Пеппероу Юджин

Бумеранг

Юджин Пеппероу

Бумеранг

За несколько секунд до того, как на восьмиметровой глубине морская вода хлынула ей в рот, разрывая легкие, она, отчаянно пытаясь вырваться, поняла, что с самого начала предчувствовала: Фрэнк убьет ее ради той женщины...

1

В то летнее солнечное утро Дейл Кларк, спускаясь с мужем из своего номера в ресторан, находившийся на первом этаже курортного отеля, увидела за их столиком незнакомую молодую женщину с красивым кукольным лицом. Рядом с женщиной сидел, по-видимому, ее муж, худощавый жгучий брюнет лет тридцати и что-то с жаром говорил, жестикулируя. Увидев подошедшую пару, он легко поднялся и, представившись, попросил извинения, что метрдотель из-за отсутствия свободных мест временно подсадил его к ним за столик. Он с Лорной, женой, прилетел на побережье только вчера и еще не успел получить постоянное место в ресторане.

За завтраком выяснилось, что обе молодые пары живут в одном городе и даже имеют общих знакомых, но раньше никогда не встречались. Пока их жены, несколько настороженно приглядывались друг к другу, мужчины разговорились и вскоре почувствовали взаимную симпатию. Они были внешне поразительно несхожи. Филипп Делорм, француз по отцу, невысокий, жилистый, густо заросший курчавыми черными волосами, был воплощением холерического темперамента; Фрэнк Кларк, белокожий, светловолосый гигант с античным профилем, носил свои триста фунтов могучих мышц с такой неторопливой осторожностью, словно боялся нечаянно раздавить кого-нибудь на своем пути. Больше всего на свете он ценил тишину, покой и свободное время.

Кларк был резчиком в гранитной мастерской. Работа была не творческой: по чужим эскизам он наносил рисунок на полированную мраморную плиту или выбивал на гранитной глыбе портрет с фотографии умершего. Зато в своей собственной мастерской, на втором этаже дома, доставшегося ему в наследство от тетки несколько лет назад, он по-настоящему отдыхал душой. Все стены комнаты, отведенной под мастерскую, были увешаны его работами, а в маленьком садике перед домом в беспорядке стояли высеченные из камня скульптуры и целые композиции.

Фрэнк уверял жену, что когда-нибудь его произведения будут стоить больших денег, и все воры города будут кусать себе локти, что не украли их раньше.

- Конечно, дорогой, украсть их из музея Гугенхейма в Нью-Йорке будет значительно труднее.- с серьезным видом соглашалась его кроткая двадцатишестилетняя Дэйл, считавшая своего громадного мужа большим ребенком и всегда беззлобно подтрунившая над ним.

Они поженились шесть лет назад, когда учились в школе прикладного искусства.

Фрэнк каждый день дарил Дэйл ее портреты, которые рисовал углем на картоне.

Сейчас они были развешаны по стенам всего дома и вызывали неизменное умиление гостей Кларков. Профессионального художника из Дэйл не получилось, о чем, впрочем, она никогда не жалела, но ее вышивки разноцветным шелком пользовались большой популярностью у жен приятелей и знакомых Фрэнка и позволяли ей не зависеть от мужа в своих расходах.

Филипп и Лорна Делормы были женаты около трех лет. Филиппу недавно исполнилось тридцать два года, он на восемь лет был старше жены и у него это был первый брак. Лорна уверяла, смеясь, что взяла его штурмом, как вражескую крепость, и что мужчин только так и можно завоевывать. Филипп при этом смущенно улыбался и, как бы удивляясь этому, говорил, что он действительно не собирался жениться в ближайшие несколько лет, но, как видите, факт налицо. Он был кинооператором и уже успел сделать себе имя тремя отличными лентами. Мечтой Филиппа было снять собственный фильм о подводной флоре и фауне у южных берегов Северной Америки.

Все отпуска он проводил с аквалангом на побережье и даже жену пытался приобщить к этому увлечению. Правда, Лорна научилась нырять с аквалангом и иногда ассистировала мужу в подводных съемках, но по-настоящему этим так и не заразилась. Она говорила, что постоянно мерзнет под водой, даже в гидрокостюме.

Лорна принадлежала к старому калифорнийскому роду Фитцпатриков. Родители ее погибли пять лет назад в автомобильной катастрофе, из родных никого не осталось и, чтобы не идти "за прилавок", по ее выражению, ей пришлось сразу после школы выйти замуж за преуспевающего строительного подрядчика, старше ее лет на двадцать.

Замужество оказалось недолгим. Застав жену с одним из своих клиентов, муж просто вышвырнул ее из дома, как нашкодившую кошку. Факт супружеской неверности был неопровержим, поэтому алиментов она не получала. С год Лорна работала статисткой на киностудии, там она и встретила Делорма, уже имевшего за спиной три художественных, несколько документальных лент и установившуюся репутацию способного кинооператора. Лорна быстро прикинула, что брак с известным оператором мог бы открыть ей путь в сверкающий мир кино, вывести ее из безликой и безымянной толпы статистик к волшебной камере.

"Дайте мне только шанс,- злилась Лорна, сжав кулачки так, что ногти впивались в ладони,- а я уж сумею им воспользоваться". Такой случай представился месяца через два после свадьбы. По протекции Филиппа она была допущена к кинопробам, получив в очередном вестерне маленькую, но заметную роль очаровательной девушки, похищенной кровожадными индейцами из обоза переселенцев. Филипп, снимавший этот фильм, старался подать ее лицо крупным планом. Когда отснятые сцены просмотрел продюсер фильма, восьмидесятилетний Дэвид Капельбаум, он, хмыкнув, сказал, что этой милой девушке гораздо больше подошла бы роль леди Макбет, но никак не невинной жертвы.

- Думаю, что индейцам очень скоро пришлось бы пожалеть о том, что они взяли ее в плен,- добавил он с саркастической усмешкой.

Лорна, сидевшая там же, в просмотровом зале, с трудом подавила желание вцепиться ему ногтями в лысину, но на Филиппа замечание старика, слывшего на студии глубоким психологом, произвело впечатление. Он стал как-то по-новому приглядываться к жене и, хотя Лорна больше не делала попыток сняться в кино, в отношениях с Филиппом возникла некоторая напряженность. Этот брак обманул ожидания Лорны и в материальном плане. Хотя Делорм прилично зарабатывал, он много денег тратил на съемку собственного фильма. Конечно, если фильм будет куплен какой-нибудь телекомпанией, то все затраты на него окупятся сторицей. Но когда это будет? Когда она станет старой и некрасивой? Тогда она никому не будет нужна. И она начала жить так, как сочла нужным. Дважды она превысила свой банковский кредит, выдавая необеспеченные чеки, и мужу приходилось оплачивать их. Это непременно заканчивалось семейной сценой. В конце концов Филипп стал все свободное время проводить на киностудии, монтируя уже отснятый материал, предоставив Лорне право вести достаточно вольную жизнь: одной ходить на вечеринки, вернисажи, коктейли, бывать на театральных премьерах.

К моменту знакомства с Кларками Делормы как семья существовали чисто номинально.

Если Лорна до этих пор и не ушла от мужа, то только потому, что после развода ее уже не будут приглашать в большинство тех домов, где сейчас принимали как жену известного кинооператора.

Знакомство молодых пар подействовало на каждую из них благотворно. Филипп учил Кларков нырять с ластами и маской, собирать со дна маленькие красивые ракушки, а те, в свою очередь, учили Делормов делать из раковин и картона трогательные безделушки, которые они раздаривали детям на пляже. Эти крошечные шкатулочки, лягушата, человечки имели такой успех у ребятни, что Лорна Делорм в шутку предложила основать фирму по их массовому выпуску.

Молодые женщины постарались с первого же дня наладить приятельские отношения.

Они были почти одного роста, обе тоненькие, стройные, длинноногие и, когда через неделю Лорна купила в городе себе и Дэйл одинаковые пляжные комплекты и солнечные очки, то даже скептичный Фрэнк, увидев их одинаково одетыми, не мог удержаться от восхищенного возгласа:

- Черт! Да ведь вы похожи, как сестры-близнецы.

С того дня у них появилось невинное развлечение: по вечерам, когда жара спадала, обе пары отправлялись гулять на набережную.

Женщины шли под руку впереди, а их мужья, отстав шагов на двадцать, с усмешкой наблюдали за поведением прохожих. Почти каждый встречный мужчина, увидев красивых молодых женщин, так похожих друг на друга, заинтересованно поворачивался, некоторое время шел следом, безуспешно пытаясь завязать знакомство, но ретировался, обескураженный их каменным молчанием. Потом за ужином Фрэнк со вздохом говорил жене:

- Да, старушка, Лорной мужчины интересуются больше, чем тобой. Вот что значит молодость.

Но чаще бывало наоборот, и тогда он утешал жену Филиппа, что успех придет к ней с годами, с опытом. Как ни странно, Лорна весьма болезненно реагировала на шутливые замечания, вызывая этим у своего мужа насмешливую улыбку. Филипп, не забыв слова, сказанные о Лорне старым продюсером, внимательно присматривался к жене, когда она, дурачась, пыталась на пляже повалить Фрэнка на песок или по приятельски болтала с Дейл о всяких женских пустяках. Он достаточно хорошо знал свою жену, чтобы поверить в ее равнодушие к этому светловолосому гиганту или дружеские чувства к Дейл. Однажды, перехватив пристальный взгляд, брошенный Лорной на могучую спину Кларка, отжимающегося на руках от песка, он негромко сказал ей:

- Не загорайся, девочка, эта крепость тебе не по зубам. Он любит свою жену и никогда не позволит себе ничего, что могло бы огорчить ее.

Лорна пожала плечами и с деланным безразличием ответила:

- С чего ты взял, что у меня какие-то виды на этого мастодонта? Он не в моем вкусе.-Но потом, не выдержав, все же добавила, загадочно улыбаясь;Что же касается крепостей, то даже самую неприступную из них можно взять изнутри.

Говоря, что Фрэнк не в ее вкусе, Лорна явно лукавила. Фрэнк с первого взгляда поразил ее воображение, а когда она увидела его на пляже, то даже ахнула от восторга:

- Вы похожи на античную статую,- сказала она,- или на древнего викинга. Вас надо уменьшить хотя бы раза в полтора-вы просто подавляете своими размерами.

Представляю, что вы можете натворить, если разбушуетесь.

- Да что вы,- засмеялась Дэйл,- он у меня смирный, как ручной слон, да к тому же ужасный трусишка. Вот если он чего-то сильно испугается, тогда от него лучше держаться подальше: во время бегства в панике может растоптать и даже не заметит этого.

Фрэнк добродушно усмехнулся, сделав страшное лицо:

- Опять выдаешь всем мои секреты? На шкаф захотела? - и быстро взяв жену за талию, он одним легким движением посадил ее себе на плечо.

- Фрэнк, бессовестный, отпусти немедленно, люди же смотрят.

- А ты скажи, что больше так никогда не будешь!

- Фрэнк, я упаду, ну хорошо, хорошо, я так больше никогда не буду. Доволен, изверг?

- Ладно, так уж и быть, пользуйся моей бесхарактерностью.- Гигант бережно опустил жену на землю и тут же легко отпрыгнул в сторону, спасаясь от тумака.

- Я ужасно боюсь высоты, а он дома все время сажает меня на шкаф.

- Не правда, не все время, а только когда ты этого заслуживаешь.- Фрэнк и Дэйл двинулись к пляжу, шутливо переругиваясь, а Лорна, внезапно пораженная острым чувством зависти, осталась стоять, с ненавистью глядя им вслед.

Филипп Делорм почувствовал тягу жены к молодому скульптору почти с первого дня знакомства и прекрасно понял, что будет дальше... Каждый раз, когда он перехватывал пристальный взгляд, устремленный на Фрэнка, сердце его сжималось от ревности. До встречи с ней он никогда никого не любил, и ее измены больно ранили его. Лорну же его долготерпение, причин которого она, как и большинство их общих знакомых, не понимала, буквально бесило. Она считала мужа слюнтяем, трусом, тряпкой, о которую можно вытирать ноги. Она не ценила его любовь. Возможно, если бы он устроил хоть раз бешеную сцену ревности, или избил ее, или завел любовницу, Лорна начала бы уважать его, но бедняга Филипп, обожающий свою жену, не нуждался в других женщинах.

Лежа без сна на диване в гостиной, он не раз решался уйти от нее, но стоило Лорне под утро на цыпочках прокрасться к нему в постель и, скользнув под одеяло, нежно прогудеть в ухо: "Бу-бу-у", вся решимость Филиппа таяла, как утренний туман под лучами солнца. Он еще пытался сопротивляться, хмурился, отворачивался, но уже понимал, что она опять одержала над ним победу, и никуда он от нее не уйдет. А через два-три месяца все повторялось: очередная скандальная интрижка Лорны, как правило, с кем-то из его коллег, сочувственные взгляды секретарш на киностудии, твердое решение развестись... Но Лорна, знавшая свою власть над мужем, бесстыдная, такая желанная и любимая, всегда побеждала.

Филиппу пришла в голову блестящая мысль-снять маленький фильм об этом чудесном месяце на море. Он буквально измучил всех, заставляя вести себя естественно, от чего получалось только хуже. Наконец, он придумал эффектный кадр: Фрэнк посадил обеих женщин себе на плечи, зашел с ними по шею в воду и по команде присел так, что все с головами погрузились в воду. Филипп стал снимать, в этот момент Фрэнк медленно выпрямился и, раздвигая воду мощной грудью, направился к берегу. Это было очень впечатляюще: русоволосый гигант на фоне багрового заходящего солнца выносит из морской пучины двух загорелых красавиц, испуганно прильнувших к его могучей шее. Кадр действительно получился эффектным, но на следующий день Фрэнка разбил жесточайший радикулит, проявлявшийся всякий раз после поднятия больших тяжестей. Утром он еле дотащился до пляжа и со стоном прилег на песок. Лорна, спустившись на пляж и узнав, что случилось, сбегала в отель и принесла баночку бесцветной жидкой мази.

- Ложитесь на живот,- приказала она Фрэнку.

- Вы что, решили пытать меня перед смертью?-возмутился он.-Лучше уж убейте сразу.

- Ложитесь, ложитесь, от этого не умирают. Ну быстро, переворачивайтесь на живот. Я сделаю вам массаж, от которого даже парализованные начинают плясать.

С помощью Филиппа и Дэйл она перевернула скульптора на живот (при этом Фрэнк едва не закричал от боли), затем густо намазала ему спину от лопаток до поясницы едко пахнущей мазью и встала Фрэнку на спину босыми ногами. Часто переступая ими, Лорна несколько раз осторожно прошлась по позвоночнику, не обращая внимания на стоны Фрэнка. Затем она стала вращаться на пятках, сначала медленно, потом все быстрей и быстрей. Внезапно остановившись, она поднялась на цыпочки и исполнила на могучей спине своего пациента что-то вроде испанской хоты. Фрэнк уже не стонал, а тихо покрякивал от удовольствия. Весь пляж с живым интересом наблюдал за столь необычным лечебным процессом. Наконец Лорна, тяжело дыша, спрыгнула на песок и пихнула своего подопечного ногой в бок.

- Вставайте, лежебока, и быстро сделайте сто глубоких наклонов вперед, не сгибая ног.

- Да что вы, Лорна,-заныл было опять Фрэнк,-смерти моей хотите? Какие наклоны, я шевельнуться не могу.

Но когда он начал подниматься, то на его лице отразилось величайшее изумление-боль исчезла. Он осторожно встал, нагнулся раз, другой, еще несколько раз-боли не было.

На следующий день, сидя в шезлонге у теннисного корта. где Филипп учил Дэйл правильной английской подаче, Фрэнк сокрушенно признался Лорне, что испытал необъяснимое чувство, какое-то странное наслаждение, смешанное с болью, когда она пальцами ног пощипывала ему кожу спины.

- Я тоже,-ответила Лорна, глядя ему в глаза.-Мне хотелось растоптать эту гору мышц, чтобы ты извивался подо мной от боли, и в то же время ужасно тянуло прижаться к тебе, хотелось ударить тебя и поцеловать.

Из-за курортного многолюдья у них не было возможности остаться вдвоем и, наверно, от этого, их взаимное желание все возрастало, становясь сильнее и неутоленней. За два дня они дошли до такой степени возбуждения, что, когда Лорна предложила Фрэнку поучить его до завтрака нырять с аквалангом, он сразу все понял и согласился. Филипп отнесся к этой затее неодобрительно, считая, что Лорна плохой инструктор и, случись что, она не сможет спасти своего подопечного.

Фрэнк обещал не заплывать глубоко и сразу же подняться на поверхность при первых признаках кислородного опьянения. С помощью Филиппа он подогнал лямки акваланга, слишком тесные для него, и вслед за Лорной, пятясь, вошел в воду.

Солнце стояло уже высоко. Видимость под водой была метров десять, и молодые люди могли не бояться потерять друг друга. Лорна плыла впереди, энергично работая ластами. Видимо, она руководствовалась какими-то ориентирами, потому что направлялась уверенно по прямой. Фрэнк с трудом поспевал за ней, задыхаясь с непривычки от нехватки кислорода. Дно довольно круто опускалось, и с увеличением глубины вода стала ощутимо давить на уши, маску сильно прижало к лицу. Фрэнк вспомнил инструкции Филиппа и несколько раз с силой выдохнул воздух. Обжим маски сразу уменьшился. Вокруг становилось все темнее, и, когда Фрэнк догнал Лорну, кругом царили зеленоватые сумерки. Лорна стояла на дне, держась рукой за тонкий металлический трос, уходящий вертикально вверх к какой-то большой округлой тени на поверхности воды. Теперь Фрэнк понял, куда они приплыли. В ярдах семидесяти от берега на якоре плавал круглый пенопластовый плот, около десяти футов в диаметре, выполнявший роль буйка. Плот легко выдерживал несколько человек, и в жаркие дни на нем постоянно резвилась молодежь. Ночью он часто служил пристанищем парам, желающим уединиться. Теплыми ночами влюбленные приплывали сюда и целовались на плоту под луной, не боясь, что их кто-то спугнет.

Лорна тронула Фрэнка за плечо и показала рукой вниз. Трос от плота был прикреплен к железному кольцу, вделанному в лежащую на дне большую прямоугольную бетонную плиту, видимо, специально сброшенную сюда с баржи. Плита лежала наклонно на коралловых выступах, нависая одним своим концом над дном и образуя под собой подобие небольшой пещеры, густо заросшей длинными водорослями. При приближении людей из пещеры выпорхнула стайка маленьких серебристых рыбок и доверчиво остановилась неподалеку, лениво двигая грудными плавниками. Лорна, поманив рукой Фрэнка, скользнула в темную дыру, и он с трудом протиснулся вслед за ней под плиту.

Здесь, в пещере, сумрак был настолько глубок, что Фрэнк с трудом ориентировался.

Длинные водоросли, касавшиеся его со всех сторон, казалось, ощупывали его. Рука Лорны легла ему на грудь, ласкающим движением тронула сосок, скользнула ниже...

Фрэнк привлек ее к себе, почти невесомую под водой, и ощутил под своей ладонью напрягшуюся грудь и бешеное биение ее сердца. Руки Лорны становились все настойчивее, требовательней. В почти полной темноте ощущение верха и низа исчезло: Фрэнк уже не думал о необычности обстановки, о ждущей его на берегу жене,-ни о чем, кроме этой ненасытной, ждущей любви женщины, исступленно бьющейся у него в руках. Потом они лежали рядом в густом ковре из водорослей, и едва ощутимые колебания воды чуть покачивали их измученные тела.

Когда они вышли из воды на берег, Филипп, обеспокоенный их долгим отсутствием, ждал у кромки прибоя. Взглянув на блуждающую по губам жены чувственную улыбку, он сразу понял все и, криво усмехнувшись, спросил:

- Ну что, научила Фрэнка... нырять с аквалангом? Лорна с дерзкой и чуть пренебрежительной улыбкой на вызывающе поднятом лице, тихо ответила, насмешливо растягивая слова:

- О да! Он оказался очень способным учеником.

Филипп постоял, сдвинув черные брови, что-то мучительно решая для себя, потом резко повернулся и молча пошел к отелю. Подошедший с аквалангом в руках Фрэнк обеспоко-енно спросил:

- О чем вы говорили? У твоего мужа было такое лицо, словно он обо всем догадался.

- А он и догадался,- беспечно ответила Лорна.- Ничего, проглотит свою догадку как миленький.

Но она ошиблась. Когда, позавтракав у себя в номере, чета Кларков спустилась на пляж, то на обычном месте они увидели одну Лорну.

- А что, Филипп кормит свою противную мурену?-поинтересовалась Дэйл, смешно наморщив нос.

- Нет, бедная мурена останется теперь без завтраков,- безмятежно ответила Лорна.-Филипп полчаса назад уехал в аэропорт.

- Что-нибудь случилось? Плохие известия из дома?

- Да нет, просто очередная семейная сцена. Что-то я не так сказала, и он взбрыкнул.

- Может быть, он на нас с Фрэнком за что-то обиделся?

- Ну что вы, Дэйл, мы вам оба очень симпатизируем, а о Филиппе не беспокойтесь,- одумается и, вот увидите, будет встречать меня у самолета с цветами.

Но Лорна опять ошиблась. Филипп в аэропорт не приехал, ни его, ни его вещей не было и дома. Лорна, выдержав характер, через неделю позвонила ему на студию, но ей ответили, что мистер Делорм в составе съемочной группы улетел в Бразилию.

- Нет, миссис Делорм, когда он вернется, я не знаю, может быть, месяца через три, а может быть, через полгода.- В голосе секретарши послышалось плохо скрываемое злорадство.

Вскоре Лорне позвонил адвокат Филиппа и сообщил, что уполномочен начать дело о разводе и, если миссис Делорм пойдет навстречу, то дело можно будет закончить быстро, а она будет получать приличные алименты. Если же она не даст развода, то придется передать дело в суд, и там неизбежно всплывут кое-какие неприглядные факты из ее семейной жизни - благо свидетелей этому более чем достаточно. В ярости Лорна бросила трубку. Второй раз как последняя дура она попалась на ту же удочку. Еще через день она нашла в своем почтовом ящике уведомление от домовладельца, который доводил до сведения, что поскольку мистер Делорм аннулировал свой контракт с ним, он вынужден просить миссис Делорм либо перезаключить его на ее имя либо освободить квартиру не позднее 30-го числа этого месяца. Лорна поняла, как непросто ей будет прожить одной. Подписав согласие на развод, перезаключив жилищный контракт, она осталась совершенно без денег. Алименты, получаемые от Филиппа, не покрывали и половины ее расходов.

Необходимо срочно подыскать себе какую-нибудь работу, но тут было одно маленькое затруднение-у Лорны не было никакой профессии.

Если не считать нескольких месяцев, проведенных на киностудии в качестве статистки, она никогда не работала.

Лорна позвонила Фрэнку, надеясь, что он поможет ей куда-нибудь устроиться, но трубку сняла Дэйл и, узнав Лорну по голосу, сразу же начала пенять ей, что та ни разу не была у них в гостях. Лорна рассказала ей об изменениях в своей жизни и услышала в ответ, что Фрэнк обязательно что-нибудь придумает. Дав клятвенное обещание Дэйл приехать завтра и отведать ее яблочного пирога, Лорна, несколько успокоенная, положила трубку.

На следующий день Кларки встретили ее у калитки своего дома. Дэйл расцеловала ее в обе щеки, а Фрэнк, хотя и державшийся несколько напряженно, дружески пожал руку.

Перед домом был небольшой участок, сплошь заросший травой и заставленный деревянными и мраморными скульптурами.

- Работы Фрэнка,- с гордостью указала на них Дэйл.- К зиме он готовит персональную выставку.

Из дома вернулся Фрэнк с тремя бокалами на резном деревянном подносе и с горечью сказал:

- Если бы не нужно было по восемь часов в день вкалывать в гранитной мастерской, я мог бы подготовить гораздо больше работ и, может быть, лучше, чем эти. Но что можно сделать за два дня в неделю, да и отдыхать ведь тоже надо.

Дэйл стукнула его кулачком по могучей спине:

- Ну, пока ты еще, кажется, не страдаешь от переутомления, судя по внешнему виду.

Они начали шутливо переругиваться, а Лорна стояла рядом и завидовала Дэйл.

Почему именно Дэйл, а не она обладает этим белокурым гигантом, живет в собственном доме, со вкусом обставленном прекрасной резной мебелью, которую любовно сделали его руки. Лорна, по меньшей мере, не хуже Дэйл внешне, да к тому же на целых два года моложе. И разве сможет эта застенчивая, робкая Дэйл доставить своему мужу такое наслаждение, которое он испытал с Лорной там, в подводном гроте? Куда ей, этой клуше!

- Что с вами, Лорна?-услышала она встревоженный голос хозяина дома.-У вас такое странное лицо.

- Да нет, просто я задумалась о работе.

- Да я же вам и толкую об этом. У нас в мастерской нужен человек, чтобы вести документацию, принимать заказы. отвечать на телефонные звонки, словом, мастер на все руки. Оклад, правда, небольшой, но жить на эти деньги можно Если вам это подходит, то завтра я поговорю с нашим управляющим.

- Да, конечно, Фрэнк, огромное вам спасибо,-задумчиво ответила Лорна, стараясь не спугнуть родившуюся у нее мысль. Кажется, она нашла вариант, как наладить свою жизнь.

Домой Лорна добралась на такси. Фрэнк предлагал отвезти ее, но она отказалась, считая, что ни к чему давать Дэйл лишний повод для подозрений. План, который все отчетливее вырисовывался у нее в голове, требовал, чтобы она стала для Дэйл близкой подругой, тем более, что сделать это будет нетрудно. Впоследствии так оно и оказалось. Работа в гранитной мастерской отнимала у Лорны много времени и сил, но как бы она ни уставала, возможность поболтать по телефону с Дэйл, заехать к ней на чай или пригласить ее к себе-непременно находилась. Наивная Дэйл вскоре начала во всем слушаться свою более молодую, но более опытную подругу. Как-то она посетовала, что у них с мужем нет денег на устройство его выставки, Лорна удивилась, почему они не возьмут кредит в банке.

- Но ведь банк не даст кредит без обеспечения, а какое обеспечение мы можем предложить?

- А дом?! Или он уже заложен?

- Нет, что ты, Фрэнк никогда не согласится заложить наш дом. Он говорит, что рисковать в надежде на успех можно всем, но только не домом, потому что пока у человека есть свой угол, он может не бояться даже потерять работу.

- Фрэнк совершенно прав, но есть способ получить кредит вообще ничем не рискуя.

- Лорна, ты говоришь какими-то загадками, но, главное, ты вселяешь в меня надежду.

Разговор происходил по телефону-Лорна попросила Дэйл никуда не отходить, пообещав вскоре перезвонить. Минут через десять телефон зазвонил вновь, и Лорна предложила приехать к ней, чтобы поговорить обо всем конкретно.

Дэйл примчалась через полчаса и вошла в дом одновременно с элегантно одетым мужчиной средних лет.

- Мистер Шелтон, позвольте вам представить мою лучшую подругу миссис Дэйл Кларк.

Мистер Шелтон, вы наша последняя надежда, потому что мне и миссис Кларк срочно нужны деньги, причем довольно много. Я хочу сменить квартиру: эта слишком велика для меня, придется купить новую мебель. А Дэйл деньги нужны для одного мероприятия, которое обещает принести хорошую прибыль. Дэйл, познакомься с нашим благодетелем.

- Но как мистер Шелтон сможет помочь нам? Вы вице-президент городского банка, сэр?- вопросительно посмотрела Дэйл на мужчину. Тот усмехнулся и протянул ей свою визитную карточку, на которой значилось: "М-р Уильям Д. Шелтон. Страховая компания "Аргус".

- Не удивляйтесь, миссис Кларк, что страховой агент предлагает вам банковский кредит. Все очень просто. К этому маленькому трюку довольно часто прибегают те, кто нуждается в определенной сумме наличными, если они уверены, что вскоре смогут ее вернуть, а до того регулярно выплачи-вать проценты по банковскому кредиту.

- О, да! Я не сомневаюсь, что работы Фрэнка, простите, моего мужа, обязательно будут покупать, и мы сможем быстро вернуть эти деньги. Мой муж-скульптор, он хочет устроить выставку-продажу своих работ, поэтому нам нужны тысяч десять на аренду зала, небольшую газетную рекламу с фотографиями, на афиши. Но как нам получить эти деньг" в банке без обеспечения, мистер Шелтон?

- Вот я и хочу вам помочь получить это обеспечение, причем большую сумму, а этот страховой полис вы предоставляете в банк в качестве обеспечения займа. Правда, эта операция не совсем законна, но наш городской банк, борясь за клиентуру, как правило, предоставляет подобные кредиты из расчета десять-двадцать процентов от страховой суммы. Чтобы получить в банке заем в десять тысяч долларов, вы должны застраховать свою жизнь не менее, чем на пятьдесят тысяч. Вам понятно, что я говорю, миссис Кларк?

- Да, вполне, но страховые взносы, наверное, очень высоки?

- Относительно, миссис Кларк, относительно. Они, конечно, выше, чем был бы банковский процент с этой суммы, но уж, безусловно, ниже, чем ростовщические проценты ссудных касс, а ведь признайтесь, вы с мужем, наверняка, подумывали о них?

- Да,- простодушно смутилась Дэйл,- муж говорил, что если нигде не достанет этих денег, то придется занять их в ссудной кассе, хотя это сущий грабеж.

- Ну, вот видите, тот вариант, что я вам предлагаю, оказывается оптимальным для всех. Ваш муж получает нужные ему десять тысяч долларов, я - положенную премию за то, что нашел для своей компании нового клиента, а банк-свои проценты. Как видите, все в выигрыше. Ну как?

- Не знаю, право,-неуверенно протянула Дэйл,-как-то страшно брать на себя обязательства на такую большую страховую сумму.

- Ну а вы, Лорна, будете оформлять полис? Вам ведь нужно тысяч пять на переезд и смену мебели. Правда, должен вас огорчить-у вас положение несколько иное, чем у миссис Кларк Поскольку вы состоите в разводе, банк не даст под ваш страховой полис больше десяти процентов. Простите меня. я касаюсь ваших личных дел, но страховая компания всегда проверяет эту сторону жизни своих клиентов, а банк обычно следует ее рекомендациям.

- Значит, чтобы получить несчастные пять тысяч, мне нужно застраховаться на целых пятьдесят тысяч долларов?-ахнула Лорна.

- Увы, не меньше.

Лорна с минуту о чем-то напряженно думала, изучающе глядя на сочувствующее лицо подруги, потом решительно тряхнула головой:

- Ну что же, в отличие от трусихи Дэйл, я не боюсь смотреть в будущее. Давайте ваши бумаги, мистер Шелтон.

Страховой агент достал фирменный бланк и привычно на-чал заполнять его.

- Ну вот и все, осталось только вписать имя вашего наследника. Кому вы завещаете получить страховую премию в случае вашей смерти, Лорна?

- Постучите по дереву, мистер Шелтон, я не собираюсь умирать в ближайшие пятьдесят лет!

- Ну вы же понимаете, что это чистая формальность. Так кому вы завещаете эти деньги в случае вашей смерти?

- У меня нет близких родственников, а теперь, после развода с мужем, и друзей-то не осталось, кроме Дэйл и ее мужа.

- Вот и назначьте их своими наследниками.

- А что, это мысль! Ведь ближе, чем ты, Дэйл, у меня сейчас никого нет. Пишите:

миссис Дэйл Кларк.

- Лорна, ты заставляешь меня краснеть. Знаете, мистер Шелтон, Лорна меня убедила-я тоже застрахуюсь. А когда можно будет получить в банке деньги под этот полис?

- Сразу же после выплаты вами второго страхового взноса, то есть через месяц.

- Отлично, тогда пишите.

Довольный страховой агент так же быстро заполнил и второй бланк.

- Кого назначаете своим наследником, миссис Кларк?

- Мужа, Фрэнка Кларка. Может быть, тогда он перестанет сажать меня на шкаф. Ведь если я оттуда свалюсь и сломаю себе шею, его обвинят в убийстве с целью получения страховки. Ой, что с тобой, Лорна, ты так побледнела? Да,-обеспокоенно заметил и мистер Шелтон,-вы так бледны, Лорна, вам плохо?

- Нет, нет, мне уже лучше, просто вдруг голова закру-жилась. Не обращайте на меня внимания.

Обе женщины поставили подписи там, где указал агент, и получили свои страховые полисы.

- Ну вот и все. Уплата страховых взносов чеком по почте до первого числа каждого месяца.

Лорна с лихорадочно блестящими глазами убрала в шкатулку бумагу и предложила всем выпить за успех делового начинания.

Вечером дома Дэйл в подробностях рассказала мужу, как она раздобыла деньги, он восхищенно щелкнул пальцами.

- Ну ты молодец, старушка! Прямо, афера века, а Лорна-это же просто финансовый гений.

- Значит, ты не сердишься? - вздохнула с облегчением Дэйл, не уверенная до последней минуты, что муж одобрит ее инициативу.

- За что, глупышка? Ты же нас спасла! Жаль, что я сам до этого не додумался. А счет в банке мы погасим, обяза-тельно погасим после выставки, я в этом нисколько не сомневаюсь.

Уверенность Фрэнка оправдалась. Его выставка прошла с большим успехом. Несколько газет напечатали о ней положительные отзывы. Все десять дней выставочный зал был полон желающих посмотреть, а может быть, и купить ориги-нальные работы молодого скульптора, так неожиданно и ярко заявившего о себе. Знатоки прочили Фрэнку большое будущее. В первый же день было куплено пять скульптур на сумму более двенадцати с половиной тысяч долларов, кроме того, Фрэнк получил заказ на художественное оформление загородной виллы одного из богатейших людей города, адвоката Мэллорна, что обещало ему сразу приличный доход. Фрэнк неожиданно стал знаменитостью.

Лорна присутствовала на вернисаже-очень довольный Фрэнк встретил ее в дверях.

- Все идет отлично,- заговорщицким полушепотом сообщил он и суеверно постучал костяшками пальцев по деревянной панели.-Я даже сам не ожидал такого успеха. И во многом это благодаря тебе. Ты здорово выручила нас тогда с деньгами.

- Вас?-недоуменно подняла брови Лорна.-Я думала о тебе, Фрэнк, и только о тебе, когда чуть ли не силой заставляла эту кретинку застраховать ее драгоценную жизнь.

- Это ты о Дэйл?-озадаченно протянул Фрэнк.-Мне казалось, что ты ее любишь.

- Люблю,- издевательски подтвердила Лорна,- как только можно любить жену своего любовника.

- Кхм, а я думал, что ты уже забыла о той подводной прогулке.

- Женщины такие вещи не забывают, да и ты, вижу, кое-что помнишь,-она показала на небольшую скульптуру в центре зала Вырезанная из орехового дерева тоненькая женская фигурка с развевающимися волосами, раскинув руки, напряженно, как струна, балансировала на выгнутой спине какого-то могучего морского чудовища, стремительно рассекающего мраморные волны. Чудовище было высечено из белого мрамора.

- Да,-смущенно сознался Фрэнк,-я делал ее и представлял тебя, когда ты плясала у меня на спине.

- Приходи ко мне завтра после выставки,-тихо сказала Лорна, положив свою руку на большую загрубелую кисть скульптора.

- Хорошо,- глухо ответил тот, глядя в пол. Так началась их связь, в которой с самого начала было что-то темное. Фрэнк стал тяготиться их близостью уже через несколько недель, избегал Лорну, старался не встречаться, что было непросто, работая в одном здании. Но стоило ему увидеть ее стройную фигуру, танцующую походку и вызывающе поднятое лицо, как желание властно захлестывало его, и он ничего не мог с этим поделать. Ему становилось все труднее придумывать оправдания своим вечерним отлучкам из дома. От этого он мрачнел, становился раздражительным. Дэйл, не понимавшая причину его состояния, относила все за счет творческого кризиса.

Действительно, после прошедшей с таким неожиданным успехом выставки Фрэнк не создал ничего нового. Отчасти это было вызвано нехваткой времени: после работы он ехал за город оформлять виллу Мэллорна, но основная причина крылась в двойной жизни, которую он вел вот уже три месяца, разрываясь между женой и любовницей.

Он постоянно лгал Дэйл, и она чувствовала это. Несколько раз Фрэнк заставал жену дома в слезах, причину которых она не хотела объяснить, лишь робко поднимала на него несчастные заплаканные глаза.

Между тем Ли Харвестон, владелец самого большого в городе выставочного зала, предложил Фрэнку в конце осени, после сезона отпусков, организовать развернутую выставку его работ на очень выгодных для Фрэнка условиях, причем брал на себя все расходы на рекламу. Но молодого скульптора это заманчивое предложение не радовало, так как ему почти нечего было выставлять: лучшие работы были распроданы, а те, что еще оставались, теперь казались ему самому слабыми и незрелыми. Выход из этой ситуации опять подсказала Лорна. Они лежали у нее дома на широкой низкой кровати, и он с горечью размышлял о своих трудностях.

Лорна взяла лицо Фрэнка в свои ладони, долго всматривалась в него и твердо сказала:

- Ты должен немедленно уйти из гранитной мастерской и заняться только скульптурой. До зимы еще девять месяцев. Если ты будешь все это время напряженно работать, то еще многое сможешь успеть. Я видела у тебя наброски, эскизы, глиняные модели.

- Все это так, но я просто физически не смогу перевести это в камень, чисто техническая работа отнимает очень много времени и сил.

- Так возьми себе помощника, умеющего работать с камнем, хотя бы из своей же гранитной мастерской. Ты как-то говорил, что с тобой работает очень толковый паренек- швед, который мечтает стать скульптором. Он будет делать за тебя всю техническую, черновую работу по твоим эскизам, а тебе останется только доводка скульптур. Ты же сам мне рассказывал, что Роден почти все свои вещи делал в глине, а его помощники потом переводили их в мрамор, гранит или делали бронзовые отливки.

Фрэнк не мог не восхититься ее цепким, практичным умом. Действительно, с толковым помощником он мог бы многое успеть к зиме, если уйти с работы, но где взять деньги, чтобы платить помощнику, да и на что-то надо жить все это время.

От суммы, полученной за проданные скульптуры, осталось совсем немного. Почти все ушло на ремонт дома, покупку нового спортивного "меркурия", двух больших глыб прекрасного розового мрамора, погашение ссуды, взятой в банке под страховку Дэйл. Достать денег было решительно негде.

Угадав его мысли, Лорна повернулась на бок, уперев тугую грудь ему в плечо, и жестко сказала:

- Ты должен заложить дом.

- Ни за что! - мгновенно отреагировал Фрэнк.- Ты знаешь, как я к этому отношусь.

Дом-это святыня, им рисковать нельзя.

- У тебя все святые, ханжа проклятый,- и дом святыня, и жена твоя святая, лишь я для тебя ничего не значу. Ты приходишь ко мне только в постель или за деловым советом, потому что ни того, ни другого твоя гусыня с коровьими глазами тебе дать не может, но все же ты держишься за нее обеими руками, а я для тебя всего лишь девка...

Лорна бурно разрыдалась. Фрэнк, не выносивший женских слез, робко пытался утешить ее:

- Лорна, ну ты же прекрасно знаешь, как много для меня значишь, и я тебя очень ценю. У Дэйл больное сердце, врачи из-за этого ей даже запретили рожать.

Расстраиваться ей нельзя: сильного нервного потрясения она может просто не выдержать.

- Ну и что, если не выдержит? Одной глупой гусыней на свете будет меньше, зато ты, наконец, будешь свободен, и мы сможем пожениться. С моей помощью ты добьешься очень многого. Раскрой глаза, дурачок, неужели ты не видишь, что жена связывает тебя по рукам и ногам. Если хочешь добиться успеха в жизни, тебе нужна не она, а я. И не думай, пожалуйста, что я уступлю тебя ей. Нет, я буду драться за тебя, если понадобится, до смерти, потому что люблю и верю, что только со мной ты станешь богатым и знаменитым.

Скульптор лежал с закрытыми глазами, и было непонятно, о чем он думает. Лорна, решив, что на сегодня психологической обработки достаточно, замолчала и, приподнявшись на локте, осторожно куснула будущую знаменитость за сосок, потом длинным ухоженным ногтем легонько провела ему поперек живота. Фрэнк неохотно открыл глаза и вымученно улыбнулся:

- Прекрати, щекотно.

Лорна еще раз, уже сильней, куснула его.

- Лорна, ну больно же.

- Врунишка, ты же говорил, что щекотно.

- Тогда было щекотно, а теперь больно.

- А сейчас? - Ее рука начала медленно блуждать по его телу...

- Сейчас приятно.

Лорна легла на него грудью, чувствуя под собой напрягшиеся могучие мышцы, и поцеловала в губы так, что у Фрэнка перехватило дыхание.

- А теперь?

- Теперь вкусно.

- Господи, словарный запас у тебя, как у неандертальца: больно, вкусно, приятно.

Ну, что ты решил с домом?

- Лорна, ну как ты не понимаешь, я не могу рисковать домом. Мои скульптуры, может быть, не купят. Чем я тогда погашу закладную на дом? Денег-то мне больше ждать неоткуда.

- Послушай, Фрэнк, ты мне веришь?

- Что за вопрос? Верю, конечно.

- Я не о том. Ты веришь, что если я обещаю достать для тебя много денег, то я их действительно достану?

- Пожалуй. Я уже убедился, что в делах ты можешь дать мне десять очков форы.

- Ну так вот, я даю тебе честное слово, что к этой осени у тебя будет столько денег, что их с лихвой хватит на погашение закладной, а на оставшиеся ты сможешь прожить, не работая, еще пару лет. Хватит тебе два года, чтобы встать на ноги?

- Два года плюс этот год? Да за это время я горы сверну Будь я проклят, если через три года ты не найдешь мое имя в справочнике "Кто есть кто". А ты уверена, что сможешь достать эти деньги?

- Уверена, если будешь меня во всем слушаться. Ну что, согласен, наконец? Уф-ф!

И я же еще должна убеждать этого здоровенного дурака, чтобы он помог самому себе.

В тот вечер Фрэнк не поехал домой: он позвонил Дэйл и невнятной скороговоркой сказал, что у него сломалась машина и ему придется заночевать на вилле Мэллорна.

- Не волнуйся, Дэйл, прими, как обычно, снотворное и ложись пораньше спать.

- Хорошо, милый,- ответила она безжизненным голосом,- я все сделаю, как ты скажешь.

Сердце Фрэнка мучительно заныло от жалости к жене, но рядом, насмешливо глядя на него, стояла Лорна, и он поспешил положить трубку. А через минуту телефон зазвонил, и Дэйл, захлебываясь рыданиями, пожаловалась Лорне, что у Фрэнка появилась другая женщина.

- Я не говорила тебе раньше, думала, мне это только кажется, но он сейчас позвонил и сказал, что не придет ночевать.

- Он что, так и сказал, что останется ночевать у какой-то женщины?-деланно изумилась Лорна, успокаивающе гладя предмет их разговора по щеке.

- Нет, что ты. Он сказал, что у него сломалась машина, и он останется у Мэллорна.

- Может быть, так оно и есть, дорогая. Почему ты ему не веришь?

- Не знаю, но он уже несколько месяцев какой-то мрачный, со мной почти не разговаривает, домой приходит поздно, да и вообще, Лорна, я же чувствую, что он ко мне изменился.

- И это все? Глупенькая, твой муж слишком ленив, чтобы затеять с кем-нибудь серьезный роман, и для легкой интрижки у него характер неподходящий. А мрачный он потому, что у него ничего не ладится с работой, он даже говорил мне как-то, что хочет из-за этого уйти из мастерской, чтобы больше было времени на лепку.

Так что, не придумывай глупости, никого у него нет, кроме тебя.

- Ох, Лорна, ты, правда, так думаешь? Ты меня просто возвращаешь к жизни. Не знаю, что бы я без тебя делала. Я тебя ужасно люблю.

- Я тебя тоже очень люблю, Дэйл. Спокойной ночи.- Лорна положила телефонную трубку, потушила свет и крепко обняла Фрэнка. "Мужчины легче совершают подлости в темноте",-со злой усмешкой подумала она.

По закладной на дом Фрэнк получил двадцать пять тысяч долларов и, предупредив заранее своего управляющего, уволился с работы. Дэйл удивилась его решению, но предпочла ни о чем не расспрашивать. В последующие недели жизнь и доме Кларков начала опять налаживаться. Фрэнк, насвистывая, целыми днями работал на втором этаже с молодым шведом Олафом Юханссеном, который буквально боготворил своего патрона. Работа ладилась, швед оказался способным учеником и помощником. Каждый вечер перед сном Фрэнк рассказывал Дэйл о том, как идет работа, что он сделал за сегодняшний день и они, как раньше, вместе мечтали о будущем. Даже их интимные отношения, почти прекратившиеся за месяцы зимнего отчуждения, опять стали пылкими, как в первые дни после свадьбы. Дэйл, боясь спугнуть это счастливое время, старалась поменьше говорить, ни о чем не расспрашивала мужа, хотя часто почему-то со страхом думала о будущем. С Лорной Фрэнк почти не виделся, он полностью был поглощен работой, и она, изредка бывая у них и, видя их счастливые лица, сжимала от бешенства кулаки под столом, повторяя про себя: "Подожди, дорогой мой любовник, летом я преподнесу тебе такой сюрприз, что настроение у тебя ухудшится".

Лето подошло как-то неожиданно. Весна была ранней и дружной. Буквально через пару недель в городе стало душно, и надо было думать о том, куда поехать отдохнуть. Преодолевая сопротивление Фрэнка, не желавшего бросать работу, Лорна и Дэйл настояли на поездке к морю, в то самое место, где они отдыхали в прошлом году. Собственно, инициатива исходила от Лорны, а Дэйл присоединилась к ней, помня, как хорошо ей было в тех местах прошлым летом.

Лорна взяла на себя все организационные хлопоты: зака-зала билеты на самолет и два номера в отеле, где ни ее, ни Кларков никто не знал. Так требовал ее план, согласно которому их отдых на море должен стать в жизни подруги последним.

2

План убийства родился в голове Лорны прошлой осенью, и за эти месяцы был отшлифован ею до мельчайших подробностей. Она так часто мысленно представляла себе его осуществление, что иногда ей казалось, что Дэйл мертва и никто не мешает ей полностью завладеть Фрэнком. Но Дэйл была жива, и предстояло уговорить, убедить, заставить, в конце концов, Фрэнка решиться на убийство жены.

Лорна начала исподволь готовить скульптора к этой мысли. Не раз в минуты близости, когда он (она чувствовала это) принадлежал ей, спрашивала:

- Хорошо тебе со мной?

- Да, очень.

- Если бы твоя жена умерла, как бы мы счастливо с тобой жили...

Фрэнк обычно после этих слов замыкался в себе, но Лорна, ничуть не смущаясь этим, продолжала:

- Я бы все сделала, чтобы ты стал знаменит и твои работы покупали бы музеи, а не местные нувориши, ничего не понимающие в искусстве.

От таких слов Фрэнк оттаивал, глаза его затуманивались мечтой. Он поворачивался к Лорне и неуверенно произносил:

- Ну зачем думать о том, чего не может быть.

- Почему же не может?-продолжала она.-Ты же сам говорил, что у Дэйл больное сердце, а вчера она вообще очень плохо выглядела. Знаешь, как умирают сердечники- внезапная остановка сердца и все. Наконец, она может просто ошибиться в дозировке лекарства.

- Прекрати, пожалуйста,-пугался Фрэнк,-я не хочу об этом и слышать.

Лорна была уверена, что эта дьявольская мысль уже проникла ему в мозг и будет там циркулировать, пока не станет привычной настолько, что для ее практического осуществления достаточно будет лишь внешнего толчка.

Наконец подошел долгожданный день отъезда. Полет прошел спокойно. Погода на побережье была как на заказ: не очень жаркая, солнечная, с теплыми безветренными ночами. Отель, в котором они остановились, был маленький, нарядный, как игрушка, а их номера на втором этаже располагались недалеко друг от друга. Лорна и Дэйл, пошептавшись, сделали Фрэнку сюрприз-спустились к обеду в одинаковых белых сарафанах с открытыми до талии спинами, дымчатых очках и широкополых соломенных шляпах с кокетливо опущенными полями спереди. Видимо, у Фрэнка от удивления было настолько глуповатое лицо, что обе женщины, не удержавшись, прыснули со смеху.

- А я уж подумал, что у меня в глазах двоится. Это, что же, опять начинаются прошлогодние игры в сестер-близняшек?

Люди за соседними столиками с интересом оглядывались на двух, почти не отличимых друг от друга молодых женщин и их спутника. Дама средних лет за соседним столиком так откровенно любовалась Фрэнком, что его пришлось посадить к ней спиной. Когда они вышли на пляж, Лорна первым делом нашла глазами круглый плот и, увидев его, вздохнула с облегчением. В этом году его раскрасили в виде ромашки с разноцветными лепестками, а в центре под большим пурпурным сердцем, пронзенным стрелой, какой-то шутник крупно вывел красной краской "Добро пожаловать". Белокожи" Фрэнк, моментально обгоравший на солнце, уселся под большим тентом наблюдать за азартной игрой в покер нескольких немолодых солидных мужчин. Женщины, намазавшись кремом для загара, улеглись на махровые простыни загорать. Минут через десять Лорна подняла голову, бросила искоса быстрый взгляд на подругу и осторожно встала.

- Ты куда?-не открывая глаз, спросила разомлевшая на солнце Дэйл.

- Поплаваю немного, что-то жарко стало, заодно проведаю мурену Филиппа.- За год она, наверное, здорово отощала.

- Смотри, чтобы она тебя не съела с голодухи.

- Ладно, а ты тут не обгори без меня.

Доплыв до "Ромашки", так курортники окрестили плот, Лорна оглянулась, и, убедившись, что с берега за ней никто не наблюдает, погрузилась в воду, перебирая руками по тросу, которым плот был прикреплен к бетонной плите на дне.

Здесь все осталось по-прежнему. Вот и сама плита, и темный вход в пещеру под ней, как и в прошлый раз, на-встречу ей выплыла стайка серебристых рыбок. Лорна оттолкнулась от дна и на последнем дыхании устремилась к поверхности.

Восьмиметровая глубина после зимы давала себя знать.

Весь первый день на море Лорна была необычно молчалива. После ужина, не предупредив Кларков, она вышла из отеля со своей большой пляжной сумкой и направилась к дикому пляжу, раскинувшемуся в полумиле к югу от курортной зоны.

Собственно, пляжем эта узкая полоска берега называлась чисто условно: привозного песка там не было, и густые заросли рододендронов спускались к самой воде.

Вернувшись в отель около десяти вечера, Лорна столкнулась в холле с встревоженным Фрэнком.

- А я уже собирался на поиски. В номере тебя нет, портье сказал, что ты ушла часа два назад и не возвращалась. Я уж не знал, что и подумать.

- Нам нужно поговорить,- перебила его Лорна, пристально глядя ему в глаза.

Фрэнк отвел взгляд в сторону и почти заискивающе попросил:

- Может, отложим все разговоры на завтра? Поздно уже.

- Почему же поздно? Я считаю, что сейчас в самый раз. Ты ведь прекрасно знаешь, о чем я хочу с тобой поговорить.

- Если опять о Дэйл, то я не хочу возвращаться к этой теме.

- Не хочешь возвращаться? Ну что же, тогда нужно просто закрыть эту тему, и сделать это должен именно ты.

- Что? Что сделать? - почти закричал Фрэнк, испуганно оглянувшись.

- Что ты кричишь, хочешь, чтобы нас весь отель слушал? Идем пройдемся по набережной и по пути поговорим. Где Дэйл?

- Приняла, как обычно, снотворное и спит в номере.

- Хорошо, значит не будет волноваться, что тебя долго нет. Ей ведь вредно волноваться при ее больном сердце, не так ли?

Скульптор лишь дернул плечом, ничего не ответив. Они вышли из отеля и медленно пошли по набережной. Шли минуты, молчание становилось все напряженней, и Фрэнк не выдержал:

- Ну, о чем ты хотела со мной поговорить?

- Милый, не строй из себя невинную овечку, ты прекрасно знаешь, о чем о твоей жене и о... твоем доме.

- Причем здесь дом?

- Как это причем? Тебе ведь дали двадцать пять тысяч долларов за такой старый дом только на условии онкольной ссуды, и банк может потребовать ее возврата в любой момент. Денег этих достать тебе негде, не исключено, что ты уже завтра окажешься без дама, а твои скульптуры просто выкинут на улицу. Это хоть ты понимаешь?

Фрэнк, еще пытавшийся до этого момента сохранить независимый вид, остановился как громом пораженный.

- Но ведь ты же обещала мне! Ты же говорила, что можешь достать много денег.

Говорила ведь?! Говорила?!

- Да, говорила и могу повторить сейчас, что если ты будешь делать то, что я скажу, то еще до осени у тебя будет много денег-целых пятьдесят тысяч, но только... после смерти твоей жены.

- Ты хочешь сказать...

- Да, именно это я и хочу сказать. Дэйл застрахована на пятьдесят тысяч. Если она погибнет в результате несчастного случая, ты их получишь. Теперь ты все понял?

- Но каким образом?..-неуверенно начал было Фрэнк.

- Сначала ответь мне,-резко оборвала его Лорна,-ты хочешь быть вышвырнутым на улицу? Навсегда похоронить надежду стать знаменитым скульптором? Или ты все-таки будешь мужчиной и сделаешь то, что должен сделать. Ты хочешь получить эти деньги?

Повисло гнетущее молчание. Лорна, напрягшись, как струна, ждала ответа с бешено бьющимся сердцем. Наконец Фрэнк, отвернувшись, глухо выдавил из себя:

- Ты просто лишила меня выбора. Что я должен делать? Лорне хотелось кричать от радости, но она взяла себя в руки и ровным тоном, который давался ей с большим трудом, продолжала:

- Хорошо. Слушай меня внимательно, а потом задашь вопросы, если они у тебя возникнут. Завтра после ужина пригласи Дэйл сплавать на "Ромашку". Помнишь пещеру под плитой?

- Конечно.

- Так вот, когда доплывете до буйка, придержи ей голову под водой... С ее больным сердцем больше минуты без воздуха она не выдержит. Потом нырнешь с телом на дно и спрячешь его в нашей пещере, а сам тут же возвращайся на берег.

- Нет,-хриплым шепотом взмолился Фрэнк,-я не смогу.

- Сможешь,-жестко отрезала Лорна,-сможешь как миленький. Ты сам говорил, что у тебя нет выбора. Так вот, я вскоре после вас выйду из отеля через черный ход, чтобы меня не видели, и буду ждать тебя у кабинок на пляже, а потом вернусь в отель вместе с тобой в одежде твоей жены. Пока нас с ней еще никто не различает, но через день-два это будет уже рискованно. Утром до завтрака я опять под видом твоей жены пойду на пляж. Ты сядешь играть в карты, а я поплыву загорать на "Ромашку". Там у меня упадут в воду очки - постарайся, чтобы твои картежники это видели - я и нырну за ними в воду и больше не вынырну.

- Но как же?..

- Дослушай меня сначала. Сегодня, спрятав в кустах на диком пляже сумку с одеждой, я доплыла под водой до "Ромашки" и оставила в пещере свой акваланг.

- Ты привезла с собой акваланг?

- Да, но об этом никто не знает, так что никаких подозрений не возникнет.

Послезавтра утром на виду у всех я нырну с "Ромашки", надену под плитой акваланг и приплыву на дикий пляж, где у меня спрятана сумка с одеждой. Там утоплю акваланг, оденусь и берегом вернусь на пляж уже как Лорна Фитцпатрик, чтобы принять участие в поисках тела твоей жены. Ты понял, все станут свидетелями, что твоя жена утонула в результате несчастного случая. Страховая компания будет вынуждена выплатить тебе все пятьдесят тысяч. Ну, что скажешь?

- Да, ничего не скажешь, ты все продумала. С такими мозгами тебе бы мужчиной родиться-ты бы таких дел наворочала.

- Да уж, не пряталась бы от жизни, как ты за юбкой жены.

Они вместе вернулись в отель, оставив ночного портье гадать, которая из двух дам сейчас прошла с мистером Кларком. В эту ночь спала только Дэйл. Ей снилось, что Фрэнк опять любит ее, и врачи разрешили ей родить ребенка. Во сне на ее губах бродила счастливая улыбка.

Следующий день прошел так же, как и предыдущий. Женщины тихо плавились на солнце, а Фрэнк играл под тентом в карты. Правда, Дэйл заметила маленькую странность: ее муж и Лорна, почти не разговаривали друг с другом, а к ней были почему-то необычайно внимательны, стараясь выполнить все ее желания. Дэйл не знала, чем объяснить такое особое к себе отношение, но верила, что это знак того, что теперь все будет хорошо.

После ужина Лорна сказала портье, что плохо себя чувствует, ляжет спать и просит не беспокоить ее до завтрака. У себя в номере она сразу легла. Думала она только об одном: решится Фрэнк или струсит в последний момент? Напряженно вслушиваясь, она уловила звуки открываемой двери в номере Кларков, приглушенные ковровой дорожкой шаги, остановившиеся у ее номера. В дверь тихо постучали; в комнату вошла Дэйл. Увидев подругу в постели, она огорченно спросила:

- Что случилось? Тебе нездоровится?

- Что-то голова болит, наверное, сегодня перегрелась на солнце.

- Какая жалость! А Фрэнк предлагает пойти купаться.- Дэйл присела к Лорне на постель и зашептала ей на ухо: - Он говорит, что через час на пляже никого не будет; можно доплыть до буйка, оставить на нем купальник и плавать голой.

Представляешь, как романтично: после шести лет супружества мы с мужем обнаженными плаваем при луне. Она оглянулась на дверь, засмеялась и снова зашептала; - Фрэнк меня опять любит, я это чувствую... Я так счастлива!

Лорна еле выдержала. Усилием воли она с трудом удержалась от желания закричать, вцепившись ногтями в лицо своей жертвы, которую через какой-нибудь час собиралась убить чужими руками. Должно быть, лицо ее исказилось, потому что Дэйл участливо дотронулась кончиками пальцев до ее виска.

- Что, очень голова болит?

- Ничего, к утру пройдет.

Дэйл протяжно зевнула, еле успев прикрыть рот ладонью, вид у нее был совсем сонный.

- Извини, Лорна, но просто никак не могу удержаться, чтобы не зевать. Так хочу спать, что кажется сейчас умру. Пойду прилягу перед купаньем на полчасика, а то и до буйка не доплыву. Ну, выздоравливай, завтра увидимся.

Спустя минут сорок после ухода Дэйл, показавшиеся Лорне вечностью, она услышала, как в номере Кларков открылась дверь, и что-то невнятное произнес голос Фрэнка.

- Ушли,-с облегчением вздохнула Лорна.-Он все-таки решился. Выждав еще минут пятнадцать, она надела джинсы, тонкий черный джемпер, повязала голову темным плат-ком и, никем не замеченная, выскользнула из отеля через черный ход, запертый изнутри лишь на задвижку.

Избегая освещенные места, Лорна спустилась на пляж, внимательно огляделась по сторонам и проскользнула в женскую кабинку для переодевания. На скамейке были аккуратно разложены полотенце, платье Дэйл, ее шляпа и босоножки. Поколебавшись секунду, чувствуя, как все тело дрожит, она быстро переоделась, затем сложила свои вещи в захваченную из номера соломенную сумку. Выйдя из кабины, она, оглядевшись, стала напряженно вглядываться в темную воду.

На пляже не было ни души. Теплый воздух, казалось, загустел в мертвой неподвижности, и только прибой мерно накатывал на берег. На минуту Лорне вдруг захотелось, чтобы весь этот чудовищный кошмар исчез, пропал бесследно вместе со всеми унижениями и злобой последнего года. В этот миг, казалось, она все отпала бы за возможность остановить своего сообщника, не дать ему совершить то, после чего к нормальной жизни уже не может быть возврата, но вдруг заметила светящуюся дорожку, и над ней плывущего к берегу человека. Тихо плеснула вода, и на берег, пошатываясь, выбрался Фрэнк, громадный, белокожий, весь облепленный обрывками водорослей, похожий в лунном свете на фантастическое морское чудовище. Увидев на нем водоросли, Лорна мгновенно почувствовала тошноту.

- Ну,- одними губами спросила она, стиснув руки, чувствуя, как кровь тугими толчками бьется у нее в висках,- ты... все сделал?

- Да,- выдохнул, не глядя на нее, гигант, снимая с себя водоросли.

- А это что? У тебя обе руки ободраны.

- Это о плиту, когда под нее протискивался с телом, - А мой акваланг на месте?

- Да, лежит слева от входа в пещеру.

- Наконец-то все позади, завтра осталась уже ерунда. Быстрее вытирайся, одевайся и пойдем.

Когда они вошли в отель, портье приветливо окликнул их:

- Как поплавали, мистер Кларк? Вода теплая?

- Как парное молоко, даже не освежает. Придется принять холодный душ. Спокойной вам ночи.

- Спокойной ночи, мистер Кларк.

Фрэнк и Лорна молча отметили, что портье обращался лишь к Фрэнку, не будучи, видимо, уверенным, которая из двух женщин сейчас сопровождает его. Они поднялись на второй этаж и подошли к номеру Кларков. Фрэнк потоптался у закрытой двери и, глядя в пол, сказал:

- Извини, но сегодня я хотел бы побыть один. Я зайду за тобой завтра утром.

Лорна кивнула и пошла к себе в номер, молча кусая губы. Ничего, у нее еще будет время и возможность быть вдвоем сколько угодно. Он теперь полностью в ее руках.

Как ни странно, но в эту ночь Лорна спала как убитая. Разбудил ее утром осторожный стук в дверь. Фрэнк зашел небритый, бледный, с синяками под глазами.

- Доброе утро.

- Привет. Ты что так рано?

- Да просто хочется побыстрей все закончить, да и народ на пляж уже потянулся.

Они спустились в холл, поздоровались с новым портье и вышли на пляж. Фрэнк сразу подсел к своим партнерам по покеру, которые сидели с таким отрешенным от всего земного видом, словно и не уходили отсюда со вчерашнего дня. Лорна с ощущением, что вое позади, постелила на песок полотенце, разделась и, войдя в прохладную утреннюю воду, осторожным брассом, чтобы не уронить очки, поплыла к буйку. На "Ромашке" в этот ранний час еще никого не было. Она влезла на плот, сняла темные очки и встала лицом к солнцу, искоса наблюдая за тем, что происходит на берегу.

Пожилые мужчины, опустив карты, смотрели на нее, откровенно любуясь, а Фрэнк что-то говорил им, видимо, о ней. Вот он приветственно помахал ей рукой, и Лорна поняла его жест. Ну что ж, пора! Она слегка разжала пальцы, и очки упали в воду.

Лорна всплеснула руками, нагнулась над краем плота, всматриваясь вниз, потом оттолкнулась от плота и, глубоко вздохнув, как в свое время учил ее Филипп, нырнула в воду. Она шла в глубину, перебирая руками по тросу, пока не достигла дна. Почему-то на этот раз при ее приближении рыбки не выплыли из-под плиты, да и сама плита, как показалось Лорне, лежала немного иначе. На то, чтобы проникнуть в пещеру, отыскать там на ощупь свой акваланг, открыть вентиль и сделать спасательный вдох, у нее оставалось секунд сорок. Потом можно будет, уже не спеша, надеть акваланг и, ориентируясь по солнцу, поплыть под водой к дикому пляжу, где спрятана ее одежда. Лорна скользнула под плиту в густую зеленоватую тьму и стала шарить по дну пещеры руками, боясь прикоснуться к трупу Дэйл.

Акваланга на месте не было, не было в пещере и трупа. Еще не веря своей догадке, холодея от ужаса, Лорна снова тщательно обшарила всю пещеру, пока в дальнем левом углу не нащупала уходящую под плиту лямку акваланга. Почти ничего не понимая от страха и недостатка воздуха, чувствуя, как бешено колотится сердце и стучит в висках, она схватила обеими руками эту лямку и дернула из всех сил.

Лямка вырвалась из-под плиты и осталась у нее в руках, а сама плита, сдвинутая вчера Фрэнком на самый край кораллового выступа, легко поддалась и сползла вниз, почти полностью закрыв выход наружу. Лорна поняла, что это конец.

В одно мгновение калейдоскопом промелькнуло: и сонный вид Дэйл вчера вечером, и нежелание Фрэнка пустить ее в свой номер. Да, он просто опоил жену снотворным и уложил в номере спать, а сам поплыл перепрятывать акваланг. Дэйл наверняка и сейчас безмятежно спит у себя в комнате, ни о чем не догадываясь. Боже, как все просто...

Еще раз из последних сил Лорна рванулась, пытаясь протиснуться под плитой, и тьма поглотила ее сознание.

Похороны состоялись через три дня на местном кладбище. Вызванный телеграммой Фрэнка прилетел Филипп Де-лорм. Он холодно пожал Фрэнку руку и, с недоумением глядя на рыдавшую у закрытого гроба Дэйл, недоверчиво спросил:

- Ваша жена так любила Лорну?

- Да, она была ее лучшей подругой.

- Вы хотите сказать, что и Лорна любила Дэйл?

- Да, очень. Лорна даже застраховала свою жизнь на пятьдесят тысяч долларов в пользу Дэйл.

- Странно,-недоуменно пожал плечами Филипп Де-лорм,-это настолько не вяжется с моим представлением о ней.

- Просто вы плохо знали свою жену. Лорна была готова умереть за Дэйл,меланхолично ответил Фрэнк.

Content

Пеппероу Юджин
Бумеранг