называют полицейских в Англии. (Примеч. ред.)

Content

Энид Блайтон
Тайна сгоревшего коттеджа

ПОЖАР В КОТТЕДЖЕ

ПЯТЕРКА ТАЙНОИСКАТЕЛЕЙ – И СОБАКА

ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА

УЛИКИ И – ПОЛИЦИЯ!

ФАТТИ И ЛАРРИ КОЕ-ЧТО УЗНАЮТ

МИССИС МИННЗ МНОГО БОЛТАЕТ

БРОДЯГА – ПОЛИЦИЯ – И ФАТТИ

ЧТО ДЕЛАТЬ ДАЛЬШЕ?

В ДЕЙСТВИЕ ВСТУПАЕТ ЛИЛИ

БЕСЕДА С МИСТЕРОМ ХОРЕЙСОМ ПИКСОМ

БРОДЯГА ПОЯВЛЯЕТСЯ ОПЯТЬ

МИСТЕР ВОНЮНГ – И БАШМАК НА РЕЗИНЕ!

РАЗГОВОР С ЛИЛИ ОЗАДАЧИВАЕТ

ПОШЛИПРОЧЬ ПОЯВЛЯЕТСЯ НЕ ВОВРЕМЯ

ЛАРРИ И ФАТТИ ИСПУГАЛИСЬ

СЮРПРИЗЫ И ПОТРЯСЕНИЯ

ОЧЕНЬ СТРАННЫЕ ОТКРЫТИЯ

НЕОЖИДАННЫЙ ДРУГ

КОНЕЦ ТАЙНЫ

Серия «Пятеро тайноискателей и собака» («Five Find-Outers and Dog» Series)

Примечания