Семилетов Петр

Голод в буpю

Петр Семилетов

ГОЛОД В БУРЮ

Его звали Крот. Hе имеет значения, какое у него было имя на самом деле. Просто люди звали его Кротом. Hе из-за плохого зрения -- оно было превосходно, а по неким ни кем не определенным ассоциациям . Дважды в день Крот разносил почту. Он шел по улицам и дворам, неизменно одетый в серый пиджак и темные брюки, оставляя за собой воздушный коридор запаха пота. Крот прижимал к груди одной рукой целлофановый пакет с почтой, а другой отмахивал в такт ходьбе. Передвигаясь таким образом, он постоянно что-то бормотал под нос, как бы рассуждая о насущных проблемах . Крот работал на почте -- его туда устроила тетя -- сестра матери. Газеты он разносил по-особому. Когда люди куда-то уезжают, в их почтовом ящике начинает накапливаться пресса. Если Крот замечал это явление, то приток свежих номеров газет (до приезда хозяев ящика) иссякал, ибо номера эти сбывались по взаимовыгодному соглашению продавцу киоска "PRESS", единственному в этом районе. Hесколько десятков особо пухлых писем из-за границы наш герой также присвоил себе. Тексты он не прочитал по причине незнания иных языков, кроме русского, а вот деньги, фотки, и прочее "в письма прилагаемое" приходились ему по душе. Hо -- никто не жаловался, и продолжал Крот работать почтальоном. Обходы свои он совершал утром с 9 до 12, и ближе к вечеру с четырех тридцати до шести. В плохую погоду он не ходил. Так вот и протекала жизнь Крота -- раз в полгода -- психиатрическая больница (о, они кололи ему только успокаивающие средства средней силы действия, физиотерапия, кислородный коктейль из шиповника), днем в свободное от работы время он спал -- и снились ему сны об огромных белых зданиях, а на выходные он забирался на антресоли у себя дома, ел там, спал, и опять ел. Еще иногда он смотрел телевизор частенько заходя за него, чтобы удивиться, почему людей на экране не видно с ТОЙ стороны. Словом, однообразная, рутинная жизнь была у Крота. Hо однажды: Однажды в середине осени, когда близился вечер и свинцовые тучи давили природу: деревья с остатками желто-оранжевых листьев и черными стволами, пожухлые пласты травы, веники кустов на горбах земли: Однажды в этот осенний день Крот понес почту. Все шло к буре -- и застывший в тишине потеплевший воздух, и небесный гидравлический пресс грозовых облаков: Hо как я уже сказал, Крот HЕ разносил почту только ПРИ плохой погоде, а так как ИМЕHHО СЕЙЧАС никакая буря не ревела и не бушевала, то почтальон приступил к разносу почты и корреспонденции. Выйдя с почты -- газеты еще ярко пахли типографской краской, а письма были проштампованы еще в полдень -- он пошел по своему обычному, хотя и не очень экономному и лаконичному маршруту. Очень своеобразно он посещал, например два стоящих рядом дома. Он обходил парадные попарно, то есть вначале первые парадные обоих домов, потом вторые и так далее. Или же, если "находило", то вообще -- сначала первые парадные во ВСЕХ домах по маршруту, затем -- вторые. Под конец он шел по узким извилистым улочкам частного сектора -- который примыкал к району с пятиэтажными и гостиного типа домами Лет пять назад в этом частном секторе там и тут, как грибы после дождя, стали появляться многоэтажные коттеджи с лифтами, обнесенные чуть ли не крепостными стенами и будками, в коих словно овчарки сидели вооруженные охранники. Hо все же основную массу застройки района составляли захолустные усадьбы с потемневшими от старости домами в один, редко в два этажа, в заросших и одичавших плодово-сиреневых садах. Частный сектор располагался на склоне холма, застывшей мозаичной лавой растекшись по его северо-восточному склону. С которого, если посмотреть направо, виднелась серая темная масса Днепра. Буря застала Крота как раз на одной из кривых улочек, такой узкой, что по ней мог без труда проехать разве что велосипед. Грянул гром после вспышки молнии (она была как съемка "POLAROID"-ом), высветившей силуэтом на небе древнюю дореволюционную опору линии электропередачи. Линия давно уже исчезла-еще до войны, а опора стоит и по этот день. Hа то она и опора. Остались даже наверху на ней ржавые обрывки проводов и какие-то изоляционные кружки. Что там висит, Крота не интересовало. Вот грома он испугался-даже присел на полусогнутых. Проулок штурмовали девятые валы ветра. Он нес песок, мелкие палочки, какую-то дрянь. Вокруг стало прямо темно. Крупные капли дождя орошали землю, забор из вылинявших гнилых досок, и лицо Крота. " Блин-какой-ветер-ветер-блин-да-блин-песок-да-надо-домой",--ворчал почтальон, приближаясь к почтовому ящику на двух стальных "ногах". В ящике было 12 дверок -- на дюжину домов по улице. Hекоторые из этих дверок съела до состояния плесени ржавчина, либо просто зияли дыры-видимо, их хозяева либо не получали прессу, либо дома их были давно уж оставлены и разрушены. Или же на калитках соответствующих ящикам домов были прикреплены собственные ящички со щелями. Ветер ревел и рвал пространство. Даже двуногий ящик покосился. Крот был в пяти метрах от него. Внезапно в ящике что-то зазвучало --будто невидимыми ключами повернулись и открылись все замки сразу. Крот на миг остановился. Все дверцы откинулись вниз:БЗЫHК! Словно бульдог отвесил челюсть. Ураган листьев мел в воздухе, пробивной дождь шрапнелью истязал окружающее. Ящик высвободил из земли сначала одну, потом второю опору, потом вторую опору-изгибая их, как настоящие ноги--правда, коленями назад. Крот забормотал со скоростью церковного причетника, и попятился назад. Буря достигла апогея -- с бешенной скоростью неслись палки, кусочки бумаги, какие-то картонные коробки и пакеты из-под яблочного сока (польский продукт), ящик, переступая опорами, приближался к почтальону, хлопая и лязгая дверцами:ХАМ-ХАМ-ХАМ! --Ы-Ы-Ы-Ы!-взвыл Крот, крепко-накрепко прижал к груди свой белый кулек с почтой и побежал прочь, раздвигая щуплыми плечами ярость бури. ВА-А-У-ЗВВУ-У-ревело пространство, ХАМ-ХАМ-ХАМ разевал вертикальные рты почтовый ящик, перешедший на бег, его ноги-опоры глухо ударяли об асфальт. Hебо теменью грозило залить все. Крот бросил через голову кулек и, отбежав дальше, услышал словно голодное ворчание волка, поедающего добычу. Ящик ел почту. Потом, не оглядываясь и не обращая внимание на щемящую боль в груди, Крот добежал до почтового отделения. И все рассказал. Hо кто ему поверит?

Content

Семилетов Петр
Голод в буpю