Сорокин Владимир

Вызов к директору

Владимир Сорокин

Вызов к директору

До обеденного перерыва оставалось двадцать минут.

Людмила Ивановна убрала кипы замусоленных чертежей в шкаф, справочник и таблицы допусков сунула в ящик стола.

Сидящий напротив Кирюхин, не торопясь, стягивал темно-синие нарукавники. Соня пудрилась, глядя в треснутое зеркало, и что-то напевала.

Отворилась дверь, вошла Сарнецкая:

- Соньк, ну чо ты?

- Иду, иду...

Соня убрала пудреницу, встала.

- Не рановато, девочки? - спросила Людмила Ивановна, комкая ненужные бумаги.

- Людмила Ивановна! - Соня притворно надула губы. - Мы ж зато раньше приходим.

Буркова улыбнулась:

- Ну, идите...

Соня с Сарнецкой вышли.

Кирюхин вытащил из портфеля завернутые в пергамент бутерброды, разложил на столе.

Зазвонил телефон.

Буркова подняла трубку:

- Технологический.

- Карапетяна, пожалста.

- Он в отпуске.

- А... да... забыл...

- Виктор Васильич?

- Да. Это Людмила Ивановна? Вы ведь его замещаете.

- Да, Виктор Васильич.

- Зайдите ко мне, пожалста.

- Хорошо, иду.

- Ага... жду вас... Да, и технологию малого редуктора прихватите...

- Всего?

- Да, желательно.

- Хорошо.

Директор положил трубку.

Людмила Ивановна удивленно пожала плечами:

- Всего... да там три папки по пуду каждая...

Кирюхин жевал бутерброд с колбасой:

- Людмила Ивановна... может помочь вам, а?

- Не надо, доволоку как-нибудь.

- А то давайте... давайте, а?

- Не надо, спасибо.

Она открыла шкаф, нашла три зеленые папки:

- Виктор Сергеич, только пожалуйста в мое отсутствие не уходите. Здесь из Запорожья звонить должны.

- Ну, о чем разговор!

Буркова поправила прическу, одернула жакет и, подхватив папки, вышла в коридор.

Возле открытого окна стояли и курили несколько мужчин. Заметив ее, они повернулись.

- Людмила Ивановна сегодня, как кинозвезда, - смеясь, выпустил дым Соцков.

- Технологам хорошо, - подхватил Зельниченко, - а вот от нас все бабы сбежали!

- А вы кричите на них побольше, - улыбаясь, прошла мимо Людмила Ивановна.

В конце коридора из бухгалтерии выносили стулья и ставили друг на друга.

- Это что за баррикада? - усмехнулась Буркова.

- Ааа... - вяло махнул рукой Гершензон. - Два года обещаниями кормили, теперь привезли и третий день вопят, чего, мол, не берете!

- Мебель?

- Да конешно!

- А чего ж вы не берете?

- А кто возить будет? Я? Да Раиса Яковлевна?!

- Ну, попросите кого-нибудь.

- Кого?

- Господи, неужели так сложно найти мужиков? Вон стоят, курят. Попросите их.

- Попросите вы. Вам не откажут.

- На обратном пути, - улыбнулась Людмила Ивановна. - И с вас шампанское.

- Лады! - засмеялся Гершензон.

Людмила Ивановна свернула, спустилась по небольшой лесенке, миновала малый зал и вошла в директорскую приемную.

Ира печатала, Алевтина Сергеевна включала в розетку штепсель самовара.

- Виктор Васильич у себя?

- Да, Людмила Ивановна, - подняла голову Ира. - Заходите. Он один.

Буркова отворила массивную дверь:

- Можно, Виктор Васильич?

- Проходите, Людмила Ивановна.

Директор ткнул окурок в пепельницу, встал, через стол пожал Бурковой руку:

- Садитесь.

Буркова села напротив, положила пухлые папки на длинный светлый стол. Сергеев сел за свой темного дерева стол, упирающийся в торец длинного, отодвинул в сторону пачку сводок:

- Я ведь совсем забыл, что Мухтарбекович в отпуске.

- Уже три дня.

- Склеротиком становлюсь! - рассмеялся директор и, сощурясь, посмотрел на Буркову. - А вы чудесно выглядите.

- Да что вы, Виктор Васильич.

- И кофточка ненашенская, красивая какая-то...

- Стараемся.

- А что на ней написано... не разгляжу...

- Монте-Карло.

- Ух ты! Шикарно. Неделикатный вопрос: это по блату или напали где?

- Подарили.

- Понятно. Моя дочурка все за такими гоняется... ну да ладно. О кофточках потом.

Он нашарил в пачке сигарету, сунул в губы, чиркнул спичкой:

- Карты редуктора принесли?

- Вот. Еле доволокла.

- Так. Людмила Ивановна, что там у нас с валиком этим... ну... промежуточным...

- А что?

- Да вот допуски, говорят, ни к черту. Посмотрите, вот сводки принесли. Вместо 0,06 - 0,32.

- Как?

- Да вот так.

- Но ведь он же четыре года в производстве, Виктор Васильич. Там же давно уж все отлажено, проверено сто раз...

- Тем не менее.

Директор положил перед ней листок.

Людмила Ивановна подняла его к глазам:

- Так... торцы в норме, шлиц, так, под шестерни... так... под подшипники... господи... действительно 0,32.

Директор грустно чмокнул, затягиваясь.

- Но, может, напутали что? Наладчик ошибся?

Сергеев вздохнул:

- Дело в том, Людмила Ивановна, что эта сводка не первая. Вот, смотрите...

Он выдвинул ящик стола, вынул пачку скрепленных листков, протянул Бурковой:

- Это за три последних месяца.

Буркова стала перебирать листки:

- Это что... все только по промежуточному?

- Да. И везде вместо 0,06 - 0,32.

- Господи, действительно...

- Действительно... - директор грустно посмотрел в окно, выпустил дым.

Буркова подняла голову:

- Но, как же... но... Виктор Васильич, но ведь... и это что... все три месяца?!

- Все три.

- Кошмар! А почему же мы не знали ничего?! Это же... это значит, все за три месяца - брак?!

- Выходит, что так.

- Но... но ведь испытания-то... ведь в сборочном их испытывают!

- Испытывают.

- И что?

- Работают нормально, - грустно усмехнулся директор. - Пока...

- Но почему же мы не знаем ничего? Ни Карапетян, ни отдел? И главный инженер тоже! Он ведь ничего мне не говорил! И сборщики тоже! Как же так, Виктор Васильич?!

Сергеев, не торопясь, загасил окурок, щелчком отпихнул коробок со спичками и, сцепив руки, посмотрел в глаза Бурковой:

- Скажите, Людмила Ивановна, вы что кончали?

- Станкин.

- В каком году?

- В шестьдесят восьмом.

- Значит, у нас вы без малого...

- Тринадцать лет. Но при чем здесь это?

Сергеев устало потер переносицу:

- Людмила Ивановна, скажите, кто разрабатывал технологию обработки промежуточного вала?

- Королев и я.

- Так. Королев у нас уже не работает.

- Да. Два года, как на "Борец" ушел.

Сергеев встал, сунул руки в карманы и подошел к окну.

Буркова удивленно смотрела на него.

За окном разгружали машины с заготовками. В небольшом скверике возле литейного рабочие играли в домино.

Сергеев снова потер переносицу:

- Людмила Ивановна, как вы думаете, почему бракованные редукторы прошли испытания?

- Ну... в конце концов допуск на подшипник... это на первых порах может и не повлиять.

- Не повлиять?

- Ну да. Это ведь сугубо технологическое отклонение... потом скажется, а пока может и не повлиять.

Директор вздохнул и осторожно тронул пальцами пыльное стекло:

- Может не повлиять... А если мы в середине вала вырежем шейку? Это повлияет на работу редуктора?

- Смотря какую. Если выдержит прочностные испытания - не повлияет.

- А если наоборот - нарастить выступ?

- Да нет, наверно. Не повлияет. Только выступ-то и ни к чему - лишний металл...

Директор повернулся к Бурковой:

- Ну, а к торцу если приварить что-нибудь? Повлияет?

Людмила Ивановна улыбнулась, пожала плечами:

- Смотря что, Виктор Васильич. Если болт, то наверно не повлияет. А если что потяжелее, наверно повлияет...

Сергеев пристально посмотрел на нее:

- Ну, а если хуй приварить к торцу промежуточного вала? Повлияет это на работу редуктора?

Буркова открыла рот, еле слышно произнесла:

- Как... как...

- Да вот так, - хмуро сощурился директор. - Если хуй возьмем и приварим к торцу? Торец-то выходит из редуктора через подшипник и уплотнение? Выходит ведь?

- Вы... ходит...

- Ну вот! Возьмем к нему и хуй приварим! Повлияет это?

Буркова растерянно приподнялась:

- Господи... да как же... да как вы... как... Как вам не стыдно!

- Что стыдно?

- Господи...

Она шагнула к двери, но директор схватил ее за руку:

- Сядьте!

- Мерзость какая... пустите меня...

Директор нажал ей на плечи, усадил:

- Садитесь, кому говорю! Я что с вами - дурака валяю?! Что вы истерику закатываете! Я вас спрашиваю как заместителя главного технолога завода, понимаете вы или нет!

Он подошел к столу, снял трубку:

- Ира! Демина, Свешникову и Гуриновича ко мне! Да... и парторгу позвони... немедленно!

Сергеев бросил трубку и, не глядя на съежившуюся на стуле Буркову, стал пружинисто расхаживать по кабинету.

Вскоре дверь отворилась, вошли Демин и Гуринович.

- А Свешникова, а Замятин?

- Обедают наверно, Виктор Васильич, - ответил лысоватый Гуринович.

- Позвать из столовой! - крикнул Сергеев секретарше. - Немедленно позвать!

Ира выбежала из приемной.

Сергеев сел за свой стол и сухо кивнул вошедшим:

- Присаживайтесь, товарищи.

Косясь на Буркову, Демин с Гуриновичем сели.

Сергеев откинул упавшие на лоб пряди волос и, нахмурившись, стал громко барабанить пальцами по столу.

- Виктор Васильич, - выглянул Демин из-за плеча Гуриновича, - а что стряслось?

- Щас объясню, Иван Николаич, - горько улыбнулся Сергеев. - Подожди минутку...

Через некоторое время вошли Свешникова и Замятин.

- Садитесь, садитесь... - раздраженно закивал головой директор.

Вошедшие сели.

Сергеев встал, оперся о стол:

- Вот, Людмила Ивановна. Перед вами сидит все заводское начальство. Главный инженер, главный механик, главный экономист и секретарь парткома. Надо бы еще председателя завкома, но ладно... хватит, я думаю. Для авторитета достаточно.

Буркова испуганно посмотрела на него.

Свешникова наклонилась вперед:

- Виктор Васильич, а что случилось?

Директор грустно покачал головой:

- А случилось, Надежда Афанасьевна, то, что зам. главного технолога, правая рука нашего незаменимого Кира Мухтарбековича, Людмила Ивановна Буркова на мой вопрос, сугубо технологический, просто плюет мне в рожу, в переносном смысле, и бежит вон из моего кабинета. Я ее спрашиваю, а она не желает со мной разговаривать.

- Неправда! Я с вами разговаривала, пока вы не сказали это...

- Что это?! Что это?!

- Пока вы... пока вы... не стали... господи...

Буркова заплакала.

Директор вздохнул, выпрямился:

- Ну, хорошо. Давайте все сначала. Товарищи, я спросил Буркову, можно ли вырезать в промежуточном валу редуктора шейку или, наоборот, - нарастить выступ?

Главный инженер потер подбородок:

- Да можно, конечно. Только зачем?

- Это уже другой вопрос. Значит можно?

- Можно.

- Она мне тоже это ответила. А теперь скажите, железку какую-нибудь можно приварить к торцу?

Главный инженер пожал плечами:

- Смотря какую.

- Не очень большую.

- Можно.

- И будет работать?

- Да будет, наверно. Да и на торце, что там... только осевые нагрузки изменятся, а они практически нулевые, он ведь горизонтально стоит.

Директор кивнул головой:

- Понятно. Людмила Ивановна, вам понятно?

Буркова нервно дернулась:

- Да я то же самое говорила вам, я же не про то, ведь надо...

Не слушая ее, директор кивнул собравшимся:

- Вы свободны, товарищи. Идите обедайте.

Четверо встали.

- И это все, Виктор Васильич? - растерянно улыбнулась Свешникова.

- Все, Надежда Афанасьевна, - директор достал сигарету, закурил. - Да, вспомнил! Генрих Залманович, как смета по десятому будет, зайдите ко мне.

- Хорошо, - кивнул Гуринович.

Неторопливо затягиваясь, Сергеев покосился на неподвижную фигуру Бурковой. Склонив голову, она сидела за столом.

Директор протянул руку, включил стоящий на столе вентилятор.

Облупившиеся лопасти слились в размытый круг, от струи воздуха заколебался воротничок директорской рубашки, поползли на лоб седеющие пряди.

Сергеев вздохнул, поиграл коробком:

- Ну так что, Людмила Ивановна?

Буркова молчала.

Директор открыл коробок, достал спичку, поднес к тлеющему кончику сигареты. Головка спички вспыхнула.

- Вы убедились, Людмила Ивановна?

Буркова судорожно кивнула головой.

- Убедились, что я был прав, а вы нет?

Она снова кивнула.

- Теперь будете выслушивать меня до конца?

Она кивнула.

- Убегать не будете?

Буркова кивнула.

Сергеев опустил горящую спичку в пепельницу, встал и с сигаретой в левой руке подошел к Бурковой, положил правую ладонь ей на плечо:

- Значит так, Людмила Ивановна. Даю вам два дня на разработку технологии приваренного к торцу хуя.

Вздрогнув, она подняла голову.

- Ну, ладно, ладно. Не хуя, а полового члена. Извините, я человек прямой. Из рабочей династии...

Он затянулся и продолжал:

- Срок, безусловно, маленький. Мизерный даже. Но поймите и меня.

Пепел с сигареты упал на его ботинок.

Сергеев топнул, стряхнул его на пол:

- Подключите весь отдел, попотейте как следует. Но чтоб через два дня вот здесь вот, - он постучал прокуренным ногтем по краю стола, - лежали технологические карты. Кровь из носу! А если все получится, будет вам премия в конце квартала. Всему отделу.

Буркова зашевелилась:

- Но, Виктор Васильич, я же, собственно... не главный технолог... заместитель...

- Вы на данном этапе - и.о. главного технолога. Исполняющая обязанности. Так что, давайте не будем об этом. Да и что вы - глупее Карапетяна?

- Да нет, но все-таки...

- Бросьте, не скромничайте. И хватит нам терять время, - он покосился на часы, - мне в министерство сегодня ехать. Надо пожрать успеть.

Буркова встала, рассеянно потянула к себе папки.

Сергеев помог ей:

- Давайте, Людмила Ивановна. Действуйте. Выбирайте сталь, с плановиками посоветуйтесь. Демина потрясите. Давайте! Ко мне в любое время дня, без доклада. Милости прошу.

Буркова подошла к двери, остановилась и, вспомнив, проговорила:

- Но, Виктор Васильич, а вы вот... ну в общем... вы говорите технологию этого...

- Полового члена.

- Да, - она быстро опустила глаза, - но ведь я не знаю... собственно вот...

- Какого именно?

- Ну да.

- Ну... - директор наморщил лоб, провел рукой по волосам, - здесь не так важно вообще-то... но... знаете что, вы попросите кого-нибудь из сотрудников. Или нет! Вот что. Подойдите к нашему комсомольскому секретарю!

- К Широкову?

- Да! К Пете. Он парень честный, деловой. Вы объясните ему, он, я думаю, поймет. Поймет правильно.

- Но ведь, Виктор Васильич, я же не знаю... как это... это ведь... я даже не знаю... - Буркова прижала папки к груди.

- Ну а что тут знать? - удивленно смотрел на нее директор. - Подойдите к нему, поговорите, объясните все как есть. Если хотите, я записку ему напишу.

- Хорошо бы, Виктор Васильич.

Директор подошел к столу и стал писать, не садясь:

- Вот... попросите его... Пусть он просто покажет вам свой половой член. А вы замеры необходимые сделайте. Точность по вашему усмотрению.

Он устало рассмеялся, складывая листок:

- Да нужна ли она вообще, эта наша точность! Вон допуск в шесть раз больше и ничего! Работает! Комедия...

Буркова осторожно улыбнулась.

Директор ввинтил окурок в пепельницу, подошел к Бурковой, протянул сложенный листок:

- Печать у Ирочки поставьте.

Людмила Ивановна взяла листок, положила на папки:

- Но, Виктор Васильич, ведь... член... он ведь разный... я знаю...

- Конечно, - серьезно кивнул Сергеев. - Когда расслаблен - маленький, а когда напряжен - раза в два больше. Но нам нужны размеры напряженного. Когда в эрекции.

- Но а как же я...

- Ну уж это ваше дело, - сухо проговорил директор и, повернувшись, пошел к столу. - Возьмите там... рукой там... поводите... как-нибудь. В общем действуйте. И держите меня в курсе.

Буркова кивнула, открыла дверь.

- И пожалуста, Людмила Ивановна, скажите хоть вы вашей Соне, пусть она не хамит Дробизу, он второй раз приходил ко мне! - обиженно крикнул директор, опускаясь в кресло. - Он же пожилой человек, ветеран, в отцы ей годится! Неужели на завкоме разбирать?!

- Хорошо, я скажу ей, - тихо ответила Буркова, вышла из кабинета и осторожно притворила дверь за собой.

Content

Сорокин Владимир
Вызов к директору