Комацу Саке

Развоплощённая

САКЁ КОМАЦУ

РАЗВОПЛОЩЁННАЯ

В вестибюле отеля за конторкой управляющего зазвонил телефон. Звонил коридорный пятого этажа.

- Господин управляющий, - голос молодого коридорного звучал немного взволнованно, - скажите, пожалуйста, 533-й номер занят?

Управляющий бросил взгляд на доску с ключами и ответил:

- Да. Только что прибыл новый постоялец. Я думаю, он уже поднялся наверх.

- В том-то и дело! Я сам его проводил... - коридорный запнулся и секунду молчал. - Скажите, а вчера 533-й номер никто не занимал?

- Вчера?.. Минуточку... Добро пожаловать! Да, да, номер уже заказан. Прошу вас, распишитесь вот здесь, - управляющий, не выпуская из рук трубки, протянул бланк новому постояльцу. Пока тот расписывался, он свободной рукой перелистал книгу записи приезжих. - Вы слушаете? Ни вчера, ни позавчера в 533-м никто не останавливался, - управляющий подал ключ вновь прибывшему и нажал кнопку вызова коридорного. - Сейчас вас проводят. Благодарю вас покорно, желаю хорошо отдохнуть в нашем отеле... Алло! Так что там у вас с 533-м номером?

- Да понимаете, там какая-то женщина... - голос коридорного звучал совсем расстроенно.

- Женщина? Странно... - управляющий недоуменно склонил голову набок. - Номер был заперт?

- Ну конечно. Я открыл его тем самым ключом, который вы вручили новому жильцу. Входим, а там - женщина...

Управляющий недоумевал. Странная история. Если это какая-нибудь искательница приключений, то что ей понадобилось в пустом номере?

- Как же быть? Вновь прибывший господин возмущается.

- Очевидно, произошла какая-то путаница. Попросите, пожалуйста, этого господина спуститься ко мне. Постарайтесь его успокоить, сейчас мы во всем разберемся.

Управляющий уже хотел положить трубку, но в этот момент чей-то голос сказал:

- Ой, ее уже нет!

Потом в трубке раздался сильный треск. Управляющий скорчил гримасу и потер ухо.

- Да что там у вас происходит? - крикнул он, выходя из себя. Что-нибудь случилось?

Трубка захрипела снова, потом послышался испуганный голос коридорного:

- Она... она... Эта женщина... исчезла. Прямо на моих глазах... Только что была здесь... и пропала.

Из трубки донесся звук падения тяжелого предмета, крики, топот бегущих ног.

Управляющий подождал, потряс трубку, подул в нее - может быть, коридорный скажет что-нибудь еще? Но все смолкло. Он хотел было вызвать сторожей на подмогу, потом решил подождать.

Если эта особа ушла из номера, она должна сейчас появиться здесь, внизу. Управляющий посмотрел в сторону лифтов. Нет, никто не вызывал лифт наверх. Сигнальные лампочки не горели. Все было спокойно.

И вдруг... Управляющий затряс головой и протер глаза. Что такое? Ведь он же в здравом уме и твердой памяти и отлично помнит, что еще секунду назад ни один лифт не был занят и никто не вызывал лифт на пятый этаж. Но...

Перед дверью лифта возникла женщина!

Не вышла из лифта, а именно возникла. Управляющий не мог бы сказать, как и откуда она появилась. Он снова протер глаза. Женщина стояла на том же месте.

Стройная, красивая, молодая - лет тридцати, не больше. Отлично сшитый костюм. Высокая прическа. Ее лицо - с большим лбом, широко расставленными глазами и четко очерченным подбородком - казалось волевым.

Женщина тяжело дышала. Ее голова была немного откинута назад, руки с побелевшими, словно сведенными судорогой пальцами крепко прижаты к груди, нижняя губа закушена, ноги твердо упирались в пол. Казалось, она изо всех сил пытается удержать равновесие.

- Ну нет! Хватит! На этот раз ни за что не дамся! - хрипло крикнула она, уставясь в пустоту лихорадочно горевшими глазами. - Видишь? Вот она я! Я победила!

Постояльцы, дежурные, швейцары, продавщица цветов, мальчишка-газетчик - все, кто был в вестибюле, смотрели на нее с удивлением. Она, кажется, никого не замечала. Странная женщина. Должно быть, немного не в себе, но держится совсем не так, как обыкновенные сумасшедшие. Какая-то оригинальная разновидность помешательства.

Прошло минуты две. Женщина вздохнула с облегчением. Ее напряженные мышцы расслабились. Она постояла еще немного, тыльной стороной руки отерла со лба пот. Потом, чуть-чуть пошатнувшись, двинулась с места и твердым шагом направилась к центральному выходу.

Управляющий выбежал из-за конторки и решительно преградил ей дорогу.

- Простите, пожалуйста... - он придвинулся к ней вплотную, чтобы в любой момент можно было схватить ее за руку, но говорил крайне учтиво. Простите, пожалуйста, не вы ли останавливались в 533-м номере?

Женщина окинула управляющего высокомерным взглядом.

- А кто вы такой? - ее голос звучал властно.

- Управляющий этого отеля, - он вежливо поклонился.

- Гм... Вот как! - она презрительно фыркнула, потом огляделась по сторонам. - Управляющий отеля... Так, значит, это отель...

- Разумеется, отель! А вы что изволили думать?

Управляющий все еще говорил вежливо, но в душе у него накапливалось возмущение. Подумаешь, какая цаца! Строит из себя невесть что. Видали мы таких! На языке у него так и вертелось - брось дурака.валять, сама понимаешь, что отель, а не баня и не общественная уборная! - но он сдержался.

Женщина вдруг зашлась злым истерическим смехом.

- Вот, значит, в чем дело! Поняла, поняла! - она никак не могла успокоиться, плечи ее вздрагивали. - 533-й номер... спасибо, что вы мне напомнили. Ну да, этот номер... меня туда заманили, заманили в ловушку!

- Простите, конечно... но уж раз вы сами сказали... Позвольте узнать, как вы попали в этот номер? - управляющий почувствовал себя настоящим сыщиком. Он мысленно потирал руки - сейчас, мол, все узнаем! - Ключ от номера был у меня, номер числился свободным... Простите за нескромность, вы изволили ночевать в этом номере?

- Что вы ко мне привязались?! - глаза женщины вспыхнули гневом. Какое вам до всего этого дело? Хотя... если уж вас это так интересует, могу сказать, что в номере я была всего три минуты. Не верите? Спросите у горничных...

- В таком случае, позвольте...

- Отойдите! - властно сказала женщина.

Управляющий невольно повиновался, и женщина, громко стуча каблуками, вышла из отеля.

Если бы управляющий даже и хотел задержать ее, он бы все равно не смог. Его вдруг охватила странная слабость. Ноги стали ватными.

Снова зазвонил телефон. Растерянно оглядываясь на дверь, в которую только что вышла таинственная незнакомка, управляющий поплелся к конторке. Поднял трубку. Звонил какой-то мужчина. Голос страшно расстроенный, испуганный.

- Простите, пожалуйста, в вашем отеле не появлялась женщина?.. Несколько минут назад... Высокая, красивая, в зеленом костюме... Да, молодая, лет двадцати восьми... Особые приметы?.. Гм... ну, пожалуй, подбородок выдается чуть больше обычного... И выражение лица капризное.

- Да, - сказал управляющий. - Эта дама только что...

- Немедленно еду к вам! - перебил его мужской голос.

- Алло! Алло!..

Но трубку уже положили. Оцепенение постепенно проходило. Дело, кажется, начинает проясняться. Неплохо все-таки у него голова варит ловко он это спросил про особые приметы, прямо как в полиции...

Не прошло и пяти минут, как к подъезду отеля подкатила ослепительная спортивная машина. Мальчишка-газетчик охнул и буквально прилип к стеклянной наружной стене, пожирая глазами сверкавший золотом и голубизной "кар". Из машины легко выпрыгнул мужчина лет тридцати, атлетического сложения красавец с крупными мужественными чертами лица. Он казался бы еще более привлекательным, если бы не аляповатая роскошь, с которой он был одет:, под дорогой, но слишком яркой спортивной курткой - рубашка фантази, на шее - шелковый платок, небрежно заколотый булавкой с огромным бриллиантом. В целом фигура производила фатоватое и удивительно пошлое впечатление - типичный герой-любовник из дешевенькой оперетки. Управляющий, окинув его профессиональным взглядом, сразу вспомнил, что этот человек однажды останавливался в их гостинице. Впрочем, довольно давно. Кажется, в тот раз он был с женщиной. Может быть, та женщина и незнакомка...

- Ушла, говорите? - мужчина вытирал потное лицо тонким носовым платком. - Не заметили, в какую сторону?

- Не заметил, не могу сказать.

- Злилась, нервничала?.. Впрочем, нечего и спрашивать - конечно, злилась...

- Совершенно верно изволили заметить. Дама была сердитой. Не знаю уж, на что...

- Что же делать-то, а? Надо бы ее найти... Поладить с ней миром, а то, пожалуй, все это плохо кончится... - мужчина задумчиво теребил волосы. Потом нерешительно двинулся к выходу.

- Простите, - управляющий засеменил за ним, - если эта дама ваша знакомая, то... Она останавливалась в нашем отеле, и надо бы...

- Уплатить за номер? - сказал мужчина, оборачиваясь.

Он вывернул карманы, они были пусты. Тогда, уставившись в одну точку, он начал было делать какие-то странные жесты, но вдруг опустил руки.

- Извините, у меня нет при себе денег. Очень спешил, забыл бумажник. Придется вам приехать за деньгами ко мне домой. Впрочем... если хотите, мы можем поехать прямо сейчас, на моей машине.

Управляющий не сомневался, что этот расфуфыренный парень миллионер. Но такого богатства, такой роскоши он не ожидал. Самый фешенебельный район, самая лучшая улица, самый шикарный особняк - это еще ладно. Но когда управляющий увидел три бассейна - один выложенный розовым мрамором, другой - серебром, третий - золотом, у него глаза на лоб полезли. Окончательно доконали его небольшой аэродромчик и элегантный спортивный самолет, переливавшийся всеми цветами радуги, как стрекоза.

У парадного подъезда, украшенного кариатидами, пилонами, балюстрадами, эстакадами и еще чем-то (управляющий был не очень силен в архитектурной и прочей специальной терминологии, не относящейся к соблюдению и поддержанию порядка в отеле), их встретила толпа швейцаров, лакеев и горничных. Где-то на заднем плане мелькнула шикарная красотка.

- Вот это да! Сроду не видал такой роскоши! - громко ахнул управляющий, забывая, что ему, старшему служащему солидного отеля, не подобает выражать вслух свои чувства перед возможным клиентом.

- Она не говорила, что собирается сюда? - с беспокойством спросил хозяин особняка. Его лоб опять покрылся крупными каплями пота.

- Нет, вроде бы ничего такого не говорила, - управляющий замялся. Простите, пожалуйста, за нескромный вопрос... эта дама ваша супруга?

Мужчина посмотрел на него испуганно. Будто слово "супруга" было табу...

- Нечто в этом роде, - сказал он, покусывая ногти.

- Осмелюсь заметить, необыкновенная она, должно быть, женщина! управляющий говорил вежливо и даже подобострастно - за долгие годы работы в отеле у него выработалась такая привычка, но он ничего не мог поделать с одолевавшим его любопытством. - Как это ей удается появляться в запертом на ключ номере, а потом бесследно исчезать?

- Гм... заметили, значит... - мужчина, кажется, колебался. - Даете слово, что никому не скажете?

- Честное-расчестное благородное слово! Гроб, могила! - управляющий тоненько захихикал. - Так что не сомневайтесь! У нашего брата профессиональная привычка и, так сказать, золотое, хоть и неписаное правило - чтобы ни-гу-гу! Храним тайны клиентов, как свои собственные. Иначе - под зад коленкой, и прости-прощай тепленькое местечко. А уж тайны, доложу я вам, такие бывают, что и...

- Дело вот в чем, - перебил хозяин этот словесный поток. - Я наделен необычными способностями. Вот смотрите!

Он вытянул руку вперед, ладонью вверх. Его взгляд секунду блуждал, словно обшаривая пустоту, а потом сосредоточился на одной точке, кажется, на центре ладони.

Управляющий, сгорая от любопытства, тоже не спускал глаз с его ладони. Прошло секунд десять. И тут случилось нечто невероятное. Сначала на ладони обозначилась какая-то смутная, расплывчатая тень. Потом ее контуры стали более четкими, и наконец она превратилась в банкнот.

- Потрясающе! - управляющий свистнул. - Гениальный фокус! Да вы просто талант! Впервые такое вижу! Я, знаете ли, и сам фокусник-любитель. Люблю всякие такие штучки-дрючки. Клопа, например, в шляпе спрятать. Накроешь его шляпкой-то, скажешь - "Ахалай-махалай!", потом поднимешь шляпу, а клопика-то и нет! Известно, клоп не дурак - забился в подкладку, ну, а ребятишки, разумеется, не догадываются... Или вот еще шарики железные глотаю. То есть я их не глотаю, конечно... зубов у меня сбоку не хватает, вот я туда шарик и заталкиваю. Да что говорить... В цирке еще и не то показывают. Но такого, нет, такого не видал, врать не стану! А может, вы того... гип... гипнотизер, а?

- Да это не фокус, - сказал мужчина.

Тем временем управляющий внимательно разглядывал банкнот. Со всех сторон оглядел, и так просто, и на свет. Послюнявил палец, попробовал стереть краску - не стирается. Да и узор правильный. Настоящий, не фальшивый, тут и сомневаться нечего.

- Я наделен способностью овеществлять свои желания, - продолжал мужчина, беря банкнот из рук управляющего. - И ничего в этом нет особенного. Просто таким меня сделали.

- То есть как же это?.. Невероятно! - выдохнул управляющий, опускаясь на диван. - Впервые слышу о такой способности!

- Ну, как бы вам объяснить... - мужчина закурил сигарету с золотым обрезом. - Может, вам приходилось слышать о спиритах? Они вызывают духов... Впрочем, это совсем не то... Как бы лучше сказать... Ага, нашел! Среди душевнобольных встречаются люди, страдающие галлюцинациями. Для них галлюцинации - абсолютная реальность, хотя окружающие понимают, что это только плод их воображения. А у меня плод моего воображения становится реальностью и для других... Только и всего! Поняли?

- Понять-то понял, да не совсем... - управляющий начал усиленно тереть виски, словно у него разболелась голова. - Впрочем, это неважно. Главное, очень уж здорово у вас получается. Завидная способность!

- Вы правы! - мужчина кивнул. - Способность неплохая. Во всяком случае - очень удобная.

- А этот дом... - управляющий окинул взглядом комнату.

- Дом? К сожалению, только частично, - он опять начал грызть ногти. С землей, например, ничего у меня не получается, как ни бьюсь.

- Не горюйте, - сказал управляющий, стараясь не показать жгучей зависти. - Подумаешь, земля - велика невидаль! Да на что она вам, если вы э-э-э... деньги делать можете? За денежки-то что хошь купишь...

- Да нет, я ведь не создаю наличные. Так и фальшивомонетчиком стать недолго.

Мужчина пристально посмотрел на банкнот, который только что создал, и он, постепенно бледнея, растворился в воздухе.

- Вы не беспокойтесь, за номер я уплачу обыкновенными деньгами... Как правило, я создаю золото, бриллианты. Тут уж никто не придерется. Их в природе сколько угодно, это вам не пронумерованный банковский билет.

Повеяло легким ароматом духов. По коридору в полупрозрачном пеньюаре прошла жутко шикарная красотка, которую управляющий видел в парадном.

"Ну и киса! С ума сойти! - подумал управляющий, провожая ее жадным взглядом. - Ну и киса! Пальчики оближешь!.."

Но пока он завороженно смотрел вслед сказочной красавице, ему в голову пришла одна мысль.

- Позвольте... а эту даму... - у него вдруг пересохло во рту. - Нет, быть того не может!.. Мужчина кивнул, поняв его мысль.

- А почему бы и нет? И эту девочку, и швейцара, и камердинеров, и горничных тоже... А что прикажете делать? Сейчас ведь ни за какие деньги не найдешь хорошо вышколенных слуг...

- А они... кхе-кхе... это... стареют?

- Конечно, как и все люди. Если уж материализовались, то подчиняются всем законам природы. Они ведь не призраки, а живые существа, как мы с вами.

Управляющему стало жарко. Он вытащил из кармана платок и отер пот. Здесь был кондиционированный воздух, но управляющий задыхался.

- И что же, - сказал он, распуская галстук, - они, эти ваши плоды, то есть эти призраки, то есть, виноват, существа... будут жить даже и тогда, когда вы помрете?

- На этот вопрос я затрудняюсь ответить, - мужчина огорченно покачал головой. - Конечно, все они живые люди и существуют в реальной действительности. Но, с другой стороны, не исключена возможность, что их существование поддерживается только силой моего воображения. Если так, они должны исчезнуть вместе со мной.

Управляющий поежился. "Гад он все-таки, - подумал он про хозяина особняка, - что же с той кисой-то будет? Такая девочка, и должна погибнуть из-за этого ублюдка?! Самого бы его придушить, да руки марать неохота..."

Мужчина начал проявлять явные признаки беспокойства. Он ерзал в кресле, его глаза бегали по сторонам, щеки то бледнели, то краснели. По-видимому, он чего-то боялся.

- Послушайте, она ничего про меня не говорила? Управляющий впился в него сверлящим взглядом, кажется, он начинал кое-что понимать.

- Нет, ничего... Скажите, неужели вы вашу супругу...

- Что?.. Ах, супругу... ну да, нечто в этом роде... - он замолчал. Его губы дрожали. - Но ведь это не убийство! Просто я ее развоплотил. Развоплотил в буквальном смысле этого слова...

У управляющего по спине побежали мурашки. Убил или развоплотил какая разница? Женщина-то исчезла. Нет ее, и все. Ишь ты - развоплотил! И слово-то какое мудреное придумал! Всегда так - сделает человек какуюнибудь гадость и тут же придумает для своего мерзкого поступка какоенибудь этакое словцо. За него и прячется, как за ширму.

- Мы сначала безумно любили друг друга, - продолжал мужчина, нервно потирая лоб и щеки. - Потом я стал охладевать. Она ведь была старше меня...

- Вот уж не сказал бы! Выглядела она моложе вас, ненамного, может, года на два-три, но моложе...

- Неужели вы не понимаете? Она сохранила тот возраст, когда я ее развоплотил. Но я-то за это время старел! Вот она теперь и стала на два года моложе меня... Во всяком случае, когда мы встретились и потом, к моменту развоплощения, она была старше меня.

- Гм... да... Ну и что же?

- Да ничего... Неплохая была женщина. Мне даже нравилось, что у меня такая серьезная, рассудительная жена. Она относилась ко мне, как к младшему брату. Но в таком отношении есть своя оборотная сторона. Противно, понимаете ли, когда жена во все сует свой нос...

Управляющий кивнул, словно хотел сказать - как же, как же, по себе знаю. Хозяин дома, ободренный поддержкой, продолжал:

- Да, сначала все шло отлично. Жили, как два голубка - не надышимся друг на друга. Только благодать скоро кончилась. Ее опека встала мне поперек горла.

Туда не ходи! Сюда не гляди! Ревнивая - ужас! Мало того, еще вздумала критиковать мой вкус. И одеваюсь-то я не так, и ем не так, и на стуле сижу не так! Воспитывала, воспитывала, дохнуть не давала...

- Это что же? - управляющий почесал в затылке. - Что же получается? Сами ее придумали, сами, значит, сделали, так сказать, по заказу, а получилось не то? Ошибочку, что ли, какую-нибудь допустили?

- Ха, не так-то просто создать идеал! Обязательно упустишь какую-то деталь... Вот вы, например, пробовали когда-нибудь вообразить нечто идеальное?

- Да нет, куда уж мне! - управляющий махнул рукой. - И вообще женщина существо непонятное и лживое. В девушках-то они все хороши. Пока за ней ухаживаешь, вроде бы и придраться не к чему. А как женился - все, конец! Тут-то она и развернется. Недаром пословица гласит: "До замужества и ежиха хризантемой прикинется, после свадьбы и хризантема ежихой обернется".

- Вот, вот! Про это самое и я говорю. Кого угодно взбесит, если жена начнет издеваться над его вкусами и привычками.

Мужчина подошел к стене, снял висевшее там охотничье ружье, с чрезмерной щедростью инкрустированное золотом и украшенное драгоценными камнями, и начал его любовно поглаживать. О вкусах, конечно, не спорят, подумал управляющий, но зачем этому типу понадобилось усыпать ружье, вещь серьезную, разными блестками и камешками, как булку маком?.. Впрочем, бабы все равно не имеют права вмешиваться в мужскую жизнь и издеваться над вкусами мужа.

- Она меня совсем заела! - хозяин дома никак не мог успокоиться. Как встанет утром, так, бывало, и начнет. И в бассейн-то я не тем боком полез, и палочки для еды не так держу, и почему ботинки слишком туго зашнуровал, и прочее, и прочее. Одним словом, топтала мое самолюбие.

- Почему же вы ее сразу не раз... раз... как это... не развоплотили? Уж если вы ее сами создали, то тут и церемониться нечего.

- А вы думаете, так легко развоплотить готовенькую, сделанную по всем правилам женщину, да еще свою собственную жену? - мужчина испуганно втянул голову в плечи. - Слышали небось про Адама и Еву? Еву-то из адамова ребра создали, уж ей бы, кажется, надо было чувствовать свое место. А на деле что получилось? Только открыла глаза и давай мужем командовать, так и вертит им во все стороны... И сама до того довертелась и допрыгалась, что бог ее из рая выгнал, и Адама за ней следом... А вы говорите...

"Прав он, еще как прав! - подумал управляющий, проживший трудную семейную жизнь. - Как только станет женщина женой, а потом матерью, нет с ней никакого сладу. До того заест мужа, что он, бедный, не знает, куда деваться. И почему так получается?"

- Да, так уж жизнь устроена, - сказал он вслух. - Жена вроде бы превращается в высшее существо, а мы - так, ни то ни се. Как же тут не скиснуть!

- Приятно беседовать с мужчиной! - одобрительно кивнул хозяин. Поиграв аляповатым охотничьим ружьем, он снова повесил его на стену и снял с гвоздя старинную тяжелую пищаль. - Вот я и говорю, боялся я ее, терялся перед ней, как мальчишка, как бедный родственник, из милости взятый в дом. Даже и представить себе не можете, как я намучился, пока собрался с духом и развоплотил ее. Но наконец такой день настал. Отправились мы с ней в путешествие, и в первом же отеле, где мы остановились, я улучил момент и...

- Послушайте! Надеюсь, это было не в нашем...

- Можете не надеяться! Именно в вашем отеле, в 533-м номере. Но, насколько мне известно, я не причинил вам никаких хлопот.

Лицо управляющего сделалось суровым и даже торжественным. В этот момент он почувствовал себя не просто человеком, случайно попавшим в гости к современному чудотворцу, а защитником чести мундира славного отряда служителей отелей и гостиниц.

- Не знаю, что вы изволите понимать под неприятностями, - сказал он ледяным тоном, - но, надеюсь, вам известна добрая слава нашего отеля. Заведение это старинное, весьма уважаемое, и до сих пор ни одно пятнышко не замарало его репутации. Так что, мне кажется, вы "несколько опрометчиво выбрали наш отель для проведения таких, с вашею позволения, странных опытов...

- Но я же говорил вам, что не совершил никакого убийства! - сказал мужчина раздраженно. - И к тому же ваш отель числится в моем...

Он вдруг умолк, словно не хотел говорить дальше. Управляющий тоже решил не касаться больше этого вопроса. С богачами лучше не связываться. Кто его знает, может быть, этот тип - один из держателей акций отеля?.. Управляющий заговорил о другом - интересно все-таки узнать подробности.

- А... а как же получилось, что ваша супруга сегодня вдруг опять очутилась в 533-м номере?

- Видите ли, в чем дело... Как только мне удалось развоплотить ее, я всеми силами старался не думать о ней, не вспоминать ее... - руки мужчины дрожали мелкой дрожью. - Вы, наверно, знаете, что такое страх. Когда боишься чего-нибудь, все мысли направлены только на это, в голове больше ничего не остается... Так вот, я старался о ней не думать. Средства всякие успокаивающие принимал, врачам показывался, гипнозом лечился. Как только вспомню про нее, тут же напрягу волю и переключу мысли на что-нибудь другое.

У мужчины бессильно опустились плечи. Дыхание стало прерывистым. Он весь позеленел и дрожал как лист. На него жалко было смотреть.

- Первое время я держал себя в руках, денно и нощно следил за собой, - продолжал он. - Потом воспоминания о ней начали стираться. Словно ее никогда и не было. Я, разумеется, обрадовался и, как видно, ослабил самоконтроль. И надо же было...

- Сегодня... - сказал управляющий.

- Да, да! Надо же было именно сегодня прочитать эту газету! Какое-то малюсенькое сообщение, строчек пять, не больше. Но там было черным по белому напечатано - 533, не помню уж, в связи с чем приводилось это число. Но оно запало мне в душу. Понять не могу, почему так получилось. Ведь речь в заметке шла совсем о другом. Но 533... я сейчас же с удивительной ясностью вспомнил табличку на двери того номера в вашем отеле. А вслед за этим...

- А вслед за этим и все остальное! - подхватил управляющий. Он напряг память, собирая все свои знания античной мифологии, и продолжал: - Так сказать, дверь распахнулась, а за ней - ожившая Медуза-Горгона, жутко страшная баба, вместо волос у нее - черные гадюки. Охмурила она вас, тут вы все и вспомнили. Мысли завертелись в одну сторону, ну и та, другая баба, то есть, простите, пожалуйста, ваша уважаемая супруга, сразу и возникла...

- Она непременно сюда явится! - лицо мужчины исказилось, взгляд стал безумным. - Надо принять какие-нибудь меры. Постараться договориться с ней... Вымолить прощение...

- Почему вы ее так боитесь? - спросил управляющий. - Ведь она всего только плод вашего воображения.

Вдруг в комнату ворвался какой-то посторонний шум. Кажется, у парадной двери начинался скандал. Перекрывая взволнованные голоса швейцара и горничных, послышался властный, разгневанный женский голос:

- Прочь с дороги! Это мой дом! Как вы смеете меня не пускать?!

По коридору затопали чьи-то шаги, кто-то взвизгнул, кто-то крикнул истошным голосом, потом дверь с треском распахнулась, и на пороге появилась та самая женщина. Она уставилась на мужчину испепеляющим взглядом.

- Т-т-т-ты... - дрожа так, что у него зуб на зуб не попадал, он медленно поднялся ей навстречу. - Я - я...

- Несчастный, как ты осмелился заманить меня в ловушку! - сказала женщина зловещим шепотом, от которого мороз подирал по коже. - Обмануть так подло! Сказал, что мы проведем наш второй медовый месяц, улестил меня, обвел вокруг пальца, как последнюю дурочку, и я поверила, забыла об осторожности... И ты, жалкий фигляр, выродок, развоплотил меня! Но, как видишь, я опять появилась!

- Умоляю тебя... ради самого неба, выслушай меня! - пятясь бормотал мужчина. - Я - ты... совсем меня измучила... Ведь у меня никакой жизни не было... Человек я или не человек, в конце концов?! Почему я должен был отказываться от всех человеческих радостей?! Мне тоже хотелось по своему вкусу...

- Ха-ха-ха! - ее резкий, отрывистый смех больно ударил по барабанным перепонкам, но тут же потонул в коврах и тяжелых шелковых портьерах. Вот, оказывается, о чем ты мечтал! И предел твоих мечтаний - вся эта пошлятина, вся эта безвкусица! - она окинула взглядом комнату. - Это же не дом, а лавка антиквара, мебельный магазин, склад театрального реквизита! Одно золото и побрякушки чего стоят! Смотреть тошно на эту претенциозную роскошь! И ты еще смеешь говорить о своем вкусе!

- Оставь меня в покое! - из последних сил крикнул мужчина. Его голос зазвенел, хотя сам он не переставал дрожать. - Я-., я... я ведь не твоя игрушка!

Тут в дверях появилась юная ослепительная красотка. Презрительно сморщив точеный носик, она сказала:

- Милый, что от тебя надо этой мерзкой старухе? И как ты терпишь, чтобы тебя отчитывали в твоем собственном доме! Куда девались слуги? Гнать ее надо в три шеи! Позвони, наконец, в полицию!

Лицо женщины исказилось от бешенства, но она сейчас же овладела собой и гордо вскинула голову.

- Все понятно, - сказала она с ледяным презрением. - Теперь мне ясно, почему ты меня развоплотил. Всему виной эта... эта тварь, эта девчонка со смазливой мордочкой!

Красотка, которая была выше ее сантиметров на пять и, вероятно, сильнее, съежилась под этим уничтожающим взглядом.

- Я... - мужчина чуть не бросился на колени перед своей бывшей супругой. - Выслушай меня, умоляю! Мне надо сказать тебе...

- Ну нет! - процедила женщина сквозь зубы. - Ничего я не стану слушать! Думаешь, я забыла твое предательство? Теперь настала моя очередь. Я тебя уничтожу!

- Прошу меня извинить, - вмешался вдруг управляющий, становясь между женщиной и стеной. Он боялся, что она схватит ружье. - Уж если я невольно очутился свидетелем этой сцены, то разрешу себе сказать несколько слов. Уважаемая госпожа, мне кажется, вы... того... ну... это... позволили себе лишнее. Ведь этот человек создал вас, и вы существовали... существуете только благодаря силе его воображения...

- Что-о?! - она взвизгнула так громко, что управляющий невольно отшатнулся.

- Успокойтесь, пожалуйста, прошу вас! Я хотел сказать, что вы всего-навсего плод воображения этого человека.

- Это он вам сказал? - женщина снова разразилась отрывистым истерическим смехом. Ее пылающие глаза были устремлены на бледного, как бумага, мужчину. - Так, значит, ты мой создатель? Я плод твоего воображения? Да как ты смел сказать такое?! Забыл, что это я, я! тебя вообразила и воплотила?!

Женщина, кажется, даже не замечала управляющего, но он снова обратился к ней.

- Позвольте, как же так... Что-то непонятно получается... Если все наоборот... то есть если это вы его создали, а не он вас, как же он мог вас раз... раз... как это... развоплотить?

- А так! Он, - женщина указала пальцем на мужчину, - наделен силой разрушения. Он может не только воплощать вещи и людей, но и развоплощать их. Этим-то он и отличался от меня. Но это я создала его таким!

У управляющего голова пошла кругом. Глядя то на мужчину, то на женщину, он уже с трудом соображал, что происходит.

- Вы... вы хотите сказать, - язык у него заплетался, - что он - плод вашего воображения?.. Значит, вы создали его и наделили этой волшебной силой?

- Конечно, я! А что мне оставалось делать? Когда он появился, мне нужно было избавиться от моего прежнего мужа. Но я не обладала силой развоплощения, вот мне и пришлось наделить ею мое собственное создание...

Управляющий весь затрясся. Куда он попал? В притон, в гнездо бандитов и убийц?..

- Он... вы... - пролепетал управляющий, едва шевеля побелевшими губами. - Вместе, значит, заодно, значит... То есть со-сообщники...

- Вот именно, - она сделала несколько шагов по направлению к мужчине. - Вот именно, сообщники. И надо же было быть такой дурой, чтобы сообщника сделать еще и своим мужем! Эй ты, приготовься! - голос ее был страшным Видеть тебя не могу! Глаза бы мои на тебя не смотрели!

- Дорогая, что ты?! Зачем? - мужчина умоляюще протянул к ней руки. Умоляю!.. Выслу...

Мужчина стоял все в той же позе - с протянутыми вперед руками, но фигура его вдруг начала расплываться, терять очертания, бледнеть и бледнела до тех пор, пока совершенно не исчезла. А вслед за этим исчезли дом, юная красотка, слуги, весь фешенебельный квартал, отель и даже управляющий, несмотря на его отчаянное сопротивление. Исчезло все, ибо все это было плодом воображения мужчины.

Последней исчезла женщина. Когда-то она создала мужчину, но теперь она сама была всего лишь плодом его овеществленного страха...

Content

Комацу Саке
Развоплощённая