Крупп Арон

Стихи

Арон Крупп

(1937-1971)

На плато Рассвумчорр

В тундре есть много гор, Что цепляются за тучи. На плато Рассвумчорр Нас туманы, ветры мучат.

На плато аппатит,

Его нужно добывать.

Аппатит твою, Хибины мать! 3 х 2 р.

Рассвумчорр очень крут, Не приступные обрывы. Камни вниз нас зовут, Но пока еще мы живы.

Про такую погоду

Так и хочется сказать,

Аппатит твою, хибины мать.

Лето так далеко Девять сотен километров. А у нас на плато Дуют северные ветры.

Про такую погоду

Так и хочется сказать:

"Аппатит твою, погода, мать!"

Тундра- тот же Кавказ. Только здесь чуть холоднее, Только солнце у нас светит Чуточку слабее.

Да еще на Хибинах

Нельзя позагорать,

Аппатит твою, загара мать!

Нет у нас сигарет, Курим мы "Байкал вонючий. Уж давно солнца нет Есть лишь только дождь и тучи.

Эту жизнь в Хибинах

Пора уже кончать.

Аппатит твою, Хибины мать!

Но уехав домой, Чтоб не все было забыто, Мы захватим с собой По кусочку аппатита.

Чтобы вспомнив Хибины,

С улыбкой мог сказать:

"Аппатит твою, Хибины мать!"

1963 г.

* Чудак

Эй, чудак, ведь ты все это выдумал сам. Почему же таких как ты много? Что за радость бродить по озябшим лесам, Утопая в размокших дорогах.

Грустно глядеть тебе во след,

Когда уходишь ты в осенний ад,

Неужто город хуже,

Чем ноябрьский рассвет.

Дороги, горы, дождь и листопад.

Что тебя заставляет в поход уходить Летом, осенью, в дождь, в непогоду? Ты совсем одичал, ты ведь даже любить Не умеешь, а годы уходят...

Слышишь, поет за стенкою джаз,

Там пьют вино, тепло там и уют.

Там будут танцевать.

Забрось рюкзак хотя бы раз.

Останься, а дороги подождут.

Но тебя не удержит ни джаз, ни коньяк, Ни девчонка, что смотрит так строго. За спиной твоей старый, бывалый рюкзак, Что-то шепчет тебе о дорогах.

Грустно глядеть тебе во след,

Ты снова покидаешь Ленинград,

И снова будешь где-то у костра

Встречать рассвет.

И вновь ломиться сквозь осенний ад.

Может быть, ты сегодня бредешь наугад Без дороги, тропою опасной, А когда ты вернешься усталый назад Те кто ждут, скажут радостно "Здравствуй!"

Здравствуй, уставший от дорог,

Вернувшийся едва живым домой,

Куда ты вновь уйдешь:

На север, запад иль восток

Неведомой туристскою тропой. (2 раза)

* В дорогу

Мне все мерещатся дороги, Они уходят, вдаль маня, Мне сделать хочется так много Узнать, что ждет в пути меня.

Мне хочется встречаться с ветром, На "ты" с ним быть, а не на "вы". И отдаваться километрам, И забываться от ходьбы.

А если очень я устану, Я песню сочиню в пути. И эту песню петь я стану, Чтоб легче было всем идти.

А если эта песня будет Другими петься у костра, Тогда скажу себе и людям, Что молодость прошла не зря. 2 х 2 р.

Мне все мерещатся дороги, Они уходят, в даль маня, Но, черт возьми, на то ж и ноги, Чтоб вдаль вели они меня. 2 х 2 р.

1963 г.

Уходит отряд

Уходит отряд, уходит отряд. Десяток людей покидающих город. А где-то не спят и столетья подряд Их ждут не дождутся озера.

Пр: Горе пусть стережет у порога.

Беды забыть поможет дорога.

Звезды навстречу потянут лучи

Может быть это к чему-то ключи.

А ветер какой! А ветер какой, Что сам ты как парус, а ветер навстречу, А ветер такой, будто снежной рукой Вцепился в усталые плечи.

Пр.

Пусть вечер не скоро, но будет костер И блики костра на палатке шатровой. Ночной разговор, гитарный минор. А завтра в дорогу нам снова.

Пр.

Десять звезд

Есть десяток звезд над головой И топор чтоб нарубить дрова. Так сложи рюкзак ведь это не впервой Слышать нам разумные слова.

О том, что в душных комнатах теплей,

О том, что лес вблизи не голубой.

Но нам дороже ртутных фонарей

Вот этих десять звезд над головой.

Эти десять звезд, как маяки, На краю неведомой земли. Ведь нам нельзя, чтоб наши рюкзаки Где-то дома прятались в пыли.

Ведь нам нельзя привычкой обрастать

И тешить полуправдами себя.

Сумей без сожаленья оставлять

Все то, что держит у дверей тебя.

Лижет красным языком костер Черные ночные небеса. И плывут над зеркалом озер Белого тумана паруса.

А наши песни слушают леса,

И в чащу леса прячется беда.

Приходят к нам из сказок чудеса

В брезентовые наши города.

* Три шлюпки

Над головой небосвод голубой, Зелень лесов побокам, Три шлюпки идут одна за другой, Не подходя к берегам. Все дальше на север уходит их путь, И не успеть за ночлег отдохнуть. Раз, два, три... Зеленое и голубое... Раз, два, три, а в каждой шлюпке трое. Девять спин, девять спин, утомленных работой. То не слеза туманит глаза - капли пота. (2 р.)

Вечером к берегу шлюпки причаль, И разводи костер. Каша на всех, обжигающий чай, Песня и разговор. Утром опять шлюпки в воду столкнуть, Веслами мерять не мерянный путь. Раз, два, три... Зеленое и голубое... Раз, два, три, а в каждой шлюпке трое. Раз, два три. Прошли по Браславским озерам, Путь позади, а впереди снова город. (2 раза)

1964 г.

Сто дорог

Что нам знакомые дома. Когда из них друзья ушли. Когда ты на краю земли, Не сможет песня жить сама.

Ты песню унесла мою.

Ее ты носишь в рюкзаке.

Хочешь, я новую спою,

Пущу ее вниз по реке.

Взлетит, как бабочка, с руки И долетит до синих гор. Она отыще Ваш костер, Узнает Ваши рюкзаки.

Согреет крылья у огня,

Ее ты только подожди.

Она расскажет про меня,

Про то, что здесь идут дожди.

Гитара без тебя грустит, И ты мне видишься во сне, Не по накрашенной стене, А по палатке дожь стучит.

Нам сто разлук на долгий срок,

Следы дороги на лице...

И ждет с тобой нас сто дорог

И сто свиданий в их конце.

1964 г.

* Письма

Прошу Вас, не будьте ко мне слишком строги За то, что я писем не буду Вам слать, Считайте, что письма застряли в дороге. Прежде, чем я их успел написать. 2 х 2 р.

Оставьте, не злитесь, что толку в бумаге, Она не заменит мне Вас, Вам меня, Считайте, живет где-то в мире бродяга, Не смогший привычек в пути поменять. 2 х 2 р.

Вот так мне шагать сквозь разлуки и встречи, И боль расставания прятать в глазах. Но память, но память, схвативши за плечи, Заставят не раз оглянуться назад. 2 х 2 р.

Прошу Вас, не будьте ко мне слишком строги За то, что я писем не буду Вам слать, Считайте, что письма застряли в дороге. Прежде, чем я их успел написать.

1964 г.

* Прощальная

Зима, зима, снега, ветра. И значит, завтра в путь пора, Не потому, что снег кружит, А потому, что год бежит.

Осталось нам совсем чуть-чуть Напиться, да в счастливый путь. Мы пили часто средь друзей, А нынче надо чуть сильней. 2 х 2 р.

А завтра будет рев турбин, А завтра будешь ты один. Кругом зима и холода И только письма иногда. 2 х 2 р.

А самолеты и поезда Нас разведут кого куда. Конец исхоженных дорог, Дорог нехоженных порог.

Зима, зима, снега, ветра. И значит, завтра в путь пора, Не потому, что снег кружит, А потому, что год бежит.

1965 г. Начало зимы.

* * * *

Не верь пословице, что правды нет в ногах, Ее побольше там, чем в изысканных словах. Не верь каналам, и домам, и городам, Они ведь не всегда добры бывают к нам. 2 х 2 р.

Не верь глазам, не верь словам- они соврут И только ноги никогда не подведут. Чего ж ты ждешь каких-то необычных слов Не передать словами содержанье снов 2х2р.

Знакома ты с очарованием дорог, Ты исходила их и вдоль и поперек. Зачем же это ожидание в глазах? Я больше, чем дороги не смогу сказать 2х2 р.)

Не верь пословице, что правды нет в ногах, Ее там больше, чем в изысканных словах. Не верь каналам, и домам, и городам, Они ведь не всегда добры бывают к нам.

1965 г. (Зима)

Леса Белеоруссии

Все леса, леса, леса Белоруссии Да полода, по-девченочьи капризная. То озера, то болотца, словно бусины, Там на ниточке реченочек нанизаны.

Мы идем то без дорог, то по дорогам. Люди в селах нас встречают равнодушием. Только песнями до самых слез растроганы, Приглашают снова в гости, став радушными.

Парни пачки распечатали "Севера", На девчонок из отряда загляделися. Вот с такими погулять бы под вербами. Ах, девченки, ну куда же вы делися

А над Вилией- рекой кладки шаткие, А за Вилией тропа в лесу теряется. Гаснет солнце, и над нашими палатками Снова звезды в темном небе разгораются.

Все леса, леса, леса Белоруссии Да полода, по-девченочьи капризная. То озера, то болотца, словно бусины, Там на ниточке реченочек нанизаны.

1965 г. май

* Апрель

Лишь вчера была метель, А теперь оттепель, И звенит- поет капель Про солнечный апрель.

Пр: А снег все тает,

За лыжи хватает.

Не дает идти вперед,

И назад не дает. (Припев - 2 раза)

К лыжам снег пристает, Ненадежным стал лед. В лес уйти нам не дает, И все вокруг плывет.

Пр.

А вокруг до небес Влажный лес, важный лес. Равнодушья полон весь К тем, кто в апрель позел.

Пр.

Погляди, как влажны Тучи в теплые дни. Лыжи стали не нужны, Ведь нет совсем лыжни.

Но смысла нету

В лесу ждать лета

Мы из лыж плот собьем,

И в апрель поплывем - 2 раза.

Но смысла нету

В лесу ждать лета

Мы из лыж плот собьем,

По весне поплывем.

1965 г.

* Города

Города, города, крепко держат всегда. Не дают уходить, не спешат отпустить Убегают года, навещает беда, Можешь выть, можешь пить, но не смей уходить.

А город силен: "Погоди, не ходи", А песня уводит в снега и дожди, А память года у печи не хранит, А в памяти только походные дни.

Сотней дел и вещей от кастрюль и борщей До любовей и жен ты всегда окружен От бродячих ночей бережет нас Кащей, Не допусти, ведь он, чтоб костер был зажжен.

И ждет непокорных беда и гроза. Но в небо впиваются чьи-то глаза. И значит опять кто-то снова уйдет. У города дерзко себя украдет.

Но готовы отдать себя трижды распять, За палатку, за лес, полный птиц и чудес, За возможность не спать, чтобы солнце встречать, За возможность залесть вглубь нехоженных мест.

И снова столбы отстают, отстают, Уходят ребята искать неуют. Ребята идут от уюта устав, Для счастья другую усталость искать.

1965 г. май.

* Проводы

Не от веселья песни были веселы: Друзей в дорогу провожать так грустно. А нам хотелось спрятаться за песнями Уедет поезд - станет в мире пусто. - 2 х 2 раза

Уедет поезд- мы вольемся в улицы, Неся с собой в свои квартиры зависть. А там те же тени на стене сутулятся, Там все привычно- так все утоялось - 2 х 2 раза

Там все привычно так до безобразия, Дни- близнецы проходят и уходят. Нас старят, старят дни однообразия В десятки раз сильнее, чем невзгоды. - 2 х 2 раза

Но тепловоз пока рокочет сдержано. Мы песнями сказать успеем много. Ведь в наших песнях круто перемешаны Разлуки, встречи, беды и дороги. - 2 х 2 раза.

Не от веселья песни были веселы: Друзей в дорогу провожать так грустно. А нам хотелось спрятаться за песнями, Уедет поезд - станет в мире пусто. - 2 х 2 раза

1965 г. лето.

* Я уйду в поход

Город празднует победу: Не сумел уйти опять я. Никуда уж не поеду Буду в городе болтаться.

Я, как зверь, попавший сдуру

Под шальной заряд из дроби.

Город снимет мою шкуру

И к зиме сварганит обувь. 4 х 2 р.

Мне до самых слез обидно: Без меня ушли ребята. О дорогах петь мне стыдно, Если не бываю там я.

Мои песни неуместны

В городах, концертных залах,

Потому, что мои песни

Для дорог и для привалов. 4 х 2 р.

Только рано, очень рано Город празднует победу. Он силен, а я упрямей, Я опять в поход уеду.

Мне не так уж важно лето,

Пусть зима, пусть снег кружится.

Я уйду в поход, и это

Обязательно случится. 4 х 2 р.

1965 г. лето

* Дождь

Небо забыло, и небо забыто, В небе нет солнца, и в небе нет неба. Сеется дождь через крупное сито, Солнце- небыль, и звезды- небыль.

Солнце не видит, и солнце не слышит Изломленных горестно тысяч губ, Не видит, как горько плачут крыши, Как слезы их рвутся потоком из труб.

В такую погоду не выйдешь из дома Или из дома уйдешь навсегда. Эта погода давно мне знакома. Но дома я с ней не смирюсь никогда.

Дождь заливает костры и желанья, Дождь вымывает из мира краски. Тонут дома в белесом тумане, И умолкают песни и сказки.

Станет ли в мире когда- нибудь лучше, Или всегда лить воде, как беде... Солнце вчера разогнало тучи, Но разве дело только в дожде?

1965 г.

* Городское утро

Крик петушков жестяных Это команда "Стоп" И в черноту стены Уходят картины снов.

То ли стволы двух берез, А может быть, две сосны Очень свои до слез... Жаль, что ухожят сны.

Изгнан из комнат мрак, Город спеша встает. Слушает город "Маяк", Кофе горячий пьет.

Транспорт родной кляня, Сотню найдет злых слов. Город во власти дня, Люди во власти снов.

Вот ведь как много людей, Ах, как тесно, тесно. И вырастает день Из недосмотренных снов.

День, чтобы строить дома, День, чтоб варить обед, Может быть счастье поймать, Или упасть от бед.

День, чтобы строить дома, День, чтоб бывать везде, Может быть счастье поймать, Может, отдаться беде. 2х2р. 1965 г.

* Не грусти, когда зима

Не грусти, когда снега, не грусти И не прячься от метелей в домах Отпусти себя к зиме, отпусти, Обласкает, обогреет она. 2 х 2 р.

Отласкает и укроет от бед, Сказку новую расскажет тебе, Снег подсветит синим светом луна, Колыбельную споет тишина. 2 х 2 р.

Приходи, тебя леса позовут, Ты не бойся темных просек лесных. Ты увидишь то ли сон наяву, То ли явь похожей станет на сны. 2 х 2 р.

Ну зачем тебе витрин витражи, Ну зачем тебе тоской дорожить? Слышишь, в дверь твою стучится зима, Так не прячься от метелей в домах. 2 х 2 р.

1965 г.

Осенняя песня

В небе крик журавлей- это песня осенняя Над печалью полей, над осенними тенями. Я слежу чуть дыша за полетом на юг. Птичьи клинья спешат от метелей и вьюг.

И плывет чуть простуженный

Птичий горестный крик

Над морями, над сушею,

На чужой материк.

Ветер листья озер полосует морщинами, По утрам на костер ставлю воду со льдинами. И грят, и дрожат листья кленов, берез. Но загасит пожар дождь потоками слез.

Ветер сети связал в путях

Из осенних дождей,

Он запутал меня в сетях

Ни надежд, ни путей.

Но ведь эти дожди- а они уйдут, уйдут, Журавлей проводив мир снегам отдадут. И пойдут по снегам лыжные следы. Нас ведь не испугать ватою из воды.

Это птицам лететь на юг

Нам их в путь провожать.

Это нам встречать время вьюг,

И сквозь вьюги бежать - 2 раза.

1965 г.

* Я привезу песню

Что делать, но у нас так повелось: Разлука в нашем доме частый гость. А вот прощаемся мы кое- как, Уже с порога говорим пока. Прощаться не научены совсем, Вот возвращаться мы умеем все. Грустит, листки роняя календарь. Ушли друзья, недопращавшись вдаль.

Вот так же мы ушли, покинув дом, К вершинам гор ушли мы впятером. Недопращавшись, и опять как встарь, Без нас, листки роняет календарь. Здесь ночь от полнолуния светла, А горы охраняют снежный клад. Но ждут друзья нас в городах внизу. Я им в подарок песню привезу.

Я песню привезу, ну а пока Здесь рядом с нами бродят облака, Рукой туманов к нам стучат в окно, Когда в горах становится темно. Покинув горы, мы придем назад. Вернемся в город, где нас ждут друзья, Ну а пока, грусти и не грусти, А песню все же надо привести.

В горах петляют лыжные следы. Мы огибаем логово беды. И есть еще запасы в рюкзаках И для привалов хватит табака. А в городе друзья живут без нас, А в городе давно уже весна. А до весны всего нам час пути. Так эту песню надо привезти. - 2 раза.

1966

Карпаты

Вот, говорят, ты в городе грустишь, А песни все тоскуют о дорогах. За тридевять земель не улетишь, Когда в запасе времени немного, Не улетишь, не улетишь.

Мы не ушли за тридевять земель, Но где-то по пути тоска отстала. Среди весны пробрались мы к зиме, Намного дней опередив усталость. На много дней, на много дней.

Мы здесь живем на белых склонах гор Близки нам горизонты и горбаты. Снега, снега, куда не кинешь взор. Сутулят спины снежные Карпаты. Снега, снега, снега, снега.

Живем мы среди гор, и даже лес Повыше нас подняться не решился. Наш домик под названьем "Эдельвейс" У самых снежных склонов приютился, Наш "Эдельвейс", наш "Эдельвейс".

Мы жили, как живут на берегу, Наш путь шел через рифы долгих буден, Костры мы разжигали на снегу И пели песни и горам, и людям. На снегу, на снегу, на снегу.

1966

* Песня о песнях.

Что ж ты стоишь на тропе,

Что ж ты не хочешь идти?

Нам надо песню допеть,

Нам надо меньше грустить...

Ю.Визбор

Наши лыжи у печки стоят, Оплывает огарок свечи. Пляшут тени на лицах ребят И гитара негромко звучит. -2р.

Здесь скрестились десятки путей Разных радостей, встреч и утрат. Здесь гадают про завтрашний день По рисункам истрепанных карт. - 2р.

А живем мы, дороги любя. Нам разлуки - прочитанный том. Ну, а песни - в них наша судьба, Наше прошлое, наше потом. - 2р.

Нам еще переходы идти. За туманом гоняться в лесах. Знать, что в трудностях - радость пути, Письма- песни с дороги писать.

Все разлукам и песням отдать И узнать, что есть в радости боль. В деревянных бывать городах, На штормовках осаживать соль. - 2р.

Звездный ковш описал полукруг. Вот и кончилась песня моя. Стало сонно и тихо вокруг. Наши лыжи у печки стоят. - 2 р.

1966

Десять пальцев

Сколько у нас в жизни счастья? Выпивка после разлуки. Радости чуточку чаще, Чем быть должно по науке.

Ленточки цвета корицы Неторопливый бег. Крылья расправив птицей Песня напомнит тебе.

Лес и озера, и снег в горах.

Ах, 10 пальцев у нас на руках.

Сколько у нас в жизни горя? Выпивка перед разлукой. Ссора без всякой ссоры, Горького плача звуки.

В собственных стенах закован, Да вот никто не придет. Темные окна знакомыхЗначит, никто не ждет.

Горечь, обиды, дворцы из песка.

Ах, десять пальцев у нас на руках.

Сколько ж в той жизни кручины? Выпивка-так, без причины. Ни до чего нету дела. Дни, как большой понедельник.

Ветер за окнами воет. Капли дождя на них. Где-то спрятались двое, С кем бы я смог на троих.

Что-то вот горек мне дым сигарет.

Ах, много дней в нашем календаре.

О женитьбе

Ходит грустный медведь.

Бродит грустный медведь.

Б.П.Полоскин

Ах, жениться бы мне рыбкой в неводе, Да все времени нет, да все негде. То ли старый я, то ль с ума схожу. Все с гитарою, как с сумой, брожу. - 2р.

И за окнами, и под соснами, Чаще в городе, реже по свету. А гитара мне- не поймуя, ктоТо ли горсть камней, толь букет цветов. - 2р.

Мне б все песни петь- было б лишь кому. Да огнем гореть, да чернеть в дыму. Ничего не жаль для товарищей. Песня и пожар, и пожарище. - 2р.

Но мои друзья мне грозят, грозят: "В песнях ты погряз - дальше так нельзя. Заведи свой дом и угомонись. Будешь петь потом, а пока женись. -2р.

И на старших глядя, дружок, учись, Ведь гитары ради- так проходит жизнь. Ведь совсем не дело все песни петь. Ведь грустить, седея, даже медведь".

А, что я не женюсь- мне винить кого? Может я обвиню Городницкого? Если он не жениться советует, Может быть, не женюсь я поэтому?

Не женитесь, не женитесь,

Не женитесь, не женитесь,

Поэты.

(А. Городницкий).

1966 г.

* Следы ровесников

Опять над головой костер качает дым, Бредет сквозь лес в обнимку с песней тишина. А мы идем искать ровестников следы, Тех самых, что на четверть века старше нас. - 2 х 2 раза.

Им больше не стареть, и песен им не петь, И что на сердце - никому не высказать. Последние слова наткнулись на свинец... Да не над всеми обелиски высятся.

Над ними то весна, то ветер ледяной... Лишь быль в летах сплетается с легендами. Ребят не воскресить ни бронзой орденов, Ни песней, ни муаровыми лентами. - 2 х 2 раза

А им хотелось жить семи смертям на зло. Семь раз не умирают- дело верное. "Вперед" - и встали в рост, и шли на танки в лоб С винтовкой образца 91-го.

Давно отмыта гарь, развеялись дымы И временем земные раны сглажены. Мы ищем на земле ровестников следы Пусть вечные огни горят для каждого. - 2 х 2 раза.

Нам в памяти хранить простые именаНи временем не смыть их, ни обманами. Нам в памяти хранить и чаще вспоминать. Ровестники, не быть Вам безымянными!

1967 г.

Синяя птица

В ресницах соломенной крыши. Слезою- дрожащие звезды. Всегда убегал от синицы... Вот рядом журавль- но поздно.

Журавль, ты не мною был словлен,

Небом- выцветшим ситцем.

И кто-то красивым словом

Назвал тебя синею птицей.

Вот рук твоих карточный домик Вот синей птицы- дыханье. И сами приходят ладони К щекам твоим на свиданье.

И смело пальцы отводят

Память- смелые ласки.

И щеки к ладоням приходят,

И просится птица в сказку.

Но что же ты плачешь, птица? Поставить рассвет в сказке точку. Поставить на первой странице, Придуманной летней ночью.

Ну что же, нам не на что злиться.

Лишь в памяти- память о лете.

И добрые птицы- синицы

Сплетут о нас кружево сплетен.

1966 г.

За растром дождей.

За растром дождей косых, затяжных Не станешь видна- уедешь. Еще у недель пока я должник, Еще быть мне домоседом. В миграции птицы, в застывшей воде, В осенних приметах книжных И в тысячах лиц знакомых людей И тебя и не вижу, Не вижу.

А может, не ждать, уехать и мне, Рукою махнув на сроки. И где-то гадать на спинах камней, Где прячутся песен строки. И нервы подбив, как сбитый каблук, В пути, что упрямо выгнут, Ничто не забыв, лишь горечь разлук Совсем забывать привыкну, Привыкну.

Но честно часы считают часы, Ты едешь, а я не скоро. Лишь дождь моросит, и растром косым Опутывает весь город. Дымок сигарет, ознобая дрожь, Да ветров веселая стая. Дожди в октябре, и поезд сквозь дождь Уходит столбы считая, Считая.

За растром дождей косых, затяжных Не станешь видна, уедешь.

1966

Колыбельная

В тучи над черными крышами Медленно солнце врезается, Входят в окошко рыжие, На белок похожие, зайцы, Баю-бай, Баю-бай, Баю-бай.

Спят в своей гавани тральщики. За день машины умаялись. Сонного, сонного мальчика Тихо баюкает маятник. Баю-бай, Баю-бай, Баю-бай.

Тени шуршат над подушкою, Сны к малышу приближаются, Угол с простыми игрушками Медленно преображается. Баю-бай, Баю-бай, Баю-бай.

Детские сны забываются, Как далека моя станция!.. К звездам и к солнечным зайцам Руки все реже тянутся. Баю-бай, Баю-бай, Баю-бай.

Зависть. Ну что же поделаешь: Возраст- беднее фантазия, И мои сны неумелые Некому, в общем, рассказывать. Баю-бай, Баю-бай, Баю-бай.

1966

* Лыжные следы.

Улеглись на просеки, как в ножны, Лезвия холодные метелей. Тучи, тронув вожжи, осторожно Сдвинулись, а звезды потеплели.

Старый месяц изогнул два рога И в окно мое, а мне тревожно, Может, где-то люди путь к дорогам Потеряли в белом бездорожьи.

Может быть, зовут, а их не слышат Вторит голосам их эха ругань. Конь мой деревянный- мои лыжиВ путь! Пора подтягивать подпруги.

В чаще леса, в пятнах лунных капель Домик мой в снегу, как теплый остров. К людям я лыжню тяну, как кабель, Мне и тяжело, и очень просто.

Просто, как прокладывать дороги, Сеять хлеб, рубить дрова для печки, Обжигать горшки,- ведь мы не боги, И поступки наши человечьи.

Может, никого я и не встречу. Просто сам себе придумал дело. След в снегу оставил, да не вечный, Он до оттепели, до метели.

1967 г.

* Северная

Мы уезжаем, до свиданья, город. Колесам долго стыки рельс толочь, Тебе переживать прощанья горечь. А нам идти в полуденную ночь. - 2р.

Пр: Значит, надо уехать,

Значит ждет нас пурга,

Переходы и песни,

Да белые вьюги.

Пусть товарищи выпьют

За ушедьших в снега,

Убежавших по зову

Полярного круга.

В краях, где ни дорог нет, ни тропинок, Где гребни гор дырявят облака, Стоят там молчилывые Хибины, Подставив ветру белые бока. - 2р.

Воротники здесь от дыханья седы, Здесь поровну на всех и груз, и грусть. И вышедший с полотен Кента Север Ветров объятьем бросится на грудь. - 2р.

Полярный круг - ну что это такое? Условная придуманная нить, А почему-то не дает покоя, За чем-то чем-то нас к себе манит. - 2р.

Пр.

1967 г.

Демография.

Плодитесь и размножайтесь,

пока не наполнится Вами земля.

Библ. 1 быт.,ст.28

А Москва-то полна населением. А в Москве муравьиная скученность. Знать в планировании размножения, Никакой нет системы научной.

А домой прилетевши ринулся Не к буфету, а к книжному шкафу я. Ни стакашка не приняв принялся Изучать, изучать демографию.

Пролистал я что пишут ученые, Что растет, мол, растет население. А, которые реакционныеТе по Мальтусу и без стеснения.

Не боюсь я за сытость публики Принесет нам наука пользу. Будут делать из дырок бублики, Как московскую водку- гидролизом.

Лес повырубят, хоть он и нужен нам. А насчет биосферы- как же? Вон квартиры все ниже, да уже, Да и тех не хватает на каждого.

А китайцы, друзья позапрошлые, Размножаются, ох, размножаются, Раньше были такие хорошие, А теперь на Сибирь покушаются.

Ах, народы, народы, ну на фиг вам Размножение антинаучное? Лучше ночью учить демографию, Может, что-нибудь в мире улучшится.

1967 г.

Раздумья

Как много мне самим собою обещано. Но если это только лишь слова, То как же на бетонной массе трещины Находит для семян своих трава.

И птицы как находят направление, Покинув стран полуденных приют, Как в зеркале раздумий все сомнения Надеждами передо мной встают. - 2р.

Иду к раздумьям, как к друзьям доверчиво. Я лучше вижу, чувствую сильней, За кругом дум, привычками очерченным, Есть маленькая дверь в большой стене.

Войти, увидеть горы или пристани, Дать волю смеху, радости, слезам, Увидеть горы, города, ложь, истину, Вместить в себе и в песнях рассказать. -2р.

Мне близким кажется порой далекое. Как близок носью свет чужих миров. И мало мне тогда того, что около. И не манит порой родной порог.

Смотрю на облака, куда бегут они, Как тени их пасутся на траве. Хочу быть здесь и там. Я просто путанник. Хочу всего- я просто человек. -2р.

1967 г.

* Когда исчезнут в мире песни

Когда исчезнут в мире песниДома не рухнут, гром не грянет. Все, все останется на месте: Зелень лесов, закат багряный.

И будет ветер биться в крыши,

И будут люди жить под ними.

Но кто-то друга вдруг не сыщет,

А тот с врагом бокал поднимет.

Когда исчезнут в мире песни, То, не почувствовав потери, Маляр смешает краски вместе И все закрасит цветом серым.

Из некогда веселой кисти

Падет на окна и на травы,

На лица, мысли и на листья

Бесцветно- серая отрава.

И из-за девок, из-за денег Рвать глотки своре будет свора. Но струн Орфеи не заденут, Лишь закричит пред пиром ворон.

Потом толпа крылатых бестий,

Дымы пожаров скроют звезды...

... Когда исчезнут в мире песни,

Искать потерю будет поздно. - 2 р.

1967 г.

Пора идти

Пора идти, но прежде оглянись: Уходит ночь за белые хребты, Лыжни вчерашней сдвоенная нить Теряется за кромкой черноты.

Здесь на вершинах в колыбелях бурь

Сильней вина качают нас ветра,

Надежней книг излечивают дурь,

Крепят желанья, изгоняют страх.

А горы, горы, будто вне времен Стоят не зная ни добра, ни зла. Что им до наших дел, судеб, имен. Стоят как миллионы лет назад.

Стоят, людской не зная суеты,

Гремят порой раскатами лавин.

Провалы перевалов, как мосты,

Ведут к далеким берегам долин.

Ну что ж, идти сквозь белые хребты, Сквозь пляску снега проложи свой путь, Еще в пути не раз узнаешь ты, Еще не раз присядешь отдохнуть.

А после горы будут позади

И к полустанку северных разлук

Наверно, грустно будет подходить

И уезжать на целый год на юг. -2р.

1967 г.

Не сердись

Не сердись, я привык уходить В книги, в горы и просто в тоску. Это ж так же как мокнуть песку, Если вдруг начинает дождить.

Ну а мне не понять, не понять, Почему улетать журавлям, Почему провожать не меня Телефонных звонков кораблям. -2р.

От ладьи твоих ласк и от губ Что-то гонит меня в холода. Не в свои я сажусь поезда Не в чужом я ночую порту.

Лучше памяти нить подари, Голубое окно на заре, Шелк полатки у маленьких рек, А когда я вернусь отвори. - 2р.

Отвори мне опять свою дверь, От разлук стал я, вроде, добрей, От тоски, от сырых сентябрей, Отвори, и еще раз поверь.

Это был не последний побег, Сколько их у меня впереди, Если б я не любил уходить, Я б не смог возвращаться к тебе.

1967 г.

* Восточный поезд

Укрыт облаками умеренный пояс. Косыми дождями октябрь моросит. Увозит меня на восток синий поезд По желтой, намокшей Руси.

Гляжу на березы, дымлю сигаретой В прокуренном тамбуре под говорок Удмурдцев, волжан обсуждающих лето, А поезд бежит на восток.

Я так засиделся в мирке полусонном, В мирке, где уже не живут чудеса. Я новых друзей имена не упомню, Я старых друзей позабыл голоса.

Себя самого призываю к ответу За прошлое, что я успел растерять. Ах, прошлое, ты разлетелось по свету, По крохам придется тебя собирать.

Так пусть меня поезд восточный подлечит, Чтоб права лишился я сетовать зря. Что тех не найти, а иные далече. Ну что ж что далече, на то и друзья.

Чтоб в поезд садиться, встречать самолеты При встречах до рыжей зари говорить. Как надо, как надо до самых далеких Друзей добираться и встречи дарить - 2 х 2 р. Дарить...

1967 г.

Бумажный змей

Это видели крыши с кустами антен, И трубы, что служат корнями дымам. И окна- глаза глуховатых стенМигнули дверям, те шепнули домам. Соседним домам.

Это видел и я- белокрылым орлом, На тонкой бечевке вспугнув голубей, Деревья дымов перерезав крылом, Взлетел над кустами антен белый змей. Бумажный змей.

Это видел и я, как ему повезло. Его подхватил восходящий поток. Качая хвоста кормовое весло. И мыл все неслышней дверной шепоток. Дурной шепоток.

Но увидел и он сверху те же дворцы. Увидел бечевку в руках пацана. Попробовать вырваться? Змеи мудры. Рвать нити для них- дорогая цена. Большая цена.

Могут змеи летать, лишь за нитку держась, Но свободный полет- под колеса машин, Под подошвы людей, на асфальт или в грязь, И гибнут видения синих вершин. Далеких вершин.

1967 г.

Давай поговорим

Давай поговорим о городах. Давай с тобой придумаем весы: На чашу бросим серые года, А на другую- радости часы.

Давай поговорим о доброте, Просеем через сито наши сны, Измерим толщину квартирных стен И взглянем на себя со стороны.

Давай поговорим и о земле, Обители и радости, и слез. Ведь жалко будет, если осмелев, Грибы поднимут головы до звезд.

Еще о песнях мы поговорим. А память мысли в древность унесет. Спасли однажды гуси криком Рим. А кто нас от самих себя спасет?

Давай припомни скалы и леса. Мы к ним еще придем когда- нибудь. А тучи за окном как паруса, На запад уплывают в дальний путь, Из песен уплывают в дальний путь.

1967 г.

Ожидание зимы

Тает снег на лету. Самолеты в порту В тумане тоскуют о небе. Как нуждаемся мы в возвращеньи зимы, Как голодные в корочке хлеба.

Как туман окружил и косые дожди Проливают продрогшие крыши, Всюду серая мгла. В доме в темных углах Сиротливо покоятся лыжи.

Никуда не сбежать. Только ждать, только ждать Перемены ветров и погоды. Облака, облака сеют всюду пока Только воду, холодную воду.

Ветры все не дают обрести вновь уют В густолесьи затерянных хижин. И грустят поутру самолеты в порту Как в углу запыленные лыжи.

1967 г.

Усталость

Как хочется устать, как хочется устать И отдых дать любимому коньку, Подсесть поближе к огоньку И просто книги полистать.

Но я в привычках как в цепях, Все вертят старые заботы. И на дорогах повороты Проскакивают в торопях.

Как хочется и мне немного стать умней, Знать как разжечь в сырую полночь свет, На все вопросы знать ответ И тверже серых быть камней.

Но мне никак не стать другим. Все вертят новые соблазны. Все хочется придумать праздник И выпечь в будни пироги.

Как хочется забыть, как хочется забыть И песни и товарищей моих, Мирок построить на двоих И потихонечку в нем жить.

Но мне не выстроить тех стен, Все ертят глупые надежды. То черствость не дает, то нежность, То руки складывает день. - все 2 р.

1967 г.

Пародия

Кончается начало, начинается бетон, Начало исчезает за горой. Девчонки преподносят мне букетики цветов, Я дровосек, бродяга и герой. -2р.

Простеганные ветром и сбоку, и в упор, Приятели без памяти лежат. Дырявые посудины навечно встали в порт И паруса порвали без ножа - 2р.

Так вот обломок шпаги, переломанная сталь, Беру с собой на бережок реки. Я рад, что у приятеля обломок тот достал, На нем я буду жарить шашлыки. - 2р.

Кончается начало, начинается бетон, Начало исчезает за горой. Девчонки все кидают мне букетики цветов, Я дровосек, бродяга и герой, Поэт я, композитор и герой.

1968 г.

* Виражи

Железный путь вагон качал, Я в тамбуре курил, скучал. Вдруг тип ко мне какой-то подошел. На мои лыжи поглядел, Слегка плечом задел И как-то посмотрел нехорошо. 3 х 2р.

Он прохрипел мне: "Ну скажи, Зачем ты крутишь виражи, Ну для чего тебе катиться вниз? Прогресс в движении вперед, Туда стремится весь народ. Подумай, погоди и оглянись! 3 х 2 р.

Ну что за мода повелась? Куда же смотрит наша власть? Пора такие штуки прекратить. На вираже можно упасть, Спортинвентарь и ноги- хрясть. За что ж тебе по белютню платить? 3 х 2 р.

Уходит в небо самолет, Корабль по морю идет, Распугивая рыбу за кормой. Уходит в горы альпинист, А ты вот норовишь все вниз, При этом далеко не по прямой!" 3 х 2р.

А я и спорить с ним не стал: Я думал о других местах, Где склоны и покруче, и длинней. Где снег под лыжами поет, Где спуск со склона, как полет, Который детям видится во сне. 3х 2р. Во сне...

1968 г.

* Бортпроводница

На запад ночь, а мы на встречу- Сибирь все ближе. И самолет к себе на плечи пространство нижет. Гремят турбины и разрывают морозный воздух. Бортпроводница голубая, разносит воду.

Хозяйка дома, под которым остались тучи. А дом летит- какая скорость! Вот сбились в кучу. Четыре пояса, четыре часа планеты. Мы пролетаем над сонным миром, в снега одетым.

Бортпроводница! Присядь поближе- свободно место. Хочешь о соснах и до Парижа напомню песни? Поговорим мы о расстояньях, о самолетах... А постоянные расставанья- твоя работа.

Знаком мне вкус разлук, я дома подолгу не был, Но на земле это все знакомо, а ты все в небе. Я скоро встану, а ты растаешь, подобно птице. Ты улетаешь, ты улетаешь, бортпроводница. - 2р.

1968 г.

* Тундра

Поговорили, махнули рукой. Вот и уходит последний аргиш. Звон бубенцов над замерзшей рекой Прошелестел, как засохший камыш.

Прошелестел и растаял вдали. Больше людских не слыхать голосов, Больше тепла не просить у лесов. Тундра в лицо нам снегами пылит. -2р.

Горы горстями гребут облака, Звездные шорохи слышны в ночи. Тундра, ты мысли в слова облекать, Думать о близких ты нас научи.

Нам еще долго не видеть людей, Значит есть время подумать о них. Тундра нас заперла в тундре однихЭто на несколько долгих недель, Это на несколько белых недель.

Знаю, нас тундра одарит сполна. Если туман, то не видно ни зги. Если пурга- снеговая стена. Если устал- под глазами круги.

Но где-то едут в весну поезда, Тонкой струною прощанье звенит. И, уступая подругам зенит, Сдвинется в небе Пастушья звезда. - 2р.

1968 г.

Пурга

Ветер бьет спиной о скалы, Ветер рвет у палаток фалы, Забавляется новой игрушкой. Мы в ловушке. Да, мы в ловушке. С гор срываются вниз лавины. Замотает пурга равнины. И вдали от больших селений Пастухи мерзнут и олени. Стонет пурга.

А солнце в твоих городах

Листву оживляет в садах.

Врывается в витражи.

Осколками в лужах дрожит.

Друзья созывают гостей

А ночь согревает постель.

А где-то сжигает война

Надежду, любовь, имена.

Слева тундра, а справа- скалы. Как людей в этом мире мало! Но в беде здесь приходят на помощь, Потому что у каждом помнят. Потому что всего дороже Человек: он так много может. Человек, он такмного значит. Ну, а если бывает иначеКак же тогда?

Давайте у нас посидим,

Беседу дымком пдсиним.

Болгарский хорош табачек.

О чем говоришь? Да так, ни о чем.

Приемник на сотню ладов

С надрывом и без- про любовь.

А где-то горит самолет,

А рядом убитый пилот.

Ветром вылизан склон, как вымыт. отрепало, но вышли живыми. Вновь разматывает нитку лыжня. Дом все дальше, а значит, ближе. Значит, скоро людские лица. Людям важно слюдьми делиться Хлебом, куревом, пониманьем, Кровом, радостью и вниманьем. Чистой водой.

Весна. отогрел нас апрель.

Но север нас сделал мудрей.

Тревога в уроках веков.

Тревожен домашний покой.

Гудят самолеты в ночи.

У коек дежурят врачи.

Идет на земле вечный бой.

И нет нам команды "отбой".

1968 г. Март

* Северная

Три дня гудим в полярных кабаках, Горланим песни, попиваем спирт, Два дня не экономим табака И на вокзалах деревянных спим. Еще плечо хранит следы ремней, Еще мы не привыкли к городам, Но все же прорываются ко мне Полярный край, Уральская гряда. - 2р.

Сегодня снег и горы наяву И Воркута под этим снегом спит. Но города к делам уже зовут И допиваем мы последний спирт. За эти дни безмолвных ледников, За эти дни дороги и труда. И машет нам платками облаков Полярный край, Уральская гряда. - 2р.

А тепловоз прощально прогудел Теперь о средней полосе слова. Ждут вместо гор нас горы разных дел, А вместо снега- пыльная трава. Но если из-за тысячи причин Дни станут длинными, как провода, Ты вспомни, есть советчики мужчин: Полярный край, Уральская гряда.

1968 г.

* Давай решимся без пари

Давай решимся без пари Признать, что жизнь не так уж зла. Давай не будем говорить Про послезавтрашний разлад. Давай считать, если не лень, Что это, в общем, просто так, Просто ушла на один день Из этой жизни пустота. 2х2р.

Ведь, как всегда, из разных бед Придет какой-то вариант, То нужно мне, а то тебе То в Воркуту, то в Самарканд, То просто ночь перелистнет Страницу губ, страницу плеч, То мысли утро принесет, Что, мол игра не стоит свеч. 2х2 р.

Но, чтоб не начал тяжелеть Мешок печалей и утрат, Договоримся не жалеть О том, что к нам придет с утра. Давай, злых слов не говоря, Себя от ветра не спасать. Давай сегодня, как в морях, По ветру ставить паруса. 2х2р.

Давай решимся без пари Признать, что жизнь не так уж зла. Давай не будем говорить Про послезавтрашний разлад. Давай считать, если не лень, Что это, в общем, просто так, Просто ушла на один день Из этой жизни пустота. 2х2р.

1968 г.

* Заморозки

Листья в реке- желтые паруса. Березина заплуталась в лесах. В поле озимые зябнут ростки. Заморозки, заморозки.

Гуси над лесом печально кричат. Стая на юг улетает, прощай! С крыльев печаль свою за море скинь. Заморозки, заморозки.

В белом тумане байдар караван Вечером к лесу придет, а туман Скатится утром слезами с ресниц. Заморозки, заморозки.

Вечером бакенщик выгонит бот. Богу речному лампаду зажжет. Что-то прошепчут костра языки, Может, про первые заморозки.

Лес тихо замер у сонной воды, Слушает сказки вечерней звезды. И в полнолунии тени резки. Заморозки, заморозки.

Грустно. Наверное, гуси правы. Что-то по осени сам я раскис. Видно, коснулись моей головы Заморозки, заморозки, заморозки.

1968 г.

А я по вас соскучился, ребята

А я по вас соскучился, ребята: Теперь пора мне о другом скучать. Пора и мне бежать к горам горбатым И сызнова все старое начать.

Над снегом туманы,

Под снегом трава,

Ах, дальние страны,

Ах песен слова. 2х2р.

Я к вам вернусь, как блудный сын из бегства, Поглубже спрятав память губ и рук. Отказываться жалко от наследства, Где доля для меня - полярный круг.

А вам еще рано

Меня отпевать.

Ах, дальние страны,

Ах, песен слова. 2х2р.

Еще есть сто причин, чтобы держаться И быть хоть чуточку самим собой. И уезжать, и по свету болтаться, И с мельницами выходить на бой.

От старых обманов болит голова.

Ах, дальние страны,

Ах, песен слова. 2х2р.

А жизнь нам все дарит свои подарки: Любовь, дороги, песен и друзей. Их трудно брать, отказываться жалко, А спрятаться нет места на земле.

И дальние страны, и песен слова,

И птиц караваны, и в росах трава...

Любимые руки на жарком лице...

Снега и разлуки- длиннющая цепь. -2р.

1969 г.

* Метеостанция Хадата

За снегами в горах Хадата приютилась. В черных нитях антенн вьются флаги пурги. Нас на гребне вчера круговерть прихватила И смеялась пурга: "Посиди, не беги".

А сегодня в тепле у радиста сидим мы. Для согрева- чаек, для души разговор. Отстучал на ключе что положено Дима И течет разговор, и чадит "Беломор".

Тих пока что эфир, еще время осталось. - Хочешь чаю? - Налей. - Что грустишь ты? - Да так. Это просто в тепле разморила усталость, Да сквозь окна мне в душу глядит Хадата.

Что нас ждало вчера? Я забыл половину. Память прячет минувших событий куски. Пьем чаек у людей, и причем тут лавины? А что было вчера- белой ниткой в виски.

Дать гитару? - Давай. Я забыл про усталость. Пел полярникам песни до новой зари. А гитара чуть- чуть про тебя проболталась. Ты прости, я б не стал о тебе говорить.

Ты прости, и гони прочь тревожные слухи: О живых и здоровых у нас не скорбят. До весны мне всего лишь неделя разлуки И всего лишь неделя зимы до тебя. 2х2р. 1969 г.

* Черные совы.

Тропы раскисли- дождь, да распутица. В собственных мыслях, как не запутаться. Дождь снаряжает в грусть экспедицию. Опережает жажда события.

Жадность, да жажда - с ними мне мучиться. Прожить бы дважды, да не получится. Черные совы, смутные облики... Не нарисован путь мой на облаке.

Но не добрали мы в жизнии почестей. Но не добра ли от жизни хочется? Не улыбался тот, кто не бедствовал, Не ошибался тот, кто бездействовал.

Старым ошибкам- пышные проводы. Выпью с улыбкой в жажде ведро воды. В мире такое слышится пениеНету покоя, жжет нетерпение.

Ладно, не взвою- мне не опомниться. С черной совою выйду знакомиться. Дверь на засовы- дождик за шиворот. Черные совы- нет больше выбора. Черные совы- нет больше выбора.

1969 г. (Апрель)

Песня геологов

Скажи мне, дружище, но только без слов, А сможешь ли ты жизнь бродячую бросить? Чтоб домом был дом, а любовью любовь! Чтоб вовремя старость и вовремя осень.

Когда ты устанешь бежать в холода? Не сладка же вечная озень без лета. Ты житель палаток, ты гость в городах, Запрятанных где- то за сотней рассветов.

Скажи мне, а что тебе снится во снах? А впрочем, усталые видят сны редко. Скажи мне, ты помнишь как пехнет весна, Как в стекла стучится сиреневый веткой?

Ну что ж, о тебе где-то песни споют, Не зря столько отдано вечным походам Скажи мне, о что же тебе отдают В замен в горизонт уходящие годы?

Ты хмуришься, злишься- не стоит, старик. Оставь без ответа пустые вопросы. Я просто с тобой захотел говорить... Над Севером осень, над Севером осень...

1969 г.

Было начало осени, были сильные дожди (ливневые). Было дерьмовое настроение. Ну, по этому случаю, такая песня для оправдания плохого настроения:

* Печаль

Перестань грустить, выйди из дому, Плащ накинь, ничего что ливни. Вон куражится, уже издавна Побеждая тебя, твой противник.

Твой противник, твоя печаль. Ты уже не справляешься с нею, Серым днем, в смуглых снах по ночам Ты соври, ты скажи, ты сильнее. (2 р.)

Ты соври, чтоб потом стало правдою То, что силы еще с тобою. В чемоданах оставь только главное, Выйди к ливням. Оружие к бою.

Из всех песен оставь десять строк И три дня из трехсот уходящих, Да одну из десятков дорог. Остальное все в мусорный ящик - 2 р.

Не давай печали опомниться, Разбуди синий мир надежды. Пусть печаль твоя скромною школьницей Будет тихою, будет сдержанной.

Разве трудно печаль победить? Мир надежды пока еще прочен. Ты ей место во снах отведи, Ну и в песнях по нескольку строчек. Да и в песнях по нескольку строчек.

1969 г.

* Сначала и потом

Сначала год как год и месяц - это месяц. Сначала так легко искать не находя. Спокоен стрелок ход и стрелки время месят, Настоянное на рассветах и дождях, На синих поездах, на розовых мечтах. - 2р.

Сначала нет потерь, и от разлук нет боли, И радиус витков спирали так велик. И не страшна метель, и время не неволит, И от движенья стрелок сердце не болит, И сказка исцелит боль маленьких обид. - 2 р.

Потом быстрей, быстрей и нету остановок. Все чаще нервы рвут слова: "В последний раз..." И что пора стареть - для нас уже не ново. И в сказках нет концов, а правда без прикрас. И каждый час крадет у нас частицу нас. - 2р.

1969 г.

Контрпесня

Еще нам не поздно исправить ошибки. И есть еще время, чтоб новые сделать. Не стоит дары принимать за наживку И стоит петь песни, пока не отпелось.

Мы можем пока уживаться с вещами, Считая невзгоды моделью удачи. И гадкий утенок- всегда обещанье, И первый намек на решенье задачи.

1969 г.

* Хочется жить.

А все-таки, все-таки хочется жить, Даже когда окончательно ясно, Что выдуманные тобой миражи Скоро погаснут, скоро погаснут.

Гаснут и, значит, к началу пути

Снова ты брошен, а путь давно начат...

Трудно, а все-таки надо идти.

Хочется жить, невозможно иначе.

Хочется, хочется жить.

А все-таки, все-таки, хочется петь, Даже когда в сердце песням нет места. Только б не сдаться б и только б успеть Спеть свою самую главную песню.

Ставь против горя свою доброту.

Это, наверное кое-что значит.

Пусть даже песня застрянет во рту.

Хочется петь, даже если ты плачешь.

Хочется, хочется петь.

А все-таки, все-таки хочется взять Мир окружающий вдолг под проценты И, на ладонях держа, осязать Спящих дыханье и пульс континентов.

Чтобы потом, раздавая долги,

Сердцем и памятью стал ты богаче.

Тратя себя, ты себя сбереги.

Хочется взять, невозможно иначе

Хочется, хочется взять,

Хочется, хочется петь,

Хочется, хочется жить... 1969 г.

* Песня о границе осени и зимы

С дождями снег- еще не первый след. Не хочет осень потесниться. А мы давно пересекли во сне Зимы и осени границу. Не скоро ляжем в зиму, как в пастель Укроем недуги снегами. За шестьдесят седьмую параллель Уйдем разделаться с долгами.

За ошибки и за прожитые лета

И за песни, что пока еще не спеты.

За друзей, которых часто провожаем,

И за то, что сами редко уезжаем.

Долги, долги, но это не беда, Коль скоро осень на исходе. Уйдут друзья, пусть даже на года Они когда-нибудь приходят. Уйдем и мы, ну в чем же тут беда? Вернемся как в апреле птицы. Мы от любви уходим навсегда, Вот с этим трудно расплатиться.

Где-то ветер веет, след наш задувая,

Забываем, ничего не забывая.

Так и носим мы с собою боль ушибов,

Груз любимых песен, счастья и ошибок.

Ну что ж, что осень кажется долга. Мы в нетерпеньи терпеливы. Сквозь дождь с туманом нам видны снега И мы долгам бросаем вызов. И каждый год, как будто в первый раз И, слава богу, не в последний, Уходим мы к себе - бежим от нас И возвращаемся по следу.

В это время самых первых космодромов, В эти дни последих самых паровозов Отчего- то застываем в теплом доме И уходим отогреться на морозе.

1969 г.

* Одесскому слету.

Снова порт и огни, а в Одессе туман. Круг замкнулся. И снова нам в зиму пора. Адресами друзей переполнен карман, Переполнено сердце прекрасным вчера.

А вчера было лето и встреч теплота, А вчера было лето и врал календарь, Что декабрь на дворе, нет, все было не так: Было теплое море и снежный янтарь.

И в мире уснувшего леса, Что спрятался в белых снегах, О твоих берегах, о твоих берегах Будем помнить, Одесса.

Полыхал алым пламенем флаг над кормой, А мы пели про горы, про снежный маршрут, Говорили, как жаль возвращаться домой, Как любимые ждут, и о том, как не ждут.

А пока снова порт, и в тумане ревун Вместо нас на прощанье нам песню поет. Мы печалим глаза, мы не трогаем струн. До свиданья, друзья, досвидания, слет.

И в мире уснувшего леса, Укрытого в белых снегах, О твоих берегах, о твоих берегах Буду помнить, Одесса.

1969 г. (декабрь)

* Новогодняя песня.

Что случилось со мной? Будто все стороной, Будто книги не впрок, Будто возраст- пустяк. За лесною стеной Ожил мир озорной И жар-птица трепещет В антенных снастях.

С утра с землею поделилось небо небом, А может, это снег, на небеса похожий. Не верить миру старых сказок ты не требуйВ ночной Крыжовке этот мир внезапно ожил. Вон вышел из лесу на старых лыжах леший, В мохнатой шапке, и с зеленой бородою, Вон, к заповедному колодцу ведьма чешет, Спешит наполнить ведра свежею водою.

Но не злы чудеса В белорусских лесах, Просто в зиму все спуталосьДень, или год. Лишь кукушка в часах Все стоит на часах, Да за снежной горой Электричка поет.

А старый леший не завертит в глухомани, Чайком напоит, от моей прикурит спички. Покажет лес, а коль запутаюсь в тумане Заветной тропкой доведет до электрички. От козней старых ведьм давно уж не страдаю. А я испорченный приемник ей налажу. Мне по лыжне она за это нагадает, И все про дальнюю дороженьку расскажет.

А случись- вдруг замрет У печи старый кот, Перестанет царапать Когтями метлу. Я поверю: вот-вот, Чудо в дом забредет, Отряхнет снег И лыжи поставит в углу.

Придет снегурочка на свет свечи неяркий, На звук гитарных струн, и песенки негромкой. Придет и станет новогодние подарки Нам раздавать из вышитой котомки. Подарит год- там будут празздники и будни, Подарит каждому, хоть на минуту крылья. И будет легким горе, счастье будет трудным. Вот так зима моя смешала сказку с былью. Вот так зима моя смешала сказку с былью.

1969 г. (Декабрь)

* Акселерация

Пристроились морщиночки промежду глаз И разные причиночки канают нас. И это недоделано, и то не так И изменяет тело нам, ох маята!

Предвоенные, убогие, гуда уж нам: Девченки длинноногие не по зубам. У них акселерация, у нас рахит. Боимся эскалации, строчим стихи.

Мол, нафиг нам секс- темочки, до баб ли нам? У нас своя системочка- портвейн к блинам. У нас своя походочка - в диагональ. Закалены мы водочкой, крепки как сталь.

Вообще-то коренастые- росли мы в костьВо времена ненастные какой там рост. А все ж мы тренерованы таскать мешки, А у акселерованных тонки кишки.

Но в явном ослеплении на счет на наш Те, с голыми коленями, дают мандраж Лишь от прикосновения нашей руки. Мы дети предвоенные, мы старики. Мы мужики...

1970

* Что я натворил

Что я натворил? Как я разорил И себя и песни. Горы здесь не те, А кавказский снег Что-то не такой.

Тундра, ну что ей,

Проживет, а мне

Надобно, хоть тресни,

Чтоб хоть раз в году

Мне в глаза взглянул

Северный покой. (все 2 р.)

Чтобы приносить И леса дразнить Песней про зимовье, Где, когда пурга, Белые снега Нам в лицо пылят.

Где полярная

Длинная дуга

Служит изголовьем

И лежит в ногах,

В тающих снегах

Вся моя земмля.

Это важно где И какой горе Сдать души недуги. И куда бежать, Чтобы побеждать Годы и себя.

Я еще не стар,

Я же не устал

Северу быть другом.

Рано связи рвать,

Рано отставать

От моих ребят.

А друзья сидят, Душу бередят Старым разговором. Май в окно глядит, Лето впереди, До зимы сто лет.

И весь год опять

Не дадут мне спать

Северные горы.

Тундра и тайга,

Белые снега,

И олений след. (все 2р.)

1970 г. (апрель)

Зови

Зови- я еще не устал, Зови- проще принять решенье, Зови- я играю с листа Забытую песнь возвращенья.

К чему эти все острова И солнце чужое? а мне бы Рубить в той избушке дрова, Где запах сосны или хлеба.

Я думал, что сотня дорог К тебе, оказалась - ошибка. Я думал согреться - продрог, Чужое тепло слишком жидко.

И солнце казалось зазря На крепкиих ладонях заката, И реки бежали к морям, А я потерял свою карту.

Я песни слагал не про то, А те, о тебе- забывались. И страшною шел я тропой, Она за спиной обрывалась.

Но есть еще горы в снегу, А годы привычной поклажей. Зови, я обратно бегу, А память дорогу подскажет.

1970 г. (Весна)

Полночь

Просто глубокая полночь, но все это не страшно, Тихо вокруг, даже ветер ушел на покой. Где-то на краешке памяти жив день вчерашний, Умер закат, до рассвета еще далеко.

Старое кончилось, новое не наступило. Что ж, что нет радости, это еще не беда. Был жаркий полдень, был ветер и солнце светило Ночь, тишина и созвездья качает вода.

Что-то не так, ну да я же гляжу в отраженья. Все перепутано: запад глядит на восток. Сонные совы забрали меня в окруженье, Ах, календарь похудел на один лишь листок.

Чудо ли, ладно ль? Считать я листки не приучен, Лето, как лето, а осень, как листьям лететь. Звезды, бывает, попрячутся в серые тучи, Но только звезды, не рыба, попавшая в сеть.

1970 (весна- лето)

(из записной книжки)

Пожалуй, ммне не жаль ушедьших лет, Они ушли, но не пуста моя ладонь, Друзья, ошибки, горы, горе, черный хлеб, Вокзалы и ночных костров огонь.

Я до сих пор пою про десять звезд над головой, И до сих пор дорога мне как будто бы впервой, И песни и любовь - еще как первая любовь, И новый день- еще открытье смысла старых слов.

И там, где я бывал- еще не стерся след. Пожалуй, мне не жаль ушедших лет...

1970г. (Весна- лето)

* Д. Песену

Средние широты, мягкая погода, Тихая работа, да тоска пол-года, А еще пол-года ожиданье чуда, Что найдешь в походе далеко от сюда. -2р.

Только редко это, приполярный ветер. Без ночей рассветы, так родятся дети. В ночь приходят двое, в мир приходит третий Этот мир освоить, где дома и ветер. -2р.

Города и горы, доброта и зависть, Войны и раздоры, и любовь, и старость. Окуджава, Пушкин, Дон-Кихот и Гамлет, Но сперва игрушки- пусть пока играет. - 2р.

(*)

В мир пришел мужчина маленького роста. Следствия, причины- все не так то просто. Приучи мальчишку к жадности кочевной, Научи сынишку щедрости душевной. - 2р. ------------------* Возможно существует вариант песни с следующим куплетом:

А потом, попозже сам он разберется Что всего дороже, что не продается. Что всего дороже, что не продается Что всего нужнее раздарить прохожим.

1970 г. 25 июня

* А. Чуланову

Улица твоя неярким солнышком полита. В комнате тесно от книг, картин и от корней. Кто-то из приятелей, поклонник неолита, Набросал на стенке неолитовых парней.

Мечутся по стенке голубые антилопы, Тучи стрел летят: у давних предков будет пир. Где сейчас ты, Санька? Возвратился ли в Европу, Иль в тайгу ушел, а может лезешь на Памир.

Пр: Не часто, Санька, видит бог, не часто

Выдастся нам встретиться, еще реже- выпить.

Самолет разгонится в облака и баста.

То дела тебя зовут, то шальная прихоть. -2р.

За спиною тридцать лет, маленькая малость,Глубина сибирских рек, и холод скальных стен. Кто-то сложит песенки, а тебе досталось Сбрасывать их к людям с острых кончиков антенн.

А пока покоя нет и бабы нет законной, И богатство- то рюкзак, да фотоаппарат, И еще две сотни мест, хорошо знакомых, И две сотни тех, кто тебя видеть будет рад.

Пр. 1970 г.

О суете (из записной книжки)

Шорох серых дождей, Желтизна там, где было все зелено. Дни прошли, сколько ж дел В суете не доделано. Суета, как во сне, Не туда все заносит. Прикоснулся к весне, Оглянулся- уж осень.

Сколько мыслей и слов суета Задавила в зародыше. Суета. Усталость, Суетливые сборища. Неоконченный бег. Я зарвавшийся мальчик. се стремился к тебе, Оглянулся- стал дальше.

И не хочется петь. Все старо и не знаешь о чем еще. И уже не успеть Если спросят о помощи. Суетою обвит, Как морскою травою. Нет ни битв, ни любви,Не предатель, не воин.

Где-то плачет дитя, Кто-то предан, а тот в одиночестве. Это все не пустяк, Если можешь помочь еще. Ночь над миром лежит, Зажигаются звезды. Продолжается жизнь! глянуться не поздно!

1970 г. (Конец сентября).

Беларусь

Есть у года четыре времени. Нас сосновый покой в сентябре манит, По зиме лыжи просятся к северу, А весною опять курс к Усе беру.

Мы уходим то летом, то осенью,

По огромной стране ноги носят нас.

Бездорожьями дальними нам идти,

Но всегда Белоруссия в памяти.

Пр: На байдарках, на лыжах с тяжелым мешком,

В поездах и в машинах и просто пешком,

Не за школьной, окрашенной партой

Твою пестро- зеленую карту

Изучили давно наизусть,

Беларусь, Беларусь.

Как нужны Беларусь, твое небо нам, И песчанные кручи над Неманом, Стены Бреста, огнем опаленные И леса твои, вечно- зеленые.

Беларусь поросла обелисками.

Потому звезды стали нам близкими,

Не небесные звезды- солдатские,

В пять лучей над могилами братскими.

. . . . . . .

А ты уходишь.

. . . .

А здесь друзья мои старательно готовят В снега побег. А ты мне издали скажи хотя-бы слово, Как я тебе.

Весь мир в зиме и дом осиротело В снегах стоит. Но что мне мир, когда пол-мира - твое тело, Плечи твои.

Твои слова, твое дыханье, твои руки Теплым замком. И мне не сколечко не легче, что с разлукой Я так знаком.

1971 г.

Зрелость

А люди не стареют, не стареют. О, жизнь, ведь это правда, не стареют С годами люди даже красивее, Хоть жизнь их часто ранит, не щадит.

И женщины красивы и мужчины,

О, жизнь, ведь это правда, что мужчины.

И женщины красивы, а лучина

Пока не догорит- не зачадит.

И женщины красивы и мужчины.

И мне не жалко ушедьших лет нисколько О жизнь, ведь это правда, что нисколько Не жаль ушедьших, просто грустны дольки Души оставить там, где уж не быть.

А юность что же, юность так нарядна,

Нет не красива, только лишь нарядна,

Но в зрелости любови безоглядней

И с каждым годом интересней жить.

Но в зрелости любови безоглядней.

А если вдруг приходит к нам усталость, О, жизнь, такая страшная усталость, Когда нисколько силы не осталось Снести и бремя лет, и боль от ран.

Вдруг кто-то скажет: "Стоп, пора на отдых".

Мы сеяли и зеленеют всходы.

Над ними бег свой оставляют годы,

А новый день к другим придет с утра.

Мы сеяли и зеленеют всходы.

Мы сеяли и зеленеют всходы.

1971 г.

Content

Крупп Арон
Стихи