Морозов Андрей

Переход Бабая через парк

Андрей Морозов (Мурз)

Переход Бабая через парк

Героический эпос, законспектированный по многочисленным просьбам творческой общественности.

Водке "Гжелка" посвящается...

Подъем вверх по крутому склону давался тяжело. Свирепый Бамбр становился все более и более свирепым. Очень трудно было взбираться по склону оврага, покрытому грязью, особенно если при этом в одной руке гитара, а за спиной рюкзак. Как обычно следом за мыслью "Щас как упаду!" последовало падение. Гитара с хлюпаньем легла струнами в траву, увлекая левую руку Бамбра за собой, но свободная правая рука успела нащупать опору и удержать тучное тело от еще более сокрушительного падения. Бамбр распластался на склоне, придав своему плащу и джинсам коричнево-зеленые оттенки на локтях и коленях. Забросив гитару за плечо, Бамбр осторожно начал новый подъем, метр за метром возвращая потерянную высоту. Действовать надо было аккуратно - рядом взбирался увешанный вещами Бродяга. Парное падение привело бы к совсем удручающим последствиям.

Наконец показался край оврага. Там уклон становился еще сильнее. Сверху потянулись руки, но Бамбр решительно отказался от помощи. Основательно распахав склон подошвами кроссовок, он ухватился руками за край обрыва и втащил себя наверх. Рядом, чуть правее, закончил дистанцию Бродяга. В это время у дороги, проходившей по краю оврага, собрание корчмовцев решало, каким путем двигаться и куда. "Куда" решили. В качестве цели путешествия была избран дом Бабая-Аги, только что провалившегося в ручей и теперь неуверенно балансировавшего на скользкой грязной дороге. Маленький, но на удивление решительно настроенный Нечто Vulgaris поддерживал его по мере своих скромных нечтовских сил.

Вопрос "Каким путем" составлял гораздо бОльшую проблему. Имевшаяся в наличии машина Пса, переживавшая к тому же не лучшие моменты своей трудовой жизни, не могла вместить всей "группы товарищей". Логичнее всего было бы поместить в нее Бабая и заполнить оставшееся место, если таковое там могло остаться, ручной кладью. Остальные, еще твердо стоявшие на ногах, вполне могли бы пройтись пешком. Но здесь в соревнование с неумолимой логикой вступили еще более неумолимые силы природы. Именно те загадочные силы, витающие во влажном лесном воздухе, что позволяют выпить на этом самом воздухе литр водки (а то и больше) и еще долго не ощущать пагубных изменений в организме, вызванных алкоголем.

Неожиданно для всех промокший Бабай вступил в дискуссию о способе дальнейшего передвижения:

- Пошли! - громогласно произнес он и махнул рукой в сторону поля поросшего высокой травой, что раскинулось у него за спиной.

Как человек (вернее Бамбр), неоднократно оказывавшийся под дождем в лесу и вдали от цивилизации, Бамбр знал, что по мере намокания у людей куда-то пропадает энтузиазм, они становятся все более нервными и зло поглядывают на небо. Особенно нервные иногда комментируют выпадение на их головы повышенной нормы осадков со свойственной всем русскоязычным гражданам филологической изобретательностью. Бабай, однако, представлялся исключением из этого правила. Глаза его светились почти что детской радостью, обычно не свойственной намокшим. Казалось, что он готов пройти еще не один десяток километров. Опираясь на Нечто, подобно раненому командиру, осматривающему остатки потрепанного в боях полка, Бабай обозревал группу "корчмовцев" отеческим взглядом. Нечто держался стойко, поминутно поправляя чехол с гитарой, ремень которого сползал по одному намокшему плечу, и чьи-то сумки, соревновавшиеся в том же виде спорта на другом плече.

- Пошли! - повторил свой пламенный призыв Бабай и тут же ответил на немой вопрос окружающих "Сколько идти?":

- Тут близко!

Остальные "корчомовцы" не составляли исключения из правила относительно намокания. Добровольцев прокладывать дорогу по местным степным просторам не нашлось.

- Так! - произнес Бабай многозначительно.

Ткнув пальцем в Нечто Vulgarisа, он поставил вопрос ребром:

- Ты идешь?

Нечто, здраво оценив, что произойдет, если он перестанет быть подпоркой для Бабая, кивнул.

- Ага! - повеселел Бабай и обратился к следующему:

- Идешь?

Следующим неожиданно для себя оказался Бамбр. Пока он думал, что ответить, Бабай-Ага расценил молчание как знак согласия и, оттолкнувшись от Нечто, двинулся в путь, слегка покачиваясь на ветру. Следом потопал увешанный вещами Нечто, готовый подхватить тучного Бабая, если тот вдруг потеряет равновесие. За ними шел Бамбр, а замыкал процессию большой и мокрый, но, к счастью, легкий рюкзак Бамбра, отбивавший по его спине в такт шагам.

Бамбр был привычен к походам по пересеченной местности в самую мерзопакостную погоду. Шагая по мокрой траве и ощущая, как намокают и тяжелеют кроссовки и низы джинсов, он вспоминал один из походов, во время которого с группой сокурсников попал под ливень. Дождичек тогда лил посильнее, чем этот. Между спинами и рюкзаками набирались маленькие озера. Так что пока все очень даже ничего. Дождик только моросит. Легкий, с мелкими каплями, почти не ощутимый. Не то что тогдашний ливень, изо всех сил барабанивший по дождевикам измученных туристов.

Взглянув вперед, Бамбр, на секунду выпавший из своих воспоминаний, обнаружил, что чего-то в пейзаже явно не хватает. Нечто в траве на переднем плане, лес на заднем... А где Бабай? Бамбр вгляделся в сумеречную мглу. Бабай обнаружился не сразу.

В траве возле Vulgarisa что-то зашевелилось. Понятно, Бабай упал.

Нечто нагнулся, чтобы помочь ему встать на ноги, но вместо этого завалил сумками и накрыл сверху еще и гитарой.

- Подержи! - Vulgaris протянул Бабмру гитару.

Бамбр принял гитару и взгромоздил ее на свободное плечо. Нечто отважно закинул сумки за плечо и с лицом штангиста, идущего на рекорд, рванул Бабая от земли. Вес взят. Бабай оказался в относительно вертикальном положении. Удивительно было наблюдать, как маленький и слабый Нечто уже не в первый раз за вечер почти нес на себе громадного Бабая. Бабай постоянно пытался идти сам, что ему изредка удавалось. Вот и теперь он вновь отказался от нечтовской помощи. Прокладывая в траве хорошо заметную широкую тропу, Бабай-Ага устремился к давно обещанной им дороге.

Выход на эту дорогу был отмечен очередным падением. Забуксовав на осенней грязи, ноги Бабая запутались и, в конце концов, почти завязались в узел. Он растянулся на дороге, но стоило Нечту взять его за плечо и начать поднимать, как раздалось грозное:

- Не надо! Я сам!

Нечто нехотя отпустил Бабая:

- Ну куда "ты сам"! - типично по-нечтовски проворчал он.

Бабай, упорно отказываясь от посторонней помощи, продолжал попытки подняться. Руки, не выдерживая его веса, разъезжались в стороны, ноги слушались плохо. Грунт был явно не тот, а потому Бабай устремился вперед на четырех точках опоры в поисках более подходящего. Проделав таким образом путь шагов в десять, он решил еще раз попробовать встать. Покрепче уперевшись ногами, Бабай оттолкнулся от земли и начал балансировать, отчаянно размахивая руками. Время от времени казалось, что уже ни что не спасет его от очередного падения, но он удерживался самым непостижимым образом.

Нечто завороженно следил за этим ритуальным танцем.

"Наверняка запоминает детали, выражение лица, жесты, - подумалось Бамбру. - Будет у него в очередном романе какой-нибудь шаман камлать так же грациозно..."

Бабай окончательно выпрямился. Опасаясь, что это не надолго, Нечто подхватил его под плечо, успокаивая:

- Встал, встал, молодец! Пошли дальше.

- Уф! - Бабай шумно отряхивался. - Приключений... как в этом... ну как его... Ну!... Еще свадебный бывает...

Шлепая одной мокрой рукой о другую в надежде очистить их таким образом, Бабай напрягал память и требовал того же от своих спутников:

- Ну!

- Праздник? - предположил Бабмр.

- Попойка? - выдвинул гипотезу Нечто.

- Не... - замотал головой Бабай, разбрызгивая капли дождя с всклокоченной черной бороды. - Серия книжная такая...

- Княжеский пир, что ли? - осенило Нечто.

- О! - удовлетворенно кивнул Бабай. - Он самый! Просто "Княжеский пир" какой-то...

Но до пира было далеко. Троица упорно шла вперед, а лес все не кончался и не кончался. Даже наоборот.

Впереди дорога сворачивала с кромки поля и дальше тянулась меж деревьев. Обещанные минут десять давно прошли, а дома Бабая-Аги все не было.

"До города отсюда еще далеко, значит живет он в отдельном персональном жилище. - решил Бамбр. - А что?

Бабай-Ага все таки. Мог бы и соорудить избушку на курьих ножках, ну или на гусеницах хотя бы."

Буйное воображение Бабмра уже приступило к прорисовке картины Бабаевского дома. Вот они втроем выходят на опушку. Бабай набирает в легкие воздуху, свистит удалым богатырским посвистом и на зов хозяина, сотрясая землю, прибегает и встает по стойке смирно двуногий домик. Нет. Проламывается сквозь чащу, скрежеща гусеницами, урча мотором и с треском ломая молоденькие березки. Стоп. Это не экологично! Пусть лучше будет с ногами. А чем ее интересно Бабай кормит. Вискасом или педигрипалом? Стоп, она ж курица... Да-а-а-а, незадача.

Пока Бабмр, рассуждая таким образом брел вслед за неразлучной парой Бабай-Нечто, у Бабая снова произошло накопление творческих сил, и он, отстранив Нечто, свернул с дороги.

Оказалось, что Бабай заметил неподалеку в траве довольно длинную березовую чурку и теперь тащил ее к дороге. Надо сказать, что дорога была обозначена в этом месте лучше, чем в других. Местные первопроходцы много лет назад уложили здесь ленту из больших бетонных плит. Бабай встал на край ближайшей плиты и подозвал своих спутников.

- Пропасть! - пояснил он, указывая на метровую щель между этой плитой и соседней. - А внизу...

- Вода? - встрял Нечто.

Бабай обернулся на него и посмотрел так, будто Нечто предложил ему мешать водку с пивом.

- Какая на ... вода! Лава! - просветил его Бабай.

- О? - удивился Нечто. - И что?

- Надо перейти, - Бабай перекинул полено через щель:

- Мост! - он обернулся на Нечто и Бамбра. - Чего стоите? Сзади погоня!

Бамбр перескочил на другую сторону первым. Потом без особых проблем перебрался Нечто. Бабай медлил.

- Нет. Не так, - выдал он после долгой паузы.

Внаглую ступив в лаву, он обратился к Бамбру:

- Снимай рюкзак! И гитары тоже...

Когда Бабмр, сбросив поклажу в траву на обочине дороги, предстал перед ним налегке, Бабай вернул его к щели.

Стоя в лаве (вот человек!!!) Бабай приказал:

- Сложи руки в замок!

Бамбр подчинился.

- Так! - Бабай взял полено и выбрался из лавы на другую плиту. - Лови!

И уронил полено еще раз. На это раз мост получился с уклоном - "замок" Бамбра выдержал. Бабай, словно не представляя себе своего собственного веса, решил переправиться именно по такому мосту. Он твердо ступил на бревнышко, которое, что совершенно неудивительно, тут же взломало "замок" и с глухим стуком ударило по плите в ногах у Бамбра.

- А! - Бабай, чудом удержавший равновесие, пренебрежительно махнул рукой. - Все ты не так делаешь.

Это не замок! Вот замок!

Он продемонстрировал правильный вариант - положил одну ладонь на другую и прихватил ее большой палец другим большим пальцем.

- Вот так выдерживает в десять раз больше! - заявил он и недоверчиво поинтересовался:

- Ты мне веришь?

- Верю! - кивнул наивный Бамбр.

- Тогда давай еще раз! - Бабай вернулся в исходное положение.

Бамбр с руками сложенными "по-бабайски"

навис над лавой с другой стороны. Нечто стоял в стороне. Видимо снова запоминал. Вот так вот. Что не поход в лес, то сюжет для романа.

- Готов? - спросил Бабай.

- Да, - сдавленно произнес Бабмр.

Перед мысленным взором уже предстала картина того, как его большой палец ломается и не выдерживает сто двадцать килограмм Бабая. Полено вновь описало дугу одним своим концом и нависло над лавой, почему-то поразительно похожей на обычную грязь. Бабай смело шагнул вперед, но даже специального замка не хватило, чтобы удержать его. Бревно рухнуло, а в след за ним плюхнулся и сам Бабай.

- Ну вот! - вмешался Нечто. - Бабай!

Вставай, нас там люди ждут.

Вдвоем с Бамбром они принялись поднимать Бабая. Если и есть что-то более опасное, чем поднимать в вертикаль подвыпившего человека, так это поднимать в вертикаль подвыпившего человека, изучавшего самбо или какую-нибудь борьбу. Тело Бабая вспомнило все само. Как только его подхватили и подняли, нога Бабая-Аги без всяких угрызений совести подсекла сразу обе ноги Бабмра, что повлекло за собой падение всей конструкции. Через мгновение щека Бабмра встретилась с твердой землей, а в бок вонзился острый угол плиты. Хорошо, что Бабай рухнул не на него, а рядом.

"Бедные японцы! Как их там сейчас тряхнуло!" - подумал Бамбр, вытаскивая из-под туши Бабая чудом уцелевшую правую руку.

Почти бесчувственного Бабая решено было поднимать другим способом. Нечто нагнулся и взял его под одно плечо, Бамбр - под другое. Когда оба начали выпрямляться, Бабай пополз вверх. Криво конечно, припав на одну ногу, но по-другому и быть не могло при такой разности в росте Нечто и Бамбра.

- Фу! - выдохнул Бамбр. - Нечт! Держи его! Я вещи возьму.

- Угу! - Нечто отважно подпер Бабая.

Бамбр тем временем навьючился рюкзаком и подобрал гитары.

- Сумки давай! - подошел он к Нечту.

Забрав и повесив себе на шею три сумки, Бамбр оглядел компанию. Бабай был цвета хаки почти целиком. Нечто, которого за Бабаем почти не было видно, выглядел более чистым, но таким же мокрым. Странно, на ногах он держался крепко, хотя тоже пробовал "Гжелку" из двухлитровой бутыли, что так предусмотрительно была донесена до масс Дороффом. И пробовал вряд ли меньше Бабая.

Странно.

За размышлениями о свойствах человеческого организма Бамбр провел еще минут пять пути, пока в Бабае вновь не проснулось творческое. Завидев мост через довольно широкий ручей, он опять проникся жаждой приключений. Как ни тащил его Нечто переходить речку по мосту, не получалось. Бабай свернул в сторону.

- Нет там моста! - отмахивался он. - Нет там его! Как тебя... Бабмр... снимай это все...

На полянке у моста Бамбр с тяжким вздохом стал разоблачаться в очередной раз. Опять выросла небольшая гора из вещей.

- Плащ тоже! - потребовал Бабай, снимая свою куртку и выкладывая все из карманов.

Что-то подсказывало Бамбру, что намечается поиск брода в ручье или как минимум наведение понтонного моста. Сверху он уже намок. Теперь придется намокнуть и снизу.

Освобождавшийся от лишних вещей Бабай был настроен самым решительным образом, мирного и сухого разрешения проблемы не намечалось. Нечто, мокрый и злой, безмолвно стоял рядом, пока наконец, терпение его не лопнуло. Он размашистыми широкими шагами пошел к ручью, шагнул с берега в ледяной поток, прошлепал по нему, выбрался на другой берег, посмотрел оттуда на Бабая взглядом из серии "Ну, теперь твоя душенька довольна?" и вернулся тем же путем.

- Так! - Бабай похлопал себя по карманам. - Сигареты... сигареты...

Окончательно промокший Нечто протянул ему чудом уцелевшую пачку, только что отданную ему самим же Бабаем и с надеждой в голосе спросил:

- Пойдем?

- Сейчас, - Бабай попытался прикурить от зажигалки, но ветер задувал пламя.

Он потянул Бамбра за рукав в сторону, выставляя его как парус под ветер. С третьего раза кончик сигареты затеплился красным, Бабай удовлетворенно пыхнул дымом в лицо своих спутников и поразительно уверенно зашагал к мосту. Уже на другом берегу он остановился и поинтересовался из облака сигаретного дыма:

- А о чем мы говорили?

Бамбр припомнил, что о чем-то Бабай говорил, когда готовился переходить ручей в брод, но при этом имела место некоторая проблема. Как известно, амплитуда перестановки человеком слов в предложениях во время разговора напрямую зависит от количества выпитого им. В случае Бабая амплитуда была такова, что восстановить истинный смысл сказанного представлялось затруднительным. Бамбра потянуло на философию.

- Мы говорили о том, как прекрасно переходить речку не две минуты а двадцать, - ответил он.

- О! - густые брови Бабая приподнялись от удивления.

- Дзэн! - громко выдал он свой диагноз.

- Дзэн! - так же громко подтвердил Нечто.

Поход продолжался. Бабай шел самостоятельно, помахивая сигаретой и весело философствуя с подачи Бамбра:

- Я вообще эти религии на раз выдумываю... Вот, кстати, лет через тысячу скажут, что был такой Великий Учитель Бабай-Ага, и было у него два ученика... А могут и сказать, что был Великий Учитель Нечто и ученик его, а Бабаем и близко не пахло... Да-а-а-а...

Говорил Бабай-Ага долго и с чувством.

Редкие встречные прохожие, выгуливавшие своих собак, с удивлением рассматривали экзотическую группу мокрых походников во главе с большим бородатым человеком, который, ожесточенно жестикулируя, чертил в воздухе огоньком сигареты причудливые фигуры.

А лес все не кончался и не кончался.

Впрочем, как и дождь. Бамбру в голову уже в который раз лезли мысли о том, что Пес и все остальные уже давно ждут у дома Бабая. Наверно волнуются, решают, кого послать на поиски.

"Эх, был бы мобильник..." - подумалось ему.

Впереди замаячил просвет. Пронесся огонек автомобильных фар. Один, другой. Наконец-то! Шоссе. Город.

Бамбр попробовал прибавить шагу, но Бабай при такой скорости заметно отставал. Пришлось вернуться в прежний ритм.

"Главное, чтобы Бабай не упал на посреди дороги, - размышлял Бабмр, отирая с лица капли дождя. - Врежется какой-нибудь лох на шестисотом, поцарапает себе бампер, штаны Бабаю порвет..."

Бабай не упал. Бамбр облегченно вздохнул, когда дорога осталась позади. Страшно подумать, что было бы, проснись в Бабае снова творческая личность и искатель приключений. Интересно, как бы он предложил переходить это препятствие? Переползать? Нечто в порыве героизма сползал бы туда-обратно и стал бы не только мокрым, но и грязным.

Оглянувшись на Нечто, хлюпавшего насквозь промокшими кроссовками, Бамбр увидел у него за спиной, за дорогой сплошную черную стену леса и снова вспомнил об остальных "корчмовцах". Наверняка они уже кого-то послали. Бамбр окинул взглядом местность вокруг. Паршиво будет, если в поисках медлительной троицы кто-нибудь пробродит по лесу до утра. Ладно, догадаются, наверное, мобильный дать. Взгляд Бамбра остановился на темном провале двора между двумя ближайшими домами. На освещенной одиноким фонарем дорожке, уходившей в глубь квартала, маячила тень человека. Кто-то определенно шел им навстречу. Бамбр вгляделся в темноту. Высокий человек с рюкзаком средних размеров за спиной направлялся прямо к ним, ускоряя шаг. За спиной раздался возглас Нечто:

- О! Гаврилов!

В самом деле, посланцем обеспокоенных "корчмовцев" оказался Дмитрий Гаврилов. Бамбр, понимая, каков будет его первый вопрос, начал прикидывать, как бы на него ответить, как объяснить долгое блуждание по лесу и прочие приключения. В голову лезло настырно только одно.

Дзэн.

(Автор выражает огромную признательность создателям игры "Казаки", за то, что их игра на его компьютере мягко говоря потормаживает. Если бы дело обстояло иначе, это историческое повествование вряд ли было бы закончено в обозримые сроки.)

(ноябрь 2000 года)

Content

Морозов Андрей
Переход Бабая через парк