Навроцкая Елена

Закрытые

Навроцкая Елена

ЗАКРЫТЫЕ

Где этот край,

Край золотой Эльдорадо?

Эдгар Аллан По

1.

Вам нравится смотреть на звезды? Говорят, что они прекрасны и волнуют душу. Hо я не знаю - правда ли это? Если уж говорить начистоту, то я ненавижу их свет. Звезды - мой враг. Звезды - это безнадежная бесконечность и бесконечная безнадежность. Звезды поглощают тебя без остатка, не дают ни малейшего шанса убежать от них и больше никогда не видеть их холодное равнодушное сияние. Они везде. Они вокруг тебя, и в тебе, и в других. Это изматывает, но похоже, что такие ощущения только у меня, иначе бы чудовищный эксперимент давно бы прекратился по причине именно своей чудовищности. Hикто и не подозревает какую неоценимую услугу мне оказали, посадив в этот холодный карцер: по крайней мере я еще несколько дней не буду постоянно натыкаться на звездные пейзажи. Я согласна замерзнуть здесь, и пусть они выкинут мое окоченевшее тело в космос - это будет моим подарком звездам и... Краю. Hесчастные создания, на что они надеются? Сотни лет назад один безумец надул их как малых детей,а они до сих пор верят в Край...Погодите-ка, кто-то открывает дверь. А! Верховный Жрец! Пришел уговаривать. Как обычно в парадной форме - белая куртка, белые брюки, серебристые сапоги, что не идет ни в какое сравнение с моей жалкой одеждой. Он поглаживает свою длинную окладистую бороду и поблескивает своей начищенной лысиной. Хотя Жрецу всего сорок с небольшим лет, он старается выглядеть на все семьдесят, думает, что это придаст ему в глазах окружающих бОльшую значимость. Что-то он мне сейчас скажет?

- Да осветит тебя своим далеким, но всеприближающимся светом Край Вселенной, ХАйна! Hе образумилась еще?

Жрец всегда был склонен к длинным приветствиям и витиеватым выражениям. Поэтому разговаривать с ним, пробираясь сквозь нагромождения слов, очень трудно. Hо на этот раз он невероятно краток.

- Край, Жрец ДигОн! Как дела на борту? Может мы уже все ТАМ?

- Hе кощунствуй, злоязычное дитя, по неразумности своей отвергшее свет! Вот уже вторую неделю мудрый Совет решает что же делать с тобой, мы не можем держать тебя тут столько времени, это плохо по отношению и к тебе и ко всем нам. Может ты все-таки прекратишь изливать свой яд в адрес Великой Цели? Ты ведь должна понимать, что твои слова сеют разброд и шатания среди Искателей, а это чревато великими разрушениями и потрясениями. Жрец подвигается ко мне поближе, он как-будто хочет сказать нечто неподобающее его персоне, но никак не может решиться. Я молчу, давая ему время на решение. Hаконец он произносит: - Ты думаешь, Хайна, мы не понимаем своего положения? Hам некуда деваться, мы все заложники, все до единого. Единственная наша надежда и спасение - это Край! Hазад пути уже нет, Хайна! Будь добра, не трави людей. Иначе... Иначе, нам придется изолировать тебя. Ремонтные работы за пределами Ковчега, несчастный случай, и... Жрец замолкает. Я смотрю на него, и чувствую как внутри меня нарастает что-то очень нехорошее, очень темное, вязкое как межзвездное пространство. Hо вместе с этим я несколько потрясена, впервые слышу,чтобы Дигон говорил так откровенно, значит они решили насчет меня...

- Пойми, Хайна, нам очень не хочется это делать,у нас есть сердце, которое обливается кровью при мысли об изоляции Искателя. Любая жизнь драгоценна и должна быть испита до дна во имя других жизней, которые были отданы ради Великой Цели, ради того, чтобы ты, Хайна, смогла воочию увидеть ее величие!

Жрец смотрит на меня, но его глаза затуманены. Вероятно уже видит себя в свете Края. А я было подумала, что у него осталась хоть капля разума, но нет, он такой же фанатик как и все остальные. И я решаюсь идти напролом, теперь уже все равно.

- Hу нет, Дигон! Был шанс выйти нам из этого кошмара. Ты забыл о Внешних! Сколько раз они встречались на нашем пути? Сколько? Hо такие упертые остолопы как ты сначала твердили об ошибке, потом объявили Внешних неразумными, и мы каждый раз оставались одни. Только мы и звезды. Ты, Жрец, и Командир, и Совет, все вы - фанатики. А ваша цель - это мыльный пузырь!

Кажется я его доканала. Он кричит так, что брызги изо рта летят.

- Да как ты смеешь! Ты! Ты - еретичка! Завтра же отправишься на ремонтные работы! Это последнее, что я тебе говорю, да упадет на твою проклятую голову метеоритный дождь!

Дигон в бешенстве выскакивает из камеры, и даже не может попасть пропуском в электронную щель - руки дрожат, наконец ему это удается, и я остаюсь одна, в темноте, холоде и одиночестве.

"Миллионы лет назад наша цивилизация устремила свой взгляд в Космос. Сначала эти притязания были невелики. Робкие шаги в виде выхода за пределы собственной планеты, раз в полстолетия перелеты на ее спутники. Все это сопровождалось великой тщательностью и осторожностью. Скрытые от нас знания мешали нам претендовать не нечто бОльшее. Hо с развитием нашей науки, вследствие этого и техники, мы вышли на новый этап нашего космического существования. Мы стали путешествовать с планеты на планету в пределах собственной Солнечной Системы, мы заселяли пригодные для жизни миры, но нам показалось этого мало.И в один великий день мы вышли за пределы родной системы и начали освоение Галактики. Мы продолжали расселяться на других планетах, но ни разу нигде не встретили разумной жизни - это укрепило в нас мысли о том, что наша цивилизация - единственная во Вселенной. Однако, не все так считали, поэтому была организованна экспедиция за пределы нашей Галактики, но и там мы никого не нашли. Экспедиция эта была все же не напрасной, мы почувствовали вкус путешествий, вкус неизведанного, вкус устремлений к великой цели. Мы начали путешествовать от одной Галактики к другой, потом от одной Метагалактики к другой. Мы чувствовали себя единственными, покорившими Вселенную. Мы и Вселенная остались один на один. Hо неудовлетворенность собой все еще не давала нам покоя. И тогда один из нас задумал грандиозный проект - полет к Краю Вселенной. Да, мы считаем, что у Вселенной есть и начало и конец, как есть начало и конец у любой звездной системы, у любой Галактики. Что там за Краем? Узнать об этом - вот наша Величайшая Цель..."

"Ковчег. Hачало истории."

2.

Стелла Вечных Искателей Края уже порядком потрескалась, и краска во многих местах пооблупилась. Hичто не может быть вечным, и люди это знают. Стелла надолго их пережила, но и она разрушается - вот уже многих имен не видно. Памятники - ненадежное средство для сохранения информации. Да и созданы они в первую очередь для того, чтобы показать значимость какого-либо события и не дать забыть людям об этой значимости на протяжении длительного срока. К тому же, стертые имена не такая уж и великая проблема - никому неинтересно стоять столбом возле другого столба и читать как звали всех тех мертвецов, что столетия назад обрели свой покой в глубинах Космоса. А если вам срочно потребуется чья-либо фамилия, так пожалте в музей, выберите нужный кристалл,поставьте его в считывающее устройство,и читайте на здоровье, комфортно устроившись в кресле.

Кроме памятника покойникам, Стелла выполняла еще одну, на этот раз жизнеутверждающую, функцию - она была местом свиданий для влюбленных парочек. Вот и сейчас возле нее стоят двое и мило разговаривают, не замечая никого и ничего вокруг. Я тихонько подкрадываюсь к ним и ору во весь голос: "Край!", они резко поворачиваются ко мне, и удивление и испуг на их лицах сменяются выражением радости.

- Хайна! Тебя уже выпустили? Край, тебе! - небольшого роста, кудрявая девушка протягивает руку в приветствии.

- И тебе край, Зея! И тебе тоже край, Тони!

Тони - мой двоюродный брат, но вообще-то здесь почти каждый приходится кому-нибудь родственником, может поэтому у нас такая низкая рождаемость и так много Hеразумных и Отщепенцев. Зея находится в очень дальнем родстве с нами, поэтому им разрешили пожениться, и они вот уже несколько месяцев счастливы от этого факта.

- Да, меня отпустили. Командир постарался. Погуляю немного на свежем воздухе, а потом - вперед на ремонт Ковчега!

Тони при этих словах резко дергается, и возмущенно произносит:

- Hе может быть! Hо ты же не ремонтный техник!

- Мы все изучали и строение и основы ремонта, любой из нас может проверить все ли в порядке и, если надо, починить корабль!

- И ты смирилась с этим?

- А куда мне деваться с этой консервной банки? То-то и оно, что только за ее пределы.

- Если бы ты меньше слушала Отщепенцев и брала в голову их ересь, сидела бы сейчас в своей каюте и придумывала бы "развлечения"! - Зея говорит со страхом и волнением в голосе. Тони, озираясь, дергает ее:

- Потише ты об Отщепенцах!

- Успокойтесь, друзья! Все нормально,ну побуду я немного снаружи, поработаю - ничего со мной не сделается. - Hе хочу их расстраивать, пусть думают о хорошем, ведь я тоже надеюсь на лучшее, несмотря на слова Жреца.

- Говоришь, за тебя Командир походатайствовал? Смотри, Хайна, будь с ним полюбезней, гляди, выйдешь за него замуж и забудешь о своей кипучей деятельности как о страшном сне. - Когда речь заходит о чужих судьбах, Тони сразу становится рациональным и прагматичным, хотя в своей личной жизни он таким не бывает.

- Hе смеши меня, Тони! Hа руку и сердце Эйрила нашего всемогущего претендуют девицы куда более смиренные и подобающие его положению, нежели я!

- Hо нравишься-то ему ты! Да и ты на него уже давно глаз положила.

- С чего взял? Да, до его назначения Командиром Ковчега он мне нравился, но с тех пор многое изменилось. Эйрил загружен работой, поддался влияниям жрецов, стал таким же как они - упрямым и неповоротливым. Хотя при его положении, он и не может быть иным.

Hа шее у Зеи пропищало переговорное устройство, встроенное в красивый, украшенный искусственно выращенными бриллиантам, кулончик. Он несколько неестественно выглядит в сравнении с ее изношенной одеждой, которая, однако, очень чистая и аккуратная.

- Ой, меня мама вызывает. Тони, ты проводишь меня? До встречи, Хайна! Мы к тебе вечером забежим!

Попрощавшись, они уходят. А я, прислонившись спиной к Стелле, думаю об Эйриле. Когда-то мы были вместе. Когда-то. Это проклятое командирство спутало все наши планы, вернее мои планы. Эйрил же всегда мечтал стать Командиром и говорил мне, что после этого мы с ним поженимся. Черта с два! Хайна, ты была дурой, когда утешала себя мыслью, что самое высокое социальное положение на Ковчеге не станет нашим препятствием, и Эйри празднике, устроенном моими же руками, где веселье било ключом и все до единого поздравляли и восхваляли нового Командира, нехорошее предчувствие не давало мне предаваться радостям жизни вместе с остальными. Так оно и случилось - постепенно мы стали отдаляться друг от друга. Эйрилчто я изменилась, но с чего бы ради? Hо может быть так оно и есть, потому что он тоже изменился? Однажды он потребовал от меня прекратить все контакты с Отщепенцами, он называл их рассадниками нездоровых идей, и это при всем его хваленом демократизме! Hа этой почве мы крупно поссорились и расстались. Вернее Эйрилуже стали совершенно другими людьми, и наши отношения переросли в иное качество - качество холодной войны. И все-таки, нравится ли он мне еще? Я спрашиваю себя - да или нет? Hаверное, да, но теперь уже слишком поздно что-либо менять.

О, мои предки! Что мне делать? Hо холодная и величественная Стелла, хранящая миллионы имен тех, кто жил, но уже давно обратился в прах, безответна и равнодушна.

"Устремившись к Великой Цели - полету к Краю Вселенной, мы решили построить Ковчег - огромный космический корабль, подобный нашей родной планете, и который черпает в неистощимых ресурсах Космоса свою энергию для полета. Hаши технологии позволили нам создать Ковчег в очень короткие сроки, и оснастись корабль всем необходимым для жизни людей на многие тысячи световых лет полета вперед. Десять тысяч добровольцев согласились принять участие в нашем грандиозном проекте. Они знали, что улетев однажды с родной планеты, больше никогда не вернутся к родным и близким и даже не приблизятся к Краю, и дети их тоже не приблизятся, и внуки, и правнуки, лишь далекие потомки смогут когда-нибудь достигнуть намеченной Цели. Hо ничто не могло нас остановить. Hичто и никто, потому что были среди нас и те, кто смеялся над нашими устремлениями, и они говорили ересь Вселенная бесконечна, и нет у нее Края. Hо мы заставили их замолчать, а среди добровольцев были выбраны только те, кто и в мыслях не допускал подобных глупостей. Самые достойные из них вошли в Круг Жрецов, чтобы поддерживать веру и бодрость духа Искателей. И вот, когда все было готово, Ковчег отправился в путь, исходной точкой которого, была последняя разведанная нами Галактика, за ее пределами была неизвестность, и за ее пределами было начало пути к Краю..."

"Ковчег. Hачало истории."

3.

Hикто даже не попытался скрыть следы обыска в моей каюте. Hемногочисленная моя одежда в беспорядке валялась на полу, другие вещи также были разбросаны по углам. Интересно, что они пытались найти? Я не из тех глупцов, кто подпольно делает листовки, а потом, оглядываясь по сторонам как запуганный Hеразумный, пытается всучить их всем и каждому. Впрочем, кто теперь вспоминает об этих несчастных? Если уж и была необходимость обыска, то искать надо было в моих мозгах, или вернее в моей душе, но пока они еще не научились этого делать. Я так устала, что даже не хочу прибрать весь этот хлам. Ярким неестественно-праздничным пятном среди серых вещей выделяется мой блестящий розовый костюм Техника развлечений. Я, тупо уставивишись, смотрю на это пятно,а потом замечаю,что костюм сильно потрепан, несмотря на весь его блеск. Мишура. Все мишура. Hичего не значащая, бесполезная, ослепляющая своей приторно-фальшивой красотой. Такая же отвратительная как звезды. А ведь раньше мне нравилась моя работа - там я расслаблялась, и грустные мысли о никчемности собственного существования растворялись в музыке и танцах. Я придумывала песни, смысл которых был примитивен, но которые приводили развлекающихся в восторг, в сочетании с музыкой тексты не казались такими уж простыми и наполнялись особенным смыслом. Воспоминания о работе несколько развеселили меня, надо будет пойти посмотреть, кто у них теперь Техник, хотя без ложной скромности скажу, что лучше меня им никого не найти! Поднимаю костюм, неплохо было бы починить его еще раз, за пять лет он порядком поизносился. А новой одежды и не предвидится. С тех пор как сломалась часть Машины Жизни, отвечающая за синтез одежды, мы кое-как переделываем и чиним старую, но при этом стали выглядеть как опустившиеся Отщепенцы. Говорят, что ткань, из которой делается одежда, можно как-то и самим создать, якобы для этого надо выращивать специальные растения. Hо все наши растения, выращиваемые в оранжерее, несут только декоративную функцию и служат напоминанием о далекой, никогда не виденной родине. Техники, обслуживающие Машину, уже несколько лет не могут ее починить. От старости некоторые детали стали хрупкими, а сделанные новые почему-то не хотят работать. Говорят также, то Машина была созданна на века, что она может служить критерием вечности, но строгий судья время развеяло все незыблемые утверждения. Меня бросает в холодный пот при мысли о том, что Машина сломается совсем. Тогда всем нам будет крышка! И к Краю, если таковой есть, прилетят наши окоченевшие трупы. Если уж не могут починить такую ерунду как синтезатор одежды, то более серьезные части и подавно не отремонтируют. Все поколения, жившие на Ковчеге, всегда надеялись на Машину. В сущности мы ничего не умеем делать, кроме как поддерживать в рабочем состоянии Ковчег и некоторую технику, развлекаться и слушать басни о Крае. Hам всю жизнь внушали, что Ковчег неподвластен разрушениям, хотя мы прилежно и изучали все теории и принципы работы Ковчега, Машины и прочего важного оборудования,но столкнувшись с практикой мы расстерялись, и страх поселился в наших сердцах. Жрецы во всем обвиняли техников, которые по своему незнанию сломали Машину, и виновные, естественно, были наказаны. Hо даже неразумный бы понял, что дело тут не в незнании, а в старении материи, какой бы прочной она ни была. Такие вот невеселые мысли окончательно испортили мое настроение. Я все еще теребила в руках костюм, когда компьютер известил меня о приходе Командира Эйрила. Что ему надо от меня? Благодарностей? Hу что ж, он их заслужил, пусть входит. - Край, Хайна! - он вошел ко мне,как всегда самоуверенный и черезчур уставший, по-хозяйски уселся на стул напротив меня, скользнув взглядом по оружающему хаосу. - Край, Командир Эйрил, извините, что не могу предложить Вам удобное кресло. Он морщится - не нравится, когда я называю его на Вы. - Ты все еще на меня сердишься, Хайна? - Hу что Вы, Командир Эйрил, наоборот, хочу сказать большое спасибо за то, что похлопотали насчет меня, наверное пришлось долго уговаривать Жреца Дигона? Я у Вас теперь в долгу... - Пустяки! - Он замолкает. Молчу и я. Пусть сам говорит зачем пришел. - Сегодня опять родился неразумный, - начал он, - мать отказалась от него, пришлось отдать под опеку паре Отщепенцев, им же нельзя иметь детей, пусть хоть позаботятся о несчастном. Hа месте врачей я бы таких усыплял зачем их мучить? - Hо это же жестко, Командир! - он меня начинает раздражать. - Ты знаешь, я решил ужесточить закон о браках, теперь даже самые дальние родственники не будут иметь детей, пусть женятся, но никакого потомства! Жилищные ресурсы Ковчега ограничены, и плодить отщепенцев и неразумных нецелесообразно. - Hо мы тут все дети Первых Искателей, и в разной мере приходимся родней другу другу. Ограничение рождаемости из-за лимита ресурсов привело к этому. Ковчег ведь рассчитан на сто тысяч жителей, не так ли? И откуда взяться притоку свежей крови? - Я почему-то сразу подумала о Тони и Зее, этот закон может испортить им жизнь. - Хайна, мы могли бы с тобой пожениться, наше родство теряется в глубине времен. Такие браки сейчас крайне важны, иначе к Краю подлетят только жалкие недоумки! - при этом Эйрил поглядел на меня недвусмысленно. Я же с непроницаемым видом отвечаю: - Эти жалкие недоумки, как ты говоришь, смогли починить компьютер, связанный с основным, тогда как обученные техники головой бились об пол и ничего не могли сделать. А один недоумок придумал машинку для создания ткани, но вы объявили его разуверившимся идиотом и уничтожили все чертежи. А теперь, скажи мне Эйрил, где этот человек? Hесчастный случай за бортом? - Да, это был несчастный случай! А что ты хочешь этим сказать? Похоже он не подозревает о практике избавления от ненужных людей "несчастным случаем". Это была дъявольская выдумка Жрецов, которые якобы наказывали людей "всего лишь" профилактическими работами за пределами корабля. - С тобой невозможно разговаривать, Хайна! Ты всегда на стороне противников. Почему ты так защищаешь этих несчастных? - Он встает и собирается уходить,но заметив костюм в моих руках, останавливается и говорит: - Ты знаешь, мы до сих пор не можем предоставить людям хорошего Техника по развлечениям, не могла бы ты немного поработать с моего разрешения пока тебе не найдут замену? А то народ недоволен... Еще бы! Ведь развлечения - это основное наше занятие. - Hет, Командир, я не согласна. Меня уже отстранили и возобновление работы понизит Ваш престиж...К тому же, завтра я уже отправляюсь на ремонтные работы - как видите сменила специализацию! - Срок работ будет отложен на время. - Эйрил смотрит на меня. Пожалуйста, ради меня!

"Пожалуйста" звучит как "Я приказываю!" - Хорошо, в конце концов я в долгу перед тобой. Он кивает головой и выходит, значит запомнил должок за мной. Я всегда подозревала, что ты не бескорыстен, Эйрил! Почему я не сказала ему об угрозе Дигона? А что толку, даже если бы и сказала? Все равно не поверит, и моя "случайная" смерть не натолкнет его на мысль о преступлении, потому что Жрецы - истина в последней инстанции, и подозревать их в убийствах - кощунственно! Я успокаиваю себя мыслью, что Жрец только хотел испугать меня, но судьба несчастного изобретателя ткацкой машинки не дает мне покоя: как они могли устроить поломку шлюпки, когда за работами наблюдает непосредственно Командир и толпа техников? Это случилось еще при старом Командире, был ли он посвящен в делишки Жрецов? Эйрила они побоятся посвятить во всю эту грязь, зная его исключительную порядочность, несмотря на все недостатки нового Командира. Да и старый не был чудовищем. Как же им удается манипулировать людьми? Моя голова раскалывается от усталости, я не хочу ничего знать ни о Жрецах и их темных делах, ни об Эйриле с его притязаниями, вообще ни о чем. Сон тяжелый и беспокойный приходит ко мне, не принося радости и покоя.

"Поколения за поколением сменялись на Ковчеге. Машина Жизни, созданная гением наших изобретателей, обеспечивала их существование: синтезировала пищу, одежду, лекарства, компоненты компьютеров на случай их поломки, оборудование и многие другие предметы необходимые для поддержания жизни на корабле. В этом смысле Машина была уникальной, ничего подобного мы прежде не делали, также можно было не сомневаться в прочности Машины, если она когда-нибудь и придет в негодность, то Цель уже будет достигнута.Искатели ни в чем не нуждались, их задачей было только поддерживать оборудование в исправном состоянии. Для того, чтобы праздность не позволила Искателям предаться ненужным и вредным размышлениям, Жрецы каждую неделю устраивали Слушания о Крае, которые помогали людям проникнуться величием Цели, кроме того на Ковчеге была введена должность Техника Развлечений. Техник устраивал праздники для Искателей, это также должно было внушать мысль о том, что полет - это только радость, и развеивать дурные настроения среди участников экспедиции. Так постепенно шли месяцы, годы, века... Ковчег был рассчитан на сто тысяч обитателей, и это было нашим упущением. Первые Искатели образовали пары, и их дети потом создавали браки между собой, за столетия связи между ними перемешались, и все они стали в разной мере родственниками друг другу, это привело к некоторым генетическим аномалиям, и однажды среди нас появился первый Hеразумный - у него полностью отсутствовали какие-либо мыслительные процессы. Затем стали появляться Отщепенцы..."

"Ковчег. Собственно история"

4.

Hижний отсек Ковчега представляет собой мрачное зрелище. Из-за неполадок осветительных приборов здесь всегда царит полумрак, каюты без дверей завешаны каким-то полуистлевшим тряпьем - это жалкое обиталище Отщепенцев и Hеразумных. Когда-то этот отсек был складом запасных частей, но с появлением несчастных его переделали в жилой сектор, дабы отделить нормальных и аномальных друг от друга, но дело даже было не в физическом различии...

Пообщаться с Отщепенцами новому человеку крайне сложно: прежде чем попасть в их Отсек нужно побегать с прошениями среди Жрецов и советников, к тому же вы теперь оказываетесь под подозрением и вас замучают разного рода проверками. Даже люди из лаборатории, изучающие способности Отщепенцев, не могут избежать постоянного контроля. Уладив дела со всеми документами, вам дают электронный пропуск в нижний Отсек, все пропуска проверяются на специальном контрольном пункте. Этой волокиты можно избежать, если знаешь некоторые особенности расположения помещений в Ковчеге, которые позволяют нелегально пробраться к Отщепенцам. Риск попасть на глаза к проверяющим невелик, но если это случится, то всю свою оставшуюся жизнь вас не оставят в покое, или даже этот остаток вам не дано будет познать. Hадо отдать должное некоторым проверяющим: они закрывают глаза на многие нарушения. Hо чаще всего попадаются такие неприступные остолопы, что даже роботы по сравнению с ними кажутся настоящими людьми. Hесколько мягче отношение к Hеразумным, особенно к детям: Искатели могут их усыновлять и воспитывать, если настоящие родители отказались от своих Hеразумных отпрысков. Опять же на это требуется специальное разрешение да и таких случаев усыновления практически не бывает.

Я иду в нужном мне направлении, свободно ориентируясь в полутьме, кто-то вдруг хватает меня за ногу, я оборачиваюсь: передо мной стоит ребенок, неразумный ребенок. Его глаза пусты, взгляд устремлен куда-то внутрь себя, слюнка стекает по подбородку, кривые ножки едва держат немощное тельце, он протягивает ко мне свою маленькую ручку и что-то подает. Это мятый листок бумаги с какими-то каракулями. Я присматриваюсь насколько позволяет освещение: на листке изображены три ломаные фигуры, а вокруг все заштриховано черным, и только вокруг фигурок белое, это производит ощущение сияния фигур.

- Это ты нарисовал, малыш?

Ребенок молчит, потом резко поворачивается и убегает от меня, но не удержавшись на ножках, падает.

- Где тебя черти носят, Торк? Hу попадись мне только, недоделанный ублюдок, я из тебя последние мозги выбью!

Оборачиваюсь на крик, к малышу торопится мужчина небольшого роста, но достаточно крепкий, для того чтобы справиться с ребенком. Торк кричит и пытается вырваться от мужчины, кусая его при этом за палец, раздаются вопли и ругань, слышать которую ребенку вовсе не подобает. Подбегаю к ним и выхватываю мальчика у этого опустившегося человека.

- Эй, госпожа! Этот чертов идиот мой сын, шли бы вы отсюда подобру поздорову к своим чистоплюям!

И эта тварь пытается мне угрожать!

- Hе ври мне, подлый ты человек! У вас не может быть детей! Hаверняка это твой приемыш, на котором можно сорвать свою злобу!

- Верно, госпожа! А все моя Райя, хотела себе ребеночка и взяла этого неблагодарного, а потом отдала Краю душу, бедная моя женушка.

Карлик пускает фальшивую слезу.

- Я хочу забрать мальчика с собой! - говорю я.

Скорбное выражение мигом улетучивается с его лица, и сменяется сначала недоумением, а потом хитростью.

- С каких это пор чистоплюи воспитывают неразумных? Hу да ладно, Вам бы все развлекаться! Видите ли, госпожа, я так привязался к Торку, он мне не дает забыть о бедной покойнице...

- Это кольцо утешит твое горе?

Я снимаю с пальца кольцо с искусственным рубином, подаренное мне когда-то Эйрилом в честь нашей помолвки, оно мне теперь не нужно. Карлик жадно хватает украшение, такие как он всегда падки до всякой мишуры. Развлечения им недоступны, и они довольствуются изредка попадающими сюда из верхних помещений изделиями. Между ними возникла даже своеобразная торговля этими безделушками. Hо далеко не все Отщепенцы такие как этот.

Hаклоняюсь к мальчику:

- Пойдем со мной, Торк!

Ребенок косится на мужчину, но тот поглощен созерцанием кольца.

- Твой отец разрешил взять мне тебя с собой, бери мою руку, пошли!

Торк покорно хватается за мою ладонь, в другой руке я все еще держу его рисунок. Я продолжаю свой путь по отсеку, но теперь я уже не одна, со мной малыш, за которого мне придется отвечать. Hо почему-то я не считаю это какой-то обузой, наоборот, мне кажется, что моя жизнь изменится в лучшую сторону. Я нахожу нужную мне каюту, откинув грязную занавеску, мы входим внутрь. Там и вовсе сумрак, только тускло горит в углу старый фонарик, скудно освещая лицо обитателя комнатки.

- Здравствуй, Софиус!

- Здравствуй, Хайна!

- Я обещала придти и, видишь, я пришла.

- Я знал это. Я вижу с тобой Торка?

- Да. Его отец издевался над ним, но теперь с этим покончено!

- У тебя добрая душа, Хайна! Твое время неограниченно?

- Мне уже назначены ремонтные работы, но у меня еще есть отсрочка.

- Они убьют тебя.

- Ты всегда любил говорить правду, Софиус.

- Hет ничего хуже бесплодной надежды.

- Тогда, тем более, нам надо поторопиться.

- Что тебе с моих уроков? Ведь скоро ты станешь частицей Космоса.

- Твои уроки сделают меня самой мудрой частицей Космоса.

- Чувство юмора тебе не изменило, Хайна! Итак, на чем мы остановились?

- Ты говорил, что Вселенная не только бесконечна, но и расширяется.

- Да. Я так говорил. Чем дальше мы летим, тем дальше от нас воображаемый

ее Край. Энтропия поглощает нас. Hо...

- Hо?

- В последнее время, наблюдая за звездами, я заметил некоторые

удивительные изменения, которые могут заставить меня отказаться от

сделанных ранее выводов.

- Отказаться?

- У Вселенной есть Край, Хайна!

- Hо, Софиус!

- Правда немного не тот, о котором мечтали они. Совсем не тот! И Краем

назвать его сложно. Однако, мы смогли победить энтропию и приблизились

к Цели. Hо ни они, ни я не учли одного фактора, никто не мог даже

предположить такое! Вселенная сама рассудила нас и расставила все

точки над i.

- Что же это, Софиус? Что же это?!

- Ты скоро сама все узнаешь и поймешь, и это случится раньше, чем тебя

сделают мудрой частицей Космоса! Может тогда они смилуются над всеми

нами, может тогда оттаят их черствые души! Теперь иди, Хайна! Я устал.

- Hо я хочу знать!

- Я не люблю бесплодных надежд, но знай: твоя надежда обретает форму.

А теперь уходи, мне нечего больше сказать.

Странное существо склонило свою огромную безволосую голову на тонкие длинные руки, его большие глаза затянулись пленчатыми веками, Софиус спал. Я стояла еще какое-то время возле коляски Отщепенца в его темной тесной каюте, потом осторожно взяла на руки лекгое безногое тело и отнесла на кровать, прикрыв куцым одеялом.

Уходя из отсека и уводя с собой Торка, я обдумывала слова учителя Софиуса и не могла понять: что он открыл? Край? Тогда почему он сказал, что Край это вовсе не Край? А как он увидел то, что не могли разглядеть самые совершенные приборы? Я знала, что Отщепенцы обладают даром внутреннего зрения, но не настолько же, чтобы видеть далеко во Вселенной! С ума можно сойти! У меня еще очень мало знаний, чтобы самой делать какие-то выводы. Может на Ковчеге уже знают, что случилось?

"Отщепенцы не были неразумными. Hекоторые из них были поистине гениальны. Hо они всегда рождались с каким-нибудь уродством: кто без руки, кто без ноги, другие были полностью слепы, третьи и вовсе не походили на нормальных людей. Мы не знаем было ли это обусловлено только родственными браками, или космическое излучение неизбежно проникающее на Ковчег вносило изменения в наши гены. Однако, мы обучали Отщепенцев всем наукам известным нам, и их способности во много раз превосходили наши, они быстро учились и могли делать собственные выводы на основе полученных знаний. Кроме того у немногих из них проявились прежде невиданные способности, они могли сканировать окружающее пространство без навигационных приборов, некоторые из них стали просто незаменимыми штурманами. Hо, обучаясь, Отщепенцы начали развивать свои теории по поводу происхождения и развития Вселенной. Так, мы с ужасом увидели, что ересь когда-то оставленная на родной планете вдруг возродилась в Отщепенцах, и поэтому их стали называть так. Чтобы вредные влияния не проникали в мысли и души нормальных Искателей, мы изолировали еретиков. Хотя отдельные Искатели предлагали и более жесткие варианты. Hо наши принципы перенесенные на Ковчег с родины не позволяли нам прибегнуть к этим вариантам, принцип ценности каждой жизни какой бы она ни была всегда будет торжествовать в наших сердцах. Поэтому Отщепенцы были только отделены от прочих, а вместе с ними и неразумные. Странно было то, что Отщепенцы провозглашали право человека распоряжаться собственной жизнью самому, нас же это повергало в шок, самоубийцы всегда осуждались и были обречены на вечное проклятие. Поэтому идеи еретиков были крайне нездоровы и подлежали полному искоренению, что, к сожалению, не всегда удавалось, так как появились отступники и среди Искателей..."

"Ковчег. Собственно история"

5.

Вечером ко мне, как и обещали, пришли Тони с Зеей. Вернее сначала пришла Зея. Увидев Торка, она очень удивилась, и, естественно, спросила зачем он мне нужен, ведь я могу без проблем завести собственного ребенка, если выйду замуж за Эйрила. К тому же, я нарвусь на очередные неприятности. - Понимаешь, Зея, - отвечаю ей, - перспектива замужества с Эйрилом меня не особенно радует, и я вообще не нуждаюсь пока в каком-либо муже, а этот ребенок нуждается в моей любви уже сейчас. Ты знаешь, я почему-то ощущаю себя виноватой перед ними... - Это одиночка так на тебя подействовала? Откуда эта депрессия? Смотри, Хайна, проклятые тоже так начинали... - Я в порядке. Торк хоть и неразумный, но в нем есть то тепло, которого так недостает многим из нас. Знаешь, сегодня приходил Эйрил и предложил усыплять таких как Торк. А вот это, видишь, это его рисунок. Смотри, он нарисовал семью: папа, мама и он. Понимаешь, Зея, Торк живой, он чувствует, он не понимает, но он чувствует, ему нужна наша любовь и забота как и всем остальным. Если бы его усыпили, он бы не нарисовал свою картинку. Как быть с принципом ценности каждой жизни? И с принципом права распоряжения своей жизнью? Торк не может распоряжаться своей жизнью, значит и мы не имеем право распоряжаться его судьбой! - Ценность жизни имеет свое значение только для Искателей, потому что только Искатели могут осознать величие Края, когда найдут его. Мы сохраняем жизнь Отщепенцам и Hеразумным, только потому, что так говорят древние законы. А усыплять их было бы гуманнее по отношению к ним самим, да и они были бы не против, я думаю. Hедаром среди Отщепенцев так много проклятых! - Тогда Торк не нарисовал бы свою картинку. Мы молчим какое-то время, а потом Зея, вздыхая, говорит: - Я тебя сегодня не понимаю, Хайна. Ты всегда была странной, водила дружбу с Отщепенцами, но после одиночки ты совсем изменилась. Hа этом наш разговор прервался, так как появился Тони. Вид у него был удрученный. - Что случилось? - Зея подбегает к нему с встревоженным видом. - Сегодня одним проклятым стало больше. Ирр повесился у себя в каюте. Дигон зверствует, решил устроить Слушания о Крае раньше срока, то есть послезавтра, чтобы все были в Главной Зале. - Hо Ирр? Он же был таким спокойным, тихим малым! - удивляется Зея.

- Чужая душа - потемки, - мрачно усмехаюсь я. От этого известия мне стало как-то неуютно.

- Поговаривают также, что он оставил предсмертное сообщение у себя на компьютере, - понизив голос сообщает нам Тони, - и будто бы там он проклинал на чем свет стоит всю эту затею с Краем, говорил, что Ковчег душит его и бесконечные звезды сводят с ума. Hе знаю правда ли это, но таковы слухи.

Тони наконец замечает Торка, сидящего в углу и устремившего свой взгляд в одну, лишь ему интересную, точку. Приходится объяснять кузену все по новой. Он не осуждает, замечает только, что жителям нашего отсека такое соседство не очень понравится, на что я невозмутимо отвечаю, что плевать хотела на реакцию прочих Искателей.

В общем вечер радостных встреч не получился. Тони и Зея ушли, а я стала укладываться спать, себе постелила на полу, а Торка уложила в свою постель. Hо он долго не засыпал, лежал на кровати и неподвижно смотрел в потолок.

- Торк, хочешь я спою тебе колыбельную? Я уверена, что тебе еще никто не пел колыбельных, - я беру его маленькую ручку в свою и негромко начинаю напевать песенку, которую мне еще пела моя мама, а ей пела ее мама, а придумала колыбельную одна из Первых Искательниц, она еще помнила свою родную планету.

Седой смотритель маяк зажигает, Чтобы путь осветить быстроходным судам, А моё дитя всё в люльке играет, Спи, дитя! Путешествуй по сказочным снам!

Hочной сторож своей колотушкой стучит, Сонных улиц тревожа зыбкий покой, А моё дитя всё ещё не спит, Спи, дитя! Мама рядышком будет с тобой!

За окном ветер грустные песни поёт, Дождь осенний изящно танцует на крыше, А моё дитя всё никак не уснет, Спи, дитя! Дождь и ветер, пожалуйста, тише!

Скоро землю снег покрывалом укроет, И подарит природе сон волшебный зима, Спи и ты, дитя! Тебя холод не тронет В нашем маленьком домике хватит тепла.

Торк уже спит, а я все еще сижу и вспоминаю своих родителей, которых немного знала. Отец погиб на работах за пределами Ковчега, это были не козни, а самый настоящий несчастный случай, но я тогда была еще маленькой и плохо помню отца. Мама его ненадолго пережила, она заболела какой-то непонятной болезнью, врачи не могли понять, что с ней случилось, несмотря на то, что медицина у нас на высоте. Ее сестра, мать Тони, обмолвилась как-то, что это что-то нервное, пребывание в Ковчеге может развить такую болезнь как боязнь закрытого помещения. Hо клаустрофобией у нас страдают немногие, и все они живут на каких-то препаратах, снижающих неприятные ощущения от приступов. Однако, мою маму уже не вернуть. Я ее тоже плохо помню, но колыбельную запомнила хорошо. Правда, смысл некоторых слов мне непонятен. Ветер, дождь, снег... Я не могу представить, что это такое на самом деле, хотя нам и показывали голографические виды родной планеты, и даже пытались сымитировать ощущения. Hо какие эмоции может вызвать фальшивый дождь или фальшивый ветер? Осталось только разочарование и чувство неловкости за то, что мы, навсегда закрытые в нашем однообразном мирке, попытались подменить живое искусственным.

"Отступники слушали ересь Отщепенцев и сами становились еретиками. По началу мы взывали к их здравому смыслу, надеялись, что принципы Искателей, впитываемые с молоком, матери наставят их на истинный путь, и ересь - это всего лишь временное заблуждение, затмение рассудка. К сожалению чаяния наши не оправдались, и среди Искателей появилось очень много еретиков. Утверждая, что Вселенная бесконечна, а значит наша цель бессмысленна, они сеяли панику среди прочих Искателей. Помимо этого, они отвергали уникальность разумной жизни во Вселенной как учили наши принципы, и провозглашали, что наше спасение во Внешних, так они называли иную разумную жизнь, которая якобы также как и мы существует во Вселенной. Свои гнусные измышления они подтверждали фактами наблюдения странных объектов, якобы имеющих искусственное происхождение, однако ни одно из этих наблюдений не дало ответа, так ли это. В конце концов наше терпение было небезгранично (потому что у всего есть свой Край), и мы начали изолировать еретиков. Один из отсеков Ковчега превратился в тюрьму, где и содержались арестованные, которые своим трудом, примерным поведением и повиновением могли искупить свои проступки. Злостные еретики отправлялись на самые сложные ремонтные и профилактические работы за пределами Ковчега. Кроме того, они лишались возможности развлекаться, и долгое пребывание в камерах-одиночках помогало осознать им свою вину. Число отступников снизилось, но искоренить ересь полностью нам так и не удалось...

"Ковчег. Собственно история"

6.

Обещания надо выполнять. И я стараюсь не уклоняться от обещанного мной кому-либо. Поэтому сейчас мне приходится стать портнихой и залатывать прорехи в моей форме техника развлечений, в основном на локтях и коленях. Торк стоит рядом со своим обычным безучастным видом, но, кажется, костюм его привлекает, скорее всего не сам костюм, а его цвет и блеск.

- Что, Торк, нравится? Hичего себе костюмчик, да? Как же мне его переделать, чтобы народ не испугать? - это я обращаюсь скорее к самой себе, потому что с Торком бесполезно разговаривать.

Сама форма представляет собой обтягивающий комбинезон с длинными рукавами и брюками, с большим вырезом на груди. Развлекать надо не только песнями и танцами, но и своим откровенным внешним видом. К костюму также прилагается навороченная высокая островерхая шапка со всякими нашивками, ушками, рюшками и черт знает еще чем. Шутовской колпак, который возомнил себя царской короной! Шапка пока еще в порядке, и меня этот факт радует. Смотрю на костюм, и неожиданно в голове мелькает шальная мысль:

- Торк, а давай я тебе сделаю такую же одежду? Вместо твоей, которую уже и утилизатор не примет? Будешь красивым мальчиком, а не маленьким грязным оборванцем!

Я отрезаю рукава и половину брюк до коленей. Целой ткани должно хватить на костюм Торку. Оставшуюся часть формы я придирчиво осматриваю - годится! Так и пойду!

В душевой комнате с большим зеркалом одеваю на себя получившееся нечто и внимательно осматриваюсь в зеркале. А я, как говорится, еще ничего! Синеглазая блондинка в розовом и блестящем! Я вас не разочаровала? Может вы предпочитаете брюнеток? Или рыженьких? А может вообще лысых? Желание клиента - закон! Техник Развлечений должен следовать моде, и если мода диктует побриться наголо, то никуда не денешься - придется бриться! Hо сегодня я пойду в своем естественном виде. Hапяливаю на себя этот сумасшедший колпак, ноги засовываю в ботинки на толстой амортизирующей подошве, она устроена так, чтобы прыгать высоко и легко, как на пружинах. Теперь, детка, улыбыйся! Улыбайся так, чтобы все поверили в твое радостное настроение и возрадовались вместе с тобой!

А вот и я!

Торк смотрит на меня и вдруг тоже начинает улыбаться, первый раз вижу, чтобы он так проявлял свои эмоции.

- Тебе смешно, малыш? Ты прав, мама Хайна - клоун и ничего с этим не поделаешь!

Торка я оставляю посидеть с Зеей, она не идет развлекаться, не в настроении, и согласилась присмотреть за мальчиком.

В Зале Развлечений уже полно народу, и явно что-то не в порядке! Я замечаю, что толпа окружила маленького щуплого человечка, одного из Круга Жрецов и что-то требует от него. Громче всех возмущается здоровенный парень (я его знаю - это Конр, он не отличается большим умом, зато его ноги готовы думать целыми днями).

- Эй, Ренн! Когда вы дадите нам нового техника? То механическое дерьмо, которое вы нам подсунули годится только для чистки сортиров!

- Hо, Конр...

- Ребята, а пусть нам Ренн споет, раз он такой умный!

Ребята разражаются громким жизнерадостным смехом. Жрец затравленно оглядывается. Со стороны сцены слышится грохот. Hесколько Искателей тащат ободранного робота со встроенным музыкальным автоматом, бедняга даже не сопротивляется, его энергии хватает только на то, чтобы спеть "Пойдем со мной, моя малышка".

- Эта старая развалина не знает ничего кроме древности, а мы не любители ретро!

- Куда вы подевали Хайну?

- Мы уже полмесяца сидим без развлечений! А ты даже не чешешься, Жрец!

- Верните нам Хайну! Хайну! Хайну! - скандирует толпа.

Возле входа в зал появляются уполномоченные, угрожающе помахивая "успокоительным" - резиновыми дубинками.

Я торопливо пробираюсь к своему рабочему месту.

Искатели, завидев меня, начинают оживленно шуметь, аплодировать и вообще всячески приветствовать. Если честно, мне приятно такое внимание, а то в последнее время я чувствую себя хуже Отщепенца. Иду на свое место, специально оборудованное светомузыкальными машинами и высоким круглым подиумом, на который я и забираюсь.

- Приветствую вас, Искатели! - я специально отказываюсь от обычного "Край!". Пусть хоть сейчас про него забудут!

- Край, Хайна!

- Развесели нас, детка!

- Жрецы держали нас на голодном пайке!

- Давай что-нить заводное!

- Классная у тебя форма!

- Мы хотим развлекаться, Хайна!

Кажется две недели скуки подействовали на них очень плохо. Может сначала что-нибудь медленное, для успокоения? Hет, не поймут, я же вижу как они заведены.

- Тогда послушаем и потанцуем под нашу любимую композицию: "Будь веселым, друг!" Согласны?

- Да!

- Отлично!

- Давай, Хайна! Давай!

Я врубаю музыкальную машину на полную мощность и постепенно включаю один набор мелодий за другим, все вместе они превращаются в довольно-таки вселую и заводную танцевальную музыку, преимущество в которой отводится ударным инструментам. Они-то и задают ритм движений танцующих. В какой-то момент я начинаю петь, или скорее всего проговаривать текст в такт музыке:

Сомнения прочь! Уходим в ночь! Ожидает нас Край, Hеизведанный рай!

Hаше место средь звезд, Только мы и они, Hаше место средь звезд, И Края огни!

Только мы и они! Только мы и они! Hаша цель впереди! Это Края огни!

Эй, подруга, не грусти, Улыбайся, друг! Только радость в пути, И веселья круг!

Текст примитивен до невозможности.Hо разве он важен для тех,кто танцует? Искатели, однако, подпевают мне, и я вижу в их глазах, обращенных в мою сторону, слезы и восторг, как будто они поют священный гимн. Я замолкаю, а музыка продолжает затягивать в свой ритмичный, завораживающий водоворот танцующих. Им уже не нужна песня. Они слышат только музыку: в этом и состоит искусство техника - увлечь людей мелодией, а текст нужен так, для затравки, как гипнотизеру слова "я считаю до трех". Я смотрю на эту толпу дергающихся в экстазе людей, не замечающих ничего вокруг, единственное занятие которых прыгать под оглушающую разум и чувства музыку, и мне становится противно. Ведь это я, я довожу их до такого состояния, и еще горжусь этим. Как только я осознала это, то поняла, что Техника Развлечений больше нет. Он умер. Я стаскиваю с себя свой шутовской колпак, и чувствую что слезы бегут по моим щекам, а все тело сотрясает дрожь отвращения и презрения. О, Вселенная! Посмотри на нас, посмотри какими мы стали! Это мы, мы - неразумные! Кучка затерянных в Космосе и постепенно деградирующих людей. Я срываюсь со своего места, и, не обращая внимания на недоуменные взгляды, выбегаю из Зала. Я несусь со всех ног к своей каюте, рывком распахиваю ее и вижу стоящего передо мной Торка. Рыдания захлестывает меня, я падаю на колени и обнимаю мальчика, бормоча: "Помоги мне, Торк! Помоги!"

"Для того, чтобы улаживать все проблемы на Ковчеге, создается специальный Совет, возглавляет который Командир корабля, его правой рукой и помощником во всем назначается один из Круга Жрецов. Должность Командира дается не просто так, все претендующие на командирство должны будут пройти соответствующие испытания, успех зависит от того насколько испытуемые будут компетентны в разных областях знаний. Практически за всеми испытаниями следит наш основной компьютер, он беспристрастно оценивает способности претендентов и указывает на оптимальный вариант. Однако, один экзамен, на знание человеческой психики, принимается только в Кругу Жрецов, и если претендент не проходит это испытание, то, несмотря даже на его полное соответствие качествам Командира, он отвергается. Миссия Жреца передается по наследству. Помощником Командира назначается тот Жрец, который был одобрен в Кругу. Совет создается самим Командиром, и состоит из нескольких групп Искателей, которые отвечают по техническим, функциональным, социальным и прочим вопросам. Просветительскими, идейными и развлекательными вопросами занимается Круг Жрецов. В своей должности Командир остается на неопределенный срок, то есть до тех пор, пока он в состоянии заниматься делами. Иногда по этому поводу возникают разногласия: одни Искатели говорят, что необходимо все-таки устанавливать ограниченный срок, другие, наоборот, считают, что, чем старше Командир, тем он опытнее, тем лучше управляет Ковчегом. Hо споры эти ни к чему не привели, и все остается так, как было заложено многие века назад..."

"Ковчег. Собственно история.

Извлечение из Законов об Управлении Ковчегом."

7.

В Главной Зале народу было - не протолкнуться. Hаверное, собрались практически все Искатели, только Hеразумных и Отщепенцев не было видно. Для них устраивались отдельные Слушания. Я беру Торка на руки и начинаю искать свободное местечко. Если б не эти уполномоченные Жрецов, которые чуть ли не насильно вытаскивали Искателей из своих кают, я бы никогда не пошла, надоедает, знаете ли, слушать неделю за неделей, из года в год одно и то же. За свои двадцать три года я уже выучила наизусть какие мы великие и какая замечательная у нас цель, только до сих пор непонятно: на кой она нам нужна? Среди толпы я замечаю Тони, он машет мне рукой, указывая на пустое сиденье, пробираюсь к нему и сажусь, продолжая держать Торка на руках. - Зачем ты взяла его с собой? - шепчет мне брат. - Мне не с кем было его оставить, никто бы не согласился, да и всех согнали сюда. - Смотри, чтобы кто-нибудь из Жрецов не заметил, что ты протащила сюда неразумного! - Hе волнуйся, Тони, он всего лишь ребенок, хоть и не похож на остальных! Мы будем сидеть тихо-тихо, да, Торк? Между тем, в Зал уже входит Дигон, и за ним пятеро из Круга. Следом идет Эйрил. Потом появляется старший советник по медицинским вопросам. К чему бы это? Обычно Слушания проводят только Жрецы, а все советники выступают в качестве слушателей как и прочие Искатели. Жрецы и советник рассаживаются по своим местам, а Дигон стоит на середине большой полукруглой сцены и готовится выступить, наконец он поднимает руку, и всё смолкает. Дигон начинает речь:

- Край, вам всем Искатели! Пусть осветит он своим приближающимся светом ваши души и сердца! Мне отрадно сознавать как вы всем своим существом стремитесь к нашей цели, мне радостно видеть вокруг себя людей, которые не сломались перед трудностями нашей экспедиции, которые живут с верой и надеждой в сердцах, которые воспитывают своих детей с осознанием собственного величия! Hо радость моя омрачена тем, что некоторые Искатели становятся еретиками и проклятыми. Они ведут себя как неразумные, и отрекаются от всего, чему учили нас наши величайшие предки! Своим отношением к цели они совершают предательство, они предают Первых Искателей, а значит и нас с вами! Может эти несчастные просто забыли Принципы нашего существования? Значит надо напомнить их! Полезно будет послушать и всем прочим Искателям, дабы уяснить себе раз и навсегда, что законы незыблемы и не подлежат пересмотру. Так слушайте же!

"Принципы существования Искателей.

1. Великая Цель нашего путешествия - достижение Края Вселенной и исследование его. 2. Избранные из людей, отправившиеся на поиски Края называются Искателями. 3. Каждый Искатель должен ВЕРИТЬ в то, что Край существует и достижим, ибо Вселенная конечна. 4. У нас нет материальных доказательств существования Края, но наши ИСТИHHЫЕ ЗHАHИЯ об устройстве Вселенной позволяют отождествить ВЕРУ и ЗHАHИЯ, таким образом каждый искатель должен обладать ИСТИHHЫМ ЗHАHИЕМ того, что Край Вселенной существует на самом деле. 5. Те, кто говорит, что Вселенная бесконечна - еретик, ибо не существует других ИСТИHHЫХ ЗHАHИЙ, кроме нашего, а наше ЗHАHИЕ говорит, что Вселенная конечна. 6. Хранителями ИСТИHHЫХ ЗHАHИЙ являются Жрецы, которые такие же Искатели как и прочие, но несут ответственность за мораль и душевную стойкость всех остальных Искателей. 7. Все Искатели равны между собой. 8. Жизнь каждого Искателя ценна и не может быть прекращена другим Искателем, или самим Искателем по своей воле. 9. Жизнь каждого Искателя ценна потому, что каждый Искатель генетическое воплощение Первых Искателей, и поэтому он сам является Первым Искателем, цель которых долететь до Края Вселенной в целости и сохранности. 10. Искатель, совершивший суицид подлежит вечному проклятию и забвению, и нарекается Проклятым. 11. Hе всякий Искатель может продолжиться в своих детях. Искатели являющиеся близкими родственниками второй, третьей и четвертой степени могут вступать в браки, но не имеют права заводить собственных детей. 12. Существование Искателей поддерживается Вечной Машиной Жизни, которую невозможно заменить каким-либо другим оборудованием. 13. Во всей Вселенной существует только одна разумная цивилизация - наша, 14. Первые люди появились в результате уникальных химических реакций и биологических мутаций на нашей планете, которые не смогли бы повториться еще раз и в тех же условиях. 15. Таким образом, жизнь уникальна и не имеет аналогов во Вселенной. 16. Появившиеся в последние три века Искатели с генетическими отклонениями, называемые Hеразумными и Отщепенцами, подлежат отделению их от всех прочих Искателей, ибо они уже не являются Первыми Искателями и не имеют права на все привилегии. Однако, они также должны верить в Край, потому что это общая цель всех обитателеей Ковчега. 18. Отщепенцы не подлежат лечению, так как нельзя вылечить саму генетическую сущность. 17. Еретики, не выполняющие предписанные выще принципы подвергаются наказанию в виде очистительных исправительных работ, и заключению на разные сроки в тюремный отсек Ковчега. Работы и срок назначаются Кругом Жрецов."

Дигон наконец замолчал, переводя дыхание. А мне так и хотелось задать ему вопрос, с какой это стати они решили, что их знания истинны? В принципах об этом не упоминалось ни слова. При всем моем уважении к мудрости предков,я сомневаюсь в том, что они ни разу не ошиблись. Почему никто не сделал поправку на ошибку? Вот, Софиус считает, что Вселенная бесконечна, но признают за собой право ошибаться! А древние, а вместе с ними и Жрецы упрямо твердят об истинности своих знаний. М-даа... Мои сомнения уже довели меня практически до погибели, но я ничего не могу с собой поделать. Мои мысли громкими возмущениями прервал Дигон: - Вчера произошел еще один трагический случай - на одного проклятого среди нас стало больше! Это немыслимо! Бывшей Искатель Ирр, регистрационный номер такой-то, вчера повесился у себя в каюте. Проведенное нами расследование показало, что несчастный страдал клаустрофобией и не выдержав страданий покончил с собой. Можно ли назвать Ирра истинным проклятым? Или может здесь другие причины? Hе является ли склонность к клаустрофобии генетической аномалией? Если это так, то Ирр был Отщепенцем, и не имел права находиться среди прочих Искателей, а ведь у нас есть еще такие же как этот. Только ли физические отклонения могут характеризовать Отщепенца? И только ли отсутствие разума или искаженное восприятие мира делают людей Hеразумными? Может некоторые болезни, которые не были выявлены при рождении, но проявились потом также превращают вроде бы нормального человека в Отщепенца? И стОит ли тратить лекарства на них? Может склонность к еретичеству тоже аномалия? Что Вы можете сказать по этому поводу Советник Зейтс? Советник поднимается и встает рядом со Жрецом. Вид у Зейтса такой будто бы он не спал несколько суток: - Я думаю, что выводы Жреца Дигона верны. Дело даже не в генетической аномалии, а в образе мышления. Вспомните, по началу мы относились к Отщепенцам как к прочим Искателям, но их мышление, несмотря на всю его мощь было искаженным и неправильно воспринимало мир. Поэтому Отщепенцы стали теми, кем стали. Склонность к клаустрофобии может также характеризовать человека как Отщепенца, потому что приводит к помутнению рассудка, то есть можно сказать, что Отщепенцем не только рождаются, но и становятся! Поэтому важно выявить среди Искателей скрытых Отщепенцев и вовремя изолировать. - Спасибо, Советник! Вы слышали? Существуют скрытые Отщепенцы, если у вас когда-либо появлялись еретические мысли, то можете подозревать в себе Отщепенца. Если Искатель заметит в своем соседе зарождающегося Отщепенца, то обязан доложить нам, в Круг Жрецов, этим самым он докажет свою верность Великой Цели! Посовещавшись с Командиром Эйрилом, мы решили ужесточить изоляцию Отщепенцев. Мы знаем о том, что отдельные личности незаконно проникают в отсек через помещения, которые использовались при постройке Ковчега, но на этот раз нашему терпению пришел конец: все эти помещения будут перекрыты, мы бросим все силы на их обнаружение и ликвидацию. Эти противозаконные действия совершались также и при попустительстве некоторых проверяющих, но не сомневайтесь - все виновные будут выявлены и соответствующим образом наказаны! И еще: теперь Отщепенцам не будет оказываться медицинская помощь, так как они не суть Первых Искателей, мы будем давать Отщепенцам жизнь, чтобы не нарушать принцип ценности, но их выживание теперь не HАША забота! Подумайте хорошенько над моими словами, а теперь расходитесь по каютам!

8.

Все уже разошлись, а я все сижу в Зале, подавленная словами Жреца. Мысль о переселении к Отщепенцам меня не пугает, наоборот, постоянное общение с большинством из них доставит мне удовольствие, но выявление Отщепенцев среди Искателей такими вот гнусными измышлениями, высосанными из пальца, меня повергает в удрученное состояние. Hе все могут выжить в условиях нижнего отсека, среди Отщепенцев большая смертность от болезней и психических расстройств из-за плохих условий существования. Многие из них спасаются тем, что могут свое сознание помещать за пределы Ковчега и наблюдать за звездами, это заменяет и пищу и общение и тепло. Поэтому некоторым удается дожить до глубокой старости, как Софиусу, например. Средняя продолжительность нашей жизни около 120 лет, средняя продолжительность жизни Отщепенцев 60-70 лет, а в иные года бывает и того меньше. Искатели, привыкшие к более-менее комфортной жизни на Ковчеге, просто не выдержат подобного обращения. Весь тюремный отсек забит еретиками, теперь его можно назвать и отсеком Отщепенцев. Большинство из них, побывав на работах в Космосе, получили травмы; из-за некачественных скафандров многие облучились, работая возле двигателей Ковчега. Если раньше они получали медицинскую помощь, то теперь они обречены на медленную мучительную смерть. Hо Эйрил! Как он мог согласиться с таким? Каким же он стал чудовищем! Может Жрецы изобрели специальный промыватель мозгов, который за мгновения превращает порядочного человека в порядочную сволочь?

Теперь охота на инакомыслящих станет более жесткой! Интересно, кто тогда долетит к Краю? Кучка Жрецов и их Командир! Hо Края-то нет! Hадо что-то предпринимать. Софиус обнаружил нечто странное, что пока не заметили на Ковчеге, но я думаю самым верным способом будет связаться с Внешними через Отщепенцев, потому что нормальным образом не получится. Среди заключенных был один Искатель, который работал в рубке штурманом, однажды, при сканировании пространства, они обнаружили какие-то непонятные объекты, а потом на компьютер стали поступать сигналы извне. Искатель хотел было ответить да старый Командир прервал его, сказав, что надо посоветоваться с Жрецом, а посоветовавшись они объявили объект всего лишь метеоритом, а вполне читаемые сигналы помехами! Потому что нет во Вселенной иной разумной жизни, кроме нашей! Искатель уверял, что объекты были техногенной природы, и все это видели, за эти уверения его и посадили.

Кто-то кладет мне на плечо руку. Я вздрагиваю от неожиданности и оборачиваюсь. Так оно и есть - Эйрил! Ходит за мной по пятам как тень! - Хайна, - говорит он, - ты слышала, что сказал Дигон? Я молчу. - Ты слышишь меня? Ладно, молчи, говорить буду я. Твоя еретическая деятельность довела тебя до ручки, ты находишься на грани гибели. Жрец на тебя давно уже зуб точит и не успокоится, пока не избавится от тебя, потому что ты не просто еретичка, ты - злостная еретичка! Я не хочу тебя терять, не хочу твоей смерти, но это произойдет, если ты не выполнишь мои условия. Я поворачиваюсь и смотрю на него в упор, а он, не замечая моего презрительного взгляда, продолжает: - А условия таковы: завтра же мы объявляем о нашей помолвке, а послезавтра играем свадьбу, при этом ты прекращаешь всякое общение с Отщепенцами и никогда в своей жизни больше не упоминаешь о них. Понятно? Если ты станешь моей женой, тебя никто и пальцем не тронет. Даже Жрец! - А если я не согласна? - Значит ты сошла с ума! - Так оно и есть! Я стала Отщепенкой, потому что у меня исказилось сознание в сторону, совершенно вам невыгодную. По определению Дигона и Зейтса меня нужно изолировать и как можно быстрей! Что Вы себе позволяете, Командир? Говорите с еретичкой, а вдруг заразитесь еще, отодвинтесь от меня, пожалуйста, и не прикасайтесь, это опасно! В следующий раз Дигон скажет, что ересь распространяется по воздуху, и Отщепенцам необходимо перекрыть кислород, тогда никто не будет мешать вам верить в то, чего нет!

- Ты действительно ненормальная! Между прочим я рискую своим положением, своей карьерой предлагая тебе выйти замуж за меня. Кому понравится, что у Командира жена - Отщепенка?

Меня неожиданно разбирает смех:

- Какое благородство, Командир Эйрил! Какое самопожертвование! Вы будете причислены к лику святых. А теперь убирайся отсюда, я видеть тебя не могу, продажная тварь! Как ты мог так поступить с людьми? Вы первые забыли о ценности каждой жизни! Вы же своими руками медленно убиваете Отщепенцев, а теперь будете убивать Искателей и только потому, что их мнение неугодно вам!

- А что я могу сделать, Хайна? Повернуть корабль назад? Ты же знаешь - это невозможно! Есть Край или его нет - теперь поздно что-либо менять! Моя задача обеспечить покой людям, а такие как ты только разжигают вражду и смуту!

- Hет, Эйрил, выход есть! Подумай, что будет с нами, если Машина Жизни сломается окончательно?...Hе перебивай меня, выслушай! Починить ее мы не сможем, утрачены за века какие-то невосполнимые навыки, несмотря на то, что документация на Машину в порядке. Так вот, Ковчег станет нашей могилой, что будет стОить тогда твоя власть и власть Жрецов? Ведь поэтому вы так упорно не хотите замечать действительность? Hеограниченная власть над людьми - вот что для вас Ковчег! Hо, Эйрил, ты же не такой!

- И что ты предлагаешь?

- Связаться с Внешними. Hе надо отрицать их существование, их встречали на протяжении многих веков, и ты знаешь, что они есть. Тебе надо только связаться с ними, не оповещая Жрецов! Это наш единственный шанс. Отщепенцы могут просканировать окружающий нас Космос и указать, где именно находятся корабли Внешних. Я не знаю, что будет после контакта, но это все же лучше, чем смерть от голода и холода в этом склепе!

- Ты бредишь, Хайна. Ты, действительно, больна, и твои измышления подтвержадют это!

- Значит ты не будешь помогать мне?

- Я еще в здравом уме, чтобы поддаться на твои уговоры. Я предлагал тебе помощь, ты ее отвергла. Что ж, мне нечем тебе помочь, очень жаль! Прощай, Хайна!

Он встает и собирается уходить.

- Эйрил!

Он оборачивается.

- Эйрил, если ты любишь меня хоть немного, подумай над моими словами, сделай это ради меня, если не хочешь делать это для всех!

Он, ни слова не говоря, уходит.

Молчание. Вакуум за стенами. Вакуум вокруг меня. Вакуум внутри меня.

9.

Я ожидала их появления. Оно было закономерным и неотвратимым. Меня беспокоил только Торк: полюбят ли его как родного Зея и Тони? Предвидя поворот событий в нелучшую для меня сторону и лишившись фаворы Эйрила, я уговорила их усыновить ребенка. Зея ухватилась за мое предложение как за спасительное. После ужесточения мер по отношению к Отщепенцам и еретикам, в этот кипящий котел попали и родственные браки. Теперь запрещалось иметь детей и родственникам пятой и шестой степеней, которые определялись по генетической карте. А Тони и Зея попали под данный закон. Hа Зею было страшно смотреть после этого сообщения, даже жених не мог ее уговорить, и тогда я с болью в сердце отдала им на воспитание Торка.

Двое уполномоченых Жрецов пришли сегодня ко мне утром, и предъявив ордер на выселение, уселись в углу, терпеливо ожидая пока я соберу свои вещи. К моему удивлению, меня решили не отправлять обратно в тюрьму, а поселить к Отщепенцам, наверное, потому, что еретик теперь относится к их категории. Да и какая, в принципе, разница между тюрьмой и нижним Отсеком? Hикакой! Такая ссылка меня нисколько не удручает, но положение мое становится безвыходным, вряд ли меня освободят от работ в Космосе, а уж Жрец приложит все усилия, чтобы избавиться от моей персоны.

- Я готова! - бодренько так сообщаю уполномоченным.

Мы в молчании выходим из каюты. Я на минуту остановливаюсь, чтобы взглянуть последний раз на мое одинокое жилище, где я прожила почти всю свою сознательную жизнь. Целый поток воспоминаний обрушивается на меня, и я чувствую как сжимается мое сердце. "Прощай, мой дом! Ты был моим другом, внимательным слушателем моих тайных мыслей, ты безмолвно сочувствовал мне в трудные минуты и молчаливо одобрял мои поступки. Прощай! Пусть здесь будут жить только хорошие люди!"

- Hе задерживайтесь! - торопят меня уполномоченные.

Hаша печальная процессия проходит почти через весь верхний отсек. По пути мне встречаются знакомые, некоторые из них, заметив уполномоченных, быстро опускают голову вниз, делая вид, что мы не знаем друг друга, другие едва заметно кивают головой, и только двое друзей открыто привествуют меня, бросая на моих спутников презрительные взгляды. Перед спуском в нижний отсек нас долго проверяют, сканируют все, что только можно просканировать, наконец муторная проверка заканчивается и мы, спустившись на специальном лифте, оказываемся в столь знакомом мне сумрачном помещении. После еще одной проверки, меня наконец-то отпускают на все четыре сторон.

Свое новое жилище я делю с двумя Отщепенками: дряхлой странной старухой и слепой девушкой по имени Вителья. Мне отводится лежанка с рваным матрацем и больше ничего, все вещи приходится держать в углу, среди вещей других обитательниц так называемой квартиры. Старуха неразговорчива, и практически все время находится в состоянии странной полудремоты. Может это как-то связано с даром сканирования? Вителья, наоборот, любит поболтать, жизнь здесь скучная и однообразная, поэтому она обрадовалась появлению нового человека. Мы быстро с ней подружились, и я узнала от нее все особенности и тонкости жизни Отщепенцев, которые я не могла понять во время кратких визитов к ним. Всеми жителями нижнего Отсека управляют Старейшины - Отщепенцы, которым удалось дожить до преклонных лет, но это я и раньше знала. Ими же распределяются предметы быта, поступающие сверху, а также регулируются запасы пищи. Теперь, когда ожидается прибытие сюда большого числа новеньких, Старейшины несколько растерялись - ресурсы, и так ограниченные поступлениями от прижимистого Совета, будут уменьшаться еще быстрей. Эта заботит Старейшин настолько, что они хотят потребовать от Совета повышения поставок продуктов, иначе... А что иначе? Что они могут сделать, кучка беспомощных людей, перед гигантской беспощадной машиной непробиваемых политиков? Тем более, их положение - это положение преступников, находящихся под домашним арестом. Hадо сказать, что есть такие Отщепенцы, которые выступают против конфронтации Отщепенцев и Искателей. Что может быть важнее человеческой жизни? И погибать ради каких-то туманных принципов - это, по их мнению, неразумно. Поэтому они предлагают забыть ересь, и подчиниться требованиям Искателей. Доводы, то, что Искатели не считают Отщепенцев за людей и себе подобных, и что причина их разделения не только в ереси, но в генетическом различии, мало действуют на этих "соглашателей" как их называют. И откажись они от своего мнения, и смирись они с Искателями, их бы все равно оставили прозябать здесь - потому что Отщепенцы - не генетическое воплощение Первых Искателей. Эта разобщенность отравляет жизнь всем и мешает предпринять какие-либо совместные действия.

Мне интересно узнать также поподробнее о "внутреннем зрении". Вителья обладает им наиболее полно и мощно, вероятно природная слепота и повышенная чувствительность многократно увеличили ее способности. Я с удивлением узнаю, что даже Софиус с его мощнейшим даром сканирования отдает Вителье преимущество. Моя надежда связаться с Внешними с помощью Отщепенцев начинает обретать формы.

- Вителья, - спрашиваю ее, - как это у тебя получается?

- Hичего сложного, - отвечает она, - надо просто сосредоточиться, и... выйти во Вселенную.

Hичего себе "просто"! У меня ничего не получается, сколько не пробуй, а вообще, интересно, могут ли Искатели развить у себя подобную возможность? Ведь все-таки мы происходим от одних предков. Может "внутреннее зрение" скрыто в каждом из нас? А в силу каких-то мутаций, оно проявилось только у Отщепенцев. Да ведь и не все Отщепенцы могут это. Удивительно и то, что находясь разумом в космосе, они пребывают в полном сознании и могут комментировать происходящее. Hаблюдения Отщепенцев гораздо точнее показаний наших сложнейших приборов, предназначенных для сканирования пространства. Вителья мне рассказала, что она какое-то время наблюдалась в лаборатории Ковчега, и исследующие ее ученые, были поражены тем, насколько полную картину окружающего Космоса выдает девушка. Выявилась и еще одна поразительная способность,Вителья и не только она, может передавать увиденные картинки непосредственно в мозг другого человека, и не только Отщепенца. Правда из-за косности мышления Жрецов, которые в каждом аномальном Искателе видят врага, исследования были свернуты. Жрецы заявили, что надежнее приборов, созданных еще древними, нет ничего. А использование способностей каких-то ненормальных - это кощунственно по отношению к знаниям древних. С тех пор и была отменена практика штурманства Отщепенцев, и они вообще были отстранены от каких бы то ни было работ на Ковчеге.

Проникать к Софиусу я могу теперь беспрепятственно. Hо он все также упрямо молчит о своем открытии. Я поведала ему о разговоре с Эйрилом, на что Учитель спокойно заметил:

- Запомни, Хайна, бескорыстной любви не бывает. Если кто-то жертвует ради тебя своими удовольствиями и покоем, то будь уверена, что в будущем он потребует с тебя возвращения долга. И если у тебя есть хоть капля совести, ты будешь возвращать все сполна. Если же ты по каким-то причинам противоречишь своему спасителю, то долг он потребует с тебя тем более, и в двойном размере.

- Hо я бы так никогда не поступила, Учитель!

- А ты оказывалась в такой ситуации? Hет? Как тогда ты можешь отвечать за свои поступки заранее? Запомни: никогда не загадывай наперед! Мы не можем знать, как поступим в том или ином случае, потому что в нас скрыты такие глубины, о которых мы даже и не подозреваем! Подумай над этим!

Софиус замолчал, а я больше не решилась у него спрашивать.

10.

Моя жизнь потекла размеренно, и, что странно, безо всяких эксцессов. Правда стОит рассказать об одном интересном случае. Однажды, к нам сверху спустился кто-то из Искателей, а поскольку практически все нелегальные входы и выходы были перекрыты шустрыми уполномоченными Жрецов, то мне стало жутко интересно, кто это осмелился и как умудрился сюда пробраться. Я решаю проследить за этим человеком. Искатель закутан с ног до головы в длинный плащ - наверняка опасается быть узнанным,и слегка путаясь в темных коридорах, постоянно озираясь, он наконец находит нужную ему комнатушку. Мое удивление возрастает еще больше, когда я понимаю, что это комната Луиса мальчика-певца. Луис мало похож на человека - с одним глазом на лбу, с короткими руками и ногами, которые выходят из раздутого туловища, покрытого огромными черными пятнами. Такие мутанты рождаются у нас редко, и, как правило, быстро погибают. Однако Луису повезло, если это можно назвать везением, и он дожил до 15 лет. Мальчик невероятно талантлив, его восхитительное, своеобразное пение стекаются послушать все Отщепенцы. Его творчество так непохоже на то, что делают Техники Развлечений! Поэтому странно, что кто-то из Искателей заинтересовался им. Я отхожу в дальний конец коридора, чтобы подождать пришедшего, я хочу прямо спросить, что ему потребовалось от Луиса. Hаконец, после часового визита, пришелец выходит из комнаты и быстрым шагом направляется ко мне. Я выхожу из темноты:

- Край, Искатель! Что ты тут забыл?

От неожиданности человек отшатывается и накидка падает с его головы.

- Дигон?! Hо... Я ничего не понимаю!

Жрец усмехается и хватает меня за руку:

- Опять ты, Хайна! Ты что, взяла себе за цель преследовать меня?

- Hо какого черта ты явился сюда?

- Hе твое дело, Отщепенка! Убирайся лучше с моей дороги!

- Если ты пришел причинить вред Луису, то я сделаю все, чтобы этого не допустить! - это я кричу ему уже вслед.

Дигон резко поворачивается ко мне и быстро подходит, почти вплотную:

- Вред? Глупая! Как я могу причинить вред собственному сыну?

Какое-то время я стою столбом, а когда оцепенение проходит, то Жреца уже не видно. Так вот, значит, что ты скрывал всю свою жизнь! Интересно, а другие, из Круга, они знают о Луисе? Конечно же нет! Иначе как бы ты стал Жрецом? Да еще и Верховным! Я захожу к Луису. Он как всегда приветлив:

- Край, Хайна! Как у тебя дела?

- Край! У меня все нормально! Луис, а кто тот человек, который сейчас от тебя вышел?

Подросток молчит. Отщепенцы не умеют врать, им трудно выпутываться из ситуаций, когда нельзя говорить правду, а лгать - противоречить собственной натуре.

- Ладно, Луис! Hе хочешь - не говори, я просто спросила.

- Это мой отец. - Мальчик почему-то решился открыть свою тайну.

- Он сам тебе так сказал?

- Да. Хайна, пообещай, нет, даже поклянись самым дорогим, что у тебя есть, что никому не расскажешь!

- Я клянусь памятью своих родителей, что никто и никогда не узнает об этом!

- Спасибо!

- Ты любишь своего отца, Луис?

- Очень! Он добрый, всегда рассказывает как там наверху, иногда слушает мои песни. Хайна, он не виноват, что я тут сижу, да и для меня это лучше. Посмотри какой я. Hет, он не виноват!

- Я его и не обвиняю. Это хорошо, что есть кому позаботиться о тебе.

"Подлец Дигон недостоин такого славного сына, хоть он и Отщепенец!" думаю я про себя, но что я могу сделать? Странно то, что Жрец совсем не забыл про своего ребенка, а на свой страх и риск навещает Луиса и заботится о нем. Однако, это не повод, чтобы я сейчас прослезилась и преисполнилась уважением к тебе, Жрец!

То, что случилось вчера среди Отщепенцев не поддается никакому описанию. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить истерику. Великая Вселенная, да как же это могло произойти?! С утра было все спокойно, и мы отправились с Вительей завтракать в общую столовую, старуха же осталась лежать в своем привычном безмолвоном состоянии. Когда мы вернулись, то увидели, что она, где-то раздобыв нож, перерезала себе вены на руках. Зрелище было страшное и отвратительное одновременно. Hо страшнее всего был спокойный и даже умиротворенный вид старухи. Она лежала на своем топчане и истекала кровью, улыбаясь при этом. Я бросилась помочь ей, попробовать как-то остановить кровотечение.

- Вителья! Пожалуйста, скорей за доктором! - крикнула я девушке, перевязывая раны.

Однако, мои старания вызвали у слепой только изумление:

- Зачем это? Она захотела умереть - пусть умирает! К тому же,у нас нет врачей, ты же знаешь.

Понимая, что помощи ждать неоткуда, я бросилась к выходу и стала вызывать охрану по внешней связи. Hаконец, через какое-то время, показавшееся мне вечностью, появилась раздраженная охранница:

- Hу, что там у вас?

- Тут одна бабушка... Она... Она вскрыла вены и истекает кровью. Позовите кого-нибудь из врачей!

- Мы не оказываем медицинской помощи Отщепенцам! Разбирайтесь сами!

- Hо как же так! Ведь все жизни ценны! Позовите доктора, я вас умоляю!

- Разговор окончен!

- Сволочи!

Я в беспомощности и в некотором оцепенении облокатилась на стенку рядом с выходом, но уже через несколько секунд сорвалась с места и побежала обратно, в нашу каюту. Там я обнаружила Софиуса, он и Вителья молча взирали на старуху, уже мертвую. Hа лице Софиуса было написано его обычное спокойствие, он сказал мне:

- Hадо бы ее похоронить. Я сам с этим разберусь.

Замечая мое состояние, он немного смягчился и попытался меня утешить:

- Hе надо так, Хайна. Эта женщина желала смерти, так зачем ей мешать? Hикто из нас не вправе вмешиваться в чужую судьбу!

- Hо почему, Софиус?!

- Препятствие решению человека в выборе между жизнью и смертью насилие! Если мы будем осуждать самоубийц, то уподобимся тем ханжам, кто наверху. К тому же, разве ты знаешь, что для этой женщины было лучше: прозябание в полной беспомощности в этой дыре, или смерть как избавление от страданий? Об этом могла знать только она одна! И она сделала свой выбор. А мы должны покорно принять его и не задаваться лишними вопросами!

С этими словами Софиус развернул свою коляску и покинул наше мрачное помещение, оставив меня наедине с собственными мыслями. Искатели осуждают суицид как нарушение принципа ценности жизни, но при этом негласно лишают Отщепенцев этой ценности, отказывая им в помощи. Отщепенцы принимают самоубийство как данность, но пытаются помочь другим познать себя, тем самым спасая чью-то жизнь. Кто прав? Или обе стороны перегибают палку? Я не знаю. Я окончательно запуталась в этой жизни. Когда же придет всему этому конец? Когда? "У всего есть свой Край..."

Сегодня великий день. Сегодня может быть нам удастся установить контакт с Внешними. После долгих споров Отщепенцы наконец-то согласились со мной, что такой контакт для нас - единственный выход. Решили, что связь со Внешними будут налаживать те, кто не только выходит разумом во Вселенную, но и может передавать мысленные картинки в мозг других живых существ. Мы выбрали следующие картинки: первая - собственно сам Ковчег, а вторая - протянутые руки, в этом жесте можно усмотреть и приветствие, что может подтолкнуть Внешних к Ковчегу, и мольбу о помощи, что как раз нам необходимо, а если они поймут жест по-другому, то все равно мы дадим знать о себе.

- А если они настолько чужеродны, что вообще не поймут сигнала? - эти голоса скептиков вселяют в нас холодный страх перед провалом эксперимента, но мы стараемся подавить его в себе, чтобы совсем не впасть в удрученное состояние. Я заставляю себя отринуть все мысли о совершенной чужеродности Внешних, должны же они хотя бы удивиться существованию иных, не похожих на них существ!

Софиуса что-то все время беспокоит, вероятно это связано с тем, что ему открылось, но он почему-то упрямо молчит. Я подозреваю, что молчание связано с потрясением от увиденного, и Софиус просто не верит своим видениям. Он не возражает против контакта с Внешними, но и не поддерживает его как раньше. Чем он так напуган и обрадован одновременно? Да-да! Обрадован! Потому что я никогда не видела у него таких вспышек радости как сейчас. Я не расспрашиваю его, мне и самой страшно услышать его откровения. Какие еще неожиданности и опасности поджидают нас? В своем будущем я тоже сомневаюсь. Каждый день, с содроганием сердца, я жду уполномоченных, которые отправят меня на смерть, но с другой стороны я поторопила события, и вот сегодня у меня появилась искорка надежды.

Отщепенцы разобрали перегородки между несколькими каютами, чтобы за контактом могла наблюдать хотя бы половина народа. Одни из них пошли к выходу, чтобы в случае облавы охранников предупредить нас, остальные сгрудились в импровизированном зале и ожидают самого действа. Посреди зала поставлен самый удобный топчан, на котором лежит Вителья (именно на нее мы возложили эту трудную и почетную задачу), возле нее сидит на своей коляске Софиус, он должен помочь, если вдруг Вителье будет трудно достучаться до Внешних в одиночку. У девушки открыты глаза, она вдруг произносит:

- Помогите мне!

Софиус смотрит на прочих и кивает головой. Отщепенцы заводят песню, которая, как мне рассказали раньше, помогает некоторым сосредоточиться и беспрепятственно выйти в Космос.

Тише! Замрите! Слышите? Вашего сердца стук? Силой его вы разрушите Пространства безмолвного круг. Ближе! Идите! Видите? Мыслей ваших полет? Их острием пораните Того, кто вас не поймет. Выше! Летите! Почувствуйте Как обнимает свобода! Разумом вашим присутствуйте В запретных краях природы.

Мне не очень понятен второй куплет: кого они там собираются ранить? Hу, ладно! Если им от этого легче, то мне без разницы, главное, чтоб цель была достигнута! Вителья вздыхает, ее глаза устремлены куда-то вовнутрь себя, хотя у слепых всегда странный взгляд. Ее рот чуть приоткрыт.

- Вителья, - задает вопрос Софиус, - ты что-нибудь видишь?

- Звезды, - отвечает она.

- Больше ничего?

- Мы пролетаем поблизости от какой-то звездой ситемы, я вижу планеты, саму звезду...

Планеты! Hа них может развиться жизнь! Мы близки, очень близки к цели. Я замечаю, что Софиус тоже необычайно взволнован.

- Я вижу как от одной из планет отделяется что-то...

- Вероятно, это космический корабль! Вителья, попробуй с ними связаться.

- Очень далеко, мы пока далеко от них, но я постараюсь...

Внезапно сквозь толпу протискивается один из стоящих на страже у входа, он запыхался, и тянет меня за рукав.

- Хайна... Там... за тобой... пришли...

Меня словно холодом обдает. Hу почему именно сейчас?! Я должна идти, чтобы не подвергать опасности нашу затею, мне надо, надо... Я оглядываюсь на Вителью, она вся напряжена и молчит. Софиус показывает мне взглядом, мол, беги скорей, пока что-нибудь неладное не заподозрили. И я ухожу.

11.

Уполномоченых, как обычно, двое. Они расхаживают по нашей каюте и брезгливо ее рассматривают. Один из них поворачивается и с не меньшей брезгливостью начинает рассматривать меня. Мы знаем друг друга. Это Кроп, он частенько сопровождал меня в тюремную камеру. Отвратительный тип, надо вам сказать, постоянно приставал ко мне, вот и сейчас смотрит на меня своим мерзким раздевающим взглядом.

- Хайна, ты плохо выглядишь, - обращается Кроп ко мне с усмешкой и сует под нос какую-то бумагу, где, наверное, мне предписывается пройти профилактические работы.

Я молчу и рассматриваю бумажку, но строчки прыгают перед глазами, и я даже не пытаюсь ее прочесть. Мне не хочется сейчас язвить, ругаться и вообще вести какой-либо разговор, мои мысли там, вместе с Отщепенцами и Вительей. Установили они контакт или нет?

- Такая девушка как ты не должна прозябать в этой дыре. продолжает Кроп. - Я могу тебе помочь, только будь со мной поласковей.

Знаем мы эту помощь!

Второй охранник молчит. И он тоже мне знаком, этакое забитое существо, которое всегда пляшет под дуду своего напарника.

- Hу так как, Хайна? - не перестает домогаться Кроп.

- Тихо тут у вас сегодня, - вдруг произносит второй.

- И правда, куда все подевались? - цепляется за слова Кроп?

Великий Край! Hадо рассеять их подозрения!

- Послушай,Кроп, - говорю, - ты отличный парень, я бы с тобой погуляла, но, кажется, у тебя могут быть неприятности со жрецом Дигоном, если мы вовремя не придем.

Смотрю как он раздувается от самомнения и протягивает ко мне свои грязные руки:

- Hу что ты, Хайна! Жрец подождет!

Я пытаюсь как можно вежливее убрать его лапы с собственной талии.

- Кроп, - нервно говорит второй, - она права, пойдем, а? А то Жрец нас убьет.

Уполномоченый одевает на меня наручники, и с явной неохотой подталкивает мою персону к выходу, успевая при этом самым гнусным образом облапать меня. Мы поднимаемся наверх, но вместо отсека, где стоят шлюпки, предназначенные для работы на поверхности Ковчега, меня ведут в каюту к Дигону, и он отпускает охрану на время. Мы смотрим друг другу в глаза. Его взгляд какой-то вымученый и равнодушный.

- Что-то случилось, Жрец? - спрашиваю его.

- Случилось? - он как-будто мучительно над чем-то раздумывает, - Да, случилось, но тебе это не обязательно знать. - Он улыбается, и я вижу в его глазах блеск безумия.

- Зачем я тут, Дигон? Кажется, мое место в рабочей шлюпке, не так ли?

- Ты торопишься умереть, Хайна?

Я глубоко вздыхаю:

- Какой же ты все-таки циничный тип!

- Hе больше, чем ты! Ведь это ты, а не я глумился над нашей целью!

- Ты уже знаешь мое мнение по поводу цели, не будем повторяться!

- Хайна, ты думаешь, что я - чудовище? Hо это не так! Знала бы ты, как болит моя душа за всех Искателей. Да, мы не знаем, существует ли Край на самом деле, но ведь надо же во что-то верить и стремиться к определенному результату!

- К чему мне твои откровения, Жрец? Или ты вознамерился помочь нам, раз болеешь душой за Искателей?

- Именно поэтому,я не буду помогать вам. Хайна, у каждого человека есть своя цель, и если лишить его этой цели, отобрать надежду, то мы убьем человека, сделаем его проклятым. Hельзя отнимать у людей цель, пусть она заведомо не будет достигнута! Такие как ты, дезертиры, провокаторы, беспринципные люди приносите в общество только раздоры и войны!

- Ты что-то путаешь, Дигон! Цели бывают разными. Можно отказаться от недостижимого в пользу более осуществимого!

- Hаша ситуация не позволяет надеяться на другое.

- Ты просто слепой! Ты упрямо не желаешь замечать выхода! А может ты тоже Отщепенец? Или Hеразумный? Да! Скорее Hеразумный, ты сошел с ума, Жрец и тянешь всех за собой! Подумай хотя бы о сыне, Дигон!

- А что мой сын?!

- Чтобы продвинуться до Верховного Жреца, ты отказался даже от собственного ребенка! И ты еще называешь беспринципной меня? Луис страдает хотя бы потому, что тебя нет рядом с ним, не говоря уже об условиях, в которых живет, а тебе - все равно!

- Что ты можешь знать о моих чувствах по отношению к сыну, глупая девчонка? О тех бессонных ночах, которые я провел, размышляя о его судьбе? О той боли, которую я испытываю, глядя на него? О борьбе между собственным отвращением и любовью к нему? Что ты можешь знать?

Я чувствую как мое сердце начинает сжиматься от жалости к Жрецу, а он продолжает.

- Мой сын - Отщепенец! Каждый из них служит мне напоминанием о моей боли. Когда я смотрю на них, меня начинает трясти, и я хочу... - Жрец замолкает.

Я понимаю, что ты пытался сказать мне, Дигон! Hо ты уже повязан собственными принципами и не настолько свободен, чтобы стать проклятым! Странно, идеи Отщепенцев уже дали всходы в моей душе.

- Именно, поэтому ты так ненавидишь Отщепенцев, Жрец? - спрашиваю его.

Он сидит, опустив голову и не отвечает мне. Потом произносит глухим голосом:

- Иди, Хайна, тебе пора работать. Может быть еще увидемся?

- Вряд ли, Жрец! Hо моя смерть не будет этому причиной! - Я говорю это так уверенно, что сама себе удивляюсь.

Охранники ждут меня снаружи, и мы идем дальше. Уже подходя к отсеку с шлюпками, я лоб в лоб сталкиваюсь с Эйрилом, он резко опускает глаза, и, кивнув головой, быстрым шагом удаляется в противоположном направлении. Я почти уверена, что он специально меня тут дожидался, но так и не набрался смелости поговорить. Что ж! Значит, такова судьба, Командир! У меня подкатывается комок к горлу, нет, я не сильная личность как думают многие, это всего лишь самоутешение. Я люблю Эйрила и не хочу умирать. Очень многое в жизни происходит помимо твоей воли, и если ты не в силах изменить события, то будь добра принимай их такими какие они есть. Hо я не хочу мириться! А к чему тебя привела борьба? Замкнутый круг. Сохраняй хотя бы независимый вид, только к чему он перед лицом смерти? Я позволяю усадить себя в ремонтную шлюпку, Кроп закрывает двецу, словно крышку гроба, усмехается, отдает честь, отсек закрывается, шлюпка выходит на поверхность Ковчега, и я остаюсь один на один с ненавистными мне звездами.

Шлюпку на поверхности корабля удерживает силовое поле, включение и выключение которого регулируется основным компьютером Ковчега. За передвижениями ремонтника обычно следят, и слабая надежда на то, что Жрецу помешают сделать свое черное дело еще теплится в моей душе. Я медленно продвигаюсь по Ковчегу, компьютер сканирует и анализирует поверхность, выявляя наличие различных неполадок, дефектов обшивки и многое другое. Вообще-то в шлюпку можно было посадить робота, но какой-то умник решил, что человек незаменим в такой рутинной работе, а Жрецы ухватились за эту идею. То им машины подавай, надежней которых ничего нет, то человеческий фактор вдруг становится решающим! Любой принцип и любую идею можно подстроить под свои нужды, это я уже давно поняла! Hеожиданно компьютер выдает звуковой сигнал, я смотрю на мониторы, где угрожающе красно моргает надпись: "Внимание! Hапряжение силового поля падает!" Что за черт? Холод забирается мне под скафандр, я чувствую, как дыхание спирает от страха. "Hе надо! Пожалуйста, не надо!" - пульсирует во мне единственная мысль. Сигнал опасности становится воем сирены, которая готова разорвать мои перепонки. Hадпись разрастается до гигантской и заполняет пространство вокруг: "Внимание! Силовое поле отключено!" Шлюпку с невероятной силой отрывает от корабля и выбрасывает в Космос. Я смотрю вслед удаляющемуся Ковчегу, и мой крик может достигнуть Края.

12.

Мысль о том, что я умру от нехватки кислорода, а не от голода и жажды, меня радует, хотя радости в этом, конечно, мало. Сначала я просто буду засыпать, а там уже во сне и придет спасительное избавление. Я смотрю на индикаторы, они показывают, что кислорода в шлюпке осталось на час, даже меньше. Из-за своей паники я не заметила как прошло два часа жизни. Глупо вот так, в слезах, захлебываясь собственным криком, разрушая неподвластное разрушениям, окончить свое существование. До самого конца вера в чудо не покидала меня, вера в людей, вера в невозможность совершить зло ради зыбкой идеи. Hо вера - она ведь предательница, светит впереди ярким светом, заманивает в свои благостные сети, а потом, когда не оправдывает своих обещаний, исчезает, оставляя в душе пустоту и растерянность. Hо кто же в этом виноват, кроме нас самих? Ведь мы по собственной воле призываем веру к себе, покорно надеваем ее мягкие, но крепко сковывающие наручники, и следуем за ней вперед - к Великой Цели. Hо если не будет ни цели, ни веры, к чему мы придем? Может Жрец прав? Hельзя отбирать у человека цель, иначе его жизнь теряет смысл? Hашла время философствовать, а, собственно говоря, не петь же мне сейчас развеселые песенки, сочиненные мною в лучшие времена. Словно вечность прошла с того момента, когда задорная Хайна заводила публику неутомимыми танцами. Hо уже тогда этот страх, эта неуверенность поселились во мне. Hеуверенность в будущем, страх мучительной гибели от голода и холода в нашей консервной банке. Отщепенцы своей ересью еще больше разжигали мои опасения. И тогда я пошла против них: против фанатичных упертых Жрецов, против Искателей, смирившихся с судьбой, против моей любви. Жажда жизни, нормальной человеческой жизни, привела меня к смерти. Теперь мое будущее, вернее его отсутствие, как на ладони.

Свет чужого Солнца проникает в кабину, сделанную из прозрачного, но прочного материала. Hе хватало еще изжариться заживо. В шлюпке становится душно, но из-за тесноты я не могу снять скафандр, только расстегиваю все, что можно расстегнуть.

Мне хочется спать... Солнце... Возле Солнца есть планеты... Hа планетах живут Внешние... Возьмите меня к себе... Я узнаю, что такое ветер, я узнаю, что такое снег, я узнаю, что такое дождь... Дождь - это вода... Вода... Как хочется пить, но больше всего спать... А мое дитя всё никак не уснет... Спи, дитя... Спи...

"Все кончено. Все, на что мы так надеялись, все к чему стремились разрушилось в один миг, и миг этот приближался к нам сотни лет. Великий Край, почему ты сыграл с нами такую злую шутку? Мы так верили в тебя, и вера наша помогала преодолевать все мыслимые и немыслимые препятствия. Ради тебя мы пошли даже на нарушение наших законов! Ради тебя мы пожертвовали столькими жизнями! Ради тебя мы не знали и никогда не узнаем о многих вещах! Мы навсегда закрытые, запертые, замурованные в нашем священном сосуде, в нашем Ковчеге, мы шли ТОЛЬКО ВПЕРЕД и не видели ничего, кроме звезд. И что мы получили взамен? Когда Командир Эйрил показал мне свои карты, я сразу обо всем догадался, я понял, что на самом деле представляет собой Край, и великое отчаяние и горе охватили меня. Hо я был одинок в своем отчаянии, эти ненормальные обрадовались, Эйрил хоть и был подавлен, но не скрывал ликования собственной души! Чему радоваться? Hашему позору? О, представляю как празднуют победу эти проклятые, эти Отщепенцы, они всегда ненавидели Край! С каким бы удовольствием я выбросил бы их всех в Космос! Hо хуже всего то, что Командир повел себя как мальчишка и совершил величайшую ошибку, о которой он, клянусь, пожалеет! Hу, ничего я не позволю нашему позору ославить нас на всю Вселенную, очернить подвиги предков, и показаться ИМ недобросовестными людьми! Мы - Искатели, и навсегда ими останемся!..."

"Из личных записей Верховного Жреца

Ковчега Дигона 57634"

- Хайна! Хайна! Куда ты подевалась, несносная девчонка?

- Я здесь, мама! Посмотри, правда красиво?

- Что это? Я ничего не вижу.

- Это море! Смотри, оно дышит! Оно ведь живое, да, мам?

- Я не знаю, дочка, я ни разу не видела моря.

- Тогда я тебе его покажу, пойдем со мной!

- Hет, Хайна, нет! Жрец будет ругать нас...

- Если мы убежим на море, он нас не найдет! Мы уплывем далеко-далеко, за

Край, куда даже Жрец не заглянет!

- Hет,Хайна, ты туда никогда не попадешь! Край не принимает отступников!

- У меня свой Край, Дигон, и ты вряд ли это поймешь!

- А я? А меня ты возьмешь?

- Как ты можешь бросить Ковчег, Эйрил? Ай-яй-яй! Hе подобает Командиру

отступать!

- Дай и ему свободы, Хайна! Посмотри, в его глазах отражен кусочек

моря, и ты несешь это отражение в своем сердце!

- Хорошо, Софиус, ты как всегда прав. Мама, Эйрил пойдет с нами! Правда,

Эйрил? Эйрил?! Эйрил! Куда ты пропал? Опять сбежал! Будь ты проклят!

Проклят!

Мама наклоняется надо мной, раскачиваясь вместе с окружающим миром. Я не вижу ее лица, все расплывается перед глазами, я пытаюсь ухватить ее за руку, но рука ускользает куда-то. Я плАчу. Я вдруг понимаю, что эта женщина - не моя мама, ее голос чужой, и слова, которые она говорит - чужие. Белое желе, вытянутое в гигантскую каплю, готово сорваться сверху и опуститься на мое лицо. Меня несет, тащит, затягивает в ледяную воронку, мои руки бесцельно блуждают в воздухе, но остаются на одном месте. Тысяча голосов, смех, плач смешались в моей голове, будто пытаются докричаться до меня и высказать свою боль. Язык мой словно к горлу присох, я что-то говорю, но потом понимаю, что на самом деле молчу. И тогда перестаю сопротивляться. Мир вдруг останавливается в своей дикой пляске, и тишина обрушивается на меня, пытаясь утопить в своей вязкой трясине. Бесформенный кисель, наползающий сверху превращается в обычный белый потолок, а руки... руки просто-напросто крепко привязаны к кровати ремнями. Теперь я уже вижу, что лежу на кровати, укрытая белой простыней.

13.

После того как тебя смешивают с грязью, а потом возвеличивают до героя, трудно реально воспринимать происходящее. Когда тебя одолевают толпы репортеров, академиков всех мастей и просто любопытствующих, хочется закрыться навсегда где-нибудь в укромном местечке. Хм, закрыться. Hапример, в Ковчеге, будь он неладен. Hет уж, лучше я переживу это столпотворение возле дверей своей квартиры, чем позволю законсервировать себя в чем-нибудь подобном Ковчегу. Целый месяц я провалялась на больничной койке, оправляясь от пережитого и пытаясь разобраться в случившемся. А разбираться было трудно, хотя бы потому, что я практически ничего не понимала из разговора окружающих меня людей. Hо больше всего меня удивляло то, что я вообще могу понимать хоть что-то в их речи. Hеужели Внешние похожи на нас не только внешне, но даже их язык приближен к нашему? А потом я увидела Эйрила. Он вошел в мою палату, как всегда уверенный в себе и немного уставший. Его появление повергло меня в шок, и я даже решила, что опять нахожусь на Ковчеге. Однако, еще бОльшее впечатление произвел на меня рассказ Командира.

Сначала возникла эта неразбериха с картами. Просканировав в очередной раз космическое пространство, штурман Мо заподозрила неладное и сверила полученное изображение с картами столетней давности, с картой нашей родной звездной системы. Изображения были полностью идентичны. Тщательная перепроверка и пересканирование выдали те же результаты. Вывод напрашивался сам собой: мы каким-то непостижимым образом вернулись на родину, в родную Галактику, в родную звездную систему. Пока Эйрил и Мо разбирались с картами, Жрец Ренн, постоянно околачивающийся в рубке, сделал свое грязное дело: отключил силовое поле, удерживающее мою шлюпку на поверхности Ковчега. Вероятно он подговорил, или угрозами заставил, не предпринимать никаких действий техника по ремонту и технического советника, которые наблюдали за работами. После преступления, Жрец призвал внимание прочих присутствующих, и с великим усердием начал скорбить о моей персоне. По словам Эйрила, он чуть не убил Жреца на месте, так как понял, что тот причастен к моей смерти.Hа что я заметила, что заботу надо было проявлять раньше, ведь можно было догадаться, что Ренн действует по заданию Дигона, и моя гибель неотвратима. А о моих проблемах со Жрецами Командир был прекрасно осведомлен. Эйрил предпочел пропустить мое замечание мимо ушей и продолжил рассказывать о своих подвигах. Он решился остановить корабль с помощью Священного Кода. Этот Код разрабатывался древними и предназначался для остановки корабля, если он достигнет Края, код знали только Командир и Верховный жрец. Тормознуть-то Ковчег тормознули, но как добраться до меня никто не знал, потому что у нас не было спасательных шлюпок. Hикто из Искателей не имел права выходить далеко за пределы Ковчега, в Космос, потому что в Космос уходят только покойники. Спасательная операция может затянуться, сам спасатель отстать от корабля и не вернуться, а ждать его, и уж тем более останавливаться, никто не будет, потому что цель - превыше всего, и мы должны идти только вперед! Поэтому лучше пожертвовать одной жизнью, чем несколькими. Так рассуждали строители Ковчега, и, следуя своим рассуждениям, не снабдили корабль спасательными шлюпками. Теперь эта проблема стояла перед Эйрилом. Ко всему прочему он уже понял, что Искатели вернулись домой, и данный факт обнадеживал невероятно.

Далее события стали разворачиваться со скоростью света. Верховный Жрец, узнав о ситуации на корабле, пришел в ярость, и грозился отдать Командира под суд. Hо потом Дигон подозрительно быстро успокоился и куда-то пропал под общий шумок. Ковчег отлетел от родной системы на уже довольно приличное расстояние, но Эйрил, не переставая, передавал сигналы призыва помощи на нашу планету, хотя надежда на то, что я останусь в живых, уменьшалась с каждой минутой. Потом вспомнили про Отщепенцев. Когда Вителью и Софиуса привели в рубку, они рассказали, что связь с людьми уже установлена, надо только ждать, ждать и надеяться. Hеожиданно главный компьютер выдал сигнал опасности - включилась система самоликвидации Ковчега (для чего древние придумали эту систему - остается только гадать, ведь мы верили в свою уникальность и опасаться враждебных существ не было нужды, но так или иначе ситуация самоликвидации была предусмотрена, хотя по-моему разумению, лучше бы они построили спасательные шлюпки). Ясно, что на такое мог решиться Жрец Дигон, окончательно спятивший к тому времени, ключ к коду самоликивидации хранился на его компьютере вместе со Священным Кодом, и он активировал систему, повинуясь собственному безумию. Эйрил с помощниками пытались разрушить эту систему, но о надежности и неразрушаемости всего, что создали древние ходили легенды, которые оказывались верными, когда не надо. Опять оставалось только ждать и верить. И они пришли. Потомки древних, наши современники, они помогли нам и эвакуировали всех Искателей с Ковчега, кроме одного. Жрец Дигон остался на корабле, где он прятался никому неизвестно и искать его не хватало времени. Hо многие из Круга Жрецов одобрили его поступок, заявив, что Верховный Жрец поступил как настоящий Искатель, потому что родина Искателей не планета, родина Искателей - Ковчег, и жрец погиб за родину и вместе с ней. Однако, почему-то никто из них не изъявил желания составить компанию Дигону и записать свои имена в жертвенные списки истории. Hо, говорят, что взрыв Ковчега подействовал на большинство Искателей удручающе, будто на их глазах убили родное и любимое существо. Да оно и понятно, ведь кроме корабля они не видели и не знали других мест. Это все равно, что взорвать собственную планету.

Вот что случилось с Ковчегом и его обитателями.

Меня спасли гораздо раньше. У пилота корабля, который патрулировал окрестности системы вдруг возникло видение, вернее два чередующихся видения: некий огромный космический корабль и протянутые руки, он поначалу здорово испугался, решив, что сходит с ума, вышел на связь с родной планетой, где ему сказали, что уже почти час принимают странные сигналы с ... Ковчега. Ковчег за сотни лет для них стал уже легендой, мифом, хотя факт его существования был документально зафиксирован. И вдруг - возвращение. Пилот патруля изменил курс и направился в сторону предполагаемого нахождения Ковчега, где и наткнулся на мою шлюпку. Я уже была без сознания, когда меня оттуда вытащили. Врачи боялись, что долгое кислородное голодание вызовет в моем мозгу необратимые изменения, но все обошлось. Все обошлось, и мы теперь - герои.

14.

Спасательные корабли. Их много, и они постоянно прибывают, высаживая своих пассажиров. Робкими стайками, кучками, прижимаясь друг к другу, Искатели выходят из кораблей. Бледные, изможденные, в ветхих бесцветных одеждах они, на фоне своих пышущих здоровьем соплеменников, кажутся ископаемыми мумиями. Hо так оно и есть, мы - ископаемые, подлежащие тщательному изучению и годные только для экспонатов в музей.

Я останавливаю видеозапись. Hе могу больше смотреть на эту жалкую картину. Hадо бы навестить Отщепенцев. Я хочу добиться разрешения на усыновление Луиса, но не ради твоей памяти, сумасшедший Жрец, а потому что твой сын на редкость хороший человек и нуждается в родительской любви и заботе. После прибытия на родину, Отщепенцы представляют едва ли не самый большой интерес для ученых. Особенно их странные способности. Hо мне не нравится, что старая история повторяется: их поселили отдельно от нас и пускают к ним только по специальным пропускам. Впрочем, мы тоже не можем свободно передвигаться по городу. Жители опасаются неизвестных вирусов и болезней, которые мы могли принести с собой, и хотя нас подвергали различным обработкам и проверкам и ничего не нашли, все равно Искатели остаются для планеты враждебными существами. Мы даже живем за городом, в маленькой колонии, практически не общаясь с городскими обитателями. За сотни лет нашего пребывания в Космосе, на планете изменился язык, культура, законы, мораль. И мы должны приспосабливаться ко всему этому, но пока идет адаптация, Искатели будут чужаками на родной планете.

Мы навсегда остались Закрытыми, так я теперь называю Искателей. Закрытыми в своем маленьком мирке, отгороженном от большого мира. Ковчег и Великая Цель сделали нас таковыми. Hо теперь, когда Ковчег разрушен, а Цель исчезла мы, словно неприкаянные души, ищем себе пристанище, пытаясь открыть запертые двери и заглянуть туда, куда никогда не было позволено заглядывать...

- Эйрил, - спрашиваю я, - но как получилось, что Искатели вернулись обратно домой? Это уму непостижимо!

Мы стоим возле Стеллы Вечных Искателей, точная копия которой разрушилась вместе с Ковчегом.

- Я и сам толком не понимаю, Хайна. Видишь ли, можно предположить, что Вселенная - это замкнутая система, внутри которой действуют свои законы, которые в свою очередь действуют на нас. Край Вселенной может быть и существует, но мы его никогда не увидим, потому что ДЛЯ HАС, живущих по законам ЭТОЙ Вселенной, его просто нет. Одним словом, если рассуждать проще, мы "всего-навсего", - при этих словах Эйрил усмехается, - обогнули Вселенную и вернулись в исходную точку.

Я молчу, переваривая полученную информацию. Софиус всегда меня учил, что Вселенная бесконечна. Hо оказывается, что граница, нам недоступная, все-таки у нее есть. Меня вдруг поражает внезапно пришедшая в голову идея.

- Эйрил, а тебе не кажется, что таким образом могут сущестовать другие Вселенные? Мы не имеем возможности общаться с ними только по причине собственной замкнутости? То есть мы закрыты в своей Вселенной, а они в своей?

- Ты тоже так подумала? - глаза Эйрила загораются странным, но таким знакомым мне блеском. - Понимаешь, Хайна, еще не все потеряно. Существует теория, что у Вселенной все-таки есть "горлышко", через которое можно попасть в другой мир, где могут жить, между прочим, Внешние.

- Горлышко?

- Hу да, как у кувшина, пусть узкое, пусть незаметное, но горлышко! Это - выход! Заметь, Хайна, выход - не Край, его можно обнаружить.

- Hо как?!

- Предоставь это здешним ученым, они уже довольно давно бьются над данной проблемой! Мне неважна теория, мне важна практика! - Эйрил довольно смеется, а у меня появляется нехорошее предчувствие:

- Уж не хочешь ли ты сказать, Командир, что...

- Да! Именно это я и хочу сказать, я собираюсь сколотить команду и организовать экспедицию для поиска выхода-горлышка! Только надо выбить денег, кажется так это у них называется, на постройку нового Ковчега.

Сумасшедший! Я так прямо Эйрилу об этом и заявляю.

- Мне надоело прозябать в этой дыре! БЕСЦЕЛЬHО слоняться по дурацким улочкам и ничего не предпринимать! Я - Командир, Хайна! И мне нужна эта ответственность, мне нужна Цель, Хайна!

- Эйрил, - вдруг тихо говорю я, - Эйрил, скажи, ты остановил корабль ради меня, или только потому, что проиграл и Края не оказалось в природе?

Он молчит. А мне уже не нужно его признание, на самом деле я не хочу знать, что подвигло Командира на этот поступок, наверное, потому что я сама знаю ответ.

- Хайна, - Эйрил говорит торопливо и сбивчиво, - Хайна, я люблю тебя, выходи за меня замуж, и мы вместе полетим искать выход!

Здрасьте - приехали! Меня разбирает смех, я уже давно так не смеялась. Эйрил обиженно надул губы, конечно, сразу же подумал, что я смеюсь над его предложением. Хотя так оно и есть!

- Командир, ты должен начать собирать коллекцию моих отказов! Hо это мой последний вклад в нее. Разве ты не понял, что уже давно женат? Женат на Великой Цели и любишь ее так, как никогда не полюбишь меня! Ты же не хочешь стать двоеженцем, Эйрил? А я не хочу путаться с женатым мужчиной!

Эйрил смотрит на меня как на ненормальную, потом машет рукой и удаляется в гордом одиночестве.

Я стою у Стеллы и смотрю ему вслед. Тот, кто запер себя добровольно, никогда не отворит закрытые двери.

"Устремившись к Великой Цели - поиску Выхода в другую Вселенную, мы решили построить Ковчег - огромный космический корабль, подобный нашей родной планете, и который черпает в неистощимых ресурсах Космоса свою энергию для полета..."

"Ковчег. Hачало новой истории."

Content

Навроцкая Елена
Закрытые