Румянцев Вадим

Взхоббит, или Путь в никуда

Вадим Румянцев

Взхоббит,

или

Путь в никуда

Посвящается каждому,

кто узнает себя

в одном из героев.

1. Нежданные гости

Жил-был в норе под землёй хоббит. Не в какой-то там мерзкой грязной сырой норе, где со всех сторон торчат хвосты червей и противно пахнет плесенью, но и не в сухой песчаной голой норе, где не на что сесть и нечего съесть. Нет, нора была хоббичья, а значит, ещё хуже.

Она начиналась идеально круглым иллюминатором, который хоббит выкрасил в зелёный цвет (а точнее -- в цвет хаки) и использовал как дверь. Иногда иллюминатор с грохотом падал внутрь, и тогда открывался проход в длинный коридор, похожий на железнодорожный туннель, правда, без гари и дыма, но зато с пятнами мазута на полу и с разбросанными в беспорядке вдоль стен шпалами; всюду были прибиты крючочки для гостей, которых хоббит очень любил (правда, нельзя сказать, чтобы гости отвечали ему взаимностью). Туннель вился всё дальше и дальше, но никто из немногих родственников хоббита, отправившихся его исследовать, обратно не вернулся, и куда он (туннель) уходил -не знал никто. Временами хоббит жалел об исследователях, с тоской глядя на пустые крючочки, которые предназначались для них. Хоббит не признавал восхождений по лестницам, поэтому все комнаты располагались на одном этаже: спальни, ванные, погреба, кладовые (целая куча кладовых), сокровищницы, карцеры, застенки, камеры пыток, тюремные камеры, камеры предварительного заключения и даже залы суда -- всё это находилось поблизости друг от друга, чтобы, в случае чего, идти было недалеко. Лучшие камеры, то есть комнаты, находились по левую руку, и только в них имелись окна -- глубокие круглые окошечки, через которые зимой в нору влетал снег, а весной, в оттепель, выливалась талая вода. Так происходила уборка норы.

Наш хоббит был весьма состоятельным взломщиком по фамилии Бэггинс (фамилию он унаследовал от предков-карманников). Бэггинсы проживали в окрестностях Холма с незапамятных времён и считались привычной напастью, с которой надо было мириться. Бэггинсы не позволяли себе ничего неожиданного: они занимались рэкетом два раза в месяц, и что скажет Бэггинс, если попытаться не отдавать деньги, можно было угадать, не спрашивая. Но мы вам расскажем историю о том, как одного из Бэггинсов втянули-таки в мокрое дело. Может быть, он и окончательно потерял совесть, но зато приобрёл... впрочем, увидите сами, приобрёл он что-нибудь в конце-концов или нет (не забудьте о серебряных ложечках!).

Матушка нашего хоббита... кстати, что такое хоббит? Пожалуй, стоит рассказать о них поподробнее. Так вот, в старые добрые времена на Земле было до хрена всякой нечисти -- привидения, зомби, драконы, маги, мыслящая плесень и ещё куча всего. Все они были мутантами и впоследствии вымерли, а кто оставался в живых -- тех докончили люди -- просто, чтоб не мучились. Ну вот, и хоббиты тоже тогда были. Хоббиты -- это уродливые толстые карлики, иногда с курчавыми волосами на голове, но чаще -- совсем лысые, зато на ногах -- отвратительная чёрная шерсть растёт у них всегда. Стричь эту шерсть они не умеют, поэтому ходят всегда босиком. Шерсть цепляется за различные предметы и вырывается клочьями, иногда даже вместе с блохами. У хоббитов три основных занятия -- еда, сон и воровство, которое они уважительно называют "бизнесом". Хоббиты -- такие искусные воры, что изредка их нанимают другие жители Средиземья -- ограбить банк или сорвать крупный куш в притоне. Но бывает это редко, никому не охота связываться с хоббитами, ещё и сам в дураках останешься.

Но случилось так, что в одно прекрасное утро, когда Бильбо Бэггинс сидел в иллюминаторе и курил травку, мимо проходил Гэндальф. Гэндальф! Если вы слыхали хотя бы четверть того, что слыхал про него я, а я вообще ничего про него не слыхал, то уже поймёте, что вряд ли нашёлся бы хотя бы один полицейский в Средиземье, с радостью не пустивший бы ему пулю в лоб. Но Гэндальф, благодаря врождённой способности превращаться в вешалку, вошедшей в легенды, ловко скрывался от полиции.

Между нашими героями произошёл такой разговор:

-- Good morning! I had no idea you were still in business! -- Пробормотал Бильбо.

-- Еге ж! -- Ответил Гэндальф. -- Я Гандальф, а Гандальф -- це я! Подумати лишень, -- дожився, що син Беладонни Тук вiдбрикується вiд мене "добрими ранками" так наче я припхався до нього пiд вiкно гудзики продавати!

-- Come tomorrow! Good bye! -- Заключил Бильбо и задраил иллюминатор. После чего мрачно посмотрел на стену, ткнул пальцем в один из крючочков и медленно проговорил: "Гэндальф, чай, среда!". Сам с собой он разговаривал по-русски.

На следующий день Гэндальф напихал в нору Бильбо гномов -- существ, похожих на хоббитов, но чуть менее уродливых и ещё более жадных, -- и, когда те, спев свою коронную песню в переводе И. Комаровой, перебили всё, что было в норе, вся шайка решила отправиться браконьерствовать. А также заниматься пьянством, разбоем, мародёрством, кутежами, распутством, чёрной магией, выборами в Верховный Совет и любым другим мелким хулиганством, какое только придёт в голову. Они решили покинуть Хоббитанию на следующее утро. В сердцах мирных хоббитов впервые появилась надежда, и утром Бильбо был единственным, кто мог ещё кое-как держаться на ногах. Компания двинулась в трактир.

2. Баранье жаркое

К вечеру они покинули трактир. Бильбо любовно поглаживал жилетный карман, набитый гномьими долговыми расписками. Гномы уныло трусили вперёд на позаимствованных у трактирщика пони, понуро свесив головы.

"И что только им не нравится? -- Размышлял Бильбо. -- Я оставил этим сквалыгам целую четырнадцатую часть!". В тот день хоббит был щедр, как никогда.

Несчастнее остальных выглядел гном Двалин, одежду которого Бильбо пустил на носовые платки. Двалину приходилось путешествовать в нижнем белье, под свист и улюлюканье толпы. Гэндальф, который познакомил хоббитов со Взломщиком, благоразумно скрылся, а против самогО хоббита ни один гном выступать не решался.

Через некоторое время пошёл дождь, и настроение у Бильбо испортилось. Он с горя съел все продукты и утопил пони Двалина в реке, после чего гному пришлось бежать за отрядом трусцой. Зато теперь он напоминал спортсмена из ДСО "Трудовые резервы", и состояние его гардероба менее шокировало окружающих.

Внезапно Балин, которому Бильбо, испытывавший к нему симпатию, позволял глядеть по сторонам, увидел в лесу огонь. Гномы с надеждой посмотрели на Бильбо. У них появился реальный шанс согреться и поесть. Хоббита это волновало мало, но издеваться над гномами ему уже поднадоело, а тут можно было поразвлечься с теми, кто разжёг огонь. Хоббит плотоядно облизнул толстые губы.

-- Стойте здесь, -- приказал он спутникам, -- а я пойду и посмотрю, что там к чему.

Взгляды гномов потухли, а Двалин обречённо застонал, за что и получил от Бильбо увесистую затрещину. Но ослушаться они, конечно, не посмели.

А Бильбо Бэггинс, продираясь через кустарник, теряя клочья шерсти и изрыгая смачные проклятия, направился к источнику света. Вот что он увидел.

На поляне вокруг большого костра сидели три огромных тролля. Поляна была завалена банками с ветчиной "Made in USA", блоками жевательной резинки, бутылками "Пепси" и прочей снедью, а тролли вели непринуждённую беседу.

-- Послушайте, мистер Берт, -- говорил один из них, -какое я нашёл чудесное доказательство своей вчерашней теоремы...

-- Ну-ну, Том, это очень интересно!

-- Так вот, мы хотим показать, что для любого целого положительного N, большего двух,..

Эта болтовня надоела Бильбо. Он высморкался в один из своих новых платков, вышел на поляну и направился к мирно что-то чертящему и ничего не подозревающему Вильяму. Засунув руку в вильямов карман, Взломщик извлёк оттуда пачку бумажных листов.

-- Не тронь мои чертежи! -- Испуганно закричал Вильям, но было уже поздно. Увидев, что это всего-навсего какие-то каракули, Бильбо швырнул бумаги в огонь.

-- Но послушайте, молодой человек... -- попытался было вступить в беседу Берт.

Бильбо достал свой кривой зазубренный меч и перерезал Берту горло. Через минуту та же судьба постигла и двух других троллей. Бильбо вытер меч об одежду Тома и устроился у костра. Вскоре он уже окончательно пришёл в хорошее настроение, закусывал, пил принесённый с собой во фляге самогон и орал непристойные хоббитские песни.

Но тут из-за деревьев появился Двалин, а за ним и остальные гномы. Хоббит испустил разъярённый вопль и кинулся на подельщиков. После непродолжительной драки оглушённые гномы с натянутыми на головы мешками валялись вповалку у костра, а Бильбо пил самогон и рассматривал свой зуб, выбитый Торином. Он размышлял, как бы поизощрённее прикончить гномов, чтобы другим неповадно было, когда что-то тяжёлое упало ему на голову, и он отключился. Это вернулся Гэндальф.

Гэндальф побросал бесчувственных гномов и хоббита на телегу, сам залез туда же, взял возжи, и, напевая "Гей, гей, казачок!", направил сей экипаж к Последнему Домашнему Приюту.

Пони побрели за ним. Они чувствовали в Гэндальфе родственную душу.

3. Передышка

Когда Бильбо проснулся, он почувствовал, что крепко связан, валяется на дне телеги, придавленный сверху Бифуром, Бофуром и спящим Бомбуром, а телега едет неведомо куда. Из кустов раздавались противные эльфийские голоса, распевающие всякие гадости на украинском языке:

Сон липне до вiч!

Поїхать -- дурниця,

То краще лишиться

I слухати, й чути,

Щоб гарно заснути,

цю пiсню -

ха-ха!

Наконец, телега остановилась, Гэндальф сбросил Взломщика на землю, приставил к его горлу меч и торжественно проговорил:

-- Ах ты, фраер дерьмовый! Корешков моих замочить вздумал? Да я ж тебя, падло, так уделаю, что мать твоя дохлая поганая не узнает! Да ты ж у меня всю житуху свою собачью на лекарства работать будешь! Да я...

Гэндальф ещё некоторое время пораспространялся про Беладонну Тук, матушку нашего хоббита, затем остриём меча разрезал верёвки и напоследок пнул Бильбо в лицо своим чёрным армейским ботинком 48-го размера. Бильбо промолчал, но обиду решил запомнить.

Через некоторое время вся компания была на ногах, и они направились к Элронду. Хотя Гэндальф и был рядом, гномы старались держаться от м-ра Бэггинса подальше; в рассудительности им отказать было нельзя.

Пьяный раздолбай валялся на полу в прихожей. Гэндальф некоторое время молча смотрел на него, а затем вдруг со всего размаху врезал Владыке Раздола по голове посохом. Раздался металлический звон, и Элронд открыл глаза. Некоторое время ушло у него на анализ ситуации, но, как только этот вычислительный процесс был завершён, Элронд вскочил, вытянул руки по швам и стал сбивчиво бормотать что-то вроде: "Студент Элронд Полуэльф по Вашему приказанию прибыл".

Гэндальф небрежным жестом вытащил какую-то карту из потайного кармана Торина и протянул её Элронду со словами:

-- Ну? Чего молчишь, свинья?!

Раздолбай осторожно взял карту, внимательно осмотрел водяные знаки и промолвил:

-- Так я и знал! Это -- лунные буквы. Их выдумал скотина-Феанор, чтобы читать можно было только раз в год, и то при ясной луне... А уж тучи-то нагонять он умел... Так он постоянно издевался над всеми. У-у, зараза! Был бы он жив, с каким удовольствием его сбежалось бы бить всё Средиземье, ну, кроме, может быть, Тёмных сил, с которыми он, как известно, был кореш в натуре!!!

-- Это точно, -- Поддержал Гэндальф, шмыгнув носом. -- Я, конечно, фанат до всяких там Палантиров, Силь... ну, то есть других разных фенечек, но Феанора, собаку, сдал бы на руки Мандосу без всякого зазрения совести... А кстати, что там написано?

Этот вопрос явно поставил Элронда в тупик. Некоторое время он беззвучно шевелил губами, читая по складам. Затем сказал:

-- Ну, короче, придёте к Одинокой Горе, там всё и увидите. А лунные буквы -- это просто отметка о copyright'е. Феанор, говорят, был большим фанатом до авторского права. Ведь в Мордоре почему небесного Сильмариля не видно? К ним как раз штамп предприятия-изготовителя повёрнут. Я, каждый раз, как бываю в Барад-Дуре, всё этот камешек разглядеть пытаюсь. Да хоть бы хны!

-- Да-а... -- Ностальгически протянул Гэндальф. -- Бывало, сидишь в Чёрной Башне, весело, песни поёшь: "Аш назг...".

-- Но-но, полегче! -- Перебил его Элронд. -- Ещё не хватало, чтобы ты у меня дома на чёрном наречии песни пел! Я, как-никак, эльф, да ещё и в Белом Совете!

-- Ладно-ладно, -- Примирительно произнёс маг. -- Уж и детство вспомнить нельзя! Я, может, в Мордоре уже недели две, как не был... Меня, может, тоска заедает... А-а, пропади оно всё пропадом! Ну, чего стоите, вперёд! -- Заорал он на гномов и хоббита. -- Думали, я вас на пикник приглашаю?! Фигушки, вы у меня ещё увидите небо в алмазах! -- И с этими словами он стал пинками ног выгонять на улицу упирающихся спутников. Вскоре отряд уже понуро бежал к Туманным Горам, а Гэндальф ехал сзади на белой лошади и плевал в отстающих струями огня из посоха. Приключения продолжались.

4. Через гору и под горой

Не прошло и двух дней, как гномы и хоббит, подгоняемые садистом-Гэндальфом, добрались до Мглистых Гор. Как водится, они попали под дождик и спрятались в уютной пещере со светящейся зелёной рунической надписью "ВЫХОД" над входом. Ночью все гномы заснули, Бильбо притворился спящим, а Гэндальф улетел в Барад-Дур на мордорском военном вертолёте. И тут...

В задней стене пещеры открылась трещина, превратилась в широкий проход, и оттуда посыпались гоблины. Это были ужасные толкинутые гоблины Мглистых Гор, страшные сказки о которых рассказывались по всему Средиземью. На голове у каждого был хайратник, руки, ноги и шея увешаны разнообразными фенечками, а на боку висел жуткого вида двуручник -- деревянный либо алюминиевый. И самое ужасное -- в отличие от всех остальных народов Средиземья, разговаривавших по-русски (изредка по-английски и по-украински), гоблины употребляли страшный, отвратительно звучащий язык, который почему-то называли вестроном. Короче говоря, не прошло и трёх минут, как спящие гномы и притворяющийся спящим хоббит были связаны, взяты в плен и с весёлой песней "Ах, И ЭТО -- наше Средиземье!" доставлены к Верховному Гоблину.

Пещера Верховного Гоблина представляла собою зрелище скорее поучительное, нежели отталкивающее. Примерно половина присутствующих занималась плетением хитроумных бисерных фенечек, примерно другая половина -- оживлённой работой на персоналках. Время от времени раздавались вскрики: "Отойди от света, ты не полиэтиленовый!" и "Ах ты, чёрт, не коннектится, зараза!".

Пинками ног гномов и хоббита уложили ниц перед Верховным Гоблином (на боку Верховного Гоблина красовался длинный стеклотекстолитовый меч). По ходу дела охранник небрежным жестом вытащил карту из потайного кармана Торина и передал Верховному. Верховный внимательно осмотрел водяные знаки и изрёк:

-- Так я и знал. Это -- лунные буквы. Их выдумал скотина-Феанор, чтобы читать можно было только раз в год, и то при ясной луне... А уж тучи-то нагонять он умел... Так он постоянно издевался над всеми. У-у, зараза! Был бы он жив, с каким удовольствием его сбежалось бы бить всё Средиземье, ну, кроме, может быть, Светлых сил, с которыми он, как известно, был кореш в натуре!!!

Бильбо показалось, что нечто похожее он уже где-то слышал, но где именно -- припомнить не смог. А Верховный Гоблин продолжал:

-- Но, впрочем, это всё -- фигня. Я знаю, что вы таскали с собой эту бумажку ненарочно, -- Он достал зажигалку, поджёг карту и дождался, пока она полностью сгорит. Затем выкинул золу в стоящую неподалёку пустую сахарницу. -- И вообще, мы теперь с Мордором почитай что и не общаемся, -- Он с неудовольствием взглянул на сахарницу с золой. "Точно, нет коннекта", -- подтвердил кто-то сзади.

-- А поймали мы вас, -- продолжал Верховный, -- не корысти ради, а токмо чтобы приобщить к достижениям мировой культуры. -- Он роздал каждому из пленников по экземпляру ниенниной "Чёрной Хроники". -- Вот, читайте на здоровье! А кто не будет читать внимательно, -- обратился он к охраннику, -- тех бросить в яму со Змейсами и Пиявсами...

-- Слышь, Верховный! -- Раздался голос сзади. -- Тут какой-то Глюк звонил, новый прикол закачал, "Бесконечная дорога" называется. Говорит, круто.

-- Ну, и "Дорогу" тоже прочтёте, -- Решил Верховный Гоблин. После чего взял гитару и принялся фальшиво напевать:

По волнам, по волнам к Западным пределам

Путь ляжет нам вперёд по гребням белым...

Да, в такую жуткую переделку Торин и К° попадали впервые. Слушать пение Верховного Гоблина с пищанием модема на заднем плане, да ещё при этом внимательно что-то читать, стараясь не думать о встрече со Змейсами и Пиявсами -- это мог бы выдержать только истинный толкинист. Наши герои к таковым не относились. Они приготовились к мучительной смерти...

В это время в помещение вошёл Гэндальф. Он невозмутимо направился к Верховному Гоблину, энергично пресёк попытки охраны его остановить и заявил:

-- Меняю вот этих отщепенцев на крутую игруху "The Lord of the Rings ]I[". С руководством.

-- Но... -- Попытался было вставить своё начальственное слово Верховный.

-- Никаких "но", -- Проговорил голос сзади. -- Мои ребята хакнули вторую серию уже две недели назад, им что-то делать надо. А то опять вирусы писать начнём. И никакой Лозинский не поможет, мы ведь в Средиземье...

Эта угроза мгновенно подействовала. Верховный собственноручно развязал пленников и трясущимися руками перехватил на лету брошенную Гэндальфом пачку дискет. "А руководство?" -заныл было он. Гэндальф бросил ему брошюрку с витиеватой надписью "Властители Колец" на обложке, и вся команда покинула помещение. Верховный Гоблин покраснел, побледнел, издал какой-то нечленораздельный звук и упал на пол. Он был мёртв.

5. Загадки в темноте

Пока Торин и К° пробирались по тёмным туннелям, Бильбо размышлял следующим образом: "Карты у Торина больше нет. Пути наружу гномы не знают, мерзкий хвастун Гэндальф -- тем более. В дороге от гномов одни неприятности, а болван-волшебник -тот просто враг. Да ещё я сдуру пообещал этим недотёпам четырнадцатую часть... Пожалуй, лучше будет бросить их здесь, а самому добраться до Одинокой Горы, убить дракона и забрать все сокровища себе. Тем более, что идти уже недалеко осталось".

Бильбо не сомневался, что сможет в одиночку справиться с драконом -- ведь он, как-никак, был хоббитом. Выбраться же из-под Мглистых Гор ему тоже не составляло особого труда: лабиринт гоблинских туннелей был не более чем детскими забавами в песочнице по сравнению с ужасной норой Под Холмом. Итак, Взломщик незаметно отстал от бывших компаньонов и свернул в первый попавшийся боковой туннель. Он был голоден, а потому быстро добрался до ближайшей населённой пещеры, перебил всех находившихся там гоблинов и плотно пообедал захваченными припасами. Он считал себя существом цивилизованным, и потому мяса гоблинов не ел.

Наевшись и выспавшись, Бильбо пошёл дальше. Вскоре он услышал шлёпанье мокрых босых ног по каменному полу. В хоббите проснулось профессиональное любопытство, и он побежал на звук.

Он добежал до подземного озера, где его взгляду открылось сидящее на берегу убогое забитое существо -- нечто среднее между выпускником 8 класса, студентом во время сессии и оператором СМ-4. Это был Горлум.

Бильбо был сыт и находился в благодушном настроении, а потому не стал сразу же убивать Горлума, решив послушать сначала его невнятное бормотание; благо, Горлум его ещё не заметил.

-- Да, моя прелесть, -- Шипел Горлум. -- Горлум! Вот как теперь они называют нас... А ведь тогда, давно, на Самом дальнем западе, они все валялись у нас в ноженьках, и просили Их, и требовали, и умоляли... Да-ссс... Но мы не отдали Их мерс-ским пискунишкам, правда, моя прелесть? Мы спрятали Их в высокой баш-шне... И тогда пришёл он, ненавис-стный, чёрный, и убил вс-сех, и Их забрал... Да-ссс, с ним одним мы бы ещё справилис-сь, но они были вдвоём... вдвоём с-с-с этим пиявс-сом... пившим кровушку наш-шего мира... А те, пискунишки, не сделали ничего, да-ссс, ничего, моя прелес-сть. Они только размахивали с-своими мерс-скими, мерс-скими ручками и кричали на нас-с. А потом, когда мы попыталис-сь всё исправить, на нас ополчились вс-се... И Они с-сгинули навеки. Навс-сегда, моя прелес-сть, навс-сегда...

Бильбо всегда относил себя к представителям скорее интеллигенции, нежели пролетариата, а потому соображал быстро.

-- Так ты и есть Феанор? -- Спросил он громко.

Горлум вздрогнул, но быстро пришёл в себя и прошипел: -Так-с-с... С-с-с-с... Они знают, как нас-с звали раньш-ше, моя прелес-сть. Они знают наш-ше прОклятое нольдорс-ское имя... Ну что ш-ш-ш, а мы знаем, как зовут их-х-х. Бильбо Бэггинс-с, с-с-собственной перс-соной. Ну ш-што ш-ш-ш... Тогда пус-сть возьмёт, пус-с-скай возьмёт от нас-с на память подарочек. Вот это маленькое блес-стящ-щее золотое колечко...

И Горлум протянул Бильбо Кольцо. Бильбо, нимало не задумываясь, схватил его и осторожно положил в карман.

-- Ха! -- Заявил он. -- Да ты, Феанор, видно, не такая уж мерзкая и бедная тварюга! Ну, спасибо за подарочек, я тобой доволен. Придёт время, может, и сочтёмся, -- Добавил он фальшиво.

-- Пус-сть они не благодарят нас-с, не надо, -- Отозвался Горлум. -- Колечко им поможет, да-ссс, оно даст им невидимость. А благодарнос-стей не надо... Кто знает, да, кто знает, не пожалеет ли он о своём с-с-спасибочке... Ведь он ещ-щё не видит, да-ссс, чтО это колечко с ним с-сделает. Да и с племянничком его... Плохо, да, плохо будет племянничку Фродуш-шке... Но зато кое-ш-што навеки с-сгинет, с-сгинет в огненной пропас-сти, хоть огонь там и совсем ненастоящ-щий... Да, как прощ-щитаютс-ся эти выс-скочки-майяриш-шки! -- Горлум противно зашипел и засмеялся.

Бильбо его последних слов не понял, да и не хотел понимать. Зато он прекрасно осознал, что Кольцо даёт невидимость, да и вообще -- вещичка не из последних. Находясь в самом своём радостном настроении, он пробежал последнюю пару туннелей, быстренько перебил охрану и оказался на свободе.

6. Из огня да в полымя

Выбравшись из гоблинских туннелей, м-р Бэггинс бодро зашагал на восток. Ему было немного неприятно покидать уютные подземные казематы, чем-то напоминающие его собственную нору, и выбираться на противный солнечный свет, но настроение хоббита всё равно оставалось хорошим. Он, наконец, отделался от компаньонов и теперь мог забрать всё гномье богатство себе, а, кроме того, приобрёл нового дружка -- Бильбо неплохо знал древнюю историю и полагал, что Феанор -- мужик что надо и сможет надавать по кумполу любому, даже ненавистным Саквиль-Бэггинсам. Однако, Бильбо всё время приходила в голову одна неприятная мысль -- а не должен ли он вернуться назад, к гоблинам, найти гномов и волшебника и лично проследить, чтобы бывшие соратники уже не смогли никуда убежать. Не то, чтобы ему была неприятна перспектива вновь оказаться под землёй -- нет, совсем напротив, -- но уж очень хотелось завладеть сокровищами как можно быстрее... И только хоббит окончательно пришёл к мысли, что гоблины великолепно справятся с работой самостоятельно, как услышал противный голос Гэндальфа.

-- Зрештою, вiн мiй друг, -- распалялся волшебник, -- i непоганий малюк. Я почуваю себе вiдповiдальним за нього. Ох, якби ж ви не загубили його в тунелях!

-- Немає тепер з нами Викрадача, хай йому абищо! -- Злорадно проговорил голос Дори.

Эта его реплика спасла жизнь ему и его товарищам, хотя никто из них об этом так и не узнал. К тому времени невидимый Бильбо с Кольцом Всевластья на оттопыренном среднем пальце левой руки уже подкрался к гномам, намереваясь преспокойно придушить по одиночке всю компанию. Но наглые слова Дори совершенно вывели его из себя. Хоббит сорвал с пальца Кольцо, диким, почти неузнаваемым голосом взревел: "А Взломщик тут как тут!", швырнул Кольцо на землю и бросился к ближайшему гному (это был многострадальный Двалин). Но Кольцо Всевластья, обидевшись на такое обращение, решило сыграть с Бильбо одну из своих знаменитых подлых штучек. Хоббит поскользнулся на Кольце и распластался во весь рост в колючих зарослях терновника. Кольцо противно захихикало. Чей-то голос ехидно заметил: "Это не Олимпийские игры!".

Что такое Олимпийские игры, никто из присутствующих (кроме, разумеется, Гэндальфа) не знал, да и не хотел знать -- не до того было. Хоббит вскочил, подобрал Кольцо, кинул его себе в карман, взревел: "Терновый куст -- мой дом родной! За Родину! За товарища Ким Ир Сена! За счастливое детство хоббитов!" и бросился вслед за удирающими компаньонами...

Короче говоря, через полчаса гномы и волшебник сидели, трясясь от страха, на верхушках деревьев, а мистер Бильбо Бэггинс бегал по поляне и выкрикивал непристойные угрозы. Добраться до ненавистного ему МЯСА он не мог, поскольку даже самые нижние ветви деревьев обламывались под тяжестью накачанной мускулатуры хоббита. Через некоторое время Взломщику надоело бегать и ругаться, он сел посередине поляны и задумался. Гномы и волшебник боялись пошевелиться, так как слух у Бильбо был отменный, он тут же засекал нарушителя спокойствия и что-то записывал в свою записную книжечку. Хоббит ещё с четверть часа просидел молча, затем закричал: "Эврика!" и опять замолчал. В голове у Взломщика созрел дьявольски коварный план.

Отлучиться с поляны для претворения своего плана в жизнь он не мог, поэтому ему оставалось сидеть и ждать, пока либо появятся помощники, либо его враги попадают с деревьев от голода и усталости. В любом случае хоббит был в выигрыше. Он нехорошо усмехнулся и принялся ждать. Скреннирующий мутант Гэндальф сумел прочесть его мысли и испустил крик отчаяния. Выхода не было.

Как показала практика, помощники появились раньше. На поляну робко вступила делегация толкинутых гоблинов и направилась к Бильбо, тщательно игнорируя умоляющие взгляды Торина и К°. Бильбо удовлетворённо улыбнулся. Ждать осталось недолго.

А ещё через час вокруг каждого дерева было сложено по исполинской куче хвороста, собранного услужливыми гоблинами, а Бильбо гордо стоял в центре поляны, держа в руках зажигалку, и готовился к произнесению заключительной речи.

-- Пятнадцать птиц... -- Начал он. Хоббиты плохо умели считать.

Но тут произошло нечто непредвиденное. С неба спикировал орёл с малограмотной надписью "Manve Air Force" на фюзеляже, схватил Гэндальфа и взмыл вверх. Затем другой такой же орёл схватил Торина, затем... Короче говоря, Бильбо успел только в отчаянном прыжке схватить за ноги Дори, который улетал последним. Хоббит надеялся, что орёл такой тяжести не выдержит. Но, с характерным скрипом, птица взмыла вверх. Бильбо нецензурно выругался, повис на левой руке, а правой принялся неторопливо и со знанием дела вырезать на ноге у Дори надпись "РИНАЛЬДО", совершенно игнорируя отчаянные вопли "Ноги, мои ноги!", испускаемые несчастным. Занимаясь таким художественным промыслом, Бильбо пришёл к выводу, что ссориться с орлами не стоит -- это давало шанс получить бесплатные билетики в Валинор для себя и своих родственников. С кровной местью приходилось для пользы дела подождать. Поэтому, приземлившись, хоббит брезгливо перешагнул через Дори, подошёл к дрожащему Гэндальфу и дружески хлопнул его по спине (отчего маг чуть не упал со скалы). Совершив этот достославный акт примирения, Бильбо тут же улёгся спать, оглашая окрестные горы неслыханным доселе в здешних краях раскатистым хоббитским храпом. Он был уверен в себе, как десять Миклухо-Маклаев.

7. Небывалое пристанище,

или Взломщик без маски

Из всей компании хоббит, как и следовало ожидать, проснулся первым. По старой привычке, оставшейся от въевшейся в плоть и кровь Инструкции № 486/16 Пятого Изенгардского Управления, он ничем не подал виду, что больше не спит, а остался лежать и слушать с закрытыми глазами. Какое отношение мистер Бильбо Бэггинс имел к Пятому Управлению, Вы, дорогой читатель, узнаете чуть позже, а сейчас давайте прислушаемся вместе с ним.

Беседовали Повелитель Орлов и его Первый Заместитель (по крайней мере, так их звания можно было бы перевести на языки гуманоидов). Бильбо в своё время изучал язык орлов во Второй Специальной школе Изенгарда, а потому понимал смысл беседы без труда.

-- Наверняка, придурковатый старикан попросит нас отнести всю компанию к гадкому медведю, -- Говорил Первый Зам. -- И сейчас мы не сможем ему отказать -- с ним хоббит...

-- Да уж, этот волосатый ниндзя здесь совершенно некстати, -- Проворчал Повелитель Орлов. -- Если бы не он, мы бы давно выклевали этим омерзяям глаза, а потом получили бы с родственников выкуп за трупы. А теперь придётся отдавать их подлому медведю. Хотя, погоди... Вот что я придумал: мы отнесём их на скалу Каррок и там оставим, пообещав, что скажем о них медведю. Но делать этого мы, конечно, не будем. Без помощи медведя выбраться со скалы они не смогут -- кругом холодная вода, а гномы не умеют плавать. Скоро они помрут от голода и начнут вонять, запах дойдёт до медведя, и ему будет плохо. А глаза им выклевать мы всегда успеем.

Тут Бильбо не выдержал и закашлялся. Хотя в Пятом Управлении ему и читали курс негуманоидной логики, но на практике он сталкивался с ней впервые. Даже привычные ему ужасы Хоббитании меркли перед омерзительной мелочной расчётливостью этих птиц. Ради того, чтобы досадить какому-то медведю (в духе мелкого вредительства на кухне в коммуналке), они готовы были бросить умирать с голоду всю компанию. Спору нет, гномы и, в особенности, классово чуждый Гэндальф были хоббиту глубоко отвратительны, и он сам собирался сделать с ними что-нибудь такое, но поведение орлов возмутило его до глубины души. К счастью, разрушить их планы было легко...

От кашля Бильбо проснулся Гэндальф, сам хоббит перестал притворяться спящим, и милым птичкам наконец пришлось замолчать. Ни лёгкий завтрак, ни переговоры не заняли много времени, и вскоре Торин и К° были доставлены на скалу. Орлы улетели.

-- И что же нам теперь делать? -- Робко спросил Балин. В ответ Бильбо любезно разъяснил остальным смысл услышанного утром. Гномы были в панике. Гэндальф недоумённо вертел головой и хлопал глазами -- происходящее, как обычно, доходило до него медленно.

-- Но вы не бойтесь, -- Заявил Бильбо, когда в ситуацию врубился даже Гэндальф. -- На этот раз я вас спасу. -- И, не слушая восторженных выкриков Гэндальфа и льстивых речей подхалимов-гномов, хоббит прыгнул со скалы в воду и быстро поплыл к берегу.

Но не успел он одолеть и половины расстояния, как в небе над ним появились орлы. Славные любимцы Манве пикировали с высоты на хоббита и пытались нанести ему удары клювом, так что Бильбо приходилось бОльшую часть времени плыть под водой. В целом, картина сильно напоминала фильм Хичкока "Птицы", от воспоминаний о котором хоббиту, впрочем, было не намного легче. Его спасла только негуманоидная орлиная логика. Глупые птицы не смогли додуматься нападать молча.

Не прошло и трёх минут, как на берег реки выбежал громадный смуглый человек с тяжёлыми лучемётами в обеих руках и принялся навскидку стрелять по орлам. Птицы загорались и, пронзительно крича, с шипением и всплесками падали в реку, тут же идя на дно. Бильбо выбрался на берег и стал задумчиво наблюдать за падающими в воду горящими птицами. Это действительно была очень красивая картина, напоминавшая хоббиту метеоритные дожди, так приятно смотрящиеся из-под прозрачного купола силового защитного поля... К сожалению, это великолепное зрелище длилось недолго. Несмотря на негуманоидный склад психики, некоторые из оставшихся в живых орлов стали улавливать определённую необычность происходящего и предпочли покинуть место сражения с хоббитом. Другие же, из чисто орлиного стайного инстинкта, последовали их примеру. Больше птиц в воздухе не осталось.

Бильбо молча пожал человеку руку, а затем показал на скалу с гномами и магом.

-- Неплохо, даже чем-то на рок-группу смахивает! -Рассмеялся человек. -- А как ты их туда доставил? У себя в табакерке? И что вот это за фитюлька? -- Проговорил он, указывая на Гэндальфа.

-- Гэндальф Серый, известный маг, -- Сдержанно ответил Бильбо. -- А что, не мог бы ты их всех оттуда вытащить, а?

-- Что за вопрос?! -- Человек подошёл к развесистому дубу, растущему неподалёку, засунул руку в дупло и что-то там проделал. Часть ствола отъехала в сторону, открыв внушительных размеров пульт управления. Человек нажал на одну из кнопок на пульте и повернулся к реке. Уровень воды стал понижаться, вскоре её не осталось совсем, и гномы с волшебником смогли перебраться на берег. Человек наполнил реку водой обратно и закрыл пульт, так что дерево вновь перестало отличаться от остальных.

-- Великий Маг Гэндальф Серый, -- Скромно представился Гэндальф. -- А Вы, конечно же, Беорн?

8. Небывалое пристанище-2,

или

Мишки гамми наносят ответный удар

Только выработанная за многие Эпохи быстрота реакции спасла Гэндальфа от страшного удара. Великий маг угрожающе нацелил посох в грудь импульсивному незнакомцу, но тот, похоже, уже и сам успокоился после первой вспышки ярости.

-- Да как ты, майарское отродье, аинур ублюдочный, илюватаров выродок, смеешь сравнивать меня с этим гнусным мутантом-переростком?! -- Проскрежетала оскорблённая сторона. -Меня, Великого Эленфе, Бургомистра-Падишаха-Императора Озёрного Города!!!

-- Come! What have you got to say? -- Присоединился к нему Бильбо.

-- Прошу пробачення! Бий нас i крий нас! Не вiдгадав, мiй дорогессенький! -- И Гэндальф в истерике повалился на землю.

-- Бильбо Бэггинс, Взломщик, две тысячи триста восемьдесят четвёртая инкарнация Вечного Героя, -- Представился хоббит, чтобы разрядить обстановку.

-- Очень приятно, -- Механически пробормотал Эленфе. -Если ты проследишь, чтобы эта свинья больше не обращала на себя моё внимание, я могу проводить вас в свой здешний коттедж.

-- Он будет вести себя пристойно, -- Веско сказал Бильбо, бросив мрачный взгляд на Гэндальфа. Гэндальф прекратил истерику и часто-часто закивал...

По пути Бургомистр-Падишах-Император непрерывно разглагольствовал, обращаясь исключительно к хоббиту, но говоря громко, чтобы слышать могли все.

-- Я считаю, -- задумчиво говорил он, -- что у каждого предмета есть своё истинное предназначение, только его надо распознать. А умеют это делать немногие. Вот, например, раньше в моём коттедже жило это пакостное животное, Беорн. Собственно, оно же его и построило... Но когда я пришёл в здешние края, то сразу понял, что это -- мой коттедж. Сначала я вежливо объяснил Беорну этот факт, но глупый медведь не смог понять моих аргументов. Пришлось выставить его за дверь, и теперь эти уродцы каждое лето, нажравшись гамми-ягод, приходят мне мстить. Это поставило их популяцию на грань исчезновения, я даже занёс их в Алую Книгу, но и такие меры не помогли. А насколько всё было бы проще, если бы они тоже могли понимать предназначение вещей!..

-- Да-а... -- Сочувственно вздохнул Бильбо. -- А что вот это такое? -- Он показал на жуткого вида сооружение, к которому они приближались, что-то среднее между полуразвалившимся сараем, берлогой и пчелиным ульем.

-- Как, ты не узнал? -- Недоумённо протянул Бургомистр-Падишах-Император. -- Это и есть мой коттедж.

-- Конечно же узнал! -- Поспешил успокоить его дальновидный Бильбо. -- Просто я хотел сделать тебе приятное, чтобы ты сам мог объяснить его предназначение.

Эленфе облегчённо улыбнулся.

-- Ну ладно, тогда прошу всех к столу!

Не вдаваясь в подробные описания происходившего, можно сказать лишь одно -- трапеза затянулась. С первого же взгляда было ясно, что в коттедже пируют страшные горные гномы во главе с атаманом-Гэндальфом. Гномы жарили мясо и пили вино, а Гэндальф гадал на Картах. Как обычно, во время попойки гномы пели песню. Вот некоторые куплеты, но не все, их было гораздо больше, и пили гномы долго-долго:

Вначале был известный хор,

Но хулиганить стал Мелькор,

И Сильмарилям в Валиноре

Стало тесно.

Читали также вы давно,

Как Нуменор пошёл на дно,

Но это всё, конечно, вам

Неинтересно.

Мы тему старую возьмём,

О Кольцах Власти вам споём,

И об Эпохе Номер Три

Споём вам тоже;

О людях, эльфах и других

Героях, правильных таких,

На четырёх цветных майаров

Так похожих.

Простёрся в Средиземье мрак -

Вторично в нём проснулся Враг,

Но эльфы этому

Значенья не придали.

Ведь в технологиях его

Нуждался Нольдор для того,

Чтоб Кольца выковать

Из золота и стали.

В Эрегионе Саурон,

Казалось всем, считал ворон,

Но это было хитрым, ловким,

Точным планом.

Келебримбер работал с ним,

Но тесно стало им двоим,

И улетел за Море эльф

Клочком тумана.

Превратна нить судьбы земной,

И Саурон пошёл войной

На эльфов с гномами,

Но в этом просчитался.

Князь Исилдур в Мордор пришёл,

Его убежище нашёл,

И в результате -

Инвалидом он остался.

Так Исилдур Кольцо стащил,

Но счастья с ним не получил

И утонул, пронзённый

Орочьей стрелою.

Кольцо ушло тогда на дно,

И затерялось там оно,

Лишь слишком мудрых

Очень сильно беспокоя.

Кольцо, когда вернётся Враг,

Найдёт какой-нибудь... дурак

По воле Случая -

Вселенского закона.

А может, мы Кольцо найдём,

Но в Мордор сразу же пойдём

И Сау дружно убедим

Прогнать дракона!

И гномы пустились в пляс.

Бильбо сразу понял, что гномам что-то известно о Кольце, и в голове у него созрел хитрый план.

Но размышления над планом были прерваны самым непристойным образом. Разбив стекло, в комнату влетела банка с надписью: "СГУЩЁНОЕ МЯСО С МЯКОТЬЮ И САХАРОМ. РАФИНИРОВАННОЕ. ОБРАБОТАТЬ ДО 13.01.2942. ПЕРЕД УПОТРЕБЛЕНИЕМ ВЗБАЛТЫВАТЬ" и упала к ногам Взломщика. Реакция хоббита была довольно неадекватна. Он задумчиво посмотрел на банку и вдруг вспомнил свою предыдущую инкарнацию. Банка чуть не выпала у него из рук. Тушёнка! Горячая волна прокатилась по спине, ударила в голову. Тушёнка! Волшебное, животрепещущее слово, которое так много значило!

-- Не плачь, партайгеноссе, не надо! Не трави мне душу! Подожди, настанут ещё хорошие времена! -- Пробормотал Бильбо, обращаясь непонятно к кому, затем издал яростный вопль и выпрыгнул в разбитое окно, так и не обратив внимания на пронизывающий взгляд поражённого Гэндальфа. Через десять минут с нападающими было покончено. Ни один гамми не ушёл от Вечного Героя. Последний медведь испустил дух со словами: "Икторн вернулся!", но никто, кроме Гэндальфа, его не понял.

Торин и К° провели у Эленфе ещё два дня, но ничего, достойного внимания уважаемого читателя, за это время не случилось, только Бильбо проиграл в кости Гэндальфа Бургомистру-Падишаху-Императору. На исходе третьего дня м-р Бэггинс и гномы продолжили путь на Восток. Гэндальфу пришлось остаться в коттедже.

9. Пауки и мухи

Итак, мистер Бильбо Бэггинс, Торин и вся остальная шайка грабителей продолжили своё путешествие, вступив на суверенные земли Чёрного Леса (который толкинутые гоблины называли из-за эльфов Лихолесьем). Не прошло и недели пути, как компания добралась до пересекавшего тропинку ручья.

-- Вода! -- Радостно закричал кто-то голосом Балина, и тут же над отрядом повисла испуганная тишина. Гномы мгновенно построились в шеренгу. Бильбо, оставшийся стоять впереди, медленно обернулся. Лицо его не предвещало ничего хорошего. Он молча указал на Бомбура и многозначительно прищёлкнул пальцами. Бомбур вышел из строя на два шага вперёд, потерянно втянув голову в плечи. Хоббит нравоучительно проговорил:

-- Н-да... О чём, бишь, я? А, вот. Я слышал от старины Бургомистра, что все речки в этом лесу заколдованы, и что последствия от контакта с водой могут быть очень неприятными. С другой стороны, я собирался устроить среди вас индивидуальный заплыв -- победитель получает право на двухразовое питание, -- Глаза гномов загорелись таинственным багровым огнём. Бильбо продолжал. -- Но санитарные нормы должны быть соблюдены. Поэтому проверим действие воды на нашем добровольце. Он действительно вызвался весьма кстати.

Бомбур издал короткий крик ужаса. Бильбо схватил его за шиворот и бросил в воду. Затем придавил тело своей мохнатой пяткой, чтобы оно не всплывало, достал секундомер, закурил и принялся дожидаться контрольного времени. Ровно через сорок минут он вытащил гнома на берег. Бомбур не подавал признаков жизни.

-- Вода заколдована! -- Торжествующе объявил Бильбо. -Заплыв отменяется.

Гномы разочарованно застонали. Двалин в порыве отчаяния вырвал у себя правую половину бороды, за что и был награждён изумлённо-одобрительным взглядом Взломщика.

Хоббит приказал спустить на воду исключительно уютную шестивёсельную шлюпку -- прощальный подарок Эленфе -- право нести которую было доверено передовикам -- Дори, Ори, Нори, Ойну и Глойну. Собственно, они точно не знали, почему Бильбо называет их передовиками, но спрашивать боялись -- их положение могло перемениться и к худшему...

Компания переправилась на другой берег и продолжила путь. Бомбура пришлось нести его братьям -- Бифуру и Бофуру (Бильбо, впрочем, предлагал оставить его на берегу).

Но не успели они пройти и сотни ярдов (или, точнее, девяноста метров, так как в Средиземье в то время использовалась метрическая система) -- так вот, не успели они миновать этот отрезок пути, как из леса навстречу им выбежал тяжело вооружённый горный орк. Рука Бильбо рефлекторно рванулась к оружию (он не любил неожиданностей), но закончить это движение м-р Бэггинс не успел. Глаза хоббита закатились, заострённые уши на лысом черепе начали болезненно подёргиваться, и он впал в транс.

-- Я Эру Илюватар, -- Сказал он тихим голосом очень пожилого человека.

Судя по всему, орк хотел было ответить на приветствие, но в последнюю секунду сдержал себя. Бильбо продолжал говорить:

-- Как вы знаете, я нахожусь далеко отсюда и не могу присутствовать здесь лично. Я вас не вижу и не могу приветствовать должным образом. Я даже не знаю, сколько вас, так что проведём нашу встречу без церемоний. Если кто-нибудь из вас стоит -- пожалуйста, сядьте, а если кто из вас хочет закурить -- я не против, -- Он чуть слышно рассмеялся. -- Да и почему бы я стал возражать? Ведь в действительности меня здесь нет. Мнение ретранслятора не в счёт.

Орк плюхнулся на мокрую землю и полез было за сигарой, но потом передумал.

-- Как вы уже догадались, -- продолжал хоббит, -- Средиземье сейчас переживает один из запланированных мною кризисов. Как выйти из него, я вам не скажу, но запомните одно: 20 июня 3018 года на Большой Поляне должна появиться рота... нет, лучше две... итак, две роты преданных моему Плану людей. Повторяю: 20 июня 3018 года, на Большой Поляне. И помните, что ВАША цель -- новая и великая Империя. До свидания!

Орк вскочил на ноги, вытянулся по стойке "смирно", проревел "Смерть повстанцам!" и бросился бежать. Бильбо, вышедший из транса, печально поглядел ему вслед.

Компаньоны прошли ещё немного, и их взгляду открылась новая странная картина. Тропинка пересекала небольшую поляну, окружённую высокими деревьями. Ветви деревьев были увешаны эльфами, орками, гномами и представителями других народов -свободных и не очень. Все они были тщательно завёрнуты в коконы из паутины и повешены вниз головой. На каждом висела табличка с двумя геометрическими фигурами -- белой и чёрной. По поляне прохаживались несколько огромных пауков, один из которых что-то степенно объяснял остальным, указывая на коконы.

-- Ну, и что, собственно, здесь происходит? -- Громко спросил Бильбо. Гномы боязливо сбились в кучку у него за спиной. Выступавший паук прекратил свои объяснения и подбежал к хоббиту.

-- Лаборатория соционики, -- Пояснил он. -- Воспитание новой научной школы. Дистанционная диагностика типов информационного метаболизма. А это -- сами ТИПЫ, -- Он показал на коконы. -- Висят и дуализируются...

-- А! -- Восхитился хоббит. -- Так это про вас поётся в народной песне:

Павук Лiнько й капшук Слинько

Плетуть на мене сiтi.

Хоч знають: я -- смачне хлоп'я, -

Мене їм не зловити...

-- А Вы, молодой человек, мне тут не дерзите! -- В рифму обиделся паук. -- У нас научное учреждение! А то и вас тоже дуализировать начнём... ПослУжите тогда молодой науке!

-- Законы соционики на войне не действуют, -- Веско проговорил Бильбо и опрыскал своего собеседника дихлофосом из баллончика, а затем, для очистки совести, перестрелял остальных учёных из подаренного Бургомистром бластера. Пациенты Лаборатории остались висеть на ветвях. Компания продолжила путь.

10. В бочках -- на волю

-- Мой отец говорил, что

лангольеры -- это маленькие су

щества, которые живут в чуланах

и канализационных трубах.

-- Как эльфы? -- Поинте

ресовалась Дайна.

С. Кинг. Лангольеры.

На этот раз путешествие компании продолжалось на удивление недолго. Наступил вечер, гномы улеглись спать, а ночью без всякого выпендрёжа и приключений были захвачены в плен кровожадными лесными эльфами. Бильбо, получивший специальную подготовку в самом Изенгарде, естественно, ускользнул, надев Кольцо.

В отличие от других эльфийских племён -- водопроводных, электрических и, тем более, компьютерных эльфов, лесные эльфы были, мягко говоря, не вполне цивилизованным народом. Они никогда нигде не учились, ели только сладкое и совершенно не собирались взрослеть. В то время как все остальные братья по голубой крови употребляли своё колдовское искусство на сотворение всего красивого и удивительного (или, по крайней мере, так думали люди), лесных эльфов больше привлекало дорогое, полезное и вкусное. В этом они чем-то напоминали хоббитов. Именно поэтому Бильбо избрал их для реализации своего хитроумного плана -- признаться, хоббиту была далеко не чужда некая эстетическая утончённость. Невидимый мистер Бэггинс проследовал за войском эльфов, доставившим пленников в пещеру короля Трандуила. Проникнув в зияющее отверстие входа, хоббит, впервые за много дней, смог облегчённо вздохнуть. Он почувствовал легендарный запах благословенного воздуха эльфийских владений -запах холодной и неотвратимой смерти.

Сориентировавшись в замке при помощи хитроумного гномьего прибора, называвшегося "гирокомпАс", хоббит первым делом проверил, надёжно ли изолированы его бывшие спутники. Результаты осмотра полностью его удовлетворили -- король Трандуил славился своими темницами далеко за пределами Средиземья. Бильбо мог быть спокоен. Он собирался продолжить путешествие за сокровищами, избавившись, наконец, от докучливых конкурентов, догадывавшихся, вдобавок, о "подарочке" Феанора. Но сначала Бильбо решил познакомиться получше с владениями эльфийского короля... благо, кухня здесь тоже была на высоте.

Однако, вскоре произошли события удивительные и непредвиденные. Случилось не так, что хоббит, бродя по лабиринтам пещер, заблудился и ничего не нашёл, а так, что он обнаружил тщательно охраняемую камеру. В особо тайном месте, прошу заметить! В ней содержался необычный узник.

Поначалу Бильбо, посветивший фонариком, принял его за гнома, но что-то в облике горбатого старикашки привлекло его внимание. Он властно постучал волосатой пяткой в дверь камеры.

-- А, Оберон, это снова ты! -- Раздался скрипучий голос заключённого. -- Какого чёрта ты запер меня здесь -- мне до смерти надоело сидеть в Тени, в полной темноте, если уж быть совсем точным!

Бильбо совершенно определённо знал, что короля средиземских лесных эльфов зовут Трандуил, но решил на всякий случай не спорить.

-- По-твоему, что-то изменилось с нашей последней встречи? -- Ехидно спросил он.

-- Естественно. Ты разве не знаешь, что здесь скоро произойдёт? Мне грозит повредиться в рассудке ещё больше... -Старичок противно захихикал.

Они говорили ещё полчаса, после чего пленник, разумеется, так и остался в камере, зато Бильбо кардинально изменил свои планы на будущее.

"Отлично, -- рассуждал он. -- Пусть мне и придётся снова выпустить на волю этих... м-мм... недотёп, зато я получу репутацию спасителя Средиземья и сокровища Одинокой Горы впридачу. Нет, безусловно, это выгодный обмен!"

Хоббит направился в тронный зал, где происходила одна из знаменитых королевских попоек. Эльфы пьянствовали напропалую, точь-в-точь как вымершие древние феаноринги, но Бильбо глядел на разворачивающуюся перед ним дикую оргию с нескрываемым презрением.

"Эх, то ли дело у нас, в Хоббит-клубе!" -- Подумал он.

Невидимый Взломщик отцепил ключи от камер с пояса пьяного начальника стражи, освободил гномов и вкратце обрисовал им свой проект. Разумеется, никто не спорил. Через пять минут вся шайка уже была в одной из самых новых пещер, и гномы по привычке выстроились в шеренгу под красной табличкой с золотой рунической надписью: "КОРОЛЕВСКАЯ ПНЕВМОПОЧТА".

11. Радушный приём

Хоббит проснулся в самом что ни на есть прекрасном состоянии духа. Препоручив спутников заботам почтового ведомства, он направился в пункт автоматической международной телефонной связи. Не то, чтобы телефон был древним эльфийским магическим предметом -- нет, его установил здесь Эленфе, помешанный на технике, а где он сам добывал подобные штуки -- оставалось загадкой.

Бильбо внимательно прочитал табличку, висящую рядом с автоматом. Она выглядела так:

???????????????????????????????????????????????????????

? ?

? ДЕЙСТВУЮЩИЕ КОДЫ АВТОМАТИЧЕСКОЙ ?

? МЕЖДУНАРОДНОЙ ТЕЛЕФОННОЙ СВЯЗИ ?

? ?

? 8-031 Имладрис ?

? 8-032 Эребор ?

? 8-183 Эсгарот ?

? 8-254 Барад-Дур ?

? 8-333 Валинор, резиденция Манве Сулимо ?

? 8-334 Валинор, Залы Мандоса ?

? 8-432 Казань ?

? 8-484 Сам, не беспокоить! ?

? 8-666 Внешний мрак, только по спец. разрешению! ?

? ?

? ЮБИЛЕЙНЫЕ И ДЕФОРМИРОВАННЫЕ МОНЕТЫ ?

? НЕ ОПУСКАТЬ! ?

? ?

???????????????????????????????????????????????????????

Снизу фломастером было криво приписано:

8-125 доб. 98-96-96 Предсказание будущего

Взломщик набрал недокументированный код и бесплатно позвонил в коттедж Эленфе, договорившись с ним о встрече в Эсгароте. Затем, интереса ради, попробовал набрать 8-334 (постоянно было занято) и 8-032 (никто не отвечал). Надпись фломастером он проигнорировал. Удовлетворив своё любопытство, Бильбо покинул дворец Трандуила.

Через две недели хоббит достиг берегов Долгого Озера. Он не особенно торопился, ведь гномы -- стойкий народ, привыкший ко всевозможным лишениям, невзгодам и неудобствам. Было бы как-то даже несправедливо лишать их необходимой тренировки. Кроме того, Бильбо сомневался, что на почте с гномами может случиться что-нибудь плохое. Он доверял сервису Падишаха-Императора.

Впрочем, надо отдать должное его заботливости. Сразу же по прибытии в город, Бильбо направился на Главпочтамт, получил своих спутников и вскрыл герметичные контейнеры консервным ножом. Торин и К° были свободны!

Гномы были в полном порядке, если не считать, что Бомбур так и не проснулся, а Ойн и Глойн, видимо, сошли с ума. Ойн всё время монотонно бубнил: "Пятнадцать дней!.. Пятнадцать дней!..", а Глойн периодически валился на пол, закатывал глаза и жалобно кричал: "Ну ПОЛУЧИТЕ же меня, пожалуйста!". Дисциплинарные взыскания (проще говоря, любимый кастет Бильбо) не помогали.

Торин и К° отправились в городскую ратушу. Бургомистр-Падишах-Император постарался на славу: в честь Бильбо и его спутников был организован грандиозный пир. Бильбо прошёл во главу праздничного стола и уселся рядом с Эленфе. Гномы остались стоять в дверях. Наступило тревожное молчание. Все смотрели на гномов.

Вперёд выступил Торин.

-- Я, -- гордо начал он, но задумался и умолк. Глаза его затуманились. "Пятнадцать дней!.. Пятнадцать дней!.." -- Тихо бубнил Ойн. Внезапно Торин что-то вспомнил и продолжил свою речь.

-- Я -- Торин, сын Трейна, внук... э-э... Тр... Тр... Трора, КОРОЛЬ-ПОД-ГОРОЙ! -- Злобно выкрикнул он последние слова и принялся бешено вращать глазами, высматривая несогласных. Таковых не нашлось.

-- Пятнадцать дней!.. -- Сказал Ойн чуть громче. Внезапно все заговорили, засуетились, гномов усадили за отдельный стол, а для Бомбура принесли даже персональный надувной резиновый матрац оранжевого цвета.

Пир получился что надо. Даже Бильбо был доволен выпитым и съеденным, что уж говорить о гномах, в последний раз нормально питавшихся в "Зелёном Драконе"! Потеряли сознание только юные Фили и Кили, а Глойн устроил истерику всего два раза. Внимания на это никто не обратил. Общее впечатление слегка портил только Двалин, воровато озиравшийся в процессе еды и периодически пытавшийся залезть под стол -- ему постоянно мерещился гневный взгляд хоббита.

Праздник затянулся на несколько суток, однако, в один прекрасный день Бильбо решил продолжить путешествие. Он залез вместе с гномами на одолженное ему Бургомистром десантное судно на воздушной подушке, запустил двигатели и направил плавсредство вверх по течению Быстротечной.

Бургомистр-Падишах-Император стоял на мосту и махал вслед своему другу нейлоновым носовым платком.

Content

Румянцев Вадим
Взхоббит, или Путь в никуда