Оливер Стрэндж

По ту сторону закона

ГЛАВА 1

— Если в аду жарче, чем здесь, то, черт меня побери, если я не начну ходить в церковь, — сказал, отдуваясь, Билл Эймс, кучер дилижанса, краснолицый, седой мужчина.

Его слова предназначались курьеру, сидевшему рядом на ящике. Тот молча кивнул, щурясь от ослепительных лучей солнца.

Который уже раз, проклиная одуряющий зной, Билл Эймс, тем не менее, успевал управлять четверкой строптивых мулов, запряженных в дилижанс.

— Скорее бы проехать Дэвилз Дип [1], — снова заговорил он, — что-то у меня плохое предчувствие. Если и суждено чему-либо произойти, это будет именно здесь.

— Это уж точно, — отозвался курьер, который впервые был в этих местах. — Отличное место для налета.

— Не говори. Нам бы только…

— Стоять! Останови дилижанс, приятель! Живо! — неожиданно раздалась команда откуда то со стороны.

Чертыхнувшись, Билл Эймс натянул вожжи, остановил дилижанс и поднял руки. Ему не платили за то, чтобы он дрался. Но курьеру платили как раз за это. Он схватил заряженное картечью ружье, лежавшее у него на коленях.

— Брось, дурак! — рявкнул тот же голос из-за кустов, ярдах в десяти от дороги.

Но курьер уже поднял ружье, и грохот выстрела гулко прокатился по окрестным скалам. Тотчас же в ответ коротко рявкнул револьвер, и курьер, дернувшись, грузно повалился на землю. Из черного отверстия на лбу толчком выплеснулась кровь

Билл Эймс вцепился в вожжи, сдерживая всполошившихся мулов, когда из-за кустов выехал всадник. Лицо его скрывал платок и широкополая стетсоновская шляпа, надвинутая на глаза. В руке у него был револьвер, из ствола которого все еще вился синеватый дымок. Всадник сидел на великолепном черном жеребце с белой звездочкой на лбу и белым чулком на правой передней ноге.

— Без фокусов, приятель! — предупредил незнакомец Билла Эймса. Из-под платка голос звучал глухо и зловеще. — Иначе я могу неожиданно выстрелить, ты ведь меня знаешь.

Даже если Билл и собирался что-то предпринять, то, увидев, с кем имеет дело, снова поднял руки, не помышляя о сопротивлении. Сомнений не было, перед ним был Садден [2], знаменитый ганфайтер, молниеносная быстрота которого давно уже вошла в поговорку на Диком Западе. За последнее время он в одиночку ограбил уже несколько дилижансов в этих краях. Кто же не знает его вороного коня со звездочкой и белым чулком?

Всадник неторопливо подъехал к дилижансу.

— Ну-ка, сбрось его на землю, — скомандовал он Эймсу, кивком показав на ящик, на котором раньше сидел курьер.

Билл немедленно повиновался, и окованный железом сундучок, глухо звякнув, упал на камни.

Всадник кивнул и соскочил с седла.

— Звучит обнадеживающе. Помолись пока, приятель. Поглядывая на Эймса, он быстро переложил содержимое сундучка в седельную сумку и снова повернулся

к дилижансу.

— Эй вы, можете выходить! — скомандовал он пассажирам. — Живее! Да не забудьте поднять вверх лапы!

Трое пассажиров, жмурясь от яркого солнца, вышли из дилижанса. Они представляли собой жалкое зрелище, так как слышали выстрелы и голоса и, безусловно, догадались, что происходит. Грабитель с веселым презрением оглядел их дрожащие, поднятые вверх руки. Двое пассажиров были явно коммивояжеры с востока, а третий, судя по черной одежде и воротничку, был представителем религии, хотя его грубое, изрытое оспой лицо не выражало кротости, свойственной служителям культа.

— Так ты, значит, пастор? — обратился к нему грабитель.

— Да, я бедный слуга Господень, сын мой, — елейным голосом ответил человек в черном.

— Что-то уж слишком бедный, — заметил грабитель. — Но ты, конечно, знаешь, как стричь шерсть со своих божьих овечек. Вас этому хорошо учат.

Он повел стволом револьвера, приглашая пассажиров освободиться от содержимого их карманов. Результат был неважный: несколько долларов и пара колец.

— А что в ящиках? — спросил он, кивнув на багаж. Один из коммивояжеров поспешно стащил свой ящик на землю и открыл его.

— Это сигары. Самые лучшие, какие можно достать в этих краях, мистер. Попробуйте и скажете, что я прав.

Грабитель взял сигару, понюхал ее и выбросил.

— Дерьмо! — коротко оценил он и кивнул другому коммивояжеру. — А у тебя что?

— Мыло, сэр. Я продаю мыло.

— Мыло? Никогда бы не подумал. От тебя воняет хуже, чем от осла, — грабитель повернулся к пастору. — Теперь твоя очередь, преподобный.

— У меня нет презренного металла, друг мой.

— Друг? У тебя здесь появился друг? — ядовито осведомился грабитель. Сунув револьвер в кобуру, он схватил обеими руками пастора за ворот черного сюртука и резким движением распахнул его. Пастор чертыхнулся, а грабитель коротко рассмеялся.

— Похоже, я угадал!

Под сюртуком мнимого пастора оказался двухствольный пистолет «Дерринджер» в плечевой кобуре.

— Зачем эта штука служителю Господа нашего? — ехидно поинтересовался бандит, забирая пистолет.

— Я приехал в дикую страну и ношу оружие для защиты.

— Ну-ну! — ловкие пальцы обшарили карманы лжепастора и извлекли колоду карт. — А это?

— Я забрал их у одного картежника. Грабитель со знанием дела ощупал карты кончиками пальцев и удовлетворенно хмыкнул.

— Похоже на то. Колода крапленая. Неуловимым движением он веером выпустил карты в воздух и снова принялся за карманы жертвы.

— Ого! — он извлек тугой рулон долларов. — А это ты, наверное, забрал у другого картежника с помощью той колоды карт и пистолета?

— Это деньги, собранные для страждущих, — скорбно ответил пастор, но в его глазах вспыхнул недобрый огонек.

Бандит расхохотался.

— В таком случае, они попали по назначению, потому что я один из страждущих и неимущих, отец мой, — передразнил он елейный тон своей жертвы, но, заметив его взгляд, вдруг резко оборвал смех. — Хватит врать, крыса! Ты что же, думаешь повесить мне это дерьмо на уши? Думаешь, я не могу узнать шулера, даже в поповских обносках?

— Ну, попадешься ты мне, гад, — с ненавистью процедил «пастор» и, разъяренный потерей денег, бросился на грабителя.

Тот среагировал мгновенно и его кулак отшвырнул нападавшего на несколько шагов. Лежа на земле и выти рая кровь, «пастор» ругался, не умолкая.

Бандит пожал плечами.

— Ладно, ребята, двигайте дальше, — он вскочил в седло.

— Эй, кучер, трогай! Да не очень-то погоняй» без спешки, понял?

— Теперь уже некуда спешить, — мрачно ответил Эймс, и грабитель, рассмеявшись, исчез в скалах.

ГЛАВА 2

Уже никто не помнил точно, почему город назвали Лоулисс [3], хотя некоторые шутники утверждали, что первые поселенцы предвидели будущее своего города, который теперь пользовался репутацией одного из самых диких и опасных на всем Западе.

С виду это был типичный, как и сотни других, городок Дикого Запада — два ряда грубых деревянных построек по обе стороны пыльной, разбитой колесами фургонов и копытами коней, дороги. Вдоль домов тянулись деревянные тротуары для пешеходов, а сам городок едва не тонул в море ржавых консервных банок и другого мусора.

И тем не менее, Лоулисс был центром мироздания для местных фермеров и владельцев ранчо, поскольку до другого ближайшего городка, Свитуотера, было больше тридцати миль. И только оттуда, на дилижансе, можно было добраться до железнодорожной станции, связывающей этот дикий край с цивилизацией.

Несмотря на кажущуюся пустынность этих мест, в округе было достаточно земель, пригодных для обработки и для прокорма редких стад, которые иногда перегоняли через Лоулисс. Со склонов Типи Маунтин, что была в шести милях к северу, сюда спускался широкий ручей с чистой и свежей водой. Его называли Скво Крик.

В городе все знали друг друга, и только время от времени, под вечер, сюда заезжал кто-то чужой, чтобы поесть, накормить коня и снова исчезнуть в темноте. В Лоулиссе никто не задавал лишних вопросов. Каждый занимался своими делами и не лез в чужие, в полном соответствии со своеобразным этикетом Дикого Запада тех времен.

Сутки спустя после ограбления дилижанса к салуну «Рэд Эйс», самому большому в городе, подъехали пять всадников. С виду все они были ковбоями и лишь у самого старшего тускло блеснула на груди звезда шерифа. Четверо приехавших тут же спешились и вошли в салун, а шериф задержался на веранде, с интересом рассматривая человека, сидевшего прямо на деревянном тротуаре, облокотившись о стену салуна. Широкополая шляпа скрывала его лицо, но, судя по массивным плечам и атлетической фигуре, шериф решил, что это, должно быть, молодой человек. Обе кобуры револьверного ремня были пусты.

— Даже револьверы пропил, дурачок, — пробормотал шериф себе под нос. — Небось до сих пор проспаться не может.

Пожав квадратными плечами, он повернулся и вошел в салун, не заметив быстрого, оценивающего и чуть насмешливого взгляда, который бросил из-под шляпы объект его интереса.

Спутники шерифа уже устроились у стойки бара со стаканами в руках и шумно приветствовали его появление.

— Эй, Стрэйд! Что ты там застрял? Или жажда уже не мучит твою луженую глотку?

— Нет, я просто вытер ноги, прежде чем войти в это святое место, — ухмыльнулся в ответ шериф и, обращаясь к бармену, добавил. — Здорово, Джуд! Что тут у вас новенького?

— Да все тихо, шериф, — бармен подвинул Стрэйду бутылку и стакан. — Еще никогда у нас не было так спокойно.

— Может, это затишье перед бурей? Ваш городской маршал [4], похоже, неплохо устроился.

— Ага, мы свезли его на кладбище неделю назад, — невозмутимо подтвердил Джуд. — Это уже третий за последние полгода.

— У вас тут неважно относятся к маршалам, — заметил шериф. — Уже назначили нового?

— Не-а, желающих маловато. Никто не спешит на тот свет, — Джуд окинул взглядом шерифа, невольно сравнивая его с последним городским маршалом и не в пользу последнего.

Шерифа Стрэйда, крепко сбитого мужчину с седоватыми усами, любили за веселый нрав, но в то же время побаивались, по опыту зная, что, когда нужно, он мог быть крутым и неумолимым, как демон смерти. Может, поэтому он вот уже несколько лет подряд был шерифом в Свитуотере.

— Тут ребята рассказывали об ограблении дилижанса, — заговорил бармен. — Что, снова Садден?

— Эймс говорит, что он назвал себя, да и конь, судя по его словам, такой же, какой был у человека, ограбившего лавку Сэндза в Свитуотере месяц назад, — задумчиво ответил шериф. — А что это за парень валяется возле салуна?

— Заезжий ковбой. Перегонял стадо, получил деньги и, сам знаешь, как дальше, — пропил все до последнего цента. Даже свою артиллерию заложил, чтобы продлить удовольствие. Утром пришлось вытолкать его отсюда, чтобы не буянил.

— Какой масти у него конь?

— Черный, как деготь. Ни единого пятнышка. Нет, шериф, этот человек не тот, кто вам нужен. Последние двое суток он был здесь и лакал виски. Уж кто-кто, а я знаю.

— Больше чужих в городе нет?

— Нет, только этот тип.

А тем временем «тип» привлек внимание не только шерифа. Из лавки, рядом с салуном, вышла девушка. Легкой скользящей походкой, которую подчеркивали модная блузка и широкая юбка, она двинулась по тротуару и вскоре оказалась перед незнакомцем, развалившимся у дверей салуна.

Девушка остановилась и секунду брезгливо разглядывала пьяного.

— Может, дадите мне пройти? — громко спросила она.

При звуке ее голоса незнакомец приоткрыл глаза и увидел перед собой пару изящных сапожек с серебряными шпорами. Сняв шляпу, он взглянул на девушку и улыбнулся.

— Да, конечно. Простите, мэм.

Но вместо того, чтобы пройти дальше, девушка продолжала рассматривать его. Выражение брезгливости на ее лице сменилось жалостью и удивлением. Этот человек не был похож на пьяных ковбоев, которых она видела предостаточно. Сильное, волевое лицо, холодные глаза… Только щетина на подбородке да пустые револьверные кобуры указывали, что их обладатель действительно крепко запил.

— И вам не стыдно за себя? — спросила девушка, нахмурив брови. Этот человек — явно незаурядная личность, но зачем он так пьет?

— Стыдно, -вздохнул незнакомец. — Загораживать дорогу порядочным гражданам! Подумать только! Это навеки ляжет позорным пятном на весь остаток моей жизни, — он теперь сидел, обняв руками колени и откровенно улыбался.

Улыбка у него была до того обаятельная, что девушка сама едва не улыбнулась; но вместо этого строго спросила:

— Я не об этом. Вы ведь…

— Пьян? — закончил он за нее. — И не говорите. Это скверное дело. Алкоголь возносит мужчину до небес, но потом может крепко шмякнуть о землю. Совсем, как меня.

— Но раз вы знаете это, то зачем пьете?

— Как говорится, конь о четырех ногах — и тот спотыкается. Я тоже споткнулся, но теперь найду себе работу и буду вести жизнь доброго гражданина.

Ей на секунду показалось, что он про себя потешается над ней, и поэтому она тоже постаралась вложить нотку иронии в следующий вопрос:

— Так вы иногда и работаете?

— Приходится. У меня хороший аппетит и нужно его удовлетворять.

Девушка на этот раз не удержалась от улыбки, потом подняла голову и щеки ее порозовели: через улицу к ним шел высокий молодой ковбой.

— Ну что ж, до свидания. Если вам действительно понадобится работа, поезжайте на ранчо Дабл Пи, мой дядя наймет вас.

— Благодарю, мэм. Если не найду работы здесь, то непременно наведаюсь к вашему дядюшке.

Девушка кивнула и подошла к молодому ковбою, который, сняв шляпу, поклонился ей, и они вместе пошли вдоль улицы.

Незнакомец проводил их взглядом.

— Ох и хороша конфетка, — пробормотал он. — Надо понимать, это мисс Шэрон Сарел.

В это время двери салуна распахнулись и шериф со своими людьми снова сели в седла и с традиционным ковбойским гиканьем: «Йипи-кайеее!!!», вздымая клубы пыли, ринулись из города.

— Доброй охоты, шериф, — снова пробормотал незнакомец, слышавший через открытое окно разговор в салуне. — Интересно, что бы ты сказал, если бы узнал, что Садден — это я? Назвал бы меня лжецом? У тебя ведь есть свидетели, что я здесь уже двое суток, и это правда. Как правда и то, что тот, кто ограбил дилижанс, назвался моим именем. Кто же ты, Садден Второй? Надеюсь, мы . как-нибудь встретимся.

Он поднялся на ноги и потянулся.

— Однако, пора заканчивать комедию. Надеюсь, что тот парень все еще хочет купить моего коня.

В корале за салуном он нашел человека, которого искал. Это был невысокий, крепкий мужчина лет пятидесяти. Он седлал своего коня, не отрывая взгляда от крупного, черного, как смоль, мустанга, в дальнем конце конюшни.

— Ну что, надумал продавать? — спросил он, увидев подошедшего незнакомца.

— Нет. Давай лучше сыграем на него. Ставлю коня против пятидесяти долларов. Вытаскиваем из колоды по одной карте. Старшая выигрывает. Идет?

Эндрю Борден, хозяин ранчо Бокс Би, был страстным любителем лошадей, но это не мешало ему оставаться осторожным человеком.

— На твоей лошади незнакомое клеймо. Откуда ты взял ее?

— Этот конь пойман в Техасе. Я сам объезжал его и поставил свое клеймо. Джей Джи — это мои инициалы, они означают Джеймс Грин.

Борден еще раз взглянул на лошадь и больше не колебался.

— Договорились, — он достал из кармана потрепанную колоду карт, перетасовал их и протянул Грину. Тот срезал колоду и вытащил карту.

— Десятка.

Борден тоже протянул карту.

— Валет.

— Не повезло мне, — добродушно улыбнулся Грин. — Но у меня осталось седло и уздечка. В свое время я заплатил за них сто двадцать долларов. Ставлю против коня.

Борден кивнул. Они снова взяли по карте.

— Дама, — объявил Грин.

— Король, — показал ему свою карту Борден.

— Опять не повезло, — тем не менее, Грин рассмеялся. — Знаешь что? Давай я поставлю два месяца работы у тебя на ранчо против седла и уздечки. Не беспокойся, я хорошо знаю лошадей.

Борден недоверчиво посмотрел на него.

— Ты серьезно?

Грин кивнул и снова добродушно улыбнулся. Бордену пришелся по душе этот парень, который умел так весело проигрывать, и он согласился.

Грин выиграл два раза подряд и вопросительно посмотрел на партнера.

— Похоже, мы снова там, откуда начинали. Ладно, давай последний раз. Конь против пятидесяти долларов.

С этими словами Грин вытащил карту. Это оказалась тройка пик.

— Сдается мне, ты проиграл, сынок, — усмехнулся Борден и Перевернул Свою карту.

— Вот это да! Двойка треф! — Грин был сам поражен не меньше Бордена.

Последний только с сожалением покачал головой, но тут же улыбнулся.

— Ничего, сынок. Мне все равно понравилось, как ты играешь. Если понадобится работа, приезжай ко мне на Бокс Би. Буду рад тебя видеть.

— Обязательно приеду, — заверил его Грин, пряча деньги в карман.

Борден сел в седло и, махнув на прощание рукой, уехал. Грин удовлетворенно улыбнулся, понимая, что об этой игре узнает весь город, и за ним закрепится репутация добродушного и азартного человека. Как раз то, что нужно.

Он вошел в салун. Там был только бармен. Грин положил на стойку двадцатидолларовую золотую монету.

— Ну-ка, верни мне мои револьверы.

Джуд изумленно взглянул на него. Этот парень был совсем не похож на того пьяного ковбоя, которого он утром вытолкал на улицу. Твердый взгляд, агрессивная челюсть, властный тон… Джуд неохотно выложил на стойку револьверы с черными, потертыми от частого пользования, рукоятками.

— Виски! — скомандовал Грин, проверяя револьверы.

Бармен поставил на стойку стакан и про себя ухмыльнулся. Все снова стало на свои места. Сколько повидал он таких вот ребят. Через час-другой этот ковбой снова накачается и его револьверы опять окажутся под стойкой.

Грин сунул оба «кольта» в кобуры и взял стакан. Глубоко вдохнув запах виски, он медленно вылил его на пол.

— Эй, что ты делаешь? Это же виски!

— Ну и что? Я ведь за него заплатил, — невозмутимо ответил Грин. — Дай-ка мне еще стаканчик.

Что-то бормоча себе под нос, Джуд налил ему еще одну порцию. На этот раз Грин чуть отхлебнул, пополоскал рот и снова вылил остатки на пол.

— Видал? — спросил он обалдевшего бармена. — Вот так побеждают собственное «я». Негативные инстинкты, так сказать, если ты понимаешь, о чем я говорю. Алкоголь вреден для здоровья, запомни это, амиго. Напряги свою башку и ты поймешь, что я прав.

С этими словами Грин вышел из салуна и направился в парикмахерскую, где его побрили и на удивление аккуратно постригли. После этого Джеймс переоделся в купленную здесь же новую рубашку и почувствовал себя совсем другим человеком.

До вечера было еще несколько часов и Грин, от нечего делать, решил прогуляться по городу. Он забрел в восточную часть Лоулисса, где жили одни мексиканцы, и поэтому с удивлением услышал английскую речь, доносившуюся из открытой двери какой-то грязной забегаловки.

— Ну что ж, ваша взяла! Чего же вы ждете, ублюдки! Давайте, прикончите меня!

Грин бесшумно вошел в дверь. Посреди зала, с револьвером в руке, стоял невысокий плотный ковбой. Слева и справа к нему медленно подступали два мексиканца с ножами, а за стойкой пожилой мексиканец, по-видимому, бармен, уже направил в спину ковбоя обрез охотничьего ружья.

Грин мгновенно оценил ситуацию, и в следующую секунду рявкнул его «кольт». И вовремя! Один из мексиканцев метнул нож, но пуля Грина на мгновение опередила его. Мексиканец схватился за раздробленную руку, а нож с глухим стуком вонзился в стойку бара.

— Брось! — скомандовал Грин второму мексиканцу, и тот поспешно уронил нож на пол. Джеймс повернул голову к бармену.

— Ну-ка, положи ружье на стойку, амиго, и подними свои немытые лапы вверх, живо!

Приказание было исполнено с похвальной быстротой.

— Что случилось, приятель? — спросил Грин ковбоя. Тот перевел дух и широко улыбнулся.

— Друг, ты поспел как раз вовремя, прямо как наша доблестная кавалерия. Эти поганцы крепко прижали меня. Я был здесь вчера и, держу пари, мне чего-то подмешали в выпивку. Очнулся утром в пустыне, когда меня пыталась изнасиловать целая армия комаров. Голова гудит, как индейский барабан, а деньги пропали. Я, конечно, возвращаюсь сюда и робко спрашиваю о судьбе своего капитала, а они начинают мне ножиками грозить. Самое печальное то, что я с похмелья не проверил револьвер. Эти стервецы, видно, еще вчера повытаскивали патроны и если бы ты не зашел, я бы уже наяривал на арфе где-нибудь в райских кущах.

— У кого из них твои трудовые сбережения? — осведомился Грин.

— Вчера они все были здесь, но методом дедукции я пришел к выводу, что деньги у этого старого перца за стойкой, — скорбно ответил ковбой. — Вероятно, он и есть неуловимый глава местного преступного мира, а остальные просто родственники и сочувствующие.

Грин повел револьвером в сторону бармена. , — Если ты не вернешь деньги этому достойному джентльмену, амиго, то это сделает твоя вдова, — дружески предупредил он.

— Как говорил один мой знакомый: быть или не быть, — добавил ковбой, вставляя патроны в барабан «кольта».

Грин удивленно поднял брови и с интересом посмотрел на ковбоя.

Старый мексиканец, с ненавистью глядя на них, достал из-под стойки пачку долларов и рассыпался в извинениях. Сеньор был вчера так болен, что мог потерять деньги и пришлось их спрятать, чтобы сеньора, не дай Бог, не ограбили. Ему, разумеется, вернули бы деньги после невинной шутки, которую пытались разыграть два несмышленых паренька…

— Твое чувство юмора, амиго, как-нибудь доведет тебя до деревянного смокинга, — мрачно предсказал Грин и вместе с ковбоем вышел на улицу.

— Спасибо, друг, — начал было ковбой, но Грин отмахнулся.

— Оставь. Держу пари, ты тоже не из этих мест.

— Да, я приехал пару дней назад. Осматриваю достопримечательности этой страны и вот решил остановиться в этом центре мировой культуры.

Они остановились возле двухэтажного дома с корявой вывеской:

«Пастаялый двор Дэрли. Харошая жратва и добрая выпивка».

— Вот здесь я и живу, — сказал ковбой, — зайдем?

— Надеюсь, готовят здесь лучше, чем пишут.

— Безусловно. По крайней мере, меня убеждают в этом уже два дня, — ковбой распахнул дверь и любезно уступил дорогу своему спасителю.

ГЛАВА 3

Бар, в который они зашли, был маленьким, но зато очень чистым и аккуратным. Краснолицый бармен средних лет приветливо кивнул своему постояльцу.

— Вы вчера не ночевали дома и должен предупредить, что проводить ночь в городе небезопасно. Это, конечно, не мое дело, но… — он пожал плечами и поставил на стойку бутылку и стаканы.

Маленького ковбоя даже передернуло от одного вида алкоголя.

— Я выпью, только если ты хорошо заплатишь мне за это, старина, — заявил он хозяину. — Но сомневаюсь, что у тебя хватит денег, потому что в данный момент я чувствую себя, как подогретый труп.

— Ты даже выглядишь точно так же, — заметил хозяин. — Наверное, побывал у Мигуэля? А я-то думал, что ты уже взрослый…

— Взрослый, взрослый, — вздохнул ковбой. — Потянуло на острые ощущения и не могу сказать, что я их не получил. Башка до сих пор трещит. Мне бы сейчас кофе покрепче, — он вопросительно взглянул на Грина.

— Мне тоже, — сказал тот.

Они уселись за стол и Джеймс, наконец, рассмотрел человека, которому спас жизнь. Круглое лицо и веселые глаза сразу выдавали неунывающий характер. Несмотря на маленький рост, в квадратной, крепко сбитой фигуре угадывалась недюжинная сила. Ему было далеко за тридцать, но разница в возрасте не ощущалась, вероятно, благодаря веселому нраву собеседника, и Грину было легко и приятно разговаривать со своим новым знакомым.

— Божественно! — простонал ковбой, отхлебнув полчашки ароматного кофе. — А теперь самое время начать церемонию представления. Мое имя Пит Бэрси, но друзья называют меня Таби [5].

— Я так и думал.

— Что поделаешь! Несколько лет назад, когда я работал в Техасе, то пошел как-то в бродячий театр. Они там играли пьесу одного парня по имени Шекспир. Я смотрел ее раз десять…

— А мое имя — Джеймс Грин, но ты можешь называть меня Джим. Кстати, что ты делаешь в этом захолустье?

— Перегонял стада с границы в Монтану и обратно. Теперь снова нужно искать работу.

— А я, по-моему, уже нашел.

— На ранчо?

— Нет, я слышал, что свободно место городского маршала,

Пит изумленно взглянул на него.

— Ты спятил! В этом городе маршалов стреляют, как кроликов. Если у тебя плохо с деньгами, то возьми половину моих.

— Нет, Таби, с деньгами у меня все в порядке. Я приехал сюда именно для того, чтобы стать городским маршалом. Даже помощника себе нашел. Ты его, наверное, знаешь, такой маленький, квадратный…

— Не знаю такого, — отрезал Таби. — Таких не бывает. Какой из меня помощник маршала? Банки грабил, лошадей воровал…

— Вот и отлично! Я не ошибся в тебе. Кто быстрее поймает вора, чем другой вор? Считай, что ты уже получил работу.

— Лучше бы те благородные кабальеро прикончили меня, — вздохнул Пит, потом лицо его посветлело. — Постой, ты же еще не маршал!

— Я им буду сегодня же, — заверил его Грин. — Вопрос в том, как это устроить? Бэрси подозвал хозяина.

— Дэрли, мой друг, выполняя посмертную волю Джорджа Вашингтона, хочет стать маршалом в этом городе. Что ты ему посоветуешь?

— Если он хочет, чтобы его похоронили как следует, то пусть оставит деньги у меня. Я сам прослежу за обрядом, — мрачно отозвался хозяин. — Только псих или самоубийца согласится стать маршалом в Лоулиссе, — он посмотрел на Грина и вздохнул. — Ладно. Если Гриф даст добро, считай, что работа у тебя в кармане.

— Гриф, это, вероятно, кличка Рэйвена, владельца салуна «Рэд Эйс»? Он белый?

— Утверждает, что белый по отцу, но, держу пари, что его отец был мексиканец, а мамаша — скво из вигвамов команчей.

— Пожалуй, мне пора познакомиться с этим достойным джентльменом, — Грин приподнялся. — Нет, Пит, ты подождешь меня здесь.

Когда дверь за ним закрылась, Дэрли подсел к Питу.

— Ты давно знаешь своего приятеля?

— Я встретил его час назад и, поверь мне, встретил вовремя, — и Бэрси, не жалея красок, описал свои злоключения в баре Мигуэля.

Бармен Джуд встретил Грина в «Рэд Эйс» кислой улыбкой и поставил было на стойку бутылку виски, но Джим отмахнулся.

— Убери свою отраву, приятель. Мой девиз — сначала бизнес, а потом удовольствия. Я хочу видеть мистера Рэйвена.

— Зачем? — подозрительно спросил бармен.

— А вот это не твоя забота, малыш.

Джуд нехотя ткнул большим пальцем себе за плечо. Там, за стойкой, была дверь. Грин молча открыл ее и вошел в кабинет хозяина «Рэд Эйс».

Обстановка в комнате была незатейливой. Стол, несколько стульев, сейф да пара книжных полок.

Сэт Рэйвен сидел за столом. На вид ему было лет сорок, худощавый, невысокого роста. Хищный нос, маленькие глазки и черные прилизанные волосы действительно придавали ему сходство с грифом.

— Чего тебе? — мрачно спросил он. Джим оперся плечом о косяк двери и сунул большие пальцы рук за ремень.

— Я слышал, этому городу нужен маршал, — сказал он. — А мне нужна работа.

Рэйвен несколько секунд разглядывал посетителя. Ему уже было известно и о том, как он пил, и как получил назад свои револьверы, и что произошло у Мигуэля. Владелец «Рэд Эйс» всегда знал, что происходит в Лоулиссе.

— Мы ничего не знаем о тебе.

— Джеймс Грин из Техаса.

— Это ни о чем мне не говорит.

— Последний маршал Лоулисса, Перкинс, приехал из Невады, где отсидел срок за конокрадство и, тем не менее, получил эту работу, — заметил Грин. — С каких это пор вы стали слишком разборчивы?

Рэйвен криво усмехнулся. Он, впрочем, и не ожидал узнать что-то о прошлом этого человека, да и, сказать по правде, ему было на это наплевать. В Лоулиссе, который был убежищем и приютом для людей, скрывавшихся от закона, только такой же отщепенец, как и они, мог поддерживать хотя бы видимость закона. А этот парень, похоже, сможет держать их в кулаке.

— Не слишком ли ты молод, Грин?

— Этим недостатком я страдаю с детства, но доктора говорят, что с возрастом это пройдет, — ухмыльнулся Джим. — Ну так что насчет работы?

— Двести долларов в месяц.

— Не густо, но я согласен. И плюс сотня в месяц для моего помощника.

— Ладно. Надеюсь, ты найдешь подходящего человека, который сначала стреляет, а потом задает вопросы. — Гриф Гэйвен открыл ящик стола. — У меня тут как раз две звезды и ключи от твоего офиса.

Он передал символы власти Грину и кивком дал понять, что новый маршал может приступать к своим обязанностям.

Когда Грин ушел, Рэйвен некоторое время размышлял, правильно ли поступил, отдав должность маршала этому парню. Гриф сразу отметил, что он не был обычным «десперадо» [6]. Его манера держаться и холодный взгляд сразу выдавали ганфайтера, причем ганфайтера незаурядного.

— Очень нужный человек, если будет делать, что я ему скажу, — думал Гриф. — А если нет, что ж, не он первый…

Когда Грин вернулся на постоялый двор Дэрли, в баре никого не было, кроме сладко спавшего на стуле Бэрси. Маршал осторожно прицепил ему на жилет звезду, вынул револьвер и выпалил в потолок. Пит грохнулся на пол вместе со стулом, но через секунду был на ногах с револьвером в руке. Посмотрев ошалевшими спросонок глазами на Грина, хохочущего у стены, он, наконец, сообразил, что случилось.

— Ты что же это делаешь, болван! Что за шутки?! Я чуть не сломал себе шею!

— Не волнуйся, твоя шея предназначена только для веревки, мистер помощник городского маршала, — все еще смеясь, ответил Грин.

Пит только сейчас заметил звезду у себя на жилете.

— Так ты все-таки получил работу?! — он повернулся к Дэрли, прибежавшему на грохот выстрела. — Видал? Что ты на это скажешь?

— Вам, ребята, лучше потребовать свое жалование авансом, — мрачно посоветовал хозяин.

— Очень полезный совет, — отозвался маршал. — Сразу видно оптимиста. И почему ты не откроешь похоронную контору?

Дэрли тоже рассмеялся, но тут же снова стал серьезным.

— Ладно, шутки в сторону, джентльмены. Я только хочу пожелать вам удачи. Она вам очень понадобится.

— Я знаю, — вздохнул маршал, — но вижу, что у нас в городе есть, по крайней мере, один друг.

— У вас есть больше, чем один друг, если, конечно, вы не собираетесь бежать в одной упряжке с Грифом.

— Это было бы довольно вонючим соседством, — заверил его маршал. — Слушай, Пит, пойдем-ка, осмотрим наши новые апартаменты. Рэйвен отдал мне ключи.

Офис маршала располагался невдалеке от «Рэд Эйс». Это было одноэтажное здание с вывеской над дверью:

«Маршал». Вывеска, вся в дырках от пуль, свидетельствовала о прискорбном отношении жителей Лоулисса к представителям закона.

В доме было три комнаты. Одна — кабинет маршала, с обстановкой, которой черной завистью позавидовали бы древние спартанцы, другая — жилая, с двумя грубо сколоченными кроватями. Третья комната, с массивной дверью, предназначалась для содержания в ней нарушителей закона.

Впрочем, Пит обнаружил даже крохотную кухню и несколько грязных кастрюль.

— Ничего, — утешал его Грин. — Думаю, что кухня нам не понадобится. Будем столоваться у Дэрли. Я терпеть не могу готовить.

— Я тоже, — отозвался Пит. — Тем более теперь, когда стал большим боссом.

ГЛАВА 4

— Хорошо, что я застал тебя в городе, — говорил Энди Борден, когда они с Шэрон выехали за город. — Мы давно уже не виделись.

— Конечно, ведь Дабл Пи в целых двух часах езды от Бокс Би, — насмешливо ответила девушка. Энди покраснел.

— Ты же знаешь, мне целыми днями приходится помогать отцу. Мы едва успеваем управляться.

— Тогда наймите еще пару человек. Здесь есть люди, которые будут рады поработать, вместо того, чтобы пить эту отраву в «Рэд Эйс», — предложила ему Шэрон и рассказала о своей встрече с Грином.

— Что ж, может ты и права. Я поговорю с ним, когда снова буду в городе.

Ранчо Дабл Пи находилось в пятнадцати милях от Лоулисса, на полпути к Свитуотеру. Дорога проходила в основном по равнине, но часть ее пролегала в ущелье. Едва Энди и Шэрон оказались среди скал, как девушка умолкла и съежилась. Энди хотел было спросить, в чем дело, но вовремя вспомнил и прикусил язык. Когда они с Шэрон учились в колледже, ее отец был убит выстрелом в спину из засады именно в этом ущелье. Теперь на ранчо Дабл Пи хозяйничал брат ее отца, Раймонд Сарел.

— Энди, — заговорила Шэрон, пытаясь подавить охвативший ее страх. — Ты не обидишься, если я попрошу тебя пореже бывать в «Рэд Эйс»?

— А что тут такого? — удивился Энди, радуясь случаю отвлечь девушку от мрачных мыслей. — Я и так не часто там бываю. Разве что пропустить стаканчик-другой да перекинуться в карты…

— Говорят, в последний раз ты много проиграл.

— Ну, не так, чтобы очень много, но проиграл, — признал Энди. — Ты не беспокойся, я отдам, тем более, что Гриф не торопит меня.

— Вот именно, Энди, ты сам сказал — Гриф! Стервятники терпеливы и никогда не торопятся раньше времени схватить добычу.

Энди рассмеялся.

— Его, действительно, называют Гриф, но что тут поделаешь, он же не виноват, что так выглядит. А, между прочим, твой дядя хорошо ладит с ним.

— Я знаю, — вздохнула Шерон.

Раймонд Сарел очень любил племянницу, но, будучи по натуре человеком мягким и ленивым, он легко мог попасть в лапы такого негодяя, как Сэт Рэйвен.

Они поднялись на вершину холма, откуда открывался вид на огромное ранчо Дабл Пи. Добротные хозяйственные постройки, большой дом, просторный загон для скота — все это было построено отцом Шэрон и теперь принадлежало ей…

Развалившись в кресле на веранде дома и попыхивая ароматной сигарой, Раймонд Сарел поджидал приближающихся всадников. Это был огромный, толстый мужчина средних лет, с веселым, вечно красным от жары или спиртного лицом. С удивительной для такого толстяка быстротой, он вскочил из кресла, едва Энди и Шэрон подъехали к веранде.

— Здорово, Энди! — гаркнул он. — Давненько не виделись. Заходи в дом, всегда рад тебя видеть, сынок. Какие новости в городе?

— Я только проводил Шэрон и не могу долго засиживаться, — с улыбкой отвечал Энди. — Слыхали об ограблении дилижанса?

— Да ну? — поразился Сарел. — Когда?

— Вчера около полудня, у откоса Дьявола. Шериф Стрэйд с отрядом уже ищут бандита.

— Бандита? Значит, он был один?

— Да. Он застрелил курьера и взял у него ящик с десятью тысячами, а один из пассажиров говорит, что у него тоже забрали две тысячи.

— Да, это он хороший кусок оторвал. Стрэйд уже напал на след? Надеюсь, этот бандит не похож на меня?

— Вряд ли. Эймс, кучер дилижанса, говорит, что это был Садден. И конь подходит по описанию. Точь в точь такой, как у Саддена.

Маленькие глазки Раймонда широко раскрылись.

— Садден?! Черт возьми, этот парень, похоже, решил здесь обосноваться, а нам такие соседи ни к чему…

С гор начали спускаться сумерки, когда Лоулисс начал пробуждаться к ночной жизни. С юго-востока на бешеной скорости и с дикими воплями в город ворвались четверо ковбоев. Увидев свет в доме маршала, они осадили коней.

— Черт меня возьми, у нас появился новый маршал! — крикнул один из них. — Ну-ка, ребята, выкурим его оттуда!

С этими словами он выхватил револьвер. Его спутники последовали этому примеру, и град пуль обрушился на многострадальную вывеску «Маршал». Выказав таким образом свое презрение к закону, ковбои направили лошадей в «Рэд Эйс».

Грин и Пит, разумеется, слышали вопли и грохот пуль по вывеске. Маршал осторожно разглядывал ковбоев из окна, а его помощник молча сидел на скамье у стены, явно не одобряя пассивность своего начальника.

— Ты что же, так и будешь терпеть этих стервецов? — наконец не выдержал он. — Да ладно тебе, они совсем еще мальчишки. Это ковбои с Бокс Би, — улыбнулся Грин. — Я заметил клеймо на лошадях. Ты что, сам никогда не был молодым? Никогда тебе не хотелось выпустить пар и покуражиться? — Пар? Покуражиться? Как ты мог подумать такое обо мне, — возмутился Бэрси. — У меня не было на это времени. Я всегда был скромным, набожным, работящим и красивым.

Маршал рассмеялся.

— Ладно, Пит, ставлю пять долларов, что они извинятся еще сегодня. А вывеску все равно нужно обновить.

Бэрси принял пари, но не потому, что был уверен в выигрыше, — он давно уже понял, что его друг — человек незаурядный, — а просто потому, что был азартен от природы.

Появление новых представителей власти в салуне «Рэд Эйс», против ожиданий, большого интереса не вызвало. Кое-кто оторвался от карт и посмотрел в их сторону, но на этом все и кончилось.

Грин остановился у стойки и, облокотившись на нее, лениво оглядывал зал, а Пит отошел к карточным столам посмотреть на игру.

В дальнем углу зала четверо ковбоев с Бокс Би заметили маршала, и один из них, рыжий детина по кличке Расти [7], подошел к Грину.

— Так ты, значит, новый маршал?

Джим все так же лениво кивнул.

Если бы Расти не был под градусом, он бы сразу узнал эту характерную для ганфайтеров лениво снисходительную манеру держаться.

— А вот я и мои друзья считаем, что нам вообще здесь не нужно маршалов, но раз ты уже назначен, то мы должны быть уверены, что ты подходящий человек для такого дела, — громко, чтобы слышали все, сказал Расти. — Я тут поспорил с ребятами, что могу выхватить револьвер быстрее тебя! — его ладонь повисла над рукояткой «кольта» — Давай! Ну!

Едва эти слова сорвались с губ Расти, как он почувствовал ствол револьвера, упершегося ему в живот Оба «кольта» маршала остались на месте. В живот Расти упирался его собственный револьвер Хмель мигом выскочил из головы ковбоя. Ошалевшими глазами он взглянул на свою пустую кобуру и судорожно сглотнул.

— Не стреляйте, маршал! — крикнул один из ков боев Бокс Би — Он просто пошутил!

— Хочешь еще раз испытать судьбу? — спросил Грин и опустил револьвер в кобуру Расти. Голос маршала был насмешливым, но в глазах не было враждебности или той ледяной бесстрастности ганфайтера, который готов убить. Расти заметил это и вымученно улыбнулся.

— Нет уж, спасибо, маршал. Я не дурак и не слепой, а потому… извините, что так получилось с вывеской на вашем офисе.

— Пустяки, — добродушно ответил Грин. — Ее все равно нужно красить.

Расти оглянулся на своих друзей,

— А что, ребята, во всяком случае, я обязан маршалу хотя бы этим Сегодня остаюсь в городе и покрашу вывеску.

Выпив с Грином на мировую, ковбои Бокс Би вернулись за свой стол. К Джиму, широко ухмыляясь, подошел Бэрси и протянул проигранные пять долларов.

— Вот твой выигрыш, укротитель. Как тебе это удалось?

— Доброта и смирение, сын мой, — скромно ответил маршал — Так, по-моему, ко мне еще один гость

Эти слова относились к Энди, который только что вошел в салун и сразу направился к маршалу.

— Я Энди Борден с ранчо Бокс Би. Мне говорила о вас мисс Сарел, и если вам еще нужна работа…

— Очень благодарен мисс Сарел и вам, но я уже нашел работу, — ответил Грин, показывая Энди звезду маршала.

— Так вы наш новый маршал? — лицо Бордена озарилось улыбкой. — Поздравляю!

— Спасибо Вы первый, кто поздравил меня. Остальные просто вежливо интересовались, какой мой любимый цветок.

Энди рассмеялся.

— Да, у нас тут крутой народ и вам будет нелегко, но если понадобится помощь, то можете рассчитывать на меня и моих ребят с Бокс Би.

Грин поблагодарил его и Энди и пошел к своим ковбоям, которые громко приветствовали своего босса и тут же рассказали ему о случившемся. Борден одобрительно кивнул, узнав, что Расти собирается покрасить вывеску на офисе маршала, и направился к Сэту Рэйвену, поджидавшему его за карточным столом…

… За несколько часов до описываемых событий, в кабинет Рэйвена вошел незнакомец.

— Здорово, Парсон [8], — без особого восторга приветствовал его хозяин «Рэд Эйс» — Чего тебе?

— Займи мне немного денег, Сэт. Этот ублюдок, который ограбил дилижанс, обчистил меня на две тысячи, но я найду его, черт побери, обязательно найду, — маленькие глазки Парсона пылали лютой яростью.

Рэйвен презрительно хмыкнул.

— Даже если найдешь, ты думаешь, у тебя есть хоть какой-то шанс против Саддена?

— Все равно я убью его, — отрезал Парсон, — но сначала мне нужно достать деньги, а здесь играют только на наличные, так что дай мне пару сотен.

— Хорошо, — Рэйвен подвинул ему через стол несколько банкнот. — Только будь осторожен, мне не нужна здесь пальба.

— Ладно, — проворчал Парсон. — Что-нибудь еще?

— Все. Вечером познакомлю тебя с одним юнцом, который частенько играет здесь в покер, и ты сможешь поправить свои дела. Только не слишком обчищай его. Пока что он мой друг, понял?

— А как же! — оскалился Парсон. — Кстати, у тебя не найдется револьвер? Эта свинья Садден забрал мой пистолет.

Рэйвен открыл ящик стола и перебросил Парсону тяжелый, шестизарядный «кольт».

— Бери. Мне он ни к чему. Я не ношу оружия. Парсон поймал револьвер и сунул его за ремень.

— А тебе и не нужно. Люди сами приходят и выкладывают деньги. Только успевай принимать. А вот мне приходится иногда убеждать людей расстаться с деньгами, поэтому без револьвера я как без штанов…

… И вот теперь, когда Энди Борден отыскал Рэйвена, тот представил ему Парсона и предложил сыграть. На секунду Энди показалось, что маршал, стоявший у стойки, предостерегающе покачал головой, но потом решил, что это ему только показалось, и сел за стол.

Игра уже началась, когда к столу подошли маршал и его помощник.

— Где, говоришь, это было? — услышал Энди голос Пита, негромко беседующего с Грином.

— В Томбстоуне. Они поймали его, когда он играл крапленой колодой.

— Надо было пристрелить ублюдка.

— Ему повезло. Они ограничились тем, что окунули его в деготь и вываляли в перьях…

Энди, сидевший лицом к Парсону, заметил, как тот побагровел и бросил на маршала ненавидящий взгляд.

— Эй, маршал, не хотите перекинуться в картишки? — спросил Гриф Рэйвен.

— Я на работе, — коротко ответил Грин.

— Да сегодня здесь все…

Рэйвен не договорил. Двери салуна распахнулись, и в зал ввалился здоровенный и пьяный в дым ковбой с револьвером в руке. Некоторое время он мутным взглядом налитых кровью глаз оглядывал посетителей и вдруг испустил дикий вопль, в котором многие узнали боевой клич апачей.

— Смерть! — проревел он. — Я должен кого-нибудь убить! Где этот чертов тип, называющий себя маршалом?!

Грин подметил пару мимолетных улыбок среди картежников и понял, что ковбой только прикидывается таким пьяным.

— Ну что тебе, малыш? — спросил он у дебошира. — Ты хотел меня видеть?

В зале сразу стихли все разговоры. Револьвер ковбоя был направлен в широкую грудь маршала, а последний, казалось, не собирался пользоваться своим оружием. Он просто шел на револьвер.

— Ага! Так это ты! — набычился ковбой. — Тогда — на колени, и молись! Я — Бешеный Билл Хикок! [9]

Маршал громко расхохотался и его револьвер, как показалось пораженным посетителям салуна, словно сам прыгнул ему в руку. Ствол был направлен прямо в лоб ковбоя.

— Стреляй, дурак! — скомандовал Грин. Но ковбой уже и сам понял, что в этой дуэли победителей не будет. Может, он и убьет маршала, но, наверняка, и сам будет убит. Грин заметил неуверенность в глазах противника.

— Брось револьвер! — снова приказал он. Секунду поколебавшись, ковбой бросил «кольт», и в ту же секунду маршал мощным ударом с левой свалил его на пол. Потом неторопливо сунул револьвер в кобуру и повернулся к посетителям:

— Если здесь есть друзья этого болвана, то пусть посоветуют ему уехать еще до рассвета.

ГЛАВА 5

В офисе маршала, развалившись в кресле и положив ноги на стол, сидел Пит Бэрси. Надвинув на глаза широкополую шляпу, он напевал себе под нос грубоватую ковбойскую песенку:

Девочки, девочки, ох не даете мне спать. А мне не до вас, ох как хочется…

— Мистер Бзрси! — перебил его приятный женский голос прежде, чем он успел закончить куплет.

Ноги певца с грохотом обрушились на пол, и он вскочил, поправляя шляпу. Перед ним стояла красивая девушка и ее улыбка не оставляла сомнений, что такого рода поэзия ей знакома.

— Как называется эта песня? Я не слышала ее раньше.

Пит не был удивлен этим заявлением, так как сам сочинил эти куплеты.

— Что вы, это очень популярная песня, мисс… Шэрон Сарел, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь. И часто вы поете, мистер Бэрси?

— Как вам сказать… Обычно я пою, когда стадо коров останавливается на ночлег. Конечно, вы можете сказать, что это жестоко по отношению к животным, но коровы в наши дни не слишком критикуют своих погонщиков. Да вы присаживайтесь.

— Нет, спасибо, я зашла повидать маршала…

— По-моему, не только вы, — сухо заметил Бэрси, прислушиваясь к бешеному стуку копыт, который стих у дверей офиса.

Секундой позже дверь отворилась, и в комнату ворвался запыленный и растрепанный Энди Борден.

— Где маршал? — прохрипел он.

— Я здесь, Энди, — раздался голос Грина, который подъехал к офису вслед за Борденом. — Что случилось?

— Кто-то убил моего отца! Маршал, помогите мне найти этого пса!

Грин кивнул Питу и тот налил полстакана виски из бутылки, стоявшей на столе. Энди жадно выпил, затем начал рассказывать.

— Отец с утра был в банке, а я поехал в город часа на два позже и нашел отца у старой шахты. Он лежал возле своего коня, и я сначала подумал, что, может, ему стало плохо, а потом заметил кровь. Отец был еще жив, когда я перевернул его на спину. Он успел сказать только одно слово и умер, — голос Энди задрожал и Шэрон обняла его. Уж кто-кто, а она знала, что чувствует сейчас юноша.

— Что он успел сказать? — спросил маршал.

— Садден! И я найду этого убийцу…

— Ну что? — нетерпеливо спросил Бэрси, когда Грин вернулся с места происшествия. — Нашел что-нибудь, Джим?

Маршал выпил кружку воды и присел к столу.

— Мы с Энди отправили Шэрон домой, а сами побывали у старой шахты. В общем, так… Убийца поджидал старшего Бордена в развалинах хижины, недалеко от дороги. Я нашел следы его сапог и три окурка. Он застрелил Бордена в спину. Вот две гильзы от револьвера сорок четвертого калибра. Взял только сумку с деньгами. Клерк в банке подтвердил, что Эндрю Борден снял со своего счета пять тысяч долларов. В карманах убитого было около двадцати долларов, но убийца их не взял. Это означает, что он не просто залетный бандит, а местный, который знал, что Борден везет деньги.

— Постой, постой, — перебил его Пит. — Но ведь мы знаем, что это был Садден!

Маршал некоторое время молчал, а потом испытывающе взглянул на своего Помощника и продолжал:

— Я думаю, что это не так. Это не мог быть Садден.

— Почему же? — изумился Пит. — Откуда такая уверенность?

— Дело в том, старина, что Садден — это я.

— Что? — Бэрси чуть не свалился со стула. — Ты…

— Да, я Садден. Ты много слышал обо мне и, конечно, знаешь, что я не херувим, но мне не нравится, что Мистер Садден Второй навешивает на меня преступления, которых я не совершал. Именно поэтому я здесь и именно поэтому нанялся на эту работу. Ну, так что, Пит, ты мне поможешь?

Пит сдвинул шляпу на затылок. Он все еще не мог поверить, что его друг оказался самым грозным бандитом и ганфайтером в трех штатах.

— Знаешь, Джим, мне, честно говоря, плевать, бандит ты или нет. Можешь на меня рассчитывать. Я не предаю друзей.

— Спасибо, старина. Я не ошибся в тебе, — Грин сжал ему плечо.

— Да чего там, — смущенно буркнул Пит.

— А теперь слушай. Энди повез тело отца на ранчо и не будет мешать нам. Никто в городе не должен знать, кто я на самом деле. Ты останешься здесь и постараешься узнать все о покойном Бордене, а я попробую пойти по следу убийцы.

— Ну-ка, развяжи ему язык, Лопес! — грубый голос, говоривший по-испански, доносился из-за нагромождения огромных валунов.

Грин остановил коня и замер, прислушиваясь.

Он шел по следу убийцы уже несколько часов, и следы копыт привели его к широкой, но мелкой реке Лэйзи Крик. На том берегу была уже Мексика. Маршал без колебаний перебрался через границу и удовлетворенно хмыкнул, когда снова нашел след. Однако, не успел он проехать и полмили, как услышал из-за валунов испанскую речь.

Укрываясь за густым кустарником, он обогнул нагромождение камней и снова остановил коня. В десяти шагах прямо перед ним на поляне стоял индеец. Руки его были связаны за спиной, а возле него с хлыстом в руках прохаживался неряшливо одетый мексиканец в грязном сомбреро. Чуть поодаль стоял другой мексиканец со свирепым и жестоким лицом, на котором застыла дьявольская ухмылка. Его одежда была побогаче, чем у первого, и представляла собой крикливую пародию на военную форму: ярко-красная куртка, обшитая золотым галуном, и бледно-голубые штаны, заправленные в сапоги с огромными шпорами. Довершала наряд широкая шляпа с провисшими полями, на которую была пришпилена большая серебряная брошь.

По его знаку первый мексиканец взмахнул хлыстом и еще одна кровавая полоса появилась на изможденном теле индейца.

— Ну, так где же золото, собака?! Индеец по-прежнему молчал.

— Дай ему еще, Лопес!

Лопес с готовностью взмахнул хлыстом, когда из-за кустов грянул выстрел. Выронив хлыст, мексиканец упал, несколько раз дернулся в агонии и затих. Другой схватился было за револьверы, но так и застыл, не сводя глаз с Грина, который с «кольтом» в руке выехал на поляну.

— Что же ты не хватаешь револьвер, свинья? — спросил Грин.

Мексиканец окинул оценивающим взглядом маршала и заговорил по-английски:

— Вам не кажется, сеньор, что вы находитесь не по ту сторону границы?

— Зато я по ту сторону револьвера, — холодно ответил маршал. — Что тут происходит? Мексиканец пожал плечами.

— Ба! Подумаешь, это ведь всего-навсего индеец! Он знает, где есть много золота, но, упрямый черт, не хочет говорить.

Грин молча подошел к мексиканцу и забрал у него револьвер и кинжал, которым он разрезал веревку, стягивающую руки индейца.

— Сними куртку, — коротко приказал маршал мексиканцу.

Тот удивленно посмотрел на него.

— Может, сеньор не знает, с кем имеет дело? Меня зовут Эль Диабло! [10]

Грин равнодушно смотрел на него, хотя это имя было ему известно. Значит, это и есть знаменитый предводитель шайки мерзавцев и насильников, именующих себя революционерами. Они вечно рыскали по обе стороны границы, угоняя стада, сжигая ранчо и убивая людей.

— Эль Диабло, говоришь? — переспросил Джим. — Ну-ка, живо снимай куртку, не то я так быстро отправлю тебя домой, что обожжешь себе задницу!

Возможно, мексиканец и не понял всей красоты и изящества оборотов английской речи, но движение револьвера он прекрасно понял и тут же подчинился.

Маршал повернулся к индейцу, все так же бесстрастно стоявшему в стороне, и указал на хлыст, лежавший у тела Лопеса. Черные глаза индейца вспыхнули, когда он понял, что от него хочет американец. Эль Диабло тоже понял это и побагровел от стыда и ярости.

— Сеньор! — голос его сорвался на крик при виде индейца, подходившего к нему с хлыстом в руке. — Сеньор! Я же белый человек, как и вы! Не грязный пеон, а кабальеро! Мои предки из старого испанского рода!

— Если не хочешь с ними встретиться, то лучше заткнись, — предупредил маршал и кивнул индейцу.

Зная гордый и неукротимый нрав краснокожих, Джим не сомневался, что пощады Эль Диабло не будет. После первых же двух ударов, мексиканец, обливаясь кровью, покатился по траве, подвывая от боли и проклиная опозорившего его американца. Индеец снова взмахнул хлыстом, но вдруг пошатнулся и осел на землю.

— Агуа! Воды… — прохрипел он.

Джим поднял флягу убитого Лопеса и подал индейцу. Тот сделал несколько глотков и снова поднялся на ноги. Маршал показал ему на лошадь Эль Диабло. Индеец кивнул и с трудом влез в седло. Не обращая внимания на проклятия Эль Диабло, оба всадника поскакали к границе, и только когда оказались на американской стороне, индеец произнес первые слова:

— Черное Перо… вождь… был…

Джим когда-то жил с индейцами и хорошо понял его. Черное Перо был вождем, но теперь по какой-то причине ушел из племени или его изгнали. Так же коротко, в двух-трех словах, индеец рассказал, что случайно попался в лапы Эль Диабло и поскольку в то время почти все верили, что каждый индеец знает, где находится золото апачей, мексиканец хотел узнать эту тайну.

Уже смеркалось и поэтому Джим решил вернуться в город, понимая, что в темноте ему не найти след убийцы Бордена.

В Лоулисс они добрались, когда было совсем темно. Черное Перо держался до последнего, но у двери в офис маршала совсем обессилел, и Грин взвалил его на плечо.

— Эй, Джим! — бросился к нему навстречу Бэрси. — Только не говори мне, что этот ходячий скелет и есть убийца Бордена.

— Конечно, нет. Я уложу его на кровать, а ты займись лошадьми.

Питт расседлал лошадей и, покормив их, вернулся в дом.

— Это еще что такое?! — возмутился он, увидев, что индеец лежит на его кровати, а маршал перевязывает ему раны.

— Он очень болен, Пит. Наверное, целую неделю не ел. Смотри, вот пулевая рана в йоге, а он даже не сказал мне о ней, а ты ругаешься из-за какой-то грязной кровати.

— Между прочим, она не была грязной, пока ты не положил сюда этого аборигена, — огрызнулся Пит и внимательно посмотрел на индейца. — Ты думаешь, он выживет?

— Уверен. Индейцы — народ упрямый.

— Где ты его нашел? У него хороший конь и седло шикарное. С каких это пор индейцы пользуются седлом?

Джим рассказал, что произошло по ту сторону границы, и Бэрси тихо присвистнул.

— Эль Диабло! Опасный тип, и к тому же, спесивый, как павлин. Держу пари, у него есть дружки и здесь, в Лоулиссе. А как с убийцей Бордена?

— Знаешь, я нутром чую, что он тоже вернулся на американскую сторону и, может быть, даже сюда, в Лоулисс.

ГЛАВА 6

На следующее утро маршал зашел в «Рэд Эйс» к Рэйвену и застал у него двоих незнакомых мужчин.

— Познакомьтесь, маршал, это Раймонд Сарел с ранчо Дабл Пи, а это — управляющий моего ранчо Дабл Ар, Сол Джервис.

Толстяк приветливо пожал руку маршалу, а Джервис только едва кивнул. Джиму он сразу не понравился. Сол был примерно одного роста с Джимом, но нескладный и угловатый. От угла рта до левого уха лицо его пересекал бледный шрам.

— Плохи дела, маршал, — обратился к нему Сарел. — Б орден был уважаемым гражданином. Этот Садден совсем обнаглел, пора вздернуть его на самом высоком дереве.

— Но сначала его надо поймать, — заметил Сол и, обращаясь к маршалу, добавил: — А этот краснокожий, которого ты притащил, никак не связан с убийством?

— Нет, — отрубил маршал.

Чтобы не накалять обстановку, Рэйвен пригласил Грина к себе в кабинет, оставив Джервиса и Сарела за карточным столом.

— Как вы думаете, маршал, Энди мог убить отца? — спросил он, когда они вошли в кабинет.

— Нет, мистер Рэйвен, он не успел бы к старой шахте раньше отца. Да и к тому же, когда ограбили дилижанс, Энди был в городе.

— Значит, вы думаете, что это один и тот же человек?

— Уверен.

— Тогда возьмите это объявление и повесьте на двери своего офиса, — Рэйвен подал ему лист бумаги. — Мы объявляем награду в тысячу долларов тому, кто поймает или поможет поймать Саддена. Это все, что я могу сделать. Остальное зависит от вас и Бэрси.

— Мы поймаем его, — заверил Джим и вышел на улицу.

Он был озадачен. Несмотря на то, что говорили о Рэйвене, пока он вел себя как вполне порядочный гражданин, заботящийся о благосостоянии города.

Когда маршал вернулся к себе, Черное Перо уже проснулся и попытался встать с кровати

— Я уже не болеть.

Джим знаком приказал ему лечь обратно. Он знал, что индейцы дьявольски горды и щепетильны. Индеец лучше уползет умирать на улицу, чем останется непрошеным гостем

— Ты останешься здесь, пока не будешь здоров Я хозяин этого дома, и я так хочу, — сказал Джим, четко и медленно выговаривая слова, чтобы Черное Перо точно понял его

Индеец с облегчением откинулся на подушку Он действительно был еще слаб

— Черное Перо не забывать это, — прошептал он Маршал вошел в кабинет, где его поджидал Пит.

— Ну, Джим, с чего начнем?

— Я поеду в Свитуотер к шерифу Стрэйду, а ты останешься вместо меня ухаживать за больным.

— Да что же это такое, — возмутился Пит. — Вся грязная работа сваливается на меня Лучше я отправлюсь к Стрэйду, а ты укачивай своего черномазого.

— Нет, Пит. шериф может узнать тебя, — печально произнес Джим и быстро вышел из офиса.

Бэрси несколько секунд молча смотрел ему вслед, соображая, что означает это нелепое заявление, а потом расхохотался.

— Вот провокатор! Все равно не могу на него злиться, — он подошел к окну и проводил взглядом скачущего на улице маршала. — И надеюсь, шериф не узнает как раз его. Так будет лучше… для шерифа.

Шериф Стрейд внимательно посмотрел на нового маршала Лоулисса.

— Я вас где-то видел

— Точно Я валялся перед салуном «Рэд Эйс», — улыбнулся Джим. — Правда, я не был так пьян, как это казалось со стороны. Иногда пьяный человек может за день услышать столько, сколько трезвому и за год не узнать На пьяного не обращают внимания.

— Так значит, вы находились на службе? — рассмеялся Стрэйд.

— Вроде того. Я хочу поймать человека, который называет себя Садденом. Шериф насторожился

— Вы хотите сказать, что это не настоящий Садден пиратствует в наших краях?

— Именно так. Во-первых, у вас есть описание его лошади.

— Да, — шериф достал из стола лист бумаги. — Вороной конь с белой звездочкой на лбу и с белым чулком на левой передней бабке

— Совершенно верно. Но вам не кажется странным, что и Сэндз, у которого ограбили лавку, и кучер дилижанса Эймс, утверждают, что белый чулок был на правой передней бабке?

Стрэйд порылся в бумагах и задумчиво потер лоб.

— Действительно Значит, выходит, что тот, кто выдает себя за Саддена, ошибся и покрасил не ту ногу?

— Выходит, так Но я дам вам еще одно доказательство. За вашим окном стоит мой вороной конь. Белое пятно на лбу и чулок на левой передней бабке закрашены.

Глаза шерифа сразу стали жесткими и колючими, а его рука легла на рукоять «кольта» Маршал скрутил себе сигарету и покачал головой.

— Не надо, шериф, вы проиграете Я — Садден, и хочу найти ублюдка, который прикрывается моим именем Такое случалось и раньше. Конечно, я тоже не ангел, но я убивал только тех, кто охотился за мной. И чтобы окончательно убедить вас, вот, прочтите, — он протянул шерифу сложенный вчетверо лист бумаги.

Стрэйд развернул бумагу Это было официальное назначение Джеймса Грина помощником шерифа, подписанное губернатором штата.

— Эта бумага предназначена для вас, Стрэйд, а для меня это дело уже стало личным.

Шериф некоторое время размышлял, потом лицо его смягчилось и он протянул Джиму руку.

— Я верю вам. Если понадобится помощь, дайте мне знать.

Через несколько дней, когда Черное Перо настолько поправился, что мог уже ездить верхом, Грин поехал с ним к старой шахте.

— Я шел по этому следу в тот день, когда встретил тебя, — сказал маршал индейцу, показывая на едва заметные следы копыт.

Черное Перо некоторое время внимательно рассматривал следы, потом выпрямился и кивнул.

— Я находить, — торжественно объявил он и тронул коня.

Джим вернулся в Лоулисс и на вопрос Пита, куда подевался их гость, объяснил, что произошло.

— Ставлю пять долларов, что мы его больше не увидим, — предложил Пит.

— Согласен. Только ты опять проиграешь, — улыбнулся маршал.

К большому разочарованию Бэрси, индеец вернулся, и рано утром они с Грином, снова оставив Пита блюсти порядок в городе, уехали в горы.

Черное Перо показал маршалу затерянное ущелье, где на небольшой лужайке, среди сочной травы, бродил черный жеребец. Наспех сколоченная деревянная ограда окружала луг, и хозяин коня мог быть вполне уверен, что найдет его там, где оставил.

— Отличная работа, вождь, — одобрительно кивнул Джим.

Индеец молча наклонил голову, но было видно, что похвала доставила ему удовольствие. Маршал подошел к жеребцу и внимательно осмотрел его. На голове и правой передней бабке виднелись остатки белой краски.

«Он приезжает сюда, меняет коня, делает свое грязное дело и потом оставляет коня здесь. Значит, этот мерзавец живет где-то неподалеку», — подумал Джим.

Отправив индейца обратно в город, маршал отправился дальше по ущелью. Вскоре поросшие деревьями склоны расступились, и начались пологие лесистые холмы. Небольшие стада паслись в долинах между холмами.

Джим подъехал к ближайшему стаду, чтобы рассмотреть клеймо владельца, когда неподалеку грохнул выстрел и пуля тонко свистнула у него над головой.

— Руки вверх, парень, не то нарвешься! — скомандовал хриплый голос.

Джим повернул голову и увидел Лисона, того самого ковбоя, который изображал из себя Бешеного Билла Хикока.

— А-а, так это опять ты, малыш! — весело приветствовал его маршал. — Все забавляешься? Вижу, ты даже научился, как стрелять из револьвера.

Было видно, каких усилий стоило Лисону сдержать себя и не выстрелить. Хотя «кольт» был у него в руке, а револьверы маршала в кобурах, у Лисона было неприятное предчувствие, что этот насмешливый, самоуверенный дьявол наверняка убьет его. Поэтому он опустил «кольт» в кобуру.

— Не узнал вас, маршал. Думал, какой-то бродяга присматривается к нашему стаду.

— Вашему стаду? — переспросил Грин.

— Ну да. Я работаю на Дабл Ар.

— Ранчо Рэйвена? Это далеко отсюда?

— Мили три к востоку.

— Ладно… Слушай, кто надоумил тебя изображать из себя Хикока? Лисон покраснел.

— Наши ребята… Это была всего лишь шутка…

— Вот и славно. Надеюсь, тебе она тоже понравилась. Ну, пока…

Он повернул коня и двинулся на ранчо Дабл Ар. К его удивлению, ранчо Рэйвена оказалось совсем небольшим. Все постройки больше походили на временные, и даже жилой дом был похож на барак.

На веранде маршала поджидал Сол Джервис, управляющий ранчо.

— Здорово, маршал, — он мрачно оскалился, что, очевидно, означало приветливую улыбку. — Хороший у вас конь.

— Это точно. Говорят, что черный конь приносит несчастье, но я не верю в эту чепуху.

— А вот я верю, — Джервис жестом пригласил маршала войти в дом. — Ни за что бы не взял себе вороного коня, даже если бы мне его подарили.

Джим вошел в дом и огляделся. Койки вдоль стен, длинный стол, на котором грудой лежали седла и оружие, да пара лавок…

— Рэйвен часто приезжает сюда?

— Нет. В салуне гораздо веселей, чем здесь.

— Это точно.

— Но нам тут скучать некогда, и ребята не очень-то жалуют непрошеных гостей. К вам, маршал, это, конечно, не относится.

— Разумеется, — холодно ответил Грин, хотя прекрасно, понял намек. В следующий раз, если представится возможность, Лисом не промахнется. Может, он и есть Садден? Если это так, то за ним наверняка кто-то стоит. И этот кто-то прекрасно осведомлен обо всем, что делается в Лоулиссе и его окрестностях.

ГЛАВА 7

Вот уже несколько дней в городе было необычайно спокойно, и все жители считали это безусловной заслугой нового маршала. Одни перестали дебоширить, потому что предпочитали не ссориться с Грином и поддерживать приятельские отношения, другие просто побаивались его.

Энди Борден и Шэрон беседовали у входа в лавку, когда на улице показалась группа всадников. Впереди, на великолепном коне, ехал мексиканец самой свирепой и отталкивающей внешности. Два десятка ковбоев и жителей Лоулисса с интересом глазели на его ярко-красную куртку, шитую золотым галуном и синие, военного покроя штаны с золотыми лампасами.

— Это что, бродячий цирк? — громко спросил Энди и в толпе раздался смех.

Мексиканец остановил коня и повернулся к нему. Его черные глазки похотливо оглядели Шэрон, стоявшую рядом с Борденом.

— Я — Морага, — объявил он. — Представьте меня сеньорите.

Голос у него был хриплый и властный, но Энди только презрительно смерил его взглядом.

— Никогда не слышал этого имени и нисколько не жалею об этом.

— Может, сеньор слышал об Эль Диабло? — губы мексиканца изогнулись в хищной усмешке. — Так вот, Эль Диабло — это я!

Энди несколько секунд насмешливо рассматривал его.

— Эль Диабло? Ну что же, если у тебя под шляпой есть и рога, то похож! — он взял Шэрон под руку и повел ее обратно в лавку.

Эль Диабло побагровел от оскорбления. Его рука легла на рукоять револьвера, но он сдержал себя. Два десятка ковбоев, стоявших на улице, молча смотрели на него. Некоторые, как бы невзначай, опустили руки на револьверы. Эти чертовы американцы в два счета перестреляют его людей. Эль Диабло глубоко вздохнул, подавляя ярость, и повернул коня к салуну «Рэд Эйс».

Отправив своих людей под командованием своего помощника Мигуэля обратно, Морага вошел в кабинет Рэйвена.

Хозяин салуна не стал тратить времени на приветствия и, коротко кивнув, перешел прямо к делу.

— Пять сотен голов, может, чуть больше. На них не будет моего клейма, я беру их за долг, но когда они будут по ту сторону границы, клеймо не будет иметь значения.

Морага отлично понял своего собеседника. Он уже не раз имел дело с Грифом и подозревал, что тот продает не своих коров, хотя на них было его клеймо.

— Я тут видел одну девчонку, — он рассказал Рэйвену о том, что случилось на улице.

— Это, должно быть, Шэрон Сарел. У нее ранчо Дабл Пи, недалеко от города, — сказал Рэйвен. — Но тебя это не касается, и будет лучше, если ты уберешься отсюда до темноты. Может, по ту сторону границы ты и хозяин, но здесь твоя репутация ничего не стоит.

— Эль Диабло не убегает, поджав хвост, — с вызовом ответил Морага. — Я остаюсь до вечера.

Рэйвен пожал плечами и больше не настаивал. Может, все обойдется без неприятностей, хотя, зная жителей Лоулисса, он сильно в этом сомневался.

Под вечер Морага, весь день веселившийся в мексиканском квартале, появился в салуне «Рэд Эйс». Несколько друзей Рэйвена кивнули ему, но большинство посетителей смотрели на него хмуро и презрительно.

Эль Диабло направился к стойке бара, когда заметил маршала, который о чем-то беседовал с Питом Бэрси.

На секунду мексиканец замер, потом глаза его сверкнули, и он схватился за револьвер.

Маршал краем глаза заметил ярко-красную куртку и резкое движение Эль Диабло. Мгновенно оттолкнув Пита, он с невероятной скоростью выхватил «кольт». Пуля выбила револьвер из руки мексиканца. Он схватился было за другой, но застыл, услышав голос маршала:

— Не дергайся, амиго.

И столько холодной, смертельной угрозы было в этих трех, негромко сказанных словах, что Морага сразу понял, что еще мгновение — и его пристрелят. Хладнокровно и спокойно пристрелят.

Пока он соображал, два человека заломили ему руки за спину, а остальные угрожающе вскочили с мест.

— Что здесь происходит? — в зал вошел Рэйвен. Дюжина возбужденных голосов наперебой рассказала ему о случившемся. Рэйвен нахмурился и чуть не сплюнул от досады.

— Отпустите его, я сам с ним разберусь, — он схватил мексиканца и потащил его к себе в кабинет.

Однако посетители остались недовольны таким поворотом событий и едва дверь за Морагой и Рэйвеном закрылась, как послышались возмущенные голоса. Некоторые прямо обвиняли Рэйвена, что он потакает «грязным латиносам» и те позволяют себе оскорблять белых.

— Чего это он взъелся на вас, маршал? — спросил Лоудер — владелец самой большой лавки в городе.

— Наверное, он никогда не видел звезды маршала, -предположил Джим и толкнул локтем Бэрси, чтобы тот помалкивал.

Тем временем Гриф Рэйвен внимательно выслушал все, что ему рассказал задыхающийся от ярости Морага.

— Я убью, убью этого… на кусочки порежу! — рычал Эль Диабло.

— Всему свое время, — задумчиво ответил Рэйвен. — Но здесь ты не можешь это сделать. Твое счастье, что ты мой гость, иначе болтался бы уже на дереве. Здесь народ крутой и быстрый на расправу. Мой тебе совет — тихо убраться отсюда.

Как ни разъярен был Морага, но он понимал, что Гриф прав, поэтому немедленно последовал его совету и ушел через черный ход.

Как и ожидал Рэйвен, маршал вскоре зашел к нему в кабинет.

— В хорошую историю вы нас втянули из-за этого чертова индейца, Грин.

Глаза маршала стали холодными и жесткими.

— Послушайте, Рэйвен, если вы думаете, что я позволю какому-то паршивому мексиканскому вору стрелять в меня, то сильно ошибаетесь. Или, может, он один из ваших друзей?

— В бизнесе друзей не бывает, — так же холодно ответил Рэйвен. — Он покупает у меня скот и хорошо платит. Но сейчас это неважно. Этот человек легко может собрать сотню головорезов и напасть на город. Что вы будете делать?

— Спляшу качучу, — мрачно ответил маршал, — еще вопросы есть?

Рэйвен покачал головой и после ухода Грина впервые задумался о том, что, похоже, совершил ошибку, отдав этому человеку должность маршала.

Энди Борден, все утро работавший вместе с ковбоями на своем ранчо Бокс Би, зашел в дом перекусить, когда на ранчо подъехал Сэт Рэйвен.

— Хэлло, Сэт! — приветствовал его Энди. — Пообедаешь со мной?

Рэйвен покачал головой, но от предложенной сигары не отказался.

— Хорошее у тебя ранчо, Энди. Сразу видно настоящего хозяина, — сказал он, зажигая сигару. — А вот у меня на Дабл Ар дела идут неважно. Собственно, поэтому я и приехал.

— Тебе нужны пять тысяч, которые я тебе должен? — спросил Энди.

— К сожалению, не только пять, мой мальчик, — печально вздохнул Рэйвен. — Твой отец тоже задолжал мне. Вот долговая расписка на пятнадцать тысяч.

Он подал Энди лист бумаги. Борден быстро пробежал глазами текст. Отец Энди, всегда веривший на слово своим деловым партнерам (обычно, это были такие же, как и он сам, владельцы ранчо), подписал долговую расписку, где сумма была поставлена только числом. Да и самому Энди не пришло в голову, что впереди пятерки позже была поставлена единица. Медленно сложив бумагу, он отдал ее Рэйвену.

— Не знаю, почему отец не говорил мне об этом, но это его подпись. Мне понадобится три-четыре недели, чтобы перегнать и продать стадо.

— Да я и не тороплю тебя. Когда собираешься гнать стадо?

— Дня через два.

— Ну и ладно. Заедешь ко мне сегодня перекинуться в картишки?

Борден покачал головой.

— Сначала отдам тебе долг, а потом уж снова будем играть.

— Тоже правильно. Ну, я поехал. Удачи тебе, Энди. Надеюсь, ты сможешь выгодно продать стадо.

Только когда ранчо Бокс Би скрылось за холмами, Рэйвен позволил себе удовлетворенно улыбнуться.

После сильнейшей грозы, разразившейся ночью, утром снова засияло солнце. Джим и Пит пили кофе у себя в офисе, когда туда вошел усталый, с покрасневшими от бессонной ночи глазами, Энди Борден. Он тяжело опустился на лавку.

— Что случилось, Энди? — спросил Пит.

— Этой ночью я потерял свое стадо, — глухо проговорил Борден и кивком поблагодарил маршала, подавшего ему кружку с кофе. — Мы собрали полторы тысячи голов и гнали их к Свитуотеру, когда сегодня ночью нас застала гроза. Стадо перепугалось и ринулось вдоль ущелья прямо к зыбучим пескам. Мы с ребятами попытались повернуть их, но не смогли. Один из моих парней погиб. Утром собрали оставшихся коров, всего около пятисот голов…

Энди допил кофе и поставил кружку на стол.

— Но я пришел к вам не жаловаться. Дело в том, что стадо испугалось не грозы. Я и все мои ковбои слышали выстрелы и боевой клич апачей. Вы сами понимаете, что ни одно стадо не удержать после того, как они услышат этот крик.

Маршал и Пит, не раз перегонявшие стада, одновременно кивнули.

— Пока мои парни собирали остатки стада, я проехал на холм, откуда стреляли. Не знаю, кто там был ночью, но только не индейцы. Я нашел следы подкованных лошадей, несколько окурков и стреляные револьверные гильзы сорок четвертого калибра.

Маршал и Пит обменялись взглядами. Оба сразу вспомнили, что несколько дней назад Лисон ворвался в салун с боевым кличем апачей.

Слух о том, что случилось этой ночью со стадом Бордена, быстро разнесся по Лоулиссу. К черному ходу салуна «Рэд Эйс» подъехал маленький, плохо одетый мексиканец. Оглянувшись по сторонам, он проскользнул в кабинет Рэйвена. Гриф внимательно выслушал посланца и, отослав его обратно, направился к единственному в Лоулиссе банку. Это было добротное каменное здание со стенами в три фута толщиной.

Директор банка и, как полагали в городе, его владелец Лэмюэль Поттэр, был из тех людей, о которых говорят: «Ни рыба, ни мясо». У него не было врагов и не было друзей, но дела он вел грамотно и за ним укрепилась репутация честного человека.

Рэйвен прошел прямо в кабинет Поттэра. Последний, увидев посетителя, вздрогнул и беспокойно заерзал в кресле.

— Добрый день, Поттэр, — Рэйвен присел на край стола. — Ну-ка, скажи мне, как обстоят дела со счетом Энди Бордена?

Полное, гладко выбритое лицо Поттэра слегка покраснело.

— Мистер Рэйвен, вклад клиента является коммерческой тайной…

— Заткнись, — не повышая голоса, перебил его Гриф. — Меня пока устраивает, что все считают тебя владельцем банка, но это не значит, что ты можешь наглеть, мистер Ратсон.

Услышав это имя, директор банка побледнел, на лбу у него выступила испарина.

— Я, кажется, о чем-то тебя спросил, — зловеще напомнил Рэйвен.

— Борден должен банку пять тысяч, — торопливо заговорил Поттэр. — Я видел его несколько дней назад, когда он собирался продавать стадо. Это поправило бы его дела, но после того, что. случилось сегодня ночью…

— Слушай внимательно, мистер… Поттэр, — насмешливо сказал Рэйвен. — Борден придет к тебе, чтобы занять тысяч тридцать. Ты дашь их ему только под залог его ранчо, понял? Подготовь бумаги и запомни, что ты должен крепко прижать Бордена, так крепко, чтобы он не вывернулся.

— Да… сэр, — пробормотал Поттэр.

Рэйвен снова усмехнулся и ушел, а Поттэр так и остался сидеть на месте, вытирая пот со лба, в который раз отчаянно пытаясь найти выход из ловушки, в которую попал.

Два дня спустя Энди сидел в кабинете Рэйвена, рассказывая ему, что произошло со стадом. Владелец салуна сочувствующе кивал.

— Значит, тебе удалось найти треть стада, — заключил он, когда Борден закончил. — Это уже хоть что-то. Но, к сожалению, мне очень нужны деньги. Надо искать выход.

— Я соберу весь оставшийся скот и попробую продать. Это стадо будет не такое хорошее, как первое, но денег хватит, чтобы рассчитаться.

— На это уйдет время, а я не могу ждать. Слушай, а почему бы тебе не повидаться с Поттером? Он даст тебе деньги под залог ранчо, а когда продашь стадо, то без проблем выкупишь закладную. Мне неприятно торопить тебя, Энди, но обстоятельства вынуждают.

Поскольку Борден не мог придумать ничего лучшего и не хотел подводить человека, которого считал своим другом, он согласился и пошел в банк.

Пит, сидевший у входа в офис, проводил его взглядом и покачал головой. И что так не везет этому парню?

— Ну-ка, бездельник, седлай коня, мы отправляемся на прогулку, — раздался из офиса голос маршала.

Пит обернулся и заглянул в комнату. Рядом с маршалом стоял Черное Перо, где-то пропадавший последние два дня.

— Это ты мне? — переспросил Бэрси. — Это я — бездельник?

— Во всяком случае, ты что-то растолстел, дружище, пора растрясти жирок.

— Если ты сам похож на сухую колбасу, то это еще не значит… — начал было Пит, но тут же перебил сам себя. — Постой, ты сказал, седлать коня? Значит, и для меня нашлась работа?

— Вот именно, старина. Наш краснокожий друг кое-что раскопал и нам придется проверить, насколько верна его догадка.

Бэрси с энтузиазмом бросился в конюшню и через несколько минут все трое были за городом. Впрочем, через пару часов пылу у Бэрси поубавилось, тем более, что и Черное Перо, и маршал, не спешили сообщать ему в чем дело.

Солнце уже садилось за холмы, когда Бэрси не выдержал.

— Может, ваше величество соизволит открыть пасть и милостиво сообщить мне, какого хрена мы делаем у мексиканской границы?

Джим рассмеялся.

— Чего ты кипятишься? Мог бы спросить и раньше. Я хочу попробовать вернуть Бордену часть его стада.

— Ага, значит, как я понимаю, не все погибли в зыбучих песках?

— Черное Перо два дня рыскал по этим краям и говорит, что сегодня покажет нам, сколько еще уцелело.

С наступлением темноты они остановились за густым кустарником невдалеке от тропы, протоптанной сотнями копыт.

Прошло около часа, прежде чем послышался глухой шум идущего стада. В призрачно-серебристом свете луны показались первые ряды коров, неторопливо переставляющих ноги. Глухой стук копыт и негромкие окрики всадников приближались. Слева от стада, ближе к кустам, где притаились маршал, Пит и индеец, ехал всадник, в котором Джим тут же признал Лисона. Тронув коня, маршал выехал навстречу стаду.

— Хэлло, Лисон!

Ковбой схватился было за револьвер, но, узнав говорившего, тут же отдернул руку, словно ожегся о рукоять «кольта». Вслед за маршалом показались Пит и Черное Перо.

— Я вижу, это часть стада с Бокс Би, — продолжал, как ни в чем не бывало, Джим. — Как тебе удалось найти их?

— Они бродили по нашим пастбищам, — буркнул Лисон.

— И ты гонишь их обратно к Бордену? Это очень благородно со стороны Джервиса, — вмешался Бэрси. — Слеза умиленья висит на реснице… Хорошо, что мы встретились с вами, иначе вы по ошибке могли загнать стадо на ту сторону границы.

— Здесь дорога удобней, — мрачно ответил Лисон. — Получается небольшой крюк, но зато нет крутых подъемов.

— Похвально проявлять такую заботу о стаде ближнего, — растроганно сказал Пит. — Я начинаю гордиться тобой, мой мальчик, и в знак своего расположения, готов сопровождать тебя на этом тернистом пути. Верно, Джим?

— Конечно, Пит, — с энтузиазмом отозвался маршал. — Мы даже проводим их прямо до Бокс Би.

Лисон скрипнул зубами от охватившей его ярости. Эти двое прекрасно понимали, зачем и куда он гонит скот, но ломали комедию и откровенно издевались над Лисоном. Однако, выхода не было, подозвав троих ковбоев, помогавших ему, Лисон скомандовал поворачивать стадо на ранчо Бокс Би.

К рассвету они добрались до ранчо Бордена. Энди был страшно рад и долго жал руку Лисону и его ковбоям.

— Спасибо, ребята, век не забуду. Сол Джервис просто спасает меня от разорения. Сколько вы пригнали коров?

— Больше четырехсот, — неохотно ответил Лисон, представляя, в каком бешенстве сейчас Эль Диабло, всю ночь прождавший стадо по ту сторону границы.

Едва ковбои с Дабл Ар уехали с ранчо Бордена, как маршал и Пит, стоявшие с торжественно-серьезными лицами, пока Энди благодарил Лисона, громко расхохотались.

— В чем дело, ребята? — растерянно спросил Борден. — У меня столько неприятностей в последнее время, и я тоже хотел бы посмеяться.

— Извини, Энди, — простонал Пит, вытирая выступившие на глазах слезы. — Но дело в том, что если бы не Джим и Черное Перо, твои коровы стали бы эмигрантами в Мексике. Индеец два дня выслеживал коров, пропавших той ночью.

Лицо Бордена потемнело от гнева.

— Вот подонки, — прорычал он. — Значит, за всем этим стоит Джервис?

— Похоже на то, — пожал плечами маршал. — Вряд ли Лисон без его ведома смог бы ночью увести четыреста голов скота, да еще взять троих людей.

— Если не ошибаюсь, Джервис — управляющий ранчо Дабл Ар, которое принадлежит мистеру Рэйвену, — многозначительно добавил Пит.

— Да, но думаю, что Сэр не имеет к этому отношения, — возразил Энди. — Многие недолюбливают его, но Рэйвен — мой друг, и к тому же, был заинтересован, чтобы я выгодно продал первое стадо. Я ведь был должен ему большие деньги.

— Значит, ты уже отдал долг? — удивился маршал.

— Да, я занял деньги в банке и отдал их Рэйвену.

— Что ты на это скажешь, Пит? — Грин посмотрел на своего помощника.

— По-моему, все просто. Теперь мистер Гриф Рэйвен получил свои деньги и может себе позволить угнать у Энди несколько сот коров.

— Боюсь, Пит, что этим дело не ограничится.

ГЛАВА 8

Как только Лисон вернулся на Дабл Ар и сообщил Солу Джервису о постигшей неудаче, управляющий немедленно оседлал коня и через два часа был в «Рэд Эйс». Рэйвен мрачно выслушал его и громко выругался.

— Зачем ты послал со стадом этого кретина Лисона? Надо было ехать самому!

— И что бы я сделал? Перестрелял маршала и его помощников? — огрызнулся Сол.

Рэйвен сообразил, что хватил через край.

— Как маршал оказался там? — спросил он уже более спокойным тоном.

— Лисон говорит, что он поджидал стадо, словно знал о наших планах.

— Знал… черта с два, — прошипел Рэйвен. — Это все индеец, которого подобрал Грин. Это он выследил нас.

— Нам от этого не легче, босс. Сдается мне, вы дали промашку, когда назначили Грина маршалом.

— Что ж, теперь настало время исправить эту ошибку, — задумчиво сказал Рэйвен. — Насколько я знаю, Лисон имеет зуб на маршала?

Джервис криво ухмыльнулся.

— Не то слово. Он только и ждет случая всадить в него пулю.

— Тогда передай ему, что, когда это случится, он получит пятьсот долларов.

— Вот это дело, босс. Давно бы так.

— Возвращайся на ранчо. Тебя кто-нибудь видел, когда ты входил в салун?

— Нет, босс, я вошел с черного хода.

— Постарайся, чтобы тебя не заметили, когда будешь уезжать, — приказал Рэйвен и кивком отпустил Джервиса.

На следующий день, ближе к полудню, на Бокс Би приехала Шэрон. Энди выбежал ей навстречу.

— Шэрон! Какой добрый ангел привел тебя сюда? — он помог ей сойти с лошади и провел на веранду.

— Я не видела тебя с тех пор, как ты потерял стадо, — ответила девушка. — И что тебе так не везет, Энди?

— Могло быть и хуже, ведь я вернул две трети стада, — Борден коротко рассказал ей все, что произошло за последние дни.

Шэрон внимательно слушала его и хмурила красивые брови.

— Сколько ты должен Рэйвену, Энди?

— Уже ничего. Я заложил ранчо и рассчитался с ним.

— Не нравится мне это, Энди. Почему ты не обратился ко мне?

Борден с нежностью взглянул на нее и покачал головой.

— Все будет хорошо, Шэрон, не волнуйся за меня. Поттэр — честный человек и как только продам стадо, я тут же выкуплю закладную.

Шэрон вздохнула и поднялась.

— Не слишком доверяй Рэйвену, Энди. И если будет нужна помощь, ты знаешь, что я отдам все, что у меня есть, — она легко села в седло и махнула рукой Энди.

Он долго смотрел ей вслед, потом окинул взглядом свой дом и печально покачал головой.

А Шэрон тем временем возвращалась к себе на ранчо, когда заметила всадника, скачущего ей навстречу. Несмотря на расстояние, она сразу узнала ярко-красную куртку, сверкающую золотом в лучах солнца. Эль Диабло! Такая встреча не сулила ничего хорошего, но поворачивать коня было поздно.

Оказавшись рядом с девушкой, Морага галантно снял сомбреро и поклонился.

— Буэнос диас, сеньорита, — поздоровался он по-испански и тут же перешел на английскую речь. — Я вижу, мисс Сарел путешествует одна?

— Как видите, сеньор, — сухо ответила девушка. — Прошу простить меня, но я тороплюсь.

— Сеньорита не торопилась, когда я заметил ее, — многозначительно заметил Морага. — Такая красивая леди не может быть жестокой и найдет минуту Для своего горячего поклонника.

— У меня нет времени, сеньор, и к тому же я вас не знаю.

— Не знаете? — улыбнулся мексиканец. — Ну что ж, поскольку мистера Бордена здесь нет, я сам представлюсь. Дон Луис Морага, благородный испанский кабальеро припадает к вашим ногам.

— Скорее, не дает мне проехать, — уточнила Шэрон. — Кстати, мистер Борден с друзьями сейчас будет здесь.

Эль Диабло насмешливо расхохотался.

— У меня тоже есть друзья, сеньорита, — он погладил отделанные серебром рукоятки револьверов.

— Повторяю, сеньор, я очень спешу и настоящий кабальеро не станет навязываться даме, Морага подъехал к ней вплотную.

— Сеньорита может ехать, когда ей угодно… после того, как заплатит небольшой выкуп. Скажем, ма-алень-кий поцелуй…

Шэрон вспыхнула. Ее пальцы сжали хлыст, висевший на ремешке у нее на запястье.

— Только прикоснись ко мне, собака! Морага побагровел от оскорбления и попытался схватить ее за руку, но Шэрон увернулась и взмахнула хлыстом. На щеке мексиканца вздулся красный рубец. Грязно выругавшись, Эль Диабло поймал ее руку и притянул к себе.

— Эй, амиго! — раздался вдруг громкий голос. -Ты опять здесь?

Морага отпустил Шэрон и обернулся, хватаясь за револьвер, но, увидев говорившего, медленно поднял руки вверх.

В нескольких шагах, лениво развалившись в седле, маршал Лоулисса холодно рассматривал мексиканца, словно раздумывая, что с ним делать.

— Тебе что, нравится, когда тебя бьют хлыстом? — спросил Джим. — Я так и думал, что ты извращенец. Вы не пострадали, мисс?

— Нет, только испугалась.

— Ну и хорошо. Вы поезжайте, мисс Сарел, я догоню.

— Вы… вы не убьете его?

— А что прикажете с ним делать? Назначить губернатором штата?

— Он мексиканец и многого не понимает. Прошу вас, не убивайте его.

Маршал пожал широкими плечами.

— Надо было пристрелить его еще тогда, — пробормотал он себе под нос и громко добавил: — Ладно, если вы за него просите, мисс. Но он должен получить урок. Ну-ка, образина, слезь с коня и стань вон там, — он показал на камень в десяти шагах от них. — И не забудь оставить свою артиллерию.

Морага молча выполнил приказ.

— И стой спокойно, если хочешь увидеть следующий рассвет, — предупредил маршал.

Он соскочил с седла, подобрал револьверы мексиканца и повернулся к нему. Несколько секунд он привыкал к чужому оружию, взвешивая его в руках, потом вскинул револьвер, и Шэрон вздрогнула от грохота выстрела. Пуля сбила серебряную брошь со шляпы Эль Диабло. Выстрелы гремели один за другим. Морага застыл на месте, боясь пошевелиться. Под градом пуль он остался без шляпы, ремня, шпор, золотых эполет на плечах…

Едва револьверы Мораги опустели, маршал бросил их на землю и вынул свои.

— Ну-ка, повернись, вот так… хорошо… — теперь мексиканец стоял к нему боком.

Снова загремели выстрелы и золотые пуговицы на куртке Мораги отлетали одна за другой… Когда, наконец, выстрелы смолкли, Эль Диабло била нервная дрожь. За это время он двадцать раз умирал, ожидая, что каждая пуля окажется для него последней.

Маршал перезарядил револьверы и опустил их в кобуры.

— Благодари Бога, Морага, что сеньорита вступилась за тебя, — хмуро бросил он мексиканцу. — В следующий раз, если я встречу тебя по эту сторону границы, это будет нашим последним свиданием. Убирайся!

Разумеется, после случившегося, Джим поехал вместе с Шэрон, чтобы проводить ее домой.

— Я так благодарна вам, мистер Грин, -сказала девушка. — Вообще-то, я не из трусливых, но этот бандит напугал меня до смерти.

— Пустяки, — улыбнулся маршал. — Это ведь часть моей работы — защищать людей от таких мерзавцев. Как мог Энди отпустить вас одну?

— На него сейчас столько свалилось, что я не хотела отнимать у него время. Он ведь такой невезучий.

— Может быть, но у меня такое предчувствие, что скоро он станет самым счастливым парнем в Аризоне, — невинно заметил Джим, и Шэрон чуть покраснела…

На Дабл Пи их шумно приветствовал Раймонд Сарел, но, узнав, что произошло, он сразу стал серьезен.

— Огромное спасибо вам, маршал. Эль Диабло — опасный головорез и постарается отомстить. Так что будьте осторожны, сэр. Черт, чего бы я только не дал, чтобы посмотреть, как вы отстрелили ему пуговицы. Нужно было… гм… и еще кое-что…. Гм… Эти проклятые мексиканцы постоянно воруют скот и пора бы прищемить им хвост.

— У вас пропадает скот? — заинтересовался маршал.

— Понемногу, но постоянно, а что?

— Да так, на всякий случай спрашиваю.

Джим начал прощаться.

На обратном пути он обдумывал мысль, которая неожиданно пришла ему в голову, когда он увидел клеймо Дабл Пи. Ведь из него легко можно сделать Дабл Ар [11]…

ГЛАВА 9

Появление маршала на улицах Лоулисса было встречено с таким восторгом, что Джим подумал, уж не назначили ли его шерифом. Причину этого триумфа объяснили ему первые же слова, которыми встретил его Пит:

— Значит, опять надрал задницу Эль Диабло?

— Черт возьми! Как здесь успели узнать об этом?

— Сейчас объясню. Пошел это я в «Рэд Эйс» проверить, не кончился ли у них запас виски (как выяснилось, не кончился), а там был Фэтти, ковбой с Бокс Би, который рассказал всем, что произошло. Он был на скале неподалеку, но не мог стрелять, боялся попасть в девчонку. Ты бы видел, что тут творилось, когда он рассказал, как ты раздел Морагу, хотя лично я не одобряю твоей шалости. Ты мог шокировать даму нижним бельем нашего мексиканского друга, если, конечно, оно у него имелось. А потом Фэтти сказал: «Вот. вы все говорите, что Садден стреляет быстрее всех в трех штатах, но, держу пари, что наш маршал дал бы ему фору». Все, конечно, посмеялись над ним, но не так весело, как я.

Джим засмеялся.

— Могу себе представить. Да, пожалуй, Мораге придется потратиться на новую одежду.

— А я вот стреляю неважно, и если бы захотел сбить с него шляпу, то обязательно попал бы на пару дюймов ниже, — вздохнул Пит. — Между прочим, Рэйвен и еще несколько человек почему-то не приняли участия в народном ликовании.

— Это безмерно огорчает меня, — скорбно сказал маршал. — Не знаю, смогу ли я пережить такой удар?

— Будем надеяться, что сможешь. Кстати, вот и мистер Рэйвен. Ты тут займи его разговором, а я, пожалуй, пойду на кухню.

Едва Бэрси скрылся в кухне, как в офис вошел Гриф Рэйвен. Обычно бесстрастное лицо хозяина «Рэд Эйс» было мрачным. Он сразу перешел к делу.

— Слышал, у вас снова были неприятности с Морагой?

— Это не совсем верно, — мягко возразил маршал. — Это у него были неприятности.

— Боюсь, что я совершил ошибку, назначив вас маршалом, Грин, — хмуро сказал Рэйвен. — Садден гуляет на свободе, а вы сцепились с человеком, который может запросто уничтожить город.

— Мне не нравится, что ваш партнер по бизнесу ведет себя здесь, как хозяин, — холодно ответил маршал.

— Мне тоже. Но мексиканские пули нравятся мне еще меньше, — сухо заметил Рэйвен. — Морага — очень злопамятный кабальеро и вполне может появиться здесь со своими головорезами.

— Что ж, тогда вы лишитесь своего клиента, — коротко отрезал Грин.

Рэйвен молча повернулся и вышел из офиса. Теперь он окончательно убедился, что использовать маршала в своих целях ему не удастся и приказ, отданный Джервису, был единственно правильным.

Следующим утром Пит нашел грязный конверт, подсунутый под дверь офиса. Надпись на нем гласила:

«Маршолу».

— Наконец-то, — торжественно подавая конверт Грину, объявил Бэрси. — А я все ждал, какая из местных дамочек не устоит перед твоей коварной красотой.

— Не шути со мной на голодный желудок, — угрожающе сказал Джим. — Перед завтраком я опасен и обычно убиваю двух-трех шутников.

Он открыл конверт и вынул оттуда листок не менее грязной бумаги и прочитал вслух:

«Маршол! Магу памочь тибе паймать Садена. Приезжай в полдинь к старой шахте. Друх.»

— Чудный почерк, а стиль сразу выдает леди из высшего общества, — заметил Пит.

— Ты прав. Она боится за свою репутацию и поэтому назначает мне свидание в укромном местечке.

— А может, она привыкла нападать на мужчин из засады? — подозрительно спросил Бэрси. Маршал не выдержал и рассмеялся.

— Иди к черту! Шутки шутками, но я поеду туда. Этот незнакомый «друх» может навести меня на след того, кто прикрывается моим именем…

… Конечно, Грин понимал, что может попасть в ловушку, поэтому сделал крюк и подъехал к старой шахте с другой стороны, укрываясь за камнями. У развалин хижины сидел маленький, неряшливо одетый мексиканский крестьянин. Он курил, нетерпеливо поглядывая на дорогу. Грин несколько минут внимательно рассматривал его и, не заметив ничего подозрительного, выехал на дорогу. Мексиканец тут же вскочил на ноги.

— Буэнос диас, сеньор! — сказал он. — Здесь говорить опасно. Я возьму своего коня и мы уедем отсюда.

Он скрылся в кустах и оттуда донесся знакомый голос:

— Только пошевелись, сеньор, и ты труп! Из-за кустов появились два десятка бандитов во главе с Морагой. Все держали маршала под прицелом ружей и револьверов. Сопротивляться было равносильно самоубийству и маршал, стараясь держать руки подальше от револьверов, скрутил себе сигару и закурил.

— Ну что ж, На этот раз ты выиграл, надежда мексиканской революции, — презрительно бросил он Мораге. — И вижу, привез с собой также и цвет мексиканской армии.

Эль Диабло злобно выругался по-испански, но держал себя в руках, понимая, что Грин нарочно пытается разозлить его.

— Взять американца! — скомандовал он своим людям.

Несколько человек пошли к маршалу, но тот уже успел приготовиться. Разговаривая с Морагой, он намотал поводья на луку седла и теперь, соскочив на землю, пронзительно свистнул. Конь, услышав знакомый свист, сорвался с места и помчался назад, в город. Прежде чем бандиты опомнились, он уже скрылся за поворотом. Это было единственное, что мог сделать Джим. Теперь Бэрси, когда увидит коня с намотанными на луку поводьями, поймет, что маршал попал в беду.

— Тебе не получить моего коня! — крикнул Джим Мораге. — Он слишком хорош для бандита.

Эль Диабло молча смотрел, как его люди разоружили маршала и связали ему руки. После этого американца посадили на лошадь и вся кавалькада двинулась в путь.

Хотя его маленькая хитрость удалась, Джим понимал, что у него мало шансов остаться в живых. Тем не менее, он не терял надежду и держался уверенно, без тени страха.

Они переправились через Лэйзи Крик и оказались по другую сторону границы. Впереди, насколько хватало глаз, лежала выжженная солнцем пустыня, но Морага без колебаний направился прямо туда, где на самом горизонте дрожали в горячем воздухе расплывчатые нагромождения камней. Через два-три часа отряд добрался до своей цели, и Джим понял, что, вероятно, здесь его и убьют. Он взглянул на Морагу, и тот с ухмылкой кивнул, догадавшись, о чем думает маршал.

Двое мексиканцев стащили Джима с лошади и привязали его за связанные руки к столбообразному камню, на пару футов возвышающемуся из песка.

— Надеюсь, сеньор понимает, что ему предстоит? — любезно спросил Морага, не скрывая торжества. — Здесь, в этом аду, никто не выживет без воды. Сеньор, наверное, видел людей, умерших от жажды? Он, наверное, знает, что язык чернеет, распухает, и уже не помещается во рту, потом слепнут глаза и голова словно горит в огне… Впрочем, сеньору предстоит испытать это самому.

Он что-то сказал одному из своих людей и тот бросил на песок флягу в десяти шагах от Грина.

— Я благородный кабальеро и даже оставлю сеньору воду, — продолжал Морага. — Правда, до нее будет трудновато дотянуться.

Он расхохотался и Джим заметил, как у него из-за пояса выскользнул нож и беззвучно воткнулся в песок по самую рукоять.

— Что ж, прощайте, сеньор, и когда солнце будет выжигать вам мозги, вспомните Эль Диабло, который никогда не прощает врагов…

Как только Морага и его люди скрылись за камнями, Джим начал действовать. Нож Эль Диабло был всего в трех шагах от него и Джим начал с того, что попытался сдвинуть с места камень, к которому был привязан. Но сколько он ни пытался, а каменная глыба сдвинулась лишь на пару дюймов.

— Черт бы тебя взял! — выругался Джим и не узнал собственного голоса.

Горло пересохло и язык уже начал распухать. Огненный шар солнца, казалось, втягивал в себя всю влагу тела, а с ней и надежду выжить. Раскаленный воздух обволакивал, отнимая силы и волю. Мертвая тишина давила своим равнодушием и безнадежностью…

Джим встряхнулся, отгоняя наваждение пустыни. Усилием воли он заставил себя думать, соображать, действовать. Так… каменный столб с места не сдвинуть, но можно попытаться повалить его… Еще полчаса напряженной работы, и он выкопал небольшую ямку в песке у основания камня. Теперь все зависело от того, сможет ли он повалить глыбу. Передохнув пару минут, только пару минут, ведь время означало здесь жизнь, Джим поднялся, глубоко вдохнул горячий воздух и, ухватившись связанными руками за веревку, обвитую вокруг камня, начал рывками раскачивать глыбу. После пятого или шестого рывка каменный столб подался и нехотя повалился вперед. Нож был совсем рядом, но Джим все еще не мог дотянуться до него. Тогда он лег на песок и попытался достать его ногой. С третьей попытки ему удалось зацепить нож носком сапога и через минуту он был свободен.

Первым делом маршал бросился к фляге, но она была пуста. Шатаясь, как пьяный, Джим опустился на песок, застонав от отчаяния. Эль Диабло вполне оправдывал свое прозвище. Нож, разумеется, выпал случайно, а вот пустую флягу оставили нарочно, на случай, если он все-таки доберется до нее. Без воды нечего было и думать выбраться отсюда, но Джим не, хотел сдаваться. Он подобрал нож, поднялся и заставил себя идти. Каждый шаг был пыткой, подвигом, но он шел, понимая, что если остановится и упадет на песок, то уже не поднимется…

Несколько раз он видел миражи в виде озер, окруженных деревьями, но у него еще хватало рассудка сообразить, что это только мираж. Шаг за шагом, не поднимая глаз, он шел вперед, уже почти без надежды, когда наткнулся на кактус, который мексиканцы называют бисната.

Сиплый хрип, означающий радостный вопль, вырвался из груди маршала. Этот кактус означал жизнь. Упав на колени, Джим срезал верхушку кактуса и жадно высосал водянистую мякоть. Потом, нарезая ломоть за ломтем, он утолил жажду и сразу почувствовал, как в него вливаются новые силы. Теперь уже легче стало двигаться, по крайней мене, первое время, но он продолжал идти, пока не наступила ночь. Однако она не принесла облегчения. Теперь в пустыне стало холодно. Все труднее стало вырывать ноги из цепких объятий песка, и, наконец, силы изменили маршалу. Ноги у него подкосились и он упал ничком на теплый песок. Последним усилием Джим попытался подняться, но только бессильно уронил голову и замер…

Первое, что увидел маршал, когда открыл глаза, было озабоченное лицо Бэрси, стоящего около него на коленях с флягой в руках. Джим обнаружил, что лежит у костра, укрытый одеялом. Он потянулся было к фляге, но Пит остановил его.

— Тебе нельзя сейчас много пить. Надо понемножку… Давай… вот так… хватит пока…

Джим почувствовал себя лучше и огляделся. Откуда-то из темноты бесшумно возник Черное Перо и сел у костра.

— Как вы нашли меня?

— Это все индеец. Как только я увидел твоего коня, сразу понял, что дело плохо. Мы с Черным Пером отправились к старой шахте, а дальше он вел меня. Уж не знаю, как ему удалось не потерять след, но, похоже, мы подоспели вовремя.

Маршал протянул руку индейцу.

— Спасибо тебе, друг.

Черное Перо неловко пожал ему руку.

— Бледнолицый — мой брат. Он умирать здесь, я виноват.

— Да брось ты, — досадливо отмахнулся маршал. — Это я, как последний дурак, сам влез в засаду… А Черное Перо — великий вождь. Он выследит птицу в небе, найдет след рыбы в воде.

Индеец молча улыбнулся от этой похвалы, и глаза его гордо блеснули.

Джим рассказал, что произошло после того, как он попал в ловушку Мораги.

— Одно остается загадкой, — задумчиво заключил он. — Кто написал письмо? Морага неплохо говорит по-английски, но вряд ли умеет писать.

— Может, Лисон? — предложил Пит.

— Хороший почерк и безграмотность — довольно странное сочетание, — покачал головой Джим.

— У меня есть идея. Ты с индейцем переночуешь на Бокс Би, а я поеду в город, но никому не скажу, что мы нашли тебя. Может, твой таинственный «друх» сам выдаст себя, когда узнает, что ты исчез.

— Пожалуй, это шанс, — согласился маршал. — Но помни, никому ни полслова, что со мной все в порядке.

На Бокс Би маршал встретил самый радушный прием. Энди все готов был отдать человеку, спасшему его возлюбленную от Эль Диабло. Выслушав рассказ Грина о ловушке, устроенной мексиканцем, Энди некоторое время размышлял, а потом попросил показать записку, заманившую маршала в западню.

— Поразительно, — пробормотал он, рассматривая листок бумаги. — Это, конечно, невозможно, но я готов поклясться, что это писал Поттер.

— Ты уверен, что это почерк не Рэйвена или Лисона?

— Не знаю насчет Лисона, хотя, думаю, что он вообще неграмотен, но это точно не рука Рэйвена.

— Слушай, Энди, извини, что вмешиваюсь в твои дела, но твой отец был должен деньги Рэйвену?

— Да, пятнадцать тысяч, хотя я не знал об этом, пока не увидел долговую расписку. А что?

— Мы с Питом выяснили, что, когда твой отец взял в банке пять тысяч, он сказал Поттэру, что должен отдать долг, и после этого направился в «Рэд Эйс». Рэйвен в это время был на Дабл Ар. А где расписка, по которой ты заплатил?

Энди достал из кармана листок бумаги. Маршал внимательно прочитал его.

— К пятерке можно было позже приписать единицу, — заметил он.

— Конечно, согласился Энди. — Но Сэт не стал бы меня так обманывать.

Маршал с сомнением покачал головой.

— Ладно, раз ты уже заплатил, то не будем говорить об этом. Когда погонишь новое стадо?

— На днях. Уже почти все готово.

— На этот раз не останавливайся у зыбучих песков. И вот еще что, Энди. Говори всем, что ты собираешься сделать привал на Покет Хилл. А потом ты передумаешь, понял?

— Если вы настаиваете, маршал, то я так и сделаю. Осторожность мне не помешает.

— Вот именно, друг мой.

На следующий день, когда маршал собрался возвращаться в город, Энди попрощался с ним и поехал навестить Шэрон.

Девушка обрадовалась его приезду, но он сразу заметил, что она чем-то встревожена, а Раймонд Сарел необычно задумчив и серьезен.

Шэрон оседлала лошадь и они с Энди отправились на прогулку.

— Что с Раймондом? — спросил Борден, — Он чем-то озабочен.

— У нас постоянно пропадает скот и мы не можем понять, кто его угоняет. Честно говоря, Энди, мне тоже не по себе. За последние три дня Рэйвен дважды приезжал к нам и больше разговаривал со мной, чем с дядей. Вчера, например, привез мне коробку конфет и… говорил всякие комплименты.

Энди удивленно поднял брови.

— Он что, ухаживает за тобой? А твой дядя как на это смотрит?

— Так ведь он же приятель Рэйвена. Да ты и сам дружишь с Грифом, разве нет?

— А ты? Тебе ведь Рэйвен не нравится?

— Я его просто не переношу. Он полностью оправдывает свое прозвище и я думаю, что он на самом деле жестокий и подлый человек.

Энди некоторое время ехал молча. Ревность заставила его пересмотреть свое отношение к Рэйвену. Неужели маршал прав? Если так, то это значит, что долговая расписка исправлена и возможно, Рэйвен или ковбои с Дабл Ар погубили его первое стадо. Но зачем? Ведь Сэт всегда хорошо к нему относился. Или это только прикрытие? Вопросов было много и ни на один он не мог найти точного ответа.

— Когда погонишь стадо, Энди? — голос Шэрон прервал его раздумья.

— Наверное, уже завтра, — грустная улыбка тронула его губы. — И если меня опять постигнет неудача, то приду к тебе на ранчо наниматься на работу.

— Все будет хорошо, Энди. Молния не ударяет дважды в одно место.

Борден с нежностью взглянул на нее. Как ему хотелось обнять девушку, сказать ей все, что теснилось в груди, но мужская гордость удерживала Энди. Вот когда он вернется, выкупит свое ранчо, вот тогда…

ГЛАВА 10

Возвращение маршала в город было встречено общей радостью. Несколько богатых горожан, в том числе и Рэйвен, нанесли ему визит и с тревогой спрашивали, где он пропадал. Грин с улыбкой отвечал, что был на Бокс Би, куда поехал по служебным делам.

— А у нас тут прошел слух, будто вас похитил Морага, — сказал Рэйвен. Маршал рассмеялся.

— Нет, пока сеньор Эль Диабло не спешит мстить мне. Поговорив еще несколько минут о городских делах, гости ушли.

— Пит! — позвал маршал.

Из спальни показался сонный Бэрси.

— Ты вчера выяснил что-нибудь?

— Так, ничего особенного, но готов спорить, что слух о твоем похищении Морагой, пустил Рэйвен.

— Ладно, я пойду в банк, повидаюсь с Поттэром.

— Давно пора, — оживился Пит. — Будешь открывать счет?

— Вот именно. Ты, как всегда угадал, — ответил маршал.

Поттэр принял его у себя в кабинете. Он выразил свое удовольствие, что представитель власти решил открыть счет в его банке и выдал расписку в получении денег.

— Ну как, еще не напали на след Саддена, маршал?

— Пока нет.

— Я уже говорил Рэйвену, что это трудное дело. Садден, наверное, теперь за сотни миль отсюда.

— Рэйвену тяжело угодить.

— Этот Рейвен… — начал было Поттэр, но тут же осекся и закончил совсем другим тоном. — Очень требовательный клиент. Всего хорошего, маршал.

Грин вышел на улицу и на ходу развернул расписку, выданную Поттэром. Сомнений не было — почерк один и тот же, что и в подброшенном письме, только, разумеется, без ошибок. Но зачем Поттэру помогать Мораге? Ответ на этот вопрос Джим получил вечером, когда проходил мимо банка и через открытое окно услышал голос Рэйвена.

— Ты все понял?

— Все будет сделано, как вы сказали, сэр. Скрывшись за углом, Джим видел, как банкир проводил Рэйвена на улицу, но едва тот скрылся в темноте, Поттэр яростно погрозил ему вслед кулаком.

— Черт бы побрал твою поганую душу! — донеслось до маршала.

Теперь все стало проясняться. Банкир боялся Рэйвена и каким-то образом зависел от него, а значит, Гриф мог заставить его написать письмо.

Прошла неделя, и хотя лже-Садден не давал о себе знать, маршал не разделял мнения Поттэра, что бандит убрался из этих мест. Черный жеребец по-прежнему был в ущелье, и его хозяин мог появиться в любую минуту.

Рэйвен стал очень любезен с Джимом и не упускал случая подчеркнуть это на людях.

Пит весьма образно выразил свое мнение по этому поводу:

— Если бы ты был индюшкой, я бы сказал, что он откармливает тебя к Рождеству. Джим кивнул.

— Джервис приезжал вчера вечером в «Рэд Эйс» и, похоже, его хозяин остался недоволен новостями.

Догадка маршала была правильной. Управляющий Дабл Ар приезжал сообщить Рэйвену, что им не удалось перехватить Бордена на привале у Покет Хилл по той причине, что стадо там не останавливалось.

— Вас обманули, босс, когда назвали место стоянки, — оправдывался. Джервис, но Рэйвен уже не слушал. Глаза его сузились.

— Это опять маршал. Ручаюсь, что он надоумил Энди.

— Давно пора убрать его.

— И кто же это сделает? Лисон хорохорится, но даже за пятьсот долларов боится убить маршала.

— Это не так просто, босс. Нужно стрелять наверняка, потому что второго выстрела он сделать не даст. Лисон, конечно, трепач, но у нас есть другой человек, которому позарез нужны деньги.

— Кто?

— Сплит Эдамс.

— Что!? Он здесь?

— Приехал позавчера.

— Ты думаешь, такой ганфайтер возьмется за это дело?

— Ему пришлось очень быстро смотаться из Санта-Фе и он остался без денег. Особо разборчивым он, как вы знаете, никогда не был.

— Хорошо, пригласи его ко мне.

Сплит Эдамс появился в кабинете у Рэйвена, как только стемнело. Гриф пригласил его сесть и угостил сигарой. Пока гость раскуривал сигару, Рэйвен с интересом рассматривал известного бандита. Это был худощавый, невысокий человек лет сорока-сорока пяти, с невзрачным лицом и холодными бесстрастными глазами. Ничто в нем не выдавало грозного ганфайтера, кроме двух револьверов в низко подвешенных потертых кобурах. Но это только на первый взгляд. Стоило увидеть его глаза, и человек опытный сразу определил бы ганфайтера. Рэйвен достаточно повидал и крутых ковбоев, и профессиональных игроков, здорово владеющих оружием, но Сплит Эдамс произвел на него большое впечатление. В нем сразу чувствовалась молчаливая, гнетущая угроза и ледяное спокойствие профессионала.

Эдамс равнодушно ждал, когда Рэйвен закончит его рассматривать.

— Мистер Эдамс, у нас в городе есть человек, которого нужно устранить.

Ганфайтер взглянул на Рэйвена, но промолчал.

— Да, я понимаю, о чем вы думаете, мистер Эдамс, но я ведь не ганфайтер. Мое оружие — голова и деньги.

— Сколько? — это было первое слово, которое произнес Эдамс.

— Пятьсот. Кстати, так уж вышло, что этот человек — маршал Лоулисса, и если… он… гм… покинет нас, то его должность будет вакантна.

— Мне нужны деньги, и от звезды маршала тоже не откажусь.

— Сначала их нужно заработать. Парень — профессионал.

— Я тоже не любитель. Сегодня я хочу посмотреть на него, но ничего не буду предпринимать, иначе могут подумать, что я приехал специально, чтобы убить его. С вами, разумеется, мы не знакомы.

Приблизительно через час Сплит Эдамс появился в зале салуна «Рэд Эйс». На него мало кто обратил внимание, но сам Эдамс, устроившись у стойки, внимательно разглядывал посетителей. Когда в салун вошел Бэрси, Эдамс, заметив звезду у него на жилете, взглянул на Рэйвена, сидевшего за карточным столом. Тот покачал головой.

Вскоре после Пита пришел маршал. На этот раз Рэйвен чуть кивнул, и Эдамс окинул Грина оценивающим взглядом. Он сразу признал в нем профессионального ганфайтера, но, судя по возрасту, еще только начинающего и не слишком опытного.

— Ты слышал о Сплите Эдамсе? — громко спросил Эдамс у бармена Джуда.

— Конечно, но никогда не видел его.

— Тогда раскрой глаза пошире, потому что это я. А знаешь, почему меня прозвали Сплит [12]? Бармен покачал головой.

— Потому что я могу с двенадцати шагов надвое расколоть пулю о лезвие ножа, — объявил Эдамс, бросив вызывающий взгляд на Джима. — Вот это я называю мастерской стрельбой, мистер маршал.

— Без сомнения, только лезвие ножа не стреляет в ответ, — холодно ответил Джим и подсел к Питу, скучавшему за столом в углу.

— Ты его знаешь? — спросил Бэрси все с тем же скучным видом, но по голосу Джим сразу понял, что Пит ожидал драки и был готов в любой момент прийти на выручку.

— Нет, но слышал о нем. В Нью-Мексико и в Техасе его хорошо знают.

— Он пришел за тобой.

— Поразительная догадливость, старина. Только я ломаю голову над другим вопросом: кто ему платит?

— А может, он бескорыстная заблудшая душа? — увидев, как спокоен его друг, Пит сразу повеселел, и к нему вернулось обычное чувство юмора. — Может, он желает тебе добра и хочет, чтобы ты как можно скорее вкусил райских плодов и начал играть на арфе? Впрочем, это, вероятно, скучное занятие, поэтому я теперь никуда не отпущу тебя одного…

На другой день, после полудня, Джим и Пит вошли в «Рэд Эйс», где сидел Сплит Эдамс в компании нескольких ковбоев. Посетителей в салуне было гораздо больше, чем обычно бывало в этот час. Рэйвен стоял у дальнего края стойки и о чем-то беседовал с барменом.

При появлении маршала все разговоры стихли и глаза присутствующих обратились к нему. Эдамс неторопливо поднялся.

— Маршал, я тут говорил ребятам, что ты неважно выглядишь. Думаю, что это все местный климат, так что тебе лучше убираться отсюда, пока цел.

Джим, толкнув Бэрси, чтобы не вмешивался, подошел к стойке, налил себе стаканчик виски и выпил. Посетители, затаив дыхание, ждали, что ответит маршал на брошенный вызов. Стоявшие рядом поспешно отодвинулись в стороны.

Джим скрутил сигарету и закурил.

— Так ты считаешь, что мне следует уехать? Ну, хоть кто-то заботится о моем здоровье…

— Ты не шути со мной, парень! — прорычал Эдамс. — Вчера я простил тебе наглость, но второй раз этого не сделаю. Усек?

Он стоял рядом с Джимом, положив руки на рукоятки револьверов. Маршал чуть отступил назад.

— Мистер Эдамс, — голос у него был спокойным и ровным. — Ваша морда мне крайне не нравится.

Мало кто успел заметить молниеносно нанесенный удар, и тело Эдамса, поднявшись в воздух, обрушилось на ближайший стол.

Джим, облокотившись на стойку, ждал, когда ганфайтер придет в себя. Эдамс медленно поднялся и с ненавистью взглянул на маршала.

— В чем дело? — лениво поинтересовался последний. — Ты все еще настаиваешь на моем отъезде?

Эдамс секунду смотрел ему в глаза и вдруг выхватил револьвер. Но он не успел даже направить ствол в сторону Грина. «Кольт» маршала уже сверкнул вспышкой, и грохот выстрела прокатился по салуну. Эдамса отбросило назад, револьвер выскользнул из его ослабевших пальцев, и ганфайтер упал между столами, обливаясь кровью, лившейся из пробитого пулей горла.

ГЛАВА 11

Вечером, когда Джим сидел у себя в офисе, в который раз безуспешно пытаясь собрать в единое целое все происшедшее, к нему неожиданно зашел Поттэр.

— Добрый вечер, маршал. Я не помешал? Джим заверил его, что нисколько, и предложил присесть. От его внимательного взгляда не укрылось, что посетитель постарался выбрать место, откуда его не будет видно через окно.

— Мистер Грин, — заговорил банкир. — Надеюсь, вы не обидитесь, если я скажу, что давно наблюдаю за вами и поэтому пришел к выводу, что вы честный человек, на которого можно положиться. Я хочу поговорить с вами о чрезвычайно важном деле, — он достал из кармана запечатанный конверт и положил его на стол. — Мне бы хотелось, чтобы вы сохранили у себя этот конверт и дали слово, что откроете его только в случае моей смерти. Сведения, содержащиеся в нем, не представляют интереса ни для кого, кроме одного человека, который продал бы душу дьяволу, чтобы уничтожить этот конверт. Более того, я считаю своим долгом предупредить вас, даже если это будет означать ваш отказ, что если этот человек узнает, что конверт хранится у вас, то без колебаний убьет нас обоих.

— И тем не менее, я выполню вашу просьбу, — успокоил его Грин. — Но кто этот человек и почему вы полагаете, что находитесь в опасности?

— Простите, маршал, но я и так сказал больше, чем хотел. Благодарю вас за то, что не отказали мне, и позвольте откланяться.

Когда он ушел, Джим повертел конверт и после некоторых раздумий спрятал его у себя под кроватью.

«Если Поттер сказал правду, — мрачно подумал он, — то спать здесь будет так же безопасно, как на пороховой бочке».

Энди Борден, веселый и счастливый, прискакал в Лоулисс около полудня. Увидев маршала и его помощника, беседующих с Рэйвеном возле банка, он подъехал к ним и, соскочив с коня, дружески поздоровался с Джимом и Питом и довольно сухо — с Рэйвеном.

— Ну как, Энди, все в порядке? — спросил маршал.

— Лучше не бывает. Я продал стадо и теперь у меня тридцать тысяч наличными. Хочу сразу выкупить закладную на ранчо у Поттэра.

— Ну, так не теряй времени… Черт! Кто это несется сюда, как сумасшедший? — спросил маршал.

По улице к ним неслась двуколка, запряженная двумя взмыленными лошадьми. Правил ими огромный, толстый мужчина, в котором Энди сразу узнал Раймонда Сарела. Осадив лошадей рядом с банком, он соскочил на землю.

— Маршал! Морага похитил Шэрон! Она еще вчера поехала кататься верхом и не вернулась. Мои ребята искали ее целое утро, но нашли только ее убитую лошадь.

— О, господи! — Энди даже застонал. — Если этот гад хотя бы пальцем тронет ее, я порву его на куски! Маршал, надо действовать! Я найду этого пса, даже если придется поставить на уши всю Мексику!

Джим краем глаза наблюдал за Рэйвеном. Услышав о Мораге, Гриф побледнел и его черные глазки загорелись лютой ненавистью.

— Найдите Эль Диабло, маршал, — хрипло прорычал он. — Не жалейте сил и денег. Я плачу за все. Убейте этого мерзавца. Если привезете девушку назад, можете сами назвать сумму, которую желаете получить в награду.

Он безусловно говорил искренне, и это озадачило маршала.

— Мы найдем мисс Сарел, — заверил Джим и повернулся к Бордену. — Давай, живо заканчивай свои дела с Поттэром.

— Это подождет, — ответил Энди. — Я оставлю у него деньги и все сделаю, когда вернемся.

Он побежал в банк и маршал заметил, как Рэйвен задумчиво посмотрел ему вслед. Оставив деньги в банке, Энди немедленно отправился на Бокс Би собрать своих ковбоев, предварительно договорившись встретиться с маршалом, Питом и индейцем на ранчо Дабл Пи.

Джим отказался от предложения Рэйвена взять с собой несколько человек горожан.

— Мне хватит ковбоев Бордена и Сарела. Для этого дела не нужна целая армия.

Но Рэйвен все-таки оставил последнее слово за собой.

— Не упустите его на этот раз, маршал, и если не хотите убивать его сами, то пусть это сделает ваш краснокожий…

На Дабл Пи их уже ждал Рентон, управляющий Сарела, и его ковбои. Энди приехал полчаса спустя, вместе с Расти и еще двумя парнями.

Весь отряд двинулся к тому месту, где лежала убитая лошадь девушки.

— Придержите лошадей, ребята, — скомандовал маршал. — Пусть Черное Перо едет впереди и найдет след.

Когда они добрались до цели, индеец уже поджидал их.

— Четыре мексиканца. Долго ждать в кусты, там, — он показал на густой кустарник. — Женщина убегать, они убивать коня. Потом брать женщина и ехать граница.

Маршал одобрительно кивнул.

— Не будем терять времени. Ты будешь ехать впереди, Черное Перо, и вести нас по следу. И если тебе интересно знать, то мы охотимся на Эль Диабло.

Глаза индейца сверкнули свирепой радостью и он повел отряд к границе.

— Они здорово опередили нас, — заметил Энди, ехавший рядом с Грином. — Придется выкуривать их из норы.

— Ничего, справимся, — заверил его маршал. — Странно, что Рэйвен так распсиховался. Я думал, что Морага — его приятель.

— И почему вы. не пристрелили Эль Диабло раньше? — горько вздохнул Борден.

— Не сыпь мне соль на рану, Энди, я сам сожалею об этом; но не беспокойся. Черное Перо найдет его. Ему тоже надо поквитаться с Морагой.

К ночи они добрались до границы. Здесь, у большого камня на берегу Лэйзи Крик, индеец показал им пепел костра и молча подал маленькую кожаную перчатку.

— Это перчатка Шэрон, — сразу узнал Энди. — Мы на правильном пути и еще можем перехватить их.

— Догнать — нет. Найти -да, -хмуро сказал Черное Перо.

— Он считает, что они опережают нас на двенадцать часов, — пояснил маршал. — Мы не можем догнать их, поэтому остается идти по следу.

Энди чуть не застонал при мысли, что Шэрон в руках бандита, чье отношение к женщинам уже вошло в поговорку.

Заночевали здесь же, на берегу Лэйзи Крик, а утром, едва начало светать, отряд перешел границу. Здесь Черное Перо неожиданно повернул коня вправо и повел отряд в пустыню.

— Так, ребята, я слышал об этом месте, — громко объявил Рентон. — Экономьте воду, здесь почти нет источников и приготовьтесь к тому, что днем мы окажемся в аду. Во всяком случае, здесь будет так же жарко.

— Мы ушли в сторону от следов, — тихо сказал Энди маршалу.

— Черное Перо знает, что делает. Если он ведет нас этим путем, значит, у него есть на это причины, — уверенно ответил Джим.

После полудня предсказание Рентона начало сбываться. Все просто изнывали от жары и экономили каждый глоток воды.

— Теперь я понимаю, что чувствует бифштекс, — простонал Пит. — Эй, ребята, у кого-нибудь есть масло? Меня нужно полить сверху, чтобы я лучше прожарился.

Долгие часы они шли через пустыню, а когда, наконец, спустилась ночь и воздух стал прохладным, к всеобщему облегчению пустыня кончилась. Фляги уже были пусты, но Черное Перо молча указал рукой вперед, где в зеркальной глади маленького озерца отражались звезды.

— Это что, вода? — недоверчиво спросил один из ковбоев с Дабл Пи.

— Вода, вода, — заверил его другой, сдерживая коня. — Тихо ты, куда прешь копытами! Дай тебе волю, ты сейчас утопишься в этом озере.

Индеец сразу стал самым популярным человеком в отряде.

— Сама судьба направила тебя, Джим, в тот благословенный день, когда ты не позволил этому краснокожему уйти на поля счастливой охоты, — торжественно объявил Пит, напившись воды, и все остальные громко выразили свое согласие.

— Что касается меня, — продолжал Бэрси, — то преисподняя с ее сковородками и котлами после сегодняшнего дня больше меня не интересует. Придется к старости подыскивать себе другое место.

— Ты намекаешь на небеса, Пит? — спросил Расти. — Но, старик, там же смертная тоска. Можешь себе представить, что утром опохмеляешься нектаром?

Пока ковбои пересмеивались и отдыхали, маршал переговорил с индейцем.

— Черное Перо говорит, что к полудню мы будем у логова Эль Диабло, — объявил он остальным. — Так что нужно хорошо выспаться. Завтра будет трудный день.

Оставив весь отряд ожидать среди нагромождения обломков скал и застывшей лавы, маршал и Пит спешились и, прихватив ружья, осторожно двинулись вперед.

— Если мы не вернемся через два часа, то пойдете за нами, — предупредил Джим Бордена и Рентона.

Четверти часа им хватало, чтобы добраться до места, откуда открывался вид на лагерь Эль Диабло. Несколько жалких лачуг лепились у подножия огромной зубчатой скалы. Извилистая, едва заметная тропинка поднималась почти к самой вершине скалы и заканчивалась довольно широким карнизом. Единственная постройка, которую условно можно было назвать домом, стояла посреди лачуг.

— Держу пари, — это и есть дворец нашего мексиканского друга! — торжественно объявил Пит. — Правда, меня несколько смущает возмутительная роскошь этого шедевра мировой архитектуры…

— Тихо, — прервал его маршал. — Кто-то идет. Из-за камня показался худой, как щепка, мексиканец, увешанный патронташами и оружием. Он что-то напевал вполголоса и был страшно удивлен, когда крепкие руки схватили его за горло и повалили наземь.

— Только вякни, доходяга, и схлопочешь пулю, — свирепо прорычал Пит, вдавив ствол кольта в ребра пленника. — Усек?

Тот поспешно закивал.

— А вот теперь можешь говорить, — добавил маршал, отобрав у него револьверы и нож. — Где Эль Диабло?

— Сеньор Морага там, в доме. Он убьет вас за это. Пит фыркнул.

— Сколько с ним людей?

Глаза мексиканца лукаво блеснули.

— Десять, — быстро ответил он.

Пит снова фыркнул и наклонился к нему.

— Видишь тот большой кактус, амиго? Когда я пару раз засуну его тебе в зад, у тебя будут большие проблемы, особенно, если пойдешь по нужде.

— Двадцать, — испуганно поправился пленник, оценив размеры кактуса. — Только двадцать, не считая меня.

— Вот это правильно, — дружески заметил маршал. — Себя считать не надо, потому что ближайшие несколько часов ты проведешь здесь. Мы освободим тебя, когда покончим с Эль Диабло. Так что лежи тут и тихо молись за наш успех. Кстати, где белая сеньора, которую привезли вчера ваши люди?

— Она тоже в доме.

Связав мексиканца и заткнув ему рот тряпкой, оторванной от его же рубашки, друзья отправились назад. Впрочем, Пит немного задержался и еще раз многозначительно показал пленнику на кактус.

Весь отряд с нетерпением ожидал их возвращения. После короткого совещания было решено напасть на лагерь немедленно, пока с Эль Диабло было только двадцать человек. Маршал коротко объяснил свой план.

— Лошадей оставляем здесь. Рассыпаемся цепью. Черное Перо поднимется на скалу и обстреляет их сверху. Расти, возьмешь себе напарника, проберешься с ним в кораль и выпустишь лошадей. Убивай любого, кто попытается сбежать, иначе он приведет с собой подкрепление. Все, пошли.

Американцы быстро заняли позиции и, по сигналу маршала, град пуль обрушился на снующих между лачугами бандитов. Не ожидавшие нападения, мексиканцы заметались в поисках укрытия, но потом, очевидно, повинуясь приказу, бросились к дому Мораги и укрылись за его стенами. Со стороны кораля донеслись выстрелы и дикие вопли. Несколько секунд спустя целый табун лошадей проскакал мимо лагеря и скрылся в скалах. Расти прекрасно справился со своей задачей.

Теперь Морага и те его люди, кто успел добраться до укрытия, яростно отстреливались. Джим огляделся, прикидывая расстояние до хижины.

— Ну-ка, ребята, отвлеките на себя их внимание, — тихо сказал он ближайшим ковбоям, залегшим за камнями Те передали по цепи его приказ.

— Пит, видишь там сбоку дверь? Мыс тобой должны успеть добежать до нее и высадить к чертовой матери. Главное — ударить одновременно, понял?

— Ты уж лучше бери меня наперевес и вышибай дверь моей головой, — попытался пошутить Бэрси.

Проверив револьверы, они приготовились и маршал махнул рукой своим людям. Те немедленно открыли ураганный огонь по окнам и бойницам дома, не давая возможности противнику не то что прицельно стрелять, но даже высунуться.

— Давай! — Джим толкнул Бэрси и они бросились вперед.

До хижины было ярдов сорок, и, как утверждал потом Пит, он никогда в жизни так быстро не бегал. Добежав до двери, маршал и его помощник одновременно врезались в нее плечами. Дверь затрещала и с грохотом обрушилась внутрь дома. Джим и Бэрси оказались на земляном полу и, словно по команде, откатились в разные стороны, стреляя из револьверов.

В ту же секунду все остальные американцы бросились вперед, и через несколько минут все было кончено.

— Где Морага? — тяжело дыша, спросил Энди и, не дожидаясь ответа, бросился к двери, ведущей в другую комнату.

— Осторожно! — крикнул ему маршал, но Борден не обратил на это внимания и выломал дверь. Комната была пуста, но в ней оказалась наружная дверь. Она была открыта и выходила прямо на каменную стену скалы, взметнувшейся над лагерем Мораги. Энди выскочил наружу и замер. По узкой тропинке, извивающейся на скале, карабкался наверх Морага. Связанная Шэрон бессильно висела у него на плече. Энди вскинул было «винчестер», но тут же одумался и опустил ствол.

— Вперед, за ним! — крикнул он подоспевшему маршалу и, отбросив ружья, оба полезли вверх.

Тропинка была узкой и временами почти вертикальной. И Джим и Энди время от времени срывались, падали, ругались, но упорно лезли вверх.

— Как этот чертов мексиканец лезет наверх с Шэрон на плече? — задыхаясь, прохрипел Энди.

— Он хорошо знает эту тропу, — отозвался Джим. — Но мы все равно догоняем его.

Взвизгнула пуля, рикошетом отскочив от камня у него над головой. Маршал вжался в скалу и посмотрел вверх. Там, метрах в двадцати, стоял на карнизе Эль Диабло с револьвером в руке. Бесчувственное тело Шэрон все еще лежало у него на плече. На толстых губах мексиканца играла торжествующая усмешка. Он понимал, что американцы не рискнут стрелять в него, опасаясь за жизнь девушки.

— Вот дьявол, — прошептал Энди. Морага не слышал этих слов, но понял, о чем он говорит и хрипло рассмеялся.

— Да, сеньоры, Эль Диабло на этот раз перехитрил вас. Даже тебя, сеньор маршал, хотя я не знаю, как ты выбрался из пустыни. У меня много людей и скоро они будут здесь!

Маршал оглянулся вниз, где в растерянности стояли крохотные фигурки ковбоев и снова осторожно выглянул из-за камня, чтобы видеть Морагу. Едва приметное движение на скале, возвышающейся над карнизом, привлекло его внимание.

— Смотри, Энди! Там, на скале! Это Черное Перо! В следующий миг индеец мягко, как кошка, спрыгнул на карниз с трехметровой высоты и, с ножом в зубах, начал подкрадываться к Мораге. Тот, вероятно, что-то услышал или почувствовал, потому что Джим видел, как мексиканец оглянулся и вскинул «кольт». Но вместо того, чтобы выстрелить, он вдруг опустил Шэрон на камни и швырнул револьвер в индейца.

— У него кончились патроны! -выдохнул за спиной у маршала Энди.

Морага затравленно огляделся по сторонам, но отступать было некуда, и он тоже выхватил нож. Черное Перо, держа клинок в правой руке, медленно наступал на мексиканца, прижимая его к краю пропасти.

— Давай, вождь, давай! — нервно повторял Энди, вцепившись в плечо маршала.

Черное Перо неожиданно перекинул нож из правой руки в левую и метнул его в Морагу. Тот ловко уклонился от ножа, но потерял равновесие, и его нога соскользнула с края карниза. Секунду он пытался удержаться, нелепо размахивая руками, потом дикий отчаянный крик вырвался из его груди, эхом прокатившись по равнодушно застывшим скалам, и Эль Диабло сорвался в пропасть. Его красная куртка, словно капля крови, мелькнула в воздухе и исчезла внизу, в безбрежном море сероватых камней.

ГЛАВА 12

Возвращение домой прошло без приключений. Черное Перо провел отряд более длинным, но зато более удобным и легким путем.

Ко всеобщему удивлению, на Бокс Би их поджидал Раймонд Сарел, который страшно волновался за племянницу и не мог усидеть дома. Радости его не было предела, когда Шэрон, легко соскочив с коня, бросилась ему. на шею.

— Маршал! У меня нет слов… Спасибо вам… и вам, ребята! — взволнованно заговорил Сарел.

— Боюсь, мистер Сарел, что мы не сможем защитить вашу племянницу от следующего похищения, — с улыбкой ответил Джим, поглядывая на радостно блестевшие глаза Энди.

— Как!? — помрачнел было Раймонд, но, поняв, что имел в виду маршал, с облегчением рассмеялся. — Ну тут уж ничего не поделаешь. Давайте, ребята, в дом. Нам всем нужно подкрепиться, и я хочу узнать, как вам удалось спасти Шэрон…

Услышав, как погиб Эль Диабло, Раймонд с уважением посмотрел на Черное Перо.

— Честно говоря, я никогда особо не любил краснокожих, но этому готов отдать последнюю рубашку.

— Это будет хороший подарок, — засмеялась Шэрон. — Потому что из одной твоей рубашки он сошьет себе, по крайней мере, три.

Она с нежностью посмотрела на дядю и вдруг стала серьезной.

— Ты неважно выглядишь. Что-нибудь случилось?

— Да, в общем-то нет, но… — Раймонд повернулся к маршалу. — Понимаете, у нас постоянно угоняют скот. Может, вы поможете найти воров?

— Если Энди одолжит мне коня, то я поеду прямо сейчас, — ответил Джим.

— Что вы! Это не такое уж срочное дело! — поспешно возразил Раймонд.

— Напротив, мистер Сарел, это нужно сделать именно сейчас, пока воры не знают, что мы уже вернулись. Нет-нет, Пит, — остановил он Бэрси, который тоже поднялся. — Одному мне будет проще выследить их. Не сердись, старина, обещаю, что сам не буду их арестовывать.

Следующим утром Энди, Пит и Черное Перо, захватив с собой коня маршала, отправились в Лоулисс. Борден намеревался уладить свои финансовые дела в банке и пребывал в молчаливом блаженстве, строя планы будущей жизни с Шэрон. Индеец вообще никогда не отличался болтливостью, поэтому бедняге Питу даже не с кем было поговорить.

— Кажется, придется покупать себе попугая, — с досадой пробормотал он себе под нос.

Впрочем, Бэрси было оживился, увидев маршала, поджидающего их на дороге, но тот выглядел угрюмым и усталым. Он пересел на своего коня и, поздоровавшись со всеми, тоже размышлял о чем-то, не обращая внимания на изнывающего от скуки Пита. Лишь когда Бэрси начал встревожено оглядываться по сторонам, маршал поднял голову.

— Что случилось? Ты что-то потерял?

— Покойника, — печально вздохнул Пит. — Это то, чего не хватает нашей похоронной процессии.

Перед тем, как направиться в банк, Энди вместе с маршалом и Питом на минутку заехал к ним в офис. У двери уже поджидал Сэт Рэйвен, заметивший всадников, как только они появились в начале улицы.

— Ну что? — нетерпеливо спросил он. — Привезли девушку?

— Мисс Сарел уже у себя на ранчо, а Эль Диабло больше не доставит нам неприятностей, — сказал маршал и коротко рассказал о случившемся.

— Хорошая работа, маршал, благодарю вас. Все, что я говорил о вознаграждении, остается в силе. Сколько вы хотите?

— Да бросьте, Рэйвен. В городе все спокойно?

— До вчерашнего вечера все было тихо, а потом, — он искоса взглянул на Бордена. — Потом ограбили банк. Поттэр тяжело ранен и вряд ли выживет. Похоже, мистер Садден снова взялся за дело.

— Кто-то видел его? — спросил маршал.

— Да. Я видел рано утром всадника на вороном коне. Правда, еще только начало светать, и я принял его за вас, маршал, — Рэйвен повернулся к Бордену. — Что-то не везет тебе в последнее время, Энди.

Юноша побледнел, но все же взял себя в руки.

— Поттэру не повезло гораздо больше. Как я понимаю, грабитель, конечно, не прихватил закладную на мое ранчо?

— А ее там и не было, Энди, — спокойно произнес Рэйвен. — Позавчера Поттэр занял у меня деньги для банка и в залог оставил твою закладную. Но я не буду торопить тебя, хотя это ограбление обошлось мне в десять тысяч.

Маршал с сомнением взглянул на Рэйвена. Энди тоже горько усмехнулся, не поверив ни одному слову, но Рэйвен, казалось, не замечал их недоверия.

— Поскольку вас не было в городе, то я послал за шерифом Стрэйдом. Он сейчас в банке вместе с доктором Пилзом. Думаю, вам тоже нужно быть там, маршал.

Шериф Стрэйд сам открыл дверь банка и впустил Джима.

— Входите, маршал. Слышал, вы-таки добрались до Эль Диабло. Грин кивнул.

— А здесь как? Что-нибудь нашли?

— Обычное ограбление, если не считать того, что Рэйвен утверждает, что видел всадника на вороном коне. Похоже, наш таинственный друг снова начал резвиться. Эй, док, ну что там у вас?

Из маленькой комнаты, куда перенесли Поттэра, появился доктор, маленький седой человечек с черными пронзительными глазами.

— Он пока жив, но в очень тяжелом состоянии.

— Поговорить с ним можно?

— Не будьте болваном, Стрэйд, — раздраженно фыркнул доктор. — У него ранение в голову, раздроблены кости черепа и будет чудо, если он вообще откроет глаза перед смертью.

— Значит, безнадежен?

— Всегда есть какой-то слабый шанс, но думаю, что Поттэр не выживет.

Собрав свой саквояж, доктор ушел. Стрэйд проводил его взглядом и усмехнулся в густые усы.

— Скандальный тип, но дело свое знает. Маршал тем временем внимательно осматривал пол и вскоре нашел то, что искал. Это была стреляная револьверная гильза сорок четвертого калибра с глубокой продольной царапиной.

Шериф присвистнул и внимательно осмотрел гильзу.

— Потом она, возможно, и пригодится, но пока, к сожалению, ничего нам не дает. Ладно, маршал, я возвращаюсь в Свитуотер. Если что, сразу вызывайте меня.

Когда Стрэйд уехал, Джим присел на край стола и задумался. Ограбление было тяжелым ударом для Энди, зато Рэйвен, наоборот, только выиграл от этого. Закладная на Бокс Би была у него, и у Бордена нет шансов выкупить ее обратно.

Ближе к вечеру, беседуя с Рэйвеном, Джим ни словом не упомянул о найденной гильзе и про себя отметил, что Гриф слишком в хорошем настроении для человека, потерявшего десять тысяч.

Утром следующего дня в кабинет Рэйвена неожиданно вошли маршал, Пит, Рентон и Борден с двумя ковбоями с Бокс Би.

— В чем дело? — подозрительно спросил Гриф.

— Да вот, зашли пригласить вас на небольшую прогулку, Рэйвен, — сказал Джим. — Уверен, вам будет интересно.

Рэйвен секунду колебался, потом кивнул и пошел седлать коня.

Через несколько минут он уже ехал рядом с Борденом, пытаясь угадать, что задумал маршал.

— Куда мы едем, Энди? — наконец не выдержал он.

— Я знаю не больше твоего. Могу только предположить, что маршал напал на след похитителей скота.

— А у кого это воруют скот?

— На Дабл Пи. Раймонд пару дней назад сказал об этом маршалу и тот ночью куда-то уезжал. Вот я и подумал, что он, наверное, что-то нашел.

— Будем надеяться, — Рэйвен мысленно чертыхнулся.

Тем временем Пит тоже потерял терпение.

— Может, ты все-таки объяснишь, куда и зачем мы едем? — спросил он у Джима.

— Не кипятись, старина, я же тебе обещал, что без тебя не буду арестовывать воров, вот поэтому сегодня мы вместе, — успокоил его маршал и в двух словах рассказал, что ему удалось узнать в ту ночь, когда они возвратились из Мексики.

— Так-так, — настроение у Пита явно улучшилось. — Что же скажет друг Рэйвен, когда увидит, как его люди переправляют клеймо Дабл Пи на Дабл Ар?

— Ты знаешь, меня больше интересует, что скажут его люди, — загадочно улыбнулся Джим. — Ведь ему придется отдать их нам и сделать вид, что сам он не имеет к этому отношения.

— Значит, они запросто могут заложить его в отместку, — задумчиво произнес Пит. — Ты на это рассчитываешь?

— Я всегда знал, что самый сообразительный помощник маршала живет в Лоулиссе. Ты его знаешь?

— Иди к черту, — добродушно отмахнулся Бэрси. Часа через два маршал привел их к затерянному в лесистых оврагах коралю, откуда доносилось испуганное мычание коров.

Весь отряд, за исключением Рэйвена, с интересом наблюдал, как Джервис и Лисон заарканили очередную корову. Джервис взял из костра раскаленный железный прут с клеймом Дабл Ар и наложил его на старое клеймо Дабл Пи.

— Та-ак, — зловеще протянул Рентон. Коровы не были его собственностью, поскольку он был только управляющим Дабл Пи, но это не имело для него значения. Он отвечал перед Сарелом за все стадо.

— Вперед! — скомандовал маршал.

Услышав стук копыт, Джервис и Лисон обернулись, хватаясь за револьверы, но увидев семерых всадников, опустили руки и молча смотрели на них.

— Может, ты нам кое-что объяснишь, Рэйвен? — хмуро спросил Рентон.

Гриф резко повернулся к нему.

— Черт тебя подери, Рентон, ты что, хочешь сказать, что я замешан в этом?!

— Это твои люди и на краденых коров они ставят свое клеймо.

— Забери у них револьверы, — приказал маршал Питу и тот быстро забрал оружие у Джервиса и Лисона, которые по-прежнему молчали.

— Что скажешь, Лисон? — вкрадчиво спросил маршал. — Обычно ты куда более разговорчив.

— Я выполнял приказ своего босса, — кивнул Лисон в сторону Джервиса.

— А ты, Сол, тоже выполнял приказ? Джервис, не отвечая, в упор смотрел на Рэйвена, но тот уже принял решение.

— Арестуйте этих людей, маршал. С ворами у меня разговор короткий.

— Зачем их арестовывать? — вмешался Рентон. — Мы поймали их с поличным. Здесь достаточно деревьев. Рэйвен перевел взгляд на Джима.

— Маршал, надеюсь, вы не допустите беззакония? Эти люди должны предстать перед судом.

Но Джим отлично понимал, что происходит. Джервис и Лисон молчали, потому что полагались на Рэйвена. Едва они окажутся в Лоулиссе, тот устроит им побег из тюрьмы или подкупит судью. Поэтому маршал решил подстегнуть события.

— А, тут дело ясное, — сказал он. — Все свидетельства налицо. Но, если хотите, можем проголосовать.

Джим, конечно, блефовал, но его уловка удалась. Все, за исключением Рэйвена, высказались за немедленную казнь воров и это развязало язык Джервиса.

— Рэйвен! — резко сказал он. — Вы что, допустите, чтобы нас повесили?!

— Вы знали, на что шли, когда воровали, — холодно ответил Гриф. Он не поверил в блеф маршала и понимал, что тот не станет вешать людей без суда.

— Вот как? — зловеще переспросил Джервис, не обращая внимания на предостерегающий взгляд своего босса. — Маршал! Вы спросили, исполнял ли я чей-то приказ? Так вот, я хочу ответить, что действовал по указанию Рэйвена. Кроме того, я хочу еще кое-что рассказать…

— Врешь, подлая тварь, — прошипел Рэйвен и, выхватив револьвер из кобуры Энди, выстрелил в лицо Джервиса.

Управляющий Дабл Ар рухнул на землю. Пуля попала ему в лоб и он был убит наповал.

Секунду все молчали, застигнутые врасплох случившимся.

— Зачем ты убил его, Сэт? — наконец спросил Рентон. — Похоже, тебе не хотелось, чтобы он…

— Не лезь не в свое дело, Рентон, — окрысился Рэйвен.

— Ну-ка, отдай револьвер Бордену, — негромко скомандовал маршал.

Рэйвен взял себя в руки и отдал Бордену его «кольт».

— Прошу прощения, джентльмены, — извинился он. — Просто я столько сделал для этого подонка, — Рэйвен кивнул на труп Джервиса, — а он воровал скот у моих друзей, да еще пытался и меня облить грязью. Я, конечно, был не прав, застрелив его, но не мог сдержаться. Еще раз прошу простить меня.

Такое объяснение никого не убедило, но пришлось довольствоваться и этим.

— А что делать с ним? — спросил Рентон, указывая на Лисона.

— Я отвезу его в город. Пусть посидит в камере до суда, — ответил маршал.

— Что ж, будем считать, что ему повезло, — бросил управляющий Дабл Пи и повернулся к Рэйвену. — Завтра я приеду на твое ранчо, Сэт, ведь может статься, что там еще найдутся наши коровы…

Поздно вечером, тщательно заперев Лисона в камере, Джим и Бэрси пришли в «Рэд Эйс» пропустить по стаканчику виски. Рэйвен принял их подчеркнуто радушно.

— Ну как, маршал, удалось что-нибудь узнать у Лисона?

— Пока нет, он парень упрямый, — небрежно бросил Джим.

— Ничего, с петлей на шее он станет разговорчивей, — заверил Рэйвена Пит.

— Это уж точно. Веревка многим развязывала язык. Надеюсь, вы хорошо заперли его? У Лисона много друзей в городе.

— Он связан, а ключи от камеры у меня в кармане, — ответил маршал.

Рэйвен кивнул и пошел к карточным столам. Джим проводил его задумчивым взглядом.

— Держу пари, Пит, что наш пленник уже на свободе.

Вернувшись в офис, они убедились, что маршал был прав. Хотя все двери были закрыты, Лисон исчез.

— У Рэйвена есть, конечно, дубликаты ключей, — сокрушенно покачал головой Грин. — Как я раньше об этом не подумал?

— Ничего, — утешил его Бэрси. — Мама всегда говорила мне, что тупость — это не порок, а степень умственного развития. Так что в другой раз будем умнее.

Через два дня смерть Джервиса и побег Лисона, о которых только и говорили в городе, отодвинулись на второй план, уступив место новой сенсации. И Джим первый узнал о ней от Рэйвена, которого встретил возле банка.

— Я как раз хотел поговорить с вами, маршал, — поздоровавшись, сообщил ему Рэйвен. — Как вы знаете, банк обчистили до последнего цента, и это тяжелый удар для многих жителей города. Я много вложил в Лоулисс и поэтому, когда Поттэр появился здесь, я одолжил ему деньги, считая, что нашему городу нужен банк. Разумеется, Поттэр давно отдал мне долг и даже с процентами. Так вот, теперь я хочу взять банк в свои руки и из своего кармана возместить все убытки тем, кто остался без средств из-за этого ограбления. Но если Поттэр выздоровеет, я снова передам ему все дела и он расплатится со мной, когда сможет. Что вы на это скажете?

Маршал с недоверчивым удивлением смотрел на Рэйвена.

— Что ж, это действительно щедрый жест. Вы, пожалуй, станете самым популярным человеком в Лоулиссе. Энди Борден будет очень благодарен вам.

Рэйвен сделал вид, что не Заметил сарказма в словах маршала.

— Все, что зарегистрировано в бухгалтерских книгах, будет выплачено, — сдержанно подтвердил он. — Клерк Поттэра сейчас проверяет вклады. Это обойдется мне в круглую сумму, но, со временем, я верну эти деньги.

Вернувшись в офис, маршал застал там Энди Бордена, беседующего с Питом. Последний сразу заметил, что его друг чем-то встревожен.

— Ну, что на этот раз? Гриф стал губернатором штата? Или, может, Лисона назначили шерифом?

— Нехорошо называть Грифом нашего городского благодетеля, — мягко упрекнул его маршал.

— С каких это пор Гриф стал благодетелем? — сухо поинтересовался Энди.

Джим передал им все, что услышал от Рэйвена.

— Если это правда… — начал было Энди, но маршал перебил его.

— Не очень обольщайся, парень. Рэйвен действительно сделает это, чтобы с него сняли подозрение в краже скота с Дабл Пи и чтобы стать полновластным хозяином города. Но сдается мне, что твоего имени не окажется в списке вкладчиков банка.

Маршал как в воду глядел. Когда Энди зашел в «Рэд Эйс», там уже было полно народа. Новость молнией облетела весь город, и люди пришли в салун поблагодарить или просто посмотреть на человека, жертвующего тысячами долларов.

Облокотившись на стойку, Рэйвен с бледным от гордости и торжества лицом, снисходительно принимал похвалы. Он презирал всех этих жалких людишек, зависевших от его кошелька, но они были нужны ему, чтобы восхвалять его, выполнять его приказы и кричать на всех углах, кто хозяин Лоулисса.

Едва Энди появился в салуне, Рэйвен сразу же заметил его и мрачно усмехнулся.

Борден подошел к нему и протянул руку.

— Это чертовски благородно с. твоей стороны, Сэт, вернуть деньги людям, и я зашел, чтобы поблагодарить тебя.

— За что? — холодно осведомился Рэйвен. — Насколько мне известно, твоего имени нет в списках вкладчиков.

— Но ты же знаешь, что я отдал деньги Поттэру, когда отправился за Эль Диабло! — возразил Энди, хотя уже понял, что спорить бесполезно.

— Да, я слышал, что ты собирался это сделать, но ведь ты мог и передумать? Впрочем, как бы то ни было, клерк не нашел твоего имени в бухгалтерских книгах.

— Да клерка вообще не было, когда я отдавал деньги Поттэру. Ты же помнишь, как мы спешили. Черт возьми, Сэт, я, по-моему, еще никогда никого не обманывал.

Рэйвен пожал плечами.

— Тридцать тысяч — большие деньги, и чтобы получить их, можно и соврать, — равнодушно сказал он, но, увидев, как Энди побледнел от ярости, быстро добавил: — Может, Поттэр рассчитывал на то, что ты не вернешься. Не знаю, разбирайся с ним, а что касается закладной, то если в течение недели ты не выкупишь ее, я буду вынужден забрать твое ранчо.

— Ты же отлично знаешь, что у меня больше нет денег, — хмуро ответил Энди. — У тебя все козыри в руках, Сэт, но играешь ты крапленой колодой. Запомни одно, за свое ранчо я буду драться и ты получишь его только, когда я буду мертв.

Рэйвен проводил его взглядом, полным ненависти и тихо выругался.

— Ничего, щенок, ты заплатишь мне все до последнего цента, — бормотал он, возвращаясь к себе в кабинет. — Я заберу у тебя твое ранчо и твою девчонку, а сам ты подохнешь в нищете где-нибудь на помойке.

Когда Рентон пригнал на Дабл Пи угнанный скот и рассказал, что произошло, ярости Раймонда Сарела не было предела.

— Надо было удавить этого ублюдка, — прорычал он, краснея от стыда, что этот самый ублюдок несколько лет был его приятелем.

— Вы говорите о Джервисе? — Рентон был поражен свирепым лицом обычно веселого и добродушного Сарела.

— Черта с два! Я имею в виду Рэйвена, который застрелил Сола, чтобы заткнуть ему рот.

— Я тоже подозреваю, что это так, но у нас нет доказательств.

Раймонд тяжело вздохнул и безнадежно махнул рукой.

— Сэт — он хитрый, как сам дьявол, и не нам тягаться с ним. Иногда мне кажется, что он всерьез задался целью создать здесь свою империю…

В то время Сарел даже не подозревал, как близок он к истине и какой удар готовит им Рэйвен.

Дня через два Раймонд поехал навестить Бордена на Бокс Би. Шэрон убирала на веранде, когда услышала стук копыт. Она оглянулась. К дому подъезжал Сэт Рэйвен, одетый в новый черный сюртук, что еще более придавало ему сходство с грифом.

— Доброе утро, Шэрон! Раймонд дома?

— Дядя уехал на Бокс Би.

— Ну что ж, может, это и к лучшему, — Рэйвен сошел с коня и расположился в кресле на веранде. — Я давно хотел поговорить с вами, Шэрон, и вы, наверное, догадываетесь, о чем.

— Не имею ни малейшего понятия, — холодно ответила Шэрон.

— Да? А мне казалось, что девушки всегда замечают, когда мужчины ухаживают за ними.

— Вот как? Значит, вы ухаживаете за мной?

— А почему бы и нет? Я еще не стар и очень богат. Если вы согласитесь стать моей женой, у вас будет все, что вы пожелаете.

— Довольно, мистер Рэйвен. Я отвечу вам прямо. Во-первых, вы мне не нравитесь, а, во-вторых, я уже дала слово другому.

— Энди Бордену, не так ли? А вы знаете, что, стоит мне захотеть — и через пару дней он будет нищим?

— Я лучше буду женой нищего, чем такого человека, как вы.

Рэйвен побагровел, но быстро взял себя в руки.

— Ладно, не будем ссориться. Вы же умная девушка, Шэрон, и понимаете, что Борден не сможет выкупить закладную и сохранить за собой ранчо.

— Почему же, это вполне возможно, — улыбнулась Шэрон. — Я могу взять деньги под залог своего ранчо и отдать их Энди.

Рэйвен покачал головой.

— Ни один банк не даст вам ни цента.

— Вот как?

— Именно так, — Гриф не скрывал насмешливой улыбки. — Вы, наверное, полагаете, что все это принадлежит вам? — он обвел рукой долину. — В таком случае, я вынужден вас разочаровать. Это не ваше ранчо и не ваша земля.

— Вы с ума сошли, Рэйвен!

— Нисколько, моя дорогая, вот долговая расписка вашего отца, которую он передал мне незадолго до своей смерти. Прочитайте.

Дрожащей рукой Шэрон взяла лист бумаги и пробежала глазами по тексту, из которого следовало, что ее отец взял у Рэйвена в долг шестьдесят тысяч долларов, и, в случае невозможности вернуть эти деньги, обязуется передать в полное владение мистера Рэйвена ранчо Дабл Пи и всю землю, принадлежащую ранчо.

— Но это не почерк отца! — попыталась возразить Шэрон.

— Верно, бумагу составил Поттэр, но подписал ее ваш отец. Надеюсь, вы узнаете его роспись? Поттэр был свидетелем и заверил этот документ. Есть еще вопросы?

— Но… но почему вы так долго никому не говорили об этой расписке?

— Мне не хотелось причинять вам неприятности, Шэрон, — Рэйвен попытался придать голосу нежно-печальную интонацию. — Я надеялся стать владельцем Дабл Пи более приятным способом и все еще продолжаю надеяться.

Девушка поднялась и гордо вскинула голову.

— Я «Шэрон» только для друзей, а к вам это не относится, мистер Рэйвен. Что же касается вашего предложения, то я скорее выйду замуж за прокаженного.

Рэйвен вскочил. Он и так долго сдерживал ярость, а теперь его прорвало. Схватив девушку за руку, он привлек ее к себе.

— Ах ты, дрянь, — прошипел он. — Ты у меня по-другому заговоришь, стерва, я…

— Рэйвен!!! — рявкнули вдруг у него за спиной, и в следующий миг сильные руки оторвали его от девушки, встряхнули, как дохлую крысу, и швырнули через перила веранды. Рэйвен вскочил на ноги и увидел перед собой маршала с револьвером в руке. Взгляд Грина был совершенно равнодушный и это было самое страшное. Рэйвен сразу узнал глаза ганфайтера, который готов убить. Такой взгляд ни с чем не спутаешь.

— Убирайся! — бросил маршал. — И если ты еще раз подойдешь к мисс Сарел, я пристрелю тебя, падаль. Вон отсюда!

Рэйвен отряхнул одежду и влез в седло. Секунду казалось, что он собирается что-то сказать, но потом, видимо, решив не рисковать, тронул коня и молча уехал.

Маршал повернулся к девушке.

— Надеюсь, этот мерзавец не слишком напугал вас? Зачем он приезжал?

— Хотел, чтобы я вышла за него замуж, — Шэрон уже пришла в себя и бессильно опустилась в плетеное кресло.

— Жаль, что я не знал этого. Все-таки надо было свернуть ему шею. Что же вы ему ответили?

— Я сказала, что скорее выйду замуж за прокаженного, — слабо улыбнулась Шэрон.

— Это свидетельствует о вашем хорошем вкусе, — рассмеялся Джим. — Но теперь вам нечего беспокоиться, Рэйвен больше не потревожит вас.

— Боюсь, что вы ошибаетесь, — горько вздохнула девушка. — Энди и я в руках этого негодяя.

Услышав, что произошло, маршал нахмурился.

— Плохо дело, — признал он. — Но вы уверены, что там была подпись вашего отца?

— Да, во всяком случае, очень похоже.

— Поттэр, — задумчиво сказал Джим. — Он — ключ ко всем загадкам. Если бы только он пришел в себя и смог говорить…

— У вас, наверное, будут из-за меня неприятности. Кстати, как вы оказались здесь?

— Да я, собственно, ехал в Свитуотер повидаться с шерифом и заехал по пути на ваше ранчо, чтобы переговорить с Рентоном…

Когда маршал уехал, Шэрон долго смотрела ему вслед. Вот уже третий раз этот человек, словно сказочный рыцарь в сверкающей броне, приходил ей на помощь и, зная, что Джеймс Грин на ее стороне, Шэрон в глубине души надеялась, что он и на этот раз выручит ее и Энди.

В Свитуотере маршал сразу направился к Стрэйду. Он торопился и поэтому не заметил женщину, которая вышла из лавки и проводила его изумленным взглядом.

— Эй, мистер, — окликнула она прохожего. — Кто этот человек?

По воле случая, прохожий оказался Парсоном. Он с любопытством взглянул на женщину.

— Это Джеймс Грин, маршал Лоулисса. А что, вы его знаете?

— Да, но не под этим именем. В Техасе его называли Садден.

— Что?! — Парсон остолбенел от удивления. — Бандит?

— Может, для кого Садден и бандит, но мне он однажды здорово помог. Да разве только мне? Болтают о нем всякое, а я так вам скажу: он, конечно, крутой мужик, но не бандит, это уж точно.

Парсон, что-то соображая, покусал губу.

— Вот что, если вы действительно уважаете его, то никому не говорите, кто он на самом деле. Я-то не проболтаюсь, а другие, если узнают, тут же повесят его.

— Можете положиться на меня, мистер. Хоть я и женщина, но уж насчет Саддена буду молчать, как рыба, даже если мне посулят все золото Мексики.

Парсон кивнул ей и, едва сдерживая радость, зашел в ближайший бар, чтобы выпить стаканчик виски и успокоиться.

«Рэйвен обалдеет, когда я расскажу ему об этом, — думал он. — Но взамен я потребую, чтобы он назначил меня маршалом Лоулисса и тогда, если повезет, я узнаю, где он прячет свои денежки».

Шериф Стрэйд откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на маршала, который сообщил ему о последних событиях в Лоулиссе.

— Похоже, Рэйвен крепко прижал Сарелов и Бордена.

Грин кивнул.

— Скажите, шериф, а нашли убийцу Энтони Сарела? Стрэйд покачал головой.

— Не было никаких зацепок. Убитый не был ограблен и, как говорят, не имел врагов. Я хорошо знал отца Шэрон, он действительно был отличный мужик.

— А где был Рэйвен в это время?

— Трудно сказать, ведь никто не знает точного времени убийства. Энтони уехал из города около полудня, а нашли его только под вечер. Но вы же не считаете, что Рэйвен…

— Я могу только предполагать. Если у Рэйвена была долговая расписка на ранчо Дабл Пи, то ему было очень выгодно убрать Сарела. Это раз. Второе, его не было в городе, когда ограбили дилижанс, и, наконец, никто не знает, где он был, когда убили Бордена — старшего. К тому же еще эта лошадь…

— Какая лошадь? — поднял брови шериф. Маршал рассказал ему, как индеец нашел вороного коня, со следами краски на ноге.

— Значит, вы полагаете, что Рэйвен и есть ваш двойник?

— Я, конечно, не могу утверждать это наверняка, но, согласитесь, что лже-Садден крепко помогает Рэйвену, убивая именно тех людей, которые мешают Грифу. Впрочем, это может быть кто-то из ковбоев Дабл Ар. Сначала я подозревал Лисона, но у него кишка тонка для таких дел. А вот Джервис… Много бы я отдал, чтобы узнать, что он собирался сказать нам.

— Хватило бы пяти минут разговора с Поттэром, — вздохнул Стрэйд.

— Черт возьми! — маршал даже вскочил от пришедшей ему в голову мысли. — Да ведь Рэйвен сам мог ограбить банк!

— Зачем? Он же возвращает всем деньги, — возразил шериф.

— Но он отказался отдать тридцать тысяч Бордену! Здорово придумано! Рэйвен получает Бокс Би, а деньги Энди использует, чтобы возместить потери клиентам банка и завоевать популярность в городе. К тому же это удобный случай убрать Поттэра, который, наверняка, много знал о делах Рэйвена.

— Похоже на правду, да только у вас нет доказательств, друг мой, — заметил шериф. Грин мрачно кивнул.

— Попробуйте сейчас хоть слово сказать против Рэйвена. Его в городе чуть ли не на руках носят… А вы, Стрэйд, можете представить себе, что Гриф вот так просто может отдать свои деньги?

— Рэйвен добивается власти. За власть он душу дьяволу продаст, если, конечно, уже этого не сделал. Вы никогда не спрашивали себя, почему он назначил вас маршалом?

Джим пожал плечами.

— Это было понятно с самого начала. Рэйвен рассчитывал, что я буду плясать под его дудку. Он намекнул мне на это еще тогда и я не стал его разубеждать.

— Зато теперь, когда он убедился в обратном, советую быть поосторожнее.

— Знаю, — все так же мрачно ответил маршал. — Я видел, как он застрелил Джервиса.

— Ладно, — шериф встал и протянул ему руку. — Если дело повернется худо, посылайте за мной. Кстати, у нас тут объявился один из друзей Рэйвена, Парсон. Вы его знаете?

— Да, картежный шулер, к тому же далеко не из лучших. Этот не доставит нам хлопот.

Маршал не был бы так уверен, если бы знал, что человек, о, котором он говорил с таким пренебрежением, уже во весь опор скакал в Лоулисс, чтобы сообщить Рэйвену настоящее имя того, кто называл себя Джеймс Грин.

ГЛАВА 13

Хозяин «Рэд Эйс» встретил Парсона далеко не приветливо.

— Пришел вернуть должок?

Парсон положил шляпу на стол и развалился в кресле напротив Рэйвена.

— Можно сказать и так. Но то, что я тебе сообщу, стоит гораздо больше, чем жалкие двести долларов, которые ты мне одолжил.

— Это уж мне судить, — отрезал Рэйвен. — Ну? Парсон неторопливо взял сигару из коробки на столе и долго раскуривал ее.

— Как я понимаю, ты не очень ладишь с маршалом?

— Дальше, — коротко скомандовал Рэйвен, но глаза его зажглись лютой ненавистью.

— Я сегодня видел маршала в Свитуотере. Это ты послал его туда?

— Куда я хочу его послать, так это в преисподнюю.

— Это было бы очень кстати, потому что я хочу стать маршалом в Лоулиссе.

— Но Грин, к сожалению, еще не в преисподней и занимает эту должность, — осторожно заметил Рэйвен, но разговор явно начал интересовать его.

— Ну, теперь ему недолго осталось. Если он перестанет быть маршалом, я могу рассчитывать на это место? Рэйвен кивнул.

— Так вот, Сэт, ты знаешь, как называли твоего маршала в Техасе?

— Откуда мне знать? — буркнул Рэйвен.

— Действительно, — засмеялся Парсон. — Так вот, его называли там Садден. Рэйвен вскочил.

— Ты что, спятил? Или еще не протрезвел? Парсон снова засмеялся и объяснил Рэйвену, откуда у него такая новость.

— А если она ошиблась? — засомневался Гриф, но. глаза у него радостно блестели.

— Нет, Сэт, я сам вспомнил, что видел его в Техасе. Вижу, что лицо знакомое, но никак не мог вспомнить, а когда эта баба сказала мне, так я сразу понял, что это он. Теперь аукнутся ему мои денежки.

Парсон не знал, что во время ограбления дилижанса, маршал был в городе, а Рэйвен и не собирался говорить ему об этом.

— Город будет на ушах, когда узнает, какую шутку сыграл с ними этот бандюга. Ребята распнут его за то, что он вытворял в наших краях.

— Правда, банк он не мог ограбить, — заметил Парсон.

— Еще как мог! — хрипло рассмеялся Рэйвен. — Это наверняка был он! Вот почему он не остался ночевать с остальными на Бокс Би в тот день, когда они вернулись из Мексики. Посмотрим, что теперь запоет шериф! Как только уберем маршала, город будет мой, никто даже пикнуть не посмеет!

— Ты стал большим боссом, Сэт, — с завистью вздохнул Парсон.

— Не беспокойся, я не забуду тех, кто помог мне. Только пока молчи, никому ни слова. Сегодня же мы устроим потеху, а пока я пошлю человека за Стрэйдом. Мне очень хочется видеть его морду, когда он узнает, кто такой Джеймс Грин.

После полуночи маршал и его помощник проснулись от шума и с удивлением обнаружили, что в офисе полно людей. В колеблющемся свете фонаря Джим и Пит узнали Рзйвена, Парсона, а с ними еще дюжину самых крутых парней в городе. Все, за исключением Рэйвена, держали в руках оружие. Лица их были злы и угрюмы.

— В чем дело, джентльмены? — сухо спросил маршал. — Я вам нужен?

— Еще как! — насмешливо ответил Рэйвен. — Ну-ка, живо руки вверх, не то ребята превратят вас в решето.

Понимая, что сопротивляться бесполезно, друзья подняли руки.

— Если это шутка… — начал было маршал, но его перебил короткий рыкающий смех ковбоев.

— Конечно, шутка, — ехидно заверил его Рэйвен. — Ты уже пошутил, теперь наша очередь. Заберите у них револьверы, ребята, и найдите краснокожего, он должен быть где-то здесь.

— Слушай, Джим, — восхищенно заметил Пит. — Какой, оказывается, крутой мужик наш Сэт! А ведь с виду полное дерьмо.

Двое ковбоев бросились искать индейца, но того нигде не было. Рэйвен грубо выругался от досады.

— Не везет, — посочувствовал ему Пит. — Но ты не расстраивайся, Черное Перо сам найдет тебя. Он коллекционирует скальпы дебилов.

Рэйвен побелел от ярости.

— Ничего, завтра ты по-другому заговоришь, Бэрси. Ты еще пожалеешь, что родился на свет, — он повернулся к своим людям. — Заприте их здесь и охраняйте дом. Если попытаются бежать, можете пристрелить их.

Когда они остались одни, Пит завалился на койку и закурил.

— Как ты думаешь, Джим, что придумал наш друг на этот раз?

— Черт его знает. Ты лучше скажи, зачем ты его подначивал? Они ведь пришли за мной.

— Именно поэтому, — криво усмехнулся Бэрси. — Раз я с самого начала был с тобой, то зачем же нам расставаться в финале пьесы? Шекспир бы этого не одобрил.

— Не могу сказать, что это мудрое решение быть повешенным со мной на одной ветке, но все равно я рад, что ты здесь.

— Так ты думаешь, они нас повесят? — забеспокоился Пит.

— Если ты армейский офицер и имеешь с собой соответствующие бумаги, то, разумеется, тебя не повесят, — утешил его маршал и со вздохом добавил: — В этом случае тебя расстреляют.

— А я-то, дурак, не мог понять, зачем люди хотят стать офицерами! — сокрушенно простонал Пит.

— Ладно, старина, завтра трудный день и я хочу выспаться. — Джим растянулся на койке и через несколько минут уже спал.

Бэрси около часа лежал на спине, задумчиво глядя в потолок.

— Ну и нервы у человека, — пробормотал он, покосившись на безмятежно спавшего маршала. — Интересно, где этот чертов индеец? Он ведь не из тех, кто бросает друзей.

Не в силах заснуть, Пит встал и подошел к окну, вглядываясь в темноту. В тусклом свете луны он различил двух ковбоев с ружьями, прохаживающихся перед домом. Бэрси узнал обоих. Они принадлежали к тому типу людей, которых можно встретить в любой стране. Такие люди вроде никогда не работают, но у них всегда есть деньги.

— Пит, — послышался шепот у него за спиной. Бэрси резко обернулся. Джим сидел на койке, а рядом с ним стоял Черное Перо. Когда Рэйвен со своей бандой вломился в дом, индеец сразу сообразил, что дело плохо и выскользнул в окно кухни. Пока его искали, он лежал на крыше и ждал, когда все успокоится. Потом оглушил прикладом ружья охранника у окна кухни и снова оказался в доме.

— Молодец, — похвалил его Пит, выслушав короткий рассказ индейца. — Черное Перо — великий воин. Что будем делать, Джим?

— Нужно пробраться к лошадям и ехать на Бокс Би, — решил маршал.

Судя по словам индейца, дом охраняли четыре человека. Одного он уже убрал, но чтобы добраться до лошадей, нужно было устранить еще одного у черного хода, ведущего в кораль. Джим вылез в окно кухни, забрал револьвер у валяющегося без чувств охранника и осторожно обогнул дом.

— Ну, что там у тебя? Все спокойно? — маршал по голосу узнал Парсона.

— Да, все в порядке, только…

— Что? — Парсон подошел поближе и Джим ловко, со знанием дела, ударил его по голове рукоятью «кольта».

Забрав у него револьверный ремень, который, к большому удовлетворению Джима, оказался его собственным, он тихо позвал друзей и через полчаса они были далеко от города.

— Слава Богу, — облегченно вздохнул Пит, когда они оказались вне опасности. — Завтра, то есть, уже сегодня, будет большой день в нашей жизни: мы не увидим мерзкой рожи Рэйвена.

— Мне жаль тебя разочаровывать, Пит, но нам придется повидаться с ним, — засмеялся маршал. — Ты же не думаешь, что я просто сбегу из города?

— Лучше уж бегать от веревки, чем болтаться на ней, — возразил Бэрси. — И вообще, я не понимаю, с чего ты веселишься. Рэйвен упрям, как бык перед случкой, и если решил нас повесить, то непременно это сделает.

— Возможно, он передумает, если мы приедем со всеми ковбоями с Дабл Пи и Бокс Би.

— Это другое дело, но в городе много людей.

— И среди них есть наши друзья, — напомнил ему Джим.

Пит все еще сомневался, когда они проехали на Бокс Би, но Энди без колебаний заявил, что Гриф крепко за рвался и пора ощипать ему перья.

— Расти! — позвал он. — Ну-ка, собирай ребят, мы поедем в город навестить нашего благодетеля.

За завтраком Энди узнал все события вчерашнего дня и в ярости ударил по столу кулаком, услышав, что Рэйвен отбирает у Шэрон ранчо.

— Пока я могу держать револьвер, этот подонок ни черта не получит, — зарычал он.

В сопровождении Расти и шестерых, хорошо вооруженных ковбоев, они заехали на Дабл Пи, где к ним присоединился Раймонд Сарел, Рентон и его семеро парней.

Ковбои с обоих ранчо охотно следовали за маршалом, которого уважали, чувствуя в нем незаурядную личность, а некоторые из них, сами люди тертые и крутые, уже давно подозревали, что он один из знаменитых ганфайтеров, скрывающийся под вымышленным именем.

В салуне «Рэд Эйс» было полно народу. Почти всех маршал знал в лицо, кроме дюжины бородатых, угрюмых с виду мужчин, увешанных оружием. Но едва Джим заметил рядом с ними ухмыляющуюся физиономию Лисона, то сразу догадался, что именно он привел этих людей. Скорее всего, они были с Типи Маунтин, где укрывались от длинной руки закона десятки бандитов, шулеров или просто крутых ребят, натворивших немало дел, кто по молодости, кто от природной жестокости, а кто и просто по глупости.

На сцене, где обычно играли музыканты, если таковые объявлялись в Лоулиссе, сидел в кресле Сэт Рэйвен. Рядом с ним стоял Парсон с перевязанной головой и несколько ковбоев с Дабл Ар.

Когда маршал со своими людьми вошел в салун, все обернулись.

— Простите за опоздание, джентльмены, но я не знал о собрании. Надеюсь, я ничего не пропустил?

— Ничего, кроме выборов честного человека на должность маршала, — насмешливо ответил Рэйвен. Джим оглядел присутствующих.

— Честного человека? — переспросил он. — Ты, наверное, имеешь в виду Лисона? Что ж, ты прав, более честного и порядочного человека я не знаю.

Собравшиеся дружно заржали. Рэйвен с досадой посмотрел на них и нахмурился.

— Я имел в виду мистера Парсона, — раздраженно пояснил он.

— Тоже достойный джентльмен, — кивнул маршал. — Я много слышал о нем в Техасе. Говорят, он отличается исключительной честностью за карточным столом.

В зале снова засмеялись. Рэйвен хотел было что-то сказать, когда за окном послышался стук копыт и минутой позже в салун вошел шериф Стрэйд.

— Очень хорошо, что вы приехали, шериф, проходите сюда, — пригласил Рэйвен.

Стрэйд окинул взглядом собрание и, оценив соотношение сил, встал рядом с Энди.

— Ничего, мне и здесь удобно.

— Ну, как хотите. У меня есть для вас небольшой сюрприз, — он повернулся к Джиму. — Этот человек называет себя Джеймсом Грином, но в Техасе его знают под именем Садден!

Зал загудел. Кто-то громко изумленно выругался. Люди вставали с мест, чтобы посмотреть на знаменитого ганфайтера, хотя последний месяц видели его каждый день. Шум понемногу стих. Все, затаив дыхание, ждали, что ответит маршал.

— Да, я Садден, — спокойно ответил Джим. Рэйвен торжествующе посмотрел по сторонам.

— Слышите? Он сам признал это! Наглости тебе не занимать, парень. Другой на твоем месте уже давно смотался бы, но ты придумал выход и занял должность маршала в Лоулиссе. Должен признать, это был умный ход. Ты одурачил всех, даже нашего доблестного шерифа…

— Говорите за себя, Рэйвен, — презрительно бросил Стрэйд. — Я с самого начала знал, кто он такой на самом деле.

Это заявление вызвало еще больший шум, чем разоблачение Саддена. Но на этот раз люди громко выражали свое недовольство действиями шерифа.

— Вы знали?! — злобно выкрикнул Рэйвен. — Так какого же черта вы его не арестовали?!

— Когда мне понадобится ваш совет, мистер Рэйвен, я дам вам знать, — сухо ответил шериф. — Грин приехал ко мне и сам сказал, кто он и зачем появился в наших краях. После этого я связался с губернатором и тот подтвердил его слова. У нас Саддену приписывают преступления, которых он не совершал, поэтому он и приехал сюда. Вы отлично знаете, например, что Садден не мог ограбить дилижанс, потому что в это время он находился здесь, в вашем салуне.

— А его дружок Бэрси? Насчет него вы тоже разговаривали с губернатором? — насмешливо спросил Рэйвен.

Зал одобрительно загудел. Даже те, кто всегда поддерживал Грина, теперь с неприязнью поглядывали на него.

— А мне плевать, даже если он сам дьявол, — раздался громкий голос Расти. — Джим — настоящий мужик и я все равно на его стороне.

Рэйвен свирепо зыркнул на него.

— А тебя никто не спрашивает, так что заткнись пока! — он оглядел зал и продолжал: — Вы теперь все знаете, парни, и давайте решать, как нам поступить.

— А чего тут решать? — крикнул Лисон. — Вздернуть его! И Бэрси тоже, за компанию!

По губам Рзйвена скользнула змеиная улыбка.

— Подождите, мы ведь должны поступать по справедливости, — вкрадчиво сказал он. — Пусть те, кто за то, чтобы повесить Саддена и Бэрси, поднимут левую руку.

Как он и предвидел, три четверти присутствующих подняли руки. Считать не было необходимости.

— Большинство, — с удовлетворением отметил Рэйвен и повернулся к Парсону. — Маршал, выполняйте свои обязанности.

Приказ застал Парсона врасплох. Он сразу понял, что это означает. Ему нужно арестовать и повесить Саддена. А Садден, вот он, всего в нескольких шагах, молчаливый и опасный, как гремучая змея. Парсон мысленно проклял себя за глупое тщеславие, толкнувшее его занять эту должность. Провалить первое же дело означало конец его карьеры, как маршала Лоулисса, но он хотел жить и не торопился умирать.

Выручил его, как ни странно, сам Грин.

— Прежде чем вы лишитесь своего нового маршала, — громко объявил Джим, — я хочу вам кое-что сказать.

Насмешливые выкрики и свист заглушили его слова. Но шум вдруг резко оборвался. Никто не успел заметить движения Грина, но револьвер вдруг оказался у него в руке и зал затих под дулом «кольта» сорок пятого калибра.

— Вы уже выслушали Рэйвена, а теперь послушайте меня и, надеюсь, не будете перебивать, — Джим многозначительно повел револьвером. — Я, действительно, Садден, но я не тот человек, который грабит и убивает в ваших краях. Я приехал, чтобы найти его и, кажется, нашел.

Он вглядывался в лица людей, слушавших его. Большинство недоверчиво ухмылялись, но молчали под дулом револьвера. Разумеется, если бы они все вместе бросились на Грина, то живо скрутили бы его, но это означало смерть для многих из них, а умирать за Рэйвена никому не хотелось.

— Сэндз, у которого ограбили лавку в Свитуотере и Эймс, кучер дилижанса, утверждают, что у лошади бандита правая передняя бабка белого цвета. Откуда вы знаете, что у Саддена именно такая лошадь?

— Мне сообщили об этом из Техаса, — объяснил Рэйвен.

— Прекрасно. Мой конь стоит у салуна и если ты отмоешь черную краску, то увидишь, что белый чулок у него на левой передней бабке. Если, как ты полагаешь, Пит ограбил дилижанс, он бы не допустил такой ошибки. Довольно странно, Рэйвен, что и ты, и тот, кто ограбил дилижанс, имели одинаково неправильную информацию.

— Что же, по-твоему выходит, это я ограбил дилижанс? — окрысился Рэйвен.

— А почему бы и нет? Тебя не было в Лоулиссе и в то время, когда застрелили Бордена.

— И в том, и в другом случае, я был на Дабл Ар со своим управляющим.

— Очень жаль, что ты застрелил Джервиса и он не может подтвердить твои слова, — вскользь заметил Грин. — В то утро, когда был убит Борден, он снял со своего счета в банке пять тысяч долларов и пошел сюда, в «Рэд Эйс», чтобы уплатить долг Рэйвену. Того не оказалось на месте и Борден поехал к себе на Бокс Би. У старой шахты его застрелили, а через несколько дней Рэйвен предъявил Энди долговую расписку его отца на пятнадцать тысяч долларов.

— На документе стоит подпись Бордена-старшего, — возразил Рэйвен.

— Да, но он составлен таким образом, что к пятерке легко добавить единицу. Но пойдем дальше. По совету Рэйвена, Энди, чтобы расплатиться, закладывает свое ранчо в банке и отдает ему деньги. Когда он продал свое стадо и приехал в город, чтобы выкупить закладную, мы были вынуждены срочно отправляться в погоню за Эль Диабло. Энди отдал деньги на хранение Поттэру, а когда вернулся, то банк был ограблен, а закладная на Бокс Би почему-то оказалась у Рэйвена.

— Мне отдал ее Поттэр, — отрезал Рэйвен.

— Кстати, о закладных, — невозмутимо продолжал Джим. — У Рэйвена неожиданно объявилась закладная на ранчо Дабл Пи, и он угрожал отобрать ранчо у мисс Сарел, если она не выйдет за него замуж.

Собрание снова загудело, но теперь многие неуверен но переглядывались, не зная, кому верить.

Почувствовав, что теряет превосходство над противником, Рэйвен поднялся с места.

— Не думай, что ты так просто отвертишься, — с ненавистью глядя на Грина, процедил он. — Нас гораздо больше, чем твоих людей, и если дело дойдет до стрельбы…

— Этому городу понадобится новое кладбище, — холодно закончил за него Джим.

— Спокойней, джентльмены, — вмешался шериф. — Вы обвиняете друг друга, но ни у одного из вас нет доказательств. Вот если бы Поттэр заговорил…

— Поттэр никогда уже не заговорит, — раздался голос доктора Пилза, который только что вошел в салун. — Он умер десять минут назад.

— В таком случае, док, я могу попросить вас об одной услуге? — спросил Джим и что-то прошептал ему на ухо.

Пилз распечатал конверт, в котором оказался еще один, но меньшего размера.

— Вскрыть только в случае моей смерти, — прочитал доктор и обратился к присутствующим. — Кто-нибудь знает почерк Поттэра?

Несколько человек, в том числе и клерк банка, подтвердили, что это почерк Поттэра и его личная печать.

— Очень хорошо, — продолжал доктор. — Тогда, с вашего позволения, я вскрою и второй конверт.

— Валяй, док! Читай вслух! — послышались подбадривающие возгласы из зала.

Пилз извлек из конверта сложенный вчетверо лист бумаги, развернул его и начал читать:

— «Я, Лемюэль Поттэр, пишу это письмо, которое должно быть прочитано в случае моей смерти, дабы помешать осуществлению злодейских замыслов одного мерзавца. Я отдаю это письмо маршалу Джеймсу Грину, которого считаю честным и порядочным человеком…»

В зале засмеялись и даже сам Грин не сдержал горькой усмешки. Доктор подождал, пока все стихло и продолжал:

— «Несколько лет назад я служил кассиром банка в одном из городов на восточном побережье. Желая разбогатеть, я играл на бирже и влез в долги. Чтобы выпутаться из них, пришлось подделывать чеки. У меня были кое-какие способности, и я легко мог скопировать любой почерк. Когда разоблачение было уже неминуемо, я решил ограбить банк и уехать. Ночной сторож застал меня, когда я открыл сейф. Так уж вышло, что я ударил сторожа сильнее, чем рассчитывал, и убил его. Полгода я переезжал из города в город и наконец остановился а Лоулиссе, где хотел начать честную жизнь. Казалось, что мне удалось замести следы, но старая газета с моей фотографией поставила меня в зависимость от негодяя, проживающего в Лоулиссе, и с этого момента жизнь превратилась в кошмар. Этот коварный дьявол принуждал меня принимать участие в преступлениях, которые совершал, добиваясь богатства и власти. Ему пришла в голову мысль прикрывать свои тяжкие преступления именем одного из знаменитых бандитов и он заставил меня добыть описание лошади этого человека. В надежде помешать планам негодяя, я кое-что изменил в описании. Так, прикрываясь именем Саддена, этот подонок застрелил Энтони Сарела и Эндрю Бордена. Закладная на Дабл Пи была сфабрикована мною по его приказу. Имя этого мерзавца Сзт Рэйвен. Пусть Господь испепелит его кровавую душу и низвергнет его в самые страшные пропасти преисподней.

За сим подписываюсь

Лемюэль Поттэр.»

В наступившем молчании все взгляды обратились на Сэта Рэйвена. Он с каменным лицом выслушал письмо Поттэра и вдруг рассмеялся.

— Ладно, ребята, прежде чем вы меня повесите, хочу дать вам совет — никогда не делайте добра людям. Только что вы слышали, как отблагодарил меня Поттэр. Между прочим, я никогда не знал, что он убийца. Пару раз я просил помочь мне, что он охотно и делал. Потом ему что-то не понравилось, и вот результат.

— Что же, по-твоему, Поттэр сам пустил себе пулю в лоб, только для того, чтобы насолить тебе? — насмешливо спросил Рентон.

— Нет, Рентон, я этого не говорил, — спокойно ответил Рэйвен. — Думаю, тут получилось приблизительно так: Поттэр и Грин вместе составили письмо и решили инсценировать ограбление банка. А потом присутствующий здесь мистер Садден прикинул, что деньги делить незачем и застрелил Поттэра.

Рэйвен говорил уверенно и спокойно. Никто не мог заподозрить, каких чудовищных усилий стоит ему сдерживать душившую его ярость.

Вы все знаете меня не один год, — продолжал он. — Может, кто-то и недолюбливал меня, но вы должны признать, что я не так глуп, чтобы поставить себя в зависимость от такого слюнтяя, как Поттэр. И потом, зачем мне было грабить банк, который и так практически принадлежал мне?

— Не считая моих тридцати тысяч, — заметил Энди. Рэйвен, казалось, не слышал его.

— Неужели вы можете представить, что я совершил все эти убийства и ограбления? Да я ведь даже не ношу оружия, -он обвел взглядом собравшихся. -Это все, что я хотел сказать. А теперь решайте, кому вы больше верите. Мне, которого знаете давно или Саддену, известному бандиту и ганфайтеру.

Громадный бородатый ковбой с Типи Маунтин шагнул к Рэйвену.

— Джентльмены! Я верю Сэту и буду драться за него.

— Правильно, Дарки! Я тоже! И я! Можешь рассчитывать на меня, Сэт! — послышались возгласы из зала.

Только ковбои с Дабл Пи и Бокс Би молча стояли позади Грина, мрачно ожидая, что скажет их кумир.

— Рэйвен! — рявкнул вдруг Джим, ствол его «кольта» был направлен в живот Сэта. — Ну-ка, возьми револьвер, который у тебя слева под сюртуком и отдай его своему бородатому другу. Живо!

Все сразу смолкли. Рэйвен, поколебавшись, достал револьвер и передал его бородатому ковбою.

— Поосторожнее с ним, Дарки! Этот «кольт» у меня уже давно и я не хочу потерять его, хотя уже несколько лет им не пользовался.

— Неужели? — с сарказмом спросил Грин. Он опустил свой «кольт» в кобуру и достал из кармана две гильзы. — Пулями от этих гильз были убиты Борден и Поттэр. На каждой из них есть царапина, — Джим передал гильзы столпившимся ковбоям. — Можете сами убедиться, что царапины абсолютно одинаковы. А теперь осмотрите патроны в барабане «кольта» Рэйвена.

Дарки вынул все шесть патронов и внимательно осмотрел каждый из них.

— Черт побери! Вот на этом точно такая же царапина! — объявил он и осмотрел револьвер. — Вот оно что! Здесь, в патроннике забоина!

— Ну, что скажешь, Дарки! Как по-твоему, гильзы, которые я вам отдал, от этого револьвера?

Дарки молча кивнул и хмуро глянул на Рэйвена.

— А я-то, дурак, поверил тебе, — с досадой процедил он.

Теперь уже все без исключения мрачно смотрели на Грифа. Он встал и презрительно сплюнул на пол.

— Чего уставились?! Да-да, это я грабил и убивал, а вы, болваны, пили здесь за мое здоровье и заглядывали мне в рот! Если бы не он, — Рэйвен бросил полный ненависти взгляд на Грина, — вы бы у меня на поводке ходили и облизывали мне руки, выпрашивая кусок пожирнее! Ни у одного из вас не хватило бы ума проворачивать дела так, как это делал я!

— Значит, вы признаете, что Поттэр написал правду в своем письме? — сухо спросил шериф. Рэйвен оскалился в страшной улыбке.

— Разве я уже не сказал этого? Поттэр знал слишком много, и я убил его, чтобы взять этот городишко в кулак, — он рассмеялся, и от этого, почти безумного смеха, все похолодели.

— Так это ты ограбил дилижанс? — злобно прошипел Парсон.

— Конечно, я, мой бедный туповатый друг. Правда, часть денег я тебе отдал, когда ты пришел побираться ко мне.

Парсон взревел от ярости и схватился за револьвер, но в то же мгновение рука Рэйвена метнулась за борт сюртука, и грохот выстрела ударил по нервам оцепеневших людей.

Парсон упал на пол, а маленький двуствольный «дерринджер» уже смотрел в грудь Джима.

— И тебя, Садден, я тоже перехитрил, — в голосе Рэйвена сквозило презрение. — Ты догадался насчет моего револьвера, но у тебя не хватило ума сообразить, что у меня есть еще и пистолет, — черные глазки Рэйвена светились свирепым торжеством, поскольку оба револьвера Джима были в кобурах.

— Я, конечно, не выйду отсюда живым, — продолжал Гриф. — Но тебя, Садден, я тоже прихвачу с собой в ад!

Едва последние слова сорвались с губ Рэйвена, как рявкнул «кольт» Грина. Это было настолько невероятно, что кто-то даже ахнул от неожиданности. Рэйвена отбросило назад и он рухнул на пол, повалив несколько стульев.

— Боже всемогущий! — перевел дух Расти. — Вы видели? — он оглядел застывших от изумления ковбоев. — Ведь Рэйвен держал его под прицелом!

— Его зовут Садден, — негромко напомнил Пит Бэрси.

Джим улыбнулся и опустил револьвер в кобуру.

— Рэйвен слишком увлекся собственной речью, — пояснил он. — И к тому же, он не ожидал, что я буду стрелять «с бедра». [13]

— А мы всегда думали, что он не носит оружия, — обескураженно почесал затылок бородатый Дарки. Джим покачал головой.

— Я давно знал, что Рэйвен вооружен. Дважды он чуть не схватился за свой револьвер. Первый раз, когда застрелил Джербуса, а второй, когда я вышвырнул его с Дабл Пи. Но я не подозревал, что у него есть еще и пистолет.

— Как бы то ни было, вы сэкономили правительству расходы на веревку, — заметил шериф. — Ладно, маршал, как я понимаю, вы теперь и сами разберетесь. Если что, вы знаете, где меня искать.

Через две недели жизнь в Лоулиссе вошла в привычное русло.

Пит Бэрси развалился в кресле и, положив ноги на стол, задумчиво курил, когда в офис зашел Грин.

— Привет, маршал, — поздоровался он и сел напротив Пита.

— Значит, все-таки уезжаешь? — хмуро спросил Бэрси. — А что сказал тебе шериф?

Рыдал у меня на груди и умолял остаться, — улыбнулся Джим. — Все в порядке, Пит, он рад, что ты согласился стать маршалом.

— Хлопотное это дело, — глубокомысленно ответил Бэрси. — Без тебя здесь будет скучновато. Словом перекинуться не с кем. Индеец и тот уехал.

Черное Перо действительно уехал двумя днями раньше. Перед отъездом индеец выразительно пожал руки своим белым друзьям и разразился длинной речью на родном языке. После этого он сел на коня и ускакал.

Пит ошалело смотрел ему вслед.

— Ты хоть что-то понял? — спросил он Джима.

— Конечно. Черное Перо просил Великого Духа сделать нашу тропу легкой, наших врагов слабыми, послать нам большое богатство и много жен…

— Надеюсь, Великий Дух не слышал последних слов, — встревожился Пит. — Не хватало мне еще и этого…

Через несколько дней Джим прощался со своими друзьями. На веранде ранчо Бокс Би стояли Пит Бзрси, шериф Стрэйд, Раймонд Сарел и, разумеется, Шэрон и Энди, которые поженились неделю назад.

— Не понимаю, зачем вам уезжать? — расстроенно спросила Шэрон, когда стало ясно, что, несмотря на все уговоры, Грин не останется.

— Видно, такая у меня натура. Мне всегда хотелось узнать, что там, за следующим холмом, — мягко ответил Джим.

— Но вы вернетесь? Обещаете? — горячо настаивала Шэрон.

Лукавая улыбка тронула губы экс-маршала и он подмигнул Энди.

— Обязательно. Я вернусь на крестины…

Примечания

1

Дэвилз Дип (англ.) — Откос Дьявола.

2

Садден (англ.) — неожиданный.

3

Лоулисс (анг.) — беззаконный, необузданный.

4

Маршал — представитель закона в городах Дикого Запада. Обычно подчинялся шерифу, который являлся представителем закона в округе. Иногда шериф также выполнял обязанности маршала в том городе, где находился его офис.

5

Таби — толстый, бочкообразный. «Быть или не быть», на английском звучит как «ту би о нот ту би». Вероятно, друзья прозвали Бэрси по созвучию слов «Таби» и «Ту би».

6

Десперадо (исп.) — бандит, отчаянный человек.

7

Расти (англ.) — ржавый.

8

Парсон (анг.) — пастор

9

Бешеный Билл Хикок — (настоящее имя Джеймс Батлер Хикок) 1837-1876 гг Знаменитый ганфайтер. Один из первой десятки «лучших из лучших"

10

Эль Диабло (исп.) — дьявол.

11

Английские буквы Р (Пи) и К (Ар) близки по начертанию.

12

Сплит (англ.) — здесь: раскалывать, разламывать.

13

Один из наиболее сложных в плане прицельности способов стрельбы. Чтобы точно стрелять «с бедра», не целясь и даже не поднимая револьвера, был необходим безупречный глазомер и идеальная координация движений, поэтому к такому способу стрельбы прибегали, в основном, опытные ганфайтеры. Любому другому человеку такой прием мог стоить жизни.

Content

Оливер Стрэндж
По ту сторону закона

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

Примечания