Сулима Елена

Конец войне между полами (Тайский синдром)

Елена Сулима

Конец войне между полами

(Тайский синдром)

Узкая улица - ущелье между небоскребов в буйных огнях рекламы... Черное небо. Где я?.. В каком китайском квартале?.. Какого Чикаго?.. Я осела под зонтиком кафе. На какой я луне?! Девушка, данная в сопровождающие, селf и медитирует напротив. Ее пространный взгляд, направленный куда-то сквозь меня, навеял подозрение, что я во сне, если не в своем, то в ее. Боковым зрением уловила: надвигается стена, отгораживая от мелькания машин трехэтажной эстакады. Медленная, серая огромная стена бросает на нас густую тень. Оглянулась - слон!.. Самый что ни на есть натуральный слон!..

Так я поняла, что все-таки и я натуральная, и не в каком-то сне - в Бангкоке, столице Таиланда. Но откуда такая насыщенность цивилизацией в столь малозначительной, по нашим постимперским меркам, стране?..

Тайка-переводчик по кличке Мун, (а у них там у всех клички, видимо затем, чтобы имена не сглазили), показала мне жестами, что я могу купить банан у мужчины, сопровождавшего слона, и покормить животное. Но я несколько не в себе - рот до ушей, из меня вырываются нечленораздельные звуки, а двинуться не могу. Слон понял, кивнул и пошел дальше. А потом проследовало мимо точно такой же слоновьей походочкой иное стадо - наши! Толстячки - вечные холостячки, легко сбивающиеся в стадо анекдотичных новых русских.

Видимо в их поступи и слонам чудится что-то родное, они заметно выделяют их из толпы. Одна слониха пошутила с таким: в точности подражая его манере ходить - раскачивая бедрами, подбежала к нему, он в стену вжался с перепугу, она протянула хобот к его животику и этак лукаво похлопала мол, каком месяц, браток, девятый?

Только слониха могла так пошутить. Мужчины слоны - интеллектуально слабы, поскольку сексуально слишком озабочены, и ни к какой толковой работе не способны. Содержатся отдельно - лишь для воспроизводства потомства.

В тайском социуме тоже преобладание женщин - как за рулем, так и в бизнесе - они всегда при деле. Дискриминации не наблюдается. Если рождается мальчик - в семье это считается невезением. Девочка - будущий кормилец, а мальчик-то на что?..

Но это все я узнала чуть позже. Когда привыкла к одуряющей парилке сравнимой разве что с русской баней, к их несоленой пище, - соль заменяет соевый соус, - и невероятно переперченной. Когда они видят, что ты это есть не можешь, предлагают перебить перец сахаром. Искренне так предлагают и сыплют, абсолютно не врубаясь, что ты уже на грани бегства в туалет.

Но постепенно привыкаешь и не к такому, находишь общий язык при полной неспособности даже подражать звучанию их слов, и даже начинаешь любить оригинальный вкус их блюд: и креветки, вываренные в соевом соусе с сахаром, суп из кокоса. Что только я у них не перепробовала - и блюда из крокодилов, и из тигров, ела и кобру. А когда ее мне протянули рюмку ее крови разбавленной ядом и сказали: "пей",- выпила этот едкий запах нашей аптеки, - и даже опьянела как от ста пятидесяти водки. Но знала - зла они мне не причинят.

Любовь ко всем живым существам у них в генетике. И даже дикие зверюги так покорены их любовью, что чувствуют себя в их среде не хуже наших собак, и прочих домашних любимцев. Меня уже через несколько дней не удивляли не то что слоны-попрошайки, обезьяны, оглядывающие тебя с мудрым скепсисом, отнимающие у меня банки с пивом наглые огромные попугаи, но и всевозможные и невозможные змеи, даже тигры, более мирные, чем домашние кошки.

И этих, по нашим меркам, трудно поддающихся дрессировке, зверей они тоже ассимилировали! С детства приручают их к человеческим рукам. А вскармливают тигрят мирные хрюшки. Поросята же у них с воистину поросячьим восторгом носятся на бегах, слоны с удовольствием играют в футбол, сытые крокодилы блефуют, изображая из себя свирепых.

И все получают удовольствие и от игры, и от жизни просто так, как дети, что заметно сразу. Все сияют. Но их улыбки - это вовсе не механизированные улыбки японских бизнесменов, не американский оскал - это действительно внутренний свет.

Взрослого населения, словно не существует - одна молодежь. Даже по выражению лица трудно отличить выпускницу школы от сорокапятилетней, пятидесятилетней дамы, с мужчинами не легче - все кажутся мальчиками. Есть старики, но мужчины?.. Впрочем, если таец с гитарой - то это явно юноша. У них пошла мода - играть на гитаре, и молодежь, как молодежь всего мира, слаба на обезьянничество. Если же без гитары - приходится напрягаться: лишь по ноткам в голосе, когда они говорят на английском или русском, можно догадаться, что перед тобою серьезный мен.

Говорящих на русском языке, в принципе, не меньше чем на английском. (Там и вывески на русском не редкость) Когда ко мне в гости приехал филолог, любитель Бродского и Пастернака, известный балагур с Гоголей - Кот Кудрявцев, и мы пошли в ресторан, девушки, мило улыбаясь, накрыли нам на стол, и одна из них вдруг произнесла:

- Ну-ка быстро жрите, сволочи! Пожалуйста.

Естественно, она не очень-то понимала, что говорит, скорее всего просто повторяла услышанное от наших, (наверняка таким образом наш отец семейства приказывал детям не капризничать, но для буддистов обращение к ребенку грубым быть не может, оно самое вежливое), но тем не менее тайка добилась своего, - это уж точно: Кот так обалдел, что безропотно принялся поглощать совершенно незнакомую пищу.

Но это еще что - все тайцы, узнавав, что мы из России,говорили сочувственно качая головами: "О! Россия!.. Там пить водка нужно - климат такой. А в Таиланде пить нельзя, сразу погибнешь - жарко." Однако, как-то раз мы не послушались и выпили по чуть-чуть. Но это для России по "чуть-чуть", для Таиланда "чуть-чуть" казалось критической дозой. Плохо помню всю цепь злоключений, с поездками на их такси - "тук-тук" туда-сюда, с потерей накупленных статуэток богов, помню, что с утра совершенно разбитые мы качались на слоне. Честно говоря, удовольствия никакого - ну нет рессор у этой махины, а тракт, по которому он шел гигантский, в стиле русской проселочной дороги, но в лунном масштабе. Качало резко и жутко. При каждом ударе по позвоночнику железной трубкой обозначающей спинку сиденья, Кот очухивался, обретал дар к общению и спрашивал погонщика:

- Элефант?

Погонщик молчал.

- Элефант? Элефант? - донимал его Кот всю поездку, и под конец погонщик все же обернулся, посмотрел на него как на совсем неразумного и ответил:

- Да слон, это! Слон!

Кот испытал шок и протрезвел.

- Ну... буддисты! Все понимают! Кажется, и я с ними чуть-чуть будданулся, - покачал головою он.

Мне же было труднее - я уже к тому времени будданулась совсем не чуть-чуть.

Поначалу я долго не могла понять, что же от меня хотят, зачем позвали, и кто позвал?.. Приглашена я была какой-то личностью, которую, опекавшие меня тайцы коротко называли "босс". Босс пригласил, вроде бы рисовать для оформления его отеля, баров и прочих интерьеров пастели, но не встретил меня, не переговорил со мною, не пояснил, что ему надо. Меня поселили его люди в шикарном отеле Бангкока, иногда вывозили на море - дав лишь одно распоряжение, - наслаждаться жизнью, смотреть по сторонам и как бы между делом творить в том же стиле, что и творила в Москве. Но главное - не спешить.

Кстати, то что для нас является нормальным ритмом жизни, для них лишней суетностью. Большинство тайцев никуда не рвется, ни за чем не гоняется, и вообще не спешит ни жить, ни чувствовать. По их философии, которая не менялась около четырех или трех тысяч лет, они рассуждают так: если ты в этой жизни никем особенным не стал, проживи ее просто хорошо и у тебя есть шанс достигнуть чего-то большего в следующей жизни. И стараются жить хорошо - то есть не делая зла, не завидуя, никого не осуждая и т.п. Вроде бы все понятно. И все же логика у них совершенно иная.

Даже к своим проституткам они относятся совсем не так как у нас это просто работа, а не образ жизни и мышления. Работа как все. И посылает на нее обычно глава рода - прабабушка или дедушка. Собирает такая родная бабушка свой клан и вычисляет: все мои потомки живут нормально, но у одного из них сломался мопед, а ты, внучка, наиболее способная заработать дяде на новый мопед, потому, как самая красивая, вот и поезжай в Паттайю, поторгуй своей красотой, и заработай дяде на личный транспорт. Поскольку у всех в моем роду все должно быть хорошо. А то что у нее муж, дети - это неважно. Она уезжает не ради себя, а ради дяди, или кормить престарелых родителей, мужа, который сидит с детьми, что случается у них нередко.

Спросишь такую, где работает, ответит: на дискотеке. Работа тяжелая. Тусуются-колбасятся до последнего. Если не удастся заработать денег, то может согласиться и бесплатно. Главное, не забывать - зачем ты туда приехала - чтобы делать добро.

Добро - это все, что человеку приятно, что не убивает его.

Этот народ в принципе мог бы и не трудиться (никогда они не знали ни голода, ни холода) и таким образом превратиться в дикарей, но их философия, гласит о том, что человек должен трудиться во имя делания добра. По этой философии легко соседствуют и проституция в туристических местах и мелькающие квадратики на телеэкране прикрывающие обнажившуюся попу героя мультфильма - признак невероятного пуританства.

Вспоминается одна картинка в крупном дорогом торговом центре: американский бизнесмен и тайка, видимо снятая им в сопровождающие на весь отпуск. Американец, обалдев от низких цен, скорее никаких цен, на шикарные вещи, предлагает ей в подарок сногшибательный модный наряд и великолепные туфли. Она равнодушно пожимает плечами и знаками показывает: зачем тратить такие деньги на лишние вещи, если хочешь сделать мне приятное, - и показывает на простую блузку типа футболки. Никакой алчности. Желание делать добро и жадность, амбициозность - несовместимы.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что водитель тук-тук (открытого такси) проехал нужное тебе место - он так радовался процессу делания добра, что забыл вовремя остановиться.

- Я хочу посмотреть центр вашей столицы, - говорю я мужчине переводчику, маленькому, какому-то, прямо-таки ясноглазому зайчику по кличке Том, что означает кокос. Мы оглядываем с сорок второго этажа отеля, Бангкок: - небоскребы, золотые макушки храмов - то здесь, то там, нечто напоминающее наши хрущевки, встречаются и сараи покрытые пальмовыми ветвями...

- У нас нет центра, - отвечает Том, - Нет респектабельного района.

А потом идет долгое пояснение о том, что Будда был и богатым и нищим, поэтому богатого тайца не смущает то, что рядом стоит дом бедного тайца. Кто знает - может быть, он в прошлой жизни был богатым, а богатый таец бедным?..

Хорошо, нет у вас центра, - киваю я уже с тайским акцентом жеста, беру карту и справляюсь: где находится интересующая меня улица, на которой давно живет русское семейство эмигрантов. На карте ее нет. Мне советуют купить другую карту, потом третью. Я чувствую себя полной идиоткой. "Где наиболее подробная?!" И слышу в ответ, что все карты подробные. Просто у улицы может быть много названий. Почему? Да потому что каждый, кто живет на этой улице вправе называть ее как хочет. И выпускать карту со своим названием.

- И дома у нас нумеруются совсем не так как у вас, за номером первым может следовать четвертый, а может и сороковой.

- Это почему? - пытаюсь я осилить логику буддистского бытия.

- Потому что первый номер у дома, поставленного на этой улице первым. Второй дом могли поставить на этой же дороге, но далеко, а рядом с первым лишь через сто лет смог вклиниться сорок восьмой.

- Вот это мышление!.. Ну... полная свобода!.. Это ж хиппи какие-то!.. Но как же ориентируются таксисты?

- Они смотрят на вашу карту, а вы ставите на ней крестик нужного вам места. Картина карты им понятнее, чем названия улиц.

- Но как же я найду то место?

- Вам пришлют по факсу в гостиницу план. Позвоните, чтобы прислали.

Вокруг, в быту, - техника на грани фантастики, при этом архаически искренне любят короля - чье изображение встречается всюду, гораздо чаще, чем изображение Будды, а в холле каждого дома - гостиницы ли, кафе, или просто квартиры стоит на тоненькой точеной ножке дворец - домик для домового.

В домик духа дома по утрам кладут пищу. Ему дарят игрушки, цветы. Главное, что бы дух был в хорошем расположении духа, тогда в доме все будет в порядке.

Для тайца - главное, чтобы все было в порядке. "Не гоняйся за счастьем - и не будешь чувствовать себя несчастным" - гласит их поговорка. Вот они и не гоняются. Страдание тоже не в их духе. Даже о смерти близкого человека сообщают с улыбкой - главное: не потревожить душевного равновесия, иначе, человек будет выбит из колеи и не сможет делать то, что надо. Если человек страдает, значит, он совершил какую-то ошибку, но можно прервать ошибочный путь, уйдя на некоторый срок в монастырь, где ты после недолгих молитв и медитаций можешь играть в теннис, бадминтон, а можешь осваивать язык, компьютер, то - что тебе пригодиться в последующей жизни.

Н-да-с... у них иные точки отчета. Они так бояться испортить отрицательными эмоциями свою карму, что им все "хорошо". Даже, когда заглох кондиционер в машине, а уличный воздух убийственен из-за выхлопных газов, или когда вдруг выскочили рыжие тараканы величиной с зажигалку и тут же проложили себе путь невесть куда через мой полукед.

- Это из-под земли. Хорошо? - спокойно кивает Том.

Они лишний раз тебя ни о чем не предупредят, если не спросишь. Но спросишь, и окажутся очень отзывчивыми. Только лучше ничего не спрашивать у тех, кто в белой рубашке и в темных брюках. В этой форме могут ходить и миллионеры, и мелкие служащие. И это вовсе не признаки военного коммунизма - просто эта форма говорит прохожему: "Пожалуйста, не отвлекайте меня, я работаю". Буддистский совет соблюдения "тишины" в себе воспринимается нами как-то уж слишком конкретно. Тишина в себе - это отсутствие внутреннего монолога, которым большинство людей зря терзает себя, переживая лишний раз ту ситуацию, которую уже не изменить, или мечтая, как бы в деталях представляя свое будущее, и тем самым уже проживая его внутри, отчего в реальности на него может не хватить отведенных космосом энергий. Молчание тайца внутри себя вовсе не значит, что они не отзывчивые и не разговорчивые. Именно они, а не преуспевшие там наши бизнесмены, помогают выжить нашим ребятам, обычно приезжающим в Таиланд работать на туристические агентства, но агентства эти как-то уж слишком часто и просто бросают их там без всяких средств к существованию. Тайцы заметив, что человек голоден и накормят легко, и предложат кров. Один таксист несколько месяцев содержал у себя семь наших ребят, попавших в экономическую непонятку.

Правда, было и несколько навязчивое удивление:

- Вы делали массаж ступни? Как вы не делали массаж ступни?!.

И так восклицают все, кто ни попадя. Сначала тебе кажется, что они фанаты фильма Тарантино, потом, все-таки воспитанная историей нашей страны, начинаю бояться тридцать седьмого года в собственной отдельно взятой судьбе, с объявлением меня, если не предателем родины, то тайского кайфа и полного мистического расстрела за то, что не делала массаж ступни.

Ненавижу ходить туда, куда ходят все, но все-таки иду.

Теперь и я могу воскликнуть: "О, вы не делали массаж ступни?!."

Но после этого массажа ступать на свои ставшие, словно младенческими, ноги, кажется кощунством. Длиться час. Ничего более мягкого и нежного представить себе невозможно. Впрочем, и остальной и массаж это тебе не наш, когда из тебя делают отбивную.

Тайцы нежны, проникновенны и мудро неторопливы во всем. С выводами не спешат даже чернорабочие.

Обидеть тайца трудно, особенно фарангу - иностранцу. На языке улиц это слово все-таки ближе к такому понятию как "упавший с луны." Ему прощают очень многое, поскольку "фаранг" для них с рождения и до смерти невменяем.

Когда мы что-то не понимаем, мы, сами не замечаем, как переходим на крик, а накричать на тайца, все равно, что врезать фейсом об тейбл. И если фаранг не двухнедельный турист, а собирается жить дольше, тайцы могут начать его учить. Учить - медленно смещая сознание так, чтобы человек сам согласился с тем, что он сошел с ума, и когда он это признает, будут вкладывать в расшатанную логику свою философию.

Так наш бравый парень пару раз гаркнул на мелких тайцев, а с утра пошел к своему мотоциклу - мотоцикла, в стране, где не воруют, нет. Поднялся в гостиницу выяснять, смотрит в окно - мотоцикл стоит, спустился вниз - снова нет, поднялся - снова есть. Полицию вызывает, а там и полиция своя - тайской улыбочкой повязана. Кончилось дело тем, что психику ему расшатали полностью. Он пережил катарсис, потом тишину в себе, потом переосмысление и стал пригодным для обучения иной философии отношения к жизни, себе и всем живым существам на свете. И обучение это шло не в лоб, а метафорами поведения по отношению к нему.

И никто тебе пальцем грозить не будет - ай-я-яй! Никаких личных амбиций. Даже среди художников.

Художники их - мастера невероятные! То, что наш резчик по дереву будет делать месяц, любой из их мастеров, дополнив мельчайшими деталями и, придав резьбе больший объем, сделает за пару дней. Однако, это все просто мастера. Они веками множат уже устоявшиеся традиционные формы лишь редкой линией, по заказу, привнося нечто новое. Из живописи: ценятся попсой, - как у нас виды с пальмами, - зимние пейзажи. Много снега! Это для них романтический кайф. Настоящий тропический китч. Однако живописцы производящие такие пейзажи все же не художники. Художник же может и следовать традиционным направлениям, но всегда отличен от других. Потому-то он и художник. А с личностным отличием у них в мире искусства плоховато. Поэтому почти все новое в их искусство приходит с запада. Мы, русские, тоже для них "Запад".

Боссу понравился мой стиль, видимо оттого, что с одной стороны он чем-то напоминал иероглиф, а с другой не конкретизировал человеческую сущность национальными отличиями.

Тайцам, окружавшим меня, было наплевать на такие европейские названия, типа "неомодерн" и т.п. Они называли мою серию пастелей то "иероглифы души", то "иероглифы состояний", то "фантомы духа", "форма энергии позыва к действию, но еще не обдумывания действия, еще не действие", потом: "символы сущности"... В общем, поступали с названиями моих пастелей как с названиями улиц, но мои линии нравились им. Однако, несколько работ привезенных мною с собой из Москвы боссом были отвергнуты. "Ничего страшного. Все хорошо, сказали мне мои уже приятели-философы - гиды Мун и Том, - "Если у тебя не получилось сегодня, то это не значит, что не получиться завтра".

Но хотя и кажется, что я пишу легко и быстро, постели мои были выстраданы моей прошлой жизнью, (пусть они и считают, что страдание - лишь омрачение сознания) и одним своим видом могли ввести меня в депрессию, как откровение не нашедшее отзыва. Понимая это, Мун предложила мне их продать через художественный салон реабилитации духа. (Бывает, оказывается, и такое)

Первую - "иероглиф скорби" - выкупила пожилая женщина. Второй "иероглиф" изображающий одновременно вредное, этакое соседское любопытство, явно с желанием навредить - купил мужчина с едким взглядом. Цены на пастели были невероятно дорогие даже для моих амбиций, а для тайцев тем более. Я выразила свое удивление.

- Это не плата за твою работу - это жертвоприношение. Они их сожгут, пояснил невозмутимый проводник по стране иных понятий - Том. Потом помолчал-помедитировал и продолжил: - Это плохие состояния. По-вашему - это демоны души. Они властвовали ими. Но теперь нарисованные тобой, они обрели для них конкретные формы и от них можно освободиться путем ритуального сожжения.

Нормально!.. Более слов нет. После такого меня уже ничего не удивляло. Я продолжала вырисовывать эманации человеческих состояний, а человеческие сущности продолжали попытки сносить мне крышу.

Об изображении женщины у стойки бара Босс, как мне передали, сказал, что это трансвестит, (то есть по их нему "леди-бой") в своих пропорциях.

Я обалдела. Я начала беситься - какого черта? Где он здесь увидел трансвестита? Типичная европейская длинноногая фишка! Все мое негодование вылилось на Мун.

Мун медитативно переждала мои тирады, а потом сообщила мне, что трансвеститы у них не новость, и они обычно похожи на европейских манекенщиц. Вот она куда больше похожа на женщину, чем остальные, а ведь и она раньше была мужчиной, когда училась у нас...

- ....?!.

...А потом, когда вернулась, не могла, или, черт ее знает - как сказать, - не мог (?) найти работу. Требовались танцовщицы. Вот стала, стал, стало - женщиной.

Я онемела и надолго. Я видела трансвеститов на улицах, в шоу, но чтобы и моя Мун!.. Даже в голову не приходило. Так значит ты леди-бой? воскликнула я.

Мун посмотрела на меня с сожалением - "ничего непонимающий фаранг", и поправила с буддисткой невозмутимостью: - Нет. Я уже настоящая леди.

После этого факта я послала боссу, кроме прочего, и мой автопортрет в белых брюках и в мужской рубахе (обычно я в ней работаю), где, как мне казалось, трудно отличить кто изображен: я или кудрявый юноша, но босс отозвался - "женственно."

Я начала оглядываться. Большеголовый Том теперь тоже не вызывал доверия.

- Том, а что пол поменять для вас просто? Разве это не ведет к каким-нибудь психическим проблемам?

- А когда ты носишь длинную юбку, а потом надеваешь брюки, у тебя происходят изменения в психике? - ответил вопросом на вопрос Том.

- Но Том! Пол это же не одежда!

- Почему не одежда? Тело - это одежда, инструмент твоей сущности духа. А дух неизменен. Человек рождается много раз - то мужчиной, то женщиной.

Я уже знаю как долго и терпеливо он, окончивший наш философский факультет, может объяснять, поэтому перебиваю: - Но почему операцией не пользуются, чтобы менять пол туда-сюда? Почему все становятся женщинами?

Том спокойно пояснил мне, что часто менять пол туда-сюда пока что слишком дорого, но скоро наступят такие времена, когда это будет проще и вообще от твоего пола не будет зависеть даже такой процесс как рождение детей - их будут клонировать. "Европейцы могут еще сто лет рассуждать нравственно все это или безнравственно, а мы ко всему относимся практически спокойно, если это не убивает - почему бы нет? Но пока что, увы, клонирование не распространено. А смена пола - удовольствие не для бедных. Да и проходит не все так гладко, как хотелось бы. "Вот я, к примеру, после такой операции болел и не мог работать три недели".

А далее, пока я чувствовала, как я вся превращаюсь в единый удивленный взгляд и только, он спокойно рассказал мне, как поехал учиться к нам девушкой из приличной семьи, и попал "в разврат", вернулся... (или как бишь?) ...беременной. Вышла замуж за того, кто хотел воспитывать ее ребенка, чтобы был отец у ребенка - ребенок у них всегда не от кого-то, а от бога. Родила ребенка, но "очень дальше учиться хотела". Муж был человек порядочный, но к знаниям не стремящийся, он взял на себя воспитание их дочки, а ее вновь отправил доучиваться, уважая ее стремление. Но чтобы с ней снова не произошло беременности и ничто не мешало ей осваивать неизвестные науки, она сделала себе предварительно операцию по изменению пола. Теперь Том имеет три диплома - один получил у нас, два других во Франции, преподает русский, французский, заработанные деньги отправляет мужу с ребенком, а для себя подрабатывает у босса гидом.

Я несколько дней не могла разговаривать ни с ним, ни с Мун. Мне трудно было переварить всю эту информацию, особенно благодаря тому, что оба они были мне глубоко симпатичны и, как ни странно - душевно понятны. Но как оценивать услышанное?!.

А никак. Я вдруг пришла к такому выводу, что мне все равно в какой мужской ли, женской оболочке Мун или Том.

Но Том!.. Он же вчера познакомил меня у храма Солнца, как мне казалось, со своей женщиной. Уж точно с женщиной и по рождению и, так сказать, до мозга костей. Ее звали Бо. Том наверняка, влюблен в нее. Так что же это получается - Том лесбиянка?..

- Том, а как же быть с любовью? Как это у вас, так же независимо от пола?

Я уже ожидала, что Том прочтет мне лекцию о том, что буддист должен любить все живые существа, ни к кому при этом не прилепляясь, то есть не привязываясь тотально и т. п. Но Том ответил просто:

- Та любовь, о которой вы европейцы любите вздыхать и рассуждать, очень редкая вещь, хотя и может с одни человеком случаться много раз, а с другим - никогда. Это такое соединение двух сущностей, которые как антенны начинают притягивать к себе мощный поток энергии. С ней, с этой энергией, надо уметь справиться, иначе она может и погубить, если вовремя не направить ее на созидание. Кто направляет ее на рождение детей, кто на строительство дома, кто на совместное преображение среды вокруг. А у фарангов любовь почему-то обязательно ведет к трагедии, самоуничтожению. Они позволяют ей сжигать себя изнутри и считают, что это красиво, что это их возвышает, хотя они в реальности ничего хорошего не делают, никому не приносят добра. Я читал вашу литературу, - все сплошные страдания. Это оттого, что вы не умеете правильно обращаться с энергиями. А еще почему-то фаранги путают любовь и просто секс. Просто секс делают те девушки на побережье, которые не могут делать иного добра, потому, что они неграмотны. Для них это - тоже самое что сделать массаж. Просто секс - это не ток энергии, а скидывание энергии ненужной, никуда ненаправленной, потому разрушающей изнутри. Это нужно фарангам - пришельцам. А у нас свои практики. К примеру: медитация. Но когда я почувствую мощный ток из космоса, то что и есть энергия любви, я изменю пол, если это буду чувствовать, находясь вместе с мужчиной и ощущать, что эта энергия объединяет именно нас. Если души сливаются, почему бы не слиться и телам?..

Потом помолчал и добавил: - "сливаются не только души и тела, сливаются все наши жизни, все ваши дела, знания, данности, то что вы называете талантом, сливается экономика - все в единый путь. И значит надо не стоять и мучаться на перекрестке, а идти".

- Том, но ты уже же замужем!

- У нас нет гомосексуальных браков. - Тупо отрезал Том.

- Но муж-то у тебя есть! Он воспитывает твоего ребенка!

- Нет уже. Мы с ним развелись.

- Из-за твоей смены пола?

- Нет. Потому, что наши пути никак не сливаются в единый. Нас не объединяет теперь энергия в единый путь. Нас объединяет лишь ребенок, которому мы, конечно, вместе помогаем сориентироваться в жизни, но каждый со своей стороны. Ребенок все равно должен выбрать свой путь. Он же не наша собственность или игрушка - как часто, сами того не понимая, относятся матери к своим детям в России, он человек. Равный мне, мужу и тебе человек, просто как иностранец, как и ты, нуждается в некоторых пояснениях происходящего на данной земле и в данное время. В начале нас с мужем объединяла любовь, которую мы направили на помощь дочке, но потом мы могли стать единым целым лишь благодаря тому, что кто-то должен был отказаться от своего пути, то есть от себя, сломать свой дух. А сломленный дух не дает позитива. Превратившись в жертву, - человек начинает разлагаться. Распространять зловонье. Как бы превращаться в черную дыру, поглощающую все чужое - время, жизни своих близких, внимание, эмоции. Пропасть жаждет пустоты, наполнения пустотою. Но ничего не выдает. Лишь чисто внешне, механически поддерживая свои границы в порядке. Отсюда у вас и такие требующие от всех внимания и соблюдения какого-то атичеловеческого порядка женщины - домашние хозяйки - они отказались от своего пути, пошли как бы в услужение мужу, или детям, принесли в себя в жертву его карьере, его или их будущему. И за это они укоряют их, за это они позволяют себе делать всех вокруг обязанными им и невесть кому. Когда же человек понимает, что у него свой путь, что он раб кому-то, а попутчик, что он свободен для того чтобы трудиться во имя того, чтобы делать добро и совершенствоваться, чтобы добро его было точным, тогда и все вокруг него чувствуют себя рядом с ним хорошо.

- Но если тот, с кем возможна та объединяющая путь любовь, вызывает сомнения - тот ли этот человек? Вдруг он не подходит тебе по традиционному воспитанию, вдруг у него иная философия, другая социальная ниша, возраст... а тебя тянет к нему...

- Если это дано, то это будет. Надо прислушиваться к кристаллу собственной сущности. И тогда ты поймешь, что любовь не ведает сомнений.

- А вдруг он не поймет?

- Значит это твоя ошибка. Объединять пути можно только с равным понимающим. Равным не по возрасту или богатству, и прочим вещественным доказательствам, которые перед вечностью - прах, а по внутренней мудрости, по осознанию. Только с достойным. Любить неравного по сознанию невозможно. Это ненужная ошибка. Пустая трата времени и сил. Либо ты будешь становиться на цыпочки, но долго на цыпочках не простоишь, либо придется ползать на карачках. Что слабому радость - сильному печаль. Можно конечно объединять путь с более продвинутым, более мудрым и внутренне сильным человеком, но при условии, что ты согласен взять на себя труд совершенствоваться и что он понимает, что ты не будешь тянуть его назад. А у вас все наоборот - в любви взлетаете высоко не для того чтобы совместно дальше постигать мир и истину, а спрятаться в примитивную зоологию. Зоология, физиология становятся главными ведущими по жизни. Вот поэтому наш босс...

- А... что наш босс?!.

- Ты видела босса у храма Солнца, ты же подружилась с ним. Леди по имени Бо - и есть босс.

- Но почему она не пояснила мне кто она?!

- Привыкла. Она же ведет бизнес с европейцами, а совсем не похожа на ваших деловых леди, - мягкая в движениях и нежная лицом, - поэтому они неправильно на нее реагируют. Это очень мешает работе, поэтому она общается по делу со всеми только через компьютер и секретарей, как человек без пола - виртуальный босс.

После этого сообщения я будданулась окончательно - ничем меня уже не удивишь. Хотя и понимаю, что окружали меня продвинутые тайцы, все-таки, тех пор, как я вернулась, все никак не могу понять, кто из нас фаранг, то есть инопланетянин, а кто человек - я или те тайцы, с которыми я общалась?.. И вообще - на какой планете я была?.. А может быть в далеком будущем?..

Content

Сулима Елена
Конец войне между полами (Тайский синдром)