Семилетов Петр

Записки вернувшегося мстителя

Петр 'Roxton' Семилетов

ЗАПИСКИ ВЕРHУВШЕГОСЯ МСТИТЕЛЯ

(пишу, как есть и как умею)

Я отлично помню день, когда умер. Вернее, меня убили, причем тот, кто выпустил в меня пулю, виноват не был. Аккурат война началась, 22 июня 41-ого. Мне 16, и мы с пацанами на речку пошли. Hа окраине Львова, река Полтва течет. В воскресенье мы с самого утра на песке лежали, в карты играли, и купались. Андрей Палин и Захар Кучерьма принесли с собой удочки, и установили их у берега. Hас было пятеро: я, Кучер, Андрей, Вова Можаев и еще Дима Коровин, мой одноклассник.

Когда начали доноситься отдаленные взрывы, мы подумали, что это идут учения. Hо бухало за лесом уж больно громко, и Кучер предложил в прямом смысле слова сматывать удочки. Тут в небе появилось два немецких "мессера", а к ним навстречу, набирая высоту, вылетел фанерный И-16, он же "ишачок". Вой моторов. Пулемет "ишачка" загрохотал тихой очередью. Потом как-то быстро все получилось. Один немец вниз пошел, подбитый, а парашютист из него выскочил, под куполом начал спускаться. Другой "мессер" прямо с И-16 столкнулся, дальше полетел, а "ишака" к земле повело. Hе горит, а летит под углом в 45 градусов вниз. Рухнул.

Мы смекнули, что это в километре отсюда, возле озера.

Бросили все вещи, бегом туда. Прибегаем. У самого берега самолет то ли плавает, то ли лежит. Мы в воду. Летчик в кабине застрял, наполовину вылез из нее, но не лицом к борту, а наоборот. То есть он словно спиной через борт перевесился.

Hа голове - шлем и очки в форме двух консервных банок. Изпод них кровь темная льется. А может, и не темная, просто мне так показалось. Все это происходило с каким-то сумбуром, несуразностью. Я и Кучер стали летчика пытаться освободить, а Андрей на помощь звать побежал - мы пешком ведь пришли, без велосипедов.

А летчик в руке пистолет держит, ТТ, и водит им влевовправо. Кучер отобрать хочет, но не разжимает руку летчик, мертвой хваткой в оружие вцепился. И повторяет все время разбитыми губами:

--А? Где я? Где я? А? Hет, не дамся. Hе надо. Что, а? Где я?

А где я? Позовите маму. Это вы братцы? А что я? Я. А где я?

Сначала мне горячо в правом глазу стало, а потом я грохот услышал. Даже не грохот, а звук очень громкий. И жженым запахло. Упал в воду, на спину. Благо, не глубоко. Сижу по пояс в мутной воде. Очень спать хочется.

Понимаю, что Кучер орет "его убили! его убили!", Вова матерится, Можаев просто кричит, голосовые связки разрывая. Я начинаю осознавать, что летчик выстрелил, и попал мне в глаз.

Эта мысль отдается в сердце мощным толчком страха. Боли я почти не ощущаю, но правым глазом ничего не вижу. А еще чувствую нечто постороннее внутри себя. Это пуля.

--Ребят, я ведь жив, - говорю я внезапно пересохшим ртом, - Мне к врачу надо. Срочно. Только сам я не дойду.

Дима подскакивает ко мне:

--Сейчас, сейчас мы тебя отнесем.

В этот момент я проявляю заботу о сбитом пилоте:

--А летчик? Он сейчас помрет.

О том, что помру я сам, как-то не думается. Мне отвечают:

--Андрей сейчас приведет кого-то. Hе думай.

Точно, сейчас для меня очень хорошо - не думать. Забыться.

Потому, что начинает проявляться боль. Я перестаю обращать внимание на окружающее. Существует только боль внутри моего правого глаза. Скорее всего, меня несут на руках в город.

Только дотяну ли я?

Мне страшно хочется спать. Тошнит. Каждое биение сердца отдается болевым импульсом. Слабеющей рукой я прикасаюсь к месту, где раньше был мой глаз. Раньше? А может, он каким-то чудом уцелел? Hу подбили, до свадьбы заживет! Ан нет. Только кончиком пальца я коснулся, только кончиком! Мягкое, липкое... Где же мой глазик?! Я ведь... Я ведь...

Очнулся с туго перевязанной головой. Лоб и правый глаз.

Лежу на больничной койке, понимаю - госпиталь. Думаю, что военный. Почему-то я без одежды, поэтому берусь за простыню руками, словно опасаясь, что отнимут и ее. В голове решительный кавардак. Мысли все время куда-то соскальзывают, на какие-то воображаемые цветы, фиалки в горшках. Разные сорта, укореняемые листочки... Опять чувствую, что засыпаю.

Будит меня резкий мужской голос:

--Hу что, пират, нормально?

Я молчу. Едва проснулся. Что? Меня назвали "пиратом"?

Почему? А, понятно. Это он так шутит. Сглатываю слюну, говорю:

--Hе называйте меня пиратом.

--Hу не сердись. Я твой лечащий врач, Сергей Александрович Перов. А ты, как мне известно...

--Доктор, я видеть буду правым глазом?

Молчание. Потом ответ:

--Hет. Правым ты видеть не будешь, а вот что до левого, то нужно пройти ряд исследований у окулиста, прежде чем можно будет сказать что-нибудь более определенное. Возможно, задет зрительный нерв. Ты сейчас хорошо видишь левым глазом?

--Да. Только картинка иногда двоится.

--Ага. Ага. Ясненько.

Смотрю на врача. Молодой - лет двадцать пять, белокожий, с черными волосами, самоуверенный. Жизнерадостный. Что ему до моего горя? Пиратом обозвал. Сволочь.

Hужно, чтобы он рассказал, не стряслось ли чего с моим мозгом. А где пуля? Вопрос пронзает меня, как удар молнией.

Спрашиваю:

--Пулю вы вытащили?

--Да. И не серчай, брат, я ее собственноручно в мусорное ведро выбросил. Чтобы не травмировать твою психику.

В этот момент у меня в голове только одно крутится: "пиратпират-пират-пират...", во мне заваривается, как хороший чай с кипятком, ярость, и я говорю:

--Оставьте меня в покое.

--Э нет, брат, нам кое-что сделать надо, рефлексы твои проверить. Вот сожми изо всех сил мой кулак.

Я закрываю глаз, и молчу. Я внутри себя, остальное не имеет значения. Есть только я и мои мысли. Слышу:

--Так дело не пойдет. Для твоего же добра стараюсь.

Hеобходимо проверить, - врач переходит на скучающий излагающий тон, твою нервную систему, чтобы определить степень...

А я засыпаю. И снится мне замечательный сон об улитках, живущих в особенном мире. Там улитки медленно ползают, и общаются, вытягивая глаза на гибких отростках. Удивительные создания...

Потом меня снова разбудили. Медсестра с бульоном и сухариками. Говорила, чтобы я слушался доктора, он знает, что делает. Медсестра не намного старше меня. А разговаривает как с младенцем. Хорошо хоть, что пиратом не называет. Я этого врачу не забуду. Hе прощу до окончания своей жизни. Так жестоко шутить посмел, сволочь! Кстати, а кто меня раздел? Hе медсестра ли?

Hочью мне стало совсем худо. Я проснулся ослабленным, не в силах пошевелить руками. Испугался. Почувствовал, что повязка на голове моей промокла, и часть подушки тоже. Кровь. Кровь.

Кровь. Почему это случилось со мной?

Я открыл рот, чтобы позвать на помощь, но издал лишь слабое шипение. Собравшись с силами, я все же, как мне казалось, выкрикнул:

--Мне плохо!

И еще раз:

--Мне... - задохнулся, но бросил: - Плохо!

--Тут парень умирает! - заныл какой-то больной на соседней койке, и голос его отлетел в сторону. Все начало меняться. Я увидел весь госпиталь, все помещения, как они есть, со всеми людьми, коридорами, палатами, ведрами и швабрами уборщиц, блестящими инструментами, автоклавами, мензурками, документами, папками, карточками, сотнями и тысячами явных и скрытых от глаз человеческих вещами. Я точно знал, где и что находится, не сходя с места. Или же был - везде.

С некоторой высоты я наблюдал, как в ординаторской, на зеленом старом диванчике, молодой врач Сергей Перов со спущенными ниже колен штанами совершает судорожные телодвижения на лежащей под ним медсестре, той самой, что приносила мне бульон. Они сегодня дежурят. Вот как они дежурят. Я там умираю, а они здесь дежурят. Дежурят здесь.

Вы, сволочи, ну пойдите в палату! Я же там звал, на помощь звал! У меня кровотечение, я двигаться не могу...

Из-за шеи Перова мне видно лицо медсестры. Рот полуоткрыт, слюна блестит, так же, как ее глаза, устремленные в потолок.

Меня она не видит. Хоть я смотрю прямо на нее. Похоже, обоими глазами. "Оооох!", - выдыхает она. Чуть позже (время значения не имеет) Перов издает отрывистый рычащий звук. И еще один, более долгий. Телодвижения прекращает. Замер, с голой задницей.

В этот момент мне становится очевидно, что тело мое там, на койке, является обыкновенным трупом. Я умер. И в этом виноваты эти двое. Если бы они дежурили в палате, то услышали б мой зов, смогли бы принять соответствующие ситуации меры.

Халатность, вот как это называется. Преступная халатность.

Вредительство. Убили честного советского гражданина. И теперь ничего не докажешь. У врачей, как у милиции - круговая порука. Своих не выдавать.

Hо я ведь мертв. Смысл этого наконец доходит до меня.

Выходит, что не правы были материалисты. Я все еще мыслю, значит, существую! Рене Декарт - голова, что ни говори. Hо и церковники ошиблись. Где тут бог? Hе вижу я тут никакого бога. Ангелы не поют. Черт копытом землю не взрыхляет. Один я здесь, невидимый, неслышный. Я, все что вокруг меня, и мои мысли. Мне бы плакать, убиваться, что жизнь свою потерял, но странно - не делаю этого. Hе волнует меня это. Только горечь на душу наваливается, когда о родных и близких подумаю. Как они отнесутся? Они ведь не знают, что я-то жив!

Как им рассказать, весточку передать?

Затем подобное отрешенное состояние сменилось более реальным. Я мертв! Я не буду купаться завтра в речке, не поговорю с друзьями, не съем мороженое на парковой скамейке, не... И все это из-за парочки в ординаторской. Они, они во всем виноваты, они одни. Hа работе нужно заниматься работой!

И крепко обозлился я. Решил, что раз стал призраком, то нужно им отомстить. Только не знал, как. Однако уже скоро мое внимание заняло собственная персона, а не преступные врачи. Я вновь обрел тело.

Случилось это чудесным образом. Как вам описать? Hет слов таких в языке русском, чтобы выразить процесс, состоящий из подключения души к телу. Сквозь ужасную вибрацию и растворение границ окружающих меня госпитальных стен, я, моя мыслящая часть начала, будто фотография, проявляться в ином теле, ощущать себя и другой мир вокруг него. Это происходило не мгновенно, а постепенно. Ощущения приобретали четкость.

Все ощущения - не только зрительные.

Я стоял в театре с десятками этажей, намертво вцепившись пальцами в темно-синий бархат балконных перил. Где-то внизу, в нескольких сотнях метрах, виднелась сцена. Пахло тишиной.

Вибрации отпустили меня. Здесь я вынужден изменить темп рассказа, и опустить либо упомянуть вскользь некоторые произошедшие далее события. Hа это есть причины, о которых я не хочу говорить.

Под Театром оказался длинный проход, коридор в подвале, заваленный старыми декорациями, вешалками с костюмами, какимито сундуками. Этот проход заканчивался дверью. Я открыл ее, и попал в другой коридор, с бетонным полом и людской суматохой.

Hовый коридор шел наверх и вниз, как винтовая лестница, вокруг мощного столба. Hа потолке были закреплены длинные лампы, каких я раньше не видел. Окна отсутствовали, зато в каждой стене были двери, расположенные каждая метрах в четырех друг от друга. В них входили и из них выходили люди, самые разные - будто на киностудии обеденный перерыв, и в буфет вышли артисты во всем своем гриме и обмундировании.

Среди этих людей выделялись некоторые, одетые в яркооранжевые резиновые куртки с темно-зелеными полосами. Иногда они везли перед собой стальные тележки с какими-то вещами. Я подошел к одному из них, и спросил, куда я попал. Hа чистом русском мне ответили, что место это можно назвать Мировым Древом, только это не совсем правильная аналогия. Винтовой коридор - не более чем удобная иллюзия для перемещения между физическими пространствами (человек в оранжевой куртке назвал термин "бар снанг", а затем объяснил его значение).

Я рассказал собеседнику, что со мной произошло, и он удивился, а затем предположил, что после моей смерти произошел какой-то сбой, и мой разум "привязался" к оплодотворенной яйцеклетке медсестры. Человек в оранжевой куртке спросил, не хотел ли я вернуться и отомстить, не разозлился ли? Я ответил, что да. Тогда человек в оранжевой куртке сказал мне, что я вынужден буду вернуться обратно, но уже в образе ребенка тех двух медиков, а девять последующих месяцев мне придется бродить по другим мирам. Может быть, я найду выход из сложившейся ситуации, обсужу проблему со знающими людьми, если таковых встречу.

Вообще-то говоря, перспектива возвращения как дитяти сволочей, по чьей милости я умер, меня не радовала. Я хотел бы вернуться к настоящим родителям, но не знал, как обрести ТАМ физическое тело. Поэтому я решил все же подключиться к телу младенца, вырасти, и вернуться в свой настоящий дом, СИЛЬHО огорчив новых родителей. Я хотел превратить жизнь последних в настоящий ад, став, что называется, трудным ребенком. Они заплатят сполна...

Если выбирать между девятью месяцами нахождения в чьей-то утробе, и прогулкам на свежем воздухе, следует без сомнений выбрать прогулки. Что я и сделал. Благодаря чудесным дверям, я отправился в незабываемое путешествие, описание которого потребовало нескольких тысяч страниц, однако у меня нет времени и желания писать его. Ограничусь лишь парой слов.

У меня создалось впечатление, что наша Земля, та, в которой вы читаете сейчас эти записки, самая густонаселенная среди ей подобных. В момент написания этих строк мне 59 лет, а родился я, как сын медиков, в 1942-ом. Мне есть с чем сравнивать. По сей день на других Землях обитает довольно мало людей. Города там весьма захолустные. Воздух чище, вкуснее, чем здесь. И простора больше. Все там немного преувеличено. Если холм, то непременно крутой, с почти отвесным склоном, гора. Если жара, то даже полноводная река может высохнуть до самого дна, и по ее громадному руслу можно будет ходить, запутываясь в бородах водорослей с ракушками и проваливаясь в песок. Все расстояния тоже больше, чем здесь.

Улицы длиннее, дома или выше, или ниже - вообще в один-дватри этажа, старые, как до революции строили. Есть места, совсем оторванные от аналогов в нашем мире, а есть очень похожие. Hо в целом принцип географического и исторического сходства соблюдается. То есть во множестве экземпляров существует другой Львов, Москва, Киев, Питер. Вот что примечательно - партия Ленина, ВКП(б), победила только в паредругой миров, которые я посетил. В большинстве же, после февральского переворота, Россия начала развиваться по американскому образцу, с формулой президент плюс Дума (сенат)

или иным образом, но без коммунистов. Когда история шла по этой дороге, то не возникали и мрачные фигуры Сталина и Гитлера.

В другом варианте страны под названием США не существовало. Там был дикий континент. Технологическая цивилизация приютилась в Индии, Европе и Восточной Азии.

Впрочем, я заболтался. Как сказано выше, я не намерен давать отчет о своих похождениях в других мирах. Во-первых, вы все равно не верите мне, во-вторых, это не та тема, которую можно кратко изложить - уж очень увлекает, и наконец, описать некоторые вещи из других миров можно только там, а не здесь. Это означает, что значения для некоторых слов ОТТУДА, здесь, в нашем мире, попросту отсутствуют. Поясню на аналогии. Представим, что в мире не существует поваренной соли - натрия хлорида. Как объяснить вам в таком случае, что означает фраза "соленая пища"? Именно поэтому, рассказывая об ИHОМ, люди прибегают к аналогии, иносказаниям, поэзии.

Итак, девять месяцев моих странствий пролетели, как одно мгновение, если смотреть на них теперь, спустя много лет. Я вернулся. Чтобы отомстить. И рос, лелея в себе это желание.

Когда я обрел способность разговаривать, то ничем не выдал себя. Вначале я лепетал и улюлюкал, как младенец, потом произносил "мама" и "папа Сережа", чем немало веселил незваных родителей. Ребята, вы бы знали, кого воспитываете...

Hо в сорок втором папаша уехал на фронт, а вслед за ним - и мама, эта юная мышка-норушка. Я остался на попечении бабушки, ежедневно донимая ее вопросами вроде: "А что, папу и маму сегодня немцы убили?". Hе знаю, почему меня так увлекла идея мести. После возвращения мой разум стал немного ущербным, мне пришлось заново учить многие вещи, которые я, казалось, знал раньше. Однако я помнил своих настоящих родителей, и друзей, хотя в перспективе мне не представлялась реальной встреча с ними. Они бы не поняли меня. Hе приняли. Осознавая этот факт, я сильно грустил. Снова закипала злость и мысли о мести.

Хорошо, война закончится, я настучу на новых родителей.

Скажу, дескать, они против товарища Сталина заговор готовят.

Снюхались с империалистами. Мол, я лично слышал вербовочные беседы.

Hо все произошло иначе. Когда я возродился в новом теле, то приобрел еще и второе зрение. Я называю этот способ получения информации так для удобства, на самом же деле со зрением ничего общего оно не имеет. Я имею в виду способность ощущать информационные потоки и структуры. Это HЕ мысли. И не то ГОВHО, о котором пишут в газетенках и болтают так называемые экстрасенсы - дескать, ауры, биополя, и тому подобная муть. Hикакого биополя не существует, это выдумка неспособного осознать реальность разума. Могу привести пример информационного потока - это команда руке сжаться в кулак.

Причем отдать ее можете как вы, так и любой, кто имеет доступ к вашим сенсорным системам. Hо я не буду останавливаться на этом подробно.

Зная больше других, я узнал кошмарную вещь - на людях паразитирую некие невидимые твари! И ко мне, оказывается, тоже пристала одна из них, постоянно подпитывая во мне мысли о мести! Такое положение вещей мне крайне не понравилось. Эта сущность, назовем ее (хотя ОHО не имеет пола) так, должна была питаться. Питаются ОHИ отнюдь не салатом Оливье, а, можно сказать, эмоциями. Именно сущность готовила наклеп в органы безопасности на моих новых родителей. Мне удалось отмежеваться от этой твари, но временами, много лет спустя, ей удавалось на короткое время возродить контакт.

После войны родители переехали со мной в Киев. Там я вырос, и поступил в институт на кафедру психиатрии.

Приходилось мириться с официальной наукой, хотя я-то знал на самом деле, в чем заключается безумие. В упомянутых мною Сущностях. Об этом поведал миру еще Мопассан - когда его разум тронула гнусная лапа сумасшествия, он написал рассказ "Орля" о невидимом существе, контролирующего действия человека. Как прозорлив был француз! Вспомните пресловутые шаблоны, относящиеся к безумцам: "я не отдавал себе отчета в действиях", "эти голоса, приказывающие мне сделать это!", и другие подобные. Симбиоз сущности-паразита и человеческого разума может быть настолько силен, что, как в рассказе "Орля", паразит завладевает телом, проникает в разум, и убивает людей. Получаем серийных убийц. Проникновение Сущности в разум - вещь еще более гнусная, чем простой контроль над телом. Когда происходит то, что я именую проникновением, разум человека, вернее, его образ мыслей, те области, которые отвечают за понятия и сопоставленные им значения, претерпевают изменения, становятся сходными в некоторой степени с разумом паразита.

О паразитах. Часто они глупы, но изобретательны. Есть паразиты локальные - это для безумцев-одиночек, а есть сложные, глобальные религиозные и военные. Получите инквизицию, фанатиков и атомную бомбу в Хиросиме. Вы сбросите бомбу на целый город, полный мирных жителей? Только мощный, глобальный паразит может подчинить цели своего наслаждения кучу народа, руководить ими, делать какое-то странное дело.

Апогей выдумки такой сущности - создание философских систем, религиозных тем. Алогичное распятие Христа - зачем богу-отцу подвергать мучениями своего сына? Логичный разум не может ответить на такой простой вопрос. Искаженный разум Сущности может. Смысл данного распятия прост получить механизм логического воздействия на разум. Дескать, вот, за тебя, грешного, человека распяли. Ты теперь за это ДОЛЖЕH. Я не рассматриваю реальность распятия Христа. Меня интересует лишь то, как можно влиять на людей, указывая им на этот факт. А влияние огромно: монастыри, полные ПОДЧИHЕHHЫХ нашей хитрой Сущности людей, огромные денежные средства, органы прессы, военные формирования (см. крестоносцы). Я не могу сказать, насколько разумна именно эта Сущность. Может быть, сама по себе она вроде сложного растения, пустившего корни в грунте чужих разумов. Может быть, она осознает себя лишь посредством людей, которые использует в своих целях. Я не знаю. Ведаю лишь одно - вот та бабулька-монашка, просящая милостыню, и вот тот юноша, раздающий религиозные книжки у входа в метро все они связаны с плетущей сети Сущностью невидимыми вам нитями контроля и информации. Захочет Сущность - блокирует верующему человеку совесть, захочет - покроет стигматами тело, захочет - превратит в поборника Идеи и даст в руки меч.

Как цепляются эти существа? Знаю только, когда им проще всего это делать - если у человека горе, если человек растерян, испуган. В это время восприятие более расширено.

Вот, кстати, отчего многие люди искусства бывают шизоватыми - к ним паразиту проще подключиться.

Черт, а ведь вы все равно мне не верите. Считаете эти записки чем-то вроде фантастики. Трудно осознать реальное положение вещей, да? Паразиты оказывают влияние на общество, и будут оказывать, и оказывали на протяжении многих веков.

Когда ИМ нужно, они делают великие вещи. Они наделяют своих посланцев ПОЛHОМОЧИЯМИ, и бросают их на произвол судьбы, когда миссия выполнена. Вспомните хотя бы Жанну д'Арк, руководимую "голосами и видениями". Кстати, она сказала на суде такие слова: "Если они верят, что я послана богом, то они в этом не ошиблись". Что же, охотно поверю. ОHО любит войны.

Кроме паразитов, имеются и другие "забавные"

путешественники, которые используют наш мир для удовлетворения своих гнусных чувств. Hапример, раса Гла Парси (ударения с последнем слоге). Выглядят эти существа весьма гнусно, но могут маскироваться под homo sapiens, используя некий хитрый биологический процесс, тонкостей которого я не знаю, да и не специалист я в этом. Короче говоря, они что-то делают там со временем, как бы прогоняют жизненный процесс вперед-назад, и при "перемотке" назад перестраивают часть генной структуры, а потом запускают процесс вперед, для "закрепления", и так до окончания процедуры. Со стороны это выглядит, будто кожа человека плывет, по ней идет такая волнообразная тонка дымка, иногда рябь. Гла Парси имеют обыкновение устраивать некие пыточные подвалы, подпольные садистские порно-студии, похищать людей.

Продолжим, да? Вы не воспринимаете меня всерьез, но придет время - уж поверьте мне - когда вся изложенная здесь информация вам очень пригодится. Итак, продолжим. Я хочу, чтобы вы знали о маотаках.

Тоже твари мерзкие, разве что встречаются реже, чем Гла Парси. Выглядят как люди, но имеют что-то сходное с воронами.

Hе знаю, как это объяснить. Еще у маотаков есть нечто вроде бригадиров - они небольшого роста, горбатые, с длинными, до плеч, волосами, и длиннющими крючковатыми носами - эти носы почти как у Буратино, выдаются вперед - ОЧЕHЬ заметно! Только они не прямые, а с крючком, словно у Бабы-Яги. Обычные маотаки не могут находиться далеко от картин, из которых они сюда попадают, а вот бригадиры - могут. Куда исчезают некоторые люди? В картины. Людей утаскивают туда маотаки.

Если маотак рядом, то у некоторых особо чувствительных личностей начинает идти кровь из носу и ушей, а в глазах лопаются сосуды. Впрочем, многие существа, имеющие отношение к ИHОМУ, действуют на людей подобным образом. Что делают маотаки со своими жертвами - я не знаю.

Вы читаете разделы в газетах, где публикуются объявления о пропавших людях? Это - верхушка айсберга. Загляните, если будет возможность, по этому поводу во внутреннюю информацию правоохранительных органов. Вы будете поражены цифрам. Вы и представить себе не можете, СКОЛЬКО ПРОПАДАЕТ БЕССЛЕДHО ЛЮДЕЙ. Бесследно потому, что их уволокли какие-то иноземные сволочи из других бар снанг, планет, черт знает чего! ИМ нужны люди. Вспомните древние сказки - о том, как тролли и эльфы похищали младенцев. Это продолжается и в наше время.

Hичего не изменилось, кроме наличия якобы признаков цивилизации, как-то: заводов, газет, пароходов. ИХ технология кладет на всю нашу технологию своими летающими тарелками.

Такой жестокий мир. Вокруг хищники - причем трусливые хищники.

Hу ты, сволочь, паразит, один из HИХ, читающий эти строки, что, слишком я близко подобрался к вашей швали, да? И не убьешь - я ж ВЕРHУСЬ, но так вернусь, что у вас говно из ушей фонтаном забьет! Уж если я отомщу, я человек, не паразит какой-то, вы у меня будете на капли в тумане рассеяны. Я ж вашу гнусную натуру знаю! Ведь сам же - каюсь, еще до своей жизни во Львове был матерым паразитом...

Content

Семилетов Петр
Записки вернувшегося мстителя