Буковски Чарлз

Любовь за 17,50

ЧАРЛЗ БУКОВСКИ

ЛЮБОВЬ ЗА 17.50

ИЗ КНИГИ "ЮГ БЕЗ СЕВЕРА"

Первым желанием Роберта - когда он начинал думать о таких вещах было пробраться как-нибудь ночью в Музей Восковых Фигур и заняться любовью с восковыми дамами. Однако это казалось слишком опасным. Он ограничивался тем, что занимался любовью со статуями и манекенами в сексуальных фантазиях и жил в своем выдуманном мире.

Однажды, остановившись на красный свет, он заглянул в двери магазинчика. Одного из тех магазинчиков, где продается все - пластинки, диваны, книги, мелочи, всякий мусор. Он увидел, как она стоит там в длинном красном платье. В очках без оправы, хорошо сложена; с достоинством и сексуальная - как раз как и надо. Настоящая классная девка. Тут светофор мигнул, и он вынужден был ехать дальше.

Роберт остановил машину через квартал и пешком вернулся в магазин. Остановился снаружи у газетного стенда и стал ее рассматривать. Даже глаза выглядели как настоящие, а рот был очень импульсивен, губки слегка надуты.

Роберт вошел внутрь и остановился у полки с пластинками. Здесь он был к ней ближе и украдкой бросал на нее взгляды. Нет, так их больше не делают. На ней были даже высокие каблуки.

К нему подошла девушка из магазина:

- Я могу вам помочь, сэр?

- Просто смотрю, мисс.

- Если что-то выберете, дайте мне знать.

- Конечно.

Роберт передвинулся к манекену. Ценника не было. Интересно, подумал он, продается или нет. Он отошел к полке с пластинками, выбрал одну подешевле и купил ее у девушки.

Когда он навестил магазинчик в следующий раз, манекен по-прежнему стоял на месте. Роберт немного осмотрелся, купил пепельницу, вылепленную свернувшейся кольцами змеей, и ушел.

Зайдя туда в третий раз, он спросил девушку:

- Манекен продается?

- Манекен?

- Да, манекен.

- Вы хотите его купить?

- Да, вы же продаете вещи, не так ли? Манекен продается?

- Одну минуточку, сэр.

Девушка ушла в глубину магазина. Шторки раздвинулись, и вышел старый еврей. У него на рубашке не хватало двух нижних пуговиц и виднелся волосатый живот. Он казался достаточно дружелюбным.

- Вы хотите манекен, сэр?

- Да, она продается?

- Ну, не совсем. Видите ли, это как бы для витрины, шутка.

- Я хочу ее купить.

- Что ж, давайте посмотрим... - Старый еврей подошел и начал ощупывать манекен, трогал платье, руки. - Поглядим... Мне кажется, я могу продать вам эту... вещь... за 17 долларов 50 центов.

- Беру. - Роберт вытащил двадцатку. Магазинщик отсчитал сдачу.

- Мне будет ее не хватать, - сказал он, - иногда она кажется почти настоящей. Вам завернуть?

- Нет, возьму так.

Роберт взял манекен и донес до машины. Уложил на заднее сиденье. Затем сел сам и поехал к себе. Когда он добрался до дому, к счастью, кажется, ему никто не встретился, и он внес ее в подъезд незамеченным. Он установил манекен посередине комнаты и посмотрел на нее.

- Стелла, - сказал он, - Стелла, сука!

Он подошел и дал ей пощечину. Потом схватил за голову и поцеловал. Хорошим поцелуем. Его пенис начал твердеть - и тут зазвонил телефон.

- Алло, - ответил он.

- Роберт?

- Да. Конечно.

- Это Гарри.

- Как дела, Гарри?

- Нормально, что делаешь?

- Ничего.

- Я тут подумал, может зайти? Захвачу пару пива.

- Давай.

Роберт повесил трубку, взял манекен и отволок ее в чулан. Засунул в самый дальний угол и закрыл дверь.

Гарри, на самом деле, особо сказать было нечего. Он сидел, держа банку пива.

- Как Лора? - спросил он.

- О, - сказал Роберт, - между нами с Лорой все кончено.

- Что случилось?

- Вечная вампирша. Всегда на сцене. Она была неумолима. На мужиков кидалась повсюду - в бакалейной лавке, на улице, в кафе, везде и на всех. Неважно, что за мужик, лишь бы мужик. Заигрывала даже с парнем, который неправильный номер набрал. Я больше не смог.

- Ты сейчас один?

- Нет, у меня другая, Бренда. Ты ее видел.

- А, да. Бренда. Она ничего.

Гарри сидел и пил пиво. Женщин у Гарри никогда не было, но он постоянно о них говорил. В нем было что-то омерзительное. Роберт разговора не поддержал, и Гарри вскоре ушел. Роберт зашел в чулан и вытащил Стеллу.

- Блядь проклятая! - сказал он. - Обманывала меня, а?

Стелла не ответила. Она стояла холодно и строго. Он хорошенько вмазал ей по физиономии. Любой бабе нужно долгий день на солнцепеке провести, прежде чем Бобу Вилкенсону изменить. Он закатил ей еще одну пощечину.

- Пизда! Ты б и четырехлетнего малыша выебла, если б пипиську ему смогла поднять, правда?

Он ударил ее еще разок, затем схватил и поцеловал. Он присасывался к ней снова и снова. Потом запустил руки ей под платье. Формы у нее были хороши, очень хороши. Стелла напоминала его учительницу алгебры в старших классах. Трусиков на Стелле не было.

- Прошмандовка, - сказал он, - кому трусы отдала?

Потом он прижался пенисом к ее переду. Отверстия не было. Но Роберта охватила неимоверная страсть. Он вставил ей между ног. Там было гладко и туго. Он работал, себя не помня. На какое-то мгновение он почувствовал себя крайне глупо, но страсть возобладала, и он стал целовать ей шею, работая между ее ног.

Роберт помыл Стеллу кухонной тряпкой, поставил в чулан за пальто, закрыл дверь и еще успел на последнюю четверть матча между "Детройтскими Львами" и "Лос-Анжелесскими Баранами" по телевизору.

Шло время, и Роберту было довольно славно. Он кое-что исправил: купил Стелле несколько пар трусиков, подвязки, длинные прозрачные чулки и браслетик на лодыжку.

Сережки он ей тоже купил, и его несколько шокировало, когда он узнал, что у его возлюбленной нет ушей. Подо всей ее прической ушей не хватало. Но он все равно прицепил ей сережки клейкой лентой. Преимущества, правда, тоже были: не нужно выводить ее в ресторан обедать, таскаться на вечеринки, смотреть скучное кино - все бренное, что так много значит для средней женщины. Еще были споры. Споры всегда происходят, даже с манекеном. Она не была разговорчива, но Роберт был уверен, что один раз она ему сказала:

- Ты - величайший любовник из них всех. Тот старый еврей был скучным любовником. А ты любишь душой, Роберт.

Да, преимущества были. Она не походила на всех остальных женщин, которых он знал. Ей не хотелось заниматься любовью в неудобное время. Выбирать время мог он. И у нее не было периодов. И он на нее ложился. Он срезал у нее с головы клочок волос и приклеил между бедер.

Роман у них был построен на одном сексе с самого начала, но постепенно он начал влюбляться в нее, он чувствовал, как это зарождается. Подумывал сходить к психиатру, но потом решил, что лучше не надо. В конце концов, так ли уж необходимо любить настоящего человека? Это никогда долго не длится. Между видами слишком много различий, и то, что начиналось любовью, чересчур часто заканчивалось войной.

Опять-таки, не нужно было лежать со Стеллой в постели и слушать ее воспоминания о бывших любовниках. Какая у Карла была здоровая штука, но Карл никогда на нее не ложился. И как хорошо танцевал Луи, Луи мог бы балетным танцором стать, а не торговать страховками. И как умел целоваться Марти. Он знал какой-то способ языками сплетаться. И так далее. И тому подобное. Какое говно. Стелла, правда, упомянула старого еврея. Но всего лишь один раз.

Роберт прожил со Стеллой недели две, когда позвонила Бренда.

- Да, Бренда? - ответил он.

- Роберт, ты мне не звонил.

- Я был ужасно занят, Бренда. Меня повысили до районного менеджера, и мне нужно было кое-что в конторе поменять.

- Ах вот как?

- Да.

- Роберт, что-то не так...

- Ты о чем?

- Я по голосу могу сказать. Їто-то не так. Їто случилось, к чертовой матери, Роберт? Другая женщина?

- Не совсем.

- Їто значит - "не совсем"?

- Ох, Господи!

- В чем дело? В чем дело? Роберт, что-то не так. Я еду к тебе.

- Все в порядке, Бренда.

- Ты сукин сын, ты что-то от меня утаиваешь! Їто-то происходит. Я к тебе еду! Немедленно!

Бренда повесила трубку, а Роберт подошел, взял Стеллу и поставил ее в чулан, задвинув поглубже в угол. Он снял с вешалки пальто и завесил им Стеллу. Вышел в комнату, сел и стал ждать.

Бренда распахнула дверь и влетела в комнату.

- Ладно, что за чертовщина происходит? В чем дело?

- Послушай, малышка, - ответил он, - все нормально. Успокойся.

Бренда была неплохо сложена. Груди у нее немного провисали, зато прекрасные ноги и изумительная задница. Ее глаза всегда смотрели неистово и потерянно. Ему никогда не удавалось излечить ее от такого взгляда. Иногда после любви ее глаза наполняло временное спокойствие, но никогда не надолго.

- Ты меня еще не поцеловал!

Роберт встал со стула и поцеловал Бренду.

- Господи, да это же не поцелуй! В чем дело? - спросила она. - Їто случилось?

- Да ничего, совершенно ничего...

- Если не скажешь, то я закричу!

- Говорю тебе, ничего.

Бренда закричала. Она подскочила к окну и завопила. Весь район ее услышал. Потом перестала.

- Боже мой, Бренда, больше никогда так не делай! Прошу тебя, пожалуйста!

- Я опять закричу! Опять закричу! Скажи мне, что не так, Роберт, или я закричу еще раз!

- Хорошо, - ответил он. - Подожди.

Роберт зашел в чулан, снял со Стеллы пальто и вынес ее в комнату.

- Что это? - спросила Бренда. - Что это такое?

- Манекен.

- Манекен? Ты хочешь сказать...

- Я хочу сказать, что люблю ее.

- Ох, господи! Ты имеешь в виду? Эту вещь? Эту вещь?

- Да.

- Ты любишь эту вещь больше меня? Этот кусок целлулоида, или из какого еще говна она там сделана? Ты хочешь сказать, что любишь эту дрянь больше меня?

- Да.

- Я полагаю, ты ее и в постель с собой кладешь? Наверное, ты ей... с ней... разные вещи делаешь - с этой дрянью?

- Да.

- Ох...

Тут Бренда по-настоящему завопила. Просто стояла и орала. Роберт подумал, что она никогда не остановится. Потом она подскочила к манекену и начала царапать и бить его. Манекен опрокинулся и ударился о стену. Бренда выскочила за дверь, прыгнула в машину и с диким ревом стартанула. Она врезалась в бок стоявшего автомобиля, резко отвернула, уехала.

Content

Буковски Чарлз
Любовь за 17,50