Савченко Виктор

Роза ветров

Виктор Савченко

РОЗА ВЕТРОВ

"Синяя птица" села на небольшую каменистую площадку, с одной стороны упирающуюся в отвесную стену из серых ребристых скал, с другой обрывающуюся бездонной черной пропастью. Рискованное место для посадки, ничего не скажешь, а лучшего, к сожалению, было трудно найти. Вся эта небольшая планета, как взлохмаченный еж, была утыкана остроконечными пиками скал и изломами горных хребтов. Невозможно себе представить, насколько она была истерзана и изломана, будто кто-то собрал самые острые и неаккуратные осколки, оставшиеся от творения других миров, и, торопясь поскорее закончить дело, наспех слепил из них эту планету. На первый взгляд казалось, что скалы и горы - единственное богатство незадачливого мира, но это только казалось.

Еще здесь были ветры. О, ветры здесь водились роскошные! Они колесили по планете во всех направлениях, свистели, выли, ревели в щелях бесчисленных скал, разрывались на кусочки их острыми ребрами и тут же смыкались вновь, с удвоенной энергией обрушиваясь на камни. Они налетали внезапными порывами тугой сгусток воздуха наносил упругий оглушающий удар и тут же пролетал легким дуновением, уступая место следующему вихрю.

И еще ветры были индивидуальны. Да-да, именно индивидуальны: каждый из них представлял собой отдельный вихрь, похожий на призрачную, едва заметную голубую комету, пронизанную искорками электрических разрядов. Эти кометы шныряли между скалами во всех направлениях, подобно призракам, сталкиваясь, пронзая друг друга и снова расходясь в своем неутомимом беге. "Синяя птица" содрогалась от яростных порывов, набегавших со всех сторон, и угрожающе раскачивалась на амортизаторах. Это был корабль-разведчик, оставленный для ознакомления с этой на первый взгляд не представлявшей ничего интересного планетой и служивший пристанищем для трех человек: планетолога Антона, инженера Вадима и биолога Олега. Для чего нужен биолог на этой безжизненной планете, было не совсем ясно, но все-таки он вошел в исследовательский экипаж "Синей птицы".

Звездолет, доставивший сюда ракету, отправился к другой планете данной системы. Работы много, а времени мало, приходится рисковать.

Командир "Синей птицы" Антон сидел за пультом и с интересом глядел на экран, где бесилась разнузданная стихия.

- Интересное явление, - наконец отозвался он, - что скажешь, Олег?

- Похоже, здесь собрались ветры со всей планеты, чтобы поглазеть на нас. Только как бы их любопытство не зашло слишком далеко, и они не поинтересовались бы внутренностями нашей ракеты, сбросив ее со скалы.

Антон неопределенно хмыкнул и, встав с кресла, прошелся по раскачивающейся рубке, широко расставляя ноги, чтобы сохранить равновесие.

- А ты что думаешь, Вадим?

- Я ничего не думаю, я только удивляюсь. У нас на земле вроде бы все ясно: ветер - это перемещение воздуха из области повышенного давления в область пониженного. А здесь? Эти ветры дуют одновременно в разные стороны.

- Всему свое время, - отозвался Олег, - докопаемся и до сей тайны. Кстати, у меня уже есть гипотеза. Движение воздуха может вызываться возмущениями в электромагнитном поле планеты. Мы еще не проводили его замеров, а под нами, возможно, находится какая-то необычная магнитная аномалия. Я сейчас возьму магнитометр и проверю. Прочешу окрестности на нашем "Колибри".

- А не рискованно ли? - усомнился Антон. - Все-таки ветры действительно беспорядочные.

- Ничего, справлюсь, - отмахнулся Олег. - Не сидеть же нам здесь целую вечность! Да и поутихло уже.

Действительно, "Синяя птица" уже не раскачивалась, и за бортом прекратилось бешеное столпотворение. Вихри убрались както сразу, будто им надоел неизвестный предмет и они полетели искать новые забавы. Антон дал согласие. "Колибри" - легкий летательный аппаратик - выпорхнул из чрева "Синей птицы" и, покружив немного над площадкой, скрылся между скалами. Командир и инженер, проводив Олега, устроились на отдых.

Прошло несколько часов. Антон пытался связаться с биологом, но скалы экранировали радиоволны и искажали их до неузнаваемости. Однако скоро Олег вернулся сам.

- Скорей открывайте шлюзы, они за мной гонятся! - раздался из динамика отчаянный вопль. Не понимая, в чем дело, Вадим, сидевший за пультом, быстро нажал кнопку. Аппаратик, не останавливаясь, прошмыгнул в камеру, и створки захлопнулись за ним. И тотчас же на ракету обрушился удар. Вокруг завыло, засвистело, застонало тысячеголосым, леденящим душу хором. Ветры с удвоенной, утроенной, удесятеренной силой бросались на скалы, на ракету, толкались и бились о стальную обшивку, будто хотели столкнуть, разметать, швырнуть в пропасть или на скалы чужеродное им металлическое тело. Двое космонавтов растерянно сидели на диванах в раскачивающейся и дергающейся рубке, ожидая биолога. Он, шатаясь, ввалился через люк, глядя расширенными от ужаса глазами.

- Что случилось? - спросил Антон.

- Поверьте, я им ничего плохого не сделал, они сами! - бессвязно забормотал в ответ Олег.

- Кто они? - не понял Антон.

- Я ведь им ничего не делал! - продолжал биолог. - Я же хотел провести только кое-какие замеры, а они рассвирепели. Но ведь я же не хотел им ничего плохого, неужели они этого не понимают!

- Да кто же они, говори ты наконец толком, что произошло! - заорал командир.

- Кто? - повторил биолог, обратив наконец внимание на него. - Вот они! - Он кивнул головой на экран, где бешено извивались, шныряя во всех направлениях, Голубые вихри. - Эти чудища, принявшие облик безобидных ветров, свирепые и беспощадные драконы, от которых я еле спасся. О, я никогда не забуду их мерзкие рожи, когда они швыряли мой аппаратик, как пушинку, как они вертели и трясли его, пытаясь добраться до меня, но я удрал. Да, я удрал, но теперь они прилетели за мной, чтобы убить меня, узнавшего их тайну!

Антон и Вадим растерянно слушали этот бред.

- Успокойся, пожалуйста, Олег, здесь нет никаких драконов, они улетели, успокаивающе произнес инженер.

- Я в своем уме! - неожиданно отрезал Олег. - Драконы вот. - Он снова мотнул головой на беснующиеся вихри. - Это ветры, эти непонятные ветры, которые так поразили нас. Там, за скалами, они обитают в широких расселинах и оттуда вылетают на охоту. Как только я появился над жилищем, они все прямо взбесились и взвились, как потревоженный рой пчел. Они сплетались в клубки и швыряли мой аппаратик друг другу, и вблизи я увидел их рожи - свирепые, страшные рожи с выпученными бледными глазами, с оскаленными пастями, со сплюснутыми носами. Они пытались разломать "Колибри" в воздухе, но это им не удалось.

Ветер за бортом действительно усилился и превратился в настоящий ураган. Отдельных вихрей уже не было видно - они все слились в бешеных порывах, налетевших плотной густой массой. "Синяя птица" вся сотрясалась под этими порывами, раскачиваясь из стороны в сторону, и не падала только потому, что не успевала этого сделать.

Командир и инженер встревоженно переглянулись.

- Еще немного, и ураган нас просто сдует отсюда, - растерянно пробормотал Антон, - нужно что-то делать.

- Ну что ж, как видно, так должно быть, - спокойно сказал Олег. - Они требуют жертву. Требуют меня. Я иду. - И он шагнул к люку.

- Стой! - закричал Антон, но было уже поздно. Люк захлопнулся.

- Я вас заклинаю: покидайте планету, как только ветры удовлетворятся мной, или вас постигнет моя участь! - раздался из динамика его голос. И он вылетел.

Ветры радостно взвыли. На экране было видно, как они подхватили маленький аппаратик, завертели, закрутили, понесли и со всего размаху швырнули о скалу. Брызнули во все стороны обломки, и среди них расплющенная фигурка в скафандре. Вихри подхватили все это, перемешали и унесли. За бортом стало тихо. Ураган прекратился. "Синяя птица" еще качнулась по инерции пару раз и успокоилась. Антон тяжело опустился в кресло и оперся локтями о пульт.

- Роза ветров, - тихо пробормотал он, глядя сквозь экран, - вот ты какая, роза. Ядовитая ты, роза.

- Но ветры же действительно улетели, - растерянно прошептал Вадим.

Прошло около двух суток. Разведчики сидели в "Синей птице" и не рисковали высовывать наружу нос. После расправы над Олегом ветры прилетали еще несколько раз, но силы были у них уже не те, и они не могли соперничать с многотонной массой ракеты. Впрочем, ветры особо и не пытались это делать, они, похоже, на первый раз удовлетворились жертвой и бесились только для порядка. Но все же у Антона не исчезало предчувствие, что они что-то замышляют. Да, после ужасной гибели Олега командир поневоле и сам стал относиться к этим вихрям как к живым и злобным существам. А, может, они действительно живые? Чем дольше задумывался над этим Антон, тем больше крепла его уверенность в том, что вихри - неизвестный доселе и, по-видимому, враждебный к человеку вид живой материи. Не находилось у него другого объяснения их поведению. Вадим, вероятно, тоже задумался над этим и стал мрачным и немногословным. Командир поделился с инженером своими опасениями. Тот неожиданно принял их всерьез, и они вдвоем стали раздумывать, какую же каверзу могут подстроить им ветры. Оба сошлись на том, что самое вероятное и удобное - свалить их в пропасть. Правда, до сих пор у вихрей ничего не получалось, но, кто знает, они уже раз показали, на что способны. Что делать? Последовать совету Олега и улететь отсюда? Возможно, ветры только и ждут, когда ракета взлетит. Они уже убедились, что в воздухе расправляться с людьми и аппаратами удобней. Один хороший рывок вроде того урагана, убившего Олега, и "Синюю птицу" нанижет на скалу, как жука на булавку. Значит, остается ждать звездолет. Мощное защитное поле корабля оградит ракету от любых несчастий со стороны планеты. Но ведь звездолет нужно еще дождаться... Это какой-то кошмарный сон, а не планета. Люди помимо воли испытывали гнетущий страх, тупое давление на мозг от вида беснующихся за бортом голубых вихрей. Пронизанные золотистыми искорками, как сноп фейерверка, они по-хозяйски шныряли вокруг, изредка лениво тыкаясь в ракету, как будто понимая, что она целиком и полностью находится в их власти и торопиться незачем.

- Что же делать? - сказал Вадим на шестой день их принудительного заключения. - Я не могу больше сидеть беспомощной куклой и в любую секунду ожидать от этих сивых призраков какого-нибудь подвоха. Нужно чем-то заняться, что-то предпринять, пусть бесполезное, малоэффективное, но лишь бы не сидеть здесь как приговоренные, сложив руки, ожидая своей участи. Пусть мы погибнем, но зато в борьбе, а не как беззащитные, слепые котята в речке.

- Можно укрепить ракету стальными тросами, - угрюмо пробурчал Антон.

- Гениальная мысль! Так займемся этим сейчас же! - возликовал Вадим.

Антон оторвал взгляд от экрана и, повернувшись в кресле, удивленно воззрился на инженера!

- Ты что это, всерьез?

- А почему бы и нет? - в свою очередь, удивился тот. - Мысль не так уж плоха, и просто удивительно, как мы раньше до этого не додумались. Если у ветров еще хватает сил раскачивать ракету, то пусть попробуют порвать стальные тросы! Я уверен, они обломают себе все зубы и поразбивают себе лбы! - Вадим громко хохотнул.

Антон внимательно посмотрел на его возбужденное, пылающее лицо со сверкающими глазами.

- Да, надо чем-то заняться, иначе недолго и свихнуться, - пробормотал он про себя и добавил уже погромче: - Ну хорошо, попробуем. Я сейчас выйду, осмотрюсь и понамечаю места для отверстий под крепления, а затем уж займемся работой.

- Погоди, но ведь тебя может снести в пропасть, - забеспокоился Вадим.

- Ничего, я привяжусь канатиком. Да и ветрам, по-моему, хватает одного Олега. Я пошел. - И Антон скрылся в люке. Протяжно загудел, опускаясь, лифт, затем с глухим звуком лязгнули створки шлюзовой камеры. Планетолог ступил на серую гладкую площадку, с которой за время их стоянки ветры посдували все камни. Защелкнув на поясе скафандра карабин предохранительного канатика, он осторожно отошел на несколько шагов от ракеты. Тотчас же его чтото мягко, но сильно толкнуло, как будто он наткнулся на большую упругую подушку. Антон сильно качнулся назад, но все же устоял на ногах. Мимо с вкрадчивым шелестом пронесся туманный вихрьпризрак. Командир упрямо нахмурил брови и стал пробираться вперед вдоль скальной стены. Вихри его больше не тревожили, лишь иногда случайно проносясь мимо и задевая шуршащим хвостом.

Антон подумал, что если они прикуют ракету к скале стальными тросами, то ветры действительно ничего не смогут сделать "Синей птице". Его охватило внезапное чувство облегчения, будто он уже избежал опасности. А почему бы и нет? Они укрепят ракету, а скоро прилетит звездолет, и ветры останутся с носом! Планетолог с вызовом посмотрел на небо, откуда почему-то разбежались вихри, и вздрогнул. Иссиня-фиолетовая клубящаяся масса, пронизанная золотистыми нитями молний, похожая на исполинскую стену, с ревом мчалась прямо на него. Антон мгновенно все понял. Это был Великий Ураган. Тысячи вихрей, слившись в одно целое, примчались сюда, чтобы наконец расправиться с незваными пришельцами, которые так нагло вторглись в их владения. Единственное, что успел сделать планетолог, это забиться в какую-то глубокую расселину в скалах. И Ураган налетел. Смешалось небо и земля. Миллионы голодных волков осатанело взвыли, почуяв добычу. Их сверкающие глаза пронзали тьму жадными вспышками молний. Несметное множество оскаленных клыков заскрежетали по скалам и обшивке ракеты. "Синяя птица" содрогнулась от носа до кормы. Жалобно заскрипели амортизаторы, пытаясь смягчить бешеный напор ветра. Но Ураган только злорадно захохотал в ответ на эти беспомощные усилия. Ракету, как пушинку, сорвало с площадки и, крутанув вокруг оси, швырнуло к противоположной стороне пропасти. Антон едва успел сорвать защелку с канатом и зачарованно смотрел, как тридцатипятитонную глыбу "Синей птицы" вспороли отточенные ребра скал. В разные стороны полетели амортизаторы, двигатели, стабилизаторы, рубка... Ураган с радостным визгом подхватил все это, перемешал и торжественно обрушил дождем в пропасть.

Он мог ликовать. С незваными пришельцами покончено! Но все-таки его победа была неполной. Еще один человек забился в щель, недосягаемый для ветра, и это бесило Ураган. О, как он выл и издевался, пытаясь вытащить оттуда эту ничтожную букашку! Его призрачные лапы шарили в расселине, но, могучие и быстрые на просторе, в тесной узости скал бессильно опадали к ногам втиснувшегося спиной в щель Антона. Теперь он увидел настоящее лицо Урагана. Даже не лицо, лица! С горящими от ярости выпученными глазами, с оскаленными щелкающими клыками толклись они у входа в его убежище, в бессильной злобе вгрызаясь в каменные стены. Да, Олег был прав, это незабываемое зрелище. И если он только останется жить, то, если он только останется жить! Но останется ли? Скорчившись в своем тесном скафандре, Антон тихо сходил с ума. Вой и свист Урагана вгрызались в мозг раскаленными крючьями, отвратительные оскаленные рожи толклись вокруг, широко разевая свои пасти, чтобы проглотить его. Все плыло и кружилось перед глазами, пока наконец не провалилось в бездну... Ураган еще бесновался за скалами, когда Антон очнулся. Он не вывалился из расселины только потому, что, глубоко затиснувшись в нее, был плотно зажат между стенами. Почувствовав голод, планетолог механически нащупал ртом пищевой загубник и немного подкрепился. Ну что ж, дело обстоит не так плохо, как может показаться на первый взгляд. Воздухом регенерационная система скафандра его обеспечит как минимум на месяц. С пищей и водой дело похуже, но и здесь можно протянуть недельки две-три. Может, звездолет и вернется до того, как он умрет. Но даже если он не дождется помощи, Ураган не сможет насладиться видом его расплющенного и изорванного тела! Оно навечно останется здесь. Антон еще потуже втиснулся в щель и принялся ждать.

Ураган больше не прилетал, но вихри постоянно кружили перед расселиной, карауля наглого человечка! Антон держался из последних сил, тупо вслушиваясь в шипение и шорох ветра. Он потерял счет дням, проведенным в сером полумраке, прорезанном острой щелью выхода. Он ел, спал, снова ел и снова спал, стараясь ни о чем не думать. Мысли были для него пыткой, раскаленными углями, медленно тлеющими в распухшем до невероятных размеров мозге. Сжатое в скафандре, окаменевшее от неподвижности тело отказывалось что-либо чувствовать, и Антону часто казалось, что он уже давно растворился, распался на атомы, смешавшись с вихрями, и только его разум еще плавился, обреченный на вечные муки.

- "Синяя птица", вас вызывает звездолет, просим сообщить координаты.

Какой музыкой отозвались эти слова в ушах планетолога!

- Я тут, я здесь! - заорал он в микрофон, включив передатчик скафандра на полную мощность. - Скорее заберите меня отсюда! Включите защиту, за мной охотится Ураган!

Недоумение на звездолете после сбивчивых объяснений Антона быстро перешло в действие. Как во сне видел планетолог удивленные лица товарищей, невидимую стену, о которую бились уже не страшные вихри, поднятые из пропасти обломки "Синей птицы". Затем рев стартовых двигателей и медицинский диспансер на звездолете...

Главный астробиолог экспедиции Глеб сидел против Антона, пытливо глядя на него. Планетолог уже отошел после страшного кошмара на Розе Ветров - так назвали планету - и был в состоянии более-менее связно рассказать о случившемся.

- Ты прости меня, но все это звучит довольно странно. Согласен, ветры там необычные, но все остальное, - Глеб неопределенно пожал плечами, - скажем, галлюцинации.

- Гибель "Синей птицы" тоже галлюцинация? - мрачно заметил Антон. - Я никогда не забуду эти гнусные рожи!

- Ну рожи уж наверняка галлюцинации, - задумчиво сказал Глеб, - а что касается ветров, даже не знаю, что сказать. Можно объяснить, например, наличием какого-то особого комплекса электромагнитных полей или специфическими изменениями в поле самой планеты.

- Это же предположил Олег, - вставил Антон.

- Да, наиболее вероятное объяснение. Возможно, кроме этого, имеется еще кое-что, которое совместно с определенными изменениями поля может создать своеобразную сложную систему. Я выражаюсь осторожно потому, что знаю о необычном феномене почти только с твоих слов. Сознаюсь, если бы не странная гибель "Синей птицы" и упорные попытки вихрей пробить защитное поле, что я видел лично, я бы принял твой рассказ за бред сумасшедшего. И все же если даже предположить, что это все-таки жизнь, то она очень далека от нас.

- Действительно, - пожал плечами Антон, - какие-то разумные изменения электромагнитного поля... Странно.

- А разумный комплекс электрохимических реакций звучит менее странно? заметил Глеб. - Между прочим, это мы.

- Ладно, пусть будут поля, но почему они так возненавидели людей?

- Гм, понимаешь, - задумчиво проговорил астробиолог, - "ненавидеть" чисто человеческое понятие, выражающее крайнюю степень антипатии человека к чему-либо, если выразиться научно, и по применению к инопланетным существам, организация и развитие, а следовательно, и формирование определенных представлений которых шли иным путем, оно неуместно. Впрочем, кто знает, может, им действительно было неприятно ваше присутствие. А может, они хотели познать своим способом новый и незнакомый предмет или он послужил им неким развлечением, игрушкой, - вздохнул Глеб. - Предположений здесь можно строить сколько угодно, и самых невероятных. Ведь то, что является естественным для одной формы жизни, может быть неприемлемым для другой, это давно известно.

- Но рожи, эти рожи! - простонал Антон. - Не верю, что они просто галлюцинации. Тем более что их видел и Олег.

- Чего ты от меня хочешь? - потерял терпение Глеб. - Я же не посредник между этими ветрами и тобой! Хорошо, пусть не галлюцинации, пусть рожи будут результатом воздействия каких-то их излучений на наш мозг, которые тот пытался трансформировать в привычные для него понятия. Такое объяснение тебя удовлетворяет?

Антон не ответил и некоторое время задумчиво смотрел перед собой.

- Ты знаешь, я сейчас подумал, что человеческие фантазии зачастую оказываются бедны перед действительностью.

- Да, - ответил Глеб. - Один очень древний поэт по этому поводу сказал: "...много в мире есть того, что нашей философии не снилось". И будут слова праведливы во веки веков.

Content

Савченко Виктор
Роза ветров