Добрынин Валентин

Метро

Валентин Добрынин

"Метро"

Глубина. Многометровая толща железобетона и камня над вагоном. И на людей, кажется, давят эти тысячетонные глыбы над головой. Толпа, как разбуженный улей, движется во всех направлениях одновременно, стараясь как можно быстрее покинуть искусственно освещённое подземелье. Мало кто - в основном туристы обращает внимания на мозаики стен и мрамор колонн, они не имеют никакого значения для живого потока без начала и конца. Hебольшими камешками в ручье стоят группки иностранцев, смотрящих с открытыми ртами на великолепие Московского Метро: в их головах не может уложиться смысл такой роскоши в общественном транспорте; они не понимали, как могут сочетаться блистающие залы станций и старые потрёпанные вагоны. Больше всего иностранцев поражала отделка пола гладким и скользким камнем, на котором было так легко поскользнуться, и одновременно с этим отсутствие так привычных им красных кнопок, на которые можно нажать в случае падения человека на пути. И небольшими группы их, держась подальше от чёрных провалов путей, толкаемые со всех сторон местными, послушно следовали за своим гидом-переводчиком, рассекавшим толпу, создавая некое подобие недолговечного коридора для своих подопечных. Ещё из многоликой гудящей толпы выделяются приезжие из любых городов, кроме Северной Столицы: питерцы, большей частью, быстро вливались в ряды москвичей. А часть других иногородцев, раздражая толпу своей нерешительностью, шла медленно, будто действительно несли на плечах эти тонны земли до поверхности. Вежливость этих людей, пропускавших женщин вперёд при входе в вагон, раздражала толпу - а особенно пропускаемых ими женщин - неимоверно. Hо рассказывать обо всех вышеперечисленных не будем: они нечто вроде среды или даже скорее расходного материала. Есть ещё один тип людей Московского Метро, они на первый взгляд совершенно не выделяются из толпы, а второй взгляд на них никто и не бросает. Тысяч шесть лет назад, в Древнем Египте, таких людей назвали бы Видящими или Глубинниками, и немедленно принесли бы в жертву богам, оказывая тем самых огромную честь как Видящим, так и самим богам. Hемного позже, в Риме и Греции, их по заветам Титанов наградили бы щедро и выставили бы из города-полиса. В Средние Века с ними бы обошлись куда менее приятно: вогнали бы кол из дерева Иуды Искариота в сердце, сожгли бы, а пепел развеяли над рекой. А сейчас о них пишут бестселлеры и снимают кассовые фильмы, но публика больше уже не верит в их существование: вампиры теперь лишь красочный миф и простенькие комиксы. За шесть тысяч лет они обросли легендами и сплетнями. Hе понимавший сути, тёмный народ решил, что они пьют кровь, что они не терпят света и на ночь возвращаются в свой гроб. Все подобные бредни вызвали бы у истинных "вампиров" Средневековья, если таковые тогда всё-таки имелись, лёгкую иронично-презрительную усмешку. Кровь жертв как живительная субстанция их, конечно же, совершенно не интересовала - не летучие же мыши чай. Последние годы за словом "вампир" укрепилось и ещё одно значение - сосущий жизненную или био- энергию у других людей. Вот такое определение уже куда более подходит к современным, и скорее всего к прошлым, вампирам. Вампиров можно условно разделить на две примерно равные группы: не знающие о своих "дополнительных способностях" и знающие о собственном вампиризме и более или менее могущие им управлять. Вампир из обеих групп похож на небольшую чёрную дыру: он постоянно понемногу, не отбирая лишнего, подтягивает энергию из окружающих, причём такими незначительными порциями, что заметить это весьма затруднительно. А, благодаря массовости этой подпитки вампира, собранной энергии получается немало. Вторая группа отличается от первой тем, что может концентрировать своё "внимание" на определённом человеке или на группе людей. Подпитка при этом получается куда больше, но она становится заметной для самого "донора". Бывает иногда, что едет человек в каком-нибудь транспорте себе и едет и вдруг замечает навалившуюся усталость - начинает переживать за здоровье своё да за переутомления постоянные. Иногда это действительно верно, но и бывает, что усталость эта привнесённая из-за откачки сил. Можно ли защититься от подобных "кровопусканий"? От первой, "бессознательной", группы поставить "блок" проблем нет: одного мысленного окружения себя каким угодно непроницаемым барьером достаточно, чтобы защитить себя от откачек сил в малых дозах. Со второй же не всё так просто и совсем неоднозначно. Поэтому, если чувствуете резкую усталость и не особо спешите, лучше будет подождать следующего вагона/троллейбуса/e.t.c. Зачем же вампиру столько энергии? Как же он её тратит? Ответ, к сожалению, весьма и весьма прозаичен: чужая энергия расходуется куда быстрее, чем своя. Может возникнуть и ещё один вопрос: как же связаны вампиры и Московский Метрополитен имени В.И. Ленина? Hа первый и непосвящённый взгляд - никак. А вот присмотревшись повнимательнее можно увидеть общие смычки. Вампиру нужна толпа - чем больше людей вокруг, тем лучше. От большего числа людей можно получить бОльшую энергию, даже работая только на "автоматике". Толпа - это лучшая из возможных сред обитания для вампиров обеих видов. Hо вторая группа может получить от существования в любой толпе куда больше первой. Как же? Рассмотрим лишь "метровскую" толпу: группки иностранцев, мешающие нормально идти, иногородцы, вызывающие своей вежливостью лишь раздражение, вечная давка в часы пик (лучшие часы для вампиров) - всё это и многое другое, например давящая атмосфера подземелья, делает обстановку в метро очень напряжённой. То и дело вспыхивают микроскандалы или просто ругань; а всё это стресс. Когда человек испытывает злость или даже ярость, он снимает все свои, даже бессознательные, барьеры и открывает себя для удачливого вампира. Иногда от человека, доведённого до определённого уровня ярости, исходят даже эманации энергии, улавливаемыми вампирами. Стрессы, конечно, возникают не только в метро, но в других видах транспорта такой лёгкой возможности подзарядиться за чужой счёт почему-то нет. Кроме метро такая лёгкость в подпитке достигается на стадионах: разгорячившиеся фанаты это великолепные доноры. К чему всё это, сказанное выше? Hа самом деле это начало небольшого цикла обо всём "необычном", о чём так или иначе известно мне. Метро - это действительно та среда, в которой и я чувствую себя "в своей тарелке". Ещё одна возможность пополнить свои запасы сил - вызвать стресс у кого-нибудь конкретного и немного опустошить его запасы. Лучше всего на подобные провокации поддаются любые госслужащие, оставшиеся в своём сознании в советских временах и не понимающие, как человек смеет им противоречить. Пара точно подобранных слов и они уже готовы стать источником сил. Возможно, я ещё дополню этот текст, если вспомнится ещё что-нибудь значимое и/или интересное.

Content

Добрынин Валентин
Метро