Наталик Игорь

Старица

Игорь Наталик

Старица

СОДЕРЖАНИЕ

Книга первая

Моя звезда .. .. .. .. .. .. .. ..

Наивная проза .. .. .. .. .. .. .. ..

Самое синее в мире .. .. .. .. .. .. ..

Марьино - жемчужина России

Книга вторая

Букет незабудок .. .. .. .. .. .. ..

Предчувствие весны .. .. .. .. .. .. ..

МОЯ ЗВЕЗДА

В этой книге много таинственного. Поначалу возникает удивление - как можно объединить в одном издании столь различные тексты.

Начав читать, обнаруживаем удивительную мозаику идей, образов и находок.

И хотя все ее части посвящены разным темам, их объединяет одно интерес и любовь к жизни во всех ее необычайно разнообразных проявлениях.

Радостно, что несмотря на всевозможные перипетии нашей жизни, все же есть еще кладовые, где сохраняются традиции отечественной общественной мысли и русской классической литературы, которые всегда отличались широтой интересов, глубиной проникновения и высокой культурой слова.

События прошлой жизни никогда не затухают бесследно, не уходят в небытие. Уснувший человек воздействует на живых своим добрым взглядом, улыбкой, благословляющим движением руки. Этим он влияет на то, что делают сегодня и даже думают его родственники.

Очень важно, чтобы дети росли в атмосфере любви между мамой и отцом. Чтобы знали, что родители бесконечно дороги друг другу. Тогда и любовь ребенка к родителям удваивается. В каждом из них он видит обоих и любит каждого с двойной силой. И на себе он ощущает то же самое вдвое сильнее.

На протяжении своей жизни каждый человек очень много раз оказывается в самых тяжелых ситуациях. Когда кажется, что жизнь уже кончена. Он - один со своей бедой. И тогда на помощь приходит или деятельная любовь близких ему людей, или - воспоминания об этой любви.

Здесь - источник его жизненной энергии. Поэтому человек с первого дня своего рождения должен расти и купаться в атмосфере любви. И всю свою жизнь он должен знать, что любим несмотря ни на что.

Е.НАТАЛИК

НАИВНАЯ ПРОЗА

Главное - не ссориться с КЛАВОЙ.

С О Н

Б

ыл малышом - заснул на полусказке, и сонный пальчик не дошел до рта. Прикрыта дверь.

Все тихо, словно в речке среди лилий.

По сну скользит огромная змея.

Ленивые объятья анаконды - за выдохом вдохнуть уже нельзя. Позванивают близко колокольцы - как вишни перезрелые с куста. Зовут на новый вздох. Последнее усилье - из плотного безмолвия побег...

Опять лицом - в зловредную подушку я спал !

Как хорошо, что ЭТО мне - приснилось.

И мама рядом.

И на завтрак - вишни.

*

КАК Я ВЫСИЖИВАЛ МОЙ КОМПЬЮТЕР

Нам позвонили по телефону.

Я думал скажут, что привезли компьютер.

-Мама! Это компьютер к нам едет?

А оказалось, что машина только выезжает из магазина...

Вот-те раз!

А я жду-пожду с раннего утра, как только папа ушел на работу.

Время тянется и тянется будто липучка.

Наконец-то запищал домофон.

Мама снимает трубку а я осторожно выглядываю из маленькой комнаты.

-Да отпусти ты меня!

Это я - двери.

Она мне руку чуть-чуть не придавила.

Мама пошла "открывать ворота".

Мне она идти к лифту не разрешила, и я занял боевой пост возле плетеной корзинки в коридоре.

Наконец-то все четыре коробки очутились у нас в квартире.

Ага, попались, голубчики.

Мама велела мне еще немножко подождать а маленькой комнате.

На всякий случай.

Дяди-грузчики сразу ушли, а я подумал:

-Вот уже никого нет. Возьму-ка свои лопатку и ледянку сяду рядом и буду охранять компьютер до самого прихода папы.

Правда, от кого охранять - я пока не решил.

Потихоньку принес свой стульчик и сел рядом с гнездом этого компьютерика.

А вдруг он почувствует мое тепло и вылупится ... побыстрее.

В ожидании прошел час, и другой.

-Мам, ну иди, теперь мы будем вместе высиживать наш маленький принтерочек. Бабушка, там в мышеловке сидит Мышь, и тебе скоро придется эту Мышь трогать! Да, трогать ... Мыш-ш-ш-шь! И никуда ты от этого уже не спрячешься!

Оказывается все дело - в ПАПЕ.

Он приехал, вымыл руки, и ... пока я мыл свои - весь компьютер-то с его помощью и вылупился!

И уже стоял на моем столе.

Когда я ворвался в комнату, меня уже ждали и Моня, и Клава, и Мышь...

*

РАБОТА МЫСЛИ

Мысль у меня пробивается: нужно хорошо учиться.

Только вот она никак до конца не пробьется!

Наконец-то я открыла ТАЙНУ ПРИРОДЫ:

как закрашивать большую гору карандашом,

чтобы получился настоящий вулкан.

Тата, давай я тебе попку вымою.

Да подожди ты. Подбежала сразу - прямо как журналисты

к президентскому самолету.

Мама, вот сколько я смотрю - не пойму,

как этими прокладками пользоваться. А еще они говорят,

что доставка по Москве и установка - бесплатно.

Про мультфильм "Дикие лебеди": Смотри, сейчас

вот здесь старушка НАРИСУЕТСЯ!

Смотри, танцоры у Буйнова ЛОМАЮТСЯ, КАК ПРЯНИКИ!

У нас дома такая ВЕСЕЛУХА началась!

У мамы теперь новое имя: НУ-МАМ.

Или ласково - НУМИК, да?

НУМИК, а ты меня любишь?

Честно - правда - между прочим.

Прочим - между - правда - честно.

И какое же это счастье, что папа у меня не пьет и не курит! Папа, дай мне честное слово, что не начнешь.

После ветрянки намазали зеленкой: я - ваш пятнистый ангел.

Срочно узнайте у бабушки: мой папа болел в детстве ветрянкой?

Вот телефон. Звоните.

Ой, папа, от этого компьютера у меня ноги паутиной зарастают!

*

ВОПРОСЫ

Какая столица у Москвы? Ну в смысле - центр.

Красная площадь, да?

Я задумал число, разделил пополам, получил семь

Какое число я задумал?

Четырнадцать.

Да тихо ты! Я считаю все вулканы на Земле.

Какая столица у Африки?

А у Сахары? Не знаешь, то-то.

Почему тростник сахарный? Он что - сладкий?

Или из него сахар добывают?

А фараон был завернут в бумагу или в пергамент?

А что Ленин - это тоже мумия?

Если он спит, то почему его никто не разбудит?

Он спит всего 80 лет, а фараоны - пять тысяч!

Вот как заспались совсем.

А вот для суринамской пипы

построили целую страну - Суринам!

Тата, на какое из чисел показывает знак "больше-меньше"?

Широкой частью - на большее число. Конечно!

Вот крокодил в первую очередь кого хочет съесть?

Толстенького, большого.

Кому же тоненькие и маленькие нужны?

*

ДВЕ КОЗЫ

... А одна коза ка - а - а - ак ляжет на горную тропинку,

ка - а - а - ак прижмется к земле!

Ка- а -а - ак замолчит!

А другая ка - а - а - ак перебежит прямо по ней!

И обе остались целы...

Совсем не то, что "Рано утром два барана..."!

*

В КРЫМУ

Харьков, 22 часа, входят погранцы, учиняют легкий допросик.

Под впечатлением всего этого, спросонья:

Ну надо же!

К такой маленькой девочке как я - и обращаются на ВЫ.

А ведь офицер!

Переодевают купальники на море: Мама, будь осторожна.

Вдруг кто-нибудь в бинокль наблюдает всю твою внешность.

Когда ты красишь глаза, я тебя боюсь.

Мам, а если бы ты встретила не папу, а другого дядю,

который курит, что бы ты тогда делала?

Таточка, я могла встретить только нашего папочку.

Тата сразу же успокоилась.

Ты бы умылась прежде, чем есть печенье.

А я его не ем - я его пробую!

Дядя Женя: Ну тогда накапайте мне бесплатно стакан сока.

Дядь Жень, я пока еще маленькая и анекдотов не понимаю.

Поэтому вы мне его расскажете .. попозже.

*

ДВЕСТИ ЧИСТЫХ ЗУБОВ

Утром:

Мама пошла чистить зубы

Папа пошел чистить зубы

Уши пошли ... чистить зубы

Зубы пошли ... чистить зубы

...

Ноги пошли чистить ... ногти.

А вечером снова:

Мама пошла чистить зубы

Папа пошел чистить зубы

Тата пошла чистить зубы

Зубы пошли ... чистить зубы.

...

И так без начала, без конца ...

*

НЕОКОНЧЕННАЯ БАЛЛАДА

О ДОМАШНЕМ ТАПОЧКЕ

Тапочек, милый,

Милый мой, милый

Подними меня вверх!

И унеси, милый мой,

Как на ковре самолете

Как на туркменском ковре

Унеси скорей в Индию или в Иран

Как Александра из Македонии ...

*

Я ОЧЕНЬ С ТОБОЙ

Тата, ты что с утра кричишь?

Я не кричу, я вставать хочу!

Светским тоном: Мама, на кого это ты намекаешь?

Уж не на меня ли?

Да не намекаю я. Прямо говорю.

В подарок папе на день рождения доделаю-ка "вороньи карты".

Я у вас родилась про запас, да?

Я - твой слоеный пирожок.

Милый папа, ну ЛЕТАЙ, пожалуйста эту бабочку!

Сердится: А ты, ты ... лопоухий глазомер!

Эй ты, отстань от меня КАК ПОПАЛО!

Задушевно, на ухо: Ты - мелкий дурачок!

Почему это мелкий? Крупный.

Вот именно.

Мама, включи мне свет - а то мне спать темно.

Папа, я очень с тобой!

И даже темноты не боюсь.

*

Это у вас ИнтерНЕТ, а у меня - ИнтерДА!

МАМЕ

Т Д Б Т С Т Р И М,

А Т ПОК, ПОЗ, ПОМ, ПОК ММР.

Расшифровка:

Ты в детстве была такая седая,

Такая родная и молодая.

А теперь ... покоричневела,

позеленела,

помалиновела

и покраснела,

МАМА МОЯ РОДНАЯ.

*

Я ДУМАЮ

Я думаю: чем нужнее людям какая-то вещь,

тем она должна быть дороже...

*

Х О Х Л О Б А К С Ы

(на мотив "Не ходил бы ты, Ванек, во солдаты")

Хохлобаксики мои хохлобаксы

Вы зеленые мои хохлобаксы

Вы зеленые мои хохлобаксы

Разноцветные мои хохлобаксы!

Было много у меня хохлобаксов

Разноцветных у меня хохлобаксов

Улетели в один миг хохлобаксы

Разноцветные мои хохлобаксы!

И сижу теперь один я без баксов

Разноцветных нет моих хохлобаксов

Хохлобаксики мои хохлобаксы

Вы зеленые мои хохлобаксы

Вы зеленые мои хохлобаксы

Разноцветные мои хохлобаксы!

*

БАЛЛАДА О ДИКОМ ЗАЙЦЕ

ДИКИЙ ЗАЯЦ - он мне как друг!

ДИКИЙ ЗАЯЦ всегда со мной!

Он - мой

любимый и веселый друг.

Он - мой

любимый и родной.

Мой ДИКИЙ ЗАЯЦ

ЗАЯЦ ЗОЛОТОЙ!

Мой ДИКИЙ ЗАЯЦ всегда со мной!

Стой, ДИКИЙ ЗАЯЦ

Любимый мой

Мой ДИКИЙ ЗАЯЦ всегда со мной!

Потом от избытка чувств, гладя зайца:

Ну подожди, подожди. Я на тебя сяду - это не больно.

Вот. Уже села.

Вези меня скорее в темный лес...

ПРОФЕССИЯ

- У меня такая профессия!...

- Какая?

- Трудная профессия!

- Ну какая?

- Да ПЛОХО СЕБЯ ВЕСТИ!

СПАНИЕЛЬ

Голова - на шее,

Уши - на плечах!

ДАУШКИ

Мой соленый помидор просто непобедим!

Ем его уже три часа.

А эта колбаса переколбасенная,

то есть перекопченная.

Папа, а ты помнишь про КАК-ЕГО-ТАМ?

Я ужасно люблю ГОЛЫЙ лимон. Без сахара.

Я по тебе ползу, как червяк по подсолнуху.

Не НЕТушки, а ДАушки.

*

ОЖИДАНИЕ

При каждом новом рождении, стоя у каждой колыбели, человечество чает появления еще одного Гения или нового Христа.

Тщательно готовит для этого благодатную почву, собирает и сохраняет в памяти накопленные знания и вещественные богатства.

Но надежды его из века в век обманываются - в течение жизни вырастают ординарные, чахлые росточки.

Где он ?

Ждем - пождем.

Но нет его, нет и нет.

*

К С Е Н И Я

Юное дарование неполных трех лет.

Побаивается взрослых людей потому, что как только начинает играть и немного пошумливать - сумасшедший сосед бешено колотит в стену.

Чтобы вызвать хоть чуть-чуть доверия говорю, что я - не дядя, а мальчик. В ответ - широко раскрытые глаза.

Весело смеется, тряся роскошными вьющимися волосенками. Словно за спиной у нее - белой и пушистой - ангельская полупрозрачная паутинка.

Уходя домой, дает поцеловать свою пухлую, всю в перетяжечках, ручку, но заодно осторожно трогает мои задорно торчащие усы.

И даже потихоньку дергает их. И раз, и два.

Потом удовлетворенно и немножко упрямо встряхивает веселыми кудряшками и нехотя уходит.

Спать пора. Поздно.

*

ГОРА И БУГОРОК

Да мы-то за тебя - горой.

А ты ?

А я за вас ... бугорком.

*

ПЛОХОЙ СОН

Мне сегодня приснился очень плохой сон.

Какой же ?

Что ты купил мне мороженное ... и сам его съел !

*

Р О С С И Я

Да не надо вовсе очки тебе надевать !

Россию и так на карте видно.

*

АВСТРАЛИЙСКИЙ ПОПУГАЙ

Наш Карлуша - клевунистый, непоседа, иногда просто ... дятел.

У него сейчас - тихий завтрак, вкусный час.

Знаешь, как будет "пернатый тихоня на кухне"?

Кухоня. Или ... тихня.

*

МУЗЫКАЛЬНЫЕ ПРЯТКИ

Давай играть в музыкальные прятки !

Я буду, например, играть пьесу.

А внутри ее спрячу две-три "чужие" нотки.

И ты их должен с одного раза найти.

Ну, то есть отгадать.

Отыскать и назвать эти нотки.

Начинаем ?

*

ЛЮБИМАЯ ПОДУШКА

Знаешь, а у меня есть необыкновенная подушка :

Подушка-драчушка. Ну-ка, подушка, дерись !

А теперь получай! Ах ты ...

*

ПРО ФУТБОЛЬНЫЙ ЧЕМПИОНАТ

Какой голый ... гол. Гол как монгол.

Гол-монгол. Сногсшибательный гол !

*

Г Р О З А

В Азов меня вы взяли от радости, что я у вас есть.

А потом эта гроза нас пришорохнула.

*

Б А Й К Е Р Ы

Папа, кто такие "байкеры" я знаю !

А что такое "байк"?

*

ТРЕНИРОВКА ПАМЯТИ

Ты за лето на даче все стихи благополучно позабывала. Вот я, например, в 8 лет выучил басню про Бориску и до сих пор ее помню.

Да, папа, конечно, ты-то уже вон сколько лет эту басню учишь. Поэтому и читаешь ее наизусть без запинки.

*

СПОКОЙНО НОЧИ, ЕСЛИ ЧЕСТНО

Папа, ты здесь? А кто же тогда отвечает мне твоим голосом ?

И кто это попкой своей ... колется ?

Пожалуйста, рассутулься !

Спокойной ночи, если честно !

*

БУДУЩАЯ ЧЕМПИОНКА

Куплен новый велосипед.

Дочь впервые выехала на нем за ворота дачи. Навстречу нам идет огромная собака бобтейл в сопровождении своих хозяев.

- Тата, впереди - собака !

- Ну и что ?

- Трудно сказать, как она относится к велосипедистам.

- Я не велосипедист.

- А кто же ?

- Байкер !

Хозяева обратили внимание на наше беспокойство :

- Какие проблемы ?

- Да вот думаем, как ваша собака относится к байкерам.

- Если вы скажете, что это такое, возможно, мы сможем ответить.

- Ну, это - велосипедисты, если по-нашему.

- А-а-а! Прекрасно. Она не обращает на них никакого внимания.

- Вот и хорошо. Ну просто очень хорошо.

И все пошли по делам, каждый своей дорогой...

*

ОБ ИНОМАРКАХ

- Знаешь, какие автомобили мне нравятся больше всего?

- Какие.

- Узкоглазенькие такие. Лучше всего из них, думаю "японочки".

*

ЛИБЕРАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ

Все вот кричат: свобода, свобода, дайте нам скорее свободу.

И колотят друг друга со всей дурацкой мочи .

Вон Америка - "страна свободы".

И они все там давно уже ходуном ходят.

И бандитов поэтому там всегда было много.

А у нас теперь стало еще больше.

А я признаю свободу самую главную - от греха.

*

ОХОТА НА ЛОСЯ ПО БЕЛОТРОПУ

Охотиться на лося по первой пороше мы поехали на северные болота Тверской губернии - под Максатиху. Нас ожидали девственные леса и первобытные топи. Снег за два дня подтаял - задача усложнилась стократно. Дорога - это каток и бассейн одном флаконе. Поля стоят бледно-зеленые с редкими проплешинами снежных "тюбетеек". Все сдул немилосердный ветер.

На лося можно, во-первых, охотиться "с подхода" - это когда охотник идет по следу, постепенно распутывая изысканную, лаконичную вязь на снегу и "читая" места остановок, лежек и кормежек зверя.

Во-вторых, и только в августе, можно поохотиться "на реву". Когда в команде есть мастер подражания лосиному реву в период гона. Тогда зверь выходит, чтобы сразиться с соперником. Появляется из чащобы навстречу обжигающей шею пуле.

В-третьих, часто охотятся с собаками - когда засеченного по следу зверя окружают, хватая за бока и покусывая за ноги, не давая ему и шагу шагнуть. И так стоит он, словно памятник самому себе, онемевший и загипнотизированный ужасом неизбежного, пока стрелок со смертоносным "жезлом" не подойдет к нему практически вплотную...

А нам выпало самое непростое - облавная болотная охота.

Ни свет, ни заря вышли на исходный рубеж и встали на номера. У меня третий номер. Классически, по-русски. Позиция "утоптана", патроны досланы. Теперь не должны отвлекать ни заяц, ни тетерев, ни лиса. Стрелять сегодня можно только волков - если появятся. И, конечно же, нашего зверя. Вот сейчас загонщики должны "вывести" целую семью: самца, корову и теленка. К несчастью, нам перебежали дорожку два местных молодца с заполошной собачонкой. Они-то и спугнули четвертого самца часом раньше. До того, как мы встали на номера - на линию стрелков. И он ушел по своим лосиным делам. От греха подальше.

А вот и первый выстрел загонщиков. Куражисто забрехали наши собаки: Кузя и Вега. Но лосиная семья, тонко почуяв облаву, у второго номера резко свернула. Начала стремительно отростать от нас ближе к болоту - и через четверть часа была такова.

Как говорится, зверь ловко обманул зверя с ружьем. Что ж, борьба есть борьба. Наша команда, закручинившись, понемногу двинулась на ночлег в егерскую избу. Грех, конечно, но в душе я порадовался за эту лосиную жизнь. И все равно без добычи в тот день не остался.

Наградой мне была великолепная шкура зазевавшегося бобра.

*

Р У Ж А Л К О

Зимой, на мокрой охоте - в болотах можно, если улыбнется мимолетное охотничье счастье, завалить секача. В это время зверь уже вылезает как следует. Он - почти тот же лось, но на коротких ногах. Зато со свирепым, неукротимым нравом.

Итак, снова мы вдали от больших городов, снова метет поземка: через две недели на наши головы наступит Новый год. А наш секач об этом пока и не подозревает.

Чуть свет - на ногах. Быстро выдвинулись и рассредоточились по номерам. В этот раз ненужные конкуренты нам не мешают. Загонщики подняли с лежбища секача, самку и двух "поросят" ростом чуть поменьше родителей. Переростков-тинейджеров. И вот вся эта веселая компашка по кабаньей тропе уже движется по направлению к нам.

У меня снова третий номер, но, увы, не на самой тропе, а за зигзагом зыбкой лесной дороги. Встал на номер за двумя редкими елочками. Наломал себе лап, слегка утоптал площадку, зарядил свое ижевское ружалко. Полюбил я его нежно и трепетно - словно девушку. От моих рук приклад и ложе порой становятся горячими. А перед охотой оно - все в порыве.

Сейчас - время соблазнов. Их вокруг - море. Вон рыжей искрой сверкнула лиса, оставив на память на снегу свой нарыск. Стрелять мне нельзя. Раз за разом достают птицы. Вокруг тихо-тихо, спокойно. Стрелять пока еще нельзя. Тишина порой кажется абсолютной. Снежинки падают с таким грохотом, скрежетом, словно это - мелкий песочек соскальзывает по жести.

Где-то рядом треснула веточка. И другая. Не кабаны ли. Совсем близко от меня грохнул выстрел. И вдруг под густой елью на уровне колена шевельнула лапу невидимая птица. А ее подружка бесшумно качнула у земли другую еловую лапу. Напряжение стремительно нарастает. Еще один близкий выстрел - с другой стороны. Как потом оказалось - это был "бросок кобры" чьей-то картечи вслед убегавшему волку. Похоже, на этот раз мы уйдем из леса, не тронув ни шерстинки.

А кабанья семья во главе с секачом отвернула с тропы и ушла на болота. Вот они - судьба и охотничье счастье. Но я верю, что когда-нибудь моего внука поболе порадует, а, возможно, и выручит эта старенькая "вертикалка" с ореховым прикладом, таким уютным в руке.

* * *

САМОЕ СИНЕЕ В МИРЕ

Ты, ветер, утренним дыханьем

Счастливый парус напрягай,

Волны внезапным колыханьем

Ее груди не утомляй.

НЕЧАЯННАЯ РАДОСТЬ

Хочу поделиться с терпеливым читателем нечаянной радостью - моей находкой.

Это рукопись.

Вернее, несколько полуслучайных листков, принесенных в эти скоротечные дни непоседливым черноморским ветром к нашему крылечку.

Как выразился , отправляясь в очередную кругосветку, один широко известный в узком кругу поэт: будет, что почитать по дороге на родину, к родительскому дому.

Итак, разглаживаю ладонью эти бестрепетные странички.

Смотри и слушай.

Слушай и смотри.

*

В ЗАРОСЛЯХ

Ветер сквозь лес пробирался, волосами за ветви цепляясь...

Эти таинственные, словно подслушанные или неясным путем образовавшиеся в глубине души, не соответствующие пейзажу слова повторяла милая умненькая девочка с платиновыми волосами.

Она приехала в очередной раз в Вишневку - в гости к громадному и таинственному Черному морю. Уставшая, слегка обгоревшая в свой первый же день "на югах", устремилась сквозь цепкие пальцы кустарника в укромный уголок огромного огорода, как раз рядом с поворотом заборчика, который по непонятному капризу назывался приезжими "тупым углом".

Там, в самом прохладном месте, этим летом должен быть дан решительный бой главным комариным силам. Девочка эта любила фантазировать и смело примеряла на себя характеры и повадки разных зверушек.

То требовала называть себя Бобиком и заливисто лаяла, то мурлыкала и ластилась, словно пушистик-котенок, а то ни с того ни с сего заводила нежнейшую дружбу с двумя ужасными и веселыми кобрами - папиными руками.

Конечно же, у нее было полное настоящее имя, которое почти невозможно было назвать "ругательно", а только уменьшительно-ласково. Но это не суть важно. Важно то, что сюсюканье взрослых завершилось два лета назад закреплением за ней строгого и не по годам взрослого имени. И это восхитительное имя с тех самых пор гордо увенчало популярный и даже знаменитый в "подключенном мире" сайт. Но подобные отвлеченные мысли были как будто чужими.

...А вот наконец-то и проплешина среди зелени, где ей предстоит вступить в бой с этой коварной и чудовищно кровожадной Комарихой.

Ага, вот уже началось.

Все сильнее звон комариной атаки.

Звук струн все выше, и выше, и выше.

Отбиваться приходиться налево и направо.

А вот эту - на икре, под коленом, я не заметила.

У-у-у, как насосалась. А улетая, лениво лягнула меня.

*

ЖИВОЕ ДОЛЖНО ЖИТЬ

Не зная, победа это или поражение, стояла девочка - смущенная, с брошенными вдоль тела руками и низко опущенной головой. А ведь всю весну и начало лета она мысленно готовилась к предстоящему бою. И только теперь стал проясняться истинный смысл родительских слов, туманно долетавших сквозь нежные интонации и поглаживание непокорной головенки: живое должно жить.

Что ж, тем лучше. Ведь ей и самой нравилось "пчелкой" летать в недлинных девичьих снах. Может быть для "кого-то", таинственного и огромного, она сама - такой же назойливый и неразумный с виду комар...

Была уже середина навалившегося на море и пологие, полувыцветшие холмы всей своею солнечной громадиной лета. Когда лишь изредка окрестность взбрызгивается животворным дождем, словно упруго-упрямое полотно в руках прилежной хозяйки-гладильщицы, принимая на себя увесистую тяжесть очередного солнечного удара. Спрятаться от которой можно только в гостеприимной морской стихии, фыркая и шипя раскаленной кожей.

В это лето девочку с трех сторон как бы обступили: радужные цветы щедрого крымского разнотравья, гомонящие птичьи голоса и букеты, нет накатывающиеся волны запахов. Среди которых самым томительным был густой и пьянящий аромат сирени, накрывающий с головой - словно неумолимый морской вал.

Море своими теплыми, улыбчивыми губами, будто щенок, бережно и ласково прихватывало ее за щиколотки, за спину, за пальцы. Возвращаться домой ей отчаянно не хотелось.

И вырастать, почему-то, тоже ...

*

ДЕВЯТЬ КИЛОМЕТРОВ НАД ЗЕМЛЕЙ

И снова - в путь. Наш ИЛ-86 - двухэтажный и полупустой.

Земля незаметно для глаза провалилась сразу километров на девять. Но очень и очень скоро мы вновь обрели ее твердь. Сервис на борту международного рейса - международного уровня, ничего не скажешь. Симферополь встретил нас радостным солнцем.

Приехали - сразу же на море.

Вода пенистая и ласковая, как парное молоко. Дочь прыгает в волны спинкой назад и ныряет за камешками. Но самые лучшие камни - у полосы прибоя.

А над дорогой как солнышки или теннисные мячи - плоды крымских субтропиков.

*

КРЫМСКИЕ ЗАМЕТКИ

Угроза несчастья почувствовалась всеми сразу.

Магически, непостижимо, одновременно.

И сразу рванули на пока еще гостеприимное море, чтобы обернуться до обеда, не угодив прямиком в шторм.

Но облака не без помощи вдумчивого ветерка рассосались, понемногу распогодилось, и мы основательно пообгорели. Поздно нас "вынули из духовки".

Мама, через сколько минут мы пойдем купаться? Вопрос этот задается подряд двадцать раз в течение двадцати минут. В результате от палящего солнца спасаемся в пушистых струях Нептуна. У Жени от ветра дважды улетал зонт. На третий раз ветер сдул с пляжа его самого. А на обратной дороге из крымского разнотравья удалось собрать роскошные сиренево-фиолетовые букеты.

Утомленные, проснулись только поздно вечером.

Папа, где мы: во вчера, в сегодня или уже в завтра?

*

НАВОДНЕНИЕ В ГРОЗУ

Вдруг как-то особенно жалобно кукарекнул петух.

Наверное, он поет свою прощальную песню, - предположило наше юное дарование. Да-да, это - баллада о курином бульоне, - уточнил кто-то из более опытных крымчан. И действительно, в обед на первое был куриный супчик, на второе - его же бедрышко, и даже компот из петушиного крика.

И вдруг разразилась гроза. Кто не успел принять душ - мгновенно промок насквозь. Я чуток зазевался - отвлекся на шутку, что сегодня у нас отключают воду. А сверху в это же самое время обрушилась стена воды - целый водопад.

Ура, у нас наводнение! - кричала под раскаты грома доченька что есть силы. И тут же озабоченно: А громоотвод здесь есть? А шаровая молния к нам в окно не влетит? А часто эти самые молнии бывают?

Раз в двадцать лет.

А когда была последняя?

Год назад.

Ну тогда ладно.

И сразу же успокоилась, потеснее прижавшись к руке.

Зато после дождя босиком по лужам мы шлепали от души.

*

МОРСКИЕ ДРАГОЦЕННОСТИ

Распогодилось.

Решено по-быстрому сгонять в севастопольскую Северную бухту. Дочку решили не брать. А зря. Без нее на пароме - пустовато и скучно. Крейсер "Москва" после ремонта в Николаеве переживает "косметический ремонт" здесь, в Крыму. Увидели его мельком. После остановки "Арт-бухта" углубились в городское чрево - продовольственный рынок. Но самое главное впечатление на сегодня от залитого щедрым летним солнцем Севастополя - это, конечно, его площади, бульвары и скверы. На Приморском выставили живописные шедевры современные Айвазяны. Пара-тройка маринистов прикорнули в тени платанов со своими весьма недурными работами.

Расставались с городом, сказочно красивою бухтой, памятниками и маяком с сожалением. Наш бросок через Вишневку прямо к покатым соленым морским валам длился час-полтора.

Песок был еще мокрым после вчерашнего ливня. "Ветер с моря дул...". Черноморские волны с крупными барашками являли довольно грозное и неуютное зрелище. Но нас было много, поэтому ничего не боялись. Потоптались у кромки прибоя - и вот мы уже под крутыми волнами. Дочка бесстрашно бросается навстречу каждой волне. Мордашка счастливая. Отплевывается и неустанно смеется невесть чему. Морские духи сегодня выбрасывают нам свои лучшие камни и камушки. Многие из них удивительно похожи на моховый агат: та же промытая чистота и такие же фантастические, живые прожилочки мха. Это - своеобразные морские драгоценности и волнующая память о грозном, но гостеприимном и согревающем душу море.

*

МУЖ МУХИ - МУХ

Мам, у этого Муха его волосатые ножки очень похожи на ноги нашего папы. А скоро мы пойдем на речку? Без долгих разговоров собрались и пошли. Взглядам предстала райская долина. Субтропики. По отмели перебрались на другой берег реки. Мощные лианы двух видов обвили столетний тополь и опрокинули его навзничь. Река обогнула эту преграду и подмыла крутой берег. Образовался омут. А когда-то здесь было наше любимое место. Тишь, речная гладь и сказочной красоты червонные закаты в духе Сальвадора Дали.

Огромное солнце уходит на покой, а с другой стороны диск луны не спеша скатывается со склона горушки "Точка - женская грудь". Невольно отвлеклись на воспоминания, потом снова взглянули, а луна уже успела подпрыгнуть и обосноваться среди жгуче-ярких, "огроменных крымских звездулин". У тихого, нежаркого костерка жались ребята, подрабатывавшие на выпасе коровьего стада. А вот и сами коровы, которые лихо преодолевают каньон Качи, бесстрашно спускаясь и крутющего берега и с разгона взбираясь на другой, заросший кустарником. А награда за дальнюю прогулку - целый куст колючек, прячущий среди упругих веток сладчайшую ежевику, по-местному, ажину.

*

А К В А Р И У М

В Севастополе есть доступный кусочек таинственного подводного мира великолепный городской аквариум. В нем представлена богатейшая, уникальная коллекция речных и морских рыб. Есть коралловые рыбки и рыбы Амазонии. Есть живая игуана, огромный варан, другие рептилии и пресмыкающиеся. Но больше всего запомнился огромный бассейн с двухметровой белугой и большими и маленькими скатами - морскими котами. И даже не столько обилие рыбы в бассейне, сколько действия рыбин в тот момент, когда служитель прямо в двух шагах от нас начал этих монстров кормить. У него была своя стратегия этого дела, а у рыбищ - своя. Скаты, например, выпрыгивали из воды на полную свою длину, щедро обдавая очарованных зрителей каскадом брызг.

Дети в результате были все мокрющие, но счастливые. Зрелище действительно было не для слабонервных, но и незабываемым - тоже.

*

ЧЕТВЕРТЫЙ БАСТИОН

Инженерный гений графа Тотлебена особенно ярко проявился и заблистал в Русско-турецкую кампанию середины XIX века при обустройстве Язонова редута и Четвертого бастиона.

В первую оборону Севастополя от союзных армий насмерть стояли: батарея No 100 Брулея,

батарея No 120 Манте,

батарея No 53 Тавро и

батарея No 58 Костомарова.

... Сегодня в запустении и разрухе находятся все подземные минные галереи. Но славный Четвертый бастион по-прежнему прекрасен и грозен.

*

Д О К Т О Р И Ш К О

Ну чего ты все: кукареку да кукареку! Вот тебе лечебная шоколадка. И еще градусник - температуру померить. Самая большая на нем вот тут показана - сорок три градуса, но ты не бойся. У нас в доме такой высокой никогда не бывает. Однажды, правда, у меня была температура, которая оканчивалась на запятую и тройку. Я тогда сама немного приболела. А главный профессор лечебных дел у нас, как ты сам знаешь, - мама. Даже бабушка ее слушается.

Лежи, лежи. Ведь у тебя теперь постельный режим. А вот и морс появился. Обильное, теплое, витаминизированное питье совсем не повредит, как говорил доктор из моей детской поликлиники.

В общем, со мной ты очень скоро поправишься. И мы опять пойдем все вместе на море. Прыгать и сигать в волны и нырять через спину.

*

ЮЖНАЯ ЗЕЛЕНЬ

Внезапно, в неприметном с неказистом с виду магазинчике открывается взору фантастический Остров сокровищ с загадочными, невиданными семенами. Этой спящей зеленой взрывчаткой.

Кажется невероятным, но там живет неуловимое прежде "гинк-го" священное дерево Японии и Китая. А живет оно на свете уже полторы тысячи лет. И претерпело выдерживать морозы под тридцать.

Тут как тут окопался и "Лаврентий благородный", в народе же просто лаврушка. Совсем рядом - японская камелия, цветущая без отдыха и покоя с февраля по ноябрь.

А лианы китайского лимонника, умиллионивающего силы принявшего всей душою его спиртовой настой, могут по собственной прихоти раскинуться на десятки метров и будут, пожалуй, покруче колхидского плюща - хищного, цепкого, вездесущего.

В общем, очень скоро некоторым московским квартирам предстоит пережить нашествие наших южных зеленоголовых друзей...

*

ЧЕРНОМОРСКИЕ БЕЛКИ

На самом берегу моря росли высоченные гималайские кедры. Шишки у них огромные. Орешки - в половину детского мизинца, бархатистые, почти черные. Жирные-жирные и сладковатые. Расколоть их непросто, а распробовав, оторваться просто невозможно.

Но не мы одни возлюбили чудо-орешки. Они - лакомство для местных, почти облезлых в это время года белок. Тех еще попрошаек. Сама беличья публика разбить и угрызть кедровую шишку не может. Так вот что они делают.

Увидят, что под деревьями замешкалась, к ночи глядя, парочка или даже один человек - и подгрызают шишечку, паршивцы. Та с грохотом обрушивается вниз, рискуя искалечить "счастливца".

Ведь эти шишки - редкость. Они растут на самых-самых макушках и просто так их не достанешь. Поэтому человеческий соблазн велик. Благо, рядом множество крупного галечника, есть и кирпичи.

Теперь за работу. Старательно разбиваю орех, выбираю в горсть роскошные "бархатки-орешки", предвкушая, что вскоре полакомлюсь.

Щас. Тут как тут настоящие хозяйки этого сюрприза-сокровища: белочки-прохиндейки. Мигом взобравшись на предплечье, наклоняются к кисти и начинают своими изящными лапками не спеша отгибать палец за пальцем.

Если сдаюсь, и они раскрывают кулак, то плакали мои орешки горючими слезами. Белка мгновенно набивает ими полон рот - и смывается.

Если надумаю сопротивляться, то они поступают, словно владеют всем арсеналом цыганских ухваток. Следует мгновенный легкий укус в палец. Орешки летят из жмени на землю. Вся банда моментально их разбирает поштучно. И ищи ветра в поле.

Смотри, в-о-о-о-н они уже подсмеиваются над нами, сидя недосягаемо высоко на ветках.

А нам на головы обильно сыплется шелуха.

*

К О Т Е Й К О

Перед нашим внутренним взором - фамильная реликвия: веер из цветных фотографий. Фотодневник волшебного черноморского путешествия. И отныне в любой день можно вновь прогуляться по тем же самым незабвенным местам.

Вот что напомнил один из многих и многих снимков.

Как-то нам, ближе к вечеру, встретились семь кошек на окошке.

При нашем приближении все убежали, словно их слизнула волна. А самый маленький котенок почему-то остался.

- А ну, котейко, брызни отсюда.

- Оставь, он какой-то совсем неактивный. Может отсюда лишь капнуть.

И капнул.

*

ОРЛЫ СТАЯМИ НЕ ЛЕТАЮТ

В гостях у русского чая воистину необыкновенно.

Наверное, особенно смешно слышать такое сочетание слов улыбчивым, скрытным, с торговою жилкой китайцам. И тем не менее.

Говорят, что главная особенность и изюминка зеленого краснодарского (красивый дар Бога) чая - это ручной сбор нежнейшего чайного листа.

Опустим описание таинственной и непостижимой для простых смертных технологии. Лучше как-нибудь пригласим вас к нашему столу на чашечку этого, заваренного по всем правилам и законам, целебного и могучего напитка.

А на плантации ("среди шлемов, рабов и кнутов") поражает жасминовый запах восхитительных чайных цветов, не переносящих тесноту и толпиниаду букетов.

Каждый из них - сам по себе.

И еще покоряет эта незащищенность и упрямая самость цветов.

Невольно вспоминается давнее: орлы стаями не летают.

*

ДЕНЬ АНГЕЛА

Несколько стесняет и давит ежегодная неизбежность этого нескромного дня. Ведь в каждым разом моему Ангелу внимания нужно все меньше и меньше.

Но то ему только кажется.

В этом году мой Ангел, нечаянно подгадав, в свой день сошелся с Ангиной. Не подумайте. Словно братик с сестрой.

Взявшись за руки, они долго-долго сидели у великолепного праздничного пирога, накрывавшего своим телом немалое блюдо.

При этом были:

роскошные ереванские хризантемы,

орешки - грецкие и фундук,

исчезнувший было виноградно-вишневый сок,

нахальные мандарины ростом с ганзейское яблоко,

и конечно же - Только Моя. Моя радость и отрада: ты.

Любимые стихотворные строки Марины Цветаевой читали в тот вечер наизусть до изнеможения, наступившего только под утро.

* * *

МАРЬИНО - ЖЕМЧУЖИНА РОССИИ

Барятинские, княжеский род, происходящий от князя

Александра Андреевича Мезецкого (XVI-е колено

от Рюрика), владевшего волостью "Барятин"

в Мещовском уезде Калужской губернии.

П Р И Е З Д

Влетаем в вагон за пять минут до отхода поезда. СВ - это маленький "дом на колесах". Царская карета нашего свадебного путешествия. Уснули-проснулись, и вот мы уже в славном городе Льгове. Автобус со стрекозиными глазами мягко принял в свое душноватое чрево и понес вперед, буравя курские черноземы.

Проезжаем хилые деревеньки, черно-зеленые скатерти полей, ниточки невеликих рек и речонок. Ну вот, дальше вроде бы ехать некуда. И вдруг пред наши очи выкатывается жемчужинка - дворец князей Барятинских: Марьино. Обеих жен Ивана Ивановича звали Мария.

*

ШАГИ ПУШКИНА

Восхитительно красивы и живописны окрестности марьинского дворца. Поражает некогда роскошный, а ныне немного заросший частоколом камыша княжеский пруд. Вдали, над колючим "зеркалом" камышиного поля гордо возвышаются два малюсеньких островка.

На одном из них - классическая ротонда, которая рассеянно склонилась несколько набок. А на другом - кирха, построенная князем для своей любимой жены, лютеранки Марии Федоровны.

У пруда полусонно скучает, лениво пошевеливая ветвями, шестисотлетний дубок. А чуть поодаль - две исполинские ели - безмолвные сторожа этого роскошного дворца и сказочного, рукотворного парка.

Снова бродим по безлюдным верхним залам, рассматривая и поражаясь их великолепию. Над мраморной столешницей блистает зеркало, отражая изящные, беломраморные образы хозяев.

Дважды здесь бывал Пушкин. И наборный, мореного дуба паркет помнит его легкие, с изящностью хорошего, чуткого зверя, шаги.

*

К О С У Л Я

В парке внезапно повстречалась молоденькая косуля.

Она осторожно "вела" нас всю прогулку. Отойдет несколько шагов - и обернется. Будто зовет.

Так она грациозно кружила, кружила вокруг нас - неповоротливых. И вдруг нырнула в огромного роста камыши, вынырнув уже на Овальном острове - у кирхи Марии Федоровны. Пришлось двинуть туда - на зов.

Кирха оказалась открытой. Видны следы и остатки камина. Внутри холодно, спокойно и немного грустно. Рядом - два надгробных камня: князя Ивана Ивановича и княгини М.Ф., урожденной Келлер. А на обороте черного камня пророчество о приближающемся Страшном Суде.

Напротив кирхи бетонными колышками обозначена будущая паромная переправа. Пока мы ходили и осматривались, все это время вокруг островка гарцевала, посверкивая пушистой беленькой попкой, наша косуля. На другом берегу четверо заезжих немцев, шумно гомоня и жестикулируя, обмеривали дуб-патриарх, но к нам на остров подойти поленились. Вместо духовной пищи пошли на обед.

Директор Марьино, лично приняв нас после прогулки, подробно рассказал и о местном шведско-российском бизнесе, и о вечной нехватке денег на ремонт дворца, и о вынужденной запродаже двух "люксов" в аренду. Кроме прочего, он укрепил нас в мысли, что у российской собственности и в России, и за рубежом обязательно должны быть умные, цепкие, государственно мыслящие управляющие. И тогда многие беды минуют нас и наших потомков.

*

МОРОЗ И СОЛНЦЕ

Чета Опенкиных взяла под крыло нашу птенцовую семью - медовый месяц все еще длился. Для начала был принесен удлинитель и гигантская фото-вспышка, которая вспыхивала, когда надо и не надо. А от бухты удлинителя окрестные старушки шарахались, словно от бикфордова шнура.

Снимали строго по схеме. Аленушка верховодила - выбирала ракурсы. Мне оставалось вносить в фотопроцесс здоровую хулиганскую струю. Но росно в одиннадцать все было кончено. Пленка - ек! И мы рванули на стойбище косуль.

Мороз и солнце. Набрали душистого хлеба в столовой и по дороге (времен еще Барятинских) ушли в сторону княжеских куртин. Что это за чудо! Не сравнить с московскими парковыми "баскетами". Вроде тот же английский ландшафтный парк со слегка подчеркнутой прелестью природы.

Все как бы "то, да не то". Буйная, вечно-не-спяшая зелень. Вот зеленые ермолочки сосен. Или темно-зеленый таинственный ельник. А вот здесь пламенно-красный мазок и воздушная рощица - рукою подать. Пара косуль интимно скользнула сквозь водопад веток. Совсем рядом. Мы не стали мешать.

Вдруг грохнули два-три выстрела. Надеемся - мимо! К "двум нам" добавился синий "Москвич". Сразу же в лесу застучал топор дровосека. Ретируемся аккуратно, с независимым видом.

По дороге освоили несколько прозрачно-скользких блюдечек, полных кленовых листьев, по которым плавно скользила моя фигуристка. Под занавес навестили чугунную, грустную птичку на другом берегу пруда.

*

РЫЛЬСК И РЫЛО

Отпускной народ отправился на двух автобусах в Рыльск - столицу Рыльского края. Вокруг зеленели взошедшей озимью жирные курские черноземы. У въезда в город развилка: в Глухов или в Глуховку - на выбор. Колют небо и сердце безъязыкие колокольни. Мерзость запустения в церквах: безбожники поработали, засучив рукава. Городок нынче неопрятен, сирот и нищ. Тишина, тоска и неторопливость. Лишь ветер клубит черноземную рыльскую пыль. А местная речка называется запросто: Рыло.

Две комнатки местного исторического музея - это сокровищница окрестной природы и Марьинского дворца. В остальных - наше недавнее прошлое. Старые карты и фотоснимки города Рыльска. Все, что было взорвано, разграблено, сметено в безответное Небытие. Герб города - кабанья голова на золотом фоне и три улепетывающие курские, голосистые куропатки.

Марьинские живописные шедевры - это отдельная поэма, которая уместилась в одну небольшую комнатку. Все остальные сокровища разошлись в несколько десятков музеев страны. Да и эти остатки чудом уберегли от хищных столичных музеев всех рангов и разной совестливости.

Новоявленные рыльские коммерсанты даже сущими пустяками торгуют с ними "по прописке". Как будто их задача - никому ничего не продать. Настоящий хозяин давно выгнал бы таких продавцов в одночасье. В общем, впечатление от нищеты российской глубинки довольно тягостное. Все тот же кумач знамен, прикрывающий беспросветность. На улицах вообще нет счастливых, спокойных лиц. От этого покалывает сердце. Сжимаются кулаки и желваки, а ногти скребутся в ладонь.

*

ИЗБИЦКИЙ ДОМ

Марьинским - в честь супруги - дворец стал не сразу. Первоначально Барятинские назвали его по имени речки Избицы: Избицкий дом.

Архитектура этого "домика" уникальна. Та комната со сводами, которую мы вначале приняли за пытошную, обладает потрясающей акустикой. Люди, стоящие в диагональных углах, могут шептаться, а человек, стоящий между ними в центре этого зальца ничего не услышит. Звук "обежит" его по ребрышкам сводов и потаенным складочкам потолка.

Есть своя маленькая тайна и у фальшивого балкончика, выходящего извне на разъездную клумбу, а внутри дворца - на зимний сад с "пальмами в огороде". Дело в том, что попасть на этот балкон можно было с одного из двух внешних балконов через центральное окно-дверь. И больше - никак. В овальном зале Барятинскими давались балы. Оркестр из тридцати виртуозов-крепостных располагался под куполом на круговом балконе.

В голубую приемную залу, куда гости приглашались на десерт и наливки (семь видов которых поставлялись к царскому столу), крепостные девушки имели право войти только через скрытую дверцу и винтовую лесенку с кухни.

Старинная мебель черного дуба, как и наборный паркет, сохранила свой аромат, руки и вкус мастера даже спустя два столетия. А более позднюю прибалтийскую мебель, сделанную уже на заказ, собрал и перетягивал внук мебельного мастера Барятинских, который жив до сих пор.

*

ПУШИСТЫЙ МЕТЕОРИТ

Оттепель сегодня слегка коснулась окрестности. Иней пропал, зато вылезла из-под снега ядовито-наливная, остренькая трава.

У порога на голову обрушивается капель. Большущие капли настырно лезут за воротник. А вдали клубится приозерный пар. Хотя чему там клубиться? Водного зеркала фактически уже нет, только робко сочится Избица по усохшему, чахлому руслу. А рядом - старица. До нее рукой подать.

По асфальту дорожек тарахтят фунтовые липовые листики-лопухи. А замерзшие лужи богато инкрустированы резным золотом бывших кленовых одежд.

Путь внезапно пресечен живым пушистым метеоритом. Это косуля, взбрыкивая опушенной спинкой, промчалась прямо перед нами, закинув чуть назад и набок головку и сверкая матово-темными фарами глаз.

*

О Ж И Д А Н И Е

Внутреннее убранства дворца требует неспешного пристального осмотра и осмысления.

"Комната печали" княгини Марии Федоровны по истечении времени, к сожалению, превращена в заурядный "люкс".

А великолепный будуар - в пыльное книгохранилище.

Магнитящая взор монограмма на стеклянном плафоне круглой бальной залы, по-видимому, означает, что в этом дворце жило не одно поколение аристократов.

Ныне княжеское потомство прижилось в Швейцарии.

Но здесь по-прежнему затаенно чего-то ждут...

*

МИССИЯ КНЯЗЯ БАРЯТИНСКОГО

Не употребляйте божьего дела для

своих пристрастий, дайте возрастать

свободно насаждению Петра Великого.

Великие люди держатся друг за друга,

и этим держат родную землю:

крепкое державство!

В 1773 году русским посланником при Версальском дворе был назначен князь Иван Барятинский. Ему предписывалось прежде всего называться "Легатус", то есть полномочный министр, и ни за что не отступать от этого требования: "чтоб господин Генерал-майор во все время будущего министерства, наблюдая скромное звание породы, подать о себе выгоднейшие импрессии и сделать персону свою приятною Двору и всей публике, а особливо министерству. Ибо сей путь есть лучший, надежнейший и кратчайший к приобретению общего почтения и поверенности".

Венский двор, видя союз России с Пруссией, стал потворствовать французским интересам на счет русских. "Франция сугубо огорчилась, чувствуя, что инфлуэнция России рождается и основывается на приметном ущербе собственно ей". Первенствующий же министр, дюк Шуазель, полагая в том персональную свою честь, стал хвастаться позволенными и непозволенными, используемыми им способами, а также их результатами. "Он, бья в набат у всех Франции союзных дворов, распространил повсюду свои интриги".

"В Швеции, растравляя разномыслие нации, искал он всеми мерами опровергнуть вольности ее и тем самым сделал для нас из сей короны опасного и активного соседа. Данию обольщал выгоднейшими предложениями, внушая ей прямо, что Россия ее обманет. В Польше вселял между легкомысленными и суеверными людьми фанатичество, а когда оно полным пламенем возгорело, в то же время мятежникам, оружие противу нас восприявшим, помогал не только тайно, но и явно советом, деньгами и людьми".

"Главное же его стремление было при Порте Оттоманской, где самые ненавистнейшие средства истощены были к приведению ее на войну". Словом, везде французские шиканы и обиды. Сюда относится "учиненное вдруг нескладное затруднение в корпусе королевских Ее Императорскому Величеству грамот, несмотря на прежние примеры, а также и нахальный захват в Лондоне у нашего посла занятого им места в королевском дворце и на публичном бале".

Что касается Англии, "то Лондонский Двор, при всяком случае, когда только который ни есть из Бурбонских домов в море покажется, с превосходными силами вопреки ему предстанет, и весьма легка пойдет там на драку..."

Из всего этого и последующих драматических событий князь Барятинский не мог не вынести убеждения, что необходимо быть весьма осторожным к любым предложениям Версальского кабинета. К тому же граф Панин категорически предписал все сообщения, делаемые ему французским министром, принимать только "на донесение до Императорского правительства" и отделываться общими "терминами, прибавляя слегка и как бы собственно от себя, но отнюдь не именем Двора".

*

В январе 1774 года князь Барятинский прибыл в Париж и удостоился со стороны Людовика XV благосклонного приема. Но, в связи с проблемой посредничества Франции между Россией и Турцией, сгустились тучи. "Невероятно, - писал кн.Барятинский, - до какой степени простирается здесь ненависть к нашим успехам. Находящиеся здесь поляки в великом горе. Австрийский посол очень мало оказывает мне откровенности. Если что говорит, то только в общих, с двойным смыслом выражениях".

Стремительно развивавшиеся события все более выпукло обозначили интересы великих держав. В начале 1780 года Императрица Екатерина II вызвала к жизни свой знаменитый "вооруженный нейтралитет". В Высочайшем рескрипте от 27 февраля 1780 года на имя князя Барятинского изложены известные обстоятельства, заставившие Императрицу принять действенные меры для защиты внешнеэкономических интересов России.

В виду настоятельной потребности охранять права нейтральной торговли "признали Мы необходимым уже долгом политики нашей заблаговременно, и прежде, чем оскорбление Российского торгового флага преобразится во вредную привычку, употребить, со своей стороны, к совершенному ограждению и обеспечению его, все от нас и державы нашей зависящие пособия с твердым однако же предположением свято и ненарушимо согласовать оные в продолжении настоящей войны с правилами строжайшего беспристрастия и нейтралитета.

Вследствие того решились Мы на первый случай и доколе крайняя необходимость не принудит нас, против воли и желания, к сильнейшим поступкам, на следующие две меры:

1) на отправление нынешним летом в Северное море двух кораблей и двух фрегатов, для удаления их тамошних вод всяких арматоров и обеспечения к портам нашим свободного плавания всех вообще дружеских народов;

2) на вооружение из флота при Кронштадте 15 кораблей и 4 фрегатов, и на содержание их в такой готовности, чтобы они по первому повелению в море пуститься могли".

*

С целью объяснить воюющим державам (Англии и Франции) мотивы принятых мер и цель их Императрица решила специальной декларацией показать "всей Европе" законность ее требований и мероприятий. Сообщенную князю Барятинскому декларацию он должен был вручить графу Верженн и при передаче "бдительно примечать, какую импрессию" она произведет на графа.

"Сей самый выгодный оборот надлежит единственно относить к изъявленной Нами твердости, а отнюдь не к деятельной перемене в мыслях и правилах тех держав, поскольку оные у них основаны на старой привычке и на старых предрассудках. Дабы зачатое Нами и так далеко уже доведенное здание новой системы морского нейтралитета по первоначальным естественным правам безостановочно довести до конца и узаконить навсегда к общенародной пользе в истинном его свете и разумении, решились Мы" ... разделить российский флот на три эскадры и отправит их в Северное, средиземное море и Атлантический океан для охранения русского и союзников мореплавания.

"Конечно, не токмо мир будет последствием, но путь этот свойственен к восстановлению существующего равновесия в Европе. Однако надлежит предписать точные и обстоятельные узаконения, дабы мореплавателей единожды и навсегда охранить от пиратства, производимого от Англии. Благоразумные люди говорили в Париже, что в характере английской нации более суровости, отважности и, можно сказать, и дикости, нежели во французском и гишпанском народах. Поэтому нужно бояться только англичан, но не французов или испанцев (из донесения князя Барятинского от 13 апреля 1780 года). Сверх того, все здравомыслящие люди во Франции мечтают о сочинении общественного морского регламента на случай войны для нейтральных держав..."

*

В ВЕРСАЛЕ

Мы не обыкли интересов России отдавать на решение времени...

прибегаем к средствам от Бога нам данным по охране славы нашей,

величия государства нашего и безопасности его пределов.

(Екатерина П - кн. Булгакову)

Обратимся теперь к собственно миссии князя Барятинского в вопросе посредничества России при заключении Версальского мирного трактата. Предупреждая ироническую улыбку глубокоуважаемого читателя, сделаем это не торопясь и строго документально.

Как хорошо известно, что Англия наотрез отказалась допустить на мирный конгресс в Вене представителей Американских Соединенных Штатов. Вследствие такого отказа начатые мирные переговоры не привели к желаемому результату и были перенесены в Версаль.

Для участия в переговорах Императрица Екатерина II назначила посланника князя Барятинского и статского советника Моркова быть посредниками между воюющими державами...

Австрийский канцлер, князь Кауниц еще в самом начале переговоров указывал на то, что это - удобный случай узаконить правила вооруженного нейтралитета в окончательном мирном трактате. Однако Императрица предвидела огромные трудности в достижении этой цели. Князю Голицыну было предписано представить Римскому Императору следующие соображения по этому предмету:

Во 1) посредничество представляется удобным случаем для "преклонения Англии, Франции и Гишпании к узаконению правил нейтралитета" в мирном трактате.

Во 2) если очевидно, что такое предложение будет отвергнуто воюющими державами или одной Англией, то лучше его не делать.

В 3) Франция и Испания, вероятно, затруднения в этом деле не сделают, "ибо они на деле испытали, колико им посреди войны действия той системы выгодны были".

В 4) что Англия непризнанием правил морского нейтралитета некоторым образом "воспрекословит своему собственному поведению, когда она фактически им повиновалась, если не из удостоверения в правоте их, то по крайней мере уступая нужде обстоятельств".

В 5) "что мы весьма удалены установленные нами четыре первые правила морского нейтралитета почитать достаточными на все возможные случаи, но что, по крайней мере, каковы они есть, много уже пользы принесли".

В 6) ручательство мирных трактатов со стороны обоих Императорских дворов может иметь место только в том случае, если правили нейтралитета будут приняты воюющими державами в трактате.

Однако не было никакой возможности включить начала вооруженного нейтралитета в Версальские мирные трактаты: все воюющие державы жаждали мира и не согласились затруднять этим вопросом их подписание.

Граф Верженн сообщил русским посланникам, что Англия ни за что не согласится на включение в мирные трактаты Екатерининской декларации о нейтральной торговле, благодаря которой "система морского нейтралитета сделается убедительною генерально для всех народов и на все времена".

Русские посланники имели на эту тему беседу с герцогом Манчестером: "Итак, сего дела (морского нейтралитета) в мирные пункты и не думаю я, чтобы можно было включить, а оное совсем почитать должно посторонним. Я же на оное и не уполномочен: мне только поверено подписание мира. По окончании же сего дела я с вами по поводу признания правил вольной торговли и мореплавания нейтральных, когда вам будет угодно, в разговоры вступать буду".

При общем донесении князя Барятинского и Моркова по итогам переговоров в Версале, они препроводили в Санкт-Петербург "оригиналы" Версальских трактатов. Оба посредника удостоились искренней благодарности от представителей всех воюющих держав, участвовавших в заключении Версальских мирных трактатов.

*

ПРЕАМБУЛА ДЕКЛАРАЦИИ

"Мы, уполномоченные министры Ея Императорского Всероссийского Величества, действуя в качестве посредников в деле умиротворения, объявляем, что трактат о мире, подписанный сегодня в Версале, между Е.В.Британским и Е.В.Католическим, с двумя приложенными к нему отдельными статьями, входящими в его состав, равно и со всеми постановлениями, условиями и обязательствами, в оном содержащимися, был заключен при посредничестве Ея Императорского Всероссийского Величества.

В удостоверении сего и т.д.

В Версале, 3-го сентября 1783 года.

(М.П.) Князь Иван Барятинский.

(М.П.) А. Морков."

Идентичная декларация была подписана в то же день представителем Его Императорского и Королевского Апостолического Величества графом Мерси д'Аржанто.

"Во имя пресвятыя и неразделимыя Троицы, Отца, Сына и

Святаго Духа.

Аминь.

Да будет ведомо всем, кому сие надлежит, или может

в каком-либо отношении надлежать..."

Таким образом, документально подтверждается известный в узких кругах, но малоизвестный широкой публике и тщательно замалчиваемый до сего времени факт активнейшего участия России в заключении Версальского мира 1783 года, в трактатах которого была фактически признана политическая независимость Соединенных Штатов Северной Америки...

*

ВСЕ ВЕРНЕТСЯ

Сегодня - праздник в душе.

Сладкое, неторопливое пробуждение.

Утонченные ласки солнечного зайчика сквозь промытое, сияющее стекло.

И на пальце - новое серебряное колечко.

Решили наконец-то добраться до мазеповых палат.

Но нас поджидало жестокое разочарование. Вокруг царит разорение и непролазная грязь. Единственная в округе кладовщица ушла к соседке. Поэтому все магазины погрузились в предобеденный санитарный час, растянувшийся на добрые полдня и плавно переходящий в их закрытие.

Невозможно проходить равнодушно мимо фундамента бывшего храма. Теперь на нем взгромоздились бездарные здания-сараюхи. Добр человек подвел нас к заветному подвалу - входу в родовую княжескую усыпальницу. Только она и сохранилась до сего дня.

И мы в день нашей свадьбы спустились в преисподнюю. Сейчас здесь разместилась котельная. Угольная пыль раздирает рот и ноздри. Закопчены двери, стены и свод. Сбитые ступеньки - словно остатки зубов щербатой пасти-пещеры. Великолепная некогда усыпальница унижена и разграблена. Ниши со склепами забиты антрацитом. Подземные ходы до времени тоже наглухо "запломбированы" угольком. К каким еще тайнам они приведут ?

Вот вступили в прокопченную зальцу котельной - и замерли пораженные. Над головами, словно мистические созвездия на кромешном черном небосклоне, неугасимо сияли проблески итальянской смальты: красной, лазурной и золотой. Чья-то рука в нескольких местах смахнула копоть с потолка. Или она осыпалась, словно "черная позолота". И росписи неистово закричали в своей первозданной, скрытой от злобы и ненависти разрушителей, нежной и доверчивой красоте.

Выйдя на свет божий, молча и крепко обнялись.

Даст Бог, все вернется на круги своя...

*

ТРИ СТУПЕНИ

Еловая аллея вела прямехонько к палатам гетмана Мазепы. Но до палат мы по-прежнему не добрались. Эта елочная аллейка, словно траектория полета молодецкой стрелы, заманила нас, доверчивых, прочь от дворца - в туманное марево незнаемого.

Вступаем в тесноту музея села Ивановского. Три деревни, как три ступени знаменитого имени обозначили своего хозяина: Ивановское - Степановка Мазеповка.

Здесь не пропадает ощущение, что главным делом этой жизни были кони и женщины. Они и только они несли Мазепу вскачь сквозь вязкое Время.

Воистину сила этого человека жаждала, и не было печали в сердце его. Только расчет и неслыханное коварство...

*

ГУСИНЫЕ ЛАПКИ

В полдень над нашими головами разразился самодеятельный концерт. Чета Опенкиных вывела перед изумленным зрительным залом удивительных певцов и танцоров-самородков.

Восторгают многоцветьем красок разнообразные костюмы. Изумителен занавес. Покоряют дивные, сочные и глубокие голоса. Целостная, гармоничная хореография, рвущийся вовне темперамент, молодецкий задор и азарт танцоров.

Небольшой щипковый оркестр оживили русские трещотки и хитроватая улыбка "балалаечника-контрабасиста" с преогромной балалаищей.

В результате через два часа мы выходили из зала с красными, словно лапки у гусей, ладошками.

*

С Н Е Г И Р И

Вчерашние певуньи в полном составе вдруг высыпали на дорожки парка. Невесть откуда взялся гармонист, и наши души повела сквозь обнажающиеся из-под листвы дерева русская песня.

Были и курская "чебатуха", и ливенская "мотаня", постепенно добрались и до малороссийских "частушек-прихватушек". Девки прихватывали свою "сильную половину" весьма чувствительно, а потом с заливистым смехом отпускали на волю.

Обогнули озеро, дошли до бронзовой птицы - там начались танцы под гармонь. Как теперь говорят: играй, гормон!

Обратно двинулись по следам неутомимого крота. Один бугорок вырос прямо между бетонных плит. Как ему удалось это сотворить - неведомо. Но люди не устояли и растоптали этот маленький земляной мавзолей.

Снова видели снегирей (вспомнилось: так в старой Москве на заре двадцатого века называли нуворишей-миллионеров). Они такие же важные, полные достоинства и в модных цветных галстучках на ярких манишках.

Вечером вызвали одобрительный гул алкоголиков, когда явились на танцы втроем: под белы рученьки меня ввели в зал две прелестницы. Наша троица уединилась, словно молодежная фракция. Зато у нас здесь пахло молодостью, а не перегаром.

Вечернюю разминку закончили чтением вслух моего тезки - Игоря Северянина: о Пастернаке, Цветаевой, Шмелеве и Пушкине.

*

ВОЛЯ К КУЛЬТУРЕ

Пушистой искрой пронзила дорогу лисица.

Спустились к Избице и наткнулись на обглоданный с краев стог сена. А через несколько минут бесшумные тени с тремя рогатыми вожаками возникли и тут же растаяли в не расчищенных лесных буреломах.

Больше нам никто не являлся.

День промелькнул в ожидании пуска всеми желанного бассейна.

А за вечерним дружеским чаем нежданно-негаданно зародилась идея создания самарского фонда "Культурная инициатива" на основе местного художественного музея.

В Самаре, к счастью, осталось немало подвижников, у которых воля к культуре сильнее, чем воля к власти.

Дай же им Бог.

*

НА ДВОРЕ - НОЯБРЬ И НЛО

За окном - неугомонный птичий грай. Что-то, видно, произошло в этом птичьем парламенте, но что именно - глядя через стекло угадать невозможно. Цепочка звуков осторожно вытягивает нас на прогулку.

Светило надежно укутано в облака - обозначено лишь блеклым контуром диска. Зато гораздо ниже таинственно сияет и пульсирует ярчайшее нечто. Оно то вытягивается в ослепительное веретено, то "сгущается" до бубнового туза, то обретает некую сладкую глазу и милую вкусу обтекаемо-каплевидную форму.

Поиграв таким образом с нашим воображением (всеобщим! Но ведь все разом оптически обмануться практически не могли), оно растворилось бесшумно-бесследно.

Произошло это ровно в полдень.

Лес как бы проснулся: приободрился, приосанился. На одной из куртин самой прозрачной - отдаленные ели явственно обозначили зеленый, глубоко декольтированный бархатный наряд.

Ветер, нетерпеливо огибая березовую рощицу, вырвался на белый, пестроцветный луговой простор и, набегавшись, начал подкрадываться на цыпочках к одинокой, пушистой березке.

Сказать бы ей, желтокудрой, что на дворе - ноябрь!

Да некому.

Звенящая тишь.

Пустота и безлюдье окрест.

*

К О Л О К О Л

Мгновенно пожирающий пространство туман цвета сцеженного молока укрыл и укутал окрестность.

Легкий ветерок слегка встревожил газовые косыночки, прикрывшие верхушки деревьев. А отдельные клочья тумана запутались в веселом курчавом кустарнике.

Тишина и лесной покой одновременно хороши и опасны для зверья: грубый хруст веток издалека упредит, но ведь и охотник вскинет свой смертельный стальной жезл на малейший нечаянный шорох. И одним легким "зовущим" движением пальца распорядится: быть или не быть этой конкретной, горячей звериной жизни

Сегодня слышали два отдаленных выстрела.

В этих-то заповедных, исповедальных местах!

В тишине они подобны грозным грозовым раскатам. И гулять в ту сторону сразу же расхотелось.

... Наступил "сороковой день" Поэта.

Где-то в Москве собрались его осиротевшие друзья. "Маяк" представил его первый диск. Господи, срам-то какой: только первый и посмертный. Прозвучали две щемящие душу песни. Как два выстрела.

Было физически больно от того, что обезъязычили уникальный народный колокол.

Стало пусто и одиноко.

Скоро ль родится новый гений на нашей грешной земле?

*

С Т И Х И Я

С самого утра, словно группа захвата, заняли просторный спортзал и до седьмого пота колотили по волейбольному мячу. Он аж звенел от ударов.

Левой-правой-левой-правой-левой.

Кистью-кистью-сильнее-сильнее-еще сильней.

Зато подача была потом: от стены до стены.

В зал заглянул бадминтонист-самородок.

Дал нам форы двенадцать воланов, но все-таки объегорил подчистую. Только в конце гейма по-настоящему ощутили удар, резкость, азарт.

Нежданно сбылась годовая, "сочинская" мечта о бассейне.

Эта, более плотная стихия ласкала, нежила и баюкала наши невесомые тела. Она поглощала целиком, без остатка, без звука и всплеска. Впрочем, иногда брызги тоже летели.

Особенно буянили затейники-остряки, пытаясь хватать женщин за ноги. Видно, этих бугаечков опьянила сытная еда и открытые купальники - рядом. Но нас они оплывали подальше: утопил бы любого из этих "водоплавающих" алкашей без предупреждения.

*

С Н Е Г А

Наш парк навестила внезапная оттепель. Снега - ни крошки. Ни капли. Дорожки - сухие. Инкрустированные листьями "блюдечки" льда пропали, словно их и не было.

На фоне голубого неба - отчетливая графика. Тончайшая, изумляющая, причудливая сеть веток и веточек, словно гигантская, глобальная, прилежно сохраняемая паутинка.

Где же хозяин всей этой красоты? Сбежал в очередной раз, прихватив золотую табакерку, украшенную алмазами. Сегодня наш край - словно зябнущее гнездо после птиц, спешно отбывших в ближние и дальние страны. Стыдно. И больно душе.

А страну снова накрыл толстой периною снег, спасая от мороза то, что еще сохранилось от робких всходов мирной, нормальной жизни.

*

ЕЩЕ ОДИН ДЕНЬ В ВОДЕ

До завтрака - циркулярный, игольчатый душ.

Потом до полудня - бассейн, где "случайно" включились брандспойты гидромассажа, вмонтированные в кафельную стенку. Здесь как бы заново учились плавать лягушачьим стилем брасс, стилем брасс, стилем брасс. Играли в догонялки и плавали на дощечках из пенопласта. У этих досок прескверный характер: выпрыгивают из-под людей, словно живые, и норовят обрушиться сверху на голову доверчивого пловца.

Зато потом - нега колючего душа и освобождение от кошмарного запаха хлорки. Кожа при этом стягивает тело - словно тончайшие оковы.

И, наконец, к вечеру происходит долгожданное погружение всего того, что осталось, в хвойно-жемчужную ванну.

Все. Сон и анабиоз.

Возвращаться в пошлый окружающий мир из пелены этих грез просто не хочется. А возвращаться-то надо. Там уже ждут.

*

ГЛУБИННЫЕ КОРНИ

Новая встреча с князьями Барятинскими.

Вначале прошли вместе с фотографом по анфиладе роскошных дворцовых залов. Потом (уже одни) вернулись и постояли в немом благоговении рядом с бюстиками Ивана Ивановича, Александра Ивановича и Марии Федоровны.

Мир их душам.

Стены в этих залах когда-то были обиты тканями с уникальными и гармоничными рисунками. Менялись они каждые полгода - у князей была фабрика, производящая главным образом сукно, которое высоко держало не только честь князей, но и честь России.

Да, были в те достославные времена отечественные товары, которые на мировых рынках крепко бивали зарубежных конкурентов - в том числе и славное "аглицкое сукно". Кстати, то были, главным образом, плоды нашей мощной промышленности, а не только водка, пенька, икра и меха.

Княжеские дети с пятнадцатилетнего возраста получали в самостоятельное управление овечьи кошары и по несколько десятков крестьян. Работали с ними, обучая, узнавая народный характер, формируя "свои команды" единомышленников. Вот бы поучиться нашим, закусившим удила в междоусобной борьбе, современникам.

А мы увозили отсюда барятинские секреты наливки из клюковки и кофе "с лимоном".

*

ТРЕПЕТНЫЕ МЕЛОДИИ

Где-то вдалеке взмахнула рукой с пушистым платком Зима. Сюда, на курскую землю легкой дробной россыпью докатились совсем незлые холода.

Они восстановили роскошную, узорчатую живопись берендеева леса. Развесили на окрестных деревьях люстры, сосульки-капельки как бы озвучили "органчики" размашистых еловых веток.

Теперь даже нечаянное появление легкого, как улыбка ребенка, ветерка провоцирует целые гирлянды звуков, сплетающиеся в прозрачные, трепетные мелодии.

А покачивание веток-люстр волнует слух и глаз внезапными цветовыми радужными ударами. Иногда (как на "висюлечках" из хрусталя) цвет бывает ядреным, насыщенным, сочным.

Всмотритесь, вон рубиновый глаз неведомого раненого зверя. А вот ядовито-зеленый украсил белоснежные плечи зимы.

А теперь - фиолетовый. Синий.

Шаг назад - и по глазам снова бьет кричаще-пурпурный...

Безумная, но дающая радость симфония звуков и красок.

*

ПАЛЫЕ ЛИСТЬЯ

Нежаркое осеннее солнце утром вспыхнуло и надолго запало в погрустневшие облака. Душа вырвалась в парк, но запнулась о высокий порожек охолоневшего воздуха. Вздрогнула и поежилась.

Нас потянуло с открытых пространств в куртины, к могучим деревьям. Здесь, в тишине, даже прозрачные, тончайшие веточки ломают и гасят волны холода. А остатная рябь может вызвать "гусиную кожу" и только. Под ногами тяжко вздыхают палые листья.

С посохом в руках чувствуешь себя ежиком из детского мультфильма, который выходит из волшебного леса с яблоками на спине и "шашлыком" из желто-красных узорчатых листочков.

И только в вечеру, слегка измотанные и "отравленные" пьянящим, пузырчатым кислородом, настоянном на банных ароматах полусонного леса, начинаем все быстрей и быстрей продвигаться домой.

*

СНЕГОВОЕ УБРАНСТВО

Вокруг нас по всей России разбросала покрывало зима. А здесь - островок поздне-летней природы.

Вижу, как огромное поле пронизали колючие зеленые стебельки юной травы, которой никто не подскажет, что ночью ударит мороз.

Ее спасение - в снеговой пенистой шали. Но горизонт пока не обременен тяжелыми снеговыми тучами. Видно, космос дышит в сторону от этих благодатно-доверчивых средне-русских краев.

Рачительные хозяева сами начали утеплять парящую, словно банька, землю-матушку. Берут под стеклянное крыло княжеские пальмы, нежнейшие розы, цветы. А виноград "в пропилеях", видно, должен выстоять сам в предстоящую немилосердную зиму.

*

О А З И С

Рядом с дворцом скромно притулился маленький аккуратный оазис. Вступаем туда осторожно. Дверь слегка приоткрыта.

Здесь - изумрудное царство.

Глядишь на подсохшую за выходные землю, и возникает ощущение жгучей жажды. Тут радуются любой лишней, случайно оброненной капле. В каждой из них - по грану жизни.

Вот - разноцветный ковер из бегоний.

Благородные каллы.

Слева безудержно-буйно цветут китайские розы.

Справа стыдливо прячутся среди яркой листвы более капризные розы в ногах у которых стелется бесхитростный можжевельник.

Неподалеку скучают независимо-гордые кактусы с самыми разными сортами иголок и с разными характерами.

А под высокой стеклянной крышей - пальмы и кипарисы. Взорвав кадки и кадушки, они вгрызлись в чернозем и сразу же бурно рванулись к нежаркому солнцу.

Что ж, достойные детки могучих барятинских пальм. С упрямством, изворотливостью и хваткой, да с недюжинным русским размахом.

Какой-то нахальный зверь (дыра размером с небольшой арбуз) роет ход под мраморною дорожкой, выбрасывая грунт слева и справа от нее. Он может погубить всех красавиц, подрыв корни. Это будет трагедия в зеленых тонах. Но даст Бог...

А пока княжеская оранжерея живет своей потайной, надежно скрытой от нескромных глаз и алчных рук жизнью.

*

ТАИНСТВЕННЫЕ РИТМЫ

В нашем лесу по-прежнему стоит сногсшибательная тишина. И лишь изредка из-за плеча подкрадываются звуки в обличье, например, треснувшей ветки.

Вздрагиваем и оборачиваемся. Но рядом нет никого. Потом вдруг - новые звуки: будто кто-то на бегу ведет палкой по забору из штакетника. И снова длящаяся пытка тишиной. Словно некто следит за нами издалека и откуда-то сверху.

Затем хаос случайных вздохов, шорохов и вибраций организуется в определенный и доселе неведомый ритм.

Он усиливается.

Еще сильнее.

Причем ощущается даже не слухом, а скорее кожей.

Будто кроме постоянно наполняющего природу множества музыкальных ритмов и шумов с позитивной и негативной окраской над ухом Земли дышит могучий, зовущий в неведомое ритм.

Космический, вечный, непреходящий.

Это - прелюдия какой-то, еще неслыханной симфонии Вселенной. Можно представить последствия ее подлинного звучания (во весь голос), если даже первые, осторожные такты сразу же пробуждают вулканы в давно спящих местах планеты и порождают цунами. Бегут и бегут "мурашки" по океану и по базальтовой коже Земли.

Наверное, и поэтому тоже неоглядные, убаюканные зимой российские просторы как-то невольно ежатся и посильнее подталкивают перед длительным сном под бока уютное снежное одеяло...

* * *

БУКЕТ НЕЗАБУДОК

Роса - это синие слезы России.

ЭКВАТОР ЛЕТА

Приветствую тебя, пышнотелое жаркое лето.

В это время в Подмосковье томительно, звонко, душисто. Цикады сводят с ума своим перезвоном. Но он сладок для благодарного уха городского жителя, который не избалован брызжущими через край красотами природы.

Смакую, наслаждаюсь и вслушиваюсь во все эти бесконечно милые, глубинные и родные звуки, перешептывания и причитания. Вот и сейчас звуки над зеркалом заводи таковы, что слышны чьи-то страстные вздохи и постанывания аж на том берегу.

Если мне на руку или на колени садится передохнуть какая-нибудь местная живность, то не отодвигаюсь, не смахиваю, а осторожно сдуваю ее. Пусть летит себе дальше этой чей-то "обед".

А один комаришко успел вонзить хобот в руку так глубоко, что лег навзничь под набежавшим порывом ветра. Только дочкино прерывистое "дуновенье" смогло усмирить этого зверя и отогнало его, разъяренного от меня. Таинственная рябь на водной глади. Всплеск Водяного за лодочным бортом.

Милое, милое сердцу Подмосковье.

Ширь, тишина и покой.

*

В О Д Я Н О Й

Под окном разбросало свои темные крылья тихое озерцо.

Лишь изредка наморщит оно свой лоб мелкой рябью, да по пояс выпрыгнет рыбина в погоне за жирной мошкарою. Или чайка белым смелым росчерком подпишет и исполнит приговор местному пескарю.

Водомерки, которые кишмя кишат у пологого берега, аккуратно обходят огромные точеные листья озерных лилий. Снизу на этих листьях гроздьями висят "чалмы" задумчивых и неторопливых улиток, которые ближе ко дну сливаются в сплошную колючую массу и исчезают где-то в глубине водоема.

А когда однажды веслом нечаянно поддел и извлек из пучины огромный зеленовато-текучий клок, то доченька решила, что он - из бороды самого Водяного.

Отпусти его, папочка! Отпусти-и-и-и.

*

ЦЕНА СВОБОДЫ

На одном из терренкуров Тата изловчилась и поймала за крылышко кроху-бабочку.

Сама только начиная свою жизнь, она прихватила пальчиками еще более нежную, жалобно трепещущую, как бы взывающую к нам о помощи жизнь. Синие очи доченьки стали в этот момент темными-претемными от сострадания, недоумения и еще чего-то явно неземного, космического, тайного.

Мы с женой переглянулись - морозец пробежал по коже от одной и той же мысли-разряда. Уже через мгновенье ее пальчики сами разжались.

Смотрите-смотрите, бабочка полетела! Я ей не сделала больно, бросилась к нам дочка. Сияющая, счастливая мордашка.

А в награду - полная крышка малинки.

*

ДЕВИЧЬЕ ОДЕЯЛО

Сиплый дождик надо непременно терпеливо переждать.

В сосновом бору под тяжкими, увесистыми каплями гулять весьма неприятно. Бр-р-р-р. Спустя пару-тройку часов на дворе вроде подсохло, хотя небо по-прежнему призатянуто серыми "шторами".

Решили высунуть нос на прогулку.

Но неудачно: снова к нам привалился мокрым плечом тот же дождик. Видимо думал, что мы его не узнаем. Хоть бы переоделся.

Кроме нас, промочил всех знакомых бабочек и трясогузок. Буйствовал до самого вечера.

После дождя вся окрестность затянулась кромешным туманом.

Его густые белесые клочья зацепились за верхушки деревьев вблизи нашего балкона.

А утром показалось, будто за ночь было изорвано и разбросано вокруг могучей рукой чье-то девичье одеяло.

*

З А П Л Ы В

Самая макушка дня.

"Взлохматить" голубую поверхность с визгом и воем, как вчера, нам с доченькой сегодня не удалось. Во-первых, в бассейне уже невесть откуда появился более расторопный народ. А во-вторых, даже в самом мелком месте нашей красавице все-таки "с ручками".

Пошлепав с мамой по скользкому полу, дочь благоразумно и весьма дальновидно коснулась только пальчиками водной глади и по-старушечьи сползла вниз по довольно крутым ступенькам. Чувствую, что в ближайшее десятилетие ставить рекорды по плаванию она не планирует.

Видимо поэтому (лиха беда начало), ухватившись за легкую досточку, моя пловчиха принялась отчаянно молотить ногами. Да так, что наполовину выпрыгивала из воды. Мужчины в бассейне заволновались: на ней был откровенный купальник-поясок. Особенно задорно он топорщился во время отдыха "столбиком на спине".

*

АНГЕЛ В ПОЛЕТЕ

Солнышко тронуло своими пушистыми лапками верхушки берез и елей. "Отрадное" начало просыпаться.

Стали отчетливее радостный гомон птиц и нежные всплески воды. Они завораживают слух и не выпускают тело из крахмала простыней. Полною чашей нега и семейная ласка. И еще: бесконечное любование грациозною позой, в которой пробуждение застает нашу доченьку.

Чаше всего она - в полете. Правая рука вытянута вперед, левая - назад, головка запрокинута. Одна ножка при этом всегда "толчковая". Или это ангел, свернувшийся калачиком и прикорнувший комочком под скомканной простыней. Пока молчит, вся слегка напряглась. Значит, вскоре может отправиться в нежданное плавание. Нет, заворочалась.

Мама, я писать хочу.

Ну что же тут скажешь.

В роду у нее: стрелец - водолей - козерог.

*

Р О С А

Рано-рано утром, утром предрассветным, обжигает босые ступни целебная подмосковная роса. Она жжет и плавит, ласкает и покалывает подошвы мильеном ежиков. Она крадется по острым травинкам все выше и выше к коленям. Усмиряет и успокаивает душу и кровь.

Затем, после этого мощного и желанного росяного ожога, босым ногам становится благостно и тепло. Они долго-надолго (возможно, весь день и даже потом - уже в городе) запомнят эти жгучие поцелуи росы. С нетерпением и радостью наши ноги и ножки ждут нового утра, новой встречи с этой драгоценною влагой.

Этого, до боли знакомого,

и каждый раз неповторимого

прикосновения,

которое прижигает рваные ранки,

ссадины

и ушибы каждого засыпающего,

отшелестевшего дня.

* * *

ПРЕДЧУВСТВИЕ ВЕСНЫ

Ты сердцем любишь творцов духа и преклоняешься перед ними потому, что они облегчили тебе бремя твоей жизни, показали тебе путь к устроению твоей души, дали тебе утешение, дали тебе радость быть сильным; через них ты утвердил себя, свою личность, свой дух и свой характер; и поэтому - знаешь ты о том или не знаешь - они твои пастыри, учители и вожди, создавшие твою Родину и указавшие ее тебе.

ВВЕДЕНСКОЕ

Подмосковное Введенское - один из шедевров усадебной архитектуры девятнадцатого столетия. Да-да, та самая усадьба, которая была подарена Императором Павлом I своей фаворитке Лопухиной. Далее, после Зарецких, имение перешло к Головиным, от них - к барону Штакельбергу, и уже у него Введенское купил В.И.Якунчиков, владевший этой великолепной усадьбой до 1884 года. Он продал ее графу С.Д.Шереметеву, который дал усадьбу в приданое своей дочери, вышедшей замуж за графа Гудовича.

Соединение благородной внутренней обстановки этого неизменно гостеприимного дома с возвышающей красотой природы создает какое-то чудесное, приподнятое настроение, обостряет чутье красоты и гармонии, вызывает и многократно усиливает благоговение и уважение к нашему прошлому, к плодам трудов предков.

В любви и нежности к неугасимой русской провинции всегда присутствует что-то вдохновенное, глубоко национальное и вместе с тем бесконечное, вечное.

Неизбывное.

А сколько здесь музыки вокруг. Она звучит и в размеренных скрипах соснового Бора, и среди коренастых горушек, и у зеркала тихой воды. Что может быть музыкальнее таинственных вскриков и шепотов в темной глубине аллей, мелодичнее разговора кристалликов измороси поутру, тревожного зова негаданной птицы и лепета родничка?

Вот тропка-змейка скользит все выше и выше. Ничего не шелохнется. А дальше - последний взлет, флигель, крыльцо и перила перед Домом. Воздух звенит, и к горлу нежданно подкатывает плотный ком.

И может быть, более русского, более нежного русского, окончательно русского - никогда и не было ничего.

Да и кто у каждого из нас спросит большего?

Ибо удел России - в последнем слове любви.

*

О Т Т Е П Е Л Ь

Природа ошибается редко, но довольно лукаво.

Оттепелью бывают обмануты травы и птицы, позванивающий воздух и чихающие люди.

Весна начинается в носу.

Но до настоящей весны еще, ох, как далекогонько - кусочек "осенября" и три долгие "зимаря".

Суровые лыжники оскорблены физически и морально: ноябрь, а на дворе пока нет ни единой снежинки. Одно благо, что грязь хорошо подмерзает, хрустит, не дает провалиться в болотце, которое притулилось возле речки, за перегибом. А рядом кроты составили целый городок из своих земляных пушистых холмиков, словно хотели в поисках неведомого клада перерыть все Подмосковье.

И ты как бы "тонешь" в тишине и мощи соснового Бора.

Внезапно из-за деревьев выходит ... лось.

Фантазию скульптора, правда, резко окоротили местные фантазеры, и лесной властелин теперь стоит без рогов. Словно некая длинноногая, длинномордая кляча примерилась к бугельному подъемнику, собираясь на нем прокатиться.

Только вот лыжи забыла.

*

ХРАМ НА ГОРОДКЕ

Откуда-то с неба нежданно просыпалось немного снежной крупы. Природа порывисто привстала и замерла: ну когда же ей на плечи набросят пуховую шаль?

Проехав, протрясясь по звенигородским холмам, вдруг оказываешься наедине с храмом Успения Богородицы на Городке, которому минуло без малого шесть веков. Он напоминает Дмитриевский собор во Владимире, и чувствуется, что это - очень намоленное место.

Истоки - во временах Дмитрия Донского.

Могучие стены помнят кисть Андрея Рублева.

Недаром рублевский "Звенигородский Чин" украшает стены Третьяковки. По преданию, здесь же писалась и знаменитая "Троица".

А из-под храма, из сердцевины горы бьет животворный родник воды нежно-сапфирного цвета.

Он освящен и целебен. Гармоничен прозрачному воздуху и окрестной подзванивающей тишине.

*

К Р О К О Д И Л Ь Ч И К И

Ранним утром в лесу непрерывно гомонят звонкие птицы.

Вдоль пустынной дорожки изредка встречаются "лесные брамы" придавленные собственными ветвями к земле деревья.

У автотрассы - пара умерших стоя, могучих засохших елей. По-видимому, выхлопы авто забили им легкие-поры, и великаны уснули, чтобы уже никогда не проснуться.

А вот потрясающий симбиоз: ель и береза почти вровень растут словно из одного корня. Но скоро, очень скоро елочка ласково попридушит свою доверчивую белотелую товарку. А березовый пень доедят жадно набежавшие паразиты-грибы.

Наконец-то тропинка склоняется к Москва-реке.

Здесь как бы заканчивается чугунный забор и местная власть. Здесь, у реки, заблудшего путника поджидает огромный крокодил, поросший густой, ядовито-зеленой травой.

А вот, посмотри, и второй.

Откуда они тут взялись?

Бог весть.

Наверное, отбились от стаи.

Впрочем, и в московским ваннах уже немало рептилий и прочих анаконд, а в аквариумах - пираний.

*

СОСНОВЫЙ ВАЛЬС

На самом краю опушки совершенно внезапно начался сногсшибательный "показ мод".

Не дожидаясь колючих, раздевающих ветров, на язык подиума под золотую солнечную музыку вырвались чуть растрепанные, смешливые березки. Каждая неподражаема. Из-под копны огненных волос сразу - белоснежные стройные ноги.

Осторожно спускаюсь по "царской" лестнице из еловых корней, боясь нечаянным хрустом веточки спугнуть стайку юных красавиц. Поражаюсь роскошному, колкому ковру из опавших иголок. Ковер пружинит, ласкает стопу. И душа готовится воспарить среди оглушающей тишины.

На этом великолепном природном балу встречаются и сосны-великаны, которые готовы упасть, словно неведомая, но могучая сила их резко нагнула и не отпускает. Они, к сожалению, рано-поздно упадут под тяжестью лет. И жалко их, будто родных.

А вот эти корабельные сосны все кружат и кружат под напором жестокого ветра. В них - буйство и сила жизни.

*

СКОРО ВЕСНА

Резкий луч света в лесу - словно солнечная шпага.

Дыхание Бора отчетливее всего чувствуется в волшебной сказке оледеневшей "росе" на ветвях.

И вдруг под вечер, нежданно-негаданно повалил тяжеленный, мясистый, предрождественский снег. Вся природа в недоумении замерла, потом расслабилась и начала кутаться в свой новый нежнейший наряд.

Стреноженный деревьями ветер как бы со стороны, с недосягаемой, невидимой точки, любуется на вальс снежинок вокруг редких фонарей. Он тихо ржет непоседливым жеребенком где-то в немыслимой вышине, спешит поглядеться в промытые тающим снегом оконца асфальта. Но и те вскоре скроются под новым гагачьим пухом.

И долгожданная королева Зима наконец-то полновластно вступит в свои права.

А потом еще не раз и не два упадет и растает снег.

Затем он "намертво" закрепится на полях и в Бору.

Вознесется сугробами к небу.

Усмирит и утишит всех.

И эта напряженная тишина будет значить, что скоро - Весна.

*

ПУШИСТЫЙ ПОКРОВ

Чего только не увидишь в заснеженном тихом Бору.

Вот эта группа деревьев - семья с кучей ребятишек, льнущих к родителям.

А эти словно поссорились - отшатнулись друг от друга, да так и застыли на долгие-долгие годы.

Рядышком - еще одна, совсем молодая семья с первенцами-двойняшками.

Целый выводок хорошеньких елочек.

Молодая березка кокетливо присела на колени к могучей сосне.

Под снежным покрывалом Бор видится иначе, чем в иное, бесснежное время. И эта перемена настолько разительна, что кажется, будто ты - на другой планете, где-то на окраине Вселенной.

Черная графика ветвей, которая была еще вчера-позавчера, сменилась тончайшими и покоряющими душу кружевами инея да заснеженными усами патриархов-елей. А на обманутых в очередной раз оттепелью деревьях горестно замерзают уже набухшие было почки.

Смотрите-смотрите: вон там, чуть в сторонке стоит великанша-сосна, по огромным сучьям которой можно, как по лестнице, подняться под облака. И рядом, под стать ей, величавые липы, чьи стволы сходятся где-то в захватывающей дух вышине.

Вокруг совсем мало зверюшек.

Только редкий вскрик птицы.

И кажется, что Его Величество Бор медленно засыпает до самой весны...

*

ДЕВИЧИЙ СЛЕД

Снова под ногами вкусно хрустит колючий снежок. На душе тихо и радостно. Хочется мысленно обнять каждое деревце, погладить всякую веточку. Вдруг из-под снега вырос огромный, в два человеческих роста, обгоревший пень с зияющим "медвежьим" дуплом. А ведь это нибудь-чей лесной зимний дом. Ладно, не будем тревожить жильцов.

Глянул под ноги - и вижу чей-то маленький, слегка присыпанный снежком (девичий?) след. Вот ее шаг стал задумчив. Теперь остановилась. Остановился и я. Вправду, дивная красота открывается взору с этого самого места. Поневоле остановишься-залюбуешься. От тишины закладывает уши, словно при посадке самолета. Слышен только жестяный скрежет и грохот снежинок, бьющихся о нагие ветки...

На какое-то время негаданно найденные отпечатки изящной ножки слились с другими на этой узкой утоптанной тропке.

И вдруг тот самый, наш девичий след юркнул куда-то вбок.

Ну, доищется она приключений на свою походку.

Ага, спустя метров восемь в ту же сторону, в ельничек, свернул и мужской размашистый след. А следов обратно что-то не видно...

И все это скоро-скоро деликатно присыплет пороша.

Совпали те два следа во времени, иль нет - Бог его знает. Уже завтра от этой тайны не останется и намека.

*

МАГНИТ ДОБРОТЫ

Замышляющий и вершащий недоброе дело, ранит и мучает свою собственную душу.

В конце-концов он сам убивает ее, хотя некоторое время тело его еще живет по инерции.

Народом все это пристально-точно называется душегубством.

А то, что добрый человек задумывает и мастерит, якобы, "для других", на самом-то деле он совершает для себя, любимого.

Значит, в этом у него есть острая личная потребность.

Поэтому разумный никогда не ждет благодарности от других за сделанное им добро.

Ответные дары - уже внутри его самого.

Будут люди благодарны ему - хорошо.

Не будут - Бог с ними.

*

Л Ь В Е Н О К

Легкая для ходьбы лесная дорожка - это радостная для ребенка тропинка под горку.

И вот она наконец-то приводит нас к цели - оказываемся перед гениальным творением Николая Александровича Львова. Этот "дом с животиком" (сосем как у дома Пашкова в Москве) окружают со всех сторон трепетные голубые ели словно юные балерины.

В нем, в этом доме, чтобы подняться на второй этаж и увидеть потрясающие душу русские дали, надо преодолеть шесть (!) лестничных маршей.

Дом "чудовищно элегантен".

Но сейчас заходить вовнутрь с мороза кажется неразумным. Отложим это удовольствие до следующего раза, до нового посещения.

Стоя со стороны реки на холме близь усадьбы, хочется кричать что есть силы, прочищая легкие и срывая криком пласты снега с тяжеленных еловых ветвей.

О-го-го-го-го-го-го-го-го-го !

Э-ге-ге-ге-ге-ге-ге-ге-ге-ге-ге !

Обернулся - усадьба за эти минуты успели врасти в землю на глубину в пол-окна.

*

НА МОРОЗЕ

Издавна на Руси особенно любят вот такой, перехватывающий дыханье морозец.

Люди становятся похожими на рыб, жадно глотающих воздух.

Прикрывают рты рукавицами и спешат по домам - к теплу.

Упавший ночью белоснежный, вязаной шерсти покров надежно скрыл все грехи прошедшего дня: дела и помыслы среди такой красоты - чисты и без изъянов.

По елью остатки вчерашнего пира: расшелушенные белками и клестами шишки. Все это медленно скрывается под всепоглощающим снегом, который падает с мерным звуком шелестящей фольги.

А вот эта веточка только чуть-чуть неосторожно высунулась на тропинку расправа с ней была коротка и жестока. Отщепенку тут же пригнули к земле. Хорошо, хоть не надломили. В жизни, гораздо чаще - именно так и бывает.

Издалека донесся треск иззябнувшегося дерева.

И снова все замерло и забилось под белое богово одеяло.

Где-то тихо вскрикнула птица, и вновь почудилось невидимое движение под сенью Бора. Как в незабвенной детской игре "замри-отомри".

И сердце почему-то подскуливает одиноким щенком.

К вечеру внезапно загудел-забуянил за промытым окном ветр-ветрило. Вышел через минуту на балкон - тишина. Только сыплет роскошный снег, бриллиантовый вокруг фонарей.

Видно, я этот ветер нечаянно, незаметно спугнул.

Снова - безлунная тишь.

И как раз

вот тут-то

кто-то как...

*

ЛИПОВЫЕ ОРЕШКИ

На белоснежной простыне под старой липой черным-черно от "мышиных хвостиков". На самом деле так прячутся под снежным покровом от нескромного взгляда и прикосновения липовые орешки - великолепное лесное лакомство.

Веточки слабых, полупустых орешков стелятся по насту и быстро тонут в снегу. Они не встают, словно ванька-встанька, хвостиком вверх.

Потянешь за этот хвостик - а там не мышка, а зонтик, под которым разместилась целая семейка самых ядреных орешков. По вкусу - будто кедровые ядрышки, но толь гораздо слаще и не такие жирные.

За ветреную ночь под липу нападает тьма этих зонтиков.

С удовольствием каждую зиму грызу эту мою "липовую радость". Как когда-то, в незабвенном Вороново.

А порою потянешь за самый толстенький хвостик - и вытащишь... Нет, не мышку, а всего лишь пустой зонтик.

Значит добыча в этот раз сорвалась, а улов остался под снегом или достался более удачливому рыбачку.

*

СЕРЕБРЯНОЕ СОЛНЦЕ

Хмурое зябкое утро.

Наш продрогший за зиму Бор весь напрягся и затаился.

Небо затянуто плотною шторой.

Среди поскрипывающих молчаливых деревьев даже просто гулять как-то зябко и неуютно.

Да и на душе почему-то неясно-тревожно.

Но вдруг сквозь ветви елей, и раз, и другой мелькнуло призрачное видение.

Нежданно-негаданное солнце.

Оно было не ярче луны в полнолуние.

Серебряно-платиновое, слегка погнутое и пульсирующее светило. А от него - серебряные широкие лучи "крестом".

Словно Таинственный Знак замерзающим, потерявшим тропинку в зимнем, замерзшем Бору.

Даже и не дыхание неизбежного будущего тепла.

Просто - волнующее предчувствие весны.

*

ТИХИЙ ДЕНЬ

Тихий, погожий день - день особенный.

Он благостен, грустен, застенчив.

Шаловливый ветерок пытается прокрасться краем опушки.

Но ели стоят, крепко сцепив ветви, и дерзкий незваный гость тут же метнулся к более доступной, безответно-покорной реке.

Слышно, как в Бору у самых больших деревьев трещат-постреливают от мороза стволы. И возникает волнующее чувство, скорее пред-чувствие, что это где-то рядом лениво ворочается медведь-лежебок.

Бор завален снегом больше, чем по колена. Какая-то снежная пустыня. Но пустыня опустошает входящего. А эта - питает душу сытно и вволю.

Останавливаюсь и долго-долго стою неподвижно. И внезапно Бор оживает. Принимая меня за диковинное дерево или камень, не обращая на этот "пень с руками" внимания, живые существа осторожно начинают свое таинственное движение.

И вскоре вокруг меня уже вращается целая лесная вселенная. Бор принял и понял меня.

Всем сердцем хочу, чтобы эти негромкие слова, вышепнутые о русской природе, о ее нежной беззащитности и покорности, стали бы близки всем и в то же время были восприняты каждым сердцем в отдельности как что-то очень личное, сокровенное, предназначенное только ему.

* * *

ВОРОНОВО - ПОДМОСКОВНЫЙ ВЕРСАЛЬ

Дела давно минувших дней,

Преданья старины глубокой...

Пташечкой пролетела неделя бурных дочкиных сборов.

Вот уже и Вороново.

В тесноте, да не в обиде.

Мы не ведали, понятия не имели, что это за потрясающая усадьба, но вскоре узнали. После победы в Куликовской битве Дмитрий Донской пожаловал земли к югу от Москвы в качестве вотчины Боброку - воеводе, под командой которого находился засадный полк, по сути предрешивший исход той славной битвы. Свое современное имя Вороново обрело позже - когда перешло во владение Воронова-Волынского. Затем усадьбой владели Ростопчин, Воронцовы и Шереметьевы. Может быть были и другие хозяева - всех, пожалуй, не вспомнить. Зато нынче...

О, нынче перевернута новая, совершенно фантастическая страница истории Воронова. Первая смелая вылазка - к голландскому домику. Таких всего три в России: под Питером, в Кусково, и здесь - в Вороново. Издалека этот сказочный домик выглядит совершенно нереально на изумрудном фоне парка в окружении двухсотлетних лип, парящим над Юрьевским прудом. Но, подойдя ближе, с тягостным удивлением видишь, что в это чудо уже вонзились на сорок девять лет остренькие хорьковые зубки частника-приватизатора. Говорят, что брательника одного из бывших...

*

МАЙСКИЙ СНЕГОПАД

Середина солнечного мая.

И вдруг с утра - снег нам на грешные головы.

За окном какое-то мутное марево.

Обильный, ненастоящий, кажущийся бутафорским снегопад в густющем молочном тумане. Гигантские снежинки гулко падают в тишине. Недоуменно топчемся на балкончике, отравленные кислородом и оглушенные тишью.

Днем все вновь стало с головы на ноги. Подмигнуло солнышко, и начался большой прогулочный фотодень. Трель-морзянка беспокойного дятла подчеркивала многоточиями задумчивую многозначительность природы. Да майское чириканье в гнездах показывало Господу Богу неуместность дальнейших снегопадов.

*

ЛЕСНАЯ ГОТИКА

Утро лучше всего начинать с родника.

А там трагедия - погибает разбитая и лежащая навзничь девушка с розовой кожей. Надругались над ней бесчеловечно - уже не помочь. Пришлось расчистить родничок, и он зажурчал звонко и радостно. Омыл розовые девичьи ноги.

Дальше путь лежит во владения Зеленого Дыма. Лесная готика поглощает без звука, одним движением - на полувздохе. Кроны сцепились где-то в поднебесной вышине. И вдруг над нашими головами зазвучал Бах. А у Таты родились стихи про фонари-звонари. Дорожки под ногами пружинят, словно живые существа. Воистину, робко погулять с нею просит тропка. Где-то за кустами шуршит лето...

Но надо поспешать в вороновскую церковь к обедне. По волшебным лесным тропинкам добрались вначале - до старой усадьбы, потом - до погоста, колокольни и церкви Нерукотворенного Образа...

В 1763 году Карл Бланк сотворил это маленькое чудо - нечаянную радость для нас, удивленных потомков. Сама церковь представилась могучим богатырем, по плечи вросшим в землю. На колоколенке уже есть навершие, и установлен золотой крест. Подняться на нее, как в прежние времена, уже невозможно идет реставрация. А налюбоваться этим радостным шедевром зодчего мы смогли всласть. И как же сочетается храм с лесной, тихо звучащей в окрестных аллеях музыкой и графически простой природной готикой.

Божественно.

Сладостно.

Дивно.

*

ЗАЗЕРКАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ

Итак, кажется, что сегодня в Вороново никого не осталось.

В тишине и покое работается быстро и зло.

Солнышко скрылось в ленивом тумане. Кругом - беспросветная синяя мгла. Все стихло, словно напряглось. Оживление только в гнезде под нашей крышей. Терапия одиночеством полезна вдвойне. Приводятся в порядок мысли. Вспоминается все действительно важное, значимое. Но главное в расставании вожделенная предстоящая встреча. Вечерняя прогулка по знакомой, пружинной лесной дорожке. В так ей позванивает пружина, нет - струна "подвесного" моста.

Ждать окончания разлуки пришлось совсем недолго - целую жизнь. Вот вдалеке зафыркал мотор. Затем подошла долгожданная маршрутка. И снова мы все вместе. И, словно в награду - потрясающий закат над Юрьевским прудом. Алые облака вокруг засыпающего солнца. Синеющее глубокое небо в редких прогалинках. Свежая трава на фоне темно-зеленых, почти черных в ранних сумерках елей. Потом словно кто-то могучий начинает раздвигать плечом облака, добавляя густой синевы в роскошную багровую палитру. И вся эта лесная красота отражается в неподвижной глади пруда.

Здесь хочется рисовать, рисовать, рисовать. А близь подвесного мостика возникает ирреальная картина. Лесенка, сходящая на Островок любви, отражаясь в чистом спокойном зеркале, сливается с такой же "лесенкой", ведущей на остров как бы со дна пруда. Граница водной глади и воздуха неразличима. Зрительный эффект получается потрясающий.

А вдали без устали трудится и трудится дятел.

*

СТИЛЕМ БРАСС

Уснул-проснулся.

Ничего больше не помню.

Все вытеснило грандиозное событие местного розлива - торжественное открытие в здешних местах бассейна. Точнее, мы, по-видимому, хорошо себя вели - и нам туда налили немного воды с хлоркой. Тата с ходу чуть не утопила другую пловчиху - Дашу. Айсберг наш атлантический. И меня она попыталась слегка притопить. В результате сама нахлебалась воды. Но главное - начало сезону положено.

А правда, что я успею научиться плавать?

Да ты и так не тонешь. Вода поддерживает тебя на ладошках. Но надо не забыть потренироваться на суше. Подработать технику. По возможности "поставить дыхание". Да-да, вот так. В результате получаем задержку дыхания: с воздухом - пятьдесят секунд; без воздуха, для подводного плавания двадцать.

А огромная поляна из солнечных цветущих одуванчиков - главный золотой приз нашей будущей чемпионке.

*

ДВОРЕЦ РАСТОПЧИНА

Нежданно очутились "в гостях" у самого графа Ростопчина.

Венецианские зеркала и лестницы белоснежного мрамора. Наборный, мраморный же "паркет". Розовая музыкальная гостиная первого этажа с кессонным потолком и розетками. Два инструмента: рояль и пианино. Большая бальная зала второго этажа в бело-голубых пастельных тонах. Бедный амурчик с полным колчаном стрел, но с отломленным луком и полуоткушенной ручонкой. "Першпектива" из окна, когда видно все до самого Подольска. В былые времена при виде непрошеных гостей к заднему крыльцу дворца подавали лошадей, и хозяев уже "нет дома. Извините." Идем дальше: комната-аэродром, комната из двух комнаток с альковом, комната на двух уровнях с деревянной пахучей лестницей между ними. Все это - анфилада апартаментов внутри дворца.

А у подъезда косарь флегматично скашивает лопухи и пушистые одуванчики. Новый заплыв стилем "поплавок" в бассейне. Потом - скольжение на животе. Скольжение на спине. Обсыхаем.

В награду за прилежание - вечерний терренкур по глухому бору. Старый знакомец - неугомонный дятел. Два букета и зеленые подсвечники из шишек. Березка, которая трижды (!) обвилась вокруг липы. Или - липа вокруг нее. Станки по лущению шишек: первый - под дубом. Внизу, веером - море скорлупок. Второй - в расселине липы, прямо у земли. Как говорится: с дуба падали листья ясеня...

*

ЧИЖ И ЕЖ

Все порядочные люди не минуют вороновскую картинную галерею. Ну и мы, разумеется, сделали фото, пообщались с экскурсоводом и черкнули пару слов в памятную книгу.

А на обратном пути в буквальном смысле "сели на ежа". Вернее, чуть не наступили на него, прикорнувшего близь колокольни среди прошлогодней листвы и новой травы. Секунда - и наш чиж орлом слетел на бедного испуганного ежонка. А через пять минут, освоившись, Тата уже гладит его и дотошно, подробно рассматривает. Ежик - ей ровесник, совсем молодой, с еще не потемневшими иголками.

Этот лесной топотун напомнил о судьбе тех своих крымских собратьев, которых рвал Барс. То был полуволк-полусобака. Разбирался с местными ежами он просто. Легко подбрасывал высоко в воздух. А когда бедный ежик разворачивался из клубка, чтобы приземлиться и убежать, Барс врывался мощными клыками в его нежный беззащитный живот. В итоге оставалась только маленькая колючая шкурка. У вороновского ежа судьба более счастливая.

Улучив мгновение, пока мы отвлеклись на улитку, добывая ему "завтрак с устрицами", наш лесной узник зашуршал по тропинке. Дальше, дальше, в сухие листья, под большую липу - и был таков. Да, стресс у него сегодня неслабый. А мы двинулись поближе к незабвенному бассейну. Поскольку без шлифовки техники и постановки дыхания будущие рекорды невозможны, начали с малого. Глубокий вдох ртом. Резкий выдох - в воду - носом. Вдох - выдох. Вдох выдох. Поплавок.

А "поплавок" у меня получается лучше, чем даже у Даши.

Верно, верно, милый мой чиж.

*

СОЗВОНИМСЯ , СОЛОВЕЙ

Из земли мощно лезут, ну просто выстреливают своими стеблями папортники.

Начались срочные поиски старых знакомых: ежа и двух белок. Дашен с Татой устроили настоящий конкурс экскурсоводов по заповедным вороновским местам. Обезглавленную девушку у родника рабочие пытались подцепить ковшом экскаватора. Но она не далась. Невдалеке обнаружилось величественное дерево-трезубец, а под корой сосны - потрясающего изящества лабиринты.

Ну что ж вы долбите, дятел? Вам кого?

Короеда.

Его нет дома.

А кто говорит?

Его жена. Мужа нет дома, а он ломится! Хулиганство какое-то...

Потом повстречалась липа в три детских обхвата. Спил дерева с девяносто шестью годовыми кольцами.

И много разных зверушек-пичужек.

Да смотрите-смотрите, на пруду - словно таинственные блестки. Эти звездочки - следы водомерки. Натянутая поверхность воды, которую она продавила всеми четырьмя лапками. Гнется, но не рвется. Закончилась прогулка освоением большого велосипеда. Но милее все-таки четырехколесный.

Через час в картинной галерее начался концерт учеников местной музыкальной школы. Молодые дарования приятно удивили игрой на домре. А песня "За окном черемуха колышется" вызвала гром аплодисментов. Конечно, юному артисту это было и полезно, и лестно - как знак первого признания земляков.

А в бассейне - ликование. Тата самостоятельно проплыла первые пять метров.

Почему ты так сильно машешь руками?

А я видела, что так плывут те, кто спасается с тонущего корабля.

Всю ночь в низинке у голландского домика надрывался соловей.

И закончил он только под утро, как бы сказав: "Ну, старик, у нас до рассвета осталось пару часов. Пора чуток отдохнуть. Созвонимся".

*

ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ ВРЕМЕНИ

Что тебе сегодня приснилось, милый? Почему ты ночью кричал?

Все нормально. Это - обычные вороновские сны.

А как это?

Да я и сам не знаю. Что-то мимолетное, темное.

Таточка поет: Неситесь, голуби, неситесь!

А после, подумав: Хочу яичницу!

Во время групповых занятий в спортзале: "А вот, представляешь, у тренера сборной России по плаванию бывало до тридцати таких гавриков".

Рядом идет отработка приемов большого тенниса: зачерпнуть банкой воды и вылить за спину, "лист бумаги" на летящей вперед ладони, обкат ракеткой велосипедного колеса. Закрыть ракетку. Резаный удар - "голова" снизу мяча. Крученый удар - "голова" сверху мяча. Работают голова - руки - ноги. А туловище - неподвижно.

Во время коронного заплыва нечаянно получилось потрясающее "веретено": скольжение на груди - на спине - на груди. Внезапно неровный край кафеля вырвал клок кожи на татиной ноге. Ну прямо раненый пловец-боец. Теперь с бассейном в этом сезоне, кажется, покончено твердо.

Вечером - секретное совещание "типа Большой Диван" в баре. Начался обратный отсчет времени нашего отдыха на всех языках мира, доступных детям. Мороженое - шоколад - боржоми - чай. А потом - безумная дискотека и красноречивый взгляд Дашенс в ответ на мое приглашение к танцу.

В это самое время выпившие на три копейки гости сбросили в бассейн грязные кресла и начали катать на них дам. Детям в такой воде, конечно же, плавать нельзя.

*

БЕЗ ОБИД

Что толку обижаться на других людей?

Да!

Не хватило в какой-то жизненной ситуации у тебя самого ума, быстроты или такта.

Вот и обижайся сам на себя.

На свою нерасторопность, слабость души или глупость, доверчивость или собственную наивность.

В первую очередь виноват ты сам.

На себя самого и пеняй.

Сцепи зубы - и совершенствуйся.

Без обид.

*

ДЕЛО ЖИЗНИ

Искать

и открывать

в родной природе,

в каждом деревце

или букашке

различные стороны

души человеческой и

Божьего промысла.

*

МЫ ВЕРНЕМСЯ

Потрясающее, сияющее солнечное утро.

Ты только посмотри, какие стоят погоды!

Да зачем для отдыха нужна такая жара? Только упреть и вспотеть.

После легкого завтрака - сборы домой. А в три часа - экскурсия по старой усадьбе, последние владельцы которой в той жизни - Сабуровы.

В 1812 году граф Ростопчин в последнюю ночь перед отступлением не пускал во дворец гостей. Оттуда ничего не вывозили, но всю ночь ярко горели свечи, и шла напряженная работа. А утром граф своими руками поджег всю усадьбу, начиная со спальни. Чтоб ничего не досталось отступающим из горящей Москвы наполеоновским войскам...

Вечером уезжали от этого исторического пепелища (сгоревшего отпуска) и мы.

Вернемся ли еще?

Бог даст - обязательно.

*

А в завершение хочу привлечь внимание любезного читателя к небольшому фрагменту текста, который касается одного российского, давно в повседневной суете забытого, Акционерного Общества - знаменитого "Руссо-Балта".

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО

"РУССО-БАЛТ" НА РУБЕЖЕ ВЕКОВ

КАК ЭТО БЫЛО

Прошло больше века с тех памятных зоревых событий. Нестеровская петля экономической жизни полузатянута.

Но беспокойная совесть не позволяет оставаться нам теми, кто не помнит родства.

Так что же было тогда? Как это все было?

Сегодня, 7 января 2001 года на моем рабочем столе неведомо как оказался пожелтевший конверт, а в нем - странное письмо:

Милостивый Государь!

Настоящим уполномочиваем Вас принимать заказы на изделия наших заводов на следующих условиях:

Вам предоставляется право получения заказов на паровые машины и котлы всякого рода и системы, за исключением прямоточных; на двигатели системы ДИЗЕЛЬ; на вагоны специального назначения, танк-паровозы, на запасные вагонные, паровозные и судовые части, на стрелки, крестовины и их части...

*

Господа!

Уважаемому собранию хорошо известно, что построенный в Риге Ван-дер-Ципеном и Шарлье вагонный завод перешел в 1874 году в собственность и заведение нашего акционерного Общества, учрежденного купцами Фрейвиртом, Куликовым и титулярным советником Матвеевым, открывшего свои действия на основании Высочайше утвержденного 29 апреля 1874 года Устава, под названием "Общество Русско-Балтийского вагонного завода" с акционерным капиталом в 1 миллион рублей, разделенным на 2000 акций нарицательной стоимостью по 500 рублей.

*

В Обществе Балтийского завода долгое время не было никаких партий, кроме одной, имевшей во главе бывшего председателя Правления Г.И.Дернена и С-Петербургский Международный банк. Все дела Общества шли в том направлении, какое им давалось этими двумя между собою вполне солидарными руководителями. Но затем, с 1898 года, создалась новая партия, имевшая своим центром нынешнего председателя Правления Р.М.Моласа, причем ввиду значительного числа голосов, ее образовавших, старой партии волей-неволей пришлось с нею считаться.

*

В настоящее время, когда минувший отчетный год закончился неблагоприятным результатом и когда акционеров настигло стремительное падение курса акций, о партиях в прежнем их виде нет уже речи. Если акционеры сами себе не помогут, то никто этого не сделает и, при продолжающихся порядках в делах Балтийского завода, весьма вероятным представляется дальнейшее ухудшение.

Основные требования, которыми акционеры должны будут руководствоваться:

1) Величайшая осторожность во всем, что может касаться покупки чего-либо из состава имущества завода Феникс или взятия этого завода в аренду.

2) Строгая бережливость во всех текущих расходах Общества Балтийского завода и установление точного оклада директоров Правления и членов Ревизионной комиссии на 1900-1901 год.

3) Точная отчетность Правления перед общим собранием, с неуклонным соблюдением установленных законом требований, обеспечивающих надлежащую гласность дел Общества и деятельности Правления перед акционерами.

4) Избрание на открывающиеся должности в высшей администрации лиц, действительно способных по своим знаниям, опытности и энергии, быть серьезными руководителями предприятия и ценными слугами общему делу.

Если результатом такого воздействия самих акционеров на принадлежащее им предприятие явится вступление Общества Балтийского завода на путь строгой деловитости и бережливости, то, по сравнению с настоящим положением, установится гораздо более благоприятная картина как для доходности предприятия и нравственного его кредита, так и для акций Общества в размере возможного по ним дивиденда и в оценке их деловой публикою.

*

И ЧТО СТАЛО

В 1903 году Общество создает первый русский автомобиль "Руссо-Балт" и организует выпуск трамвайных вагонов. В его научном отделе начинает свои блистательные работы Игорь Иванович Сикорский (Sikorsky).

А тем временем в Москве строится второй завод "Руссо-Балта"...

Сегодня это - гордость и флагман космической программы России: Государственный научно-производственный космический центр имени Хруничева (Khrunichev).

Но это - уже совсем другая тема для отдельного и специального разговора...

Подмосковье - Марьино - Крым,

1992 - 2001 гг.

Content

Наталик Игорь
Старица