Чарушников Олег

Здоровенький ребенок

Олег Игоревич Чарушников

Здоровенький ребенок

Труновы робко вошли в лекционный зал и сели поближе к трибуне. - Надо непременно все-все записать, - шепнул Трунов, беря жену за теплую, чуть влажную руку. - Во всех деталях, подробно... - Особенно насчет первых дней после роддома, - вздохнула Наташа. - Ты уж сам спроси, ладно? А то мне как-то неловко... - Обязательно спрошу, - твердо пообещал Трунов, хотя, по правде сказать, сам стеснялся страшно. - И узнаю, и запишу. Ты, главное, не волнуйся и внимательно слушай. Во всем положись на меня. Трунов почувствовал, что Наташа робеет еще больше него, ощутил себя защитой и опорой, сел прямее. Вокруг, стараясь не шуметь, рассаживались такие же пары - на лицах выражение тревожного, хоть и приятного ожидания. На трибуну лектория вышла сухая непроницаемая женщина с папкой - врач педиатр. Трунов подобрался, раскрыл новенькую общую тетрадь и записал на первой странице: "Лекция". Записывать было не совсем удобно, потому что руку жены Трунов не выпускал. Он не успел еще закончить красивую волнистую черту под заголовком, как лектор приступила к делу. Читала она наподобие теледиктора программы "Время" - прямо и строго глядя в текст, изредка поднимая невидящие глаза на публику. - Товарищи будущие родители, - прочла она и сделала неуловимую паузу, как бы ставя маленькую точку. - Тема нашей сегодняшней лекции (еще одна маленькая точка). Предупреждение заболеваний у новорожденных. Детей. Тема, согласитесь, весьма важная. И ответственная, не так ли. Товарищи будущие родители? Лектор умолкла и посмотрела на заднюю стену зала. Слушатели сообразили, что их спрашивают, и с готовностью закивали, соглашаясь, - мол, да, тема крайне, просто чрезвычайно важная и своевременная. Так оно, впрочем, для них и было на самом деле. Супружеские пары пришли в лекторий по направлению консультации, чтобы прослушать курс лекций для будущих пап и мам. Лектор продолжала чтение, равномерно делая паузы. Казалось, текст у нее был напечатан столбиком, как стихи, и все время приходилось возвращаться к началу следующей строчки. Но это были не стихи. - Товарищи будущие родители. О том, чтобы ваш ребенок родился здоровеньким. Следует позаботиться заранее. Еще задолго до родов и даже до. Того, как вы решили обзавестись ребенком. Трунов не понял этой фразы. То есть, он не совсем разобрался, как это нужно заботиться еше до решения. Они с Наташей ничего такого не решали, все произошло как-то само по себе... Тем не менее, он сделал еще более сосредоточенное лицо и занес все услышанное в общую тетрадь. - Некоторые будущие родители, - размеренно продолжала женщина на трибуне. - Не думают. Результаты, товарищи, получаются самые печальные. Возьмем такую вещь, как. Резус-фактор. При несовместимости резус-факторов весьма велика. Вероятность того, что ребеночек появится на свет не совсем. Здоровеньким. А наоборот... Трунов живо обернулся к жене узнать, какой у нее резус, но Наташа опередила: - Димочка, у тебя какой фактор? Трунов понятия не имел, какой именно у него этот чертов резус-фактор. Волновать жену не хотелось, и он решил замять это дело. - Фактор-то? - переспросил он как можно спокойнее. - Да ничего фактор, нормальный. Вполне кондиционный. Нас в армии всех проверяли... У меня и у Петьки Федюнина самый лучший оказался! Наташа успокоилась, но тут лекторша завела речь о таких вещах, что Трунов начал путаться в записях. Оказалось, на здоровье ребенка влияет все. Причем влияет только отрицательно или, чаще всего, пагубно (необратимо). С особым нажимом поведала женщина-лектор о наследственных психических болезнях. Трунову показалось, что их около восьмисот. Он тут же вспомнил о своем дяде Лёне, работавшим скорняком и в конце жизни заболевшим манией преследования. На душе стало скверно. Лекция катилась дальше, подпрыгивая на ухабах пауз. - Эти гены находятся в вас, товарищи будущие родители, - вещала женщина с папкой. - Вы носите их в себе. И порой скрываете от своих. Близких! Это преступно! Наташа со страхом посмотрела на Трунова. Трунов, так не вовремя вспомнивший про сумасшедшего дядю Лёню, вильнул глазами. - Дмитрий, ты от меня ничего не скрываешь? - тихо спросила Наташа. - У Труновых ветвь крепкая, - заверил муж. - Не народ - зверь! Мы скорей сами кого хочешь с ума сведем... Не дрейфь, Наташка! - И он ласково погладил жену по руке. Но маневр удался не полностью. Лекторша заговорила о преступном легкомыслии некоторых папаш, вступающих в случайные связи. Наташа высвободила руку и отвернулась в сторону. - Ты так и не объяснил, где был тогда, в декабре... С кем ты был?.. - Да я же сто раз говорил, Наташа! С Вовкой Лариным заигрались в шахматы! Я же не юбочник какой-нибудь, не пью, не гуляю... Ты чего, Наташк? - Теперь недолго ждать осталось, - со спокойствием обреченного проговорила Наташа. - Скоро всплывет, правда-то... Слышишь, что человек рассказывает? Лекторша в это время как раз перешла к внутренним болезням. - Вместо того, чтобы вовремя обратиться. За врачебной помощью, некоторые папаши и мамаши пытаются. Скрыть свои болезни от окружающих. В результате ребеночек рождается хилым. Малоподвижным и ослабленным... Наташа резко обернулась к Трунову: - Дмитрий, ты жаловался на боли в животе! Признайся во всем! Кошмар, это кошмар, господи, зачем я была такой дурой... Трунов выронил общую тетрадь и всплеснул руками: - Почему частые-то, почему?! Один-единственный раз объелся пирожками с капустой и уже частые! Твоими, между прочим! А больше я сроду... Но жена не слушала объяснений. Ни на что, как видно, уже не надеясь, она впитывала страшные истины, размеренно постукавшие с трибуны. Лекторша сыпала непонятными, а потому жутковатыми медицинскими терминами. Если сформулировать вкратце, получалось примерно так: - очень немногие семьи имеют хотя бы маленький шанс завести здорового ребенка. Главное препятствие к тому - разгульные, преступно легкомысленные мужья, страдающие всевозможными недугами и не желающие в том признаваться; - в случае, если ребенок родится все же здоровым, он все равно тут же заболеет и, вероятно, умрет, так как изверги-родители за детьми не следят; - и наконец ребятишки, чудом оставшиеся в живых, протянут лишь до семнадцати лет, а затем в силу вступят наследственные болезни, дотоле скрывавшиеся все теми же гадами-родителями. Каким образом в этих страшных условиях население страны сумело-таки достичь 280-миллнонного рубежа, лектор не объяснила. Зловещие паузы только усиливали убийственное впечатление от лекции. Сзади сильно запахло валидолом. Кто-то всхлипнул. Трунову показалось, что в зале убавили света. Лектор как раз перешла к прожелтению головного мозга у младенцев (из-за недолеченной желтухи у родителей), когда Наташа медленно встала и направилась к выходу. Ей было уже все равно. Трунов засеменил рядом, скручивая общую тетрадь в трубочку и что-то жалобно бормоча. - Куда вы, товарищи будущие родители? - оторвалась от текста женщина-лектор. - По окончании будет продемонстрирован кинофильм "Врожденные уродства". Очень важно и показательно! Вернитесь, вам это пригодится! Наташа ускорила шаг. На улицу вышли молча. Временами Наташа принималась тихо плакать. Трунов даже не пытался заговорить. Из-за угла вывернула пестрая вереница галдящих детишек. Впереди шествовала полная цыганка с младенцем на руках. Маленький детский табор энергично двигался по направлению к автобусной остановке. - Постойте! - закричал Трунов. - Погодите минутку! Цыганка остановилась, и Трунова тут же окружила любопытная стайка черненьких ребятишек. - Послушайте, - взволнованно начал Трунов, оглядываясь на жену. - Вы многодетная мать... Как вы решали с мужем вопрос о совместимости резус-фактора? Полная цыганка поправила младенцу соску и продолжала молча смотреть на Трунова. - И потом насчет наследственности... Я хотел бы выяснить... - Трунов неожиданно сбился, опять оглянулся на жену и закончил: - Их тут человек восемь, наверное? И как вам удалось, не представляю. Мы вот с женой решили одного, да и то... Цыганка, по-прежнему не говоря ни слова, обошла Трунова и прошествовала дальше. За ней шумной оравой устремились многочисленные чада. - Скажите хотя бы одно! - отчаянно закричал Трунов. - Вц прослушали курс лекций для будущих родителей? Мне это очень важно! Цыганка обернулась на ходу и, презрительно осмотрев Трунова с головы до ног, произнесла с сожалением: - Ай, несчастье! Такой молодой и такой безголовый. Бедная мать, бедная жена!.. После этих слов процессия шумно погрузилась в автобус и укатила вдаль. - Ты видишь? - торжествующе закричал Трунов жене. - Нет, ты понимаешь? Она же и знать не хочет обо всех этих тонкостях! Рожает себе да воспитывает, и горюшка ей мало! А ты расстраиваешься!.. - Да... - прерывающимся голосом проговорила Наташа. - А врач-то рассказывала... - Ну и пусть! - горячо зашептал Трунов. - У нее работа такая, нам-то что теперь? Не надо так переживать, все обойдется. Ну не надо, Наташенька.. Перестань, не плачь, сейчас придем домой и будем пить чай... Осторожно, здесь лужа... Оп, перешагнули! Вот и успокоились, вот и умничка... А на лекции больше не пойдем. Ну их! Он поцеловал жену в висок и бережно повел домой.

В положенный срок у Труновых родился здоровый, розовый и крикливый карапуз...

Content

Чарушников Олег
Здоровенький ребенок