Лазарчук Андрей & Успенский Михаил

Годзилла вышел не из моря

Андрей Лазарчук, Михаил Успенский

ГОДЗИЛЛА ВЫШЕЛ НЕ ИЗ МОРЯ...

первоапрельский прикол

В январе 1986 года в Минске проводилась неделя японского кино.

Демонстрировались фильмы всех жанров, в том числе скандально известная "Легенда о Нарайяме", но особым успехом пользовалась очередная лента из серии "Годзилла", повествующая о чудовищном радиоактивном ящере, вышедшем из океанских глубин и с упорством, достойным лучшего применения, разрушающем Токио. Многие потом считали, что именно демонстрация этого фильма накаркала Чернобыльскую катастрофу...

Работников республиканского отдела культуры повергла в замешательство просьба сценариста Ооно Норихиро, автора по крайней мере двух десятков опусов о проклятом монстре, разыскать могилу одного уроженца здешних мест, участника русско-японской войны 1904-1906 гг. Велик же был ужас японца, когда ему предложили вместо посещения кладбища устроить личную встречу со стошестилетним пасечником Алесем Рыгоровичем. Фамилия же пасечника была...

Вот в фамилии-то все и дело.

На государеву службу уроженец местечка Ошмяны, сын водовоза Рыгора, пошел своей волей, заменив собой рано женившегося брата. Мечталось ему попасть в лейб-гвардию, поглядеть на царское житье-бытье, но перерос: при росте три аршина без вершка путь ему был только в артиллерию. Отслужив год в гаубичной батарее капитана Синицына, молодой ефрейтор попал под суд за порчу казенного имущества: на маневрах, вытаскивая орудие из канавы не за сошники, как подобает по уставу, а за ствол, оный ствол погнул. За что и был переброшен из Гродно на Дальний восток, где уже слышалось далекое эхо грядущей канонады, и определен в Чимкентский ракетный дивизион.

Не удивляйтесь, читатель! На рубеже веков ракетные войска не только имелись в России (как, впрочем, и в других европейских странах), но и считались уже устаревшими. Свой расцвет они пережили во времена Крымской войны и Туркестанских походов Скобелева и Гурко.

Русско-турецкая война за освобождение Балкан значительно дискредитировала их, и под сокращение они не попали только из-за консерватизма Военного министерства. Тогдашние ракеты в силу особенностей конструкции представляли для обслуги опасность едва ли не большую, чем для противника. Поэтому ракетный дивизион у артиллеристов был чем-то вроде штрафбата.

И, подобно штрафным батальонам Великой Отечественной войны, ракетчики начала века служили затычкой там, где войскам приходилось туго. А туго приходилось почти всю войну.

Наряду с адмиралом Макаровым, художником Верещагиным, матросом Чертковым, крейсером "Варяг" и походной кроватью генерала Куропаткина, ефрейтор-ракетчик Алесь Гадзила стал одной из легенд русско-японской войны. Взвалив на плечи два направляющих станка с восемью ракетами системы Яковлева (одна ракета весила около пуда) на каждом, он появлялся перед атакующими самураями в самых неожиданных местах. За ним, как хвост, тянулась связка запальных шнуров, голову защищал медный водолазный шлем, почерневший от копоти, а богатырский рев самого ефрейтора перекрывал даже жуткий звук ракетного залпа.

Вездесущие японские шпионы, подвизавшиеся на ролях китайских прачек, мелких торговцев и корейских маркитанток, вскоре выяснили, как зовут ефрейтора, и теперь самураи получили возможность во время панического бегства кричать не "банзай!", как обычно, а: "Годзилла!

Годзилла!!!". Искалеченные солдаты возвращались на родные острова и рассказывали детям и внукам леденящие кровь истории о повадках и обычаях страшного русского чудовища. И матери пугали непослушных детей: "Вот выйдет из моря Годзилла, сожжет всех огнем..."

В сражении под Мукденом благодаря ефрейтору Гадзиле избежал неминуемого плена сам генерал Куропаткин; за этот подвиг герой получил свой второй Георгиевский крест и чин прапорщика.

Отойдя после тяжелых оборонительных сражений на укрепленные позиции, русская армия стала подтягивать резервы и готовиться к решительному контрнаступлению. Однако неустойчивое политическое положение в стране вынудило правительство пойти на заключение скороспешного Портсмутского мира, следствием чего стала потеря Курильских островов и Южного Сахалина. Впрочем, от внутренней смуты это не спасло...

Однако мы забежали вперед. Во время подготовки к наступлению Гадзила стал символом неминуемой грядущей победы. В армии распространялись "лубочные картинки" - так в то время назывались комиксы - на которых бравый прапорщик изображался в виде выходящего из моря великана, изрыгающего огонь изо рта и из пальцев; маленькие желтые человечки, издали похожие на крыс, окарачь разбегались от него. Такого же содержания листовки разбрасывались с многочисленных воздушных шаров над позициями деморализованной японской армии генерала Ноги.

И если бы не так называемая "первая русская революция", Алесь Гадзила стал бы общенациональным героем...

Вместо этого спустя полвека воспаленное воображение японских кинематографистов сделало его символом ядерной угрозы.

март 1998

Content

Лазарчук Андрей & Успенский Михаил
Годзилла вышел не из моря