Хориков Вадим

Драконы будут жить

Хориков Вадим

Драконы будут жить

Тяжело дыша, обдирая руки о кустарные колючки, Рональд упорно карабкался вверх по склону. Во что бы то ни стало, он должен успеть! В очередной раз споткнувшись, он упал, в кровь разбив себе нос. Чертова магия! Занятия ею совсем не оставляют времени на тренировку тела.

Но ничего, вот уже за кустом был виден конец утёса. Рональд удвоил свои усилия, сердце бешено барабанило, стук крови в ушах можно было перепутать с раскатами грома, но он все равно обрывал себя всякий раз, когда губы рефлекторно шевелились, сотворяя заклинание левитации. Ни в коем случае!

Последним рывком Рональд буквально влетел на вершину холма, и в тот же миг из-за горы вырвался первый луч света, принося в мир новый день. Маг почувствовал, как свет пронзил всё его естество, наполняя радостью и каким-то детским восторгом от увиденного. Он успел! Он ещё раз увидел это чудо, небрежно называемое людьми рассветом. Всё-таки он не так стар, как ему порой казалось:

Рональд почувствовал, как ноги подкосились, и он упал сначала на колени, а потом с лёгкой улыбкой победителя медленно сполз на бок. Сильная боль от многочисленных порезов и ссадин терзала его сознание, но он не замечал её: одно из двух важных дел, запланированных на сегодня, было сделано - он, возможно в последний раз, насладился рассветом. Дело оставалось за малым. А пока он мог немного отдохнуть:

Проснувшись, Рональд обнаружил, что все раны затянулись, а боль прошла. За полчаса его тело полностью регенерировало, подчиняясь целебному заклинанию, наложенному ещё при рождении.

Маг взглянул на север - туда, где, прячась за ветвями исполинских деревьев-великанов, находилось жилище его врага. Сегодня должно было всё решиться. Слишком долго продолжалась эта вражда, и наступила пора положить ей конец.

Рональд шёл вперёд, оставляя за собой полосу мёртвой растительности. Едва успевшие распуститься после ночного сна полевые цветы сворачивались и уныло клонились к земле. Трава пожелтела, даже самые маленькие обитатели леса - насекомые - впали в оцепенение, составляя лёгкую добычу птицам.

Одна из них, повинуясь мысленному зову мага, села тому на плечо, вопросительно чирикнув на ухо. Рональд погладил свою гостью за холку и спокойно проговорил:

- Извини, но тебе придётся умереть. В предстоящей схватке мне понадобится любая энергия.

После чего снял с плеча и, уже мёртвую, осторожно положил под деревце.

Неожиданно густой лес расступился, и маг вышел на широкую поляну. Равнина неправдоподобно резко сменялась отвесной скалой, за которой виднелись снежные шапки горной гряды. Ни человек, ни зверь не смог бы заметить и щели в монолите горной породы, но опытный глаз мага сразу определил несоответствие её энергетического фона с окружающей средой.

При помощи несложного заклинания он снял защитные чары, и в скале начал обретать очертания внушительных размеров вход в пещеру.

Рональд почувствовал, как сердце забилось чуть чаще, чем ему следовало, чувство опасности бодрящим напитком влилось в кровь. Маг ощутил присутствие своего врага. Он также понял, что и тот почувствовал его.

Медленно, очень медленно, двинулся он вперёд. Спустя минуту, в глубине пещеры появилось движение, и оттуда высунулась голова с двумя изогнутыми назад рогами. Точечные зрачки больших глаз боевыми стрелами метнулись в сторону человека. Следом за головой показались передние лапы чудовища, в локтях которых находились подвижные когти, способные распороть любую броню. Крылья дракона переливались всеми оттенками красного, соперничая по красоте и величию с самим солнцем.

На расстоянии десяти метров оба одновременно остановились, всматриваясь друг другу в глаза. Маг пытался разглядеть в них нечто новое, то, что позволило бы не устраивать последнюю битву, но видел лишь прежнее спокойствие и уверенность. Уверенность в правильности выбранного пути. Что ж, по-другому и быть не могло:

- Ты нашёл меня, брат, - первым заговорил дракон. От вида грозного и в то же время прекрасного существа любой мог бы лишиться чувств. Любой, но не Рональд.

- Предатель своего рода не имеет права называть меня так.

- Почему? Помнишь ли ты, из-за чего началась эта война?

- Она унаследована нами от далёких предков, и не мне судить о её причинах. Одно я знаю точно: драконы убивают лучших представителей человеческого рода, уничтожают скот и посевы людей. И ты: ты стал таким же: - поникшим голосом проговорил Рональд. - Знай, что ты последний из выживших. Все драконы мертвы. И я даю тебе шанс. Я смогу вновь сделать тебя человеком:

Повисло напряжённое молчание. Некоторое время спустя последовал ответ:

- А теперь послушай меня. То, к чему стремилось человечество воссоединение с Создателем - невозможно в оболочке человеческого тела. И:

- Да или нет? - перебил маг.

Дракон как-то грустно взглянул на человека:

- Ответ тебе известен.

Другого ответа он и не ожидал. Вопрос был формальностью, которая теперь развязала ему руки. Рональд опустил глаза и едва слышно произнёс:

- Прощай: брат.

В тот же миг его аура взорвалась, выбросив десятки зубастых мыслещупалец в сторону дракона, и свирепая оглушающая боль охватила всё его тело, раздирая казалось на сотни мелких кровоточащих кусков. Ужасный рык боли потряс воздух во всей округе. Стаи птиц взметнулись вверх, испуганно разлетаясь в разные стороны.

Волшебник с удивлением обнаружил, что смертельное заклинание, подготавливаемое им в течение всего разговора, не убило ящера сразу. Мало того, тот успешно сопротивлялся ему. До чего же силён его бывший брат, последний из рода Красных Драконов!

Из пасти его вырвалась струя жидкого огня, заставив мага отвлечься и прервать заклятие. Эффект первого удара был утерян. Перед Рональдом стоял истекающий кровью, но не поверженный противник. И теперь никто не смог бы предсказать исход сражения.

Дракон расправил крылья и в два могучих взмаха оторвался от земли, явно намереваясь с безопасного расстояния спалить человека. Понимая это, колдун воздел вверх руки, призывая на помощь силу стихии воздуха. От невероятного напряжения вены на лбу безобразно вздулись, словно пиявки, угрожая в любой момент вырваться наружу.

Повинуясь воле мага, воздух расступался в том месте, где по нему били крылья дракона, и монстр камнем рухнул вниз. Казалось то, что всегда принадлежало ему - небо - отвергло его именно сейчас, и это лишало привычного чувства уверенности и внушало страх.

Пары секунд, в течение которых оглушённый враг лежал неподвижно, хватило на сплетение нового заклинания: земля между ними начала подниматься, верхний плодородный слой, покрытый травой, рваными кусками осыпался вниз, обнажая песок вперемежку с глиной. Огромные потоки первородной энергии, обрабатываемые его сознанием, сводили мага с ума, но он ни на секунду не давал им вырваться из-под его контроля. Большой бесформенный ком земли обретал осмысленные черты, во всём повторяя своего создателя.

Рональд занёс руку для удара, и его увеличенная копия повторила этот жест: удар огромного кулака пришёлся дракону в грудь - туда, где у человека находилось бы сердце. От сокрушающего удара монстр лишь покачнулся, и в следующее мгновение изрыгнул поток огня, обдав им земляного гиганта с ног до головы. Огонь не причинил вреда демону. Песок, плавясь, превращался в стекло, создавая незабываемую картину: облачённый в зеркальные доспехи титан, сражающийся с драконом.

Рональд вновь занёс руку, целя в голову, но ящер увернулся, ударив мощным хвостом по ногам гиганта. Маг, накрепко связанный со своим созданием узами заклинания, опрокинулся на землю, и в следующий миг дракон навалился на врага, клыками вцепившись тому в руку. Из образовавшейся раны у человека толчками лилась кровь, плоть словно сама по себе рвалась в клочья, окровавленными кусками разлетаясь в стороны. На какую-то ничтожную долю секунды боль переступила ту границу, за которой была смерть, сознание мага оступилось, сорвавшись в спасительную пропасть небытия, туда, где не было уже ничего: ни боли, ни страданий, обещая избавление от всех мук земного мира.

Но Рональд не был просто человеком. Вряд ли так можно назвать существо, обладающее властью над всеми четырьмя стихиями и способное по собственному желанию заглянуть в оборотную сторону жизни, туда, куда обычно попадают только после смерти.

Поэтому боль всё же была повержена, вытолкнута из тела.

Ударом свободной руки гигант на мгновение оглушил ящера и рывком сбросил его с себя. Монстр снова устремился в атаку, но в тот же миг Рональд оборвал перепону, связывавшую его с земляным гигантом, и удар двух передних лап пробил безжизненного уже демона насквозь. Массы грунта завалили дракона.

Рональд тем временем не стал тратить драгоценное время на заживление раны, он просто отключил все нервные окончания левой руки. Силы мага были на исходе, он готовился к решающему выпаду.

Ящер высвободился из-под насыпи, сделав это несколько медленнее, чем ожидал колдун. Из многочисленных ран его текла кровь, придавая и без того красной чешуе ярко-алый цвет, от удара один глаз покрылся мелкой сеточкой лопнувших капилляров.

Дракона отделяло три прыжка от своей цели.

Ящер совершил первый прыжок, вновь затратив на это чуть больше времени, чем рассчитывал человек. Маг почувствовал, как единственная здоровая рука наливается сверхъестественной, всесокрушающей силой.

Выпад!

Поток затвердевшего воздуха толщиной в несколько молекул прошёлся по спине врага и отсёк кончик хвоста. Дракон не почувствовал боли от протянувшейся по всему телу раны. Он был уже мёртв. Жило лишь его тело, подчиняясь заданной установке - любой ценой добраться до человека и перегрызть ему глотку.

Ещё прыжок.

И вновь воздух послушно передал часть силы своему повелителю. Цель была близка. Враг даже не пытался уклониться, тупо устремившись вперёд.

Выпад!

Воздушное копьё пронзило прочнейшую броню дракона, проткнув сердце и задев лёгкие. Краем сознания ящер почувствовал, что сердце перестало биться. Впрочем, зачем ему сердце? До заветной цели оставалась какая-то секунда, и кислорода в клетках его тела вполне на неё хватит. Оставалось сделать лишь последний прыжок:

И он сделал, ничуть не замедлив скорости.

А вот этого Рональд никак не ожидал. Понимая, что не успевает, он попытался телепортироваться, но огромные челюсти монстра сомкнулись на его шее прежде, чем заключительные слова были произнесены.

Перед смертью ящер успел почувствовать, как струйка тёплой крови стекает по его горлу, и с удовлетворением отметил, что всё же победил. Он так и не успел сказать брату самого главного: драконы не убивают людей. Лучшие из них со временем сами понимают, что достижение цели всей их жизни возможно только после полного перевоплощения.

А значит, пока живы такие люди, драконы будут жить.

24 февраля 2003 г.

Content

Хориков Вадим
Драконы будут жить