Хендерсон Зенна

Ребенок, который верил

Зенна Хендерсон

Ребенок, который верил

Фантастический рассказ

Перевел с английского А. ШАРОВ

Никто не видит, как я сижу, упрямо расслабив руки, тщательно сохраняя безмятежное выражение лица; никто не знает, что за ужасная задача терзает меня. Я и сама не могу в это поверить: такого просто быть не может. И тем не менее я должна разобраться в ней. О, времени на решение у меня предостаточно! До четверти третьего. Но стрелки моих часов, будто ножницы, неумолимо отрезают минутки... Без четверти два. Что же мне делать, если в пятнадцать минут третьего я все еще не успею справиться с Дизми? Вон она, сидит рядом с Донной, ее жиденькие волосы совсем близко к блестящим, ухоженным локонам соседки...

Уж эти мне волосы Дизми! Я увидела их прежде, чем ее лицо, увидела тем октябрьским утром, когда со вздохом приняла в свой класс сорок пятого ученика, с первого взгляда поняв, что девочка из бедной семьи, живущей чуть ли не на одно благотворительное пособие. Почему-то это сразу видно по волосам. Но она была опрятна. Почти до боли. Руки и лодыжки покрылись трещинами, а вовсе не грязными пятнами. Обвислое и выцветшее голубое платье со следами закрашенного рисунка возле воротника и швов было отстирано, но не выглажено. Прямые волосы безжизненным одеялом покрывали костлявое личико и неровными прядями падали на плечи.

Я удивилась, увидев, что вместе с ней пришла мать: обычно в том районе детей провожают не дальше автобусной остановки. У мамы были удлиненные запястья, длинная шея и продолговатое лицо; она носила брюки и линялую рубаху с булавками вместо пуговиц.

- Мою дочь зовут Дизми Коуэн,- сказала она.- В школу еще не ходила: мы выращивали капусту в Юте.

Пока я записывала имя, мать стояла, схватив Дизми за плечики. Наконец мы выяснили все, что нужно (включая и то обстоятельство, что, если школа не даст Дизми бесплатный завтрак, она вовсе не будет есть), и мама быстро подтолкнула девочку ко мне.

- Слушайся учительницу,- сказала она дочери и добавила, обращаясь ко мне: - Учите ее правде, она у меня очень легковерная.

Я выдала Дизми карандаш и прочие принадлежности и предложила познакомиться с одноклассниками, но она как села, так и продолжала сидеть, прямо и совершенно неподвижно. Наконец я забеспокоилась, подошла к ней и печатными буквами написала ее имя на желтом листке для черновиков.

- Вот твое имя, Дизми. Может, попробуешь его написать? А я помогу...

Дизми взяла у меня карандаш и зажала его в руке как кинжал. Пришлось мне самой расставить по местам ее пальчики. Мы обе взмокли, пока дописали имя до конца. Дизми не выказала никаких признаков той робкой радости, какую испытывает большинство новичков, увидев свои имена написанными на бумаге. Девочка взглянула на корявые буквы, потом на меня. Я улыбнулась. Она снова взяла карандаш как кинжал, поднесла его к листку и продырявила бумагу. Быстрым виноватым движением она прикрыла дырку и спрятала голову в плечи.

Я открыла коробку с цветными карандашами.

- Попробуй порисовать. Или походи по классу, посмотри, что делают другие ребята.

Весь остаток утра Дизми просидела на краешке стула, выпрямившись и застыв, будто кочерга. На перемене она отправилась следом за Донной в умывальник, а потом - на площадку для игр. Из чувства долга Донна всю перемену простояла возле Дизми, завистливо глядя на игры остальных.

После перемены, думая, что я на нее не смотрю, Дизми провела по бумаге две тоненькие линии красным грифелем и долго сидела, завороженная тем, что у нее получилось. Скорее всего она никогда прежде не держала в руках цветного карандаша.

За завтраком в столовой Дизми с минуту во все глаза смотрела на свою мисочку, потом принялась вычерпывать ее содержимое ложкой и сложенными в ковшик пальцами. Она ела так быстро, что едва не поперхнулась.

После обеда Дизми кое-как намалевала на бумаге три корявые тарелки, полные еды, и кособокую картонку молока с огромной соломинкой. При помощи Донны она взяла в руку цветной карандаш и срисовала с бумажки, на которой было написано ее имя, две первые буквы: ДИ. Но 3 загнулось не в ту сторону, и девочка опять виновато прикрыла листок стремительным движением руки, напряглась и просидела так до конца урока. Я привыкла к детям, которые пугаются, приходя в новую школу, но ничего похожего на Дизми прежде не видела. Она не разговаривала, не смеялась, даже не плакала, держалась настороже, а между тем ее мама говорила, что Дизми - легковерный ребенок. Однако вера вере рознь. Что ж, посмотрим, как-то будет дальше.

Войдя в класс на другое утро, я принялась первым делом искать Дизми. Она стояла в углу, зажатая с боков Бэнни и Майклом. Этого и следовало ожидать. Оба они по отдельности - способные ребята, все схватывают на лету, и успехи у них по разным предметам куда выше среднего. Но вместе! Вместе они пускались на любые проделки, какие только в силах выдумать мальчишки.

Кажется, эта парочка не заметила, что я рядом. Я минутку постояла за их спинами, любопытствуя, что там они успели придумать, чтобы мучить Дизми.

- ...а это-электрическая ракетка,-с важным видом говорил Бэнни.Специально для девчонок.

- Вот ты встала на ноги на качелях,- рассудительно добавил Майкл.- А ракетка эта специально для тех, кто встает на ноги на . качелях. Знаешь, как больно бьет?

Дизми вздернула плечико и прикрыла дрожащей рукой искаженное страхом лицо.

- Я не знала...- начала она.

- Конечно, не знала,- строго проговорила я.- Бэнни, Майкл, марш на место!

Я обняла напряженное тельце Дизми, чувствуя косточки сквозь тонкое платье.

- Все это враки, Дизми,- сказала я.- Электрических ракеток не бывает, они просто дразнили тебя. Хотя у нас действительно запрещено вставать на качелях: ты могла вывалиться и ушибиться. Вон идет Донна, беги играть, она тебе расскажет про наши правила. А Бэнни и Майклу не верь, если будут говорить подобное. Они просто дурачатся.

- Рассказывать небылицы не самый лучший способ развлекаться,- заявила я двум проказникам.

- Мы же просто играли,- сказал Майкл. Бэнни изучал свой большой палец.

- Но Дизми этого не знала,-ответила я,-и приняла ваши слова за чистую монету.

- Мы же просто играли,- пробубнил Бэнни, обсасывая большой палец.

...Дизми мало-помалу оживала. Она быстро прошла длинные и короткие гласные и догнала остальных на первых же согласных. Ей нравилось рисование, арифметику и чтение она тоже постигала медленно, но верно, не забывая своих знаний, как бывает со многими ребятишками. Но больше всего она любила слушать ежедневную сказку. Дизми воспринимала ее не так, как остальные. Трудно объяснить это различие. Пока я читала, класс верил сказке всем сердцем. Стоило мне умолкнуть, и дети забывали ее. Но только не Дизми! А с какой верой играла она в наших сказочных постановках! Когда Дизми была троллем под мостом, даже Бэнни побледнел и убежал, позабыв свою роль, а потом отказался возвращаться на сцену и побеждать тролля.

Но из-за этой своей веры она принимала за чистую монету все, что внушали ей Бэнни и Майкл. Занятия шли своим чередом, сказки сменились рассказами Френка Баума.

Мы прочитали первую книгу Баума и радостно вгрызлись в "Волшебника страны Оз". И что же? Вот оно, на странице 19. Мы написали это волшебное слово н" доске и начали с трепетом разглядывать. Настоящее, живое волшебное слово! Теперь, чтобы научиться колдовать, нам оставалось лишь узнать, как оно произносится.

Но в этом-то и была загвоздка. Мы стали изучать слово, разложили его на части: П-И-Р-3-К-Х-Г-Л. Мы знали все буквы, но в слове не было гласных, кроме "и", а как разбить на слоги слово без гласных, мы не ведали.

- Надо быть осторожнее,- на всякий случай предостерегла я ребят.- Потому что если вы вдруг найдете верное произношение, то сможете, как тут сказано, нечаянно "превратить всякого человека в зверя, птицу, рыбу или еще во что-нибудь".

- А как бы вы его произнесли?-спросила Донна.

- Не знаю,- вздохнула я.- Теперь придется проговаривать его по буквам всякий раз, когда оно попадется в книжке. Может быть, еще и научусь. Ну а уж тогда буду в тихий час превращать вас в пасхальные яички, чтобы тихий час и взаправду был тихим!

Ребята со смехом расселись по местам и приготовились к дневной работе. Но прежде все они старательно переписали с доски слово "ПИРЗКХГЛ", чтобы попросить помощи у родителей. Все было как обычно: и смех, и полувера большинства ребятишек в волшебные свойства слова, и сосредоточенная серьезность Дизми, склонившейся над листком и тщательно списывавшей слово, шепча буквы себе под нос...

Вчерашний день выдался сырым, холод пробирал до костей, хотя на небе не было ни облачка. В такой день не очень хочется играть после завтрака на улице. Мы позволили ребятам побегать и попрыгать пятнадцать минут, а остальную часть дня решили провести под крышей. Я дрожала в свитере и пальто, ветер казался еще холоднее из-за яркого солнца. Наконец я зазвала ребят в дом. Шум и гвалт постепенно сменились довольным гулом тихого часа, я облегченно вздохнула и по привычке оглядела комнату.

- А где Дизми? - Ответом мне было молчание.- Кто-нибудь знает, где Дизми?

- Может, пошла на большую площадку? - предположила Тереза.- А это не разрешается.

Потом я услышала визгливый смущенный смешок Бэнни.

- Бэнни, Майкл, идите-ка сюда.- Они приблизились. Воплощенная невинность.Где Дизми?

Мальчики обменялись косыми взглядами, Майкл пожал плечами, Бэнни посмотрел на свой большой палец и запихнул его в рот.

- Что вы сделали с Дизми?

- Мы... мы...- заслышав строгие нотки в моем голосе, Майкл в страхе расплакался.

- Мы ничего не сделали! - закричал Бэнни, вытащив изо рта палец и неожиданно храбро заступаясь за Майкла.- Просто положили камешек на ее тень.

- Камешек на тень? - У меня опустились руки.

- Да.- Храбрость Бэнни иссякла, и палец вернулся обратно в рот.- Мы ее предупредили, что двигаться нельзя.

- Садитесь,- велела я.- Все знают правила поведения, когда меня нет в классе? Я скоро вернусь.

На игровой площадке ветер гонял обрывки бумаги. Я свернула за угол, к старому зданию, и увидела ее. Дизми с несчастным видом хлопала себя по бокам, ноги ее все глубже вязли в грязи, затекавшей в драные ботинки. На тени лежал камешек.

- Дизми!-закричала я.-Дизми!

Она разрыдалась. Я обняла ее, пытаясь согреть руками застывшие маленькие ладони, дрожа вместе с ней, с гримасой боли глядя на синие трясущиеся губы.

- Дизми, милая! Все это неправда! Надо было возвращаться в класс: камень не сможет задержать твою тень. Это неправда!

Но Дизми позволила отвести себя в класс только после того, как я сняла с ее тени камешек.

Класс тревожно молчал до конца уроков. Майкл и Бэнни утратили всякий интерес к занятиям, они напряженно сидели на своих местах в ожидании грозы. Но я молчала.

В теплой комнате Дизми скоро перестала дрожать. Майкл и Бэнни тихонько взгромоздили свои стулья на стол, не дожидаясь напоминаний, и шагом прошли в гардероб. Они стояли у дверей, пока не поняли, что я не собираюсь ни разговаривать с 'ними, ни улыбаться, ни даже хмуриться, потом медленно пошли к "воротам, за которыми останавливался автобус. Дизми бочком 'выскользнула из комнаты, словно это она была провинившейся стороной. Для меня у нее не нашлось ни слова, ни улыбки. Я побрела на дежурство.

Следующий, сегодняшний, день начался как обычно. Утром мы хорошо позанимались, хотя в классе и стоял сильный шум. В глазах Майкла и Бэнни снова засияли дьявольские огоньки. Дизми не замечала их или старалась не замечать. Уголки ее губ слегка приподнимались в едва заметной улыбке. Она весело играла с Донной, и я успокоилась.

Завтрак кончился. Стояла хорошая погода, и мы пошли на улицу. Перерыв пролетел быстро, пора было начинать читать сказку.

- Бэнни,- сказала я, вернувшись в класс,- я запрещаю тебе садиться рядом с...

И тут у меня упало сердце. Мой взгляд устремился на Дизми. Она смотрела мне в глаза спокойно и без всякого волнения, уголки ее рта поползли вверх в едва заметной полуулыбке.

- Где Бэнни и Майкл? - спросила я.

- Говорили, что пойдут на большую площадку,- просопел Хэннери.- Они все время туда убегают.

- Да,- подтвердила Тереза,- они ходили на большую площадку, но вернулись и катались на перилах в старом корпусе, а это не разрешается.

- Может, они не слышали звонка? - предположила Донна.

Возле старого корпуса иногда не слышно. Я посмотрела на Дизми, а она на меня. Девочка улыбнулась, я неловко отвела глаза.

- Что ж, останутся без сказки,-решила я.-А поскольку они опаздывают второй раз на неделе, придется им сидеть в Углу Одиночества вдвое дольше, чем то время, на которое они опоздают.

Я сверилась с часами и принялась за чтение, не слыша ни одного произносимого слова. Когда ребята разошлись по местам и занялись делом, я тихонько подозвала Дизми к себе. - Где Майкл и Бэнни? Она зарделась и пожала худенькими плечами.

- На .площадке.

- Почему они не пришли после звонка? - спросила я.

- А они не могли его слышать.- Уголки рта Дизми приподнялись. Я содрогнулась.

- Почему?

Дизми не ответила, она смотрела на свои пальцы, теребившие край стола.

- Дизми, почему они не могли слышать звонок?

- Потому что я их превратила,- сказала она, чуть вздернув подбородок,-. в камни.

- Превратила? - ничего не понимая, переспросила я.- В камни?

- Да -ответила Дизми.-Они гадкие мальчишки, и я их превратила.

- Как же так? Что ты сделала?

- Выучила волшебное слово,- гордо ответила она.- Я умею правильно произносить его.

- И что-нибудь получается? - не веря своим ушам, спросила я.

- Конечно. Вы же сами говорили, что должно получиться. А мама меня научила его произносить. Еще она сказала, что такие слова нельзя писать в детских книжках, это опасно. Вот, смотрите.

Дизми взяла с моего стола пресс-папье.

- Ну-ка стань крольчонком! - воскликнула она.- П-И-Р-Р-Р-3-К-Х-Г-Л!

Я увидела маленького серого кролика, обнюхивавшего мой блокнот.

- Стань тем, чем был,- сказала Дизми.- П-И-Р-Р-Р-3-К-Х-Г-Л! Кролик вздрогнул, и пресс-папье завалилось набок. Оно было теплым на ощупь. Я в страхе уронила его. .

- Но... но... где же мальчики, Дизми? - Я перевела дух.- Ты знаешь, где они?

- Кажется, я еще не забыла.

- Иди и принеси их ко мне.

Она с минутку помолчала, глядя на меня, потом сказала:

- Хорошо.

Дизми вернулась и положила на угол стола три крошечных камня!

- Кажется, это они,- сказала она.- Во всяком случае, два из этих трех камней - наверняка. Вот только не помню, которые, поэтому и захватила один лишний на всякий случай. Они боятся. Я превратила их в испуганные камни.

- Разве камни живые? Разве они могут бояться?

- Не знаю,- ответила Дизми.- Но если могут, то боятся, это точно.

Вот они, на моем зеленом блокноте посреди стола. Два из них - Майкл и Бэнни. А я не умею произносить волшебное слово. И никто не умеет. Только Дизми и ее мама. В классе мало-помалу начинается шумок, я слышу его и понимаю, что должна что-то сделать. И как можно скорее.

- Дизми, поди сюда,- зову я, и девочка подходит к столу.- Скоро вам надо будет отправляться по домам. Возьми эти камни, выйди в коридор и преврати их обратно в Майкла и Бэнни. -- Я не хочу,- просто отвечает Дизми. Это даже не отказ.

- Знаю,- говорю я,- но скоро звонок. Нельзя, чтобы ребята опоздали на автобус.

- Но ведь они такие гадкие! - В глазах Дизми блестят сердитые огоньки.

- Они вели себя плохо,- соглашаюсь я.- Но ведь Майкл и Бэнни уже долго пробыли камнями. Причем испуганными камнями. Теперь они знают, что ты можешь дать сдачи, и больше не будут тебе докучать. Ну же, вынеси эти камни в коридор.

Она упрямо смотрит мне в глаза.

- Помнишь, твоя мама велела тебе слушаться учительницу? Три камня лязгают друг о дружку в ее ладони. Дизми выходит, резко хлопая дверью.

И вот я сижу и жду, когда дверная ручка повернется опять. Я верю... Я верю... Я верю...

Content

Хендерсон Зенна
Ребенок, который верил