Кольченко И А

Пределы фантастики (Мысли читателя)

И.А.Кольченко

Пределы фантастики

(Мысли читателя)

И человек не станет никогда Иным, чем то, во что он страстно верит.

Максимилиан Волошин

Одно предположение о каких-то ограничениях на бесстрашную мысль фантастов может показаться кое-кому кощунственным заблуждением, посягающим на самое яркое в фантастике - безудержный .полет воображения. Но если мы вспомним известную нам научно-фантастическую литературу, то придется признать значительную часть ее по разным причинам неинтересной, несмотря на отчаянное жонглирование авторов множеством чудес - от инопланетян и киборгов до мыслящих облаков и других невообразимостей. Можно упомянуть хотя бы безнадежно скучную "Сумму технологий" С. Ле-ма, где знаменитый писатель собрал больше новых идей, гипотез и вымыслов, чем в десятке других своих книг, и сколько раз каждому из нас приходилось разочаровываться в научно-фантастических произведениях! И как всякий читатель, ограниченный временем, но жаждущий с помощью фантастики обогатиться полезными знаниями, мыслями и чувствами, я часто с сожалением вспоминаю, что, даже читая две книги в месяц, смог прочитать за жизнь всего 1200-1500 художественных книг! Вот почему мне и хочется поделиться своим представлением о "социальном заказе" научной фантастике, о ее уникальных задачах, возможностях и... потерях.

Искусство родилось от стремления человека выразить свое представление об идеальном мире; представление, сформированное на основе культурных традиций и фундаментальных мифологем родной культуры и в определенном смысле отражающее свое время. В этом идеальном мире обретался человеком смысл своего собственного существования и смысл самого бытия. Такая потребность в осмыслении и отображении своей жизни присуща каждому нормальному человеку, но актуализируется она по-разному, в зависимости от способностей и черт характера человека. И только немногие в такой мере переполняются столь яркими образами своего рукотворного космоса, что не могут не воплощать их свободно в словах, звуках, красках, линиях, формах, жизнедеятельности и предоставлять им возможность уже жить самостоятельно, независимо от их творца, благодаря пониманию и сочувствию, которые эти образы находят в сердцах других людей. И если их образы покоряют нас своей красотой и мы верим в возможность такого нового космоса, тогда их авторов и называют художниками. Искусство же, как феномен культуры, только потому и существует, что все люди в той или иной мере художники и нуждаются в искусстве как способе свободного творчества, своего или чужого, но свидетельствующего о способности и потребности человека свободно искать истину. Уже первые созданные человеком орудия труда воспринимались им не только в качестве средства для выполнения определенных функций, но, прежде всего, как символы нового, рукотворного идеального мира, в котором находились смысл и цели существования человека, устанавливалась его связь с высшими силами и обреталось их покровительство. Вот почему, например, посуда, одежда, оружие, весь рукотворный предметный мир людей на всей планете с начала истории украшался орнаментом. "Орнамент - это музыка, - пишет С. Есенин в "Ключах Марии". - Ряды его линий в чудеснейших и весьма тонких распределениях похожи на мелодию какой-то одной вечной песни перед мирозданием. Его образы и фигуры какое-то одно непрерывное богослужение живущих во всякий час и на всяком месте. Но никто так прекрасно не слился с ним, вкладывая в него всю жизнь, все сердце и весь разум, как наша древняя Русь, где почти каждая вещь через каждый свой звук говорит нам знаками о том, что здесь мы только "избяной обоз", что где-то вдали, подо льдом наших мускульных ощущений, поет нам райская сирена и что за шквалом наших земных событий недалек уже берег". Услышанная каждым народом музыка космических сфер определяла своеобразие национального орнамента и всей национальной культуры, миро- и жизнепонимание народа, его идеалы и ценности. Происхождение и природа искусства предопределили и высшую форму синтеза искусств в виде храмового действа, моделировавшего весь космос в целом, в котором человек через культ приобщался к божественным силам и обретал необходимую энергию для исполнения своей космической миссии. В народном и "рамочном" профессиональном искусстве эта внутренняя миростроительная энергия излучается постоянно и иногда достигает такого напряжения, что вдохновляет художника даже на некие теургические замыслы, подобно мечте Н. А. Скрябина музыкой пробудить в человечестве и природе глубинные космические силы и завершить в тотальной мистерии историю Вселенной. По разным причинам, в которые сейчас я не буду вдаваться, искусство со временем стало утрачивать свою роль провозвестника и учителя высшей правды. Возгордившиеся художники решили, что все, что им видится, все образы, явление которых их обуревает, должны быть объектом внимания других людей. Искусство стало превращаться в самоценное занятие, со своими профессиональными законами, тайнами и критериями совершенства вне жизнестроительной задачи личности и общества. Искусство все в большей мере стало превращаться в искусство для искусства, заботиться об удивлении человека "как сделано" нечто, а не о смысле сделанного, и даже объявлять отсталостью и реакцией всякую попытку выяснить и оценить смысл художественного произведения, так как его существование якобы оправдано уже тем, что оно есть попытка самоутверждения и самореализации творческой энергии. Возвращаясь к нашему предмету - литературе, надо отметить, что массовым стало искусство развлечения и отвидения человека от всех первосмыслов детективом, рассказом о происках, преследованиях, вооруженной борьбе, демонстрации низменных страстей и пороков, преступлениях, извращениях и слабостях. В чем-то искусство "правды жизни" своей "низменной" правдой даже льстит иному читателю, успокаивая его показом таких же слабых и растерянных людей, как он сам. Успокоенный отсутствием в искусстве высших, трудно достигаемых идеалов, человек окончательно перестает томиться и бороться за них. Бесчисленное множество подобных разлагающих и расслабляющих имиджей и стереотипов обрушивает на наше сознание современное искусство! Лучшие мастера мировой научной фантастики: Ж. Верн, В. И. Крыжановская (Рочестер), Г. Уэллс, К. Чапек, И. А. Ефремов, Р. Брэдбери и многие другие демонстративно продолжали историко-культурную учительскую миссию искусства. Но в научно-фантастической литературе сегодня преобладает массовая фантастика, которую можно было бы назвать рок-фантастикой (см., напр.: Дунаев М. Роковая музыка. - "Наш Современник", 1988, № 1 и 2). Главное внимание в рок-фантастике (и писателя, и читателя) обращено на занимательность сюжета, в основном детективного, чтобы держать читателя в напряжении интригой, авантюрой или преступлением, придав детективу научно-техническими фокусами "современный" антураж. Люди в таких произведениях схематичны и своей чуждостью вечным человеческим страстям напоминают роботов, запрограммированных на выполнение определенной функции, а духовная жизнь какого-нибудь сталкера до неприличия убога и состоит из сомнений, растерянности, забвения чувства собственного достоинства и потери цели жизни. Я не привожу примеров - их достаточно много. Разочарование примитивностью некоторых научно-фантастических произведений тем более горько, что научная фантастика обладает исключительными возможностями в жизнедеятельной помощи многим современным людям в силу изначального смысла этого жанра. Выделение научной фантастики в качестве специфического рода художественной литературы было вызвано крепнущей верой образованного человека в достоверность знания того, что "может быть", и того, что "не может быть". Эта вера родилась от восхищения успехами естествознания и уверенности о всемогуществе разума, вооруженного дедуктивным методом, и часто бывала более фанатичной, чем вера ревнителей божественных энергий. Она и привела к отождествлению научной картины мира с миром сущего. В результате мир предстал перед человеком пусть с очень сложной, но конечной системой феноменов, значений и смыслов. А для их полного постижения, казалось, нужно было только приложить определенные усилия в рамках известной научной парадигмы. Все же, что не укладывалось в нарисованную таким образом картину мира, отвергалось, как не существующее, как не должное существовать. В результате в сознании, миро- и жизнепонимании некоторых людей произошла роковая по своим социокультурным последствиям подмена реальности, во всем бесконечном богатстве ее конкретности, научной картиной мира. Но наука, как метод познания, моделирует реальность с помощью абстракций всегда только с определенных, выбранных самим исследователем точек зрения. Поэтому наука вторична по отношению к действительности, по отношению к жизни. Например, камень может быть объектом изучения разных наук: для физики предметом изучения в камне будет или его движение как жесткой системы определенного объема и веса, или его электрические и механические свойства; для химии - химический состав камня; для геологии - его происхождение и свойства, как части земной коры; для минералогии строение его вещества и т. д. и т. п. И в каждом случае предмет изучения задается самим исследователем, который определяет, что и для чего он хочет узнать, какую модель конкретного объекта ему нужно получить. И таких моделей - научных описаний объекта может быть бесконечное множество, ограниченное только интересом человека и исходными научными посылками. Вот почему любое наукотворчество вторично и беднее жизнетворчества. Одновременно наука объективна по своей природе. После фиксации аксиоматических посылок научного метода все личное и субъективное, внесенное в познание, разрушает логическое здание науки. Иначе и быть не может, ибо цель науки - найти объективные взаимосвязи между явлениями, а жизнь есть динамическая, непрерывно становящаяся субъект-объектность в органическом взаимодействии субъекта и объекта. Поэтому для эффективного использования научного знания при решении вопросов жизни человек постоянно переоценивает и совершенствует научное знание по мере все более полного преобразования и познания мира. Если же человек начинает ограничивать свое представление о мире результатами научных исследований, то неизбежно заходит в тупик, так как начинает постоянно сталкиваться с неожиданностями и необъяснимостями. Эту опасность хорошо осознавал, например, основоположник космонавтики и талантливый писатель-фантаст К. Э. Циолковский. "Наука момента, - писал он, - не представляет ничего законченного, а потому и суждение о ней непрерывно совершенствуется. Необходима некоторая скромность, предполагающая еще целое море неизвестного. В противоположном случае мы впадаем в узость (фанатизм) и сама наука замрет, т. е. перестанет идти вперед, как это было порою в ее истории (Аристотель говорил, что на солнце нет пятен, значит, их и быть на нем не может). Плоды этой научной скромности: терпимость, внимательное исследование всех фактов, как бы ни были они невероятны, с точки зрения науки момента". Непонимание вторичной, хозяйственной природы науки, как инструмента познания реальности, и ограничение реальности только научной картиной мира из понятных в рамках принятой сегодня научной парадигмы объяснений и породило идею "чуда". Но "...что такое чудо? - спрашивал, например, тот же К. Э. Циолковский. - Что-нибудь совершенно неожиданное, нерассчитанное, противоречащее известным явлениям и законам. Но разве нам известны все законы, все существа! Необычное может быть естественным результатом действия этих неизвестных законов и недоступных нашим чувствам разумных или неразумных существ". До эпохи царства разума и науки, когда люди наивно верили, что все возможно "милостью и силою божией", реальность отождествлялась с действительностью. Сны, галлюцинации, видения, предчувствия, удивительные истории и многое другое, столь же не научное, но, тем не менее, очевидно, достоверное для самих переживших это событие, органично включалось и в жизнь, и в литературу. Исключение чуда и тайны из жизни сопровождалось возникновением новой концепции человека как существа, полностью программируемого знаниями. Конечно, знания полезного и вредного, красивого и безобразного, знания о законах природы и развития общества и сделали человека тем, что он есть сегодня. Но современное состояние человечества есть прежде всего результирующая множества страстей и энергий, обуревавших целые народы, вооруженные знаниями и сталкивавшиеся друг с другом в борьбе. Всю историю культуры можно рассматривать как некий "антиэнтропийный" процесс, когда вопреки царствующей в неживой природе тенденции к упрощению, ослаблению, уменьшению разнообразия и диссоциации, жизнь и человеческая воля стремятся увеличить сложность и разнообразие своих произведений, утверждают стремление к разнообразию, усложнению, созиданию, украшению и индивидуализации всех проявлений жизни и творчества. И не в последнюю очередь' это достигается ограничением, обузданием разрушительных импульсов человеческой натуры рамками законов и правил чести, нравственности, преданий, божественных законов и красоты. Человек чувствовал и понимал, что стабильность его существования требует определенных норм, законов, которые сдерживали бы его бушующие страсти. С успехами хозяйственной деятельности, которая целиком обязана комбинаторским способностям разума, ему стали доверять и надеяться на него все больше. Эпоха просвещения поставила разум на вершину иерархии ценностей, и ему стали возводиться божественные почести. Но жизнь оставалась в решающей мере подчиненной древним законам сильного, смелого, целеустремленного и верящего. Этот факт только еще больше подзадоривал ослепленных жрецов культа разума, и они осыпали проклятиями слабую человеческую душу, обещали ей рай земной, как только она начнет жить, следуя не своим страстям, а голосу разума. Но что такое "голос разума"? Как это часто бывало в истории, людей завораживала красота звука, а не смысл слов. И в данном случае никто не конкретизировал смысла слов "голос разума", а если пытался сделать это, то сразу же выяснялось, что "голос разума" - это или следование доктрине самого толкователя или следование по линии наименьшего сопротивления нигилистического фрондерства, которое приводило к анархизму и разложению. Выгоды и блага, которые сулили слепые апостолы "разума", оказывались таковыми только для безликого, усредненного, бесстрастного винтика общественного механизма. Против позитивистских проповедей прагматизма и вульгарного материализма, которые игнорировали собственно человеческое в человеке - "душу живую", страстно выступил гениальный сердцевед Федор Михайлович Достоевский: "Но все-таки вы совершенно уверены, что он (человек. - И. К.) непременно приучится, когда совсем пройдут кой-какие старые, дурные привычки и, когда здравый смысл и наука вполне перевоспитают и нормально направят натуру человеческую. Вы уверены, что тогда человек и сам перестанет добровольно ошибаться и, так сказать, поневоле не захочет рознить свою волю с нормальными своими интересами. Мало того; тогда, говорите вы, сама наука научит человека (хотя это уж и роскошь, по-моему), что ни воли, ни каприза на самом-то деле у него и нет, да и никогда и не было, а что он сам не более как нечто вроде фортепьянной клавиши или органного штифтика и, что, сверх того, на свете есть еще законы природы; так что все, что он ни делает, делается вовсе не по его хотению, а само собою, по законам природы. Следовательно, эти законы природы стоит только открыть, и уж за поступки свои человек отвечать не будет и жить ему будет чрезвычайно легко. Все поступки человеческие, само собой, будут расчислены тогда по этим законам, математически, вроде таблицы логарифмов, до 108000, и занесены в календарь; если, еще лучше того, появятся некоторые благонамеренные издания, вроде теперешних энциклопедических лексиконов, в которых все будет так точно исчислено и обозначено, что на свете уже не будет более ни поступков, ни приключений". Но такая жизнь без свободы, по мнению Достоевского, для исторического человека хуже смерти, и она долго не продлится: "...Я, например, нисколько не удивляюсь, - говорит он, - если вдруг ни с того ни с сего среди всеобщего будущего благоразумия возникнет какой-нибудь джентльмен, с неблагородной, или, лучше сказать, с ретроградной и насмешливой физиономией, упрет руки в боки и скажет нам всеми: а что, господа, не столкнуть ли нам все это благоразумие с одного разу, ногой, прахом, единственно с целью, чтобы все эти логарифмы отправились к черту и чтоб нам опять по своей глупой воле пожить! Это бы еще ничего, но обидно то, что ведь непременно последователей найдет: так человек устроен. И все это от самой пустейшей причины, об которой бы, кажется, и упоминать не стоит: именно от того, что человек, всегда и везде, кто бы он ни был, любил действовать так, как хотел, а вовсе не так, как повелевали ему разум и выгоды; хотеть же можно и против собственной выгоды, а иногда и положительно должно (это уж моя идея). Свое собственное, вольное и свободное хотенье, свой собственный, хотя бы самый дикий каприз, своя фантазия, раздраженная иногда хоть бы даже до сумасшествия, - вот это-то все и есть та самая, пропущенная, самая выгодная выгода, которая ни под какую классификацию не подходит и от которой все системы и теории постоянно разлетаются к черту. И с чего это взяли все эти мудрецы, что человеку надо какого-то нормального, какого-то добродетельного хотения? С чего это непременно вообразили они, что человеку надо непременно благоразумно выгодного хотения? Человеку надо - одного только самостоятельного хотения, чего бы эта самостоятельность ни стоила и к чему бы ни привела". И хотя вся история доказывает справедливость слов Достоевского о страстной природе человеческого микроощущения, до сих пор сохраняются позитивистские упования исключительно на облагораживающую роль знаний и разума в жизни человека. Так С. Лем убежден, что все неурядицы на земле происходят из-за незнания "своей пользы". "...Всякую угрозу для цивилизации можно свести либо к неумению овладевать общественными силами, либо же к неумению овладевать силами Природы. В обоих случаях речь идет, таким образом, об одном и том же типе источника угрозы: этим источником служит невежество незнание законов развития, будь то общественного, будь то естественного, природного". К сожалению, это примитивно-позитивистское понимание человека довольно широко распространено и сегодня. Только его живучестью можно объяснить появление, например, такого научно-фантастического фильма, как "Его звали Роберт" и ему подобных. В названном фильме человекоподобный робот чувствует себя вполне "комфортно" среди людей, т. е. он не попадает среди них в "нештатные ситуации"! Больше того, в эту пластмассовую куклу... влюбляется девушка! И это при всей подчеркнутости, очевидности механичности движений, ограниченности реакций и примитивности языка! Этот фильм - еще один убедительный ответ на жаркую дискуссию тридцатилетней давности: может ли машина мыслить? Сегодня, когда мы видим все чудеса, порожденные ЭВМ пятого поколения, мы так же уверенно отвечаем: никакая машина не может моделировать то, что называется настоящим человеческим мышлением, а вот сам человек может превратиться (и часто превращается) или развиваться только до уровня конечного автомата! О чем свидетельствуют и девушка, влюбившаяся в Роберта, и его приключения. Сегодня много говорят о гуманитарной и технической культуре, как противоположных по смыслам и ценностям, вероятно, будет точнее говорить о культурах реальных и абстрактных. Реальные культуры те, которые видят конечный смысл получения нового знания в любой области и, вообще, любой человеческой деятельности, в исполнении человеком своего предназначения на земле и наполнении его, таким образом, чувством исполненного долга перед Вселенной и самим собой. Абстрактная же культура ориентирует человека на жонглирование абстрактными понятиями, не заботясь о раскрытии их конкретного смысла в каждом данном случае. Нормальный человек не мог согласиться и стихийно протестовал против упрощенческой, примитивной механической концепции мира и человека. И уверенность в бесконечных возможностях самого себя и мира он черпал и в искусстве, и практическом преображении самого себя и всего мира. Становление и самосознание научной фантастики в решающей мере было вызвано этим протестом против примитивно-механической картины мира и двумя неизбывными потребностями человека. Первая - потребность в чудесном, таинственном, как подтверждающем и иллюстрирующем бесконечное многообразие мира. Многообразие в его конкретности, которое нельзя исчерпать никаким конечным множеством смыслов. Не случайно чувство открытия новой тайны мира или души человека охватывает нас при соприкосновении с каждым подлинным произведением искусства и пробуждает ощущение сопричастности с чудом неведомой еще нам жизни. Вторая потребность - представить и осмыслить качественно-новые проблемные ситуации, в которых может оказаться каждый из нас или все общество в результате увлечения применением достижений науки и техники. Собственно, вся классическая научная фантастика и стала таковой благодаря изображениям вероятных проблемных ситуаций и увлекая человека на их решение в стремлении его к вечным, непреходящим жизнестроительным ценностям. Рэй Брэдбери - один из самых талантливых современных фантастов - на вопрос: "Кто ваш любимый писатель-фантаст и почему?" - ответил так: "Жюль Берн, ибо он был одним из первых и до сих пор остался одним из лучших. Этот писатель обладал воображением, моральным чувством и отличным юмором: каждая его новая страница вдохновляет. Читая его, гордишься, что ты человек. Он испытывает человечество тестами, он предлагает ему взмывать в воздух, ухватившись за шнурки собственных ботинок. Он уважает старомодную добродетель - умение трудиться. Ценит пытливый ум, зоркий глаз и ловкую руку. Вознаграждает за хорошо сделанную работу. В общем, он восхитителен, и его романы не утратят ценности, пока из мальчишек нужно будет воспитывать доброжелательных, славных, полных энтузиазма мужчин. В наш век, который пустил на ветер унаследованное богатство идеалов, Жюль Верн, человек другого столетия, зовет преследовать более достойные цели..." Желание увлечь и вдохновить человека на достижение "более достойных целей" вдохновляло и вдохновляет лучших творцов научной фантастики, которая сегодня может с особенным успехом выполнять эту задачу. Прежде всего среди мельтешения современных научно-технических открытий и забот повседневной жизни человек иной раз теряет путеводную цель в жизни и стройное представление о космосе, как целом, соучастником которого он сам и является. Вместо любви и верности космосу абсолютных ценностей растерянный человек пытается сориентироваться в мире, руководствуясь теорией относительности всего и вся, в зависимости от точки отсчета. Глазами же этой "теории" добро может предстать злом, а порок "раскрытием неизвестных возможностей человека" и т. д. и т. п. Какова судьба человека в этом текучем мире с размытыми и относительными нравственными и эстетическими ценностями, когда человек иногда даже не хочет иметь ни принципов, ни идеалов, как "сковывающих" его возможности?! На этот вопрос пока не ответили ученые, но видит каждый из нас, кто еще помнит, как выглядит ценностно ориентированный мир. Пытается ответить на него и научная фантастика, но только писатели-фантасты, подобные И. А. Ефремову, сделают то, что не смогли пока сделать философы: встанут на "космическую точку зрения" на судьбы мира и человека, масштабнее и ярче увидят новые перспективы для жизнетворчества и новые угрозы человечеству, порожденные самими людьми. Мы бурно развиваем атомную энергетику, и как страусы прячут при опасности голову в песок, так и мы не хотим говорить и думать об опасности хотя бы от радиоактивных отходов АЭС, которые нужно охранять потом сотни лет, мы расхищаем кислород планеты, но никогда ничего не делаем для его восстановления. Мы забиваем свои головы, свое сознание всяким информационным вздором и не думаем, во что превращаемся, и т.д. и т. п. С каждым днем возникают все новые глобальные угрозы существованию нормального человека и всего человечества. Эти угрозы стремительно умножаются и осознаются все большей массой людей. Но готовых рецептов борьбы с ними нет. И именно научная фантастика могла бы гораздо активнее пробуждать интерес к этим вопросам и вдохновлять людей на поиски лучших вариантов решения, как, например, гениально сделал К. Чапек своей "Войной с саламандрами". Осознавая в сложном и проблематичном современном мире долг и ответственность научной фантастики за его участь, можно считать, что научная фантастика, как искусство, перестает существовать, как только пренебрегает животрепещущими проблемами века и начинает заниматься пустым развлекательством. Пределы фантастики - пределы интересов человека о своем выживании и сохранении себя, как вида, живущего во имя высших и проверенных историей ценностей. Есть прогнозы и фантастические произведения о будущем обществе из людей субкультур, ненормальных, ущербных, но вполне счастливых, благодаря добровольной переориентации на другую систему ценностей, подобно алкоголикам, наркоманам, извращенцам и т. п. Теоретически такая перспектива возможна, если приверженцы данной субкультуры смогут обеспечить физико-биологические и энергетические условия своего существования. Практически же мы видим, что любое общество сохраняется, живет и процветает в той мере, в которой оно придерживается только проверенных нравственных и эстетических ценностей. Но не появятся ли в будущем новые факторы, которые заставят нас переоценивать свои традиционные ценности? На этот вопрос пока может ответить только искусство. И именно научная фантастика могла бы рассказать, например, о возможных последствиях катастроф с биосферой Земли для судеб человечества. Ученые только подступают к изучению этой проблемы, а в романах той же В. И. Крьгжановской (Рочестер) изображено уже несколько вариантов катастроф и спасения человечества, а И. А. Ефремов нарисовал убедительные картины будущего в "Часе Быка". Академик Н. И. Моисеев так описывает возможную проблемную ситуацию на нашей планете: "Есть понятие бифуркации, которому А. Пуанкаре придал специфический смысл (после работ Р. Тома чаще употребляется термин "катастрофа"). Под воздействием медленно возрастающей внешней нагрузки система постепенно эволюционирует, сохраняя, однако, свои основные свойства. Но существует предельная величина нагрузки, по достижении которой линейный ход развития нарушается. Система быстро переходит в качественно новое состояние. И однозначно предсказать, в какое именно - теоретически невозможно. Невозможно в принципе! Оно зависит от бесчисленного множества случайных факторов. Простой пример: на сколько кусков и какие именно разлетится палка, если, изгибая ее за концы, мы однажды превысим ту нагрузку, которую она может выдержать? Точно так же и биосфера. До поры до времени она выдерживает все возрастающее антропогенное воздействие. Но в какой-то момент может произойти бифуркация биосферы или ее важнейших фрагментов. Превысив по тем или иным параметрам предельно допустимые нагрузки, мы дадим начало необратимым процессам, которые приведут биосферу в совершенно новое квазистабильное состояние. И точно описать заранее все его конкретные свойства невозможно в принципе. Нельзя и предсказать, будет ли новая биосфера пригодна для обитания рода людского. Принципиальная непредсказуемость дальнейшей судьбы биосферы, а следовательно, судьбы человечества, и тот риск, с которым связан рост антропогенных нагрузок, заставляет нас считать определения критических значений одной из важнейших проблем (если не важнейшей!) из тех, что встали сегодня перед обществом. Для ее решения нужно создать новое, нетрадиционное направление научных исследований, требующее объединения усилий специалистов самого разного профиля, новой методологической и методической основы... Сегодня еще очень немногие сознают качественные изменения обстановки на Земле, большинство не отдает себе отчета в том, что она стала совершенно иной, чем была несколько десятков лет назад". Здесь нужно добавить, что непредсказуемым разрушениям из-за стресса и отрицательных эмоциональных перегрузок, из-за загрязненности пищи, воды, воздуха, из-за объемов культурной информации подвержено в еще большей мере психическое и физическое здоровье отдельного человека, отдельных сообществ и всего человечества. Но на сегодняшний день ни наука, ни научная фантастика не подготавливают в должной мере наше сознание к решению грядущих проблем нашего существования в новой биосфере и окружающей среде, даже к решению проблем, уже осознанных большинством на уровне здравого смысла. А между тем проблемы столь сложны и необычны, что только искусство может попытаться изобразить их подлинное значение для нашей истории. Вот как выглядит сегодня ситуация с той же окружающей средой. Более четверти века назад в США вышла книга Р. Карсон "Безмолвная весна", которую автор хотела назвать сперва "Человек против Земли" - настолько зловещие обнаружились последствия увлечения химизацией сельского хозяйства в США. Сегодня же биосферу Земли разрушают уже и стремительно растущий поток отходов промышленности, выхлопных газов автомобилей и самолетов, физических излучений и прочих порождений научно-технического прогресса. Для сравнения скоростей естественного формирования биосферы и вмешательства в нее человеческой культуры была предложена такая шкала: за масштабный "год" взяли время 170 млн. лет, т.е. последнее время, за которое на Земле не было геологических катаклизмов планетарного масштаба и биосфера эволюционировала. Только тогда "30 декабря" этого "года" возникла техника палеолита - использование простейших каменных орудий, а "31 декабря в 23 ч. 30 минут" появилось земледелие. За "36 секунд до полуночи" произошла первая промышленная революция. И т.д. Неудивительно, что в последнее время человечество все с большим изумлением и огорчением вдруг обнаруживает, что вся окружающая нас среда (ОС)-комплекс природных, технологических и социальных факторов развития общества- разрушается. Глобальный, планетарного масштаба процесс разрушения ОС можно представить в виде нескольких взаимосвязанных процессов: загрязнение ОС; разрушение природных циклов; истощение природных ресурсов; демографические катаклизмы; кризисы урбанизованных районов расселения людей и ухудшение генетической структуры населения.

Загрязнение окружающей среды

С тех пор, как человек начал изготавливать орудия труда, он загрязняет природу продуктами и отходами производства. Но первые каменные орудия и осколки камня, зола костров, остатки пищи и обломки дерева выбрасывались в ничтожном, по сравнению с массой биосферы, количестве. Они состояли из тех же природных элементов и безболезненно для биосферы вовлекались в круговорот веществ. Так происходило до первой промышленной революции, когда в отдельных районах Англии и Германии возникли плотные скопления фабрик и заводов. Поток сточных вод и дыма от них был уже настолько велик, что природа в этих местах не могла его обезвредить и поглотить. Так, в середине XVI века из окон английского парламента в р. Темзе ловили семгу, а в начале прошлого века лист белого картона, опущенный в ее воды, становился невидимым в грязной воде и рыба исчезла из реки. Однако подобное загрязнение природы до последней четверти нашего века происходило на сравнительно небольших территориях, а его вредоносное влияние было ограничено в пространстве и времени малым объемом и сравнительно простым составом загрязнителей. Другое дело теперь, когда научно-техническая революция породила фантастическое количество враждебных природе загрязнителей и позволила человеку осуществлять хозяйственные процессы в масштабах, сравнимых с масштабами природных процессов. Одним из главных загрязнителей биосферы становится двигатель внутреннего сгорания из-за быстрого роста объема выхлопных газов и их ядовитости. Так, например, среднестатистический автомобиль выбрасывает с выхлопными газами за год: около 297 кг ядовитой окиси углерода, 39 кг канцерогенных углеводородов, 10 кг ядовитой окиси азота, 2 кг твердых частиц, 1 кг окиси серы и 0,5 кг свинца. Сейчас в мире около 500 миллионов автомобилей и сотни тысяч самолетов, каждый из которых, в среднем, потребляет кислород и загрязняет воздух, как сотни автомобилей. Все более зловещим для биосферы оказывается использование сельскохозяйственных ядохимикатов, гормональных препаратов, минеральных удобрений и т. п. Попадая на листья растений, землю и воду, эти вещества раздуваются ветром и смываются дождем, загрязняя воздух, почву, наземные и подземные воды, а затем с воздухом, водой, с зерном, плодами, продуктами питания попадают в человека. Уже накопленные в биосфере сельскохозяйственные химикаты и продукты их метаболизма еще долгие годы будут заражать все точки земного шара, даже в том случае, если бы производство и применение их было бы сейчас полностью прекращено. Самым опасным загрязнителем биосферы остаются радиоактивные отходы промышленности, последствия различных аварий и испытания атомного оружия. Сегодня стронций -90, и цезий -37, выделившиеся при атомных взрывах, содержатся во всех почвах, во всех океанах и даже в подпочвенных водах. Их радиоактивность не уменьшится и наполовину за 28-30 лет. Пока что нет прогнозов как обезопасить растущее количество отходов атомной промышленности. До сих пор наиболее распространенный способ захоронения радиоактивных отходов - затопление контейнеров с ними на дне океана. Но совершенно очевидно, что, со временем разрушаясь, эти контейнеры превратятся в бомбы замедленного действия, которые "взорвутся", когда этого менее всего будут ожидать. Точно также неизвестны последствия захоронения радиоактивных отходов в старых шахтах и скважинах, через которые протекают подземные реки. О последствиях такого "взрыва" можно судить хотя бы по тому, что только отходы атомных заводов, захороненные в штате Вашингтон (США), оказавшись на поверхности земли, могут опустошить мир так же, как неограниченная ядерная война. Бесчисленные случайности могут вызвать утечку радиоактивной "заразы" даже при соблюдении всех предосторожностей. Так, например, первое время после захоронения цистерн с радиоактивными отходами под землей их герметичность сохраняется только при интенсивном охлаждении. Но система охлаждения может быть нарушена тысячами естественных и искусственных причин, например, землетрясением. Все большие опасения вызывают неизвестные последствия теплового загрязнения биосферы. Уже сейчас рост промышленности и энергетики привел к тому, что количество выделяемого человеком тепла на поверхности планеты стало сравнимо с количеством тепла, получаемым планетой от Солнца. Ухудшение "тепловой прозрачности" атмосферы из-за загрязнения ее углекислым газом и пылью может еще резче изменить баланс получаемого и излучаемого планетой тепла, что приведет или к катастрофическому таянию материка и океанских льдов и затоплению гигантских просторов суши, или к новому ледниковому периоду. Есть много загрязнителей окружающей среды действительного влияния которых на биосферу мы еще не знаем, например, электромагнитное излучение в диапазоне радиоволн. Десятки радио- и телепередатчиков, сотни миллионов электроустройств породили на нашей планете излучение в этом диапазоне больше солнечного в этом же диапазоне. Так что иноземные цивилизации могли занести в свои звездные каталоги новую радиозвезду в Солнечной системе, вспыхнувшую в последние десятилетия. Мы уже знаем, что облучение радиолокатором может убить человека или сделать его инвалидом. Но мы не знаем и не можем пока оценить конечный результат воздействия на живые организмы более слабых и продолжительных электромагнитных излучений. Мы не знаем, например, как в конце концов повлияет на здоровье человека его жизнь в перекрестном потоке электромагнитных полей, которыми он сам себя опутал. Научно-техническая революция открыла тысячи путей, по которым ядовитые вещества начали попадать в окружающую среду. В Англии как-то сделали анализы кочанов капусты и... обнаружили в них очень большое количество свинца. Откуда? Оказалось, что эта капуста выращивалась вблизи автомобильных дорог, а в бензин добавляется антидетонатор тетраэтилсвинец, загрязняющий почву вдоль дорог.

Истощение природных ресурсов

Рост промышленного и сельскохозяйственного производства во всем мире потребовал в последние годы расхода природных ресурсов в размерах, уже сравнимых с их запасами в природе, в результате чего природные ресурсы начали быстро истощаться. Увеличение урожайности уже не успевает компенсировать уменьшение сельскохозяйственной продукции из-за уничтожения удобных для возделывания земель эрозией, промышленной или жилой застройкой, водохранилищами, дорогами, аэродромами и мн. другим. По данным ООН, в мире уже утрачено около 800 млн. га пахотных земель. Фотосинтез растений на территории США восполняет сегодня только 60 % необходимого населению и промышленности кислорода. Пассажирский самолет, например, потребляет за один перелет Париж - Нью-Йорк 35 тонн кислорода, а автомобиль в среднем на 1000км пробега требует такого количества кислорода, которого достаточно для одного человека в течение года. А сколько кислорода уничтожают пожары, "факелы" над заводами, сжигание строительного мусора и ценнейших остатков леса на лесосеках! Нарастающее потребление кислорода уже опережает его воспроизводство, и человечество начинает жить за счет прежних накоплений природы. За последние десятилетия содержание кислорода в атмосфере уменьшилось на несколько процентов, а в Мировом океане - на 12%. Уже истреблено 2/3 лесов всей планеты, а один тираж воскресного номера газеты "Нью-Йорк тайме" требует вырубки леса на 80 га. При нынешнем объеме рубок, например, в горах Танзании леса будут полностью сведены через несколько лет, а вместе с ними исчезнет 150 древесных видов, не считая эндемических видов травянистых растений, а также животных, населяющих эти тропические леса. Практически все загрязнители воздуха, почвы и вод в конце концов вымываются в Мировой океан, в результате чего он превратился в сточную яму планеты. Ежегодно в него поступает более десятка тысяч тонн ртути, свинца, кадмия и других ядовитых металлов, миллионы тонн нефтепродуктов, синтетических моющих веществ, ядохимикатов и много других ядовитых веществ, которые губят жизнь океана. Загрязнение океана разрушает сложившиеся миллионы лет циклы воспроизводства его биологических ресурсов. Ж.-И. Кусто 30 лет изучал жизнь океана, проплыв по воде и под водой тысячи километров. 15 лет назад он с горечью отмечал, что биологическая продуктивность океана понизилась на 30-50%. Нарушена способность океана к самоочищению - он задыхается от загрязнений. Истощаются рыбные богатства, уменьшается число видов морских животных и растений. Во всем мире растет тревога из-за нехватки чистой пресной воды. Существуют прогнозы скорого исчерпания и минеральных ресурсов. Один из прогнозов дает такие цифры: "Если человечество даже не будет расти, но потребление энергии и других веществ на душу населения будет увеличиваться теми же темпами, как за последние сто лет, то запасов угля хватит только на 100-150 лет, серебра на 13-40 лет, свинца-20-60 лет и т. д. (с учетом использования в пятикратном масштабе новых, пока еще не разведанных природных запасов). А что потом? Заменять металлы пластмассой? Но ведь она изготавливается из природных веществ, в первую очередь - нефти, а ее запасы также ограниченны. Прогнозы дают разные сроки обеспеченности нашей планеты природными ресурсами, но, расходясь в отдельных цифрах, большинство из них приходит к выводу, что "истощение сырья в глобальном масштабе будет происходить уже при нашем поколении".

Разрушение природных циклов.

В свое время греки увлекались разведением коз, которые, как известно, могут отыскать мельчайшую травинку между камнями или забраться на дерево за листьями. Трава и кустарники Греции постепенно были уничтожены, земля выбита копытами, воды и ветер ускорили деградацию почвы, ухудшился микроклимат в земледельческих долинах. Через несколько столетий зеленеющие горы процветающей страны превратились в безжизненные кучи песка и камня "козы съели Грецию". На каждом участке планеты тысячелетиями складывалось равновесие геологических, биологических и климатических процессов, обеспечивая максимальную биологическую производительность и устойчивость биогеоценозов. Загрязнение окружающей среды, изменение гидрологического режима территорий, вырубка лесов, наземные и подземные выработки полезных ископаемых, распашка, застройка и загромождение земли свалками сегодня стремительно разрушают сложившиеся в биосфере циклы. Плотины и водохранилища позволили регулировать сток рек для гидроэнергетики, судоходства и орошения, однако проектировщики не предусматривали и не подсчитывали ущерб от затопления и подтопления плодородных пойменных земель, от изменения климата разрушения нерестилищ, путей миграции рыбы, от цветения воды, заиливания рек и мн. др., а сейчас этот вред сказывается значительнее всех обещанных благ гидротехнического строительства. Во многих странах увлеклись осушением болот и очень поздно поняли, что болота - природные аккумуляторы тепла и влаги. После осушения болот на больших территориях начались осенние наводнения, стали гибнуть окружающие леса, иссякать колодцы, возникать засухи и пыльные бури, как в Белоруссии. Теперь иногда приходится даже тратить огромные средства на... орошение осушенных малоплодородных торфяников. В США уже начали восстанавливать болота в верховьях рек и считают это экономически выгодным. Увлечение сельскохозяйственными ядохимикатами, как это ни парадоксально, усилило распространение ряда вредителей, болезней растений и животных. Дело в том, что полезные насекомые - энтомофаги (хищные насекомые и паразиты насекомых сельхозвредителей), как правило, ведут открытый и очень подвижный образ жизни, в результате они попадают под "обстрел" ядов в большей мере, чем вредители сельского хозяйства - малоподвижные и живущие более скрыто. Ряд химических обработок как бы ведет селекцию вредителей на устойчивость к ядохимикатам. На сегодня, по различным данным, уже выработали иммунитет к применявшимся ядохимикатам до 1000 видов вредителей. Однако полезные насекомые вымирают раньше, чем успевают приобрести иммунитет. Размножение устойчивых к ядохимикатам вредителей вынуждает увеличивать дозировку, количество обработок ядохимикатами и изобретать более сильные яды. И так без конца.

Демографические катаклизмы

В последнее время население большинства районов нашей планеты стало расти особенно быстро. Если в 1900 г. на земном шаре жило около 1,6 миллиарда человек, то к 1987 г. (т. е. через 87 лет) около 5 миллиардов, и каждый год прибавляется около 60 миллионов человек. При этом население планеты увеличивается, в основном, за счет прироста населения в развивающихся странах. Здесь сохраняется высокая рождаемость, превышающая в два-три раза уровень рождаемости в индустриальных государствах, и быстро увеличиваются темпы прироста населения вследствие происшедшего за последние годы значительного снижения смертности. В результате общий прирост населения мира более чем на 9/10 происходит за счет Азии, Африки и Латинской Америки, а число жителей этих трех континентов стремительно возрастает. Расчеты показывают, что никакие меры по регулированию размера семей уже не смогут предотвратить пятикратное увеличение населения Земли. Внедрение в нашу жизнь ионизирующих излучений, контакт с мутагенами (некоторыми ядохимикатами, медикаментами, гормональными препаратами и т. п.) вызывает нарастание наследственных повреждений организма людей и животных. Подсчетами советских генетиков установлено, что хроническое облучение дозой в 10 рентген приводит к увеличению спонтанных мутаций в следующем поколении в 2 раза, а глобальное повышение естественного фона радиации всего на один рентген приведет к появлению в каждом новом поколении почти 6 миллионов наследственно неполноценных людей. Накоплению у населения планеты генетических болезней также способствуют, как это ни парадоксально, успехи медицины и здравоохранения. Если раньше распространение таких болезней ограничивалось повышенной смертностью до половозрастного возраста у страдающих наследственными повреждениями людей, то теперь, с помощью медикаментов и специальных приемов этим больным поддерживают жизнь значительно дольше, и многие из них дают потомство, ослабленное в умственном и физическом отношении.

Кризис урбанизированных районов

Индустриализация, механизация сельского хозяйства и многие другие причины вызывают массовые переселения людей в города во всех странах мира. В урбанизированных районах человеку все больше угрожают грязный воздух, шум, вибрации, физические излучения, скученность, убыстряющийся темп жизни и сравнительное однообразие арены жизни. Дымное облако над городом поглощает от 25 до 50 % солнечного света и 75-90 % нужного для растений и животных организмов длинноволнового ультрафиолетового излучения. Во многих городах все острее нехватка кислорода, так как его расход превышает поступление. Загрязненность воздуха токсическими и канцерогенными веществами увеличивает заболеваемость и снижает работоспособность. Особенно ухудшают состояние нервной системы шумы. Они сокращают сон, неблагоприятно действуют на сердечно-сосудистую систему. Катастрофически загрязняется не только природа. Сегодня справедливо говорят, что "наш век - век информации". Но информация - это и потоки газет, журналов, книг, радио- и телепередач, телефонных звонков, обрушивающихся на сознание и подсознание "потребителя". Каков же результат воздействия этого потока информации на человека и общество? Сколько действительно важного для формирования мировоззрения, самосознания и чувства собственного достоинства содержится в этом потоке? А сколько в нем бессмысленных раздражителей, угнетающих и раздражающих сигналов? Пока это никто не изучает. Но ведь "формирование" личности означает придание ей формы, а форма приобретается лишь в деятельности. Это справедливо как в отношении мускулатуры, так и в отношении сознания. Если параллельно с информацией не существует подходящих ситуаций, позволяющих личности реализовать себя в самодеятельности, целесообразно применять осмысленную информацию, то потребляемая информация не способствует развитию личности, а разрушает ее. Эту прописную истину хорошо усвоили буржуазные организаторы массовой информации, архитекторы, планировщики городов. Однообразные теле- и радиопередачи о преступлениях и пороках, монотонные постройки, дурацкие аттракционы "Луна-парков", питейные заведения и дешевые зрелища не пробуждают к самодеятельности и верности нравственным принципам. Между тем, "нет сомнения в том, - пишет французский социолог Р. Дюбос, - что скрытые потенциальные возможности людей могут проявиться, если окружающая среда в достаточной мере разнообразна, чтобы обеспечить разнообразие стимулирующего опыта, особенно для молодежи. По мере того, как все больше людей находит возможность выразить больший процент своих биологических способностей в разнообразных условиях, богаче становится общество и цивилизация продолжает развиваться. Напротив, если окружающие условия и образ жизни очень стереотипны, единственными компонентами натуры человека, могущими проявиться и развиться, являются те, которые приспособились к узкому кругу преобладающих условий". И неудивительно, что именно в городах с их скученностью, с вечно убыстряющимся темпом жизни, нервозностью и нарастающей отчужденностью людей и групп быстрее разрушаются моральные нормы, растет неудовлетворенность жизнью, развивается наркомания, число психических заболеваний, преступность и т. п.

Прогнозы

Наши представления о будущем основываются на определенном понимании настоящего и предположении, что до интересующего нас времени будут действовать известные нам факторы исторического процесса. Если предположить, что существующие тенденции, темпы, пропорции и география производства, а так же социально-политическая обстановка в планетарном масштабе в ближайшие 30-50 лет сохранится, то человечество столкнется с катастрофическими трудностями существования в условиях новой ОС. Уже сейчас она так испорчена, что начала -не только тормозить социальный и научно-технический прогресс человечества, но и стала угрожать самому его существованию. Сегодня уже наступил момент истории, когда мы должны оценивать все свои действия в любом месте мира с позиций большей озабоченности по поводу вытекающих из них последствий для настоящего и будущего. Из-за невежества или безразличия мы можем причинить гигантский и неисправимый вред земной среде, от которой зависит наша жизнь и благополучие. Уже современный уровень загрязнения и разрушения ОС во многих капиталистических странах сделал его главной причиной большинства заболеваний человека. Резко увеличивается заболеваемость (особенно детей) аллергиями, экземами, сердечными, нервными и психическими расстройствами, раком и т.д. Так, итальянские врачи считают испорченную ОС виновницей более 70 % заболеваний, и только остальные 30%, по их мнению, вызываются индивидуальными причинами. В США, где увлечение химизацией сельского хозяйства началось раньше всех и приняло наибольший размах, рост смертности населения от гипертонии, рака и цирроза печени, по заключению органов здравоохранения США, объясняется прежде всего воздействием на человека вредных факторов внешней среды, в первую очередь - различных химических загрязнителей. Уже сегодня нужно начать бороться с угрозой земной цивилизации, которую несет ориентация на постоянное увеличение потребления, приближаясь к уровню США. Численность населения США составляет сейчас около 6 процентов населения планеты, а суммарное потребление всех видов природных ресурсов этой страной достигает 40 % мирового потребления. В результате, если бы человечество захотело распространить на все страны мира уровень потребления товаров массового пользования населением США, нужно было бы уже сейчас увеличить, например, добычу железной руды в 75 раз, свинца в 200 раз, меди в 100 раз, олова в 250 раз. Только железную руду в таких размерах можно было бы добывать несколько лет, другие полезные ископаемые при таком увеличении добычи истощились бы в несколько дней. Но население Земли очень быстро растет. Как же сможет буржуазный мир уравновесить свои стремления и возможности в будущем? Прогнозы социально-экономического развития США показывают, что дальнейший рост экономики даже самой "благополучной" страны без социального переустройства общества и перемен в ценностных критериях завершится банкротством уже в ближайшие десятилетия. Крах капиталистической цивилизации с ее культом потребления, как конечной целью бытия, предопределен объективными обстоятельствами. "То, что мы называет "промышленной цивилизацией", - с грустью предупреждает, например, французский социолог Мишель Боске в "Нувель обсерватер", - сможет существовать не дольше, чем до конца этого века. В течение еще одного или двух десятилетий она сможет обеспечить вам сомнительные радости и привилегии, которые будут обходиться все дороже. А потом придется отказаться от всего этого: от машин, которые меняют каждые два года или самое большее - каждые пять лет, от туалетов, которые носят лишь один сезон, от пластмассовой или металлической упаковки, которую тут же выбрасывают, от ежедневного потребления мяса, от свободы иметь любое число детей. Чем дольше это будет продолжаться, тем непоправимее катастрофа, к которой эта цивилизация ведет нашу планету. Здесь вы можете пожать плечами и прекратить чтение, - продолжает М. Боске, - но, если вы решите читать дальше, вспомните, что другие цивилизации до нашей погибали в результате истребительных войн, варварства, голода или вымирания их народов в силу того, что они потребили то, что не может быть воспроизведено, и уничтожили то, что нельзя восстановить. Вспомните также, что полнейший тупик, который ожидает так называемую западную промышленную цивилизацию, предсказывают нам не политики и идеологи, а ученые демографы, агрономы, биологи, экологи..." Если попытаться представить себе образно социально-экономическую ситуацию в мире в перспективе экологического кризиса, который может разразиться при сохранении тенденций нынешнего хозяйствования, то это можно сделать, вообразив плот посреди океана, облепленный спасшимися после кораблекрушения людьми. Кто-то успел захватить мешок сухарей, другой бидон воды, третий - чемодан с золотом, патефон и пр. Спасшиеся и их группировки моделируют здесь государства, народы, нации, кланы, партии и т.д. на нашей Земле. То, что будет происходить на плоту по мере угасания надежды на помощь, зависит от идеалов, мировоззрения, характера, морали и воспитания людей. Спектр возможных ситуаций: от всеобщего озверения и людоедства до подвига самопожертвования и приспособления к жизни в открытом океане. Вот о подобных возможных до- и послекризисных проблемных ситуациях на нашей планете и могла бы рассказать научная фантастика, со всей серьезностью опираясь на современные научные знания. Пока что мне известна только одна попытка художественно изобразить будущее людей, не захотевших жить свободными преобразователями и украшателями Вселенной, - мир планеты Тарманс, нарисованной в романе И. А. Ефремова "Час Быка". Общество тормансиан по своей художественной выразительности гораздо достовернее, правдоподобнее мира "нумеров" из замятинского "Мы", или предельно гротескного мира "Прекрасного нового мира" Хаксли, или "1984" Оруэлла. Ефремову удалось создать правдоподобный образ тормансианского общества, возможно, и потому, что он не преследовал какой-то узко критической цели, а попытался представить себе, во что же выродится человечество, если откажется от проверенных историей жизнетворных идеалов истины, добра и красоты, но будет из последних сил сохранять свое существование, не прилагая сил к личному и общественному духовному совершенствованию. "Ученый тех времен казался глухим эмоционально; обогащенный эмоциями художник - невежественным до слепоты. И между этими крайностями обыкновенный человек ЭРМ (Эры Разобщенного Мира. - И. К.), представленный самому себе, не дисциплинированный воспитанием, болезненный, теряющий веру в себя и людей и находящийся на грани нервного надлома, метался от одной нелепости к другой в своей короткой жизни, зависевшей от множества случайностей. Самым ужасным казалось отсутствие ясной цели и жажды познания мира у очень многих людей, без интереса глядевших в темное, не обещавшее никаких существенных изменений будущее с его неизбежным концом - смертью". Но так как нельзя жить без каких-либо ориентиров и на плохо устроенной Земле, "если нет бога, то возникала вера в сверхлюдей, с той же потребностью преклонения перед солнцеподобными вождями, всемогущими государями". Потрясают достоверностью картины разрушения биосферы человеческой безответственностью, нарисованные талантливым фантастом: "...Исчезали с лица Земли леса, пересыхали реки, уничтожались плодородные почвы, развеянные или засоленные, гибли залитые отбросами и нефтью озера и моря. Огромные участки земли, изрытые горными работами, загроможденные отвалами шахт или заболоченные тщетными попытками удержать пресную воду в нарушенном балансе водообмена материков... Ничтожные кустарники на месте величественных, как храмы, рощ кедров, секвой, араукарий, эвкалиптов, гигантов из густейших лесов. Молчаливые, оголенные, объедаемые насекомыми деревья - там, где истребили птиц. Целые поля трупов диких животных, отравленных из-за невежественного применения химикатов... Неэкономное, сожжение миллиардов тонн угля, нефти и газа, накопленных за миллиарды лет существования Земли, бездна уничтоженного дерева. Нагромождение целых гор битого стекла, бутылок, изоржавевшего железа, несокрушимой пластмассы... Гигантские города, брошенные из-за нехватки воды, - рассыпавшиеся груды обломков бетона, железа, вспузырившегося асфальта. Огромные электростанции, занесенные илом, плотины, разломанные смещением земной коры..." Неизбежным следствием на Земле рисует Ефремов человеческое "страдание и болезни, возникающие из-за неразумной жизни, из-за разрыва с природой, непонимания потребностей человеческого организма и хаотического, недисциплинированного деторождения. ...переполненные больницы, психиатрические клиники и убежища для калек и идиотов. Врачи вели борьбу с непрерывно увеличивающимися заболеваниями. Санитарно-бактериологические знания истребили эпидемические болезни, атаковавшие человечество извне. Но отсутствие разумного понимания биологии вместе с ликвидацией жесткого отбора слабых расшатали крепость организма, приобретенную миллионами лет выбора. Неожиданные враги напали на человека изнутри. Разнообразные аллергии, самым страшным выразителем которых был рак, дефекты наследственности, психическая неполноценность умножались и стали подлинным бедствием. Медицина, ...не считавшаяся... наукой первостепенной важности... оказалась не готовой к новым формам болезни. Еще больше бед прибавила грубая фальсификация пищи... Плохое питание увеличило число немощных, вялых людей - тяжелое бремя для общества... Грознее всего оказались нераспознанные психозы, незаметно подтачивавшие сознание человека и коверкавшие его жизнь и будущее его близких. Алкоголизм, садистская злоба и жестокость, аморальность и невозможность сопротивляться даже минутным желаниям превращали, казалось бы, нормального человека в омерзительного скота... Не было законов для ограждения общества от их действий, и они успевали морально искалечить многих людей вокруг себя, особенно же своих собственных детей..." "Психологи Земли предсказали неизбежность появления надуманных, нелепых, изломанных форм искусства со всей гаммой переходов от абстрактных попыток неодаренных людей выразить невыразимое до психопатического дробления образов в изображениях и словопо-токах литературных произведений. Человек, в массе своей невоспитанный, недисциплинированный, не знающий путей к самоусовершенствованию, старался уйти от непонятных проблем общества и личной жизни. Отсюда стали неизбежны наркотики, из которых наиболее распространен был алкоголь, грохочущая музыка, пустые, шумные игры и массовые зрелища, нескончаемое приобретение дешевых вещей". Столь же ярко изобразил Ефремов и другие стороны жизни человечества, вырождавшегося из-за потери уважения к себе и воли к власти. Правда, когда Ефремов переходит к рассказу о счастливой эре человечества, достигнутой им в конце концов после бесчисленных страданий и жертв, картина получается несколько позитивистской, в духе той концепции, которую так страстно опровергал герой "Записок из подполья" Достоевского. Романтически-простодушно рисует знаменитый фантаст, например, неизбежно драматическую ситуацию контактов космических цивилизаций, ожидая от них только взаимного облагодетельствования. И такие оптимистическо-благодушные картины контактов инопланетян рисуют многие фантасты. Но чего же на самом деле можно ожидать, например нам от контактов с иными мирами? После запуска Советским Союзом первого в истории человечества искусственного спутника Земли Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства США (НАСА) создало комитет по изучению задач, целей и последствий освоения космоса. Первый доклад комитета был направлен правительству США во время осуществления попытки найти радиосигналы инопланетных цивилизаций (проект "Оз-ма", 1960 г.). В докладе доказывалась необходимость срочного изучения возможных последствий для судеб земной цивилизации обнаружения и тем более контакта с инопланетной цивилизацией: "История антропологии знает, - подчеркивалось в докладе, - много примеров обществ, которые были уверены в незыблемости своего государственного строя и уклада жизни, но распались, когда им пришлось столкнуться с прежде неизвестными обществами, поддерживающими другие идеи и другой жизненный уклад. Те общества, которые выжили при этом, обычно претерпевали изменения в оценке ценностей, образе жизни и взаимоотношениях. Проводимые в настоящее время радиотелескопические исследования в любой момент могут обнаружить разумную жизнь вне Земли, а последствия такого открытия сейчас предсказать невозможно из-за того, что мы слишком мало знаем о поведении человека при условиях, более или менее сходных с такими драматическими обстоятельствами". Сегодня, когда существование иноземных цивилизаций допускается большинством ученых, возможность установления инопланетных контактов изучается во всем мире. Но гораздо меньше внимания уделяют вопросу: что могут принести человечеству контакты с инопланетными цивилизациями? А ведь именно ответ на этот вопрос предопределяет возможные реакции человечества на обнаружение и контакты с иноцивилизацией, а следовательно, и стратегию и тактику усилий человечества на установление таких контактов, если они заинтересуют его. Пренебрежение разработкой научно обоснованных гипотез о последствиях наших контактов с иноцивилизацией делает нас похожими на детей, увлеченных поисками "чего-нибудь" на полях недавних боев и не думающих, чем может оказаться это "что-нибудь": неразорвавшейся гранатой, разбитой каской, гильзой и т. п. На первый взгляд научное изучение какого-либо объекта, еще не обнаруженного экспериментально и только теоретически сконструированного, не представляется плодотворным. Однако история науки знает много случаев, когда именно такое "умозрительное" изучение предполагаемых объектов предшествовало и способствовало их эмпирическому открытию. Так, в середине прошлого века математик и астроном Урбан Леверье проанализировал возмущения орбиты планеты Уран и выдвинул гипотезу о существовании еще одной планеты в Солнечной системе, которая и вызывает эти возмущения, В 1846 г. астроном Иоганн Галле направил телескоп в указанную Леверье точку неба и увидел неизвестную до тех пор планету - Нептун. В XX веке теоретическая физика продемонстрировала свое могущество открытием на "кончике пера" многих элементарных частиц, только впоследствии обнаруженных. В современной химии теоретики часто сперва выводят формулы новых веществ с нужными им свойствами, а потом уже разрабатываются технологии получения этих веществ. Больше того, подавляющее большинство наших знаний о происхождении космоса и его эволюции не более чем гипотезы, так как время наблюдения отдельных объектов в космосе ничтожно мало по сравнению со временем их существования, а число наблюдений весьма мало для нахождения статических закономерностей, о каком-либо эксперименте с основными космическими объектами говорить пока не приходится. Исходя из интуиции и свидетельств о материальном единстве мира, можно предположить существование инопланетных цивилизаций, и мы обладаем достаточно разработанной методологией поиска научного ответа на вопрос: чего может ожидать человечество от контактов с инопланетными цивилизациями? В нашей жизнедеятельности, кроме борьбы за самосохранение, нами движет художественный и исследовательский интерес, глубинная потребность в самоутверждении путем познания и преобразования самих себя и всего мира. Поэтому нам было бы интересно узнать от иноцивилизаций нечто новое о сущности жизни и разума, чего не можем узнать, наблюдая их земные формы, о неизвестных нам научно-технических идеях и решениях. Нам интересно было бы узнать формы познания и творчества иноцивилизаций, что вдохновляет их на космическую экспансию, на продолжение своей истории, так как у нас уже есть все основания допускать деградацию цивилизаций из-за утраты их разумными существами интереса к жизнетворчеству. Интерес к иноцивилизациям в нас поддерживает и надежда лучше узнать самих себя, понять свои проблемы и найти их решение.. Наконец, знакомство с иноземной цивилизацией, освоившей космические просторы, может быть поучительно для нас и в связи с далекой и неприятной, но возможной перспективой превращения Земли в необитаемую планету. "Для тех,- напоминал еще Н. Виннер, - кому известны чрезвычайно ограниченные физические условия, при которых протекают химические реакции, необходимые для продолжения жизни в любых ее формах, вывод, что тому счастливому случаю, обеспечивающему жизнь на Земле в любой форме, даже без ограничения ее какой-либо формой, подобной человеческой жизни, придет полный ужасный конец, является само собой разумеющимся выводом". В это перспективе у нас один выход: всеми силами сохранить ОС на Земле, а затем и создавать искусственную ОС человека на Земле и в космосе. Насколько же оправданны наши надежды на иноцивилизации? Что мы можем ожидать от контактов с ними? Чтобы ответить на эти вопросы, мы должны попытаться представить, что может породить инициативу ино-цивилизаций в установлении контактов друг с другом? Природа объектов, которые нас интересуют (иноземные цивилизации, метрика пространства - времени и мн. др.), не допускает "окончательного" или "единственно правильного" их объяснения из-за невозможности эксперимента с этими объектами, поэтому каждое новое открытие в естествознании и новые теории будут вносить поправки в наши гипотезы о жизни и разуме в космосе, космогонии и космологии. Прежде всего, возможны ли контакты между разумными мирами во Вселенной? Первая трудность контактов, о которой думаешь прежде всего в свете наших сегодняшних знаний о мире, - фантастическая удаленность миров, где принципиально возможна жизнь. Если мы поймаем радиосигнал иноземной цивилизации (предположим, что критерии "искусственности" радиосигналов из космоса разработаны), то, конечно, сам этот факт будет значительным событием в нашей истории. Однако его расшифровка и последующее извлечение из него информации, возможно, окажутся неосуществимыми без наших "наводящих вопросов" той цивилизации, которая послала сигнал. (Допустим, мы обладаем техническими средствами для посылки направленного сигнала нужной мощности.) Только после получения "ответа" на наш вопрос можно будет расшифровать сигналы иноцивилизации и говорить об установлении контактов. Подсчеты вероятного расстояния до ближайшего к нам разумного мира, сделанные разными учеными и разными методами, дают величину в 600-700 световых лет. Следовательно, мы получим радиосигнал, посланный иноцивилизацией минимум 600 лет назад. На посылку нашего вопроса и получение ответа уйдет еще 1200 лет! Даже при существующей скорости изменения земной цивилизации очень трудно отождествлять две культуры через 600, 1200 и 1800 лет! Поэтому вряд ли будет иметь технологическую ценность для Земли информация, полученная от иноцивилизации указанным выше образом. В лучшем случае она будет иметь историко-познавательное значение. Тем более трудно при таких сроках обмена информацией представить сотрудничество иноцивилизации. Еще более сомнительна перспектива установления непосредственных контактов путем обмена разумными существами и продуктами производства. Исходя из наших достижений в области науки и техники, в настоящее время нет прогнозов преодоления даже одних технических трудностей межзвездного полета: например, вес горючего для ракетного корабля с термоядерным двигателем, способного достичь скорости 99 % световой, для полета на ближайшую звезду (12 световых лет) должен быть равен 64 миллиардам тонн! Варианты ракетных кораблей с использованием в качестве топлива межзвездного газа и антиматерии порождают не менее фантастические трудности защиты от радиации, от осколков камней и т. д. Но даже если и удастся преодолеть технические трудности транскосмических путешествий, то громадные сроки перелетов по планетному времени сделают посланных в полет космонавтов совершенно чуждыми цивилизации, которая их послала. Когда космонавты прилетят в место назначения, то на их родной планете произойдут такие изменения, что информация иноцивилизации о технологии, науке, технике, казавшаяся интересной и полезной в момент отлета экспедиции за ней, к моменту возвращения космонавтов (через сотни и тысячи лет) может сохранить, в лучшем случае только исторический интерес. Вряд ли окажется целесообразной из-за огромных сроков и материальных затрат посылка межзвездных экспедиций не за технологической информацией, а за материалами (химические элементы, вещества). Правда, все наши рассуждения построены на предположении, что пространство - время космоса и его преодоление описывается законами применяемой нами физики. Однако в последнее время ученые обратили внимание на факты, свидетельствующие о существовании "несилового взаимодействия" между материальными объектами. Так, например, при взаимодействии электрона и позитрона образуются два гамма-кванта, разлетающиеся в противоположные стороны, при вращении плоскости поляризации одного фотона другой мгновенно "чувствует" изменение состояния первого. Возможно, что овладение феноменом дальнодействия откроет новые перспективы в установлении контактов между инопланетными цивилизациями и потребует пересмотра всех наших предыдущих рассуждений об их бесперспективности в настоящее время. Новые возможности установления контактов могут появиться и в связи с тем, что наше предположение об изотропности космического пространства времени, описываемого классической четырехмерной метрикой,- ошибочно. Подобные предположения высказывал еще в 1927 г. Дж. Джине, говоря, что спиральные туманности (галактики) могут быть полем действия совершенно неизвестных нам сил, выражающих, может быть, "новые, неподозреваемые нами метрические свойства пространства. Центры туманностей могут быть точками сингулярности, в которых вещество вливается в нашу Вселенную из каких-то других, совершенно неизвестных пространственных измерений, проявляющих себя в нашей Вселенной, как точки, в которых непрерывно образуется вещество". Если действительно в космосе существуют области, где пространство - время "искривляется", то в принципе возможно "проскакивать" пространство - время, и тогда целые миры окажутся рядом с нами и к ним можно будет запросто наведываться в гости. Но допустим, что все технические трудности преодолены и взаимодействие цивилизаций осуществимо. Захотят ли они устанавливать контакт друг с другом! С какой целью? Ответ на эти вопросы зависит от исходной гипотезы о "психофизиологической" природе инопланетян. Прежде всего, что называть живым и разумным? Интуитивные прозрения древних мыслителей и поэтов о жизни в других мирах родились гораздо раньше, чем были накоплены научные знания для гипотез об инопланетных цивилизациях. Один из первых греческих философов - Анаксагор в V веке до н. э. предполагал, что "на других небесных телах так же, как на Земле, сплотились люди и другие одушевленные животные. У людей существуют населенные города и устроенные работы, так же, как у нас, есть в них солнце, луна и все остальное, как у нас, и земля им приносит много всяческого..." Спустя два века Эпикур уже был убежден во множественности разумных миров. "Если наша Земля, - рассуждал он, - есть дело природы, если жизненные начала, в силу их сущности и управляемые законами необходимости, после тысячи тщетных попыток сплотились наконец, видоизменились и произвели массы, в которых возникли уже небо, Земли и ее обитатели, то согласись, что в других пределах пустоты материя должна была произвести бесчисленное множество живых тварей, морей, небес, земель и усеять пространство мирами, подобными тому, который колеблется под нашими стопами на волнах воздуха". Изображение инопланетян Лукианом сходно с представлениями индийских, греческих, египетских и исландских мифов о фантастических, якобы существующих животных. Их облик - комбинация деформированных образов животных и людей нашего мира: кентавр-бык с головой льва и крыльями орла, сладкоголосые сирены с красивыми женским станом и хвостом рыбы, гарпии чудовища с лицами старух, когтями, туловищами коршунов и лошадиной гривой и т.д. и т.п. Но среди фантастических созданий древних мифологий не встречаются существа, похожие на динозавров, ихтиозавров, птеродактилей, когда-то действительно существовавших на Земле, но не сохранившихся в памяти людей. Современная наука строит свои гипотезы о природе и характере живых существ, также опираясь на знание общих закономерностей земных форм живых организмов и убеждение в материальном единстве мира. Каковы же самые общие черты живых организмов на Земле? Высоко в горах, среди снегов и холодных ветров, в короткие теплые дни на крошечных островках Земли расцветает прекрасный эдельвейс. На дне океана, на глубине 5000 метров, фотоаппарат запечатлел "цветок", похожий на тюльпан, сумевший вырасти при давлении 500 килограммов на квадратный сантиметр и без солнца - источника жизни! В соляных отложениях нашли бактерии, пролежавшие 200 миллионов лет и ожившие в благоприятных условиях. Существуют микроорганизмы, питающиеся одними металлами, нефтью и пр. Что же общего у этих растений, птиц, грибов, животных, рыб, насекомых, водорослей и т.д., образующих биосферу Земли? Еще несколько десятилетий назад сущность жизни искали в определенном веществе, например, белке, сегодня же наиболее перспективными считают попытки дать системно-функциональное определение жизни и разума. Смысл такого определения в том, что разумные живые организмы рассматриваются как сложные самоорганизующиеся системы, специфические в самоорганизации и во взаимодействии с внешним миром, что характеризует классы "живых" и "разумных" систем. Уже первые опыты в этой области позволили сделать ряд очень интересных предположений. Например, "нечто такое, - отвечает один из создателей кибернетики У. Р. Эшби, - что решительно противоречит всем высказываниям по поводу эволюции. В прошлом обычно предполагалось, что происхождение жизни - редкое и странное явление3, а затем делались попытки показать, как же оно все-таки могло произойти. Я утверждаю нечто как раз обратное-в любой изолированной системе неизбежно развиваются свои формы жизни и разума. В соответствии с этим каждая изолированная детерминированная динамическая система, подчиняющаяся неизменным законам, создает "организмы", приспособленные к окружающей среде. Поэтому, когда мы спрашиваем, что явилось необходимым условием возникновения жизни и разума, ответом будет не "углерод", или "аминокислоты", или какие-либо другие конкретные вещи, а лишь то, что динамические законы природы должны были быть неизменными". Из этого утверждения следует, что инопланетные живые организмы могут иметь различный физико-химический субстрат, но все они должны представлять высокоустойчивую систему органов, способную вырабатывать реакции, охраняющие и обеспечивающие размножение индивида и популяции. Опуская подробный анализ функционирования живых систем, обратим внимание на их главную особенность: жизнь принципиально "антиэнтропийна". Вопреки царящей в мертвой природе тенденции перехода систем к распаду, упрощению, разрушению и дезорганизации, жизнь стремится создать из материи все более сложные формы, умножить их и "усовершенствовать". Придавая решающее значение этой организующей роли жизни во Вселенной, В. И. Вернадский еще в 1938 году считал, что "вопрос о жизни в Космосе должен сейчас быть поставлен в науке. К этому приводит ряд эмпирических данных, на которых строится биогеохимия, ряд фактов, которые как будто указывают на принадлежность жизни к таким же общим проявлениям реальности, как материя, энергия, пространство, время... Эту же мысль разделял и основоположник космонавтики К. Э. Циолковский, который писал: "Вся материя как бы стремится перейти в живое". И если неразумная жизнь в любом своем проявлении "стремится" усложнить организмы живого вещества и расширить сферу его существования, то разумные формы жизни уже способны к целенаправленному управлению этим процессом и жаждут его. В процессе трудовой деятельности разумные существа преобразуют мир в соответствии с выбранными ими целями и идеалами. При этом деятельность разумных существ может быть творческой, т. е. создающей новые, более сложные и красивые системы, новые образцы труда, новые знания о мире, новую технологию, новые отношения между ними. Творческий труд порождает такие новые системы, которые открывают в мире перспективы для дальнейшего выявления творческих потенций человека. "Человек - высшая часть природы, поэтому он должен сделать больше, чем природа", - писал К. Э. Циолковский. Но трудовая деятельность может быть и разрушительной, упрощающей, разрушающей сложность, когда упорядоченность в космосе нарушается и "энтропия" систем увеличивается. Разрушительная деятельность может состоять и из такого комбинирования готовыми системами, которое не открывает новых перспектив для творчества. Мы видим, что человечество существует и развивается, несмотря на всякое чингисханство, потому что в его природе заложен творческий инстинкт жизни, заставляющий его бороться за жизнь и прогресс. Есть все основания предполагать, что сущность разумных инопланетян и иноцивилизаций в таком же творческом, преобразующем, украшающем и усложняющем отношении к миру. У них так же, как и у человека, эстетическое отношение к миру должно преобладать над рационалистически-утилитарным. Чтобы представить себе психо-физиологическую природу инопланетян, мы опять вынуждены обратиться к опыту человеческой истории. И здесь нам бросается в глаза, каким напряжением культуры - путем воспитания, создания традиций, правопорядка и в конце концов силы - приходится сдерживать напор разрушительных стихий человеческих страстей. Мы уже говорили, что история не раз доказывала несостоятельность упований филантропов на перевоспитание человека одним знанием добра и что это знание само по себе остановит его от злодейств и всяческого иррационализма. История не раз доказала "страстную" природу человеческого отношения к миру. Именно эта эмоциональность мироощущения и миропонимания выражает творческое, самодеятельное начало человека-микрокосмоса. Наиболее вероятно, что структура самосознания и сознания инопланетных разумных существ изоморфна человеческой, так что и инопланетяне не какие-то запрограммированные автоматы, а обладатели свободной воли и жажды творчества, преисполнены любознательности, сомнений, готовности к борьбе за свои идеалы и цели. Сегодня мы обладаем научными данными и для гипотезы о возможном облике инопланетян. Ни по одному вопросу не придумано столько самого фантастического, как о внешнем виде инопланетян. Какими только не представляли их писатели: в виде облака, растений, плесени и т. д. и т. п. Даже ученые не видят здесь оснований Для ограничения фантазии. Вот что пишет американский исследователь иноцивилизации: "Они (инопланетяне.- И. К.) могут отличаться от нас, как динозавры или дельфины, или, допуская еще большую крайность, можно представить их похожими на муравьев или москитов, или даже на бактерии. В отличие от всего, что мы знаем, обитатели одной из других планет могут быть сферическими, как мячи, приняв такую форму из-за особенностей физических условий окружающей среды. Вместо того, чтобы брать предметы руками, как это делаем мы, они могут заглатывать их и манипулировать ими, например, при помощи языка. Может быть, их языки будут светящимися, а во рту на нёбе будет глаз или микроскоп. Такие предположения могут показаться неправдоподобными, но можно не сомневаться в том, что факты окажутся не менее странными". Вопреки подобным измышлениям, необходимые особенности строения инопланетян накладывают ограничения на фантазии об их облике. Прежде всего, для целенаправленного преобразования мира, для создания вещей для предметной деятельности разумные существа должны обладать устойчивой структурой для обеспечения в своем организме необходимых информационных и энергетических процессов, то есть должны обладать органами перемещения предметов, получения информации о внешнем мире, органами обратной связи для управления деятельностью, органами для обмена информацией с себе подобными и мн. др. Поэтому очевидно, разумное существо не может быть похожим на плесень, растущую на камне, или на облако, меняющее свои очертания; не может быть деревом, приросшим к одному месту, и т. д. Наконец, еще одна специфическая черта разумного существа, которую мы видим у человека: оно не может жить одно. Так, человеческий индивид становится человеком, только воспитываясь в человеческом обществе и осваивая его культуру. Именно общество является тем хранилищем и генератором культурной информации, освоение которой и делает человека таковым. Известна печальная судьба детей, "воспитанных" волками, обезьянами и т. д. Эти дети, оказавшись в конце концов среди людей, так и остались полулюдьми. Так что инопланетная цивилизация вряд ли может состоять из одного-единственного разумного существа, даже такого большого, как океан, о чем пишут фантасты. Такие образы, противоречащие логике, сразу оказываются за пределами научной фантастики. Когда мы пытаемся выяснить, могут инопланетяне заинтересоваться установлением контактов е другой цивилизацией, мы имеем в виду не отдельного индивида, а цивилизацию. Общее представление о судьбах цивилизаций в космосе сегодня пытается разработать молодая наука экзосоциология. Основной предмет экзосоциологии - изучение цивилизаций на всем протяжении их эволюции. Идея такой науки носится в воздухе с того времени, как существование иноземных цивилизаций стало общепринятой гипотезой и ученые стали задумываться над вопросом: "Нельзя ли попытаться уже сейчас рассмотреть основные принципы и проблемы внеземных цивилизаций с тем, чтобы, по возможности, построить "общую теорию цивилизации", которая опиралась бы на данные современной науки?" С точки зрения советских ученых, такая возможность представляется реальной, то есть возможно четко очертить круг вопросов, которому принадлежат проблемы внеземных цивилизаций, и определить место самой "общей теории цивилизации" в квалификации современных научных дисциплин. Земная цивилизация, возможно, одна из многих цивилизаций в космосе, но пока единственная, которую можно изучать непосредственно. Ее интересы можно разделить на три группы: идеологические, эстетические и хозяйственные. К первой группе относятся вопросы индивидуального и общественного самосознания, т. е. стремления каждой личности и общества понять и реализовать смысл своего собственного существования и свою роль в истории цивилизации и космоса. Ко второй - вопросы художественного творчества, и не только в сфере искусства, но, прежде всего, в художественном преображении самой жизни, человеческого бытия. К третьей - хозяйственные заботы, необходимость жить в мире, питаться, сохранять здоровье, иметь инструменты в виде машин, науки для преобразования мира, т. е. материально-техническую базу, которая является одним из средств обеспечения духовного и социального прогресса. Сейчас трудно предположить появление иных критериев совершенства человека и земных цивилизаций, чем традиционные критерии нравственного и эстетического развития личности и общества, уровня развития производительных сил и производственных отношений, степени освоения своих сущностных сил и создания условий для дальнейшего развития творческих сил индивида и общества. Пока социокультурная сущность человека остается прежней, он будет жить в основном теми же страстями и ценностями, что и в прошлом, хотя их удельный вес будет существенно меняться. Если же изменится сущность человека, например, из существа, страждущего творчества, страдающего, мечтающего и готового умереть за свои идеалы, он превратится в нечто иное, тогда, конечно, изменятся цели и ценности его жизни. Но тогда же возникнет вопрос: а сможет ли существовать и прогрессировать цивилизация, вдохновляемая этой новой системой личных и общественных ценностей? Особенно если система ценностей умозрительно родилась в воспаленном воображении какого-нибудь интеллектуала. Столь же сомнительна жизнеспособность общества в случае дальнейшего распространения различных экзотических субкультур: наркоманов, приверженцев сатанинских культов: поклонников рок-культуры и т. п. Обсуждая сущность инопланетян и судьбы их цивилизаций, следует рассмотреть еще одно распространенное фантастическое предположение: если наш мир состоит из материи в разных формах движения: электромагнитное поле, твердое вещество, плазма, то не могут ли существовать своеобразные формы "жизни" и в тех областях космоса, в которых материя находится, например, исключительно в плазменном состоянии? Нет и нет, если мы называем жизнью специфическую форму движения материи, "стремящуюся" ко все большему усложнению и организации, а разум - жизнь, осознавшую свою возможность и потребность в целенаправленном преображении самой себя и всего мира. У нас есть все основания полагать, что та Вселенная, которую мы изучаем и которой принадлежим, не может быть принципиально другой. Поэтому традиционный гео- и антропоморфизм при создании гипотез о иноцивилизации есть не слабость нашего мышления, а неизбежный пока метод моделирования функциональных особенностей инопланетных живых и разумных существ. В связи с этим необходимо строить гипотезы и об этике иноцивилизаций. К. Э. Циолковский развил в своей "Космической философии" целое учение о космической миссии жизни и разума, которую он видел в тотальном преображении космоса. Развивая науку и технику, расширяя свои знания о мире и сферу своего творчества, разумные существа космоса должны ставить перед собой все более грандиозные творческие задачи по распространению совершенных форм жизни во Вселенной. Рано или поздно они смогут распространять свою власть на все большие области Вселенной, и тогда разум станет "фактором эволюции Космоса". Полвека назад "Космическая философия" Циолковского воспринималась многими как фантастика, но теперь ее идеи все больше овладевают умами людей, так как обостряется потребность человечества найти смысл своей жизни и цели существования в космосе. По мнению немецкого ученого фон Хорнера, пять возможностей могут ограничить историю технически развитой цивилизации (или ее техническую умственную деятельность): первая - полная гибель всего живого; вторая - гибель только сознательной жизни; третья - физическое или умственное вырождение и вымирание; четвертая - потери интереса к науке и технике и пятая неограниченное развитие. Во втором и третьем случаях на той же самой планете могла бы развиваться другая цивилизация... Вера Циолковского в способность разумных существ зажигать и гасить звезды, передвигать планеты с орбиты на орбиту и в конечном счете управлять эволюцией всего космоса находит среди современных ученых все больше приверженцев. Сегодня "современные данные астрофизики не противоречат никакому, пусть даже самому фантастическому уровню развития. В настоящее время можно даже обсуждать вопрос о том, не является ли факт расширения наблюдаемой части Вселенной результатом сознательной деятельности суперцивилизации". Опыт истории человечества дает основания предположить, что любая иноцивилизация на определенном уровне своего развития может уверовать в свою миссию преобразователя космоса и сделает эту идею целью своего существования. При этом, преобразование космоса, конечно, не ограничится физико-химическими процессами, но охватит биосферу и ноосферу миров. Чтобы какой-либо разумный мир во Вселенной в конце концов действительно стал "фактором эволюции Космоса", от него требуется огромная целеустремленность, напряжение воли, энергии, проникновение сознанием исключительности своей миссии в космосе. Этот мир должен верить, что именно он сможет и должен преобразовать космос по своим идеалам. Здесь нужно отметить еще одну особенность современной фантастики, положившей совершенно необъяснимые и неоправданные пределы самой себе: нет практически ни одного произведения, где рассказывалось бы о жизни и преображении "микрокосмоса" - человеческой души, сознания, психики и воли человека, о возможных картинах и проблемах жизни в обществе "усовершенствованных" людей. Вся эта проблематика пока освещается и разрабатывается в религиозной, квазирелигиозной и оккультной литературе. Между тем в истории русской фантастики есть замечательные романы Веры Ивановны Крыжановской (Рочестер), которая во всеоружии научного и традиционного знания истории культуры рассказывала обо всех внутренних энергиях человеческой психики и души, о глубинных (в том числе и оккультных) движущих силах истории, которые порождают и определяют всем очевидные исторические макрособытия. Ее романы высоко ценил И. А. Ефремов и, возможно, под их впечатлением и создал свой роман "Лезвие бритвы". Несомненно, что в истории всех земных традиционных культур совершенствование собственной психики и души всегда было задачей более увлекательной и трудной, чем преобразование, внешнего мира, но зато и доставляющей предельное удовлетворение устремленному к этой цели. Собственно, все внешние цели и задачи человека всегда определяются его внутренними смысложизненными ценностями. Смысл и цели исторического существования культур и цивилизаций только тогда практических реализуемы, когда образуют органичное целое со смыслом и целями жизни личностей, граждан, участвующих в жизни цивилизации. Необходимость органического единства и взаимообусловленности смысложизненных ценностей макро- и микрокосмоса (общества и личности) прекрасно понимал К. Э. Циолковский и положил этот тезис в основу своей "Космической философии". В ней он, в частности, страстно убеждал каждого из нас и все человечество верить, что "цель земных страданий очень высокая. Земле выпала хотя и тяжелая доля, которая выпадает на миллионную часть планет, но очень почетная: служить рассадником высших существ на пустых солнечных системах и производить суд на планетах отстающих. На немногие планеты выпала такая доля. Если же Земля не выполнит этого высокого назначения, то сама подвергнется суду и преобразованию со стороны более достойных планет". В свете вышесказанного мне опять хочется возвратиться к роману Ефремова "Час Быка", где высказаны некоторые, с моей точки зрения, идеи, противоречащие исторической и социокультурной концепции самого Ефремова. Во-первых, рассказывая о духовном и душевном совершенствовании счастливого поколения землян, Ефремов говорит преимущественно о "технологических" способностях их психики и характера. Когда же речь заходит о смыслах, которые постигались с помощью этих "технологий", то почему-то автором отвергаются такие проверенные временем жизнестроительные чувства, как, например, "жалость - древнее чувство, теперь так мало знакомое людям Земли" - "...жалость, которая родится из бессилия отвратить беду, оказалась внове для Чеди Диан и заставила ее тревожно осмыслить свое поведение". Вся ценностная ориентация счастливых землян сосредоточена на внешних, объективированных целях и знаниях. Земляне представлены некими запрограммированными существами, лишенными собственных личных целей и страстей, устремленными к неким абстрактным целям: "познание", "радость", "способности" и т. п., смысл которых не расшифровывается. Остаются неизвестными личная духовная жизнь героев, их личный, в смысле личностнообразующий, интерес к жизни, стимулы к жизнедеятельности, особенности характеров и отношения к миру. Определенное недоумение вызывает и отрицательное авторское отношение к истории, в которой он .видит только бессмысленные мучения и страдания людей и животных. С точки зрения Ефремова, весь исторический процесс привел только к тому, что "человек, с его сильными чувствами, умением познавать будущее, вскоре осознал, что, как и все земные твари, он приговорен от рождения к смерти. Вопросы лишь в сроке исполнения и том количестве страдания, какое выпадает на долю именно этого индивида". Но реальные-то люди не чувствовали себя мучающимися скотами, а наоборот, высшими созданиями по образу и подобию божию! И именно такими людьми создано искусство, построены дома, выращены растения, открыты тайны природы! Наверное, научная фантастика сегодня может быстрее и ярче познакомить нас с возможными последствиями для судеб личности и общества в результате изменения ценностной ориентации людей под влиянием наметившихся тенденций. Однако несомненно, что жизнеспособным человечество останется только в том случае, если в основе нашего миро- и жизнепонимания будет лежать самосознание преобразования Вселенной в соответствии с нашими идеалами, несмотря на то, что моделью возможных взаимоотношений иноцивилизаций в космосе служит история взаимоотношений рас, народов, государств и индивидов на нашей планете - Земле, организованных разными социальными институтами от семьи до международных систем. Нравственные и "политические" проблемы контактов иноцивилизаций в этой ситуации сходны с соответствующими проблемами в истории человечества. И если научный анализ подсказывает нам, что можно ожидать от других миров в случае контактов, то отношение человечества к контактам зависит от нашего самосознания и стратегии в космической истории. Во всяком случае, ясна необходимость самого серьезного научного изучения и художественного освоения всех феноменов Вселенной, могущих быть связанными с инопланетными цивилизациями космоса, где, по пророческим словам К. Э. Циолковского, "каждое разумное существо есть воин, сражающийся за свое лучшее будущее, за господство разума и блага во Вселенной". И только от нашей воли, от нашего уважения к самим себе зависит наша космическая судьба, о которой мы и ждем рассказов от научной фантастики.

Content

Кольченко И А
Пределы фантастики (Мысли читателя)