Чарушников Олег

Свой среди своих

Олег Игоревич Чарушников

Свой среди своих

Вовка страшно любит задавать вопросы. Когда он приходит к нам, старший брат Геннадий запирается в своей комнате. Мама говорит, что это у Вовки возрастное и с годами пройдет. Не знаю. Мы с ним знакомы уже четыре года, а никак не проходит. По-моему, даже наоборот - усиливается. Однажды мы с папой смотрели по телевизору детектив. Как один наш разведчик проник в школу абвера и стал там крупной птицей. Тут пришел Вовка и тоже смотреть пристроился. Мы смотрим, а папа все нам объясняет. Когда на экране появился наш разведчик, Вовка спросил: - Это кто? Фашист? - Нет, - ответил папа, - это наш разведчик. Его забросили в тыл к фашистам. Он специально переоделся в их форму, чтобы выведать все секреты. Кругом враги, и он должен замаскироваться. Понимаешь, в чем штука? - Понимаю, - ответил Вовка. В это время наш разведчик пришел в кафе на конспиративную встречу с полковником абвера. Когда полковник уже совсем согласился, что его карта бита, и начал незаметно передавать нашему секретные сведения, Вовка опять спросил: - А этот толстый кто? Папа терпеливо объяснил: - Во-первых, не толстый, а полный. А вообще-то он полковник, но вынужден сотрудничать с нами. - Значит, он наш? - Н-ну, не то, чтобы наш, - замялся папа. - Но, пожалуй... Да, наш. Но не до конца. Не перековался еще. Тут на экране показался второй наш разведчик. Он работал в кафе официантом и прикрывал первого на случай засады. - А это кто? - спросил Вовка. - Ух, какой злой! - Не бойся, - сказал папа. - Он не злой, а сосредоточенный. Он начеку! Это тоже наш. Они вдвоем заброшены в тыл для разведки. Им поодиночке нельзя, понимаешь? Кругом враги. Надо ухо востро держать. Чуть что не так - хлоп, и готово! И точно, тут же в кафе ввалились эсэсовцы, начали стрелять из автоматов и ловить наших. Первого нашего схватили и привезли на допрос к рыжему штурмбанфюреру с черепом на фуражке. Мы с Вовкой смотрим, не отрываясь. На допросе наш, конечно, молчит. Тогда эсэсовец решил сделать ему укол для расслабления воли и вызвал врача со зловещим чемоданчиком... Мы с Вовкой с ужасом смотрели на огромный шприц. Но тут эсэсовский врач незаметно прошептал нашему: "Вместо вещества для расслабления воли я впрыснул вам обычную воду. Я помогу вам бежать. Штурмбанфюрер подкуплен..." Папа облегченно вздохнул и объяснил Вовке: - Спокойно, Владимир! Без паники. Это тоже наш. Не добившись успеха, рыжий штурмбанфюрер повез нашего разведчика в гестапо. У светофора наш выскочил из машины и помчался по улице. Штурмбанфюрер выхватил "вальтер" и начал стрелять: бах! бах! ба-бах! - Убьет! - закричал Вовка, хватаясь за меня. - Убьет! - Не убьет! - закричал папа в ответ. - Он мимо попадет, вот увидишь! - Почему? - спросил Вовка. - Стрелять не умеет? Папа замялся. - Потому чю, э-э-э... Ну, он, вроде как бы тоже наш... Видишь, мимо! - А, так он наш... - разочарованно протянул Вовка, подумал и спросил: - Значит, тот толстый... то есть, полный полковник, он ведь наш, да? - Не совсем, но... Да, почти. Не мешай, сейчас будет самое интересное, ответил папа, не отрываясь от телевизора. - И бармен тоже? - не отставал Вовка. - И бармен, и бармен, успокойся. - А врач? - Что врач? - не понял папа. - Врач тоже наш? - Врач антифашист. - Значит, наш. Да, наш? - Наш, наш! - папа сделал погромче звук. Возка еще немножко подумал и вдруг спросил: - А где же тогда фашисты? Папа даже откинулся в кресле и развел руками. - Ну, ты даешь, Владимир. Фашистов тебе мало? Человека в Берлин забросили, в самое пекло, а он: "где фашисты?" Да кругом! Все подряд, в кого ни ткни! Мал ты еще для таких фильмов, как я погляжу. Смотри давай, серия заканчивается. В это время наш разведчик, прорвавшийся сквозь облаву, осторожно пробрался на окраину Берлина и постучался в дверь конспиративной квартиры. Дверь ему открыли... радистка и ее муж-связник! Папа старался не смотреть в Вовкину сторону. Вовка кашлянул и спросил, осторожно подбирая слова: - Вот интересно, а эти дяденька и тетенька, они кто? Наши?.. Но папа не дал ему договорить. - Что-то? А вы, друзья, уроки сделали? А? Чего молчите? Ну-ка, марш за учебники. Ишь, взяли моду - у телевизора тереться! Марш, кому сказано! На вторую серию папа нас не пустил, сказав, что у него сил больше пет. И теперь, когда Вовка приходит к нам в гости, папа старается побыстрее уйти в другую комнату. Вовку это очень удивляет. Однажды он спросил меня: - Как ты думаешь, почему они все от меня прячутся? Боятся, что ли? - Понятия не имею! - ответил я. Больше Вовка меня ни о чем не спрашивал.

Content

Чарушников Олег
Свой среди своих