Фирсов Владимир

Исполнение желаний

Владимир Фирсов

Исполнение желаний

- Джек! Ты слышал! Макдональд пустил себе пулю в лоб!

У Джека сразу пересохло в горле. Угадав его невысказанное желание, услужливая машина подсунула ему стакан виски. В ту же секунду в его нагрудном кармане раздался слабый щелчок, Это исчезла на портативном счетчике еще одна драгоценная красная цифра.

Залпом осушив стакан, он мысленно пожелал машине провалиться в преисподнюю - он знал, что на желания такого рода машина не реагирует.

Потом он встал и потихоньку пошел к столику с утренними газетами. Он уже давно старался все делать с безразличным видом, чтобы проклятая машина не угадала его желаний. Иногда это удавалось. Но чаще машина опережала его, и тогда на счетчике становилось цифрой меньше.

На этот раз машина не угадала. Но Билл понял сразу.

- Можешь не искать, - сказал он. - У компании везде свои люди. Мак уже пятый из первой сотни. И ни о ком не было ни строчки.

Джек остановился посреди комнаты, и перед ним опять возникло страшное видение: запрокинутое мертвое лицо в космическом шлеме.

И он понял, что это конец.

- Уходи! - сказал он.

Очевидно, Билл тоже понял. Хлопнула дверь. Тогда Джек повернулся к машине и посмотрел на нее так, будто видел ее в первый раз.

Началось все пять лет назад. Джек с отличием закончил университет. Профессора говорили, что у него большое будущее. Однако работы по специальности найти не удавалось; в стране наступил очередной "временный спад" - так называли это газеты. С трудом Джек устроился агентом по рекламе искусственных конечностей.

Работа была несложная. Время, когда искусственными органами интересовались только пострадавшие в автомобильных катастрофах да инвалиды колониальных войн, давно миновало. Джек входил в дома и рассказывал, как известный боксер Сандерс Кэй заменил свою левую руку биопротезом фирмы "Дженерал артифишел лимз" и вскоре стал чемпионом мира, и что скрипачу Эдгарду Хиллу удалось добиться мировой известности только с помощью биорук той же фирмы, Джек предлагал приобрести фотоэлементные глаза, нейлоновые желудки, электронные сердца... Но искусственные органы стоили дорого, и найти покупателя удавалось редко. В конца концов он был уволен и несколько месяцев перебивался случайными заработками.

Тогда-то он впервые услыхал о компании и ее проекте.

В те дни волнение охватило страну, а за ней весь мир. И было отчего волноваться - за всю историю планеты никто не слышал ничего подобного.

Компания "Золотой век" умела делать дела. Было предпринято все, чтобы ошеломить умы. В бой были брошены печать, радио, кино, телевидение, искусственные спутники.

"Начало золотого века! Всеобщее процветание! Крах коммунистической идеологии!" - такими заголовками запестрели тогда газеты и журналы.

"Сегодня только начало - завтра в стране будут миллионы миллионеров!" кричали бульварные листки.

"Национальная Ассоциация Экономики заявляет; проект компании "Золотой век" сулит нашей стране небывалый расцвет", - сообщал солидный орган бизнесменов.

"Каждый может приобрести волшебную лампу Аладина!" - пищал Микки-Маус с экранов стереотелевизоров в часы детских передач.

"Чтобы защитить свое процветание, свободный мир должен опередить коммунистов в создании гиперонной бомбы!" - бубнил на весь мир по радио отставной генерал.

"Лига патриотических женщин" призывает всех мужчин заключить договор с компанией "Золотой век"! Путь к семейному счастью - только через конторы компании!"

В пресс-центрах журналисты метались, сбивая друг друга с ног. Международные линии связи были заняты на много дней вперед. На орбиту были выведены три новых связных спутника.

Джек хорошо помнил то утро. Он вышел из дому, размышляя, чем заняться. На углу Триста двадцатой улицы, там, где мигала осточертевшая реклама искусственных носов, толпа обступила разносчиков газет. Это было необычно: писаниям газетчиков мало кто верил. С трудом проложив путь в толпе, Джек схватил газету.

"Хочешь сегодня же стать миллионером? - огромными буквами было напечатано на первой странице. - Хочешь иметь виллу на Лазурном берегу, яхту и самолет? Хочешь пить старинные французские вина в обществе красивейших женщин мира? Немедленно приходи в нашу контору!"

Так начиналось обращение компании "Золотой век". "Очередная утка", подумал Джек и выбросил газету. Однако куда бы он ни направлялся, слова обращения всюду преследовали его. Они повторялись в воплях радиодикторов, в цветных вихрях развешенной по небу люминорекламы, в надписях на асфальте пешеходных дорожек, на упаковке сигарет...

Что побудило его пойти в контору компании - тщетные поиски работы, грустные глаза Энн, свадьба с которой все время откладывалась, или простое любопытство? Попасть в контору оказалось не просто. Полиция оказалась бессильной. Лишь когда в толпу врезались, завывая сиренами, тяжелые бронированные авиадесантные машины, удалось навести какой-то порядок.

Джеку повезло - он попал в начало очереди и через каких-нибудь три часа вошел в контору. Любезные служащие в голубых костюмах с золотой короной на груди объясняли: компания делает свои первые шаги. Поэтому договор она может заключить только с вполне здоровыми мужчинами не старше двадцати пяти лет, если они успешно пройдут обследование. Но дела идут хорошо, и мы уверены, что через год-два услугами компании сможет пользоваться каждый желающий.

Миловидная девушка с прической голливудской кинозвезды подала Джеку голубую карточку, на которой надо было подчеркнуть ответы. Затем анкета исчезла в пасти электронной машины. Та замигала разноцветными глазами очевидно, что-то благоприятное для Джека, потому что девушка тут же выдала ему регистрационный талон и подробный проспект компании с золотым обрезом. Тем не менее Джек не особенно надеялся на успех - было объявлено, что для начала компания заключит только сто договоров.

Дома Джек прочитал проспект. То, что он узнал, ошеломило его. Это было похоже на сказку.

Компания брала на себя обязательство выполнять все желания своего клиента без ограничений - конечно, те, что под силу современной технике. Для этого в доме клиента будет установлена машина, регистрирующая и выполняющая эти желания. После заключения договора клиенту делают пустяковую операцию: в его черепную коробку вставляют крохотный датчик, воспринимающий желания клиента и по радио передающий их машине. Для гарантии работа всех машин контролируется Большим Электронным Мозгом компании.

Небольшая статья знаменитого психолога показывала, как облегчит жизнь людям компания "Золотой век". Психика людей, писал ученый, складывалась под гнетом противоречия между нашими желаниями и невозможностью их осуществления. Из-за неудовлетворенных желаний уменьшалась продолжительность жизни, снижалась деловая активность, возрастали агрессивные наклонности каждого индивидуума, что, в свою очередь, вело к росту преступности, забастовкам и войнам. К счастью, ученые нашли путь к искоренению извечного проклятия человеческого рода.

Машина не только выполняла желания. При помощи датчика она определяла способность клиента производить доллары. Сумма всех долларов, которые он был способен заработать в течение всей жизни, устанавливалась на счетчиках машины и Большого Мозга. Портативный контрольный счетчик клиент мог носить в кармане. Сумме эта непрерывно корректировалась машиной.

На счетчиках было еще две шкалы. Вторая показывала стоимость исполнения желаний, третья красными цифрами отмечала разницу между двумя первыми числами.

Свои услуги машина оказывает не бесплатно. Весь доход клиента поступает в распоряжение компании. Но деньги ему не нужны - машина доставит абсолютно все, что клиент пожелает. Впрочем, для непредвиденных расходов он мог получить у машины любую сумму.

Выкладки видных экономистов свидетельствовали, что клиент сможет пользоваться всеми благами жизни не менее двухсот пятидесяти лет. А так как люди редко доживают даже до девяноста лет, то перспектива выглядела заманчиво.

Выкладки были безукоризненны, Джек не поленился проверить их. Было похоже, что в проспекте сказана чистая правда.

Компания ставила клиенту только два условия. Во-первых, он должен обязательно работать, конечно, там, где пожелает. "Компания предоставит вам любую работу по вашему выбору и в соответствии с вашими способностями! - говорилось в проспекте. - Неограниченные возможности бизнесе в сочетании с разумным образом жизни позволят вам до конца своих дней пользоваться услугами компании!"

О втором условии говорилось кратко. В том маловероятном случае, если клиент истратит больше, чем может заработать, компания все же не оставит его в беде. Но тогда клиент будет обязан работать только на предприятиях компании. О характере этой работы ему будет сообщено особо - после вступления в силу второго условия.

Короче говоря, когда Джеку объявили, что его кандидатура принята и назвали умопомрачительное число долларов, которые он способен заработать, он не колебался. Слишком мало было надежды найти работу и слишком много желающих занять его место в сотне счастливчиков.

Вскоре ему был выдан голубой билет с золотой короной в углу и с цифрой 37.

Операция и в самом деле оказалась пустяковой.

Уже через несколько дней Джек смог осмотреть свой новый дом с уютным садом и бассейном, с роскошным лимузином в гараже, с электродушем, автокухней и маленькой физической лабораторией. На счетчике машины, которая занимала полстены в гостиной, красовалось многозначное число. Джек с удивлением отметил, что, несмотря на расходы по постройке дома, оно не уменьшилось, а даже несколько увеличилось. Очевидно, машина учла вполне понятный эмоциональный подъем своего клиента и оценила его в долларах.

Дальше все развертывалось как в сказке. Джек получил трудную и интересную работу в физическом центре компании, а через несколько дней он и Энн обвенчались. Через год у них родился ребенок.

Машина действовала безукоризненно. Она была предупредительна, вежлива, скромна, подобострастна. Могла мгновенно подать зажженную сигару или новый костюм. На доставку бриллиантового колье для Энн ей понадобилось всего сорок минут, Помятый в аварии автомобиль был обменен за пятнадцать минут.

Джек начал забывать, что такое деньги. Он носил с собой только мелочь для случайных расходов в пути - на сигареты или сода-виски. Когда Энн хотела купить что-нибудь сама, машина тотчас выдавала Джеку новенькие хрустящие банкноты, которых в ней было видимо-невидимо.

Однажды ночью Джек проснулся от странных звуков. Войдя в гостиную, он увидел в темноте человека, возившегося у пульта. Успел ли Джек пожелать чего-то или сработало защитное устройство, но грабитель упал, а машина соединила Джека с полицией. Полицейские опознали известного взломщика сейфов.

Падкие на сенсации журналисты несколько дней после этого одолевали Джека. Один репортер даже залез в окно.

Журналисты осточертели Джеку давно - в первые дни они только что не ночевали у него. Портреты ста счастливчиков и их рассказы о новой жизни месяцами не сходили со страниц газет и журналов.

- Считаете ли вы, что только договор с компанией позволил вам достигнуть своего идеала? - спрашивали его.

И Джек, поглядывая на радостную Энн, кивал головой - да, только компания дала ему счастье.

Безоблачная жизнь продолжалась почти два года. Потом пошли неприятности.

Как всегда, началось с пустяка.

Какая-то левая газета позволила себе обратить внимание на следующий факт: все сто счастливчиков по странному совпадению оказались подающими надежды физиками. Проныра корреспондент не поленился собрать о них отзывы среди преподавателей и ученых и утверждал, что подобной коллекцией могла бы гордиться любая лаборатория мира. Газета вызывающе намекала на связь одного из директоров компании с концерном, ведущим бешеную разработку гиперонной бомбы.

Недостойное выступление левой газеты потонуло в хоре славословия, Пресса сообщила о предстоящем открытии филиалов компании, Сенатор Липтон потребовал для компании новых крупных ассигнований. Ходили туманные слухи о таинственном исчезновении нескольких известных физиков и о планах строительства ракетных баз на Луне.

Вскоре разразился сенсационный скандал. Шведский траулер подобрал в океане обломки межконтинентальной ракеты, в кабине которой был обнаружен труп человека. При вскрытии у него в голове нашли крохотный прибор. Шведская печать опубликовала заявление, подписанное крупным ученым, профессором Рингом.

"Камикадзе" ядерного века! - закричали газеты разных стран. Случайность или преступление? Кто из "Золотой сотни" нашел свою смерть в ракете? Допустимы ли опыты на людях?"

Правление компании выступило с опровержением. Все счастливцы налицо, убедительно говорилось в нем. Они по-прежнему благоденствуют в своих виллах. Адреса их хорошо известны, и каждый может сам убедиться, что ни один из них не попал в подозрительную - очевидно, русскую - ракету. Они ждут, что новые тысячи счастливцев в ближайшие дни присоединятся к ним. Успех первого опыта и помощь правительства позволяют компании расширить свою деятельность.

В тот же день было объявлено о предстоящей пресс-конференции профессора Ринга.

Вечером в стокгольмском аэропорту приземлился межконтинентальный стратоплан, доставивший одного-единственного пассажира. Его ждала машина, за рулем сидел господин, хорошо известный в деловом мире. Пожалуй, только шеф полиции знал, что среди знакомых господина есть и такие, отпечатки пальцев которых хранятся в картотеке уголовной полиции. Конечно, сам Господин был вне всяких подозрений, и шеф полиции не раз Следовал его советам в финансовых вопросах, в свою очередь, дружески снабжая его некоторыми неофициальными сведениями. Последняя их встреча произошла незадолго до посадки стратоплана.

О чем шел разговор в машине, никто никогда не узнал. Известно только, что поздно вечером пассажир стратоплана позвонил у дверей директора Института мозга профессора Свенсона и подал слуге свою голубую визитную карточку с золотой короной. Через пятнадцать минут он был принят хозяином.

- Господин профессор, я буду краток, - сказал гость. - Компания "Золотой век" учредила ежегодную премию в сто тысяч долларов за исследования в области бионики. Я счастлив, господин профессор, сообщить вам, что ученый совет компании присудил эту премию вам за выдающийся труд "Поля головного мозга".

- Я польщен честью, господин вице-директор, - сухо ответил Свенсон, но вынужден отклонить эту награду. Серьезные работы последних лет выполнены мною вместе с профессором Рингом, моим научным руководителем. Поэтому я не могу принять награду единолично. Вторую причину моего отказа вы, очевидно, знаете из газет.

- Увы! - вздохнул гость. - В нашем мире радость и горе идут рядом. Хочешь принести радость, но являешься вестником смерти.

- Не понимаю вас...

- Господин Свенсон, премия присуждена двоим. Профессор Ринг безусловно был выдающимся ученым...

- Почему вы говорите "был"? - нервно спросил хозяин.

- Несколько часов назад профессор Ринг погиб в автомобильной катастрофе. Знаете, когда человек тяжело болен, одно неверное движение руля при нынешних скоростях...

- Какой ужас! - прошептал Свенсон.

- Компания "Золотой век" скорбит вместе с вами. К счастью для науки дело, начатое профессором Рингом, будет продолжать профессор Свенсон. Поэтому я прошу вас не отказываться от премии, Профессор Ринг был одинок, наследников у него нет.

- Почему вы сказали, что профессор был болен? - спросил Свенсон. - Это неправда.

- Увы, - вздохнул гость. - Человек в здравом уме не мог сделать заявления, настолько не соответствующего истине, - он кивнул на газеты. Я сочувствую газетчикам - узнав об этом на завтрашней пресс-конференции, они будут разочарованы.

- Я тоже присутствовал на вскрытии, - сказал профессор. - Я-то, наверное, в здравом уме. И я, безусловно, выступлю на пресс-конференции. А теперь прошу извинить меня. Я потрясен гибелью шефа. - И профессор поднялся.

Но гость не обратил на это внимания.

- Компания весьма сожалеет, - сказал он, - что руководимый вами Институт мозга закрывается. Для нас это тоже неожиданный удар, как и для вас. Сочувствую вам - наверное, трудно расставаться со стенами, в которых провел пятнадцать лет. Но для лауреата премии "Золотого века" двери наших лабораторий всегда распахнуты.

Профессор почувствовал, что ему душно. Он давно понял, что гость знает больше, чем говорит. И вот доказательство - второй неожиданный и очень чувствительный удар.

Соглашаться или не соглашаться? Неужели придется принять эту проклятую премию?

- Поверьте, господин профессор, для меня самого это крупная неприятность, - сочувственно произнес гость. - Кто бы мог подумать, что "Северное объединение" - это оно, если не ошибаюсь, финансировало ваш институт? - вдруг прекратит платежи. Я теряю десять тысяч долларов. Потери крупных держателей акций будут гораздо ощутимее.

Я разорен, подумал Свенсон. Если это правда, то у меня нет ни кроны. Все разыграно, как по нотам. От Ринга они избавились, я у них в лапах. Интересно, что предлагали моему шефу? Впрочем, ему вряд ли предлагали это была бы напрасная потеря времени. Значит, мне еще повезло.

Гость правильно понял молчание профессора и наконец встал.

- Господин профессор, - сказал он. - Официальное объявление о премии будет опубликовано послезавтра. Завтрашнюю пресс-конференцию придется проводить, очевидно, вам. Я хотел бы навестить вас утром, чтобы обсудить некоторые детали.

И гость откланялся.

Пресс-конференция открылась ровно в двенадцать. Зал глухо гудел. Неожиданная гибель профессора Ринга сама по себе была событием. Выступления Свенсона ждали нетерпеливо.

- Дамы и господа! - начал он. - Трагическая гибель моего шефа... Заявление, которое он сделал позавчера... человек безукоризненной честности... Никто из вас, я уверен, не допускал мысли о какой-либо мистификации. Поэтому сообщение о якобы найденном в мозгу неизвестного пилота таинственном приборе пробудило законное любопытство. Увы! Профессор Ринг ввел вас в заблуждение! (Дружный вопль присутствующих). Профессор Ринг не щадил себя на работе... Крайнее переутомление, истощение нервной системы... Тяжело больной профессор принял за прибор обыкновенную пистолетную пулю! (Шум и крики в зале). - Оратор поднял над головой маленький металлический конус.

- Господа! - продолжал Свенсон, когда шум утих. - Профессор Ринг безукоризненно водил машину. В молодости он был гонщиком-профессионалом и трижды завоевывал победу в крупнейших состязаниях, в том числе Гонках столетия! Лишь допустив, что профессор Ринг был тяжело болен, мы поймем, что было причиной аварии и невольной дезинформации... Профессор Ринг интересовался деятельностью компании "Золотой век". Недавно он долго беседовал с представителем компании и чрезвычайно лестно отозвался о ней. Мы можем допустить, что мысли профессора были всецело заняты этой беседой, поразившей его воображение. Мне представляется вполне логичным, что эта пуля, пущенная себе в голову русским космонавтом при аварии ракеты, могла трансформироваться в больном мозгу профессора в тот "датчик счастья", о котором он много слышал и думал.

Сообщение о пресс-конференции в газетах было короткое, а официальное опровержение русских о национальной принадлежности космонавта не было напечатано вовсе. О таинственном "камикадзе" забыли.

О нем забыли все, кроме Джека.

Незадолго до находки в океане он вспомнил, что давно не заглядывал к Майклу Динкеру. Майкл был тоже клиент компании, известный всему миру как номер третий. Джек позвонил, но ему ответили, что тот вместе с семьей отправился в кругосветное путешествие не яхте и вернется не скоро.

Джек удивился, что Майкл уехал в разгар работы - он не так давно жаловался на неудачи своих исследований и делился новыми планами. Оба они работали в смежных областях. Майкл даже мрачновато пошутил однажды, что если сложить вместе полученные ими результаты, то может получиться скелетная схема гиперонной бомбы. Мысль об этом приходила снова и снова.

Решив разведать хоть что-нибудь о Майкле у прислуги, Джек поехал на загородную виллу Линкеров. За два часа он добрался до побережья и остановил машину у ворот виллы. Его удивила веселая музыка за забором. Он нажал звонок, ворота распахнулись.

- Хозяин просит извинить его, - раздался голос секретаря-автомата. Сейчас он выйдет к вам.

"Какой еще хозяин, - подумал Джек, - он же в плавании", - и увидел незнакомого мужчину.

- Я приехал узнать о Майкле Динкере, - сказал Джек.

- К сожалению, я ничего не знаю о прежнем владельце. Я даже не встречался с ним.

- Как, он продал вам виллу? - удивился Джек.

- Нет, я приобрел ее у компании "Золотой век".

Джек вернулся ни с чем. Затем новая серия опытов захватила его с головой, и он забыл о Динкере. Забыл до того дня, когда на глаза ему попалась шведская газета с фотографией таинственного космонавта. Фото было неважное, крупная сетка растра искажала детали, но Джек мог бы поклясться, что перед ним в космическом скафандре Майкл Динкер...

С этого дня Джека начали преследовать неудачи. Он пытался бешеной работой заглушить сомнения. Но работа не клеилась. Опыты не подтверждали виртуозных расчетов.

А компания "Золотой век" процветала. Новые счастливцы получали голубые билеты с золотой короной. Газетчики, когда-то неделями караулившие Джека, теперь охотились за новичками. Впрочем, ему было не до газет. Работа шла в бешеном темпе. И когда сынишка заболел, Джек не смог вырваться из лаборатории, где в сотый, тысячный раз пытался осуществить неуловимый кси-омега-распад...

С тех пор прошло два года. Два года изматывающей работы, два года разочарований и неудач. После смерти сына Энн возненавидела бомбу, отнимавшую у нее и мужа, - то, что Джек работал над гиперонной бомбой, давно не было для нее секретом.

Вскоре после похорон маленького Джона Джек заметил, что красное число на счетчике сильно уменьшилось. Это встревожило то, и он с удвоенной энергией принялся за работу. В свободные часы на помощь приходило виски... Энн пыталась бороться. Повинуясь вспышке нежности, Джек становился ласковым и внимательным, устраивал сумасшедшие поездки по красивейшим местам мира, дарил ей драгоценности, давал обеды, стоившие баснословных денег. И все чаще он слышал в своем нагрудном кармане зловещее щелканье. Тогда в припадке меланхолии он пил. Пьяному было легче, не надо было ни о чем думать, к тому же это обходилось дешево.

Но в лаборатории он появлялся каждое утро, хотя порой голова раскалывалась. Однажды он не вышел на работу, но счетчик среагировал на это так, что Джек решил никогда этого не повторять.

Когда-то Джек любил долгие вечерние споры с Макдональдом - за высокий рост его называли Длинным Маком. Они дружили еще в школе, затем разошлись и снова столкнулись в лабораториях компании. Мак тоже был "счастливчиком". Вспыльчивый и решительный, он мог обрушиться на собеседника с яростью, но это не мешало им оставаться друзьями.

В последнее время Джек избегал встреч с другом - слишком мрачны стали его шутки, слишком много боли и душевной растерянности скрывалось за внешне кипучей энергией. Макдональд впервые а жизни что-то недоговаривал. Но однажды они выпили, и Мак спросил его:

- Ты никогда не задумывался над тем, что за проклятый прибор запрятан у тебя а черепе? Неужели ты всерьез воображаешь, что это невинный "датчик удовольствий" - так, кажется, его называют? А тебе не кажется, что в схеме машины заложены обратные связи? И в один прекрасный день...

- Не может этого быть! - пытался возражать Джек.

- Не может? А почему это ты вдруг стал покрывать машину чехлом? Сколько лет она обходилась без чехла, и вдруг ты воспылал нежной заботой. Сколько у тебя там на счетчике? Маловато? И скоро будет совсем пусто! А тогда... И Мак, подражая говорящим роботам, закричал: - Счастливчик номер 37! Вы израсходовали свой бюджет и поступаете в полное подчинение машине. Не пытайтесь уклониться, иначе мы прибегнем к болевым импульсам. Мы можем даже убить вас в случае необходимости. Итак, смир-р-но!

- Ты сошел с ума! - с негодованием вскричал Джек.

- Нет, я просто пьян. Но ты знаешь, что я говорю правду. Если не будет еще хуже - ведь нами просто могут управлять по радио.

И Джек поверил, что так может быть.

С этого дня в жизнь Джека вошел страх. Он судорожно всматривался в истертую газетную вырезку - мертвое запрокинутое лицо в космическом шлеме среди обломков телеуправляемой ракеты... И протягивал руку к машине, которая немедленно подавала ему стакан виски...

Однажды он застал Энн в слезах. Перед ней лежала раскрытая книжка, старинный французский роман. Он раздраженно отшвырнул книгу.

Энн подняла к нему мокрое от слез лицо.

- Джек, милый, давай уедем куда-нибудь! Я не могу больше. Мне страшно здесь.

- Не говори глупостей, девочка, - сказал Джек. - Я не могу уехать. Ты же знаешь, что у меня договор с компанией.

- Джек, ты скажешь, что я глупая, но я верю этой книге. - Энн подняла томик. - Здесь сказано про тебя, про всех нас. Ты, наверно, не читал ее. Она написана давно, но она про вас и про эту проклятую машину.

- Ты что-то путаешь, дорогая, - сказал Джек. - Как она называется? "Шагреневая кожа"?

- Да, милый. И ты прочти ее. Тогда ты поймешь, что я права и надо бежать отсюда.

Джек прочитал, роман. Он не мог не признать, что нашел в книге много общего со своей судьбой. Конец он читал почти с ужасом.

Если бы можно было графически изобразить его жизнь в эти месяцы, на чертеже появилась бы фантастическая синусоида - взлеты и падения, взлеты и падения. Судорожные попытки примириться с Энн, обрывавшиеся щелчком счетчика. Запрокинутое мертвое лицо, приступы пьяного отчаяния и не менее отчаянная работа. Он ненавидел машину и боялся ее. Ему казалось, что она высасывает из него силы, молодость, ум. Однажды посла бессонной пьяной ночи он схватил в гараже тяжелую кувалду и бросился к машине, чтобы сокрушить ее... Очнулся он через несколько часов со страшной болью в голове.

Однажды в минуту просветления он попытался встретиться с Макдональдом. Тот отказался открыть ему дверь. Но на следующий день он приспел Билла своего ближайшего друга, бывшего журналиста, летчика и партизана Сопротивления, работавшего с ним в одной лаборатории. Билл не принадлежал к "счастливчикам", и поэтому его иронические высказывания а адрес компании Джек всегда в шутку объясняя завистью.

Сейчас Билл был серьезен.

- С Маком плохо, - лаконично сказал он и высылал на стол кучу газетных вырезок. Джек начал читать строчки, подчеркнутые красными чернилами.

"Современные системы помехозащиты позволяют перехватывать и возвращать любое автоматическое средство воздушного нападения. Имея в своем распоряжении мощные ракеты, способные уже сегодня нести ядерные заряды до ста мегатонн, а завтра - гиперонную бомбу, мы никогда не можем быть уверенными, что посланные нами снаряды достигнут цели. Скорее всего, следует ожидать, что инерциальные, гироскопические, телеуправляемые, рефлексные и лазерные системы наведения будут выведены противником из строя еще на активном участке полета, а ракеты повернуты на наши же головы. Мы знаем только одну безотказную систему, абсолютно помехоустойчивую и к тому же недорогую - это человек".

"В случае военного конфликта запуск ракет с лунных баз будет производиться при помощи биоточного управления, - говорилось в другой статье. - Специальная аппаратура для этой цели уже разрабатывается фирмой "Линкольн авиэйшн" на основе тех изумительных технических решений, которыми мы обязаны компании "Золотой век".

"Машинное управление биологическими объектами средствами телеметрии" так называлась большая статья, вырезанная из специального журнала.

- Эту коллекцию Мак перечитывает десятый раз. Мак боится. Он уверен, что скоро его посадят в ракету, как беднягу Динкера. У него на счетчике пусто. Ему надо помочь.

- Поздно, - пробормотал Джек, опускаясь в кресло, которое пододвинула ему машина. - Нас всех поздно спасать. Мы конченые люди.

Джек пил все больше. По утрам голова раскалывалась от боли, но он пунктуально появлялся на работе, где дела у него шли все хуже и хуже. На счетчик он глядел с ужасом. Он стал подавлять в себе все желания. Он почти не выходил из дома в свободные часы, не читал, не говорил с людьми, ел только самое необходимое. Он отказался от любимых сигар, телевизор и радиоприемник были выключены давно. Тем не менее однажды утром он увидел на контрольном счетчике трехзначное число...

Сколько времени прошло с тех пор - день, неделя, год - он не помнил. Кажется, он перестал даже умываться. Долгими часами он сидел один на один с машиной и поносил ее ужасными словами. Когда от длинной тирады пересыхало в горле, Джек протягивал руку, и машина подавала ему стакан виски. Иногда он с трудом подавлял в себе вспышку ярости - он прекрасно помнил, чем кончилось его нападение на машину.

Несколько раз в дверь стучали. Он не открывал. Но однажды он узнал знакомый голос. Джек открыл дверь и сразу понял, с каким известием пришел Билл...

Джек не знал, когда пришло к нему решение - после известия о самоубийстве Макдональда или гораздо раньше. После нескольких стаканов виски оно показалось ему удивительно простым и разумным. Он подошел к машине и долго пытался рассмотреть, сколько заветных красных цифр осталось на счетчике. Потом направился в лабораторию, отрезал от какого-то прибора кусок гибкого провода в яркой изоляции. Забрался на стул и укрепил на кронштейне контрольного счетчика петлю. Затем затянул ее на шее и шагнул вперед.

Услужливая машина подхватила падающий стул и аккуратно поставила его рядом...

Content

Фирсов Владимир
Исполнение желаний