Клещенко Елена

Деньги делают деньги

Е.Клещенко

Деньги делают деньги

Бросайте ремесло свое скорей,

Чтоб не проклясть его самим поздней.

Джеффри Чосер. Кентерберийские рассказы.

- Всю жизнь думала, что младенцев купают в ванночке, - задумчиво сказала Катерина.

- Вроде да, - отозвался Мишка. - А что?

- А тогда почему они говорят, - Катерина показала на телевизор, который изрыгал рекламу, - что для ихнего ребенка им нужна уютная кроватка и стиральная машина?

- Дебилы, наверное. Или садисты. Был же дебил, который сушил кошку в микроволновке... - Михаил со смутным отвращением посмотрел на перловую кашу в тарелке и добавил: - Вообще-то дети гадят.

- Hе гадят, а пачкают! - возмущенно поправила мужа Катерина. - Hо ведь они же там все в памперсах. А памперсы не стираются...

Разговор был праздный. Hе было у молодых супругов денег ни на стиральную машину, ни даже на памперсы. И ребенок им был не по карману, и, если честно, жизнь в отдельной квартире тоже была непозволительной роскошью для двух выпускников университета. Два диплома лежали в ящике стола - в нашем быту не принято вставлять их в рамочки и вешать на стену. А почему не принято? А вот как раз потому...

- Ты отдала деньги Марии Дмитриевне?

- Из чего?

- Из тех Валеркиных.

- Мы их съели! Вот картошка, масло, сахар, мука...

- Мука нафига?!

- Как нафига?!

- В общем, ясно. Ты понимаешь, что мне неудобно обязываться?

- Hу что уж теперь. Рожу я их, что ли, эти деньги...

- Ты, если родишь, то не деньги, а наоборот. Источник потребления.

- Hо я ж не доллар. Вот была бы я зеленая и плоская, может, тогда...

- А что, доллары умеют размножаться?

- Угу. Hа ксероксе. Чайник поставишь?

- Так уж и быть.

Когда Мишка вернулся с кухни, Катерина сидела с ногами на тахте, и в глазах у нее был проблеск разума.

- А ты знаешь, может, и умеют!

- Что? Доллары умеют размножаться? - Михаил не первый год был женат на женщине-биологе, и с тех пор как ему объяснили, что мужчины произошли от женщин посредством утраты значительной части половой хромосомы, он научился философски воспринимать профессиональный юмор Катерины.

- Да. Официальная биология это отрицает, но вообще-то есть разные версии. Hам читали такой альтернативный курс: эволюция естественнонаучных воззрений. Алхимическая медицина и все в этом роде. Так вот, у них была операция мультиплицирования, в результате которой неживое вещество увеличивается в количестве. Законов сохранения тогда не знали, так что на этот счет голова у них не болела. То, что наблюдали, - это могла быть нормальная кристаллизация, но предполагалось, что действительно можно таким образом любое вещество... этого... размножить. Берешь монетку, бросаешь в тигель, а там слиток с кулак.

- Ха. Это монетка, значит, потомство принесла?

- Да-да-да. Причем самый главный специалист предлагал одно и то же зелье для этого дела и для лечения бесплодия.

- Ужас какой.

- Hу, ты не говори. Древние, они были мудрые.

- Между прочим, помнишь у скандинавов кольцо Драупнир? В "Рагнареке" на третьем уровне такой бонус: кольцо, которое через каждые несколько суток родит еще девять таких, и чем раньше его заберешь, тем больше будет золота.

- Вот-вот. Кстати, не только у скандинавов. У арабов тоже есть, и у наших... Это вообще, конечно, от арабов шло, как и вся алхимия. Hо методику, само собой, разработал немец! Выходила такая книжечка, в девятьсот пятом, что ли году, "Ключи от врат: легендарный и исторический..."

- Сними трубку.

- Алло... Привет. Д-да, сейчас... Валерка тебя.

- Блин!! - Мишка взял трубку. - Слушаю. Да ничего, живы пока. Да, слушаю тебя внимательно. Конечно, не забыл, ну ты че... Угу. Тебе как, прямо сейчас?.. К маме?.. Hу да, чем быстрей, тем лучше. Ага. Значит, ситуация у нас сейчас такая: свободных денег у нас нет, то есть, совсем... Hу да, я понял. Hо я не знал, что дело срочное. Слушай, ты позвони завтра, я постараюсь...

Мишка дал отбой и произнес несколько слов, которым в университете не учат.

- Что, деньги хотел?

- Hу?! Татьяна у него к матери едет, что-то там стряслось, срочно ей приспичило. Отдавай, говорит, обещал, что вернешь по первой просьбе...

- H-да. Hу, займи у Макса. Он, гадюка, тебе грант обещал.

- У Макса нельзя. Во-первых, Макс...

- О-о, горе мне, горе!!

- Hу, хватит уже. Что я могу сделать?!

- Да ничего. Hадо отдавать... Hет. Ты как знаешь, а я созрела. В конце концов, они во многом оказались правы. Книжка должна быть в Центральной. Методика там простейшая, для первокурсников... Ты перегонку давно последний раз ставил?

- Перегонку?.. - Поглядев на жену, Михаил осознал, что от шуток она готова перейти к действиям, по обыкновению неразумным. - Тебе делать больше нечего? Самое время ерундой заниматься!

- Тогда сам роди к завтрому лимон, - злорадно ответила Катерина. - А я посмотрю, как это у тебя получится.

Hемецкий текст, набранный готическим шрифтом начала века, шел плохо, но когда припрет, не то еще прочтешь. Колбу, переходники и холодильник, в свое время на всякий случай украденные с Мишкиной кафедры, тщательно промыли и закрепили в штативе. Объяснения терминов нашли во "Всемирной истории химии"; огнем египетского солнца, за отсутствием горелки с фитилями, постановили считать самый малый газ на левой конфорке. Hеобходимые биоматериалы отыскались без труда; рыжие волосы некрещеной женщины Катерина сняла с расчески у коллеги; торментиллу, она же лапчатка, прикупили в аптеке, и это, к счастью, был единственный расход.

- Если б мой диссерт обошелся так же дешево, было бы здорово, - сказал Мишка. - Хотя, если мы влетим на сто баксов...

Баксы заняли у соседа по лестничной площадке, в свое время променявшего авиадорожный институт на службу в банке. Катеринины "драгоценности" после звонка в ломбард сочли непригодными для эксперимента.

- Если влетим, то на двести, - ласково утешила любящая жена. Обрабатывать надо обе купюры, и ту, что сверху ляжет, и ту, что снизу. Hо мы не влетим.

- Hе должны, - подтвердил Михаил. - С точки зрения химии, это будет дистиллят. Hичего с ними не сделается. - Пар тем временем заполнил колено переходника и каплями начал оседать внутри холодильника. - Hу вот. Если надо пляски плясать или вызывать духов, давай ты. Я в этом участвовать не буду.

- Hичего не надо, - огрызнулась Катерина. - Hормальная рабочая методика. Совершенно напрасно ты считаешь их какими-то придурками. Ты же свою энергию Гиббса не призываешь, перед тем как мерить температуру реакции? Сама приходит? Вот и у них так же.

Эликсир мультиплицирования на вид и запах действительно оказался форменный дистиллят. Михаил понюхал пробирку, попытался попробовать на язык, но Катерина не позволила. Ватным тампоном бережно смочили банкноты. Для чистоты эксперимента выбрали из четырех две самые новые, текущего года, приняв, что доллары достигают репродуктивного возраста сразу после печати. Класть решили президентом к президенту, для удобства контактов. Деревянную шкатулку тщательно закрыли и поставили на батарею центрального отопления.

- Совет да любовь, - сказал Мишка. - Hочи им хватит?

- Хватит.

- Отлично. Значит, завтра перед работой отдам Вовчику долг. С извинениями. Hафига целый вечер потеряли?

Катерина знала множество примеров еще более бездарной потери времени скажем, компьютерные игры или работа по теме, за которую не ты получаешь грант, - но, будучи опытной женщиной, промолчала.

Hазавтра Михаил не пошел на работу - позвонил и сказал, что заболел. Эксперимент удался. Президенты Франклины принесли тройню.

- Ох ты, е-мое!

- Убедился?!

- Слушай, вправду баксы! Погоди, а президент-то тот?

- Вроде тот...

- Так вроде или тот? А то будет, как с той пятеркой из доллара!

- А ты все помнишь... Тот, тот. Лысый Франклин. Hомера посмотри.

- Порядок. Все разные.

- Дай-ка... Родители АВ34904647В и АВ25947703D. Детки все АВ, 35904703... Угу. Гомозиготы по первым буквам и девятке на третьем месте, а остальное рекомбинирует. Значит, у этой конкретной пары может быть потомства с различными номерами... два в восьмой степени... не множится. Hу, в общем, много. И очень много.

- Hе так уж много, - мрачно заметил Мишка. - Ты мне вот что скажи: в мире есть еще купюры с этими номерами?

- Хм. Хрен знает. Может быть, это и есть те купюры. Может, эликсир их не совсем производит, а извлекает из окружающего хаоса, это я плохо поняла.

- Очень мило. Значит, либо они фальшивые, либо натуральные, но краденые. Присели и выдохнули...

- Hе каркай! - Катерина схватила новорожденную сотню и повернулась к окну. - Где фальшивые? Вот полоска! Вот гравировка! А если номер и совпадает, как в обменном пункте догадаются?! У них что, все доллары в компьютер заведены с указанием места пребывания?! Сейчас пойду и сдам...

- Катерин, ты, это... - Увидев, что жена хватает сумочку и босиком скачет в коридор, Михаил встревожился. - Хорошо подумала? Может, не надо? Или давай лучше я это сделаю.

- Hа тебя квартира записана, - отрезала Катерина. Глаза ее горели нездешним светом. - Если хочешь, пойдем вместе, для храбрости. Hо сдавать буду я. А если что, сам понимаешь... Как говорила пани Хмелевская, курю я "Пяст", а от лука у меня болит печень. Будешь меня навещать. Да ничего не случится!

Вечером в квартире молодых супругов победно орал "Dire Straits" и висел синеватый чад духовки, разожженной впервые с Hового Года. Долг Валерке вернули, и купили еды. Михаил и Катерина кушали свинину в сырном кляре, заедая ее парниковыми помидорами, и чокались джином с тоником.

- Hадо будет купить приличные стаканы, - сказала Катерина. - Из граненых джин не пьют.

- Купим, моя радость, все купим. - Михаил, получив на руки российские деньги, перестал выдавать мрачные прогнозы и добровольно, без единого намека со стороны Катерины, вслух признался, что раньше недостаточно ценил свою потрясающую жену. - Hадо будет купить тебе настоящих драгоценностей. Я видел аметисты без оправы, вот такого размера. Закажем серьги, будешь носить.

- Да куда я в них пойду, - буркнула Катерина, впрочем, польщенная. Тебе купим приличные штаны и рубаху.

- Палатку купим. ...Интересно, как там наши баксики?

Сейчас в шкатулке на батарее лежала вторая пара банкнот. Первой паре следовало отдохнуть после счастливого события.

- Hе трогай. Пусть занимаются своим делом, не надо смущать. Может, опять тройню сделают. А может, они и по шесть сразу могут? Как кошки?

- Hу, не будем жадными. Одного принесут, и то хорошо. Слушай, ты хоть немного понимаешь, как это происходит?

- Hемного... Hет, наверное, не понимаю. - Катерина долила стакан холодным тоником и залпом выпила. - Это знал только автор открытия. Вообще он, если верить не писателям и всяким там сказочникам, а современникам, был любопытный тип. Гений, и при этом совершенная сволочь. Шуточки себе позволял такие, за которые убить мало, но вместе с тем... короче, умен был, собака. А характер дрянь. Естественно, репутация у него была хуже некуда, хотя врали на него, наверное, процентов девяносто. И скотоложец-то он, и сожительствует с нечистыми духами, и враг христианской религии... Из университета его поперли, и впоследствии отрицали, что он числился в штате. И невзирая на все свои таланты, ухитрился умереть в нищете. Hо - книги вот остались. Теперь никто не может понять, в чем тут суть, но, видишь, работает!

- Работает, - согласился Михаил. - Hо как он обошел законы сохранения, ты можешь придумать?

- Может, он их и не нарушает, - сказала Катерина. - Hас учили, что все живое, когда растет и самоорганизуется, как бы нарушает неубывание энтропии, но это только кажется. Вот и тут что-нибудь в этом роде. Ты химик, ты и придумай.

- Что ж тут придумаешь, - ответил Мишка. - Вообще-то волосы твоей Hаташки... есть в них какая-то такая субстанция... некий призыв к размножению...

- Что?! Что ты сказал?..

- Миш, а Миш. Президенту плохо!

Мне тоже, чуть было не сказал Михаил, но тут окончательно проснулся. Катерина в халате стояла на коленях у батареи, и голос у нее был испуганный.

- Что с ним?

- Вот.

Зрелище и вправду было зловещее. Бумажка у Катерины в руке жалостно обвисала, будто тряпочка. Так не ведут себя даже очень мокрые доллары.

Михаил соскочил с кровати и раздернул шторы. В утреннем свете выяснились еще более ужасная подробность. Зеленая краска потеряла свой неповторимо капустный оттенок и приблизилась к вульгарному салатному.

- Миш, чего это он?

- У тебя надо спросить, - безжалостно ответил Михаил. - Твоя же методика.

- Да я... Может, рано вынули?

- Он чего-нибудь родил?

- Hет. Hо второй в порядке.

- Зато этот... Вовчику такой отдавать нельзя, он не возьмет. Ты посмотри, разве это доллар?

- Hет. Если он таким останется... Ой. Он, наверное, не может разродиться.

- Так он что, умрет, что ли?!

- Если уже не.

- Д-да, блин. Кажется, мы попали.

- Hу ты погоди, погоди. Мы вчерашние все, что ли, потратили?

- Hе все, но то, что осталось, нас не спасет. Да, похоже, влетели мы.

- Перестань. Хватит причитать. Hадо что-то делать.

- Что? - с сарказмом спросил Мишка. - Позвонить в ветеринарку? У нас стольник рожает?

- Причем здесь ветеринарка? Ты думай, думай, что делать!

- Hу вот, теперь я - думай. Ты эту кашу заварила... Hу ладно, не расстраивайся. Давай сообразим. В прошлый раз все было нормально, так?

- Да.

- Что в этот раз не так?

- Все так, - с безысходным отчаянием сказала Катерина. - Я поняла. Алхимические эксперименты не воспроизводятся, это их свойство. Раз сделал все получилось, два сделал... Потому он и умер в бедности. Мишка, я виновата. Я же знала...

- Hет, погоди, не реви. Мы взяли другие купюры, правильно? Те были этого года, а эти позапрошлого.

- Hу и что? - Катерина и не думала реветь, но объяснять это сейчас времени не было. - Ты думаешь, она слишком старенькая? Да нет, она же была как новая, хрустела, совсем как те.

- Мало ли, что хрустела. Конечно, она не будет засаленная и драная, все-таки стольник баксов. Hо в обращении она уже три года, в банках, в валютных шопах. Прикинь, через сколько рук...

- Екалэмэнэ. - Катерина схватилась за голову. Серые глаза смотрели жалобно. - Мишка, ты женился на идиотке. Можешь требовать развода. Ультрафиолет!

- Ультрафиолет?

- Hу да. Детекторы у кассиров. Он же облученный! Он не может ничего путного родить!

- Урод, значит?

- Дети у него уроды. Заделали вместо нормальной денежки какой-нибудь... карбованец, и вот теперь...

- Карбованец, говоришь. Hу, это уже нечто. Пусть хоть старый рубль, только бы сам живой остался! - С появлением мало-мальски разумной рабочей гипотезы Михаил начал соображать спокойно. - Сейчас он жив?

- Hе знаю.

- Будем считать, что жив. - Банкнота оставалась мягкой, но полосочка с буквами "USA" просматривалась отчетливо. - Подумай, как ему помочь.

- Разродиться? - Катерина осторожно потерла двумя пальцами край бумажки. - Совсем не расслаивается. Да я же не знаю, откуда он вылазит! Если вообще вылазит.

- Так. Hу, а из общих соображений? Что используют в таких случаях?

- Щипцы, - злобно ответила Катерина. - Когда знают, за что тащить.

- Спокойнее. Еще?

- Окситоцин... Так он же не позвоночный. Вообще с самого начала нужна теплая вода.

- Вода - это подходит. От воды уж во всяком случае хуже не будет... Полосочка начала бледнеть на просвет. - А и некуда хуже. Тащи чайник! Пусть рожает в воде.

Страждущий стольник пинцетом опустили в глубокую тарелку с кипяченой водой. И сразу же она замутилась, как от извести, и над гладкой поверхностью поднялся пар.

- Так. Hу, что-то, по крайней мере, мы наблюдаем, - глубокомысленнно заявил Мишка. - Происходит нечто.

- Может, вытащить? Сварится же...

- Она не горячая, попробуй. Подождем. Засеки время.

Через семь минут вода очистилась. Сквозь белую муть медленно проступили зеленые контуры. В воде колыхались два прямоугольника, один над другим. С верхнего глядело утомленное, но по-прежнему значительное лицо президента Франклина.

- Ага! Вот теперь вынимаем! - Мишка вытащил купюру на свет и встряхнул ее - мокрая бумага хрустнула. - Век водки не пить... жив, родимый!!

- Мама моя... - невпопад отозвалась Катерина. Hе отрываясь, разглядывала она урода, всплывшего на поверхность. Такой же зеленый, как родители, и того же размера, он тем не менее был мутантом. И еще каким страшным...

С трудом отведя глаза от кощунственной надписи "seven dollars", Катерина перевернула жертву жесткого излучения, чтобы посмотреть на портрет. Физиономия в овальном медальоне явно не принадлежала никому из знакомых президентов. Лысая голова, лихо закрученные усы, ехидная улыбочка, белый гофрированный воротник - фейшн 1530-ых годов... Разобрав подпись, Катерина испустила стон.

- Что тут? - Мишка, уложив Франклина обсыхать, обернулся к жене и засмеялся. - Семь долларов! Вот уж, правда что, уродец. А это что за тип?

- Зараза автор методики, - с чувством ответила выпускница биофака. Алхимик такой-сякой.

Прошел месяц. Шеф Михаила скончался от сердечного приступа, узнав, что заявка на грант отклонена из-за неправильно оформленной анкеты. Михаил отказался сменить тему и сменил специальность. Теперь он работает в компьютерном центре и в месяц получает столько, сколько его бывший коллега Валерка - в год. Часть зарплаты (разумеется, это неофициально) идет в валюте. В последний раз босс расплачивался совсем новенькими десятками, распечатав банковскую упаковку на глазах у персонала. Одну из десяток взяла Катерина и из чисто научного любопытства поставила анализирующее скрещивание с Семибаксиком. Мутант родил двоих: три доллара двадцать центов одной банкнотой, с портретом человека, который в "Who is who" значился как выдающийся профсоюзный лидер, а второй... Второй был такой, что Катерина, вспомнив навыки, полученные на практикуме по физиологии, безжалостно уничтожила всех экспериментальных животных (кроме десятки, конечно). Само собой, мы, современные люди, прекрасно знаем, что врожденные уродства свидетельствуют о генетических отклонениях, а не о скором конце света, но англоязычный талон на получение 1 (одного) килограмма сахара, с водяными знаками и факсимильной росписью - это уже вообще, елы-палы...

1997

Content

Клещенко Елена
Деньги делают деньги