Реймерс Георгий

Горы хранят тайну

Реймерс Георгий

Горы хранят тайну

В то время как некоторые из вас будут штурмовать межпланетные просторы или осторожно продвигаться по поверхности иных миров, необходимо, чтобы другие ваши товарищи продолжали исследование самых потайных уголков нашего земного шара в поисках не обнаруженных еще, вымирающих или неизвестных существ.Профессор Б.Эйвельманс. К советской молодежи. Альманах "Мир приключений", 1961 год

Глава 1

Аур сидел у отвесного обрыва скалы, опираясь на полусогнутые длинные волосатые руки.

Вокруг раскинулся горный пейзаж. В синеве неба белели заснеженные пики. Застывшими реками сползали с хребтов ледники. Из-под конечных морен вырывались бурные пенистые потоки.

Воды ревели и бушевали. То крутясь среди утесов, то срываясь водопадами в пропасти, они, наконец, достигали долины и вливались в стремительную реку. Но шум вод не достигал Аура. Здесь, на высоте, царила тишина.

Обычно Аур в это время спал в пещере или в каком-нибудь укромном месте, где его шерсть по цвету сливалась с окружающими камнями. Там, даже вблизи, его трудно было отличить от большого валуна.

День предназначен для сна, ночь - для охоты. Но на этот раз были причины, заставившие Аура нарушить установленный природой порядок. То, что он увидел ночью, охотясь за пищухами и выкапывая вкусные сочные корни, заставило его насторожиться.

В долине появились люди. Аур был стар, а поэтому вдвойне подозрителен и осторожен. Он видел людей. Они ходят, подобно ему, на двух ногах и пригоняют на высокогорные пастбища яков и коз.

Когда перестают дуть свирепые холодные ветры и солнце растопит снега наступает пора тепла и обилия пищи. Низины и горные склоны покрываются травой и яркими цветами. В это время из далекого, лежащего у подножия гор, загадочного мира приходят люди, поселяются в каменных хижинах и пасут своих животных до тех пор, пока снег снова не засыплет землю.

Люди очень могущественны. Они умеют строить жилища, из которых сверху идет дым, и заставляют служить себе даже солнце. Уходя за снежные вершины, оно оставляет им немного света и тепла. Темными вечерами люди сидят у своих хижин вокруг сияющих кусочков солнца, которые их освещают и обогревают.

Хотя люди не делали ему зла и не преследовали его, Аур старательно избегал встреч.

В холодное время Аур в поисках еды спускался с высокогорья в нижние долины, где было теплее и меньше снега. Там постоянно жили люди. Эти непонятные существа влекли его, но одновременно внушали страх. Осторожность зверя всегда брала верх над смутными проблесками разума и, не осмеливаясь приблизиться к их селениям, он уходил.

Постоянная борьба с хищными зверями сделала его сильным и ловким. Волки боялись мощных челюстей и сильных рук Аура, а также его умения метко швырять камни. Он легко уходил от волчьей стаи, быстро взбираясь по крутым скалам и каменным осыпям. Не следовало встречаться со злыми горными медведями, когда они голодны. Однако Аур гораздо проворнее любого из них, и чтобы не попасть медведю в лапы, ему нужно только не зевать. Страшнее всех был барс, но отличный слух и тонкое чутье всегда предупреждали Аура об опасности.

Пока детеныш не подрос, Аур хотел остаться в облюбованном месте, поэтому он не увел Улу с маленьким Иу на перевал при появлении в долине людей. Сейчас Улу с забавным мохнатым детенышем спала в пещере на подстилке из кустарника. Аур должен был охранять их покой и добывать пищу.

Люди, которые вчера пришли в долину, были не такими, как пастухи. Их было много и с ними не было скота. Они поселились на берегу реки в белых колышущихся от ветра жилищах. Это насторожило Аура, инстинкт всегда предостерегал его от всего необычного. Притаившись, он с обрыва осматривал долину, ловил расширенными ноздрями воздух и напряженно прислушивался. Пока все было спокойно. Он уже собрался уходить в пещеру к Улу, но тут ветер принес снизу из ущелья какой-то незнакомый запах. Аур глубоко втянул воздух, фыркнул, потом осторожно приподнялся и выглянул за обрыв. От того, что он увидел, седая шерсть на загривке встала дыбом, желтые глаза загорелись. Оскалив зубы, он тихо заворчал. Внизу, рядом с отвесной стеной, шел человек. Он нес в руках короткую темную палку.

Неожиданно из бокового распадка выскочил горный козел. Он быстро взбежал на утес и на мгновение замер, осматриваясь по сторонам. Человек вскинул палку, на ее конце что-то блеснуло. Козел высоко подскочил и упал с утеса. По ущелью прокатился гулкий удар.

Аура точно ветром сдуло с обрыва. Глухо рыча, он мчался на всех четырех конечностях, перескакивая через камни, через трещины ледника, не хуже козла взлетая на крутые склоны. Скорей к пещере! Прочь от опасного места!

Глава 2

Кандидат биологических наук Николай Петрович Орлов стоял на скальном выступе и смотрел с кручи вниз.

Широкоплечий, мускулистый, он скорее походил на спортсмена, чем на научного работника. В его собранной плотной фигуре чувствовалась сила и неистощимая энергия.

Видавшая виды армейская гимнастерка, такие же брюки, заправленные в шерстяные гетры, и крепкие горные ботинки свидетельствовали о долголетней привычке молодого ученого к удобной военной одежде.

Тряхнув головой, он откинул со лба светлую прядь волос и приложил к глазам бинокль. Далеко внизу, на берегу реки, бежавшей по высокогорной долине, белели палатки базового лагеря.

После шести месяцев безрезультатных поисков йети - легендарного снежного человека, - экспедиция забралась в самый глухой, почти неисследованный уголок Гималаев. Люди устали. Орлов заметил - большинство из них теряет веру в успех поисков. Ему, как начальнику, было ясно, что теперь только крепкая товарищеская спайка да чувство долга заставляют людей безропотно переносить тяготы изнурительного похода.

Итак - последняя попытка. Вчера все способные к высокогорным восхождениям разбились на три группы. Две из них должны пройти по границам намеченного для обследования района, третья, под руководством Орлова, направлялась в центр узла горных хребтов.

На долю этой группы выпал самый тяжелый маршрут. Пики высотой более семи тысяч метров, мощные ледники и крутые, зачастую отвесные скалы требовали хорошей альпинистской подготовки.

Кроме Орлова и мастера спорта инструктора-альпиниста Рашида Благоева, в группу вошли альпинист зоолог Смирнов и неоднократно участвовавший в разных экспедициях проводник шерп Норбу. Пятым был Рекс - рослая немецкая овчарка.

Выйдя из лагеря с рассветом, они поднялись к леднику и остановились на ночлег около нагромождений конечной морены.

Сверху потянуло прохладой. Молодой ученый повел плечами. За целый день тяжелого пути белье намокло от пота и теперь неприятно холодило спину и грудь. Уложив бинокль в футляр, Орлов по привычке одернул гимнастерку."

Хорошо бы завтра перевалить через хребет", - подумал он, глядя на скалистый гребень, потом поднял лежащую у ног куртку, набросил ее на плечи и пошел к палатке.

Солнце опустилось за горы. На долину легли вечерние тени. Далеко, на юго-востоке, розовела в последних лучах величественная громада Дхаулагири.

Около палатки костер постреливал золотыми искрами. Синий ароматный дымок арчи, смешанный с запахом жареного мяса, стелился по склону.

Низкорослый, коренастый Норбу присел на корточках у костра и, щуря от дыма раскосые глаза, время от времени поворачивал шипящую на вертеле козлиную ногу.

Миша Смирнов устроился с наветренной стороны, где ему не мешал дым. Сидя на плоском камне, молодой зоолог старательно снимал шкурку с убитой пищухи.

Из палатки высунулась черноволосая курчавая голова.

- Ай, какой хороший шашлык! - Потянув носом воздух, Рашид аппетитно облизнулся и вылез наружу.

- Дорогой Миша, спасибо за угощение! Ты великий охотник! - с сильным кавказским акцентом воскликнул он и, подойдя к приятелю похлопал его по плечу.

Широкое добродушное Мишино лицо побагровело.

- Уйди! - огрызнулся он.

- Не бойся, твою крысу не съем! Козел лучше.

Миша с неприязнью взглянул на козлиную ногу. Впечатлительному юноше крепко запомнился полученный нагоняй.

Вчера утром, осматривая ущелье, он подстрелил горного козла. В прекрасном настроении Миша притащил свою добычу в базовый лагерь. Свежего мяса они уже давно не видели, и удачливый охотник естественно рассчитывал на похвалу. Однако дело обернулось совсем не так, как он ожидал.

Увидев козла, Орлов рассвирепел. Он считал, что стрельба может распугать всех йети, обитающих в окрестностях, и тогда труды экспедиции пропадут даром. Начальник битый час перед всеми отчитывал Мишу за допущенную оплошность.

От этих воспоминаний у юноши даже уши зарделись от стыда. Настроение снова испортилось. "Всегда этот Рашид со своей подначкой! Тьфу", - отплюнулся он. Сдернув с пищухи шкуру, Миша бросил Рексу ободранную тушку.

Пес понюхал ее, фыркнул и с отвращением отвернулся.

Рашид потрепал Рекса по загривку.

- Скажи Мишке, пусть сам ест крысу, а мы с тобой съедим шашлык, усмехнулся он, разглаживая черные усики.

- Смеешься, копченый абрек, а небось не отказываешься от козлятины, проворчал в ответ зоолог.

К палатке подошел Орлов.

- Связывался с базой? - спросил он Мишу.

- Связался, - ответил тот. - Сообщили: группа Максимова вышла сразу после нас, а Либова - в полдень.

- Вечно он копается, - недовольно поморщился Орлов. - Рацию убрал?

- Убрал. А вы хотели говорить?

- Ладно. В следующий раз.

Николай Петрович уселся около костра, вынул трубку и не спеша стал набивать ее табаком.

- Как думаешь, Рашид, вылезем завтра на перевал? - спросил он.

Тот взглянул на кручу.

- К вечеру вылезем. Дай-ка закурить твоего, крепкого, душистого.

Орлов протянул Рашиду табакерку, вытащил из костра ветку и, прикурив от уголька, с наслаждением затянулся.

- Хорошо здесь! Совсем как на Кавказе, - сказал он.

- Нет, там лучше, - возразил Рашид.

Старые знакомые, если можно так сказать о ровесниках, едва разменявших по третьему десятку, они сдружились еще во время службы на горной пограничной заставе.

Быстро темнело. Норбу подбросил в костер веток. Огонь вспыхнул с новой силой. Шерп, нанявшись проводником в эту экспедицию, впервые встретился с русскими. Особенное впечатление произвел на него Орлов. Могучего телосложения блондин, с военной выправкой, он казался ниже стройного высокого Рашида, однако это было не так. Стоило им встать рядом и оказывалось, что Орлов выше приятеля почти на полголовы.

Никогда не унывающий шутник Рашид и крепыш Миша тоже понравились шерпу. Одно было плохо - по-английски умел говорить только Орлов. С остальными приходилось объясняться "международным" языком жестов.

Тем временем козлятина изжарилась. Норбу расстелил на землю клеенку и положил на нее мясо.

Орлов протянул Мише охотничий нож.

- Твоя добыча - тебе и делить, - холодно сказал он, а сам незаметно подмигнул Рашиду.

Миша тяжело вздохнул и снова покраснел.

- Хватит уж, Николай Петрович! Рашид весь день издевался, а теперь и вы...

- То-то же. Будешь знать, когда стрелять, - усмехнулся Орлов.

Увидев, что начальник "сменил гнев на милость", Миша повеселел и принялся разрезать жаркое.

Глава 3

Ночью был заморозок. Иней посеребрил землю. Горные луга искрились в лунном свете. Ни один звук не нарушал тишину, только чистый прозрачный воздух, пронизанный голубыми лучами, казалось, тихо звенел, словно кто-то осторожно прикасался к тонкой, туго натянутой струне. В глубоком темно-фиолетовом небе сверкали звездные россыпи. Горы застыли в спокойном сне. В долинах лежал туман. Ночь жила скрытной таинственной жизнью.

Вот из-за скалы показалась лобастая голова матерого волка. Двумя светлячками блеснули зеленые огоньки глаз. Неслышно, как призрак, волк двинулся вперед по чуть заметной звериной тропе. Чуткий нос все время сообщал о происходящем. На полянке среди валунов, в траве рассыпаны катышки помета, здесь днем паслись горные козлы. Около небольшого бугорка зверь снова принюхался, - тут, под землей, спит жирный сурок. Хищник покосился на нору и продолжил путь: добыча была недоступна. Обнюхав обломок скалы, он узнал оставленную лисой отметку. По неписаному закону собачьей породы волк тут же оставил свою и, осторожно ступая, пересек каменную осыпь. Обнаружив след барса, он пошел было за ним, надеясь поживиться остатками добычи, но вдруг остановился: резкий запах ударил в ноздри. Серый разбойник оскалил клыки и метнулся прочь. Здесь недавно прошли люди. Беззвучно, как тень, спускаясь по склону, поросшему стелющимся кустарником, он заметил около скального выступа широкоплечую, коренастую фигуру с заостренной головой и длинными руками. Волк бросился в сторону и растаял в полумраке ночи. Он боялся этих животных, так похожих на людей, и старался не попадаться им на глаза.

Из-за скалы Аур смотрел на залитую лунным светом долину. Поземный туман скрывал стоянку недавно пришедших людей. Йети хотел узнать, ушли они или нет, однако, спуститься вниз не осмеливался, особенно после того, что недавно увидел в ущелье.

С гор тянул легкий ветерок. Чутье предупредило: там волк, но Аур и ухом не повел. Он презирал этих зверей и не считал нужным уделять им внимание. Легкий шорох известил о том, что волк, увидев йети, скрылся. Так и должно было случиться.

Аур вышел из-за прикрытия и мягкими, крадущимися шагами пошел разыскивать съедобные растения. Около каменной осыпи какой-то новый запах заставил его насторожиться. Аур опустился на четвереньки и обнюхал землю. Сомнений не было: здесь прошли люди. Остановившись в нерешительности, старый йети долго прислушивался и настороженно всматривался в темноту. Слишком необычно было присутствие людей в этих высокогорных местах. Нужно узнать, куда они направились.

Аур осторожно пошел по следу. На небольшой ровной лужайке он замер на месте. Невдалеке белела палатка. Тонкий слух йети уловил дыхание спящих людей. Не спуская глаз с опасного места, Аур начал медленно пятиться. Но тут, сзади, налетел легкий порыв ветра. Раздалось ворчанье, и какой-то серый зверь, похожий на небольшого волка, выскочил на лужайку. Подняв кверху морду и принюхиваясь, он направился в ту сторону, где спрятался за камнем Аур. Старый йети насторожился: такого еще не случалось. Небольшие животные всегда скрывались или, по крайней мере, уступали ему дорогу. Этот же, казалось, искал встречи. Тогда Аур прибег к последнему средству, которое безотказно отпугивало всю мелочь. Выпрямившись во весь рост и размахивая руками, он издал пронзительный крик. Однако странный зверь вместо того, чтобы обратиться в бегство, кинулся вперед. Послышались голоса людей. Мешкать было некогда.

Злобно зарычав, Аур бросился наутек вверх по склону. Но противник оказался храбрым и проворным. Видя, что остановить йети не удается, он без колебаний вцепился в обросшую густой шерстью ногу.

Аур молниеносно обернулся. Его руки, как стальные клещи, схватили зверя. Оторвав противника от ноги, он поднял его и со страшной силой ударил о камень. В темноте раздался громкий визг. Со стороны лужайки, приближаясь, мелькали огоньки и слышались человеческие голоса. Не глядя на поверженного врага, Аур быстро убегал в горы.

Глава 4

Сложенная из камней хижина, как птичье гнездо, прилепилась к подножию скалы около быстрой речки.

У порога, скрестив ноги, сидел старый шерп. Каждое лето он пригонял свое стадо в этот чудесный уголок.

Невдалеке от его жилища зеленела роща, на полянках цвели кусты великолепных розовато-пурпурных рододендронов. Грациозные нектарницы, поблескивая ярким оперением, перелетали с цветка на цветок. На лужайке, густо поросшей голубыми и лиловыми примулами, паслись козы.

Старый шерп изредка посматривал на тропинку, вьющуюся по берегу речки. Он ожидал прихода родственников из деревни, расположенной в нижней долине.

Шорох скатывающихся камней заставил его обернуться. Сверху спускалась группа людей. С ними бежала большая серая собака. Когда они подошли, старик внимательно оглядел их умными, не потерявшими живого блеска глазами, с достоинством поклонился и жестом пригласил сесть. С чисто восточной сдержанностью он не выказал никакого удивления по поводу неожиданного прихода европейцев.

Гости сбросили рюкзаки и расположились на лежащих у входа ковриках. Старый шерп угостил их чаем.

Рашид отстегнул от пояса фляжку и подлил каждому в пиалу клюквенного экстракта.

Потягивая душистый напиток, путники завели с хозяином разговор о снежном человеке. Сначала Норбу переводил с шерпского языка на английский, затем Орлов, уже по-русски, объяснял друзьям, что говорит старик.

Такой "двухступенчатый" разговор пастуха вполне устраивал. Ему спешить было совершенно некуда. Добродушно улыбаясь, он охотно отвечал на расспросы.

Да, он видел йети и слышал его крик. Прошлым летом ночью его разбудил резкий визг. Старик даже воспроизвел этот звук, чем вызвал раздражение Рекса. Пес угрожающе зарычал. Едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, Рашид взял его за ошейник и подтащил к себе.

Опасливо поглядывая на собаку, шерп рассказал дальше, что, выглянув в окно, страшно перепугался.

На лужайке стояло похожее на человека существо. Пастух догадался, что это был йети. Луна светила ярко и он успел заметить: покрытый темной шерстью зверь был коренастый, с широкой грудью и заостренной кверху головой.

Рассматривать йети он не стал, это не сулило ничего хорошего. Встреча с йети обязательно приносит несчастье. Старик до утра молился и, по его мнению, только благодаря этому остался жив и здоров.

Заинтересованный рассказом, молодой ученый спросил, куда нужно идти, чтобы встретить йети. Старый пастух удивленно посмотрел на Орлова. Он считал, что как и вся нечисть, йети живут в самых диких скалах. Туда можно попасть, поднимаясь вверх по ущелью к истокам реки, но непонятно, зачем гости хотят его увидеть, неужели им не терпится покинуть этот мир?

Неодобрительно взглянув на Норбу, старик что-то ему сказал на своем языке. Тот довольно резко ответил и, заметив вопросительный взгляд Орлова, перевел:

- Он спрашивает: зачем я веду вас искать йети? Шерпам не следует этого делать.

- Ну, а ты?

- Я ему сказал, что обещал идти с вами до тех пор, пока буду нужен, - с достоинством ответил проводник.

- А если мы встретим йети - не испугаешься?

Норбу задумался.

- Не знаю, - пожал он плечами. - Наверное, испугаюсь, но не убегу. Я буду с вами, что бы ни случилось.

Орлов почувствовал признательность и уважение к простому честному человеку. "Этот в беде не покинет", - подумал он.

Поблагодарив гостеприимного хозяина, друзья собрались идти дальше.

Уже надевая рюкзак, Николай Петрович заметил, что пастух все время посматривает на фляжку. Орлов взял ее у Рашида и подал старому шерпу.

- Скажи: мы просим принять от нас этот подарок, - обратился он к Норбу.

Старик обрадовался и поблагодарил их. Потом прошел в хижину и вынес оттуда маленькую, искусно вырезанную из дерева статуэтку. Передавая ее Орлову, он сказал, что это тот самый святой, который спас его от несчастья после встречи с йети. С ним надо обращаться почтительно, тогда он отвратит от путников все неприятности и беды.

Орлов с улыбкой поблагодарил старика за подарок, и, распростившись с хозяином, друзья направились вверх по реке.

Глава 5

Близилось утро. У горизонта, на посветлевшем зеленовато-сиреневом небе отчетливо обозначился черный гребень хребта.

В кустах пискнула проснувшаяся пичужка. Птаха встрепенулась, повертела головкой и вдруг испуганно сорвалась с ветки. Рядом, из зарослей арчи, высунулась большая кошачья голова. Осторожно раздвинув кустарник, на поляну вышел барс.

Зверь был голоден, а поэтому особенно свиреп. Неслышно ступая, он поднялся по склону к скалам. Там могли ночевать горные козлы.

Под обрывом барс присел на задние лапы и, выпрямившись, как стальная пружина, прыжком взлетел на скальную площадку. Здесь он остановился, поднял морду, принюхался и внезапно прижался к земле.

Теперь он казался уснувшим, лишь подрагивающий кончик хвоста да горящие глаза выдавали нетерпение зверя. Долетевший запах был очень слаб, но барс понял: где-то недалеко находится большое, похожее на человека существо. Можно не доверять зрению, слуху, но чутье еще никогда его не обманывало.

Хищник был в нерешительности. Ему не приходилось нападать на этих животных, и он трусил. Однако голод заставил забыть осторожность. Распластавшись, барс пополз, извиваясь между камнями, как пестрая змея.

Движения зверя становились все медленнее, медленнее... Около входа в пещеру он притаился, ловя расширенными ноздрями теплый возбуждающий запах. Добыча была рядом, в темноте пещеры слышалось дыхание животных и причмокивающее посасывание.

Барс осмелел - там была слабая самка с детенышем. Прижавшись к стенке, он тихонько, шаг за шагом, подкрадывался к добыче. Вдруг из темноты вылетел камень и сильно ударил его в голову.

Оторопевший хищник отскочил назад и зашипел, как рассерженный кот. В этот момент второй удар пришелся прямо по носу. Разъяренный зверь взревел от боли и бросился вперед, в пещеру.

Аур почувствовал себя в безопасности только после того, как забрался под защиту скал. Ворча и вздрагивая от возбуждения, он уходил все дальше и дальше в горы.

После схватки с небольшим, но видно очень злобным зверем, у старого йети пропал аппетит. Сейчас ему было не до еды. Аур понимал, что напавший на него зверь пришел в горы вместе с людьми, которые неизвестно зачем забрались в места, где он считал себя хозяином.

Старый йети инстинктивно чувствовал: его спокойной жизни пришел конец. Нужно немедленно уводить Улу с Иу подальше от опасного соседства с людьми.

Уже светало, когда он поднялся на скалистое плоскогорье. Пещера теперь была недалеко.

Около ручейка Аур встал на четвереньки, прильнул губами к ледяной струе, но тут же поднял голову. Он услышал хриплое рычание и визг. Сорвавшись с места, Аур помчался туда и, выскочив на площадку, увидел, как из пещеры выкатился живой клубок. Улу злобно визжала, отбиваясь от барса. Старый йети громадным прыжком бросился на хищника и вцепился ему в горло.

Улу, вырвавшись из когтей, с ожесточением рвала барса крепкими зубами. От пестрой шкуры хищника полетели клочки. Когда с ним было покончено, Аур поднял изуродованный труп зверя и сбросил его под обрыв. Потом опустился на корточки и принялся зализывать раны жалобно повизгивающей Улу.

Восходящее, еще невидимое солнце метало из-за гор раскаленные стрелы лучей.

Над хребтом появилась сияющая корона. Она разгоралась все ярче, ярче, и вот медленно, величаво выплыл ослепительный диск. Вспыхнули ледяные грани вершин. Белые от инея травянистые лужайки заискрились. Ночевавшие на перевалах облака легко снялись и поплыли над туманной долиной, купаясь в голубом воздухе. По снежному склону поднимались две бурые лохматые фигуры. Первым шел Аур, за ним, прижимая к себе уцепившегося за шею детеныша, спешила Улу. Они уходили через хребет на север.

Глава 6

Долина, по которой шла группа Орлова, постепенно суживалась, подъем становился круче. Когда стемнело, друзья разбили лагерь на берегу реки и заночевали.

На другой день они вышли рано утром, но скоро их путь преградила отвесная скальная стена.

Вырываясь сверху из щели, река стометровым прыжком спадала в долину. Грохот водопада заглушал все звуки.

Путники внимательно осмотрели стену и убедились: она неприступна. Чтобы пройти к истокам реки, нужно было подняться по боковому склону выше водопада. Не теряя времени, маленькая группа пошла в обход. Друзья выбрали самое удобное для подъема место, попарно связались веревками и начали трудное восхождение.

Орлов с Рашидом, поднимаясь первыми, на крутых местах забивали крючья. Вслед за ними шли Миша и Норбу. Рекса усадили в мешок и подтаскивали на веревке от площадки к площадке.

Выветренная порода поминутно осыпалась. Каждый шаг приходилось делать со всеми предосторожностями. Часто отдыхая, то приютившись на выступе, а то и просто повиснув на веревке над пропастью, друзья, наконец, выбрались на каменистую площадку. Дальше подъем уже был не таким крутым.

Измученные путники сбросили рюкзаки и присели.

Спугнутые появлением людей невдалеке поднялись два коршуна. Миша пристально смотрел, как птицы, не желая улетать, кружатся в воздухе. Пытливый зоолог заинтересовался их поведением.

- Там что-то есть, - проговорил он вставая.

- Какая-нибудь дохлятина, - предположил Рашид. - Сиди отдыхай.

Усталому юноше и самому не хотелось двигаться, но профессиональный интерес победил. Отцепив от пояса веревку, связывающую его с Норбу, Миша полез к месту, откуда слетели птицы.

Там между камнями оказался труп барса. Запаха падали не чувствовалось, зверь погиб совсем недавно. Миша присел, чтобы получше рассмотреть, и его глаза округлились от удивления.

Барс был так растерзан и изуродован, что зоолог только диву дался.

- Идите сюда! Быстрее! - позвал он спутников.

Те подбежали.

Случай действительно был из ряда вон выходящий. Вряд ли кто может похвастаться, что находил в горах растерзанного барса.

- М-да. Кто же его так отделал? - подивился Орлов.

Норбу вытащил из пасти зверя большой клок бурой шерсти, вырванный вместе с мясом, и лаконично сказал:

- Йети.

- Не может быть! - воскликнул молодой ученый. - С барсом ему не справиться!

- Один - нет, а два - справятся, - убежденно ответил шерп.

- Но здесь не видно следов борьбы!

- Там надо смотреть, - указал Норбу на кручу. - Он упал оттуда.

Орлов порывисто обернулся к друзьям.

- Пошли! - крикнул он и бросился вверх по склону, куда указал проводник.

Все поспешили за ним.

На ровной, как стол, площадке, у входа в пещеру, валялись окровавленные клочья пестрой барсовой шкуры и бурой шерсти, такой же, как та, которую Норбу вытащил из пасти зверя.

- Караульте здесь, - шепнул Орлов спутникам, а сам, вынув карманный фонарь, хотел было лезть в пещеру, но крепкая рука Рашида сжала ему плечо.

Николай Петрович показал другу кулак. Однако на Рашида это не подействовало.

- Не спеши на тот свет, - сказал он, не выпуская Орлова и, размахнувшись, бросил в пещеру камень. Раздался удар о противоположную стену, камень покатился по земле.

- Вот теперь - пойдем. Хозяева, видно, сбежали.

Молодой ученый включил фонарь и все осторожно полезли под свод.

Небольшая пещера оказалась пустой. В ней валялись обглоданные кости мелких животных, а в углу из ветвей арчи было сооружено подобие настила или, скорее, большого гнезда. От резкого неприятного запаха спирало дыхание.

Миша вынул фотоаппарат со вспышкой и сделал несколько снимков.

Когда все вылезли наружу, Орлов снял вязаную шапочку и обтер рукавом лоб.

- Черт возьми! Куда же они делись? - с досадой проговорил он. - А ну-ка, давайте Рекса!

Миша развязал мешок и выпустил пса на поиск. Рекс взял было след, но вскоре начал метаться. По склону хребта недавно прошла гроза, дождь смыл следы.

Раздосадованные неудачей, друзья остановились, не зная, что предпринять.

Орлов спросил проводника, где, по его мнению, искать ушедших животных. Норбу полагал, что их теперь не найдешь. Если йети ушли, то обратно не вернутся.

- Сообщим обо всем на базу и пойдем дальше по маршруту, - решил Николай Петрович.

Миша быстро развернул походную рацию и вызвал базовый лагерь.

Все собрались вокруг него.

Из репродуктора послышался голос радистки:

- Утес, я База! Из группы Максимова сообщили: прошлой ночью неизвестное животное убило собаку. Считают, что это был йети, слышали его крик. Ушел в вашу сторону. Как поняли?

Орлов схватил микрофон.

- База, я Утес! Вас понял! Благодарю. - Передав свое сообщение, он выключил рацию.

Глаза Николая Петровича блестели от радостного волнения. Шестимесячные напряженные поиски дали первые результаты. Уже две группы: его и Максимова, нашли следы снежного человека. Окрепла поколебавшаяся было надежда на успех экспедиции.

Энергичный молодой ученый был готов идти в какие угодно дебри. Они должны, обязательно должны найти йети!

- Ну, друзья... - сказал он вставая. - Снежный человек где-то близко! Теперь все зависит от нас!

К полудню путники с трудом добрались до обрыва, с которого низвергался водопад. Наскоро перекусив, они вошли в ущелье.

Там было темно, холодно и сыро. С отвесных стен падали капли и сбегали прозрачные струйки. Мертвые скалы, казалось, плакали, тоскуя по солнечному свету, жизни и теплу. Бурный поток, то скрываясь под каменными завалами, то вырываясь на свободу, стремительно мчался по крутому скату.

Перелезая через осыпи, местами переходя реку по пояс в ледяной воде, друзья после двухчасового изнурительного пути выбрались на сухой бережок.

- Привал, ребята! - сказал Николай Петрович.

Все, тяжело дыша, расселись по камням.

Орлов оглядел спутников.

Рашид сидел, забросив ногу на ногу, и, как ни в чем не бывало, попыхивал коротенькой трубкой.

По внешнему виду Норбу трудно было определить его состояние. Сдержанный шерп не проявлял свои чувства. Выражение его лица всегда оставалось непроницаемым.

Миша выглядел неважно. Парня бил озноб. Плотно запахнув теплую куртку, он сидел, безучастно глядя куда-то в пространство.

Николай Петрович отстегнул фляжку и налил в походный металлический стаканчик немного спирта.

- Давайте-ка по маленькой, а то как бы не простудиться, - предложил он.

Все, кроме Миши, охотно выпили.

Рашид посмотрел на зоолога.

- Пей, дорогой, если не хочешь свалиться, - посоветовал он.

Тот поднес стакан ко рту, но тут же опустил руку и с отвращением сплюнул.

- Не могу, противно!

- А я говорю - пей! Лучше будет!

Миша решился. Зажмурив глаза, он залпом проглотил обжигающую жидкость и закашлялся.

Орлов покачал головой и вопросительно взглянул на Рашида. Тот махнул рукой.

- Не страшно, пройдет. Это горная болезнь.

Николай Петрович взглянул на альтиметр.

- Да, забрались мы выше пяти тысяч метров, - сообщил он. - Скоро выйдем к истокам реки.

После короткого перекура друзья двинулись дальше. Подъем становился все круче. Но вот, обойдя скальный выступ, они вышли из ущелья и остановились. Перед ними открылся суровый пейзаж.

На дне обширной котловины синело озеро. Причудливые пики, похожие на зубы гигантского дракона, отвесно обрывались в воду. С перевала стекал ледник. Отколовшиеся от него ледяные глыбы плавали по озеру, как небольшие айсберги. Кругом было пустынно и дико. Никаких признаков жизни, только редкие чахлые травы да лишайники прозябали на этих каменистых берегах. Вечер еще не наступил, но солнце уже скрылось за высоким хребтом и лиловые тени подчеркивали мрачность фантастического, словно перенесенного с другой планеты, пейзажа. Позади путников зияла узкая щель, будто сказочный великан ударом меча рассек горный хребет, чтобы дать выход воде из этого жуткого места.

Даже видавший виды Рашид не мог удержаться от восклицания.

- Проклятое Аллахом место! - не то в шутку, не то серьезно произнес он.

Норбу тронул Николая Петровича за рукав и указал на Смирнова. Миша сидел, привалившись к валуну. Он как-то ссутулился, обмяк. На побледневшее лицо легли синеватые тени. Его голубые, с живым блеском глаза сейчас потускнели и казались выцветшими. Свесившаяся челка прилипла ко лбу, покрытому бисеринками пота.

После перекура в ущелье он почувствовал себя совсем плохо. Разболелась голова, затошнило, появилась неприятная слабость. Поминутно ополаскивая ледяной водой пересыхающий рот, Миша изо всех сил крепился и шел. А теперь крепкого парня свалило кислородное голодание.

- Как себя чувствуешь? - обеспокоенно спросил Орлов.

- Ничего. Вот только немного отдохну...

- Где уж там "ничего"! Раньше чем через сутки он не пойдет. Нужно привыкнуть к высоте, - заявил опытный в этих делах Рашид.

Орлов задумался. Запасов пищи в обрез. Досадно терять сутки на отдых.

- Вот что: я и Рашид осмотрим перевал, а завтра вернемся за вами, - решил Николай Петрович.

У бедного Миши глаза наполнились слезами. Он мучился, что невольно задерживает поход группы, но двинуться с места сейчас не мог. Орлов понял его состояние и, чтобы успокоить вконец расстроенного парня, сказал:

- Вам нужно остаться еще и потому, что йети может прийти к озеру. Караульте его здесь.

Норбу после быстрого подъема тоже чувствовал себя неважно и в душе был доволен решением начальника.

Ни слова не говоря, он вытащил из рюкзака палатку и стал ее устанавливать.

Чтобы идти налегке, Орлов и Рашид взяли с собой только самое необходимое.

- Пошли, Рекс! - поманил пса Николай Петрович.

Распрощавшись с Мишей и Норбу, они направились к леднику.

Тяжелый подъем изрядно измотал уставших за день друзей, а тут еще Рекс провалился в оказавшуюся под снегом трещину ледника.

Чертыхаясь по-русски и по-азербайджански, Рашид полез за визжащим где-то внизу псом. Орлов, потихоньку отпуская веревку, страховал спуск товарища.

- Ну как? - крикнул он, заметив, что веревка ослабла.

- Все в порядке! Вытаскивай! - донеслось из глубины.

Появившись на поверхности, Рекс запрыгал от радости, бросился Николаю Петровичу на грудь и чуть не сбил его с ног. По счастливой случайности пес отделался только сильным испугом и небольшими ссадинами.

В глубине трещины раздались удары - Рашид вырубал ступени в отвесной ледяной стене.

Выбравшись наверх, он бросил ледоруб и в изнеможении повалился. Орлов сел рядом.

Начало подмораживать. В ледяных гротах все реже и реже раздавался стеклянный звон падающих капель. Причудливые ледяные столбы отсвечивали зеленоватыми, голубыми и розовыми тонами. Глубокие синие тени придавали пейзажу необычный сказочный колорит. Но друзьям было не до красот. Они обеспокоенно поглядывали на хребет, из-за которого выползала багровая в лучах заката зловещая туча. Следовало поторапливаться, чтобы до наступления темноты и непогоды выйти на перевал. Приятели, не теряя времени, полезли вверх.

Внезапно Рашид остановился.

- Смотри! - крикнул он Орлову, указывая на гребень.

Оттуда, с нависшего карниза закованной в лед вершины, беззвучно сорвалась громадная снежная глыба. Скользя вниз по крутому скату, она долетела до обрыва и упала в пропасть. Высоко в небо взметнулся столб снежной пыли. Растекаясь над хребтом пламенеющим в лучах заката облаком, снег начал медленно оседать. Только сейчас прокатился глухой гул, завершившийся тяжелым ударом.

- Вот это да-а! - только и произнес Николай Петрович.

- На лавине хорошо спускаться. Сам испытал, - заявил Рашид.

- Помню. То-то ты два месяца провалялся в больнице!

- А что мне пара месяцев, если проживу сто пятьдесят лет.

- Почему же так много? - улыбнулся Орлов.

- Потому, что мои земляки живут по стольку. Разве я хуже?

Несмотря на усталость, приятели нашли еще в себе силы пошутить.

Перевал встретил их завыванием ветра и метелью. Отыскав под защитой скалы относительное затишье, альпинисты кое-как установили палатку, залезли в нее и забылись тяжелым беспокойным сном.

Глава 7

Наутро друзья почувствовали себя значительно бодрее. Рашид первым вылез из палатки и огляделся. Небо прояснилось, ветер стих. Девственная белизна свежевыпавшего снега слепила глаза.

Раздевшись до пояса, закаленный горец с ожесточением принялся растираться снегом.

Орлов смотрел из палатки, как под смуглой кожей Рашида играют крепкие мускулы, а на спине дрожат капельки. Сам он сегодня был не способен на подобный подвиг. От одного вида полуголого приятеля у молодого ученого пробежал по спине озноб.

- Ну, как ты меня находить? - спросил Рашид.

Николай Петрович, зябко поеживаясь, выбрался наружу.

- Молодец все же ты! - с хорошей завистью похвалил он друга и, захватив пригоршню снега, начал растирать лицо.

Рашид натянул рубашку, свитер, заправил их в брюки и огляделся, ища Рекса.

- Погляди, пес что-то нашел! - тронул он Орлова за плечо.

Тот поднял голову. Фыркая и тыкаясь носом в снег, Рекс что-то вынюхивал. Приятели направились туда.

- Николай! Что это? - воскликнул подошедший первым Рашид.

На выпавшем за ночь снегу отчетливо выделялись характерные пятипалые отпечатки, с отставленным во внутреннюю сторону хорошо развитым большим пальцем. Рядом виднелись следы меньшего размера. У Орлова даже дух перехватило от волнения.

- Проспали! Позорно проспали двух йети! - с отчаянием крикнул он, схватившись за голову.

- Да, они прошли недавно. Но как же их прозевал Рекс? - почесывая затылок, недоумевал Рашид.

- Что Рекс! Ветер был не с их стороны, потому и не учуял. Какая досада! и, обычно сдержанный в выражениях, Орлов на этот раз крепко выругался. Приятели опустились на колени, чтобы лучше рассмотреть следы.

- Тут были взрослый и молодой! - сказал Николай Петрович.

- А может быть, он шел со своей Зулейкой, - предположил Рашид.

- Может быть и так. Давай-ка за ними!

Друзья быстро сняли палатку и бросились в погоню.

Цепочка следов пересекла перевал, а затем пошла вверх.

- Черт побери! - ворчал Орлов. - Куда же их понесло?

- Прямо к шайтану в зубы, - ответил Рашид, указывая на острые оледенелые клыки хребта.

С трудом карабкаясь по крутому фирновому склону, они выбрались к острой, как нож, скальной перемычке, соединяющей два пика. Ее скаты были почти отвесны, на них едва удерживался снег. Друзья связались веревкой. Орлов взял Рекса на руки и осторожно пошел вперед. Рашид, следуя за ним, страховал приятеля.

До конца опасного перехода осталось несколько шагов, как вдруг, поскользнувшись, Николай Петрович сорвался, вскрикнул и покатился вниз. Рашид моментально бросился с перемычки в другую сторону. Рывок! Падение прекратилось. Оба лежали на противоположных головокружительных скатах.

- Николай, ты цел? - крикнул Рашид.

- Цел!

- А Рекс?

- Тоже.

- Лежи, не двигайся!

Рашид, ловко подтягиваясь, поднялся по веревке кверху и закрепился на перемычке.

- Лови! - бросил он крепкий запасной шнур.

Орлов поймал конец шнура и обвязал Рекса вокруг туловища.

- Готово! Тащи!

Когда они выбрались, Николай Петрович с благодарностью взглянул на Рашида и крепко пожал ему руку.

Скоро альпинисты вышли на обширное снежное плато. Следы вели к северо-восточным вершинам. Друзья остановились.

- Наверное, йети ушли за хребет, - предположил Николай Петрович.

Рашид взглянул из-под ладони.

- Да, больше им идти некуда, - согласился он.

- Вот что: возвращайся быстро назад и веди остальных, а я с Рексом пойду по следу. Буду вас ждать вон у той седловины, - указал Орлов. - Перейти хребет можно только там.

- Нет, генацвале! Я от тебя не уйду. Ты имеешь привычку соваться к шайтану в пасть, - решительно возразил Рашид, вспомнив, как Орлов хотел один лезть в пещеру.

Николай Петрович опешил. В экспедиции еще не было случаев неподчинения.

- Да пойми же! Нельзя тех оставить у озера, и еда у нас с тобой кончается, - сдерживая нарастающее раздражение, попытался он урезонить Рашида.

- Так не пойдет, - стоял на своем Благоев. - Одному тебе идти нельзя.

Орлов начал терять терпение.

- Что же ты предлагаешь? - резко спросил он.

- Вернемся к озеру, как договорились, и пойдем все вместе.

- Черт побери! Неужели ты думаешь, что йети будут нас дожидаться!

- Не кричи! Найдем других. А подыхать из-за них не будем.

Молодой ученый был вне себя от неожиданного упрямства приятеля, хотя в душе и чувствовал, что тот рассуждает здраво. С усилием овладев собой, Орлов решился на последнее средство. Сощурив глаза, он пристально посмотрел на Рашида злым, колючим взглядом и процедил сквозь зубы:

- Я понял. Ты боишься один идти через ледник.

Удар попал прямо в цель.

Болезненно самолюбивый горец побледнел и сжал кулаки.

- Ну, знаешь!.. - задыхаясь от гнева, проговорил он. Потом опомнился, сорвал рюкзак и, вытащив оттуда пакет с оставшейся пищей, бросил его к ногам Николая Петровича.

Ни слова больше не говоря, Рашид забросил рюкзак за плечи, повернулся и быстро, почти бегом, зашагал прочь.

- Рашид! - крикнул ему вслед Орлов и почувствовал, как волна жгучего стыда заливает румянцем щеки.

Не оборачиваясь, обиженный до глубины души, горец уходил к перевалу.

- Рашид, друг дорогой! Прости! - прошептал Николай Петрович. Потом нагнулся и поднял лежащий на снегу маленький кулек.

Вечерние сумерки сгустились, когда Орлов добрался до конца плато. После утомительной ходьбы по рыхлому подтаявшему снегу болели ноги.

Досадуя, что до наступления темноты ему не удалось догнать загадочных животных, молодой ученый принялся устанавливать маленькую палатку.

Тяжело дыша и вывалив розовый язык, Рекс улегся рядом на снег.

- Ну вот, ночлег и готов. Так что ли, Рекс? - усмехнулся Николай Петрович.

Общительный по натуре, он, за неимением собеседника, разговаривал с умной овчаркой. Услышав свое имя, Рекс насторожил уши и вильнул хвостом.

Орлов развязал рюкзак и огорченно взглянул на остатки еды. Четыре сухаря и несколько плиток шоколада, да еще и курево кончилось...

- Ничего не поделаешь, дружище. Придется подтянуть животы, - сказал молодой ученый и дал Рексу сухарей. Шоколад он решил оставить на завтрак.

После скудного ужина Орлов с Рексом забрались в палатку и прижались друг к другу. От переутомления и разряженного воздуха Николай Петрович никак не мог уснуть. Заложив руки за голову, он лежал и смотрел через щель палатки на мерцающую холодную звездочку. Недавняя ссора с Рашидом не выходила из головы. Молодого ученого мучила совесть.

- Нехорошо получилось. Экая я все-таки свинья! - проворчал он вслух.

Незаметно к нему подкралось щемящее чувство одиночества. Вспомнилось уютное кресло у письменного стола, ряды поблескивающих золотом томов на полках в кабинете... Потом возникли родные образы. Как бы снова ощутил он прощальный поцелуй жены и нежное щекочущее прикосновение пальчиков дочки.

Лола держала на руках маленькую Лидочку, похожую в своей меховой шубке на забавного медвежонка. Она взяла дочку за руку и махала ее маленькой ручонкой.

- Попрощайся с папой. До свидания! До свидания! - шептала улыбаясь Лола, а у самой на ресницах дрожали слезы. От этих воспоминаний стало еще тоскливее.

Обнимет ли он своих любимых или останется навсегда в этих суровых горах?

- Тьфу! - встряхнулся Николай Петрович, отгоняя минутную слабость. Придет же в голову такое!

Погладив вскочившего было Рекса, он натянул на голову капюшон мехового костюма и повернулся на бок.

Глава 8

Восход застал Орлова бодро шагающим вверх к седловине. Ночью на высокогорье сильно подморозило. Идти было легко, ноги не проваливались. Рекс уверенно тянул за поводок. Около гранитного утеса он остановился и принюхался. Николай Петрович заметил на скальной площадке несколько клочков бурой шерсти. Дальше следы были значительно свежее."

Здесь они отдыхали", - отметил про себя Орлов.

Петляя между торчащими по склону каменными кинжалами, Рекс вел вверх. После полудня, выйдя на седловину, Николай Петрович снял светофильтровые очки и осмотрелся. Вдали тонуло в легкой дымке холмистое зеленое плоскогорье. Прямо под ногами, в глубине пропасти раскинулся обширный, заваленный снегом горный цирк.

Дул пронизывающий ветер. Небо затягивалось облачной пеленой. Солнце просвечивало сквозь нее тусклым расплывчатым пятном. Опасаясь, что начавшаяся поземка заметет следы, Орлов решил нарушить уговор. На листке блокнота он написал друзьям, что идет дальше и просит их следовать за ним. После этого сложил на видном месте каменный тур, вложил в табакерку листок и спрятал ее под камни.

- Ну, Рекс, пошли! - сказал он.

Умный пес вильнул хвостом и устремился вперед. Цепочка следов, спускаясь с седловины, пересекала забитый снегом крутой кулуар. Подойдя к его краю, Рекс, повизгивая, остановился. Орлов понял опасения собаки. Пес инстинктивно чувствовал опасность перехода через подтаявший за день, едва державшийся в желобе снег. Йети перешли опасное место ночью при морозе, не рискуя вызвать обвал. Николай Петрович остановился в раздумье. Другого пути в обход желоба не было. Ждать, когда подморозит, было равносильно прекращению поисков. Скоро должна разыграться пурга, и тогда следы заметет. Орлов не мог допустить мысли о прекращении преследования. Вся его волевая натура бывшего офицера-пограничника протестовала против этого, тем более, что на поиски другого йети времени не оставалось. Сейчас от его решения зависел успех экспедиции. Все эти мысли быстро промелькнули в голове и заставили молодого ученого пойти на риск.

- Вперед, Рекс! - скомандовал Орлов.

Осторожно ступая, они направились через желоб. Противоположная сторона медленно приближалась. Уже были отчетливо видны следы выбравшихся на склон йети, как вдруг снег под ногами шевельнулся. Николай Петрович с ужасом почувствовал, что скользит вниз.

Снежная глыба, на поверхности которой находился человек с собакой, медленно тронулась по кулуару. Увлекая за собой все новые и новые массы, она росла, с каждой секундой увеличивая скорость падения; и вот громадная лавина, грохоча и сметая все на своем пути, тяжело рухнула на дно горного цирка. Последнее, что увидел Орлов, были мелькающие в бешеном хороводе скалы. Потом что-то тяжело ударило в грудь, и он провалился в черную немую мглу.

Глава 9

Аур и Улу не стали спускаться с перевала к озеру, там не было пищи. Они пересекли плато и, не доходя до седловины, остановились на отдых. На этой высоте, среди голых скал, снега и льда ничего не росло. Не было здесь пищух и жирных сурков; только изредка, спасаясь от преследования волчьих стай, сюда забегали горные козлы.

Суровая природа не баловала йети. Живя на высокогорье, они привыкли к лишениям и легко обходились без пищи по нескольку суток, поэтому днем семья Аура спала, нежась на согретой солнцем каменной площадке. Они тронулись в путь, когда стало смеркаться. Аур вел семью к зеленому холмистому плоскогорью. Спустившись на альпийский луг, йети до утра утоляли голод съедобными растениями и ловили мелких грызунов. С восходом солнца они спрятались в укромном месте среди скал.

Чтобы не дать кому-либо застать себя врасплох, Аур время от времени осторожно выглядывал из-за камней. Уже перешло за полдень, как вдруг, на седловине, через которую они прошли этой ночью, острые глаза Аура заметили человека. Он шел с перевала вниз, направляясь в их сторону. Старый йети проворно вскарабкался на скалу. Теперь был хорошо виден и сам человек и бежавший впереди него, похожий на волка зверь, точно такой же, как тот, что напал на Аура. Глаза йети злобно засверкали. Оскалив зубы, он тихо зарычал. Сомнений не было, их преследовали. Нужно немедленно уходить. Опустившись на зад и отталкиваясь длинными руками, он быстро скатился по снегу вниз, к тому месту, где спала Улу с маленьким Иу. Аур разбудил ее гортанным звуком, означающим опасность, и когда увидел, что она уходит, снова залез на скалу. Он остался для того, чтобы отвлечь внимание человека на себя. Ему легче будет уйти от него, чем Улу, несущей детеныша.

Человек, с небольшим серым зверем приблизился к желобу, остановился было у его края, но затем пошел вперед. И тут йети увидел, как преследователи, чуть видные за клубами снежной пыли, пронеслись мимо скалы и исчезли в глубине котловины.

Животные, попавшие в лавину, почти всегда погибают, но осторожность заставила Аура спуститься вниз и узнать, живы ли они? Нужно ли их опасаться?

У подножия обрыва высился громадный снежно-каменный завал. Около него Аур заметил неподвижно лежащего на спине, полузасыпанного снегом человека. Серого зверя нигде не было, его, очевидно, погребло лавиной. Старый йети подкрался к преследователю, но тут же отскочил. Человек приподнял веки и взглянул, затем зажмурился, пошевелил головой, застонал и, снова открыв глаза, изумленно уставился на Аура.

Некоторое время они смотрели друг на друга, потом человек сделал попытку встать, но со стоном упал обратно. Йети отскочил еще дальше и хотел было скрыться, но, поняв, что его преследователь беспомощен, остановился, наблюдая за ним издали.

Вдруг раздался голос человека. Непонятные звуки речи вызвали в душе старого йети целую бурю каких-то новых незнакомых чувств. Голос манил к себе и с непреодолимой силой вызывал в мозгу полузверя сложные ассоциации, похожие на мысли разумного существа. Аур теперь не боялся этого человека, наоборот, его влекло к нему сильное незнакомое чувство. Он понял, что должен помочь попавшему в беду, но не знал, как это сделать. В сильном волнении йети метался, издавая гортанные звуки, страдая от невозможности понять речь. Случайно он взглянул вверх и заметил далеко, на краю желоба, людей. Внезапно что-то осенило Аура, и он, не колеблясь, бросился к ним. Люди были еще на том же месте, когда йети, невдалеке от них, осторожно выглянул из-за валуна. Они рассматривали снег и о чем-то переговаривались. И тут Аур решился на, казалось бы, невозможные для него действия - он резко крикнул. Люди, как по команде, обернулись, йети крикнул снова и, когда они побежали в его сторону, стал спускаться. Искусно прячась за камнями, заманивая людей криками, он вел их к лежащему внизу беспомощному человеку.

У завала Аур снова взглянул в широко раскрытые глаза раненого, спрятался за утесом и в последний раз пронзительно крикнул. Люди сбежали вниз и, услышав стон, склонились над лежащим.

Аур, быстро пробираясь между скалами, догонял ушедшую Улу. У вершин злобно завывал ветер. В горах начиналась пурга.

Content

Реймерс Георгий
Горы хранят тайну