Малышев Эрнст

SOS

Эрнст Малышев

SOS

Комиссар полиции Альберто Сабатино вторые сутки сидел в своем кабинете и готовил заключение по весьма важному делу, о ходе расследования которого он докладывал лично прокурору республики. Угасающие силы комиссара поддерживались лишь десятками выпитых чашечек ароматного кофе, - его недурно готовил молодой помощник Тино Пратолтини, недавний выпускник Высшей полицейской школы в Турине. Поэтому, услышав осторожный стук в дверь, Сабатино раздраженно рявкнул: "Войдите", не поднял головы и продолжал писать. Но когда на письменный стол упала чья-то бесформенная тень и хрипловатый голос произнес: "Простите, синьор комиссар", - пришлось поднять голову и взглянуть на посетителя. Это была пожилая женщина со следами былой красоты на испещренном морщинами, преждевременно состарившемся лице. По акценту, да и по ее внешнему виду она, скорее всего, походила на испанку. Видимо, одна из тех, кто прислуживал в богатых домах здешних землевладельцев. Подслеповато щурясь, она протягивала завернутый в старую замусоленную газету продолговатый предмет. - Что это ты сюда притащила, здесь полицейское управление, а не мусоросборник! - не сдержавшись, заорал Сабатино. - Сайта Мария, извините, синьор комиссар, но я подумала, что это важно, испуганно пролепетала женщина. - Мне показалось, что на нем следы крови, трясущимися руками она развернула газету и протянула ему круглый пенал стального цвета. Взяв его в руки, комиссар увидел, что пенал сделан из неизвестного материала, напоминающего пластмассу, но необычно тяжелого, и на нем имеются бесформенные бурые пятна, действительно похожие на засохшие капли крови. Однако перевернув его обратной стороной, он был поражен, увидев три корявые буквы SOS, тоже, пожалуй, написанные кровью. - Где ты нашла и почему не оставила на месте? Надо было вызвать туда полицию и ничего не трогать руками, - возмутился комиссар. - Понимаете, синьор комиссар, я рано утром пошла на рынок, а по дороге завернула к Марии Алонсо, моей подруге, она служит у господ Бальони. Вы, наверное, знаете, их дом стоит почти на самой набережной. Как вдруг увидела, что над моей головой пронеслось ослепительно яркое белое облако. Я даже присела от страха, а когда подняла голову, то увидела, что никакого облака нет. А почти рядом со мной, у самых ног, лежала эта странная коробка. Матерь божья, клянусь вам, синьор комиссар, ее не было раньше на дороге. Я плохо вижу и всегда внимательно смотрю перед собой. Мне показалось, что это может быть важным для вас и, поэтому, не заходя к Марии, сразу отправилась к вам, завернув коробку в газету, - бормотала испанка. - Ладно, оставь свой адрес помощнику, может быть ты мне еще понадобишься, и иди, - махнув рукой, сказал Сабатино. Покрутив пенал в руках, он заметил, что с одной стороны у него имеется плотно подогнанная крышка. Достав из ящика стола перочинный ножик, комиссар лезвием отковырнул крышку, и из пенала высыпались ярко-зеленый небольшой шарик, прозрачная пластиковая капсула с завинчивающейся пробкой, наполненная темно-зеленой маслянистой жидкостью, и пачка свернутых в трубочку исписанных листков из карманного блокнота. Развернув листки, Сабатино углубился в чтение и уже не мог оторваться, не дочитав их до последней строчки. "Внимание! Опасность! Смертельная опасность угрожает всему человечеству!!! Я, Дик Уоллер, преподаватель медицинского колледжа, штат Калифорния, Сан-Франциско, 31116308-Х1 13 сентября приехал в Палермо, взял напрокат машину и отправился поглазеть на знаменитые древнеримские развалины. Проезжая мимо одной из горных деревушек, я на несколько секунд вышел из машины, чтобы слегка размяться. Дорога была пустынна. Вечерело. На небе уже высыпали первые звезды. Вдруг все вокруг осветилось. Надо мной, буквально в 30- 40 метрах, неподвижно висел огромный сияющий шар. Некоторое время он не двигался испуская расходящиеся в разные стороны лучи. Остолбенев от испуга, первое мгновение я даже не мог шевельнуться. Как и все люди моего поколения, я время от времени читал о летающих тарелках, но, честно говоря, считал эти сенсационные измышления лишь ловкой выдумкой журналистской братии. Правда, это была не тарелка, а шар, но, прямо сказать, зрелище было не из приятных. Тем более, что он начал опускаться все ниже и ниже. Машина стояла с включенным двигателем, потому когда я пришел в себя, то юркнул в нее и захлопнул дверцу и, нажав педаль газа, хотел рвануться с этого злосчастного места. Однако мотор сразу заглох. Проверив зажигание, свет фар и показания приборов, я убедился, что все было в исправном состоянии, но двигатель не работал. Попробовав еще раз запустить мотор, я убедился в бесполезности этой затеи. Тогда, выбравшись из машины, я хотел было улизнуть, но почувствовал, как будто железные обручи перехватили мое тело поперек. Руки и ноги, казалось, сковали тяжелые чугунные цепи. И вдруг какая-то сила оторвала меня от земли и я медленно поплыл вверх. Внезапно я увидел, что поверхность шара потемнела, стала матовой и в нем открылся шестиугольный проем, через который меня словно вихрем затянуло внутрь. Едва я очутился в самом шаре, как проем затянулся, словно его и не было, и вскоре передо мной оказалась исключительно ровная и гладкая поверхность. Неожиданно невидимые тиски разжались, обручи разошлись и я оказался в большом овальном помещении с блестящими стенами. Откуда-то из-под потолка исходил мерцающий сиреневатый свет, который, отражаясь от полированных стен, создавал впечатление, что все происходит в полупрозрачной дымке. Постепенно сиреневый свет превратился в лиловый, затем пожелтел, а когда все вокруг позеленело от изумрудного свечения, передо мной оказались четыре высоченных существа. Рост их превышал два с половиной метра. Одетые в черную униформу, внешне они напоминали людей, но голову скрывал остроконечный капюшон, который почти полностью закрывал лицо, спрятанное за толстыми, непрозрачными, похожими на очки, мозаичными стеклами. Огромной ширины плечи, выпуклая грудь и все туловище, переходящее в две длинные, широко расставленные ноги, были обтянуты эластичной тканью. Спускающиеся от плеч рукава, казавшиеся как-то особенно узкими и длинными, заканчивались толстыми семипалыми перчатками, сделанными из той же ткани. Хотя я не видел их глаз, ни их выражения, но почувствовал, почувствовал всей кожей, всеми мозговыми извилинами этот холодный безжалостный взгляд. Взгляд беспощадного убийцы, спокойно выбравшего себе жертву. Они стояли молча и смотрели... Смотрели долго и сосредоточенно. Мне казалось, что их взгляд проникает в каждую клеточку моего тела, разлагая ее на составные части. Вдруг один из них шевельнул рукой и направил на меня оттопыренный палец левой перчатки. Через мгновение вся одежда с меня свалилась. Пояс и пуговицы вместе с ботинками отскочили куда-то в сторону. В результате, перебирая ногами по холодному гладкому полу, совершенно голый, до смерти испуганный случившимся, я дрожал, стоя перед этими монстрами, не зная, что они собираются дальше предпринять. Наконец, один из них, находившийся ближе к стене, провел рукой, в ней появился предмет, отдаленно напоминающий пульверизатор. Он обрызгал меня с йог до головы какой-то пахучей голубоватой жидкостью и жестом указал приблизиться к нему. Совершенно потеряв голову от страха, я сделал два робких шага в его сторону, кто-то из них толкнул меня в спину и я буквально влетел в неизвестно как и откуда появившееся новое помещение. В круглой комнате располагались многочисленные и непонятные по назначению аппараты, приборы, стеклянные трубки, провода. Исследовательская лаборатория! Тут же находилось трое Пришельцев, которые, не обращая на меня никакого внимания, колдовали над прозрачным сосудом, похожим на аквариум. В нем плавали какие-то диковинные зеленые существа с длинным змеевидным телом, с несколькими хвостами и непропорционально большой квадратной головой, украшенной ярко-оранжевым гребнем. Так я простоял довольно долго, пока от холода меня не охватил озноб. Один Пришелец приблизился ко мне и указал на стоявшее в углу кресло, которое я сразу не заметил. Оно чем-то напоминало зубоврачебное, но было значительно больших размеров, а из спинки и подлокотников торчало множество тонких покачивающихся стержней с красными шариками на концах, испускавших пульсирующие световые лучи. Слепо повинуясь, я подошел к нему и тут же был схвачен силовым полем, которое глубоко вдавило и распластало меня на сиденье. Одновременно сотни, тысячи иголок воткнулись в мой мозг, перед глазами засверкали молнии, дикая боль пронзила затылок и я потерял сознание. Очнувшись, я заметил, что нахожусь в той же комнате, но на противоположном ее конце, на белом металлическом топчане. Все мое тело было облеплено какими-то присосками со шлангами, из которых в стеклянные колбы лились струйки крови, моей крови... Эти подонки, видимо, решили выкачать у меня всю кровь. Когда колбы заполнились до краев, присоски сами отскочили от тела, оставив после себя малиновые пятна. От большой потери крови я здорово ослаб и, по всей вероятности, отключился, так как когда пришел в себя, то с удивлением обнаружил, что одетый лежу на высокой подставке в узком стеклянном ящике. Над моей головой находилось небольшое отверстие, скорее всего, оставленное для дыхания... "Прямо-таки спящая красавица", - с горечью подумал я и увидел, что через это отверстие медленно вползает желто-зеленое газовое облако. Я всей грудью вдохнул нестерпимо горький и горячий воздух, который тут же обжег гортань и легкие и, задыхаясь, почувствовал, что куда-то проваливаюсь. Открыв глаза, обнаружил, что по-прежнему лежу в своем хрустальном саркофаге около гигантского круглого стола, уставленного различными предметами, назначение которых, пожалуй, явно недоступно моему пониманию. Правда, в центре находилось ромбовидное плоское блюдо с зеркальной поверхностью, на нем лежала кучка маленьких зеленых шариков. По всему периметру расположились металлические полосы с образцами земных минералов. Я не геолог, но часть из них показалась мне знакомой. Здесь находились и кварцит с вкрапленными золотыми жилками, и необработанный алмаз, и горный хрусталь, и кусок железной руды, и миожест-во других, мне неизвестных. Вокруг стола сидели шестеро "молчаливых" инопланетян. Скорее всего они общались между собой телепатически, это было заметно по их движениям, жестам, напряженному вниманию. Кстати говоря, по-моему, их больше всего заинтересовал кусок изумрудного малахита, который они особенно тщательно рассматривали, передавая друг другу семипалыми конечностями. Время от времени они брали с блюда зеленый шарик и отправляли в рот, прятавшийся в складках головного капюшона. Вдруг один из них поднялся, подошел к моему "стеклянному замку" и стал внимательно меня разглядывать. Похоже, он всерьез заинтересовался моей особой, так как от этого ледяного взгляда у меня по коже побежали мурашки; затем он повернулся к сидящим и что-то им сообщил. Наверняка, он был у них за главного, так как двое тут же вскочили, бросились к стене, которая, раздвинувшись, пропустила их и вновь сомкнулась, а стеклянный ящик, в котором я лежал, неожиданно "растаял" и мое тело "внесло" в небольшую квадратную комнату. В одном ее углу находилась кушетка, в другом - два сосуда с мутной зеленоватой жидкостью. В правой стене комнаты имелся проем, заполненный плотной непрозрачной стеклообразной массой. Полежав на кушетке, куда меня так благополучно доставили Пришельцы, я приподнялся и стал рыться в карманах в поисках письменных принадлежностей. Мне хотелось как можно скорее систематизировать и записать свои впечатления. К счастью, из карманов ничего не пропало: документы, бумажник, сигареты, зажигалка, блокнот и даже шариковая ручка были на месте. Я взял блокнот, пристроился на уголке своего ложа и начал записывать. Для меня было очевидным, что эти типы вряд ли меня отсюда выпустят. Так что с абсолютной уверенностью можно было утверждать, что я практически обречен. Я врач и прекрасно сознавал, что очередного "переливания крови" мне не выдержать. Трудно сказать, сколько ее они из меня выкачали. Совершенно ясно, они изучают мой организм, мой мозг, мое тело отнюдь не ради забавы. А применяемые ими методы и способы получения информации, не заботясь о физическом состоянии испытуемого, свидетельствуют об их полном безразличии к моим ощущениям. Пожалуй, для них я просто... отрабатываемый материал, так что пощады ждать не приходится. Я для них не разумное существо, великий "гомо саниенс", а кролик, обыкновенный подопытный кролик, а может, червяк или амеба. Что же они все-таки хотят от меня? Сначала они исследовали мой мозг. Я кричал и выл от боли, а они, не обращая на меня внимания, продолжали возиться со своими "стекляшками". А перед тем как меня швырнули в то кресло, я явственно слышал пронзительный женский вопль. Выходит, я у них не один. Эти подонки еще и мучают женщин. Скоты, гнусные скоты... Я живо представил на месте этой бедняжки свою жену или дочь. Неужели Разум может быть так жесток! Кто они??? Биологические мутанты, биороботы или все-таки... разумные существа? Но неужели можно издеваться над себе подобными?! А если они достигли такого уровня развития, что мы для них вроде муравья... или мухи? И тут я живо вспомнил соседского мальчишку Билла: с каким наслаждением он отрывал у мух крылышки, затем ножки, наливал в блюдце воды, бросал их туда и глядел, как они, бедные, дрыгаются и пытаются оттуда выбраться. Он поджигал муравьиные кучи и со злорадством наблюдал за суетой трудолюбивых насекомых, растаскивающих хвою, мелкие веточки, пытаясь хоть что-то спасти из охваченного пламенем жилища. А Джим Колдуэлл каждый день колотил свою собаку сапогами и палкой. Она взвизгивала и выла от боли, зализывала ушибы и гноящиеся раны и, несмотря на это, вечером ждала его у порога, чтобы получить очередную порцию пинков. О, сколько бездомных, брошенных хозяевами собак и кошек бродят по нашим городам и поселкам, роются в помойках, мусорных баках в поисках корочки заплесневелого хлеба или протухшего колбасного огрызка. А почему, собственно, только животные? Люди, эти самые "гомо сапиенс"... сколько их умирает от голода, сколько кончает жизнь самоубийством, не найдя себе места в этой проклятой жизни!.. А безработные? Миллионы людей, не имеющих крыши над головой, для которых место в ночлежке и тарелка благотворительного супа являются едва ли не единственным счастьем... А дети со вспухшими от голода животами и слезящимися глазами... А фашизм, лагеря смерти!? Да, поистине, только очутившись в таком положении можно много понять и почувствовать. Спрашивается, чего же я хочу от этих Пришельцев, чужого разума, для которых я, доктор Дик Уоллер, обыкновенный слизняк, которого надо раздавить, как никому не нужную тварь? Хотя я для чего-то им нужен. Иначе они бы давно это сделали. Скорее всего они хотят исследовать, изучить меня. Им нужен мой мозг, моё тело, моя кровь. Они хотят содрать с Меня кожу, препарировать мое туловище, расчленить его по частям, растащить на молекулы, на атомы... Боже мой! Что они еще хотят? Ну да ладно, черт с ними! Но Дик Уоллер так просто не сдастся. Я должен, просто должен что-то придумать. Если не удастся вырваться из рук этих монстров, то, по крайней мере, надо попытаться выяснить, что нужно для того, чтобы они убрались отсюда, а еще лучше... Чего они все-таки боятся? Ведь не всесильны же они, в самом деле?? Иногда какой-нибудь микроб или вирус может такое натворить!!! Не зря же они постоянно носят свои дьявольские маски и обтянуты этим тряпьем, или как там оно у них называется? Слышу шаги... прерываю. Это они. Опять идут за мной. Меня снова раздели донага и ввели в довольно большую, светлую, с совершенно прозрачными стенами комнату, где я, к своему глубокому изумлению, обнаружил очень красивую обнаженную молоденькую девушку. Дрожа от холода и страха, она левой рукой прикрывала грудь, а правой - низ живота. Тело у нее было покрыто малиновыми кружочками. Похоже, подонки высасывали кровь и у этой девчонки. На ее левой руке, чуть выше локтевого сустава, виднелся глубокий треугольный порез, заклеенный прозрачной пленкой. У девушки была прекрасная фигура с широкими бёдрами, узкой талией и длинными стройными ногами. Словом, это была самая настоящая самка и в прямом, и в переносном смысле слова. Посредине комнаты стояло широкое, полукруглое ложе с наброшенной на него черной тканью, похожей на униформу наших тюремщиков. Внезапно девушка очутилась на ложе, почти одновременно с ней силовое поле перекинуло туда и меня. Очевидно Пришельцы хотели выяснить механизм размножения. У меня да и тем более у девушки не было никакого желания что-либо демонстрировать перед этими ублюдками. Но они за сравнительно короткое время достаточно хорошо изучили нашу природу и, умело воздействуя на необходимые центры, без особого труда добились желаемого результата. Когда все было кончено, я встал с ложа и бросил взгляд по сторонам. Большинство инопланетян, находившихся вне пределов комнаты с прозрачными стенами, было занято своими делами: суетились у каких-то пультов, приборов, что-то отлаживали. Сверкали сполохи, разноцветные молнии. Появлялись и возникали из воздуха какие-то предметы, изменяющие свою форму, окраску, затем исчезали, появлялись новые, сменявшиеся другими. Лишь двое из Пришельцев внимательно следили за нашими действиями, то и дело включая и переключая стоящие перед ними аппараты. И опять какая-то загадочная сила вновь внесла меня в мою камеру. На этот раз аккуратно сложенная моя одежда лежала на топчане. Я быстро все натянул на себя, так как постоянно страшно мерз. Температура во всех помещениях была не больше десяти градусов. Я хотел было продолжить свои записи, но мой взгляд остановился на проеме в стене. На этот раз мне показалось, что он закрыт недостаточно плотно. Я подошел и тронул рукой стеклообразную массу, она необычно легко сдвинулась с места и передо мной открылся вход в длинный извилистый коридор с эластичными стенами. Не преминув этим воспользоваться, я тут же пошел бродить по его многочисленным изгибам. Кстати, я так и не разобрался, забыли ли они законопатить выход или сделали это нарочно, чтобы понаблюдать за реакцией узника, вырвавшегося па свободу. Сначала я двинулся направо, осторожно, придерживаясь руками за "гуттаперчевые стены". В одном месте коридора оказалось разветвление. В центре его находилось окно, затянутое прозрачной тонкой пленкой. Заглянув, я увидел небольшое помещение, сплошь заполненное стеклянными трубками разного диаметра, по которым резво струилась темно-зеленая жидкость. В левом углу стоял аппарат с торчащими в разные стороны полыми прозрачными стержнями с присосками на концах. Неожиданно одна из стен раздвинулась и в комнату вошел инопланетянин, снял перчатку и приложил зеленую ладонь к присоске. "Господи, - с ужасом подумал я, - так они еще зеленые, как жабы". Жидкость в трубках забурлила, забулькала и стала всасываться кожей инопланетянина, причем по его поведению было заметно, что эта процедура доставляет ему необыкновенное удовольствие. Видимо, у них здесь пункт питания. А жидкость, судя по цвету и методу, которым пользовался Пришелец, представляет собой что-то вроде крови. Наверное, в ней они нуждаются для постоянной подпитки или обновления. И тут у меня мелькнула почти "крамольная" мысль. А что если попытаться достать каплю этой жидкости... и найти способ передать ее людям? Они почти наверняка смогут изобрести метод обезвреживания этих чудовищ, которые, судя по всему, собираются обосноваться на Земле надолго. Я подошел к стене, откуда только что вышел довольный инопланетянин, и стал шарить руками по ее упругой поверхности. Так я переместился на несколько шагов. Неожиданно стена раздвинулась, и я проскользнул в открывшийся проем. "Наверное, раздвижка стен связана с действием своего рода фотоэлементов" подумал я, хотя у меня не было ни секунды на разгадывание физических процессов, здесь происходящих, тем более, что в этих вопросах я совершенный профан. Войдя в комнату, я подскочил к присоскам и с ужасом вспомнил, что у меня с собой нет никакой посудины... Хотя не все потеряно, - я всегда носил с собой валидол, у меня иногда покалывало сердце. К счастью, в боковом кармане нашлась заветная капсула. Я прижал ее к присоске, предварительно отвинтив крышечку. Она мгновенно заполнилась зеленой жидкостью. Теперь надо было подумать, как выбраться отсюда. Я опять Пошел вдоль стены, но она на этот раз упрямо не хотела открываться. Потыкавшись из одного угла в другой, я заметался по комнате, обшаривая стены руками. Однако мои беспомощные поиски оказались малоэффективными. "Если эти "лягушки" меня здесь застанут, то вряд ли я успею "мяукнуть", они тут же разделаются со мной", - взмокнув от страха, подумал я. В этот момент я увидел в углу треножник, на котором лежали несколько зеленых шариков и предмет, напоминавший пенал. Взяв один шарик н положив его к себе в карман, я начал вертеть в руках штуковину стального цвета. Заметив темную полоску, я с силой провел по ней ногтем большого пальца, от пенала отскочила крышка. В эту секунду, как по мановению волшебной палочки, передо мной раздвинулась стена. Я едва успел проскользнуть в образовавшееся отверстие, как она тут же закрылась. Оглядевшись по сторонам и не заметив ничего подозрительного, я осторожно стал прокрадываться к своей комнате. "Пенал-то, оказывается, не простой". К моей радости, проем в камеру оказался открытым. Я тихонько присел на кушетку и решил закончить свои записки. Не было никаких сомнений, что при их развитой технике мои похождения, наверняка, уже где-то зарегистрированы, Так что по поводу моей дальнейшей судьбы можно было не строить никаких иллюзий. Но как, как передать все это людям? Получив мои записи, зеленую жидкость и этот шарик, ученые наверняка найдут способы борьбы с Пришельцами. Не так уж им у нас сладко, если даже на космическом корабле они не снимают комбинезоны и маски. И в этот момент меня будто озарило. Я нашел способ, как передать людям все это. Не будь я Дик Уоллер, если не сумею это сделать! Надо, надо спешить! Смертельная угроза нависла над миром! Только объединившись, ученые всех стран смогут найти выход, как избавиться от космических монстров. Люди, заклинаю всеми святыми... именем Всевышнего! Ради своих детей, ради будущих поколений спасите Землю, спасите планету!!! Шаги. Снова шаги. Я слышу явственно, слышу их тяжелую уверенную поступь. Это за мной. Прощайте! Прощайте, земляне... SOS! SOS! SOS!"

Потрясенный прочитанным, комиссар несколько минут молча сидел в кресле, рассеянно барабаня пальцами по столу. Снова взял в руки пенал и еще раз тщательно осмотрел его, затем поднял прозрачную капсулу с зеленой жидкостью, повертел в руках, взболтнул, поглядел на свет... Осторожно положил в центр стола рядом с зеленым шариком и... нажал кнопку. Опять взял пенал в руки, взвесил на ладони, положил на место. Медленно растягивая слова сказал явившемуся дежурному: - Немедленно найдите женщину, которая недавно была у меня... Ее адрес у помощника, - потом решительно встал из-за стола и добавил. - Срочно вызовите Рим и... немедленно соедините меня с приемной Президента..."

Content

Малышев Эрнст
SOS