Экслер Алекс

Рассказ сторожа музея - суровое детство

А.Экслер

Рассказ сторожа музея: суровое детство

- Эх, Серега, Серега! Кто же тебя так учил коктейли делать? Это что ты сейчас такое сварганил? Коктейль "Белое безмолвие"? А зачем ты водку лил в водку по кончику ножа? Чтобы не смешивалось? А-а-а! Так вот в чем дело? И кто это тебе такой рецепт замечательный посоветовал? В книжке вычитал? Ай, маладца! Ладно, давай вздрогнем, только уж прости, я по старинке - просто водку. Без всяких этих новомодных течений водки в водку. Поехали...

...Ух, хорошо пошло. Чего говоришь? Как жизнь? Нормально жизнь, Серег. Вон, в музее новую экспозицию открыли, посвященную музыке. Такие экспонаты закачаешься. Действующая модель скрипки Страдивариуса в натуральную величину, рюмка, которую Шаляпин разбил арией Ленского в переложении для баса с оркестром! Но гвоздь программы - кисть самого Паганини! Чего? Нет, конечно. Не настоящая. Просто гипсовый слепок. Я тебе ее потом покажу. Ну у мужика и пальцы были! Такое ощущение, что по четыре сустава на каждом. А длина-то, длина! Тридцать сантиметров, просто не ходи купаться. Представляешь? С такими природными данными он бы мог быть великим карманником или карточным шулером. А потратил мужик свою жизнь - на сущую ерунду. Пиликал на скрипке, забавляя всякую чернь.

Чего? Ничего не слишком, Серега! Я-то точно знаю - о чем говорю. Потому что через эту чертову скрипочку чуть нормального детства не лишился. Что "да брось ты, Похмелыч"? Так оно и было! Я тебе говорю! Ты давай, наливай, а я тебе поведаю историю моего золотопузого детства, чтобы ты понял - до чего эти скрипульки мерзкие детей могут довести. Налил? Поехали!

Короче, так. В школе я всегда авторитетом пользовался. Ты же видишь, и сейчас фигура - все при мне. Несмотря на бытовой алкоголизм и суровые условия эксплуатации меня в нашем музее, мужик - хоть куда. А все из детства пошло. Всякий здоровый спорт. Бег наперегонки с трамваем, шастанье по чердакам и крышам, бои с соседней школой и физическое воспитание сверстниками меня и мною сверстников с применением грубой силы. Авторитет был... Не поверишь, чихнуть в классе никто без моего разрешения себе не позволял. Отличники все так и роились вокруг с криками: "Костян! У меня спиши сегодня! У меня!". А физрук, когда меня видел, сразу пускал слезу, клал руку на голову и говорил: "Константин! Ты меня не подведи! На тебя, можно сказать, вся надежда у нас, в плане молодого поколения".

Но тут родители выкинули кунштюк. Решили меня, значит, музыке выучить. Чтобы сын, так сказать, гармонично развивался. Я-то, Серег, конечно не против. На гармошке выучиться или, скажем, на трубе. Трубачи, между прочим, самые уважаемые девушками люди в оркестре. Но мамаша, грымза такая, решила меня выучить на скрипке играть. Дескать, скрипачи больше всех зарабатывают. Даже и не подумала, что мой пятый, насквозь русский, пункт для этой профессии не сильно подходит. Ну, пункт - это самое маленькое горе. Проблемы начались совсем не с этим.

Главное, знаешь как мамаша меня в эту могилу заманила? Говорит: "Костик! Ты хочешь научиться играть на гитаре?". Ясный пень - кто же, будучи молодым, не хочет научиться играть на гитаре? Все девчонки твои будут. Даже у трубачей увести можно. Я, конечно, как баран головой и закивал. А она так сладко говорит: "Вот ты, Костенька, еще маленький, а маленьким тяжело на гитаре играть. Для них делают специальную маленькую гитару, которая называется - скрипка. Ребятишки сначала учатся на скрипке играть, а потом, когда подрастают, им уже гитару дают. Ну что? Пойдешь учиться?". Вот так и спровадили меня на скрипке учиться.

Ты представляешь, мне сначала даже понравилось. Таскать ее не тяжело, играть тоже не сложно, потому что можно не пальцами, а бандурой со струнами, которая называется смычком. Пилишь ты эту скрипку, пилишь, а она орет - как стадо мартовских котов. Прикольно, да?

Я с годик на этой скрипке отучился, потом чувствую - стремительно падает авторитет в классе. Просто-таки уже никто ни в грош не ставит. Кличку придумали: "Скрипач". Я сначала радовался, а потом как-то быстро понял, что кликуха-то - обидная. Просто до слез обидная. Потому что все представители этой профессии - какие-то хлипкие и в очках. То есть если ты играешь на скрипке, должен быть однозначным хлюпиком. И никакими подвигами нельзя доказать, что ты не хлюпик, если эта кличка прицепилась. Я даже через школьный двор перестал с занятий музыкой ходить. Потому что стоит там появиться, как сразу весь двор начинает орать: "Во, парни, Костян-Скрипач шурует со своей балалайкой! Костян, сыграй нам что-нибудь чувствительное. Какой-нибудь ноктюрн Шопенгауэра! Уж больно поплакать охота!". А мне, Серег, как на это реагировать? Конечно, надо было взять скрипку и хрястнуть ей кому-нибудь по ушам. Но ее выдали в музыкальной школе и папаше объяснили сколько он должен будет заплатить, если с ней что-нибудь случиться. Папаша мне это тоже объяснил очень даже популярно. Можно сказать, вколотил эту мысль в самое подходящее место - в задницу. Так что я потом полгода как садился, так сразу и вспоминал - сколько эта деревянная механизма стоит. Нет, можно было, конечно, скрипку кинуть где-нибудь у забора и вступить в бой кулаками и головой, но я боялся, что скрипку кто-нибудь сопрет.

Короче, дошло до того, что меня даже на футбол перестали вратарем приглашать. Заявили издевательски, что вдруг я попорчу об их мяч свои неимоверно талантливые ручки. И все пошло кувырком. Даже физкультурник на меня стал смотреть презрительно и заявил, что, дескать, только самый тупоголовый кретин, вроде меня, может променять настоящую физическую культуру на занятие для очкариков и хлюпарей.

Ты представляешь, Серег, я чуть не повесился. Что было делать? Родители и слышать не хотели о том, чтобы я перестал пиликать или хотя бы переквалифицировался на настоящую гитару. Потому что привыкли хвастаться перед гостями - какой у них сын талантливый. Как гости придут, выпьют, так отец фальшивым голосом заявляет: А сейчас, друзья, мой сын порадует вас "Элегией" Масне. А то, что друзья от этой масни могут в белую горячку спокойно впасть, - его не волновало.

Я, Серег, может быть, еще потерпел с годик, но когда однажды подружка из параллельного заявила, чтобы я ее не смел с уроков домой провожать, потому что над ней все подружки смеются, понял, что с этим надо кончать. И знаешь - чего сделал? Просто взял и закопал скрипку в землю на материном огороде. И родителям прям так сразу об этом и заявил. Папаша, конечно, меня исполосовал - просто как зебру. Но я, как красный партизан, так и не сознался - в каком именно месте. Они половину огорода перерыли вместе с картошкой - так ничего и не нашли. Мать все причитала: "Костик! Что ты наделал? Ты не скрипку в землю зарыл! Ты ТАЛАНТ в землю зарыл!". Но я был стоек и тверд.

Из музыкальной школы, конечно, меня выперли в один момент. Пытались отца заставить деньги за скрипку заплатить, но тот заявил, что готов указать местоположение инструмента, поэтому платить за него не собирается. Музыкальная школа потом несколько раз субботники на нашем огороде устраивала. Чуть нефть не нашли, заодно матери новый колодец вырыли. Но скрипку обнаружить на удалось.

Я, между тем, сразу пошел в секцию бокса. Когда тренировался с грушей, представлял себе, что это скрипочка моя висит, так что тренеру приходилось мне несколько раз объявлять выговор за ужасное обращение с инвентарем. Не поверишь, Серег, за полгода первый разряд получил.

В школе, конечно, авторитет восстановился как бы сам собой. Не без помощи жестоких физических расправ, конечно. За слово "скрипач" брал обидчика и колотил им по скелету в кабинете естествознания. Все как-то довольно быстро отвыкли. После этого без моего разрешения в классе никто ни встать, ни сесть себе не позволял. А Светка из параллельного сама пришла и попросила, чтобы я ее домой провожал с болтающимися на поясе боксерскими перчатками. Говорит, что подружки просто обзавидовались вусмерть. Вот такие дела. Своими руками, можно сказать, спас свое детство. Отец еще несколько раз пытался мне вспомнить музыкальную школу и поруганный огород, но после того как я кулаком пробил дубовый шифоньер в поисках конфет, как-то сразу притих и предпочел забыть эту историю.

Так что, Серег, с детьми в этом плане надо быть поосторожней. Я вон своего Васятку на контрабасе играть отправил. Сам лично отлил у приятеля на заводе стальной футляр. У сынишки теперь бицепсы - в рубашку не пролезают. А если кто-то что-то нехорошее про его иструмент посмеет сказать, Васятка просто футляр на ногу обидчику ставит - и все дела. Уже пятерых в классе теперь "Утенок Дональд-Дак" кличут. А Васятку - уважают. Потому что и музыкант, и богатырь. Гармоничная личность. Вот так вот, Серега, учись, как надо детям счастливое детство создавать.

Что говоришь? Куда скрипка делась? Ясный пень, я ее и не думал зарывать у отца в огороде. Вдруг бы нашли? Хранил в надежном месте у приятеля в сарае. Между прочим, именно эта скрипка сейчас в новом отделе под видом модели Страдивариуса выставлена. Калерия мне за нее полугодовую премию отвалила. Говорит, что давно не видела такого древнего инструмента. А как ты думаешь - на какие такие доходы ты в черную икру уже просто с головой зарылся? Да ладно, Серег, не обижайся. Клади голову обратно. А мне вон той осетринки кусочек передай. Да не режь ты ее, интеллигент хренов. Давай всю рыбину. Я люблю хорошо закусить, чтобы водки больше влезло.

***

Content

Экслер Алекс
Рассказ сторожа музея - суровое детство