Кузнецов Илья

Дождь

Илья Кузнецов

ДОЖДЬ

Пролог.

Дождь, грязь и крысы - всё, что он осознавал. Для него, теперь было понятно только одно - то, что вокруг, то, что вне и то, что в нём - не хорошо. Весь мир сводился к определению "нехорошо". Льющийся дождь постепенно смывал грязь с его лица. Капли дождя попадали в открытые глаза, но он не чувствовал этого, он больше ни чего ни чувствовал. Он не знал, что жизнь его близка к концу. Тьма постепенно проникала в мозг. В его сознании медленно угасали дождь, грязь и крысы ... Туман, лишь туман и ни чего более. Сквозь эту завесу шёл человек, держа на плече лопату. Потёртые джинсы, грязный белый свитер и резиновые сапоги, ни чего примечательного. Он шёл устало, ни спеша. Было тихо и спокойно. Под ногами чавкала грязь вперемешку с опавшими листьями, нарушая тишину. Создавалось впечатление, будто смысл жизни это бродить здесь, в тумане, вдыхать прохладный воздух, который бывает в лесу после дождя, и ни о чём не думать потому, как и нет ничего. За окном, небо какой уже день было серым, лил дождь, нагоняющий тоску. а кровати, стоящей рядом с окном, лежал парень лет восемнадцати. Глаза открыты, но в них не было видно рассудка. Парень просто лежал с открытыми глазами, ощущая, как накатывается волна за волною то чувство, которое он испытывал не раз, когда героин растекался в крови по всему его телу. В голову постоянно лезли мысли о смерти, об убийстве, о боли и горе. От этого у него сильно болела голова. Он не хотел думать, но он не мог с этим ни чего поделать. "Смерть, боль, смерть, боль..." Дождь сказал, что нет в нём более смысла, ему не зачем творить. Он теперь просто сам по себе и дорога его быть. Быть везде, ни говоря, ни шепча, оставляя жаждущих, ни давая, ни чего. Он видел всё, но он не осознавал что это, он просто не может, ему всё равно, он не хочет. И он стал людьми, он теперь был всеми живущими на земле. Омывая каждую минуту мир, он был, но это были не слёзы, это была его сущность.

Глава 1.

Его с самых первых дней жизни преследовали неудачи. Во всех его начинаниях присутствовали неудачи. Всё что б он не затеял, заканчивалось неудачами. Всю свою жизнь он спотыкался о проблемы, он не мог идти вперёд. Если он начинал ускорять шаг, он вскоре оказывался внизу. Когда ему исполнилось двадцать два, он уже не думал о том, что вся его жизнь сплошные неудачи, ему казалось что так и должно быть. Ему казалось, что все так и живут. И он уже не обижался на усмешки над ним. Он сам смеялся над другими. За это его часто избивали. Он пытался сам кого-то избить, но ... неудачно. Эти попытки привели к тому, что он стал частым пациентом в местной травматологии. К тридцати пяти годам он уже не мог жить в обществе. Родные его отправили в психиатрическую лечебницу, уже если не вылечить то, по крайней мере, не убьют. Там, в больнице, благодаря лечению он начал понимать, что с ним происходило. Он начал понимать, что над ним намеренно издевались, и это было ни "как у всех". Сознание того, что он неудачник, что вся его жизнь большая неудача, привели к тому, что в нём стала накапливаться злоба, ненависть ко всем кто улыбался и смеялся. И вскоре случилось то, что должно было случиться, рано или поздно, но должно было. Он решил мстить за то, что с ним делали. Мысль о мести не покидала его, она затмила ему рассудок, он больше не был пациентом лечебницы душевно больных, он не был неудачником, он не был уже человеком, он ни обращал, ни на что внимания, его вела месть. По этому следующее, что он сделал, ведомый местью, он сбежал из лечебницы. И за пределами больницы, предвкушение мести переполнило неудачника, расчувствовавшись, он потерял сознание от резкой головной боли. - Эй, парень, ты что псих? Медленно открыв глаза, беглец посмотрел на старика, который его разбудил. Затуманенная голова и не ясный взгляд, расплывчатая фигура старика на фоне серого неба и моросящего дождя. Грязь и дождь, сырость. "Что это ... в чём дело..." епонимающе опустил голову и заскулил. "Что это?! Мир?" Резко поднял голову и взглянул на небо, надеясь, что ни старика, ни серого неба не будет. "Это ад?" о старик и небо остались на месте. В миг всё прояснилось, всё что произошло, кто он. Злость, злость нарастала. "Проклятый дождь, проклятый мир..." Злость заполнила все, что он был, всю его сущность, разрывая в клочья всё внутри, подавляя все, что в нём было. Она рвалась наружу. В глазах пошли фиолетовые круги... БОЛЬ, резкая боль. В глазах темно, пусто. Ясность мысли постепенно угасала, лишая последней возможности бороться ... " Е Т !!!" Глаза покрыла кроваво-красная пелена, мозг больше ни думал. Он больше не мог рождать мысль. Лишь одна мысль - МСТИТЬ. Из глубины сознания рвался крик, крик смерти. Он приказывал убивать. Резкий бросок.... В следующий миг в безумстве беглец рвал тело старика. Кровь ручьями стекала по асфальту, сливаясь с потоками воды, неся в себе куски плоти старика. еистовое бешенство и месть наполняли убийцу некой адской, нечеловеческой силой. Боль медленно отступала, постепенно всё тело убийцы заполнялось блаженством, но рассудок и мозг продолжали спать. Кровавая пелена светлела и вскоре была мягко розовой. Быстрым, но сильным ударом беглец разбил голову старика, превратив её в месиво из волос, мозгов, крови и остатков черепа. Завершив мщение, беглец устало встал и побрёл вдоль дороги за потоками крови ...

Глава 2.

Дом, работа - это всё что ему надо было для жизни. Большее его не интересовало. Он просто работал, получал деньги, не бог весть какие, но жить можно было. Вдали от города, в лесу, где ни когда, ни кого не бывает. День за днём однообразная и спокойная жизнь, в которой нет тревог. Здесь не надо думать, о чём-либо. Он и не думал ни о чём. Он ни когда не думал, ни о чём. Ему это не надо было. Его все звали Лом, ни кто уже и не помнил, почему именно так, да, ни кто и не старался узнать. То что и имя его не знали или давно уже забыли не было чьей-то бредовой идеей, мало кто задумывается о судьбе другого, а тем более, такого как Лом. Лом он и был для всех Лом. екоторые особо безразличные стали и прозвище забывать. о кого это могло волновать, даже самого Лома это не волновало. Да его вообще ни чего не волновало. Он просто рыл могилы на местном кладбище по утрам, получал деньги без лишних слов и уходил домой. и кто не пытался надменно говорить с ним, вообще с ним не пытались говорить, или подшутить, как обычно делают с отчуждёнными. Чего говорить, его не то, что побаивались, при виде Лома у многих начинались "волосы шевелится" на затылке. Может и говорили, что дебилов не боятся, но по истине их просто съедал страх. Лом жил спокойно, без эмоций и волнующих сердец раздумий. о он просто не думал, ни о чём, все, что он ни делал, было давно отточено временем. Мозг Лома уже, какой год не был намеренно утруждён. И ему не нравилось когда ему приходилось думать из-за кого-то. Обычно тот кто пытался побеспокоить Лома заканчивал в реанимации, наученные практикой люди год пятый не приставали к нему. Да и по истечении такого срока врятли бы дело заканчивалось реанимацией. Вскоре практика подтвердила, что реанимация не самое страшное место конечного пребывания... В тот день, воскресенье, двум парням вовсе не хотелось умирать, они просто много выпили спиртного. Даже день не располагал к смерти. о, увы, парни перебрали с выпивкой. Первый, старший, он же и авторитет, предложил прогуляться по кладбищу, "Это зацепит за живое по круче всякой наркоты". Решив, что так и будет, второй согласился. Лом сидел дома, просто сидел, как всегда сидел. Близилось время сна. о... но он услышал крики, вопли. Лом продолжал сидеть, будто крики ночью для него каждодневная обыденность. Старший заметил дом, в глуби леса. "Сатанист" так он оценил Лома, "Он слуга дьявола". Оба, ринулись к дому, выкрикивая похвалы творцу зла. Когда вопли стали более ясными, когда казалось что они уже у окна, когда они проникли в мозг, когда Лом подумал... Старший попытался открыть дверь, но та оказалась закрытой. Призывая зло помочь ему вышибить дверь, он ударил ногой в дверь. Дверь осталась на месте, зато взломщика откинуло назад, так что он упал спиной на что-то мягкое. "Чёртова дверь!", попытался встать, но рука соскользнула на какой-то жиже, тёплой и липкой. "Эй, приятель, помоги мне... встать" о приятель ни сказал, ни слова. Кое-как сев, и попытавшись найти приятеля к которому обращался, он заметил что сидит в луже. Зажёг спичку ... Он сидел в крови, а рядом лежало обезглавленное тело его приятеля. Паника, страх охватили пьяного парня. Попытавшись как можно быстрее подняться и убежать, несколько раз падал, поскользнувшись на крови. В очередной раз упав парень хныча, попытался опять встать, но силы покинули его и тут он ощутил чьё-то ещё присутствие. Подняв голову, он увидел Лома, спокойного и невозмутимого, в белом свитере, резиновых сапогах и потёртых джинсах, под освещением окон дома он выглядел ещё более нелепо с лопатой... окровавленной лопатой. "ет, не надо, пожалуйста, не надо...." Лом перехватил лопату и, замахнувшись, отрубил парню голову. Их долго искали, но тщетно. А Лом, обеспокоенный ночным происшествием, бежал, рыдая, в город.

Глава 3.

Вся его жизнь "Это сплошное разочарование" так он говорил, "Все, что мне в этой жизни осталось - героин" о на самом деле его жизнь не была столь печальна. Его семью в округе знали как милых и добродушных людей; дом, достаток и образование, но парень в чём-то не сложился. Он был "одиночкой" друзей фактически не было, сторонился всяких компаний и всячески избегал каких-либо "тусовок" Так было не потому что он был тихим и застеньчивым, просто он был одиночкой по природе. За долгие годы отчуждения у него развились психические заболевания, в голову мысли стали приходить всё более и более объемистые. Он не мог не думать, постоянно что-то обдумывал, прогонял и проверял от чего сильно уставал, но прекратить этого не мог, он просто не знал как. Однажды ночью он проснулся оттого, что решился один из вопросов поставленных в уме днём, это сильно напугало парня, и не без почвено. С той самой ночи он уже не мог спать, засыпал лишь под утро. Через пару месяцев парень не выдержал... Решение проблемы он видел в наркотиках. Он надеялся что наркотики помогут ему избавляться от мыслей и чем сильнее наркотики, тем дольше забытье. Так и было, приняв наркотик он переставал думать. Это радовало парня, любыми путями он находил деньги и весь день проводил в наркотическом трансе, он больше не хотел думать... То был, как и обычно, плохой день, моросил дождь. Приняв дозу, расслабился, мысли постепенно растворялись в тумане, забывалось на полу слове. И внезапно возникла мысль, мысль чёткая и ясная, она не растворилась и не ушла. Как аксиома, была понятной, логичной и продуманной. Больше наркотики не помогали. Постепенно учащались головные боли, появившаяся зависимость от наркотиков и недосыпание являлись основными причинами постоянной раздражённости, подпитывающей неистовую злость. Всё это приводило к различным конфликтам с окружающими. День ото дня столкновения становились всё жестче и опаснее. Он бродил по двору, не зная куда податься, но по правде он пытался не думать хотя бы об этой мелочи. Моросил дождь, серое небо и болела голова, убивая безысходностью и разжигая злость. Мимо проходил пьяный старик, видимо ему надо было поговорить, скорее всего, выговориться спьяну. И он, "это судьба?" подошёл к парню, бродившему из стороны в сторону. - Мерзкая погода, - начал старик. Молчание ему ответом было. - Не курорт, - продолжал старик, - ты как считаешь? Мысль резала и дробила мозг, вонзалась во всё что парень пытался поставить против. - Ты местный? Я вот раньше, помню, служил на югах. - Отстань, - с трудом выдавил парень, - ненадо... - Что это ты? - Уйди...-сильная боль затрудняла речь. - Надо быть доброжелательным к людям. - Отвали мудак, сказал я, - со злостью выкрикнул парень, на миг потеряв контроль над мыслью. От ужасной боли парень прослезился. - Как ты со мной разговариваешь, ты, щенок. В том не "судьба". Развернувшись, ударом ноги парень повалил старика на землю. Замахнувшись, опустился начал бить по лицу. Старик отмахнулся рукой и чудом откинул подростка. - Сучий потрох, - вырвалось у старика, собрался было звать на помощь, но не успел. Тут к нему подскочил парень и размозжил старику челюсть ботинком. Серия ударов ногой в голову лишила старика чувств. После уже парень пинал старика куда попадётся. Выплёскивая всю злость. Месил тело до тех пор, пока от лица старика не осталось ни чего, что говорило бы о самом лице. - ТВАРЬ!!! - диким воплем подросток огласил свою бойню. Ухмыльнулся, но сразу же ухмылку исказила дикая головная боль. В голову ломились мощным потоком мысли о том что он сделал, зачем, почему, кто он был, кем он был, кто у него был. Боль, сплошная боль и всё новые мысли.... И боль вдруг прошла, мысли растекались и исчезали, точные ответы на новые вопросы проходили мимо сознания, оседая в кромешной тьме глубины подсознания. Блаженство "безмыслия", сладость смерти, крови... Он бежал долго, зная уже о том, что его ждёт великая боль, боль убитого, боль мысли...

Эпилог.

Они лежали рядом, все трое, единые когда-то мыслью, ныне смертью, забытые собою. Их единением стала смерть, поставившая им крест мысли, убив сознание, волю, тишину. екогда бывшие людьми, перед смертью стали тварями, отбросами судьбы, жертвы прихоти природы. И всё же их судьба была загадана, но их хозяин умер следом за ними... Дождь умер, он не выдержал обречённости на одиночество. Большая цена за небытие, за то что он явился вратами смерти, тихой, невзрачной смерти. Он умер, став вечным пристанищем смерти оставшись здесь, ныне омывая мир разложившейся, мертвой сущностью.

Content

Кузнецов Илья
Дождь