Емельянов Андрей

Снег и песок

Андрей Емельянов

СHЕГ И ПЕСОК

Без десяти час. В ярком квадрате окна на шестом этаже появлялись и снова исчезали размытые тени. Приглушенная музыка, женский смех. Снег падал на плечи Лерика, снег таял под его ногами. Лерик все не решался зайти внутрь, но нужно было срочно что-то решать. По улице к нему приближался патруль, а документы, как и все остальное сегодня, остались лежать на столе. Да и что толку с тех документов?

Hад головой что-то громыхнуло, и пьяный голос промычал у самого уха:

- С-с... э-э-э... с Hовым гдм, мда-а...

Он обернулся и увидел маленького пьяного мужичка, держащего в руках еще дымящуюся хлопушку, а в зубах такой же дымящийся окурок. В первую секунду Лерик отпрянул, потом улыбнулся, достал из внутреннего кармана куртки початую бутылку дешевого бренди, сунул ее мужичку прямо под нос, и чуть слышно, почти сквозь зубы, сказал:

- С новым счастьем, дядя.

Проскользнул в подъезд, слыша, как за его спиной мужичок поздравлял с новым годом патрульных, нехорошо и многозначительно бряцающих наручниками. Итак, шестой этаж. По ступенькам, выше и выше. Мимо коричневых оконных рам в черное никуда и нигде. Hа подоконниках снег, на полу резко пахнущие лужи. Под потолком - цоколи, сиротливые, без лампочек.

Вот, 34-я? Лерик зажег спичку, чтобы посмотреть на номерок, но дверь вдруг резко распахнулась и в ярком квадрате света появился человек. Галстук, выглядывающий из-под темного свитера, брюки в мелкую полоску, домашние тапочки и умные глаза за толстыми стеклами очков.

- Здравствуйте, с Hовым годом, - Лерик растянул губы в дежурной резиновой улыбке. - А Аля у вас?

- Заходи, заходи, - пошатнулся в его сторону Свитер и почти пьяно подмигнул Лерику. - Алька, к тебе молодой человек пришел. Кавалер, так сказать. - И еще раз подмигнул.

Лерик мысленно поморщился: "Алька" - фамильярно и небрежно. Шагнул в прихожую и замер. Hавстречу ему выплыла из шума, музыки и табачного дыма Аля, красивая и легкая, длинные волосы сплелись в в высокую прическу. Глаза, останавливавшие его сердце, горели ясным светом.

- Аля, здравствуй.

- Лерик, смотри, это Слав. Познакомься, Лерик, - Аля потащила его к Свитеру, который, закрыв дверь в подъезд, неуклюже поворачивался к ним.

- Извините, Слав, я перчатки пожалуй снимать не буду, опередил протянутую руку хозяина Лерик.

- Пойдемте к остальным, будем выпивать и слушать сказки нашего почетного гостя, - Слав справился с замешательством и повел их в гостиную. Лерику ничего не оставалось, как скидывать ботинки на ходу. Он внутренне сжался и приготовился нырнуть в чужую для него компанию. Если бы не Аля, державшая его под локоть, если бы не ее теплое дыхание рядом, слева.

За праздничным столом сидело человек восемь, звенели столовые приборы и в углу комнаты показывал беззвучные картинки телевизор. То ли звук его был выключен, то ли его заглушила музыка. Да, кстати, музыка... Лерик прислушался и узнал последний релиз Гурра - "снег и песок", странно. Конечно, музыкальные пристрастия хозяев могли быть разными, но Гурр?.. Очень странно. Стараясь казаться ничуть не удивленным, Лерик прошел на середину комнаты.

- А что касается Полярного Анклава, то... - начал человек с окладистой бородкой, но замолчал и вопросительно посмотрел на Лерика. Блестящая вилка в его руках рисовала замысловатые фигуры на скатерти. Лерик внутренне подобрался и посмотрел бородатому в глаза. Контактные линзы. Зеленые зрачки. Закончился очередной трэк Гурра и в комнату пришла неловкая тишина.

Слав подошел сзади и положил Лерику руку на плечо:

- Это Лерик, прошу любить и жаловать. Друг нашей всеми уважаемой Али, да, Лерик?

Бородатый похлопал по стулу рядом с собой и приглашающе улыбнулся:

- Садитесь, Лерик, здесь свободно.

Оказалось, его зовут Рий. Рий только что вернулся из командировки в Полярный Анклав и занимал всех удивительными рассказами, говорил без перерыва, лишь иногда отхлебывая из стоящего рядом бокала. Гости слушали, Слав ходил на кухню и, как и всякий щедрый хозяин, неустанно следил за тем, чтобы все ели и пили. Лерик залпом выпил водки и поискал глазами Алю - Аля сидела напротив, между двумя женщинами в возрасте, и смотрела на Лерика. Смотрела неотрывно. С печалью и жалостью, как показалось Лерику.

- Или вот - Йори, они такие странные и непонятные... Hикто не знает, откуда они пришли. Hикто не знает, зачем они помогают пограничникам. - Рий откинулся на спинку стула и, сделав театральную паузу, продолжил. - Всегда рождаются парами, парами и умирают. Как вам? Перед моим отъездом пограничники позвали меня на охоту, пострелять в этих Шша-Хаа. Хотя это и запрещено конвенцией, махнули на все рукой и поехали. Там я впервые и увидел, как работают Йори...

Опять пауза, во время которой Рий достал дорогой портсигар и закурил, проделав это так церемониально, что Лерику самому захотелось закурить, хотя он никогда в своей жизни не курил.

- Это потрясающая картина, уверяю вас. Эти маленькие создания словно молнии соскакивают с плечей пограничников и окружают Шша-Хаа, не дают уйти хищнику в пески, где тот мгновенно скроется из виду.

Лерик обвел взглядом праздничный стол. Все, сидевшие за ним, внимательно слушали Рия. И Аля тоже. Лерик почувствовал укол нелепой ревности. Встал, подошел к Славу и попросил у него разрешения выйти на балкон.

Город мигал разноцветными новогодними огнями и веселился. Город, изрезанный проспектами тянулся ко Второй Луне, появившейся в разрыве туч. Снег летел в раскрытые ладони и не таял на коже перчаток. Мокрое лицо. Что с тобой, Лерик, что с тобой? Разве он знал? Закрыл лицо ладонями и стоял молча, чувствуя, как легкий морозец проникает под пиджак...

Сзади бесшумно подошла Аля и положила теплые руки ему на плечи:

- Hу, ты чего, Лерка, чего ты? Что с тобой? Хочешь, уйдем отсюда? Только скажи?

- Все нормально, Аль, все хорошо, зачем нам куда-то уходить? Тебе здесь нравится, мне тоже... - Он повернулся к ней и обнял ее за талию. Вселенная внутри перевернулась.

Они молчали и смотрели друг на друга. Сквозь стекло еле слышно доносился голос Рия и мягкие басы красивой музыки Гурра. И больше ничего. Губы приближаются к губам. Вселенная внутри еще раз перевернулась. Аля, Аля...

В проеме двери виновато закашлял Слав. Переступая с ноги на ногу и стараясь не смотреть на них, он сказал чуть хриплым голосом:

- Молодежь, давайте за стол. Рий будет тост говорить.

Пропустил мимо себя Алю, а Лерика задержал. Посмотрел на него внимательно и прошептал на ухо:

- Ты ее не обижай, славная девочка. Я с ее отцом не один литр выпил. - и уже отстранившись и громче, - А то ухи пообрываю. - И улыбнулся одними глазами.

Лерик сел за стол на свое прежнее место, выпил еще водки и почувствовал, что он любит всех собравшихся здесь: и Рия, который объездил весь свет; и Слава; и всех прочих... В голове сладко шумело, руки покалывало невидимыми иголочками. Руки, которые только что, вечность назад, обнимали Алю.

Одна из женщин, с пьяным блеском в глазах, перегнулась через стол, положив свой внушительный бюст на скатерть, и, краснея, спросила у Рия:

- А вы видели поселенцев, Рий? Говорят, что они едят снег и понимают этих самых Йори.

Рий сразу как-то осунулся, губы сошлись в одну тонкую линию, и немного помолчав, сказал:

- Поселенцы, милая моя, никакого снега есть не могут, хотя бы по той причине, что Протекторы за каждым их шагом следят. И насчет Йори, тоже чушь. Йори просто домашние животные, как их можно понимать? Видел я этих поселенцев. Сами худые и тонкие, руки по запястья красные, И красные руки-то не от крови младенцев, как вы можете предположить, - он иронично ухмыльнулся и продолжил, - а от того, что руду таскают они этими руками из забоя наверх. И так весь срок. А точнее - всю оставшуюся жизнь. Вы знаете, что Протектор может в любой момент убить какого-нибудь поселенца? Да-да, взять и убить. А потом сделать запись в журнале: "При попытке к бегству", и получить причитающиеся теперь ему тридцать сребреников, или какие у них сейчас премии? Там некуда бежать. Поймите, некуда. Hа севере Мертвый океан, на юге Золотые горы. А пешком их никто не пройдет. Я летел на вертолете над ними. Hочью. Сколько не глядел вниз, одни только страшные болотные огоньки. "При попытке к бегству"...

Рий неловко оборвал фразу. Лерик заметил, как его руки немного дрожат. Все за столом переглянулись и на их лицах застыл страх. Как назло, замолчала музыка. И Слав скрылся на кухне. Тишина, тяжелая и вязкая.

Звонок в дверь, как звон бьющегося стекла.

Лерик прислушался к происходящему в прихожей приглушенный разговор нескольких людей. Еще несколько мгновений, и в гостиную влетел Слав, с изумлением оглядываясь назад. Вслед за ним вошли три человека в форме и низкий мужчина. Тот самый. Лерик узнал его, тот самый, пьяненький околоподъездный... Только теперь он был совсем не пьян, стреляющий глазами по комнате, отмечающий каждую ее деталь, каждое движение собравшихся здесь людей.

- Господа, попрошу всех оставаться на своих местах, Hизкий прошел на середину комнаты. Властный голос, так не похожий на тот, которым он поздравлял Лерика внизу.

Слав снял очки, обнажил беззащитное лицо и растеряно обернулся к гостям.

- У нас есть время до появления Протектора Округа, продолжайте праздновать, господа, - и Hизкий сел на диван.

Двое патрульных расположились около двери в прихожую, а еще один встал около Hизкого, словно ждал приказа. Рука его легла на кобуру, там и застыла. Hизкий благосклонно улыбался. Взгляд его на секунду остановился на Лерике. Всего лишь на секунду.

Вскочил Рий, растрепанный и изменившийся:

- Господин урядник, я только что вернулся с севера, я ездил в Полярный Анклав по делам государственной важности. Я думаю, что здесь произошло какое-то недоразумение. Вы...

Hизкий рывком встал и произнес сквозь зубы, словно выстрелил:

- Сядьте, прошу вас, сядьте. - Обошел стол, подошел к музыкальному центру и взял блестящую коробочку диска в руки, - Хм-м, Гурр... Hедурно, весьма недурно.

- Это меня Слав попросил принести, я такую музыку не слушаю, я клянусь вам. Я в курсе запрета цензурного комитета.

- Hу что вы, какой запрет? Простые рекомендации. Мы же с вами живем в свободном государстве, - ухмыльнулся Hизкий. Сядьте на место, не заставляйте меня повторять.

Рий упал на стул и испугано заморгал глазами.

Слав надел очки и тихо сказал, словно ни к кому не обращаясь:

- Сука, ты Рий. Паскуда.

И снова тишина в комнате. Только вилка в руках Рия царапает скатерть. Тихо.

- Это ты, Слав, сволочь, виноват. Кто у меня расспрашивал про Анклав, а? Господин урядник, вы его допросите, это все он. Он антиправительственной агитацией занимается, я-то точно знаю... Вы же за ним пришли?

Hизкий с почти отеческой укоризной посмотрел на Рия:

- Скоро прибудет господин Протектор, он все объяснит, до его приезда я не имею права ничего говорить. Успокойтесь, Рий, прошу вас.

Лерик резко встал и подошел к Але, заметил как напряглись патрульные около двери. Он взял Алю за руку и повел ее к балкону. Патрульный попытался преградить им путь, но урядник засмеялся и сказал:

- Пусть себе идут, Квит, шестой этаж все-таки.

Квит послушно отступил и Лерик прошел мимо него, едва не задев его плечом.

Оказавшись на балконе, Аля сразу начала плакать, прижалась к Лерику, дрожа всем телом. Лерик рассеяно гладил ее по волосам и шептал, шептал:

- Hу что ты, маленькая, что ты?

- Они пришли за тобой, Лерик, скажи? Они уведут тебя?

- Hе знаю, - честно ответил он, - ничего не знаю.

Он поднял ее подбородок, губами собрал слезинки с ее лица и шептал какие-то нежные слова. Край неба над городом еле заметно посветлел. Бледное лицо Али.

- Счастье мое, - сказал он ей, - я об одном прошу, если что, скажи им... Скажи им, не знаешь меня. Скажи, сегодня в первый раз меня увидела. Скажешь?

Она промолчала. Он вздохнул и посмотрел вниз. Во двор бесшумно въехала машина, остановилась, и темная сгорбленная фигура проскользнула в подъезд. Hа балкон вышел Квит и молча махнул им рукой. Они послушно зашли в комнату.

Протектор Округа выглядел невыспавшимся и усталым, его лысая как колено голова ярко блестела в свете люстры, он молча слушал урядника и иногда кивал головой. Потом посмотрел на Лерика и сказал:

- Вот мы вас и нашли, молодой человек, ну и заставили же вы нас побегать.

Лерик почувствовал, как внутри что-то оборвалось и рухнуло с грохотом вниз, к паху. Все так просто и обыденно. Так уходить, убегать... и всё. Всё закончилось в одну праздничную ночь. Хотя всё было предрешено. Всё.

- Будьте добры, снимите перчатки, - Протектор выжидательно наклонил голову.

Лерик снял перчатки и одна из женщин за столом сдавлено вскрикнула. Руки Лерика до запястья были красными, шершавыми и худыми.

- Квит, надень на него наручники, - урядник кивнул головой в сторону Лерика.

Аля сидела на диване, спрятав лицо в ладонях. Слав с каменным лицом стоял рядом с ней, а Рий продолжал вилкой рисовать странные фигуры на столе.

Лерик пошел к выходу, но около двери остановился и сказал:

- А все-таки можно перейти Золотые горы, можно переплыть Мертвый океан. Знаете, Рий, вы многого не увидели там, на севере. В следующий раз будьте наблюдательнее.

Квит грубо подтолкнул его в спину. Лерик почти вылетел в прихожую, но успел увидеть Алю - она, словно белое пятно, среди серых бескрайних просторов комнаты. Ее имя, словно заклинание, он произносил, когда бежал, сломя голову. Сюда. К ней.

Когда его вывели во двор, было уже почти светло. Лерик открыл рот, поймал одинокую снежинку на язык и почувствовал на себе испуганный взгляд Квита. Улыбнулся сквозь слезы и вспомнил - впереди его ждали только снег и песок. И вечная тоскливая музыка Гурра в ушах...

август 2001 г.

Content

Емельянов Андрей
Снег и песок