Холли Джоан Хантер

Тёмная планета

Джоан Хантер ХОЛЛИ

ТЕМНАЯ ПЛАНЕТА

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПРИХОД КОБЛАН

1

Во дворе было тихо. Натан Кори с трудом ковырял лопатой твердую землю, сердито смахивая слезы с глаз.

Над его головой мерцало небо. Вверху, на холме, пылал костер, и ветер доносил во двор запах дыма. Там, на холме, был Билл. В костре - вместе с остальными горожанами. Это было послание коблан людям Земли. "Сдавайтесь! - кричал костер. - Сдавайтесь!"

Костер пылал на том месте, где совсем недавно был Сити-холл. Он освещал крыши окружающих холм домов. Отблески пламени танцевали на согбенных спинах людей, ковыляющих по улицам. Натан не мог присоединиться к ним. Билл погиб в огне, и теперь Натан должен был позаботиться о могилах. Но он никак не мог выкопать их достаточно глубокими. Твердая земля не поддавалась...

У него за спиной послышался вкрадчивый шепот:

- Натан Кори?

Он быстро обернулся, высоко подняв лопату, чтобы иметь возможность ударить сразу. Но это не был кобланин. Это был мистер Хаузмен - но очень изменившийся мистер Хаузмен. Ни следа той улыбки, которой он пользовался так часто и умело, пока был сенатором.

- Они все, Натан?

Натан кивнул.

- И твоя мать, и Сюзи?

Хаузмен обвел взглядом могилы, в которых уже лежали тела. Затем перевел взгляд на еще одно тело, обернутое в простыню.

- Отец?

Натан снова кивнул:

- Болезнь.

- А Билл?

Натан махнул рукой в сторону костра на холме.

- Он погиб в уличной драке сегодня днем. Они унесли его на холм, чтобы сжечь вместе с остальными. Я хотел бы быть вместе с ним.

- Нет, - вздохнул Пол Хаузмен. - Лучше, что ты здесь.

- Билл тоже так сказал. Он сказал, что я еще слишком молод, что мне всего пятнадцать, и лучше мне с ним не ходить. Но зачем мне жить?

- Кто-то из нас должен остаться жить, Натан.

- Но почему я? - возразил Натан. - Зачем мне жить, если я остался один? И кто это решил за меня?

- Я задавал себе эти же вопросы, - вполголоса признался Хаузмен. - С точки зрения морали ответа нет, Натан. Чисто физический факт, что ты и я имеем иммунитет к болезни. Наши тела не постигла внезапная смерть. Нам ничего не остается, кроме как продолжать существование - и что-то делать, чтобы его оправдать.

Натан Кори отвернулся, тем самым отвергая идею. Он резким жестом отбросил с глаз светлые волосы. Ему нужно было хоть какое-нибудь физическое действие, чтобы справиться с эмоциями.

- Я пришел за тобой, - сказал Хаузмен. - Я хочу забрать тебя с собой.

- Я не могу уйти.

- Не делай заявлений, руководствуясь эмоциями. - Лицо Хаузмена неожиданно стало жестким. - Я собираю всех, кого могу собрать, и намерен отвести к себе в лесной дом. Там мы сможем снова стать людьми и найти в жизни какой-то смысл. Ты меня понимаешь?

Натан провел рукой по неровной поверхности рукояти лопаты.

- Я не могу пойти с вами. Я должен закончить то, что делаю здесь.

- Но у нас нет времени! Коблане приказали всем собраться на холме. Разве ты не слышал объявление? Все, кого обнаружат в другом месте, будут убиты. Нужно торопиться, если мы вообще хотим выбраться отсюда.

Натан повернул к нему упрямое лицо.

- Я копаю медленно, но я должен это сделать, мистер Хаузмен. Неужели вы не понимаете? Это ведь мой отец. Я не могу оставить его здесь, чтобы коблане забрали его и сожгли. Я должен покрыть его тело землей.

Хаузмен протянул руку за лопатой.

- Позволь, я помогу тебе.

Через тридцать минут Натан Кори бежал рядом с Полом Хаузменом по темным улицам. Они оставляли позади людей, бредущих на холм. Одни пешеходы провожали их удивленными взглядами; лица других ничего не выражали.

Хаузмен свернул в проходные дворы жилых кварталов города, чтобы избежать встречи с приближающимся патрулем коблан. Натан и Хаузмен бесшумно бежали по траве. Город был тих. Натан вспомнил другую ночь, так похожую на эту. Ночь, которая была всего две недели тому назад.

Он сидел на террасе, обращенной во двор, вместе со всей семьей. Они наслаждались первым весенним теплом. Сюзи складывала головоломку, мама шила, Билл и папа читали газету, разобрав ее на страницы.

Затем произошло это. В небе прогремел гром, и вспышка взорвала мир у них перед глазами. Ослепительный свет заставил всех вскочить на ноги. Он нестерпимо сиял одно лишь мгновение, затем потух.

И больше ничего. Они посмотрели в том направлении, откуда сверкнула вспышка, затем направились в дом, чтобы послушать новости. Но никто не знал, в чем дело. Хотя точно такие же вспышки наблюдались по всему миру.

Через пять дней, когда о таинственных вспышках уже почти забыли, Натан замер с бейсбольным мячом в руках, не сделав броска Биллу. Он увидел, как воробей свалился с ветки, вяло трепыхая крылышками; немножко повозился на земле и затих. Натан никогда не видел мертвых воробьев. Он быстро подбежал к птичке и взял ее в руки. Она лежала у него на ладони теплая и неподвижная.

В тот же день Деймон, его щенок-боксер, лег на пол и больше не встал. А когда они копали могилу для щенка, им под ноги упала с неба мертвая малиновка.

Следующие дни превратились в сплошной кошмар. Животные и птицы умирали повсюду. Натан никогда не представлял себе, как много вокруг живет птиц, пока они не стали падать сверху мертвыми. Соседская кошка, которая вышла во двор обследовать птичьи трупики, мяукнула один раз, потом ее глаза остекленели, и она умерла.

Затем люди тоже стали падать - прямо на улицах или в автобусах. И переполненным больницам пришлось прекратить дальнейший прием больных. Газеты кричали об "эпидемии", хотя официального объяснения до сих пор не было.

Был полдень среды, когда в небе снова прогремел гром. На этот раз вспышки света не последовало. В небе возник небольшой корабль, скользнул над крышами и передал сообщение на искаженном английском, которое расслышали в каждом закоулке города.

"Сдавайтесь! Это вторжение. Болезнь, которая вас преследует, вызвали коблане. К ней не может быть иммунитета. Все живое умрет. Сдавайтесь, и вы будете жить. Мы идем. Не смейте нам сопротивляться. Не смейте нам сопротивляться".

Натан Кори слушал, совершенно ошеломленный. Его ум пятнадцатилетнего подростка понимал все слова, но никак не мог осознать значение сказанного в целом. Но когда чужаки появились на улицах города, он понял. И когда его отец упал на пол, задыхаясь, Натан уже понимал.

Теперь он бежал следом за Полом Хаузменом к его машине: выживший при нашествии коблан не по своей воле.

В лесу было темно и тихо, и Натан с радостью ощутил себя укрытым, спрятавшимся. Он держался рядом с Полом Хаузменом, молча ступая по твердой земле. Скоро весна вновь вернет землю к жизни, сделает ее мягкой и оденет зеленью. Но какое это теперь имеет значение?

Они спрятали машину, и теперь направлялись к тому месту, которое, как пообещал Хаузмен, будет теплым и безопасным. Оно было недалеко. Натан увидел за деревьями отблеск, который означал, что там горит костер.

Четырехкомнатный дом Хаузмена стоял посреди поляны. Вокруг него было нагромождение грубых шалашей и навесов, сделанных людьми, которые заботились об укрытиях только для своих тел. Ибо убежища для душ не существовало. Натан заглянул в глаза собравшимся людям, и ему стало холодно. Их глаза были пусты. Потрясение лишило их способности чувствовать. Натан подумал, что сам он, наверное, выглядит так же. Он отстал от Хаузмена, сел рядом с этими людьми и стал ждать.

Двое мужчин неподалеку разговаривали громким шепотом. Натан прислушался, стараясь разобрать слова. Мужчина в очках говорил:

- ...последний раз, когда я слышал, оценивалось примерно в шестьдесят миллионов. Никто не знает, что происходит в Европе и в Азии.

Его собеседник покачал головой.

- Шестьдесят миллионов - это почти не поддается осмыслению. Нам не следовало разоружаться. Нам не следовало оставлять мир безоружным.

- Это не сыграло бы никакой роли. Ни одно оружие не в силах остановить нападение такого рода. Вам пришлось наблюдать болезнь вблизи?

- Да, пришлось, - ответил седоволосый мужчина.

Натан перестал слушать. Он тоже видел болезнь вблизи. Его отец, высокий и сильный, только что был полон решимости сражаться с кобланами. А минуту спустя он уже упал на колени, согнулся вдвое и стонал от боли, которая переполняла его тело. Потом мама и Сюзи. Они мучились два дня, прежде чем умерли. Натан помогал Биллу ухаживать за ними. Он вытирал пот со лбов и пытался как-то утешить больных. И все время ждал, когда у него тоже появятся симптомы болезни. Но симптомы так и не появились. Когда папа, мама и Сюзи умерли, Билл схватил охотничью винтовку и вышел на улицу. Он больше не вернулся.

- Натан? Натан Кори!

Кто-то звал его по имени, и Натан быстро вскочил на ноги. В темноте, озаряемой неровным пламенем костра, он направился туда, откуда доносился голос. Его звал Пол Хаузмен, который стоял около костра, обняв за плечи девочку-подростка жестом утешения и защиты. Ее каштановые волосы спутались, а карие глаза были опухшими.

- Натан, - сказал Хаузмен, когда тот подошел поближе, - это Эбби Рэнд. Она тоже только что присоединилась к нам. Я подумал, что вам неплохо бы познакомиться.

По выражению лица Хаузмена Натан понял то, чего тот не сказал вслух. Нужно было, чтобы кто-то позаботился о девочке, а мистер Хаузмен был слишком занят, чтобы стать этим кем-то.

- Мы поладим, - неуклюже пообещал Натан, принимая на себя обязанности защитника.

Хаузмен похлопал его по плечу и направился прочь, хмуря лоб над решением какой-то очередной проблемы. Натан некоторое время робко стоял рядом с девочкой. Его смущали слезы на ее глазах и перепуганный вид. Потом он просто сказал:

- Меня зовут Натан Кори. Не хочешь ли ты присесть?

Девочка кивнула, и Натан взял ее за руку. Рука оказалась холодной, и он сжал ее покрепче, чтобы согреть. Натан подвел девочку к уютному месту, куда достигало тепло костра, и придвинул поближе охапку веток, чтобы она могла сесть.

- Они приготовили похлебку. Я принесу тебе поесть, если ты голодна.

Девочка снова кивнула, и Натан направился к небольшой очереди людей, ожидающих раздачи еды. Он взял две миски, дождался своей очереди, принес одну миску Эбби и сел рядом сам. Некоторое время они ели молча. Потом Натан сказал:

- Мне пятнадцать лет.

- А мне тринадцать, - пробормотала Эбби охрипшим голосом.

Больше она ничего не добавила, и Натан снова попытался завязать разговор.

- Я из Брентвуда, это рядом с Детройтом.

Эбби устремила на него взгляд карих глаз.

- Я из Морриса.

Натан сказал нарочито бодрым тоном:

- Это недалеко от меня.

- Да, всего несколько миль. Мы, наверное, даже когда-нибудь встречались.

На этот раз не ответил Натан. Разговор вдруг показался ему совершенно нереальным.

- Послушай, Эбби. Мне кажется, мы должны забыть, что мне пятнадцать лет, а тебе тринадцать. И то, где мы жили, и в какие школы ходили. Ничего из этого не осталось. Я потерял всю свою семью - родителей, брата, маленькую сестру. Они все умерли. И большинство людей, которых я знал, тоже...

Он замолк, испугавшись, что слезы, собравшиеся в уголках ее глаз, сейчас потекут по щекам.

- Я тоже потеряла семью, - твердо сказала девочка и посмотрела на Натана. - Мои родители и брат умерли. Я рада, что наконец сказала это вслух. Не знаю почему, но это что-то меняет.

Натан тоже не смог бы объяснить вразумительно, но это действительно что-то меняло.

- Мы будем держаться вместе, - сказал он, - я и ты. Хорошо? Тогда мы не будем совсем одинокими.

Эбби потянулась и взяла его за руку.

- Я рада, что ты здесь, Натан.

Очень простые слова, но они росли внутри Натана, и он рос вместе с ними, пока не стал чувствовать себя старше, и выше, и не таким испуганным. Теперь у него был кто-то, кто от него зависел, о ком нужно было заботиться. Значит, в том, что он выжил, все-таки был смысл...

Через две недели в лагере было уже восемьдесят пять человек. Среди них было двадцать подростков, но Натан Кори оставался близок к Эбби, и не пытался подружиться ни с кем больше.

Через две недели после того, как Натан оказался в лагере, Пол Хаузмен объявил общее собрание. Его походы по окрестным городам позволяли ему держаться в курсе событий, и все остальные тоже хотели услышать новости. Когда Хаузмен вышел вперед, все затихли. Натан взял Эбби за руку. Он был готов услышать все, что угодно.

Хаузмен обвел взглядом собравшихся и приступил к делу без лишних предисловий.

- Я только что вернулся из Детройта. С городом покончено.

Он подождал, пока затихнет шум, и продолжил:

- И без того не было сомнений, но коблане потребовали официального заверения о сдаче. Теперь Земля принадлежит им. Стали известны кое-какие факты. Число погибших потрясает. В точности мы никогда не узнаем, но приблизительная цифра - миллиард. Те, кто выжил и остался в городах - это пустые оболочки прежних себя. Они замкнуты каждый в своем персональном аду, и бродят по улицам без цели и смысла. Это толпа, готовая следовать за тем, кто поведет их. А коблане готовы вести.

Мы все задавались вопросами, кто такие коблане, откуда они пришли, и зачем. Я слышал достаточно, чтобы составить из обрывков некоторую картину. Коблане - не одиночки, и это самое худшее для нас. Они принадлежат к федерации планет. Мы никогда даже не подозревали о существовании организаций такого типа. Они мыслят в терминах галактик, а не планет или звездных систем. Мы - не первая раса, которую они завоевали. Мы теперь всего лишь часть огромной империи. Коблане будут эксплуатировать Землю, забирать наши минералы и производимые здесь продукты питания, использовать труд людей - а нам остается только примириться с этим.

Натан встретился взглядом с Эбби, и прочел в нем отражение того вопроса, который занимал его собственный ум. Мужчина с противоположной стороны поляны задал этот же вопрос вслух:

- Так что, мы возвращаемся по домам?

Хаузмен прокашлялся.

- Именно поэтому я вас и собрал. Мне кажется, у нас есть выбор. Мы можем вернуться по домам и начать жить при новом порядке. Была объявлена амнистия, так что это безопасно. Я не знаю, что это будет за жизнь. Но, вероятно, найдутся те, кто предпочтет ее.

Он подождал, пока каждый передумает свои собственные мысли.

- Вы сказали, что у нас есть выбор, - подал голос кто-то из толпы.

- Есть, - сказал Хаузмен. - Мы можем остаться здесь. Я не знаю, как долго коблане будут нам это позволять. Возможно, их вовсе не интересуют такие небольшие группы, как наша. Как бы то ни было, мы можем остаться здесь - если захотим.

- И что мы станем делать? Просто жить, как жили до сих пор? В этом нет особого смысла.

- В этом-то все и дело, - сказал Хаузмен. - Если мы останемся здесь, мы останемся свободными. Мы можем работать все вместе и, быть может, мы найдем ответ. Быть может, мы найдем способ освободить Землю.

Пол Хаузмен показал на группу людей, сидящих прямо перед ним. Они были в лагере новичками.

- Эти люди могут оказаться ответом на нашу проблему. Я собрал их здесь специально с такой целью. Они составят первоначальное ядро научной группы, которая когда-нибудь сумеет воспроизвести болезнь, которая погубила землян, и отомстить. Коблане не имеют иммунитета к болезни.

Научная группа уже начала работу. Они пытаются определить возбудителя болезни. Они собрали образцы тканей у мертвых и умирающих, и у них есть записи хода болезни. Но им необходимо место, где они смогут вести работы в тайне. Они не могут остаться здесь одни - это будет слишком очевидно, и коблане не обманутся. Нашей задачей будет служить для ученых прикрытием. Мы должны заставить коблан поверить, что кроме нас здесь никого нет. Это может сработать, но задача сложная и опасная. Некоторые могут даже посчитать, что все это бесполезно. Так что, если вы решите вернуться в города, никто вас не обвинит. Коблане предпринимают меры по подготовке людей к новому порядку. Они обучат всех новым языку и законам, и позволят вам жить - до тех пор, пока вы будете подчиняться им во всем. Теперь вы должны выбрать. Это очень серьезное решение, и каждый должен принять его самостоятельно.

Натан спросил, что думает Эбби. Но она только пробормотала:

- Что бы ты ни решил, Натан, я - с тобой.

- Тогда мы остаемся, - твердо сказал он. - Настанет день, когда мы победим, Эбби. Я тебе обещаю. Настанет день, когда мы освободим Землю.

2

Было решено, что они остаются в лесу. Общее собрание заново распланировало текущие работы в лагере, внеся поправки и усовершенствования. Начали строить хижины получше и попрочнее. Лагерь перестал выглядеть столь временным. Было собрано оборудование для работы ученых, и размещено в доме. То, что они не могли просто найти, приходилось красть. Натан Кори с горечью смотрел на мужчин, которые возвращались из этих опасных походов. День, когда он станет полноправным участником великого плана, был далеко в будущем. Пока что Натан выполнял для общего дела самую неквалифицированную работу - рубил дрова, носил воду, помогал в постройке хижин.

Натан находился в лесу, в очередной раз рубя дрова для костра, когда странный звук заставил его опустить топор. В тишине леса раздавался треск и стук. Натан осторожно пошел направо, в сторону звука. Он прятался за деревьями и кустами, и наконец рассмотрел что-то движущееся. Стук исходил от перегруженного мотора. Мотор закашлялся и затих. Натан услышал хлопанье открывающихся дверец машины. Затем он услышал медленные, шаркающие шаги. Шаги приближались. Коблане!

Натан уронил топор и бросился бежать в лагерь, бесшумно перепрыгивая через невысокие кусты и упавшие деревья.

- Мистер Хаузмен! - позвал Натан. - Мистер Хаузмен!

Он выбежал на поляну. При виде него все замерли.

- Это кобланский патруль! Они идут сюда!

Натан почувствовал себя очень глупо, стоя вот так под взглядами всех и тяжело дыша. Но ошеломление быстро прошло, и люди забегали, перетаскивая оборудование в укромные места. Натан схватил микроскоп и побежал в дом. Внутри он застал такую же страшную суматоху.

Кто-то потянул его за рукав и показал на лестницу, ведущую в погреб.

- Туда, вниз.

Натан весь дрожал от возбуждения, представляя себе шаркающие шаги коблан, идущих за ним по пятам. Лестница была занята людьми, и ему пришлось спускаться, подолгу задерживаясь на каждой ступеньке в ожидании своей очереди сделать шаг. Наконец Натан оказался перед Полом Хаузменом, который протянул руки, чтобы взять у него микроскоп. Он спрятал прибор вместе с остальным оборудованием за двойной дверцей шкафа.

Этого явно было недостаточно! Натан был уверен, что коблане найдут тайник. Но Хаузмен вытолкал его обратно на лестницу.

Они ждали в напряженном молчании вокруг костра. Шаркающие шаги патруля приближались. Из-за кустов показались приземистые коренастые фигуры. Коблане явились в лагерь. У них была смуглая и тусклая кожа с оранжевым оттенком. На широких лицах тускло поблескивали зеленые глаза. Натану показалось, что они все абсолютно одинаковые - сделанные по одному образцу ремесленником, которого не волновало изящество форм. Их было двенадцать, и в руках они держали двенадцать распылителей, готовых убивать. Эбби прижалась к Натану, дыша тяжело и прерывисто.

Один кобланин отделился от остальных.

- Кто здесь главный? - спросил он на невнятном, косноязычном английском.

Все машинально посмотрели на Хаузмена. Он шагнул вперед.

- Я буду говорить от имени всех.

Кобланин смерил его взглядом с головы до ног. Его широкое лицо было суровым. Затем он внимательно осмотрел лагерь, отметив и шалаши, и запасы пищи.

- У вас тут много всего. Вы явно собираетесь остаться здесь.

- Если нам позволят, - ответил Хаузмен, но в голосе его не было раболепства.

- Вы думаете, что можете избежать обязанностей по отношению к нам, скрывшись в лесах? Многие из вас пытались это сделать. Но больше не осталось мест, где можно скрыться.

Коблане рассыпались по поляне, все рассматривая, и наконец зашли внутрь дома. Натан Кори затаил дыхание. Они непременно найдут оборудование; тайник был чересчур очевидным. Но они вышли из дома с пустыми руками, и Натан немного успокоился. Завоеватели оказались глупцами.

- Ну, - сказал Пол Хаузмен, - так что нам делать? Вы заберете нас обратно в город?

- Если бы это зависело от меня, - сказал кобланин, - я бы так и сделал. Но у меня приказ не препятствовать такого рода вещам, пока новый порядок не вступит в силу окончательно. Пока для вас нет места в городах. Условия жизни нарушены, потому что слишком многие глупые люди сожгли слишком много зданий. Поэтому лучше будет, если те из вас, кто предпочел скрыться в лесу, пока в лесу и останутся. Позднее, когда закончатся восстановительные работы, вы должны будете вернуться по домам, чтобы выполнять ваши обязанности перед нами.

- И чем же это мы вам обязаны?

- На вас отныне лежат обязанности подчиненной расы. Вы должны смириться с этим фактом и вести себя соответственно. Вы будете трудиться во славу Кобланской империи. Если ваша раса будет делать успехи, вы сможете продвинуться на более высокое место. Но это явно произойдет очень нескоро. - Он гнусно улыбнулся. - Люди, которые бегут и скрываются, ничем не лучше низших форм животных. Да, вам придется еще очень долго развиваться.

Он резко оборвал разговор на эту тему:

- Ваши нынешние указания просты. Главнокомандующий Кэш утвердил амнистию. Вы можете оставаться здесь до тех пор, пока мы не прикажем вам вернуться в города. Там вас разделят на категории, обучат галактическому языку и правилам поведения, и определят на ту работу, к которой вы наиболее пригодны. А пока - оставайтесь здесь и делайте вид, что вы свободны.

Он вразвалку направился через поляну. Неуклюжая походка кобланина только подчеркнула его слова чужака и замаскированные в них угрозы.

Следующий шаг был очевиден. Ученых необходимо было спрятать. Тогда, если лагерь будет разогнан, они останутся в укрытии и продолжат работу. Поскольку место лагеря было известно кобланам, разумно было спрятать лабораторию где-то неподалеку. Коблане не станут искать так близко еще одну группу людей.

Место для лаборатории выбирали очень тщательно, и нашли в пяти милях дальше в лес, где на поверхность почвы выходили скалы. Там будет вырыта пещера, и ученые станут жить под землей. Но работать нужно было быстро. Когда выбирали, кто займется этим делом, Натан Кори настоял на том, чтобы попасть в их число. Пол Хаузмен сначала отказал ему, но затем смягчился и разрешил.

Получив согласие Хаузмена, Натан покинул Эбби, и вместе с другим пареньком по имени Ник Талмер отправился в глубь леса. Они несли сложенное в узлы оборудование. Другие участники работ двигались в том же направлении на расстоянии двадцати ярдов от ребят, третьи - на расстоянии тридцати, и так далее, чтобы не оставить в кустах тропинки.

Натан шагал быстро. Он чувствовал бодрость духа, и поначалу узел с оборудованием и пленками, на которых была заснята гибель Земли, казались ему легкими. Но никакой радостный подъем не мог компенсировать того факта, что Натан в порыве энтузиазма взял слишком тяжелый груз. Через три мили у него ныли руки и плечи, а ноги подгибались.

Ник Талмер тоже чувствовал себя не лучше. Он был на голову ниже долговязого Натана и более крепкого сложения. Ник раскраснелся и тяжело дышал. Наконец Натан сдался и объявил привал.

- Ты слышал утреннюю новость? - спросил Ник тоном глубокого отвращения. - Мистер Хаузмен сказал, что если мы останемся здесь надолго, нам все равно придется выучить новый язык.

- Это вполне разумно, - ответил Натан. - Если мы хотим победить кобов, мы должны узнать о них все, что только возможно.

- Кобы! - проворчал Ник, перекатился на спину и рассмеялся. - Хорошее имечко для них, а? Кобы-бобы. Они и впрямь похожи на ожившие бобы.

Когда Ник увидел, что Натан не склонен смеяться вместе с ним, он перешел на более серьезную тему.

- В общем-то, это ведь не кобский язык. Мистер Хаузмен говорит, что это универсальный язык, на котором говорят жители всех больших планет.

- Я знаю, - сказал Натан.

Ник пристально взглянул на него, и Натан понял, что тот пытается понять, что у него на уме.

- Похоже, ты знаешь все. Слушай, что ты за странный парень?

Натан не ответил на вопрос. Он не хотел говорить, что Пол Хаузмен учит истории и политике, и рассказывает текущие новости. Натан вскочил на ноги и поднял свой груз.

- Пойдем-ка дальше. Лучше нам...

Он замолк, услышав слабый звук. Звук доносился сверху, и был жужжанием воздушной машины кобов.

- Быстро! - воскликнул Натан. - Прячь узлы под ветками, чтобы они их не заметили.

Они собрали веток и сучьев, и завалили ими свои узлы, напоминающие дорожный скарб сказочных персонажей. Потом стали лихорадочно искать что-нибудь, чтобы спрятаться самим.

- Ничего подходящего, - простонал Ник.

Натан Кори крутнулся на пятках, осматриваясь вокруг. Он схватил за плечо меньшего паренька и подтолкнул его к большой сосне. Сам Натан бросился на четвереньки и быстро заполз под нижние ветки сосны. Ник последовал за ним. Это было не бог весть какое укрытие, но должно было сойти.

Жужжание воздушной машины стало ближе, и Натан невольно затаил дыхание. Наверху в ветвях сосны цокотала белка.

И вот они увидели воздушную машину. Она шла низко, над самыми кронами деревьев. Сквозь ветки сосны проглядывал ее чуждый силуэт. Мальчики сидели совершенно неподвижно, чтобы шевеление веток их не выдало. Воздушная машина сделала круг. Натан представил себе коба, который пялит вниз свои зеленые глаза и замечает оборудование под жалким укрытием из веток. Но, совершив один круг, кобланская машина полетела прочь, на север, чтобы продолжить поиски в другом месте.

- Они были слишком близко. - Голос Ника был хриплым от напряжения. Я буду рад, когда на деревьях появится больше листьев, чтобы прятать нас.

Натан выбрался на четвереньках из убежища и немедленно принялся собирать узлы.

- Больше никаких остановок для отдыха, - сказал он. - Нужно отнести все это в безопасное место.

Они быстро прошли остаток расстояния, и перед ними выросли скалы. Сначала Натан подумал, что тут никого нет, и работы еще не начались. Но потом он бросил взгляд вверх, и не увидел неба - только матерчатый полог, серый с зелеными пятнами. Камуфляж. Из ямы на склоне холма выбрался человек с двумя большими корзинами земли. Он спустился с холма и направился в лес. Другой человек вышел из леса с пустыми корзинами.

- Хорошая идея! - сказал Ник. - Они высыпают землю подальше от лаборатории, чтобы ее не было видно.

Они подошли к норе и направились вниз по узкому тоннелю, следуя по вытоптанной в грязи тропинке. По двум лестницам они спустились глубоко под землю. Там располагались два законченных помещения с отделанными стенами и потолками на подпорках. Какой-то мужчина, в котором Натан узнал одного из ученых, направил ребят в третью комнату, над которой еще продолжалась работа. Там было просторно и пока еще холодно. Помещение быстро приобретало законченные очертания. Вскоре это будет современная лаборатория. На полу грудами лежало оборудование. Мальчики присоединили свои узлы к другим.

- Хорошо сделано, - похвалил их ученый. - Мы уже боялись, что вас выследили. Почему вы так задержались?

Натан покраснел.

- Нам пришлось остановиться, чтобы отдохнуть.

Ученый улыбнулся, улыбка его была понимающей.

- Как вам нравится это место?

- Потрясающе! - с энтузиазмом воскликнул Ник.

- А тебе? - повернулся ученый к Натану.

- То, чего я и ожидал, - ответил Натан. - Именно то место, где будет выиграна настоящая битва.

Он вспомнил несколько вещей из тех, о которых они говорили с Хаузменом.

- Какое доверие! - усмехнулся ученый. - Если бы мы хотя бы наполовину так верили в свои силы, как веришь ты, в победе можно было бы не сомневаться.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. "СКОРО!" (ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ)

3

Натан Кори тяжело шагал обратно в лагерь, нагруженный добычей, которую повстанцы захватили в последней стычке с кобами. Они устроили засаду на дороге. Кобы в машине не пытались избежать засады - так происходило всегда в течение этих пятнадцати лет. Они понадеялись на свои распылители, которым повстанцы могли противопоставить лишь дряхлые винтовки и потрепанные ружья. И на этот раз повстанцы даже не потеряли никого из своих людей.

Добыча была небогатой. Четыре исправных распылителя, и еще десять поврежденных от чрезмерной нагрузки. Пять ящиков консервов и два тюка с одеждой из плотной шерсти. Единственную настоящую ценность представляли обломки металла, найденные в кузове грузовика. Они отправятся к Гаррису в лабораторию.

С первого взгляда казалось, что это все лишено смысла. И жалкие "рейды", которые только беспокоили кобов, но не наносили им особого вреда - зато, как правило, стоили повстанцам человеческих жизней. И непонятная готовность кобов жертвовать своими солдатами в стычках, которых они легко могли избежать. Но если присмотреться, становилось понятно, что для обеих сторон это имеет серьезное значение. Только вот кобы до сих пор так и не поняли, в чем истинная цель повстанцев.

Кобы устраивали по поводу нападений повстанцев пропагандистскую шумиху, чтобы настроить людей в городах против лесных мятежников. Еще они использовали партизанские набеги как предлог для оправдания свирепых законов и собственной жестокости. Пока для горожан существовали козлы отпущения в виде отряда Натана и ему подобных, кобы еще могли казаться благожелательными, хоть и строгими господами, которые стоят на страже порядка и закона, и перестраивают человеческое общество в лучшую сторону. "Лучшую", разумеется, означало "лучшую для кобов".

Прекращение рейдов подорвало бы базис кобской пропаганды. Но об этом не могло идти и речи. Набеги и стычки имели целью скрыть существование лаборатории и работающих там ученых. Кобы видели явные действия мятежников - мини-войну - и не имели причин подозревать какую-либо тайную деятельность. Эта схема оправдывала себя в течение пятнадцати лет - с тех самых пор, как кобы решили позволить повстанцам оставаться в лесах и использовать их существование для собственных целей завоевателей. Так что стычки должны были продолжаться.

Натану это не нравилось, но он понимал смысл, заложенный в таких действиях. Они часто беседовали на подобные темы с Полом Хаузменом, когда тот был в лагере. Хаузмен продолжал обучать Натана. Сила сама по себе была бесполезна; нужно было действовать силой и хитростью. Даже кобам, которые завоевали Землю при помощи силы, пришлось пуститься на хитрости, чтобы удерживать ее в повиновении. Если бы все люди до единого решили сопротивляться завоевателям - хотя бы мирным путем, просто не выполняя их приказов - завоевание оказалось бы бессмысленным. За эти пятнадцать лет люди-повстанцы многое узнали о кобах, в том числе и из разговоров с ними. Завоевателям нужна была не просто планета, а планета с рабами. Люди в городах представляли собой стадо овец; но даже среди овец можно поднять восстание. Чужаки, хоть и отличались глупостью во многих отношениях, полными дураками не были. Им действительно было выгодно играть в эту бесконечную игру с лесными повстанцами, которая стоила им время от времени нескольких солдат, но приносила политические выгоды. Пока мятежники не причиняли слишком много вреда - а Пол Хаузмен тщательно следил, чтобы партизанские вылазки не перешагнули опасный рубеж - они могли жить, как им вздумается.

Пол Хаузмен занимал руководящие посты в обоих мирах. Он жил в городе в качестве одобренного кобами представителя от людей; и он жил в лесу, возглавляя основанный им повстанческий отряд и поддерживая контакты с отрядами мятежников по всему миру. Кобы знали, что Хаузмен принадлежит к повстанцам, хотя горожане этого не знали. Но кобы уважали его, он им был нужен.

Сегодня Хаузмен должен был приехать в лагерь, и Натан подумал о том, что Пол сказал два года назад.

- Настанет день - и, возможно, быстрее, чем ты думаешь, - когда кто-то должен будет сменить меня. Я готовил тебя к тому, чтобы занять мое место, Натан. Ты станешь нашим делегатом в Федеральном совете. Я надеюсь, что ты найдешь способы принести больше пользы, чем принес я. Мне кажется, что я все продолжаю и продолжаю совершать бесполезные действия, а надежды на то, что они приведут хоть к какому-то результату, все меньше.

- Но совет специально организован именно таким образом, Пол, запротестовал Натан. - Ты же сам мне объяснял. Они сделали его, чтобы продемонстрировать свою цивилизованность, чтобы сделать вид, что ведут честную игру. Но на самом деле у побежденной расы очень мало шансов на свободу.

- Да, Натан, очень мало - но они все-таки есть. Я не говорил об этом ни с кем, кроме тебя. Должен найтись способ обернуть законы в нашу пользу. Вот для чего я настоял, чтобы ты изучил политические науки и искусство политических маневров. Возможно, тебе когда-нибудь удастся применить во благо эти умения, которыми так часто злоупотребляли из эгоистических побуждений.

И теперь настал тот самый день, хотя Пол об этом еще не знал. Отряд выбрал Натана в качестве своего нового делегата вместо Пола Хаузмена. Натан чувствовал себя так, как будто в чем-то предал своего лучшего друга.

Добравшись до лагеря, Натан вошел в дом, сел и погрузился в размышления. Его вернуло к действительности прикосновение к руке. Натан оглянулся. Эбби дергала его за рукав. Отовсюду доносились привычные звуки лагеря.

- Ты задержался, - вот и все, что она сказала. Но морщинки беспокойства у нее на лбу рассказали Натану остальное.

- Кобы опоздали, - ответил Натан Кори. - Тебе не стоило так волноваться.

- Я всегда волнуюсь.

Улыбка, которой Эбби встретила его возвращение, быстро погасла. Эбби больше ничего не сказала.

Натан разложил распылители на полу дома и взял протянутую Эбби чашку кофе. Сделав глоток и почувствовав в горле приятное тепло, он сказал:

- Как мне сказать об этом Полу?

Эбби смотрела на него молча, но ее лицо выражало сочувствие. Карие глаза расширились.

- Он в любой момент может приехать сюда на собрание делегатов, и мне придется...

- Он уже приехал, - прервала его Эбби.

- Ох! - Натан не смог удержать вздоха. Он долго смотрел на Эбби, и наконец спросил:

- Эбби, правильно ли мы поступаем?

- Это решение большинства. Почему ты опять сомневаешься? - попыталась она успокоить его. - Это было самое разумное из возможных решений.

- Но поймет ли Пол? Это похоже на пощечину. Мне не нравится такое положение дел, и я еще не чувствую себя готовым к новым обязанностям - но остальные этого не видят. Они видят только то, что прошло уже семь лет, в течение которых мы подавали прошения. Семь лет и семь прошений - и никакого результата. Но Пол старался.

- Здесь действительно прозвучало мое имя? - послышался голос с порога.

Натан поднялся на ноги и протянул руку, чтобы пожать руку Пола Хаузмена. Двое мужчин оглядели друг друга, замечая перемены и отличия, с радостью узнавая знакомые черты.

- На этот раз тебя не было слишком долго, - упрекнул Пола Натан.

- Поверь, я давно хотел приехать, - сказал Пол. - Но новые городские законы служат источником неприятностей. Мне пришлось разбираться с этим вопросом. Я побывал в Лондоне, Париже, Вашингтоне и Москве. И я смертельно устал.

Хаузмен заметно постарел с тех пор, как Натан видел его в последний раз. Морщины, которые прорезались на его лице после вторжения кобов на Землю, так никогда и не стерлись. А теперь они стали гораздо глубже.

- Тогда вам пойдет на пользу несколько дней с нами. - Эбби подвела его к стулу. - И нас порадует ваше присутствие.

- Опять женская дипломатия, Эбби? - улыбнулся Пол. - Но к чему дипломатические меры? Что произошло?

Натан помедлил в нерешительности.

- Скоро собрание делегатов.

- Конечно. Поэтому я и приехал. Что еще?

- Послушай, Пол, если ты не возражаешь, я сейчас не стану говорить. Это касается всех.

Натан чувствовал себя очень неловко, но он просто не в силах был сообщить Полу все наедине. Это было решение отряда, и Натан должен был чувствовать поддержку отряда, когда объявит Полу новость.

- Хорошо, Натан. Не переживай так. Я подожду. И - кто знает? - может быть, это добавит немного остроты собранию. Для разнообразия.

К тому времени, когда все собрались, уже настал вечер. Люди собрались вокруг костра - ради света, а не ради тепла, поскольку погода позднего мая была скорее уже июньской. Натан Кори сидел впереди рядом с Карлом Гаррисом.

После обычного сообщения новостей Пол Хаузмен повернулся вокруг - как он делал каждый год на майском собрании вот уже в течение семи лет - чтобы объявить начало собрания делегатов.

- Снова настало наше время, - сказал Хаузмен. - Единственный шанс в году, который дается нам, чтобы выразить наши жалобы по отношению к завоевателям и послать в Федеральный совет прошение о свободе. Ничего не изменилось. Кобы снова предоставили мне свободу действий. Люди в городах доверили мне право решать, и другие группы повстанцев тоже дали свое согласие, чтобы я говорил от их имени. Хотя по-настоящему необходимо только разрешение кобов.

Натану было неуютно. Он чувствовал на себе встревоженные и ожидающие взгляды людей. Все ждали его слов. Натан сказал первое, что пришло на язык:

- Но, Пол, кобы ждут, что делегатом снова будешь ты. Согласятся ли они, если ты выберешь вместо себя кого-нибудь другого?

Пол Хаузмен посмотрел на него. По выражению его лица ничего нельзя было прочесть.

- Я не знаю ответа на этот вопрос. Согласно формулировке разрешения, я могу выбрать кого пожелаю. Но кобы действительно ожидают, что я выберу себя - поскольку я в той или иной степени представляю оба лагеря людей.

Натану пришлось сделать над собой усилие, чтобы голос его прозвучал достаточно громко.

- У нас тут произошли некоторые события, Пол. Ты о них еще не знаешь. Было несколько чрезвычайных ситуаций, и... ну, в общем, я надеюсь, что ты не станешь судить поспешно, а сначала выслушаешь наши причины и доводы. Мы провели специальное собрание, согласованное с собраниями других повстанческих отрядов. На нем было решено, что в этом году мы пошлем другого делегата в совет. Более молодого человека - и, если хочешь, более жестокого, Пол. Они выбрали меня. Я этого не хотел, но выбрали меня.

Натан обвел взглядом собравшихся, но никто не смотрел на него. Он сел на место. Эбби дотронулась до его руки, но прикосновение не утешило Натана.

- Прости, Пол, - сказал он.

- Да нет же... Нет! - Пол Хаузмен внезапно улыбнулся и расправил плечи. - Я всегда знал, что этот день настанет. Но не думал, что он уже пришел. - Он повернулся к остальным. - Я полагаю, некоторые из вас знают, что Натан Кори получал специальное обучение в области искусства политики, и что я передал ему всю информацию о функциях и особенностях Федерального совета, какую только мог.

Я был политиком всю свою жизнь. Я старался приложить все силы и умение, чтобы улучшить нашу ситуацию. Вы знаете это, как знают люди в городах, и даже кобы. Но, возможно, кобы заметили кое-что еще, и поэтому дали мне право выбирать делегата - предположив, что я выберу себя.

Пол Хаузмен сделал паузу и понизил голос.

- Возможно, они заметили то, что и я сам уже начал подозревать. Что мои методы вряд ли приведут к успеху. Законы Федерации дают нам очень незначительный шанс на помощь со стороны других планет в возвращении свободы Земле. Но я думаю, что кобы постарались обезопасить себя полностью, выбрав делегата от людей, который не сможет обнаружить даже этот крохотный шанс.

- Может быть, ты просто слишком осторожен, Пол, - раздался чей-то голос. - Слишком придерживаешься традиций.

Хаузмен кивнул.

- Да, наверное. Итак, сегодня мы представим кобам и совету переменную с неизвестным значением. Молодого делегата, который, возможно, обладает как раз нужной степенью опрометчивости. - Он снова улыбнулся Натану. - Я рад, что это наконец произошло, Натан. Может быть, это нужно было сделать даже раньше.

Натан Кори вздохнул с облегчением.

- Ну, у нас были особые причины, Пол. Мы получили ультиматум от лаборатории. Теперь мы непременно должны добиться успеха в совете - или рискнуть тотальным уничтожением.

Вмешался Карл Гаррис.

- Наши исследования дошли до такой стадии, что мы можем предпринять решительные действия. И предпримем!

Натан сказал:

- Если разобраться, их можно понять. Ученые, работающие в лаборатории, пятнадцать лет жили под землей. Они вели долгую сидячую битву. У нас, по крайней мере, были рейды в качестве отдушины. У них такой разрядки не было. Они потратили столько лет ради одного дня успеха, и теперь они боятся, что потеряют эту возможность.

- Как они могут ее потерять? - удивился Хаузмен.

- Из-за того, что горожане обращаются против нас! - вскричал Гаррис. - Кобы говорят им, что все жестокости происходят по нашей вине. Они готовы наброситься и истребить нас, если только кобы не вступятся из какой-нибудь своей прихоти. Теперь, когда у нас есть вирус, мы должны его использовать!

- Значит, у вас есть вирус? - Пол Хаузмен пропустил остальное мимо ушей. - Вы на самом деле его получили?

- Результаты были получены два месяца назад, - сказал Натан Кори. Тогда и начались трения. С тех пор, как вирус у них в руках, ученые больше не в состоянии выносить бездействие. Пол, они угрожают, что применят вирус! Закончат ракету, над которой работают, и отправят болезнь к кобам. Местью со стороны Федерации за такое деяние будет полное уничтожение Земли. Так что мы либо добьемся успеха в совете на этот раз, либо ученые совершат этот безумный поступок, и мы все будем убиты.

- Но как мы можем добиться успеха? - попытался спорить Хаузмен, обращаясь к Гаррису. - До сих пор еще ни одна завоеванная планета не получала обратно свободу просто так. Единственный способ добиться свободы согласно законам Федерации - это проработать сначала две сотни лет на завоевателя. Только потом может идти речь о получении свободы. Вам это отлично известно, Гаррис. Как вы можете выдвигать такой ультиматум?

- Как бы то ни было, нужно что-то сделать! На этот раз наше прошение не должно быть пустой формальностью. Мы работали и сражались пятнадцать лет не для того, чтобы теперь упустить шанс.

- Но что там с вирусом? - Хаузмен обратился к Натану за поддержкой.

- Расскажи ему про вирус, Карл, - сказал Натан. - Расскажи нам всем. В конце концов, многие из нас погибли ради этого. А пока объясни Полу, что весь ваш план основан на одной-единственной колбе с препаратом.

- Как? - Пол Хаузмен был потрясен. - Ты это серьезно?

- Натан говорит правду, - ответил Гаррис, ничуть не смущенный. - Мы действительно располагаем только одной колбой с препаратом. Через несколько лет их будет больше, но даже одной вполне достаточно, чтобы отомстить кобам. У них нет защиты против вируса, мы в этом уверены. Чтобы защитить население от вируса, требуется проводить иммунизацию при помощи сыворотки. На производство сыворотки уйдет двенадцать лет. А необходимыми запасами ее кобы не располагают. Мы можем уничтожить их, как они уничтожили нас!

Он сердито встряхнулся. Карл Гаррис не был тем человеком, который переступил порог лаборатории пятнадцать лет назад. Он превратился в комок оголенных нервов. Единственным, что двигало этим измученным человеком, была месть.

- Вы сами видели, чего нам это стоило. Конечно, никто из вас по-настоящему не представляет себе жизни в лаборатории. Вам трудно понять, каково это - жить под землей, как кроты, и работать днем и ночью над неразрешимой задачей, которую все-таки нужно решить. Да, мы работали несмотря ни на что. И это отняло у нас пятнадцать лет, потому что найденный нами вирус совершенно особый. Это не вполне вирус и не вполне бактерия. Абсолютно новая концепция! Вирус переходит в стадию споры в темноте. Под действием света он вырывается на свободу. Как назвать такой организм? Ну вот, в конце концов мы его изолировали и вырастили - и обнаружили, что он совершенно безвреден!

- Безвреден?! - взорвался Хаузмен. - Вы называете безвредным то, что уничтожило нас?

- Не все так просто, - ответил Гаррис. - Вирус, который мы взяли от умирающих людей, оказался безвредным. Но, слава богу, мы сохранили его и продолжали эксперименты. Теперь мы знаем его секрет. В течение многих лет он постепенно превращается из невинного организма в вирус-убийцу, которым воспользовались кобы. Первые предположения появились у нас еще в прошлом году, но нам пришлось ждать, пока достигнет зрелости новый штамм. Сейчас мы им располагаем. Одна большая колба, полная вирусов, спящих во тьме. Попав на свет, они активизируются и размножатся. И отправят на тот свет целую планету гуманоидов.

- Всего лишь одна колба?

Пол Хаузмен ждал опровержения со стороны Натана Кори, но Натан лишь кивнул Гаррису, чтобы тот продолжал.

- Есть еще некоторое количество вируса, который превратится в смертоносную разновидность через два поколения. Болезнетворный препарат будет готов через год-два. Как видите, мы можем производить вирус. Если достаточно долго подкармливать вирус-убийцу, он произведет следующее поколение - безвредное. Затем, через долгие годы, снова возникнет смертоносный штамм. Через много поколений. Не существует другого способа получить этот вирус. Поверьте, если бы могли сократить это чудовищное ожидание, мы бы так и поступили. Но вирус - такой же чуждый организм, как и кобы. И такой же убийственный. Единственной защитой против него может служить вакцинация при помощи одного из трех последних штаммов его самого. Безвредный штамм из числа трех последних поколений достаточно силен, чтобы убить болезнетворную разновидность. Солдаты кобов, прибывшие на Землю, были вакцинированы. Но я готов прозакладывать свою жизнь, что все кобланское население иммунитета не имеет. Мы можем уничтожить их нашей одной колбой.

Гаррис умолк. Его неистовство иссякло. Изможденное тело била дрожь. Натан продолжил вместо него.

- Ученые считают, Пол, что мы должны выдвинуть обвинение в адрес кобов. Обвинить их в применении вируса. Я знаю, что ты уже заявлял об этом. Но ученые требуют, чтобы на этот раз наш делегат сделал заявление как можно громче, во всеуслышание. Их мотивы можно понять.

- Я вполне их понимаю, - сказал Хаузмен.

Хаузмен прохаживался около костра взад-вперед, нахмурив лоб. Он остановился перед Натаном и посмотрел ему в лицо.

- Ты - самый подходящий кандидат, Натан. В этом нет сомнений. Я думаю, что смогу уладить дело с кобами. Но понимают ли все собравшиеся то, о чем я говорил с тобой в прошлом году? Сознают ли они, насколько это задание опасно для тебя? Ты не можешь просто вынырнуть ниоткуда и занять мое место. Я был делегатом, но горожане не знали о моей принадлежности к повстанцам. Поскольку я возглавляю их марионеточное правительство, горожане считали, что я - один из них, и только. Ты не можешь воспользоваться тем же самым прикрытием. Как только ты покажешься на публике, кобы разоблачат тебя как мятежника, поскольку им в любом случае не понравится эта затея. Тебе придется лично выступать перед людьми и завоевать их поддержку. В результате ты окажешься открыт любым действиям со стороны кобов и со стороны людей, которые обучены ненавидеть каждого, который хоть слово скажет о повстанцах.

Натан поймал взгляд Гарриса. Но в нем не было сочувствия, одна только непреклонная решимость.

- Я думаю, у меня нет иного выхода, кроме как рискнуть, - сказал Натан. - Я должен сделать попытку, какие бы опасности это в себя не включало. Эти люди вверили мне судьбу Земли, и я не вправе отказаться.

- Я думаю, ты бы не отказался, даже если бы мог. - Пол Хаузмен задумчиво смотрел Натану в глаза. - Ты на всю жизнь остался тем мальчишкой, который решил освободить Землю и вышвырнуть прочь коблан.

Натан пожал руку старого друга и почувствовал прилив новых сил.

- Значит, завтра, - сказал Пол Хаузмен. - Завтра мы отправимся в штаб-квартиру кобов и бросим нашу маленькую бомбу. Мы не можем уничтожить вирус, ибо это наша единственная надежда. А если он не будет уничтожен, мы не сможем помешать ученым использовать его. Так что пусть кобы поберегутся. Хомо сапиенс готов потребовать Землю обратно!

4

Ехать в официальной машине коблан оказалось неудобно, но Натан Кори подавил непривычные чувства, которые у него вызывала поездка. Пол Хаузмен получил машину, чтобы встретиться с кобским главнокомандующим, как это бывало каждый год. Лес остался далеко позади. Машина быстро ехала по автостраде, направляясь к штаб-квартире коблан.

- Не удивляйся ничему, что увидишь в городе, - сказал Хаузмен. Сейчас все не так, как было пятнадцать лет назад. И люди не такие.

- Я и не жду, чтобы они остались прежними, - согласно отозвался Натан. - Все эти кобские правила поведения и несправедливость, разумеется, ожесточили людей.

- Нет, Натан. Это ты можешь ожесточиться, когда увидишь, как обстоят дела в городе.

- Почему?

- Потому что ты встретишь вещи, которые тебе не понравятся. Я говорил тебе о них. Например, братание с врагами. За пятнадцать лет оккупации люди растеряли иллюзии. Иметь друга среди кобов - это полезно. Кобы могут достать специальные пропуска, или добавочные талоны на еду, или деликатесы. В наши дни бананы, апельсины и шоколад стали деликатесами, потому что кобы вывозят с планеты всю продукцию. Тебе не понравится эта поездка. Но если ты собираешься стать представителем от горожан, ты должен попытаться их понять.

Натан поерзал на мягком сиденьи, чувствуя себя связанным по рукам и ногам костюмом, который перешили на него из гардероба Пола. Он надел костюм в первый раз за пятнадцать лет, и галстук на шее казался ему петлей висельника.

- Я их пойму. Пожалуй, все эти вещи говорят о том, что свобода нужна нам именно сейчас, а не через двести лет. Мы должны стать сами себе хозяевами, прежде чем окончательно утратим былой дух.

Впереди показался контрольный пункт, и Натан осознал, что это и есть въезд в кобский город. Когда кобы искали место для своей штаб-квартиры в штате Мичиган, они сочли Детройт слишком большим, чтобы там было безопасно обосноваться. Маленькие городки им тоже не подошли, поскольку там все всех знали, и населением было бы трудно управлять. Кобы остановились на компромиссном решении - выбрали быстро развивающийся промышленный город, населенный приезжими рабочими. Он был достаточно большим, чтобы среди жителей не существовало тесных связей, и достаточно маленьким, чтобы в нем не нашлось обособленных меньшинств. Как бы его ни называли раньше, теперь этот город звался Коблан-Сити.

Пол притормозил машину и протянул через окошечко свой официальный пропуск кобу, ожидавшему с распылителем в руке. Коб не потребовал пропуск Натана. Никто не произнес ни слова. Коб махнул рукой, чтобы они проезжали. Натан посмотрел вперед. На расстоянии еще по крайней мере трех миль не было видно ничего, кроме горизонта.

- Зачем они поставили контрольный пункт так далеко от города? спросил он Пола.

- Этот пост охраняет не город, а кобскую штаб-квартиру.

Натан хотел было задать следующий вопрос, но Хаузмен показал рукой направо, и ответ стал очевиден. Кобская штаб-квартира находилась не в городе. Она занимала большую территорию, обнесенную стеной и тщательно охраняемую. Рядом располагался один из основных кобских космопортов. Носы ракет торчали кверху, как иголки из подушечки для булавок.

- Гаррис отдал бы что угодно за одну из них, - ухмыльнулся Натан. Хвала небесам, у него нет ракеты.

Машина набрала скорость и пронеслась мимо ворот, ведущих на территорию штаб-квартиры.

- Разве нам не сюда? - спросил Натан.

- Я хочу, чтобы ты сначала увидел город. Потом мы вернемся.

Хаузмен въехал в город и припарковал машину. Они вышли наружу. Оказавшись на тротуаре, в окружении прохожих, Натан почувствовал себя неуютно. Он постарался держаться поближе к Хаузмену.

Повсюду были кобы. Они шаркающей походкой прогуливались по тротуару, входили и выходили из магазинов. Натан сжимал кулаки, когда они проходили мимо него. Привычка подталкивала его напасть. Но в городе, судя по всему, правило поведения было - "улыбайся". Все улыбались чужакам. Мужчины приветственно приподнимали шляпы, женщины строили кобам глазки.

Город как таковой не изменился. Дома были старыми и грязными, улицы усыпаны мусором, в котором копались голуби. Было отчетливое сходство в походке голубей и кобов. Только голуби были изящнее.

Натан Кори ходил по улицам вместе с Хаузменом, пока мир не закружился у него перед глазами. Непрестанное движение и смена цветов вызвали у него острую, пульсирующую головную боль. Он забыл, что должен проникнуться пониманием к людям, которые живут бок-о-бок с кобами, и чувствовал только отвращение.

Он видел детей, которые доверчиво держались ручонками за волосатые руки кобов, и беззаботно прыгали. Они явно были счастливы. Если таково следующее поколение человечества, то какой смысл в том, чтобы за них бороться? Одни прохожие улыбались Натану, другие толкали и пихали его, пока он не стал чувствовать, что вот-вот возненавидит этот город.

Официальные учреждения кобов были выдержаны в духе аскетизма. Стены были пустыми, полы - голыми. Все было выкрашено одним цветом, подчеркивая впечатление простоты и строгости. Ходили легенды о роскоши, в которой живут кобы. Но здесь не было видно ни тени роскоши. Мебель была приспособлена под пропорции низкорослых коблан. Натану Кори пришлось сложиться втрое, чтобы втиснуть свою долговязую фигуру в жесткое кресло.

В центре комнаты располагался металлический стол. Коб, который расхаживал позади стола, был главнокомандующим кобланских сил в этом секторе Земли и координатором всех сил захватчиков на планете. Главнокомандующего звали Кеш. Он был мускулистым и широкоплечим. Главнокомандующий Кеш плотно сжал губы, а его маленькие зеленые глазки вспыхивали каждый раз, когда их взгляд останавливался на Натане.

- Мне это не нравится, Хаузмен, - сказал он.

- Я знал, что это будет для вас неожиданным, - твердо ответил Пол Хаузмен, - но нет никаких оснований для отказа.

- Но кто он такой, этот Натан Кори? Кто его знает? Делегатом всегда был ты. Ты занимаешь соответствующее положение среди людей. Ты их лидер. Они тебя понимают и сочувствуют тебе.

- Сочувствуют, когда я терплю поражение, вы хотите сказать?

Глаза Кеша превратились в щелочки.

- Какое имеет значение, что именно я хотел сказать? Важны факты. А факты состоят в том, что ты привез сюда этого мятежника и хочешь, чтобы я согласился принять его в качестве вашего делегата.

- Но я сам всегда принадлежал к повстанцам, и вы это прекрасно знаете.

- Мы это знали и терпели, потому что нам нужен был человек, способный представлять оба лагеря, и управлять ими. Но это зашло слишком далеко.

- Вы меня боитесь? - напрямик спросил Натан.

Зеленые глаза сверкнули. Бочкообразная грудь главнокомандующего Кеша затряслась. Коб испустил глухое ворчание - он смеялся.

- Уже только то, что ты достаточно глуп, чтобы задавать подобные вопросы, может послужить ответом на твой вопрос.

- Тогда спорить не о чем. - Натана трудно было заставить почувствовать себя униженным. - В разрешении ясно говорится, что Пол может выбрать, кого пожелает.

Кеш обошел стол и остановился перед ними. Близость его присутствия встревожила Натана больше, чем все сказанное кобом.

- Почему ты считаешь себя наилучшим кандидатом, молодой человек? - Он сделал ударение на последних словах. - Вы, мятежники, ведете себя очень дерзко. Вы считаете, что в мире нет ничего важнее вас и ваших мелких планов. Но как же большинство? Все те люди, которые живут и работают вместе с нами? Возможно, они захотят выбрать своего собственного делегата.

- Они погружены в апатию. Им все равно. И вы это знаете, Кеш, сказал Хаузмен. - Они согласятся с любым кандидатом, которого я выберу. Печально, но это так.

- А ты? - Кеш ткнул в Натана грубым пальцем. - Ты тоже в это веришь?

- Я это видел своими глазами. Если даже вы способны заставить их поверить вашей полуправде и неприкрытой лжи, они поверят кому угодно.

Кеш направился обратно за стол.

- Ты мне не нравишься, Натан Кори.

- Значит, мы квиты.

Кеш быстро глянул на Хаузмена, но тот ничего не сказал. Натан знал, что теперь настал его черед действовать.

- Я прекрасно знаю, почему я вам не нравлюсь, - вызывающе произнес Натан. - Во мне нет ни достоинства Пола Хаузмена, ни его гуманности. Я не умею себя вести в обществе, не знаком с обычаями и не склонен лицемерить. Я не люблю вас, и не скрываю этого. Я просто намерен представить прошение совету Федерации и выиграть. Именно поэтому вы меня боитесь.

- И ты не сомневаешься в том, что выиграешь?

- Конечно, у меня есть сомнения. Но я думаю, что у меня есть шанс. И чем больше вы стараетесь меня разубедить, тем больше я убеждаюсь в том, что этот шанс достаточно велик.

Кеш снова рассмеялся, действуя на нервы Натану.

- Я не хотел создать такое впечатление, молодой человек. У тебя не больше и не меньше шансов, чем было у Хаузмена до тебя, и будет у любого другого делегата после тебя. Еще не было прецедента, чтобы планета не отработала свой срок - двести лет или больше - чтобы заслужить право на свободу и место в Федерации. Мы старая, мудрая и уважающая традиции раса, Кори. Мы редко позволяем возникнуть новому прецеденту.

Последовало молчание. Натан ждал.

Кеш крутнулся на каблуках.

- Ладно, ты получил мое разрешение. Будь делегатом! Испытай свое ничтожное "великое мгновение". Если ты подумал об опасностях, которые тебе грозят, и все еще хочешь занять это место, значит ты - храбрый человек, и заслуживаешь того, чтобы появиться в лучах славы. Только не будь слишком разочарован, когда увидишь, что эти лучи совсем не такие яркие, как тебе казалось.

Кеш шаркающей походкой подошел к столу, сел и вдруг принял совершенно официальный вид.

- Вот условия разрешения, которыми вы должны руководствоваться. Один раз в год, каждый год после первых восьми лет реорганизации, правительству планеты - говоря конкретно, Полу Хаузмену, - разрешается выбрать делегата, который представит Федеральному совету прошение. Прошение может содержать такие просьбы о свободе, которые люди захотят подать, и такие жалобы, которые они считают себе вправе высказать. - Он поднял взгляд. - Здесь следует уточнить, что жалобы не встречают особой благосклонности. Вы должны помнить, что Федерация состоит из друзей коблан. Наши друзья не любят тех, у кого длинный язык.

Прошение должно быть передано любому члену совета Федерации, которого делегат захочет выбрать своим представителем и защитником. Делегату позволено совершить путешествие туда, где находится этот член совета, и свободно общаться с ним все те дни, пока совет проводит сессию, чтобы выслушать прошения.

Главнокомандующий Кеш перелистал бумаги на столе и вздохнул.

- Остальное неважно. Вы должны назвать имя избранного вами члена совета в течение пяти дней, и он будет извещен. Остальное зависит от вас. Прошение напишите вот на этом бланке.

Грубая рука протянула Натану лист бумаги. Натан встал, чтобы принять бланк. Он уже видел такие бланки раньше. Анкета была специально составлена так, чтобы прошение было неубедительным. Так было раньше, так будет впредь.

- Я уже сделал выбор.

- То есть? - Кеш бросил взгляд на Хаузмена.

- Тебе не кажется, что ты должен обсудить этот вопрос со всеми нами, Натан? - спросил Хаузмен.

- Ответственность лежит на мне. Значит, и выбор остается за мной.

Не стоит упоминать, что он принял решение уже много месяцев назад, когда впервые возникла вероятность того, что делегатом будет он.

- Хорошо. - Кеш приготовил ручку, чтобы вписать имя. - Кто же из членов совета ваш избранник?

- Дженотек, Советник с Маррика.

Кеш отложил ручку, не написав ни буквы.

- Это чистое безумие, Кори. Дженотек даже слушать тебя не станет.

- По закону он обязан выслушать любого, кто обратится к нему.

- И все же ты должен изменить выбор. Вы, мятежники, становитесь все наглее. Мы теряем много солдат из-за ваших засад и набегов.

- Вы знаете, что это неправда. Это ложь, которую вы рассказываете горожанам. На самом деле мы не причиняем вам большого вреда. Вы получаете от наших набегов больше выгоды, чем мы сами.

- Вот как? Ты считаешь, что мы должны так легко прощать вам наших убитых? Да, до сих пор мы позволяли вам жить по-своему. Вы не слишком вредили нам. И мы действительно с толком использовали ваше усердие. Но когда такой человек, как Пол Хаузмен, настолько теряет соображение, чтобы заявиться ко мне с подобной просьбой - предложить ТЕБЯ в делегаты - я должен начать беспокоиться. Я должен начать расследование, что именно происходит в лесах.

Натан Кори внутренне собрался, готовый к последнему усилию.

- Это все пустые угрозы, Кеш. Я был принят в качестве делегата. И я назвал имя выбранного мной члена совета. Если вам не нравится мой выбор, я могу только задуматься о причинах этого и сделать собственные выводы.

Зеленые глаза главнокомандующего уставились на Натана с таким презрительным ехидством, что тот почувствовал, как холодок пробежал у него по позвоночнику. Если Кеш так легко сдался в этом пункте, значит, у него заготовлены еще какие-то хитрости.

Кеш взял ручку, вывел имя Советника Дженотека и поставил в конце завитушку.

- Будь по-твоему, Натан Кори. - Его широкий рот разъехался в гнусной ухмылке. - Я уведомлю Советника о твоем прибытии. Через три дня будь на контрольном пункте, ближайшем к твоему лагерю. За тобой будет прислана машина. Она доставит тебя в космопорт, где ты сядешь на корабль до Маррика. Я уверен, что ты совершил идиотский выбор. Дженотек не любит тратить время на жалкие прошения.

- Спасибо, - сказал Натан, и улыбнулся Кешу в ответ. - Я постараюсь сделать это прошение не таким жалким.

Он направился к двери. Хаузмен не пошевелился.

- Ты идешь, Пол? Нам нужно составить прошение.

Прежде чем переступить порог, Натан Кори бросил последний взгляд на Кеша, главнокомандующего кобланских сил. Главнокомандующий стиснул кулаки, а лицо его было ярко-оранжевым.

5

Только когда они оставили машину на контрольном пункте и направились пешком через лес, Натан повернулся к Полу Хаузмену и спросил:

- Почему ты молчал, Пол? Ты согласен с Кешем, что Дженотек - это плохой выбор?

Немолодой мужчина тряхнул головой, словно сбрасывая паутину.

- Почему из всех пятидесяти трех Советников ты выбрал Дженотека? Он самый продажный из них. И самый опасный.

- И самый логичный кандидат для выбора, Пол.

- Логичный? Ты что, действительно полагаешь, что такой тип, как Дженотек, прислушается к нам?

- Он обязан по закону, - ответил Натан. - Он не может нас не выслушать.

- Да. Именно это ты и сказал Кешу. Дженотек, разумеется, выслушает наше прошение, но не станет с ним возиться. Этот человек непредсказуем. Он жаждет власти. Остальное его не интересует. Почему, как ты думаешь, он стал самым молодым членом совета? Он добился избрания при помощи различных махинаций. Он устроил грандиозный блеф перед народами Маррика и перед всеми остальными, от кого зависело его избрание.

- Вот именно! - не выдержал Натан. - Все, к кому мы обращались до сих пор, были предсказуемы. Все, что они видят, - это прецедент. И наше прошение спихивают на торную дорожку. Никто из них не захотел рисковать репутацией и выступать против своих друзей - коблан.

Дженотек - это единственный Советник, которому наплевать на правила и традиции. Они не связывают его по рукам и ногам. У него большие амбиции, и он возьмется за дело вроде нашего, если усмотрит в нем личную выгоду.

Пол Хаузмен вздохнул.

- Понимаю, - сказал он после паузы. - Да... В молодости я встречал людей, похожих на него. Странно, что я никогда не смотрел на Дженотека с этой стороны.

- Ты всегда описывал его мне именно с этой стороны, Пол.

- Но сам не замечал возможностей. Вернее... Давай будем честными, Пол. Даже если бы я их заметил, я бы не смог целенаправленно избрать в союзники такого человека.

- Я не собираюсь хорошо к нему относиться. Не лучше, чем к тем овцам, которые заводят дружбу с кобами ради мелких выгод. Он попытается использовать меня, и я должен ему это позволить. Потому что для достижения одной лишь цели - для того, чтобы заставить совет действовать, - я готов на все.

Хаузмен сжал плечо Натана.

- Сильно сказано, Натан. Тебе кажется, что ты знаешь, о чем говоришь. Но если дела пойдут так, как ты надеешься, тебе придется пройти суровую проверку... Что ж, я поддержу тебя. Тебе еще предстоят неприятности, когда ты станешь обсуждать этот вопрос с Гаррисом и остальными. Они тоже кое-что слышали о Дженотеке.

- Есть один факт, Пол, который убеждает меня, что я на правильном пути. Я расскажу о нем всем, и, может быть, он их убедит. Кешу не понравился мой выбор! А Кеш исходит из того, что делегат должен провалить свою миссию.

Хаузмен кивнул.

- Да, я тоже это заметил. Знаешь, о чем я больше всего беспокоюсь? О тебе. Тебе придется быть очень осторожным, Натан. Я знаю кобов. Они привыкли решать проблемы простыми средствами.

Пол Хаузмен был прав насчет того, что Натану придется нелегко, когда он станет обсуждать свой выбор с остальными. Но поддержка Хаузмена и убедительное описание отрицательной реакции Кеша на имя Дженотека сыграли свою роль.

Следующий вопрос заключался в том, что именно Натан расскажет Дженотеку о положении людей, а что утаит. Споров не было. Все сошлись на том, что прошение должно быть составлено в точности так, как и в предыдущие годы. В качестве единственной жалобы на кобов указывались их зверское нападение при помощи биологического оружия и последующее жестокое правление.

- А что насчет вируса? - спросил Натан в завершение разговора.

- Нет, нет! - Гаррис вскочил на ноги, как ужаленный. - Эту тайну нельзя разглашать! Если кто-нибудь узнает, они немедленно конфискуют вирус. И мы будем отброшены на пятнадцать лет назад. Они убьют нас всех! Ты должен хранить тайну вируса, Натан. Это единственное условие, которое я выдвигаю. Но это условие обсуждению не подлежит.

- Я согласен с Гаррисом, - сказал Ник Талмер. - Наше положение и без того шаткое. Мы не можем признаться никому, что в течение пятнадцати лет осуществляли тайный план.

- Кроме того, если твоя миссия провалится, у нас должен быть вирус. Иначе мы окажемся в полной власти кобов, - добавил Хаузмен.

После того, как окончилось собрание, у Натана осталось немного времени, чтобы попрощаться с Эбби под сенью высоких деревьев. Он смотрел на Эбби, идущую рядом, и удивлялся, куда исчезла неуклюжая девочка-подросток. Эбби по-прежнему была невысокой, но пухленькой, загорелой и полной жизни. Она держала его за руку, и ее ладонь была крепкой и теплой. Натану захотелось забыть о том, что его ждет, и повторить обещание, которое он дал Эбби. Сказать ей, что когда он впервые взял ее за руку тогда, пятнадцать лет назад, это было нечто большее, чем детский жест утешения. Это было обязательство.

Утром Натан вышел из леса и направился по дороге среди полей. На контрольном пункте его ждала машина. Рядом с ней стоял кобский солдат. При приближении Натана он выпрямился, и с бесстрастным выражением лица ждал, пока человек подойдет.

- Я - Натан Кори, - объявил Натан.

- Хорошо, - ответил коб. - Прошу вас в машину. - Он взял потрепанный чемодан, в котором уместился весь небогатый гардероб Натана, и положил на переднее сиденье. - Пожалуйста, садитесь сзади.

Натан забрался в машину, удивленный проявленным к нему уважением и вымученной вежливостью коба. Он не ожидал, что статус делегата обеспечит ему такое обращение.

Коб влез на сиденье и тотчас стартовал. Машина тронулась с места, подпрыгивая на грязной дороге, несмотря на маленькую скорость.

Натан пытался разглядывать пейзаж - преимущественно луга, изредка прерывающиеся участками леса. Но что-то в поведении кобланина мешало Натану спокойно смотреть в окно. Он видел лицо коба в зеркальце заднего обзора. Несмотря на грубые черты лица и его деланно-бесстрастное выражение, Натан понял, что бесстрастие - это маска. На самом деле коб нервничал.

Невысокие холмы и леса за окном машины сменились фермами. Земля здесь была плохая, каменистая; но люди продолжали работать на ней. Камни больше не были их главным врагом. Эта роль отныне принадлежала кобам, которые требовали себе большую часть урожая.

Машина выехала из грязи на цементную автостраду. Зашуршали шины. За окном мелькнула команда дорожных рабочих, которые занимались мелким ремонтом дороги.

Натан посмотрел на часы. Еще тридцать минут - и двухчасовая поездка будет окончена. Натана ждет космический корабль, отправляющийся на Маррик, - и все неожиданности, которые принесет с собой это путешествие. Он испустил громкий вздох и откинулся на жесткие подушки, глубоко дыша, чтобы справиться с нервной дрожью, которую вызвала у него эта мысль.

Водитель нервничал с каждой милей все сильнее. На оранжевых руках выступил пот, взгляд зеленых глаз не отрывался от дороги.

На дороге появилась еще какая-то машина. Это был кобский фургон, вдвое больше и вдвое быстрее маленькой машины, в которой ехал Натан. Натан взглянул на фургон без особого интереса. Появление другой машины слегка нарушило однообразие поездки. Сейчас по старым автострадам практически никто не ездил. Кобы пользовались преимущественно воздушным транспортом.

Наклонные изгороди замелькали за окном быстрее.

- В чем дело? - обратился Натан к водителю.

Коб ничего не сказал. Его грубое лицо застыло. Натан редко видел такое выражение на лицах. Он не сразу понял причину. Встречный фургон свернул на их полосу дороги и быстро приближался.

- Поворачивай! - заорал Натан. - Поворачивай, дурак!

Водитель не пошевелился.

Внезапно Натана озарило. Он вспомнил предупреждения Пола Хаузмена. Он перегнулся через спинку сиденья и ухватился за руль, пытаясь повернуть его. Но коб был силен, и держал руль крепко.

Натан прекратил попытки отобрать руль, и обрушил яростный удар сплетенными в кулак обеими руками на оранжевую шею коба. Послышался жуткий треск, и голова водителя безвольно повисла. Руль был свободен. Натан Кори схватился за руль и попытался задействовать ручной тормоз. Наконец тормоз сработал, и Натана резко бросило вперед. Он лихорадочно правил машиной, наполовину лежа на водителе. В последний миг ему удалось избежать столкновения с фургоном. Тот промчался перед самым капотом машины Натана. Натан с трудом мог управлять машиной, но она под воздействием тормоза постепенно замедляла ход, и он направил ее на обочину в том месте, где канава была не такой глубокой. Машина подпрыгнула, переваливая через бортик, перемахнула канаву и покатилась дальше в поле. Позади раздался грохот удара металла о дерево.

Колесо машины наткнулось на камень. Натана бросило вперед вверх тормашками. Он почувствовал острую боль в плече. Машина остановилась.

Натан с трудом выпутался из сидений и тела водителя, взял чемодан и выбрался из машины. Он пощупал плечо, которое болело от удара об приборную доску, затем потянулся всем телом. Ничего не было сломано. Тело водителя смягчило удар.

Натан вернулся к дороге, перешагнул канаву и поискал глазами фургон. Большая машина врезалась в дерево. Вся ее передняя часть была разбита вдребезги, мотор торчал наружу, а через открытую дверцу свешивалось безжизненное тело водителя. Должно быть коб, который в последний момент неожиданно упустил свою цель, был ошарашен, потерял управление и на большой скорости разбился о дерево.

Кобы убили двух своих в попытке прикончить Натана. Разумеется, они должны были обставить все так, чтобы убийство выглядело несчастным случаем. Никто не может безнаказанно убить официального делегата. Теперь Натан наконец понял, почему нервничал водитель.

Он отряхнул коричневую пыль с костюма, поднял чемодан и торопливо зашагал по дороге в сторону космопорта. Каждый шаг давался Натану с трудом, так сильно у него дрожали колени. Но с каждым шагом он успокаивался, и вскоре уже шел уверенно и быстро. Он должен попасть в космопорт раньше, чем кобы пришлют сюда патруль - удостовериться, что он мертв. Если его обнаружат живым, они могут предпринять еще одну попытку. Наконец вдали показалась кобланская ограда. Теперь, когда цель была видна, Натану стало легче идти.

Он спокойно подошел к охранникам и показал им свои бумаги. Эти кобы явно не были посвящены в заговор. Они пропустили его, не выказав ни малейшего удивления.

- Есть ли у вас машина, которая может доставить меня в космопорт? спросил Натан. - Моя машина сломалась, а я тороплюсь.

Охранники переглянулись, затем тот, что повыше, показал Натану на фургон и протянул ключи.

- Оставьте машину в порту, - сказал он с характерно невнятным кобским произношением. - Мы заберем ее позже.

Натан удивился вежливости кобов. Он вывел фургон на дорогу и проехал остаток пути на большой скорости. Около первого въезда в порт он свернул с главной дороги, чтобы миновать учрежденческие здания. Через двадцать футов его задержал еще один контрольный пункт, и Натан опять предъявил документы. Прежде чем он добрался до высоких стен с шипами наверху, которые окружали летное поле, ему пришлось миновать еще два контрольных пункта.

Натан оставил фургон в ряду прочих машин, и направился в главное здание. Чем скорее он попадет на корабль, тем в большей безопасности он окажется. Вход в здание усиленно охранялся, и здешняя охрана отнеслась к Натану гораздо менее уверенно. Они забрали его документы, отошли в сторону и стали шептаться, бросая на человека подозрительные взгляды. Но бумаги были подлинными, и кобы не могли не пропустить делегата Натана Кори. И пропустили.

Большие двери вели в огромную комнату со стеклянным потолком и ярко-красным ковром на полу. Это была кобланская роскошь - роскошь империи, живущей за счет плененных планет. Мебель блестела кожей и бархатом; в великолепных вазонах красовались растения странной формы. Массивные столы были сделаны из черного дерева с крупной структурой древесины, а стены украшали картины прекрасных планет и прекрасных солнц.

Натан стоял посреди всей этой роскоши, чувствуя, что он сильно бросается в глаза, но наслаждался изобилием красок и света.

Усилием воли он вернул себя к реальности. Каким должен быть его следующий шаг? Где найти корабль, на котором ему лететь? И будет ли он вообще, этот корабль, если коблане считают Натана мертвым?

Внезапно из динамиков раздался голос:

- Делегат Пол Хаузмен, просим вас подойти к платформе семь. Делегат Пол Хаузмен, подойдите, пожалуйста, к платформе семь.

Натан подпрыгнул на месте, развернулся и быстрым шагом направился к платформе семь, изо всех сил стараясь не бежать. Если он побежит, то мгновенно превратится в мишень. Безумные мысли клубились у него в голове, но он не хотел верить этим мыслям. Но почему Пол здесь? Почему его объявили, как делегата?

На дверях значилась гигантская цифра "семь" в галактическом написании. Натан осмотрел небольшую группу собравшихся у двери в поисках Хаузмена. Он мысленно молился, чтобы не разминуться с Полом. Наконец он увидел Хаузмена, который шел, опустив голову. Лицо его показалось Натану непривычно усталым и старым. Хаузмен прошел бы мимо Натана, но тот схватил его за плечо и оттащил в сторону.

- Что это значит?

- Натан! - В голосе Пола Хаузмена отразилось то же недоверие, которое Натан увидел на его лице. - Это ты?!

Усталое выражение лица Хаузмена сменилось радостью.

- Они сказали, что ты мертв. Все поверили, что ты мертв!

Натану хотелось верить, что чувства Хаузмена подлинны. Похоже было, что это так. Но Натан хотел узнать больше, прежде чем делать выводы.

Хаузмен заметил его колебания и рассмеялся с невероятным облегчением.

- Дай мне минутку, чтобы перевести дух, мальчик мой.

Его глаза сверкали неподдельной радостью. Он отвел Натана подальше, внимательно оглядываясь по сторонам.

- Не прошло и часа, как ты ушел, - прошептал Хаузмен, - как за мной прилетели на воздушной машине. Они сказали, что ты мертв - погиб в дорожном происшествии - и Кеш хочет, чтобы я заменил тебя в качестве делегата. Это было таким потрясением...

- Я так и думал, что это Кеш, - проворчал Натан. - Они пытались убить меня, вот как было дело. Машины разбились, водители мертвы. Но я здесь, и я по-прежнему делегат.

- Мне следовало догадаться! - Хаузмен не обратил внимания на резкость последней фразы Натана. - Я только что от Кеша. Он сказал, что сожалеет о происшествии, но в конце концов оно может обернуться к лучшему, поскольку теперь делегат я, и я, вероятно, выберу более подходящего Советника. Честно говоря, я так и поступил. Я чувствовал себя предателем, Натан, но у меня нет твоей уверенности. Как бы то ни было, вот почему я оказался здесь - а не по какой-либо другой причине.

- Мне стыдно за мои подозрения. - Натан пристыженно переступил с ноги на ногу. - Но после того, как меня пытались убить...

- Могу себе представить, - вымученно улыбнулся Пол Хаузмен. - Но сейчас вопрос стоит так: что ты намерен делать?

- Кеша ждет сюрприз, только и всего. Я отправляюсь на Маррик.

- Не опасно ли это? Они уже один раз хотели тебя убить. Скорее всего, они попытаются снова.

- Пусть. Ты можешь мне помочь, если хочешь. Я знаю, что я на правильном пути. Иначе они не зашли бы так далеко, чтобы меня остановить, Пол.

- Что я должен сделать?

- Дай мне время, чтобы улететь на этом корабле, и только тогда расскажи всем, что улетел я, а не ты. Расскажи Кешу, что произошло. Можешь еще предупредить его, чтобы он больше не покушался на мою жизнь. Будет скверно смотреться, если меня на каждом шагу станут подстерегать несчастные случаи. С тех пор, как я получил звание делегата, я стал чувствовать, что моя особа неприкосновенна.

Хаузмен быстро кивнул.

- Я это сделаю. Я спрячусь, пока ты не улетишь. Но тебе лучше поторопиться. Я уже должен быть на месте, и они могут начать что-то подозревать.

Натан подхватил чемодан и протянул Хаузмену руку.

- Пожелай мне удачи.

- Пусть тебе сопутствует вся удача, сколько ее есть у нас. - Его карие глаза с прежней теплотой встретили взгляд Натана. - Береги себя, мой мальчик.

Натан похлопал Хаузмена по плечу и направился через широкую дверь к остроносому кораблю, на сверкающем боку которого была выведена цифра "семь". Настал долгожданный час. Перешагнув порог этой двери, Натан шагнул в новый мир. Он превратился из лесного мятежника в человека Галактики. И ему понравилось это ощущение.

Летное поле было невероятно огромным. Бескрайняя бетонная прерия. Остроносые корабли словно вырастали из бетона, как бредовые растения на сюрреалистической картине. Натан быстро шагал, размахивая чемоданом. Его каблуки выбивали четкий ритм.

Корабль номер семь все рос и рос, пока Натан не оказался рядом с ним и не почувствовал себя жалким карликом. Корабль высился у него над головой, сверкая на солнце гладкими боками. Натана охватил восторг, когда он посмотрел вверх. Ему пришлось запрокинуть голову, чтобы рассмотреть нос корабля. Это была воплощенная мощь; хрупкая и незначительная в сравнении с собственной целью, но сильная и уверенная в своем дерзании. Трудно было представить, что такие грубые и неуклюжие создания, как кобы, создали столь совершенную красоту.

Короткая лестница вела к открытому люку. Натан взобрался по лестнице и шагнул внутрь. Он слышал о таких кораблях. Все внутренние помещения вращались, так что теперь, когда остроконечный нос корабля указывал вверх, потолки помещений тоже находились вверху. Когда корабль окажется в космосе и ляжет на бок, помещения развернутся так, что полы и потолки снова будут ориентированы нормально.

Натан подождал, пока глаза привыкнут к слабому свету, затем стал взбираться вверх по другой лестнице - туда, где, логически рассуждая, должен был быть пилот. Натан миновал пять палуб. Последний подъем он преодолевал медленно. Он ничего не мог спланировать заранее. Он не знал, что известно пилоту, и чего тот ожидает. Сделав глубокий вздох, чтобы успокоиться, Натан вошел в рубку управления.

Пилот возился около машин. Он услышал, что кто-то вошел и сказал, не оборачиваясь:

- Я прокладываю курс. Мы стартуем через десять минут.

- Полагаю, вам придется изменить курс, - спокойно сказал Натан. Он постарался, чтобы его голос не выражал никаких чувств.

Коб оторвался от приборов и посмотрел на Натана весьма озадаченно насколько это позволяло его грубое, невыразительное лицо. Он уставился на землянина и молчал.

- Мы летим на Маррик, - сказал Натан Кори.

- Мы должны были лететь на Маррик, но я только что поменял курс. У меня специальный приказ: земной делегат не может лететь на Маррик.

- Какой делегат?

- Вы, - ответил коб. - Пол Хаузмен.

Натан вложил свои документы в неуклюжие руки.

- Я - не Пол Хаузмен. Следовательно, этот приказ ко мне не относится.

Коб прочитал имя, затем перечел его снова.

- Натан Кори? Но мне сообщили, что вы мертвы. Я должен был везти вас, но затем...

- Задайте прежний курс. Я жив, и я лечу на Маррик.

Коб совсем запутался.

- Послушайте, этот последний приказ касался Пола Хаузмена, так что можете о нем забыть. Я - не Пол Хаузмен. Просто вернитесь к предыдущим приказам. Все очень просто.

- Не знаю... Главнокомандующий Кеш сказал, что Хаузмена никак нельзя допустить на Маррик. У меня есть инструкции на случай, если он будет настаивать.

Натан представил себе, что это за инструкции. Он почувствовал легкое сострадание к этому кобу. Но он должен был во что бы то ни стало заставить пилота отвезти его на Маррик.

- Я не Хаузмен! Есть ли у вас приказ, запрещающий Натану Кори лететь на Маррик?

- Нет. Собственно говоря, я даже должен был его - вас - туда отвезти...

- Тогда что не так? Давайте внесем ясность. Я - официальный делегат. Вы меня задерживаете. Ну как, мы отправляемся немедленно, или я должен подать формальный протест?

Коб перевел взгляд с Натана на документы и обратно, и наконец отдал ему бумаги.

- Я переменю курс на прежний. Старт через десять минут.

- Где моя каюта?

- Двумя палубами ниже. Надеюсь, вы найдете ее удобной.

- Сойдет любая, если только мы отправимся без задержек. Я буду смотреть на часы.

Натан повернулся и пошел к лестнице. У него дрожали колени, когда он спускался. Кобская дисциплина и страх наказания сыграли ему на руку. Если бы не это, Кеш получил бы еще один шанс.

Каюта оказалась роскошной. Кровать, застеленная шелками; толстый ковер на полу; сверкающие полировкой панели из красивого дерева. Пол Хаузмен никогда не говорил ни о чем подобном - наверное, потому, что это только подчеркнуло бы убогость их жизни в лагере. Натан решил, что будет наслаждаться путешествием.

Он вынул из чемодана свой второй костюм и несколько смен белья, и начал внимательно осматривать комнату. Не стоит рисковать. Хотя Кеш и рассчитывал, что это место займет Пол Хаузмен, он мог принять дополнительные предосторожности на случай путаницы. Однако ничего явно опасного Натан в каюте не нашел. Все было вполне невинным, каким и должно было быть. Кеш оказал Натану любезность, устроив покушение на автостраде. Здесь, в незнакомом и тесном месте, результат мог бы получиться другим.

Часы Натана показывали, что прошло шесть минут, когда пол каюты задрожал. Заработали моторы корабля. Натан последовал инструкции, которую обнаружил на столе, и приготовился к ускорению. Через два дня - всего два коротких дня! - он прибудет на Маррик и встретится лицом к лицу с Дженотеком.

6

Натан сошел с корабля под яркое желтое солнце Маррика. От кончиков пальцев на ногах до макушки он дрожал от предвкушения. Однако на первый взгляд он не заметил ничего необычного. Космопорт был точной копией кобского порта на Земле. К Натану направились два марриканина, чтобы сопроводить его.

Натан остановился, ожидая их. Он был удивлен. Эти люди были высокими и стройными, с правильными чертами лица и высокомерной манерой держаться. Кобский пилот по сравнению с ними был корявым карликом. Натан выпрямился, уверенный в том, что его шесть футов и два дюйма позволят ему смотреть марриканам прямо в глаза.

Встречающие приблизились. Тот, кто повыше, спросил:

- Вы - делегат Натан Кори?

Он выговаривал слова галактического языка одновременно мягче и отчетливее, чем кобы. Натан подумал, что эти люди начинают ему нравиться.

- Да, - ответил он. - Я рад видеть, что вы меня ожидали. На Земле произошли некоторые недоразумения, и я думал, что моя встреча с Советником могла быть отменена.

- Мы были предупреждены о вашем прибытии совсем недавно, - сказал второй марриканин.

Натан понял, в чем дело, не переспрашивая повторно. Кеш даже не передал его первоначальный запрос на встречу с Дженотеком! Он сделал это только после того, как Пол Хаузмен сообщил, что Натан уже находится на корабле и летит на Маррик.

- Вас ждет машина, - снова заговорил первый из встречающих.

- Будет ли мне позволено увидеть ваш город? - невинно спросил Натан.

- Боюсь, что нет, - ответил тот, что пониже. - Советник Дженотек очень занят, и не может уделить вам много времени. Он попросил, чтобы вас немедленно доставили к нему. Разумеется, если вы не против.

Натан молча последовал за ними. Он больше не чувствовал такого уж волнения.

Поездка через марриканскую столицу была быстрой и оставила у Натана сумятицу впечатлений. Здешняя архитектура показалась ему массивной, ориентированной скорее на ширину, нежели на высоту. Пешеходы на широких и чистых улицах все были высокого роста. Как и кобы, маррикане все были словно сделаны по одному шаблону. Однако правильные черты их лиц скоро позволили даже непривычному взгляду Натана замечать индивидуальные различия.

Машина, в которой его везли, была больше и комфортабельнее кобских, но устроена по тому же принципу. Натан задумался над тем, существует ли стандартизация подобного рода вещей в пределах всей Федерации.

Машина остановилась перед зданием, в котором насчитывалось двадцать этажей. Это было самое высокое из увиденных здесь Натаном зданий. Его спутники вышли из машины, подождали Натана, и провели его внутрь здания. Там они все вошли на эскалатор, который спиралью поднимался вверх. Главный холл был высотой в три этажа. В высокие окна проникал свет и рисовал причудливые узоры на плюшевых коврах. Движущаяся спираль эскалатора тоже казалась диковинным узором. Хрустальные люстры и теплые желто-коричневые тона, в которых был выдержан интерьер, делали зал уютным. Затем вокруг эскалатора сомкнулись стены, и Натан больше не увидел ничего интересного. На каждом этаже эскалатор проходил мимо открытого места для выхода, и Натан мельком видел коридоры и двери.

Он насчитал уже шестнадцать этажей, когда маррикане зашевелились, и на следующей площадке для выхода сошли с эскалатора вместе с Натаном. Здесь была только одна дверь. Провожатые нажали на кнопку и отошли назад, оставив Натана одного.

Дверь открылась. В проеме стоял мужчина среднего роста с совершенно белыми волосами и водянисто-голубыми глазами. У него было такое хрупкое телосложение, что казалось, будто он вот-вот сломается. Под бледной до прозрачности кожей отчетливо рисовался узор вен. Натану показалось, что он почти видит, как по венам течет кровь.

- Вы - делегат Натан Кори? - спросил человечек.

Натан кивнул.

- Тогда входите, пожалуйста. Советник Дженотек примет вас.

Натан шагнул в комнату, и у него перехватило дыхание от великолепия обстановки. Это было огромное помещение, с высокими потолками и стеклянными стенами, за которыми открывался прекрасный вид на Капитолий. У Натана даже заболели глаза, такими яркими и чистыми были цвета - оранжевый и бирюзовый, желтый и алый. Стекло стен было слегка дымчатым, что подчеркивало яркость красок мебели и отделки.

Беловолосый мужчина остановился.

- Устраивайтесь поудобнее и наберитесь терпения. Через пару минут Советник Дженотек выйдет к вам.

Он ушел, неслышно ступая по толстому ковру. Натан остался стоять на месте, впитывая роскошь всем своим существом. Он не знал, как сумеет найти общий язык с человеком, которого постоянно окружает такое великолепие.

- Привет! - раздался голос из глубины огромного кресла. - Ты так и простоишь весь день на одном месте?

Натан резко обернулся. Голос был мягким и грудным, и принадлежал он женщине. Она уютно устроилась клубочком в мягком бирюзовом кресле. Кожа женщины сверкала медью. У нее были иссиня-черные волосы, длинные и абсолютно прямые.

- Иди сюда и садись, - сказала она, глядя на Натана смеющимся взглядом огромных глаз.

Женщина встала и ждала, пока он подойдет. Она показалась Натану очень чужой, но при этом странно желанной. Она была воплощением изысканности...

Натан опустил на пол свой чемодан. Он воспользовался этим моментом, и тем временем, которое потребовалось ему, чтобы пересечь комнату, чтобы преодолеть замешательство. Он-то думал, что находится в комнате один! Натан сел в кресло напротив женщины, сознательно отводя взгляд от ее тела, очертания которого облегающее шелковое платье не скрывало, а только подчеркивало. От женщины пахло лесом, джунглями. Ее драгоценности сверкали разноцветными бликами.

Женщина глядела на него с улыбкой, прищурив глаза.

- Значит, ты и есть малютка делегат с этой... как называется твоя планета?

Она откинулась на спинку бирюзового кресла и скрестила длинные ноги, отливающие медью.

- Земля.

Наступило молчание, и Натан поспешил сказать хоть что-нибудь:

- Меня зовут Натан Кори.

- Как вы себя называете? Землявцы? Землянники?

Натан потянулся за сигаретой - одно из проявлений роскоши, ставшее ему доступным вместе со статусом делегата.

- Мы называем себя людьми.

- Фу-ты ну-ты! Какие мы чувствительные! - Она надула губы, но тут же улыбнулась. - Гордость? Или неуверенность?

Натану не понравилось направление, которое принял разговор. Эта женщина так явно принадлежала к окружающей роскоши, а он так явно не принадлежал.

- Ты - не марриканка, - резко сказал Натан.

- Почему ты так думаешь? Ты видел так много маррикан?

Натан молча затянулся сигаретой.

- Впрочем, ты прав. - Женщина наклонилась вперед. - Моя родная планета зовется Кэсн. Я думаю, ты никогда не слышал о ней, хотя это - одна из планет Федерации.

- Слышал, - сказал Натан. Женщина странным образом напоминала ему сиамскую кошку, которую он видел когда-то в детстве.

- Меня зовут Тэсс, - сказала женщина. - Похоже, я совершенно сбила тебя с толку.

- Тут ты права, - со смешком признался Натан.

- Ну наконец-то! - улыбнулась она в ответ. - Ты все-таки живой человек. Знаешь, у тебя есть шанс понравиться Дженотеку - если проявишь характер. Мне ты уже нравишься.

- Он оставил тебя здесь выяснить, что я собой представляю?

- Ты странный тип, тебе об этом говорили? И слегка неприрученный. Конечно, нет. Он просто пошел принять душ. Скоро вернется.

Натан мысленно сплюнул. Принять душ! Советник, который занят настолько, что может уделить делегату с Земли лишь несколько минут, тратит эти самые минуты на душ. Теперь картина прояснилась, и Натан отчетливо представил, чем этот самый Советник занимался тут до его появления.

Натан позволил гневу омыть его душу, смывая чувство неполноценности, которое вызвала в нем Тэсс. Удивляться нечему; он знал, чего можно ожидать от Дженотека, когда выбрал его. И в этом у Натана было преимущество перед Советником. Он знал Дженотека, но Дженотек ничего не знал о нем. Из-за запоздалого уведомления Кеша Натан Кори должен был оказаться полнейшей загадкой для марриканина. Он мог вести эту встречу, как пожелает.

За дверью в дальнем конце комнаты послышалось движение, и Натан с женщиной одновременно повернулись туда. Тэсс встала и направилась к двери. Глубокий мужской голос позвал:

- Тэсс! Он еще не пришел?

- Он здесь. Я его развлекала.

Мужчина, появившийся в комнате, обнял ее одной рукой за плечи и увлек вперед. Натан встал, чтобы встретить Советника. Он попытался составить свое непосредственное мнение о нем, прежде чем что-либо будет сказано.

Дженотек был высоким и стройным, как все маррикане. У него были темные волосы и большие глаза. В его манере держаться чувствовались уверенность и надменность гораздо большие, чем обычное высокомерие маррикан. Он был облачен в прекрасно пошитую черную форму и ботинки Советника Федерации, а на его плече красовалась серебряная звезда - знак совета Федерации. Тэсс смотрелась рядом с ним на своем месте. Но в этом человеке было что-то еще, кроме неприкрытого стремления к наслаждениям. Натан почувствовал это, когда проницательные темные глаза встретились с его собственным взглядом. В глазах Советника сверкал безжалостный и острый ум.

Натан ждал. Он понятия не имел, как следует себя вести в такой ситуации. Однако Советник решил эту проблему за него.

- Садитесь. - Он указал на кресло. - Мы не будем придерживаться протокола. Это вообще бессмысленно, а теперь, когда вы поговорили с Тэсс, и подавно.

Он сжал гладкое плечо девушки и скользнул рукой вниз по медной коже.

Дженотек сел напротив Натана на оранжевый диван, и усадил Тэсс рядом. Он заметил взгляд, который Натан бросил на нее, и улыбнулся:

- Ага, вы оценили Тэсс по достоинству. Верно?

- Ну, трудно было бы этого не сделать. В конце концов, мужчина всегда остается мужчиной.

- Да, - ответил Советник. - Но держите подальше глаза и руки, понятно? Я пока еще намерен придержать ее для себя.

Натан остро глянул на него. Он был удивлен. Что он сказал или сделал такого, что вызвало у Советника такую реакцию? Но выражение темных глаз изменилось. Краткая вспышка погасла, и теперь они выражали уважение.

- Вы неплохо выглядите, - сказал Дженотек. - Грубый тип, но с хорошими задатками. Я никогда не видел человека с Земли. Ваша раса еще не очищена, не так ли?

- Не знаю, что именно вы под этим подразумеваете, - признался Натан. - Но коблане утверждают, что работают над ее очищением.

- Просто вы еще не смешались между собой. У вас не выработался единый прототип - человек, взглянув на которого, любой может сказать: "Это землянин". Надо полагать, вы до сих пор делитесь на множество типов разного роста, и даже с разным цветом кожи.

- Это так, - ответил Натан. - Но, как ни странно, мы считаем это более естественным, и более чистым, чем то, что вы предлагаете.

- Что только доказывает, как молода ваша раса. Вы поймете, мистер Кори? - что расы похожи на правительства. Чем они моложе, тем яростнее стремятся отстоять свою чистоту или национальное превосходство. Взрослея, они сливаются друг с другом... Хотите выпить?

- Нет, - ответил Натан. - Я пришел сюда с определенной целью. А время нашей встречи, как я понимаю, ограниченно. Я не хочу тратить его понапрасну.

- Не верю никому, кто так рвется работать. - Улыбка Дженотека показалась Натану фальшивой. - Как правило, это скучные и бесплодные люди, не умеющие наслаждаться жизнью. Вы явно к ним не принадлежите.

- Не знаю, к какому классу вы бы меня отнесли. Но у меня есть цель, и я хочу ее добиться.

- Хорошо, - вздохнул Дженотек. - Прошение при вас?

Натан потянулся за чемоданом. Дженотек продолжал:

- Вы знаете, мне польстило, что вы избрали меня своим представителем. Странно, но почему-то до сих пор никто не обращался ко мне с таким вопросом.

"Странно!" - со смехом подумал про себя Натан. Теперь он понимал, почему Пол Хаузмен усомнился в правильности его выбора.

- Собственно говоря, вы правы, - заметил Дженотек, принимая от Натана прошение. - Наше время ограниченно. Через полчаса у меня назначена другая встреча.

Он перевел взгляд на Тэсс.

- Ты лучше оденься, Тэсси, если мы собираемся заполучить этот пейзаж.

- Пейзаж? - переспросил Натан, подозревая, каким будет ответ.

- Картина только что прибыла с Венны-2, и я хочу, чтобы она досталась мне. Аукцион будет серьезным. Но пейзаж того стоит.

Натан проглотил едкое замечание, которое рвалось наружу. Ну вот, теперь ему придется выиграть борьбу с пейзажем с Венны-2.

Тэсс не пошевелилась. Она читала прошение через плечо Дженотека.

- Поторопись, Тэсс, - нетерпеливо сказал Советник. - Мы перейдем к официальной части. Это не для твоих ушей.

Когда она покидала комнату, Натан испытал мимолетное впечатление, что в ее теле вообще нет костей. Дженотек пробормотал, пробегая глазами прошение:

- Признаться, я этого не понимаю, мистер Кори. Все прошения одинаковы. Стремления людей к свободе всегда неубедительны и плохо обоснованы. Можете ли вы привести мне хотя бы один логический довод, почему вы не можете подождать и заработать принятие в Федерацию своим трудом?

- Стремление к свободе нельзя уложить в официальные фразы, - сказал Натан. - Это одна из составляющих жизни. Слишком важная составляющая. Однако непосредственные причины очевидны. Слишком многие на Земле поддаются кобланам, теряют свои идеалы и храбрость. Скоро они могут утратить даже стремление к свободе.

- Не думаете ли вы, что именно это и имела в виду Федерация, устанавливая закон о двухсотлетнем сроке?

- Несомненно, - признал Натан. Он почувствовал благодарность к Хаузмену, который просветил его по всем этим вопросам. - Так и случилось на большей части захваченных планет. Они стали вечными ведомыми, утратили самостоятельность. Но Земля не такая. Коблане просто не знают нас, иначе они оставили бы нас в покое. У нас сильный дух и могучие движущие силы. Мы не потерпим, чтобы нами правили. Конечно, некоторые поддадутся. Но всегда будут непокорные. И, судя по нашей истории, такие меньшинства способны причинить много неприятностей.

- Как бы то ни было, прошение не обосновано. И, честно говоря, абсолютно бесполезно.

Дженотек бросил взгляд на часы и принялся собирать бумаги.

- Но вы его даже не дочитали!

- Зачем? Я слышал ваше прошение каждый год из тех четырех, что я нахожусь в совете. Я знаю, что там говорится. Я представлю прошение совету. И это все, что я могу для вас сделать.

- Нет, погодите минутку. - Натан встал с места. - Это для нас может сделать любой из старых членов совета. Я полагал, что молодому Советнику, да еще с вашей репутацией, придется по душе хорошая драка.

Дженотек снисходительно улыбнулся.

- Здесь нет повода для драки. И я не буду его выискивать. Это слишком опасно. Я прорвался в совет зубами и когтями, и не стану рисковать своим положением из-за ерунды.

Теперь пришло время сыграть на эмоциях.

- Так я и знал, - с отвращением произнес Натан. - Пейзаж с Венны для вас важнее, чем целая планета с ее населением. Конечно, если Федерация разрешает бактериологическую войну, ей наплевать на судьбы невинных людей.

Натан ждал резкого отпора. Но Дженотек вдруг заинтересовался.

- Какая такая бактериологическая война? О чем вы говорите?

- Это все есть в прошении, - сказал Натан. - И было там каждый год. Если бы вы прислушивались, вы бы услышали.

Дженотек снова развернул прошение и быстро прочитал последние строки - жалоба в адрес кобов по поводу применения бактериологического оружия.

- Ваш сарказм необоснован, - сказал Дженотек. - Эта часть вашего прошения никогда не зачитывалась перед советом.

Натан непонимающе уставился на него.

- Легко понять, почему, - пояснил Советник. - Бактериологическая война запрещена законами Федерации. Такое завоевание не может считаться честным. Интересно! Это дает вашему прошению кое-что, выделяющее его из остальных.

- Не могу поверить! Нам никогда не говорили, что бактериологическая война запрещена вашими законами. Никогда! Вы уверены?

- Оставьте ваши сомнения, когда речь идет о подобных вещах, - резко заметил Дженотек. - Я никогда не говорю того, чего не знаю.

- Но за те семь лет, что Пол Хаузмен представлял наше прошение, кто-нибудь из Советников должен был сказать ему об этом законе.

- Меня ничуть не удивляет, что никто ему не сказал. Такие вещи не говорят. Их держат при себе.

- Нарушение закона! Это может быть серьезным обвинением. Видите? Это дает Земле действительный повод для протеста. Это дает обоснование нашему прошению!

- Сядьте и выслушайте меня, - нетерпеливо вздохнул Дженотек. - Я все объясню. Бурные эмоции ничем вам не помогут.

Натан Кори послушался. Дженотек продолжал усталым тоном.

- Во-первых, любой Советник, который зачитает это обвинение перед советом, должен представить бесспорные доказательства содеянного. Иначе он, скорее всего, распрощается со своей карьерой. Обвинение подобного рода поднимет адский шум на всех планетах Федерации. Гораздо проще с этим не связываться... Я должен смотреть далеко в будущее. Возможно, когда-нибудь мне что-то понадобится от коблан. Угроза такого обвинения поставит их в зависимость от меня. Я не хотел бы лишать себя такой возможности. Еще я не хотел бы давать повод подвергнуть подробному расследованию себя и свою родную планету. Кто-нибудь из друзей коблан наверняка этим займется. Внутренние дела подобного рода - а ваше дело принадлежит к внутренним, коль скоро речь идет о кобланах - должны оставаться внутренними делами. Федерация должна держаться крепко. Колониальные планеты слишком незначительны, чтобы из-за них переживать. Хватает куда более серьезных проблем, которые могут нарушить наше единство.

- Это не причины. Это лазейка для труса.

Дженотек подошел к книжному шкафу, который полностью занимал одну из стен, и вынул толстую книгу. Он быстро пролистал страницы, заполненные мелким шрифтом.

- Взгляните сюда.

Натан подошел к нему и уставился в книгу.

- Это - официальный регистр планет. Вот запись о Земле. Коблане утверждают, что Земля была покорена исключительно силой более совершенного оружия, более совершенной стратегии и разума. Что эта планета была населена слаборазвитыми крестьянами, которые едва ступили на порог собственной космической эры. Такова информация, которой располагает совет. И они будут верить ей, если только им не представить железных доказательств. Любой, кто выступить против, положит конец своей карьере.

- Я понимаю, в чем тут дело, - ответил Натан Кори. - Совет держится вместе, как доминирующая сила, а называет себя Федерацией цивилизованных планет.

- Вы затронули действительную проблему. Федерация не представляет собой единое и неделимое целое. Наша сплоченность поддерживается с величайшим трудом - даже без обвинений вроде вашего. Равновесие власти в совете очень шатко. Есть либералы, есть консерваторы, и есть планеты, которые занимают нейтральную середину, и настаивают на том, чтобы оставаться посредине - для блага власти. Признаюсь, - мудро улыбнулся Дженотек, - что я принадлежу к средним. Либо Федерация будет монолитной, либо она развалится совсем. Казус вроде вашего способен нарушить хрупкий баланс - если бы нашелся человек, достаточно умный, чтобы потянуть за нужные ниточки. Однако нарушение баланса будет означать галактическую войну. Все подавленные претензии, все подспудные обиды выйдут наружу. Война, которая последует, будет столь ужасна, что вы не можете себе этого представить. Поэтому мы в совете всегда помогаем друг другу, и никогда не препятствуем. Мы и без того ходим по краю пропасти. Теперь вы понимаете?

Натан внимал его словам в молчании. Изучая политику, он узнал, что любая группа правительств ведет себя таким образом. Однако в речи Дженотека было одно место, за которое можно было зацепиться.

- Вы сказали, что это можно сделать, если бы нашелся достаточно умный человек. Разве вы - не такой человек? Или вы себя недооцениваете?

- Вы мне откровенно льстите. Но, правду сказать, я бы действительно смог нарушить равновесие настолько, что совет оказался бы перед необходимостью выбирать между войной и условиями, которые я продиктую. То есть свободой для вашей планеты. Да, мне было бы интересно испытать свои силы... Но это риск, за который я ничем не буду вознагражден.

- Разве благодарность целой планеты - это не достаточная награда?

- Не думаю.

Дженотек подошел к боковой двери и позвал:

- Тэсс! Мы опоздаем. - Он глянул на часы. - Мы уже опоздали. Что ж, мистер Кори, вы только что лишили меня прекрасного пейзажа. Но, может быть, мне еще удастся спасти положение... Послушайте, я представлю совету ваше прошение - кроме последнего пункта. Я больше ничего не могу для вас сделать. Прошу меня простить.

Советник откровенно ждал, когда делегат уйдет. Однако Натан должен был сделать хотя бы еще один шаг. Во что бы то ни стало он должен был найти способ обратить жажду к власти этого человека на благо Земли! Внезапно он понял, как это сделать. И понимание наполнило его глубокой горечью.

- А что, если бы вы все-таки были лично заинтересованы в этом деле, Советник? Если бы награда была поистине высока?

Взгляд Дженотека метнулся к лицу Натана.

- Не пытайтесь продлить разговор при помощи драматических эффектов, мистер Кори. - Его глаза сузились. - В чем дело? Вы побледнели.

Натан знал, что не должен давать волю чувствам. Но эмоции были столь сильны, что он не мог их сдержать. Хуже всего была промелькнувшая на заднем плане мысль, что когда-нибудь, поднабравшись опыта, он сможет предавать, не испытывая эмоций. Он сказал слабым голосом:

- Выслушайте меня, и вы увидите, что для вас есть защита, и есть награда за риск. Но это должно остаться в тайне, понимаете? Я верю, что такой закон, о котором мы с вами говорили, существует...

Дженотек вернулся к нему.

- Да. Такой закон есть. Вы хотите сказать мне что-то, чего нет в вашем прошении?

- Это прошение вовсе не столь незначительно, как вам кажется. Это единственный заслон между Федерацией и смертью.

Натан рассказал марриканину, как ученые долго боролись, чтобы получить вирус, и как они добились успеха. Затем Натан пустился в измышления. Он счел, что правда может оказаться недостаточной для его целей. Одна колба с препаратом вируса - это слишком скромно.

- Как видите, Советник, вирус-убийца у нас наготове. В количестве, достаточном, чтобы уничтожить все планеты Федерации. Это наш секрет, и только наш. - Натан сменил тон на беспомощный. - Я всего лишь передаточное звено. У меня нет реальной власти над учеными. Единственный способ удержать их от уничтожения вашей цивилизации - это удовлетворить прошение. Ракеты, которые должны разнести вирус, уже готовы. Некоторые, возможно, даже стоят на исходных позициях. Я не знаю точно. Знаю только, что Земля готова нанести удар. Победим мы или нет, мы унесем с собой в могилу миллионы других.

Дженотек расхаживал взад и вперед. Натан не мог разгадать, что за мысли отражались на лице Советника. В конце концов марриканин обрушился на него:

- Вы действительно ждете, что я поверю, будто ваши люди могут сделать такую вещь? Убить миллионы беззащитных и неподготовленных людей просто из мести?

- Неужели это так трудно понять? - перешел в нападение Натан. Он холодно сказал:

- Люди Земли считают, что любая организованная группа так называемых цивилизованных существ, которая позволила кобланам совершить это с нами, заслуживает такой же смерти в ответ. Мой народ в гневе, Советник. Это не такие мягкие и слабохарактерные существа, каких большинство среди вас. Мы молоды и полны жизненной энергии, и мы сражаемся без угрызений совести. Мы даем вам шанс поступить с нами по справедливости. Но так или иначе, мы получим свою свободу!

В наступившей тишине шелест шелка сообщил о возвращении Тэсс. Она вышла из соседней комнаты, одетая для улицы, с элегантно уложенными на макушке волосами.

- Ты готов, Джен?

- Нет! - рявкнул Советник.

Натан с радостью заметил, что он сильно расстроен.

- А я-то думала, что ты спешишь! Мне есть чем заняться, кроме как сидеть тут и ждать тебя полдня.

- Так иди и займись! - велел Дженотек.

Тэсс не двинулась с места. Она бросила яростный взгляд на Натана, и тот мысленно улыбнулся. Он предложил Советнику кое-что, что Дженотек ценил выше этой женщины. И ей придется с этим смириться.

- Отправляйся на аукцион, - сказал Дженотек. - Или пойди купи себе что-нибудь. Неважно. Только уберись отсюда на время.

- Может, я просто уберусь отсюда насовсем, - ответила ему Тэсс тем же тоном, но заметила, что он взволнован, и быстро сменила интонацию. - А что вечером? Мы должны появиться на этом ужине...

- Вечером и посмотрим. Будь здесь вовремя.

Тэсс больше ничего не сказала. Она направилась к двери своей удивительной плавной походкой, но на пороге обернулась.

- До свидания, мистер Кори. Надеюсь, что вы не ввязались в историю, о которой потом пожалеете.

Дверь закрылась, когда Дженотек резко произнес незнакомое Натану слово. Он предположил, что это по-маррикански.

- Ну вот, мистер Кори, вы рассказали мне потрясающую историю. Чего вы от меня ждете? Я должен трепетать? Или бежать и предупреждать всех, кого встречу?

- Не забывайте, что я просил вас хранить тайну, - твердо сказал Натан. - Если кобы узнают, что у нас есть вирус, они найдут и уничтожат его. А вместе с ним - людей Земли.

- Ну, это очевидно. Однако вы сказали, что для меня может найтись какая-то выгода в этой истории. Какая же?

Натан удивился, что Советник этого не видит.

- Располагая этой информацией, вы обеспечиваете себе тыл в противостоянии кобланам. Разумеется, существования вируса должно храниться в тайне. Но вы можете предстать перед советом и выдвинуть обвинение против кобов, сказав совету лишь то, что Земля опасна. Заставьте их поверить, что мы на самом деле можем причинить вред Федерации, и готовы это сделать. Одного только обвинения будет достаточно, чтобы нарушить равновесие в совете. Вы сами это сказали.

- Возможно, - это и так, - согласился Дженотек. - Но это по-прежнему опасно. И я не вижу обещанной награды для себя.

- Награда придет после того, как вы выиграете наше дело. Когда наше прошение будет удовлетворено, вы раскроете тайну вируса и станете спасителем всех планет Федерации от уничтожения. Я позабочусь о том, чтобы ученые передали вам все данные.

Дженотек состроил гримасу.

- Как это у вас бойко выходит! А все зависит от того, выиграю я, или нет. Если следовать вашим рассуждениям, то, проиграв ваше дело, я потеряю вообще все. Должны быть более весомые гарантии. У меня много врагов, мистер Кори. Мне тридцать восемь лет, и я член совета. Как, по-вашему, я добился этого положения? Вовсе не делая одолжения направо и налево. Старики в совете завидуют мне. Они только и ждут от меня неверного шага. Ваш случай как раз может оказаться таким шагом.

- Знаю, - вздохнул Натан, - и эта часть дела мне особенно не нравится. Но если дойдет до того, что вы будете проигрывать, вы можете ради собственного спасения пренебречь нашим доверием и рассказать совету про вирус. Я не стану вас обвинять.

- А вы? - требовательно глянул на него Дженотек. - Что будет в этом случае с вами и вашим народом?

- Хуже, чем сейчас, нам уже не будет. Результат будет один - и в случае, если вы раскроете нашу тайну, и если мы сами раскроем ее, применив вирус. В любом случае - победа или поражение - вы выигрываете. Вы можете получить обожание людей, которых спасли, или пытались спасти, и стать героем всей Федерации. И мы тоже будем вам благодарны.

Дженотек уселся в кресло и погрузился в размышления. Натан ждал, пытаясь обуздать клокочущую внутри бурю. Он выдал тайну, которую поклялся хранить, самому аморальному человеку в Галактике. Он доверился тому, кто готов был пренебречь доверием, и лгал ему, заключая сделку. Одна-единственная колба с вирусом - а он сказал Дженотеку, что их сотня!

- То, что вы сказали, - мягко произнес Дженотек своим глубоким голосом, - это всего лишь еще одна форма подкупа. Вы это понимаете?

Натан не двигался. Его желудок сжался в мучительном спазме.

- Не смотрите так озабоченно. - На этот раз в глазах марриканина появилась усмешка. - Подкуп так подкуп. Не будем волноваться на сей счет, верно?

Натан вздохнул с облегчением. Невероятно тяжелый груз упал с его плеч. Затем, чтобы скрыть свой истинный страх, он произнес:

- Я надеялся, что вы выберете меньшее из зол. Я предпочитаю не стать свидетелем тому, как миллионы других будут уничтожены вместе с кобланами.

7

Натан вернулся на Землю и был удивлен, когда его встретили большой шумихой. Космопорт был полон кобских газетчиков. Повсюду красовались плакаты с его портретом. Натан вдруг почувствовал себя выставленным на всеобщее обозрение.

Ему пришлось дать несколько интервью, в которых он постарался ничего не сказать. Затем Натан потребовал, чтобы ему предоставили машину, добраться домой. Когда машина прибыла, и он устроился на сиденьи, Натан перебрал в памяти эпизоды встречи в космопорту, и понял, что показалось ему странным. Его не встречали люди. Пол Хаузмен всегда собирал вокруг себя толпы приветствующих, а Натана Кори никто из людей не пожелал приветствовать. Он явно не вызвал симпатии горожан, поскольку был официально объявлен мятежником.

Встреча в лагере была совершенно иной. Все собрались, чтобы встретить Натана. Люди боялись услышать новости, которые он привез, но боялись и не услышать их. Натан мрачно осмотрел их встревоженные лица, и широко улыбнулся.

- Дженотек принял наше прошение. Он будет бороться на нашей стороне.

Последовало недоверчивое молчание, а затем на Натана обрушился ураган дружеских похлопываний и пожимания рук. Все заулыбались, все хотели сказать Натану хотя бы несколько слов.

- Ты добился! - негромко сказал Хаузмен. - Я горжусь тобой, Натан. Завидую и горжусь.

Натан рассмеялся и выскользнул из толпы. Они с Хаузменом пошли рядом.

- Мне пришлось предпринять кое-какие шаги, Пол, - неохотно начал Натан. Он боялся, что рассказ его будет встречен без большого одобрения. Я хочу поговорить с тобой.

- И я с вами! - вмешалась Эбби. - Натан, я даже не смогла пробиться к тебе в этой толпе. Я обижена. Ты, наверное, вовсе не скучал по мне.

Вместо ответа Натан обнял ее и спрятал лицо в ее волосах. Он вдыхал тепло и свежесть Эбби и невольно сравнивал ее с Тэсс - искушением джунглей. Сравнение вышло в пользу Эбби.

- На кого похож Дженотек? - принялась жадно расспрашивать Эбби. - Он уродливый великан? Он злобный и коварный?

- Такой злобный и коварный, что ты даже представить себе не можешь, поддразнил ее Натан. - Когда он появится у нас в лагере, ты лучше спрячься. Маленьких девочек вроде тебя он ест на завтрак.

- Натан! - Эбби со смехом вырвалась из его объятий. - В твоем описании он кажется мне чересчур привлекательным.

- Ты сказал, "когда он появится в лагере"? - Хаузмен уловил серьезный смысл за шутливыми словами Натана.

- Он будет тут завтра или послезавтра, - ответил Натан.

- Разве это не необычно?

- Он будет драться за нас, Пол, и он хочет увидеть все собственными глазами. Он должен. У нас не может быть секретов, если такой человек, как Дженотек, рискует своей карьерой ради нашего дела.

Пол Хаузмен остановился с побелевшим лицом и устремил на Натана отчаянный взгляд. Он догадался и хотел, чтобы Натан опроверг его догадку.

- Мне пришлось это сделать, Пол. Я проигрывал. Дженотек уже собрался распрощаться со мной, как все и предполагали. У меня не было другого выхода, кроме как воспользоваться этой информацией. И я остановил его. Я рассказал ему про вирус, хотя мне пришлось преувеличить. Но я привлек его на нашу сторону.

- Ох, Натан, - простонал Хаузмен.

- Пожалуйста, поймите правильно то, что я сделал, и помогите мне. Я должен буду рассказать Гаррису и удержать его, чтобы он не наделал глупостей с единственной колбой вируса. Без вашей помощи можно считать, что я проиграл, еще не начав.

- Но ты ведь обещал, Натан, - сказала Эбби. - Наша тайна...

- У меня не было выхода! Я сделал то, что должен был сделать в сложившейся ситуации. И я был прав! Согласие Дженотека доказывает мою правоту. Мне нужна твоя поддержка, и твоя, Пол. Не нужно споров!

Пол Хаузмен сказал:

- Я знаю, что ты ощутил за эти последние несколько дней. Я ведь и сам это испытывал, не забывай. Ты внезапно обнаружил, что располагаешь некоторой властью. Ты пробуешь ей воспользоваться и приходишь в восторг, когда что-то получается. Да, это приятно. Не теряй хватки. Это с самого начала твой план, и я окажу тебе поддержку во всем. Я встречусь с Гаррисом вместе с тобой. И Эбби тоже.

- Конечно, я пойду, - отозвалась Эбби.

- Ответь мне только на один вопрос, - сказал Хаузмен. - Сможет ли Дженотек добиться для нас победы?

- Да, - уверенно ответил Натан.

- И еще одно: ты ему веришь?

Натан некоторое время молчал, потом решил быть абсолютно честным.

- Нет, - сказал он.

Натан Кори шел по лесу, пытаясь стереть из памяти воспоминания о Маррике - но без большого успеха. Человек может поддаться искушению галактической роскоши; но здесь, в лесу, все дышало покоем и умиротворением. Увы, не надолго. Реакция комитета на рассказ Натана оказалась еще хуже, чем он ожидал. Они обругали Натана последним дураком, а Гаррис потребовал его смещения. Только Хаузмен защищал действия Натана до последнего, и в конце концов заставил остальных согласиться.

Потом Натан оказался свидетелем кое-чему из того, о чем говорил Дженотек, в своем собственном лагере. Комитет раскололся на три фракции. Гаррис и его сторонники смирились с существующим положением, но были готовы действовать при малейшем намеке на неудачу. Хаузмен возглавлял группу тех, кто сомневался, но все же был согласен работать по плану Натана. И, наконец, Дженсен и его единомышленники хотели сначала увидеть, как развернутся события, прежде чем присоединиться к одной из сторон.

Натан снова занял место в центре круга, воспользовавшись своей вновь обретенной властью.

- Я хочу, чтобы все хорошо поняли одну вещь. Дженотек скоро будет здесь. Нужно, чтобы он увидел единый лагерь. Людей, готовых сражаться плечом к плечу за общее дело - дело, за которое взялся и он сам. Я хочу, чтобы с ним обращались с должным уважением, которого требует его положение. Мы должны встретить его, как цивилизованные люди. Я знаю, что вы о нем думаете. Возможно, вы правы. Но мы должны либо сделать все, что только сможем, ради нашего дела, либо вовсе не вступать в борьбу, и позволить Гаррису возглавить нас на пути ко всеобщему уничтожению.

Высказав предупреждение, Натан покинул собравшихся. Он смертельно устал. Даже присутствие Эбби не могло утешить его.

Утро едва тронуло верхушки деревьев, когда в лагерь примчался гонец, выкрикивая имя Натана Кори.

- Он здесь! - выкрикнул гонец. - Дженотек прибыл! Его видели в Коблан-Сити. Он направлялся в штаб-квартиру Кеша.

- Я этого ждал, - злобно прошипел Гаррис. - Наш герой Дженотек! Как видно, кобы предложили ему кое-что получше.

- Нет. - Натан жестом велел ему замолчать. - Есть другая причина.

- Я знаю, что ты легковерен. Но я-то не таков! - настаивал Гаррис. То, что я сказал, остается в силе. Мы не пустим его в лабораторию. И не пытайся привести его к нам. Мы будем стрелять.

- Тогда отправляйтесь к себе и охраняйте вашу драгоценную собственность, - распорядился Натан. - Я тоже не хочу, чтобы Дженотек попал в лабораторию, и у меня есть на то серьезные причины.

Гаррис открыл было рот, чтобы ответить, но передумал, и направился прочь.

- Не ссорься с ним так явно, - пожурил Натана Хаузмен. - Он и так ходит по краю пропасти, и незачем его подталкивать.

- Знаю. Но именно поэтому нужна твердая рука, которая удержит его от падения.

Шум и треск воздушной машины прервали их разговор. Натан посмотрел вверх, напрягая зрение, чтобы разглядеть машину. Она показалась над деревьями, сделала круг, и стала плавно опускаться на поляну.

- Вот и он, - тревожно вздохнул Натан. - Следи за собой, Пол. Этот человек своим поведением наверняка оскорбит тебя до глубины твоей честной души. Постарайся стерпеть.

Эбби вышла на поляну и стала за спиной Пола. Она разрумянилась в предчувствии необычного. Лица остальных тоже выражали разнообразные предчувствия и ожидания.

- Мне страшно, - прошептала Эбби, когда воздушная машина приземлилась. - Что я ему скажу?

Натан посмотрел на нее, чувствуя странное беспокойство. Эбби, маленькая и пухленькая, смотрела на него честными невинными глазами.

- Я бы предпочел, чтобы ты держалась от него подальше.

Эбби рассмеялась.

- Я, пожалуй, рискну тем, что меня съедят.

Мотор замолк, и дверца машины открылась. Натан шагнул вперед, чтобы встретить марриканина. Он остро чувствовал необычность этого момента. Отныне возврата не было. Хотя на самом деле он отрезал пути к возвращению, когда впервые упомянул вирус.

Он второй раз в жизни пожал руку Дженотеку, на этот раз чувствуя себя гораздо свободнее. Натан с радостью отметил высокомерное достоинство марриканина, которое так поразило его на Маррике. По крайней мере, вид у Дженотека вполне подходящий для героя и спасителя.

- Добро пожаловать, Советник, - сказал Натан.

- В самом деле? - улыбнулся Дженотек. - У вас такое напряженное лицо, что я начинаю чувствовать неуверенность. Что, не все прошло так гладко?

- О нет, все в порядке.

- Просто постарайтесь не проявлять беспокойство так явно, посоветовал Дженотек. - Если мы намерены выиграть схватку, мы не можем выглядеть иначе, как стопроцентно уверенными. Итак, я готов встретиться с вашими друзьями.

Натан начал знакомство с Хаузмена.

- О, я слышал о вас раньше, мистер Хаузмен, - сказал Дженотек. - Да, мои коллеги из совета подло обошлись с вами. Возможно, нам удастся заставить кое-кого из них пожалеть об этом.

Натан внимательно наблюдал за Полом Хаузменом, однако Хаузмен проявил себя великолепным дипломатом. Он сказал:

- Я на это надеюсь. С моей стороны, полагаю, будет излишним упоминать, что ваша репутация дошла даже до нашей глуши.

Дженотек хихикнул.

- Я истолкую ваше двусмысленное замечание как комплимент, а не как колкость, мистер Хаузмен. Поскольку я вас немного боюсь, и не хотел бы, чтобы вы были моим врагом.

- Боитесь?

- Вы стопроцентно честный человек, - сказал Дженотек. - Такие люди всегда меня пугают. Вы совершенно непредсказуемы.

Он перешел от Хаузмена к Дженсену, а Натан не смог подавить улыбку. Советник обезоружил Пола Хаузмена за первые же две минуты их знакомства. Его хитроумие заслуживало всяческого уважения.

Следующей оказалась Эбби. Когда внимание Дженотека переключилось на нее, Натан внутренне сжался. Марриканин слишком заинтересовался Эбби, и она явно отвечала ему тем же.

- Советник, - продолжил Натан официальную церемонию знакомства, - я рад представить вам Эбигайль Рэнд. Мы здесь вместе вот уже пятнадцать лет, Эбби и я.

- Вместе? - переспросил Дженотек, поднимая бровь.

Эбби зарделась ярким румянцем и запнулась, не в силах подобрать слова.

- Натан... он был моим первым другом, когда я потеряла семью... Он, как говорится, взял меня под защиту.

- Понимаю, - ответил Дженотек. - Что-то вроде опекуна. Как это мило со стороны Натана.

Натан поспешил увести его дальше, и заставил Советника пожать руки всем обитателям лагеря, выстроившимся в круг на поляне. Это заняло почти час. К тому времени, как церемония закончилась, первое волнение улеглось, и на лица окружающих вернулось недоверие. Остроумные замечания Дженотека не помогали. Но Натан ничего иного и не ждал.

Когда завершилось последнее рукопожатие, Дженотек направился в лес. Он с интересом рассматривал дикие цветы, которые росли тут и там под деревьями.

- У вас красивая планета, Кори. Грубая и примитивная, быть может. Но красивая.

- Боюсь, что вам у нас будет неудобно. Здесь нет привычной вам роскоши. Кровати жесткие, а еда слишком простая.

- Я прибыл сюда не ради удовольствий, - резко ответил Дженотек. Похоже, вы меня недооцениваете. Апартаменты, которые вы видели, и Тэсс значат для меня не так уж много. Для Тэсс роскошь значит все; но не для меня.

- Тэсс? - спросила Эбби, выглянув из-за плеча Натана.

- Натан не рассказал вам о ней? - улыбнулся Дженотек. - Я вам удивляюсь, Кори. Мне показалось, что она вам очень понравилась. Или вы вели себя так из вежливости, желая показать, что цените мой вкус?

Натан не ответил на его замечание, и переменил тему. Он был доволен тем, что во взгляде Эбби промелькнуло легкое отвращение, когда темные глаза Советника остановились на ней.

- Откуда вы хотели бы начать осмотр? - спросил Натан.

- Откуда угодно. Я уже видел Коблан-Сити и горожан. Покажите мне лабораторию и ваши приготовления. Там мы сможем наметить план.

Натан позвал Хаузмена, и они все вместе направились к лаборатории. Натан пояснил, что это место держится в строгой тайне от кобов, и что Дженотек - первый человек со стороны, которому позволили приблизиться к лаборатории.

У входа в подземелье произошла ужасная сцена. Дженотек хотел попасть внутрь, и его невозможно было удержать. Натан стал спорить с ним, но вопрос решило только появление Карла Гарриса с кобским распылителем в руках.

Дженотек разгневанно отошел от двери под дулом распылителя.

- Если это типичный пример вашего сотрудничества, - сказал он Гаррису, - то я не удивляюсь, что вы столь малого достигли за целых пятнадцать лет.

- Наши мозги не столь дьявольски изощренные, как у вас, цивилизованных людей, - резко ответил Гаррис. - Нам нужно больше времени, чтобы сотворить такое же зло.

- Хватит, - приказал Натан. - Мы не станем вторгаться на вашу территорию.

Дженотек вопросительно посмотрел на него, но Натан остался непреклонным. В этом вопросе он должен был поддержать Гарриса.

- Спроси, что он делал у кобов, - сплюнул Гаррис. - Больше меня ничего не интересует.

- О, вы слышали об этом? Я нанес визит главнокомандующему Кешу. Почему бы и нет? Мы, цивилизованные люди, должны держаться друг друга.

Дженотек резко повернулся и зашагал обратно в лагерь. Натан хотел сказать Гаррису еще пару слов, но ему пришлось догонять Советника.

- Зачем вам нужно было видеть Кеша?

- Как бы это выглядело, если бы я не зашел к нему? - ответил вопросом на вопрос Дженотек. - Когда одно официальное лицо вторгается на территорию другого официального лица, единственным правильным образом действий будет спросить разрешения. Кроме того, я хотел, чтобы он начал слегка волноваться. Он будет ломать себе голову над тем, зачем я здесь. Это противоречит всем прецедентам, а поскольку Кеш не верит мне, он начнет строить самые невероятные гипотезы. Слухи разойдутся, и наше дело получит огласку еще до того, как будет представлено совету. Члены совета разделятся на фракции: одни будут за кобов, другие против. Между ними образуются щели, которые мы сможем превратить в пропасти, когда настанет время атаковать.

- Я должен был догадаться, что у вас были серьезные основания для визита к главнокомандующему.

- Но вы не вполне доверяете мне, верно? Что ж, я вас не виню. Доверие - это единственная роскошь, которой я никогда не получал. И, поверьте, никогда не огорчался по этому поводу.

Остаток дня Дженотек осматривал лагерь. Он повсюду совал нос: проинспектировал запасы продовольствия, оружие, личный состав. Он задавал вопросы напрямик, без оговорок. Например, одного из повстанцев он просил, почему тот предпочитает скрываться в лесу, как дикий зверь, вместо того, чтобы жить в городе нормальной жизнью. Однако Натан видел стоящие за вопросами Советника мотивы. Дженотек хотел выяснить, насколько соответствует действительности то, что рассказал ему Натан о боевом духе землян и их стремлении к свободе.

Были вынуты карты, и Дженотеку показали, где расположены другие лагеря мятежников. Суммарные силы повстанцев были невелики. Натан Кори всегда считал их даже чересчур маленькими. Однако Дженотек отреагировал иначе, что удивило Натана. Даже то, что отряды повстанцев были слабо связаны между собой, не смутило Советника. Он был потрясен тем, что на Земле существуют такие значительные силы сопротивления.

Обед прошел напряженно. Натан сдался и прекратил попытки защитить Дженотека от множества взглядов, любопытных и подозрительных, и от едких замечаний в его адрес. Когда они уже сидели с крошечными чашечками кофе в руках, Натан попытался извиниться перед Советником. Но тот пожал плечами, давая понять, что считает вопрос несущественным.

- Вы слишком чувствительны, Кори. Гнев и подозрения ничуть не трогают меня. Я к ним привык. Кроме того, вам известны причины, почему я на вашей стороне. Я не собирался их скрывать. Я буду драться за вас не потому, что вам сочувствую, и не из соображений благородства. Я согласился потому, что рассчитываю получить славу и все остальное, что с ней связано.

Натан покачал головой.

- Вы меня поражаете. Мы с вами мыслим совершенно разными категориями.

- Не совсем. - Дженотек увлек Натана в сторону. - В вашем отряде есть один человек, который не бросал в меня камнями.

Он нашел взглядом Эбби, которая стояла у костра, раздавая кофе. Натан окаменел.

- Эбби принадлежит мне!

- Правда? Или вы просто так считаете? - ехидно спросил Дженотек. - Вы совершили формальную церемонию, которая сделала вас партнерами?

- Не ваше дело.

- Может оказаться, что мое. Такой девушке, как Эбби, нечего делать в убогом лесном лагере. Подумайте только, как она будет смотреться у меня!

- Она - не Тэсс. Вы никогда не встречали такой девушки, как Эбби.

- Может быть, именно поэтому она меня и интересует. Не заключить ли нам с вами когда-нибудь честный обмен? Вам ведь все-таки понравилась Тэсс.

Натан не мог понять, серьезно говорит марриканин, или просто дразнит Натана, чтобы тот помучился.

- Давайте прекратим этот разговор, Советник. Мы собрались обсудить наши планы. Давайте этим и займемся.

Натан позвал Пола Хаузмена, чтобы тот принял участие в разговоре, и попросил Дженотека поделиться теми планами, которые у него уже есть.

- Судя по тому, что я видел в Коблан-Сити, - сказал Дженотек, - люди вовсе не единодушны в интересующем нас вопросе. Они ненавидят мятежников, а коблан воспринимают как неизбежное зло, которое можно стерпеть.

- В том-то и вся беда, - сказал Хаузмен. - Им наговорили слишком много лжи.

- Но если вы хотите, чтобы ваши требования выдержали проверку, люди должны объединиться, - настаивал Дженотек. - Если совет пошлет наблюдателей, а они увидят братание с кобланами и ненависть к вам, они не станут даже рассматривать ваши угрозы.

- Мы все это знаем, - сказал Натан, - и ничего не можем с этим поделать. С тех пор, как меня - мятежника - избрали делегатом, я самый ненавистный человек для большей части населения планеты. У нас нет возможности противостоять кобской пропаганде.

- Когда речь идет о людях, всегда можно найти возможность, настаивал Дженотек. Он встал с места и принялся прохаживаться взад-вперед, чтобы лучше думалось. - Мы не можем допустить, чтобы ваш случай классифицировали, как локальный мятеж. Это должно быть всепланетное восстание! - Он вдруг остановился и вытянул руку, указывая на Натана. Нам нужен мученик! Нет ничего лучше мученика, когда надо организовать людей в сплоченную группу.

- Прекрасное решение, - согласился Натан. - Единственная загвоздка в том, что мученика у нас нет и не предвидится.

- Мы его создадим! - воскликнул Дженотек.

Натан посмотрел на Хаузмена, но его лицо не выражало ничего, кроме потрясения. Со стороны Хаузмена нечего было ждать совета.

- Вы хотите специально убить человека?

- Сначала нужно создать соответствующую ситуацию, - ответил Дженотек, - и сделать так, чтобы этот человек был известен обеим сторонам, и для обеих ценен. Когда это будет организовано, его нужно убить.

- Нет! Это деяние из тех, против которых мы поклялись бороться, а не совершать самим! Это просто убийство, как бы вам не хотелось его назвать по-другому.

Дженотек навис над ним.

- И что в этом плохого, делегат Кори? Вы приемлете убийства, только когда они вершатся с размахом? Четыре дня назад вы обрисовали мне ужасный план уничтожения целых планет, населенных людьми. Вы готовы были убить их без предупреждения и без всякой причины. Теперь, когда я говорю об убийстве одного человека, вы не имеете права презирать меня за это.

- Он прав, Натан, - сказал Пол Хаузмен. - Ты выбрал этого человека, потому что поверил в его способности. Позволь же ему применить их.

Натан не мог поверить, что слышит такие слова от Пола Хаузмена. Но он осознал, что в этих словах заключается правда.

- Хорошо, - сдался Натан. - Но пусть это будет ваш план, Советник. И вы сами его реализуете. Я поддержу вас, но не стану принимать активного участия в действиях.

- Если вы будете оказывать поддержку издалека, - предупредил его Дженотек, - то в один прекрасный день можете обнаружить, что сами себя загнали в угол. Ладно, будь по-вашему. К счастью, у меня нет совести, которая так мешает жить вам. И я рад был увидеть, что остальные ваши друзья тоже не обременены этим качеством.

Он отошел на три шага, затем вернулся.

- Тэсс была права в своей оценке. Вы человек способный, но незрелый. Эта схватка для вас - личное дело. Настолько личное, что вы на каждом шагу переживаете, не запачкались ли, и постоянно рефлексируете по поводу собственных моральных и душевных качеств. Вы собираетесь сражаться за целую планету, Кори! Вы - лишь крохотная частичка этой планеты. Если вы вдруг запачкаетесь, это не повредит людям, которых вы пытаетесь спасти. И вы удивитесь, как быстро она отмоется.

- А вы-то за что сражаетесь? По-моему, вы высказались на сей счет достаточно ясно.

- Нет смысла спорить, - прервал их Хаузмен. - Вам двоим никогда не понять друг друга по-настоящему. Ваши ценности и суть ваших характеров слишком различны, чтобы вы могли достичь соглашения.

- Вы - проницательный человек, мистер Хаузмен, - признал Дженотек. Если вы сможете придержать Кори, чтобы его не шокировал каждый мой поступок, это нам сильно поможет.

- Не волнуйтесь обо мне. Мне по силам все, что бы вы ни выдумали. Я хочу только напомнить, что прежде чем говорить об убийстве ради нашего дела, нужно выработать действенный план, как мы будем это дело осуществлять.

- Всему свой черед. А следующий шаг вполне очевиден. - Дженотек снова сел, на этот раз рядом с Эбби, которая присоединилась к ним. - Я вернусь на Маррик, и заявлю, что буду представлять ваше прошение совету. Как только все будет официально зарегистрировано, события последуют в естественном порядке, и мы сможем разбираться с вопросами по мере их возникновения.

Дженотек настоял на том, что останется в лагере на ночь, несмотря на отсутствие комфорта. Он увлек Эбби на край поляны, громко жалуясь, что ничего не знает о Земле и ее флоре, и хочет, чтобы ему разъяснили некоторые вещи.

Натан остался с Полом Хаузменом. Он молча курил, наблюдая за силуэтами двух фигур на фоне леса. Когда до него долетел смех Эбби, Натан встал, пробормотал какое-то извинение, которое ничуть не обмануло Хаузмена, и направился в дом.

8

Прошло две недели, прежде чем появилось долгожданное известие от Дженотека. Он назначил Натану встречу на небольшой планете, где располагались учреждения Федерации и Зал заседаний совета. Сессия была созвана, и прошение Земли числилось в повестке заседаний.

Натан отправился на контрольный пункт кобов, провожаемый добрыми пожеланиями со стороны всех и наставлениями, как ему следует себя вести, со стороны Пола Хаузмена.

- Будь сам собой, Натан, - посоветовал Хаузмен. - Высказывайся, если представится случай, и будь честен. Не чувствуй себя хуже других, даже если они сами будут считать себя лучше. Они все тоже подвержены слабостям.

От горожан добрых пожеланий не последовало. Главнокомандующий Кеш установил новые правила, возложив вину за их необходимость на мятежников. Машину делегата Натана Кори по дороге в космопорт забросали камнями. Кеш устроил торжественные проводы делегата, но Натан быстро прекратил это мероприятие.

Планета, на которой разместились службы совета, была небольшой и гористой. Изрезанные горные вершины и затянутое облаками небо служили фоном единственному огромному городу, расположенному на равнине. Город не вел торговли, если не считать ввоза продуктов и предметов роскоши; не вел дел, если не считать собственно дел Федерации; и не имел иного населения, кроме членов совета, их штата, делегатов, регистраторов и клерков. И все-таки город был огромным и величественным.

Взору Натана предстала архитектура, которая была конгломератом наследия пятидесяти трех миров. Фантастический город, город из сновидения. Все выглядело непохожим на то, чем являлось в действительности. Если Маррик показался Натану чужим и странным, то этот город просто потряс его и ошеломил. Пока машина, в которой ехал Натан, прокладывала себе путь среди оживленного уличного движения, Натан чувствовал, как выворачивается его желудок в приступе странной тоски по дому.

Когда машина остановилась около отеля, Натан почувствовал, что жаждет увидеть знакомое лицо Дженотека. Водитель, такой же бледнокожий и беловолосый мужчина, как тот, которого Натан видел на Маррике - если не тот же самый - провел его меж колонн, по террасе из розового кварца, в вестибюль.

Внутри Натан почувствовал себя лучше. Мебель имела вполне разумные формы, да и обстановка в целом выглядела почти нормально. Он записался в книге регистрации под пристальным взглядом семифутового гиганта, на костях которого было удивительно мало плоти, и последовал за бледным мужчиной по движущемуся пандусу наверх, в удобную комнату. Здесь Натан почувствовал себя почти как дома. Комната была сравнительно невелика. В ней находились кровать, кресло, и шкаф, которые вполне могли бы быть сделаны на Земле.

Бледный человечек быстро распаковал скудный багаж Натана и подошел к боковой двери.

- Номер Советника здесь, сэр. Он хочет видеть вас немедленно. Если вам что-то понадобится, позовите меня. Я буду прислуживать и вам тоже, пока мы здесь. Мое имя Горт.

Идея пользоваться услугами другого человека была для Натана совершенно новой. Однако он пожал плечами и прошел в дверь, желая поскорее увидеть Дженотека.

Номер Советника был гораздо больше и роскошнее комнаты Натана, как он и ожидал. Чего он не ожидал, так это того, что навстречу ему поднимется из кресла гибкая фигурка Тэсс.

- Привет, делегат. - Она улыбнулась. - Не ожидала тебя увидеть!

- Ты знала, что я появлюсь.

Натан был полон решимости на этот раз дать ей достойный отпор.

- Это меня и удивляет. Как тебе удалось заинтересовать Джена вашим глупым прошением?

На этот вопрос Натан не ответил.

- Думаешь, я не удивился, обнаружив тебя здесь? Ты что, везде с ним ездишь?

- Почему бы и нет? - спросила Тэсс, склонив голову набок.

- Разве это не настолько серьезное и достойное место, что мужчина не должен привозить сюда свою женщину?

Тэсс одарила Натана гневным взглядом раскосых глаз и бросила:

- Ты-то уж точно считаешь это место крайне серьезным. Иначе ты бы привез с собой Эбби. Жалко, что ты этого не сделал. Мне бы хотелось ее увидеть. Она действительно такой напуганный маленький ангелочек, как воображает Дженотек? Или она обвела его вокруг пальца, как дурака?

- Ты можешь судить об этом лучше меня. - Натан уселся. - Увы, у тебя не будет возможности это выяснить.

Тэсс стояла перед ним, гордо демонстрируя свою высокую и стройную фигуру.

- Ты изменился, Натан Кори. Когда ты появился впервые, ты был робким и неуверенным, как ягненок. Теперь ты отрастил зубки. У меня такое ощущение, что ты можешь выйти из этой истории взрослым человеком. По крайней мере, ты сумел заинтересовать Джена, что удавалось немногим.

- Что он сказал?

- Так я тебе и сказала!

Тэсс расхохоталась и села рядом с Натаном. Он чувствовал тепло ее тела. Женщина положила меднокожую руку на колено, ладонью вверх, словно приглашая Натана коснуться ее. Он жаждал этого прикосновения, жаждал узнать, какова на ощупь медь ее тела. И убедиться, что в этой женщине подлинное, а что - притворство.

Но вдруг открылась дверь, ведущая в спальню, и момент был упущен. Натан ждал, что Тэсс подпрыгнет и отодвинется от него. Но женщина этого не сделала. Дженотек проигнорировал ситуацию, лишь слегка подняв бровь в знак того, что ничего не осталось незамеченным.

- Я рад, что вы здесь, Кори. Я начал уже задумываться, не переиграл ли я, и не заставил ли Кеша нервничать чересчур.

- Я был начеку.

- Вы готовы к работе? - спросил Дженотек, обратив внимание на помятый костюм Натана. - Вы собираетесь присутствовать на сессии в этом костюме?

Натан не понял, в чем дело. Согласно сообщению, которое он получил, заседание должно было начаться не раньше, чем через четыре часа.

- Нет, - сказал Дженотек. - Мы начинаем через час. Вы чуть было не опоздали, и это было бы непростительно.

Значит, подумал Натан, торжественные проводы, устроенные по приказу Кеша, должны были задержать его настолько, чтобы он не успел появиться в совете. Если бы Натан не прекратил церемонию, он бы не успел вовремя.

- Через пять минут, - сказал он Советнику, - я переоденусь и буду готов.

Зал заседаний совета занимал огромное одноэтажное здание в центре города. Строгие архитектурные линии производили огромное впечатление. Поднимаясь вслед за Дженотеком по длинной лестнице, Натан начал ощущать власть, символом и средоточием которой служило это здание, власть галактической Федерации, лиги пятидесяти трех великих планет. И власть человека, идущего рядом с ним.

Внутренние залы были обрамлены по периметру колоннами высотой в три этажа. На мозаичных полах толпились люди. Они собирались в группки, расходились, и вновь собирались в другом составе. Лица их были серьезными и напряженными, как у людей, которые суетятся, чтобы получить какую-нибудь привилегию.

Члены совета в официальной черной форме с серебряной звездой на плече изредка попадались в разноцветной толпе. Сами Советники отличались разнообразием физического облика. Некоторые из них настолько отличались от гуманоидной формы, что Натану они казались почти животными.

Дженотек шагал медленно, высоко подняв голову. Время от времени он кивал направо и налево, отвечая на приветствия. Натан сравнил его с другими Советниками, и осознал, насколько необычной фигурой в совете был Дженотек. Одни Советники были совершенно седыми, у других седина пестрела в волосах самого фантастического цвета, но только волосы Дженотека были черными без малейшей седины. Его лицо было гладким, без морщин, тогда как преклонный возраст остальных членов совета был виден безошибочно, даже на лицах непривычной формы.

Дженотек остановился, увлек Натана вбок и сказал, понизив голос:

- Вот план наших действий, Кори. Я прочту прошение - полный текст. А вы будете держать глаза открытыми. Не ждите немедленного шума по поводу обвинений, особенно со стороны кобланского Советника. Наблюдайте за выражениями лиц, за жестами и непроизвольными движениями. Реакция будет едва заметной. Взрыв последует позднее, после того, как объявят перерыв, и Советники разберутся по группам.

- Но вы хотите знать, куда это клонится, еще до объявления перерыва.

- Совершенно верно. Я не смогу уследить за всеми группками и группировками. У меня есть осведомители, но они часто терпят неудачу. Поэтому наблюдайте. Я выбрал трех членов совета, за которыми вы должны будете следить внимательнее всего. Мы подождем здесь, пока они не пройдут, и я укажу вам на них. Все трое будут сидеть недалеко от нас.

Натан стоял лицом к потоку людей, входящих в огромные двери. Дженотек поднял руку, приветствуя рослого, крепкого, мускулистого Советника с красным лицом. Мужчина направился к ним, протягивая Дженотеку руку.

- Что ты затеял на сей раз? - спросил он. - Собираешься устроить серьезное дело из этого прошения?

Дженотек улыбнулся. Можно было подумать, что он видит перед собой лучшего друга.

- Скоро узнаешь. Я позвал тебя, чтобы познакомить с земным делегатом. Это Натан Кори.

Натану он сказал:

- Этот здоровяк - Советник Торд с Фарена. Он бы прекрасно вписался в ваш образ жизни, как вы думаете, Кори?

Натан протянул руку, не вполне уверенный, правильно ли он поступает. Огромная рука Торда стиснула его руку в сокрушительном рукопожатии.

- Большая честь для меня, - сказал Натан. Ему понравилась улыбка, которую его слова вызвали на красном лице Советника.

Торд обменялся с Дженотеком еще несколькими замечаниями и удалился.

- Торд представляет одну из фракций совета, - пояснил Дженотек. - Он будет на стороне коблан. Торд упрям и необуздан, и я хочу, чтобы вы внимательно за ним наблюдали - особенно, когда кобланин будет заявлять протест. Попытайтесь не упустить особенностей его поведения, которые свидетельствовали бы о том, что он задет или возмущен обвинением.

Натан сделал себе мысленную заметку, запечатлев в мозгу инструкции Дженотека. Итак, Торд с Фарена.

Затем Дженотек выхватил из толпы еще одного человека. Этот Советник был маленьким и жилистым, и совершенно седым. Он отличался быстрыми, птичьими движениями. Колючие глазки уставились снизу вверх на молодого Советника с комичным презрением.

- Что вам теперь от меня нужно? - спросил старик высоким дребезжащим голосом. - Я не намерен делать одолжений на этой сессии, так что можете найти себе другого союзника.

Дженотек рассмеялся, глядя на него сверху вниз.

- Если бы я когда-либо мог рассчитывать на вас, как на союзника, Сьюзмен, я давно бы уже занимал в совете председательское кресло.

Старик не улыбнулся в ответ. Он быстро, по-птичьи, моргнул и пробубнил:

- Я сказал - никаких одолжений. Бесполезно мне льстить, я равнодушен к лести. Мне пора идти.

Он засеменил прочь, и Натан проводил его усмешкой. Да, это был не гигант. Однако Дженотек тут же опроверг последнюю мысль Натана.

- Советник Сьюзмен с Венны-2. Этот человек достоин наивысшей оценки с позиций Пола Хаузмена. Он будет против коблан. Я хочу знать, насколько сильно он будет против. И насколько он будет держать их сторону только потому, что они являются членами Федерации.

Натан подумал, что выполнить поручение Дженотека будет нетрудно. Указанные им люди так сильно отличались друг от друга, что их было невозможно забыть.

Дженотек пошевелился и произнес вполголоса:

- Вот идет третий из этих людей, Гинтель. Он принадлежит к центристам, как и я. И он самый важный из трех, Кори, - и самый трудный. Гинтель - закоренелый циник, и еще никому его не удавалось ни в чем убедить. А мы должны это сделать. Планеты центра могут обеспечить большинство.

Советник Гинтель подошел к ним сам, и Натан понял, что имел в виду Дженотек, по одному его внешнему виду. Высокий, худой, с резкими чертами лица, которые источали Великое Сомнение по поводу всего на свете. Глаза у него были большие и желтые.

- Вы собираетесь так и не обмолвиться ни словом, что именно затеваете, Дженотек? - спросил Гинтель высоким гнусавым голосом. Закулисные интриги хороши в меру. Я не в восторге от сюрпризов.

- На этот сюрприз вам придется согласиться, - ответил Дженотек. - Я никого не стану посвящать заранее.

- Мне это не нравится, и прошу вас принять к сведению мое недовольство. Если вы взялись за дело в одиночку, значит случай действительно серьезный. - Взгляд желтых глаз переместился и упал на Натана. - Кто это с вами?

- Натан Кори, делегат Земли.

- Вы определенно привезли с собой целую свиту. Я видел Тэсс в отеле. А мне казалось, что вы постараетесь не показывать ее - по крайней мере, во время сессии.

- Не понимаю, какое вам дело до Тэсс. Разве что вы имеете на нее виды, - резко бросил Дженотек.

Желтые глаза сверкнули, но Гинтель сказал только:

- Я только хотел обратить ваше внимание, на то, что пожилым Советникам не по душе ваш образ жизни. Сами они оставляют женщин дома.

Громкий звонок прервал разговор, и Натан был этому рад. Если Гинтеля нужно убедить, то для чего Дженотек задирает его?

- Пойдемте. - Дженотек тронул Натана за руку. - И постарайтесь держаться уверенно.

Большой зал с высокими потолками был отделан мрамором. Галерея для зрителей быстро заполнялась разнообразной публикой. Большой стол в форме подковы стоял в центре комнаты. Вдоль его внешнего края были расставлены стулья. На столе лежали комплекты бумаг. Дженотек подвел Натана к месту в середине стола, выдвинул для него стул и сел рядом сам. Отсюда были прекрасно видны все члены совета, и Натан легко нашел Торда, Сьюзмена и Гинтеля. Затем он поискал глазами Советника от коблан. Привычная коренастая фигура коба обнаружилась недалеко от Натана. Кобланский Советник яростно перебегал зелеными глазами с Натана на Дженотека.

Когда все места были заняты, встал седовласый мужчина, ожидая всеобщего внимания. Натан устремил взгляд на председателя. Он чувствовал, что его собственное присутствие за столом привлекло большое внимание. Он был единственным посторонним за большим столом, несмотря на то, что сегодня должны были заслушать еще три прошения.

Председатель произнес официальные формулы открытия сессии, провел перекличку членов совета и объявил, что могут быть зачитаны прошения. Сначала последовали три других прошения. Дженотек откинулся на спинку стула, довольный, что все уже знают: дело, которое представит он, будет особенным.

Натан слушал прошения, и ему стало тошно, когда он наконец полностью осознал, что это механическое перечисление затертых формулировок единственное, что делалось для Земли все прошедшие семь лет. После того, как было зачитано каждое прошение, Советник от той планеты, которой предъявлялось обвинение, поднимался с места и произносил краткий и вялый протест. Затем происходило голосование. Ни одно из прошений не было удовлетворено.

Когда были объявлены результаты последнего голосования, председатель объявил:

- Дженотек с Маррика представляет прошение от кобланской планеты Земля.

Впервые с начала заседания зал погрузился в абсолютную тишину. Даже на галерке умолкли. Дженотек в полной мере воспользовался эффектностью момента. Он поднимался с места и перелистывал бумаги невероятно долго. Затем он принялся спокойно зачитывать своим глубоким звучным голосом выхолощенные формулировки. Это было то же самое прошение, которое Советники уже слышали семь раз, и многие расслабились. Когда Дженотек добрался до конца первой части, все решили, что это конец прошения.

Седовласый кобланин поднялся с места.

- Мой ответ будет таким же, как и раньше. Наш молодой коллега с Маррика оскорбил достоинство совета, заставив нас поверить, что сегодня мы услышим нечто важное.

Советники за столом одобрительно закивали. Однако Дженотек возвысил голос.

- Мой уважаемый коллега-кобланин поторопился. Я еще не закончил читать прошение. Мистер председатель, могу ли я продолжать?

Прозвучал колокольчик председателя, и шум голосов утих. Дженотек подождал, пока не наступит полная тишина, затем продолжил.

- В этом прошении есть еще один пункт. Обвинение, которое позорит наш совет и требует действий, которые очистят имя Федерации. Люди планеты Земля подают законную жалобу, и хотят, чтобы об этом узнали все. Они утверждают, что коблане напали на них наиболее презренным образом из известных Галактике. Люди Земли были атакованы и покорены при помощи бактериологического оружия!

За словами Дженотека последовало напряженное молчание. Слушатели были потрясены. Натан бросил быстрый взгляд на Торда. Мускулистый Советник смотрел на кобланина, взглядом требуя объяснений. Лицо Сьюзмена, старичка с птичьими повадками, Советника с Венны-2, выражало ужас и потрясение. Гинтель улыбался, прикрывая рот рукой.

Дженотек неумолимо продолжал:

- Миллионы людей Земли умерли в страшных муках от болезни, насланной кобланами. Завоеватели собирали трупы и волокли по улицам, чтобы сжечь в огромных кострах. Земляне пятнадцать лет терпели это преступление, но больше не желают терпеть. Они готовы восстать против завоевателей, и против союза правительств, которое допустило столь чудовищное деяние. Таким образом, я, от имени Земли, обвиняю кобланское правительство в нарушении закона Федерации, и требую извинений, возмещения убытков, компенсации за причиненный ущерб и свободы их жертвам.

Дженотек обвел уверенным взглядом Советников, показывая, что готов услышать контраргументы. Затем он сел. Но, как Дженотек и говорил Натану, немедленной реакции не последовало. Только Сьюзмен явно проявил свои чувства. На его лице попеременно отражались то беспокойство, то потрясение от столь вопиющего нарушения этики.

Заскрипев стулом, кобланин встал и выкрикнул:

- Я требую предъявить доказательства, подтверждающие ваше обвинение. В подобном случае нельзя проявлять легковерие и опрометчивость. Мне кажется, что наш самый младший член совета на сей раз превзошел самого себя в своей дерзости. До сих пор мы прощали поведение Советника, снисходя к его молодости. Но сейчас он зашел слишком далеко.

Дженотек склонился к Натану, шепча ему на ухо:

- Примите невинный и удрученный вид.

Затем он снова поднялся с места, а Натан постарался как можно лучше выполнить его указание.

- Я не намерен терпеть здесь обсуждение моих моральных качеств - а особенно со стороны представителя правительства, которое обвиняется в беззаконном убийстве миллионов людей. Советник от коблан знает, что зачитанное мной обвинение истинно. А если кому-нибудь нужны доказательства, то взгляните на человека, который сидит рядом со мной. Натан Кори может рассказать вам все в подробностях. Когда ему было пятнадцать лет, он похоронил всю свою семью, умершую от кобланской болезни. Он один выжил из семьи в пять человек. - Дженотек обратился к галерке, приковав к себе внимание зрителей. Натан чувствовал, как в зале нарастает эмоциональное напряжение. - Благодаря милости божьей, он выжил, когда вокруг рушился его мир. Но с тех самых пор он только и видел, как несправедливость громоздится на несправедливость. Я взялся за это дело из самых благородных побуждений. Ибо Законы нашей Федерации должны соблюдаться, иначе Федерация ничего не значит!

Торд, за которым наблюдал Натан, беспокойно зашевелился при этих словах. Сьюзмен вытаращил глаза, а циник Гинтель смотрел на Дженотека с восхищением.

Дженотек продолжал.

- Мне больно говорить, что это прошение зачитывали перед нами семь других Советников, и ни один из них не предъявил обвинения. Неужели наш совет настолько прогнил, что скрывает свои грязные делишки даже от самого себя? Подобный случай может уничтожить наше единство, а, следовательно, уничтожить всю галактику. Люди Земли больше не намерены молчать. Это не есть смирный и покорный народ. Они по сей день ведут борьбу с кобланами на своей планете. Они способны причинить нам неоспоримый вред, ибо что мы станем делать, господа Советники, когда факты станут известны нашим собственным народам? Кто из нас сможет остаться на стороне коблан, тем самым став соучастником преступления, и при этом смотреть в глаза своим избирателям, которые возложили на нас защиту законов?

- Остановите его! - закричал кобланин. - Я требую, чтобы он представил доказательства своих лживых обвинений. Иначе пусть замолчит!

Натан почувствовал, как бьется его пульс. Во время речи Дженотека он смотрел на Торда. Краснолицый советник начал было бросать на своего кобланского друга гневные взгляды. Но сейчас он опомнился и решительно выдвинул челюсть, готовый поддержать кобланина.

Сьюзмен реагировал совершенно обратным образом. Он весь дрожал от подавляемого отвращения к кобу. Но самый важный из троих, Гинтель, явно ждал возможности оказаться в кулуарах.

Председатель позвонил в колокольчик, призывая к тишине. Он обратился к Дженотеку:

- У вас есть доказательства?

- При себе нет, - признал Дженотек.

- Тогда вы поставили себя в плохое положение, Советник. Подобные обвинения нельзя бросать на пустом месте.

- Я это прекрасно понимаю. Если вы дадите мне время, я представлю доказательство, которое будет убедительным даже для Торда с Фарена, который, я вижу, готов вызвать меня на поединок из-за этого обвинения. Я оказался не вполне готов из-за того, что слушание было объявлено раньше обычного, и из-за попытки коблан вообще не дать Натану Кори встретиться со мной. Дайте мне время, и я докажу свои слова.

Председатель колебался. Натан понял, что он видит легкий путь решения проблемы. Сказать "нет", объявить немедленное голосование, и положить конец делу.

- Вы не можете отказать мне! - громовым голосом заявил Дженотек. Это было бы признанием вины всего совета. Вы должны дать мне возможность доказать справедливость обвинения. Я бы воспринял отказ как личное оскорбление, и на мою защиту встал бы весь Маррик до последнего человека!

Председатель внезапно оказался в ловушке. Он был совершенно беспомощен. Натан почти посочувствовал ему.

- Вы получите время, Советник. До сегодняшнего вечернего заседания. Этого срока достаточно для любых необходимых действий. Но, предупреждаю вас: найдите хорошее доказательство. Иначе мы накажем вас за недостойное поведение.

Назначить столь короткий срок было ловким ходом. Лицо кобланина расплылось в гнусной ухмылке. Однако Дженотек продолжал держаться уверенно.

- Значит, сегодня на вечернем заседании, - согласился он. - Я буду готов.

Заседание было окончено, и Натан вышел из зала вместе с Дженотеком, тщетно пытаясь разгадать, что кроется за маской уверенности Советника.

С ними поравнялся Гинтель. Он довольно усмехался уголками губ.

- На этот раз вы поставили себя прямехонько на линию огня, Советник, - ядовито заметил он. - У вас и в самом деле есть доказательства?

- А что? - Дженотек остановился. - Неужели я утрачу вашу поддержку, если их нет? Разве вы сможете покинуть союзника в минуту неприятностей...

Его тон был еще более саркастичным, чем у Гинтеля.

Гинтель тихо хихикнул, и взгляд его желтых глаз упал на Натана.

- Да, это действительно похоже на неприятности. Ваш малютка-делегат хорошо сыграл свою роль. Это выражение полнейшей невинности и чистоты просто шедевр! Вы хорошо выдрессировали свою марионетку.

- Я не марионетка, Советник. Вам, наверное, даже не пришло в голову, что наши обвинения - правда, поэтому и наши реакции подлинные.

- Не спорьте с ним, Кори, - посоветовал Дженотек. - Гинтель не верит ни во что, кроме собственных измышлений.

- Возможно, - парировал Гинтель, - но когда я увижу, как вас накажут за недостойное поведение, тогда - обещаю вам! - я превращусь в человека искреннего и доверчивого.

- Пойдемте, - предложил Дженотек. - У нас как раз хватит времени прилично перекусить.

Натан изумленно уставился на него.

- Вы даже не волнуетесь?

- Конечно, волнуюсь. Но волнение нам ничуть не поможет. У меня есть еще кой-какой план. Но я не намерен метаться по комнате в ожидании его результатов.

Натан ждал дальнейших объяснений, но их не последовало.

- Вы мне не расскажете? От меня не будет никакого прока, если я не буду знать, что происходит.

- Вы мне понадобитесь сегодня вечером. Будьте готовы говорить, и будьте готовы подтвердить все, что буду говорить я. Это все, что вам нужно знать. Пойдемте. Мы встретимся с Тэсс и отправимся пообедать в очень подозрительное место. Чем больше мы будем на виду, тем лучше.

9

Натану это не нравилось. Его использовали как пешку, в то время как Дженотек и сражался сам, и все решал тоже сам. Но невозможно было не заметить нетерпение Советников перед началом вечернего заседания. Они явно ждали - ждали, что произойдет, и надеялись, что Дженотек окажется в дураках.

Председатель зазвонил в колокольчик и призвал собравшихся к порядку. На этот раз в зале было тихо, хотя галерка буквально ломилась от публики.

- Прежде чем мы приступим к делам, которые значатся в повестке заседания, - сказал председатель, - кобланский Советник попросил разрешения сделать заявление. Прошу вас, Советник.

Приземистый кобланин поднялся с места. Он явно старался вытянуться, чтобы казаться выше ростом. Руки он держал за спиной, чтобы произвести впечатление спокойной уверенности, но Натан видел руки кобланина, и они вызвали у него в памяти нервную дрожь Гарриса.

- Я связывался со своим правительством, - громко заявил коб, - и получил инструкции официально отрицать обвинения, выдвинутые Советником Дженотеком. Мы разгневаны! В официальных бумагах зарегистрировано, каким образом была покорена Земля. Сомневаться в подлинности этих записей значит, клеветать на нашу честность. Я говорю сейчас от имени всех коблан. Мы не потерпим такого обращения! Это наше внутреннее дело, и если Федерация не может оградить своих членов от вмешательства в их внутренние дела, то она не выполняет цели, ради которой создана.

Он шумно сел на место, недовольно кривя рот и злобно шаря зелеными глазами по залу. Натан бросил взгляд на Дженотека, и обнаружил на лице Советника полуулыбку.

- Мы понимаем вашу точку зрения, Советник, - ответил председатель, и в полной мере вам сочувствуем. Я полагаю, что эта история вскоре закончится. - Он зашуршал бумагами и резко бросил:

- Советник Дженотек, ваша очередь. Представьте ваши доказательства.

- Соберись, - прошептал Дженотек Натану. Советник обвел взглядом стол, встречаясь с ответными взглядами глаз самых разных цветов, и произнес извиняющимся тоном:

- Если совет подарит мне несколько минут своего драгоценного внимания, я хотел бы сказать кое-что до того, как перейти к доказательствам выдвинутых мной обвинений. Кобланский Советник поднял серьезный вопрос, и я хотел бы обсудить его более подробно.

Все замерли, стараясь предугадать новый ход Дженотека.

- Советник сказал, что это - внутреннее дело. И сказал, по существу, что Федерация не должна в него вмешиваться. Он ошибается! - Дженотек сделал паузу, чтобы его слова возымели максимальный эффект. Затем он протянул длинную руку, указывая на коренастого кобланина. - Взгляните на него! Вот он сидит здесь с оскорбленным видом, а сам все это время знает ужасную правду. Он знает, что вся Галактика находится на грани уничтожения! Знает, что все до одной цивилизованные планеты ждет чудовищная смерть, если это дело не будет улажено. И все-таки он хладнокровно требует, чтобы мы не вмешивались. А я заявляю, что мы должны вмешаться, чтобы защитить самих себя!

Сидящие за столом внезапно зашевелились. Многие напряженно подались вперед. Все шло, как ожидал Натан. Теперь Земля будет обрисована, как планета, готовая сражаться за свою свободу.

- Я уже говорил ранее, что Земля завоевана, но не покорена, - громко и резко сказал Дженотек. - Но вы не придали моему заявлению должного значения. Я повторяю: люди Земли ненавидят нас за то, что сделали с ними коблане. И они не хотят ничего иного, кроме как избавиться от нас. Если этого нельзя добиться легальным путем, они сделают это при помощи насилия!

Он понизил голос, заставив их прислушиваться, чтобы разобрать слова.

- Я хотел держать этот последний факт в тайне. Я не хочу вызвать панику. Но я вынужден, ради блага галактики, объявить его во всеуслышание.

Натан окаменел. Что такое говорит Дженотек?

- Джентльмены! Люди Земли пятнадцать лет тайно работали над воссозданием того самого смертоносного вируса, который коблане использовали, чтобы победить их. И теперь они готовы применить его против нас! Против нас всех! Пока мы тут разговариваем, ракеты с зародышами болезни кружат около наших родных планет, готовые устремиться к цели и уничтожить все живое. Вы понимаете? Они нацелили кобланское бактериологическое оружие на всю галактику!

Зал взорвался движением и криком. Натан Кори вскочил на ноги. Его трясло от ужаса. Он хотел вцепиться в Дженотека, заорать на него, перекрывая шум:

- Вы не можете! Не можете! Возьмите свои слова обратно!

Но что сказано, то сказано, и назад его не возьмешь.

Зал превратился в безумную круговерть. Все сорвались с мест и наскакивали друг на друга. Слова Дженотека разорвались как бомба, и похоронили под осколками надежды Натана Кори. Тайна была раскрыта - тайна, а вместе с ней ложь, к которой он прибег, чтобы заинтересовать Дженотека.

Председатель напрасно звонил в колокольчик посреди кромешного безумия, охватившего собрание. Председатель покинул свое место и пошел вокруг стола, призывая к порядку каждого лично. Наконец безумие прошло, и слышался только приглушенный гул голосов, снизившихся от крика до шепота.

Вдруг один из Советников не сдержался и завопил, перекосив в крике полное круглое лицо:

- Мы должны действовать! Нужно подавить мятеж! Уничтожить Землю!

- Забавное заявление, - вновь взял слово Дженотек. - Вирус уже нацелен на нас, и уничтожение Земли его не остановит.

- Ничему из того, о чем вы говорите, нет доказательств, - громко заспорил кобланский Советник. - Этот человек выдумал новую ложь только потому, что ему нечем было подтвердить первую. Если его первое утверждение лживо, то и это такое же!

Сьюзмен поддержал его дрожащим голосом:

- Да, это не может быть правдой. Никто, даже совсем нецивилизованные люди, не могут решиться на уничтожение населения всей галактики! Это невозможно себе представить.

- Почему? - спросил Дженотек. - Почему их совесть должна запретить им отплатить нам той же монетой? Они похоронили своих родных и близких. Почему они должны волноваться, если нам придется похоронить своих?

- Ответственность за это, несомненно, лежит на кобланах. - Гинтель утратил свой обычный цинизм. - Они были причиной катастрофы, они и должны возместить содеянное.

Дженотек обежал глазами зал, выискивая признаки, свидетельствующие о реакции членов совета. Натан последовал его примеру. И такие признаки были. Совет раскалывался на фракции. Даже без предъявления доказательств некоторые Советники склонны были отвернуться от коблан. Но какую цену Земля заплатит за раскол совета! Натану хотелось бежать прочь отсюда, чтобы не видеть ужасных результатов, которым он сам был причиной. Но бежать было некуда.

Кобланин злобно смерил его взглядом своих зеленых глаз и хрипло спросил:

- Почему делегат с Земли выглядит таким потрясенным? Для него это заявление - такой же сюрприз, как и для нас! Все это ложь!

- Не сваливайте на другого собственные ошибки, - ответил Дженотек. А делегат с Земли пусть скажет сам за себя.

- Нет! - крикнул Натан. Вернее, хотел крикнуть, но с губ его не сорвалось ни звука.

- Это неслыханно, Советник, - сказал председатель.

- Как и сама ситуация, - парировал Дженотек. - Натан Кори сейчас ключевая фигура. Мы все у него под ногтем, и ждем, когда нас раздавят. Цивилизованная галактика в опасности! Мы не можем себе позволить придерживаться прецедентов и традиций.

С галерки донеслись крики одобрения. Советники тоже согласно закивали.

- Хорошо, выслушаем земного делегата, - сказал председатель.

Дженотек силой поднял Натана на ноги, крепко держа за локоть и сверля его пронзительным взглядом.

- Будьте внимательны. Подтвердите все, что я сказал!

- Предатель! - прошипел Натан.

- Ну же! Они почти в наших руках. Дело за вами.

Натан Кори почувствовал, как невыразимо он одинок в своем страхе. Он боялся, что ложь, сказанная им Дженотеку, только что стала причиной неминуемой гибели Земли. Но нужно было действовать.

- Простите, - неуклюже сказал он. - Я не ждал, что мне придется говорить. Я простой человек из простого мира.

Он сделал паузу и посмотрел на сидящего рядом Советника.

- Я был потрясен словами Советника. Но не потому, что он солгал, а потому что он поступил вопреки всем моим мольбам. Наш вирус должен был храниться в тайне. Мы знаем, насколько велико ваше могущество, и не хотим, чтобы нас уничтожили. Возможно, мне удалось бы убедить вас, что Советник солгал, но какой смысл? Вы все можете колебаться, но коблане знают точно. Их вина не позволит им усомниться, и я боюсь даже представить, что они сделают с нами.

Натан выпрямился и повысил голос.

- Да, у нас есть вирус. И то потрясение, которое я испытал сегодня от слов Советника, было вторым, а не первым. Я прибыл сюда, убежденный, что совет восстановит справедливость, как только услышит правду. Я прибыл сюда, чтобы добиться справедливости, вернуться на Землю и сказать, что вирус не понадобится использовать... Теперь я вижу, как глупы были мои надежды. И моя попытка сохранить тайну тоже была глупой. Да, у нас есть вирус. И МЫ ИМ ВОСПОЛЬЗУЕМСЯ!

Теперь слова сами слетали с его губ, словно Натан спешил высказать все, что накопилось за долгие годы молчания.

- Никого из вас не заботит наша судьба, и не заботила все те семь лет, что мы подавали вам прошение. Так почему нас должна волновать ваша участь? Кобланские зверства и жестокость - это ужасно, но мы уже сталкивались с подобными фактами в своей истории. Мы сами творили зло по отношению к себе самим. Но мы не потерпим чужого господства и эксплуатации. Мы - раса бойцов. Мы долго работали, и теперь мы готовы воспользоваться этим вирусом, чтобы проложить себе путь к свободе!

Он выдержал паузу, наслаждаясь потрясением публики.

- Коблане не смогут остановить нас. Единственное, что нас остановит если они уберутся с нашей планеты и больше никогда не встанут у нас на пути. Другого способа нет. Я не могу смириться с действиями Советника Дженотека. Он нас предал! Согласно закону, он не имел права раскрывать доверенную ему тайну. Но теперь, когда она раскрыта, я признаю, что это правда. - Натан проглотил комок в горле, готовясь повторить свою грандиозную ложь. - Советник не лгал. Коблане напали на нас при помощи вируса, и теперь мы готовы нанести вам ответный удар тем же оружием.

Натан еще какое-то время оставался на месте, затем сел, весь дрожа от нахлынувших чувств. Он вдруг почувствовал острую ненависть к сидящему рядом человеку.

Но Дженотек уже поднялся с места, и уже говорил, сглаживая впечатление от резких слов Натана в его адрес.

- То, что я сделал сегодня, разумеется, должно выглядеть предательством для Натана Кори. Но я был вынужден выбирать из двух зол. Если бы я не заговорил, я бы предал Федерацию и каждого жителя пятидесяти трех миров. Я дал вам шанс спасти себя. Я рискнул своей карьерой, и подверг себя обвинениям и оскорблениям, чтобы сделать это. Но все это не относится к сути дела. Вопрос стоит так: что мы предпримем по поводу грозящей нам опасности?

Никто не пошевелился, чтобы ответить. Все в зале были ошеломлены и подавлены. Советники смотрели друг на друга, желая увидеть хоть какую-то подсказку во взгляде коллег, и не находили ее. В конце концов заговорил председатель.

- Мы не можем решать этот вопрос сами, - сказал он. - Мы все должны посоветоваться с нашими правительствами. Мы также должны провести подробное расследование обвинений и заявлений. Я предлагаю немедленно прервать сессию и собраться не раньше, чем мы будем располагать свидетельствами и указаниями, достаточными для принятия решения. Что касается меня, я не поверю в истинность слов нашего самого молодого коллеги, пока не увижу все собственными глазами. Если Землю можно убедить подождать с выполнением ее угрозы - если угроза реальна, разумеется, тогда мы сейчас закончим заседание.

Все взгляды обратились к Натану. Ему ничего не оставалось делать, кроме как ответить:

- Я обещаю вам, что мы подождем. Но недолго.

Председатель не позволил завязаться спорам.

- Объявляю сессию прерванной до особого уведомления. Вы будете извещены о созыве следующей сессии специальным объявлением.

Прозвенел колокольчик, и зал снова превратился в клокочущую людскую массу. Дженотек быстро собрал бумаги и потащил Натана за собой, не отзываясь на оклики и стряхивая руки, которые пытались вцепиться в него. Они промчались через внешний зал, сбежали по ступенькам лестницы и быстро сели в машину, за рулем которой ожидал Горт.

Оказавшись в машине, вдали от публики, Натан дал волю давно копившемуся гневу.

- Самый предательский поступок, который я видел в своей жизни! Вы же обещали! Вы злоупотребили нашим доверием!

- Да вы еще наивнее, чем я полагал, если считаете, что человек должен держать обещание только потому, что он его дал, - невозмутимо ответил Дженотек. Затем он сердито добавил:

- Мне тоже не понравилось то, что вы сказали. Обвинять меня в предательстве! Я вам объяснил, что нужно делать, а вы решили поступить по-своему.

- Я - не ваша марионетка! - рявкнул Натан. - Я позволял вам все делать самому, но теперь я требую, чтобы вы делились со мной всеми планами, как я делю с вами всю ответственность! Вам нельзя доверять, и сегодня вы это убедительно доказали. Я обвиняю себя за то, что позволил вам зайти так далеко.

- Вы говорите ерунду! Вы же получили то, чего хотели. Совет потерял стабильность, он готов расколоться окончательно и разделиться на противостоящие лагеря. Я сделал только то, что вы умоляли меня сделать добился, чтобы они попали в такое положение, которое даст мне возможность получить для вас свободу.

- Но способ, которым вы этого добились... - начал было Натан, но тут машина затормозила, и Дженотек вышел из нее, направляясь в отель. Натану пришлось поторопиться, чтобы не отстать от него. Он продолжил свою речь, когда за ними закрылась дверь номера.

- Смотрите, в какое положение вы нас поставили. Они наверняка проведут расследование и обнаружат, что люди Земли вовсе не представляют собой тот единый фронт, который вы описали... Вы - средоточие продажности. Вы взялись за это дело только в результате подкупа, а теперь вы продолжаете его ложью.

- Не смей говорить с ним в таком тоне! - Тэсс бросилась между ними. Ее обычная томная лень сменилась бурным негодованием. - Ты не имеешь права! Джен - великий человек, а ты по сравнению с ним - жалкий червяк.

- Не обращай на него внимания, Тэсс, - сказал Дженотек.

Он подошел ко столу, написал несколько строк на листе бумаги, сложил его и положил в конверт.

- Горт! - позвал он.

Бледный мужчина тихо вошел в комнату. Дженотек отвел его в сторону, что-то прошептал, и отдал ему конверт. Горд поспешно вышел в дверь, ведущую в коридор. Дженотек шагнул к Натану Кори.

- Когда вы обвинили меня в предательстве на заседании, вы, быть может, совершили лучший поступок в своей жизни. Это добавило нашему выступлению достоверности. Но сейчас я хочу знать вот что: вы по-прежнему со мной? Поймите, мы либо сделаем все по-моему, либо не сделаем вовсе.

- Как я могу считать, что я с вами, если я понятия не имею, каким будет наш следующий шаг?

- Сюрпризов больше не будет.

Натан был разгневан как раз настолько, чтобы позволить Дженотеку сделать все согласно своим собственным планам. И пусть потом хоть повесится, когда узнает, что нет ни вируса в больших количествах, ни ракет. Но как бы то ни было, они действительно должны были держаться вместе.

- Ладно, - сказал Натан, - я с вами. Но только если мы будем на равных. Не смейте больше меня использовать, понятно?

- Хорошо. Вам все равно предстоит сейчас отправиться на Землю. Я установил заряд, и настало время поджечь запал.

Натан нахмурился, не понимая, о чем речь.

- Мученик, Кори! Настало время создать нашего мученика и организовать единый фронт людей Земли. Я присоединюсь к вам в лагере, как только смогу улететь, и тогда мы перейдем к активным действиям.

Что ж, если смотреть на дело с точки зрения Дженотека, вечернее заседание было великолепным успехом, подумал Натан. Он подложил бомбу совету, выступил в качестве их защитника, и нарушил равновесие власти в галактике. Натан оставил Дженотека на попечение восторженной Тэсс и отправился собирать вещи.

Возвращение домой не было триумфальным. Немедленно по прибытии Натан получил бумагу, в которой его обязывали явиться на радиостанцию в Коблан-Сити, чтобы дать интервью. Надо полагать, новости опередили его. Однако, хотя радиостанция находилась под контролем кобов, это была одна из немногих институций, которая действительно управлялась людьми. Радиостанция и газеты служили предохранительным клапаном, чтобы спускать пар. И, хотя они служили распространению кобской пропаганды, существовала некоторая возможность свободы речи.

Тротуары были забиты толпой. Из громкоговорителей раздавались грубые голоса кобов, призывающие толпу разойтись, - но безрезультатно. Когда толпа бросилась штурмовать его машину, Натан понял, что все это было подстроено. Прежде чем толпа добралась до него, он выбрался через противоположную дверцу машины и попытался скрыться в соседнем складе, чтобы пройти насквозь и выйти на другую улицу. Но толпа нашла Натана. Его схватили за одежду и окружили. Кто-то ударил его кулаком по лицу, и Натан почувствовал, как горячая кровь стекает у него по щеке.

Скрежет тормозов, хлопанье дверец машины и топот ног кобов, который ни с чем нельзя было спутать, остановили толпу. Кобы пока еще не могли допустить, чтобы Натан был убит собственным народом. Коренастые оранжевокожие кобы разогнали толпу распылителями, и отвели Натана в один из фургонов. Ему было тошно от одной только мысли, что кобы спасли его, хоть он и был им благодарен. Натан позволил им помочь ему залезть в фургон и закрыл глаза, только теперь почувствовав, насколько он измучен.

10

Натан сидел рядом с Эбби, не обращая внимания на боль в разбитой щеке, которая не проходила, хотя Эбби смазала щеку лекарством. Но душевная боль мучила Натана гораздо сильнее. И дело было не только в том, что все отвернулись от него, за исключением Эбби и Пола Хаузмена, который сейчас вернулся в Коблан-Сити. Этого и следовало ожидать, угрюмо думал Натан. Они с самого начала с огромным трудом стерпели то, что он выбрал Дженотека. Теперь, когда поведение Дженотека оправдало их худшие подозрения, они были готовы отказаться от помощи Советника и рискнуть сдаться на милость Федерации.

Ерунда. Все ерунда. Но увидеть своими глазами гнусное поведение Дженотека оказалось совсем не то, что теоретически понимать, что этот человек порочен. Однако такие методы были их единственной надеждой. Натан Кори сознавал, что он сам постоянно закрывает глаза, боясь увидеть реальность как она есть. И теперь он снова не хочет смотреть в лицо фактам, снова говорит себе, что это не может оказаться тем, чего он боится. Что даже Дженотек на такое не способен.

Натан пытался представить, кто может оказаться мучеником, и одновременно не признаться самому себе, что он даже слишком хорошо знает, кто лучше всех подходит на эту роль. Знание политики, полученное Натаном от Пола Хаузмена, подсказывало ему единственный ответ. Пол учил Натана многим вещам, исходя из того, что знания должны помочь ему отказаться от определенных путей и способов действия. Но разум подсказывал Натану, что некоторые из этих путей все равно неизбежны.

Дженотек прибыл без предупреждения. Прием, оказанный ему, можно было назвать каким угодно, только не теплым. Весь лагерь перешептывался и бросал на него злые взгляды. Натан был уверен, что такая встреча обескуражит Советника. Но Дженотек, как обычно, обратил очень мало внимания на то, как к нему относятся. А вместе с ним из машины вышла Тэсс. Ее медная кожа сверкала на солнце.

- Я не мог оставить ее одну, - небрежно пояснил Дженотек. - Мои апартаменты осаждает толпа репортеров и разъяренных сановников. Просто сумасшедший дом. Даже Горту пришлось скрыться.

- Не нужно извинений, - произнес Натан, тоном подчеркивая значение своих слов. - Я уверен, что Эбби сможет разместить Тэсс с максимально возможным в наших условиях комфортом - если она вообще способна хоть ненадолго обойтись без роскоши.

Две женщины мерили взглядами друг друга. Ими владела одна и та же мысль - правда, по поводу разных мужчин.

- О, я уверена, что Эбби так и сделает, - промурлыкала Тэсс певучим и вкрадчивым голосом. - Я хотела увидеть "ангелочка" своими глазами.

Дженотек громко рассмеялся.

- Полегче, Тэсси. Это не лучшая публика для твоих штучек.

В их отношениях появилось что-то новое, но Натан не мог толком определить, что именно. Он мимолетно заинтересовался, было ли это связано с тем, что Тэсс набросилась на него, когда он обвинял Дженотека. Как заявила сама Тэсс, она была достойной парой Советнику - хотя он этого никогда не признает. Натан только надеялся, что Эбби выдержит все колкости, которые ее, несомненно, ждут со стороны Тэсс.

Но Эбби отодвинулась от гостьи с независимым видом. Она смотрела на Дженотека так долго и пристально, что он наконец обратил на нее внимание. Тогда Эбби сказала:

- Я хочу знать одну-единственную вещь, Советник. Кто станет вашим мучеником?

- Ах, вот что вас беспокоит! Знаете ли, это не очень лестно, когда на тебя смотрят, как на палача. Может, я и способен на многое, но не на это. А у вас есть кто-нибудь на примете?

- Не насмехайтесь над ней, Дженотек, - сказал Натан с новой уверенностью, которую он решил отныне демонстрировать в общении с этим человеком. - Весь лагерь ждет ответа на этот вопрос.

Дженотек обвел взглядом обитателей лагеря, собравшихся в тесную группу как раз за пределами слышимости.

- Все уже решено, так что можете больше об этом не думать. Когда придет время, вы все узнаете.

- Это Натан? - Эбби трудно было сбить с намеченной линии.

- Ну что вы! Неужели вы думаете, что я потратил столько времени на Натана и сделал из него спасителя планеты, только для того, чтобы в решающий момент его лишиться? Забудьте об этом. Мне нужна от вас информация, а не вопросы.

Он обратился к Натану:

- Не пытались ли коблане напасть на вашу лабораторию?

- Они не знают, где она, - ответил Натан.

- Но они знают, что она существует. И, если они нам поверили, они должны ее разыскивать. Они в отчаянном положении, Кори. Я не нанес визита Кешу, в силу очевидных причин, однако у меня есть сведения, что коблане готовы на все, чтобы выпутаться из этой истории до того, как будет созвана специальная сессия.

- Я распоряжусь усилить охрану, - уступил Натан, - но им не найти лабораторию. Мы позаботились об этом еще пятнадцать лет назад.

Время тянулось медленно, и каждый час этого дня усиливал беспокойство Натана. Дженотек говорил мало, но было очевидно, что он чего-то ждет. При каждом новом звуке он вскакивал и оглядывался. Тэсс держалась поближе к Дженотеку и вела себя по отношению к нему покровительственно. Можно было подумать, что Советник ожидает чего-то, что грозит ему лично. Он рассеянно отвечал на обращенные к нему реплики, и видно было, что мысли его далеко.

Наконец настало время обеда, и Тэсс принесла Дженотеку кофе. От остального он отказался.

- Джен?

Она произнесла его имя одновременно сочувственно и вопросительно.

- Не волнуйся. Все пройдет по плану.

Ее узкая ладонь скользнула по волосам Советника. Дженотек поймал женщину за руку и усадил рядом с собой.

- Хотел бы я верить, как веришь ты, - заметил он. - Уже давно пора бы...

- Чего вы ждете? - напрямик спросил Натан.

- Ничего я не жду, - упрямо возразил Дженотек, но потом смягчился. Наступил критический момент в игре, Кори. Если мой план не сработает, мы проиграли. Но я рассчитывал, что все пройдет успешно. Я послал письмо - вы видели это своими глазами - и думал, что все пройдет, как нужно. Однако, судя по всему, что-то не сработало.

Его темные глаза сверкнули, и он впился взглядом в Натана.

- Вы располагаете постоянной информацией из Коблан-Сити? У вас есть шпионы?

- Конечно, располагаем. - Натану хотелось прозондировать Дженотека, но он не был уверен, что это следует делать. - Мы прекрасно знаем, что там происходит. Но даже если что-то не сработало, и вы ждете новостей, то можете расслабиться. Пол сейчас в городе, и вот-вот должен вернуться. Он будет в курсе всего происходящего.

Дженотек посуровел лицом и отвел взгляд от Натана.

- Надеюсь, что так, - сказал он и замолчал.

Они молча потягивали кофе. Минуты тянулись медленно. Натан поискал тему, чтобы прервать напряженное молчание. Он досадовал, что Дженотек не ведет себя со своей обычной легкостью, а столь явно нервничает, и его напряжение передается всем.

В конце концов Дженотек сделал над собой усилие и попытался вернуться к обычной манере. С фальшивой улыбкой он произнес:

- Ну вот, Кори, они обе здесь. - Он обвел взглядом Тэсс и Эбби. - Как насчет того, чтобы обменяться?

Эбби громко ахнула, а Тэсс сняла руку с плеча Советника. Но Натан ответил ему улыбкой, и они оба расхохотались. Все, что угодно, было лучше, чем изматывающее нервы молчание.

- Ангелочек никогда не подойдет тебе, Советник, - поддразнила Дженотека Тэсс. - Вот уж она точно не впишется в твою обстановку!

Натан снова рассмеялся в ответ, но оборвал смех, потому что на краю лагеря неожиданно возникло какое-то движение. Затем они увидели источник беспокойства. Том Хэкс выбежал на поляну, чуть не падая от усталости. Он добежал до Натана и рухнул у его ног. Дженотек чуть отодвинулся, настороженный и внимательный.

Том судорожно хватал ртом воздух.

- Пол... Хаузмен... арестован!

Натан взвился с места. Он ничего не видел перед собой, все заслонило лицо Пола Хаузмена. Эбби рухнула на колени и трясла Тома за плечо.

- Почему, Том? За что? Где он?

Хэкс с трудом приподнялся и сел. Он пытался отдышаться, но никак не мог.

- Кобы схватили его... у себя в штаб-квартире, - выдавил он. - Они говорят... что Пол ответственен... за вирус. Они говорят... что Пол предатель... и мятежник... и хотят его убить!

- Не может быть! - набросился Натан на гонца. - Ты чего-то не понял. Кобы никогда не посмеют причинить вред Полу!

- Нет, вы вполне можете верить тому, что говорит этот человек, возразил Дженотек.

Он снова стал самим собой, нервозность как рукой сняло. И все те мысли, которые Натан старался подавить, вернулись к нему. Теперь Натан знал, что ответит ему Дженотек.

- Все в порядке, Кори. Кобы прекрасно сыграли свою роль. Они действительно настолько глупы и легковерны, как я и полагал.

Натана Кори охватило мучительное чувство вины, хотя он понимал, что ничего не мог предотвратить с той самой минуты, как предоставил Дженотеку полную свободу действий. Чувство вины переросло в гнев, а гнев - в ярость. Натан должен был дать выход эмоциям. Руки его сами собой сжались в кулаки, и он прыгнул на Дженотека, целясь в лицо. Дженотек шагнул в сторону, а в следующий миг на руках Натана повисла Тэсс. Затем его схватили Ник Талмер и Дженсен.

- Натан! Ты не можешь напасть на члена совета Федерации!

Натан перестал вырываться, и они его отпустили.

- Вы не понимаете, - сказал он. - Дженотек выбрал Пола Хаузмена для роли мученика. Он отдал Пола кобам на растерзание.

Наступило потрясенное молчание. Высокий Советник неуютно поежился. Тэсс придвинулась поближе к нему.

- Ладно, - сказал Дженотек, - предложите мне другую кандидатуру. Кто может лучше подойти на эту роль? Кого еще почитают горожане всей вашей планеты? Вы, повстанцы, не нуждаетесь в мученике, чтобы сплотить свои ряды. Но горожане нуждаются. Кто еще достоин? Кто еще способен их вдохновить? Никто! Только Пол Хаузмен способен породить в их душах достаточно чувств, чтобы это хоть как-то подействовало.

- Кобы обвинят его в том, что он мятежник, и горожане отвернутся от него, - выкрикнул Ник Талмер, тоже сжимая кулаки.

- Нет! Где ваша вера в людей? Горожане любят Хаузмена. Если обнаружится, что он мятежник, это только привлечет их на вашу сторону. Молитесь только, чтобы Кеш до этого не додумался. Если он поймет, и выпустит Хаузмена - мы пропали. Мы все.

Гнев Натана и его товарищей не утихал. Круг сжимался все плотнее, и Натан с радостью увидел, что Дженотеку не по себе. Но Советник вытянул длинную руку с ухоженными пальцами и показал на мужчину, который держал на руках девочку - ребенка, рожденного здесь, в лагере.

- Ты, - воскликнул Советник, - ты и тебе подобные сделают выбор. А выбор прост! Либо Пол Хаузмен, либо твоя дочь. Я знаю Хаузмена, и я уверен, что он согласен умереть, чтобы жили дети. Но если не умрет он, твоя дочь умрет наверняка! Выбор за тобой.

Мужчина медленно отступал, отшатываясь после каждого слова Дженотека. Натан задрожал. Он увидел, что остальные тоже сдают позиции. Дженотек управлял ими с той же легкостью, с какой он манипулировал советом.

- А ты что скажешь? - Советник выбрал новую жертву. - Кто должен умереть: Пол Хаузмен или твоя семья?

Этот человек тоже отошел подальше. Дженотек обращался то к одному, то к другому, и круг постепенно распался на части. Люди уходили с напряженными лицами и со злыми слезами на глазах, но они уходили.

- Вот как голосует ваше большинство, - сказал Натану Дженотек.

- Не сверлите меня взглядом, - предостерег его Натан. - Я не поддамся так легко. Пол и есть моя семья, так что у меня нет слабого места, за которое вы можете уцепиться.

- Ба! - Дженотек сплюнул. - Да вы весь - сплошное слабое место.

- Ваши хитрости не пройдут, Советник! Я расскажу всем правду, и отдам вас в руки вашего продажного совета!

- Земля будет на моей стороне.

- Какое это имеет значение? Если народ Земли способен согласиться на убийство лучшего из людей, чтобы спастись, то его и спасать не стоит! Я не позволю вам принести Пола в жертву ради ваших амбиций!

- Это были ваши амбиции, Кори! Вы умоляете "спасти Землю", но руководствуетесь в своих поступках только жалкими эгоистическими эмоциями. Глупая патетика на этой стадии операции испортит все. Я сделал вас гвоздем программы в масштабах всей галактики. Если вас схватят и убьют, все развалится. Мы заварили кашу космических масштабов, и вы не можете свести дело к пустякам. Без вас эти люди, - он обвел рукой лагерь, - вышвырнут меня прочь. Я знаю, что они ненавидят меня!

- Нам давно нужно было это сделать, - сказала Эбби.

- И что я тогда сделаю, как вы думаете? Разумеется, я позабочусь о своем спасении, а вас пошлю к черту. Мне еще не поздно выпутаться из этой истории. Возможно, мне публично дадут по шее и назначат испытательный срок. Я потеряю часть своего влияния, но ненадолго. Я достаточно хитер и достаточно силен, чтобы вернуть свое положение. А вот на вас обрушатся карательные акции. Я скажу, что был обманут, я принесу извинения. Они будут счастливы увидеть меня на коленях. Но Земля превратится в мертвую планету. Я даже сам помогу ее уничтожить.

Поняв, что Натана ему не убедить, Дженотек переключился на более податливого слушателя.

- Эбби, ты должна заставить его понять. Натан не отдает себе отчета в том, что сделало его обвинение с Федерацией. Она разваливается, и может пойти по любому пути. Сейчас мы переживаем очень опасный момент. Натан должен меня выслушать!

- Ему давно нужно было выслушать Пола! - рявкнула Эбби. - Пол давно назвал вас тем именем, которого вы заслуживаете - Иудой!

Дженотек схватил ее за руку и подтащил к себе.

- А я-то считал вас бойцом!

- Не смейте прикасаться к ней! - крикнул Натан.

- Я вас предупредил, Натан Кори. Если вы попытаетесь сделать какую-нибудь глупость, я брошу вас на произвол судьбы. Обещаю вам. Если вы позволите себя схватить, я в вашем деле больше не участвую.

У Натана раскалывалась голова от бессильной ярости. Он знал, все время знал - но никак не мог полностью поверить. Но он знал, что это возможно. Он чувствовал, что не в силах вынести вины, и не может свалить ее целиком на Дженотека. Натан отвернулся и зашагал прочь. Он больше не мог стерпеть ни одного слова - ни Дженотека, ни своего собственного.

В темноте он нашел единственно возможное решение. Он либо спасет Пола Хаузмена, либо умрет вместе с ним.

11

Он умрет вместе с Полом Хаузменом. Лежа на тюремной койке, Натан Кори перебирал в уме события последних безумных часов, которые привели его сюда. Статус делегата позволил ему добраться до регистрационного бюро внутри тюрьмы. Там он разыграл блеф, уверив кобов, что у него есть разрешение главнокомандующего Кеша повидаться с предателем, Полом Хаузменом, и что охрана на входе уже проверила это разрешение.

И обнаружил, что Пол Хаузмен вовсе не хочет, чтобы его спасли. Одна фраза Хаузмена до сих пор звучала у Натана в ушах.

- Я знаю, что из себя представляет Дженотек, Натан. Я сразу понял, что он выберет меня. - Пол Хаузмен пожал плечами. - Я не могу сказать, хорош ли этот выбор, и сработает ли его план. Но я провел всю свою жизнь, рискуя и надеясь. И на этот раз я должен рискнуть. Как я могу предоставить это другому?

Пока Натан спорил с Полом и умолял его, рассказывая ему план побега, раздались шаги кобов, и в камере появился главнокомандующий Кеш. Он раскачивался при ходьбе еще больше обычного, и на лице у него была гнусная гримаса.

- Очень смело и очень хитро задумано, мистер Кори, - злорадно произнес он. - Но недостаточно хитро! Мои люди в распределительном бюро догадались в конце концов связаться со мной. Больше никто не повторит их ошибки!

Лицо чужака с зелеными глазами было так близко, что Натану захотелось броситься вперед и вцепиться в оранжевую плоть главнокомандующего. Но он сдержал порыв.

- Итак, - продолжал Кеш, - теперь у меня в клетке сразу две птички. Две птички, которые расскажут мне правду, и - через меня - убедят всю галактику, что все это дело с вирусом - ложь!

- Хотя вы знаете, что это не ложь, - проворчал в ответ Пол. - Вы своими глазами видели умерших от болезни людей.

- Землян - да, - улыбнулся Кеш. - Но вы утверждаете, что способны уничтожить нас! Мы знаем, что это глупость! На самом деле у вас нет вируса. Я слишком внимательно следил за вами, чтобы меня можно было обмануть в этом вопросе. Советник просто использовал это как новый шаг в своей борьбе за власть.

Натан не верил своим ушам. Кеш, и, возможно, вообще все кобы, даже не рассматривали такой вариант, что угроза может быть реальной. Они не поверили в существование вируса. Натан задумался, насколько это вызвано желанием кобов принять желаемое за действительное, а насколько чрезмерной уверенностью в себе. Как бы то ни было, они не поверили, и они не станут разыскивать лабораторию. С другой стороны, это означало, что они не побоятся принять жестокие меры к мятежникам.

- У Дженотека ничего не выйдет! - злорадно ухмыльнулся Кеш. - Люди Земли не представляют собой единого фронта, в который вы заставили поверить совет. Единственное, что их связывало - это Пол Хаузмен. Когда они узнают, что Хаузмен - мятежник, что он столько лет обманывал их и использовал, как платформу, они будут разбиты. Никакого союза не будет, и они пойдут за любым, кто предложит план наведения порядка. У моего правительства есть такой план. Собственно говоря, вы нам помогли. Вы убедитесь в этом, когда суматоха уляжется.

Натану хотелось выкрикнуть правду Кешу в лицо, но он опять сдержался, и был рад, что Хаузмен поступил так же. Пусть Кеш пребывает в заблуждении, что вируса не существует.

Но в одном отношении Дженотек оказался прав. Кобы не оценили Пола Хаузмена по достоинству. Они решили, что его разоблачение как мятежника разрушит даже то слабое единство среди людей, которое было.

Дженотек! Натан вспомнил его предостережение. "Если вы позволите себя схватить, я в вашем деле больше не участвую."

А он позволил себя схватить.

- Вы были очень предусмотрительны, Кеш. Ваша взяла. Теперь вы диктуете условия. Я полагаю, вы будете настаивать на том, чтобы Пол остался в тюрьме?

- Еще бы, - улыбнулся Кеш.

- И вы знаете, что я больше не представляю для вас угрозы.

- В этом я могу вас уверить. Потому что вы останетесь здесь вместе с мистером Хаузменом.

- Вы не можете так поступить! - гневно бросил Хаузмен. - Натан - наш делегат. Его особа неприкосновенна до окончания сессии.

- Только не в таких случаях! - парировал Кеш. Он подбоченился и покачивался с пятки на носок - уродливая карикатура на человека. - Я не отпущу Натана Кори во внешний мир. Он стал слишком важной шишкой. Он может нарушить общее равновесие. Он может признать правду. А народ Земли только поблагодарит меня, если я избавлюсь от Натана Кори - неважно, каким образом. Он уже сталкивался с доказательствами того, что это правда.

Они проиграли, и Натан это знал. Он не сопротивлялся, когда его вывели из камеры Хаузмена и бросили в другую. Когда закрылась дверь, Натан бросился лицом вниз на койку. Он был потрясен тем, какую неразбериху он натворил.

Натан перевернулся на спину и некоторое время разглядывал белый потолок. Потом он закрыл глаза.

Прошло несколько часов. Натан не мог бы сказать, сколько именно, но затекшее тело говорило ему, что много. Дверь лязгнула снова, отворяясь. Натан скатился с койки. Скорее всего, принесли еду, а еда его сейчас не интересовала. Он хотел бы только получить немного воды, чтобы смочить пересохшее горло.

- Натан Кори! - раздался грубый голос.

Это был главнокомандующий Кеш. Он с достоинством вошел в камеру и приказал:

- Следуйте за мной, и быстро!

Натан пересек вслед за кобом холл с цементным полом, прошел по другому коридору и оказался в маленькой комнате. Что его ждало? Допрос? Но комната выглядела вполне невинно. В ней был только голый стол и четыре стула с жесткими спинками.

- Сядьте, - скомандовал Кеш.

Коб нервничал. Натан скорее почувствовал это, чем увидел. Что-то беспокоило главнокомандующего. Его грубая кожа сморщилась в хмурой гримасе, и из глаз исчезло ехидство.

Дверь открылась. Натан повернулся, и увидел человека, которого уже никогда больше не рассчитывал увидеть. В дверях стоял Дженотек, резко контрастируя высоким ростом и благородной осанкой с приземистым Кешем. Его красивое лицо было в тени, так что Натан не мог прочесть его выражение.

- Ну что ж, Кори, - сказал Советник, - на этот раз вы действительно влипли в историю.

Кеш вдруг превратиться в воплощенную любезность.

- Советник почтил нас визитом, - обратился он к Натану. - Члены совета не часто посещают колониальные миры. Похоже, что его обеспокоила ваша участь.

Натан снова перевел взгляд на Дженотека, все еще не в силах вымолвить ни слова от изумления.

- Я пришел забрать вас отсюда, - спокойно пояснил Дженотек. - Кеш упрям, но я думаю, что мы с ним договоримся.

- А мне казалось, что тогда в лагере вы ясно обрисовали свою позицию.

- Сердцу не прикажешь, - сказал Дженотек, и внезапно обрушился на Кеша:

- Так что, главнокомандующий, вы приняли решение? Вы освободите Кори?

- Я так и не понял, почему я должен это сделать, - признал Кеш. Здесь он нам не повредит. Я должен быть последним дураком, чтобы его отпустить.

Натан вертел головой то в одну сторону, то в другую. Советник и главнокомандующий обсуждали его судьбу, не обращая на него внимания.

- Вы были бы правы, если бы этот человек был важен в деле Земли, сказал Дженотек. - Но он всего лишь марионетка. Его использовал Хаузмен со своими учеными. Теперь его использую я. Признаюсь честно, Кеш. Я могу продолжать действовать без него, но мне было бы проще, если бы он находился рядом со мной в совете.

- Вы знаете, что я не верю в этот вирус, - высокомерно произнес Кеш.

- Тогда зачем убивать Пола Хаузмена? - обрел наконец голос Натан.

- Потому что мне нужен пример для народа. Мои новые законы и правила будут посерьезнее предыдущих.

- Очень умный шаг, - уважительно склонил голову Дженотек. - Но Кори это пустое место. Кроме того, Кеш, должен вам сообщить, что история с вирусом - отнюдь не выдумка. Я ручаюсь за это, поскольку сам его видел. У вас не получится выкрутиться из данной ситуации так легко, как вы себе представляете. Избавившись от Кори, вы ничего не выиграете, а повредить вам это может. Когда доказательства существования вируса будут предъявлены, найдутся такие, кто скажет, что коблане убили Кори из страха и чтобы выместить злость.

- Вы видели вирус? - подскочил Кеш.

- Да.

Дженотек проигнорировал отчаянную жестикуляцию Натана, который пытался удержать Советника, чтобы тот не раскрывал тайну лаборатории.

- Я видел место, где его создали. Я знаю, что он существует.

- Если это так, то вся картина меняется, - признал Кеш, меряя комнату шажками коротких ног. - Я допустил серьезную оплошность. Где это место?

Дженотек только улыбнулся.

- Это секрет, друг мой, и он должен остаться таковым. Вам достаточно знать, что вирус существует. Все это - затея Хаузмена, и вы можете действовать сообразно. Натан Кори по сравнению с Полом Хаузменом невинный ягненок. Я хочу получить его в свое распоряжение не потому, что он незаменим. Он нужен мне просто в качестве декорации. Если вы не отдадите мне Кори, я сделаю так, что и вы, и ваше правительство об этом пожалеете!

- Выслушайте же и меня в конце концов! - запротестовал Натан. - Я уже сказал, что не буду спокойно смотреть, как умрет Пол. Я умру вместе с ним!

- Молчали бы лучше, - вздохнул Дженотек. - Вы и так натворили достаточно. Вынудили меня явиться туда и раскрыть перед главнокомандующим Кешем свою козырную карту. Убедить его в том, в чем я хотел, чтобы он сомневался. Пока коблане сомневались в существовании лаборатории, у нас было преимущество. Теперь мы его лишились. С этой минуты действуйте строго по моим указаниям!

Натану хотелось заорать в ответ, но он промолчал, и слушал, как они хладнокровно обсуждают его будущее. В конце концов Кеш согласился его отпустить. Однако Пол Хаузмен должен был остаться в тюрьме и встретить свою трагическую судьбу. Дженотек сделал слабую попытку отговорить Кеша от этой идеи - ровно настолько слабую, чтобы она потерпела неудачу, и настолько сильную, чтобы она укрепила Кеша в убеждении, что казнь Пола это очень умный шаг с его стороны.

Затем Дженотек опустил холеную руку на плечо Натана, и тот послушно вышел из комнаты следом за марриканином. Дженотек остановился на пороге и спросил Кеша:

- Я полагаю, теперь вы займетесь поисками ученых?

Он задал вопрос с особой интонацией, и Натан понял, что Советник сделал это для того, чтобы Кеш выдал себя. Чтобы он либо решил, что глупо будет признаться в этом, либо счел, что этого от него и ждут.

Кеш не попался на удочку.

- Я буду искать. И я найду их. Я установлю здесь новый порядок. Все виновные поплатятся. Я больше не потерплю мятежников у себя под боком. Он бросил взгляд на Натана Кори, и в его зеленых глазах сверкала чистая ненависть. - Ты пожалеешь о своих хитростях, Натан Кори. Я поддался на твои уловки и позволил тебе стать делегатом, но тебя тоже ждет расплата, когда ты больше не будешь нужен Советнику. Ты - следующий в списке.

Дженотек рассмеялся и увел Натана прочь. Натану было не смешно. Он был свободен - но выкупом за свободу послужили жизнь Хаузмена и раскрытие тайны лаборатории. Кобы, несомненно, найдут лабораторию, если примутся за поиски как следует. У них есть наркотики, при помощи которых они могут заставить Пола Хаузмена сказать, где она находится. Карл Гаррис и остальные ученые, вирус, незаконченные ракеты будут найдены, и обман раскроется. Тогда Федерация отомстит. С Дженотеком в этом случае тоже будет покончено, и это послужило Натану единственным утешением.

Он ускорил шаг. Быть может, еще есть время. Он должен срочно попасть в лабораторию.

Но сначала нужно было передать последние слова прощания. Дженотек пообещал, что проследит за тем, чтобы записку передали. Он терпеливо ждал, пока Натан напишет ее. Натан ненавидел себя за каждое слово. Слова были такими пустыми и бессмысленными. Но, может быть, Пол поймет.

12

Дженотек не беспокоился о лаборатории, поскольку считал, что вирус находится в безопасности на орбите. А Натан не мог разубедить его. Советник настоял на том, чтобы задержаться в Коблан-Сити и купить Тэсс какую-нибудь одежду, более подходящую для жизни в лагере. Прошло три с половиной часа, прежде чем они вернулись в лагерь. Натан немедленно отправился в лабораторию.

Воздушные машины кобов уже окружили место. Они начали бомбардировать холм еще до того, как Натан добрался туда. Он наблюдал с мучительным чувством, как кобы превращают лабораторию в развалины. Как им удалось найти ее?

Когда он вернулся обратно в лагерь, было уже темно. У Натана хватило сил только на то, чтобы поведать новости погруженным в тоску слушателям и упасть в кровать. От Дженотека по-прежнему нужно было скрывать истину. Он не должен был знать, что существовала всего одна колба с вирусом, и теперь ее больше нет.

Эбби разбудила Натана уже после полудня, и рассказала ему, что Пол Хаузмен был расстрелян сегодня утром, и его тело повесили на фонаре на главном перекрестке города с табличкой на шее. Кто-то снял тело, и шесть человек понесли его на плечах по улицам Коблан-Сити. Образовалось стихийное шествие. В городе прекратилась вся работа. Местное телевидение направило операторов с камерами, чтобы передать картину происходящего всему миру.

- Они любили его, Натан, - сказал Дженсен. - Им неважно, что Пол был мятежником. Люди не отвернулись от него за это. Я думаю, что теперь они на нашей стороне. Я думаю, что теперь Земля едина.

Режим кобов разваливался.

- Кобам не позволяют показаться на улицах. В них стреляют без предупреждения. Я думаю, что они готовятся к решительным мерам, ведь так не может продолжаться долго. Я бы сказал, что они доведены до крайности.

- Тогда нам нужно подготовиться к столкновению с ними. - Натан стряхнул с себя летаргию. - Они могут начать с нас.

Спустя два часа послышался шум воздушных машин кобов. При первых же звуках Натан велел всем укрыться. Командование как-то само собой перешло к нему, и Натану понравилась новая роль. Но когда машина показалась из-за деревьев, выяснилось, что она не кобланская. Машина опустилась на поляну, и Натан с изумлением увидел, как из нее выбирается Гинтель. Высокий лысый Советник был необычно собранным, подтянутым. Он мгновенно обежал поляну взглядом своих желтых глаз.

- Я прибыл увидеться с Дженотеком, - крикнул он Натану. - Мне сказали, что он здесь.

Дженотек вышел из дома. Тэсс с ленивой грацией показалась из дома вслед за ним. Дженотек улыбался, и Натан увидел в его улыбке торжество. Гинтель явился к нему - даже на дикую и нецивилизованную планету - и Дженотек держался с подчеркнутым величием. Он медленно направился к прибывшему Советнику.

- Что привело почтенного Советника с Латца в это заброшенное место? Надеюсь, хорошие новости.

- Не валяйте дурака, - предупредил Гинтель. - Вы перевернули вверх дном всю галактику, и я прибыл сюда, чтобы проследить за выполнением определенных действий.

Дженотек был до безумия официален. Он не дал Гинтелю ничего сказать и не позволил Натану задать вопросы, которые так и рвались у него с языка. Он представил Гинтеля всем обитателям лагеря, включая Эбби и комитет самоуправления лагеря. В конце концов Гинтель потерял терпение.

- Послушайте, Советник, люди моей планеты буквально затравили меня. Они напуганы до смерти. Наши наблюдатели работают днем и ночью, стараясь обнаружить ваши проклятые ракеты с вирусом. А люди требуют, чтобы я сделал что-нибудь для обеспечения их безопасности.

- Я знаю, - ответил Дженотек. - На Маррике происходит то же самое. Я улетел оттуда. И вижу, что у вас хватило мудрости поступить аналогичным образом.

- Народ - это одно, - сказал Гинтель. - Но правительство - совсем другое. От правительства не улетишь. Они требуют действий.

- Они получат больше действий, чем хотели бы, если только не встанут на мою сторону и не поддержат прошение Земли, - пригрозил Дженотек.

Гинтель совладал с негодованием и попробовал заговорить с Натаном.

- Кори, не могли бы вы заставить его взглянуть на вещи разумно? Вы тоже несете ответственность за это. Ваша маленькая бомба, разорвавшаяся в совете, расколола Федерацию. Она разваливается на части! Мы - на грани галактической войны!

Прежде чем Дженотек успел что-либо сказать, Гинтель поторопился выложить все новости. Совет раскололся на три фракции, но не на консерваторов, либералов и центр, как прежде. Теперь члены совета разделились на тех, кто верил в земной вирус и поддался страху, которым был охвачен народ их планеты; тех, кто во всем сомневался и требовал доказательств; и тех, кто остался на стороне коблан из принципа или потому, что правительство его планеты боялось за собственные колониальные миры.

- Сотни лет мы исходили из того, что дела колониальных планет - это внутренние дела правительства хозяев. - Гинтель был чуть ли не в истерике. - Теперь вся система развалилась. Земля бросила вызов старым законам. Земляне должны доказать свое обвинение! Вы должны предъявить доказательства.

Натан наконец понял суть запутанной проблемы. Если в совете не образуется стабильного большинства, разразится галактическая война. А большинства невозможно добиться, пока все сомневающиеся не поверят. Для этого необходимо было убедительное доказательство, а Натан не мог его предоставить. Его блеф обернулся громадной ложью, и больше не было выхода из ситуации.

Не получив ответа, Гинтель нетерпеливо сказал:

- Я не единственный из Советников, кого вы здесь увидите. Я слышал, что прибудут другие. Вас загнали в угол - вас обоих - и если вы намерены из него выбраться, вам лучше начать действовать!

- Успокойтесь, - сказал Дженотек. - Все идет по плану. Можете облететь всю планету, Гинтель, и убедиться своими глазами, что все нами сказанное - правда. Посмотрите, как правят коблане, и убедитесь, что народ Земли противостоит им единым фронтом.

Натана Кори покоробило то, что смерть Пола Хаузмена так быстро стала козырем в политической игре. Однако именно в этом они сейчас нуждались, и на что надеялся сам Пол. Земля объединилась против завоевателей.

- К какой из сторон принадлежите вы, Советник? - спросил Натан Гинтеля. - Вы нам верите?

- Я нахожусь как раз посредине, где и всегда. И я не знаю, на какую сторону встать. Мой народ и мое правительство...

Голос Гинтеля упал до шепота. Советник был в тихом отчаянии. Но потом он вернулся к своему обычному настроению.

- Я вас хорошо знаю, Дженотек. Вы бы не стали рисковать своей драгоценной шкурой задаром. Я почти готов вам поверить. Однако наш центральный блок тоже утратил единство. Вы не можете рассчитывать на прежние голоса. А консерваторы Сьюзмена неистовствуют. Если голосование проводить сейчас, то результаты будут в пользу коблан, и Сьюзмен кричит, что это будет означать смерть миллионов невинных людей.

- А что говорят обо мне? - спросил Дженотек.

- Средства массовой информации провозгласили вас спасителем галактики. Все правительства готовы стать для вас легкой добычей.

- Значит, мне остается только сослаться на их собственные слова. Будьте терпеливы, Гинтель. Я вас не подведу.

Натан Кори горько рассмеялся про себя. Он был единственным из этого множества людей, кто знал, как ситуация обстоит на самом деле. И он не мог ни с кем поделиться. Ему оставалось только сидеть и слушать, как Советники играли словами и судьбами миров. Но даже в самом худшем случае Землю запомнят, как ту самую маленькую планету, которая взорвала всю галактику.

Натан покинул Гинтеля и Дженотека, когда в лагере появилась еще одна воздушная машина. Из нее вылез низкорослый толстый Советник, которого Натан смутно помнил по сессии. Пусть Дженотек разговаривает с ними обоими, это он умеет. У Натана были другие насущные дела. После уничтожения лаборатории округа так и кишела кобскими патрулями. В лесу приземистые фигуры кобов встречались буквально на каждом шагу. Они шныряли чуть ли не в самом лагере.

Натан сомневался, чтобы это что-то значило, однако он все-таки расставил дополнительную охрану и придал каждому отряду охраны быстрых гонцов. Больше нельзя было ожидать от кобов предсказуемого поведения. Кеш был решительно настроен обелить свое имя, а его правительство не менее решительно собиралось отстоять свои права на то, чтобы дело Земли считалось внутренним кобским делом.

До конца дня в лагерь прибыли еще четыре воздушных машины. Обитатели лагеря тихо жались в сторонке, наблюдая, как самые важные персоны галактики расхаживают среди их незатейливых хижин. Натан остался с ними. Он их понимал. Советники были для людей чужими, и многие даже выглядели не как люди. И эти чужаки позволили растоптать Землю.

Тэсс помогала Эбби приготовить похлебку в большом лагерном котле, но взгляд ее раскосых глаз поминутно обращался к Дженотеку. Советник переживал момент триумфа. Он был в центре внимания, он вещал - а все почтительно внимали. Дженотек чувствовал себя как рыба в воде.

- В чем дело, Тэсс? - спросил Натан, пробуя отвар. - Ты выглядишь встревоженной.

Тэсс вздрогнула и быстро посмотрела на Натана, но тут же перевела взгляд на котел.

- В общем-то ничего особенного. Я просто не совсем понимаю, что Дженотек затеял на этот раз. Я чувствую, что вокруг нас смыкается что-то ужасное, и боюсь, как бы он не зашел слишком далеко. - Она сердито встряхнула головой, отгоняя сомнения. - Он всегда знает, что делает. Даже ты восхищаешься им, не правда ли, делегат Натан Кори? Несмотря на твою ненависть к нему.

Натан хотел было возразить, но передумал и улыбнулся.

- Значит, ты тоже научилась заглядывать прямиком в души людей.

Эбби перестала помешивать похлебку. Ложка в ее руке замерла на полдороги. Она сказала, не заметив, что разговор окончился:

- Я тоже чувствую, как что-то смыкается вокруг нас. Что-то должно произойти, Натан. Только я не знаю, что именно. Мне тревожно, Натан.

Натан вздохнул.

- Две женщины и их интуиция - это слишком много для одного мужчины. Я лучше пойду к господам Советникам. Кстати, Эбби, положи в похлебку еще соли. Бедным Советникам нужно будет чем-то поддержать свои силы после столь долгого общения с Дженотеком.

Ужин прошел без особых событий. На лес опустилась ночь. Натан сидел рядом с Эбби у костра. Разговор между Советниками постепенно превратился в болтовню о планетах и местах, где Натан не бывал, так что он счел себя вправе их оставить и немного отдохнуть.

Сквозь кроны деревьев проглядывало ночное небо с мерцающими звездами. Звезды... миры... прямо сейчас - напуганные миры. Планеты, атмосферу которых наблюдатели неустанно обшаривают в поисках ракет со смертоносным вирусом. Миры, готовые ввязаться в войну из-за одной крошечной планеты. Натану казалось, что он почти физически ощущает пульсацию вселенной дрожь неуверенности, которая овладела галактикой.

Одна за другой воздушные машины поднимались в воздух и уносились прочь, в сторону космопорта. Каждая улетающая машина словно уносила часть тяжкого груза, который лежал у Натана на душе. Машины напомнили ему стервятников, слетающихся на падаль. А смерть Пола была еще слишком недавней.

В наступившем молчании из темноты за спиной Натана послышался шепот:

- Натан! Натан Кори!

Натан медленно встал. Шепот указывал на то, что дело требует осторожности. Он прошел несколько шагов в глубь леса, всматриваясь в темноту, чтобы обнаружить того, кто его звал.

- Я здесь, - снова раздался шепот. - Справа от тебя. Это я, Карл Гаррис.

- Карл! - Натан продрался через кусты. - Ты спасся! - Он с восторгом потряс худую руку. - Я думал, что в лаборатории все погибли.

Карл весь дрожал. Его лицо в сумерках казалось бледным пятном, но даже темнота не мешала прочесть выражение дикого ужаса на нем.

- Я спасся - один из всех. - Голос его задрожал, так что трудно было разобрать слова. - Я выполз из развалин, когда кобы улетели. Просто чудо, что они меня не нашли.

- Пойдем в лагерь.

Натан протянул руку, чтобы помочь ученому.

- Нет! Я не пойду туда, где находится этот человек. Я тебя предупреждал, Натан. Я просил тебя хранить тайну, но ты не послушался. И посмотри, каков результат! Все потеряно. Все культуры вируса, которые мы выращивали долгие годы - еще пара лет, и они были бы готовы! - все пропало. Теперь у нас ничего нет. Ты все уничтожил.

Натан позволил Карлу выговориться. Он не пытался защищаться, ведь обвинения были справедливыми. Но Карл сжимал в руке небольшой черный предмет. Натану хотелось узнать, что это. Когда ученый в конце концов исчерпал список обвинений, Натан потихоньку отвел его в дом. Эбби принесла ему еду. Когда она собралась забрать у Карла загадочный предмет, чтобы дать ему миску, он отдернул руку.

- Что это, Карл? - спросил Натан, стараясь говорить по возможности спокойнее.

- Я спас его, - пробормотал Карл. - Я схватил его и берег, как зеницу ока. Я бы умер за него, если бы понадобилось. Я не мог позволить кобам завладеть им. Это - пятнадцать лет моей жизни.

Сердце Натана подпрыгнуло в груди от внезапно возродившейся надежды. Но он заставил себя успокоиться. Ученый был на грани срыва, и с ним нужно было обращаться осторожно.

- Что именно, Карл? Что ты спас?

Гаррис смотрел на него широко открытыми влажными глазами.

- Вирус, - прошептал он. - Вирус, спящий во тьме. Вирус, который убьет кобов, как они убили нас сегодня.

Он рассеянно принял миску, устроил ее на коленях и принялся есть, пользуясь только одной рукой. Натан отвел Эбби в сторону.

- Слава богу, он спас вирус. У нас еще есть шанс.

- Но мы должны забрать его у Карла. Он способен натворить с ним все, что угодно, в своем теперешнем состоянии.

- Сейчас мы не можем этого сделать. Пусть он сначала поест, затем отправится спать. Возможно, утром он будет вести себя разумнее. Он должен будет обратиться к разуму, Эбби. В руках у Карла - ключ к нашему спасению, и он один может сказать нам, как им воспользоваться.

13

Утром, после того, как он хорошо выспался, Гаррис действительно заговорил гораздо разумнее. Он рассказал Натану, как обращаться с вирусом. Это было безопасно, пока вирус находился в зачерненной колбе. Перемены температуры на него не действовали. Единственным способом пробудить вирус к жизни было воздействие на него света. Гаррис питал безумную надежду отправить вирус к родной планете кобов, ослабив пробку в колбе ровно настолько, чтобы при падении ракеты колба разбилась и высвободила смертоносный вирус. Но у него не было ракеты. Результаты слабых попыток ее сконструировать лежали под развалинами лаборатории. Натан вздохнул с облегчением, узнав об этом.

После долгого спора Натан убедил Гарриса спрятать колбу в подвале, в том месте, где они прятались пятнадцать лет назад. Решающим аргументом послужила угроза, что если Дженотек узнает о ее существовании, результаты будут скверными. Гаррис неохотно послушался.

Лагерь снова опустел. Даже Дженотек заговорил о том, что собирается улетать. Он был готов вернуться на Маррик и дать интервью, чтобы укрепить свою позицию перед созывом специальной сессии. Натану хотелось, чтобы Дженотек поскорее улетел. Доклады о поведении кобов звучали все более угрожающе. Патрули попадались все чаще и все ближе к лагерю.

В полдень Натан получил через гонцов известие, что кобские патрули приближаются с двух сторон, с востока и с запада. И движутся быстро.

- Как вы думаете, они ведь не сюда идут? - Дженотек тотчас утратил обычную уверенность. - Они не посмеют! Им известно, что я здесь.

- Да. А я предпочел бы, чтобы вас здесь не было, - парировал Натан. Я думаю, что они идут именно сюда. Кеш дошел до крайности. Его план с казнью Пола обернулся против него самого, Советники прилетают и улетают. Скорее всего, он чувствует, что его карьера разваливается на глазах. Он хочет любой ценой не дать нам представить совету доказательства. Готов поспорить, что он решил уничтожить нас.

- Я не думал, что смогу так быстро поднять такой громкий шум. Что нам теперь делать?

Дженотек был в растерянности.

- Вы спрашиваете у меня совета?

- Я не привык к физическому насилию. Я - цивилизованный человек, и никогда не сталкивался с людьми, которые стреляют друг в друга. Если у вас есть идеи, говорите!

- Мы будем ждать, - уверенно ответил Натан. - Возможно, все еще обойдется. Но если они действительно идут сюда, мы покинем лагерь. Нам не удастся удержать его в сражении с кобланами. Мы спокойно доберемся до Коблан-Сити. Надеюсь, что там найдутся люди, которые укроют нас - теперь, когда смерть Пола сделала их нашими союзниками. Что касается вас с Тэсс, то вам следует улететь немедленно.

Из леса выбежал еще один гонец, тяжело хватая ртом воздух. Кобы не изменили направления. Через десять минут они подойдут к лагерю на дистанцию действия распылителей.

Тэсс вцепилась в рукав Дженотека. Ее лицо осунулось, а раскосые глаза были полны страха. Натан оставил их самостоятельно решать свою судьбу, и побежал от хижины к хижине, собирая небольшой отряд защитников и приказывая всем остальным покинуть лагерь и направляться в город. Обычно спокойная поляна превратилась в круговорот мечущихся людей. Обитатели лагеря наспех собирали пожитки и исчезали в лесу, двигаясь на юг. Натан надеялся, что с юга не придет еще один отряд кобов, и беглецы не окажутся в ловушке.

Ветер принес шум моторов наземных машин, пробивающихся через кустарник. У Натана кровь быстрее заструилась по жилам. Его тело вспомнило навыки боя, привычные после стольких рейдов. Натан промчался через дом, собирая бумаги, чтобы бросить их в печку, где Эбби уже развела жаркий огонь. Он послал отобранных ранее бойцов, чтобы они задержали кобов. Затем обошел все хижины, чтобы удостовериться, что в лагере никого не осталось.

В лесу раздался треск винтовочных выстрелов. Ему ответило шипение распылителей. Натан помогал Эбби собрать одежду и кое-какие ее личные вещи, как вдруг сзади послышался глубокий, звучный голос Дженотека.

- Вы не улетели? - вскричал Натан. - Я не хочу быть виноватым еще и в смерти Советника!

- Мы должны договориться, как будем действовать дальше. - Дженотек был испуган, он тяжело дышал. - Я должен иметь возможность вас найти, когда вы мне понадобитесь.

- Вы правы. - Натан торопливо думал. - Давайте так: перед церковью в Коблан-Сити, куда отнесли Пола. В полдень. Это будет наше место встречи.

- Но как вы узнаете моего человека? - Дженотек все не уходил.

Снова прозвучали выстрелы, отдаваясь эхом среди деревьев. Натан вытолкал Дженотека из дома и побежал вместе с ним к воздушной машине. На бегу Натан бросил первое, что пришло ему в голову:

- Пусть у него будет поднят воротничок. Сейчас лето, так что я его ни с кем не спутаю. Если вокруг будут кобы, и я не смогу с ним встретиться, то я зайду в церковь. Пусть он тогда оставит меня в покое.

- Хорошо. Постарайтесь выбраться отсюда невредимым, Натан Кори. Вы мне нужны.

Натан остановился у воздушной машины и помог Дженотеку взобраться наверх.

- Я рад, что вы это наконец признали, - сказал он, пока Дженотек устраивался внутри. - Теперь отправляйтесь!

Натан не стал ждать, пока машина улетит, а бегом бросился обратно в дом. За спиной у него раздался шум взлетающей машины, и Натан почувствовал облегчение. Но колба с вирусом все еще находилась в подвале, и Эбби ждала Натана.

Натан промчался через комнаты и спустился в подвал, прыгая через три ступеньки. Однако Гаррис опередил его. Он метался по подвалу, лихорадочно разыскивая колбу. Но Натан мудро перепрятал ее в другое место. Он оттолкнул Гарриса с дороги.

- Беги, безумец! Я позабочусь о вирусе, обещаю тебе!

Но Гаррис не уходил. Натан схватил колбу, увернулся от бессильных шарящих рук ученого и рванулся вверх по ступенькам. Он схватил за руку Эбби, и они побежали через поляну. Выстрелы раздавались ближе, но все еще с двух сторон. Натан взял винтовку в руки, тщательно прицелился и выстрелил в лагерный колокол три раза подряд. Это был сигнал всем прекращать огонь и спасаться бегством. Натан увлек Эбби в кустарник, в направлении дороги и контрольного пункта.

Выстрелы из винтовок после трехкратного удара колокола прекратились, но шипение распылителей и крики кобов продолжали создавать оглушительный шум. Люди бежали быстро, обегая кусты и кучи бурелома. Эбби держалась молодцом, а вот Гаррис скоро отстал. Последние испытания совершенно лишили его сил. Натан испытал мучительный момент нерешительности: ждать ученого, или нет. И решил не ждать. В кармане у него лежала тяжелая колба, и ее судьба была важнее судьбы ее создателя.

Натан и Эбби выбрались к дороге. Натан украдкой выглянул из кустов, пытаясь разглядеть, не едет ли что-нибудь. Дорога была пуста. Он осторожно вышел из леса и осмотрелся внимательнее. Результат был тот же. Натан снова взял Эбби за руку, и они пробежали расстояние до контрольного пункта. Там, где их могли бы уже заметить кобы, люди нырнули в лес и затаились. Около контрольного пункта была припаркована машина.

Натан быстро принял решение. Он вынул из чемодана захваченный с собой распылитель. Велев Эбби оставаться на месте, Натан обошел контрольный пункт кругом, чтобы зайти кобам в тыл. Охранники нервно пялились на дорогу прямо перед собой. Они ожидали появления беглецов-мятежников только со стороны лагеря, но никак не с обратной. Такой подход нельзя было назвать исчерпывающим, подумал Натан, скользя между деревьями. Но главнокомандующий Кеш, судя по всему, и не хотел уничтожать всех повстанцев. Он намеревался лишь разогнать их.

Когда Натан, по его расчетам, находился как раз позади контрольного пункта, он свернул к дороге. Спины кобов оказались как раз перед его распылителем.

Натан выпрыгнул на дорогу с диким воплем, и в тот же миг нажал на спуск. Кобы только и успели, что обернуться. В следующий миг их настигла вспышка, и оба стражника одновременно рухнули в пыль лицами вниз. Они не шевелились.

- Эбби! - крикнул Натан.

Когда она показалась из леса, с трудом волоча оба чемодана, Натан уже подбежал к машине и запустил мотор. Он забрал у Эбби чемоданы и швырнул их внутрь. Потом без особых церемоний забросил Эбби следом за чемоданами.

Натан вывел машину на дорогу и на максимальной скорости направил в сторону города, так что даже завизжали тормоза на повороте. Миля за милей оставались позади, но никто не преследовал беглецов. Они были одни на дороге. Натан свернул на боковую дорогу, чтобы въехать в Коблан-Сити с противоположной стороны, подальше от кобланской штаб-квартиры и множества охраняемых ворот, ведущих к ней. Впереди расстилалась фермерская земля: поля заколосившейся пшеницы; коровы, мирно жующие жвачку. Эбби рассматривала пейзаж с живым интересом, и Натан только сейчас сообразил, что она впервые за пятнадцать лет оказалась за пределами лагеря.

Он наполовину сбросил скорость, и удвоил бдительность на подъезде к городу, внимательно высматривая кобов. Если его увидят в кобской машине, он снова окажется в тюрьме у Кеша. Однако еще рано было бросать машину, нужно было подъехать поближе к городу.

В двух кварталах от городской черты Натан съехал с дороги и припарковал машину за большим щитом с кобской пропагандой.

- Отсюда мы пойдем пешком, - сказал он Эбби. - Мы будем выглядеть чертовски подозрительно, но другого выхода нет. Не каждый встречный коб будет непременно разыскивать нас, так что не паникуй.

Эбби ответила ему твердым взглядом. Натан знал, что может на нее положиться. Они двинулись вперед. Им казалось, что чемоданы у них в руках кричат о том, кто они такие, громче неоновых реклам. Натан и Эбби сдерживали шаг и шли неторопливо, считая про себя ритм шагов. К счастью, кобы смягчили новый порядок, и людям снова было разрешено появляться на улицах. По мере приближения к центру города движение становилось оживленнее. Мимо них проходили кобы, но в их зеленых глазах отражалось только мимолетное любопытство. Если они и ожидали появления повстанцев в городе, то не так скоро после нападения на лагерь.

- Куда мы идем? - в конце концов спросила Эбби безжизненным голосом. Она боялась, что не получит ответа.

- Я знаю только одно подходящее место. Если она не примет нас, мы пропали.

- Значит, она нас примет, - Эбби не дала себя запугать. - Где это?

- Городской дом Пола. Там живет его сестра. Я надеюсь, что она не испытывает к нам настолько сильной ненависти, чтобы отказать нам в убежище.

На эту реплику Эбби не ответила.

Они свернули направо на углу Элм-стрит и двинулись дальше вдоль ряда больших запущенных домов, которые стояли здесь уже много лет. Когда-то это были престижные особняки, но теперь они медленно разрушались, сохраняя лишь тень былого достоинства. Когда Натан и Эбби нашли дом с табличкой "Хаузмен", он оказался в лучшем состоянии, чем другие. Пол, в качестве лидера человеческого стада, имел разрешение кобов на поддержание дома в порядке. Веранда была большая и чисто подметенная. На нее бросали тень два больших вяза. Натан нажал на кнопку старого звонка и отошел в сторону.

Хрупкая седая женщина лишь чуть-чуть приоткрыла дверь, но Натан и через узенькую щель разглядел сходство. Это была сестра Пола Хаузмена.

- Кто вы? - спросила она. Платье на ней было черное.

- Я - Натан Кори, - просто сказал он. - Я был другом Пола.

- Входите. Пол так часто говорил о вас...

Ее голос прервался.

Натан пропустил вперед Эбби. Они пересекли прихожую и оказались в гостиной. Комната была по-старомодному великолепна. Мебель с жесткими спинками, все чопорно-опрятное.

- Похороны завтра, - сказала женщина. - Тело Пола сейчас находится в похоронном зале. Вы можете пойти туда в любое время.

- Мы вторглись к вам непрошеными, мисс Хаузмен, и мы это знаем. Эбби первая нашла нужные слова. - Но мы оказались в безвыходном положении. - Она кратко объяснила, что произошло, и как они попали в город. - Если вы согласитесь спрятать нас...

Сестра Пола была потрясена. Натану даже показалось, что у нее отнялся дар речи. Но в конце концов она произнесла:

- Конечно, вы можете остаться здесь, Натан и Эбби. Пол всегда думал о вас, как о собственных детях.

Возможно, место, которое Натан выбрал, чтобы укрыться, было слишком очевидным. Но он не знал другого. Натан надеялся, что остальным обитателям лагеря так же повезло, как им с Эбби. Они расположились на третьем этаже дома. Когда приходили люди, чтобы высказать соболезнование сестре Пола, Натан и Эбби старались вести себя как можно тише. Ночью дом погрузился в тишину, если не считать потрескивания и скрипа старых стен и половиц. Мисс Хаузмен отправилась в похоронный зал, чтобы провести там всю ночь.

Когда она ушла, Натан и Эбби тихонько спустились вниз, задернули занавеси и включили телевизор, чтобы посмотреть новости. Натан задумался над тем, что приход кобов положил конец прогрессу. Пятнадцать лет назад все были уверены, что скоро телевидение станет цветным - а, возможно, и объемным. Все это было потеряно. Кобы не позволили человечеству развиваться. Все замерло на том же уровне, что и пятнадцать лет назад.

Смерть Пола была основным событием. По всему миру проходили демонстрации в его память. Известие о нападении кобов на лагеря повстанцев вызвало множество бунтов протеста. Два дня назад это было бы невозможным. Натан подавленно признался самому себе, что Дженотек в конце концов оказался прав.

Галактические новости были мрачными и угрожающими. От планеты к планете перебрасывались заявления, полные угроз. Федерация с трудом балансировала на последней грани, за которой были только всеобщая неразбериха и война. Созыва специальной сессии нужно было ждать вот-вот.

Ночь беглецы спокойно проспали. Около полудня, выслушав от Эбби множество призывов быть осторожным, Натан вышел в город. Пока это было возможно, он шел дворами и переулками. Затем ему пришлось выйти на оживленные улицы. Натан надвинул шляпу на глаза и отворачивался от прохожих, делая вид, что разглядывает витрины. Может быть, человеческое стадо сейчас и настроено дружелюбно, но все равно лучше, чтобы его никто не узнал. На Натана то и дело налетали прохожие. В толпе встречалось немало кобов, но никто не обратил на него внимания. Натан был рад, что выбрал полдень в качестве времени встречи. В учреждениях как раз был перерыв, и тротуары кишели прохожими, так что он мог затеряться в толпе.

Натан долго прохаживался перед церковью, затем пересек улицу и осмотрелся с новой позиции. Но к нему никто не подошел, и Натан не увидел никого, кто этим жарким днем шагал бы по улице с поднятым воротником. Когда часы пробили час дня, Натан вернулся на Элм-стрит. Еще несколько часов они могли не подвергать себя риску.

На следующий день, пробираясь к церкви, Натан заметил в толпе знакомые лица. Повстанцы понемногу проникали в Коблан-Сити. Натан засунул руки поглубже в карманы, чтобы не забыться и не помахать кому-нибудь в потоке прохожих.

Он появился рядом с церковью как раз, когда часы на башне пробили двенадцать. Натан быстро пробежал взглядом по толпе. От нее отделился один человек и взошел по ступенькам церкви, задержавшись, чтобы зажечь сигарету. На нем была синяя спортивная рубашка с поднятым воротником.

Натан пересек улицу, на всякий случай прячась за прохожими от кобов. Но несколько оказавшихся поблизости кобов явно шли по своим делам, не обращая внимания на окружающих. Человек на ступеньках теперь рассматривал то место, где, по словам Дженсена, тело Пола было выставлено для торжественного прощания. Натан подошел к незнакомцу, остановился рядом и произнес нейтральным тоном, чтобы слова его не показались подозрительными случайному прохожему:

- Вот, значит, где он лежал. Нужно бы повесить какую-нибудь табличку.

Незнакомец обернулся, и Натан с изумлением обнаружил, что перед ним марриканин. Просторная одежда замаскировала его высокую стройную фигуру, так что посланец Дженотека выглядел обычным человеком в толпе землян, среди которых встречались люди любого роста и комплекции.

- Советник надеялся, что вам удастся выйти на связь, - прошептал он. - Сессия созывается через четыре дня.

- Коблане ни за что не дадут мне корабль, - едва слышно произнес Натан, продолжая хранить выражение лица праздного зеваки. - Я не знаю точно, объявил ли Кеш розыск меня. Но рисковать бессмысленно.

- Советник в курсе. У него есть сведения, что коблане действительно разыскивают вас. Кеш хочет заполучить вас - чтобы лишить возможности участвовать в событиях и чтобы добиться от вас информации.

- Есть ли у Дженотека план?

- Вы не можете выбраться из Коблан-Сити, - сказал марриканин. Значит, мы сами прибудем к вам. Назовите мне ваше местонахождение, и завтра ночью, после наступления комендантского часа, за вами прилетит воздушная машина. Как только вы окажетесь на ее борту, вы будете под официальной защитой марриканского правительства. Коблане не посмеют напасть на нашу машину.

- Но я сейчас живу здесь, в городе, - мягко возразил Натан. Воздушную машину заметят.

- Мы примем предосторожности. Воспользуемся кобланской воздушной машиной. Могут быть неприятности, но придется рискнуть.

Обдумывая план, Натан отошел от собеседника, чтобы никакой сторонний наблюдатель не заподозрил, что они разговаривают. Вернувшись, он сказал:

- Нет, лучше сделать по-другому. Я отправлюсь в парк на пересечении Мэпл-стрит и Гранд, и встречу вашу машину там. Скажем, в полночь.

- Но это увеличивает риск, - заспорил марриканин.

- Не думаю. Кроме того, риска в любом случае не избежать. Если вы прилетите за мной туда, где я скрываюсь, мы подвергнем опасности хозяйку дома и выдадим кобам лучший тайник города. В парке будет лучше.

- Я должен получить инструкции. Встретимся с вами здесь, сегодня вечером перед комендантским часом.

Натан торопился прервать разговор. Полуденный поток прохожих заметно редел.

- Тогда до вечера.

Он сбежал по ступенькам, торопясь оказаться на более безопасных улицах.

Натан не видел особого риска в том, чтобы добраться до марриканской машины, если он сможет действовать по-своему. Нужно было просто пробраться четыре квартала по дворам заброшенных особняков, а затем уворачиваться от кобских патрулей на улицах. В парке было сколько угодно укромных мест. Натан привык использовать кусты и деревья как укрытие. Это не должно было доставить больших неприятностей.

Камнем преткновения было доказательство, о котором упоминал Дженотек. Доказательства не было. Только одна-единственная колба была реальной, но Натан никогда не признается в этом совету. А чем можно доказать, что кобы воспользовались вирусом, чтобы захватить Землю? Они не хранили свидетельств тому в своих архивах - а если бы и хранили, Натану до них не добраться.

Натан шел по аллее старых деревьев. Он шагал спокойно, но мысль его неслась гигантскими скачками. Ему казалось, что существует нечто, о чем он должен помнить. Какой-то призрак из прошлого, который маячил перед ним на грани видимости, но ускользал, когда Натан пытался его рассмотреть. Он был связан в памяти Натана со смертью и почему-то с кинофильмами. Когда он думал о них, тотчас всплывала смутная тень.

Вернувшись к Эбби, Натан заставил ее вспоминать, что было пятнадцать лет назад. Может, Эбби вспомнит то, что от него ускользает? Эбби долго и напряженно думала, затем ее лицо просветлело.

- Должно быть, ты говоришь о тех фильмах, которые были у Пола и ученых! Помнишь, они один раз показывали их в лагере, но все так расстроились, что больше о фильмах и речи не заходило.

- Фильмы! Да! - вскричал Натан. - Фильмы, где засняты люди, падающие мертвыми на улицах, и люди с первыми симптомами болезни, и кобы, которые тащат трупы в костер. Фильмы со всего мира! Это доказательство, Эбби. Это именно то, что нам нужно.

- Но где они? - неуверенно спросила Эбби. - Прошло столько лет.

- Я сам отнес их в лабораторию. Мы с Ником Талмером. Их поместили в самом нижнем ярусе складских помещений.

- Значит, они попали в руки кобам. Они обыскивали развалины.

- Может, и не попали. - Натан почувствовал прилив нового энтузиазма. - Коробки были небольших размеров, помнишь? Всего лишь любительские фильмы на восьмимиллиметровой пленке. Кобы вполне могли их не заметить, и они до сих пор лежат в лаборатории!

Натан на миг задумался.

- И, мне кажется, нам помогут их найти.

14

Марриканин, когда Натан встретился с ним вечером, был явно не в духе.

- Советник говорит, что вы можете заупрямиться, так что пусть будет по-вашему. Он ожидает неприятностей на этой сессии, и хочет, чтобы вы были готовы оказать ему поддержку и предоставить доказательства.

- Прекрасно, - сказал Натан. - Тогда вы должны помочь мне вернуться в лагерь завтра утром, потому что я должен разыскать еще одно существенное доказательство. Вам придется позаботиться о безопасной доставке меня туда и обратно.

Марриканин был далеко не обрадован. Но Натан Кори напомнил ему, что Дженотек дал недвусмысленные указания. Таким образом Натан оказался тайным пассажиром марриканской воздушной машины, которая пользовалась дипломатической неприкосновенностью. Они без затруднений добрались до леса и приземлились на том месте, где раньше располагался лагерь повстанцев.

- Дайте мне двенадцать часов, - сказал Натан, - и затем возвращайтесь. Это заметет следы. И знаете что? Молитесь, чтобы я нашел то, что хочу найти!

Он сошел по лесенке на землю. Воздушная машина тотчас взлетела, и вскоре скрылась за деревьями.

Бывший лагерь повстанцев был жалкой тенью самого себя. Хижины под деревьями никуда не делись, но исчезла кипучая суета, которая придавала жизнь этому месту. Не слышно было шума голосов, не видно мелькающих фигур. Среди хижин шмыгали белки, растаскивая брошенную провизию. Белки гордо подергивали хвостами, уверенные, что теперь они здесь хозяева.

Вид лагеря вызвал в памяти Натана яркий образ Пола Хаузмена. Лагерь был творением Пола, это он задумал его, построил, и в конце концов умер за него. Натан быстро нырнул в лес и легкой трусцой побежал к лаборатории. Борьба Пола все еще была не окончена. И время поджимало, нельзя было тратить его попусту.

Мимо мелькали деревья и кусты, знакомые и дружелюбные в своем молчании. Вот чистые линии божественного творения, подумал Натан, а не те уродливые формы, которые создает человек. Вскоре перед ним открылась поляна, где была лаборатория, и ощущение безмятежности пейзажа исчезло. Место было в точности таким, каким он видел его в последний раз: ужасная свалка из камней и грязи. Обломки ракет были убраны. Кобы унесли также то, что осталось от оборудования лаборатории. Но балки, которые поддерживали подземные помещения, торчали наружу, поломанные и искореженные. И видно было, что холм весь изрыт. Вокруг валялась одежда - все, что осталось от работавших в лаборатории ученых, не считая Гарриса. Натан на мгновение задумался, что стало с Гаррисом.

Натан притаился и осмотрел поляну, чтобы удостовериться, что кобы не оставили здесь охрану. Но место было столь же пустынным, как пятнадцать лет назад, когда здесь еще не было лаборатории. Они могли бы прилететь на воздушной машине прямо сюда.

Натан вышел на истоптанную землю и взобрался по склону холма к бывшему входу в лабораторию. Лаз был наполовину завален упавшими балками, но пролезть было можно. Найдет ли он лучший путь внутрь? И не обвалятся ли поврежденные крепления? Нужно было рискнуть. Натан вынул фонарик, который ему дал марриканин, включил его, и протиснулся в отверстие.

По мере удаления от входа становилось все темнее, пока тьма не стала кромешной. Фонарик освещал только то, что было прямо перед Натаном. За спиной у него сгустились тени, и Натан с трудом подавлял желание обернуться на каждом шагу. Стиснув зубы, он пробирался к лестнице, ведущей на нижние уровни.

Лестница исчезла, но шахта осталась. Натан лег на пол и посветил фонариком. Ему повезло. На следующий этаж можно было спуститься. Бомбы уничтожили большую часть помещений лаборатории, но лестничные холлы остались почти неповрежденными. Основные разрушения произошли дальше в глубь холма. Если Натан помнил правильно, и если никто не перенес пленки в другое место, они должны лежать в ближайшем ко входу складе. Правда, эту комнату кобам тоже было легче всего обыскать.

Натан выбрался обратно на свежий воздух, извиваясь как червяк в узком проходе. Ему нужно было какое-нибудь снаряжение. Он пошарил в кучах мусора, разбрасывая камни и землю, и нашел кирку и лопату. Лопата, правда, была поломанной, но еще пригодной. Затем он потратил полчаса на то, чтобы найти веревку, и наконец обнаружил веревку нужной длины под кучей песка.

Натан забрал снаряжение и вернулся к проему шахты. Он вонзил кирку острием в землю и проверил, крепко ли она держится. Затем привязал к ней веревку и начал спускаться в шахту. Натан медленно скользил вниз по веревке. Фонарик раскачивался и бросал причудливые тени на земляные стены. Натан приземлился прямо на лопату, которую он сбросил в шахту раньше.

"Вот сюда", - подумал он, и пополз по тоннелю, который раньше был холлом. Это был второй этаж. Ему нужно было спуститься еще на один. Ох, и жутко было здесь, под землей, когда темнота обступала со всех сторон, и лишь фонарик высвечивал небольшой участок впереди. Это был совсем другой мир - мир для червей - и он встречал пришельца враждебной чернотой. Натан чувствовал себя предельно одиноким существом, живущим в крошечном пятнышке света посреди чуждого мира, и ему приходилось сознательно бороться со страхом.

Следующая лестница разрушилась, оставив после себя груду деревянных обломков. Она была короче и уже предыдущей, а у Натана больше не было ни веревки, ни времени на ее поиски. Оставалось только рискнуть спуститься так. Натан стал спускаться, проверяя ногой каждый обломок дерева, прежде чем перенести на него свой вес. Так, шаг за шагом, он нащупывал безопасный путь. Когда Натан снова оказался на земляном полу, он весь вспотел и тяжело дышал от напряжения. Он подождал, пока не уляжется нервная дрожь и не восстановится дыхание, затем направился туда, где должна была располагаться нужная ему комната.

Через пятьдесят ярдов ему встретилась огромная куча песчаной земли, которая загораживала проход. Натан даже не был вполне уверен, что дверь в склад находится за ней. Но он упрямо установил фонарик так, чтобы тот давал наилучшее освещение, и взялся за поломанную лопату. Земля поддавалась легко. Натан разбрасывал ее в стороны, оставляя посредине проход. Это была долгая и грязная работа. Воздух в небольшом и замкнутом пространстве был спертым, затхлым. Были моменты, когда Натану хотелось только одного: выбраться отсюда наружу. Но он продолжал работать лопатой, отбрасывая землю.

Натан шел на определенный риск, раскапывая эту кучу земли. Верхний этаж мог провалиться в этом месте. Но у него не было времени тщательно обследовать все вокруг. Из отпущенных ему двенадцати часов три уже прошли. Однако то, что проход был завален, обнадеживало. Если кобы не докапывались до склада, есть слабая надежда на то, что пленки все еще там.

Прошло еще два часа, и Натан добрался до цели. Над песчаной кучей появился верхний край дверной рамы, и Натан быстрее заработал лопатой. Это была дверь, ведущая в нужный ему склад. Теперь Натан начал подкапываться сбоку. Но чем ближе он подбирался к двери, тем дальше ему приходилось ходить, чтобы выбросить землю. В горле у Натана першило от песка, когда ему наконец удалось распахнуть заветную дверь. На него обрушился водопад песка, но Натан вошел внутрь.

Он осветил комнату фонариком. Склад превратился в руины. Здесь не было ни одного целого предмета мебели. Под ногами у Натана хрустело битое стекло, а резкий запах химикалий обжег ему ноздри. Натан приступил к поискам, стараясь вести их методично. Он осматривал перевернутые стеллажи по очереди, один за другим. Натан нашел неожиданный приз в виде спрятанной кем-то бутылки вина, и выпил ее, не сходя с места. Он впервые в жизни осознал, какое это блаженство, когда в пересохшее горло струится дивная жидкость.

А времени оставалось все меньше. Натан должен был оставить себе больше часа на возвращение в лагерь, поскольку сил бежать всю обратную дорогу у него уже не было. Он стал отбрасывать в сторону найденные предметы уже без прежней осторожности: бутыли и колбы, папки и просто стопки бумаг. Но комната была большая, и представляла собой такую невообразимую свалку, что случайно наткнуться на то, что он искал, было почти невозможно. Луч фонарика выхватывал лишь небольшие участки, так что Натан не мог толком выбрать, где искать.

От его действий в воздух поднялась пыль, и дышать стало еще труднее. Вонь химикалий стала нестерпимой. Часы, проведенные во тьме, казались Натану вечностью. Затем вдруг его рука наткнулась на большой ящик. Натан вытащил его из-под какой-то другой коробки и держал в руках, чувствуя, что держит знакомый предмет. Теперь ящик был легким, но Натан помнил, каким он казался тяжелым, когда держащие его руки были меньше и слабее.

Он сорвал крышку и принялся копаться в содержимом. И наконец Натан нашел то, за чем пришел сюда. Это была связка плоских коробок. Надписи на них, сделанные крупным почерком Пола Хаузмена, до сих пор прекрасно читались. "Коблане в Детройте", "Коблане в Лондоне", "Коблане в Нью-Йорке" и так далее, еще пять катушек. Натан с нежностью прижал их к груди. Это было его доказательство. Здесь, в темноте, запрятанное в маленькие коробочки.

Он взял фонарик и пробрался обратно по выкопанному им проходу, потом наверх, взобрался по веревке и поспешил наружу, где его встретили последние лучи заката. Дженотек будет рад получить эти фильмы и выжать из них максимум пользы - ради себя самого, разумеется. Однако нужно что-то еще, подумал Натан, направляясь лесом обратно в лагерь.

15

Зал заседаний совета Федерации гудел от приглушенных разговоров. Натан тихо сидел рядом с Дженотеком, стараясь поддерживать вид спокойной уверенности, как того потребовал Советник - и от Натана, и от себя самого. Однако эта уверенность была лишь маской. Дженотек нервничал. Нервничал почти так же сильно, как той ночью, когда он думал, что его план с Полом провалился.

- Видите, какие сердитые взгляды бросает на нас Торд? - Марриканин наклонился к Натану, чтобы больше никто не услышал его слов. - До меня дошли кой-какие мерзкие слухи, и за ними стоит Торд. Он начал кампанию за то, чтобы изгнать коблан из Федерации и отнять у них место в совете.

- А я думал, что он на стороне коблан, - сказал Натан.

- В том-то и дело, что да! И кампания за изгнание их из Федерации это только хитрый маневр, который должен еще больше взбудоражить совет, чтобы Советники стали требовать действий. Лишить места в совете один из основных миров Федерации - неслыханно!

- Понимаю, - кивнул Натан. - Он сделал это для того, чтобы прикончить нас.

- И ему это почти удалось. - Темные глаза Дженотека сверкнули. Кори, я надеюсь на вас. Забудьте на сегодня о своих принципах, о своей совести. Поддержите меня! Мы сражаемся за вашу планету, и должны воспользоваться любым оружием, которое у нас еще осталось.

Прозвенел колокольчик, и зал тотчас же затих. Даже публика на галерке замерла в ожидании судьбоносных речей, которые прозвучат на сегодняшнем заседании. Председатель торопливо совершил церемонию открытия сессии и сделал паузу. Он не скрывал, что ждет намека со стороны блока Советников, возглавляемого Тордом и Сьюзменом. Наконец он заговорил.

- За последние несколько дней основы нашей Федерации серьезно пошатнулись, - сурово произнес председатель. - У меня собраны официальные заявления правительств всех представленных здесь планет. Правительства миров Федерации в один голос требуют, чтобы были предприняты решительные меры по поводу земного вируса и самой Земли, иначе они возьмутся за дело собственноручно.

Он снова сделал паузу, и с глубоким вздохом продолжал:

- Советники! Мы находимся в патовом положении. Одни из нас верят в земной вирус, другие - нет. Те, кто верит, хотят удовлетворить прошение Земли и наказать коблан, чтобы спасти свои собственные жизни. И, если совет этого не сделает, они готовы объявить войну планетам, правительства которых расходятся с ними во мнении, и добиться освобождения Земли силой. Противоположная сторона столь же непримирима в своем мнении. Эти планеты требуют, чтобы Землю оставили исключительно на милость коблан, первой акцией которых должно стать уничтожение опасной расы людей.

- Нет! - Сьюзмен вскочил с места, трясясь всем телом от негодования. - Подобный шаг послужит для Земли мотивом обрушить смертельный вирус на наши родные планеты!

- Если вирус существует, - громогласно заметил Торд.

- Прошу вас, - прервал председатель. - Я не давал слова никому из вас. Я понимаю, что страсти накалились, но мы должны вести себя достойным образом.

Когда шум голосов улегся, председатель сменил тему.

- Как председатель совета, я располагаю еще одним средством утихомирить вас. Это Совет Правосудия. Я взял на себя ответственность обрисовать им ситуацию.

Он поднял руку, пытаясь погасить возникшую волну протеста.

- Я не видел иного выхода. Совет Правосудия принял решение по данному делу. Вот оно. Однако предполагалось, что мы заслушаем марриканского Советника и его делегата, прежде чем будет принято окончательное решение. Они должны получить возможность представить свои доказательства.

Председатель устремил взгляд на Дженотека, и марриканин нерешительно поднялся с места. Однако его нерешительность быстро сменилась громким негодованием.

- И это все, что я слышу от совета? Вы требуете доказательств! Какие доказательства я могу вам представить? Я говорю, что вирус находится в космосе, что вы все в опасности. Что я могу еще сказать? Я знаю, что мы сможем выработать защиту от этого вируса не раньше, чем через двенадцать лет. Коблане наверняка располагают некоторым количеством вакцины, но его не хватит даже для защиты всего населения их планеты, не то что для всех нас. Многие из вас за последние дни побывали на Земле. Вы видели своими глазами, что народ Земли представляет собой единый фронт. Вы видели, как они ненавидят коблан. И еще вы видели один из лагерей мятежников и убедились, какие это решительные и суровые люди. Они создали этот вирус! А если этих свидетельств вам недостаточно, спросите коблан, почему они уничтожили лагеря повстанцев? Если выдвинутое против них обвинение ложно, а вируса не существует, то почему они сочли необходимым предпринять акции против мятежников? Почему они казнили лидера людей Земли за заговор против них и создание вируса, если этого вируса не существует?

- Но мы не обнаружили ракет, несущих вирус, вблизи наших планет, вмешался Торд. - Где эти ракеты?

- На это вам ответит Натан Кори, - сказал Дженотек, бросив резкий взгляд на Натана. - Я не посвящен во все тайны землян. Я - всего лишь их орудие.

Советник сел на место, и Натан понял, что от него ждут объяснений. Он медленно поднялся, затем выпрямился и расправил плечи. Идея, которая забрезжила в его мозгу, постепенно обретала форму. Натан вытянул руку, указывая на кобланского Советника.

- Вам известна правда о ракетах, и вы можете поведать о ней совету. Я был рядом с лабораторией, когда ваши солдаты разбомбили ее. Части ракет разбросало взрывом по всей округе. Это были ракеты, которые должны были осуществить вторую атаку, если первая не достигнет цели. Вы это прекрасно знаете!

Он глубоко вдохнул, успокаивая дрожь, которая пробрала его от словесного нападения на кобланина. Однако члены совета не смотрели на него. Все взгляды обратились к приземистому кобу.

- Отвечайте, - велел председатель кобланскому Советнику. - И отвечайте правду!

- Мне докладывали об этом, - неохотно ответил кобланин. Действительно, наши силы провели такую атаку, и из-под земли были выброшены обломки ракет. Но, по моим сведениям, эти ракеты вряд ли могли быть использованы. Они были неправильно сконструированы. По оставшимся от них обломкам наши инженеры решили, что это были бесполезные металлические уродцы.

- Таково мнение коблан, - перехватил инициативу Натан, и взгляд Дженотека сказал ему, что Советник его одобряет. - Но это мнение слепцов! Возможно, эти ракеты и не были совершенными, как ваши, но они действовали. И вы очень скоро получите тому доказательство. Мои люди больше не станут ждать, чем окончится болтовня в вашем совете. Мы должны свести с вами счеты. Потому что, признают это кобы или нет, на самом деле они напали на нас и покорили при помощи вируса. И их ждет расплата той же монетой!

Натан разгневался всерьез. Теперь, когда он произнес эти слова, он почти поверил в них сам. В нем бушевала ненависть, и Натан подумал о черной колбе, которая оттягивала его карман. Он понял, что если ничего не выйдет из всей затеи, то он найдет способ добраться до планеты коблан, и эта колба даст ему возможность отплатить кобам ужасной смертью за смерть и унижение землян.

Председатель покачал головой.

- Мы хотели получить недвусмысленные доказательства, а их по-прежнему нет. Ни одна из сторон не доказала свою правоту. Мы находимся там же, откуда начинали, господа Советники. Поэтому я полагаю, что лучше предоставить право решать Совету Правосудия. Наше единство раскололось на части, и главная задача - вернуть Федерацию в прежнее состояние.

Дженотек беспокойно зашевелился и прошептал Натану:

- Если это именно то, что я подозреваю, то мне грозят неприятности.

Председатель взял со стола бумаги и зачитал:

- По мнению Совета Правосудия, не существует конкретных свидетельств, подтверждающих выдвинутые землянами обвинения. Таким образом, мы должны признать истинными заявления коблан, поскольку мы их хорошо знаем, и они, в некотором роде, часть нас. Дело следует признать вымышленным. Единственный виновник обмана - а именно Советник Дженотек - должен быть сурово наказан и лишен звания члена совета. Земля будет оставлена на милость коблан, право которых на эту планету подтверждается. В наказание за нечестную игру Земля будет лишена права впредь подавать прошения совету Федерации. Федерация - это не игрушка. Нельзя оскорблять ее власти и нарушать равновесие ради личной выгоды.

Он отложил бумаги.

- Таково решение Совета Правосудия. И, соответственно, наше решение.

- Я протестую! - сорвался с места Дженотек и, чтобы подчеркнуть свои слова, грохнул кулаками по столу. Он кипел от ярости. - Меня оклеветали и оскорбили! До сих пор надо мной потешались, но я сносил насмешки, ибо сознаю ужасные последствия этого кризиса. Однако таких оскорблений я не потерплю! Я являюсь полномочным представителем своего народа, избранным согласно законной процедуре, и оскорбление мне есть оскорбление моему народу! Отстраняйте меня! Наказывайте! Но прежде, чем это произойдет, я разнесу ваш Совет Правосудия на клочки!

- Советник! - возопил председатель. - Вы не в том положении, чтобы нам угрожать. Кроме вас, больше никто не удивлен этим решением. Мы все знаем вас, и понимаем, что ваши амбиции - это ваша жизнь. Часто это шло на благо, но на этот раз - нет. Вам следовало лучше строить свои планы, если вы хотели добиться иного решения.

Дженотек прикусил губу, чтобы не разразиться гневной речью. Натан наблюдал за ним и неожиданно ощутил к Советнику симпатию. Он был на стороне Дженотека - потому что это значило быть на стороне Земли. Но чем он мог помочь? Шевеление среди Советников привлекло его внимание, и Натан прошептал Дженотеку:

- Сьюзмен! Он не уверен.

Дженотек на лету схватил намек.

- А что же вы, Сьюзмен? И вы, Гинтель? И все, кто был вместе с вами? Вы готовы рискнуть жизнью своих народов ради согласия с решением Совета Правосудия? Совет Правосудия расколол совет Федерации глубже, чем это сделал я. Неужели вы готовы стать свидетелями того, как умрут ваши семьи, только лишь для того, чтобы поддержать неправильное решение и спасти ложное доброе имя коблан?

- Нет! - быстро выкрикнул Сьюзмен своим высоким птичьим голосом. - Я принимаю решения самостоятельно. Мне ничуть не нравятся всем известные методы марриканского Советника, но я не собираюсь соглашаться с решением, которое принял за меня кто-то другой. Я верю в вирус. По крайней мере, я верю в возможность его существования.

Раздались голоса одобрения. Многие Советники согласились со Сьюзменом.

Гинтель резко произнес:

- Я согласен со Сьюзменом. Я слишком хорошо знаю Дженотека. Он зашел в этом деле так далеко, рискуя своей карьерой, как никогда бы не зашел, если бы эти обвинения были ложными. Возможно, мы столкнулись с тем редким случаем, когда Советник Дженотек борется за правое дело. Поэтому и свидетельства не столь убедительны, как в случае, если бы они были сфабрикованы. Это не его вина. Я - за то, чтобы отвергнуть бумажку Совета Правосудия и принять решение самостоятельно.

Собравшиеся снова разразились одобрительными возгласами.

- Вам не вытолкать нас так легко! - заорал кобланин, перекрывая общий гул. - Мы не отдадим того, что принадлежит нам. А Земля - наша!

Натану хотелось закричать на Советников, чтобы они уже перестали думать о себе и занялись подлинной проблемой, подумали о Земле и ее плененном народе. Но они все равно этого не сделают.

- Коблане, вот кто должен понести наказание! - ринулся вперед Дженотек, пользуясь временным преимуществом. - Если кого-то и нужно лишить звания члена совета, то это кобланского Советника. Даже Торд, их самый верный союзник, предлагал поступить так.

- Минуточку, Советник, - начал было Торд.

- Нет, - оборвал его Дженотек, - время споров прошло. Мы действительно до сих пор не сдвинулись с мертвой точки. Но я полагаю, что у меня есть средство этому помочь. Я хочу обелить свое имя и репутацию. Вы позорили их здесь, как могли. Позвольте мне сказать несколько слов с Натаном Кори наедине, и я, возможно, добуду для вас кое-что конкретное. Я постараюсь.

Он дал знак Натану следовать за ним, уверенный в том, что им разрешат.

Дженотек пересек зал и открыл дверь. За дверью оказалась маленькая комната, бесцветная и стерильная. Натан неохотно сел на стул, ожидая услышать слова, которые должны были прозвучать.

- А вот теперь действительно настало время предъявить доказательства, - сказал Дженотек. - Ставка в игре - моя карьера. Я должен доказать, что мы не лгали.

- Но Советники снова на вашей стороне, - возразил Натан.

- На мгновение, и только на мгновение. Если я ничего им не предъявлю сейчас, они меня просто распнут. У меня нет в совете настоящих друзей, а поклонники переменчивы. Мы выдвинули два чудовищных обвинения, и мы должны их как-то обосновать. Я не предполагал таких серьезных осложнений.

Дженотек пристально уставился в глаза Натану, читая его чувства.

- Ну? Почему вы молчите?

- Мне нечего сказать, - признался Натан. - Я обманул вас, Дженотек. Но затем вы сами нарушили обещание, и не оставили мне путей к отступлению.

Лицо Дженотека окаменело. Он уселся на стол.

- Объяснитесь.

Натан изложил Советнику заново все события, начиная с ультиматума Гарриса и своего обещания не открывать тайну. Блеф, согласие Дженотека, и раскрытие Советником тайны на сессии.

- Существует только одна колба с вирусом, - закончил Натан. - И никаких ракет, способных доставить ее куда бы то ни было.

С каждой фразой лицо Дженотека становилось все бледнее. Когда Натан договорил, Советник яростно ударил кулаком по столу.

- Нет! - вскричал он. - Нет, только не это!

Дженотек был в бешенстве, но вдруг он расслабился и улыбнулся.

- Мы друг друга стоим, не правда ли? Все это время мы ненавидели друг друга, мы были врагами - и работали на благо честного и справедливого дела!

Он расхохотался, и Натан попытался присоединиться к нему, но его напряжение было еще слишком велико. Когда Дженотек отсмеялся, он снова стал серьезен и снова начал гневаться.

- Вы мне лгали, а я вам поверил. Вы заставили меня рискнуть своей карьерой, основываясь на лжи! Вы понимаете, в какое положение меня поставили? Подумайте обо мне, Кори. Мне придется найти способ выпутаться из этой истории. Иначе меня вышвырнут из совета.

- Я думаю только о моем народе, и о том, как мы поступили с ним. Ваша карьера волнует меня только постольку, поскольку она тесно связана с судьбой Земли.

Дженотек не слушал его, а размышлял вслух:

- Я могу разоблачить вас. Могу рассказать, как все было, и, возможно, это меня спасет. В конце концов, обвинение против коблан правдиво, и их можно заставить это признать ценой отказа от дела с вирусом, что позволит им соскользнуть с крючка.

- Но что это вам даст? Вас все равно отстранят.

- Нет. - Дженотек обретал все большую уверенность. - Мне придется признать себя дураком и открыть всем, что меня обманули. Я должен буду принести формальные извинения и склониться перед советом. Скорее всего, им этого хватит - как только дело с вирусом будет закрыто. Мне будет неприятно, но я стерплю. Затем я смогу заявить, что, поскольку коблане признали, что покорили Землю при помощи вируса, я все это время боролся за справедливость. Я получу поддержку народов Федерации, и совет не посмеет отстранить меня.

- А Земля останется кобам! - рявкнул Натан.

- Что же еще? - пожал плечами Дженотек. - Вы обещали мне славу. Какую славу можно почерпнуть из одной колбы вируса?

Натан внезапно осознал, насколько шатки построения Дженотека.

- Ваш план не сработает, Советник. Они готовы поверить в нападение кобов на Землю при помощи вируса только потому, что сами боятся от него пострадать. Если угроза вируса исчезнет, никто не обратит на вас внимания. - Натан нагнулся вперед. - Но на этот раз у меня действительно есть при себе вполне конкретное доказательство того, что кобы атаковали нас вирусом. Я бы сказал вам раньше, если бы у нас было время поговорить до начала заседания.

Натан рассказал марриканину о фильмах.

- Они у меня с собой, и это не блеф. Послужат ли они доказательством?

- Конечно. И неопровержимым.

- Хорошо, - сказал Натан. - Пусть будет так.

И он обратился к Дженотеку напрямик, больше не делая вид, что доверяет ему хоть сколько-нибудь:

- Честно говоря, Советник, я не вижу, как эти фильмы могут нам помочь. Вам - да. Вы можете востребовать свою славу борца за справедливость, как вы и сказали. Но как они помогут Земле?

Дженотек был столь же честен в своем ответе.

- Собственно говоря, никак. И я рад, что вы это понимаете, Кори. Значит, если мои слова не возымеют действия - а слова мое единственное оружие - вы не сможете меня обвинить. Лично я считаю, что ваше дело проиграно. Лучшее, на что вы можете рассчитывать, это на смягчение наказания.

- Я не согласен! - Натан осознал, что почти кричит, и понизил голос. - Неужели вы предадите нас? Откуда мне знать, что вы этого не сделаете?

Правильные черты лица Дженотека сложились в суровую гримасу.

- Ниоткуда. Но что вы можете поделать? Вы первый солгали мне. Вы не можете упрекать меня за то, что я вам поверил. Это может оказаться одной из ошибок моей жизни.

- Я догадался, как вы поступите на сей раз, - презрительно бросил Натан. - Я знал, что вы пойдете на попятную. Но я не сидел сложа руки. У меня есть идея, которая еще может нас спасти.

Он напрягся перед последним решающим шагом.

- Вы выслушаете меня?

- Почему бы и нет?

- Если бы я мог на самом деле отправить ракету с вирусом, который у нас есть, к одной из планет Федерации, - начал Натан, - так, чтобы ракета была замечена, и вирус можно было бы проверить, то им бы пришлось поверить. Мы можем не сообщать, что колба с вирусом одна. Как-нибудь выкрутимся, придумаем объяснение. Как по-вашему, сработает ли этот план? Мне кажется, что он изменит ситуацию к лучшему для нас обоих.

- Неплохо, - кивнул Дженотек, - но слишком много слабых мест. Начать с того, что у вас нет ракеты. Так что вы проиграли на самом старте.

- Здесь начинается ваша часть, - не сдавался Натан. - Вы можете дать мне ракету. Я помещу туда вирус, и мы спасены.

Дженотек зашагал вокруг стола, усиленно размышляя. Наконец он принял решение, и решением был отказ.

- Невозможно! Это чересчур опасно для меня. Даже вам должно быть это понятно. Если ракету осмотрят, и обнаружат, что она марриканская, о чем они, по-вашему, завопят? О сговоре! И можно ли будет их винить? Они скажут, что мы разыграли последнюю отчаянную игру ради собственного спасения, и мы оба окажемся в гораздо худшем положении, чем сейчас. То, что вы предлагаете, невозможно.

Натан понял, что Советник прав.

- Вы же знаете, что я не сдамся. Я не могу бросить борьбу, как не можете вы. Однако мои мотивы не носят личного характера.

- Ну и не сдавайтесь. Только не подставляйте меня, что бы вы ни делали... Я так понимаю, что вы хотите, чтобы я попросил прервать заседание, и вы могли отправиться на Землю на день-другой перед тем, как совет соберется вновь.

- Да.

- Давайте фильмы. Я все устрою. Но непременно будьте в полночь в парке, чтобы моя машина вас подобрала. Дату нового заседания объявят перед тем, как мы разойдемся... А теперь давайте вернемся в зал.

16

Натан проснулся от заманчивых запахов, исходящих из кухни мисс Хаузмен, и от нежного голоса Эбби. Она принесла чашку с дымящимся кофе и выглядела такой по-утреннему свежей, что Натан почувствовал себя еще хуже.

- Я позволила тебе поспать чуть дольше, - сказала Эбби.

Натан начал было возмущаться, но Эбби прервала его:

- Не бранись. Если ты собрался делать хоть что-нибудь, тебе понадобится ясный ум.

Натан недоверчиво покачал головой. Откуда у Эбби столько веры в него, когда он сам себе не верит? Когда он спросил ее, Эбби ответила деловым тоном:

- Когда пятнадцатилетний мальчишка сказал мне, что спасет мир, я поверила ему раз и навсегда. Теперь, когда мальчишка вырос, ему еще легче верить.

Натан залпом проглотил кофе, затем бросил взгляд на стул, где висел его костюм, и выскочил из кровати, как ошпаренный.

- Неужто мисс Хаузмен отдала его в чистку?! - в ужасе закричал он.

- Да. Но я вынула из кармана колбу с вирусом. - Эбби рассмеялась, потому что встрепанный Натан в чересчур короткой пижаме был похож на аиста. - Она в шкафу на верхней полке.

Натан открыл шкаф и вынул черную колбу, радуясь, что снова держит ее в руках.

- Эта штука - наша единственная надежда, Эбби. Я начинаю понимать, почему Гаррис так нервничал, и почему он был готов умереть за нее.

- Натан, - Эбби внезапно посерьезнела, - если твоя затея не сработает - а мы действительно больше ничего не можем сделать - неужели ты снова отправишься в совет и будешь унижаться перед ними, чтобы спасти предателя Дженотека?

- Думаю, да, - вздохнул Натан. - В конце концов, это я солгал первым. Я называл свой поступок блефом, но, правду сказать, это была самая настоящая ложь. Я втянул Дженотека в это дело, и должен помочь ему выбраться. Но если бы он согласился на мой план с ракетой...

Эбби положила конец разговору, прежде чем Натан успел окончательно погрузиться в мрачные раздумья.

- Одевайся и спускайся вниз. Мисс Хаузмен приготовила кекс, сосиски и еще булочки, которые, по ее словам, очень любил Пол. - Эбби обернулась на пороге. - Мисс Хаузмен - замечательная женщина. Она не задала мне ни одного вопроса.

- Потому, что она уже знает ответы, - сказал Натан.

Коблан-Сити больше не был спокойным городом. Спокойных мест больше не осталось во всем мире. Люди-овцы наконец восстали. Новости с последней сессии - решение Совета Правосудия - послужили стартовым сигналом. Никто не вышел на работу. Улицы были полны разгневанного народа. По всей планете кобы не знали, как поступать. Они арестовывали людей, угрожали расправами, а кое-где даже проводили казни.

Сидя в доме, Натан слушал отдаленные выстрелы. Он понял, что дела обстоят еще хуже, чем он представлял.

- Ты расскажешь мне свой план? - спросила Эбби.

- Это еще не законченный план, а только идея. Но, быть может, она сработает. Я собираюсь украсть ракету, Эбби. Я проберусь в кобский порт и отправлю одну из их собственных ракет с вирусом внутри. Я придумаю какое-нибудь объяснение для совета, у меня на это еще два дня. Но этот вирус мы используем!

Глаза Эбби затуманились, когда она обдумала идею Натана и осознала, насколько она опасна и насколько мала надежда на успех. Но вслух Эбби не высказала ни одного из своих страхов, и Натан был ей благодарен.

- Чем я могу помочь? - спросила она.

Натан последовал примеру Дженотека и принялся расхаживать взад и вперед по комнате, чтобы лучше думалось. Он не мог пробраться в космопорт в одиночку, слишком много там кобской охраны.

- Мне нужно будет, чтобы кто-то отвлек внимание, - сказал он Эбби. Это можешь сделать ты вместе с другими людьми. Если вы отвлечете на себя нескольких кобов, у меня будет больше шансов проникнуть на летное поле.

За чашками кофе, приготовленными мисс Хаузмен, они вместе разработали примерный план действий.

Когда на город спустился вечер, Натан вышел из дома. Эбби последовала за ним через несколько минут. Они намеревались пройти по улицам, ища в толпе знакомые лица повстанцев, чтобы обратиться за помощью к ним - или просто к дружелюбно настроенным прохожим. Натан быстро шагал по тротуарам, стараясь затеряться в толпе.

Один человек привлек его внимание. Это был мужчина с сединой в волосах. Он стоял на краю взбудораженной и гневной толпы на главной улице. Натан негромко спросил его:

- Вы знаете, кто я?

Мужчина посмотрел на него пустым взглядом, но вдруг во взгляде вспыхнуло узнавание.

- Натан Кори, - сказал он, машинально понижая голос, и улыбнулся. Встретиться с вами - честь для меня. Но не опасно ли вам быть здесь?

- Ни для кого из нас больше нет безопасных мест, - угрюмо сказал Натан. - Я прошу вашей помощи.

Мужчина не колебался. Он только указал кивком на кобский патруль, который двигался по центру улицы, разрезая толпу надвое. Натан быстро сказал:

- Я не знаю, как вас зовут, и вообще ничего не знаю о вас. Но я хочу доверить вам важное дело. Завтра вечером, с наступлением темноты, мне нужно, чтобы кто-то организовал беспорядки напротив кобланской штаб-квартиры. Сможете ли вы собрать достаточно людей, чтобы устроить беспорядки? Хорошую, громкую суматоху, которая продолжалась бы не меньше получаса?

Седой мужчина моргнул.

- Если вам нужно, я приведу пять сотен человек. Всю мою церковную общину. Мы будем рады помочь вам. Ведь вас выбрал Пол Хаузмен.

Натан стиснул его руку в благодарном пожатии.

- Значит, завтра вечером. И - спасибо вам.

Натан направился дальше, уклонившись от встречи с кобским патрулем. Он с большой неохотой мысленно отдал должное Дженотеку, хитрость которого обеспечила поддержку людей.

Еще одна подобная остановка - и Натан заручился обещанием устроить небольшую заварушку в самом центре Коблан-Сити. Еще один короткий разговор с приглянувшимся прохожим - и Натану были обещаны шумные речи, которые должны были собрать толпу во втором парке города, расположенном в противоположном конце от того парка, где Натана подберет марриканская машина. Три человека - и три обещания. Натан надеялся, что Эбби повезло не меньше.

Он вернулся в дом Хаузмена и стал ждать Эбби. Она вскоре вернулась, и вернулась с хорошими новостями. Завтра с наступлением темноты в Коблан-Сити разыграется бурная деятельность.

Малиновки распевали последние вечерние песни, когда Натан Кори покинул дом с потрепанным чемоданом в руке. Его шаги отдавались гулким эхом на пустынной улице. Натан поминутно поглядывал на часы. Две первые демонстрации, организованные Эбби, должны были начаться через десять минут. Он должен оказаться поблизости, чтобы в суматохе завладеть машиной.

Мимо Натана мелькали дома, один за другим. Он торопливо перескакивал через трещины в старом асфальте. Но вот впереди показались отблески неоновых огней. Натан добрался вовремя.

Еще два квартала, и Натан услышал приглушенный шум, который почти сразу перешел в рев. Послышались выкрики. Началось! Натан побежал вперед, на звук, а затем свернул вбок. Он ждал появления кобских машин.

На улице зажглись факелы, разгоняя вечерний сумрак. Люди маршировали взад и вперед, выкрикивая лозунги в такт шагам. Топот ног и шум голосов сливался в пугающий громовой рев - голос гнева. У Натана быстрее забилось сердце от волнения. Затем позади него послышался шум кобских машин. Натан спрятался в подворотне, ожидая, пока они проедут мимо. Захлопали дверцы. Солдаты выскакивали из машин и фургонов и бежали на шум толпы. Когда последняя коренастая фигура коба исчезла из вида, Натан бросился к ближайшей машине. Он скользнул за руль, развернулся на месте и рванул машину, выжимая из нее все, на что она способна. Он мчался, как сумасшедший, не обращая внимания на светофоры. Его волновало только то, чтобы не налететь на другую группу кобов на машинах. Когда Натан заметил впереди огни машин, он свернул на боковую улицу. Эта группа кобов спешила в другой район города. Вторая, из организованных Эбби демонстраций, тоже состоялась по графику.

Натан свернул на грязную дорогу, которая шла параллельно автостраде, и на полной скорости помчался к космопорту. Он свернул с дороги, чтобы подъехать к космопорту сбоку. Натан собирался попробовать перебраться через стену. Он больше не мог пройти на его территорию, пользуясь своим статусом делегата.

Натан остановился в полумиле от ярко освещенного космопорта. Он обыскал машину, и нашел небольших размеров распылитель. Должно было хватить. Натан коснулся колбы, которая перекатывалась у него в кармане, взял моток веревки из чемодана, и бросился бегом через поле - до первого подходящего укрытия.

Там он присел на корточки и стал ждать. Перед ним сверкал огнями космопорт. Каждый корабль был освещен отдельно. Серебряные носы ракет вздымались к небесам. Натан выбрал своей целью ближайший корабль. Стены, окружающие космопорт, были высокими, с длинными острыми шипами поверху. Но Натан собирался использовать эти шипы в свою пользу. В ожидании предстоящего его била нервная дрожь. Молодая луна взошла высоко, и от ее света вокруг легли мягкие тени. Это тоже было на руку Натану. Его силуэт затеряется среди них.

Последний отблеск солнца угасал на западе, когда из ворот штаб-квартиры кобов выехали несколько фургонов и устремились по дороге в Коблан-Сити. Теперь в резерве должно было остаться немного - не могло остаться много, судя по тому количеству машин, которые Натан уже видел в городе. Как только шум фургонов затих вдали, послышался новый звук. Это было гудение и чихание старых моторов земных автомобилей. На автостраде показалась процессия мигающих огней. Раздался нестройный хор гудков, которые бибикали, взревывали и протяжно завывали. Это была демонстрация, которую возглавлял седоволосый прохожий.

Машины остановились на дороге перед штаб-квартирой кобов, не доезжая до главных ворот. Из них вышли несколько десятков людей, которые в сумерках показались Натану бесплотными тенями. Лишь выйдя на свет, они обрели материальные формы, плотность и краски. К оглушительному шуму гудков прибавились крики толпы.

Охрана множества ворот стойко оставалась на посту, не обращая внимания на крики и насмешки. Главное здание штаб-квартиры внезапно погрузилось во тьму. Во всех его окнах погас свет. Затем открылись его двери, и оттуда выбежали кобские солдаты. Их было немного, как и надеялся Натан. Для разгона толпы Кешу придется отозвать охрану изнутри космопорта, и это даст Натану шанс.

Когда Натан почувствовал, что больше не в силах ждать, они появились. Кобы вышли из ворот космопорта, характерной походкой вперевалку на коротких ногах. Натан не мог их сосчитать, но видно было, что это большая часть охраны. Когда они бросились бежать, он тоже побежал: рванулся под прикрытие стены.

Натан прижался к каменной стене, восстанавливая дыхание. Затем он вернулся немного назад, на освещенное луной место, размотал веревку и забросил ее на стену. Ему с первого раза удалось зацепиться веревкой за шип. Натан проверил, прочно ли она держится, и начал подъем. Он действовал как можно осторожнее и внимательнее.

Верхний край стены больно впился в пальцы Натана. Натан долго висел так, пытаясь убедить себя в том, что с противоположной стороны его не ждут кобы.

Он приподнялся над стеной дюйма на три, но все еще не видел, что происходит с другой стороны, потому что стена была слишком толстой. Натан оперся на локти и наконец увидел все летное поле целиком. Все вокруг было ярко освещено, но охраны поблизости Натан не заметил. Он оперся о верх стены коленом, забрался туда и втянул за собой веревку, старательно избегая острых шипов. Веревку Натан спустил по другую сторону стены, на летное поле космопорта. Не обращая внимание на боль в горящих ладонях, Натан соскользнул по веревке вниз и затаился в тени стены.

Рев со стороны улицы доносился оглушительный. Натан не мог разобрать слов в шуме, в котором смешались голоса землян и кобов. Жутко завывали гудки машин, разнося на клочки ночную тишь. Натан крался в тени вдоль стены, пока не оказался напротив ближайшего корабля. Он заметил нескольких кобов, но они стояли все вместе, одной группой, и смотрели в сторону дороги. Церковные прихожане справлялись отлично. Натан сжал в руке свой маленький распылитель, пригнулся и бегом пересек освещенный луной участок, с перепугу затаив дыхание. Он замер на границе круга яркого света вокруг корабля, отыскивая взглядом лестницу, которая привела бы его в корабль.

Лестницы не было. Натан просчитался!

Он выругался вполголоса, для верности все-таки обошел корабль, перебежал к следующему и снова принялся искать лестницу. На этот раз лестница обнаружилась. Натан метнулся через ярко освещенное место, где не было даже прикрытия теней, и взобрался вверх по лестнице. Руки и ноги его были неуклюжими от волнения. Он нырнул в темноту корабля и рухнул на пол, тяжело дыша. Натан ждал, что вот-вот раздастся крик коба, означающий, что его обнаружили. Но все было тихо.

Когда Натан наконец поднялся на ноги, он выругал себя за то, что не взял фонарика. Ему все равно придется рискнуть зажечь свет, но еще не сейчас. Натан ощупью двинулся вперед. Он быстро нашел следующую лестницу, порадовавшись, что успел хорошо познакомиться с устройством кобских кораблей. Натан поднялся вверх по лестнице - торопливо, но очень осторожно, нащупывая в темноте каждую ступеньку.

Он вошел в помещение, которое должно было быть контрольной рубкой. Натан надеялся, что все иллюминаторы задраены, и снаружи не увидят света. Он стиснул зубы и нажал кнопку.

Свет на мгновение ослепил его. Когда Натан открыл глаза, он убедился, что иллюминаторы плотно закрыты металлическими створками. Значит, никто не заметит, что в рубке зажегся свет.

Натан перебрал ленты, лежащие рядом с панелью управления, отбрасывая их в сторону, пока не нашел ту, которая была ему нужна. Это была программа курса к Фарену - планете Торда, друга кобов. Торд энергичнее всех отрицал существование вируса - значит, его свидетельство будет наиболее убедительным. Натан поместил ленту в компьютер, нажал кнопку для входа корабля в атмосферу планеты назначения и задал ракете старт через пять минут. Это оставляло ему минимум времени, но Натан не хотел рисковать, давая отсрочку длиннее.

Следующим пунктом программы шла колба с вирусом - маленькая черная вещица со смертью внутри. Натан поступил согласно плану Гарриса: нарушил печать на горлышке колбы, чтобы от удара она сломалась совсем. Этой ракете не придется рухнуть на планету, но нужно было создать убедительную видимость. Натан прикрепил колбу около носовых экранов корабля, поскольку это место было бы самым уязвимым при столкновении. Глянул на часы осталось три с половиной минуты - и заторопился к двери, выключив за собой свет.

Спускаться вниз в темноте оказалось еще труднее, чем подниматься. Натан поскальзывался чуть ли не на каждой ступеньке. У наружного выхода он остановился, осторожно выглянул и осмотрелся в поисках охраны. Кобов поблизости не было. Натан развернулся и торопливо спустился по внешней лестнице. Когда до земли осталось несколько футов, он спрыгнул. Повернувшись, чтобы бежать через ярко освещенное место, Натан оказался нос к носу с кобом.

Оба замерли от неожиданности, но Натан опомнился первым и вскинул распылитель. Кобский охранник рухнул лицом вниз на бетон.

Натан ринулся к стене сломя голову, уже не обращая внимания на свет. Он испытал несколько неприятных мгновений, когда не мог найти веревку. Затем веревка оказалась у него под руками, и Натан полез по ней вверх, обретя новые силы. Шум на дороге затихал. Нужно было торопиться. Позади раздались крики, но Натан уже добрался до верха стены и втянул за собой веревку, так что его преследователи не могли последовать за ним иначе, как в обход через ворота. Он глубоко вдохнул, и совершил прыжок с высокой стены, приземлившись в траву. Натан несколько раз кувыркнулся через голову и вскочил на ноги.

Он бегом пересек поле, рухнул на сиденье машины и рванул ее с места. Натан повел машину обратно тем же маршрутом, которым он добирался в космопорт. Когда он свернул в первый раз, со стороны космопорта донесся рев, и острая игла корабля рванулась в небо на столбе пламени. Натан вел машину и смотрел, как ракета поднимается все выше и выше, неся к Фарену свой смертоносный груз.

17

Корабль задержали с посадкой на планету совета, и Натан мерял шагами свою тесную каюту. С каждой минутой он волновался все сильнее. Сессия вот-вот откроется, и Дженотек начнет свою игру, ничего не зная о том, что сделал Натан.

Как только двигатели ракеты перестали извергать пламя, Натан уже спустился вниз и бросился бежать мимо зданий космопорта, расталкивая неторопливо идущих туристов в поисках Горта. Бледный человек его ждал. Они помчались по заполненным людьми улицам.

Когда Натан стал подниматься по ступеням здания совета, Горт окликнул его:

- Удачи вам, мистер Кори. Надеюсь, вы победите.

Натан обернулся, чтобы махнуть в ответ, и был потрясен ярким румянцем на прозрачной коже щек Горта и искренним чувством в бесцветных глазах.

Он оказался перед высокими дверями и толкнул створку, замирая от предчувствия того, что ждет его внутри. Но за дверью Натана встретила сплошная темнота, освещаемая лишь мерцанием старомодного кинопроектора. Вокруг него сомкнулось полнейшее молчание, которое нарушал опять-таки лишь треск работающего аппарата. Натан тихонько закрыл за собой дверь и остался стоять на пороге.

Как раз шли кадры Детройта. Цветной фильм представлял события прошлого с чудовищным реализмом. На заднем плане был виден дым костра, и Натан почти физически ощутил его едкий запах. Картина на экране отбросила его на пятнадцать лет в прошлое. По улице фешенебельного района города бежал, не разбирая дороги, совсем юный парнишка. Его лицо покраснело и блестело от пота, грудь тяжело вздымалась, рот был разинут в беззвучном крике. Позади него показались приземистые фигуры оранжевокожих коблан. Юноша рванулся вперед из последних сил, и уже казалось, что ему удастся убежать, когда впереди него возникли три коба. Вспышки из трех распылителей встретили его в лицо, и юноша рухнул на землю. Кобы не оставили его в покое и после смерти. Оранжевые руки подхватили его и бросили в фургон, где уже были свалены в кучу другие трупы.

Натан сжал кулаки и прикусил губу. Его раздирали эмоции. Паренек на экране вполне мог быть Биллом, его погибшим братом.

Картина фургона с трупами сменилась другой сценой. Длинные ряды людей, мечущихся в лихорадке, которых кобы небрежно уложили прямо на улицах. Солдаты переступали через живых, выволакивая из рядов тех, кто уже умер, и оттаскивая трупы прочь. То тут, то там появлялась одинокая фигура землянина, который вглядывался в ряды умирающих, разыскивая кого-нибудь из родственников. Телескопический объектив приблизил к зрителю картины ужасного страдания - распухшие красные лица жертв кобского вируса, по которым струился предсмертный пот. Там лежали и дети, и старики. Натан вспомнил остекленевшие глаза своей мертвой сестренки Сюзи.

Он больше не в силах был терпеть. Чувства перехлестнули через край и вырвались наружу с неистовой энергией взрыва. Когда пленка закончилась, и экран превратился в белый прямоугольник, Натан выбежал к экрану и замер на его фоне - трагическая фигура с воздетыми руками, сжатыми в кулаки.

- Убийцы! Вам не уйти от расплаты. Мы вернем вам долг сторицей! Настанет день, и вы получите по заслугам!

Вспыхнул свет, и Натан вернулся к реальности. Мгновение назад он был пятнадцатилетним мальчиком, выкрикивающим детские угрозы в адрес кобов. Теперь он вновь оказался взрослым человеком, на которого были обращены удивленные взгляды членов Галактического совета.

Затем рядом с ним оказался Дженотек, который стал мягко подталкивать Натана к стулу. Но Натан Кори не поддался.

- Вы хотели доказательств! - выкрикнул он в лицо Советникам, дрожа от бешенства. - Вы только что видели их своими глазами. Вы видели, как умирали люди моей планеты. Моей! А теперь пришла ваша очередь. Вы будете точно так же истекать кровью, как те, кого вы видели. А мы - мы будем рядом и снимем фильмы о ваших страданиях!

- Делегат Кори! - прозвучал громовой голос председателя. - Возьмите себя в руки и сядьте на место. Здесь не место прибегать к трагическим театральным эффектам.

- Вы только что видели этот фильм, и говорите такие слова? По-вашему, смерть - не трагедия? Что ж, скоро вы убедитесь в этом на собственном опыте. Фильмы были одним доказательством, я же намерен сослаться еще и на другое.

Натан быстро обернулся, нашел среди Советников Торда и указал на него обвиняющим жестом.

- Торд с Фарена! Отвечайте, Советник: внимательно ли ваши наблюдатели обследовали пространство близ вашей планеты? Нашли ли они ракету, которая ожидает моего сигнала, чтобы обрушиться на Фарен?

Торд поднялся во весь свой огромный рост, нависая могучей фигурой над соседями.

- Это безумец! Я требую, чтобы его вывели отсюда.

- Вы требовали доказательств, так не отворачивайтесь от них! приказал Натан, и на его слова галерка откликнулась криками. - Свяжитесь с вашими наблюдателями, у них должны быть новости. Вы обнаружите, что не все из отправленных землянами ракет невидимы. Ракета, приготовленная для вас, близка к цели - и готова обрушиться на нее!

- Что вы наделали? - Дженотек пытался яростным шепотом привлечь внимание Натана. - Есть ли хоть что-нибудь, на чем вы основываете свои заявления?

- Марриканский Советник хочет знать, что лежит в основе моих заявлений! - прокричал Натан. - Даже Дженотек начал сомневаться в существовании ракет землян. Вот почему я избрал столь драматический способ, чтобы представить вам мои доказательства.

Советники ошарашенно пялились на него. Они окончательно запутались в происходящем и ждали объяснений. Наступил последний акт драмы, который Натану надлежало разыграть. Он заговорил без обиняков:

- Два дня назад я ворвался в космопорт Коблан-Сити и воспользовался одной из кобских же ракет, чтобы отправить в космос еще одну колбу с вирусом. Я направил ракету к Фарену и запрограммировал вхождение ее в атмосферу планеты, так что она, без сомнения, будет легко замечена. Это подарок вашему народу, Торд - подарок от коблан, переданный руками народа Земли. Берегитесь его! И даже если вы не верите в существование других, реальность этой ракеты с вирусом вы отрицать не сможете!

Торд пререкался с Советниками своего блока, пытаясь добиться от них указаний, но не получил их. Грохнув кулаками по столу, Торд выбежал из зала. Сьюзмен дрожал всем телом - от общей нервозности и страха.

- Это всего лишь хорошо разыгранная сцена, - сказал Гинтель.

- Вы не поверили в существование наших ракет, а вторую партию уничтожили коблане. Что оставалось мне делать, чтобы доказать вам правдивость своих слов? То, что я и сделал! Зовите это спектаклем, зовите чем угодно. Какая разница? Ракета в космосе, и я отправил ее туда единственным способом, в который вы способны поверить. Коблане не могут сказать, что эта ракета - бесполезный кусок металла, потому что она их собственная.

Когда Натан умолк, за столом завязались разговоры, которые становились все громче и громче. Все члены совета были в полной растерянности. Дженотек оттащил Натана на их места и потребовал объяснений.

- Вы понимаете, что вы опять натворили? Я уже все уладил, как следует, с этими фильмами.

- Уладили для себя, вы хотите сказать? Я сделал кое-что получше. Я уладил все дело целиком. Вы получите обещанную славу освободителя Галактики, Советник. Натан Кори держит свое слово.

Двери зала распахнулись, и на пороге появился Торд - бледный, с вытаращенными глазами.

- Меня действительно ждал доклад. Ракета там! Наши наблюдатели обнаружили ее, и мы ничего не можем с ней поделать! Она слишком близко к планете, так что ее нельзя уничтожить, потому что вирус попадет в атмосферу Фарена.

Он обрушился на своего верного союзника, кобланского советника, и на этот раз в его взгляде и голосе не было ни следа дружелюбия.

- Это все вы натворили! Вы уверили меня в том, что обвинения в ваш адрес бездоказательны, а угроза вируса - мнимая!

Кобланину нечего было ответить. Он низко опустил голову.

Натан снова возвысил голос:

- Не уничтожайте ракету, Торд. Захватите ее целиком. И вы увидите вирус своими глазами. Вы увидите, что все обстоит так, как я сказал. Вирус помещен в маленькую черную колбу. Если ее содержимое подвергнуть действию света, из колбы выплеснется смерть. Фарену повезло: вы нашли свою ракету. Остальные планеты не видят обращенной к ним угрозы. Что ж...

Натан стоял, выпрямившись во весь рост, и наслаждался ужасом, в который повергли Советников его слова. Он не забывал внимательно наблюдать за ключевыми фигурами совета. Его поступок наконец разрушил Фарено-Кобланский альянс. Дженотек нетерпеливо прошептал Натану, разглядывая Советников:

- Дожимайте, Кори! Сейчас, или никогда. Не давайте им времени опомниться.

Натан замер в нерешительности. Все, что он хотел сказать, он уже сказал. В голове у него была пустота.

Дженотек тяжко вздохнул и заговорил сам. Он возвысил голос, чтобы перекрыть шум в зале.

- Предлагаю немедленное голосование. Мы и так ждали слишком долго. Вы видели ярость Натана Кори. Такая же ярость бушует в сердцах миллионов людей Земли. Последние жестокости коблан только усилили ее. Промедление станет для нас самоубийством.

Крики поддержки раздались с галерки, и даже несколько Советников присоединилось к ним. Дженотек дождался, когда реакция зала достигнет максимума, и повернулся к председателю, требуя от него действий. Прозвучал председательский колокольчик, и зал погрузился в тишину. Председатель прокашлялся и поглядел на Дженотека.

- Вы начали это дело, Советник. Простите, что я усомнился в вас. Объявляйте голосование.

Дженотек выпрямился во весь свой немалый рост. К нему вернулась уверенная и высокомерная манера держаться. Натан заставил себя сидеть тихо. Дженотек заговорил громко и гордо:

- Благодарю вас за извинения, мистер председатель. Я принимаю их как выражение чувств всего совета. Они помогут загладить те многочисленные оскорбления, которых я натерпелся на протяжении этого дела. А теперь голосование. Мы должны решить два вопроса. Первый: что делать с кобланами. Это внутреннее дело совета. И второй: прошение Земли. Пусть Натан Кори наконец получит ответ. Давайте сначала проголосуем по вопросу прошения.

Он обвел взглядом стол.

- Кто за то, чтобы удовлетворить прошение Земли, и сделать Землю свободной и равной планетой среди других планет Галактики, скажите "да".

Долгое мгновение царила абсолютная, могильная тишина. Натан весь сжался от напряжения. Затем пятьдесят два голоса прозвучали в унисон, и по залу раскатилось громовое "да!". Только кобланин промолчал.

Натан оказался лицом к лицу с Дженотеком, который силой поднял его на ноги и тряс ему руку.

- Поздравляю! - сказал Советник громко, чтобы услышали все. - Ваша родина свободна. Ваш народ равен всем другим народам галактики. Если вы решите вступить в Федерацию, я первый буду приветствовать новую расу в наших рядах. Она добавит энергии нашей цивилизации. Тогда стул, который ради вас приставили к этому столу, так и останется здесь, а число членов совета увеличится до пятидесяти четырех. Настанет день, когда люди Земли выберут своего Советника. И, я надеюсь, у них хватит сообразительности выбрать вас.

С галерки послышались приветственные крики, и Натан понял, что подлинными его союзниками все время были обыкновенные люди, жители разных планет галактики - такие, как эти туристы на галерке. Он ничего не ответил Дженотеку. Все это казалось Натану нереальным. Реальностью были только что показанные фильмы; вся предыдущая борьба была реальной. А то, что происходило сейчас - нет. Все произошло так внезапно, что невозможно было поверить.

Натан очнулся от мыслей и понял, что председатель снова взял слово. Он отдавал краткие приказы, и Натан сначала слушал, как в тумане, но потом у него в голове прояснилось.

- Все оккупационные силы коблан должны покинуть Землю в пределах тридцати дней. Не должно быть никаких актов мести ни с их стороны, ни со стороны землян. Земля обязана в течение ста двадцати дней организовать собственное правительство. Остальные планеты Федерации официально признают его и установят с ним дипломатические отношения. Когда Земля будет готова и выразит такое желание, земной Советник, избранный согласно соответствующей процедуре, займет место в совете...

Председатель сделал паузу, слегка натянуто улыбнулся и попытался пошутить:

- Тогда, быть может, мы вернемся к какому-то подобию порядка, хвала Провидению!

Он обернулся к Натану:

- И самое насущное: все ракеты с вирусом должны быть немедленно отозваны на Землю!

- Они будут отозваны, - подчеркнуто кивнул Натан и сухо усмехнулся. Можете считать себя свободными от угрозы.

Он вдруг почувствовал себя неуютно в окружении этих чужих лиц и чуждых форм. Натану захотелось как можно скорее убраться отсюда выпутаться из паутины лжи раз и навсегда, обрести душевный покой.

- Теперь, если вы простите мою прямоту, я хотел бы вернуться домой.

Дженотек вывел Натана из зала и зашагал рядом с ним по направлению к мраморной лестнице. Марриканин вышагивал гордо, как приличествовало его новому статусу.

- Что будет с кобами? - спросил Натан.

- Не ожидайте слишком многого, - нахмурился Дженотек. - Они отделаются формальным выговором и репарациями. Но они потеряли колониальную планету, а это большая утрата.

- Этого, конечно, мало, - вздохнул Натан. - Но вряд ли можно ожидать большего от вашего совета.

- От нашего совета, - улыбнулся Дженотек. - Разумеется, если вы решите вступить в Федерацию.

- Думаю, да. И я предупреждаю вас, Советник: вам и вашим дружкам лучше подготовиться заранее. Когда земной Советник займет свое место, он будет отличаться от привычных вам фигур. Он будет работать над тем, чтобы очистить совет и навести в нем порядок.

- Это персональное предупреждение? - ухмыльнулся Дженотек.

- Да. Вы получили власть, к которой стремились. Вас наверняка изберут следующим председателем. Так почему бы вам не измениться, не стать человеком, достойным этой власти? Может быть, для вас это - шаг назад. Но он возможен, этот шаг. Женитесь на Тэсс и живите честно. Подумайте, как много было в этом последнем деле хитростей и маневров - но в основе лежала крошечная истина, и в конце концов именно она победила!

- Я не сомневаюсь, что Тэсс сказала бы вам спасибо. Но я не нуждаюсь в поучениях представителя нецивилизованной расы, - рассмеялся Дженотек, и Натан вновь почувствовал к нему неприязнь. - Вы мне симпатичны, Кори, но вы так и останетесь среди нас заблудившимся ягненком, если не откроете глаза и не посмотрите на мир, как он есть.

- Время покажет, кто прав, - упрямо сказал Натан.

Дженотек показал вниз.

- Вон там Горт. Отправляйтесь домой и расскажите всем новости. Я сделал вас большим человеком, Натан Кори. Самой важной персоной вашей планеты.

Советник величественной походкой направился обратно в зал, усмехаясь себе под нос. Он торопился присоединиться к своим коллегам, людям власти, и насладиться своим новым положением. Натан тоже рассмеялся - рассмеялся с облегчением, в полный голос. Он сбежал по ступенькам лестницы вниз, к ожидающей его машине с Гортом за рулем.

Предстояло сделать еще очень много. Натана ждали и трудные, и неприятные дела, но он знал, что сможет сделать все, что потребуется. А сейчас он был рад просто подумать. О Земле и об Эбби. Кобы улетят, и тогда Натан с Эбби наконец обретут свой собственный дом. Дом, подобный дому Пола Хаузмена, на планете, которую Пол хотел видеть свободной.

Пусть Дженотек купается в лучах славы. Натан Кори чувствовал себя гораздо уютнее в тени.

Content

Холли Джоан Хантер
Тёмная планета