Лебедев Е & Студеников В

Комплекс неполноценности

Е.Лебедев, В.Студеников

Комплекс неполноценности

О планетной системе Вербил не подозревали до тех пор, пока о ней не пронюхали земные кошки. Точнее - котенок. Тот самый, которого Пит Гарин протащил в звездолет и кормил в пути рационным паштетом, выклянчивая его у всего экипажа (кроме командора, разумеется). Мы шли тогда в направлении Волос Вероники.

Как-то раз командор Чеммондейл вошел в рубку позже обычного.

- Доктор, будьте добры, определите, что здесь, - обратился он ко мне, извлекая из кармана пробирку и открывая пробку.

Специфический запах, увы, не оставлял никаких сомнений, а чрезмерная любезность командора не предвещала ничего хорошего.

- Вы везете это с Земли?

- Нет, я несу это из своей каюты.

- Позвольте, я схожу в лабораторию.

- Разумеется, док, но меня еще интересует цвет, порода и - кот это или кошка?

- ?

- Это вы, Пит, пронесли на корабль котенка?

- Да, шеф.

- И что же, держите его в своей анабиозной ванне?

- Не только, - вмешался я, - он подсовывает его всем по очереди.

- А вам известно, что по уставу на экспедиционных кораблях не должно быть посторонних?

- Шеф, - сказал я, - котенок - наш общий любимец и...

- И поэтому должен быть зачислен в состав экипажа, поставлен на довольствие и прочее. Так требует устав. Вы со мной согласны?

- Да, - ответил Гарин, улыбаясь во весь рот.

- Доставьте "зайца" в рубку.

- Минуточку, шеф. Котенок потерялся, но теперь мы знаем, где его искать. Вы позволите осмотреть вашу каюту?

- Валяйте, Пит. И захватите там у меня из холодильника бутылочку.

Пит обернулся молниеносно. Командор выполнил необходимые формальности, и потом мы долго потягивали коньяк за здоровье нового члена экипажа. Бэби вылакал банку консервированного молока и занимался обычным кошачьим делом - умывался.

- Примета такая: гости будут, - лениво заметил Пит.

- Какие уж тут гости! - отмахнулся командор.

Бэби подозрительно посмотрел на нас, повел ухом, зевнул и стал укладываться спать на пульте управления.

Меня выбросило из койки и вжало в стену. Прозвучал замирающий свист, главный двигатель вошел в режим сверхгенерации. В наступившей тишине звездолет резко изменил курс. Потом последовал ряд коротких рывков на предельных перегрузках. Я выскочил из каюты. Линия тревожно мигающих светильников уходила вдаль. У дверей рубки я столкнулся с командором. Внутри, возле тумбы радиотелескопа, неестественно изогнувшись, лежал Джим. Командор рывком бросил свое тело в кресло пилота, едва Не раздавив отчаянно визжащего Бэби. Нас перестало раскачивать.

- Что случилось, шеф, метеорит? - обернулся я к Чеммондейлу после того, как вернул Джиму сознание.

Командор отрицательно покачал головой. Индикатор над пилотским креслом мягко вспыхивал - шеф был в биосвязи с Мозгом. В дверях появился Гарин, разукрашенный ласковыми прикосновениями металлических переборок.

- Вот, послушайте! - криво улыбнулся командор.

Включилась звуковая система Мозга корабля. Уверенный голос пророкотал:

- Корабль управлялся пилотом. Вмешательство Мозга было ограничено первой группой запретов. Эмоциональный индекс пилота - состояние преследования некоего объекта. Объект преследования не зарегистрирован. Личный индекс пилота не известен.

- Что за чушь! - взорвался Гарин.

- Джим, - сказал командор, - вы в силах помочь нам разобраться?

- Это проклятая штука, - прохрипел Джим, явно имея в виду комплекс биоуправления, - ведь надо ж, у пилота нет ни одной кнопки, и требуется только "думать"! Так вот, эта штука свихнулась.

- Вы вели корабль?

- И не думал! - в последнее слово Джим вложил весь свой сарказм.

- А что скажет док?

- Одно из трех: Мозг или биоблок...

- Или?

- Или все мы психи, командор.

- Что ж, последнюю версию оставим на десерт, а первые две нужно проверить.

Битый час мы возились с проверкой. Аппаратура работала идеально. В конце концов мне надоела эта суета, я поудобней устроился в кресле и закурил.

Тут откуда-то появился Бэби. Он, прижав уши, крался вдоль стены. Некоторое время я тупо смотрел на него, потом что-то словно повернулось у меня в голове, и я чуть не расхохотался.

- Командор! - проворковал я. - Мы плотно пообедали, не пора ли подавать десерт?

Чеммондейл демонстративно промолчал. И тут я заорал, указывая на Бэби:

- Держите его!

Пит схватил котенка как раз тогда, когда тот собирался прыгнуть в кресло биоуправления. Все ошалело уставились на меня.

- Командор, - сказал я, - корабль вела эта серая шельма.

Пит открыл рот и снова закрыл его.

- Док, но может ли котенок управлять параполем?

- В принципе биоблок адаптируется к любому мозгу. На Земле ставились такие опыты, однако у животных не было желания использовать поле.

- Значит, наш Бэби выразил такое желание?

- Вспомните, Бэби имел такой вид, словно он учуял мышку.

- Бред, доктор, не может мышь попасть на борт галактохода.

- Но, сэр, - не удержался я, - попала же кошка.

- Гм.

Командор долго размышлял и наконец выдавил из себя:

- Значит, котенок _мысленно_ прыгнул за мышью. И не один раз. А теперь скажите мне, что это за кошка, которая ловит мышь "в уме".

- Не клевещите на Бэби, - обиженно изрек Пит, - а если мышка - в космосе?

- Вы полагаете, Бэби учуял что-то в пространстве? - спросил я.

- А у вас есть другая версия?

- Но Мозг не ошибается.

- Слишком много доверия к этой консервной банке, - прорычал Пит, у которого были свои счеты с Мозгом.

Однако командор, игнорируя мнение Пита, еще раз проконсультировался с "консервной банкой" и сообщил нам:

- Будем ставить эксперимент. Сажаем в параполе котенка и доктора. У вас будет телепатическая связь с животным, не так ли, док?

Я кивнул.

- Кроме того, - продолжал Чеммондейл, - дадим задание Мозгу проанализировать кошачьи фантазии. Может быть, нам удастся что-нибудь выяснить.

Меня втиснули в пилотское кресло, дали в руки Бэби и попросили держать его покрепче. С легким щелчком включилось параполе.

Сначала все было как обычно. Я видел лица своих друзей, видел рубку с приборами, которые были сейчас не включены, ибо только мозг, а точнее три мозга - корабельный, кошачий и мой, - управляли звездолетом. Потом что-то изменилось вокруг, и я словно вторым зрением увидел звезды и пространство, и себя, висящего в этой безмерности. Лица друзей гасли, а звезды разгорались все ярче. Они были разного цвета, теплые и холодные. Некоторые излучали черный пульсирующий радиосвет. Пространство было пусто, лишь где-то далеко высвечивался неяркий спектр межзвездного водорода. Бэби завозился у меня на коленях и, скосив глаза, уставился в одну точку сбоку от корабля.

"Это что?" - подумал Бэби (но не словами, нет) и уверенно решил: это мышка!

Вы никогда не ловили мышей? Попробуйте! Оттолкнувшись задними лапами, я сделал великолепный по красоте прыжок. Я почти ухватил мышку за хвост, она метнулась еще правее и назад. Едва угадывая эти перемещения, я изогнулся... Десятикратные перегрузки обрушились на меня. Фотонный отражатель выбросил длинную струю синего света. Удары поворотных двигателей слились в непрерывный грохот. И вдруг мышка исчезла.

- Мяу? - растерянно сказал котенок.

- Бэби, а была ли мышка?

И тут она снова появилась, прямо по курсу. Я сделал еще один прыжок. Мышка исчезла и сразу же возникла сзади. После нескольких попыток стало ясно, что тактика мышки - мгновенные случайные перемещения. Ее не поймаешь, - подумал я.

- Ну? - только и выдохнул из себя Чеммондейл, когда параполе было выключено.

- Там что-то есть, и Бэби это чует, - ответил я, преодолевая желание встать на четвереньки и замяукать, - эта штука следует за нами или с нами, если вам угодно.

- Послушайте, а не гонялся ли кот за своим хвостом, - задумчиво произнес Джим, - ведь мы ничего не видим.

- Короткодейстующие поля с большим градиентом! - воскликнул Пит. - Имея такие поля, они могут заставить свет огибать свою посудину.

- А что выяснил Мозг? - вспомнил я.

- По данным Бэби, неопознанный объект следует за кораблем, пророкотало над головой.

- Консервная банка, имитирующая попугая, - резюмировал Пит.

Последовала пауза. Надо сказать, мы все были немного не в ладах с Мозгом, и не без оснований - он слишком много знал. Кроме того, у него были своеобразные представления о вежливости. Пита он однажды отослал на 3-ю страницу "Учебника арифметики для 2-го класса", Лондон, 1889 год издания. (В такую форму эта бестия иногда облекала свои ответы.) С тех пор Пит затаил злобу и занялся изобретением обидных для Мозга кличек.

- Скажи, о проклятый четырехполюсник (это было невыносимым оскорблением), как получилось, что при равной информации убогие кошачьи мозги учуяли то, что не дошло до твоего семитонного величества?

Пит выразил и наше недоумение, но лучше бы об этом спросил командор, ибо прошло слишком много времени для столь быстродействующего устройства, а ответа все не было. Мы начали переспрашивать, думая, что хамство Пита обидело Мозг. Но оказалось, что Мозг просто размышлял. Примерно через пять минут он изрек:

- Кошка использует неизвестный способ обработки информации.

- Браво! - завопил Джим. - Пит, задай этой консервной банке умный вопрос!

- Заставь его пошевелить своими железными извилинами!

- Можно ли захватить объект? - спросил Пит.

Раздался голос - это наш Мозг зашевелил своими железными извилинами:

- Можно, если использовать кошку.

- Так что, командор, устроим охоту на мышей?

- Да.

- Но мы не знаем даже размеров этой штуки. Хватит ли мощности наших генераторов, чтобы создать достаточно большую ловушку?

Чеммондейл пожал плечами.

- Попробуем...

...И охота началась. Бэби сразу чуть отклонился от курса и стал красться к мышке. Мышка чуть отодвинулась, и тут я ясно представил себе, куда она сейчас прыгнет. Я рванулся в ту же сторону с максимальным ускорением и, когда в точке встречи мышка возникла из ничего, включил ловушку. У меня в лапах было что-то большое и твердое.

- Объект в ловушке, - загрохотал Мозг, - наблюдается противодействие полю захвата.

- Значит, это все-таки не был кошачий бред, - услышал я голос командора.

Когда мы привели себя в порядок - после перегрузок - и снова собрались в рубке, командор открыл дискуссию. Что это? Чужой корабль? Робот? Вакуумный зверь? Все гипотезы - равноценны.

- Ясно, что такого не знают на Земле, - подвел итог Чеммондейл. Попробуем войти в Контакт. Напомню, что по существующим правилам мы можем давать любую информацию, кроме галактических координат Земли.

Через минуту наши передающие устройства начали транслировать по всем каналам программу Контакта. Время шло, а мышка не подавала признаков жизни. Примерно через час Мозг отметил резкое изменение всех параметров ловушки.

- Ага, вильнула хвостом, - обрадовались мы.

Борьба противодействующих полей быстро окончилась в нашу пользу, и после этого ни на какие сигналы мышка не реагировала.

- Что нам делать? - спросил я Мозг.

- Ждать.

Здесь даже всегда корректный командор не выдержал и обругал Мозг. Тот надулся и замолчал.

- Можно ли сделать объект видимым?

Выдержав паузу, Мозг соизволил ответить:

- Это опасно.

- Почему?

- Еще не знаю.

Нужно было что-то предпринять. Ясно, что выпускать джина из бутылки нельзя: если эта штука следила за нами, то все наше нечаянное приключение могло иметь большие последствия для человечества.

И командор решился.

- Мозгу рассчитать условия и курс буксировки ловушки на ближайшую базу. Подготовить анабиозные ванны.

Это значило, что мы свертываем программу экспедиции, а такое после встречи "Мистикса" с Ниуканозаврами в истории Земли случалось впервые.

Прозвучал сигнал готовности, и Чеммондейл отдал приказ о повороте.

Жизнь на корабле постепенно входила в нормальную колею, и, если бы не жужжание генераторов ловушки, показалось бы, что ничего особенного не произошло. Каждые три месяца мы выходили из анабиоза, инспектировали корабль и снова засыпали. Мозг вел нас к Альфе Центавра, где была мощнейшая по тем временам энергобаза Земли, и там мы надеялись разгадать природу мышки.

Мозг разбудил нас в двух световых неделях от базы. Мы ворвались в рубку, все еще одурманенные анабиозом. Рубка была озарена мерцающим зеленовато-синим светом экранов связи. По экранам медленно тек сложный повторяющийся узор.

- Захваченный объект транслирует информацию, - прогрохотал Мозг.

- Перевод?

- Галактические координаты Земли.

Мы все разинули рты. Один шеф не потерял присутствия духа.

- Раз они говорят, их можно и спросить, - пробормотал он. - Кто вы?

Экраны погасли и через мгновение снова зажглись. Мозг бесстрастно интерпретировал бегущие по темному полю символы.

- Патрульный умбиндер системы Вербил.

Мы, конечно, из этой фразы ничего не поняли.

- Да, не очень разговорчивый собеседник попался, - произнес командор и, нимало не смущаясь, продолжил:

- Откуда вам известны координаты Земли?

- Мы вас знаем давно.

- Почему не состоялся Контакт?

- Следствие политики Уклонения от Контактов.

Лицо капитана выразило крайнюю степень удивления.

- Вы что-нибудь поняли, док? - спросил он меня.

Я отрицательно покачал головой. Командор задал еще один вопрос:

- Почему вы остались в ловушке?

- Умбиндер не может коллапсировать в экранирующем поле.

- Вы приняли нашу программу первичного Контакта?

- Ваши программы нам известны. К сожалению, не имеем своей, чтобы, по условиям Контакта, ответить.

- Много цивилизаций вам известно? - я не удержался и влез в дипломатический разговор.

- Да.

Столь многозначительный ответ исторг у всех нас массу вопросов, но командор блокировал систему связи, цыкнул на нас и стал спрашивать по порядку (впрочем, о каком порядке могла идти речь, если все правила Контакта были нарушены. Обе стороны, как потом выяснилось, извиняла лишь чрезвычайность ситуации.)

- Вы понимаете, - спросил командор, - что мы не можем отпустить знающих о нас так много, сами ничего не узнав?

- Понимаем, - последовал ответ после томительной для нас паузы. - Мы не знали, что вам известен Секронд Саломорфи, - только поэтому мы были захвачены.

- Они так обозвали интуицию Бэби? - удивился Пит.

И тут же тишину рубки прорезал крик Джима:

- Смотрите!

Экраны внешнего обзора озарились неправдоподобно ярким светом. Затем этот поистине неземной свет стал гаснуть. Через ослепительные блики все весомее, все материальнее проступали четкие контуры. Еще несколько секунд, и пойманная нами мышка вышла из невидимости. Впервые перед людьми предстал корабль тех, чьи глаза тысячелетия до этого разглядывали и изучали нас.

Сейчас мы кое-что знаем о вербилянах, и нам легче понять их своеобразную галактическую политику. Некоторые земляне даже стали сторонниками доктрины Уклонения от Контактов. Как вы знаете, споры об истинности или ложности этой доктрины не утихли до сих пор.

Если вы когда-нибудь соберетесь на Вербил, ни в коем случае не берите с собой кошку. На Вербиле кошек, мягко говоря, недолюбливают. Более того, мой друг Хари-Ах, известный вербилянский психолог, считает, что его соплеменники страдают комплексом неполноценности по отношению к кошкам. Я с ним почти согласен, только мне кажется, что это у наших, земных кошек мания преследовать вербилян везде, где они их встретят.

P.S. В последнее время распространились слухи о том, что станция Вербилки под Москвой была основана Чи-Фыром, сбежавшим из 13 экспедиции вербилян. Авторы заявляют, что эти слухи не соответствуют действительности. Сходство двух указанных названий - чисто случайное.

Content

Лебедев Е & Студеников В
Комплекс неполноценности