Сведенборг Эммануил

Истинная Христианская Религия

Эммануил Сведенборг

Истинная Христианская Религия

Глава 5. Катехизис, или Десять Заповедей, разъясненные как по внешнему, так и по внутреннему смыслу.

282. Во всем мире нет народа, который не знает, что нельзя совершать убийства или прелюбодеяния, красть и лжесвидетельствовать. Равно известно, что любое царство, республика или иное существующее общество, если в нем нет законов против таких пороков, придет в упадок. Так может ли кто предположить, что Израильский народ настолько глупее остальных, чтобы не ведать, что так делать нельзя? Поэтому удивительно, что законы, которые общеизвестны на Земле, провозглашены были таким чудесным способом Самим Иеговой с горы Синай. Но обратите внимание: таким чудесным способом они были провозглашены, чтобы было известно, что эти законы - не только гражданское и нравственное законодательство, а еще и Божественные законы, так что поступать против них - значит не только вредить ближнему, то есть, своим согражданам и обществу, но и грешить против Бога. Так, провозглашенные Иеговой с горы Синай, они стали религиозными законами. Очевидно, что каждая заповедь, данная Иеговой, должна быть непременно религиозной заповедью, то есть, тем, что надо делать, чтобы спастись. Однако перед разъяснением заповедей я должен сперва сказать об их святости, чтобы было ясно, что они имеют религиозное содержание.

I Десять Заповедей были верхом святости для Израильской церкви.

283. Десять заповедей, которые являются отправной точкой Слова, а значит и церкви, которая должна была образоваться среди Израильского народа, будучи в малом объеме сводом всей полноты религии, создающей связь Бога с человеком и человека с Богом, были так святы, что не могло существовать ничего более святого. Их исключительная святость очевидна из следующих моментов.

Сам Господь Иегова сошел на гору Синай в огне и окружении ангелов, и оттуда громко провозгласил их, гора же была огорожена, чтобы кто-нибудь не приблизился и не был убит. Ни священники, ни старейшины не подходили, один Моисей. Заповеди написаны были на двух каменных скрижалях перстом Божьим. Когда Моисей во второй раз снес вниз скрижали, его лицо сияло. Скрижали затем были уложены в Ковчег, который был центром Скинии. Они были укрыты крышкой, поверх которой находились херувимы, сделанные из золота. Та центральная часть Скинии, где находился Ковчег, называлась Святое Святых. Снаружи завесы, внутри которой был ковчег, помещалось множество предметов, символизирующих святое небес и церкви; там был стол, покрытый золотом, на который клали хлебы предложения, золотой жертвенник для воскурений и золотой светильник с семью лампадами; также и покров вокруг, сделанный из виссона, пурпура и багряницы. Святость всей Скинии была целиком следствием закона, находящегося в Ковчеге. (2) Это ради святости Скинии, содержащей Ковчег, всему Израильскому народу велено было стать вокруг нее лагерем в порядке колен; и то, что они по порядку трогались в путь за ней; и что над ней было облако днем и огонь ночью. Из-за святости закона и присутствия Иеговы в нем, Иегова говорил с Моисеем именно с крышки ковчега, посреди херувимов; а ковчег назывался "Иегова здесь"; и Аарону под страхом смерти не позволялось входить за завесу иначе как с жертвами и воскурением. Это из-за присутствия Иеговы в законе и вокруг него, при помощи Ковчега, содержащего закон, творились чудеса. Например, воды Иордана разделились, и люди переходили посуху, пока Ковчег оставался посреди них. Его пронесли вокруг стен Иерихона, и они обрушились. Дагон, филистимский бог, первым пал ниц перед Ковчегом, а позже был найден с оторванной головой и кистями обеих рук на пороге капища. Ради Ковчега жители Вефсамиса поражены были числом до многих тысяч. Оза был убит прикосновением к Ковчегу. Ковчег был перенесен Давидом в Сион с жертвоприношениями и ликованием. Позже Соломон поместил его в Храм в Иерусалиме и сделал давир для него внутри храма. По этим и многим другим частностям ясно, что Десять Заповедей были верхом святости для Израильской церкви.

284. Цитированные здесь подробности о провозглашении закона, о его святости и силе можно найти в следующих местах Слова. Иегова сошел на гору Синай в огне, и гора тогда дымилась и колебалась, были гром и молния, густое облако и трубный звук: Исход 19:16-18; Втор. 4:11; 5:22-26. Перед сошествием Иеговы народ готовился и освящался три дня: Исход 19:10, 11, 15. Гора была огорожена, чтобы кто-нибудь не приблизился к ее подножию и не подошел, и не был бы убит; даже священники не подходили, только Моисей: Исход 19:12,13,20-23; 24:1,2. Закон был провозглашен с горы Синай: Исход 20:2-17; Втор. 5:6-21. Закон был начертан на двух каменных скрижалях, и написан перстом Божьим: Исход 31:18; 32:15,16; Втор. 9:10. Когда Моисей во второй раз нес с горы скрижали, лицо его сияло так, что он должен был прикрывать его покрывалом, когда говорил с народом: Исход 34:29-35. Скрижали уложили в Ковчег: Исход 25:16; 40:20; Втор. 10:5; 3 Цар. 8:9. На Ковчеге была установлена крышка, поверх которой находились херувимы, сделанные из золота: Исход 25:17-21. Ковчег вместе с крышкой и херувимами находился в скинии, составляя ее первую, и потому самую внутреннюю, часть; стол, покрытый золотом, на котором были хлебы предложения, жертвенник для воскурений из золота, и светильник, и лампады из золота, составляли внешнюю часть Скинии; десять покрывал из виссона, пурпура и багряницы были ее наружной частью: Исход 25 глава; 26 глава; 40:17-28. Место, где находился Ковчег, называлось Святое Святых: Исход 26:33. Весь Израильский народ располагался станом вокруг Скинии в порядке колен, и по порядку снимался за ней: Числа глава 2. И было облако над Скинией днем, а ночью огонь: Исход 40:38; Числа 9:15 - до конца; 14:14; Втор. 1:33. Иегова говорил с Моисеем над Ковчегом между херувимов: Исход 25:22; Числа 7:89. Ковчег, от закона в нем, назывался "Иегова здесь", потому что Моисей, когда Ковчег трогался в путь, говорил: "Восстань, Иегова", а когда останавливался: "Вернись, Иегова": Числа 10:35,38; и далее 2 Цар. 6:2; Пс. 132:7,8. Ради святости закона Аарону не позволялось входить за завесу иначе как с жертвами и воскурением: Левит 16:2-14 сл. Благодаря присутствию могущества Господа в законе, находящемся в Ковчеге, воды Иордана разделились, и пока Ковчег оставался посреди них, люди переходили по суше: Нав. 3:1-17; 4:5-20. Стены Иерихона обрушились, когда вокруг них носили ковчег: Нав. 6:1-20. Дагон, бог Филистимлян, пал на землю перед ковчегом, и затем был найден лежащим на пороге капища с оторванными головой и кистями рук: 1 Цар. глава 5. Жители Вефсамиса поражены были из-за Ковчега числом до многих тысяч: 1 Цар. главы 5 и 6. Оза был убит прикосновением к Ковчегу: 2 Цар. 6:7. Ковчег перенесен в Сион Давидом с жертвоприношениями и ликованием: 2 Цар. 6:1-19. Ковчег принесен Соломоном в Храм в Иерусалиме, где он сделал для него давир: 3 Цар. 6:19 сл.; 8:3-9.

285. Поскольку этот закон - средство связи Господа с человеком и человека с Господом, он называется заветом и свидетельством. Он называется заветом, потому что служит связью, и свидетельством, потому что устанавливает статьи завета1. Ибо завет в Слове означает связывание, свидетельство - установление и заверение статей завета. Вот почему было две скрижали: одна для Бога, другая для человека. Господь образует соединение, но только тогда, когда человек делает записанное в его скрижали. Ведь Господь постоянно присутствует рядом и желает войти; но человек должен открыть дверь по свободной воле, которую Господь дает ему. Ибо Он говорит:

Вот, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною. Откр. 3:20.

Каменные скрижали, на которых записан закон, называются скрижалями завета, и Ковчег по ним назван Ковчегом завета; сам закон назван заветом: см. Числа 10:33; Втор. 4:13,23; 5:2,3; 9:9; Нав. 3:11; 3 Цар. 8:21; Откр. 11:19; и в других местах.

Поскольку завет означает соединение, о Господе сказано, что Он будет заветом для людей (Исаия 42:6; 49:8); Он назван вестником (ангелом) завета (Мал. 3:1); а Его кровь называется кровью завета (Матф. 26:28; Зах. 9:11; Исход 24:4-10). Вот почему Слово называется Ветхим и Новым заветами, ведь заветы заключаются ради любви, дружбы, общения и соединения.

286. Такая великая святость и сила заключена в законе потому, что это краткое изложение всей полноты религии. Он был написан на двух скрижалях, из которых одна заключает все положения, касающиеся Бога, а другая - все положения, касающиеся человека. Вот почему заповеди закона называются Десятословием (Исход 34:28; Втор. 4:13; 10:4); они называются так потому, что десять означает все, а слова означают истины. Ведь они содержат больше десяти слов. Десять же означает все, и десятина1 была учреждена от этого значения, см. "Апокалипсис открытый" (101). На следующих страницах будет видно, что закон - это краткое изложение всей полноты религии.

II Буквальный смысл Десяти Заповедей содержит основные указания по учению и жизни; но их духовный и небесный смыслы содержат указания самого общего характера.

287. Хорошо известно, что Десять Заповедей называются в Слове законом преимущественно, потому что содержат все имеющее отношение к учению и жизни, не только все, что касается Бога, но и все, что касается человека. Вот почему закон был записан на двух скрижалях, одна из которых посвящена Богу, другая - человеку. Хорошо известно и то, что все в учении и жизни имеет отношение к любви к Богу и любви к ближнему. Эти виды любви во всей полноте содержатся в Десяти Заповедях. В этом учение всего Слова, что очевидно из слов Господа:

Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всей душою твоею и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя. На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки. Матф. 22:35-37,40.

Закон и пророки означают все Слово. И далее:

И вот, один законник встал и, искушая Его, сказал: Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную? Он же сказал ему: в законе что написано? как читаешь? Он сказал в ответ: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя. Иисус сказал ему: так поступай, и будешь жить. Лука 10:25-28.

Итак, поскольку Слово целиком составляют любовь к Богу и любовь к ближнему, и поскольку первая скрижаль Десяти Заповедей содержит вкратце все о любви к Богу, а вторая скрижаль содержит все о любви к ближнему, следовательно, они содержат все об учении и жизни. По одному взгляду на две скрижали ясно, что они так связаны, что Бог со своей скрижали взирает на человека, а человек, в свою очередь, со своей взирает на Бога. Таким образом, имеется взаимное созерцание, при чем Бог со своей стороны никогда не упускает человека из виду и постоянно исполняет то, что нужно для его спасения; и если человек принимает и делает то, что изложено в его скрижали, связь становится взаимной. Тогда, как обещано в словах Господа к законнику, "так поступай, и будешь жить".

288. Закон часто упоминается в Слове. Я должен пояснить, что закон означает в строгом смысле, что в более широком, и что в самом широком смысле. В строгом смысле закон означает Десять Заповедей; в более широком смысле - правила, данные Моисеем Детям Израиля, и в самом широком смысле все Слово. Хорошо известно, что закон в строгом смысле означает Десять Заповедей. То, что в более широком смысле закон означает правила, данные Моисеем Детям Израиля, очевидно по отдельным правилам Левита, каждое из которых называлось законом:

Вот закон о жертве. Левит 7:1.

Вот закон о жертве мирной. Левит 7:7,11.

Вот закон о приношении хлебном. Левит 6:14 сл.

Вот закон о всесожжении, о приношении хлебном, о жертве за грех, о жертве повинности, о жертве посвящения. Левит 7:37.

Вот закон о животных и о птицах. Левит 11:46, 47.

Вот закон о родившей сына или дочь. Левит 12:7.

Вот закон о язве проказы. Левит 13:59; 14:2,32,54,57.

Вот закон об имеющем истечение. Левит 15:32.

Вот закон о ревности. Числа 5:29,30.

Вот закон о Назорее. Числа 6:13,21.

Вот закон об очищении. Числа 19:14.

Вот закон относительно рыжей коровы. Числа 19:2.

Вот закон для царя. Втор. 17:15-19.

На самом деле, все Пятикнижие Моисеево называется законом (Втор. 31:9,11,12,26; а также в Новом Завете, например, Лк. 2:22; 24:44; Иоанн 1:45; 7:22,23; 8:5; и в других местах).

(2) Контекст ясно показывает, что именно эти правила имел в виду Павел под "делами закона", когда говорил, что человек оправдывается верой независимо от дел закона (Рим. 3:28). На то же указывают его слова, обращенные к Петру, которого он осуждал за то, что тот ведет себя как еврей, где он три раза в одном стихе повторил, что никто не оправдывается делами закона (Гал. 2:14, 16).

Закон в самом широком смысле означает все Слово, что ясно из следующих отрывков:

Иисус отвечал им: не написано ли в самом законе вашем: Я сказал: вы боги? Иоанн 12:34.

Это сказано в Пс. 81:6.

Народ отвечал Ему: мы слышали из закона, что Христос пребывает вовек. Иоанн 12:34.

Это сказано в Пс. 88:29; Пс. 109:4; Дан. 7:14.

Но да сбудется слово, написанное в законе их: возненавидели меня напрасно. Иоанн 15:25.

Это сказано в Пс. 34:19.

Фарисеи сказали им: уверовал ли в Него кто из начальников, или из Фарисеев? Но этот народ, который невежда в законе... Иоанн 7:48, 49. Но скорее небо и земля прейдут, нежели одна черта из закона пропадет. Лк. 16:17.

Закон в этих отрывках означает все Святое Писание; и в Псалмах Давида есть тысяча таких мест.

289. Десять Заповедей в их духовном и небесном смыслах содержат в универсальной форме все заповеди, относящиеся к учению и жизни, и потому всю полноту веры и милосердия, по той причине, что буквальный смысл Слова в каждой мельчайшей подробности, как вообще, так и в любой части, скрывает два внутренних смысла, один, называемый духовным, другой - небесным. И эти смыслы содержат Божественную истину с ее собственным теплом. Итак, раз Слово таково и вообще, и в каждой части, то каждую из Десяти Заповедей надо разъяснить по этим трем смыслам: природному, духовному и небесному. Что такова природа Слова, уже было показано на наглядных примерах в главе о Святом Писании или Слове (193-208, выше).

290. Никто из тех, кто незнаком с природой Слова, не может иметь и малейшего понятия о том, что в его частицах заключена бесконечность, лучше сказать, что его содержимое неисчислимо, до того, что даже ангелы не могут исчерпать его. Все, что находится в нем, можно уподобить семени, которое будучи посажено в землю, может вырасти в огромное дерево, и дать семян в изобилии; те снова станут такими же деревьями, образовав сад, а их семена, в свою очередь, образуют другие сады, и так до бесконечности. Слово Господне таково в своих частностях, из которых превыше всех Десять Заповедей. Ибо, так как они учат любви к Господу и любви к ближнему, то они есть краткое изложение всего Слова. Господь также показывает, что Слово таково, сравнением:

Царство Небесное подобно зерну горчичному, которое человек взял и посеял на поле своем, которое, хотя меньше всех семян, но, когда вырастет, бывает больше всех злаков и становится деревом, так что прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его. Матф. 13:31,32; Марк 4:31,32; Лк. 13:18,19; ср. также Иез. 17:2-8.

То обстоятельство, что в Слове заключено такое бесконечное количество духовных семян, или истин, можно определить по мудрости ангелов, которая вся черпается из слова. В их случае мудрость продолжает расти вечно. Чем мудрее они становятся, тем яснее видят, что мудрость не имеет предела, и постигают, что они лишь у ее входа, и не могут достичь и ничтожной части Божественной мудрости Господа. Они называют ее бездонной. Поскольку же она является источником Слова, исходящего, как и сама она, от Господа, ясно, что все его частицы содержат нечто бесконечное.

* * * * *

III Первая заповедь. Да не будет у тебя других богов пред лицом моим.

291. Это слова первой заповеди (Исход 20:3; Втор. 5:7). Их обычное значение в природном или буквальном смысле в том, что нельзя поклоняться идолам, поскольку они продолжаются так:

Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Иегова, Бог твой, Бог ревнитель. Исход 20:4,5.

Причина того, что обычное значение этой заповеди - не поклоняться идолам, состоит в том, что до этого времени, и затем до пришествия Господа, большая часть Азии занималась идолопоклонством. Так было потому, что все церкви до пришествия Господа были изобразительными и символизирующими. Символы и изображения были таковы, что понятия о Боге были представлены в виде различных подобий и изваяний; а когда их значения были утеряны, простые люди стали поклоняться им, как богам. Даже у израильского народа было такого рода поклонение, когда они были в Египте, что ясно по золотому тельцу, которому они поклонялись в пустыне вместо Иеговы. Понятно и то, что и позже их никакими средствами нельзя было отвратить от поклонения такого рода, как показано во многих местах как исторической, так и пророческой части Слова.

292. Заповедь "Да не будет у тебя других богов пред лицом моим" в природном смысле означает, что никакому человеческому существу, ни живому, ни мертвому, нельзя поклоняться как богу, - другой обычай, встречающийся в Азии и многих соседних странах. Многие языческие боги - не что иное, например, Баал, Астарта, Хамос, Мильком, Вельзевул, а в Афинах и Риме Сатурн, Юпитер, Нептун, Плутон, Аполлон, Паллант, и т.д. Некоторые из них сначала почитались как святые, затем как божественные силы, и наконец, как боги. Из указа Дария Мидийского ясно, что там также поклонялись живым людям, как богам. Это повеление устанавливало, что в течение тридцати дней никто не должен просить чего-либо у Бога, а только у царя; иначе его бросят в логово львов (Дан. 6:8 - до конца).

293. В буквальном, или природном смысле эта заповедь также означает, что никого нельзя любить превыше всех, кроме Бога, и ничего, кроме того, что исходит от Бога. Это тоже в согласии со словами Господа (Матф. 22:37-39; Лк. 10:25-28). Кто-либо или что-либо, любимое превыше всего, для любящего и есть Бог или божественное. Например, если кто-то любит себя или мир превыше всего другого, то он или мир и есть его собственный бог. Вот почему такие люди в своем сердце не признают никакого Бога. Поэтому они соединены с подобными духами в аду, где собраны все, кто любили себя или мир превыше всего.

294. Духовный смысл этой заповеди в том, что нельзя поклоняться никакому другому Богу, кроме Господа Иисуса Христа, потому что Он Иегова, сошедший в мир и выполнивший искупление, без которого никакой человек, ни ангел не мог быть спасен. Следующие отрывки из Слова показывают, что нет другого Бога, кроме Него.

И скажут в тот день: вот Он, Бог наш! на Него мы уповали, и Он спас нас! Сей есть Иегова; на Него уповали мы; возрадуемся и возвеселимся во спасении Его! Исаия 25:9. Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Иегове, прямыми сделайте в степи стези Богу нашему. И явится слава Иеговы, и узрит всякая плоть. Вот Господь Иегова грядет с силою. Как пастырь Он будет пасти стадо Свое. Исаия 40:3,5,10,11. Только среди вас Бог, и нет иного Бога. Истинно, Ты Бог сокровенный, Бог Израилев, Спаситель. Исаия 45:14,15. Не Я ли Иегова? и нет другого Бога кроме Меня, Бога праведного и спасающего нет кроме меня. Исаия 45:21,22. Я Иегова, и нет спасителя кроме меня. Исаия 43:11; Осия 13:4. И всякая плоть узнает, что Я Господь, Спаситель твой и Искупитель твой. Исаия 49:26; 60:16. Искупитель наш Иегова Саваоф имя Ему. Исаия 47:4; Иер. 50:34. Иегова, твердыня моя и Избавитель мой! Пс. 18:15. Так говорит Иегова, Искупитель твой, Святый Израилев: Я Иегова, Бог твой. Исаия 48:17; 43:14; 49:7; 54:8. Так говорит Иегова, искупивший тебя: Я Иегова, Который сотворил все, один. Исаия 44:24. Так говорит Иегова, Царь Израиля, и Искупитель его, Иегова Саваоф: Я первый, и Я последний, и кроме Меня нет Бога. Исаия 44:6. Иегова Саваоф - имя Его; и Искупитель твой - Святый Израилев: Богом всей земли назовется Он. Исаия 54:5. Авраам не узнает нас; и Израиль не признает нас своими. Ты, Иегова, Отец наш, от века имя твое: "Искупитель наш". Исаия 63:16. Ибо младенец родился нам - Сын дан нам, и нарекут имя ему: Чудный, Советник, Бог, Герой, Отец вечный, Князь мира. Исаия 9:6. Вот, наступают дни, и восставлю Давиду Отрасль праведную, и воцарится Царь; и вот имя Его: "Иегова наша правда". Иер. 23:5,6; 33:15,16. Филипп сказал Ему: Господи! покажи нам Отца, Иисус сказал ему: Видевший Меня видел Отца. Разве ты не веришь, что Я в Отце и Отец во Мне? Иоанн 14:8-10. В Иисусе Христе обитает вся полнота Божества телесно. Кол. 2:9. Да будем в истине, в Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и жизнь вечная. Дети! храните себя от идолов. 1 Иоанн 5:20, 21.

Эти места ясно показывают, что Господь Спаситель наш - это Сам Иегова, который одновременно Создатель, Искупитель и Возродитель. Вот духовный смысл этой заповеди.

295. Небесный смысл этой заповеди в том, что Господь Иегова бесконечен, неизмерим и вечен, Он всемогущ, всезнающ и вездесущ. Он первый и последний, начало и конец, который был, есть и будет. Он - сама любовь и сама мудрость, или само благо и сама истина, и, следовательно, сама жизнь. Поэтому Он - единственный источник всего.

296. Против этой заповеди грешит всякий, признающий и почитающий иного Бога, нежели Господа, Спасителя, Иисуса Христа, который Сам Иегова Бог в человеческой форме. И тем более тот, кто убеждает себя в действительном существовании от вечности трех Божественных личностей. Чем больше такие люди убеждают себя в этих ошибочных верованиях, тем более они становятся природными и погрязшими во плоти, до той степени, что уже не способны понять внутренне ни одной Божественной Истины, а если даже слышат и принимают какую, то очерняют ее и душат ее в заблуждениях. Потому их можно сравнить с живущими на нижнем этаже или в подвале здания, и не слышащими ничего из разговоров тех, кто живет на втором и третьем этажах, поскольку потолки над головами препятствуют проникновению звука.

Человеческий дух напоминает здание из трех этажей; нижний занимают те, кто уверил себя в трех Богах от вечности, второй и третий этажи - те, кто признает только одного Бога в видимой человеческой форме и верит в Него, как в Господа Бога Спасителя. Тот, кто полагается на чувства и погряз во плоти, будучи чисто природным, рассмотренный сам по себе - просто животное, отличающееся от других животных только способностью разговаривать и рассуждать. Так что он как некто, живущий в зверинце, полном диких животных разных видов, и играющий иногда роль льва, иногда медведя, иногда тигра, леопарда или волка; пожалуй, он даже может играть роль овцы, но делает это, усмехаясь про себя.

Чисто природный человек не может составить никакого представления о Божественных истинах, иначе как по земным понятиям, которые подвержены обманам чувств, поскольку он не может поднять свой дух выше их уровня. Его учение о вере можно сравнить с кашей из отрубей, которую он кушает так, будто это лакомство. Еще оно похоже на повеление, данное пророку Иезекиилю, смешать пшеницу, ячмень, бобы, чечевицу и полбу с человеческим калом или коровьим пометом, и сделать себе хлеб и лепешки, чтобы так изобразить, какой была церковь у Израильского народа (Иез. 4:9 сл.). То же самое с учением церкви, которое основано и построено на вере в три Божественных личности от вечности, из которых каждая в отдельности - Бог.

Кто бы мог не увидеть, как чудовищна эта вера, если бы она предстала глазу в своих истинных красках на картине? Если, например, эти трое стоят в ряд, один, увенчанный короной и со скипетром, другой, держащий в правой руке книгу (Слово), а в левой - окровавленный золотой крест, и третий, снабженный крыльями, стоящий на одной ноге, как бы готовый сорваться с места и приступить к действию; и табличка над картиной: "Эти трое, или три бога, - один Бог". Любой мудрый человек, увидев эту картину, сказал бы про себя: "Что за нелепое заблуждение!" Однако он сказал бы нечто совсем иное, увидев изображение одной Божественной личности, с лучами небесного света вокруг головы, с табличкой: "Это наш Бог, Он же Создатель, Искупитель и Возродитель, и потому Спаситель". Разве не взял бы мудрый человек такую картину с собой домой, чтобы радовалась душа его, и его жены, и детей, и прислуги, при взгляде на нее?

IV Вторая заповедь. Не произноси имени Иеговы, Бога твоего, напрасно, ибо Иегова не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно.

297. Напрасное произнесение имени Иеговы Бога означает в природном, или буквальном, смысле злоупотребление самим именем во всех видах разговоров, особенно в ложных утверждениях или обмане, в божбе без надобности, или чтобы избегнуть порицания, с дурными намерениями, а именно, для проклятий, колдовства и заклинаний. С другой стороны, клясться Богом и Его святостью, Словом и Евангелием, при коронации, посвящении в духовный сан, введении в ответственную должность, не значит напрасно произносить имя Божие, если только потом тот, кто клялся, не откажется от своих обещаний, как ничего не стоящих. Имя Божие, будучи свято само, должно постоянно использоваться в церковном священнодействии: в молитвах, песнопениях и во всех формах богослужения, а также в проповедях и сочинениях на религиозные темы. Все это потому, что Бог присутствует во всем, что касается религии, и когда к Нему обращаются должным образом, Его именем вызывают Его присутствие, и Он слышит. Этим святится имя Божие.

(2) Священность имени Божьего можно обосновать на примере имени Иегова, которое Евреи с самого раннего периода и до сих пор не осмеливаются произносить; ради них и Евангелисты и Апостолы не хотели больше употреблять его. Поэтому вместо "Иегова" они говорили "Господь". Это очевидно по многим местам из Ветхого Завета, цитируемым в Новом, где "Иегова" заменено на "Господь", например, Матф. 22:37; Лк. 10:27 ср. с Втор. 6:5, и др. Хорошо известно, что имя Иисус так же свято, по высказыванию Апостола о том, что пред этим именем преклоняется и должно преклоняться всякое колено в небесах и на земле; и более того, никакой дьявол в аду не может произнести его. Есть много имен Бога, которые нельзя употреблять напрасно, как то: Иегова, Иегова Бог, Иегова Саваоф, Святой Израилев, Иисус и Христос, и Святой Дух.

298. В духовном смысле имя Божие означает все церковное учение целиком, извлеченное из Слова, по которому к Господу обращаются и поклоняются ему. Все оно сведено в имени Божьем. Поэтому напрасное употребление имени Божьего означает использование чего бы то ни было из этого источника в праздной болтовне, лжесвидетельстве, лжи, ругани, колдовстве и заклинаниях; ибо это - злословие и поношение Бога, а значит, Его имени. Следующие отрывки показывают, что Слово и все, что церковь извлекает из него, таким образом, все богослужение, есть имя Божие.

От восхода солнца будут призывать имя Мое. Исаия 41:25. Ибо от восхода солнца до заката велико будет имя Мое между народами, и на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему. А вы хулите его тем, что говорите: "трапеза Иеговы не стоит уважения". И пренебрегаете Моим именем, и приносите искалеченное, хромое и больное. Мал. 1:11-13. Ибо все народы ходят, каждый во имя своего Бога; а мы будем ходить во имя Иеговы Бога нашего. Михей 4:5. Да поклоняются Иегове в одном месте, которое Он изберет, чтобы пребывало там имя Его. Втор. 12:5,11,13,14,18; 16:2,6,11,15,16.

Его имя означает Его богослужение.

Иисус говорил: где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них. Матф. 18:20. А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божьими. Иоанн 1:12. Неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя единородного Сына Божьего. Иоанн 3:18. Веруя, имеете жизнь во имя Его. Иоанн 20:31. Иисус сказал: Я открыл имя Твое Человекам... И Я открыл им имя Твое, и открою. Иоанн 17:6,26. Господь сказал: У тебя в Сардах есть несколько имен. Откр. 3:4.

Есть много других мест, в которых, как здесь, имя Бога означает Божественное, которое исходит от Бога, и посредством которого Ему поклоняются. Имя Иисуса Христа, однако, означает искупление в целом, и Его учение в целом, таким образом, спасение в целом. Иисус означает спасение в целом путем искупления, Христос - спасение в целом с помощью Его учения.

299. В небесном смысле, напрасно применять имя Божие означает то, что Господь сказал фарисеям:

Всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится. Матф. 12:31,32.

Хула на Духа означает надругательство над божественностью Человечности Господа и святостью Слова. Из следующих отрывков ясно, что под "именем Иеговы Бога" в небесном, или высшем, смысле подразумевается Божественная Человечность Господа:

Иисус сказал: Отче! прославь имя Твое. Тогда пришел с неба глас: и прославил и еще прославляю. Иоанн 12:28. И если чего попросите во имя Мое, то сделаю, да прославится Отец в Сыне. Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю. Иоанн 14:13,14.

То же значение имеет в небесном смысле "Да святится имя Твое" в Господней молитве; как и значение "имени" в Исход 23:21; Исаия 63:16. Поскольку хула на Духа не прощается никому (как указано в Матф. 12:31,32), и таково значение в небесном смысле, то и добавлена к заповеди фраза: "Ибо Иегова не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно."

300. По используемым в духовном мире именам понятно, что чье-либо имя означает не одно только его имя, а все его качества. В том мире никто не сохраняет имени, которое получено им при крещении и от своего отца или семьи в этом мире, но каждый зовется согласно своим качествам, а ангелы носят имена, подходящие их нравственной и духовной жизни. Именно их подразумевал Господь, говоря:

Я - пастырь добрый. Овцы слушаются голоса его, и он зовет своих овец по имени и выводит их. Иоанн 10:3,11.

Подобно тому и в этих словах:

У тебя есть несколько имен в Сардах, которые не осквернили одежд своих. Побеждающему же... напишу на нем имя града Нового Иерусалима, и имя Мое новое. Откр. 3:4,12.

Гавриил и Михаил - это не имена двух людей на небесах, но эти имена означают на небесах каждого, кто обладает истиной о Господе и поклоняется Ему. Под личными именами и названиями местностей в Слове тоже подразумеваются не настоящие люди и места, а вещи, касающиеся церкви.

(2) Даже в природном мире имя не означает одного только имени, а все качества человека, так как они неотделимы от имени. В повседневной речи мы говорим: "Он сделал это ради своего имени", или "ради доброго имени"; или "это человек с именем". Под этим мы подразумеваем, что он известен благодаря качествам, которыми обладает, например, мастерство, ученость, успехи и т.д. Каждый знает, что оскорбляя и злословя кого-то по имени, также злословят и оскорбляют его образ жизни. Эти понятия связаны так, что добрая слава его имени рушится. Совершенно так же, если кто-то оскорбительным тоном произносит имя короля, герцога или сановника, то тем самым осыпает бранью также их величие и сан. Равно любой произносящий с презрением чье-либо имя, вместе с тем выказывает презрение к его образу жизни. Это относится к любой личности; законы любого царства запрещают злословить и оскорблять имя кого бы то ни было, потому что имя равнозначно характеристике и репутации.

V Третья заповедь. Помни день Субботний, чтобы святить его; шесть дней работай и делай всякие дела твои, а день седьмой - Суббота Иегове Богу.

301. Эта третья заповедь, смотри Исход 20:8-10; Втор. 5:12,13. В природном, или буквальном, смысле это значит, что шесть дней - для человека и его работы, а седьмой - для Господа, а для Него - чтобы дать человеку отдохнуть. Суббота на языке подлинника означает покой. Среди Детей Израиля суббота была святейшим из обычаев, так как символизировала Господа. Шесть дней символизировали Господни труды и сражения с адами, седьмой - Его победу над ними и потому покой. Раз этот день символизирует завершение Господом всего процесса искупления, по этой причине он и был верхом святости. Однако когда Господь пришел в мир, и символизация Его прекратилась, этот день стал днем поучений на Божественные темы, а также днем отдыха от работы для размышлений о предметах, ведущих к спасению и вечной жизни, и днем любви к ближнему. Что это день для поучений на Божественные темы, понятно из того, что Господь учил в этот день в Храме и синагогах (Марк 6:2; Лука 4:16,31,32; 13:10). Также из слов Его к человеку, которого Он исцелил: "Возьми постель свою и ходи", и к фарисеям, что Его ученикам можно рвать колосья и есть их в день субботний (Матф. 12:1-9; Марк 2:23 - до конца; Лука 6:1-6; Иоанн 5:9-19).

Все эти моменты в духовном смысле означают наставление в вопросах учения. То, что делал и говорил Господь, показывает, что этот день стал и днем любви к ближнему (Матф. 12:10-14; Марк 3:1-9; Лука 6:6-12; 13:10-18; 14:1-7; Иоанн 5:9-19; 7:22,23; 9:14,16). Каждая из этих серий отрывков поясняет, почему Господь сказал, что Он - Господин и субботы (Матф. 12:8; Марк 2:28; Лука 6:5). Из Его высказываний следует, что этот день был для того, чтобы символизировать Его.

302. В духовном смысле эта заповедь означает преобразование и возрождение человека Господом. "Шесть дней работы" означают борьбу с плотью и ее вожделениями, и в то же время против зла и лжи, насаждаемых адом. Седьмой день означает соединение человека с Господом и следующее из этого возрождение его. Как будет показано позже, в главе о преобразовании и возрождении, пока продолжается борьба, человек занимается духовным трудом; когда же он возрожден, он отдыхает. Вот важные вопросы, затрагиваемые при этом:

(i) Возрождение - точная копия зачатия, вынашивания в утробе, рождения и воспитания.

(ii) Первый процесс нового рождения называется преобразованием разума, второй процесс - это возрождение воли и затем разума.

(iii) Первым должен преобразоваться внутренний человек, а затем внешний человек посредством внутреннего.

(iv) В это время происходит борьба между внутренним и внешним человеком, и тот, кто побеждает, становится хозяином другого.

(v) Возрождение человека - это обладание новой волей и новым разумом, и т.д.

Эта заповедь в духовном смысле означает преобразование человека по той причине, что оно соответствует Господним трудам и битвам против адов, и Его победе над ними, с наступлением затем покоя. Ибо как Господь прославил Свою Человечность и сделал ее Божественной, точно так же Он преобразует человека и возрождает его, делая его духовным. Вот что подразумевается под "следованием Ему". Из Исаии. главы 53 и 63, ясно, что Господь занимался сражениями, и они называются трудами; и у людей подобное явление называется трудами (Исаия 65:23; Откр. 2:2,3).

303. В небесном смысле эта заповедь означает соединение с Господом, ведущее к миру, как результат защищенности от ада. Суббота означает покой, а в высшем смысле - мир. Вот почему Господа называют Князем мира, и Он называет Себя миром; это видно из следующих отрывков:

Младенец родился нам - Сын дан нам, владычество на раменах Его, и нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог, Герой, вечный Отец, Князь мира. Умножению владычества и мира Его нет предела. Исаия 9:6,7. Иисус сказал: Мир оставляю вам, мир Мой даю вам. Иоанн 14:27. Иисус сказал: Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. Иоанн 16:33. Как прекрасны на горах ноги благовестника, возвещающего мир, говорящего: "воцарился Бог твой". Исаия 52:7. Иегова избавит в мире душу твою. Пс. 54:19. И делом правды будет мир, и трудами правды - спокойствие и безопасность вовеки. Тогда будут жить в обители мира, и в шатрах безопасности в спокойном облегчении. Исаия 32:17,18. Иисус сказал семидесяти, которых Он посылал: В какой дом войдете, сперва говорите: мир дому сему; и если будет там сын мира, то почиет на нем мир ваш. Лука 10:5,6; Матф. 10:12-14. Иегова скажет мир народу Своему. Правда и мир облобызаются. Пс. 84:9,11. Когда Господь Сам явился ученикам, Он сказал: мир вам! Иоанн 20:19, 21:26.

Кроме того, Исаия (главы 65 и 66, др.) повествует о состоянии мира, к которому приведет их Господь. Люди, которые будут приведены к этому состоянию, - это те, что приняты в новую церковь, учреждаемую Господом в настоящее время. Из моей книги "Небеса и ад" (284-290) видно, какова суть мира, которым обладают ангелы в небесах и те, кто в Господе. Эта ссылка также прояснит, почему Господь называет Себя Господином субботы, то есть, покоя и мира.

304. Небесный мир, который не дает злу и лжи подняться из ада напасть на нас, можно во многих отношениях сравнить с природным миром. Например, мир, который следует за войнами, когда, защищенный от врагов, каждый живет благополучно в своем городе и доме, поместье и усадьбе; как сказал пророк, говоря по природному о небесном мире:

Но каждый будет сидеть под своею виноградною лозою и под своею смоковницею, и никто не будет устрашать их. Мих. 4:4; Исаия 85:21,23.

Это еще можно сравнить с развлечением духа и отдыхом после напряженной работы; или с успокаивающим переживанием матери после родов, когда приносит свое наслаждение материнская любовь. Возможно также сравнение с хорошей погодой после ураганных ветров, мрачных туч и грома; или с весной по прошествии суровой зимы, и созреванием нового урожая на полях, расцветающими садами, лугами и лесами. В равной степени можно сравнить это с душевным состоянием тех, кто после штормов и опасностей моря достиг гавани и ступил ногой на долгожданную землю.

VI Четвертая заповедь. Почитай отца твоего и мать твою, чтобы тебе было хорошо, и чтобы продлились дни твои на земле.

305. Эта заповедь находится в Исходе, 20:12, и Второзаконии, 5:16. Почитать отца и мать, в природном, или буквальном, смысле означает почитать своих родителей, слушаться их, любить их и проявлять благодарность за их благодеяния. А именно, что они кормят и одевают своих детей, выводят их в люди, чтобы они могли воспитанно и прилично жить; а также направляют их в небеса, уча их обычаям религии. Так они обеспечивают не только их временное благосостояние, но и вечное счастье. В более широком смысле эта заповедь подразумевает, что надо почитать своего царя и власти, поскольку они обеспечивают всех жизненно необходимым вообще, как родители в частном случае. В самом широком смысле эта заповедь означает, что нужно любить свою страну, поскольку она кормит и защищает; отсюда она и зовется отечеством. Родители сами должны оказывать почтение как своей стране, так и ее правителям, и прививать эти понятия детям.

306. В духовном смысле почтение к отцу и матери означает глубокое уважение и любовь к Богу и церкви. В этом смысле отец означает Бога, который отец всем, а мать означает церковь. Дети и ангелы в небесах не знают другого отца или матери, потому что благодаря Господу они рождены вновь при помощи церкви. Вот почему Господь говорит:

И отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах. Матф. 23:9.

Это сказано только для детей и ангелов в небесах, не для детей и людей на земле. Тот же урок преподает Господь в молитве, общей всем Христианским церквам: "Отче наш на небесах, да святится имя Твое".

Мать в духовном смысле значит церковь по той причине, что точно так же, как мать на земле кормит своих детей природной пищей, церковь кормит духовной пищей. Вот почему и в Слове церковь тоже часто называется матерью. Например, у Осии:

Судитесь с вашей матерью; ибо она не жена Моя, и Я не муж ее. Осия 2:2,5.

у Исаии:

Где разводное письмо вашей матери, с которым Я отпустил ее? Исаия 50:1; также Иез. 16:45; 19:10.

и в Евангелиях:

И, указав рукою Своею на учеников Своих, сказал: матерь Моя и братья Мои суть слушающие слово Божие и исполняющие его. Матф. 12:49,50; Марк 3:33-35; Лука 8:21; Иоанн 19:25-27.

307. В небесном смысле отец означает Господа нашего Иисуса Христа, а мать означает общество святых, то есть Его церковь, разбросанную по всему свету. Что Господь - отец, ясно из следующих отрывков:

Ибо младенец родился нам - Сын дан нам; имя Ему: Бог, Герой, вечный Отец, Князь мира. Исаия 9:6. Ты - Отец наш. Авраам не узнает нас, и Израиль не признает нас своими. Ты - Отец наш, Отец, от века имя Твое: "Искупитель наш". Исаия 63:16. Филипп сказал Ему: покажи нам Отца; Иисус сказал ему: видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь: покажи нам Отца? Верьте Мне, что Я в Отце, и Отец во Мне. Иоанн 14:8-11; 12:45.

Из следующих отрывков ясно, что мать в этом смысле означает Господню церковь:

Я увидел святой город Новый Иерусалим, приготовленный, как невеста, украшенная для мужа своего. Откр. 21:2. Ангел сказал Иоанну: пойди, я покажу тебе невесту, жену Агнца. И показал ему город, святой Иерусалим. Откр. 21:9,10. Наступил брак Агнца, и жена Его приготовила себя. Блаженны приглашенные на брачную вечерю Агнца. Откр. 19:7,9. (Еще см. Матф. 9:15; Марк 2:19,20; Лука 5:34,35; Иоанн 3:29; 19:25-27.)

О Новом Иерусалиме, означающем новую церковь, учреждаемую теперь Господом, см. "Апокалипсис открытый" (800,801). Именно эта церковь, а не прежняя, - жена и мать в этом смысле. Духовное потомство от этого брака образуют различные виды добра, составляющие милосердие, и истины, составляющие веру; и те, кого Господь вводит в обладание ими, называются "сынами брака", "сынами Божьими" и "Богом рожденными".

308. Необходимо усвоить, что от Господа постоянно исходит Божественная сфера небесной любви на тех, кто принимает учение Его церкви, и кто, точно так же, как дети в мире слушаются своих отца и мать, слушаются Его, привязаны к Нему, и просят у Него пищи, то есть наставлений. Эта духовная сфера является источником природной сферы любви к детям и младенцам. Она является крайне универсальной, воздействующей не только на людей, но и на зверей и птиц, вплоть до змей; да и не только на одушевленные создания, а даже на неодушевленные предметы. Но чтобы действовать в них, так же, как Он действует в духовных предметах, Господь создал солнце, дабы было своего рода отцом в природном мире, и землю, своего рода мать. Ведь солнце, образно говоря, общий отец, а земля - общая мать, от брака которых произошли все украшающие земную поверхность произведения жизни. Именно действие этой небесной сферы на природный мир производит в растениях такие удивительные превращения из семени в плод и новые семена. Вот почему также многие виды растений днем оборачивают свои как бы лица солнцу, а на закате отворачивают их. Вот почему есть цветы, которые распускаются, когда солнце встает, и закрываются, когда оно садится. Потому и птицы поют звонкую песню рано поутру, и тогда, когда бывают накормлены матерью землей. Таким образом, все почитают своего отца и свою мать. Все эти примеры явствуют, что Господь при помощи солнца и земли природного мира обеспечивает всем необходимым и живые существа, и неживую материю. Поэтому-то мы и читаем в Псалмах Давида:

Хвалите Иегову с небес. Хвалите Его, солнце и луна; хвалите Его от земли, великие рыбы и все бездны. Хвалите Его, дерева плодоносные и все кедры; дикий зверь и всякое животное, пресмыкающиеся и птицы крылатые; цари земные и все народы, юноши и девицы. Пс. 148:1-12.

И у Иова:

И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или у дерева земли, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Кто во всем этом не узнает, что рука Иеговы сотворила сие? Иов 12:7-9.

"Спроси и они научат" значит: посмотри, обрати внимание и рассуди по ним, что Господь Иегова сотворил их.

VII Пятая заповедь. Не убивай.

309. Эта заповедь, "Не убивай", означает в природном смысле, что запрещено убивать человека или наносить ему любое повреждение, способное оказаться роковым; а также калечить его тело. Она также подразумевает не наносить непоправимого вреда его имени и репутации, поскольку для многих людей их доброе имя так же ценно, как и жизнь. В более широком природном смысле убийство включает чувства вражды, ненависти и мести, которые есть убийство в намерении. Ибо они заключают в себе скрытый замысел убийства, подобный огню внутри дерева под пеплом; и адский огонь именно таков. Вот почему мы говорим: "гореть ненавистью" и "подогреваемый местью". Это убийства в намерении, но не на деле. Если страх закона, возмездия или наказания при этом отсутствует, такие люди приступают к решительным действиям, особенно если намерение содержит элемент хитрости или жестокости. Следующие слова Господа доказывают, что ненависть - это род убийства:

Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего несправедливо, подлежит геенне огненной. Матф. 5:21,22.

Это объясняется тем, что все преднамеренное есть действие воли, а это, по сути, поступок.

310. В духовном смысле убивать - значит любым способом губить и разрушать человеческие души. Есть много разновидностей таких действий, например, отвращение человека от Бога, религии и богослужения, выставление этих вещей постыдными, и убеждение людей в том, что может вызвать ненависть и отвращение к ним. Таковы все сатаны в аду, и соединены с ними в этом мире те, кто делает святость церкви предметом насилия и продажи. Именно те, которые губят души, имеются ввиду под царем бездны, имя которому "Аваддон" или "Аполлион", то есть губитель, в Откр. 9:11; и в пророческих частях Слова под "убивающими", как в следующих отрывках:

Так говорит Иегова Бог мой: паси овец, обреченных на заклание, которых купившие убивают. Зах. 11:4,5,7. Умерщвляют нас целый день; считают за овец, обреченных на заклание. Пс. 43:23. Иаков даст грядущим укорениться; не был ли он убит так же, как сам убивал других? Исаия 27:6,7. Вор приходит только для того, чтобы украсть, убить и погубить (овцу). Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком. Иоанн 10:10.

Есть и еще места в том же роде, как то: Исаия 14:21; 26:21; Иез. 37:9; Иер. 4:31; 12:3; Откр. 9:4,5; 11:7. Потому-то дьявол и назван "человекоубийцей от начала" (Иоанн 8:44).

311. В небесном смысле убийство означает не имеющий оправдания гнев на Господа, ненависть к Нему и желание вымарать Его имя. О таких людях говорят, что они распинают Его; и они бы так и сделали, подобно Евреям, если бы Он пришел в мир, как тогда. Это же подразумевается под "Агнцем как бы закланным" (Откр. 5:6; 13:8); и под "распятым" (Откр. 11:8; Евр. 6:6; Гал. 3:1).

312. Природа человеческого внутреннего, если оно не преобразовано Господом, стала мне понятной при виде дьяволов и сатан в аду. Потому что у них постоянно на уме убить Господа, а поскольку они не могут этого сделать, то все время пытаются убить тех, кто предан Господу. А поскольку и этого не могут уже, как раньше могли убивать в мире, то всячески пытаются напасть на них с целью уничтожить их души, то есть, истребить веру и милосердие, которыми те обладают. Помышления ненависти и мести на самом деле появляются поблизости них в виде огня, либо дымящего, либо раскаленного добела; ненависть выглядит, как дымящий огонь, месть - как раскаленный добела. Но это не настоящий огонь, а только видимость. Иногда дикие помыслы их сердец делаются видимыми в воздухе над ними как битвы с ангелами, в которых ангелов режут и убивают; к разыгрыванию таких жутких спектаклей приводит их гнев и ненависть по отношению к небесам.

Более того, те же духи на расстоянии выглядят, как разного рода дикие звери, такие, как тигры, леопарды, волки, лисы, собаки, крокодилы и змеи всех видов. Когда они видят мирных животных, представляющих собой определенного рода изображения, они воображают, как нападают на них и стараются задрать их насмерть. Они представали моему взору в виде драконов, стоявших рядом с женщиной, имеющей детей, которых те пытались поглотить, точно как описано в Откровении, глава 12. Эти видения - просто изображения их ненависти к Господу и Его новой церкви. Их товарищам не видно, что таковы люди в мире, которые хотят истребить Господню церковь. Причина в том, что их тела позволяют им вести себя прилично и таким образом вбирать в себя и прятать такую внешность. Но в глазах ангелов, которые смотрят не на их тела, а на их дух, они являются в образах, подобных дьяволам, описанным выше. Как мог бы кто-нибудь узнать об этом, если бы Господь не открыл ему глаза, и не дал ему возможность заглянуть в духовный мир? Без этого подобные вещи, как и многие другие, равно достопамятные, могли бы остаться навеки скрытыми от людей.

VIII Шестая заповедь.

Не прелюбодействуй.

313. В природном смысле эта заповедь запрещает не только прелюбодействовать, но также иметь бесстыдные желания и осуществлять их, и потому предаваться сладострастным помыслам и разговорам. Из следующих слов Господа ясно, что даже вожделение является прелюбодеянием:

Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на жену другого с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем. Матф. 5:27, 28.

Дело в том, что когда вожделение в воле, оно становится уже как бы действием; ибо соблазн входит лишь в разум, но намерение входит в волю, а похотливое намерение - уже действие. Больше на эту тему можно найти в моей книге "Супружеская любовь и блудная1 любовь", изданной в Амстердаме в 1768 году. Она содержит разделы о противоположности блудной и супружеской любви (423-443); об измене (444а-460); о видах и степенях прелюбодеяний (478-499); о страсти к лишению девственности (501-505); о страсти к разнообразию (506-510); о страсти к изнасилованию (511, 512); о страсти к совращению невинных (513, 514); о вменении той или иной любви, либо блудной, либо супружеской (523-531). Все эти понятия подразумеваются этой заповедью в природном смысле.

314. В духовном смысле прелюбодеяние означает извращение различных видов добра в Слове и искажение его истин. Эти значения прелюбодейства были неизвестны до сих пор, так как духовный смысл Слова доныне был скрыт. Из следующих отрывков совершенно ясно, что именно это, и не что иное подразумевается в Слове под "изменой, прелюбодеянием и блудом".

Походите по улицам Иерусалима, и поищите, не найдете ли человека, соблюдающего правду, ищущего истины? Я насыщал их, а они ходили к блудницам. Иер. 5:1,7. Но в пророках Иерусалима вижу ужасное: они прелюбодействуют и ходят во лжи. Иер. 23:14. Они делали гнусное в Израиле: ходили к блудницам, и Слово мое говорили ложно. Иер. 29:23. Будут блудить, ибо оставили служение Иегове. Осия 4:10. И если какая душа обратится к предсказателям и волшебникам, чтобы блудно ходить вслед их, то истреблю ее из народа ее. Левит 20:6. Не вступай в союз с жителями той земли, чтобы, когда они будут блудодействовать вслед богов своих, не пригласили и тебя. Исход 34:15.

Поскольку Вавилон превзошел всех в извращении и искажении Слова, то он и назван был великой блудницей, и в Откровении о нем сказано следующее:

Вавилон яростным вином блуда своего напоил все народы. Откр. 14:8. Ангел сказал мне: я покажу тебе суд над великой блудницей; с нею блудодействовали цари земные. Откр. 17:1,2. Он осудил ту великую любодеицу, которая растлила землю любодейством своим. Откр. 19:2.

Из-за того, что Еврейский народ искажал Слово, Господь и называл его "родом прелюбодейным" (Матф. 12:39; 16:4; Марк 8:38) и "семенем прелюбодея" (Исаия 57:3). И во многих других местах прелюбодейство и блуд надо понимать в значении извращения и искажения Слова: например, Иер. 3:6,8; 13:27; Иез. 16:15, 16, 26, 28, 29, 32, 33; 23:2, 3, 5, 7, 11, 14, 17; Осия 5:3; 6:10; Наум 3:4.

315. В небесном смысле прелюбодейство означает отрицание святости Слова и осквернение его. Что таково значение в небесном смысле, следует из данного выше духовного смысла: извращение блага и искажение истины Слова. Святость Слова отрицают и оскверняют те, кто в сердце насмехается над всем, что связано с церковью и религией; ведь в Христианских странах все предметы такого рода извлекают из Слова.

316. Есть много причин тому, что человек может казаться непорочным не только другим, но даже себе, хотя на самом деле он крайне порочен. Ибо он не знает, что когда вожделение присутствует в воле, оно представляет собой поступок, и такое вожделение может быть устранено только Господом после того, как человек покается. Не воздержание от действия делает человека непорочным, а воздержание от желания его совершить, когда есть удобный момент, поскольку это грех. Предположим, например, что некто воздерживается от прелюбодейства и блуда только из страха гражданских законов и их наказаний; из страха потерять доброе имя и уважение; из страха подхватить из-за этого болезни; из страха поссориться с женой и испортить себе жизнь; из страха мести со стороны мужа и родственников, и побоев от их слуг; или от скупости; или от слабости из-за болезни, излишеств или возраста, или неспособности по другой причине; даже если он воздерживается от этих действий, вследствие каких-либо природных или моральных законов, то все равно он внутренне прелюбодей и изменник. Ведь, несмотря на все это он не уверен, что эти действия не являются грехом, и духом своим не считает их за беззакония в глазах Бога. Следовательно, он совершает их духом, даже если не делает этого телесно на виду у мира. Поэтому после смерти, став духом, он открыто высказывается в их пользу.

Помимо прочего, прелюбодеев можно уподобить клятвопреступникам, нарушающим свои обещания, или сатирам и приапам2 древних, которые бродили по лесам с криками: "Где девушки, невесты да жены для нашей забавы?" Прелюбодеи в духовном мире действительно выглядят сатирами и приапами. Еще их можно сравнить с вонючими козлами; или с псами, которые носятся по улицам, высматривая и вынюхивая сучек, чтобы порезвиться с ними, и так далее. Их половую способность, когда они становятся супругами, можно уподобить цветению тюльпанов весной, которые через месяц вянут и чахнут.

IX Седьмая заповедь. Не кради.

317. В природном смысле эта заповедь означает буквально не воровать, не заниматься разбоем и пиратством в мирное время; а вообще - не лишать никого его благосостояния тайно или под каким-то предлогом. Оно также распространяется на всякое мошенничество и незаконную наживу, ростовщичество и вымогательство, как и на обман при уплате пошлин и налогов, и при возврате долгов. Работники, не выполняющие свою работу добросовестно и без обмана, грешат против этой заповеди; то же и торговцы, которые мошенничают с помощью своих товаров, весов, измерений и подсчетов; то же и офицеры, удерживающие жалование своих солдат; и судьи, на суды которых влияет дружба, взятки, родство или иные причины, и которые таким образом извращают законы, или судопроизводство, и лишают других законного владения их благами.

318. В духовном смысле воровать означает лишать других тех истин, которые они извлекли из своей веры; таково действие лжи и еретических верований. Священники, ведущие свою службу лишь ради выгоды и почета, и поучающие тому, что не является истинным, как они сами видят, или могли бы видеть, из Слова, - это духовные воры, потому что они отбирают у людей их средства спасения - истины веры. Такие люди названы ворами в следующих отрывках из Слова:

Кто не дверью входит во двор овчий, но перелазит еще где, тот вор и разбойник. Вор приходит только для того, чтобы украсть, убить и погубить. Иоанн 10:1,10. Не собирайте себе сокровищ на земле, но на небе, где воры не подкапывают и не крадут. Матф. 6:19, 20. Не воры ли приходили к тебе? не ночные ли грабители, что ты так разорен? Но они украли бы столько, сколько надобно им. Авдий, стих 5. Побегут по городу, влезут на стену, влезут в дома, войдут через окна, как вор. Иоиль 2:9. Они поступили лживо; и входит вор, и шайка его разбегается по улицам. Осия 7:1.

319. В небесном смысле под ворами имеются ввиду те, кто лишает Господа Его Божественной власти, и те, кто претендует на Его заслуги и праведность. Хоть эти люди и поклоняются Богу, но не на Него полагаются, а на себя; и верят они тоже не в Бога, а в себя.

320. Учителя ложных и еретических верований, убеждающие простых людей, что они истинны и правоверны, хотя читали Слово и могли бы из него узнать, что ложно, а что истинно, как и те, кто подтверждают ложные религиозные понятия заблуждениями, сбивающими людей столку, - всех их можно сравнить с шарлатанами и всякого рода надувательством. Поскольку такие дела - по сути - воровство в духовном смысле, их можно сравнить с мошенниками, которые чеканят фальшивые деньги, золотят их или покрывают золотой краской, и сбывают их как подлинные. Или с теми, кто знает, как искусно отшлифовать куски хрусталя и придать им твердость, чтобы можно было продать их, как бриллианты. Или с теми, которые показывают по городам бабуинов и обезьян, наряженных человеком с покрывалом на лице, верхом на лошадях или мулах, объявляя их дворянами древнего рода. Еще они похожи на тех, кто закрывает свое естественное, живое лицо раскрашенной маской, скрывая под ней свою красоту. Еще они подобны тем, кто показывает селенит и слюду, которые блестят, будто сделаны из золота или серебра, и пускают их в продажу, как образцы ценных минералов. Еще их можно уподобить тем, кто использует театральные представления, чтобы сбить людей с пути истинного Божественного поклонения, переманивая их из церквей в балаганы. Тех, кто поддерживает всякую ложь, ни во что не ставя истину, и использует свою должность священника для наживы и в погоне за почестями, являясь поэтому духовными ворами, можно уподобить ворам, у которых есть ключи, открывающие дверь любого дома; или леопардам и орлам, обращающим свой взор во все стороны, чтобы выследить добычу пожирнее.

X Восьмая заповедь. Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.

321. Выступать лжесвидетелем против своего ближнего или давать ложные показания в самом строгом природном смысле означает быть лжесвидетелем перед судьей, или перед другими людьми вне суда, против того, кого несправедливо обвиняют в каком-либо преступлении, и отстаивать это во имя Бога, или клясться чем-то другим святым, или самим собой, или тем, что могло бы повредить доброй славе чьего-либо имени. В более широком природном смысле эта заповедь запрещает всякого рода ложь и лицемерие в общественной жизни со злыми намерениями; а также осуждение и оклеветание своего ближнего с целью подорвать его честь, имя и достоинство, от которых целиком зависит характеристика человека. В самом широком смысле сюда входит использование обмана, коварное и преднамеренное нанесение вреда кому-либо по различным причинам, как то, вражда, ненависть, месть, зависть, соперничество и т.д. Эти дурные действия содержат в себе лжесвидетельство в скрытом виде.

322. В духовном смысле произносить ложное свидетельство означает убеждать других в том, что ложные понятия веры истинны, и злой образ жизни хорош, а истинные понятия ложны и добрый образ жизни плох. Но во всех случаях подразумевается, что это делается преднамеренно, а не по незнанию; то есть, после того, как узнал, что такое истина и добродетель, но не до того. Ибо Господь говорит:

Если бы вы были слепы, то не имели бы греха; но так как вы говорите, что видите, то грех остается на вас. Иоанн 9:41.

Такого рода лживые утверждения подразумеваются в Слове под "ложью", а подобные намерения - под "обманом" и "коварством", в следующих местах:

Мы заключили союз со смертью, и с преисподнею сделали договор. Ложь сделали мы убежищем для себя, и обманом прикроем себя. Исаия 28:15. Народ мятежный, дети лживые, которые не хотят слушать законы Иеговы. Исаия 30:9. От пророка до священника - все действуют лживо. Иер. 8:10. Жители его говорят ложь, и язык их есть обман в устах их. Михей 6:12. Ты погубишь говорящих ложь, коварного гнушается Иегова. Пс. 5:7. Приучили язык свой говорить ложь; живут они среди коварства. Иер. 9:5,6.

Поскольку таково значение "лжи", Господь говорит, что дьявол, если говорит ложь, то говорит свое. (Иоанн 8:44). "Ложь" также означает лживость и неистинность в следующих местах: Иер. 23:14,32; Иез. 13:6-9; 21:29; Осия 7:1; 12:1; Наум 3:1; Пс. 119:2,3.

323. В небесном смысле произносить ложное свидетельство значит богохульствовать на Господа и Слово, изгоняя, таким образом, истину из церкви. Ведь Господь - сама истина, равно как и Слово. Напротив, свидетельствовать в этом смысле значит говорить истину, а свидетельство означает саму истину. Вот почему и Десять Заповедей тоже называются свидетельством (Исход 25:16,21,22; 31:7,18; 32:15; 40:20; Левит 16:13; Числа 17:4,10). Поскольку Господь - сама истина, Он и говорит о Себе, что Он свидетельствует. Господь - сама истина (Иоанн 4:16; Откр. 3:7,14). Он свидетельствует, и является свидетельством Самому Себе (Иоанн 3:11; 8:13-19; 15:26; 18:37,38).

324. Кто преднамеренно, или с целью обмануть, говорит ложное, и произносит это тоном, имитирующим духовную любовь, тем более, если пересыпает это истинами из Слова, которые становятся искаженными истинами, - такого рода люди древними именовались заклинателями (об этом см. "Апокалипсис открытый" 462); а также прорицателями и змеями с дерева познания добра и зла. Таких притворщиков, лгунов и обманщиков можно уподобить людям, которые мило и дружелюбно болтают со своими врагами, и пока говорят, все время держат кинжал у них за спиной, чтобы убить их. Еще их можно уподобить окунающим свои мечи в яд перед нападением на врагов; и тем, кто подмешивает аконит в воду, или ядовитые вещества в молодое вино, и затем подслащивает. Еще их можно уподобить очаровательным и прелестным блудницам, зараженным страшной болезнью, или растениям со стеблями, покрытыми иголочками, которые при попадании в нос повреждают обонятельные волокна; или обсахаренному яду; и помету, который, когда по осени засыхает, издает сносный запах. Такие люди описываются в Слове как леопарды (см. "Апокалипсис открытый" 572).

XI Девятая и десятая заповеди. Не желай дома ближнего твоего, не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего.

325. В общепринятом ныне Катехизисе3 этот отрывок обычно разделяют на две заповеди. Одна, девятая, "Не желай дома ближнего твоего"; другая, десятая, "Не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что есть у ближнего твоего". Поскольку же эти две заповеди составляют одно целое и занимают один стих (Исход 20:17 и Втор. 5:21), я предпочел рассмотреть их вместе. Это, однако, не потому, что мне хочется, чтобы они составляли по форме одну заповедь, напротив, я предполагал, что, как обычно, это будут две заповеди, раз все вместе они названы Десятословием (Исход 34:28; Втор. 4:13; 10:4).

326. Эти две заповеди пересматривают все предыдущие, поучая и заповедуя, что злых дел нельзя ни делать, ни даже желать. Потому они не только для внешнего человека, но и для внутреннего; ведь если кто воздерживается от злых действий, но все равно стремится к ним, он, на самом деле, совершает их. Ибо Господь говорит:

Всякий, кто смотрит на чужую жену с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем. Матф. 5:27,28.

Внешний человек не станет внутренним, или не будет действовать заодно с внутренним, пока не избавлен от вожделений. И этому учит Господь, говоря:

Горе вам, книжники и фарисеи, что очищаете внешность чаши и блюда, между тем как внутри они полны хищения и невоздержанности. Фарисей слепой! очисти прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их. Матф. 23:25,26.

Кроме того, см. всю главу от начала до конца. Внутренне, если оно фарисейское, жаждет того, что запрещено первой, второй, пятой, шестой, седьмой и восьмой заповедями.

(2). Хорошо известно, что, будучи в мире, Господь учил внутренним учениям церкви; а они запрещают желать злых дел. Учил же Он этому для того, чтобы внутренний и внешний человек составляли одно. Это и есть рождение заново, как сказал Господь Никодиму (Иоанн, глава 3). Никто не может родиться заново или возродиться, и стать, таким образом, внутренним человеком, если Господь не сделает его таковым. Для того чтобы эти две заповеди обернуть ко всему предыдущему с запрещением желать этого, первым упоминается дом, затем жена, затем раб, рабыня, вол и осел, и наконец все, что есть у ближнего. Дом подразумевает и все остальное, ведь в нем муж, жена, раб, рабыня, вол и осел. Жена, упомянутая следующей, предполагает и то, что следует за ней, поскольку она - хозяйка, как и муж ее - хозяин в доме. Раб и рабыня у них в подчинении, а вол и осел - в подчинении у рабов. Последним идет все более низкое и внешнее, названное "все, что у ближнего твоего". По всему этому ясно, что эти две заповеди пересматривают все предыдущие в общем и в частностях, как в широком, так и в строгом смысле.

327. В духовном смысле эти заповеди запрещают все желания, направленные против духа, то есть те, что противопоставляются духовности церкви, которая, прежде всего, связана с верой и милосердием. Если не усмирить эти желания, то плоть, предоставленная самой себе, может пойти на любое преступление. Ибо хорошо известно из посланий Павла, что плотские желания противоположны духу, духовные же - плоти (Гал. 5:17). Еще у Иакова:

Каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственной похотью; похоть же, зачав, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть. Иак. 1:14,15.

А также у Петра:

Господь соблюдает беззаконников ко дню суда, для наказания, а наипаче тех, которые идут вслед скверных похотей плоти. 2 Пет. 2:9,10.

Короче говоря, эти две заповеди, понимаемые в духовном смысле, рассматривают все, прежде в этом смысле упомянутое, с тем, что этого нельзя желать, и то же самое в небесном смысле. Излишне будет возвращаться к этому еще раз.

328. Желания плоти, глаз и остальных чувств, если они отделяются от желаний, то есть, привязанностей, стремлений и удовольствий духа, точно также, как и желания животных, в основе - звериные. Но привязанности духа - это те, что у ангелов, и их поэтому можно назвать истинно человеческими. Поэтому, насколько кто потакает желаниям плоти, настолько он - животное и дикий зверь, но насколько кто подается побуждениям духа, настолько он человек и ангел. Желания плоти можно сравнить с вяленым и высушенным виноградом и с диким виноградом; а привязанности духа - с сочными и вкусными виноградинами, а также со вкусом вина, полученного из них. Желания плои можно сравнить со стойлами, в которых содержатся ослы, козлы и свиньи; а привязанности духа - со стойлами, в которых содержатся породистые лошади, а также овцы и ягнята. Различие такое же, как между ослом и лошадью, или между козлом и овцой, ягненком и свиньей; или, вообще говоря, между шлаком и золотом, мелом и серебром, кораллом и рубином, и так далее. Желание и поступок неразрывны, как кровь и плоть, или как пламя и масло. Ибо желание в поступке, как воздух в легких, когда он становится дыханием и речью, или как вода в мельничном колесе, приводящая в движение и работу механизмы.

XII Десять заповедей содержат все, относящееся к любви к Богу и все, относящееся к любви к ближнему.

329. Восемь из Десяти Заповедей: первая, вторая, пятая, шестая, седьмая, восьмая, девятая и десятая, не содержат упоминания о любви к Богу и любви к ближнему. Они не говорят нам, что нужно любить Бога, хранить в святости имя Божие, что нужно любить ближнего, и обходиться с ним честно и справедливо; они просто говорят: "Нет другого Бога пред моим лицом; не произноси имени Божьего напрасно; не убивай; не прелюбодействуй; не кради; не лжесвидетельствуй; не желай того, что у ближнего твоего". Вообще, они предписывают не хотеть, не замышлять и не делать зла ни Богу, ни ближнему. Причина того, почему нам не указано делать непосредственно работу любви и милосердия, а только избегать их противоположностей, заключается в том, что насколько человек остерегается зла, как греха, настолько он хочет добрых дел любви и милосердия. В главе о милосердии (глава 7) мы увидим, что первая цель любви к Богу и любви к ближнему - не делать зла, и уже вторая цель - делать добро.

(2). Есть две противоречивых любви: любовь желать и делать добро и любовь желать и делать зло. Вторая любовь есть любовь адская, первая небесная. Весь ад обладает любовью делать зло, все небеса обладают любовью делать добро. Так что поскольку люди от рождения склонны ко всякого рода злу, и с рождения тяготеют к адским занятиям, не имея возможности попасть в небеса, если не родятся заново, то есть не возродятся, то сначала должно быть устранено зло, принадлежащее аду, прежде чем человек сможет хотеть добрых дел, принадлежащих небесам. Ибо никто не может быть принят Господом, пока не разлучен с дьяволом. Способ устранения зла и побуждения человека делать добро будет показан в двух главах, о Покаянии (глава 9) и о Преобразовании и Возрождении (глава 10).

(3). Господь учит у Исаии, что сначала нужно устранить зло, прежде чем добрые дела человека станут добрыми в глазах Бога:

Омойтесь, очиститесь, удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро. Тогда если будут грехи ваши, как багряное, они станут белыми, как снег; если будут красными, как пурпур, - будут как шерсть. Исаия 1:16-18.

Есть подобный отрывок и у Иеремии:

Стань во вратах дома Иеговы и провозгласи там слово сие и скажи: Так сказал Иегова Саваоф, Бог Израилев: исправьте пути ваши и деяния ваши. Не надейтесь на обманчивые слова: "здесь храм Иеговы, храм Иеговы, храм Иеговы" (то есть, Его церковь). Как! вы крадете, убиваете и прелюбодействуете, и клянетесь во лжи, и потом приходите и становитесь пред лицом Моим в доме сем, над которым наречено имя Мое, и говорите: "мы были выведены", чтобы впредь делать все эти мерзости. Не сделался ли вертепом разбойников дом сей? Вот, Я видел это, говорит Иегова. Иер. 7:2-4, 9-11.

У Исаии мы также научены, что до омывания или очищения от зла молитвы, обращенные к Богу, не будут услышаны:

Увы, народ грешный, народ обремененный беззакониями, они вернулись в свое изгнание; и когда оттуда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои. И даже когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу. Исаия 1:4,15.

Соблюдающему Десять Заповедей и избегающему зла сопутствуют любовь и милосердие; это подтверждается словами Господа у Иоанна:

Иисус сказал: кто имеет заповеди мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцом Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам; и мы с ним сотворим себе обитель. Иоанн 14:21, 23.

Заповеди здесь означают в первую очередь Десять Заповедей, которые утверждают, что нельзя ни делать, ни желать зла, и что, таким образом, любовь человека к Богу и Бога к нему приходит, вслед за добром, после того, как зло устранено.

330. Мы сказали, что насколько кто избегает зла, настолько он по-настоящему хочет добрых дел. Причина в том, что зло и добро противоположности; ведь зло исходит из ада, а то, что хорошо с небес. Так что в той степени, до которой ад, то есть зло, удален, в той степени приближаются небеса, а человек устремлен к добру. Истина этого становится совершенно ясной при рассмотрении восьми из Десяти Заповедей в свете сказанного. Итак: 1) всякий, насколько он не поклоняется другим богам, настолько же поклоняется истинному Богу. 2) Всякий, насколько он не употребляет имени Божьего напрасно, настолько же любит исходящее от Бога. 3) Всякий, насколько он не хочет совершать убийства и действовать из ненависти или мести, настолько же желает ближнему добра. 4) Всякий, насколько он не хочет прелюбодействовать, настолько же хочет жить непорочно со своей женой. 5) Всякий, насколько он не хочет красть, настолько же старается вести себя честно. 6) Всякий, насколько он не хочет лжесвидетельствовать, настолько же хочет размышлять об истине и говорить ее. 7) и 8) Всякий, насколько он не желает того, что есть у его ближнего, настолько хочет, чтобы его ближний услаждался тем, что у него есть.

Это доказывает, что Десять Заповедей содержат все, относящееся к любви к Богу и любви к ближнему. Вот почему Павел говорит:

Любящий другого исполнил закон. Ибо заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай и все другие заключаются в сем слове: люби ближнего своего, как самого себя. Милосердие не делает ближнему зла; итак, милосердие есть исполнение закона. Рим. 13: 8-10.

К этому необходимо добавить два правила, предназначенные для новой церкви: 1) Никто не может сам по себе избегать зла как греха и делать добрые дела, которые благи в глазах Бога; но всякий, насколько он избегает зла как греха, настолько делает добрые дела, не сам по себе, а от Господа. 2) Нужно избегать зла как греха и бороться против него, как будто самому по себе. Если кто-то избегает зла не потому, что это грех, а по какой-либо иной причине, то он не избегает его, а только устраивает так, чтобы оно не было заметно для глаз мира.

331. Зло и добро не могут существовать вместе, и в той степени, в которой удалено зло, ощущают добро и стремятся к нему. Это потому, что в духовном мире от каждого излучается сфера его любви. Она распространяется вокруг и так действует на окружающих, что человек нравится или не нравится им. Благодаря этим сферам и происходит разделение добрых и злых. Есть много параллелей в природном мире, указывающих на то, что нужно прежде удалить зло, чтобы затем узнать, ощутить и полюбить добро. Например, никто не может подступиться к тому, кто держит в доме леопарда или пантеру и живет с ними в безопасности, потому что кормит их, если сначала не уберет этих диких животных.

(2) Бывает ли, чтобы кто-то, будучи приглашен на обед к королю или королеве, не вымыл лицо и руки перед появлением на приеме? Бывает ли, чтобы кто-то, женившись, вошел в брачный чертог, не приняв ванну и не облачившись в брачный наряд? Бывает ли, чтобы кто-то не воспользовался сначала огнем, чтобы очистить минералы и отделить их от шлака, прежде чем получит чистое золото или серебро? Бывает ли, чтобы кто-то не отделил плевелы от своего урожая пшеницы, прежде чем сложит его в амбары? Или кто не вымолачивает шелуху из урожая ячменя молотилкой, перед тем как собрать его и отнести домой?

Бывает ли, чтобы кто-то не готовил сырое мясо, пока оно не станет съедобным, прежде чем подать к столу? Всякий отрясает личинки с листьев деревьев своего сада, не то листья будут поедены и потеряны плоды, не так ли? Найдется ли кто-то, кто не испытывает отвращения к грязи в домах и во дворах и не убирает их, тем более, если ждут принца, или принцессу в качестве невесты? Полюбит ли кто-нибудь девушку, собираясь на ней жениться, если она заражена пагубной болезнью или покрыта пятнами и прыщами, как бы она ни красилась, ни одевалась в изысканные вещи, и ни пыталась сделаться привлекательной, расточая комплименты?

Надо очищать себя от зла, а не ждать, когда Господь сделает это за тебя разом, что можно увидеть из сравнения с тем слугой, который, с лицом и одеждой, измазанными сажей и навозом, подошел, войдя в дом, к хозяину и сказал: "Господин, помойте меня, пожалуйста". Не скажет ли ему хозяин: "Ты чего возомнил, дурак? Вот вода, мыло и полотенце. У тебя что, нет рук, или они у тебя не действуют? Мойся сам". Так и Господь Бог скажет: "Средства очищения Я дал тебе, твоя воля и способность действовать также даны были Мною; так что используй эти Мои дары и таланты, как если бы они были твоими, и будешь очищен", и так далее. Господь учит нас, что надо очистить внешнего человека, но посредством внутреннего: см. Матфей, глава 23 от начала до конца.

* * * * *

332. Здесь я приведу четыре сообщения о своем опыте, из которых первое - вот это:

Однажды я услышал какие-то возгласы, пробивающиеся из нижних областей как будто через воду. Одно восклицание, слева, было: "Как справедливо!"; другое, справа: "Как умно!"; а третье, позади меня: "Как мудро!" Это удивило меня: неужели даже в аду есть праведные, ученые и мудрые люди? Голос с небес сказал мне: "Ты увидишь и услышишь".

Затем, в духе, я покинул дом, и увидел перед собой расщелину в земле; подойдя и заглянув в нее, я увидел ступени и стал спускаться. Достигнув нижней поверхности, я увидел равнины, покрытые кустарником вперемежку с колючками и крапивой. Я спросил, не ад ли это. "Это нижняя земля, сказали мне, - прямо над адом". Тогда я подошел по очереди в направлении к каждому из возгласов, первым туда, откуда было "Как справедливо!" Я увидел собрание тех, которые в мире были судьями, поддающимися влиянию собственных пристрастий и подкупа. Затем я направился к другому выкрику, "Как умно!", и увидел собрание тех, кто в мире любил логику; а потом к третьему выкрику, "Как мудро!", и увидел собрание тех, кто в мире увлекался доказательством всего подряд.

Однако покинув остальных, я вернулся к первой группе, к судьям, находившимся под влиянием пристрастности и подкупа, тем, которых славили за справедливость. С одной стороны я увидел нечто вроде амфитеатра, сложенного из кирпичей с крышей из черной черепицы; мне сказали, что это их здание суда. У него имелось три входа с северной стороны и три с западной, но ни одного с южной, ни с восточной стороны; это указывало на то, что их суды были не беспристрастными, а своевольными. (2) Посреди амфитеатра был виден очаг, на который истопники бросали пропитанные серой и полные смолы факелы. От их света, падавшего на стены, покрытые штукатуркой, получались образы вечерних и ночных птиц. Но и очаг, и мерцавший свет его, образующий эти картины, были изображением их судов, указывающим на их способность расписать истину любого вопроса ложными цветами и показать ее с выгодой для стороны, которой они отдают предпочтение.

(3) Полчаса спустя я увидел входящих один за одним пожилых и молодых людей в мантиях и судейских тогах; они сняли свои шляпы и расселись на стулья за столы, чтобы провести заседание. Послушав, я понял, с каким искусством и изобретательностью они склонялись на сторону, которой они благоволили, и изворачивались в своих суждениях, чтобы выставить их беспристрастными. Они до того уже дошли, что даже сами несправедливость могли видеть справедливой, а справедливость, наоборот, несправедливой. Что у них были такого рода заблуждения, было видно по их лицам и слышно в звуке их голоса. Затем мне было дано озарение с небес, чтобы я мог понимать, какое утверждение правомочно, а какое нет. Далее я увидел, как усердно они вуалировали несправедливость и придавали ей вид справедливости, выбирая из законов один, наиболее подходящий для их случая, и пользуясь ловкими доводами для того, чтобы обойти остальные. Когда суд был окончен, их приговоры передали их клиентам, друзьям и сторонникам, находившимся снаружи, и те, чтобы вознаградить их за проявленное к ним предпочтение, ушли далеко по улицам, крича: "Как справедливо, как справедливо!"

(4) После того я беседовал об этих судьях с некоторыми ангелами с небес и рассказал им нечто из того, что видел и слышал. Ангелы сказали, что такие судьи кажутся наделенными острейшей силой разума, на деле же они неспособны видеть и крупицы правосудия и справедливости. "Если у них отнять их пристрастность, - сказали они, - они сидели бы в суде как статуи и говорили бы только: "Я не против, я согласен с суждением, что так-то и так-то или то-то и то-то". Причина в том, что их суды основаны на предвзятости, а предвзятость разбирает дело от начала до конца пристрастно. Следовательно, они не могут видеть никакой другой стороны дела, кроме стороны своих друзей; если появляется что-то противостоящее ей, они отводят глаза и смотрят на это искоса. Если все же они возвращаются к рассмотрению противостоящего вопроса, то опутывают его доводами, как паук связывает паутиной свою жертву, и проглатывают его. Так что они никакую точку зрения не могут видеть правомерной, если она не укладывается в паутину их предубеждения. Их испытывали, могут они, или нет, и оказалось, что не могут. Жители твоего мира будут удивлены этим, но ты можешь сказать, что это утверждение истинно, оно проверено ангелами небесными. Поскольку они не могут видеть какой бы то ни было справедливости, мы в небесах не считаем их за людей, но за чудовищные подобия людей, головы которых сделаны из пристрастия, туловища - из несправедливости, ноги и руки - из доказательств, ступни же ног - из справедливости, чтобы, если она не поддержит их друзей, можно было бы наступить на нее ногами и растоптать ее. На что они похожи в действительности, ты скоро увидишь, поскольку близок их конец".

Затем земля неожиданно расступилась, столы попадали друг на друга, и вместе со всем амфитеатром люди были поглощены землей и брошены в тюрьмы внутри пещер. Тогда меня спросили, не хочу ли я посмотреть на них там. Они оказались с лицами из блестящей стали, с телом о шеи до икр, как изваяния в леопардовых шкурах, и со ступнями, похожими на змей. Я увидел, что книги законов, которые они положили на столы, превратились в игральные карты; и теперь вместо судопроизводства им было дано задание делать из красной краски румяна, чтобы мазать лица блудниц и делать их похожими на красавиц.

Увидев это, я захотел посетить две другие группы, одну, которая состояла из людей, не любящих ничего, кроме логики, и другую, из тех, которым требовалось доказывать все подряд. "Подожди немного, - сказали мне, - и тебе дадут сопровождающих из ангелов ближайшего к ним общества. С их помощью ты получишь озарение от Господа и увидишь поразительные зрелища".

333. Второй опыт.

Некоторое время спустя я снова услышал крики с нижней земли, те же, что и раньше: "Как умно, как умно!" Осмотревшись вокруг, нет ли кого, я обнаружил, что нахожусь в окружении ангелов небесных прямо над людьми, кричавшими: "Как умно!"

Когда я заговорил с ними о кричавших, они сказали, что это - ученые люди, которые лишь спорят, существует что-либо или нет, и редко приходят к мысли, что оно есть. "Поэтому они как ветер, который подует и проходит, или как кора дерева, лишенного сердцевины, или как миндальная скорлупа без ядра, или кожица плода без мякоти внутри. Ибо их умы лишены внутреннего суждения, и прямо соединены с телесными чувствами. Так что, если сами чувства неспособны судить, то они не могут прийти ни к какому заключению. Короче, они - создания своих чувств, и мы зовем их торговцами логикой. Мы зовем их так потому, что они никогда не приходят ни к каким заключениям, а подхватывают все, что слышат, и спорят, существует ли это, непрерывно высказываясь за или против. Ничто не дает им большего удовольствия, чем нападать на истины и, делая их предметом дискуссий, разрывать их в клочья. Таковы люди, считающие себя учеными превыше всех в мире".

(2) Услышав это, я просил ангелов проводить меня к ним. Они отвели меня к углублению, откуда ступени вели вниз, на нижнюю землю. Мы спустились и пошли на звук возгласов: "Как умно!" Там мы обнаружили несколько сот человек, стоявших на одном месте и топавших ногами о землю. Я был удивлен этим и спросил: "Зачем они вот так стоят и топают о землю? Так же можно, добавил я, - проделать такую же дыру в земле, как та".

Ангелы на это улыбнулись и сказали: "Кажется, что они стоят на месте, потому что они никогда не думают о чем-то, как о существующем, а только существует оно или нет, и об этом спорят. Раз мысль не имеет дальнейшего развития, то и кажется, что они только вытаптывают и опустошают один и тот же клочок земли без продвижения".

Ангелы продолжали: "Прибывающие в этот мир из природного, коим сказано, что они в другом мире, образуют группы во многих местах и пытаются выяснить, где небеса и ад, а равно где Бог. Однако даже когда их научат этому, все равно начинают рассуждать, обсуждать и спорить, существует ли Бог. Так происходит оттого, что очень много людей в настоящее время в мире поклоняются природе, и когда беседа заходит о религии, то именно этот вопрос они обсуждают между собой и с другими. Такие предположения и споры редко кончаются заявлением веры в существовании Бога. Впоследствии эти люди общаются все больше и больше с дурными; так происходит из-за того, что никто не может делать ничего хорошего из любви к добру, иначе как с Божьей помощью".

(3) После этого меня привели в собрание, и там я увидел недурных лицом и хорошо одетых людей. "Так они выглядят, - сказали ангелы, - в своем собственном свете, но если пролить небесный свет, то произойдет перемена в их лицах и одежде". Так и случилось, и лица их стали темнокожими, а одеты они оказались в черную мешковину. Но как только этот свет прекратился, они вернулись в свой первоначальный вид.

Немного позже я беседовал с некоторыми из собравшихся и сказал им: "Я слышал, что толпа вокруг вас кричала: "Как умно!" Поэтому я хотел бы, если можно, принять участие в разговоре с вами на тему, которая является предметом наиболее глубокой учености". "Спроси о чем угодно, - ответили они, - и мы удовлетворим тебя".

"Какого рода религия, - спросил я, - приведет к спасению людей?"

"Мы разобьем этот вопрос, - сказали они, - на несколько, и не сможем дать ответ, пока не решим все. Порядок обсуждения будет такой: 1) имеет ли религия какое-либо значение; 2) есть ли такая вещь, как спасение, или нет; 3) может ли одна религия быть более действенной, чем другая; 4) существуют ли небеса и ад; 5) есть ли вечная жизнь после смерти; и еще много вопросов".

Тогда я спросил мнения по первому вопросу, имеет ли религия какое-либо значение; и они начали обсуждение со множеством выкладок. Я предложил им обратиться с этим к собравшимся, что и было сделано. Последовал единогласный ответ, что утверждение это требует настолько длительного изучения, что оно может быть не окончено к вечеру. "А сможете ли вы, спросил я, - закончить его в течение года?" Один из них сказал, что этому не кончиться и в сто лет. "Таким образом, - сказал я, - все это время у вас не будет религии, а поскольку на ней основано спасение, у вас не будет ни понятия о спасении, ни веры в него, ни надежды на него".

"Не дашь ли ты нам, - ответил он, - сначала убедиться, существует ли религия, что она такое, и имеет ли она какое-либо значение? Если она существует, то будет и для мудрых тоже; если нет, будет только для простых людей. Хорошо известно, что религия называется узами; но можно задать вопрос: "Для кого?" Если только для простых людей, то действительно, она не имеет никакого значения; но если для тех, кто мудр, тогда имеет".

Услышав это, я сказал: "Вы кто угодно, только не ученые, раз вы не можете думать о чем-то иначе, как существует ли это, и спорите об этом с разных сторон. Разве не тот ученый, кто знает что-то наверняка, продвигаясь к этому выводу точно так же, как продвигаются шаг за шагом вперед при ходьбе, и должным порядком достигает мудрости? В противном случае вам даже не удастся коснуться истин кончиками пальцев, а будете только отгонять их дальше и дальше от глаз. Поэтому рассуждения только о том, существует ли нечто, подобны спорам о шляпе, которую не носят, или о туфле, которую не надевают. Что может получиться из этого, кроме неведения, существует ли что-либо, является ли оно чем-то большим, чем просто понятие, и таким образом, существует ли спасение, или вечная жизнь после смерти, лучше ли одна религия другой, или существуют ли небеса и ад? У вас не может быть ни одной мысли на эти темы, до тех пор, пока вы завязли на первом шагу, и месите песок, не в силах поставить одну ногу впереди другой и продвинуться вперед. Позаботьтесь же, пока еще ваши умы находятся под открытым небом, а не в зале суда, чтобы они не окостенели внутренне, и не превратились в соляные столбы".

С этими словами я ушел от них, а они были столь разгневаны, что кидались камнями мне вслед. Они виделись мне тогда похожими на изваяния, полностью лишенные человеческого рассудка. Я спросил ангелов, какова их судьба. Они сказали, что худших из них погружают в бездну, и там они находят пустыню, где их принуждают таскать тяжести. Поскольку они тогда уже не могут произнести ничего разумного, они только болтают и делают праздные замечания. С расстояния они выглядят вьючными ослами.

334. Третий опыт.

Затем один из ангелов сказал: "Пойдем со мной туда, где кричат "Как мудро!" Там ты увидишь чудовищных людей, с лицами и телами человеческими, хотя это и не люди".

"Что же они тогда - животные?" - спросил я.

"Нет, - ответил он, - они не животные, а звериные люди. Это те, которые окончательно неспособны видеть, является истина истиной или нет, хотя могут выдать за истину все, что пожелают. Мы зовем таких людей торговцами доказательствами".

Мы пошли на звук выкриков, и пришли к их источнику. Там мы нашли группу людей, окруженную толпой. В толпе было несколько человек благородного происхождения, которые, услышав, что они доказали все, что сказали, и таким образом явно согласны в поддержке друг друга, обернулись и сказали: "Как мудро!"

(2) Но ангел сказал мне: "Давай не будем приближаться к ним, а позовем кого-нибудь из группы". Мы так и сделали, и отвели его в сторону; мы обсудили множество разнообразных вопросов, и каждый пункт он доказывал так, что он выглядел совершенно как истинный. Тогда мы спросили его, не может ли он также доказать и обратное. Он ответил, что может, и не хуже предыдущих пунктов. Тут он заговорил открыто и от души: "Что есть истина? Есть ли какая-то другая истина в природе, кроме того, что кто-либо сделает истинным? Скажите что угодно, и я сделаю это истинным".

"Тогда установи, - сказал я, - истину следующего утверждения: вера есть все, что нужно для церкви". Он сделал это с таким умом и искусством, что присутствовавшие ученые люди захлопали, выражая свое восхищение. Затем я попросил его установить истину утверждения, что милосердие есть все, что нужно для церкви; и это он сделал. Тогда я спросил его об утверждении, что милосердие бесполезно для церкви; и он так нарядил каждое из утверждений, и так украсил их внушающими доверие доводами, что стоявшие рядом переглянулись и сказали: "Ну разве он не мудр?"

"Разве ты не знаешь, - сказал я, - что жить доброй жизнью - это милосердие, а иметь правильные убеждения - это вера? Разве живущий доброй жизнью не имеет также и правильных убеждений? Следовательно, вера является частью милосердия, а милосердие - частью веры? Разве не видишь, что это истинно?"

"Я установлю истину этого, - сказал он, - и тогда увижу". Он сделал это, а затем заметил: "Вот теперь я вижу". Но чуть позже он установил истину обратного, и сказал при этом: "Я вижу, что и это истина". Мы улыбнулись этому и сказали: "Но не противоположности ли это? Как же два противоположных утверждения могут оба представляться истинными?" Он был возмущен этим и возразил: "Ты не прав. Оба утверждения истинны, потому что нет другой истины, чем то, что кем-нибудь установлено как истинное".

Рядом стоял человек, бывший в мире послом высшего ранга. Он был изумлен этим, и сказал: "Я допускаю, что нечто подобное и бывает в мире, но все равно ты сумасшедший. Установи, если можешь, истину утверждения, что свет - это тьма, а тьма - это свет".

"Нет ничего проще, - ответил он. - Что есть свет и тьма, если не состояния глаза? Не превращается ли свет в тень, когда глаз отходит от яркого солнечного света, или если пристально смотреть прямо на солнце? Каждый знает, что тогда состояние глаза меняется, и свет кажется подобным тени; а в обратном случае, когда глаз возвращается в свое нормальное состояние, эта тень кажется светом. Не видит ли сова тьму ночи как ясный день, а дневной свет, как тьму ночи? Ведь тогда она действительно видит само солнце как темный и тусклый шар. Если у человека были бы глаза совы, то что он назвал бы светом, а что тьмой? Так что же такое свет, как не состояние глаза? А если так, то не является ли свет тьмой, а тьма светом? Итак, как одно, так и другое утверждение верно".

Но видя, что это доказательство смутило некоторых людей, я сказал: "Я заметил, что этот торговец доказательствами не осведомлен о существовании истинного света и ложного света. Обе эти формы света кажутся светом; но ложный свет не является в действительности светом, а по сравнению с истинным светом тьма. Сова действует в ложном свете, ибо глаза ее наполнены жаждой преследования и пожирания птиц; этот свет дает ее глазам способность видеть ночью, совершенно также, как глазам кошек, мерцающим, как свечи в погребах. В этом случае ложный свет возникает из жажды преследования и пожирания мышей, которая наполняет их глаза и действует таким образом. Отсюда ясно, что свет солнца - это истинный свет, а свет желания - ложный свет".

(5) Вслед за тем посол попросил торговца доказательствами установить истину утверждения, что ворон бел, а не черен. "Тоже легкая задача, ответил он. - Возьми иголку или острое лезвие и открой перья и пух ворона; или удали перья и пух, и посмотри на голую кожу ворона, не белая ли она? Что чернота, окружающая ее, как не тень, которую нельзя использовать в суждении о цвете ворона? Справься у знатоков оптики, и они скажут тебе, что чернота - это просто тень; или размели в порошок черный камень или черное стекло, и ты увидишь, что порошок белый".

"Но когда ты смотришь на ворона, - сказал посол, - он ведь кажется черным?" Но торговец доказательствами отвечал: "Будучи человеком, хочешь ли ты мыслить о чем-то по внешнему виду? Конечно, ты можешь говорить по видимости, что ворон черный, но не можешь же ты так действительно думать. Например, ты можешь говорить по видимости, что солнце встает и садится; но как человек ты не можешь думать, что так и происходит, потому что солнце остается неподвижным, а двигается земля. То же самое и с вороном; видимость есть видимость. Что ни говори, а ворон совершенно и вполне белый. Он к тому же становится белым, когда стареет, это я сам наблюдал".

При этом окружающие посмотрели на меня. Тогда я сказал, что это правда, что перья и пух ворона имеют изнутри белесый оттенок, и кожа тоже. Но это истинно не только для воронов, а и для всех птиц во всем мире; и каждый различает птиц по их окраске. Если не так, то мы должны сказать, что всякая птица белая, а это нелепо и бессмысленно.

(6) Затем посол спросил, не может ли он установить истину утверждения, что он сам не в своем уме. "Да, - сказал он, могу, но не хочу. Все мы не в своем уме".

Тогда его попросили говорить чистосердечно и сказать, шутил ли он, или он действительно верит, что нет истины, а есть только то, что кто-либо установил, как истинное. Он ответил: "Клянусь, я так и верю".

В дальнейшем этого торговца какими угодно доказательствами отослали к каким-то из ангелов, чтобы те испытали его природу. Проделав это, они сказали, что у него нет и крупицы разумения. "Причина та, - пояснили они, - что в этом случае все, что выше рассудочного уровня, закрыто, и только то что ниже, открыто. Духовный свет выше этого уровня, а природный - ниже, и именно природный свет позволяет доказать все, что захочется. Но если в природный свет не вливается духовный, то невозможно увидеть, истинна ли какая-либо истина, а следовательно также ложна ли ложь. Способность видеть и то и другое происходит от присутствия духовного света в природном свете, а духовный свет исходит от Бога небес, а это Господь. Поэтому этот торговец какими угодно доказательствами - ни человек ни животное, а зверочеловек."

Я спросил ангелов о судьбе таких людей; как же могут они находиться в обществе живущих, раз духовный свет - источник жизни людей; и он же источник их разума. Они сказали, что до тех пор, пока такие люди в одиночестве, они не могут думать или говорить о чем бы то ни было, а стоят бессловесные, как машины, или как будто крепко уснули. Но они разом просыпаются, как только их уши уловят любой звук. Они добавили, что те, которые становятся такими, внутренне злы. Духовный свет свыше не может втекать в них, а только некоторая духовность посредством мира; она-то и дает им способность выдумывать доказательства.

Когда они закончили говорить, я услышал, как один из ангелов, испытывавших его, сказал: "Сделай общий вывод из того, что ты слышал". Мой вывод был таков: не то признак разумного человека, что он может доказать все, что пожелает; но способность видеть, что истина истинна, а ложь ложна, и доказывать это - вот признак разумного человека.

Затем я взглянул в сторону собрания, где стояли торговцы доказательствами в окружении толпы, кричащей: "Как мудро!"; и вот, внезапно их заслонило темное облако с мечущимися в нем совами и летучими мышами. "Совы и летучие мыши в это облаке - это соответствия, для демонстрации их мыслей. Доказательство лжи для того, чтобы она казалась истиной, в духовном мире представляется в виде птиц ночного образа жизни, чьи глаза внутренне освещены ложным светом; это позволяет им видеть предметы в темноте, как будто при свете дня. У тех, кто доказывает ложные утверждения до той степени, что они кажутся истинными и впоследствии считаются истинными, есть подобный, духовный ложный свет. Все они способны хорошо видеть позади себя, но вообще ничего - впереди себя".

335. Четвертый опыт.

Однажды утром я проснулся, хотя еще не рассвело, и наблюдал как бы видения разного рода, появлявшиеся перед моими глазами. Затем, когда наступил полный рассвет, я увидел различного вида блуждающие огни. Некоторые из них напоминали покрытые письменами листы бумаги, сложенные во столько раз, что, в конце концов, стали похожи на падающие звезды, попадающие в атмосферу и исчезающие. Некоторые выглядели, как отрытые книги, из которых одни блестели как маленькие луны, другие горели, как свечи. Среди них были книги, которые взлетали ввысь, и исчезали высоко в небе; Другие падали на землю и рассыпались в пыль. Видя все это, я предположил, что под этими видимостями в воздухе находятся люди, спорящие о воображаемых вещах, считая, что они имеют большую важность. Ведь в духовном мире приходится видеть такие явления в атмосфере, возникающие от рассуждений тех, кто под ними.

Немного позже зрение моего духа было открыто, и я заметил множество духов, с венками из лавровых листьев на голове и цветастых одеяниях. Это был знак того, что духи эти в природном мире были знамениты своей ученостью. Будучи в духе, я подошел и присоединился к собранию. Тогда я услышал, что они увлечены острым и ожесточенным спором о врожденных понятиях, то есть, есть ли у человека какие-нибудь понятия с самого рождения, как у животных.

Те, кто отрицал это, постоянно отодвигались от тех, кто подтверждал, и в конце концов, они оказались разделенными на две части, стоя как ряды двух армий, готовых драться на мечах. Но, за неимением мечей, они сражались словесными выпадами.

(2) Вдруг между ними очутился ангельский дух, и громким голосом воскликнул: "Я заслышал, находясь невдалеке от вас, что вы с обеих сторон участвуете в неистовом споре, есть ли у людей какие-нибудь врожденные понятия, как у животных. Я говорю вам, что у человека нет врожденных понятий, а у животных нет понятий вообще. Так что ваша перебранка - ни о чем, или, как говорится, о козлиной шерсти или о бороде века сего4".

Услышав это, все они пришли в бешенство и завопили: "Вышвырните его! То, что он говорит, противоречит общепринятому мнению". Но когда они попытались вышвырнуть его, они увидели, что его окружает небесный свет, сквозь который им было невозможно проникнуть, ибо то был ангельский дух. Тогда они отступили и держались от него на небольшом расстоянии. Когда свет прекратился, он сказал им: "Зачем вы приходите в бешенство? Сперва послушайте и примите доводы, которыми пользовался я, и сделайте затем собственное заключение по ним. Я вижу наперед, что те, у кого есть хорошие способности к суждениям, согласятся и успокоят бурю, возникшую у вас в умах. "В ответ на это они сказали, хоть и с раздражением в голосе: "Ладно, говори, а мы послушаем".

(3) Тогда он начал говорить: "Вы верите, что у животных есть врожденные понятия, и делаете такой вывод из того, что их действия кажутся происходящими от мысли. Однако у них нет ровно никакой способности к мышлению, а мы можем говорить о понятиях только благодаря мышлению. Признаком мышления является именно то, что действуют так-то и так-то по той или иной причине. Так что судите сами, думает ли паук своей крошечной головкой, когда плетет свою такую хитроумно устроенную паутину: "Я натяну нити вот так и соединю их поперечными нитями, чтобы моя паутина выдержала напор воздуха, которому она будет подвергаться. А там, где встретятся внутренние концы нитей, образуя центр, я сделаю себе место, где буду сидеть, чтобы узнавать о том, что попадает в паутину и бежать к нему. Так что, если муха залетит в нее, тут-то и попадется, а я немедленно накинусь и опутаю ее, и будет она мне пищей". Опять-таки, разве думает пчела своей крошечной головкой: "Полечу-ка я. Я знаю, где есть цветущие луга, и там я с одних цветов наберу воска, с других - меда; и из воска я построю ряды смежных ячеек, оставляя нечто вроде улиц, чтобы мне и моим товарищам можно было свободно входить и выходить. Затем мы запасем в ячейках много меда, которого хватит на будущую зиму, чтобы нам не умереть". Есть много других удивительных деталей, в которых пчелы не только сравнимы по общественной и экономической предусмотрительности с людьми, но в некоторых действиях даже превосходят их (см. выше 12.(7)).

(4) Опять-таки разве шершень думает своей крошечной головкой: "Мы с моими товарищами построим жилище из тонкой бумаги, внутренние стены которого будут изогнуты так, что образуют лабиринт; а в середине мы сделаем нечто вроде площадки, со входом и выходом, но так искусно придуманными, что ни одна тварь, кроме нашей разновидности, не найдет пути к середине, где мы проводим свои собрания". Или шелковичный червь, пока он еще на стадии личинки, думает ли своей крошечной головкой: "Пришло время мне готовиться прясть шелк, чтобы, когда спряду, можно было мне вылететь, и в воздухе, в той стихии, которая раньше была недоступна мне, играть с подружками и обзавестись потомством"? Подобно тому и остальные гусеницы, когда проползают сквозь стены и превращаются в нимф, куколок, коконы и, наконец, в бабочек? Есть ли у одной мухи понятие о том, чтобы встретить другую в одном месте, а не в другом?

(5) Почти то же самое у больших животных, что и у тех насекомых; например, у птиц и летающих тварей разного рода, которые знают, когда встретиться, когда готовить гнезда, откладывать в них яйца, сидеть на них и высиживать птенцов, приносить им еду, выращивать их, пока не научатся летать, и затем прогонять их из гнезда, как если бы они не были их потомством, и многое другое. Почти то же самое с наземными животными, змеями и рыбами. Есть ли среди вас тот, кто не может видеть из сказанного мной, что их самопроизвольные действия - не следствия процесса мышления, того единственного контекста, в котором мы можем говорить о понятиях? Ошибочная вера в то, что у животных есть понятия, возникла единственно и того ложного представления, что животные мыслят точно так же, как человек, и единственное различие - это дар речи".

(6) После этой речи ангельский дух осмотрелся вокруг, и поскольку увидел, что они все равно колеблются относительно того, есть ли у животных мыслительный процесс или нет, то продолжил выступление, говоря: "Я понял, что сходство действий животных и людей не дает вам расстаться с мечтой об их мыслительном процессе. Поэтому я расскажу вам об источнике их действий. Каждое животное, каждая птица, рыба, каждое пресмыкающееся и насекомое имеет собственную природную, чувственную и телесную любовь; она располагается в их головах, а в них - в мозгах. Этим путем духовный мир воздействует непосредственно на их телесные чувства, и ими он направляет их действия. Вот почему их телесные чувства намного более восприимчивы, чем человеческие. Это побуждение из духовного мира - то, что мы называем инстинктом, и ему дано такое название именно потому, что оно возникает без посредства мышления. Есть также вторичные инстинкты, возникающие из привычки. Но их любовь, с помощью которой побуждение из духовного мира направляет их действия, касается только питания и воспроизводства вида, а не какого-либо знания, разумения и мудрости, средств, которыми любовь постепенно развивается в людях.

(7) И у человека нет врожденных понятий, что ясно доказывается тем, что у него нет врожденного мыслительного процесса, а в отсутствие мыслительного процесса не может существовать никакого понятия, ведь одно обусловлено другим. Об этом можно заключить по новорожденным младенцам, которые неспособны ничего делать, только сосать молоко и дышать. Их способность сосать молоко не оттого, что они рождены с нею, а оттого, что они постоянно делали сосательные движения в материнской утробе. Их способность дышать - следствие того, что они живы, ибо это нечто наиболее общее у живых созданий. Даже телесные чувства их крайне слабы и мало помалу вырабатываются из этого состояния путем взаимодействия с окружающими предметами; подобно тому и двигаться они учатся путем тренировки. Мало помалу они как бы учатся издавать неразборчивые звуки, вначале произнося их без всякого понятия, но нечто смутное уже возникает перед их умственным взором; по мере того, как он становится яснее, возникает некоторое смутное воображение, а из него такого же рода мышление. Пропорционально образованию такого состояния возникают понятия, которые, как было уже сказано, неотделимы от мышления, а размышление развивается от наставления, и не от чего иного. Вот как у людей получаются понятия; они не врождены им, а образованы, и из них уже получаются речь и действия".

О том, что у человека нет от рождения ничего, кроме способности знать, понимать и быть мудрым, и склонности любить не только эти способности, но также своего ближнего и Бога, смотри опыт, записанный выше (48); и один из последующих.

Вслед за тем я посмотрел вокруг и увидел рядом Лейбница и Вольфа5, сосредоточенно слушавших доводы, выдвигаемые ангельским духом. При этом Лейбниц подошел и выразил свое одобрение и согласие; а Вольф отошел, и соглашаясь и не соглашаясь, так как ему не хватало внутренней силы суждения, бывшей у Лейбница.

Глава 6. Вера.

336. Мудрость древних была источником учения о том, что вселенная и все, что в ней есть, относятся к благу и истине; и потому все, что касается церкви, относится к любви, или милосердию, и к вере, потому что все, происходящее от любви, или милосердия, называется благом, а все, происходящее от веры называется истиной. Так вот, поскольку совершенно ясно, что милосердие и вера раздельны, но должны объединиться в том, кто собирается стать членом церкви, то есть иметь церковь в себе, то древние обсуждали и спорили о том, что из двух идет первым, и что, таким образом, правильно называть старшим. Некоторые из них говорили, что это истина, и потому вера; другие говорили, что это благо, и потому милосердие. Ведь они наблюдали, как после рождения человек сразу начинает учиться говорить и думать; это постепенно развивает его разум путем накопления знаний, и так он изучает и понимает, что такое истина; а с помощью нее он позже изучает и понимает, что такое благо. Так что он сначала постигает, что такое вера, и уж затем - что такое милосердие. Те, которые так понимали суть дела, приходили к заключению, что истина веры первородна, а благо милосердия родилось позже. По этой причине они оставляли за верой привилегированное положение и права первородства. Однако эти люди так завалили свой разум кучей доводов в пользу веры, что не смогли увидеть, что вера - это не вера, если не объединена с милосердием, а милосердие - не милосердие, если не объединено с верой, составляя с ней одно целое. Если это не так, то они не представляют никакой ценности для церкви. На следующих страницах будет показано, что они составляют совершенно единое целое.

Но в качестве вступления я коротко раскрою как, или каким путем они составляют единое целое. Это важно, поскольку прольет некоторый свет на все дальнейшее. Вера, которая также подразумевает истину, является первой по времени, но милосердие, подразумевающее также и благо, является первым в намерении. То, что первое в намерении, - на самом деле первое, поскольку оно первично, а посему и первородно. То, что первое по времени, на самом деле не первое, а лишь кажется таковым.

Чтобы это было понятным, проведем сравнение со строительством церкви и дома, устройством сада и подготовкой поля. Первое по времени в строительстве церкви - это заложить фундамент, построить стены, укрыть крышей, а затем поместить внутри алтарь и возвести кафедру; но первое в намерении - поклоняться в этой церкви Богу, та причина, по которой делалось все остальное. Первое по времени в строительстве дома - это сделать его внешний остов, и снабдить его всем необходимым для жизни; но первое в намерении - это удобная жизнь для себя и для всех, кто будет жить в доме. Первое по времени в устройстве сада - это уровнять землю, подготовить почву, посадить деревья и посеять семена, чтобы вырастить полезные растения; но первое в намерении - это та польза, которую извлекают из всех этих вещей. Первое по времени в подготовке поля - это уровнять землю, вспахать, взборонить, а затем посеять; но первое в намерении - это урожай, а также всякое применение, которое он находит. (3) Эти сравнения позволят любому сделать вывод, что по сути первое. Не правда ли, каждый, кто хочет построить церковь или дом, или устроить сад, или возделывать поле, прежде всего имеет в виду пользование ими, и постоянно держит это в уме, сообразуясь с этим, пока ищет средства, чтобы это осуществить? Значит, мы заключаем, что истина веры - это первое по времени, но благо милосердия - это первое в намерении, а раз оно поэтому играет ведущую роль, то на самом деле оно первородно в уме.

Но нам необходимо знать, что есть в сущности вера и милосердие, а знать это невозможно, если вопрос не разделить на отдельные утверждения, причем свой ряд утверждений будет и для веры, и для милосердия. Следующее относится к вере:

I Спасительная вера - в Господа Бога Спасителя Иисуса Христа.

II Вера вкратце состоит в том, что тот, кто живет доброй жизнью и придерживается правильных убеждений, спасается Господом.

III Веру приобретают, обращаясь к Господу, обучаясь истинам из Слова и живя по ним.

IV Множество истин, связанных как бы в пучок, достигает уровня веры и доводит ее до совершенства.

V Вера без милосердия - это не вера, а милосердие без веры это не милосердие, и то и другое безжизненно, если Господь не даст им жизни.

VI Господь, милосердие и вера составляют одно, точно так же, как в человеке жизнь, воля и разум; если их разделять, то каждое в отдельности разрушается, как жемчужина, которая крошится в пыль.

VII Господь - милосердие и вера в человеке, а человек - милосердие и вера в Господе.

VIII Милосердие и вера вместе присутствуют в добрых делах.

IX Бывает истинная вера, поддельная вера и лицемерная вера.

X У злых нет веры.

Теперь надо объяснить эти утверждения одно за другим.

XIII Спасительная вера - в Господа Бога Спасителя Иисуса Христа.

337. Спасительная вера - в Бога, как Спасителя, потому что Он - Бог и человек, и Он в Отце и Отец в Нем, так что они - одно. Поэтому тот, кто обращается к Нему, в то же время обращается к Отцу, то есть к одному и единственному Богу, и спасительная вера состоит не в чем ином. Нам надо верить, или иметь веру, в Сына Божьего, Искупителя и Спасителя, зачатого от Иеговы и рожденного Девой Марией, и названного Иисусом Христом, Это очевидно из часто повторяющихся Его собственных наказов, и позже из апостольских. Следующие отрывки ясно показывают, что Он заповедовал веру в Себя:

Иисус сказал: Воля Отца, пославшего Меня, чтобы всякий видящий Сына и верующий в Него, имел жизнь вечную; и Я воскрешу того в последний день. Иоанн 6:40. Верующий в Сына имеет жизнь вечную, а неверующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем. Иоанн 3:36. Дабы всякий, верующий в Сына, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Иоанн 3:15,16. Иисус сказал ей: Я воскресение и жизнь. Верующий в Меня не умрет вовек. Иоанн 11:25,26. Истинно говорю вам: верующий в Меня имеет жизнь вечную. Я хлеб жизни. Иоанн 47,48. Я - хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет голоден, и верующий в Меня не будет жаждать никогда. Иоанн 6:35. Иисус возгласил, говоря: кто жаждет, иди ко Мне и пей, Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой. Иоанн 7:37,38. Итак, сказали Ему: что нам делать, чтобы творить дела Божии? Иисус сказал им в ответ: вот дело Божие, чтобы вы верили в Того, Кого Отец послал. Иоанн 6:28,29. Доколе свет с вами, веруйте в свет, да будете сынами света. Иоанн 12:36. Верующий в Сына Божьего не судится, а неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя единородного Сына Божьего. Иоанн 3:18. Сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его. Иоанн 20:31. Если не уверуете, что это Я, то умрете во грехах ваших. Иоанн 8:24. Иисус сказал: Когда Утешитель, Дух истины, придет, Он обличит мир о грехе и о правде, и о суде; о грехе, что не веруют в Меня. Иоанн 16:8,9.

338. Вера Апостолов была только в Господа Иисуса Христа, как явствует из многих мест в их Посланиях, из которых я процитирую лишь следующие:

И уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божьего. Гал. 2:20. Павел возвещал Иудеям и Грекам покаяние пред Богом и веру в Господа нашего Иисуса Христа. Деян. 20:21. Человек, который вывел Павла вон, сказал: Что мне делать, чтобы спастись? Он ответил: Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты, и весь дом твой. Деян. 16:30,31. Имеющий Сына имеет жизнь; не имеющий Сына Божьего не имеет жизни. Сие написал я вам, верующим во имя Сына Божьего, дабы вы знали, что вы, веруя в Сына Божьего, имеете жизнь вечную. 1 Иоанн 5:12,13. Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники; однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только через веру Иисуса Христа, и мы в Иисуса Христа уверовали. Гал. 2:15,16.

Поскольку их вера была в Иисуса Христа, а такая вера от Него же и исходит, они называли ее "вера Иисуса Христа", как в только что приведенном отрывке Гал. 2:16, и в следующих отрывках:

Праведность Божия через веру Иисуса Христа для всех, и во всех, кто уверовал, с целью оправдать того, кто веры Иисуса. Рим. 3:22,26. С праведностью, которая от веры Христовой, с праведностью веры, которая от Бога. Фил. 3:9. Тех, кто соблюдает заповеди Божии и веру Иисуса. Откр. 14:12. Через веру, которая во Христе Иисусе. 2 Тим. 3:15. В Иисусе Христе - вера, милосердием действующая. Гал. 5:6.

(2) Эти отрывки послужат выяснению того, какая вера понималась Павлом в высказывании, которое так часто теперь повторяются в церкви:

Поэтому мы заключаем, что человек оправдывается верою независимо от дел, предписанных законом. Рим. 3:28.

Это не вера в Бога Отца, а в Его Сына; тем более не в серию из трех Богов, в одного, от которого, в другого, ради которого, и в третьего, посредством которого. Верование церкви, что в этом высказывании Павел имел в виду свою веру в три личности, является следствием того, что на протяжении четырнадцати веков, то есть со времени Никейского Собора, церковь не признавала никакой другой веры, не ведая поэтому о существовании какой-либо иной, думая, что это единственно возможная вера. Следовательно, где бы в Слове Нового Завета ни упоминалась вера, думали, что это та вера и есть, и все сказанное в нем относили к такой вере. В результате единственная спасительная вера, в Бога Спасителя, была утрачена, и к тому же, в учения ее вкралось множество заблуждений и множество парадоксов, несовместимых со здравым смыслом. Ибо любое учение церкви, которое должно указывать путь к небесам, то есть к спасению, и учить ему, зависит от веры; а поскольку, как я сказал, в ее учение вкралось столько заблуждений и парадоксов, они вынуждены были выдвинуть догмат о том, что разум должен находиться в послушании у веры. И таким образом, поскольку в высказывании Павла (Рим. 3:28) вера не означает веру в Бога Отца, а в Его Сына, и "дела, предписанные законом" означают дела, предписанные не Десятью Заповедями, а законом Моисея, данным Евреям (что очевидно из продолжения этого отрывка, а также из подобных утверждений в Послании к Галатам 2:14,15), камень в основании современной веры рухнул, а с ним и храм, возведенный на нем, как дом, который оседает в землю, покуда не останется видно снаружи ничего, кроме кончика крыши.

339. Причина, по которой мы должны верить, то есть иметь веру, в Бога Спасителя Иисуса Христа, в том, что это вера в видимого Бога, в котором невидимый Бог; а только вера в видимого Бога, который есть человек и в то же время Бог, проникает в человека. Ибо вера по своей сущности духовна, по форме же - природна. Поэтому у человека вера становится духовно-природной, ибо все духовное должно быть воспринято природным, чтобы хоть что-то значить для человека. Чисто духовное хотя действительно и входит в человека, но не принимается. Оно подобно эфиру, который втекает и вытекает обратно, не производя никакого действия; ведь чтобы оказано было действие, должно быть восприятие и таким образом принятие, и то, и другое - процессы в человеческом уме, и они не могут произойти иначе, как на природном уровне.

С другой стороны, чисто природная вера, то есть лишенная духовной сущности, не является верой, а лишь твердым убеждением или знанием. Твердое убеждение внешне подражает вере, однако за отсутствием какой бы то ни было внутренней духовности ничего не дает для спасения. Такова вера тех, кто отрицает божественность Человечности Господа; такова была вера и Ариан, а также Социниан6; и те, и другие отрицали божественность Господа. Что такое вера без цели, к которой она направлена? Не напоминает ли она взгляд, устремленный в космос, взгляд, падающий как бы на пустое место, и ни к чему не приводящий? Она также напоминает птицу, залетевшую в эфир над атмосферой, где она и погибает, как в вакууме. То время, которое подобная вера живет в человеческом уме, можно сравнить со временем существования ветров в залах Эола7, или света падающей звезды. Она появляется, как комета с длинным хвостом, но подобно комете она пролетает мимо и исчезает.

(2) Коротко говоря, вера в невидимого Бога - на самом деле слепая вера, раз человеческий ум не может видеть своего Бога; а свет этой веры, не будучи духовно-природным, ложен. Это свет напоминает свет светлячка, или свет, видимый по ночам на болотах или сернистых почвах, или от гниющего дерева. От такого света нечего ждать, кроме чистого воображения, которое позволяет видимостям казаться реальными, хотя они таковыми не являются Вера в невидимого Бога проливает только такого рода свет; особенно, если думать, что Бог - это дух, а о духе думать, как об эфире. К чему может это привести, если не к взгляду на Бога, как на эфир? Так, глядя в поисках Бога во вселенную, и не находя Его там, верят, что Природа - это Бог. Вот источник преобладающего в настоящее время поклонения природе. Не говорил ли Господь, что никто никогда голоса Отца не слышал и внешности Его не видел (Иоанн 5:37)? И еще, что никто никогда не видел Бога, и что единородный Сын, тот, что в лоне Отца, открыл Его (Иоанн 1:18)? Никто не видел Отца, кроме Того, Кто с Отцом; Он видел Отца (Иоанн 6:46). И никто не приходит к Отцу иначе, как через Него (Иоанн 14:6). Далее читаем, что тот, кто видит и знает Его, видит и знает Отца (Иоанн 14:7 сл.).

(3) Однако дело обстоит по-другому с верой в Господа Бога Спасителя. Поскольку Он - Бог и человек, и к Нему можно обращаться и видеть Его умственным взором, такая вера не лишена цели, а имеет цель, от которой исходит и к которой направлена; и принятая однажды, остается. Это все равно, что видел императора или короля; когда бы ни вспомнил о нем, в уме снова возникает его образ. Такая вера складывается в образ как бы взгляда на сияющее облако, посреди которого ангел зовет к себе, чтобы вознестись в небеса. Вот как Господь является тем, кто имеет веру в Него, и подступает Он к каждому в отдельности в той степени, в которой тот знает и признает Его. А это происходит, поскольку он знает и исполняет Его заповеди избегать зла и делать добрые дела; и наконец, Он приходит к нему в дом и делает жилище Свое с ним вместе с Отцом, который в Нем, как обещает следующий отрывок из Иоанна:

Иисус сказал: Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцом Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам. И Мы придем к нему и обитель у него сотворим. Иоанн 14:21,23.

Это написано в присутствии двенадцати Апостолов Господа, посланных ко мне Господом, когда я это писал.

XIV Вера вкратце состоит в том, что тот, кто живет доброй жизнью и придерживается правильных убеждений, спасается Господом.

340. Человек создан для вечной жизни, и каждый может наследовать эту жизнь, если живет в соответствии со средствами спасения, предписанными Словом; каждый Христианин, как и каждый не-Христианин, обладающий религией и здравым смыслом, согласится с этим утверждением. Средств спасения есть много, но все до единого имеют отношение к жизни в добре и сохранению правильных убеждений, то есть, к милосердию и вере; ибо милосердие значит жить доброй жизнью, а вера - придерживаться правильных убеждений. Эти два общих принципа не просто изложены для людей в Слове, как средства спасения, но даже наложены на них, как обязанность. Из этого следует, что с помощью них человек может обеспечить себе вечную жизнь теми силами, что заложены в нем и дарованы Богом; и насколько человек применяет эти силы, взирая при этом на Бога, настолько Бог подкрепляет их и превращает каждую частицу природного милосердия в духовное милосердие, а каждую частицу природной веры в духовную веру. Так Бог оживляет мертвое милосердие и мертвую веру, одновременно делая то же самое с человеком.

(2) Здесь надо ввести два понятия для того, о ком говорят "жить доброй жизнью и придерживаться правильных убеждений": в церкви они известны как внутренний человек и внешний человек. Когда внутренний человек желает добра, и внешний человек поступает хорошо, эти двое становятся одним, внешний движим внутренним, внутренний действует посредством внешнего. Таким образом, человек движим также и Богом, а Бог действует через него. С другой стороны, если внутренний человек желает зла, а внешний, тем не менее, поступает хорошо, тогда каждый из них все равно действует от ада, потому что ад - источник желаний такого человека, а дела его лицемерны. В любом лицемерном деле скрывается его желание, которое является адским, как змея скрывается в траве, или червь в зародыше плода.

(3) Если человек не только знает о существовании внутреннего и внешнего человека, но знает и что они из себя представляют, что они на самом деле могут действовать как одно, и так и происходит явно, и если он знает еще, что внутренний человек живет после смерти, когда внешний уже погребен, то такой человек потенциально обладает тайнами небес, как и земли, и в изобилии. Если кто соединяет в себе этих двоих, имея целью добро, он достигает вечного счастья; но если он разделяет этих двоих, и тем более, если соединяет их с целью зла, его участь - вечное несчастье.

341. Вера в то, что спасается не тот, кто живет доброй жизнью и придерживается правильных убеждений, но Бог свободен по Своей прихоти спасать или проклинать кого хочет, может дать человеку, по понятным причинам запутавшемуся, возможность обвинять Бога в отсутствии милости и снисходительности, если не сказать, в жестокости. В действительности это было бы равносильно отрицанию того, что Бог есть Бог, и утверждению, что сказанное Им в Его Слове бесполезно, а Его заповеди не имеют никакого значения, или, по крайней мере, их значение ничтожно. Кроме того, если не спасается тот, кто живет доброй жизнью и придерживается правильных убеждений, можно также обвинить Бога в нарушении Его завета, заключенного Им на горе Синай, и написанного Его перстом на двух скрижалях. Из слов Господа (у Иоанна 14:21-24) явствует, что Бог не может не спасти того, кто живет согласно Его заповедям и имеет веру в Него. И в самом деле, каждый имеющий религию и здравый смысл может убедиться в этом, если размыслит, что Бог, постоянно присутствующий при человеке, дающий ему жизнь и способность разуметь и любить, непременно должен любить его, и Своей любовью соединять Себя с теми, кто живет доброй жизнью и держится правильных убеждений. Несомненно, все это есть нечто запечатленное Богом в каждом человеке и в каждом живом существе. Разве может отец или мать отказаться от своих детей, птица - от своих птенцов, животное - от своих детенышей? Даже тигры, пантеры и змеи не могли бы сделать этого. Для Бога поступать иначе было бы противно порядку, в котором Он существует и согласно которому действует, равно как и порядку, наложенному Им при сотворении на человека.

(2) И точно так же, как невозможно Богу проклясть никого из живущих доброй жизнью и держащихся правильных убеждений, в противоположном случае невозможно Богу и спасти никого из живущих дурной жизнью и из-за этого держащихся ложных убеждений. Это второе утверждение тоже противно порядку, а потому противно и Его всемогуществу, которое может осуществляться только путем справедливости; законы же справедливости - непреложные истины. Ибо Господь говорит:

Легче пройти небу и земле, чем одной черте пропасть в законе. Лука 16:17.

Каждый, кто хоть что-нибудь знает о сущности Бога и свободе воли человека, может это понять. Например, Адам был волен есть от дерева жизни и от дерева познания добра и зла. Если бы он ел только от дерева, или деревьев жизни, разве возможно было бы Богу изгнать его из сада? Думаю, вряд ли. Но после того, как он ел от дерева познания добра и зла, возможно ли было Богу оставить его в саду? Опять-таки думаю, вряд ли. Подобно тому не думаю, чтобы Бог мог бы бросить какого-нибудь ангела, принятого уже в небеса, в ад, или впустить того, кто был признан дьяволом, в небеса. Ничто такое невозможно Богу по Его же собственному всемогуществу, как это показано в разделе о божественном всемогуществе (49-70 выше).

342. В предыдущем разделе (336-339) показано, что спасительная вера - в Господа бога Спасителя Иисуса Христа. Однако может возникнуть вопрос: а что главное в вере в Него? Ответ таков: признание того, что Он - Сын Божий. Это то главное в вере, что открыто и объявлено Господом во время пришествия Его в мир. Ибо если бы люди не признали сперва, что Он - Сын Божий, и таким образом Бог происходящий от Бога, то Он Сам, и Апостолы затем, напрасно проповедовали бы веру в Него. Так вот, поскольку в наши дни положение то же самое, но только у тех, кто думает из своей самости, то есть, из внешнего или природного человека, говоря про себя: "Как это Иегова Бог мог родить сына, и как может человек быть Богом?", то этот главный вопрос веры необходимо доказать и подтвердить Словом. Поэтому я процитирую следующие места:

Ангел сказал Марии: Ты зачнешь во чреве и родишь сына, и наречешь имя ему: Иисус. Он будет велик, и Сыном Всевышнего будет назван. Сказала же Мария ангелу: как же будет это, раз я мужа не знаю? И ответил ей ангел: Дух Святой найдет на тебя, и сила Всевышнего осенит тебя; потому и рождаемое Святое названо будет Сыном Божьим. Лука 1:31,32,34,35. Когда Иисус крестился, был голос с неба, говорящий: это Сын Мой возлюбленный, в котором Мое благоволение. Матф. 3:16,17; Марк 1:10,11; Лука 3:21:22. Когда Иисус преобразился, снова голос говорил: это Сын Мой возлюбленный, в котором Мое благоволение, слушайте Его. Матф. 17:5; Марк 9:7; Лука 9:35. (2) Иисус спросил учеников Своих, говоря: за кого люди почитают Меня? Петр ответил: Ты Христос, Сын Бога Живого. И Иисус ему ответил: блажен ты, Симон сын Ионы. И Я тебе говорю: на этой скале Я построю Мою церковь. Матф. 16:13,16-18.

Господь сказал, что построит Свою церковь на этой скале, то есть на этой истине и этом признании, что Он - Сын Божий. Ибо скала означает истину, а также Господа в том Его качестве, которое есть Божественная истина. Поэтому там, где не признают той истины, что Он сын Божий, церковь отсутствует. Вот почему выше утверждалось, что это - главный вопрос веры в Иисуса Христа, и таким образом, истинный источник веры.

Иоанн Креститель видел и засвидетельствовал, что Он - Сын Божий. Иоанн 1:34. Нафанаил, ученик, сказал Ему: Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев. Иоанн 1:49. Двенадцать учеников сказали: мы уверовали и познали, что Ты Христос, Сын Бога живого. Иоанн 6:69. Он назван единородным Сыном Божьим, единородным от Отца, который в лоне Отца. Иоанн 1:14,18; 3:16. Иисус Сам признал перед Первосвященником, что Он - Сын Божий. Матф. 26:63,64; 27:43; Марк 14:61,62; Лука 22:70. Бывшие же в лодке поклонились Ему и сказали: воистину Ты Сын Божий. Матф. 14:33. Евнух, желавший креститься, сказал Филиппу: верую, что Христос есть Сын Божий. Деян. 8:37. Павел, после того, как обратился, проповедовал, что Христос есть Сын Божий. Деян. 9:20. Иисус сказал: приходит час, когда мертвые услышат голос Сына Божьего, и услышавшие оживут. Иоанн 5:25. Неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя единородного Сына Божьего. Иоанн 3:18. Это написано, чтобы вы веровали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и чтобы веруя, имели жизнь во имя Его. Иоанн 20:31. Это написал я вам, верующим во имя Сына Божьего, чтобы вы знали, что имеете жизнь вечную, и верили во имя Сына Божьего. 1 Иоанн 5:13. Но мы знаем, что Сын Божий пришел и дал нам разумение, чтобы мы познали Истинного. И мы - в Истинном, в Сыне Его Иисусе Христе. Он есть истинный Бог и жизнь вечная. 1 Иоанн 5:20. Кто исповедует, что Иисус есть Сын Божий, в том пребывает Бог, и он в Боге. 1 Иоанн 4:15. А также в других местах: Матф. 8:29; 27:40,43,54; Марк 1:1; 3:11; 15:39; Лука 8:28; Иоанн 9:35; 10:36; 11:4,27; 19:7; Рим. 1:4; 2 Кор. 1:19; Гал. 2:20; Еф. 4:13; Евр. 4:14; 6:6; 7:13; 10:29; 1 Иоанн 3:8; Откр. 2:18.

Есть к тому же много мест, где Иисус назван Сыном Иеговы, и Он Сам зовет Иегову Своим Отцом, как вот здесь:

Что Отец творит, то и Сын творит также; как Отец воскрешает мертвых, и дает им жизнь, так и Сын; чтобы все чтили Сына, как чтят Отца. Как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так дал Он и Сыну иметь жизнь в Самом Себе. Иоанн 5:19-27.

Есть еще очень много примеров; то же самое и в Псалмах Давида:

Я возвещу повеление: Иегова сказал Мне: Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя. Поцелуйте Сына, чтобы Он не прогневался, и чтобы вам не погибнуть в пути. Ибо гнев Его возгорится вскоре. Блаженны все, уповающие на Него. Пс. 2:7,12.

Эти отрывки позволяют заключить, что каждому, кто желает быть истинным Христианином и быть спасенным Господом, надлежит верить, что Иисус - Сын Бога живого. Любой не верящий этому, а лишь тому, что Он - сын Марии, насаждает в своем уме различные понятия о нем, ведущие к проклятию и губительные для его спасения; об этом смотри выше (92,94,102). Об этих людях можно сказать почти то же самое, что и про Евреев, что вместо Царского венца они одели Ему на голову венец терновый; а также дали Ему пить уксус и кричали: "Если ты Сын Божий, сойди с креста" (Матф. 27:29,34,40). Или как дьявол говорил, искушая Его: "Если ты Сын Божий, скажи, чтобы эти камни стали хлебом", или "Если ты Сын Божий, бросься вниз" (Матф. 4:3,6). Такие люди оскверняют Его церковь и храм, и делают их вертепом разбойников. Они делают Его богослужение подобным культу Мухаммеда, и не делают различия между истинным Христианством, как поклонением Господу, и поклонением природе. Их можно уподобить едущим в карете или двуколке по тонкому льду, который ломается под ними, и они тонут, скрываясь под ледяной водой вместе с лошадьми и каретой. Еще их можно уподобить тем, кто строит лодку из тростника да соломы, скрепляя все это для прочности смолой, и доверяется ей в открытом море; но смола, скрепляющая ее, расклеивается, и они тонут, поглощаемые морской водой, и находят свою могилу в ее глубинах.

XV Веру приобретают, обращаясь к Господу, обучаясь истинам и живя по ним.

343. Прежде чем приступить к рассмотрению начал веры, а это - обращение к Господу, сопровождаемое изучением истин из Слова и жизнью по ним, я должен сначала привести краткое изложение веры, которое позволит составить общее понятие по каждой составляющей веры. Это упростит понимание не только того, что сказано в это главе о вере, но и того, что будет сказано далее о милосердии, свободе воли, покаянии, преобразовании и возрождении, и о вменении. Ибо вера проникает во все части богословской системы, как кровь во все части тела, и дает им жизнь. Учение современной церкви о вере широко известно в Христианской части мира, и в особенности среди сановных служителей церкви; ведь библиотеки богословов наполнены книгами не о чем ином, как о вере, и об одной вере. Да вряд ли что-либо еще считается в наше время действительно богословским. Но прежде чем взяться за рассмотрение учений современной церкви в отношении ее веры, тщательно исследовать их и дать им оценку (это будет темой приложения), я приведу основные учения новой церкви по вопросам веры; вот они.

344. Бытие веры новой церкви: 1) Полная вера в Господа Бога Спасителя Иисуса Христа; 2) Уверенность в том, что живущий доброй жизнью и придерживающийся правильных убеждений спасается Им.

Сущность веры новой церкви: Истины Слова.

Проявление веры новой церкви: 1) Духовное зрение. 2) Гармония истин. 3) Убежденность. 4) Признание, запечатленное в уме.

Состояния веры новой церкви: 1)Младенческая вера, юношеская вера, взрослая вера. 2) Вера от подлинных истин и вера от видимостей истин. 3) Вера по памяти, вера по рассудку, вера по озарению. 4) Природная вера, духовная вера, небесная вера. 5) Живая вера и вера от чудес. 6) Свободная вера и вера по принуждению.

Реальная форма веры новой церкви, как вообще, так и в частности, показана выше (пункты 2 и 3)8.

345. Кратко изложив то, из чего получается духовная вера, я изложу теперь вкратце то, из чего получается чисто природная вера. По сути она представляет собой твердую убежденность, которая претендует на то, чтобы быть верой, но является лишь убежденностью во лжи, известной как еретическая вера. Различные виды ее: 1) Поддельная вера, в которой ложь перемешана с истиной. 2) Поверхностная вера, происходящая от искаженных истин, и развратная вера, происходящая от различных видов извращенного блага. 3) Сокрытая или слепая вера, то есть вера в таинства, которым надо верить, даже не зная, истинны они или ложны, находятся ли они выше уровня рассудка, или противоречат ему. 4) Беспорядочная вера, то есть многобожие. 5) Одноглазая вера, то есть вера в какого-нибудь бога помимо истинного, а в случае Христиан - в иного бога, нежели Господа Бога Спасителя. 6) Лицемерная или фарисейская вера, вера уст, но не сердца. 7) Мнимая или перевернутая вера, которая есть ложь, выставляемая за истину при помощи ловких доводов.

346. Выше было сказано, что вера в человеке проявляется в виде духовного зрения. Так вот, поскольку духовное зрение, которое является способностью разума, и поэтому умственно, и природное зрение, которое является способностью глаза, и поэтому телесно, соответствуют друг другу, то каждое состояние веры можно сравнить с состоянием глаза и способности видеть. Состояние веры от истины соответствует всем здоровым состояниям зрения глаза; состояние веры от лжи соответствует всем болезненным состояниям зрения глаза. Я проведу сравнение между соответствиями двух видов зрения, умственного и телесного в отношении болезненного их состояния.

Поддельную веру, в которой ложь перемешана с истинами, можно сравнить с дефектом зрения и глаза, называемым бельмом на роговице, из-за которого зрение становится туманным. Поверхностную веру, следствие искаженных истин, и развратную веру, следствие различных видов извращенного блага, можно сравнить с дефектом глаза и зрения, который называется глаукомой, и представляет собой высыхание и отвердение жидкости хрусталика.

(2) Сокрытая или слепая вера, то есть вера в таинства, которым надо верить, не зная даже, истинны они или нет, находятся ли они выше уровня рассудка, или противоречат ему, сравнима с дефектом глаза, который называется амаврозом, или полной слепотой, и представляет собой потерю зрения из-за нарушения проводимости зрительного нерва, при том, что глаз кажется неповрежденным и видящим. Беспорядочную веру, то есть многобожие, можно сравнить с дефектом глаза, который называется катарактой, и является потерей зрения из-за непроходимости между склеротической и сосудистой оболочкой глаза. Одноглазую веру, то есть веру в какого-либо бога, кроме истинного, а в случае Христиан - в иного бога, нежели Господа Бога Спасителя, можно сравнить с дефектом глаза, называемым косоглазием. Лицемерную или Фарисейскую веру, веру уст, но не сердца, можно сравнить с атрофией глаза, ведущей к потере зрения. Мнимую или перевернутую веру, которая есть ложь, выставляемая за истину при помощи ловких доводов, можно сравнить с дефектом зрения под названием никталопия, это способность видеть при обманчивом свете в потемках.

347. Что касается образования веры, то оно происходит при обращении человека к Господу, изучении истин из Слова и жизни по ним. Во-первых: вера образуется у человека при обращении к Господу, потому что вера, если это настоящая вера, то есть та, которая спасает, исходит от Господа и к Господу направлена. Господни слова к ученикам ясно показывают, что вера исходит от Господа:

Оставайтесь во Мне, и Я в вас, без Меня не можете делать ничего. Иоанн 15:4,5.

Что эта вера направлена к Господу, ясно из многочисленных отрывков, цитированных ранее (337, 338), утверждающих, что надлежит верить в Сына. Итак, поскольку вера - от Господа и направлена к Господу, можно сказать, что Господь и есть сама вера, ибо ее жизнь и сущность - в Господе, и значит исходят от Него.

(2) Во-вторых: вера образуется изучением истин из Слова по той причине, что вера по своей сущности - это истина; ведь все составляющие веры истины. Поэтому вера есть не что иное, как собрание истин, проливающее свет на человеческий ум. Ведь истины учат не только о том, что следует верить, но и в кого нужно верить и чему нужно верить. Истины должны извлекаться из Слова, потому что в нем содержатся все истины, ведущие к спасению; а они действенны, потому что их дал Господь, и вследствие этого они запечатлены на всех небесах ангельских. Когда человек приступает к изучению истин Слова, он входит, сам того не ведая, в связь и сообщение с ангелами. Вера же, лишенная истин, все равно что зерно без ядра, которое, если его смолоть, дает только отруби. Но вера, образованная из истин, подобна хорошему зерну, из которого, если его смолоть, получается мука. Короче говоря, существенные составляющие веры - это истины; если они не содержатся в ней и не составляют ее, то вера - не более чем пустой звук; но если истины содержатся в ней и составляют ее, то она представляет собой звук, возвещающий спасение.

(3) В-третьих: вера образуется жизнью по истинам, потому что духовная жизнь - это жизнь в соответствии с истинами, и истины не становятся по-настоящему живыми, пока не воплощены в делах. Не соединенные с делом истины принадлежат лишь мышлению; если они не приняты также и волей, то они лишь стоят у дверей человека, не находясь, таким образом, внутри него, Ибо воля и есть, собственно, человек, а мышление является человеком только в той мере, в которой присоединяет к себе волю, и природа мышления определяется этим соединением, Тот, кто изучает истины, не применяя их в своей деятельности, подобен тому, кто засевает поле и не боронит его; тогда от дождя семена набухают, превращаясь в пустую шелуху. Но тот, кто изучая истины, применяет их, подобен сеющему и запахивающему семена; тогда от дождя семена вырастают в урожай, и становятся полезным источником пищи. Господь говорит:

Если вы это знаете, блаженны вы, если делаете это. Иоанн 13:17.

и в другом месте:

Посеявший на доброй земле - это слышащий Слово и внемлющий ему, он-то и порождает и приносит плод. Матф. 13:23.

И еще:

Всякий, кто слушает Мои слова и исполняет их, подобен будет мужу разумному, который построил свой дом на скале; а всякий, кто слушает Мои слова и не исполняет их, подобен будет мужу безрассудному, который построил свой дом на песке. Матф. 7:24,26. Все Господни слова - истины.

348. Из сказанного выше ясно, что у человека веру образуют три вещи: первое - обращаться к Господу, второе - изучать истины из Слова, третье жить по ним. Поскольку эти три стадии между собой различны, следовательно, их можно отделить друг от друга. Кто-то может обращаться к Господу, не зная при этом ничего, кроме исторических истин о Боге и Господе. Кто-то может знать большое количество истин из Слова, не живя по ним. Но всякий, кто разделяет эти стадии, то есть, имеет одну, не имея других, не обладает спасительной верой. Такая вера возникает, когда эти три стадии соединены вместе, и мало того, природа веры зависит от того, в какой степени они соединены. Где эти три вещи разделены, там вера похожа на невсхожее семя, которое попадая в почву, превращается в прах; а там, где они связаны, там вера, как семя в почве, вырастающее в дерево, и плод такой веры зависит от этой связанности. Где эти три вещи разделены, вера подобна совершенно неплодному яйцу; а где связаны, вера подобна оплодотворенному яйцу прекрасной птицы.

(2) Веру тех, у которых эти три вещи разделены, можно уподобить глазу вареной рыбы или краба; а веру тех, у которых они связаны вместе, можно уподобить глазу, которому жидкость его хрусталика придает прозрачность до самого дна зрачка и сквозь сосудистую оболочку. Разделенная вера напоминает картину, написанную темными красками на черном камне, а соединенная вера подобна живописи превосходными красками по прозрачному хрусталю. Свет разделенной веры можно сравнить со светом головешки в руке ночного путника, а свет соединенной веры - со светом факела, который, если им помахать, высвечивает все подробности дороги. Вера без истин, как лоза, приносящая дикий виноград; а вера, образованная из истин, подобна лозе, приносящей грозди винограда, которые дают славное вино. Веру в Господа, лишенную истин, можно сравнить с новой звездой, появившейся на небе, которая со временем тускнеет, а веру в Господа, сопровождаемую истинами, можно сравнить с постоянной звездой, которая остается всегда одной и той же. Истина есть сущность веры, и поэтому природа истины определяет природу веры; без истин она неустойчива, а с ними - непоколебима. Вера, основанная на истинах, сияет в небесах, как звезда.

XVI Множество истин, связанных как бы в пучок, достигает уровня веры и доводит ее до совершенства.

349. Взглянув на современную веру, невозможно согласиться, что вера, принятая повсюду является собранием истин. Тем более по ней не подумаешь, что человек может внести какой-либо вклад в приобретение себе веры. Однако же вера в своей сущности - это истина, причем истина в своем собственном свете, и поэтому, точно так же, как можно приобрести истину, можно приобрести и веру. Разве есть кто-нибудь, кто не может обратиться к Господу, если хочет? Или не может, если хочет, собрать истины из Слова? Каждая истина в Слове, или взятая из Слова, светится, а истина в свете есть вера. Господь, будучи самим светом, наитствует на каждого; и если человек обладает истинами из Слова, Он делает их светящимися изнутри, чтобы они стали частями веры. Об этом-то и говорит Господь у Иоанна, веля, чтобы пребывали в Нем, и Его слова пребывали в них (Ин 15:7). Господни слова - истины. Однако чтобы было правильно воспринято понятие о том, что множество истин, связанных как бы в пучок, достигает уровня веры и доводит ее до совершенства, необходимо разделить объяснение этого понятия на следующие части:

(i) Истины веры можно умножать до бесконечности.

(ii) Они распределяются в группы, таким образом, как бы в пучки.

(iii) Вера совершенствуется соразмерно их общему объему и взаимосвязанности.

(iv) Как бы не были многочисленны истины, и какими бы разнообразными они не представлялись, они сведены в одно Господом, который есть Слово, Бог небес и земли, Бог всякой плоти, Бог виноградника, или церкви, Бог веры, а также сам свет, истина и жизнь вечная.

350. (i) То, что истины веры можно умножать до бесконечности, видно по мудрости ангелов, вечно возрастающей. Ангелы говорят, что не бывает предела мудрости, и единственный источник мудрости - это Божественные истины, упорядоченные аналитически посредством падающего на них света, который исходит от Господа. И у человеческого ума нет иного источника, если это на самом деле ум. Божественная истина может умножаться бесконечно, по той причине, что Господь - сама Божественная истина, то есть, истина в бесконечной степени, и она привлекает всех людей к себе. Но ангелы и люди, будучи конечными, могут ответить этой привлекающей силе только в предписанных им размерах, хотя привлекающая сила постоянно устремлена к бесконечности. Слово Господа - бездонный кладезь истин, источник всей ангельской мудрости. Однако тому, кто ничего не знает о духовном и небесном смыслах Слова, это видно не более, чем вода, налитая в банку.

(2) Каким образом истины веры умножаются до бесконечности, можно видеть в сравнении с семенем человека; в нем каждое семя отдельно может плодить целые семьи из века в век. То, каким образом размножаются истины веры, можно также сравнить с тем, как размножаются семена в полях и садах; они могут расплодиться так, что их будет вечно сотни миллионов. Семя в Слове означает просто истину, поле означает учение, сад - мудрость. Человеческий ум напоминает почву, в которую духовные и природные истины сажаются, как семена, и могут там размножаться беспредельно. Люди приобретают эту способность от бесконечности Бога, который беспрестанно присутствует, даруя Свой свет и Свое тепло, и способность порождать.

351. (ii) Истины веры распределяются в группы, таким образом, как бы в пучки, что доныне было неизвестно. Причина этому неведению та, что духовные истины, из которых соткано все Слово, сделались невидимыми из-за мистической и таинственной веры, играющей в современном богословии ведущую роль. В результате они ушли в землю, подобно силосу.

Необходимо объяснить, что подразумевается под группами и пучками. Первая глава этой книги, рассматривающая Бога Создателя, разделена на сгруппированные темы, из которых первая - о единственности Бога; вторая о бытии Бога, то есть, Иегове; третья - о бесконечности Бога; четвертая о сущности Бога, то есть, Божественной любви и Божественной мудрости; пятая - о всемогуществе Бога; и шестая - о сотворении. Отдельные пункты каждой темы составляют группы, которые собирают воедино содержание, как будто в горсти. Такие группы, и в общем, и в частности, то есть, как взятые вместе, так и по отдельности, содержат истины, которые, пропорционально их количеству и взаимосвязанности, достигают уровня веры и доводят ее до совершенства.

(2) Если кто-то не знает, что человеческий ум организован, то есть представляет собой духовный организм, оканчивающийся природным организмом, и что в нем и под его управлением ум приводит в действие свои понятия, иначе говоря, думает, то он не может не держаться того мнения, что восприятия, мысли и понятия - это только лучи и видоизменения света, падающего на голову, и являющего образы, видимые и сознаваемые им как доводы рассудка. Но это бессмыслица, так как всем известно, что голова заполнена мозгами, мозги организованы, и в них обитает ум, а его понятия постоянны, и, принятые и испытанные, остаются в нем. Так вот, вопрос в том, какого рода эта организация? Ответ: все распределено по группам, как бы в пучки, и таким же образом истины, составляющие веру, распределяются в человеческом уме. Этот факт можно проиллюстрировать следующими соображениями.

(3) Мозг состоит из двух субстанций, из которых одна - железистая, называемая серым веществом коры; другая - волокнистая, называемая мозговым веществом. Первая субстанция, железистая, образует грозди, как виноград на лозе; эти грозди и есть ее группы. Вторая субстанция, называемая волокнистой, собрана в длинные непрерывные пучки волокон, идущих от железок первой субстанции. Эти пучки - ее группы. Все нервы, которые тянутся от них в тело для выполнения различных функций, представляют собой связки и пучки волокон; то же самое и мышцы и вообще все внутренности и органы тела. И те и другие имеют такую природу из-за соответствия их тем группам, в которые организован ум. (4) Более того, во всей Природе нет ничего, что бы не состояло из связок, образующих группы. Каждое дерево, каждый куст, каждое садовое и огородное растение, да что там, каждый початок кукурузы или травинка устроены таким образом и в целом и в составных частях. Общая первопричина всего этого в том, что так устроены Божественные истины; ибо мы читаем, что все через Слово сотворено, то есть через Божественную истину, и что мир тоже был создан через Слово (Иоанн 1:1 сл.). Эти факты позволяют нам видеть, что если бы в человеческом мозгу не было подобного организованного расположения субстанций, то люди не обладали бы ни малейшей способностью к аналитическому мышлению. Каждый имеет такие способности соразмерно организованной обустроенности его ума, а значит, соразмерно общему объему истин, собранных как бы в пучок; а эта обустроенность зависит от свободного использования его рассудка.

352. (iii) Из того, что было сказано выше, следует, что вера доводится до совершенства соразмерно общему объему и взаимосвязанности истин. Это обнаружит каждый, кто соберет разумные соображения и осознает действенность многочисленных групп, когда они связаны в одно целое. Ведь тогда одно усиливает и укрепляет другое, и вместе они составляют нечто, действующее сообща. Так вот, из того, что вера по своей сущности является истиной, следует, что соразмерно объему и взаимосвязанности истин вера становится все более и более духовно совершенной, а значит, все менее и менее природно-чувственной. Потому что она возносится в более высокие области ума, откуда она видит под собой в природном мире, ряды за рядами, доказательства в свою пользу. Большой объем истин, объединенных как бы в пучок, делает истинную веру более просвещенной, легче воспринимаемой, более рельефной и ясной. Кроме того, она уже легче соединяется с различными видами добра, принадлежащего милосердию, и, следовательно, легче освобождается от зла, постепенно все меньше подчиняясь обольщениям глаз и вожделениям плоти, становясь, по существу, более счастливой. В частности, возрастает ее сопротивление злу и лжи, потому она все более и более оживает и способствует спасению.

353. Я говорил выше, что каждая истина на небесах сияет, и вследствие этого, по существу, сияющая истина - это вера. Красоту и привлекательность, которые получает вера при этом освещении, когда ее истины умножаются числом, можно сравнить с различными образами, предметами и картинами, выполненными разными гармонично положенными красками; также и с разноцветными драгоценными камнями на нагруднике Аарона, которые называются вместе Урим и Туммим. Равно можно сравнить их с драгоценными камнями, которые должны были лечь в основание стен Нового Иерусалима (как описано в Откровении, глава 21); или с разноцветными драгоценными камнями в царской короне. К тому же, драгоценные камни и означают истины веры. Еще возможно сравнение с красотой радуги, или луга, полного цветов, и сада, буйно расцветающего по весне.

(2) Свет и восхитительный вид веры, которые она получает от всего объема истин, образующих ее строение, можно сравнить с освещением церквей огромным числом светильников, домов лампами и улиц фонарями. Вознесение веры в высшие области благодаря количеству истин можно проиллюстрировать сравнением с увеличением громкости звучания мелодии и сопровождения при гармоничном исполнении их на многих музыкальных инструментах; а также с гораздо большим ароматом, исходящим от собранных вместе благоухающих цветов, и так далее.

Устойчивость веры, образованной из большого количества истин, против лжи и зла можно сравнить с прочностью церкви, построенной из плотно пригнанных каменных блоков, с колоннами для устойчивости стен и поддержки потолка. Еще ее можно сравнить с построением солдат в боевой порядок, плечом к плечу, который представляет собой одно целое и действует как единая боевая сила. Еще ее можно сравнить с образованием структуры всего тела из мышц, которые, несмотря на их многочисленность и удаленность друг от друга, тем не менее, в действии проявляют единую силу; и так далее, и тому подобное.

354. (vi) Как бы многочисленны не были истины веры, и какими бы разнообразными они не казались, они сведены в одно Господом, Который есть Слово, Бог небес и земли, Бог всякой плоти, Бог виноградника, или церкви, Бог веры и сам свет, сама истина и жизнь вечная. Истины, составляющие веру, разнообразны и с точки зрения человека кажутся различными. Например, одни имеют отношение к Богу Создателю, другие - к Господу Искупителю, третьи - к Духу Святому и тому, каким образом действует Бог, еще какие-то - к вере, к милосердию, какие-то - к свободе воли, покаянию, преобразованию и возрождению, вменению и так далее. Однако же в Господе они составляют одно, и объединяются Господом в людях, как множество ветвей одной лозы (Иоанн 15:1 сл.). Ибо Господь соединяет между собой рассеянные и разделенные истины, так сказать, в единое образование, чтобы с виду представлялись одним и действовали, как одно.

Это можно пояснить сравнением с членами, внутренностями и органами единого тела: несмотря на их многообразие и кажущееся на наш взгляд различие, все равно тот, чью целостную форму они составляют, сознает их только как единое целое, и пользуясь ими, действует как будто единым целым. Подобное тому и с небесами: хотя они и разделены на бесчисленные общества, однако выглядят одним в глазах Господа. Выше я показывал, что они выглядят, как один человек. То же самое и с царством, хоть и разделенным на множество административных районов, областей и городов, но действующим как одно целое под властью царя, которому даны правда и суд. Причина, по которой Господними стараниями подобное происходит с истинами, составляющими веру и делающими церковь истинно церковью, в том, что Господь есть Слово, Бог небес и земли, Бог всякой плоти, Бог виноградника, или церкви, Бог веры и сам свет, сама истина и жизнь вечная.

(2) Из Евангелия от Иоанна явствует, что Господь есть Слово, и потому вся истина небес и церкви.

Слово было у Бога, и Слово было Бог. И Слово стало плотью. Иоанн 1:1,14

У Матфея явно видно, что Господь - бог небес и земли.

Иисус сказал: дана Мне всякая власть на небе и на земле. Матф. 28:18.

Господь - Бог всякой плоти, у Иоанна:

Отец дал Сыну власть над всякой плотью. Иоанн 17:2.

Господь - Бог виноградника, или церкви, и у Исаии:

У Возлюбленного моего был виноградник. Исаия 5:1,2.

У Иоанна:

Я - лоза, а вы - ветви. Иоанн 15:5.

Господь - Бог веры, у Павла:

С праведностью, которая через веру в Христа, через веру в Бога. Филиппийцам 3:9.

Господь - сам свет, у Иоанна:

Он был Свет истинный, который просвещает каждого человека, приходящего в мир. Иоанн 1:9.

И в другом месте:

Иисус сказал: Я в мир пришел, как свет, чтобы из верующих в Меня ни один не остался во тьме. Иоанн 12:46.

Господь - сама истина, у Иоанна:

Иисус сказал: Я - путь, истина и жизнь. Иоанн 14:6.

Господь - жизнь вечная, у Иоанна:

Но мы знаем, что Сын Божий пришел, чтобы мы познали Истинного, и мы - в Истинном, в Сыне Его, Иисусе Христе. Он есть истинный Бог и жизнь вечная. 1 Иоанн 5:20.

(3) Необходимо добавить, что мирские занятия не позволяют людям приобрести более нескольких истин для составления веры. Но все равно, если кто-то обращается к Господу и поклоняется Ему одному, то ему дано знать все истины. Поэтому, как только истинный поклоняющийся Господу слышит некую истину веры, прежде ему неизвестную, он тут же видит, признает и принимает ее. Причина этого в том, что Господь в нем, и он в Господе. Следовательно, свет истины в нем, и она в свете истины, ведь, как было сказано выше, Господь - сам свет и сама истина.

Следующий опыт может быть тому подтверждением. Я видел духа, который выглядел в обществе других простым, поскольку признавал одного Господа как Бога небес и земли, и обосновывал свою веру немногими истинами, взятыми из Слова. Его вознесли в небеса, чтобы он присоединился к мудрейшим ангелам, и мне сказали, что там он оказался таким же мудрым, как они; и действительно, он произносил множество истин, как будто совершенно самостоятельно, о которых прежде совсем ничего не знал.

(4) Такое же состояние будет у тех, кто войдет в новую церковь Господа. Это то состояние, которое описано Иеремией:

Вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней. Вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его. И уже не будут учить друг друга, и брат брата, и говорить: "познайте Иегову"; ибо все сами будут знать Меня, от самого малого до самого большого из них. Иер. 31:33,34.

Еще это состояние будет таким, как описано Исаией:

И произойдет отрасль от рода Иессеева. Истина будет поясом вокруг бедер Его. Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и леопард ляжет с козленком. И младенец будет играть над норою аспида, и дитя протянет руку свою на гнездо змеи. Ибо земля будет полна знания Иеговы, как воды наполняют море. В тот день народы будут искать корня Иессеева, и мир будет ему славой. Исаия 11:1,5-10.

XVII Вера без милосердия - это не вера, а милосердие без веры - это не милосердие, и то и другое безжизненно, если Господь не даст им жизни.

355. Из Посланий, написанных Апостолами, совершенно ясно, что никому из них и в голову не приходило, что церковь наших дней будет отделять веру от милосердия, когда они утверждали, что одна вера, без дел, предписанных законом, оправдывает человека и спасет его, и что вследствие этого милосердие не может быть соединено с верой, поскольку вера исходит от Бога, а милосердие, насколько оно осуществлено в делах, исходит от человека. Но это разъединение и деление было введено в Христианскую церковь в то время, когда одного Бога разделили на три личности, придав каждой равную божественность. В следующем разделе будет объяснено, что нет ни веры без милосердия, ни милосердия без веры, и что безжизненно и то и другое, если Господь не даст им жизни. Здесь, дабы уровнять путь, докажу, что:

(i) Можно приобрести себе веру;

(ii) как и милосердие;

(iii) и жизнь веры и милосердия.

(iv) Но, тем не менее, ни вера, ни милосердие, ни жизнь нисколько не создаются человеком, а только Господом.

356.

(i)

Выше, в третьем разделе, было показано, что можно приобрести себе веру. Там говорилось, что вера по сути - истина, а каждый может почерпнуть истины из Слова; и каждый настолько начинает приобретать веру, насколько приобретает себе истины и любит их. К этому нужно прибавить следующее, что если бы нельзя было приобретать себе веру, то все, что указано в Слове относительно веры, говорилось бы напрасно. Ведь там говорится, что воля Отца, чтобы люди верили в Сына, и что кто верит в Него, тот имеет жизнь вечную, а тот, кто не верит, не увидит жизни. Мы также читаем, что Иисус пошлет Утешителя, который обвинит мир, что "не уверовал в Меня". Есть много других мест, которые были приведены выше (337, 338). Кроме того, все Апостолы проповедовали веру, веру в Господа Бога Спасителя Иисуса Христа. К чему годились бы все эти места, если человек должен был бы стоять, повесив руки, как резная марионетка на шарнирах, и ждать, чтобы Бог действовал им? В таком случае, как эти шарниры, которые приспособлены к принятию внешнего воздействия, он побуждался бы изнутри к каким-либо действиям, которые, однако, никак не связаны с верой. (2) Ибо учение, принятое в наши дни в отдельной от Римских Католиков части Христианского мира, гласит, что:

Человек крайне испорчен и умер для добра, так что после падения и до возрождения ни искры духовной силы не оставлено или не осталось в человеческой природе, чтобы позволяла ему приготовиться к Божьей милости, или ухватиться за нее, когда представляется случай, или быть в состоянии принять милость самому по себе, или собственными усилиями; а в духовных делах - понимать, верить, воспринимать, думать, желать, начинать, завершать, действовать, трудиться или сотрудничать, либо посвящать себя милости или годиться для нее, либо делать что-то от себя для обращения, ни полностью, ни наполовину, ни в малейшей степени. Человек в духовных делах, относящихся к спасению души, как жена Лотова, превратившаяся в соляной столп, или как безжизненный чурбан или глыба камня, не в состоянии пользоваться своими глазами, ртом или какими-либо чувствами. Однако человек обладает способностью двигаться, то есть, управлять своими внешними частями, посещать общественные собрания, и слушать Слово и Евангелие.

Эти утверждения взяты из книги Евангельской Церкви, названной "Формула Согласия"9, и изданной в Лейпциге в 1756 г. (стр. 656, 658, 661-663, 671-673). Священники, принимая сан, клянутся на этой книге, а значит, клянутся поддерживать такую веру. У всех Реформированных Церквей примерно та же вера. Но найдется ли хоть кто-нибудь, наделенный рассудком и религией, кто бы не осмеял эти взгляды, как бессмысленные и нелепые? Ведь он бы сказал про себя: "Если так, что толку от Слова, к чему религия, священство да проповеди? Чем тогда это все лучше пустого звука, не значащего ничего?" Если вы скажете нечто в таком духе язычнику с некоторой способностью к суждению, которого вы желаете обратить, поведав ему, что вот таков он относительно обращения и веры, разве сможет он смотреть на Христианство иначе, нежели как на пустую бочку10? Ведь если отобрать у человека любую возможность верить так, как он верил бы от себя, то что ему делать еще? Этот предмет будет яснее освещен в главе о свободе воли.

357.

(ii) Можно приобрести себе милосердие.

Здесь то же, что и с верой. Ибо чему еще учит Слово, как не вере и милосердию, этим двум существенным составляющим спасения? Читаем:

Возлюби Господа всем сердцем твоим и всею душою твоей, и ближнего твоего, как самого себя. Матф. 22:34-39. И сказал Иисус: Заповедь новую даю вам, да любите друг друга. По этому узнают вас все, что вы мои ученики, если будете иметь любовь между собою. Иоанн 13:34,35; то же и 15:9; 16:27.

Мы также читаем, что человек должен приносить плод, как хорошее дерево; и что те, кто творит добрые дела, будет награжден по воскресении (Лука 14:14); и множество подобных высказываний. Какой смысл заключали бы они в себе, если человек не мог бы сам по себе проявлять милосердие, или как-либо приобретать его? Разве не может он подавать бедным, помогать нуждающимся и делать добрые дела дома и на работе? Разве не может он жить в соответствии с Десятью Заповедями? Или у него нет души, заставляющей его поступать таким образом, и рассудительного ума, побуждающего его действовать ради тех или иных замыслов? Разве не может он думать, что сделает все это потому, что так велит Слово, а значит Бог? Никто не лишен такой возможности; и причина тому - что Господь предоставил ее всем, и предоставил так, как будто это - нечто принадлежащее человеку лично. Ибо есть ли кто-то, кто, делая нечто милосердное, сознает, что делает это не от себя, а как-то иначе?

358.

(iii) Можно приобрести себе жизнь веры и милосердия.

И здесь то же самое, так как ее приобретают, обращаясь к Господу, который и есть сама жизнь. И обращение к Нему тоже ни для кого не закрыто, поскольку Он постоянно приглашает каждого прийти к Нему. Ведь Он говорил:

Приходящий ко Мне не будет голоден, и верующий в Меня не будет жаждать никогда. Приходящего ко мне не изгоню вон. Иоанн 6:35,37. Иисус стоял и возгласил: Если кто жаждет, пусть идет ко Мне и пьет. Иоанн 7:37.

В другом месте:

Подобно царство небесное царю, который устроил брачный пир для сына своего, и послал слуг своих созвать гостей. И в конце концов, сказал: идите по улицам до окраин, и пригласите на пир всех, кого найдете. Матф. 22:1-9.

Возможно ли, чтобы кто-то не знал, что это приглашение и созывание относится ко всем, как и милость, проявляемая к принявшим их.

Причина, по которой жизнь дается при обращении к Господу, в том, что Господь и есть сама жизнь, не только жизнь веры, но и жизнь милосердия. Из следующих отрывков очевидно, что Господь есть жизнь, и жизнь человека исходит от Господа:

В начале было Слово. В Нем была жизнь, и жизнь была светом людям. Иоанн 1:1,4. Как Отец воскрешает мертвых и оживляет, так и Сын, кого хочет, оживляет. Иоанн 5:21. Хлеб Божий - тот, что сходит с небес и дает жизнь миру. Иоанн 6:33. Слова, которые Я сказал вам - это дух, и это жизнь. Иоанн 6:63. Иисус сказал: Тот, кто следует за Мной будет иметь свет жизни. Иоанн 8:12. Я пришел, чтобы вы имели жизнь, и имели ее в избытке. Иоанн 10:10. Кто верит в Меня, хоть и умрет, оживет. Иоанн 11:25. Я - путь, истина и жизнь. Иоанн 14:6. Потому что Я живу, и вы жить будете. Иоанн 14:19. Все это написано, чтобы вы имели жизнь во имя Его. Иоанн 20:31. Он - жизнь вечная. 1 Иоанн 5:20.

Жизнь в вере и милосердии означает духовную жизнь, которая дается Господом человеку на протяжении его природной жизни.

359.

(iv) Но, тем не менее, ни вера, ни милосердие, ни жизнь их нисколько не создаются человеком, а только Господом.

Ибо мы читаем, что человек не может взять себе ничего, если не дано ему с небес (Иоанн 3:18). И Иисус говорил:

Тот, кто пребывает во Мне, и Я в нем, приносит много плода, потому что без меня не можете делать ничего. Иоанн 15:5.

Однако это нужно понимать так, что можно приобрести своими собственными усилиями только природную веру, то есть твердое убеждение, что дело обстоит именно так, поскольку это было заявлено авторитетной личностью. Можно также приобрести лишь природное милосердие, то есть трудиться на чью-то пользу ради какой-либо награды. И то, и другое содержит самость человека, в которой нет жизни, если не от Господа. Тем не менее, и тем, и другим человек готовится к принятию Господа. Насколько он приготовил себя, настолько Господь входит и делает его природную веру духовной, и тоже самое с милосердием, и таким образом делает их живыми. Такой результат получается, когда обращаются к Господу, как Богу небес и земли.

Раз человек создан образом Божьим, то он создан быть обителью бога, Поэтому Господь говорит:

Кто имеет Мои заповеди и соблюдает их, тот любит Меня; и Я возлюблю его, и приду к нему, и обитель Себе сотворю с ним. Иоанн 14:21,23.

И еще:

Вот, стою возле двери и стучусь; если кто услышит голос Мой и отворит дверь, Я войду к нему и буду ужинать с ним, и он со Мною, Откр. 3:20.

Из этих утверждений следует заключение, что, насколько человек готовит себя на природном уровне к принятию Господа, настолько и Господь входит и делает все в нем духовным, давая, таким образом, всему жизнь. С другой стороны, однако, насколько человек не готовит себя, в той же степени он отдаляет Господа от себя, и делает все сам по себе; а что человек делает сам по себе, то не имеет в себе жизни. Однако невозможно уже пролить больше света на этот вопрос пока я не рассмотрел милосердие и свободу воли, и я вернусь к нему позже, в главе о преобразовании и возрождении.

360. Я утверждал перед этим, что вера, присутствующая в ком-то, должна начинаться с природной, и то же с милосердием, Но еще никто не знает различия между природными и духовными верой и милосердием. Так что необходимо открыть то, что так важно, но до сих пор неизвестно.

Есть два мира, природный и духовный. У обоих есть солнце, и оба солнца являются источниками тепла и света. Но тепло и свет солнца духовного мира имеют в себе жизнь. Тепло и свет природного солнца, напротив, жизни в себе не имеют, а служат приемниками для тепла и света предыдущего рода (что и бывает обычно в отношении инструментальных причин к ведущим причинам), чтобы передавать их человечеству. Так что необходимо знать, что тепло и свет солнца духовного мира - это источник всего духовного. Эти тепло и свет тоже духовны, потому что содержат дух и жизнь. А тепло и свет солнца природного мира - это источник всего природного, которое, если взять его само по себе, лишено духа и жизни.

(2) Так вот, поскольку вера относится к свету, а милосердие - к теплу, то ясно, что, насколько кто в свете и тепле, излучаемых солнцем духовного мира, настолько он в духовных вере и милосердии. И насколько он в свете и тепле, излучаемых солнцем природного мира, настолько он в природных вере и милосердии. Из этих соображений очевидно, что точно так же, как духовный свет содержится в природном свете, как в неком сосуде или вместилище, и духовное тепло содержится подобным образом в природном тепле, так и духовная вера содержится в природной вере, и духовное милосердие - в природном милосердии. Так происходит в соответствии с продвижением человека от природного к духовному миру; а это продвижение обусловлено верой в Господа, который есть сам свет, путь, истина и жизнь, как Он Сам учит нас.

(3) Раз так, то ясно, что когда человек в духовной вере, то он и в природной вере; А поскольку вера относится к свету, то из этого следует, что при таком расположении, одна внутри другой, природная вера становится как бы прозрачной, и что в соответствии с тем, каким именно образом она связана с милосердием, она приобретает дивные цвета. Причина в том, что милосердие сияет огненно-красным жаром, вера - ослепительно-белым светом. Милосердие сверкает красным из-за пламени духовного огня, а из-за ослепительного света этого огня вера сияет белым. Обратное происходит, если не духовное внутри природного, а природное внутри духовного, как случается с людьми, отвергающими веру и милосердие. В их случае внутреннее их ума, которое руководит ими, когда они предоставлены своим собственным мыслям, является адским; и они на самом деле черпают свои мысли из ада, хотя и не ведают о том. Внешнее же их ума, которое руководит их общением с собеседниками в мире, выглядит как будто бы духовным, но набито доверху чем-то вроде грязи, какая бывает в аду. Следовательно, эти люди на самом деле в аду, раз находятся в состоянии, противоположном описанному перед этим.

361. Хорошенько разобравшись в том, что духовное присутствует внутри природного у тех, кто пребывает в вере в Господа и в то же время в милосердии к ближнему, и делает их природное прозрачным, делаем следующий вывод, что человек в той же степени мудр в духовных делах, а следовательно, и в природных делах. Ибо, когда он думает, читает или слышит о чем-то, он видит внутренне в себе самом, истина это, или нет. Такое постижение приходит к нему от Господа, источника духовных света и истины, которые вливаются в верхний слой его разума.

(2) Насколько вера и милосердие человека становятся духовными, настолько он удаляется от своей самости и не имеет ввиду себя, награду или воздаяние, а только удовольствие постигать истины, составляющие веру, и делать добрые дела, составляющие любовь. Насколько возрастает эта духовность, настолько это удовольствие становится счастьем; вот источник спасения, который и называется вечной жизнью. Состояние, в котором при этом находятся, можно сравнить с самыми очаровательными и восхитительными красотами мира; да даже и с описанными в Слове. Например, оно сравнимо с плодовыми деревьями и садами из них, с цветущими лугами, с драгоценными камнями, со вкуснейшей едой, и с венчаниями, равно как и с другими праздниками и торжествами.

(3) Однако в обратном случае, то есть, когда природное внутри духовного, а человек вследствие этого внутренне дьявол, хоть внешне и похож на ангела, его можно сравнить с мертвецом в гробе из позолоченного дорогого дерева. Еще его можно сравнить со скелетом, наряженным в человеческую одежду и разъезжающим в роскошной карете; а также с трупом в склепе, построенном в виде храма Дианы11. На самом деле его внутреннее состояние можно изобразить в виде клубка змей в яме, а его внешнее состояние в виде бабочек с крыльями каких угодно цветов, откладывающих, однако, свои мерзкие яйца на листья полезных деревьев, в результате чего поедаются их плоды. И на самом деле их внутреннее можно сравнить с ястребом, а внешнее - с голубем; при этом вера и милосердие такого человека, как ястреб, летающий над голубем, пытающимся спастись, пока он, наконец, не устанет, и тут уж ястреб камнем падает на него и пожирает.

XVIII Господь, милосердие и вера составляют одно, точно так же, как в человеке жизнь, воля и разум; если их разделять, то каждое в отдельности разрушается, как жемчужина, которая крошится в пыль.

362. Начнем с рассмотрения того, что до сих пор было неизвестно ученому миру, а значит и церковным кругам. Это было настолько неизвестно, как будто было зарыто в землю, а между тем это - сокровища мудрости, и пока их не откопают, и не сделают достоянием общества, люди будут зря добиваться правильного знания о Боге, вере, милосердии и о состоянии их собственной жизни; они не будут знать, как управлять им, и как готовиться к вечной жизни. А неизвестно следующее. Человек - не что иное, как орган жизни. Жизнь, вместе со всем, что она с собой несет, втекает от Бога небес, а это Господь. Две способности дают человеку жизнь, называются они волей и разумом; воля служит приемником любви, а разум служит приемником мудрости. Таким образом, воля также служит приемником милосердия, а разум - веры. Все, что человек хочет и что разумеет, вливается в него извне; виды добра, принадлежащие любви и милосердию, и истины, принадлежащие мудрости и вере исходят от Господа; и с другой стороны, все противоположное им исходит из ада. Господом устроено так, что все, втекающее извне, человек чувствует в себе, как принадлежащее ему самому, так что он может выдавать это от себя за свое собственное, хоть ему ничего и не принадлежит. Как бы то ни было, это считается за его собственное ради свободы воли, осуществляемой благодаря способностям воли и разума, и ради дарованного ему знания добра и истины, из которого он может свободно выбирать что угодно для пользы своей временной или вечной жизни.

(3) Каждый рассмотревший эти факты вкривь да вкось, может прийти ко многим безумным выводам из них. Каждый же, кто посмотрит им прямо в глаза, может из них сделать множество мудрых заключений. Чтобы достичь второго, а не первого результата, необходимо было изложить в качестве предпосылки суждения и догматы о Боге и о Божественной Троице, а после этого изложить суждения и догматы о вере, милосердии, свободе воли, преобразовании и возрождении, и о вменении, а также о покаянии, крещении и Святом Причастии, которые служат средствами.

363. Однако для того, чтобы этот параграф о вере - что Господь, милосердие и вера составляют одно, точно также, как в человеке жизнь, воля и разум, и если их разделять, то каждое в отдельности разрушается, как жемчужина, которая крошится в пыль - можно было видеть и признавать как истину, необходимо обсудить его в следующем порядке:

(i) Господь проникает в каждого человека всей Своей Божественной любовью, всей Своей Божественной мудростью, и таким образом, всей Своей Божественной жизнью.

(ii) И подобно тому всей сущностью веры и милосердия.

(iii) Но как все это принимается человеком, зависит от его формы.

(iv) Тот же, кто разделяет Господа, милосердие и веру, является не формой, способной принять их, а скорее формой, разрушающей их.

364.

(i) Господь проникает в каждого человека всей Своей Божественной любовью, всей Своей Божественной мудростью, и таким образом, всей Своей Божественной жизнью.

В Книге Создания мы читаем, что человек был создан по образу Божьему, и Бог вдохнул в его ноздри дыхание жизни (Бытие 1:27; 2:7). Это описание подразумевает, что он - орган жизни, а не сама жизнь. Ибо Бог не мог создать другого, такого же, как Он; если бы Он так сделал, то было бы столько же богов, сколько есть людей. И жизнь Он не мог создать, как и свет не мог быть создан. Но Он мог создать человека, как форму для воздействия жизни, точно так же, как Он создал глаз, как форму для воздействия света. Бог не мог, и не может делить свою сущность, поскольку она едина и неделима. И из того, что один Бог есть жизнь, несомненно следует, что Бог Своей собственной жизнью дает жизнь всякому человеку. Без такого оживления человек был бы относительно плоти не более чем губка, а относительно костей не более чем скелет, не более живым, чем часы, которые идут лишь благодаря маятнику да гирям или пружине. А раз так, следовательно, Бог проникает в человека всей Своей Божественной жизнью, то есть всей Своей Божественной любовью и Божественной мудростью. Из этих двух состоит Божественная жизнь (смотри выше 39,40); ибо Божественное нельзя разделить.

(2) Между тем, способ проникновения Бога всей Его Божественной жизнью можно понять, как нечто похожее на то, как солнце этого мира проникает всей своей сущностью, то есть светом и теплом, в каждое дерево, в каждый куст и цветок, в каждый камень, простой он или драгоценный, так что любой предмет берет свою порцию из этого общего потока; но солнце не делит свой свет и тепло, давая часть одному, а часть другому. То же самое и с солнцем небес, излучающим Божественную любовь, как тепло, и Божественную мудрость, как свет. То и другое проникает в человеческий дух точно так же, как солнце этого мира проникает в человеческое тело, давая ему жизнь в зависимости от того какова природа его формы; форма каждого берет из общего потока то, что ей нужно. К сказанному можно применить следующее высказывание Господа:

Отец ваш солнце Свое возводит над злыми и добрыми и изливает дождь на праведных и неправедных. Матф. 5:45.

(3) А еще Господь вездесущ, и там, где Он присутствует, с Ним вся Его сущность. Невозможно Ему изъять что-либо из этой сущности, чтобы дать одну часть одному, а другую часть другому, но Он дает ее во всей полноте, позволяя взять мало или много. Он говорит также, что у Него есть жилище с теми, кто соблюдает Его заповеди, и что верующие - в Нем, и Он в них. Одним словом, все наполнено Господом, и из этой полноты каждый берет свою долю. Таково все, взятое в общем, например, атмосферы или океаны. Атмосфера одна и та же и в самом малом, и в самом большом масштабе. Она не предназначает какую-то свою часть для дыхания человека, для полета птицы, для парусов корабля или крыльев ветряной мельницы; но все берут из нее свою долю и используют столько, сколько им требуется. То же самое и с полным муки амбаром; владелец его берет из него каждый день свое пропитание, а не сам амбар выделяет ему норму.

365.

(ii) Господь проникает подобным образом в каждого и всей сущностью веры и милосердия.

Это следует из предыдущего утверждения, поскольку жизнь Божественной мудрости есть сущность веры, а жизнь Божественной любви есть сущность милосердия. Поэтому, когда Господь присутствует со Своими особыми свойствами, а именно, Божественной мудростью и Божественной любовью, Он также присутствует и со всеми истинами, составляющими веру, и со всеми видами добра, составляющими милосердие. Ибо вера означает каждую истину, которую Господь дает человеку постигать, мыслить и высказывать, а милосердие означает любой вид добра, к которому Господь пробуждает склонность, вследствие чего человек его желает и творит.

(2) Выше я говорил, что Божественная любовь, излучаемая Господом, как солнцем, ощущается ангелами как тепло, а Божественная мудрость из того же источника воспринимается как свет. Любой, кто не в состоянии мышлением проникнуть сквозь внешнюю видимость, может утвердиться во взгляде, что это тепло - не более чем тепло, а этот свет - не более чем свет, такие же, как свет и тепло, излучаемые солнцем нашего мира. Но тепло и свет, излучаемые Господом, как солнцем, заключают в себе все бесконечные возможности в Господе, тепло содержит при этом все бесконечные возможности Его любви, свет - все бесконечные возможности Его мудрости. Поэтому они также содержат до бесконечной степени все благо, составляющее милосердие, и истину, составляющую веру. Причина в том, что это самое солнце находится повсеместно в форме его света и тепла; и солнце это представляет собой сферу, наиболее близко окружающую Господа, и исходящую от Его Божественной любви и в то же время от Его Божественной мудрости. Ибо как уже много раз говорилось, Господь находится посреди этого солнца.

(3) Эти утверждения теперь ясно показывают, что не бывает так, чтобы чего-то недоставало, и это помешало бы человеку получить от Господа, раз Он вездесущ, все благо, составляющее милосердие и всю истину, составляющую веру. То, что во всем этом нет недостатка, очевидно из рассмотрения любви и мудрости небесных ангелов; у них эти качества от Господа, и не поддаются описанию, поскольку превосходят всякое понятие природного человека, при этом они могут возрастать вечно.

Бесконечные возможности, заключенные в тепле и свете, излучаемых Господом, хотя они и воспринимаются просто как свет и тепло, можно пояснить на примере различных явлений природного мира. Скажем, звук человеческого голоса и речи слышится как простой звук, тем не менее, ангелы, слыша его, различают в нем все склонности, которые составляют любовь этого человека, и, кроме того, обнаруживают, каковы эти склонности, и какого они рода. Что все это скрывается в звуке, можно в некоторой степени понять даже по звучанию чьей-либо речи: слышится ли в ней презрение, или издевка, или ненависть; и равно слышится ли в ней любовь к ближнему, или добрая воля, или бодрость, или другие склонности. Нечто подобное есть и во взгляде устремленных к кому-либо глаз.

(4) Другой иллюстрацией могут послужить ароматы больших садов или широко раскинувшихся цветущих лугов. Благоухание, издаваемое ими, состоит из тысяч и десятков тысяч различных запахов, но, несмотря на это, они все же воспринимаются как одно. Подобно тому и многое другое, однородное по внешнему виду, внутренне же разнообразное.

Чувства симпатии и антипатии представляют собой не что иное, как склонности духа; они привлекают другого тем сильнее, чем больше он похож, и отталкивают тем сильнее, чем больше он отличается. Хоть эти чувства и неисчислимы, и не ощущаются никаким телесным чувством, тем не менее, они воспринимаются органами чувств души как одно; и это именно то, что определяет, кому быть вместе и объединяться в общество в духовном мире. Я привел эти сравнения, чтобы пояснить все вышесказанное о духовном свете, который излучается Господом, заключающим в Себе всю мудрость и всю веру; и чтобы показать, что это тот свет, который позволяет разуму видеть и подвергать анализу разумные соображения точно так же, как глаз видит природные предметы и оценивает их размеры.

366.

(iii) Как именно наития, вливающиеся от Господа, принимаются человеком, зависит от его формы.

Форма здесь означает состояние человека относительно его любви и мудрости, иными словами, относительно его склонностей к различным видам добра милосердия, и в то же время относительно его восприятия истин своей веры. Выше я показал, что Бог один, неделим и неизменен от вечности и вовеки, но не так неизменен, как обычный предмет, а бесконечно неизменен, так что все изменения происходят из-за того предмета, в котором Бог. Изменения вносит форма, или состояние, приемника, что явствует из жизни младенцев, детей, молодежи, взрослых и пожилых. У каждого жизнь одна и та же, потому что у него одна и та же душа, с младенчества и до старости; но как изменяется ее состояние в соответствии с разными возрастами и приспособленностями, так изменяется и восприятие человеком жизни.

Жизнь Бога представлена во всей ее полноте не только в добрых и религиозных людях, но и в дурных и безбожниках; и не иначе, чем у ангелов небес и у духов ада. Различие между ними в том, что злые преграждают дорогу и закрывают дверь, чтобы не дать Богу войти в нижние уровни их духа; тогда как добрые уравнивают путь и открывают дверь, приглашая Бога войти также и в нижние уровни их духа, при том, что Он уже обитает в верхних уровнях. Этим они приспосабливают состояние воли к приему вливающихся любви и милосердия, и состояние разума к приему вливающихся мудрости и веры, другими словами, к тому, чтобы принять Бога. Злые же, напротив, преграждают этот поток разнообразными вожделениями плоти и развращениями духа, которые они ставят на его пути и так препятствуют его проникновению. Но наряду с этим Бог остается в их высших отделах со всей Своей Божественной сущностью, и дает им способность хотеть добра и понимать истину. У каждого есть такие способности, и так быть никоим образом не могло бы, если б не было в его душе жизни, исходящей от Бога. Мне дана была возможность убедится на долгом опыте, что даже у злых есть такие способности.

(3) Каким образом жизнь, которую каждый приемлет от Бога, зависит от его формы, можно пояснить на примере всякого рода растений. Всякое дерево, всякий куст и всякая трава принимают льющиеся на них тепло и свет в соответствии со своей формой. И это верно не только для хороших и полезных растений, но даже для тех, которые вредны. Не солнце своим теплом вносит изменения в их формы, а сами формы видоизменяют оказываемое действие. То же самое и с предметами минерального царства. Любой из них, благородный ли, грубый ли, принимает проникающий в него поток, в соответствии с формой, представляющей собой строение его частиц. Так, один камень отличается этим от другого, один минерал от другого, и один металл от другого. Некоторые из них обнаруживают великолепнейшее разнообразие цветов, некоторые пропускают свет без расцвечивания; а некоторые рассеивают в себе свет и поглощают его. Эти несколько примеров могут служить обоснованием того, что, как солнце природного мира равно присутствует своим теплом и светом как в одном предмете, так и в другом, но из-за принимающих форм получается разное его действие, точно так же и Господь присутствует из солнца небес. Ибо Он находится посреди него со Своим теплом, которое по своей сути - любовь, и со Своим светом, который по своей сути - мудрость. Но именно из-за формы человека, определяемой состоянием его жизни, получается разное действие; а следовательно, не Господь несет ответственность за то, что человек не родился заново и не спасен, а сам человек.

367.

(iv) Однако человек, который разделяет Господа, милосердие и веру, является не формой, способной принять их, а скорее формой, разрушающей их.

Любой, отделяющий Господа от милосердия и веры, отнимает у них жизнь; милосердие и вера без жизни либо не существуют, либо мертворожденные. Господь - сама жизнь; смотри об этом выше, 358. Каждый, кто признает Господа и отделяет милосердие от Него, признает Его только на устах. Такое признание и исповедание - всего лишь холод, лишенный всякой веры; ибо они лишены духовной сущности, ведь сущность веры - милосердие. С другой стороны, каждый, кто делает дела милосердия, и не признает при этом Господа Богом небес и земли, единым с Отцом, как Он Сам учит, может заниматься только природным милосердием, которое не содержит вечной жизни. Люди церкви знают, что все добро, если это по сути добро, исходит от Бога, следовательно, от Господа, который и есть истинный Бог и жизнь вечная (1 Иоанн 5:20). Это верно и о милосердии, ведь добро и милосердие составляют одно.

(2) Вера, отделенная от милосердия, это не вера, потому что вера - это свет жизни человека, а милосердие - ее тепло. Поэтому, когда милосердие отделяют от веры, это равнозначно разделению тепла и света. От этого состояние человека напоминает состояние мира зимой, когда все, что над землей, вымирает. Милосердие и вера, если это настоящее милосердие и настоящая вера, разделимы не более, чем воля и разум: если их разделить, то разум обратится в ничто, а за ним вскоре и воля. То же самое с милосердием и верой, поскольку милосердие пребывает в воле, а вера - в разуме.

(3) Отделение милосердия от веры подобно отделению сущности от формы. Ученому миру хорошо известно, что сущность без формы и форма без сущности - ничто, поскольку сущность не может иметь никаких качеств иначе, как от формы, и форма не может образовать ничего продолжительно существующего, иначе как по своей сущности. Значит, о каждой из них ничего нельзя утверждать, если они отделены друг от друга. Милосердие абсолютно так же является сущностью веры, а вера - формой милосердия, как благо служит сущностью истины, а истина - формой блага, о чем было сказано раньше.

(4) Эти две составляющие, благо и истина, есть в каждой отдельной вещи, возникающей к реальному существованию. Поэтому, поскольку милосердие относится к благу, а вера - к истине, им можно привести в сравнение многие особенности человеческого организма и многие земные явления. Точное сравнение возможно с дыханием легких и сокращением сердца; ибо вера не более отделима от милосердия, чем легкие от сердца. Ведь если прекращается биение сердца, то сразу прекращается и дыхание легких; а если прекращается дыхание легких, то следует полная потеря сознания и неспособность двинуть ни одной мышцей, так что немного погодя останавливается и сердце, и теряется всякий след жизни. Это сравнение - точное, потому что сердце соответствует воле, а значит, и милосердию, а дыхание легких - разуму, а значит, и вере. Ибо, как утверждалось выше, милосердие располагается в воле, а вера - в разуме; именно это, и не иное, значение имеют "сердце" и "дыхание" в Слове.

(5) Разделение милосердия и веры соответствует также в точности разделению плоти и крови. Кровь, отделенная от плоти, запекается и разлагается; а плоть, отделенная от крови, начинает постепенно гнить и наполняться червями. "Кровь" в духовном смысле тоже означает истину мудрости и веры, а "плоть" означает благо любви и милосердия. Это значение крови было показано в моей книге "Апокалипсис открытый", 379; плоти - 832.

(6) Милосердие и вера, чтобы то и другое представляло из себя хоть что-то, должны быть разделимы не более, чем в человеческом теле пища и вода, или хлеб и вино. Ведь пища или хлеб без воды или вина только раздувают желудок и портят его непереваренными кусками, которые превращаются в гниющие нечистоты. Вода или вино тоже раздувают желудок, как и сосуды, и протоки, и из-за того, что они лишаются при этом всякого питания, тело истощается до смерти. Такое сравнение тоже подходит, поскольку "пища" и "хлеб" в духовном смысле означают благо любви и милосердия, а "вода" и "вино" означают истину мудрости и веры (смотри "Апокалипсис открытый", 50, 316, 778, 932).

(7) Милосердие, объединенное с верой, и веру, со своей стороны объединенную с милосердием, можно уподобить красоте девичьего лица, получающейся от смеси в нем румянца и белизны. Это подобие тоже точно, поскольку любовь и милосердие, от нее возникающее, в духовном мире пылают красным огнем солнца того мира, а истина и вера, от нее возникающая, сияют белым светом того солнца. Поэтому милосердие, отделенное от веры, можно уподобить воспаленному и прыщавому лицу, а веру, отделенную от милосердия - бесцветному лицу трупа. Веру, отделенную от милосердия, можно еще сравнить с односторонним параличом, известным как гемиплегия, который, если прогрессирует, признается смертельным. Кроме того, ее можно уподобить пляске святого Витта, или Гая, как у людей, пораженных тарантулом. Таким становится дар разума, который, подобно жертве этой болезни, безумно пляшет, думая, что он живой, однако он способен собрать воедино разумные помыслы и думать о духовных предметах не более, чем спящий во власти кошмаров. Этих замечаний достаточно, чтобы доказать два тезиса этой главы: первый, что вера без милосердия - это не вера, а милосердие без веры - не милосердие, и как то, так и другое безжизненно, если Господь не даст им жизни; и второй, что Господь, милосердие и вера составляют одно, точно так же, как в человеке жизнь, воля и разум, и если их разделять, то каждое в отдельности разрушается, как жемчужина, которая крошится в пыль.

XIX Господь - милосердие и вера в человеке, а человек - милосердие и вера в Господе.

368. Из следующих мест Слова очевидно, что принадлежащий к церкви - в Господе, и Господь в нем:

Иисус сказал: Оставайтесь во Мне, и Я в вас. Я - лоза, а вы - ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем, приносит много плода. Иоанн 15:4,5. Тот, кто ест Мое тело и пьет Мою кровь, пребывает во Мне, а Я пребываю в нем. Иоанн 6:56. В тот день узнаете, что Я в Моем Отце, вы во Мне, и Я в вас. Иоанн 14:20. Кто исповедует, что Иисус - Сын Божий, Бог пребывает в нем, и он в Боге. 1 Иоанн 4:15.

Но человек не может сам быть в Господе; а могут только милосердие и вера, которые даруются ему Господом, и именно они делают человека по существу человеком. Однако чтобы пролить на тайну сию некоторый свет, и дать разуму возможность постичь ее, нам нужно изучить ее в следующем порядке.

(i) Спасение и жизнь вечную дает соединенность с Господом.

(ii) Невозможно соединение с Богом Отцом, но возможно с Господом, а через Него - с Богом Отцом.

(iii) Соединение с Господом взаимно, то есть Господь - в человеке, а человек - в Господе.

(iv) Взаимное соединение создается при помощи милосердия и веры.

Истина этих утверждений станет понятной из следующих разъяснений.

369.

(i) Спасение и жизнь вечную дает соединенность с Господом.

Человек создан способным к соединению с Богом. Ибо он создан, чтобы быть жителем небес, а также жителем мира. Насколько он - житель небес, настолько он духовен, насколько он житель мира, настолько он природен. Духовный человек может размышлять о Боге и усваивать понятия, относящиеся к Богу; кроме того, он может любить Бога, и его привлекает все, от Бога исходящее. Отсюда следует, что он может соединяться с Богом.

Нет ни малейшего сомнения в том, что человек может размышлять о Боге, и усваивать понятия, относящиеся к Богу. Ведь может же он размышлять о единственности Бога, о бытии Бога, то есть Иегове, о беспредельности и вечности Бога, Божественной любви и Божественной мудрости, которые составляют сущность Бога, о Его всемогуществе, всеведении и вездесущести; о Господе Спасителе, Его Сыне, искуплении и посредничестве; а также о Святом Духе, и наконец, о Святой Троице. Все это - понятия, относящиеся к Богу, на самом деле, они и есть Бог. Можно размышлять также и о делах Божьих, из которых на первом месте - вера и милосердие, и еще многое другое, от них происходящее.

(2) Что человек может не только думать о Боге, но и любить Его, очевидно из двух заповедей Самого Бога, которые гласят:

Возлюби Господа Бога своего всем сердцем своим и всей душой твоей. Это первая и величайшая заповедь. Вторая похожа на эту: Возлюби ближнего своего, как самого себя. Матф. 22:37-39; Втор. 6:5.

Из следующего отрывка ясно, что человек может исполнять Божьи Заповеди, и что это значит любить Бога:

Иисус сказал: тот, кто имеет Мои заповеди и соблюдает их, тот любит Меня. А кто любит Меня, того и Отец мой полюбит, и Я буду любить его и явлюсь ему Сам. Иоанн 14:21.

(3) К тому же, что такое вера, если не соединение с Богом при помощи истин, принадлежащих разуму, а значит, мышлению; и что такое любовь, если не соединение с Богом при помощи различных видов добра, принадлежащих воле, а значит ее склонностям? Связь Бога с человеком представляет собой духовное соединение в природном; а связь человека с Богом - природное соединение, которое получается от духовного. Ради этой связи человек и создан, как житель небес и в то же время мира. Как житель небес, он духовен, как житель мира - природен. И если человек становится духовно разумным и в то же время духовно нравственным, он соединяется с Богом, и это соединение приносит ему спасение и вечную жизнь. Напротив, если человек разумен только природно и только природно нравственен, то Бог, конечно, соединен с ним, но он не соединен с Богом. Следствие этого духовная смерть, которая, рассмотренная сама по себе, есть лишенная духовной жизни природная жизнь; ибо духовность, то есть жизнь Божья, в нем угасла.

370.

(ii) Невозможно соединение с Богом Отцом, но возможно с Господом, а через Него - с Богом Отцом.

Этому учит Писание, да и по рассудку можно понять. Писание учит, что Бога Отца никто никогда не видел и не слышал, и нельзя ни видеть, ни слышать; равно и ничего от Него, как Он есть в Своем бытии и Своей сущности, не может воздействовать на человека. Ибо Господь говорит:

Никто не видел Бога, кроме Того, кто с Отцом; Он видел Отца. Иоанн 6:46. Никто не видел Отца, кроме Сына, и тех, кому Сын захотел открыть Его. Матф. 11:27. Вы никогда не слышали голоса Отца, и облика Его не видели. Иоанн 5:37.

Причина в том, что Он пребывает в самых первых причинах и началах всего, и потому несравненно выше всякого уровня, достижимого для человеческого ума. Ибо Он также и в первых причинах и началах всей мудрости и всей любви, с которыми у человека не может быть связи. Потому что, если бы Он приблизился к человеку, или человек приблизился бы к Нему, то человек был бы истреблен и развеян по ветру подобно кусочку дерева в фокусе большого зажигательного стекла, или, скорее, как некая статуя, заброшенная прямо на солнце. Вот почему Моисею, когда тот захотел увидеть Бога, было сказано, что не может человек видеть Его и жить (Исход 33:20).

(2) Из только что цитированных мест очевидно, что возможно соединение с Богом Отцом через Господа. Они утверждают, что не Отец, но Сын единородный, который в лоне Отца и видел Отца, растолковал и открыл то, что Божье и от Бога. Кроме того, это очевидно из следующих мест:

В тот день узнаете вы, что Я в Отце Моем, и вы во Мне, и Я в вас. Иоанн 14:20. Я дал им славу, которую Ты дал Мне, чтобы были едины, как Мы едины; Я в них, и Ты во Мне. Иоанн 17:22,23,26. Иисус сказал: Я - путь, истина и жизнь. Никто не приходит к Отцу иначе, как через Меня. И затем Филипп хотел видеть Отца, но Господь ответил ему: Тот, кто видел Меня, видел и Отца тоже; и тот, кто знает Меня, знает и Отца. Иоанн 14:6,7 сл.

И в другом месте:

Видящий Меня видит Того, Кто послал Меня. Иоанн 12:45.

Кроме того, Он говорит, что Он - дверь, и входящий через Него спасается, а тот, кто прокрадывается иным путем, - вор и разбойник (Иоанн 10:1,9). Еще Он говорит, что тот, кто не пребывает в Нем, выбрасывается за дверь, и бросается в огонь, как засохшая ветвь. (Иоанн 15:6).

Все это потому, что Господь Спаситель и есть Сам Иегова Отец в человеческой форме; ибо Иегова сошел и стал человеком, чтобы Ему можно было приближаться к людям, и людям можно было приближаться к Нему, установив, таким образом, связь, и посредством этой связи даровал людям спасение и вечную жизнь. И когда Бог стал человеком, и человек потому также стал Богом, Он уже соответствующим образом приспособившись, мог приближаться к людям, и соединяться с ними, как Богочеловек и Человекобог. Есть три стадии, следующие одна за другой в таком порядке: приспособление, приложение и соединение. Сначала должно быть приспособление, а потом уж приложение; и прежде, чем станет возможным соединение, нужно приспособить и сложить вместе. Тем, что Бог стал человеком, было достигнуто приспособление. Приложение со стороны Бога постоянно, в той степени, в которой человек со своей стороны прилагает себя; и если так происходит, то получается соединение. Эти три этапа следуют и развиваются в должной последовательности во всех частностях, которые объединяются и осуществляются вместе.

371.

(iii) Соединение с Господом взаимное, так что Господь - в человеке, а человек - в Господе.

Писание учит, и по рассудку видно, что это связь взаимна. Господь учит, что Его соединение с Отцом взаимно, ибо Он говорит Филиппу:

Разве ты не веришь, что Я в Отце, и Отец во Мне? Верьте Мне, Я в Отце, и Отец во Мне. Иоанн 14:10,11. Чтобы вы знали и верили, что Отец во Мне, и Я в Отце. Иоанн 10:38. Иисус сказал: Отец, пришло время, прославь Сына Твоего, чтобы и Сын прославил Тебя. Иоанн 17:1. Все Мое - Твое, и все Твое - Мое. Иоанн 17:10.

Свою связь с людьми Господь описывал точно так же, то есть, как взаимную; ведь Он говорил:

Оставайтесь во Мне, и Я в вас. Тот, кто пребывает во Мне, и Я в нем, приносит много плода. Иоанн 15:4,5. Тот, кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, пребывает во Мне, и Я в нем. Иоанн 6:56. В тот день узнаете, что Я в Моем Отце, вы во Мне, и Я в вас. Иоанн 14:20. Тот, кто соблюдает заповеди Христа, пребывает во Христе, и Христос в них. 1 Иоанн 3:24; 4:13. Если кто-то исповедует, что Иисус - Сын Божий, то Бог пребывает в нем, и он в Боге. 1 Иоанн 4:15. Если кто услышит голос Мой и откроет дверь, Я войду к нему, и буду обедать с ним, и он со Мною. Откр. 3:20.

(2) Эти ясные утверждения делают очевидным то, что связь между Господом и человеком взаимна; и отсюда неизбежно следует, что человеку необходимо соединять себя с Господом, чтобы Господь мог соединить Себя с ним. Отсюда также следует и то, что иначе дело может кончиться отдалением и разделением, а не соединением, но все же не со стороны Господа, а со стороны человека. Чтобы соединение было взаимным, человеку дана свобода выбора, позволяющая ему стать либо на дорогу к небесам, либо на дорогу в ад. Дар свободы - это источник способности человека отвечать взаимностью, чтобы он мог соединяться с Господом, либо с дьяволом. Однако дополнительные иллюстрации этой свободы, ее природы, и того, почему она была дана людям, будут предоставлены в следующих главах, посвященных свободе воли, покаянию, преобразованию и возрождению, и вменению.

(3) Остается только сожалеть, что взаимное соединение Господа с человеком, несмотря на ту ясность, с которой о нем говорится в Слове, до сих пор неизвестно Христианской церкви. Причиной этому неведению служат господствующие теории о вере и свободе воли. Теории о вере гласят, что вера даруется без того, чтобы человек содействовал ее приобретению или приспосабливал себя к ее принятию, или вообще пытался сделать больше, чем деревянный чурбан. Теории относительно свободы воли гласят, что у человека нет и крупицы свободы воли в духовных делах. Итак, чтобы более не оставалось скрытым в неведении взаимное соединение Господа с человеком, от которого зависит спасение рода человеческого, я вынужден поведать о нем; а для этого нет лучше способа, чем воспользоваться наглядными примерами.

(4) Есть два вида ответных действий, ведущих к соединению: один поочередный, другой совместный. Поочередные ответные действия, ведущие к соединению, можно проиллюстрировать дыханием легких. Воздух вдыхают, расправляя им грудную клетку, а затем выдыхают этот воздух, сокращая при этом грудную клетку. Действие вдоха и следующего за ним расширения производится силой атмосферного давления; а выдох и следующее за ним сокращение происходит за счет мышечного усилия, прилагаемого к ребрам. Таково взаимное соединение между воздухом и легкими, и от него зависит работа органов чувств и движения во всем теле; ведь если прекращается дыхание, ни то ни другое становится невозможным.

(5) Взаимное соединение поочередным действием можно еще сопоставить с соединением сердца с легкими и соединением легких с сердцем. Сердце направляет кровь из своей правой полости в легкие, а легкие возвращают ее в левую полость сердца. Так получается взаимное соединение, от которого полностью зависит жизнь всего тела. Такое же соединение у сердца с кровью и у крови с сердцем; кровь со всего тела по венам стекается в сердце, и растекается из сердца по всему телу через артерии, таким образом, действием и откликом образуя соединение. Подобные действие и отклик, благодаря которым поддерживается соединение, существуют между зародышем и материнской утробой.

(6) Напротив, взаимное соединение между Господом и человеком не такого рода; это совместное соединение, достигаемое не действием и откликом, а совместным действием. Ибо Господь действует, а человек принимает действие Господа, и делает все уже как бы сам по себе, точнее, сам по себе от Господа. Такая деятельность со стороны человека, исходящая от Господа, вменяется ему, как его собственная, поскольку он все время содержится Господом в состоянии свободы воли. Свобода, которую он получает вследствие этого, представляет собой возможность желать и думать от Господа, то есть, по Слову, а также возможность желать и думать от дьявола, то есть, против Господа и Слова. Господь дает человеку эту свободу, чтобы он мог вступить во взаимную связь, и чтобы посредством этого даровать ему вечную жизнь и счастье; ибо они недостижимы без взаимного соединения.

(7) Такого рода совместное взаимное соединение можно сопоставить с различными явлениями в человеке и в мире. Таково соединение души с телом в каждом существе. Таково соединение между волей и действием, и между мыслью и речью. Таково соединение между двумя глазами, двумя ушами и двумя ноздрями. Что соединение двух глаз между собой по-своему взаимно, видно по строению зрительного нерва; в нем волокна, идущие от обоих полушарий, перевиты между собой, и в таком переплетении далее идут к обоим глазам. С ушами и ноздрями то же самое.

(8) Подобное совместное взаимное соединение имеется между светом и глазом, звуком и ухом, запахом и носом, вкусом и языком, и между осязанием и телом. Ведь глаз - в свете, а свет - в глазу, звук - в ухе, а ухо - в звуке, запах - в носу, нос - в запахе, вкус - в языке, язык - во вкусе, осязание - в теле, и тело - в осязании. Такого рода взаимное соединение можно сравнить с соединением лошади с каретой, быка с плугом, колеса с машиной, паруса с ветром, флейты с воздухом. Вообще, таково взаимное соединение между целью и средством, и между средством и его действием. Однако же, чтобы разъяснить все это подробно, тут не хватит места, потому что для этого потребовалось бы несметное множество страниц.

372.

(iv) Взаимное соединение между Господом и человеком создается при помощи милосердия и веры.

В настоящее время известно, что церковь составляет тело Христово, и что каждый в отдельности, в ком есть церковь, находится в одном из его членов, как говорил Павел (Еф. 1:23; 1 Кор. 12:27; Рим. 12:4,5). Однако что же такое тело Христа, если не Божественное благо и Божественная истина? Это-то и означали Господни слова у Иоанна:

Тот, кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, пребывает во мне, и Я в нем. Иоанн 6:56.

Господня плоть, как и хлеб, означает Божественное благо; а Его кровь, как и вино, означает Божественную истину; об этих значениях смотри главу о Святом Причастии (698-752).

Из этого следует, что, насколько человек обладает разными видами добра, составляющими милосердие, и истинами, составляющими веру, настолько он в Господе, и Господь в нем. Ибо связь с Господом - это духовная связь, и она происходит не иначе, как через милосердие и веру. Как было показано в главе о Священном Писании (248-253), каждая частица Слова содержит связь Господа и церкви, а потому блага и истины; а так как милосердие - это благо, а вера - это истина, то во всякой подробности Слова содержится связь милосердия и веры. Итак, из этих утверждений следует, что Господь милосердие и вера в человеке, а человек - милосердие и вера в Господе. Ибо Господь - это духовные милосердие и вера в природных милосердии и вере человека, а человек - это природные милосердие и вера, которые исходят от духовных милосердия и веры Господа. Соединяясь, они составляют духовно-природные милосердие и веру.

XX Милосердие и вера вместе присутствуют в добрых делах.

373. В каждом поступке, совершенном человеком, целиком присутствует вся его природа относительно его духа, или присущий ему характер. Под духом здесь подразумевается склонность его любви и от нее происходящее мышление; они образуют его природу, а вообще говоря, его жизнь. Если мы рассмотрим поступки таким образом, то они являются, так сказать, зеркалами, в которых человек отражается. Это можно наглядно пояснить подобными данными о животных: животное есть животное, а дикий зверь есть дикий зверь, в любом из их действий. Волк есть волк в любом своем действии, тигр есть тигр в любом своем действии, лиса есть лиса в своем, а лев - лев в своем. Так и овца, и козленок во всех их действиях. То же самое и человек, только его природа такова, какой она является во внутреннем человеке. Если в нем он как волк или лиса, то каждый внутренний поступок его - волчий или лисий; а с другой стороны, то же самое верно, если он как овца или ягненок. Но то, что он таков во всяком из своих поступков, незаметно по его внешнему человеку, потому что им можно окутать внутреннего снаружи, тогда как характер его останется скрытым внутри. Господь говорит:

Добрый человек из доброго сокровища сердца своего выносит доброе, а злой человек из злого сокровища сердца своего выносит злое. Лука 6:45.

И еще:

Всякое дерево познается по плоду своему; ибо не собирают смокв с терновника и не снимают винограда с кустарника. Лука 6:44.

(2) После смерти со всей ясностью обнаруживается, что каков кто в своем внутреннем человеке, таков он и во всех мелочах исходящего от него. Потому что тогда он живет уже не как внешний человек, а как внутренний. В человеке только тогда существует добро, и всякое дело, исходящее от него, доброе, когда Господь, милосердие и вера поселяются в его внутреннем человеке, что будет показано в следующем порядке.

(i) Милосердие - это значит иметь добрую волю, а добрые дела - значит делать добро по доброй воле.

(ii) Милосердие и вера - это лишь неустойчивые мысленные представления, пока они при возможности не реализованы в делах и не осуществились в них совместно.

(iii) От одного милосердия добрых дел не получится, и от одной веры тем более, а получаются они от милосердия с верой вместе.

Разберем эти утверждения по порядку.

374.

(i) Милосердие - это значит иметь добрую волю, а добрые дела - значит делать добро по доброй воле.

Милосердие и дела между собой различны, как воля и действие, и как привязанности духа и жизнедеятельность тела. Здесь то же различие, как между внутренним и внешним человеком; они как причина и следствие, поскольку причины всего оформляются во внутреннем человеке, а все следствия от этого источника проявляются во внешнем. Поэтому милосердие, как качество внутреннего человека, - это значит иметь добрую волю; а дела, принадлежащие внешнему человеку, это значит делать добро по доброй воле.

(2) Тем не менее, есть бесконечное число различий между доброй волей одного человека и доброй волей другого. Потому что все, что ни делает один для другого, считается, или кажется, проистекающим от доброй воли, или доброжелательности, между тем остается неизвестным, являются ли эти добрые дела следствием милосердия, уж не говоря о том, подлинное это милосердие, или поддельное. Эти бесконечные различия между доброй волей одного человека и другого обусловлены целями, к которым они стремятся, намерениями, и поэтому задачами. Они сокрыты в желании делать добро, и являются первопричиной качеств, присущих воле каждого. Воля ищет в разуме средства и способы для достижения своих целей, то есть результатов; и в нем она выставляет себя на свет, чтобы видеть не только способы, но и удобные обстоятельства, при которых она может осуществить себя в действии, добившись результатов, которые и есть дела. В то же время, в разуме воля становится в исходное положение для действия. Из этого следует, что дела сущностью обязаны воле, формой - разуму, а выполнением - телу. Вот так милосердие нисходит в добрые дела.

(3) Это можно наглядно показать сравнением с деревом. Человека во всех его частностях можно уподобить дереву. В его семени заложены конечная цель, намерение и задача: принести плод. Здесь семя соответствует воле в человеке, которая, как было сказано, содержит эти три фактора. Далее семя побуждается тем, что в нем содержится, прорасти из земли, покрыться ветвями, сучьями и листьями, приобретая таким образом все необходимое для своей цели, плода. Здесь дерево соответствует разуму в человеке. Наконец настает время, когда оно готово осуществить себя, и тогда оно расцветает и дает плоды. Здесь дерево соответствует добрым делам человека. Очевидно, что по сути это дело семени, по форме - дело ветвей и листьев, а по исполнению - дело древесины.

(4) Еще это можно пояснить сравнение с храмом. Как сказал Павел, человек - храм Божий (1 Кор. 3:16,17; 2 Кор. 6:16; Еф. 2:21,22). Конечная цель, намерение и задача человека, как Божьего храма - это спасение и вечная жизнь; здесь есть соответствие с волей, которой эти три вещи принадлежат. Далее человек усваивает церковное учение о вере и милосердии от своих родителей и учителей, а также от проповедников, а в зрелом возрасте - из Слова и религиозных книг, и все это - средства для той же цели. Здесь соответствие с разумом. И наконец, цель осуществляется в виде различных применений этого учения, которое служит для них средством; и совершаются они телесными действиями, которые и известны как добрые дела. Таким образом, цель порождает следствия посредством промежуточных причин; эти следствия по сущности - результат причины, по форме - учений церкви, а по исполнению - применений на деле. Вот как человек становится храмом Божьим.

375.

(ii) Милосердие и вера - это лишь неустойчивые мысленные представления, пока они при возможности не реализованы в делах и не осуществились в них совместно.

Разве человек не наделен туловищем и головой, которые соединены шеей? Разве в его голове нет ума, который желает и думает, а в теле нет способности выполнять и осуществлять действия? Так если бы у человека была только добрая воля, или милосердные мысли, при отсутствии благотворительности и полезной деятельности, то не был бы он тогда подобен отдельной голове, которая за неимением туловища не могла бы продолжать свое существование? Кто же из этого не поймет, что милосердие и вера - это не милосердие и вера, пока они только в голове и уме, а не в теле? Тогда они как птицы, летающие в воздухе, которым негде сесть на землю; а также как птицы, несущие яйца, у которых нет гнезд, куда их сложить, и поэтому они могут снестись в воздухе или на ветке, и яйца их, упав на землю, разобьются.

(2) Нет ничего такого в духе человека, что не имело бы соответствия в теле, и такая соответствующая часть называется воплощением того, что в духе. Поэтому милосердие и вера, если они находятся в духе, не имеют воплощения в человеке, и их можно уподобить воздушным призракам, которые называются привидениями, а в лучшем случае Славе, как ее изображали древние, с лавровым венком на голове и рогом изобилия в руке. Если же это привидения, хотя и мыслящие, то их не могут не волновать всевозможные фантастические идеи, как бывает, если рассуждать, исходя из разной софистики; в самом лучшем случае они - тростник на болоте, качаемый ветром, под которым на дне лежат ракушки, а на поверхности квакают лягушки. Кто же не может видеть, что таковы последствия одного лишь знания из Слова чего-то о милосердии и вере, без применения его на деле? Господь говорит также:

Всякого, кто слушает слова Мои и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на скале; а всякий, кто слушает слова Мои и не исполняет их, уподобится человеку глупому, который построил дом свой на песке, или на земле без основания. Матф. 7:24,26; Лука 6:47-49.

Милосердие и веру вместе со всеми созданными о них понятиями, если человек не применяет их на деле, можно еще сравнить с бабочкой, на которую воробей, завидев ее, бросается и разом проглатывает. Господь говорит также:

Вышел сеятель сеять; и некоторые семена упали на твердую дорогу, и налетели птицы, и склевали их. Матф. 13:3,4.

376. От милосердия и веры человеку нет никакой пользы, доколе они остаются в пределах тела, то есть, в голове, и не получили твердого основания в делах; это явствует из тысячи мест в Слове, из которых я процитирую лишь следующие:

Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь. Матф. 7:19-21. Тот, кто сеет на доброй земле, означает слышащего Слово и внимающего ему, который родит и приносит плод. Кто имеет уши, чтобы слышать, да слышит! Матф. 13:9,23. Мать Моя и братья Мои - слушающие Слово Божие и исполняющие его. Лука 8:21. Мы знаем, что грешников Бог не слушает, но кто чтит Бога и творит волю Его, того слушает. Иоанн 9:31. Если это знаете, блаженны вы, когда исполняете. Иоанн 13:17. Кто имеет Мои заповеди и соблюдает их, тот любит Меня, и Я буду любить его, и явлюсь ему Сам; и приду к нему, и обитель Мою у него сотворю. Иоанн 14:15-21,23. Тем прославится Отец Мой, что вы принесете много плода. Иоанн 15:8,16. Не слушатели закона, а исполнители закона оправданы будут перед Богом. Рим. 2:13; Иак. 1:22. В день гнева и праведного суда Бог воздаст каждому по делам его. Рим. 2:5,6. Все мы должны будем явиться перед судом Христа, чтобы каждому получить в соответствии с тем, что он сделал, живя в теле, доброе или худое. 2 Кор. 5:10. Придет Сын Человеческий во славе Отца Своего, и тогда воздаст каждому человеку по делам его. Матф. 16:27. Услышал я голос с небес, говорящий мне: отныне блаженны мертвые, умирающие в Господе; так говорит Дух, они успокоятся от трудов своих, и дела их сопровождают их. Откр. 14:13. Книга была раскрыта, та, что книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книге, каждый в соответствии с делами своими. Откр. 20:12,13. Вот, иду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его. Откр. 22:12. Иегова, глаза которого открыты на все поступки людские, чтобы воздавать каждому по поступкам его и по плодам дел его. Иер. 32:19. Накажу его по поступкам его, и отплачу ему за дела его. Осия 4:9. Иегова обращается с нами в соответствии с нашими поступками и с нашими делами. Зах. 1:6.

Есть еще тысяча других таких мест.

(2) Это доказывает, что милосердие и вера - вовсе не милосердие и вера, пока они не осуществлены в делах, и если они существуют только выше уровня дел, в пустоте, или в уме, тогда это лишь как бы видимости шатра или храма в воздухе, не более чем атмосферное явление, исчезающее само собой; или будто картинки на бумаге, которые съедают книжные черви; или это все равно, что жить на крыше, где нет спальни, а не в доме. Эти сравнения позволяют видеть, что милосердие и вера неустойчивы, до тех пор, пока они остаются умственными представлениями, и пока при возможности не реализуются в делах, и не станут существовать в них совместно.

377.

(iii) От одного милосердия добрых дел не получится, от одной веры - тем более, а получаются они от милосердия и веры вместе.

Это потому, что милосердие без веры - не милосердие, а вера без милосердия - не вера, как было показано выше (355-361). Поэтому ни милосердие само по себе не существует, ни вера сама по себе; значит, нельзя говорить ни что от милосердия самого по себе получатся добрые дела, ни что от веры самой по себе. То же самое относительно воли и разума. Воля не существует сама по себе, так от нее одной ничего и не получается; и разум сам по себе не существует, и ничего не дает. Все, что ими произведено, произведено вместе, и является плодом разума, приведенного в действие волей. А почему то же самое, так это потому, что воля - жилище милосердия, а разум - веры. О вере одной сказано, что она тем более ничего не дает, потому что вера есть истина, и ее назначение - создавать истины, которые просвещают милосердие и его проявления. Об этом просвещении учил Господь, когда говорил:

Поступающий по правде идет к свету, дабы ясны были дела его, потому что они в Боге сделаны. Иоанн 3:21.

Поэтому, когда человек делает добрые дела в соответствии с истинами, он делает их в свете, то есть, с умом и мудро.

(2) Соединение милосердия и веры - это как супружество мужа и жены. Все природное потомство рождается от мужа, как отца, и жены, как матери. Подобно тому и все духовное потомство рождается от милосердия, как отца, и веры, как матери; оно представляет собой отдельные знания о добре и истине. Отсюда становится понятным родство в духовных семьях. И в Слове муж и отец тоже означают в духовном смысле благо милосердия, а жена и мать означают истину веры. Из всего этого ясно, что ни милосердие одно, ни вера одна не могут осуществлять добрых дел, как ни от отца самого по себе, ни от матери самой по себе потомства получиться не может. Истины веры не только освещают милосердие, но и придают ему его качества и более того, питают его. Поэтому тот, кто обладает милосердием, но не истинами веры, похож на гуляющего ночью в темном саду и срывающего плоды с деревьев, не зная, полезные они или вредные. Раз истины веры не только проливают свет на милосердие, но и придают ему его качества, как сказано выше, следовательно, милосердие без истин веры, как плод без сока внутри, вроде сушеного инжира или винограда, из которого выжат сок. Раз истины питают милосердие, о чем тоже сказано выше, значит, милосердие, если его лишить истин веры, будет получать питания не больше, чем тот, кто ест обжаренный хлеб и пьет грязную воду из лужи.

XXI Бывает истинная вера, поддельная вера и лицемерная вера.

378. Христианская церковь с пеленок стала подвергаться нападкам и расколам со стороны схизм и ересей, а с течением времени была разодрана на части и рассечена хуже того человека, который шел из Иерусалима в Иерихон, как мы читаем у Луки, и был окружен разбойниками, которые раздев и избив его, бросили его полумертвым (Лука 10:30). Последствия оказались подобными описанию этой церкви у Даниила:

Наконец, на крыльях мерзостей запустение, до самого конца и истребления, прольется капля за каплей на опустошенное. Дан. 9:27.12

И в словах Господа:

Тогда придет конец, когда увидите мерзость запустения, предреченную пророком Даниилом. Матф. 24:14,15.

Ее судьбу можно сравнить с кораблем, нагруженным слишком тяжелым грузом, который немедленно по выходе из гавани застревает в штормах и скоро терпит крушение, затонув в море, и груз частично портится водой, а частично съедается рыбами.

(2) Христианскую церковь с младенчества раскачивали и раскалывали, что ясно из церковной истории, как, например, даже во времена апостолов, Симон из Самарийского народа, занимавшийся колдовством, о чем рассказывается в Деяниях Апостолов (8:9 сл.). Еще Гименей и Филит, упоминаемые Павлом в его письме Тимофею (2 Тим. 2:17); а также Николай, давший свое имя Николаитам (упоминаются в Откр. 2:6 и Деян. 6:5), то же и Керинф. Со времен Апостолов возникло еще много еретических сект, таких как Маркиониты, Ноэтиане, Валентиниане, Энкратиты, Катафригиане, Четыредесятники, Алоги, Катаренство, Оригенисты или Адамантинцы, Савеллиане, Самосатинцы, Манихейство, Милетиане и наконец, Ариане. Начиная с их времени уже целые полки еретических вождей напали на церковь, среди них Донатисты, Фотиниане, Акатиане или Полуариане, Евномиане, Македониане, Несториане, Предестинариане, Паписты, Цвинглиане, Анабаптисты, Швенкфелдиане, Синергисты, Социниане, Антитринитарии, Квакеры, Гернгутеры и еще многие.13 Наконец, они уступили место Лютеру, Меланхтону и Кальвину, чьи учения теперь занимают уверенные позиции.

(3) Есть три основные причины размежевания и раскольнических движений в церкви; первая, непонимание Божественной Троицы; вторая, отсутствие хоть какого-нибудь правильного знания о Господе; третья, исходное допущение, что страдание на кресте и было, собственно, искуплением. Невежество в этих трех вопросах, которые между тем являются самыми существенными вопросам веры, и именно той веры, на которой основана церковь, почему она и называется церковью, неизбежно приводит к тому, что все, касающееся церкви, подвергают злостному искажению и уводят с правильного пути, пока не направят назад, думая при этом, что в этих условиях у них есть истинная вера в Бога, и убежденность в Его истинах. У этих людей все так, как если бы они завязали себе глаза, и думая, что ходят по прямой линии, на самом деле отклонялись бы от нее шаг за шагом, пока не пойдут уже совсем в другом направлении, попадая во все встречные ямы. Напротив, человек церкви направляется от своих блужданий на путь истины только посредством знания, что такое истинная вера, что такое поддельная вера, и что такое лицемерная вера. Поэтому необходимо доказать следующие утверждения:

(i) Есть лишь одна истинная вера - в Господа Бога Спасителя Иисуса Христа, и ей обладают те, кто верит, что Он - Сын Божий, Бог небес и земли, и един с Отцом.

(ii) Поддельная вера - это любая вера, которая отклоняется от истинной и единственной веры, и ей обладают те, кто проникает иным путем, и не считает Господа за Бога, а лишь за человека.

(iii) Лицемерная вера - это вообще не вера.

379.

(i) Есть лишь одна истинная вера - в Господа Бога Спасителя Иисуса Христа, и ей обладают те, кто верит, что Он - Сын Божий, Бог небес и земли, и един с Отцом.

Есть только одна истинная вера, потому что вера - это истина, а истину нельзя раскалывать и разрезать на части, чтобы какая-то часть склонялась вправо, другая - влево, но чтобы при этом она оставалась сама в себе истиной. Вера в общепринятом понимании состоит из огромного числа истин, ибо она есть совокупность истин. Однако же все эти бесчисленные истины составляют как бы единое тело, части которого - истины. Какие-то из них составляют части, соединенные с грудной клеткой, например, плечи и руки, какие-то соединены с бедрами, как ноги и ступни. Но самые внутренние истины составляют голову, а те, что наиболее зависимы от них, составляют органы чувств лица. Самые внутренние истины составляют голову по причине того, что когда упоминается более внутреннее, под этим понимают более высокое, ибо в духовном мире все более внутреннее также более высоко. То же самое и с тремя небесами. Душа же и жизнь этого тела и всех его частей - Господь Бог Спаситель. Вот почему Павел называл церковь телом Христовым, люди же церкви составляют его части в зависимости от их состояния относительно веры и милосердия. Павел учит также, что есть только одна вера, следующими словами:

Одно тело и один дух, один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог. Он дал задание служить для созидания тела Христова, пока мы все не придем к единству веры и познанию Сына Божьего, совершенного человека, в полный рост Христа. Еф. 4:4-6,12,13.

Выше (337-339) было во всей полноте показано, что есть одна истинная вера, в Господа Бога Спасителя Иисуса Христа.

(2) Между тем причина, по которой истинной верой обладают те, кто верит, что Господь - Сын Божий, в том, что они при этом верят, что Он Бог, а вера не в Бога - это вообще не вера. В этом состоит главный принцип всех входящих в веру истин, что ясно из слов Господа в ответ Петру, когда тот сказал:

Ты Христос, Сын Бога живого. - Блажен ты, Симон; говорю тебе: на этой скале Я построю Мою церковь, и врата ада не одолеют ее. Матф. 16:16,17,18.

Здесь, как и в других частях Слова, скала означает Господа относительно Божественной истины, а также Божественную истину, полученную от Господа. Эта истина выше всех других, она как корона на голове и скипетр в руке тела Христа, что ясно из высказывания Господа о том, что на этой скале Он построит Свою церковь, которую не одолеют врата ада. Следующий отрывок из Иоанна доказывает, что такова природа данного принципа:

Кто исповедует, что Иисус - Сын Божий, в том пребывает Бог, и он в Боге. 1 Иоанн 4:15.

(3) Помимо этого признака, у обладающих истинной и единственной верой есть еще и другой, их убеждение, что Господь - Бог небес и земли; это следует из предыдущего, что Он - Сын Божий, и из данных отрывков:

В Нем вся полнота Божества. Кол. 2:9. Он - Бог небес и земли. Матф. 28:18. Все, что имеет Отец, принадлежит Ему. Иоанн 3:35, 16:15.

Третий признак того, что верящие в Господа внутренне обладают верой в Него, и поэтому единственно истинной верой, это их убеждение, что Господь - одно с Богом Отцом. То, что Он - одно с Богом Отцом, и является Самим Отцом, присутствующим в Человеческом, было полностью показано в главе о Господе и искуплении, и очевидно из высказываний Самого Господа, что Он с Отцом - одно (Иоанн 10:30); что Отец в Нем и Он в Отце (Иоанн 10:38; 14:10,11); что, как он сказал ученикам, с того времени они видели и знают Отца; и когда Он посмотрел на Филиппа и сказал, что тот видит и знает Отца (Иоанн 14:7 сл.).

(4) Эти три особенности являются отличительными признаками обладания верой в Господа, единственной истиной верой, по той причине, что отнюдь не все обращающиеся к Господу имеют веру в Него; ибо истинная вера одновременно внутренняя и внешняя. Те, кто обладает этими тремя сокровищами веры, обладает и ее внутренним, и ее внешним, так что она образует не только сокровище их сердец, но и драгоценность в их устах. Не так у тех, которые не признают Его ни Богом небес и земли, ни единым с Отцом. Такие люди внутренне считают, что и другие боги обладают таким же могуществом, которое, однако, дано проявлять Сыну, который считается либо заместителем, либо тем, кто за совершенное Им искупление удостоен царствования над теми, кого Он искупил. Но эти люди разбивают истинную веру, деля на части единство Бога; будучи разбита, она уже не истинная вера, а лишь призрак веры, который с природной точки зрения может быть в некотором роде образом веры, но с духовной точки зрения - это химера. Может ли кто отрицать, что истинная вера состоит в том, чтобы верить в одного Бога, Бога небес и земли, и, следовательно, в Бога Отца в человеческой форме, то есть Господа?

(5) Эти три признака, свидетельства и показателя, что вера в Господа и есть, собственно, вера, подобны пробным камням, которыми проверяют золото и серебро; или камням и указателям по краям дороги, показывающим направление к церкви, где поклоняются одному, истинному Богу; или маякам на скалах в море, благодаря которым моряки ночью знают свое местонахождение и какой им выбрать курс. Первый признак веры, что Господь есть Сын Бога живого, для каждого, кто приходит в Его церковь, как утренняя звезда.

380.

(ii) Поддельная вера - это любая вера, которая отклоняется от истинной и единственной веры, и ей обладают те, кто проникает иным путем, и не считает Господа за Бога, а лишь за человека.

Само собой разумеется, что поддельная вера - это любая вера, которая отклоняется от истинной и единственной веры; ведь если одна вера - это истина, то все, что отклоняется от нее - это не истина. Все добро и вся истина в церкви порождаются супружеством Господа и церкви. Таким образом все, что по существу является милосердием, или по существу является верой, есть произведение этого супружества. Но все, что в милосердии и вере не порождается этим супружеством, - это не от законного союза, но от незаконного. Поэтому это порождение либо многоженства, либо прелюбодеяния. Любая вера - порождение многоженства, если она признает Господа и поддерживает ложь, заключенную в ересях; вера - порождение прелюбодеяния, если она признает, что есть три Господа у одной церкви. Ибо она подобна женщине-проститутке, или той, которая замужем за одним мужчиной, но отдается на ночь двум другим, каждого из которых она называет своим мужем, когда спит с ним. Вот почему эти виды веры называются поддельными.

Господь во многих местах называет таких верующих прелюбодеями, и то же самое подразумевает Он под "ворами и разбойниками" у Иоанна:

Истинно говорю вам, кто не через дверь входит во двор овчий, а проникает иным путем, тот вор и разбойник. Я - дверь, кто через Меня войдет, спасен будет. Иоанн 10:1,9.

Входить в овчарню, значит входить в церковь, а также в небеса. Вхождение так же и в небеса следует за этим потому, что они составляют одно целое, и именно присутствие церкви образует небеса. Поэтому точно так же, как Господь является женихом и мужем церкви, Он является женихом и мужем небес.

(2) Разузнать и исследовать, является ли вера законным или незаконным потомком, можно с помощью трех признаков, описанных выше. Это признание Господа Сыном Божьим, признание Его Богом небес и земли, и признание того, что Он с Отцом - одно. Поэтому, насколько вера отклоняется от этих существенных составляющих, настолько это поддельная вера. Поддельная и прелюбодейная вера бывает у тех, кто смотрит на Господа не как на Бога, а только как на человека. Истинность этого очевидна на примере двух отвратительных ересей, Ариан и Социниан, которые были преданы анафеме Христианской церковью и отлучены от нее. Это произошло из-за того, что они отрицали божественность Господа и проникали иным путем. Но, боюсь, эти мерзости притаились, скрытые в общей позиции людей церкви наших дней. Вот что поразительно: чем больше человек думает, что он превосходит других ученостью и рассудительностью, тем более склонен он подхватывать и усваивать понятия о том, что Господь был человеком, а не Богом, объясняя это тем, что раз Он был человеком, то не может быть Богом. Каждый, кто усваивает подобные понятия, отправляется к обществу Ариан и Социниан, которое в духовном мире находится в аду.

(3) Причина такой всеобщей позиции людей современной церкви в том, что у каждого человека есть сопровождающий его дух. Без него человек не мог бы мыслить аналитически, разумно и духовно, и был бы уже не человеком, а животным. И каждый привлекает к себе духа, который похож на него склонностью своей воли, а потому и восприятием своего разума. Тому, кто приводит себя в состояние добрых склонностей посредством истин, полученных из Слова, и жизнью по ним, назначается в спутники небесный ангел. Но если человек приходит к злым наклонностям, убеждая себя в неправде и живя дурной жизнью, то спутником, назначенным ему, будет дух из ада. Стоит только этому произойти, как человек начинает все больше и больше входить как бы в собратья сатанам, и затем все больше укрепляется в вере в ложь против истин Слова, и в отвратительные нападки Ариан и Социниан на Господа. Дело в том, что сатаны не переносят никакой истины из Слова, и даже одного имени Иисуса; если же они слышат их, они начинают неистово носиться и богохульствовать. А если при этом все наполняется небесным светом, то они бросаются очертя голову в пещеры и в кромешную тьму, которые они любят; там у них есть нечто вроде света, которым пользуются совы в темноте и кошки, охотясь на мышей в погребах. Такова посмертная судьба тех, кто своим сердцем и своей верой отрицает Божественность Господа и святость Слова; и такова природа их внутреннего человека, как бы внешний ни рядился в одежду и ни играл роль Христианина. Я знаю точно, что это так, из того, что я видел и слышал.

(4) Все, почитающие Господа как Искупителя и Спасителя лишь губами да языком, смотря при этом в сердце и духе на Него, как на обычного человека, когда вещают и учат о подобных понятиях, устами подобны меху, полному меда, а сердцем - меху, полному желчи. Их слова, как обсахаренные лепешки, а их мысли, как глотки отравленного вина, или как узоры и завитки на торте, содержащие летучих змеев.14 А если они - священники, то они как морские пираты, над которыми развивается флаг дружественной страны, но когда проплывающий корабль приближается к ним, как к друзьям, они поднимают пиратский флаг взамен прежнего и захватывают судно, а тех, кто на борту, берут в плен. А еще они подобны змеям с дерева познания добра и зла, которые подходят к вам под видом ангелов света, держа в руках яблоки с этого дерева, отливающие золотом, будто сорванные с дерева жизни, и предлагают их со словами:

Бог знает, что в тот день, когда вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете как Бог, знающими добро и зло. Бытие 3:5.

Тот, кто ест, спускается вслед за змеем в преисподнюю и живет у него. И повсюду в преисподней те сатаны, которые ели яблоки Ария и Социна. Они же подразумеваются и под теми, кто вошел, не надев свадебных одежд, и был брошен во тьму внешнюю (Матф. 22:11-13). Свадебные одежды - это вера в Господа, как Сына Божьего, Бога небес и земли, и единого с Отцом. Почитающие Господа лишь губами да языком, смотря в сердце и духе на Него, как на обычного человека, если открывают свои мысли и убеждают других, становятся духовными убийцами, а худшие из них - духовными людоедами. Жизнь человека происходит от его любви и веры в Господа; а если существо веры и любви, то есть убеждение, что Господь - Богочеловек и Человекобог, отнять у него, то его жизнь превратится в смерть. Вот так человека убивают и пожирают, как волк ягненка.

381.

(iii) Лицемерная вера - это вообще не вера.

Лицемерами становятся, когда думают по большей части о себе, и ставят себя выше других. Ибо при этом направляют и сводят все мысли и привязанности своего ума к своему телу, привязывая их к телесным чувствам. Вследствие этого человек становится природным, чувственным и плотским, и его дух не может быть отнят от плоти, к которой пристал, и вознесен к Богу, равно как не может видеть ничего из того, что от Бога, в небесном свете, то есть, ничего духовного. Из-за того, что он - человек плотский, духовные понятия, входящие в его дух, попадая через слушание в разум, кажутся ему ничем иным, как призраками или пылинками в воздухе, или скорее, мухами вокруг головы лошади, вспотевшей от бега. Поэтому он в душе смеется над ними; ведь всем известно, что природный человек считает все, связанное с духом, то есть, все духовное, галлюцинациями.

(2) Лицемер - нижайший из природных людей, поскольку он чувственный; ибо его дух накрепко привязан к телесным чувствам, так что ему не хочется видеть ничего иного, кроме того, о чем ему говорят чувства. Поскольку чувства обитают в царстве природы, они заставляют ум думать на любые темы на природном языке, причем это относится и ко всем предметам веры тоже. Когда такой лицемер становится проповедником, у него еще сохраняются в памяти нечто сказанное ему о вере, когда он был мальчиком и юношей. Но из-за того, что в этом не содержится внутренне ничего духовного, а только то, что совсем уж природно, когда он выступает с этим перед слушателями, он не произносит ничего, кроме лишенных жизни звуков. А звучат они как живые потому, что происходят от удовольствия самолюбия и любви к миру. Оттого и кажутся они такими красноречивыми и пленительными на слух, точно стройное пение.

(3) Лицемерный проповедник, придя домой с проповеди, усмехается тому, что сказал и объяснил по Слову своим слушателям по поводу веры; и быть может, говорит про себя: "Забросил я сеть в озеро и наловил камбалы да устриц". Вот так-то смотрят имеющие истинную веру, на подобных людей с их заблуждениями. Лицемер подобен резному истукану с двумя головами, одна внутри другой; внутренняя прикреплена к туловищу, или телу, а у внешней, которая может на шарнирах вертеться вокруг внутренней, лицо раскрашено красками, так что похоже на человеческое, и она напоминает те деревянные головы, что можно увидеть в витринах парикмахерских. Лицемер подобен лодке, которую моряк может, подставляя как нужно парус, направить по ветру или против ветра. И плавает он так, что его лодка клонится ко всему ублажающему плоть и чувства.

(4) Лицемерные священнослужители - превосходные комедианты, мимы и актеры, которые могу сыграть роли королей, герцогов, примасов и епископов; но чуть позже они, сняв свои костюмы, идут в публичный дом и развлекаются с проститутками. Они также подобны дверям, поворачивающимся на петлях туда-сюда; вот что из себя представляет их дух, поскольку он может открываться и со стороны ада и со стороны небес. Когда он открыт в одном направлении, в другом закрыт. И вот что удивительно: пока они занимаются своими священными обязанностями, и учат истинам Слова, они и не знают ничего, кроме веры в них; ибо в это время дверь закрыта для ада. Но немного погодя, вернувшись домой, они не верят уже ничему, потому что дверь закрыта для небес.

(5) Худшие из лицемеров испытывают непримиримую враждебность по отношению к истинным верующим, совсем как у сатаны к ангелам небес. Они не чувствуют, что это так, пока живут в мире, но это проявляется после смерти, когда у них отбирается внешнее, позволяющее им притворяться духовными людьми, потому что тот сатана - это их внутренний человек. Я расскажу, однако, как ангелы небесные видят таких духовных лицемеров, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные (Матф. 7:15). Они выглядят клоунами, которые ходят на руках и молятся; они взывают от всего сердца своими устами к демонам и обнимаются с ними; а ногами они хлопают в воздухе, создавая шум для Бога. Но когда они становятся на ноги, в их глазах появляется взгляд леопарда, их походка выглядит волчьей, уста подобны лисьим, зубы - крокодильим; а в отношении веры они подобны стервятникам.

XXII У злых нет веры.

382. Все отрицающие, что мир создан Богом, а значит, отрицающие Бога, злы, ибо это безбожные почитатели природы. А злые они потому, что все добро, если оно добро не только природное, но и духовное, - от Бога. Поэтому все отрицающие Бога не хотят, а значит и не могут, воспринять ничего доброго из другого источника, нежели их собственное. Собственное человека - это вожделения его плоти, а все, что исходит от нее, является духовно злым, каким бы добрым ни казалось природно. Такие люди злы теоретически; люди, злые практически, - это те, кто не придает значения Божьим повелениям, изложенным в Десяти Заповедях, и живет вне этого закона. Они тоже в сердце отрицают бога, хотя многие из них и исповедуют Бога на словах, по той причине, что Бог и Его повеления едины. Поэтому-то к Десяти Заповедям и обращались, как к присутствию Иеговы (Числа 10:35,36; Пс. 131:7,8). Но чтобы было более понятно, что у злых нет веры, нужно прийти к выводу по двум вопросам:

(i) У злых нет веры, потому что зло принадлежит аду, а вера - небесам.

(ii) В Христианском мире нет веры у всех тех, кто отвергает Господа и Слово, несмотря на то, что они живут нравственной жизнью, говорят, учат и пишут разумно, даже о вере.

Разберем эти вопросы один за другим.

383.

(i) У злых нет веры, потому что зло принадлежит аду, а вера - небесам.

Зло принадлежит аду, потому что он - источник всякого зла; вера принадлежит небесам, потому что каждая истина, составляющая веру, - с небес. Пока человек живет в мире, он поддерживается на пути между небесами и адом, и находится в духовном равновесии, дающем ему свободу воли. Ад находится у него под ногами, небеса - над его головой; и все, что поднимается из ада, есть зло и ложь, а все, что нисходит с небес, есть благо и истина. Находясь посередине между этими двумя противоположностями, и в то же время в духовном равновесии, он может свободно выбирать, принимать и усваивать или то, или другое. Если он выбирает зло и ложь, он соединяется с адом; если благо и истину, то с небесами. Из всего этого становится понятно не только то, что зло принадлежит к аду, а вера - к небесам, но и что зло и вера не могут сосуществовать в одном предмете, или в одной личности. Ибо если бы они присутствовали вместе, человека разорвало бы на две части, как если бы он был привязан двумя канатами, один из которых тянул бы его вверх, а другой - вниз, чтобы он раскачивался в воздухе. Он был бы, как дрозд, летающий то вниз, то вверх. Взлетая вверх, он поклонялся бы Богу, слетая вниз - дьяволу. Каждому ясно, что это нечестиво. Никто не может служить двум господам, но обязательно одного ненавидит, а другого любит, как учит Господь у Матфея 6:24.

(2) Есть множество разных сравнений, чтобы пояснить, что где зло, там веры нет. Например, зло подобно огню (адский огонь - это не что иное, как любовь зла), пожирающему веру, как солому, обращая в пепел ее и все, что с ней связано. Зло обитает в кромешной тьме, вера - в свете; и зло ложью гасит веру, как непроницаемая тьма - свет. Зло черно, как чернила, вера бела, как снег, и чиста, как вода; зло же чернит веру, чернила - снег или воду. Далее, зло и истину веры можно соединить не иначе, как зловоние и благоухание, или как мочу с добрым вином. Они не дольше будут вместе, чем смердящий труп и живой человек в одной постели. Они смогут жить бок о бок не лучше, чем волк в овчарне, или ястреб в голубятне, или лиса на птичьем дворе.

384.

(ii) В Христианском мире нет веры у всех тех, кто отвергает Господа и Слово, несмотря на то, что они живут нравственной жизнью, говорят, учат и пишут разумно, даже о вере.

Это следует, как вывод, из всего сказанного ранее. Ведь было же показано, что истинная и единственная вера - в Господа, и исходит от Господа, и если вера не в Него, и не от Него, то это не духовная вера, а природная; а чисто природная вера не содержит в себе сущности веры. Кроме того, вера берется из Слова, и не из какого-то другого источника. Это потому, что Слово - от Господа, а значит в Слове - Сам Господь; почему Он и говорит, что Он есть Слово (Иоанн 1:1,2). Отсюда следует, что тот, кто отвергает или то, или другое, отвергает также и церковь, потому что церковь - от Господа посредством Слова; и далее, что отвергающие церковь оказываются вне небес, среди проклятых, а у них нет веры вообще.

Причиной того, что у отвергающих Господа и Слово нет веры, хотя они живут нравственной жизнью, говорят, учат и пишут разумно, даже о вере, является наличие у них только природной веры, но не духовной, и не духовного, а только природного рассудочного ума; а нравственность и разумность, если они целиком природны, в сущности своей мертвы. Таким образом, у этих людей, раз они мертвы, не может быть никакой веры. Целиком природный человек, мертвый в том, что касается веры, может, конечно, говорить и учить о вере, милосердии и Боге, но побуждается к этому не верой, не милосердием и не Богом.

Следующие отрывки доказывают, что верой обладают только те, кто верит в Господа, а остальные - нисколько:

Тот, кто верит в Сына, не судится; а кто не верит, уже осужден, потому что не уверовал в имя единородного Сына Божьего. Иоанн 3:18. Тот, кто верит в Сына, имеет жизнь вечную; а тот, кто не верит в Сына, не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем. Иоанн 3:36. Иисус сказал, когда придет Дух истины, Он будет судить мир за грехи, что не веруют в Меня. Иоанн 16:8,9.

И обращаясь к Иудеям:

Если не уверуете, что это Я, то умрете в грехах ваших. Иоанн 8:24.

Потому и Давид говорит:

Я возвещу повеление, сказал Иегова. Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя. Поцелуйте Сына, чтобы не прогневался, и чтобы вам не погибнуть в пути. Блаженны все, уповающие на Него. Пс. 2:7,12.

Господь в Евангелиях предсказывает, что при окончании века веры не будет, потому что не будет веры в Господа, ни как в Сына Божьего, ни как в Бога небес и земли, ни как в Единого с Отцом; Окончание века означает последний период церкви, когда, как Он сказал, настанет мерзость запустения и горе, которого никогда не было, и никогда потом не будет; и солнце померкнет, и луна не даст своего света, и звезды упадут с неба (Матф. 24:15,21,29). А также в Откровении, что Сатана, освобожденный из темницы, выйдет вводить в заблуждение народы со всех четырех сторон света, которых столько, сколько песку в море (Откр. 20:7,8). Господь предвидел это, поэтому сказал:

Но Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле? Лука 18:8.

* * * * *

385. Здесь я приведу несколько сообщений из своего опыта, первое из которых - вот это:

Как-то раз ангел сказал мне: "Ты хочешь ясно представлять себе, что такое вера и милосердие, а также что такое вера, отделенная от милосердия, и что такое вера, соединенная с милосердием; я дам тебе наглядное объяснение".

"Пожалуйста, объясни", - ответил я.

"Вместо веры и милосердия, - сказал он, - думай о свете и тепле, и тебе будет ясно. Вера, в своей сущности, есть истина, принадлежащая мудрости, а милосердие, в своей сущности, есть склонность, принадлежащая любви. В небесах истина, принадлежащая мудрости, - это свет, а склонность, принадлежащая любви, - это тепло. Свет и тепло, в которых живут ангелы, по существу именно такие, и не какие-то иные. Отсюда ты можешь ясно видеть, что представляет собой вера, отделенная от милосердия, и что собой представляет вера, соединенная с милосердием. Вера, отделенная от милосердия, подобна свету зимой, а вера, соединенная с милосердием, подобна свету весной. Зимний свет лишен тепла и сопровождается холодом; он обрывает всю листву с деревьев, уничтожает траву, делает землю твердой и замораживает воду. А от весеннего света, соединенного с теплом, растут деревья, давая сначала листья, затем цветы, и наконец, плоды; он открывает и делает мягкой землю, дабы рождала траву, деревья, цветы и кусты, а также растапливает лед, чтобы из родников полилась вода.

(2) В точности то же самое с верой и милосердием: от веры, разлученной с милосердием все вокруг вымирает, а от веры, соединенной с милосердием, все оживает. Как происходит это оживание, да и вымирание тоже, на самом деле можно увидеть в нашем, духовном мире, потому что здесь вера - это свет, а милосердие - это тепло. Поэтому, где вера объединена с милосердием, там парки, цветники и кустистые аллеи, тем красивее, чем ближе они объединены. Но там, где вера отделена от милосердия, даже трава не растет; и любой клочок зелени состоит лишь из терновника да колючек".

Неподалеку находились несколько церковников, которых ангел называл верующими в оправдание и освящение человека одной верой, а также мастерами таинств. Мы пересказали им все это и показали наглядно, чтобы они могли видеть, что это действительно так. Когда же мы спросили, не так ли это, они отвернулись от нас, и сказали: "Мы не слышим". Но мы крикнули им: "Тогда послушайте еще раз!" Однако они, закрыв руками уши, закричали: "Мы не хотим слушать!"

Затем мы с ангелом говорили о вере самой по себе, и я сказал, что мне на собственном опыте дано было узнать, что вера такого рода подобна зимнему свету. Я рассказал ему, как несколько лет назад через меня проходили духи, у которых была вера разных видов, и как только ко мне приближался тот, у кого вера была отделена от милосердия, такой холод пронизывал мои ноги, а затем добирался постепенно до поясницы и, в конце концов, до груди, что я уже не чаял ничего, кроме того, что вот-вот всякая жизнь во мне угаснет. Так бы и случилось, если бы Господь не изгнал этих духов, и не освободил меня.

Мне казалось удивительным, что духи эти сами не чувствуют того холода, которым они наполняют. Поэтому я сравнил их с рыбами подо льдом, потому что они тоже не чувствуют никакого холода, поскольку их жизнь, а значит и природа, так холодны по сущности. Тогда я понял, что такой холод распространяется от обманчивого света их веры, как от болотистых и сернистых почв зимой, после заката. Тот, кто странствовал, видел этот обманчивый, холодный свет.

Их можно сравнить с айсбергами, сорванными со своих мест на арктических землях, и плавающими туда-сюда по океану. Я слышал, что при приближении к ним, как говорят, вся команда корабля дрожит от холода. Общества тех духов, чья вера отделена от милосердия, можно поэтому уподобить тем айсбергам, и если угодно, можете их так и называть.

Из Слова хорошо известно, что вера без милосердия мертва; но я скажу, почему она умирает. Она умирает от холода, который убивает веру, как птицу - суровая зима. Сначала она лишается зрения, потом способности летать; наконец, дыхание ее останавливается, и она сваливается с ветки головой вниз в снежную могилу.

386. Второй опыт.

Проснувшись однажды утром, я увидел двух ангелов, сходящих с небес, один с юга, другой с востока; оба они были на колесницах, запряженных белыми лошадьми. Колесница, в которой ехал ангел с юга небес, сверкала, как серебряная, а та, в которой ехал ангел с востока небес, блестела, как золотая; поводья же, которые они держали в руках, сияли будто пламенным отсветом зари. Вот как эти два ангела показались мне издали; но когда они приблизились, оказалось, что они вовсе не в колесницах, а в образе ангелов, то есть в образе людей. Тот, что прибыл с востока небес, был одет в блестящий пурпурный наряд; а тот, что прибыл с юга небес - в фиолетовый. Когда ангелы спустились в нижние области под небесами, они бросились друг другу навстречу, будто состязаясь, кто придет первым, обнялись и расцеловались.

Мне было сказано, что эти два ангела были на протяжении своей жизни в мире очень близкими друзьями, однако теперь один живет в восточных небесах, а другой - в южных. В восточных небесах живут те, кто обладает любовью от Господа, а в южных небесах - те, кто обладает мудростью от Господа. После того как они некоторое время говорили о великолепии их небес, разговор зашел вот о чем: состоит ли сущность небес в любви, или же она в мудрости. Они тут же согласились, что одна зависит от другой, но заспорили, которая из них служит источником другой.

(2) Ангел из небес мудрости спросил другого: "Что такое любовь?" Тот ответил, что любовь, исходящая от Господа, как солнца, это тепло, дающее жизнь ангелам и людям, которое поэтому составляет Бытие их жизни; а то, что исходит от любви, называется склонностями, которые и дают начало восприятиям, а значит и мыслям. "Отсюда вытекает следствие, что мудрость имеет своим началом любовь, а значит мысль имеет своим источником склонность, принадлежащую этой любви. Из рассмотрения в надлежащей последовательности, из чего что происходит, можно понять, что мысль - это не что иное, как форма, которую принимает склонность. Это неизвестно, потому что мысли находятся под воздействием света, а склонности - под воздействие тепла, поэтому люди размышляют о мыслях, а не о склонностях. Что мысль есть форма, принимаемая склонностью, принадлежащей той или иной любви, можно пояснить на примере речи, которая является не чем иным, как формой звука; одинаково в них то, что звук соответствует склонности, а речь - мысли, поэтому склонность создает звук, а мысль расчленяет его на слова. Это становится очевидно, если сказать: "Уберите из речи звук - что останется тогда от речи? Уберите подобным же образом из мысли склонность что останется от мысли?" Итак, отсюда ясно, что вся мудрость состоит в любви, а следовательно, сущность небес - любовь, а ее проявление - это мудрость; или, что тоже самое, небеса произошли от Божественной любви, и начали существовать по Божественной любви посредством Божественной мудрости. Поэтому, как я сказал перед этим, одно зависит от другого".

В это время со мной был только что прибывший дух, который, услышав это, спросил, не то же ли с милосердием и верой, ведь милосердие принадлежит склонности, а вера - мысли.

"Да, совершенно то же самое, - ответил ангел. - Вера - не что иное, как форма милосердия, точно так же, как речь - форма звука. Милосердие так же образует веру, как звук - речь. Мы в небесах знаем, как это происходит, однако у меня нет времени сейчас это объяснять. Под верой, - добавил он, я подразумеваю духовную веру, в которую жизнь и дух приходят исключительно от Господа посредством милосердия, ибо оно - духовно, и служит тем средством, с помощью которого приобретают веру. Поэтому вера без милосердия - это чисто природная вера, а такая вера безжизненна; кроме того, она соединяется с природной склонностью, а это не что иное, как похоть.

(4) Ангелы говорили на эту тему духовно, а духовная речь включает тысячи вещей, недоступных выражению средствами природной речи, и что довольно удивительно, понятия природного мышления тоже не могут вместить их. Поговорив на эти две темы, ангелы расстались, а когда они возвращались каждый в свои небеса, вокруг их голов появились звезды; когда же они оказались на некотором удалении от меня, я увидел их в колесницах, как вначале.

387. Третий опыт.

Когда те два ангела скрылись из вида, я заметил справа сад, в котором росли маслины, смоковницы, лавры и пальмы, посаженые в порядке своих соответствий. Взглянув в этом направлении, я увидел ангелов и духов, которые гуляли, беседуя, среди деревьев. При этом один из ангельских духов обернулся и увидел меня. (Ангельскими духами называют тех в мире духов, кто приготавливается в небеса.) Он вышел ко мне из сада, и сказал: "Хочешь пойти со мной в наш парк? Ты увидишь и услышишь нечто удивительное!"

Я пошел за ним, и тогда он сказал мне: "Все те, кого ты видишь (А их было много), обладают любовью к истине, а значит, пребывают в свете мудрости. А еще здесь есть дворец, который мы называет Храмом Мудрости; но он невидим никому из тех, кто думает, что он очень мудр, тем более тому, кто думает, что он мудр в достаточной степени, и уж конечно тому, кто думает, что он мудр благодаря самому себе. Это потому, что у таких людей нет любви к подлинной мудрости, которая позволяла бы им принимать небесный свет. Подлинная мудрость - это когда человек видит в небесном свете, что все воспринимаемое его знанием, умом и мудростью, по сравнению со всем остальным, как капля воды по сравнению с океаном, следовательно, на самом деле - ничто. В этом парке каждый, кто благодаря постижению и зрению признается себе, что его мудрость относительно мала, может видеть Храм Мудрости. Ибо его можно видеть только благодаря внутреннему свету разума, а не внешнему, который лишен внутреннего".

(2) И вот, поскольку я часто думал об этом, и знание, затем постижение, и наконец, внутренний свет, привели меня к признанию того, что мудрость человека так скудна, храм вдруг открылся мне. Его вид был изумителен. Он возносился высоко над землей, четырехугольный, с хрустальными стенами, крышей из полупрозрачной яшмы с изящными сводами и основанием из различных драгоценных камней. Ступени, ведущие к нему, были из полированного гипса, а по бокам ступеней стояли статуи львов с детенышами. На мой вопрос, можно ли мне войти, мне ответили, что можно. Тогда я поднялся, и когда попал внутрь, увидел нечто вроде херувимов, которые летали под самой крышей, но затем быстро исчезли. Пол, по которому я шел, был сделан из кедровых досок, а весь храм с его прозрачной крышей и стенами был построен так, чтобы свет играл в нем.

(3) Со мной вместе вошел ангельский дух, и я пересказал ему, что я слышал от тех двух ангелов о любви и мудрости, и о милосердии и вере. На это он сказал: "Разве они не говорили о третьем?" "О чем третьем?" спросил я.

"Это благо пользы", - ответил он. "Любовь и мудрость без блага пользы ничто; это только отвлеченные умственные понятия, которые осуществляются только тогда, когда употребляются для пользы. Любовь, мудрость и польза составляют нераздельную троицу. Если их разделить, каждая превратится в ничто. Любовь - ничто без мудрости, но в мудрости она приобретает форму, в соответствии с какой-либо задачей; а задача, для которой она оформляется, и есть польза. Поэтому, когда любовь с помощью мудрости находит применение, тогда она действительно существует, потому что осуществляется на деле. Эти три в точности подобны цели, средствам и произведенному действию; цель - ничто, если с помощью средств не осуществлена в произведенном действии. Уберите одно из этих трех, и все развалится на куски, будто ничего и не было.

(4) То же самое и с милосердием, верой и делами. Милосердие без веры ничто, вера без милосердия тоже, и вера, и милосердие - ничто без дел; но в делах они уже нечто составляют, и природа этого нечто определяется той пользой, которой служат эти дела. То же самое и со склонностью, мыслью и поступком; и то же самое с волей, разумом и деятельностью. Ведь воля без разума - как глаз без зрения, а и то и другое без деятельности - как дух без тела. Истину сказанного можно ясно видеть в этом храме, ибо свет здесь у нас - это тот свет, который освещает внутренние области духа.

(5) Геометрия тоже доказывает, что ничто не бывает законченным и совершенным, если оно не тройственно. Ведь прямая - ничто, пока не станет фигурой, а фигура - ничто, пока не станет телом. Поэтому одно должно дополняться другим, чтобы возможно было им существовать; и их существование начинается совместно в третьем. Точно так же, как в этом случае, и у каждого отдельного создания; оно достигает своей конечной цели в третьем элементе. Вот почему в Слове "три" означает "полностью" и "окончательно". В свете этого я не могу не удивляться некоторым людям, которые исповедуют веру в одну веру, или в одно милосердие, или в одни дела, тогда как в действительности одно без другого - ничто, и то же самое одно с другим без третьего".

(6) Но тогда я задал вопрос: "Не может ли человек, имея веру и милосердие, не делать дел? Может он любить нечто и думать об этом, однако не делать этого?" Ангельский дух ответил мне: "Это невозможно, разве только в отвлеченных мысленных представлениях; на самом деле так не происходит. Все равно он будет стремиться и хотеть сделать это; желание, или стремление, уже и есть само в себе действие, потому что это постоянное побуждение действовать, которое становится действием, когда овеществляется, будучи направлено на определенный объект. Поэтому стремление и желание, как внутреннее действие, рассматривается каждым мудрым человеком, поскольку рассматривается и Богом, точно так же, как если бы это было внешнее действие, в том случае, если при этом не воздерживаются от действия, когда для него представляется удобный случай".

388. Четвертый опыт.

Я беседовал с некоторыми из упомянутых в Откровении под именем дракона, и один из них сказал: "Пойдем со мной, и я покажу тебе, что услаждает наши глаза и сердца".

Он повел меня через темный лес на гору, с которой я мог видеть удовольствия драконов. Я увидел амфитеатр, построенный в виде арены, по окружности которой ярусам возвышались скамьи, на которых сидели зрители. Сидевшие на нижних скамьях казались мне издали сатирами и приапами; на некоторых была одежда, прикрывавшая интимные части тела, на некоторых - не было, они были совершенно голы. На скамейках повыше них сидели прелюбодеи и проститутки, это я понял по их телодвижениям.

Затем дракон сказал мне: "Сейчас ты увидишь наши забавы". Я увидел, как на арену выпустили кого-то вроде телят, баранов, овец, козлят и ягнят; и когда их выпустили, открылись ворота, внутрь бросились звери, подобные молодым львам, пантерам, тиграм и волкам. Они яростно накинулись на скотину, разодрали ее в клочья и забили насмерть. После этой кровавой бойни сатиры посыпали песком место, где произошло убийство.

Затем дракон сказал мне: "Вот такие забавы тешат наш дух". "Прочь, демон! - ответил я. - Ты увидишь немного погодя, как этот амфитеатр превратится в море огня и серы". Он рассмеялся над этим и удалился. Впоследствии я стал задумываться, почему Господь дозволяет такое. И вот какой ответ пришелся мне по сердцу: это дозволено, пока те люди находятся в мире духов; когда же в этом мире время их подходит к концу, такие театральные сцены превращаются в адские муки.

(2) Все, что я видел, было плодом воображения драконов. То есть это были не настоящие телята, бараны, овцы, козлята и ягнята, но в такой форме они представляли подлинные виды добра и истины церкви, которые они ненавидели. Львы, пантеры, тигры и волки были формами, которые принимали желания людей, выглядевших сатирами и приапами. Не имевшие одежды на интимных частях тела, - это были те, кто думал, что Богу не видно зло; одетые же были те, кто думал, что оно видно, но не приводит к проклятию того, у кого есть вера. Прелюбодеями и проститутками были те, которые искажали истины Слова, ибо прелюбодейство означает искажение истины. В духовном мире на расстоянии все выглядит, как то, чему оно соответствует, и когда оно принимает такую видимую форму, то называется изображением духовных предметов в форме объектов, подобных предметам природного мира.

(3) Позже я увидел, как они вышли из леса, дракон и окружавшие его сатиры и приапы, со слугами и работниками - прелюбодеями и проститутками, идущим вслед за ними. Колонна, которую они образовали, росла по мере продвижения вперед, и вскоре я услышал, что они обсуждали.

Они говорили о том, что на лугу видели стадо овец с ягнятами, а это было знаком, что недалеко был один из городов Иерусалима, где милосердие было главным качеством. "Пойдем, - говорили они, - захватим этот город, прогоним жителей и разграбим их добро". Однако когда они подступились, оказалось, что город окружен стеной, и ангелы на стене охраняют его. Тогда они сказали: "Возьмем его хитростью. Пошлем к ним кого-нибудь, кто силен в софистике и может черное выдать за белое, а белое - за черное, и все, что угодно, приукрасить как надо".

(4) Они нашли того, кто был знатоком метафизики и умел превратить настоящие понятия в терминологические, скрыть факты под внешностью слов, и благодаря этому упорхнуть, подобно соколу с добычей под крыльями. Ему сказали, чтобы предал людям в городе, что они одной веры, и чтобы те впустили их внутрь. Он подошел к воротам и постучал, и когда ему открыли, сказал, что хочет поговорить с самым мудрым в городе. Его впустили и проводили к некоему человеку, к которому он обратился со следующими словами: "Мои собратья за стенами города просят их принять. Они - ваши единоверцы, потому что и мы и вы считаем веру и милосердие двумя сущностными составляющими религии. Одно только различие есть у нас, что вы первым ставите милосердие и от него производите веру, а мы ставим первой веру, а от нее производим милосердие. Какая разница, что первое, если мы верим и в то, и в другое?"

(5) Мудрый горожанин ответил: "Давайте обсудим этот предмет не между собой, а в присутствии многих слушателей, которые будут судить и решать. Иначе мы не придем ни к какому решению". Поэтому собрали еще людей, к которым посланник дракона обратился с теми же словами.

После этого мудрый горожанин держал такой ответ: "Ты сказал, что безразлично, милосердие или вера рассматривается, как главный предмет в церкви, поскольку мы согласились, что и то и другое составляет церковь и ее религию. Тем не менее, различие есть, как между предыдущим и последующим, причиной и следствием, изначальным и посредствующим, сущностным и явленным. Я пользуюсь такими терминами, видя, что ты знаток метафизики, которую мы называем просто софистикой, а некоторые называют волшебными формулами. Однако давайте оставим эти термины. Различие, как между тем, что вверху, и тем, что внизу. Или точнее, если вы мне верите, таково различие между умами тех, кто в этом мире живет в более высоких областях, и тех, кто в более низких. Ибо главное составляет голову и грудь, а производное от него - ноги и ступни. Но сначала давайте договоримся об определениях милосердия и веры. Милосердие есть склонность любви к добрым делам для ближнего ради Бога, спасения и вечной жизни; а вера есть мышление в надежде на Бога, спасение и вечную жизнь.

(6) Но посланник сказал: "Я согласен, что таково определение веры, и согласен, что милосердие есть та склонность ради Бога, потому что ради Его заповедей, однако не ради спасения и вечной жизни". После такого частичного согласия и частичного несогласия мудрый горожанин сказал: "Разве не склонность или любовь к чему-либо является главной, и не происходит ли мысль от нее?" Посланник дракона сказал: "С этим я не согласен".

На это последовал вопрос: "Ты не можешь отрицать этого. Каждый думает вследствие какой-либо любви; убери эту любовь - будет ли он думать вообще? Это все равно, что убрать звук из речи; если ты лишишь ее звука, разве ты сможешь что-нибудь сказать? Звук - тоже следствие той или иной любви, а речь - мысли, ведь любовь производит звук, а мысль облекает ее словами. Это как пламя и свет; если убрать пламя, не погаснет ли и свет? То же самое и с милосердием, потому что оно - порождение любви, и с верой, потому что она - порождение мысли. Неужели и теперь тебе не понятно, что главное крайне важно для производного, как пламя для света? Отсюда очевидно, что если не поставить главное первым, то и второго не получится. Поэтому, если ты поставишь веру, которая на втором месте, на первое, то на небесах ты непременно окажешься в перевернутом виде, ногами вверх и головой вниз, или вроде клоуна, который ходит вверх ногами на руках. Если таким ты будешь выглядеть на небесах, то на что же будут похожи твои добрые дела, которые есть милосердие в действии? Они могут быть только чем-то вроде того, что этот клоун выделывает своими ногами, поскольку не может сделать руками. Вот поэтому-то твое милосердие скорее природное, нежели духовное, ведь оно - вверх ногами".

(7) Посланник понял это, потому что каждый дьявол может понять истину, когда слышит ее; но он не может сохранить ее в памяти, так как его склонность ко злу, то есть, по существу, вожделение плоти, по возвращении, изгоняет мысли об истине. Вслед за этим мудрый горожанин подробно показал, какова сущность веры, когда ее принимают за главное, а именно, что она чисто природна, это - убеждение, лишенное какой бы то ни было духовной жизни, а значит, вообще не вера. "Я бы даже сказал, что в вашей вере не больше духовности, чем в мыслях о Монгольской империи, о ее алмазной копи и о сокровищнице двора ее императора." Услышав это, человек дракона в гневе удалился и рассказал обо всем своим товарищам за стенами города. Когда те услышали, что, как было сказано, милосердие есть склонность любви к добрым делам для ближнего ради Бога, спасения и вечной жизни, они закричали: "Это ложь!", а сам дракон воскликнул: "Какое злодеяние! Да разве те дела милосердия, что делаются ради спасения и вечной жизни, не являются стремлением к заслуге?"

(8) Тогда они стали договариваться между собой: "Давайте соберем побольше наших людей и осадим город, дабы эти образцы милосердия удалились вон". Однако, как только они сделали такую попытку, внезапная вспышка огня с небес истребила их. Но этот огонь с небес был лишь проявлением их гнева и ненависти, направленных против людей того города, которые сбросили веру с первого места на второе, или, точнее, на более низкое место относительно милосердия, заявив, что это не вера. А показалось, что их истребил огонь потому, что ад разверзся у них под ногами и поглотил их. Подобные события происходили во многих местах в день Последнего Суда; об этом же говорится и в следующем отрывке из Откровения:

Дракон выйдет обольщать народы со всех четырех сторон земли, чтобы собрать их на войну; и вышли они на поверхность земли, и окружили стан святых и возлюбленный город. И ниспал огонь от Бога с небес и пожрал их. Откр. 20:8,9.

389. Пятый опыт.

Мне довелось однажды видеть документ, посланный с небес одному обществу в мире духов, в котором было два главных церковника со свитой каноников и пресвитеров. В документе содержался призыв признать Господа Иисуса Христа Богом небес и земли, как он учил (Матф. 28:18), и отказаться от учения, что вера оправдывает без дел закона, как от ошибочного. Многие люди читали и переписывали этот документ, а о его содержании многие из них разумно рассуждали и беседовали. Однако, приняв его, сказали друг другу: "Послушаем мнения наших руководителей".

Они выслушали их, но высказались против документа и отвергли его. Оказалось, что руководители этого общества жестокосердны из-за лжи, которой они набрались, живя в прежнем мире. Поэтому, после краткого совещания, они отправили документ назад в те небеса, откуда он был прислан. Когда это было сделано, большинство мирян, поворчав немного, отказались от своего прежнего признания, и тогда свет их суждений на духовные темы, тот, что раньше был ярким, вдруг потух. После повторного, но тщетного, предостережения, я увидел, как это общество провалилось вниз, однако, я не смог увидеть, как глубоко; но оно исчезло из поля зрения тех, кто поклонялся одному Господу, повернувшись спиной к оправданию одной верой.

(2) Несколькими днями позже я увидел, наверное, до сотни поднявшихся с нижней земли, на которую провалилось это небольшое общество; они приблизились ко мне, и один из них сказал: "Послушай, какое необычное происшествие. Когда мы свалились вниз, я увидел нечто, похожее на озеро, а немного погодя - сушу; затем, через некоторое время, небольшой городок, где многие нашли себе дом. На следующий день мы собрались обсудить, что нам делать. Многие говорили, что нужно обратиться к тем двум руководителям церкви, и осторожно сделать им выговор за то, что послали документ обратно в те небеса, откуда он получен, потому что оттого-то все и случилось. Кроме того, они избрали несколько человек (тот, который говорил со мной, сказал, что он был одним из них), которые сходили к тем руководителям, где один из них, отличавшийся мудростью, обратился к ним следующим образом: "Мы думали, что превосходим других в обладании церковью и религией, потому что, как нам говорили, у нас самый сильный свет Евангелия. Но кое-кому из нас было дано озарение с небес, и это озарение сопровождалось сознанием того, что в настоящее время в Христианском мире нет уже церкви, потому что нет религии".

(3) Руководители сказали: "Что ты такое говоришь? Как это нет церкви, когда в ней есть Слово, Христос Спаситель в ней известен, и обряды совершаются?" Наш представитель ответил на это: "Все это - части церкви, потому что они создают церковь; но создают внутри, а не снаружи человека". Он продолжал: "Может ли быть церковь там, где поклоняются трем Богам? Может ли быть церковь там, где все учение построено на одном-единственном, да еще неправильно истолкованном, высказывании Павла, а значит, вовсе не на Слове? Может ли быть церковь, когда не обращаются к Спасителю мира, который и есть Сам Бог церкви? Кто может отрицать, что религия состоит в том, чтобы избегать зла и делать добро? Есть ли хоть одна религия, которая учит, что вера одна спасает, а не вместе с милосердием? Есть ли хоть одна религия, которая учит, что милосердие, проявляемое человеком - это лишь нравственное и гражданское милосердие? Кто же не видит, что такого рода милосердие не содержит ничего религиозного? Разве одна вера влечет за собой какое-либо действие или поступок, тогда как религия состоит в деятельности? И есть ли хоть один народ во всем мире, который не наделяет спасительной силой благо милосердия, то есть добрые дела? Да и вся религия заключается в добре, и вся церковь заключается в обучении истинам, а при помощи истин, в обучении разного рода добру. Как чудесна была бы наша участь, если бы мы одобрили учение, составляющее суть того документа, что был послан нам с небес!"

(4)Тогда руководители сказали: "Твоя критика метит слишком высоко. Вера в действии, то есть, вера, которая полностью оправдывает и спасает, - это церковь, так ведь? Вера в покое, то есть вера, которая идет дальше и приводит к совершенству, - это религия, так ведь? Вам следует уяснить это, дети мои". Но наш посланник сказал тогда: "Слушайте, отцы. В соответствии с вашим догматом, человек подобен деревянному чурбану в постижении веры в действии, так ведь? Можно ли оживить чурбан так, чтобы он стал церковью? В соответствии с вашим замечанием, вера в покое есть продолжение и развитие веры в действии, так ведь? А если, как утверждает ваш догмат, вся спасающая сила сосредоточена в вере, и благо милосердия со стороны человека не дает ничего, то где же тогда религия? Тогда прелаты сказали: "Друг мой, ты говоришь так, потому что не знаешь тайн оправдания одной верой; а кто незнаком с ними, тот внутренне не может знать пути к спасению. Твой путь - внешний, и годится лишь для простых людей. Иди этим путем, если хочешь. Но тебе следовало бы знать, что все добро - от Бога, и ничего в нем от человека, так что в духовных делах человек сам ничего достигнуть не может. Как же тогда может человек сам по себе делать добро, если это духовное добро?"

(5) На это наш представитель отвечал с великим возмущением: "Я знаю о ваших тайнах оправдания больше, чем вы, и я скажу вам прямо, что я не увидел внутренне в ваших тайнах ничего, кроме призраков. Разве религия состоит не в том, чтобы признавать и любить Бога, а дьявола избегать и ненавидеть? Разве Бог не само добро, а дьявол не само зло? Есть ли хоть кто-нибудь в мире, кто обладает религией и не знает этого? Признавать и любить Бога не значит ли делать добро, потому что оно Божье и от Бога, а избегать и ненавидеть дьявола - не значит ли не делать зла, потому что оно дьявольское и от дьявола? Или, если изложить это по-другому, разве ваша вера в действии, которую вы называете той верой, что полностью оправдывает и спасает, или, другими словами, ваше оправдание одной верой, учит вас делать какое-нибудь доброе дело, потому что оно Божье и от Бога, или избегать какого-нибудь зла, потому что оно дьявольское и от дьявола? Ничуть нет, поскольку вы полагаете, что ни в том, ни в другом спасения нет. Что такое ваша вера в покое, которую вы называете той верой, что идет дальше и приводит к совершенству, как не то же самое, что и вера в действии? Как же можно ее совершенствовать, если вы исключаете всякое добро, которое делает человек как бы от себя, говоря в своих тайных учениях: "Как может спастись хоть кто-нибудь каким-то добром, сделанным им самим, когда спасение - это свободный дар?" Или: "Что доброе может сделать человек, иначе как с целью заслуги, при том, что заслуги Христа совершенно достаточно? Поэтому делать добро для достижения спасения означало бы приписывать себе то, что принадлежит одному Христу, а также надеяться оправдать и спасти себя самому". Или: "Как может кто-то делать доброе дело, когда Святой Дух выполняет все без всякой помощи человека? Какой толк тогда от какого-то добра от человека сверх того, если все добро от человека по сути своей - вовсе не добро?"

(6) Есть еще много других вопросов; так это и есть ваши тайны? Но на мой взгляд, это только игра слов да уловки, придуманные, чтобы избавиться от добрых дел, добрых дел милосердия, и таким образом надежно утвердить ваше учение об одной вере. И делая это, вы считаете человека относительно веры, и вообще, относительно всего духовного, деревянным чурбаном, или неживой статуей, а не человеческим существом, созданным по образу Бога, которому дана и дается постоянно способность разуметь и желать, верить и любить, говорить и действовать, точно так же, как если бы он это делал сам по себе, в особенности в делах духовных, поскольку именно они делают человека человеком. Если бы человеку не надо было думать и действовать в духовной области как бы самому по себе, к чему было бы тогда Слово? К чему были бы церковь и религия? И к чему богослужение? Вы знаете, что делать добро ближнему от любви - это милосердие; но вы не знаете, что такое милосердие. А между тем это душа и сущность веры. И поскольку милосердие служит и тем и другим, то как же может вера, оторванная от милосердия, не быть мертвой? Мертвая вера - это не что иное, как привидение. Я назвал ее привидением, потому что Иаков (2:17) называет веру без добрых дел не только мертвой, но и дьявольской".

(7) Тут один из руководителей, слыша, что его веру называют мертвой, дьявольской, да еще привидением, так разъярился, что сорвал митру со свое головы и бросил ее на стол со словами: "Я не надену ее до тех пор, пока не отомщу врагам веры нашей церкви". И качая головой, забормотал: "Ох уж этот Иаков! Ну Иаков!" На митре спереди была табличка, на которой было выгравировано: "Одна вера спасает". И вдруг, вырастая из земли, появилось чудовище с семью головами, с ногами медведя, телом леопарда и пастью льва, точно как чудовище, описанное в Откровении (13:1,2), изображению которого поклонялись (13:14,15). Это привидение взяло митру со стола, разорвало ее нижний край на части, и надело их на свои семь голов. При этом земля разверзлась у него под ногами, и оно провалилось вниз. При виде этого руководитель вскричал: "В атаку! В атаку!" На этом мы покинули его, и нашему взору открылись ступени, по которым мы и поднялись; вот так мы возвратились назад на землю, под небеса, где мы были раньше".

Вот какую историю рассказал мне дух, который с сотней собратьев поднялся с нижней земли.

390. Шестой опыт.

Я услышал с северной стороны духовного мила нечто похожее по звучанию на водопад. Я пошел в том направлении, и когда я подошел ближе, звук прекратился, и послышался гомон, как от большого сборища. Затем я увидел здание со множеством отверстий, окруженное стеной, которое и было источником того гомона, что я слышал. Я поднялся, и спросил у привратника, стоявшего там, что за люди здесь находятся. Он сказал, что это мудрейшие из мудрых обсуждают вопросы сверхъестественного. Он сказал так по своей простой вере.

"Нельзя ли мне войти?"

"Да, - сказал он, - но ты не должен ничего говорить. Мне разрешено пускать язычников постоять со мной у дверей".

Я вошел, и обнаружил арену с помостом посреди нее, и группу так называемых мудрецов, обсуждавших таинства их веры. В этот момент обсуждаемым предметом или утверждением было: является ли то добро, которое человек делает в состоянии оправдания верой, или в его дальнейшем развитии, когда оно совершилось, религиозным добром, или нет. Они единодушно признали религиозным добром то добро, которое способствует спасению.

(2) Прения были свирепыми; но преобладала точка зрения тех, кто говорил, что добрые дела, которые человек делает в состоянии веры, или при ее развитии, представляют собой лишь нравственное добро, способствующее только мирскому преуспеванию, и ничего не дающее для его спасения. Только вера может способствовать этому. В доказательство тому они приводили следующее: "Как может добро, зависящее от воли человека, соединяться со свободным даром? Разве спасение не свободный дар? Как можно соединять какое бы то ни было добро, исходящее от человека, с заслугой Христа? Разве не одна только она является средством спасения? И как можно уподобить то, что делает человек, тому, что делает Святой Дух? Разве не делает Святой Дух все без всякой помощи человека? Ведь все это - единственно действенные средства спасения в осуществлении оправдания одной верой, и все эти три средства спасения остаются в состоянии веры и его развитии, не так ли? Таким образом, какое-либо еще добро, сверх того делаемое человеком, ни в коем случае нельзя называть религиозным добром, то есть, как было сказано, добром, способствующим спасению. А если кто делает это для того, чтобы спастись, то, поскольку воля человека замешана в этом, а она неизбежно смотрит на это, как на заслуживающее награды, дела эти скорее нужно назвать религиозным злом".

(3) В преддверии, рядом с привратником, стояли двое язычников, которые тоже слушали эту речь. Один сказал другому: "У этих людей нет религии. Всякий может видеть, что делать добро ближнему ради Бога, то есть с Богом и от Бога, - вот что называется религией". "Их вера, - сказал второй, свела их с ума". При этом они спросили у привратника, кто они такие. "Христианские мудрецы", - ответил привратник. "Чепуха, - сказали они, - ты лжешь. Если судить по их речам, так они - комедианты".

С тем я удалился. То, что я пришел в то здание, и что в тот момент они обсуждали эту тему, и что я описал случившееся, - все это - следствие Божественного руководства Господа.

391. Седьмой опыт.

В результате бесед в духовном мире со многими мирянами и многими духовниками, мне стало известно, что в настоящее время в Христианском мире имеет место опустошенность относительно истин и богословская нищета. Среди его духовенства такой духовный голод, что они едва ли знают хоть что-нибудь, кроме существования Троицы - Отца, Сына и Святого Духа, и того, что одна только вера спасает. О Господе Христе они знают лишь те исторические факты, которые рассказываются о Нем в Евангелиях. При том остальное, чему учат оба Завета, а именно, что Он в Отце, и Отец в Нем, что у Него вся власть на небесах и на земле, что воля Отца, чтобы люди верили в Сына, и что тот, кто верит в Него имеет жизнь вечную, и многое другое - все это им так же неизвестно и далеко от них, как то, что лежит на дне океана, или, скорее, в центре Земли. Когда эти утверждения извлекаются из Слова и читаются, они стоят и как будто слушают, однако не слышат ничего. Слова проникают в их уши не глубже, чем дыхание ветра или бой барабана. Те ангелы, которых Господь время от времени посылает навестить Христианские общества мира духов, то есть, поднебесной, горестно жалуются. Они говорят, что их глупость, а значит и тьма, в которой они продвигаются в духовных делах, таковы, что слушать их - почти то же самое, что слушать попугая. Даже их ученые говорят, что в духовных предметах, и в том, что относится к Богу, статуи - и те соображают больше них.

(2) Один ангел как-то рассказал мне о своем разговоре с двумя духовными лицами, из которых у одного была вера, отделенная от милосердия, а у другого - не отделенная. С тем, чья вера была отделена от милосердия, разговор был таким.

"Друг мой, кто ты?" "Я - Христианин Реформированной церкви", - ответил он. "Каково твое учение, а значит и религия?" "Вера", - ответил он. "В чем твоя вера?" - спросил ангел. "Моя вера в том, - сказал он, - что Бог Отец послал Сына принять на Себя проклятие рода человеческого, и посредством этого мы спасены" Тогда он спросил его: "Что еще ты знаешь о спасении?" Он ответил, что спасение достигается одной верой. Далее он спросил: "Что ты знаешь об искуплении?" Тот ответил, что оно было совершено страданием на кресте, и что заслуга Христа вменяется посредством этой же веры. Далее: "Что ты знаешь о возрождении?" Он ответил, что это следствие той же веры. "Скажи, что ты знаешь о любви и милосердии?" Он ответил, что они - то же самое, что и та вера. "Расскажи мне, что ты думаешь о Десяти Заповедях и обо всем остальном Слове?" Он ответил, что все это содержится в той же вере. Тогда ангел спросил: "Так ты ничего не станешь делать?" "Что же я могу делать? - ответил он. - Я не могу сам по себе делать ничего доброго, что было бы добром". "Можешь ли ты, - спросил он, - иметь веру сам по себе?" "Я не интересуюсь этим, - ответил он, - у меня будет вера". Наконец ангел сказал: "Знаешь ли ты вообще хоть что-нибудь еще о спасении?" "Что же еще, - ответил он, - если спасение происходит только с помощью той же веры?" Ангел сказал тогда: "Твои ответы звучат так, будто кто-то играет на флейте на одной ноте; я ничего не слышу, кроме веры. Если ты знаешь одну ее, и ничего другого, то ты ничего не знаешь. Иди отсюда, поищи себе собратьев". Он ушел прочь, и набрел на них в пустыне, где не было даже травы. Он спросил, почему. Ему ответили, что это из-за того, что у них нет церкви.

(3) Разговор ангела с тем, чья вера была соединена с милосердием, состоял в следующем: "Друг мой, кто ты?" "Я - Христианин Реформированной церкви", - ответил он. "Каково твое учение, а значит и твоя религия?" "Вера и милосердие", - ответил он. "Это два разных предмета", - сказал ангел. "Их нельзя разделять", - ответил он. "В чем состоит вера?" "В том, чтобы верить тому, о чем учит Слово", - ответил он. "В чем состоит милосердие?" "В том, чтобы делать то, чему учит Слово". "Ты только верил в это, или и поступал так же?" "Я так и поступал", - ответил он. Ангел небесный взглянул на него и сказал: "Друг мой, пойдем со мной, живи с нами".

Глава7. [ЯО1]Милосердие, или любовь к ближнему, и добрые дела.

392. За главой о вере следует глава о милосердии, потому что вера и милосердие связаны, как истина и благо; последние же связаны, как свет и тепло весной. Такое уподобление приведено здесь, поскольку духовный свет, тот свет, что излучается солнцем духовного мира, является в своей сути истиной, поэтому, где бы ни встречалась в том мире истина, она сияет с великолепием, соразмерным ее чистоте. Духовное тепло, также излучаемое тем солнцем, является по сущности благом. Все это изложено здесь потому, что милосердие с верой состоят между собой в тех же отношениях, что и благо с истиной; милосердие же есть все добро в совокупности, которое человек делает своему ближнему, а вера - вся истина в совокупности, которую человек мыслит о Боге и о том, что Ему принадлежит.

Затем, поскольку истина веры - это духовный свет, а благо милосердия духовное тепло, следовательно, они состоят в тех же отношениях, что и два явления природного мира, наделенные теми же именами. То есть, когда они объединены, все на земле расцветает, и точно так же все расцветает в человеческом духе, когда объединены милосердие и вера, с единственной разницей, что на земле это цветение вызвано природным теплом и светом, тогда как в человеческом духе оно вызвано духовным теплом и светом. Такое цветение, будучи духовным, представляет собой мудрость и ум. Кроме того, между теми и другими есть соответствие, и поэтому тот человеческий дух, в котором милосердие соединено с верой, а вера с - милосердием, уподобляется в Слове саду; таково же значение Эдемского Сада, что полностью разъясняется в книге "Небесные тайны" (изданной в Лондоне).

Далее, необходимо знать, что если за обсуждением веры не будет обсуждения милосердия, невозможно понять, что такое вера, поскольку, как утверждалось и доказывалось в предыдущей главе, вера без милосердия - не вера, и милосердие без веры - не милосердие, а жизнь им обоим дает один Господь (355-361). Было показано также, что Господь, милосердие и вера составляют одно, точно так же, как жизнь, воля и разум; и если их разделить, то каждое в отдельности разрушается, как жемчужина, которая крошится в пыль (362-367). Кроме того, милосердие и вера вместе присутствуют в добрых делах (373 сл.).

393. Что веру и милосердие нельзя разделять, чтобы иметь духовную жизнь и спастись, - это незыблемая истина. Это нечто такое, что доступно восприятию разума любого человека, даже если он не отшлифован пудами и тоннами15 образованности. Найдется ли кто-нибудь, кого бы некое внутреннее постижение не привело к тому, чтобы видеть и воспринимать умом это понятие, если он услышит, как кто-то говорит, что человек, живущий доброй жизнью и придерживающийся правильных убеждений, спасен? И найдется ли кто-нибудь, чей разум не отбрасывает, как соринку, попавшую в глаз, утверждение, что человек спасается, также и если он держался правильных убеждений, но не жил при этом доброй жизнью? Ведь тогда его внутреннее постижение наведет его на мысль: как же можно иметь правильные убеждения, не ведя доброго образа жизни? И чем тогда будут убеждения, если не живописным изображением веры, вместо ее живого облика. Подобно тому, если кому-либо скажут, что живущий доброй жизнью спасается, даже если не верит, то разве разум его не увидит, не воспримет и не осознает, когда он поразмыслит хорошенько и разберет это своим умом, что это утверждение бессвязно, поскольку добрый образ жизни исходит от Бога? Ибо все добро, если это по сущности добро, исходит от Бога. Так что добрый образ жизни без веры - все равно, что глина в руках гончара, которую можно превратить лишь в природный сосуд, но не в тот, что пригоден для духовного царства.

Кроме того, кто же не видит, что в следующих двух утверждениях есть противоречие: первое, что тот спасается, кто верит, но не ведет доброй жизни, и второе, что тот спасается, кто ведет добрую жизнь, но не верит? Так вот, раз в настоящее время это известно, однако неизвестно, что значит вести добрую жизнь, то есть, известно, что такое добрый образ жизни на природном уровне, но неизвестно, что это такое на духовном уровне, то поскольку дело касается милосердия, необходимо это обсудить. Так и сделаем, разделив при этом вопрос на несколько утверждений.

XXIII Есть три общих вида любви: небесная любовь, мирская любовь и любовь к себе.

394. Эти три любви составляют самую суть, поскольку они наиболее общие и служат основанием всем другим, и поскольку милосердие имеет нечто общее с каждой из них. Небесная любовь означает любовь к Господу, а также любовь к ближнему, а поскольку каждая из них имеет целью определенное служение, то такую любовь можно назвать любовью к служению. Мирская любовь - это не только любовь к богатству и собственности, но и любовь ко всему, что дает мир для удовольствий телесных чувств; например, красота, которая чарует глаза, гармония, которая чарует уши, аромат, который чарует нос, лакомства, пленяющие язык, ласковые прикосновения, завораживающие кожу, не говоря уже об изысканной одежде, уютных домах, пирушках, и всех удовольствиях, приносимых этими и многими другими вещами. Любовь к себе это не только любовь к почету, славе, известности и высокому положению, но и любовь к заслуживанию или добыванию должностей, и таким образом, превосходства над другими. Милосердие имеет нечто общее с каждым из этих трех видов любви по той причине, что милосердие, рассмотренное по существу, есть любовь быть полезным. Милосердие хочет делать добро ближнему (а добро и есть польза); и каждый из перечисленных видов любви имеет пользу своей целью: небесная любовь - духовную пользу, любовь к миру - природную пользу, которую можно назвать гражданской, а любовь к себе телесную пользу, которую можно также назвать семейной, для себя и своих.

395. В следующем разделе (403-405) я докажу, что каждый от создания, и потому от рождения наделен этими тремя видами любви; и когда они приведены в надлежащий порядок, они совершенствуют человека, когда же нет - портят его. Сейчас же, наверное, достаточно заметить, что эти три вида любви приведены в надлежащий порядок тогда, когда небесная любовь образует голову, мирская любовь - грудь и живот, а любовь к себе - ноги и подошвы ног. Человеческий дух делится на три уровня, как я уже не раз говорил; на высшем уровне человек смотрит на Бога, на втором, или среднем уровне - на мир, а на третьем, или нижнем уровне - на себя. И поскольку дух таков, его можно возвысить, или он может подняться, смотря на Бога и небеса; его можно распространять, или он может простираться, во все стороны, смотря на мир и природу в нем; и он может пасть, или опуститься, смотря на землю и на ад. В этом отношении зрение тела копирует зрение духа, ведь оно тоже может быть обращено вверх, по сторонам и вниз.

Человеческий дух подобен дому из трех этажей, сообщающихся лестницами. На верхнем этаже живут ангелы с небес, на среднем этаже - люди в мире, а на нижнем этаже - злые гении. Если у человека эти три вида любви приведены в надлежащий порядок, то он может, по желанию, подниматься и спускаться. Когда он взбирается на верхний этаж, то он с ангелами, как один из них; когда он спускается оттуда на средний этаж, он находится среди людей, как человек-ангел; если же он спускается еще ниже, то среди злых гениев16 он становится подобен человеку в мире, наставляя, укоряя и смиряя их.

Когда эти три вида любви у человека приведены в надлежащий порядок, они располагаются по отношению друг к другу так, что высшая любовь, то есть небесная, находится внутри второй, мирской любви, а посредством нее внутри третьей, или низшей, то есть любви к себе. Та любовь, что находится внутри, полностью управляет той, что снаружи. Так что если любовь небесная - внутри мирской любви, и посредством нее - внутри любви к себе, то человек ведом Богом небес в тех видах служения, которые он исполняет на каждом из этих уровней. Эти три любви действуют, как воля, разум и деятельность. Воля действует по разуму, и в нем отыскивает себе средства, позволяющие ей осуществлять деятельность. Однако на эту тему будет сказано больше в следующем разделе, где будет показано, что эти три вида любви, если они в должном порядке, совершенствуют человека, а если нет - портят его и переворачивают с ног на голову.

396. Тем не менее, чтобы пролить свет разума на сказанное далее в этой главе и в следующих главах о свободе воли, преобразовании и возрождении, и т. д., и сделать все это более ясным, необходимы кое-какие предварительные замечания в отношении воли и разума, блага и истины, любви вообще, любви мирской и любви к себе в частности, внешнего и внутреннего человека, и чисто природного и чувственного человека. Такое откровение необходимо для того, чтобы у человека рассудительного не возникло склонности воспринимать более отдаленные выводы скрытыми, словно за дымкой, как если бы их окутал туман, наполнивший улицы города так, что не знаешь уже, как пройти домой. Ибо какая же польза от богословия без разумения? Если при чтении Слова не просвещается разум, то в этом не больше пользы, чем в том, чтобы взять в руки светильник, лампы которого не горят, как у тех пяти глупых дев, у которых не было масла, не так ли? Итак, я рассмотрю все темы по очереди.

397.17

(i) Воля и разум.

1. Человек обладает двумя способностями, составляющими его жизнь, одна из которых называется волей, а другая - разумом. Они различны, но созданы быть одним целым, и когда они - одно целое, они называются умом. Таким образом, из них состоит ум человека, в котором вся его жизнь в своих началах, и это тот источник, благодаря которому она присутствует в теле.

2. Как все во вселенной имеет отношение к благу и истине, если находится в должном порядке, точно так же и в человеке все имеет отношение к его воле и разуму, поскольку благо в человеке связано с волей, а истина - с разумом. Ибо эти две способности, две половинки его жизни, служат приемниками и субъектами для воздействия блага и истины. Воля - это приемник всего, что относится к благу, и субъект для его воздействия; а разум - это приемник всего, что относится к истине, и субъект для ее воздействия. В человеке нет ничего другого для различных видов блага и истины; а раз нет в человеке ничего другого для них, то нет в нем ничего другого и для любви и веры, ведь любовь принадлежит благу, а благо любви, вера же принадлежит истине, а истина - вере.

3. Воля и разум составляют также и душу человека. Ибо именно в ней обитают его мудрость и ум, а также его любовь и милосердие, и вообще, это место, где располагается его жизнь. Тело - это лишь послушный слуга.

4. Нет ничего важнее, чем знать, каким образом воля и разум составляют один дух. А именно, что тем же способом, как и благо с истиной образуют единое целое, ибо между волей и разумом существует тесная связь, такая же, как между благом и истиной. Сведения, которые будут сейчас приведены о благе и истине, помогут выяснить, какого рода эта связь; а именно, что как благо есть самое существо вещи, а истина есть осуществление в виде результата, точно так же и в человеке воля его есть самое существо его жизни, а разум - осуществление его жизни в виде результата. Ибо добро, принадлежащее воле, облекается формой в разуме и становится видимым.

398.

(ii) Благо и истина.

1. Все во вселенной, устроенное в соответствии с Божьим порядком, имеет отношение к благу и истине. Нет ничего такого ни в небесах, ни в мире, что бы не имело отношения к этим двум вещам. Причина в том, что как благо, так и истина, являются всему источниками, исходя от Бога.

2. Из этого становится ясно, что необходимо знать, что же такое благо и истина, как они друг к другу относятся, и как они между собой связаны; и в первую очередь это необходимо знать тому, кто принадлежит к церкви. Ибо, как все имеет отношение к благу и истине в небесах, точно так же и в церкви, потому что истина и благо небес являются также истиной и благом церкви.

3. Божественный порядок требует, чтобы благо и истина были соединены, а не разделены, и потому представляли собой одно целое, а не две вещи. Ибо соединенными они исходят от Бога, и в небесах они соединены, значит и в церкви они должны быть соединены. Соединение блага и истины на небесах называется небесным супружеством, поскольку все, что там есть, находится в таком супружестве. Вот почему в Слове небеса сравниваются с супружеством, а Господь называется женихом и мужем, небеса же - невестой и женой; подобным же образом описывается и церковь. Небеса и церковь называются так по той причине, что те, кто в них, приемлют Божественное благо в истинах.

4. Все разумение, которое есть у ангелов, и вся мудрость происходят от этого супружества, и ничего - от блага, отделенного от истины, или от истины, отделенной от блага. У людей, принадлежащих к церкви - то же самое.

5. Раз соединение блага и истины напоминает супружество, то ясно, что благо любит истину, а истина, в свою очередь, любит благо, так что они желают соединения друг с другом. Тот в церкви, у которого недостает такой любви и такого желания, не состоит в небесном супружестве; потому в нем еще на самом деле нет церкви, поскольку церковь образуется соединением блага и истины.

6. Есть много видов блага; в общем же можно говорить о духовном благе и природном благе, которые вместе соединены в истинном нравственном добре. Каковы виды блага, таковы и виды истины, потому что истины принадлежат благу и являются формой блага.

7. Зло и ложь подобны благу и истине, однако противоположны им. Таким образом, как все во вселенной, что сообразно с Божественным порядком, относится к благу и истине, точно так же все, что противно Божественному порядку, относится ко злу и лжи. Соответственно, как благо любит соединяться с истиной, так и зло любит соединяться с ложью, а ложь - со злом. И опять-таки, как вся разумность и мудрость рождается от соединения блага с истиной, так и все безумие и безрассудство рождается от соединения зла и лжи. Соединение зла и лжи, рассмотренное внутренне, оказывается не супружеством, а прелюбодеянием.

8. Из того, что зло и ложь есть противоположности блага и истины, ясно, что ни истину нельзя соединить со злом, ни благо с ложью от зла. Если же все-таки истину соединяют со злом, то она перестает быть истиной, потому что искажается; и если благо соединяют с ложью от зла, то оно перестает быть благом, потому что извращается. Но ложь, которая не от зла, может соединяться с благом.

9. Никто из тех, кто по убеждению или по образу жизни находится в состоянии зла или лжи, происходящей от него, не может знать, что такое благо и истина, так как он свое зло считает за благо, и думает, что его ложь, от этого зла происходящая и есть истина. Но каждый, кто по убеждению или по образу жизни находится в состоянии блага и истины, от него происходящей, может знать, что такое зло и ложь. Это потому, что все благо, и вся истина, ему принадлежащая, в сущности своей - небесны, а все зло, и вся ложь, которая от него происходит, в сущности своей - адски; все же небесное находится в свете, тогда как все адское - во тьме.

399.

(iii) Любовь вообще.

1. На самом деле, жизнь человека - это его любовь, и природа его любви определяет природу его жизни, а в действительности и человека в целом. Однако любовь, которая образует человека, - это господствующая, или преобладающая, любовь. Эта любовь имеет все множество производных от нее видов любви в своем подчинении. Они выглядят разными, но каждый из этих видов присутствует в преобладающей любви и вместе с ней составляет одно царство. Господствующая любовь является, так сказать, их царем, или главой; она управляет ими, и используя их, как промежуточные цели, держит в поле зрения и преследует свою собственную цель, первичную и конечную цель, причем как прямо, так и косвенно.

2. Господствующая любовь - это то, что любят превыше всего, и в этом ее отличительная особенность. То, что человек любит превыше всего, постоянно у него на уме, поскольку это - у него в воле, и составляет самую суть его жизни. Например, каждый, кто любит богатства превыше всего, будь то деньги или имущество, постоянно обдумывает, как приобрести состояние; в приобретении его он находит наибольшее удовольствие, наибольшее горе - при потере его, ибо в нем - его сердце. У каждого, кто любит превыше всего себя, на уме каждую секунду - он сам; он думает о себе, говорит о себе, делает все для собственного превосходства, ибо его жизнь - это жизнь его самости.

3. Цель человека - то, что он любит превыше всего; именно это у него перед глазами во всякой частности. Находясь в его воле, она, как невидимое течение реки, отвлекает и уносит его даже тогда, когда он занят чем-то другим; ибо именно это им движет. Нечто такое и ищет один человек в другом, и, найдя, пользуется этим либо чтобы руководить им, либо чтобы действовать с ним заодно.

4. Человек в точности таков, какова господствующая черта его жизни; это то, что отличает его от других, и определяет его небеса, если он добр, и его ад, если он зол. Это - его настоящая воля, его самость (proprium) и его природа, ибо это - самое существо его жизни. После смерти его уже не изменить, потому что оно есть сам человек.

5. У каждого чувство удовольствия, блаженства и счастья происходит от его господствующей любви, и зависит от нее. Ведь приятным зовут то, что любят, потому что в этом находят удовольствие. Хотя человек и может назвать приятным что-то из того, о чем он думает без любви, но это не удовольствие его жизни. Удовольствие любви - это то, что считают за благо, а неприятное считают за зло.

6. Есть две любви, из которых, как из своих источников, возникают все виды блага и истины; и есть две любви, которые служат источниками всего зла и лжи. Две любви, что служат источниками всех видов добра и истины, это любовь к Господу и любовь к ближнему. А две любви, что служат источниками всякого зла и лжи, - это любовь к себе и мирская любовь. Если две последние господствуют, то они представляют собой точную противоположность двум первым.

7. Эти две любви, то есть, как было сказано, любовь к Господу и любовь к ближнему, создают в человеке небеса, так как они господствуют на небесах. А поскольку они создают небеса, то благодаря ним у человека образуется церковь. Те две любви, которые являются источниками всякого зла и лжи, а именно, как было сказано, любовь к себе и мирская любовь, создают в человеке ад, ибо в аду они господствуют. Следовательно, они также разрушают у человека церковь.

8. Те две любви, которые служат источниками всякого рода добра и истины, то есть, как было выяснено, небесные, открывают и образуют внутреннего духовного человека, потому что в нем их жилище. А те две любви, которые служат источником всякого зла и лжи, то есть, как было выяснено, адские, если господствуют, то закрывают и истребляют внутреннего духовного человека, от чего человек становится природным и чувственным соразмерно степени и природе их господства.

400.

(iv) Любовь к себе и мирская любовь в частности.

1. Любить себя - значит желать добра себе одному, а не другим, разве только ради себя самого, и поэтому ни церкви, ни своей стране, ни какому-либо человеческому обществу или своим согражданам. Сюда же относятся добрые дела, сделанные для них ради собственной репутации, почета и славы. Если такой человек не видит никаких выгод в добрых делах для них, то он про себя скажет: "А к чему все это? Зачем мне делать это, что мне с этого будет?" И не станет больше делать ничего. Отсюда ясно, что тот, кто в состоянии любви к себе, не любит ни церковь, ни свою страну или общество, ни сограждан, ни чего-либо действительно доброго, а только себя и то, что его собственное.

2. Человек в состоянии любви к себе, когда в своих мыслях и делах он не уделяет внимания своему ближнему, а значит и обществу, а Господу и того меньше, но одному только себе и своим людям; и, следовательно, когда он делает все ради себя или ради своих. Если он и делает что-то ради общества, то только напоказ; и если делает это для ближнего, то только чтобы завоевать его расположение.

3. Мы говорим: для себя и своих людей, потому что человек, любящий себя, любит и своих тоже. К ним относятся, в частности, его дети и внуки, а вообще говоря, все действующие с ним заодно, которых он и называет своими. Любить кого-либо из них - это тоже, что любить себя, ибо на них он смотрит, так сказать, как на себя, и видит себя в них. В число людей, которых он зовет своими, входят также и те, кто восхваляет, чтит и уважает его. Всех других людей он может рассматривать как людей своими физическими глазами, однако, для глаз его духа они едва ли более чем призраки.

4. Человек в состоянии любви к себе, когда он по сравнению с самим собой ни во что не ставит ближнего, обращаясь с ним, как с врагом, если тот не принимает его сторону, не почитает и не уважает его. Он еще более в состоянии любви к себе, если за это он ненавидит ближнего и преследует его; и более того, если он загорается жаждой мести за это и стремится погубить его. Такие люди кончают тем, что любят жестокость.

5. Что такое любовь к себе, можно также показать в сравнении с небесной любовью. Небесная любовь - это любовь исполнять службы ради них самих, то есть, любовь к тем добрым делам, которые человек делает для церкви, своей страны, своих соседей и сограждан, ради самих добрых дел. Напротив, тот, кто любит их ради себя самого, любит их только как будто они его слуги, поскольку они полезны ему. Из этого следует, что человек в состоянии любви к себе хочет, чтобы церковь, его страна, общества, в которые он входит, и его сограждане были в первую очередь полезны ему, а не он им; таким образом, он ставит себя над ними, а их ниже себя.

6. Далее, насколько кто обладает небесной любовью, то есть, любит разные виды служения и добрые дела, и бывает сердечно рад, когда исполняет их, настолько его ведет Господь, потому что это - любовь Господа, и любовь, исходящая от Него. С другой стороны, насколько кто любит себя, настолько он сам ведет себя, и настолько он ведется самостью (proprium). Самость человека неизбежно зла, ведь она представляет собой наследственное зло, то есть любовь к себе, больше, чем к Богу, а к миру - больше, чем к небесам.

7. Еще одна отличительная особенность любви к себе в том, что, насколько ослаблены сдерживающие ее ограничения, то есть, насколько сняты внешние оковы: боязнь закона и судебного взыскания, боязнь потерять доброе имя, честь, доход, должность и жизнь, - настолько далеко она рвется без оглядки, до того даже, что хочет править не только над миром, но и над небесами, да что там, над Самим Богом! Нигде нет для нее конца или предела. Такое желание скрывается незримо в каждом, кто находится в состоянии любви к себе, хоть это и не очевидно миру, поскольку его удерживают упомянутые ограничения и оковы; и каждый человек такого нрава, встречаясь с какой-то невозможностью, попросту останавливается перед ней до тех пор, пока не представится возможность. Вследствие всего этого человек в таком состоянии не подозревает о том, что в нем скрываются такие бешеные, неуемные стремления. Однако же истинность этого очевидна каждому на примере диктаторов и царей, которые не встречают всех этих ограничений, оков и невозможностей. Они устремляются покорять земли и царства, насколько позволяет удача, и домогаются беспредельной власти и славы; тем более, если распространяют свое владычество и на небеса, приписывая себе все Божественное могущество Господа. Такие люди все время доискиваются большего.

8. Есть два вида власти: одна основана на любви к ближнему, другая - на любви к себе. Эти два вида власти противоположны. Тот, кто обладает властью вследствие любви к ближнему, желает добра всем, и ничего не любит так, как приносить пользу, или быть другим в помощь. (Быть другим в помощь - значит делать добро другим из желания им добра, и приносить пользу.) В этом - его любовь, и в этом - услада его сердца. Кроме того, по мере повышения в должности, он радуется, но не должности своей, а той пользе, которую теперь он в состоянии приносить лучше и в большем количестве случаев. Такова власть на небесах. Напротив, тот, кто обладает властью вследствие любви к себе, никому не желает добра, кроме себя и своих людей. Службы, которые он исполняет, нужны для его собственных почета и славы, ибо только их он и признает за пользу. Он оказывает услуги другим, только чтобы служили ему, чтобы его чтили и наделяли властью. Он добивается высоких постов не для того, чтобы иметь возможность делать добро, а чтобы занимать руководящее положение, и быть в большом почете, доставляя таким образом удовольствие своему сердцу.

9. Любовь к власти остается с каждым после жизни в мире; причем тем, кто обладал властью из любви к ближнему, доверяется власть и на небесах, но тогда уже не они, а службы и добрые дела, которые они любят, обладают властью. Когда службы и дела обладают властью, тогда Господь обладает ею. Тех же, кто обладал властью в мире из любви к себе, когда заканчивается их жизнь в мире, смещают и отдают в рабство.

Вот признаки, по которым можно узнать тех, кто в состоянии любви к себе. Нет никакой разницы, как они выглядят внешне, надменны они, или смиренны. Ибо все те вещи располагаются во внутреннем человеке, а большинство людей скрывают внутреннего, внешнего же обучают принимать вид любви к людям и к ближнему, чувствуя на самом деле противоположное. Они делают это для своей выгоды, потому что знают, что любовь к людям и к ближнему внутренне располагает к ним всех, так что их больше ценят. Причина же такого расположения людей кроется в том влиянии, которое оказывают небеса на эту любовь.

10. Зло, встречающееся у тех, кто в состоянии любви к себе, представляет собой в основном неуважение к другим, зависть, недружелюбность по отношению к тем, кто с ними не заодно, возникающие отсюда проявления враждебности, различные виды ненависти, мстительность, обман, коварство, бессердечность и жестокость. А где все это зло, там и презрение к Богу и Божьему, к истинам и благам церкви. Если же ко всему этому и проявляется внимание с их стороны, то это лишь пустая видимость, а не веление сердца. Поскольку из этой любви возникает зло такого рода, то и подобная ему ложь сопутствует ему, потому что ложь происходит от зла.

11. Мирская же любовь состоит в том, чтобы желать любыми средствами стяжать себе чужое состояние, души не чаять в богатствах и позволять мирским соображениям уводить и отвращать себя от духовной любви, то есть от любви к ближнему, а значит, от небесного начала. Любят мир те, кто стремится стяжать чужое добро себе различными способами, в особенности те, кто делает это с помощью коварства и обмана, ничуть не заботясь о благе ближнего. Те, кто во власти этой любви, зарятся на чужое добро, и лишают людей их добра, насколько их не пугает потеря доброго имени в поиске наживы, точнее сказать, обирают их.

12. Но мирская любовь не так резко противоположна небесной любви, как любовь к себе, потому что в ней не кроется такое великое зло.

13. Мирская любовь имеет множество форм. Она включает любовь к богатству, как средству снискания почестей; любовь к почестям и отличиям, как средствам приобретения богатства; любовь к богатству ради достижения различных целей, приносящих мирские удовольствия; любовь к богатству ради одного богатства (то есть любовь скупца), и так далее. Цель, ради которой желают богатства, называется его употреблением; эта цель, или употребление, и придает любви ее качества, ведь качества любви определяются тем замыслом, ради которого желают ее предмета - все остальное служит лишь средствами.

14. Одним словом, любовь к себе и любовь к миру полностью противоположны любви к Господу и любви к ближнему. Любовь к себе и любовь к миру, описанные здесь, являются поэтому адскими видами любви; они господствуют в аду, и из-за них ад существует в человеке. Напротив, любовь к Господу и любовь к ближнему - небесные; они господствуют на небесах, и благодаря ним в человеке существуют небеса.

401.

(v) Внутренний человек и внешний человек.

1. Человек создан быть одновременно в духовном и природном мирах. Духовный мир - это жилище ангелов, природный - людей. Поскольку человек был так создан, он был наделен внутренним и внешним, внутренним, чтобы ему быть в духовном мире, внешним, чтобы ему быть в природном. Его внутреннее - это то, что называется внутренним человеком, а внешнее - то, что называется внешним человеком.

2. У каждого есть внутреннее и внешнее, однако разное у добрых и злых. У добрых их внутреннее - на небесах и в их свете, внешнее - в мире и его свете. У добрых свет мира усиливается светом небес, так что у них внутреннее и внешнее действуют как целое, как причина и следствие, или как предыдущее и последующее. А у злых их внутреннее - в аду и его свете, который по сравнению с небесным светом - густая тьма, хотя внешнее у них находится в таком же свете, как и у добрых. Таким образом, положение здесь обратное, и оно позволяет злым говорить и учить о вере, милосердии и Боге, не будучи к этому побуждаемы верой, милосердием и Богом, как добрые.

3. Духовным называется внутренний человек, потому что он находится в свете небес, то есть в духовном свете; природным человеком называется внешний человек, потому что он - в свете мира, то есть в природном свете. Если у человека его внутреннее находится в свете небес, а внешнее - в свете мира, то он духовен в обоих отношениях, потому что духовный свет, идущий изнутри, усиливает природный свет, делая его будто бы своим. Однако у злых все происходит наоборот.

4. Внутренний духовный человек, рассмотренный в сущности, есть небесный ангел; и живя в теле, он находится также в обществе ангелов, хоть и не знает об этом, и после кончины тела присоединяется к ним. У злого, напротив, внутренний человек - сатана, и живя в теле, он входит в сообщество с сатанами, и с кончиной тела присоединяется к ним.

5. Внутреннее духа у духовного человека на самом деле поднимается к небесам, ибо небеса - это его изначальная цель; у чисто природного внутреннее духа повернуто против небес и направлено к миру, ибо в нем его изначальная цель.

6. Тот, кто сохраняет лишь общее представление о внутреннем и внешнем человеке, думает, что внутренний человек - это тот, который думает и хочет, а внешний - который говорит и делает, раз мышление и желание - это внутреннее, а речь и действие - это внешнее. Однако необходимо знать, что когда человек мыслит или желает доброе относительно Господа и Господнего, а также мыслит и желает доброе относительно ближнего и принадлежащего ему, тогда его мышление и желание происходят от духовного внутреннего, потому что они являются результатом веры в истину и любви к добру. Но когда его мышление и желание относительно всего этого злы, тогда они происходят от адского внутреннего, потому что являются результатом веры в ложь и любви ко злу. Словом, насколько человек испытывает чувства любви к Господу и любви к ближнему, в той же степени он находится в духовном внутреннем, которое служит источником его желаний и мышления, а также его речи и действий. Но насколько человек испытывает чувства любви к себе и любви к миру, в той же степени его мышление и желания исходят из ада, несмотря на то, что он говорит и действует по-другому.

7. Господь предусмотрел и предопределил, чтобы, насколько человек дает вести свои мысли и желания небесам, настолько открывается и развивается его духовный человек. Открывается путь в небеса, приводящий к Господу, и его развитие сообразуется со всем небесным. С другой стороны, насколько человек дает вести свои мысли и желания не небесам, а миру, настолько, напротив, его внутренний духовный человек закрывается, а внешний открывается и развивается. Открывается путь в мир, и развитие его сообразуется со всем адским.

8. Те, у кого внутренний духовный человек открыт небесам и Господу, пользуются преимуществами небесного света и озарения от Господа, поэтому обладают разумением и мудростью. Они видят истину в свете истины и познают добро по своей любви к добру. Те, однако, у кого внутренний духовный человек закрыт, не знают, что такое внутренний человек, и не верят ни в Слово, ни в жизнь после смерти, ни во что бы то ни было, имеющее отношение к небесам и церкви. Поскольку они довольствуются только природным светом, они думают, что природа создала себя сама, а не сотворена Богом, и ложь видят истиной, а зло принимают за добро.

9. Внутреннее и внешнее, о которых я говорил, - это внутреннее и внешнее духа человека; его тело - это лишь крайне внешнее, внутри которого получает существование все остальное, ибо тело ничего не делает само по себе, а только благодаря духу в нем. Да будет известно, что дух человека, освободившись из тела, думает и хочет, говорит и действует, как и раньше. При этом мышление и желание - это его внутреннее, речь и действие - его внешнее.

402.

(vi) Чисто природный и чувственный человек.

Немногие знают, что подразумевает выражение "чувственный человек", или какого рода эти люди, а поскольку знать это важно, то необходимо описать их.

1. Термин "чувственный человек" применяется к тому, чье любое суждение основывается на телесных чувствах, и кто не верит ни во что, кроме того, что можно увидеть глазами и потрогать руками, считая только это настоящим и отвергая все остальное. Таким образом, чувственный человек - это низший уровень природного человека.

2. Внутреннее его ума, при помощи которого он мог бы видеть в свете небес, закрыто, отчего он не может видеть истины ни в чем, относящемся к небесам или церкви, поскольку он мыслит на крайне поверхностном уровне, без какого-либо внутреннего озарения духовным светом.

3. Пользуясь грубым светом природы, он внутренне противится всему, что имеет отношение к небесами или церкви, даже если внешне и высказывается в их пользу, и со страстью, если это нужно ему, чтобы добиться власти.

4. В рассуждениях чувственные люди тонки и умны, потому что их мысли так близки к речи, что, по существу, в ней и содержатся, так сказать, на языке; и еще потому, что, говоря, они считают, что весь ум основан на одной лишь памяти.

5. Некоторые из них могут доказать все, что им угодно, а то, что ложно, - с большим искусством; доказав же эти понятия, они верят в их истинность. Но их рассуждения и доказательства основываются на иллюзиях чувств, которые помогают привлекать внимание обычных людей и убеждать их.

6. Чувственные люди превосходят других хитростью и злонамеренностью.

7. Внутреннее их умов грязно и отвратительно, потому что оно соприкасается у них с адами.

8. В адах духи чувственны, и чем глубже ад, тем более они чувственны. Сфера, которая исходит от духов в аду, присоединяется сзади к чувственной способности человека.

9. Чувственные люди не могут видеть никакой подлинной истины в свете, но рассуждают и спорят на любые темы: так это или иначе. Эти споры слышны другим, как звук скрежета зубов; в надлежащем рассмотрении, это тот звук, который издают виды лжи при столкновении друг с другом, а также ложь при столкновении с истиной. Отсюда ясно, что имеется в виду под "скрежетом зубов" в Слове. Вот почему рассуждения, основанные на обманах чувств, соответствуют зубам.

10. Образованные и ученые люди, глубоко уверившиеся в ложных понятиях, более чувственны, чем остальные, тем более, если они противятся истинам Слова, хотя в глазах мира они и не кажутся таковыми. Ереси главным образом начинаются с людей чувственных.

11. Лицемеры, обманщики, любители удовольствий, прелюбодеи и скупцы по большей части чувственны.

12. Рассуждающие из одних только чувственных впечатлений и против подлинных истин Слова, а значит и церкви, назывались у древних змеями с дерева познания добра и зла. Поскольку чувственные впечатления подразумевают то, что воздействует на телесные чувства и постигается через них, следовательно:

13. Чувственными впечатлениями человек соприкасается с миром, а разумными понятиями, которые выше их уровня, - с небесами.

14. Чувственные впечатления дают нам то из природного мира, что может быть полезно для внутренних областей ума в духовном мире.

15. Есть чувственные впечатления, которые питают разум (это различные природные явления, известные как физика), а есть чувственные впечатления, которые питают волю (это наслаждения чувств и тела).

16. Если мышление не поднимается над уровнем чувственных впечатлений, мудрость человека крайне ограничена; мудрый человек мыслит на более высоком уровне, чем чувственные впечатления. Когда его мышление возносится над этим уровнем, он вступает во все более яркое освещение, и, в конце концов, в небесный свет. Вот так человек воспринимает истину, которая и есть настоящий ум.

17. Древние были хорошо знакомы с тем, как ум возносится над чувственными впечатлениями и отрывается от них.

18. Если чувственные впечатления находятся на последнем месте, то благодаря ним открывается путь разуму, и истины совершенствуются тем же способом, что и извлекаются. Но если чувственные впечатления занимают первое место, они приводят к закрытию этого пути, и человек может видеть истины лишь как бы в тумане или ночью.

19. У мудрого человека чувственные впечатления занимают последнее место, и подчинены более внутреннему; а у неразумного они занимают первое место и главенствуют. Эти-то люди и называются, строго говоря, чувственными.

20. Некоторые чувственные впечатления, которые есть у человека, есть и у животных, а некоторые - нет. В той степени, в которой человек мыслит выше уровня чувственных впечатлений, он истинно человек. Но никто не может мыслить выше этого уровня и видеть истины церкви, если не признает Бога и не живет в соответствии с Его заповедями. Ибо Бог поднимает уровень ума и озаряет его.

XXIV Когда те три вида любви должным образом подчинены друг другу, они совершенствуют человека; когда же нет - портят его и переворачивают его вверх ногами.

403. Сначала нужно сказать кое-что о том, как подчиняются одна другой три общих любви: небесная любовь, мирская любовь и любовь к себе, а затем о том, каким образом каждая из них размещается внутри другой и влияет на нее; и, наконец, как состояние человека зависит от этого подчинения. Эти три любви соотносятся, как три части тела; высшая часть - это голова, средняя - грудь и живот, третью же составляют колени, ноги и ступни. Когда любовь небесная образует голову, мирская любовь - грудь и живот, а любовь к себе - ноги и ступни, тогда человек находится в совершенном состоянии, для которого он и создан, потому что при этом две более низкие любви находятся в услужении у высшей, как тело со всеми своими частями находится в услужении у головы. Таким образом, когда небесная любовь образует голову, она влияет на мирскую любовь, которая представляет собой в основном любовь к богатству, и посредством богатства исполняет службы; а через мирскую любовь она опосредованно влияет на любовь к себе, которая представляет собой в основном любовь к высокому положению, и использует это положение для исполнения служб. Таким образом, влияние, оказываемое этими видами любви друг на друга, приводит к тому, что их целью становится принесение пользы.

Кто же не понимает, что когда человек хочет исполнять службы, повинуясь духовной любви, то есть любви от Господа, иначе говоря, той, что подразумевается под небесной любовью, тогда его природный человек делает то же самое с помощью богатств и владений, а его чувственный человек употребляет для их исполнения свое положение, и все это делает ему честь? Кто же не понимает, что все дела, которые человек делает своим телом, зависят от состояния ума в его голове; и если ум направлен на любовь к службам, то его тело исполняет их, пользуясь своими членами? Все это потому, что воля и разум находятся в своими началами в голове, однако своими продолжениями - в теле, точно также, как воля присутствует в делах, а мысль - в произносимых словах; или, сравнительно, как плодоносная сила семени присутствует в каждой отдельно взятой части дерева, которая используется для достижения его цели, а именно, принесения плодов. Или как огонь и свет внутри хрустальной чаши, которая от их действия становится теплой и светится. То же самое и с духовным зрением ума и природным зрением тела у человека, в котором эти три вида любви подчинены в надлежащем порядке и правильно благодаря свету, льющемуся в него от Господа с небес; его можно сравнить с гранатовым зерном, прозрачным до самого центра, в котором располагается семя. В этом же заключается значение следующих слов Господа:

Светильник телу - глаз; если глаз хорош, все тело будет наполнено светом. Матф. 6:22; Лука 11:34.

Ни один здравомыслящий человек не станет осуждать богатства, ибо в государстве они играют ту же роль, что и кровь в человеке; нельзя осуждать и почести, воздаваемые должностям, ибо должностные лица - это руки государя и столпы общества, при условии, что их природная и чувственная любовь подчинена духовной любви. На небесах тоже есть административные должности и почести, им воздаваемые, однако те, кто отправляет эти должности, ничего не любят сильнее, чем исполнять службы, потому что они духовные люди.

404. Если же любовь к миру, или к богатству, образует голову, то есть, если это господствующая любовь, то человек входит в совершенно другое состояние. Ибо тогда небесная любовь, изгнанная из головы, переносится в тело. Человек в этом состоянии предпочитает мир небесам; он может поклоняться Богу, но лишь по чисто природной любви, которая видит в каждом поклонении заслугу; он может также делать добро ближнему, но лишь ради того, что получит в замен. Все принадлежащее небесам для таких людей подобно одежде, в которой они предстают взглядам людей во всем блеске, а взглядам ангелов невзрачными. Ибо тогда любовь к миру овладевает внутренним человеком, а небесная любовь поселяется во внешнем, и любовь к миру затмевает, будто пеленой скрывает, все, что относится к небесам и церкви.

Между тем, есть множество разновидностей этой любви, которые тем хуже, чем более склонны к алчности; в этих случаях небесная любовь становится черной. То же самое, если эта любовь склонна к гордости и претендует на господство над другими вследствие любви к себе. Однако другое дело, если она склонна к расточительности; это менее вредно, если целью является мирское великолепие, скажем, дворцы, украшения, изысканные наряды, слуги, лошади и кареты в дивном облачении и тому подобное. Качество любой любви определяется целью, к которой она направлена и стремится.

Любовь эту можно сравнить с затемненным стеклом, которое поглощает свет и окрашивает его только в тусклые и едва уловимые тона. Еще она подобна облакам и тучам, лишающим нас солнечного света. Подобна она также новому, не бродившему вину, которое, несмотря на то, что сладкое, нехорошо для желудка. С небес такой человек выглядит, как горбун с головой, склоненной к земле; когда он поднимает голову к небу, он вынужден растягивать мышцы, поэтому сразу опускает взгляд к земле. Древние в церкви называли таких людей Мамонами, а греки - Плутонами.

405. Если же голову образует любовь к себе, или к господству, то небесная любовь уходит через тело в ноги. По мере того, как возрастает любовь к себе, небесная любовь нисходит через икры в стопы, и попирается ногами, оказавшись под подошвами, если та продолжает возрастать. Любовь властвовать бывает двух видов: из любви к ближнему и из любви к себе. Кто любит властвовать из любви к ближнему, ищет власти для того, чтобы служить обществу и отдельным людям; таким доверяют управление на небесах.

Императоры, государи и дворяне, рожденные и ставшие правителями, если они смиряют себя перед Богом, бывают менее подвержены любви к власти, чем люди низкого происхождения, которые из гордости больше других ищут высокого положения. А для тех, которые любят повелевать из любви к себе, небесная любовь - подставка для ног; перед простыми людьми они встают на нее, но когда простых людей не видать, они выбрасывают ее в угол или за дверь. Причина в том, что они любят только себя, и поэтому воля и мысли их умов погружены в их самость (proprium), которая сама по себе не что иное, как наследственное зло; а оно диаметрально противоположно небесной любви.

Те, кто любит повелевать из любви к себе, вообще говоря, одержимы следующими видами зла: презрение к другим, зависть, недружелюбность по отношению к тем, кто не проявляет к ним благожелательности, враждебность, отсюда происходящая, ненависть, месть, немилосердие, свирепость и жестокость. Где такого рода зло, там и презрение к Богу и ко всему Божьему, то есть, к разнообразным видам добра и истины церкви. Если они и считаются с этим, то только на словах, чтобы избежать нападок на их репутацию со стороны духовенства и осуждения со стороны всех остальных.

Но эта любовь различна у духовенства и мирян. У духовенства эта любовь, будучи освобождена от ограничений, возносится до того, что они хотят быть богами; у мирян же до того, что они хотят быть царями. Вот в какие высоты уносят их умы фантазии, вызванные этой любовью.

У совершенного человека любовь небесная занимает высшее положение и образует, так сказать, голову всех следующих за ней видов любви; любовь к миру располагается под ней и образует под этой головой как бы грудь; а снизу, в качестве ног, находится любовь к себе. Поэтому если любовь к себе образует голову, человек оказывается перевернут. В этом случае он предстает перед ангелами лежащим, уткнувшись головой в землю, а спиной повернувшись к небесам. Совершая богослужение, он выглядит как бы танцующим на руках и ногах, подобно резвящемуся детенышу пантеры. Более того, такие люди могут являться в образе различных зверей с двумя головами, из которых та, что выше, с лицом животного, принуждает нижнюю, с лицом человека, все время целовать землю. Все они - чувственные люди, которые описаны выше (402).

XXV Каждый человек в отдельности - это тот ближний, которого нужно любить, но его нужно любить по качеству его добра.

406.18 Человек рождается не ради себя, а ради других; то есть, чтобы жить не для себя одного, а для других. Иначе ни одно общество не могло бы сохранить единства, равно как и добра бы в нем никакого не осталось. Есть поговорка, что каждый человек - сам себе ближний; но доктрина о милосердии учит нас, как надо правильно понимать это высказывание. А именно, что каждый должен обеспечить себя всем необходимым для жизни, то есть, пищей, одеждой, жильем и многими другими вещами, которые требуются в обществе, в котором он живет. Всем этим он должен обеспечить не только себя самого, но и всех своих; и не только на сегодняшний день, но и на будущее. Ведь пока человек не обеспечит себя всем необходимым для жизни, он не в состоянии заниматься благотворительностью, имея нужду во всем.

Каким образом человек должен быть себе ближним, можно понять из следующего сравнения. Каждый должен обеспечивать свое тело едой; это самое первое соображение, однако цель - здоровый дух в здоровом теле. Каждый должен также обеспечивать свой дух пищей, которая ему требуется, а именно тем, что входит в сферу сведений и суждений, но лишь для того, чтобы быть в состоянии приносить пользу своим согражданам, обществу, стране, церкви и таким образом, Господу. Всякий, поступающий так, обеспечивает себе вечное благосостояние. Отсюда ясно видно, что первое по времени, а что первое в намерении; первое в намерении - это именно то, на что нацелено все остальное. Это как строительство дома: сначала кладут фундамент, но цель закладки фундамента - возведение дома, а цель возведения дома - чтобы было, где жить. Кто думает, что быть себе ближним - это первое, или главное, тот подобен ставящему целью фундамент, а не жилище; тогда как жилище является первой и последней целью постройки, а дом с фундаментом лишь средства для этой цели.

407. Необходимо рассказать, что означает любить ближнего. Любить ближнего - это значит не только желать лучшего и делать добро родственнику, другу или хорошему человеку, но и чужому, недругу или злодею. Однако милосердие проявляется по-разному по отношению к одним и к другим: прямыми благодеяниями для родственника и друга, и косвенными - для недруга и дурного человека. Эти косвенные благодеяния осуществляются путем увещеваний, взысканий и наказаний, служащих к его исправлению. Это можно пояснить следующим. Судья, наказывающий преступника по закону и справедливости, любит своего ближнего. Ведь таким образом он способствует его исправлению и заботится о том, чтобы согражданам не наносили вреда. Каждый знает, что отец, наказывающий своих детей, когда они поступают плохо, любит их; если же он, наоборот, не наказывает их за это, то он любит их недостатки, что нельзя назвать милосердием. Кроме того, если кто-то отражает нападение врага и наносит удары нападающему ради самозащиты, или предает его суду, чтобы не вредил, при этом с намерением подружиться с ним, то он действует в духе милосердия. Ничем не противоречат милосердию и войны, которые ведутся с намерением защитить свою страну или церковь. Та цель, ради которой они ведутся, определяет, милосердны они, или нет.

408. Поскольку милосердие в своей основе - это добрая воля, а добрая воля находится во внутреннем человеке, то понятно, что когда тот, кто обладает милосердием, противостоит врагу, карает виновного и наказывает злого, он делает это при помощи внешнего человека. Поэтому, сделав это, он возвращается к милосердию, которое во внутреннем человеке, и тогда, насколько может, или насколько это полезно, он желает ему лучшего, и делает ему добро по этой причине. Кто обладает подлинным милосердием, тот ревностен к добру. Эта ревностность может проявиться во внешнем человеке, как гнев или пылающий огонь; но она стихает и гаснет, как только противник приходит в себя. Дело обстоит по-другому у тех, кто лишен милосердия. Их ревностность - это гнев и ненависть, от которых вскипает и загорается их внутренний человек.

409. Перед тем, как Господь пришел в мир, вряд ли кто-нибудь знал, что такое внутренний человек, и что такое милосердие. Вот почему Он во многих местах учил братолюбию, то есть, милосердию; в этом различие между Ветхим и Новым Заветами (или Свидетельствами). Господь учил, что к противникам и врагам надо проявлять благожелательность из милосердия, в следующем месте у Матфея:

Вы слышали, что сказано древним: любите ближнего своего и ненавидьте врага своего. Но Я говорю вам: любите врагов своих, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас, и молитесь за тех, кто обижает и преследует вас, да будете сыновьями Отца вашего небесного. Матф. 5:43-45.

Когда же Петр спросил Его, неужели и семь раз прощать ему того, кто грешит против него, Господь ответил:

Не до семи раз, говорю тебе, а до семи раз по семь. Матф. 18:21,22.

Мне было сказано с небес, что Господь каждому прощает его грехи, и никогда не наказывает никого за них, даже не вменяет их, потому что Он сама любовь и само благо. Тем не менее, от этого они не стираются, ибо их может загладить только покаяние. Ведь если Он Петру сказал прощать до семи раз по семь, то чего же не сделает Сам Господь?

410. Раз милосердие располагается во внутреннем человеке, где является доброй волей, а от него - и во внешнем, где является добрыми делами, значит любить надо внутреннего человека, а внешнего - как следствие. Из этого следует также, что человека нужно любить за качество того добра, которое в нем есть; поэтому само добро и есть, в сущности, ближний. Для пояснения можно привести следующие примеры. Когда кто-то выбирает себе из троих или четверых управляющего для ведения своего хозяйства, или слугу, не дознается ли он прежде, каков их внутренний человек, а затем уже выбирает того, кто честен и верен, и его любит? Подобно тому и царь, или судья, выбирает из трех или четырех человек того, кто подходит на должность, и отказывается от того, кто негоден, как бы великолепно он ни выглядел, и как бы много ни говорил и ни делал, чтобы снискать расположение.

Далее, поскольку каждый человек - ближний, а люди бесконечно разнообразны, и каждого из них надо любить в соответствии с добром в нем, то ясно, что любовь к ближнему бывает разных родов и разновидностей, а также разной степени. Итак, из того, что Господа нужно любить превыше всего, следует, что степень любви к ближнему должна измеряться по любви к Нему; другими словами, тем, сколько в нем Господа, или того, что исходит от Господа, ибо этим измеряется, скольким добром он обладает, потому что все добро исходит от Господа.

Но из-за того, что эти степени существуют во внутреннем человеке, которого в этом мире редко можно разглядеть, достаточно любить ближнего, руководствуясь теми степенями, которые известны. После смерти же они воспринимаются ясно, ибо в том мире склонности воли и происходящие от них мысли разума создают вокруг себя духовную сферу, которую можно ощутить разнообразными способами. А в нашем мире эта духовная сфера поглощается материальным телом и окутывается природной сферой, которая и исходит от человека. Существование степеней любви к ближнему подтверждается притчей Господа о Самарянине, который пожалел связанного разбойниками человека, хотя священник и левит видели его и прошли мимо; когда Господь спросил, который из троих мнится ближним, ответ был: "Тот, который пожалел" (Лука 10:30-37).

411. Читаем:

Возлюби Господа Бога превыше всего, и ближнего своего, как самого себя. Лука 10:27.

Любить ближнего, как самого себя, значит не пренебрегать им в сравнении с самим собой, обращаться с ним справедливо и не допускать злых суждений о нем. Закон милосердия, провозглашенный и данный Самим Господом, таков:

Во всем, как хотите чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом Закон и Пророки. Матф. 7:12, Лука 6:31,32.

Вот как любят ближнего те, кто в любви небесной, те же, кто в любви к миру, любят ближнего по-мирски и из мирских соображений, а те, кто в любви к себе, любят ближнего эгоистично, и по эгоистическим соображениям.

XXVI Человек в коллективной форме, то есть некое общество, большое или малое, или составное, то есть родная страна, - тоже ближний, которого нужно любить.

412. Тот, кому неизвестно истинное значение слова "ближний", думает, что это какой-либо отдельный человек, и что любить ближнего, значит оказывать услуги этому человеку. Однако у понятий ближнего и любви к нему более широкий круг значений, которые становятся тем возвышенней, чем больше людей имеется в виду. Кому же непонятно, что любить нескольких человек в совокупности означает любовь к ближнему более, чем любить одного из них? Общество, большое ли, малое, потому является ближним, что состоит из некоторого числа людей. Следовательно, тот, кто любит общество, любит и его членов, поэтому, когда он желает обществу лучшего и делает для него добро, он думает о каждом его члене. Любое общество подобно человеку, а принадлежащие к нему составляют как бы единое тело, различаясь между собой подобно частям тела. Господь, а под его руководством и ангелы, смотря на землю, видят целое общество, как одного человека, внешность которого зависит от того, каковы его члены. Мне тоже было позволено увидеть одно из обществ на небесах в точности похожим на человека, причем такого же роста, как в мире.

Любовь к ближнему, когда это любовь к обществу, принимает более полную форму, чем когда предметом ее является отдельная личность. Это очевидно из того, что достоинство правителя определяется размерами общества, которым он управляет, а почитают его соответственно его деятельности. Должности в мире находятся ниже или выше в иерархии, в зависимости от того, насколько общественно то, чем они заведуют; самое же общее управление осуществляет государь. Каждого человека вознаграждают, почитают и вообще любят соответственно важности его должности и тому благу, которое приносит его служение.

Тем не менее, правители нашего времени могут приносить пользу и заботиться о благе общества и без любви к ближнему; таковы те, кто побуждается к полезной деятельности и заботе о благе ближнего мирскими и эгоистическими соображениями, и потому кажутся хорошими правителями или достойными выдвижения на более высокую должность. В мире невозможно распознать таких, а вот на небесах - можно. Поэтому те, кого к полезной деятельности вела любовь к ближнему, становятся правителями обществ и на небесах, и окружаются почетом и великолепием; однако не к этому они стремятся всем сердцем, а к тем службам, которые они могут исполнять. Остальных же, коих к полезной деятельности побуждала любовь к миру или к себе, отвергают.

413. Различие любви к ближнему и ее проявлений, когда она направлена на отдельного человека, и когда она направлена на множество людей, или общество, такое же, как между деятельностью рядового гражданина, чиновника и князя; или между торговавшим на два таланта и торговавшим на десять19 талантов (Матф. 25:14-30). Та же разница между ценой сребреника20 и таланта, или урожаем с лозы и с виноградника, или с маслины и с оливковой рощи, или с дерева и с фруктового сада. Любовь к ближнему может восходить ко все более внутренним слоям человека; при этом он любит общество больше, чем отдельного человека, а страну - больше, чем общество. Так вот, поскольку милосердие состоит в том, чтобы желать лучшего и оттого делать добро, следовательно, совершенно так же, как к отдельному человеку, его нужно проявлять и к обществу. Однако необходимо при этом различать общество хороших людей и общество дурных людей. Для последних милосердие должно проявляться по законам природной справедливости, а для первых - по законам духовной справедливости. О том, какая разница между этими двумя видами справедливости, будет рассказано в свою очередь.

414. Своя страна в большей степени ближний, чем свое общество, по той причине, что она состоит из многих обществ, и поэтому любовь по отношению к ней - шире и выше. Кроме того, любить свою страну - значит любить благополучие ее народа. Своя страна - ближний, потому что она - своего рода родитель; в ней человек родился; она вскормила и кормит его; она защищала и продолжает защищать его от всякого вреда. Нужно делать добро любимой стране в соответствии с ее нуждами, которые могут быть и природными и духовными. Природные нужды связаны с ее гражданской жизнью и порядком, духовные - с духовной жизнью и порядком.

Свою страну нужно любить не как себя самого, но более себя, - это закон, начертанный у человека на сердце. Этот закон повелевает, и каждый праведный человек подтвердит это, что если твоей стране угрожает разорение врагами, или какая-либо другая опасность, то умереть, защищая ее, благородное дело, и солдат должен гордится тем, что проливает за нее свою кровь. Так говорят, чтобы выразить, насколько велика должна быть любовь к своей стране. Да будет известно, что любящие свою страну и делающие ей добро от доброй воли своей после смерти любят царство Господне, ибо оно становится тогда их страной. А любящие Господне царство любят и Господа, потому что Господь - все во всем для Своего царства.

XXVII Ближний, которого нужно любить в еще большей степени, - это церковь, а в наивысшей степени - царство Господа.

415. Поскольку человек рождается для вечной жизни, а приводит его к этой жизни церковь, то церковь нужно любить, как ближнего в еще большей степени. Ведь учение церкви - это средство, ведущее к вечной жизни и открывающее вход в нее. Ведут к ней истины учения, а добрые дела открывают в нее вход. Это вовсе не означает, что нужно любить священников превыше всего, а церковь - из-за священников. Любить нужно благо и истину церкви, а ради них - священников. Священство служит лишь средством, и почитаться должно в той степени, в которой оно этим средством служит.

Другая причина, по которой церковь нужно любить в большей степени, то есть еще больше, чем свою страну, в том, что страна вводит в мирскую жизнь, а церковь вводит в духовную жизнь, благодаря которой человек живет не только как животное. Кроме того, мирская жизнь временна, ей приходит конец, и потому ее как будто и не было совсем. Но духовная жизнь, не имея конца, продолжается вечно, и к ней можно применить термин "бытие", тогда как к другой форме жизни - "небытие". Разница такая же, как между конечным и бесконечным, которые между собой несоизмеримы. Ведь все, что продолжается вечно, - бесконечно относительно времени.

416. Господне же царство должно быть любимо в наивысшей степени по той причине, что Господне царство означает церковь по всему миру, называемую обществом святых, а также небеса. Поэтому, если человек любит царство Господа, то любит и всякого в мире, кто признает Господа и обладает верой в Него и милосердием к ближнему, а равно и всех на небесах. Кто любит царство Господа, тот любит Господа превыше всего, и, следовательно, обладает большей любовью к Богу, чем другие. Ибо церковь в небесах и на земле - это тело Господне, поскольку ее члены - в Господе, а Господь - в них.

Любовь к царству Господнему, таким образом, есть любовь к ближнему в самом полном смысле. Ведь тот, кто любит царство Господа, не только любит Господа превыше всего, но и ближнего любит, как самого себя. Любовь к Господу - всеохватывающая любовь, поэтому она пронизывает каждую частицу духовной жизни, и каждую частицу природной жизни. Ибо эта любовь располагается на самом высоком уровне в человеке, а то, что выше, проникает в то, что ниже, давая ему жизнь, точно так же, как воля проникает в каждое намерение, и оттого в каждое действие, и как разум - в каждую мысль и каждое слово. Вот почему Господь говорит:

Ищите же прежде царства небесного и правды его, и все будет дано вам в придачу. Матф. 6:33.

Царство небесное - это царство Господа, что подтверждается следующим отрывком из Даниила:

Вот, некто, как Сын Человеческий, шел с облаками небесными. И Ему дана власть, слава и царство, и все народы, племена и языки служили Ему. Владычество Его - владычество вечное, которое не прейдет, и царство Его не разрушится. Дан. 7:13,14.

XXVIII Любовь к ближнему в своей сути - это не любовь к человеку, а любовь к добру в нем.

417. Всем известно, что человека делает человеком не человеческое лицо и не человеческое тело, а мудрость его разума и доброта его воли. Чем более высокого уровня они достигают, тем больше он становится человеком. При рождении человек больше является зверем, чем любое из животных, однако, воспринимая наставления, формирующие его ум, он становится человеческим существом, и именно вследствие ума и соразмерно ему он становится истинно человеком. Есть животные с лицами, почти как у людей, но у них нет способности мыслить, или делать что-либо по разумению. Они действуют по инстинкту, который возникает от их природной любви. В отличие от животного, которое издает звуки, чтобы выразить склонности своей любви, человек подчиняет их мышлению и выражает их словами. К тому же, животное смотрит на землю, наклонив к ней морду, тогда как человек поднимает лицо вверх и смотрит на небо вокруг него. Из этого можно заключить, что человек настолько человек, насколько он говорит со здравым смыслом и не забывает о своей небесной обители; и настолько он не человек, насколько он говорит противное рассудку и на уме у него - только его земное существование. Хотя такие люди все равно остаются людьми, не на деле, а в возможности. Ведь у каждого человека есть возможность понимать истины и хотеть добрых дел; но, насколько он не хочет делать добро и понимать истины, настолько ему остается только внешне притворяться человеком и подражать человеческому поведению.

418. Добро есть ближний, потому что добро принадлежит воле, а воля составляет самое существо жизни человека. Истина разума - это тоже ближний, но лишь в той степени, в которой она порождена добром воли. Ибо добро воли принимает форму в разуме, и делается видимым в нем при свете рассудка. Весь наш опыт показывает, что добро и есть ближний. Кто любит человека за что-то иное, кроме свойств его воли и разума, то есть его доброты и справедливости? Например, любит ли кто-нибудь царя, князя, графа, мэра, губернатора или чиновника любого звания, или какого-либо судью, за что-то иное, кроме праведности и рассудительности, проявляемых ими в речах и действиях? Любит ли кто-нибудь епископа или другого служителя церкви, или духовную особу за что-то иное, кроме образованности, чистоты жизни и усердия в спасении душ? Любит ли кто-нибудь генерала, командующего армией, или кого-либо из его офицеров за что-то, кроме сочетания храбрости с благоразумием? Не за честность ли любят торговца? Не за верность ли - работника и слугу? Если пойти дальше, то разве не за плод любят дерево, разве не за плодородие любят участок земли, не за ценность камень, и так далее? Примечательно то, что не только честный человек любит доброту и справедливость в другом человеке, но и нечестивец, потому что, имея дело с ним, не надо бояться за свое имя, положение и состояние. Но любовь нечестивца к добру - это не любовь к ближнему, потому что нечестивец внутренне не любит других, разве только в той степени, в которой они служат его целям. Любовь к добру в других по своей собственной доброте - вот что такое подлинная любовь к ближнему; в ней добро двоих сближается и соединяется между собой, образуя взаимную связь.

419. Кто любит добро за то, что это добро, и истину за то, что это истина, тот больше всего любит ближнего, потому что он любит Господа, который и есть само добро и сама истина. Нет другого источника любви к добру и к истине по добру, и таким образом, к ближнему. Вот как любовь к ближнему образуется из своего небесного начала. Безразлично, говорим мы "польза" или "добро"; приносить пользу - значит делать добро, а доброе дело бывает добрым лишь в том и настолько, насколько и в чем оно полезно.

XXIX Милосердие и добрые дела - такие же разные вещи, как желать добра и делать добро.

420. У каждого есть внутреннее и внешнее. Внутреннее - это то, что называется внутренним человеком, а внешнее - то, что называется внешним человеком. Тот, кто не знает, что такое внутреннее и внешнее, думает, что внутренний человек - это тот, что думает и желает, а внешний человек тот, что говорит и действует. Конечно, речь и действие - это функции внешнего человека, а мышление и желание - внутреннего, но они не составляют сущности внешнего и внутреннего человека. В обычном понимании ум человека и есть его внутренний человек; однако сам ум разделен на две области, из которых более высокая и внутренняя - духовная, а более низкая и внешняя - природная. Духовный ум смотрит в основном на духовный мир, на предметах которого, будь то небесные вещи, или адские, сосредоточено его внимание; и небеса и ад есть части духовного мира. Природный же ум смотрит на природный мир, на предметах которого, как на злых, так и на добрых, сосредоточено его внимание. Каждое слово и действие человека исходит непосредственно из нижней области его ума, а из верхней области опосредованно, поскольку нижняя область ближе к телесным чувствам, а верхняя - дальше от них. У человеческих существ ум разделен таким образом потому, что они созданы одновременно духовными и природными, и именно поэтому они люди, а не животные.

Из всего этого ясно, что человек, взирающий в первую очередь на мир и на себя, - это внешний человек, потому что он природный не только телом, но и духом; но человек, взирающий в первую очередь на то, что принадлежит небесам и церкви, - это внутренний человек, поскольку он духовный и духом своим, и телом. Телом он духовен потому, что его слова и дела идут от высшей области ума, которая духовна, через нижнюю, которая природна. Ведь известно, что действие исходит от тела, а причина, его порождающая, исходит из ума; причина же состоит целиком в своем действии. Наличие такого разделения ума человека очевидно из того, что человек может притворяться, или действовать, как льстец, лицемер и актер; он может соглашаться с чьими-то утверждениями, но при этом посмеиваться над ними. Его смех в этом случае исходит от его высшего ума, а согласие - от низшего.

421. Из всего этого видно, как надо понимать утверждение о том, что милосердие и добрые дела различаются между собой так же, как желать добра и делать добро; иначе говоря, формально они различны, как ум, который думает и желает, и тело, которое ум использует для того, чтобы говорить и действовать. Однако есть и сущностное различие, поскольку сам ум, как было сказано, разделяется на внутреннюю, духовную, область, и внешнюю, природную. Поэтому, когда дела исходят от духовного ума, они исходят из его доброй воли, которая является милосердием; но когда они исходят от природного ума, они исходят из доброй воли, которая не является милосердием. Даже если по внешнему виду она и кажется милосердием, по внутреннему рассмотрению это не так. Милосердие в одной своей внешней форме может выглядеть настоящим милосердием, но не имеет сущности его.

Все это можно наглядно показать сравнением с семенами в земле. Каждое семя вырастает в дерево, полезное или бесполезное, в зависимости от того, каково было семя. То же и с духовными семенами, то есть истинами, которые церковь узнает из Слова. И учение из них получается, если истины подлинные - полезное, если искаженные - бесполезное. Абсолютно то же самое с образованием милосердия из благоволения, в зависимости от того, проявляется оно из эгоистических и мирских соображений, или ради ближнего, как в узком, так и в широком смысле. Если оно проявляется из эгоистических и мирских соображений, то это поддельное милосердие, а если ради ближнего, то подлинное. Однако же по этому вопросу больше написано в главе о вере, особенно в разделе, где показано, что милосердие - это значит иметь добрую волю, а добрые дела - значит делать добро по своей доброй воле (374); и что милосердие и вера - это только нестойкие умопостроения, если при возможности они не воплощаются в делах, и не осуществляются в них совместно (375, 376).

XXX Настоящее милосердие состоит в том, чтобы быть справедливым и добросовестным во всех должностях, делах и работах, в которых участвуешь, и со всеми людьми, с которыми имеешь дело.

422. Настоящее милосердие состоит в том, чтобы быть справедливым и добросовестным во всех должностях, делах и работах, в которых участвуешь, поскольку все, что человек таким образом делает, полезно для общества; а польза есть добро; добро же, если не брать в рассмотрение личности, есть ближний. (Выше было показано, что не только отдельный человек, но и общество, большое или малое, и собственная страна являются ближними.) Например, если государь подает своим подданным пример своими добрыми делами, если он хочет, чтобы они жили по законам справедливости, награждая тех, кто так живет, и со всеми обходясь по заслугам, если он защищает их от всякого вреда и от нашествия врагов, выступает отцом своего государства, и вообще заботится о благополучии своего народа, то в сердце его - милосердие, а его действия - добрые дела. Если священник учит истинам Слова, и при помощи них ведет людей к доброй жизни, а значит, в небеса, то он - превосходный пример милосердия, потому что заботится о душах людей его церкви. Если решения судьи основываются на правосудии и законе, и не подвержены влиянию взяток, дружбы и семейственности, то он заботится как об обществе в целом, так и об отдельной личности в частности; об обществе, потому что это заставляет его подчиняться закону и опасаться нарушить его; об отдельной личности, потому что справедливость торжествует над беззаконием. Если торговец поступает честно, не мошенничает, то он заботится о ближнем, с которым имеет дело. То же верно и в отношении рабочего или мастера, если он выполняет свою работу как следует и честно, без обмана и хитростей. Верно это и о людях любых других занятий, как то, капитанах и матросах, фермерах и слугах.

423. Это - настоящее милосердие, потому что его можно определить, как делание добра ближнему ежедневно и постоянно, и не только ближнему, как личности, но и как сообществу; и единственный способ так поступать - это вести себя справедливо и добропорядочно в тех должностях, делах и занятиях, в которых принимаешь участие, и в отношении каждого, с кем приходится иметь дело. Ведь в этом заключается каждодневная деятельность человека, да и когда он не занимается этим, все равно это занимает его ум, мысли и намерения. Тот, кто проявляет милосердие таким путем, становится все более и более живым образом милосердия; ибо справедливость и преданность развивают его ум, как упражнение - тело, и с течением времени, благодаря такому развитию, человек уже не желает и не мыслит ничего такого, что не относилось бы к милосердию. В конце концов, такие люди становятся подобными описанным в Слове, у коих закон начертан на сердце. Кроме того, они не полагают в делах заслуги, поскольку никогда не думают об этом, а думают в основном о долге, что именно ради него порядочные люди так поступают. Однако человек никак не может поступать по духовной справедливости и верности сам по себе, ибо каждый наследует от своих родителей предрасположенность делать добро и поступать порядочно из эгоистических и мирских соображений, но никто - ради добра и порядочности. Поэтому только тот, кто поклоняется Господу, и действуя сам по себе, действует под Господним руководством, приобретает духовное милосердие, и проявляя его, наполняется им.

424. Есть много людей, которые добросовестно и преданно исполняют свои обязанности, однако милосердия в себе не имеют, несмотря на то, что таким образом они делают дела милосердия. Это те люди, в которых господствует любовь к себе и мирская любовь, а не небесная любовь; если же последняя и присутствует, то находится в подчинении у иной любви, как слуга у хозяина, или простой солдат у офицера, или напоминает привратника у дверей.

XXXI Любезности милосердия - это подаяние бедным и помощь нуждающимся, но с благоразумием.

425. Необходимо различать обязанности и любезности милосердия. Под обязанностями милосердия подразумевается проявления милосердия, исходящие от самого милосердия; как было только что показано, это относится главным образом к профессии. А под любезностями мы имеем в виду те дополнительные действия, которые ведутся вне основных. Называются же они любезностями потому, что их исполняют из свободного выбора и удовольствия; и те, кому они оказываются, считают их не чем иным, как любезностями. Раздаются же они так, как намеревается и считает нужным добродетель. Вообще-то считается, что милосердие состоит в подаянии бедным, помощи нуждающимся, заботе о вдовах и сиротах, пожертвованиях на строительство приютов и больниц, домов призрения, детских домов, а прежде всего - церквей, да на их украшение и в их доход. Тем не менее, почти все это не является должным трудом милосердия, а лишь дополнением к нему.

Те, которые полагают, что в этих любезностях состоит настоящее милосердие, не могут не претендовать на заслугу в этих делах; и, несмотря на словесные возражения о том, что они не хотят, чтобы их дела рассматривались, как заслуги, внутри них все равно скрывается уверенность, что это именно заслуги. Это ясно видно после их смерти, когда они перечисляют свои дела и требуют спасения себе в награду. Однако при этом проводится исследование источника, а значит и природы их поступков; и если выясняется, что они были следствием гордыни, или желания заработать себе имя, или простого великодушия, дружбы или чисто природной склонности, или лицемерия, то судят их по этому источнику, потому что природа этого источника присутствует в каждом поступке. Подлинное же милосердие исходит от тех, кто наполнял справедливостью и внимательной рассудительностью свои дела, которые они делали, без всякого намерения получить награду, как в словах Господа у Луки 14:12-14. Такие люди тоже называют перечисленные выше виды действий любезностями, а также обязанностями, хоть они и относятся к милосердию.

426. Известно, что некоторые люди, совершающие любезные поступки, которые мир считает образцами милосердия, держатся убеждения и мысли, что исполняют дела милосердия, рассматривая их подобно тому, как многие Римские Католики рассматривают индульгенции, то есть, как те причины, по которым их очистят от грехов, и им будет дозволено войти в небеса, как возрожденным. При этом, однако, они не считают за грехи случаи прелюбодеяния, ненависти, мести, обмана, и вообще похоти плоти, которые они позволяют себе, когда вздумается. Но что такое в этом случае их добрые дела, как не картинки, изображающие ангелов в компании дьяволов, или шкатулки из лазурита с ядовитыми змеями внутри? Однако все совершенно по-другому, когда те же любезные поступки совершают люди, избегающие дурных дел, перечисленных выше, как ненавистных милосердию.

Тем не менее, в действительности эти любезности во многом полезны, особенно подаяние бедным и нищим. Благодаря ним мальчики и девочки, слуги и служанки, и вообще простые люди знакомятся с милосердием; этими внешними действиями они обучаются милосердию на деле. Это начала его, как бы незрелый плод; а у тех, кто затем совершенствуется, приобретая правильные знания о милосердии и вере, эти действия становятся подобными плоду зрелому. Когда это происходит, они рассматривают свою прежнюю деятельность, как сделанное от простоты сердечной, и не более, как свои обязанности перед людьми.

427. Эти любезные поступки в наше время считаются правильными делами милосердия, которые в Слове подразумеваются под добрыми делами, потому что милосердие во многих местах в Слове описано, как подаяние бедным, помощь нуждающимся и забота о вдовах и сиротах. Однако до сего дня было неизвестно, что в Слове, в его буквальном значении, упоминается о таких вещах, лишь как о внешних, и даже самых внешних сторонах богослужения; тем не менее, они служат средством для передачи духовного смысла, или внутренних понятий. Это видно из главы о Священном Писании (выше, 193-209). Из того, что сказано в ней, понятно, что когда упоминаются бедные, нуждающиеся, вдовы и сироты, то имеются в виду не они сами, а те, кто духовно подобен им. "Бедные" означают лишенных знания добра и истины: см. Апокалипсис открытый, 209. "Вдовы" означают тех, кто лишен истин, но желает их (там же, 764), и так далее.

428. Те, у кого есть врожденное сострадание, но из природного оно не становится духовным, как было бы, если бы оно проявлялось из истинного милосердия, думают, что милосердие состоит в подаянии всякому бедному и помощи всякому нуждающемуся, без предварительного выяснения, добрый он, или злой. Они говорят, что это не обязательно, потому что Бог замечает лишь собственно помощь или подаяние. После смерти же таких людей легко отличают и отделяют от тех, кто совершал любезные поступки милосердия с благоразумием. Ибо, кто совершает их из слепого понятия о милосердии, одинаково добры к добрым и злым, а злые пользуются этими благодеяниями для того, чтобы делать зло, и вредить добрым. Делать добро злодею - это все равно, что давать дьяволу хлеб, который он превратит в отраву. Хлеб в руках дьявола - это непременно отрава, а если нет, то он превращает его в отраву, пользуясь добротой, чтобы завлечь кого-нибудь во зло. Это все равно, что дать врагу своему меч, чтобы он мог убить кого угодно. Или дать оборотню-волку пастушеский посох, чтобы вел овец на пастбище, хотя, получив его, он уведет овец с пастбища в пустыню, и там задерет их. Или дать государственную должность преступнику, который только и глядит, как бы поживиться; он станет вершить правосудие и выносить решения, руководствуясь только тем, насколько богата и состоятельна его жертва.

XXXII Обязанности милосердия бывают общественные, домашние и личные.

429. Между любезностями милосердия и обязанностями милосердия есть разница, как между тем, что делается из свободного выбора, и тем, что делается по необходимости. Тем не менее, под обязанностями милосердия не имеются в виду обязанности по службе в царстве или государстве, такие, как у государственного служащего - управлять делами, у судьи - судить, и так далее, а обязанности каждого отдельного человека, какова бы ни была его профессия. Таким образом, обязанности эти происходят от разных начал и получаются от различных действий воли, так что милосердные исполняют их из милосердия, а немилосердные - при отсутствии милосердия.

430. Общественные обязанности милосердия - это, в основном, обязанности платить налоги и сборы, которые не надо путать с обязанностями по службе. Духовные люди относятся к выплате их с совершенно иным чувством, нежели чисто природные. Духовные люди платят их по доброй воле, потому что их взимают для нормального существования страны, для защиты страны и церкви, и для того, чтобы платить за управление ими чиновникам и управляющим, жалование и содержание которых выплачивается из казны. Поэтому те, кто почитает свою страну и церковь за ближних, платят налоги по своей воле и с готовностью, считая недопустимым уклоняться от них и хитрить. А те, кому страна и церковь не ближние, платят их неохотно и вынужденно, обманывая сборщика и задерживая выплату при малейшей возможности. Для таких людей ближний - это их дом и их плоть.

431. Домашние обязанности милосердия - это: обязанности мужа перед женой, обязанности жены перед мужем; отца и матери - перед своими детьми, детей - перед своими родителями; хозяйки и хозяина - перед слугами и служанками, а их - перед хозяевами. Эти обязанности, относящиеся к воспитанию детей и ведению домашнего хозяйства, так многочисленны, что их перечисление займет целую книгу. К этим обязанностям человека побуждает иная любовь, отличная от той, которая побуждает к исполнению обязанностей по службе. Муж и жена побуждаются к исполнению своих взаимных обязанностей супружеской любовью и в соответствии с ней. Родители побуждаются к исполнению своих обязанностей перед детьми той присущей всем любовью, которая называется родительской привязанностью. У детей в отношении их родителей - это любовь, тесно связанная с послушанием из чувства долга. Обязанности же хозяев перед их слугами и служанками началом своим имеют любовь к управлению другими, которая бывает разной в зависимости от состояния духа человека.

Однако супружеская любовь, любовь к детям, а также их обязанности и исполнение этих обязанностей не создают любви к ближнему, как создает ее исполнение обязанностей по службе. Ведь то, что называется родительской привязанностью, существует как у добрых, так и у злых, причем у злых она иногда даже сильнее; она есть также у животных и птиц, у которых милосердие никоим образом не может развиться. Известно, что у медведей, тигров и змей ее не меньше, чем у овец и козлов, а у сов - не меньше, чем у голубей.

Что касается, в частности, родительских обязанностей по отношению к детям, то они глубоко различны у имеющих милосердие и не имеющих его, хотя внешне они кажутся сходными. У имеющих милосердие любовь их связана с любовью к ближнему и к Богу, ибо эти люди любят своих детей за нравственные качества, добродетели, благонравие и способности к общественному служению. А у лишенных милосердия нет соединения между родительской привязанностью и милосердием. Поэтому большинство из них любят своих детей даже сильнее, если они злы, безнравственны и хитры, чем если они добры, нравственны и благоразумны; иначе говоря, они любят тех, кто бесполезен обществу больше, чем тех, кто ему полезен.

432. Личные обязанности милосердия тоже многочисленны; например, обязанность платить жалование рабочему, платить проценты по займам, отдавать долги, обеспечивать сохранность имущества и тому подобное. Из этих обязанностей одни диктуются уголовными или гражданскими законами, другие - нравственными законами. Здесь также есть различие в личном отношении к обязанностям людей милосердных и немилосердных. Милосердные исполняют их честно и добросовестно; ведь это заповедь милосердия обходиться честно и добросовестно со всеми своими партнерами по делам и торговле (см. выше, 422 и далее). Лишенные милосердия исполняют все эти обязанности совершенно иначе.

XXXIII Развлечения милосердия - это званые обеды, ужины и вечеринки.

433. Известно, что званые обеды и ужины приняты везде, и даются по самым разным поводам; по большей части ради дружбы, в честь родственников или праздников, или чтобы добиться выгод, или заслужить награду. Бывают они и средствами добиться благосклонности путем подкупа, среди знатных людей они даются ради почета, в царских дворцах - для великолепия. Однако обеды и ужины милосердия бывают только у тех, кто во взаимной любви разделяет одну веру. В самой ранней Христианской церкви были такого рода обеды и ужины, называвшиеся пирами, устраивавшиеся для того, чтобы доставить себе сердечное удовольствие, и в то же время, собраться вместе. В то время ужины обозначали сообщение и объединение людей церкви на первой стадии ее учреждения, которую означал вечер, когда и происходил ужин. Обеды имели то же значение на второй стадии учреждения церкви, поскольку таково значение утра и дня.

За столом обсуждались различные вопросы, как домашние, так и государственные, но главной темой были дела церковные. Поскольку это были пиры милосердия, разговоры на любую тему были полны милосердием, а также его радостями и удовольствиями. На пирах преобладала духовная сфера любви к Господу и любви к ближнему, которая радовала дух каждого присутствовавшего, смягчала звук его речи и из самого сердца наполняла чувства праздником. От каждого человека исходит духовная сфера, определяемая склонностями его любви и происходящими от них мыслями, которая внутренне воздействует на находящихся рядом, особенно на пирах. Она излучается как лицом, так и дыханием. Именно потому, что такое общение умов обозначается обедами, ужинами и пирами, они так часто упоминаются в Слове; таково же значение этих слов и в духовном смысле. В высшем смысле это относится также к Пасхальной трапезе у Детей Израиля и к их пиршествам во все остальные праздники, а также к совместному поеданию жертвоприношений возле Скинии. При этом соединение символизировалось тем, что преломляли хлеб, раздавая его всем, и пили из одной чаши, передавая ее соседу.

434. Что касается вечеринок, то в самой ранней церкви они имели место среди называвших себя братьями во Христе. Поэтому это были вечеринки милосердия, поскольку это было духовное братство. Они, кроме того, служили утешением, когда церковь сталкивалась с трудностями, и праздниками по поводу ее умножения, а также досугом для восстановления духовных сил после работы и учения, и обсуждения различных вопросов. Поскольку источником их была духовная любовь, то рассудок их и нравственность тоже имели духовный источник. В настоящее время вечеринки устраиваются среди друзей, и целью их бывает удовольствие общения, увеселение ума беседой и обогащение его за счет этого, высвобождение сдерживаемых мыслей, и таким образом, оживление и восстановление восприимчивости организма для укрепления здоровья.

Но вечеринок милосердия больше не существует; ибо сказано Господом:

При скончании века (то есть, в конце церкви) умножатся беззакония, и милосердие охладеет. Матф. 24:12.

Причина была в том, что церковь перестала признавать Господа Бога Спасителя Богом неба и земли, и обращаться к Нему непосредственно, как к единственному источнику, дающему подлинное милосердие. При этом вечеринки без дружбы с их подражанием милосердию, на которых не может быть воссоединения умов, - это не что иное, как притворная дружба, показные заверения во взаимной любви, попытки очаровать, чтобы добиться благосклонности, потакание телесным наслаждениям, особенно наслаждениям чувств. Они уносят людей, как корабли на полных парусах, подхваченные течением, руль которых - в руках льстецов и лицемеров, стоящих на корме.

XXXIV Первое в милосердии - это избавиться от зла, второе - делать добрые дела, которые могут быть полезны ближнему.

435. Главную роль в учении милосердия играет утверждение, что первое это не делать ближнему зла, второе - делать ему добро. Это положение образует как бы дверь в учение милосердия. Известно, что у каждого человека с рождения есть крепко засевшее в его воле зло; а так как зло бывает нацелено на людей далеких и близких, на общество и на страну, следовательно, врожденное зло направлено против ближнего любой степени. Разум подсказывает, что до тех пор, пока не изгнано зло, гнездящееся в воле, добро, которое человек делает, будет пропитано этим злом. Ведь тогда зло будет внутри добра, как ядро в ореховой скорлупе, или мозг в кости. Поэтому, хоть добро, сделанное этим человеком и выглядит добром, по природе это не добро, поскольку оно подобно сверкающей оболочке, ядро которой выедено гусеницами; или белому миндалю, гнилому внутри, так что следы гнили выступают даже на поверхность.

Желать зла и делать добро - это, в своей сути, две противоположности. Ибо зло происходит из ненависти к ближнему, а добро - от любви к ближнему; или, если угодно, зло есть враг ближнего, добро - его друг. Вместе они не могут существовать в одном уме, то есть, зло - во внутреннем человеке, добро - во внешнем; если бы так было, то добро во внешнем было бы подобно ране, залеченной сверху, с гноем внутри. Человек при этом напоминает дерево с иссохшими корнями, которое, тем не менее, плодоносит; и плоды его, хотя кажутся внешне вкусными и полезными, изнутри горьки и бесполезны. Такие люди - как шлак, идущий в отбросы, который, если его начистить до блеска и раскрасить, можно продать как драгоценные камни. Одним словом, они то же самое, что совиные яйца, которые выдают за голубиные.

Да будет известно людям, что то добро, которое человек делает телесно, происходит от его духа, то есть, внутреннего человека. (Внутренний человек - это тот дух, который живет после смерти.) Следовательно, когда описанный выше человек сбрасывает с себя тело, составляющее его внешнего человека, тогда он уже полностью и совершенно охвачен злом, находит удовольствие во всякого рода зле, остерегаясь добра, как врага своей жизни.

Господь во многих местах учит, что невозможно делать добро, которое является добром по сути, пока не удалено всякое зло:

Не собирают с терновника виноград, а с репейника - смоквы; не может дерево худое приносить плоды добрые. Матф. 7:16-18.

Горе вам, книжники и Фарисеи; вы очищаете внешность чаши и блюда, а внутри они полны хищения и блуда. Слепой Фарисей! Очисти прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их. Матф. 23:25,26.

И у Исаии:

Омойтесь, удалите порок из ваших дел; перестаньте делать зло, научитесь делать добро, ищите справедливости. Тогда, если грехи ваши были, как багряница, станут белыми, как снег, и если были, как пурпур, станут, как шерсть. Исаия 1:16-18.

436. Дальнейшему пояснению сказанного послужат следующие сравнения. Никто не может приблизиться к тому, кто держит у себя дома леопарда или пантеру, и живет с ними в безопасности, поскольку кормит их, пока не избавится от этих диких животных. Если некто приглашен на обед к королю или королеве, не моет ли он лицо и руки, прежде чем сесть за стол? Не прокаливает ли руду, очищая ее и отделяя от шлака, каждый, кто получает из нее чистые золото и серебро? Кто складывает урожай в амбары, не отделив его сначала от плевел? Не варят ли сырое мясо, пока оно не станет съедобным, прежде чем подать на стол? Разве не отрясают личинки с листьев садовых деревьев, чтобы не потерять плоды, оттого, что они поедят листья? Любит ли кто-нибудь девушку, собираясь жениться на ней, если она заражена дурной болезнью, рябая или прыщавая, как бы она ни наряжалась и ни красилась, и как бы ни пыталась стать привлекательнее, говоря любезности? Человек должен сам очищать себя, потому что иначе он будет подобен тому слуге, который пришел вымазанный по рукам, ногам и одежде в грязи и навозе, и сказал, подойдя к своему хозяину: "Помойте меня, пожалуйста, господин". Не скажет ли ему на это хозяин: "Что ты сказал, дурак? Гляди сюда: вот вода, мыло и полотенце. У тебя, что, нет рук, или ты не можешь ими двигать? Мойся сам!" Так и Господь Бог скажет: "Средства очищения Я предусмотрел; Я дал вам и способность хотеть и делать. Так используйте же дары и таланты, данные Мной вам, и будете очищены".21

437. В настоящее время верят, что милосердие состоит в том, чтобы просто делать добро, и что тогда человек не делает зла; следовательно, первое в милосердии - делать добро, а второе - не делать зла. На деле же все совсем наоборот. Первое в милосердии - это избавиться от зла, а второе - делать добро. Ибо в духовном мире это всеобщий закон, а значит и в природном мире тоже, что лишь с той поры, когда человек уже не желает зла, только тогда он желает добра. Таким образом, насколько он отворачивается от ада, откуда восходит все зло, настолько он оборачивается к небесам, откуда нисходит все добро. И точно так же, в той степени, в которой человек отвергает дьявола, Господь принимает человека. Никто не может находиться между ними, оборачиваясь то к одному, то к другому, чтобы молиться одновременно обоим; о таких людях Господь сказал:

Знаю твои дела, что ты ни холоден, ни горяч. Если бы ты был холоден или горяч! Но поскольку ты чуть тепл, а не холоден и не горяч, Я извергну тебя из уст Моих. Откр. 3:15,16.

Можно ли сражаться отряду, находящемуся между двух враждующих армий, сразу за обе? Кто может одновременно питать дурные и добрые намерения по отношению к своему ближнему? Если кто-либо делает так, то зло скрывается в его добре. Хотя можно и не увидеть прячущееся в делах зло, оно все равно проявит себя во многом, стоит только хорошенько разобраться. Господь говорит:

Никакой слуга не может служить двум хозяевам. Не можете служить Богу и Маммоне. Лука 16:13.

438. Никто, однако, не может очистить себя от зла своими силами и возможностями; причем невозможно этому произойти и без сил и возможностей человека, применяемых так, как если бы они были его собственные. Иначе никто не смог бы бороться с плотью и ее вожделениями, несмотря на то, что это - обязанность каждого. Человек не мог бы даже помыслить о какой-то там борьбе, а позволил бы своему уму потворствовать всякого рода злу, и сдерживался бы лишь законами, принятыми в мире для свершения правосудия, и наказаниями, предусмотренными в них. Внутренне он был бы тогда подобен тигру, леопарду или змее, будучи неспособным задуматься над жестокими усладами своей любви. Отсюда понятно, что человек, наделенный, в отличие от животных, силой рассудка, должен противиться злу, пользуясь возможностями и силами, данными ему Господом, которые представляются ему во всех смыслах его собственными. Эта видимость дарована Господом каждому ради возрождения, вменения, соединения с Ним и спасения.

XXXV Проявляя милосердие, человек не полагает заслуги в своих делах только тогда, когда верит, что все добро - от Господа.

439. Приписывать заслугу делам, совершенным ради спасения - губительно; ибо тогда в этих делах скрыты такие виды зла, о которых делающий и не подозревает. Среди них - отрицание наития и действия Бога на людей, уверенность в своей власти над тем, что касается спасения, вера в себя, а не в Бога, в самооправдание, в спасение собственными силами, отрицание Божественной благодати и милости, отказ от преобразования и возрождения Божественными средствами; в частности, такие люди отнимают у Господа Бога Спасителя его заслугу и праведность, поскольку претендуют на них сами. Кроме того, они постоянно ищут награды, которую считают первой и последней целью; они топят и душат любовь к Господу и любовь к ближнему. Они совершенно ничего не знают о наслаждении небесной любви и неспособны чувствовать его, поскольку оно лишено всякого понятия о заслуге; все, что они чувствуют - это любовь к себе. Ставить награду первой, а спасение вторым, то есть, чтобы спасение было ради награды, значит извращать порядок; такие люди погружают внутренние желания своего духа в свою самость (proprium), и в теле своем оскверняют их злом плоти. Вот почему в глазах ангелов добро, сделанное ради заслуги, выглядит как ржавчина, а добро, сделанное не ради заслуги, как пурпур.

Господь учит у Луки, что добро надо делать не для заслуги:

Если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? Лучше любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего взамен. Тогда велика будет награда ваша, и будете сынами Всевышнего, ибо Он благ к неблагодарным и злым. Лука 6:33-36.

У Иоанна Он учит нас, что человек не может сделать ничего доброго, что было бы добром по существу, иначе как по Господу:

Пребывайте во мне, и Я в вас. Как ветвь не может приносить плода сама собой, если не будет на лозе, так и вы, если не будете во Мне, потому что без Меня не можете делать ничего. Иоанн 15:4,5.

И еще:

Не может человек ничего взять, если не дано будет ему с небес. Иоанн 3:27.

440. Тем не менее, думать о восшествии на небеса, и о том, что для этого нужно делать добро, не значит считать воздаяние своей целью и приписывать заслугу своим делам, ибо об этом думают и те, кто любит ближнего, как самого себя, а Бога превыше всего. Ведь они думают так, полагаясь на слова Господа, что велика будет награда их на небесах (Матф. 5:11,12; 10:41,42; Лука 6:23,35; 14:12-14; Иоанн 4:36); что тем, кто сотворил добрые дела, достанется в наследство царство, приготовленное от создания мира (Матф. 25:34); и что каждому воздастся по делам его (Матф. 16:27; Иоанн 5:29; Откр. 14:13; 20:12,13; Иер. 25:14; 32:19; Осия 4:9; Зах. 1:6; и др.). Такие люди не надеются получить награду за свои заслуги, а верят в то, что обещано им по благодати. Их награда - это радость делать добро ближнему. В этом состоит радость ангелов на небесах, это - радость духовная, которая длится вечно и неизмеримо превосходит всякую природную радость. Обладающие ею и слышать не хотят разговоров о заслуге, ибо они любят делать, и в действии находят удовольствие. Они огорчаются, если о них подумают, что они действовали ради воздаяния. Они подобны тем, кто делает добро друзьям по дружбе, братьям - ради братства, жене и детям ради жены и детей, своей стране - ради страны, поскольку они действуют по дружбе и любви. Когда они оказывают услугу, то говорят и свидетельствуют, что это они сделали не для себя, а для других.

441. У тех же, кто считает своей целью награду за свои дела, все совершенно иначе. Они подобны тем людям, которые заводят дружбу ради того, что смогут с нее получить, посылая подарки, оказывая услуги и расточая заверения в сердечной дружбе; однако, не получая ожидаемого, они разворачиваются спиной, объявляя, что дружбе - конец, и переходят в ряды врагов и клеветников. Они напоминают кормилиц, которые кормят детей только за деньги, и на глазах у родителей целуют и ласкают их; но как только им перестают давать лучшую еду и удовлетворять их малейшие прихоти, забывают о детях, обращаются с ними грубо и бьют их, посмеиваясь над их плачем.

Они, как те, чья забота о стране происходит от любви к себе и к миру, которые говорят, что желали бы отдать свое имущество и свои жизни за отечество, однако, если они не получают в награду почестей и богатства, то ругают свою страну и присоединяются к ее врагам. Они похожи также на пастухов, которые только за плату присматривают за овцами и если им не платят тогда, когда они захотят, они гонят своим посохом стадо с пастбища в пустыню. Они подобны тем священникам, которые исполняют свои обязанности лишь ради положенного им жалования; ясно, что такие ничуть не заботятся о спасении душ тех людей, которых им поручено наставлять.

То же самое и с людьми, занимающими государственные должности, для которых имеют значение только чины и доходы, с этими должностями связанные; если они делают добро, то не ради общественного блага, а ради удовольствий любви к себе и к миру, которыми они только и дышат, признавая лишь их одни за благо. Нечто подобное можно сказать и обо всех остальных людях такого рода; цель, которая движет ими, властвует безраздельно, и промежуточные мотивы, относящиеся к исполнению службы, отбрасываются, если не способствуют достижению этой цели.

Так обстоит дело с теми, кто требует награды за заслуги в деле спасения. После смерти они самоуверенно требуют пустить их в небеса; однако, когда в них не находят никакой любви к Богу и никакой любви к ближнему, их отсылают к тем, кто мог бы научить их, что такое милосердие и вера. Если же они отвергают это учение, то их прогоняют вон, к таким же, как они, среди которых есть гневающиеся на Бога за то, что их не наградили и ставящие себе в заслугу веру. Такие люди в Слове названы наемными работниками; им поручают самую черную работу на церковном дворе. С расстояния они выглядят колющими дрова.

442. Нужно твердо знать, что милосердие с верой в Господе тесно связаны, так что какова вера, таково и милосердие. Выше было показано, что Господь, милосердие и вера составляют одно целое, как жизнь, воля и разум, и если их разделять, то каждое в отдельности рассыпается в пыль, как жемчужина (362 сл.); и что вера и милосердие вместе пребывают в добрых делах (373-377). Из этого следует, что какова вера, таково и милосердие; а каковы милосердие и вера вместе взятые, таковы и дела. Так вот, если вера утверждает, что все добро, которое человек делает как бы сам по себе, происходит от Господа, то человек является промежуточной причиной этого добра, а первопричина его - Господь. В глазах человека эти две причины кажутся единым целым, однако в действительности первопричина является всем для промежуточной причины. Отсюда следует, что когда человек верит, что все добро, которое по существу добро, от Господа, он не приписывает делам заслуги; и по мере того, как эта вера становится у человека все совершенней, Господь избавляет его от этого выдуманного понятия о заслуге.

Находясь в таком состоянии, человек свободно проявляет милосердие, не беспокоясь о заслуге, ощущая со временем духовную радость от милосердия; он начинает испытывать отвращение к заслуге, как к чему-то вредному для его жизни. Понятие заслуги легко стирается Господом у тех, кто впитал милосердие, действуя добросовестно и преданно на работе, в делах и должностях, с кем бы им ни пришлось иметь дело (об этом смотри 422-424 выше). Но очень трудно изгнать понятие о заслуге у тех, кто думает, что милосердие приобретается подаянием и помощью нуждающимся. Ибо, когда люди эти занимаются такими вещами, то их дух, поначалу в открытую, а затем втайне, желает вознаграждения, и они поэтому ищут заслуги.

XXXVI Милосердие - это нравственная жизнь, которая в то же время духовна.

443. Каждого учат его учителя и родители, что нужно вести нравственную жизнь, то есть, быть хорошим гражданином, и вести себя порядочно. Порядочность подразумевает разнообразные добродетели, которые являются ее существенными составляющими. С их помощью человек учится формальным выражениям порядочности, которые называются приличиями. С возрастом он учится использовать при этом доводы рассудка, и таким образом совершенствует свою нравственность. В детях, вплоть до начала юности, нравственная жизнь природна, а затем становится все более и более разумной. Размыслив хорошенько, можно понять, что нравственная жизнь - это то же самое, что и милосердная жизнь; она состоит в том, чтобы поступать правильно с ближним и так вести свою жизнь, чтобы не осквернить ее злом. Это следует из показанного выше, 435-438. Но, тем не менее, в первый период жизни нравственная жизнь является жизнью милосердия только по внешности, то есть, затрагивает лишь форму и наружность ее, а не внутренние части.

С младенчества до старости человек проходит четыре периода жизни. В первом он действует так, как его учат. Во втором он действует сам по себе, направляемый своим разумом. В третьем его воля действует по разуму, а разум видоизменяет волю. В четвертом он продолжает действовать из утвердившихся принципов и поставленной цели. Это - периоды жизни духа человека, они не повторяются его телом. Тело способно вести себя нравственно и говорить разумно, хотя, возможно, дух при этом хочет и мыслит противоположное. Что таков природный человек, видно на примере притворщиков, льстецов, лгунов и лицемеров, у которых, как известно, ум двуличен, то есть, расщеплен на две несогласные между собой части. Другое дело те, кто желает добра и мыслит разумно, и оттого делает добрые дела и разумно говорит; такие люди в Слове упоминаются, как "простые духом", простые, потому что не двуличные.

Эти замечания делают совершенно ясными понятия "внешнего" и "внутреннего" человека. Никто не может сделать никакого вывода о нравственности внутреннего по нравственности внешнего, поскольку внутренний может смотреть совсем в другую сторону, спрятав голову, как черепаха в панцирь, или змея в свои кольца. Так называемый нравственный человек такого рода подобен грабителю с большой дороги в городе и в лесу; в городе он играет роль нравственного гражданина, а в лесу - обирает путников. Все совершенно иначе у тех, кто внутренне, то есть в духе, нравственен, поскольку возрожден Господом; эти-то люди и имеются в виду под "духовно нравственными".

444. Милосердие - это если нравственная жизнь вместе с тем духовна, потому что вести нравственную жизнь, и жизнь милосердия, - это одно и тоже. Милосердие - это значит желать добра ближнему и вести себя с ним хорошо вследствие этого; нравственная жизнь состоит в том же. Духовный закон - это тот закон, который предписан Господом:

Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; в этом Закон и Пророки. Матф. 7:12.

Тот же закон без исключения применим к нравственной жизни. Но для того, чтобы перечислить все дела милосердия и сопоставить их с делами, предписанными нравственной жизнью, потребуется огромное множество страниц, так что поясним это на примере шести заповедей второй скрижали Десяти Заповедей. Всем понятно, что это - заповеди нравственной жизни; выше (329-331) было показано, что в них содержится все, относящееся к любви к ближнему. Милосердие есть исполнение всех этих заповедей, что ясно из следующего отрывка у Павла:

Любите друг друга, ибо любящий другого исполнил закон. Ибо заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай, и все другие заключаются в этих словах: люби своего ближнего, как самого себя. Милосердие не делает зла ближнему, а это и есть исполнение закона. Рим. 13:8-10.

Тот, кто мыслит единственно из внешнего человека, конечно же, удивится, что семь заповедей второй скрижали были провозглашены Иеговой с горы Синай при таких чудесах, тогда как те же самые правила входят в свод гражданских законов любого государства на земле, включая Египет, из которого Дети Израиля незадолго до этого ушли; ведь ни одно государство не может существовать без них. Однако они были провозглашены Иеговой, и Его перстом были начертаны на двух каменных скрижалях для того, чтобы они стали не только заповедями гражданского общества, и поэтому природной нравственности, но и заповедями небесного общества, и поэтому духовной нравственности. Таким образом, нарушать их - значит поступать не только против сограждан, но и против Бога.

445. Рассматривая нравственную жизнь в ее сущности, можно понять, что это жизнь в соответствии с человеческими законами и в то же время - с Божественными законами. Поэтому, кто живет в соответствии с этими двумя законодательствами, считая их единым целым, тот - истинно нравственный человек, и жизнь его - милосердие. Каждый, если хочет, может понять, что такое милосердие, рассматривая внешнюю нравственность. Лишь повторите внешнюю нравственность так, как она проявляется в культурном обществе, во внутреннем человеке, чтобы его желания и мысли были подобны и соответствовали поведению внешнего, и вы увидите идеальный пример милосердия.

XXXVII Сердечная дружба[ЯО2],22 которую заводят, не принимая во внимание духовные качества друга, после смерти приносит вред.

446. Сердечная дружба - это настолько глубокая дружба, что подразумевает любовь не только к внешнему человеку друга, но и к его внутреннему человеку, причем без дознания, что он за человек внутренне, или в духе; другими словами, происходят ли склонности его духа от любви к ближнему и к Богу, и поэтому могут сообщаться с ангелами небес, или они происходят от любви, направленной против ближнего и против Бога, и поэтому могут сообщаться с дьяволами. Многие люди вступают в такую дружбу по разным причинам и для различных целей. Дружбу такого рода надо отличать от внешней дружбы, которая относится только к внешним проявлениям личности и существует ради всякого рода удовольствий тела и чувств, а также разнообразного общения. Такую дружбу можно заводить с кем угодно, хоть с шутом, валяющим дурака за столом вельможи. Она просто называется дружбой, тогда как другая называется сердечной дружбой; дружба - это связь на природном уровне, любовь - на духовном.

447. Сердечная дружба после смерти приносит вред, это можно утверждать, рассмотрев положение дел на небесах, в аду и у человеческого духа по отношению к ним. Небеса все разделены на бесчисленные общества, которые различаются между собой в точном соответствии со всем разнообразием склонностей любви к добру. Ад, со своей стороны, разделен подобным образом в соответствии с разнообразием склонностей любви ко злу. Человека, ставшего духом после смерти, сразу вводят в состав того общества, которое соответствует его жизни в мире, то есть именно туда, где находится его господствующая любовь. Это общество - небесное, если в его любви преобладала любовь к Богу и любовь к ближнему, и адское, если любовь к миру и любовь к себе были его главными видами любви. Непосредственно после того, как человек попадает в духовный мир, чему предшествует смерть и предание материального тела земле, его некоторое время готовят к вступлению в то общество, которое ему предназначено. Эта подготовка состоит в том, что те виды любви, которые не сочетаются с главной любовью, отторгаются. Посему двое тогда разлучаются между собой, один друг с другим, подвластный с повелителем, родители с детьми, брат с братом. Каждый из них соединяется с теми, кто внутренне такой же, как он, чтобы жить с ними вечно в согласии той жизнью, которая является на самом деле его собственной. Правда, на первых порах они встречаются и дружески беседуют, как в мире, но мало помалу расходятся между собой, не подозревая об этом.

448. Тех же, между кем была в мире заключена сердечная дружба, нельзя уже разделить в соответствии с порядком, как остальных людей, и ввести в состав обществ, соответствующих их жизням. Ибо они внутренне связаны на уровне духа, и их нельзя оторвать друг от друга, как ветви, привитые к другим ветвям. Если же один из них внутренне в небесах, а другой внутренне в аду, то они оказываются прикованными друг к другу, как если бы овца была привязана к волку, или гусь к лисе, или голубь к ястребу. Тот, чье внутреннее адско, вдыхает свои адские понятия в того, чье внутреннее в небесах. На небесах хорошо известно, в частности, что дурные понятия можно вдохнуть в хороших людей, но не добрые понятия - в дурных. Причина в том, что каждый с рождения пропитан всяким злом. Поэтому, когда хороший человек вот так прикован к дурному, то внутреннее его закрывается, и оба они бросаются в ад, где добрый дух тяжко страдает, пока, по истечении некоторого времени, его не освободят, и только тогда начинается его приготовление в небеса.

Мне было позволено увидеть такого рода связи, особенно между братьями и другими родственниками, а также между подвластными и их повелителями, а у многих с льстецами, с которыми у них противоположные склонности и разный характер. Я видел некоторых из них, похожих на козлят рядом с леопардами, которые обнимались друг с другом, клянясь в продолжении прежней дружбы. Затем я узнал о том, как добрые усваивали удовольствия злых, держась за руки, заходили вместе в пещеры, где являлись им толпы злых людей в их отвратительном виде, хотя самим им казалось в фантазиях, что они очень привлекательны. Однако, несколько позже я услышал, как добрые плакали в страхе, как будто бы их вот-вот должны были повесить, а злые забавлялись, как если бы захватили трофеи у врага, не говоря уже о других печальных сценах. Мне сказали, что потом, после освобождения, этих добрых, преобразуя, готовили в небеса, однако с б(льшим трудом, чем остальных.

449. С теми, кто любит в других добро, дело обстоит совсем иначе; это, например, те, кто любит прямоту, здравомыслие, искренность и любезность, исходящие от милосердия, а особенно те, кто любит веру в Господа и любовь к Нему. Поскольку такие люди любят то, что внутри человека, не взирая на то, что снаружи, то если после смерти они не обнаруживают таких качеств у друга, они тут же отказываются от дружбы, и Господь объединяет их с теми, кто находится в том же добре. Следует сказать, что никто не может разузнать, каково внутреннее духа тех, с кем он бывает в одной компании или ведет дела. Но в этом нет нужды. Надо просто избегать заводить сердечную дружбу с кем бы то ни было вообще. Внешняя же дружба по разным поводам не приносит никакого вреда.

XXXVIII Бывает милосердие поддельное, лицемерное и мертвое.

450. Истинное, живое милосердие невозможно, если оно не составляет единого целого с верой, и если они сообща не взирают на Господа. Ибо это три существенные составляющие спасения - Господь, милосердие и вера, и когда они едины, тогда милосердие есть милосердие, вера есть вера, и Господь присутствует в них, а они - в Господе (смотри выше 363-367 и 368-372). Напротив, там, где эти три составляющие не соединены между собой, милосердие бывает либо поддельным, либо лицемерным, либо мертвым. Со времени своего основания Христианство было окружено всякого рода ересями, которые продолжаются и до наших дней; и в каждой из них все три составляющие - Бог, милосердие и вера - признавались и признаются, поскольку без них не может быть никакой религии. Что касается милосердия в частности, его можно приложить к любому еретическому верованию, как то: к Социнианам, Энтузиастам или Иудеям, и даже к верованиям идолопоклонников. И все они могут думать, что это - настоящее милосердие, по причине внешней схожести; тем не менее, качество милосердия изменяется в зависимости от того, к какой вере оно присоединяется или прилагается. Пояснения этому можно найти в главе о вере.

451. Всякое милосердие, не связанное с верой в одного Бога, в котором заключена Божественная Троица, поддельно. Таково, например, милосердие современной церкви, которая верит в три личности в одном и том же Божестве: Отца, Сына и Святого Духа; а поскольку она верит в три личности, каждая из которых есть Бог, существующий Сам по себе, то вера эта - в трех Богов. Можно приложить милосердие к этой вере, и оно действительно проявляется теми, кто поддерживает эту веру, но его невозможно соединить с этой верой. Милосердие, приложенное к вере, является не духовным, а лишь природным, и поэтому такое милосердие поддельно. То же самое с милосердием многих других ересей, например, тех, что отрицают Божественную Троицу и обращаются поэтому только к Богу Отцу, или только к Святому Духу, или к ним обоим без Бога Спасителя. Милосердие не может быть соединено с верой таких людей, а если оно соединяется, или прилагается, то оно - поддельное. Оно называется поддельным, потому что представляет собой как бы потомство от незаконного соединения, подобное сыну Агари, рожденному Аврааму, которого изгнали из дома (Бытие 21:9,10). Такого рода милосердие подобно плоду, который не растет на дереве, а приколот к нему булавкой; еще оно как карета, связанная с несущими ее лошадьми только поводьями в руках кучера: когда лошади побегут, они сорвут кучера с его сидения, а карета останется стоять на месте.

452. Лицемерное милосердие - это милосердие тех, которые в церкви и дома склоняются перед Богом, почти касаясь камней пола, изливают долгие благочестивые молитвы, делают постные лица, целуют распятия и кости умерших, а затем преклоняют колена перед их могилами, бормоча над ними слова о святом преклонении перед Богом, а между тем сердцем своим обращаются к тому, чтобы другие поклонялись им, почитая их божественными силами. Таких людей Господь описал следующими словами:

Когда подаете милостыню, не трубите перед собой, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. И когда молитесь, не будьте, как лицемеры, которые любят молиться, стоя в синагогах и на углах улиц, чтобы показаться перед людьми. Матф. 6:2,5.

Горе вам, книжники и Фарисеи, что затворяете царство Небесное от людей, ибо сами не входите, и тем, кто хочет войти, не даете. Горе вам, лицемеры, что обходите море и сушу, чтобы обратить хоть одного; и когда это случается, вы делаете его сыном Геенны, вдвое худшим вас. Горе вам, лицемеры, что очищаете внешность чаши и блюда, тогда как внутри они полны хищения и неправды. Матф. 23:13,15,25.

Правильно пророчествовал о вас Исаия, лицемеры, говоря: люди сии чтут Меня устами, сердце же их далеко от Меня. Марк 7:6.

Горе вам, лицемеры, что вы - как гробы скрытые, над которыми люди ходят, и не знают того. Лука 11:44.

Есть еще и другие места. Такие люди - как плоть без крови; или как вороны с попугаями, которых обучили повторять слова псалмов, или птицы, выученные петь на мотив церковных гимнов. Их речь подобна звуку, который издает манок птицелова.

453. Мертвое милосердие - это милосердие тех, чья вера мертва, потому что какова вера, таково и милосердие. В главе о вере было показано, что вера и милосердие составляют единое целое. Вера мертва у тех, кто не делает дел, что ясно из Послания Иакова (2:17,20). Кроме того, вера мертва у тех, кто верит не в Бога, а в людей, живых или мертвых, и поклоняется изображениям, считая, что они святы сами по себе, как делали язычники. Приношения, которые совершают люди такой веры чудотворным образам, как они их называют, чтобы получить спасение, считая их делами милосердия, - не более чем золото и серебро, которое бросают в урны и гробы мертвецов; или, скорее, подачки Церберу23, или же плата Харону24 за переправу на Елисейские поля. Милосердие же тех, которые думают, что Бога нет, а на место Бога ставят природу, - ни поддельное, ни лицемерное, ни мертвое, а несуществующее, поскольку оно не связано ни с какой верой. Его нельзя назвать милосердием, потому что милосердие определяется верой. С небес милосердие таких людей выглядит как хлеб, сделанный из праха, паштет из рыбьей чешуи или фрукты из воска.

XXXIX Сердечная дружба между злыми - это неукротимая ненависть между ними.

454. Как показано выше, у каждого есть внутреннее и внешнее, внутреннее называется его внутренним человеком, а внешнее - его внешним человеком. К этому надо добавить, что внутренний человек существует в духовном мире, а внешний - в природном. Человек создан таким для того, чтобы он мог сообщаться с ангелами и духами в их мире, и вследствие этого мыслить аналитически, а после смерти мог быть перенесен из своего мира в иной. Духовный мир означает как небеса, так и ад. Поскольку духовный человек находится с ангелами и духами в их мире, а внешний человек - среди людей в этом, ясно, что человек может состоять в общении либо с духами ада, либо с небесными ангелами. Такой возможностью и способностью человек наделен в отличие от животных. Каков человек по сущности определяется тем, каков его внутренний человек, а не внешний, потому что внутренний человек - это его дух, который действует при помощи внешнего. Материальное тело, которым одет его дух в природном мире, является дополнением, нужным для размножения и формирования внутреннего человека. Ибо он растет в природном теле, как дерево в земле, или семя в плоде. Еще о внутреннем и внешнем человеке можно найти выше (401).

455. Следующее краткое описание ада и небес послужит объяснению того, каков злой человек в его внутреннем человеке, и каков добрый, ибо у злого его внутренний человек соединен с дьяволами в аду, а у доброго - с ангелами на небесах. Ад, по своей любви, полон удовольствий всякого рода зла, то есть, удовольствий ненависти, мести, убийства, грабежа и воровства, злословия и проклятий, отрицания Бога и осквернения Слова. Все они скрыты в вожделениях человека, так что он не думает о них. Удовольствия эти воспламеняют его вожделения, подобно факелам, и это-то и подразумевается под адским огнем. Напротив, небесные удовольствия - это удовольствия любви к ближнему и любви к Богу.

Поскольку удовольствия ада противоположны удовольствиям небес, то между ними - огромная пропасть; удовольствия небес льются сверху в эту пропасть, удовольствия ада заливают ее снизу. Пока человек живет в мире, он находится посреди этой пропасти, и поэтому может быть в равновесии, то есть в свободе обращаться либо к небесам, либо к аду. Именно эта пропасть подразумевается под "великой пропастью", утвержденной между теми, кто в небесах, и теми, кто в аду (Лука 16:26).

Отсюда можно заключить, что собой представляет сердечная дружба между злыми людьми. Во внешнем человеке она сопровождается подражанием соответствующим жестам и поведению, и принимает вид нравственности, с целью раскинуть сеть и посмотреть, не будет ли случая воспользоваться удовольствиями ее любви, которая жарко пылает во внутреннем человеке. Лишь страх перед законом, а значит, опасение за свою жизнь и репутацию, сдерживает их и не дает действовать. Таким образом, их дружба напоминает паука в сахаре, гадюку в хлебе, крокодильчика в медовике, или змею в траве.

Вот какова дружба таких людей с кем бы то ни было. Но между закоренелыми негодяями, как то: ворами, разбойниками, пиратами - дружба близка до тех пор, пока они вполне заодно, радуясь своему разбою; они тогда обнимаются, как братья, угощают друг друга, поют и пляшут, сговариваясь погубить других. На самом же деле, каждый из них смотрит на своего товарища, как враг на врага. Хитрый преступник даже видит это в своем товарище, и опасается его. Отсюда ясно, что между таковыми не бывает дружбы, а только неукротимая ненависть.

445а.25 Тот, кто открыто не присоединяется к злодеям и не занимается разбоем, но ведет нравственную жизнь добропорядочного гражданина, имея целью разного рода пользу, но, тем не менее, не обуздывает вожделения, свойственные внешнему человеку, может думать, что его дружба не такова. Однако мне дано знать совершенно точно на многих примерах, показанных мне в духовном мире, что дружба такова, в большей или меньшей степени, у всех тех, кто отверг веру и ни во что не ставил все святое в церкви, думая, что это важно не для них, а только для простых людей. В некоторых из них удовольствия адской любви скрыты, как огонь в тлеющих поленьях, покрытых корой; в некоторых - как пылающие угли под слоем пепла; у некоторых - как вощеный фитиль, воспламеняющийся от одного прикосновения к огню; у других - иначе. Вот что собой представляют люди, изгоняющие из своего сердца все связанное с религией. Их внутренний человек находится в аду, и пока они живут в мире, то есть, пока они не знают об этом из-за подобия нравственности, проявляемого ими во внешнем, они никого не считают ближним, кроме себя и своих детей. Они относятся к другим либо с презрением, и тогда подобны кошкам, подстерегающим птиц в их гнездах, либо с ненавистью, напоминая при этом волков при виде собак, которых им хочется растерзать. Все это было сказано для того, чтобы на противоположностях показать, что такое милосердие.

XL Связь любви к Богу и любви к ближнему.

456. Известно, что закон, провозглашенный с горы Синай, был написан на двух скрижалях, одна из которых относится к Богу, а другая к человеку; в руках Моисея они составляли одну скрижаль, с надписями о Боге на правой стороне, а о человеке - на левой.26 Таким образом, когда они предстали взору людей, надписи на обеих частях были видны вместе; одна сторона поэтому была видна другой, как Иегова Моисею, и Моисей Иегове, когда они говорили лицом к лицу, как написано. Так было сделано для того, чтобы соединенные вместе, эти две скрижали символизировали соединение Бога с человеком и ответное соединение человека с Богом. Поэтому-то закон, который был написан таким образом, называется заветом и свидетельством; завет означает соединение, а свидетельство - жизнь в соответствии с договором.

Эти две соединенные вместе скрижали позволяют нам увидеть связь любви к Богу и любви к ближнему. Первая скрижаль посвящена всему, что относится к любви к Богу, и главное в ней, что мы должны признавать одного Бога, Божественность Его человечности и святость Слова, и что Богу нужно поклоняться посредством того святого, что от Него исходит. Что все это содержится в первой скрижали, показано в главе 5 о Десяти Заповедях. Вторая скрижаль посвящена всему, что относится к любви к ближнему; первые пять заповедей в ней касаются деятельности, называемой делами, а две последние - вопросов воли, то есть милосердия в его началах; ибо они говорят: "Не пожелай...," а когда человек не желает того, что принадлежит его ближнему, он желает ему добра. Десять заповедей содержат все, относящееся к любви к Богу и к любви к ближнему; см. выше 329-331. Там показано также, что связь двух скрижалей бывает у тех, кто обладает милосердием.

457. Иначе обстоит дело у тех, кто только поклоняется Богу, но не делает при этом добрых дел из милосердия. Эти люди подобны расторгающим договор. Иным образом также и у тех, которые делят одного Бога на трех, каждому из которых воздают поклонение; и, опять же, по-другому у обращающихся к Богу не в Его Человеческом. Все это те люди, которые не дверью входят, а перелезают в других местах (Иоанн 10:1,9). Иначе и у тех, кто по убеждению отрицает божественность Господа. У всех перечисленных связь с Богом невозможна, и поэтому невозможно их спасение. Их милосердие может быть только поддельным, не позволяющим соединиться лицом к лицу, но только сбоку или со спины.

Несколько слов о том, как происходит связывание. Бог наитствует в те знания, которые у каждого о Нем имеются, производя в них признание Бога, наделяя в то же время своей любовью к человечеству. Если человек принимает только первое, а не второе, то это наитие достигает лишь его разума, но не воли, и он остается со знанием о Боге, но без какого-либо внутреннего признания Бога, так что его состояние напоминает состояние сада зимой. Если же человек принимает и первое и второе, наитие достигает его воли и оттуда входит в его разум, наполняя, таким образом, весь его ум. Тогда он признает Бога внутренне, от чего возрождаются к жизни все его знания о Боге, и состояние его похоже на состояние сада весной.

Связывание происходит при помощи милосердия по той причине, что Бог любит людей всех до единого; а поскольку Он не может делать людям добро непосредственно, но лишь посредством других людей, то Он вдохновляет людей своей любовью точно так же, как Он вдохновляет родителей любовью к их детям. Каждый принимающий эту любовь, соединяется с Богом, и любовь к Богу заставляет его любить ближнего. Любовь к Богу в нем располагается внутри любви к ближнему, и именно она дает ему его волю и способность действовать.

Поскольку никто не может делать каких бы то ни было добрых дел, если ему не представляется, будто бы его возможности, желания и деятельность исходят от него самого, то такая видимость человеку дарована; и когда он делает эти дела свободно, как бы сам по себе, они вменяются ему, и принимаются, как ответные действия, служащие для образования связи. Это как взаимоотношение активного и пассивного, когда пассивное оказывает содействие благодаря действию на него активного. Или как воля, проявляющаяся в действии, и мысль, проявляющаяся в речи, или душа, которая действует на самом внутреннем уровне и той и другой. Или как усилие при движении; или как порождающее начало в семени, которое изнутри воздействует на соки, благодаря которым дерево вырастает, чтобы принести плоды, и посредством плодов дать новые семена. Или как свет, падающий на драгоценные камни, отражение которого зависит от строения тех участков, на которые он падает, благодаря чему получаются разнообразные цвета, принадлежащие, как кажется, самоцветам, а на самом деле являющиеся свойствами света.

458. Все это служит пояснением того, каковы источник и природа связи между любовью к Богу и любовью к ближнему; любовь Бога к человечеству вливается в человека, а принятие ее и содействие ей составляют любовь к ближнему. Словом, связь осуществляется так, как сказал Господь:

В тот день узнаете вы, что Я в Отце Моем, и вы во Мне, и Я в вас. Иоанн 14:20.

И как говорится в следующем отрывке:

Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам, и обитель с ним сотворю. Иоанн 14:21-23.

Все заповеди Господа относятся к любви к ближнему и состоят вкратце в том, чтобы не делать ближнему зла, а делать добро. Такие люди любят Бога, и Бог любит их, как утверждают только что цитированные слова Господа. Поскольку эти две любви связаны таким образом, Иоанн и говорит:

Кто сохраняет заповеди Иисуса Христа, тот пребывает в Нем, и Он в том. Кто говорит: "Я очень люблю Бога", - а брата своего ненавидит, тот лжец. Ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И есть у нас такая заповедь от Него, чтобы любящий Бога любил и брата своего. 1 Иоанн 3:24; 4:20,21.

* * * * *

459. Здесь я приведу несколько примеров из своего опыта. Вот первый.

Я увидел вдали пять школ, окруженных разноцветным светом: первая была в огненном свете, вторая - в желтом, третья - в ослепительно белом, четвертая - в свете среднем между полуденным и вечерним, а пятая была вообще едва видна, поскольку была как бы скрыта вечерней тьмой. Видно было, как по дорогам ездили люди на лошадях, в каретах и пешком. Некоторые из них бежали, торопясь в ту школу, которая сияла огненным светом. При виде их мной овладело желание пойти туда и послушать, что будет обсуждаться. Поэтому я быстро собрался и примкнул к тем, кто спешил в первую школу, войдя с ними вместе внутрь. Там, как оказалось, собралось множество людей, которые рассаживались направо и налево по скамьям вдоль стен. Перед собой я увидел низкую площадку, на которой стоял человек, выбранный председателем, с жезлом в руке, в головном уборе и одеянии под цвет огненного света школы.

Когда все собрались, он объявил: "Братья! Тема, обсуждаемая сегодня, звучит так: "Что такое милосердие?" Наверное, каждый из вас знает, что милосердие по сущности своей духовно, а по проявлению - природно."

Тут же встал один из сидевших на первой скамье слева, из тех, что славились своей мудростью, и сказал: "Я считаю, что милосердие - это нравственность, вдохновленная верой". Вот чем он подкрепил свое мнение. "Найдется ли кто-нибудь, кому не известно, что милосердие следует за верой, как слуга за своей госпожой? И что человек, у которого есть вера, исполняет закон, а значит и милосердие, настолько непроизвольно, что даже не знает, что живет по закону и милосердию. Ибо если бы он знал, и поэтому делал, думая благодаря этому обрести спасение, то замарал бы свою святую веру своей самостью (proprium), нанося этим ущерб ее действенной силе. Разве не соответствует это учению церкви нашей страны?" Тут он оглянулся на сидящих позади него, среди которых некоторые были из духовенства, и те согласно закивали.

"Но что же такое непроизвольное милосердие, как не нравственность, которой нас всех обучают с детства? Поэтому оно по сущности природно, но становится духовным, когда вдохновляется верой. Может ли кто, глядя на нравственность людей, сказать, есть у них вера, или нет? Нравственной жизнью живет любой, однако только Бог, насаждающий и прививающий веру, может распознать и отличить это. Поэтому я придерживаюсь мнения, что милосердие - это нравственность, вдохновленная верой, и такая нравственность, благодаря вере в глубине ее, ведет к спасению; любая другая - не ведет к спасению, поскольку имеет целью заслугу. Поэтому напрасны труды тех, кто пытается смешать милосердие и веру, то есть соединить их внутренне, вместо того, чтобы связывать их внешне. Смешивать и соединять их - это все равно, что сажать в карету к епископу лакея, который должен стоять на запятках, или приглашать привратника в столовую отобедать с господином".

Затем поднялся некто с первой скамьи справа и сказал: "Я считаю, что милосердие - это набожность, вдохновленная состраданием. В подтверждение своих слов скажу следующее. Ничто так не умилостивляет Бога, как набожность, основанная на сердечном смирении. Набожный непрестанно молится, чтобы Бог дал ему веру и милосердие; а Господь говорит:

Просите, и дано будет вам. Матф. 7:7.

И поскольку набожному дается, то и вера с милосердием пребывают в нем. Я сказал, что милосердие - это набожность, вдохновленная состраданием, потому что всякая преданная набожность есть сострадание. Набожность вызывает у человека сердечные стенания, а ведь это не что иное, как сострадание. Правда, это уходит, как только молитва окончена, но возвращается, когда мы молимся вновь, и, возвращаясь, приносит с собой набожность; таким образом, в милосердии есть набожность. Наши священники приписывают все способствующее спасению вере, и ничего - милосердию; что же остается тогда, кроме набожности, горячо молящейся о том и другом? Когда я читал Слово, я не мог не видеть, что милосердие и вера - это два средства спасения; однако, когда я спросил у служителей церкви, мне сказали, что вера - единственное средство, а милосердие бесполезно. Тогда мне показалось, что я на корабле, который бросает в море между двух скал, и, опасаясь кораблекрушения, я забрался в шлюпку и уплыл прочь. Моя спасительная шлюпка - набожность; а что еще нужно, если набожность подходит для любых целей?"

Вслед за ним говорил сидевший на второй скамье справа: "Я считаю, что милосердие - значит делать добро как честным, так и преступникам. Эту точку зрения я подкреплю следующим. Что такое милосердие, как не сердечная доброта? А доброе сердце хочет добра всем, и честным, и преступникам. И Господь говорит, что мы должны благотворить врагам нашим. Поэтому, если вы отберете свое милосердие у кого-то, то оно в той же степени перестанет существовать, и таким образом станет подобным человеку, который лишился одной ноги и ходит, подскакивая на оставшейся, не так ли? Преступник совершенно такой же человек, как и честный; милосердие каждого рассматривает, как человека, и если он - преступник, что мне до того? Милосердие действует, как солнечное тепло, которое дает жизнь и вредным животным, и полезным, как волкам, так и овцам. Благодаря нему дурные растения растут с тем же успехом, что и хорошие, терновник точно так же, как и виноградник". Сказав это, он взял в руки свежую виноградину и продолжил: "С милосердием, как с этой виноградиной: разрежьте ее, и все, что в ней было, вытечет". Он разрезал виноградину, и ее содержимое вылилось.

После этой речи встал еще некто со второй скамьи налево, и сказал: "Я считаю, что милосердие - это проявление всевозможной заботы о своих родственниках и друзьях, и вот чем я подкреплю свое мнение. Кому не известно, что милосердие начинается с себя самого? Каждый сам себе ближний. Поэтому милосердие распространяется по степеням близости, сперва к братьям и сестрам, затем к ближайшим и более далеким родственникам, и таким образом, распространение милосердия ограничено им же самим. Находящиеся за его пределами - чужие, а чужие внутренне не признаются, они как бы отстраняются от внутреннего человека. Но кровная родня и остальные родственники объединяются вместе по природе, а друзья - по привычке, которая есть вторая природа, и они становятся ближними. Милосердие может присоединять к себе людей внутренне, а потому и внешне. Тех же, которые не присоединены внутренне, надо называть лишь товарищами.

Ведь все птицы узнают своих родных не по оперению, а по голосам, а когда они близко - по жизненной сфере, исходящей от их тел. Привязанность к своей родне, которая держит их вместе, называется, в случае птиц, инстинктом, но та же самая привязанность у человека к своей семье и своим людям, есть инстинкт истинно человеческой природы. Что делает нас родными, если не кровь? Это то, что чувствует, можно сказать, чует ум человека, то есть, его дух. Сущность милосердия состоит в этих родственных чувствах и симпатии, которую они пробуждают. С другой стороны, отсутствие родственности, дающее в свою очередь начало антипатии, - это как бы отсутствие общей крови, и поэтому милосердия. Поскольку привычка - вторая природа, и она тоже составляет своего рода родственность, то, следовательно, милосердие подразумевает и добрые дела по отношению к друзьям. Когда, плывя по морю, человек высаживается в каком-либо порту и обнаруживает, что это - чужая страна, ни языка, ни обычаев которой он не знает, разве не становится ему как-то не по себе, так что он не испытывает никакой радости от любви к ним? Но если ему говорят, что это его родная страна, и он узнает ее язык и обычаи, то он чувствует себя, как дома, и ощущает радость любви, то есть удовольствие милосердия".

Следующим поднялся один из сидевших на третьей скамье справа и начал громко: "Мое мнение таково. Милосердие - это подаяние бедным и помощь нуждающимся. Нет никакого сомнения в этом, потому что Слово Божье учит этому, а его предписания не допускают возражений. Давать богатым или состоятельным - не более чем хвастливая суета, лишенная милосердия, но продиктованная представлением о награде. В этом не может быть никакой настоящей склонности любить ближнего, но одна поддельная склонность, приемлемая на земле, но не на небесах. Посему надо помогать только нуждающимся и неимущим, ибо при этом исключено понятие о воздаянии. В том городе, где я живу, где я знаю, кто честен, а кто негодяй, я наблюдал, что, видя нищего на улице, любой честный останавливается и подает ему; нечестивец же, уловив взгляд нищего в свою сторону, проходит мимо, будто слепой, чтобы не видеть его, и глухой, чтобы не слышать его голоса. Да разве не известно, что у честного есть милосердие, а у нечестивца - нет? Тот, кто подает нищим и помогает нуждающимся, подобен пастырю, ведущему своих голодных и жаждущих овец на пастбище и водопой; а дающий только богатым и состоятельным подобен тому, кто поклоняется идолам преуспевания или навязывает пищу и питье страдающему от обжорства".

Затем некто с третьей скамьи слева встал и произнес: "Я считаю, что милосердие состоит в том, чтобы строить приюты, больницы, детские дома и ночлежки, и помогать им пожертвованиями. В подтверждение этого скажу, что такого рода благодеяния и помощь являются общественными, и неизмеримо превосходят благодеяния частные. Вследствие этого милосердие становится богаче и полнее добротой, поскольку добрые дела многочисленны, и обильнее становится воздаяние за дела, обещанное в Слове. Ибо как вспашешь и посеешь, так и пожнешь. Разве это не то же, что подаяние нищим и помощь нуждающимся, только в большем масштабе? Разве не сулит это каждому одобрение мира, и в то же время, похвалу и скромные слова благодарности тех, кому оказана помощь? Разве все это не возносит сердце и склонность его, которую называют милосердием, до высших пределов? Богатые люди не ходят по улицам, а ездят, и они не могут замечать всех нищих, сидящих по сторонам у стен, и давать им мелкие монеты; но они делают взносы, которые служат сразу многим. Люди же помельче, которые ходят по улицам, и не имеют таких средств, - они пусть поступают иначе".

Услышав это, один из сидевших на той же скамье внезапно перебил его, закричав: "Пусть богатые, тем не менее, не оценивают свою исключительную щедрость и великолепие своего милосердия выше скудной помощи одного бедняка другому. Ибо мы знаем, что каждый действует так, как подобает его положению, будь то царь или судья, начальник или подчиненный. Милосердие, рассмотренное по сущности, зависит не от высоты положения дающего и величины его дара, а от глубины чувства, побуждающего человека к милосердному поступку. Так что лакей, подающий мелкую монету, возможно, приносит свой дар с большим милосердием, чем господин, дарующий или завещающий целое состояние. Все это подтверждается также и следующими словами:

Иисус увидел богатых, клавших дары свои в сокровищницу; увидел также и бедную вдову, положившую туда две мелкие монеты, и сказал: истинно говорю вам, что эта бедная вдова больше всех положила. Лука 21:1-3".

Затем поднялся один из сидевших на четвертой скамье слева и сказал: "Мне кажется, что милосердие заключается в том, чтобы вносить пожертвования богослужебным учреждениям и оказывать услуги их служителям. Подтвердить это можно тем, что когда человек делает это, в его уме святая цель, которая и движет им, и освящает в то же время его дары. Милосердие требует этого, потому что оно в сущности своей свято. Разве не свято любое богослужение в церкви? Ведь Господь говорит:

Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них. [Матф. 18:20.]

Богослужение ведут Его слуги, священники. Из этого я делаю заключение, что дары, приносимые священникам и церквям, намного выше приношений другим людям и на другие цели. Кроме того, священникам дана власть благословлять, и этой властью они освящают дары. И потом, ничто так не обогащает и не радует ум, как созерцание стольких святынь, принесенных тобой в дар".

Затем поднялся один из сидевших на четвертой скамье справа и сказал: "Мое мнение, что милосердие - это древнее Христианское братство; и в подтверждение его приведу то обстоятельство, что любая церковь, поклоняющаяся истинному Богу, начинается с милосердия, как и древняя Христианская церковь. И поскольку милосердие соединяет умы, и многих собирает в одно целое, они называли себя братьями, а Иисуса Христа своим Богом. А поскольку их окружали со всех сторон варварские народы, наводившие на них страх, они собирали свою собственность в общественное владение, которому они были рады вместе и единодушно. Каждый день на своих встречах они говорили о Господе Боге Спасителе своем, Иисусе Христе; а за обедами и ужинами рассуждали о милосердии, и в этом был источник их братства. Но в последующее время, когда стали возникать схизмы, вылившиеся в отвратительную ересь Ариан, которая у многих людей уничтожила понятие о божественности Человечности Господа, милосердие вышло из употребления, и братство распалось. Это правда, что все поклоняющиеся Господу в истине и исполняющие Его заповеди - братья (Матф. 23:18), но братья по духу. А поскольку ни о ком теперь нельзя узнать, каков он по духу, то бессмысленно уже называть друг друга братьями. Братство, основанное единственно на вере, тем более на вере в какого-либо другого Бога, нежели в Господа Бога Спасителя, - это не братство, потому что милосердие, которое и делает его настоящим братством, в такой вере отсутствует. Посему я заключаю, что милосердие - это братство древних Христиан, но не теперешних, ибо те времена прошли. Тем не менее, я предсказываю, что они вернутся вновь". Когда он произнес эти слова, сквозь восточное окно проник пламенный свет, отразившийся на его щеках, и собравшиеся изумились увиденному.

Наконец, встал некто с пятой скамьи слева и попросил разрешения внести некоторые дополнения в то, о чем говорил последний выступавший. Получив разрешение, он сказал: "Я считаю, что милосердие означает прощение каждому его провинностей. У меня сложилось такое мнение, когда я наблюдал, что обычно говорят друг другу люди, когда идут к Святому Причастию; ведь некоторые говорят при этом своим друзьям: "Простите мне все плохое, что я сделал", - думая, что этим выполнили все требования милосердия. Но мне кажется, что это - лишь картина, изображающая милосердие, но никак не настоящий образ его сущности. Ибо такие слова говорят и те, кто не прощает, и те, кто не прикладывает никаких усилий для приобретения милосердия; а таковые не принимаются в число упомянутых в молитве, которой учил Сам Господь: "Отец, прости нам прегрешения наши, так же, как мы прощаем обижающих нас". Ведь провинности подобны язвам, которые, если их не вскрыть и не залечить, становятся скоплением гноя, поражая соседние области, расползаясь вокруг, как змеи, и превращая кровь в гной. То же самое происходит и с прегрешениями против ближнего; если от них не избавиться покаянием и жизнью по заповедям Господа, то они остаются и укореняются. Те, которые не каются, а только молятся Богу простить им грехи, подобны жителям охваченного чумой города, которые идут к градоначальнику и просят его: "Господин, излечи нас!" Градоначальник скажет им: "Что значит - излечи? Идите ко врачу и выясните, какие лекарства вам нужны, купите их у аптекаря, используйте их, и будете здоровы". Так и Господь скажет просящим о прощении своих грехов без настоящего покаяния: "Откройте Слово и прочтите у Исаии, что Я сказал:

Горе народу грешному, обремененному беззакониями. Когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и если даже вы молитесь снова и снова, Я не слышу. Омойтесь, удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло, научитесь делать добро. И тогда грехи ваши будут изглажены и прощены. Исаия 1:4,15-18."

Когда речи закончились, я поднял руку и попросил разрешения, хоть я и чужой, высказать свое мнение. Председатель спросил у собрания, и поскольку согласие было получено, я заговорил: "Я думаю, что милосердие означает поступать рассудительно по любви к справедливости в каждом деле и занятии; но по любви от Господа Бога Спасителя, а не из иного источника. Все, что я слышал от сидящих на скамьях справа и слева, - это широко известные примеры милосердия. Но, как сказал председатель собрания в своем вводном замечании, милосердие по сущности - духовно, но в том, что из него получается - природно. Природное милосердие, если внутренне оно духовно, ангелам представляется прозрачным, как бриллиант. Но если оно внутренне не духовно, а чисто природно, то представляется ангелам жемчужным, наподобие глаза вареной рыбы.

Не мне говорить, духовно или нет то милосердие, которое вдохновляет приведенные вами один за другим общеизвестные образцы милосердия. Но я могу сказать, какого рода духовность должна быть в них, для того, чтобы они могли быть природным выражением духовного милосердия. Их духовность состоит в том, чтобы они делались рассудительно по любви к справедливости, то есть, чтобы человек, когда делает нечто милосердное, следил, действует ли он по справедливости; и поможет ему в этом рассудительность. Ибо благодеянием можно сделать и зло, а можно с виду злыми средствами делать добро. Например, добрым делом можно нанести вред, если дать нуждающемуся разбойнику денег, чтобы тот купил себе меч, хотя тот и не сказал, когда просил, на что ему нужны деньги. Или если помочь ему бежать из тюрьмы и показать ему дорогу в лес, говоря про себя: "Не моя вина, что он грабит проезжих людей; я помог такому же человеку, как и я". Другой пример: если кормить лентяя и заботиться о том, чтобы его не заставляли работать, говоря: "Иди в комнату в моем доме и полежи на кровати; зачем тебе утомляться?", то это будет только потаканием лени. Опять же, если назначить на высокую должность кого-либо из родственников или друзей с дурными наклонностями, то он может натворить множество бед. Разве не ясно, что милосердные дела такого рода происходят никак не из рассудительности и не из любви к справедливости.

С другой стороны, можно совершать благодеяния, которые по внешнему виду будут выглядеть дурными поступками. Например, судья, который оправдывает злодея, поскольку он проливает слезы, произносит жалостливые речи, и просит простить его, как ближнего, поступал бы действительно милосердно, если бы вынес приговор, положенный по закону, и таким образом предотвратил бы его будущие злодеяния во вред обществу, то есть ближнему в более высокой степени. Кроме того, он избежал бы позора за неправедный суд. Кто не знает, что для их же собственной пользы слуг, когда они плохо поступают, наказывают их господа, а детей - родители? То же самое с теми, кто в аду, а они все любят поступать плохо. Когда они делают зло, их содержат в тюрьмах, и наказывают, с позволения Господа, для их исправления. Так происходит потому, что Господь - сама справедливость, и все что делает, Он делает из самого правосудия.

Все это ясно показывает нам, почему, как я сказал, милосердие происходит от любви к справедливости, соединенной с рассудительностью, но от любви, происходящей от Господа Бога Спасителя, а не из иного источника. Причина в том, что все добро милосердия - от Господа; ибо Он говорит:

Кто пребывает во Мне, и Я в нем, приносит много плода, ибо без Меня не можете делать ничего. Иоанн 15:5.

А также:

Дана Мне вся власть на небесах и на земле. Матф. 28:18.

Всякая любовь к справедливости, соединенная с правосудием,27 не имеет иного источника, кроме Бога небес, который является самой справедливостью, и источником всей человеческой способности к правосудию. (Иер. 23:5; 33:15).

Из всего этого можно заключить, что все сказанное о милосердии сидящими справа и слева, а именно: что это нравственность, вдохновленная верой, набожность, вдохновленная состраданием, благодеяния как добрым, так и злым, всяческая забота о своих родственниках и друзьях, подаяние бедным и помощь нуждающимся, постройка больниц и поддержка их пожертвованиями, снабжение всем необходимым богослужебных заведений и оказание услуг священникам, что это - древнее христианское братство, и прощение каждому его прегрешений, - все это превосходные образцы милосердия, если только они происходят от любви к справедливости, соединенной с правосудием. Иначе все это не милосердие, а нечто вроде ручьев, отрезанных от источника, питающего их, или ветвей, оторванных от дерева. Истинное милосердие состоит в том, чтобы верить в Господа и поступать честно и праведно во всяком деле и занятии. Поэтому каждый, кто по призыву Господа любит справедливость и проявляет ее рассудительно, представляет собой образ и подобие милосердия".

За этими словами последовало молчание, какое обычно наступает, если слушавшие по своему внутреннему человеку, но не по внешнему еще, признают сказанное истиной; я видел это по их лицам. Но внезапно я был унесен от них, вернувшись из духа в свое материальное тело. Природный человек, будучи облечен в материальное тело, невидим для человека духовного, то есть, для любого духа или ангела, как и они для него.

460. Второй опыт28.

Однажды, осматривая духовный мир, я услышал звук, напоминавший скрежет зубов, и еще какой-то перестук вперемешку со скрипучими звуками. Я спросил, что это такое. Ангелы, бывшие со мной, ответили: "Это такие общины, мы называем их собраниями по интересам, где их члены проводят время в спорах. Так слышны их обсуждения издалека, но вблизи они звучат просто как споры".

Подойдя, я увидел несколько хижин, сделанных из плетеного тростника, скрепленного грязью. Я хотел посмотреть через окно, но окна не было, а в дверь меня не пустили, потому что если бы я вошел, то внутрь проник бы небесный свет, что привело бы к путанице. Затем с правой стороны вдруг возникло окно, при этом я услышал сетования, что им приходится быть в темноте; но чуть позже окно возникло слева, а правое закрылось, и мало помалу тьма рассеялась. Теперь они могли видеть друг друга в подходящем для них свете, и мне разрешили войти в дверь и послушать.

В середине находился стол, вокруг которого располагались скамьи. Как мне показалось, они все стояли на этих скамьях, жарко споря о вере и милосердии. Одни из них отстаивали, что сущность церкви - вера, другие что милосердие. Те, что объявляли веру главной существенной частью церкви, говорили: "Наши отношения с Богом направляет вера, а с людьми милосердие, не так ли? Но вера в таком случае является небесной, а милосердие - земным. А ведь спасает нас небесное, но не земное. Далее, Бог с небес может дать нам веру, поскольку она небесна, тогда как человек должен приобретать себе милосердие, поскольку оно земное; то, что человек может дать себе сам, не имеет никакого отношения к церкви, и поэтому не спасает. Конечно, никто, таким образом, не может оправдаться в глазах Бога так называемыми делами милосердия. Поверьте, одна лишь вера служит не только нашему оправданию, но и нашему освящению, если только она не оскверняется обманом дел ради заслуги, из разряда милосердных". Они приводили еще много других доводов.

Однако считавшие милосердие существом церкви горячо возражали против этих доводов, утверждая, что не вера спасает, а милосердие. "Богу дорог всякий человек, Он желает добра всем, не так ли? А как иначе Бог может делать добро людям, если не при помощи самих людей? Разве Бог дал нам способность только говорить о том, что касается веры, но не делать то, что требует милосердие? Как же вы не видите, насколько нелепо с вашей стороны говорить о том, что милосердие - земное? Милосердие небесно, а поскольку вы не делаете добра милосердия, ваша вера - земная. Да и как же вы принимаете свою веру, если не подобно бревнам или камням? "Слушая Слово", - скажете вы. Так как же может Слово воздействовать на того, кто просто слушает его? Как может оно подействовать на бревно или камень? Возможно, вы оживаете, сами не осознавая этого. Однако, что это за оживание, если вы всего лишь в состоянии сказать, что одна только вера оправдывает и спасает? Ведь вы же не знаете, что такое вера, и какая именно вера спасает".

Затем встал некто, которого ангел, говоривший со мной, называл синкретистом29. Он снял парик и положил его на стол, но тут же надел опять на голову, поскольку был лысым. "Послушайте, - сказал он, - все вы не правы. Истина в том, что вера духовна, а милосердие нравственно, но они, тем не менее, связаны. Связь осуществляется при помощи Слова, а так же Духа Святого, а то, что получается, на самом деле можно назвать послушанием, хотя человек в нем никак не участвует; потому что когда в человека привносится вера, он осведомлен об этом не более, чем статуя. Я долгое время обдумывал этот вопрос, и пришел к окончательному мнению, что человек может принять от Бога ту веру, которая духовна, но к духовному милосердию может быть подвигнут Богом не более, чем деревянный чурбан".

Эта речь была встречена рукоплесканием со стороны отстаивавших одну веру, но освистана отстаивавшими милосердие. Они говорили возмущенно: "Послушай, друг, ты не знаешь, что есть нравственная жизнь духовная, и есть нравственная жизнь чисто природная. Духовная нравственная жизнь бывает у тех, кто делает добро от Бога, но, тем не менее, как бы от себя, а чисто природная нравственная жизнь - у тех, кто делает добро, происходящее из ада, но все же от себя".

Я говорил, что спор звучал подобно скрежету зубов и перестуку, смешанному со скрипучим звуком. Спор, похожий на скрежет зубов, исходил от тех, кто за единственную сущность церкви принимал веру; перестук исходил от тех, кто за единственную сущность церкви принимал милосердие, а скрипучий звук исходил от синкретиста. На расстоянии их голоса были слышны так по той причине, что в мире они все участвовали в спорах, и не воздерживались при этом от зла; поэтому они не сделали ничего доброго, что происходило бы из духовного источника. Они, кроме того, не имели понятия о том, что вся вера - это истина, а все милосердие - это добро, и что истина без добра - это не истина в духе, а добро без истины - это не добро в духе, так что одно состоит в другом.

461. Третий опыт30.

Однажды в духе я был занесен глубоко в южную часть духовного мира, попав в какой-то сад; и я понял, что лучше сада я до сих пор не видел. Причина в том, что сад означает ум, а на юг отправляются все отличающиеся особенным умом. Именно это подразумевается под Садом Эдемским, где жил Адам со своей женой; а их изгнание оттуда означает то, что они лишились ума, а значит и честной жизни. Гуляя по этому южному саду, я заметил сидевших под лаврами людей, которые ели инжир. Я подошел и попросил у них немного инжира. Они дали, но инжир у меня в руках в тот же миг превратился в виноград. Я удивился этому, но ангельский дух, стоявший рядом, сказал: "Инжир превратился в твоих руках в виноград, потому что инжир по своему соответствию - это виды добра милосердия, а значит и веры, в природном, или внешнем, человеке, а виноград - это виды добра милосердия, а значит и веры, в духовном, или внутреннем человеке. Это произошло с тобой, поскольку ты любишь все духовное. Ибо в нашем мире все происходит, появляется и изменяется по соответствиям".

Вдруг мной овладело жгучее желание узнать, как может человек делать добро, исходящее от Бога, и притом будто бы сам по себе. Я спросил тех, что ели инжир, как они понимают этот вопрос. Они сказали, что могут понять этот вопрос только таким образом: Бог делает это внутренне, так, что человек совершенно не знает об этом. Потому что если бы человек осознавал происходящее, и в таком состоянии делал добро, то это было бы лишь кажущееся добро, которое внутренне является злом. "Все, что исходит от человека, - сказали они, - исходит от его самости (proprium), то есть от его врожденного зла. Как же тогда может добро, исходящее от Бога, соединиться со злом, исходящим от человека, чтобы совместно перейти в действие? Самость человека в том, что относится к спасению, все время ищет заслугу; при этом человек отнимает у Господа Его заслугу, проявляя крайнюю несправедливость и безбожие. Короче говоря, если бы добро, творимое Богом в человеке, проникало в его волю и оттуда в его дела, оно непременно было бы замарано и осквернено, чего Бог никогда бы не допустил. Можно, конечно думать, что добро, которое ты делаешь, исходит от Бога, и называть его Божьим благом, творимым твоими руками; все же мы не понимаем, как это может быть добром".

Тогда я рассказал им то, что я думал: "Вы не понимаете этого потому, что ваше мышление основано на внешней видимости, а такого рода мышление, подкрепляемое доводами, - обман. Внешняя видимость, а следовательно и обман, в который вы впали, в том, что вы думаете, будто все, что человек мыслит и желает, и потому говорит и делает, находится в нем самом, а значит от него и исходит. На самом же деле ничего этого в нем нет, кроме состояния принятия того, что в него втекает. Человек не есть сама жизнь, а лишь орган для ее принятия. Господь имеет в Себе жизнь, как говорил Он у Иоанна:

Как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. Иоанн 5:26; и в других местах, например 11:25; 14:6,19.

Две вещи составляют жизнь: любовь и мудрость, или, что то же самое, добро любви и истина мудрости. Они втекают в человека от Бога, и принимаются им так, как будто они его собственные; а поскольку человек воспринимает их своими, то они и от него исходят, как его собственные. Господь для того дал человеку такое восприятие, чтобы проникающее в него могло на него воздействовать, и, будучи воспринято, оставалось с ним. Однако в человека проникает также и всякое зло, не от Бога, а из ада, и принятие его приносит удовольствие, поскольку человек по рождению представляет собой орган для такого принятия. По этой причине добро от Бога может быть принято лишь постольку, поскольку человек, как бы самостоятельно, удаляет от себя зло, что достигается покаянием с верой в Господа.

Что любовь и мудрость, милосердие и вера, или, пользуясь более общими выражениями, благо любви и милосердия, и истина мудрости и веры, проникают в человека, и что проникающее в человека кажется целиком его собственным, исходя от него тоже как его собственное, ясно видно на примере зрения, слуха, обоняния, вкуса и осязания. Ощущения, которые возникают в органах всех этих чувств, имеют внешний источник, а воспринимаются внутри соответствующих органов. То же самое с органами внутренних чувств, с той лишь разницей, что на них воздействует духовное, а оно не обнаруживает себя, когда проникает в человека, тогда как на внешние чувства воздействует поддающееся обнаружению природное. Одним словом, человек это орган для принятия жизни от Бога; следовательно, он принимает жизнь настолько, насколько воздерживается от зла. Господь каждого наделил возможностью воздерживаться от зла, поскольку наделил способностью желать и разуметь; а то, что человек делает по своей воле согласно своему разуму, или, что то же самое, по своей свободе желать согласно способности своего разума к суждению, - все это остается с ним постоянно. Вот каким образом Господь приводит человека в состояние соединенности с Собой, и в этом состоянии преобразует, возрождает и спасает его.

Та жизнь, что втекает в человека, исходит от Господа; она называется также Духом Божьим, а в Слове - Святым Духом, о котором сказано, что он просвещает и оживляет, и даже действует в человеке. Однако жизнь эта видоизменяется и преобразуется в нем в зависимости от той организации, которую вносит его любовь. Можно также понять, что все благо любви и милосердия, и вся истина мудрости и веры, втекают в человека, но не находятся в нем изначально, поразмыслив, что если кто-то думает, что такими способностями человек наделен от сотворения, то он должен неизбежно прийти к выводу, что Бог вселился в людей, и, таким образом, люди - тоже отчасти боги. Но думающие так по твердому убеждению становятся дьяволами, и в этом мире от них исходит трупный запах.

К тому же, что такое человеческая деятельность, если не ум в действии? То, что ум желает и о чем думает, он делает и говорит при помощи своего инструмента - тела. Поэтому, когда ум ведом Господом, тогда и действия и речь тоже. Действия и речь направляются Господом тогда, когда в Него верят. Если это не так, то объясните мне, если сможете, почему Господь в тысячах мест в Своем Слове наказывает человеку любить ближнего, исполнять добрые дела милосердия, приносить, подобно дереву, плоды и соблюдать Его заповеди, и все это для того, чтобы спастись. Далее, почему Он сказал, что каждый будет судим по делам своим, то есть по тому, что он сделал, и те, чьи дела были хороши, взойдут на небеса и в жизнь, а чьи плохи - сойдут в ад и смерть? Зачем Господу было говорить все это, если все, исходящее от человека, делается ради заслуги, и поэтому - зло? Поэтому знайте, что если ум милосерден, то милосердны и дела, но если в уме - одна вера, то есть вера, отделенная от духовного милосердия, то дела - такая же вера".

Выслушав это, сидевшие под лаврами сказали: "Мы понимаем, что ты говоришь правильно, но сути мы все равно не улавливаем". "Вы понимаете, что я говорю правильно, - ответил я, - благодаря обычному восприятию, которым обладают все люди, поскольку в них проникает небесный свет, когда они слышат нечто истинное. А суть вам не удается уловить из-за вашего личного восприятия, которое у каждого образуется от влияния света мирского. У мудрых эти два вида восприятия, внутреннее и внешнее, или духовное и природное, действуют заодно. И вы можете сделать так, чтобы они действовали заодно, если будете взирать на Господа и оставите зло". Поскольку это им было понятно, я сорвал несколько виноградных веточек и подал им со словами: "Как вы думаете, от меня это или от Господа?" Они сказали, что это от Господа через меня, и в тот же миг веточки у них в руках покрылись виноградом.

Оставив их, я увидел под цветущим оливковым деревом, ствол которого был обвит виноградной лозой, стол из кедра с лежавшей на нем книгой. К моему удивлению, это оказалась одна из книг, написанных мной, под названием "Небесные тайны"31. Я сказал, что в этой книге во всей полноте показано, что человек есть орган, принимающий жизнь, но не сама жизнь; и что жизнь может быть сотворена, и, таким образом, быть в человеке не более, чем свет может быть сотворен в глазу.

462. Четвертый опыт32.

Как-то заглянув в духовном мире на морское побережье, я обнаружил там дивный порт. Приблизившись, я увидел в нем судна, большие и маленькие, наполненные разнообразным грузом; на их скамьях сидели мальчики и девочки, раздававшие товары всем желающим. "Мы ждем, - сказали они, - когда появятся наши милые черепахи. Они вот-вот выйдут к нам из моря".

Вслед за тем я увидел черепах, больших и маленьких, на панцирях и щитах которых сидели черепашата, разглядывая окружающие острова. У взрослых черепах было по две головы, одна из которых, большая, была покрыта панцирем, как на теле, благодаря которому они выглядели красноватыми, а другая была маленькая, обычная черепашья голова, которую они могли втягивать в передний отдел тела, а могли спрятать и засовывая внутрь большой головы. Однако, я остановился взглядом на большой, красноватой голове и обнаружил, что у нее человеческое лицо. Черепахи говорили с мальчиками и девочками, сидевшими на скамьях, и лизали им руки. Мальчики и девочки гладили их, давая им лакомые кусочки, а также разные ценные вещи: шелк на одежду, дорогое дерево на столы, пурпур для украшения и багрец для окраски тканей.

Глядя на них, я захотел узнать, что они собой символизируют, поскольку я знал, что все видимое в духовном мире - это соответствия, изображающие духовные проявления любовных склонностей, и порождаемых ими мыслей. Тогда с небес мне было сказано: "Ты знаешь сам, что означают порт и корабли, а также мальчики и девочки на их скамьях; но тебе неизвестно, что такое черепахи. Они изображают тех из духовенства, - сказано было далее, которые совершенно отделяют веру от милосердия и добрых дел его, утверждаясь во мнении, что нет явно никакой возможности соединить их, но Дух Святой, посредством веры в Бога Отца, ради заслуги Сына входит в человека и внутренне очищает его вплоть до самой воли, которую они представляют себе в виде овальной плоскости. Когда действие Святого Духа достигает ее, эта плоскость сворачивается вокруг своего левого края, не касаясь его, так что внутренняя, или верхняя, часть человеческого естества - для Бога, а внешняя, или нижняя, - для человека. Таким образом, что бы ни делал человек, зло ли, добро - Богу это не заметно; добро - потому что оно ради заслуги, зло - потому что зло. Человек должен был бы погибнуть, если бы Бог увидел эти дела. Поэтому человек может желать, думать, говорить и делать, что ему угодно, если только проявит осторожность с мирской точки зрения".

Я спросил, считают ли они также возможным думать, что Бог не вездесущ и не всезнающ. Мне было сказано с неба, что у них и это позволяется, потому что у того, кто приобрел веру, и был очищен и оправдан ею, Бог не обращает внимания ни на какие мысли и желания, но во внутреннем тайнике, или высшей области, его ума, или естества, тем не менее, сохраняется та вера, которую он принял благодаря ее действию, причем это действие может время от времени возобновляться, человек же этого не осознает. "Вот это-то и изображается маленькой головой, которая либо убирается в переднюю часть тела, либо помещается в большую голову при беседах с мирянами. Ибо говоря с ними, они пользуются не маленькой головой, а большой, у которой спереди нечто вроде человеческого лица. Основываясь на Слове, эти духовники говорят с ними о любви, милосердии, добрых делах, Десяти Заповедях, покаянии; и при этом цитируют из Слова едва ли не все, что там сказано на эти темы. Однако поскольку, делая это, они засовывают маленькую голову в большую, внутренне они понимают суть дела так, что все это надо исполнять не ради Бога и спасения, а лишь ради общественной и личной пользы.

Оттого, что рассуждения их основаны на Слове, в особенности же полные очарования и изящности речи о Евангелии, о действии Духа Святого и о спасении, они кажутся слушателям милыми людьми, наделенными мудростью превыше всех на земном шаре. Поэтому-то мальчики и девочки, сидевшие на корабельных скамьях, как ты видел, давали им лакомства и ценные вещи. Вот какие люди изображаются черепахами. В твоем мире их трудно отличить от остальных, разве только по тому, что они считают себя превосходящими всех других мудростью и смеются над ними, в том числе и над теми, кто разделяет их взгляды на веру, но не посвящен в их таинства. У них на одежде имеется определенный знак, по которому они могут узнавать друг друга".

Говоривший со мной продолжал: "Я не стану рассказывать тебе о том, каковы их мнения по другим вопросам веры, как то: об избранных, о свободе воли, о крещении и Святом Причастии. Хотя они и не распространяются на эти темы, мы на небесах знаем их мнения. Поскольку таковы они были в мире, а после смерти никому не дозволено говорить не то, что думаешь, то их считают сумасшедшими, так как они тогда уже не могут говорить иначе, чем следуя безумным понятиям, которые наполняют их мысли. Поэтому их выдворяют из их обществ, бросая в итоге в бездну пропасти (упомянутой в Откр. 9:2), где они становятся плотскими духами и выглядят, как египетские мумии. Внутреннее их ума облекается в грубую шкуру, так как и в мире они воздвигали преграды на пути к нему. Адское общество, которое они составляют, примыкает к обществу, образованному из Макиавеллиан; они постоянно ходят друг к другу, и зовутся взаимно товарищами. Но они всегда возвращаются назад из-за различия между ними, которое заключается в определенных религиозных чувствах относительно оправдания верой, поскольку Макиавеллиане вообще не имеют религиозных чувств".

Понаблюдав за тем, как их изгоняют из обществ и собирают вместе, чтобы бросить в бездну, я увидел корабль о семи парусах, плывший в воздухе, с судовой командой, в которой все были одеты в пурпур и увенчаны лавровыми венками поверх головных уборов. "Ну вот, мы и в небесах, - кричали они, мы доктора в пурпурных тогах, таких лавров не снискать никому, потому что мы - мудрейшие их мудрых в европейском духовенстве". Я заинтересовался, что это значит, и получил ответ, что это - образы гордыни и плодов воображения, называемых фантазиями, исходящие от тех, что изображены были черепахами; будучи изгнаны из своих обществ, они теперь собрались в одном месте.

Подойдя к этому месту с желанием поговорить с ними, я приветствовал их. "Так вы и есть те люди, - спросил я, - которые отделили внутреннее человека от внешнего, а действие Святого Духа в пределах веры - от Его действия, совместного с человеком, вне области веры, и, таким образом, отделили Бога от человека? Тем самым разве не изъяли вы не только само милосердие и его дела из веры, как делают многие доктора из духовенства, но и саму веру настолько, насколько человек может проявить ее в глазах Бога? Однако, как вам будет угодно: чтобы я объяснил сказанное в свете разума, или на основании Слова?" "Говори сначала в свете разума", ответили они.

И я сказал следующее: "Как можно разделять внутреннее и внешнее в человеке? Кто же не видит, или не в состоянии увидеть, будучи наделен обычными способностями к постижению, что все внутреннее человека простирается до его внешнего и продолжается в нем, вплоть до самых внешних областей, для того, чтобы произвести свое действие и осуществить желаемое им? Не для внешнего ли существует внутреннее, дабы в нем достигнуть своей конечной цели и обрести постоянство, и, таким образом, осуществиться, подобно колонне, стоящей на своем основании. Вы можете видеть сами, что если бы не было такого продолжения и соединения с помощью него, то наружные слои исчезли бы, лопнув в воздухе, как мыльные пузыри. Кто станет отрицать, что те действия, которые Бог производит внутри человека, исчисляются миллиардами, тогда как человек о них ничего не знает; да и что толку знать о них, раз известны наружные слои, где человек в своих мыслях и желаниях пребывает вместе с Богом?

Давайте возьмем пример, чтобы пояснить сказанное. Знает ли кто-нибудь, как внутренне работает его речь: как легкие засасывают воздух, наполняющий пузырьки, бронхи и доли; как они выталкивают воздух в трахеи, где он становится звуком; как звук видоизменяется в голосовой щели при помощи гортани, и как язык затем артикулирует его, а губы завершают этот процесс, - все то, что образует речь? Вся эта внутренняя работа, о которой человек ничего не знает, нужна только ради конечного результата - способности человека говорить. Отнимите, или отделите хоть один из этих внутренних процессов, чтобы он не мог продолжаться в конечном результате, и человек будет способен говорить не более, чем кусок дерева.

Возьмем другой пример. Две руки - это конечности человеческого тела. Но внутренние части, составляющие с ними непрерывную связь, идут от головы через шею, далее через грудь, лопатки, плечи и локти; а в них неисчислимые мышечные ткани, пучки двигательных волокон, узлы нервов и кровеносных сосудов, множество костных суставов со связками и оболочками, - разве кто-нибудь осознает все это? Тем не менее, каждая отдельная частица необходима для того, чтобы руки действовали. Представьте себе, что внутренние части заворачивались бы у локтя вправо и влево, вместо того, чтобы продолжаться далее; разве не отвалятся тогда руки по локоть, загнивая, как отторгнутые безжизненные части? Если хотите, с ними произойдет то же, что и с обезглавленным телом. И совершенно то же самое произойдет с человеческим умом, а равно и с двумя его составными частями, волей и разумом, если Божественная деятельность, имеющая отношение к милосердию и вере, остановится на полпути, а не пройдет беспрепятственно в самого человека. Будьте уверены, человек тогда был бы не то что животным, а гнилым поленом. К такому заключению приводит нас разум.

Итак, если хотите послушать, все это соответствует Святому Писанию. Не говорил ли Господь:

Пребудьте во Мне, и Я в вас. Я лоза, а вы ветви. Тот, кто пребывает во Мне, и Я в нем, приносит много плода. Иоанн 15:4,5.

Разве эти плоды - не те добрые дела, которые делает Господь при помощи человека, а человек делает сам под руководством Господа? Господь говорит также, что Он стоит у двери и стучит, и войдет к каждому, кто откроет дверь, и будет ужинать с ним, и он с Господом. (Откр. 3.20). Не дает ли Он также мины и таланты человеку, чтобы он торговал на них и получал прибыль, даруя ему жизнь вечную в соответствии с этой прибылью? (Матф. 25:14-30; Лука 19:13-26)? И разве не платит Он каждому человеку соразмерно той работе, которую он проделал в Господнем винограднике (Матф. 20:1-17)? Это всего лишь несколько примеров; можно исписать множество страниц цитатами из Слова, показывающими, что человек должен приносить плоды, как дерево, поступать по заповедям, любить Бога и ближнего, и так далее.

Но я знаю, что в вашем собственном уме не может быть ничего общего с этими учениями Слова, как они есть по сути своей. Хоть вы и говорите о них, ваши понятия извращают их. А иначе и не может быть, потому что вы отняли у человека все то Божье, благодаря чему происходит сообщение и соединение. Что остается тогда, кроме того, разве, что относится к публичному богослужению?"

Позже эти люди предстали моему взору в небесном свете, обнаружившем и сделавшем явным, каков был каждый из них. Они уже не казались, как раньше, ни плывущими на корабле по воздуху, будто в небесах, ни одетыми в пурпурные наряды, с лаврами на головах. А оказались они в песчаной пустыне, одетыми в тряпье, с рыболовными сетями вокруг бедер, не скрывавшими их наготы. Их отослали в то общество, которое находилось по соседству с обществом Макиавеллиан.

Глава 8. Свобода воли.33

463. Прежде чем приступить к изложению учения новой церкви о свободе воли, я должен предпослать ему замечания относительно взглядов на этот вопрос современной церкви по ее богословским книгам. Иначе любой здравомыслящий религиозный человек может подумать, что бесполезно писать еще что-либо на эту тему. Ибо он может сказать себе: "Кто же не знает, что человек обладает свободой воли в духовных вопросах? Ведь священники только о том и проповедуют, чтобы верить в Бога, обратиться, жить по заповедям Слова, бороться с вожделениями плоти и становиться новым творением", - и так далее, в том же духе. И он непременно решит, что все это было бы пустым словоблудием, если бы в том, что относится к спасению не было бы свободы воли, и отрицание этого - безумство, потому что оно противно здравому смыслу. Тем не менее, современная церковь стоит против свободы воли и изгоняет ее из своих храмов, что очевидно из приведенных ниже отрывков книги "Формула согласия", которой клянутся в верности Евангелические церкви. У Реформированных церквей - подобное же учение, а поэтому и вера, относительно свободы воли, так что положение дел одно и тоже во всем Христианском мире, а значит, в Германии, Швеции, Дании, Англии и Голландии; это ясно из их богословских книг. Следующие отрывки взяты из книги "Формула согласия", изданной в Лейпциге в 1756 году.

464. (i) "Ученые Аугсбургского Вероисповедания полагают, что вследствие грехопадения наших прародителей человек крайне испорчен, так что в духовных предметах, касающихся нашего обращения и спасения, он от природы слеп, и, слушая Слово Божие на проповеди, он не понимает его, и понять не может, но считает глупостью; он никогда не обращается к Богу, а скорее наоборот, остается врагом Бога до тех пор, пока силой Духа Святого при слушании проповеди Слова, по чистой милости, без какого бы то ни было содействия со своей стороны, обращается, наделяется верой, возрождается и обновляется" (стр. 655, 656).

(ii) "Мы верим, что разум, сердце и воля того, кто не был рожден заново, не могут в духовных и Божественных предметах собственными способностями ни понимать, ни верить, ни постигать, ни думать, ни желать, ни начинать, ни завершать, ни делать, ни исполнять, ни содействовать в чем бы то ни было; но человек крайне испорчен и умер для добра, так что после падения и до возрождения ни искры духовной силы не осталось в нем, чтобы позволяла ему приготовиться к Божьей милости, или ухватиться за нее, когда представляется случай, стать достойным ее или быть в состоянии принять ее самому по себе. Не может он также собственными способностями помочь своему обращению ни целиком, ни наполовину, ни в малейшей степени, или действовать, работать либо содействовать самостоятельно, или будто бы самостоятельно; но человек - раб греха и узник Сатаны, который и руководит им. Таким образом, по причине испорченности способностей человека и греховности его естества, природная свобода воли его деятельна и действенна лишь в том, что неугодно и враждебно Богу" (стр. 656).

(iii) "В мирских и природных вопросах человек находчив и умен, но в духовных и Божественных вопросах, относящихся к спасению его души, он, подобно бревну, камню или соляному столпу, в который превратилась жена Лотова, не в состоянии пользоваться своими глазами, ртом или какими-либо чувствами" (стр. 661).

(iv) "Тем не менее человек обладает способностью двигаться, то есть управлять своими внешними частями, слушать Евангелие и некоторым образом размышлять о нем, но все равно в своих невыраженных мыслях он презирает его, как глупость, и неспособен верить ему. В этом отношении он хуже, чем бревно, пока Святой Дух не окажет на него своего действия, образуя и зажигая в нем веру, другие угодные Богу добродетели и послушание" (стр. 662).

(v) "В одном только смысле можно сказать, что человек - не камень и не бревно: бревно и камень не оказывают сопротивления и не понимают, и не чувствуют, что происходит с ними, тогда как человек своей волей сопротивляется Богу, до тех пор, пока не будет к Богу обращен. Однако, истина в том, что до обращения человек - мыслящее создание, наделенное разумом, но не в Божественных вопросах, и волей, но неспособной желать никакого добра, ведущего к его спасению; при этом он не может никак посодействовать своему обращению, и в этом отношении он не лучше бревна или камня" (стр. 672, 673).

(vi) "Обращение - это целиком дело, дар и творение одного Духа Святого, который совершает и осуществляет его Своей силой и властью посредством Слова в разуме, сердце и воле человека, как в пассивных предметах; человек же в них не делает ничего, испытывая лишь действие на себе. Однако, это происходит не так, как при вырезании статуи из камня или приложении печати к воску, поскольку воск не имеет ни знания, ни воли" (стр. 681).

(vii) "В сочинениях некоторых Отцов и современных ученых утверждается, что Бог увлекает за собой человека только с его согласия, так что воля человека играет некоторую роль в его обращении; но эти утверждения противоречат здравым суждениям, поскольку поддерживают ложное мнение о власти выбора человека над его обращением" (стр. 582).

(viii) "Во внешних, мирских делах, открытых рассудку, человеку оставлено определенное количество разума, умения и способностей, хотя и эти жалкие остатки крайне недостаточны. Эти таланты, сами по себе незначительные, к тому же отравлены и заражены врожденной болезнью, так что ни к чему не годны в глазах Бога" (стр. 641).

(ix) "В своем обращении, которое превращает его из сына гнева в сына милости, человек не содействует Святому Духу, ввиду того, что обращение человека - дело одного Святого Духа, без всякой помощи" (стр. 219, 579 сл., 663 сл., Приложение, стр. 143). Когда же человек возрожден, он может уже содействовать силой Духа Святого, хотя при этом в нем самом остается крайняя немощь. Он делает добрые дела лишь настолько и поскольку Святой Дух руководит им, ведет и направляет его; но он не так сотрудничает с Духом Святым, как две лошади, запряженные в одну карету" (стр. 674).

(x) "Первородный грех - это не преступление, совершенное на деле, а нечто глубоко привитое и врожденное человеческой природе, субстанции и сущности, служащее источником всех грехов, совершенных на деле, таких, как дурные мысли, разговоры и злые поступки" (стр. 577). "Врожденный недуг, поразивший всю его природу, - это ужасный грех, по сути - начало и глава всякого греха, корень и источник, от которого происходит любой проступок" (стр. 640). "Этим грехом, будто духовной проказой, проникающей повсюду, вплоть до самых внутренностей и глубин сердца, заражена и осквернена вся природа человека в глазах Бога; за эту нечистоту человеческая личность проклята и осуждена Божьим законом, и таким образом мы по природе сыны гнева, рабы смерти и проклятия, пока благодаря заслуге Христа не освобождены и не спасены от этого зла" (стр. 639). "В результате мы совершенно не имеем или лишены изначальной праведности, или образа Божьего, созданного вместе с нами в Раю, и в этом причина бессилия, глупости и тупости, делающих человека непригодным ко всему Божественному и духовному. Вместо утраченного образа Божьего человек получил в удел внутреннюю, наиболее злую и глубокую, непостижимую и невыразимую развращенность всей своей природы, и всех своих способностей, в особенности высших и главных способностей души, в духе, разуме, сердце и воле" (стр. 640).

465. Вот каковы наставления, догматы и предписания современной церкви относительно свободы воли человека в духовных и природных делах, а также о первородном грехе. А приведены они были здесь для того, чтобы яснее показать отличительные особенности наставлений, догматов и предписаний новой церкви по этим вопросам. Ибо из контраста этих двух формулировок истина является в свете, так же, как и у тех художников, которые изображают уродливое лицо рядом с красивым, что позволяет глазу ясно видеть красоту одного и уродливость другого. Предписания же новой церкви следующие.

XLI В саду Эдемском было два дерева, одно - дерево жизни, другое дерево познания добра и зла, и это означает, что человеку дана свобода воли в духовных вопросах.

466. Многие считают, что Адам и Ева в книге Моисеевой не означают первых созданных людей, и в подтверждение этой точки зрения они приводят доказательства, что были люди и до Адама, основанные на летописях и хронологиях некоторых народов, а также слова, сказанные Каином, первенцем Адама, Иегове:

Я буду изгнанником и скитальцем на земле, и всякий, кто встретится со мной, убьет меня. Поэтому Иегова сделал Каину знак, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его. Бытие 4:14,15.

И пошел Каин от лица Иеговы и поселился в земле Нод, и построил город. Бытие 4:16,17.

Из этого следует, что земля была населена и до Адама.

В произведении "Небесные тайны", изданном мною в Лондоне, я привел достаточно полное доказательство того, что Адам и Ева означают самую древнюю церковь на этой земле. Я доказал также, что Эдемский Сад означает мудрость людей этой церкви, дерево жизни означает Господа в человеке и человека в Господе, дерево познания добра и зла означает человека не в Господе, а в своей самости (proprium), то есть всякого, кто думает, что он все делает сам по себе, даже добро. Есть от этого дерева - значит делать это зло своим собственным.

467. Эдемский Сад в Слове означает не сад, а разумность, а дерево означает не дерево, а человека. Что Сад Эдемский означает разумность и мудрость, можно увидеть из следующих отрывков:

Твоей разумностью и мудростью приобрел ты богатство себе.34 Иез. 28:4.

и в продолжении этой главы:

Полный мудрости, ты был в Эдеме, Божьем саду; твои одежды были украшены всякими драгоценными камнями. Иез. 28:12,13.

Это сказано о князе и царе Тира, отличительным качеством которого считалась мудрость, поскольку Тир в Слове означает церковь относительно познания истины и добра, которое служит средством для мудрости; драгоценные камни для его одежды тоже означают то, что известно об истине и добре; ведь князь и царь Тира не был в Саду Эдемском.

В другом месте у Иезекииля:

Ассур был кедр на Ливане. Кедры в саду Божьем не скрывали его. Ни одно дерево в саду Божьем не равнялось ему красотой. Все деревья Эдемские в саду Божьем завидовали ему. Иез. 31:3,8,9.

И далее:

Кому равнялся ты в славе и величии среди деревьев Эдема? Иез. 31:18.

Это сказано об Ассуре, поскольку Ассур в Слове означает рассудок и разумность, происходящую от него.

У Исаии:

Иегова утешит Сион, развалины его сделает Эдемом, и пустыню его - садом Иеговы. Исаия 51:3.

Сион здесь - это церковь, Эдем и сад Иеговы - мудрость и разумность. В Откровении:

Побеждающему дам вкусить от дерева жизни, которое посреди Рая35 Божьего. Откр. 2:7.

Посреди улицы, на той и другой стороне реки было дерево жизни. Откр. 22:2.

Эти отрывки ясно показывают, что сад в Эдеме, где, как сказано, находился Адам, означает разумность и мудрость, поскольку то же самое сказано о Тире, Ассуре и Сионе. Сад означает разумность и в других местах Слова, как, например, в Исаия 58:11; 61:11; Иер. 31:12; Амос 9:14; Числа 24:6. Источником такого духовного понимания значения "сада" являются изображения в духовном мире. Сады там встречаются везде, где ангелы обладают разумностью и мудростью; такие явления вокруг них образуются самой разумностью и самой мудростью, которые у них от Господа. Это происходит из-за соответствий, потому что все, что существует в духовном мире, являет собой пример соответствия.

468. Дерево означает человека, что доказывается следующими местами Слова:

И узнают все деревья полевые, что Я, Иегова, укорочу длинное дерево, а короткое дерево удлиню; иссушу зеленеющее дерево, а засохшему дам распуститься. Иез. 17:24.

Блажен тот, чье удовольствие - в законе; будет он как дерево, посаженое возле потоков воды, которое приносит плод свой во время свое. Пс. 1:2,34; Иер. 17:8.

Хвалите Иегову, деревья плодоносные. Пс. 148:9.

Деревья Иеговы водой насыщены. Пс. 103:16.

Топор лежит у корня дерева; всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают. Матф. 3:10; 7:16-21.

Или признайте дерево хорошим и плод его хорошим; или признайте дерево худым и плод его худым, ибо дерево узнается по плоду. Матф. 12:33; Лука 6:43,44.

Я зажгу огонь, который пожрет всякое зеленеющее дерево и всякое сухое дерево. Иез. 20:47.

Из-за того, что дерево означает человека, было постановлено, что в земле Ханаанской каждое плодовое дерево, плоды которого еще негодны в пищу, считалось необрезанным (Левит 19:23,24). Поскольку маслина означает человека небесной церкви, сказано о двух пророчествовавших свидетелях, что они были двумя маслинами, стоявшими перед Богом всей земли (Откр. 11:4; подобно тому Зах. 4:3,11,12). Также в псалмах Давида:

Я как зеленеющая маслина в доме Божьем. Пс. 51:10.

Есть еще и другие места, но их слишком много, чтобы приводить все их здесь.

469. Сегодня любой, обладающий хоть какой-то внутренней мудростью, может понять, или догадаться, что описания Адама и его жены имеют некий духовный смысл, хотя никто доныне не знал, в чем он состоит, потому что духовный смысл Слова открыт только теперь. Ведь каждый может без труда видеть, что Иегова не стал бы сажать в саду два дерева, из которых одно было бы камнем преткновения, если бы это не служило неким духовным символом. Представление о том, что они были прокляты за то, что ели от дерева, и это проклятие распространяется с того времени на всех людей, так что весь род человеческий проклят за ошибку одного человека, причем такого, который не имел зла, происходящего от плотского вожделения или порочности сердца, - можно ли совместить с Божественной справедливостью? В частности, почему Иегова не удержал Адама, когда тот собирался есть, раз Он видел это, и почему Он не сбросил змея в преисподнюю до того, как он соблазнил их?

Однако, друг мой, Бог не делал этого потому, что, поступив так, Он отобрал бы у человека свободу воли; а это именно то, что делает человека человеком, а не животным. Когда это известно, становится совершенно ясно, что два дерева, одно из которых ведет к жизни, а другое - к смерти, изображают свободу воли человека в духовных вопросах. Более того, не они источник наследственного зла, которое происходит от родителей, передающих своим детям склонность к тому злу, что владеет ими самими. Истинность этого станет ясна всякому, кто исследует поведение, характер и лица детей, или даже целых семей, происходящих от одного отца. Тем не менее, от каждого члена семьи зависит, воспримет ли он или отвергнет свою наследственность, поскольку каждому дано сделать свой выбор. Это частное значение дерева жизни и дерева познания добра и зла было подробно разъяснено выше, в п. 48.

XLII Человек не есть жизнь, он лишь принимает жизнь от Бога.

470. Обычно думают, что жизнь человека - его собственная, то есть он не только вместилище жизни, а сама жизнь и есть. Такое общее убеждение сложилось потому, что кажется, будто человек живет, то есть, чувствует, думает, говорит и действует совершенно самостоятельно. Вследствие этого утверждение, что человек - вместилище жизни, а не сама жизнь, непременно воспринимается как нечто неслыханное или парадоксальное теми, чье мышление основано на чувствах, поскольку это противоречит видимому положению вещей. Я связал с внешней видимостью источник неверного убеждения, будто человек есть жизнь, и, следовательно, жизнь, введенная в человека при сотворении, передается затем по наследству. Однако причина этого заблуждения, основанного на внешности, в том, что большинство людей в настоящее время природны, и лишь немногие духовны; природный же человек основывает свои суждения на внешней видимости и заблуждениях, ею обусловленных, которые диаметрально противоположны данной истине, что человек не есть жизнь, а служит лишь вместилищем жизни.

То, что человек не есть жизнь, а лишь принимает ее от Бога, ясно доказывается на следующем основании: все сотворенное по сущности своей является конечным, и человек, будучи конечен, мог быть создан только из того, что конечно. Вот почему в книге Творения говорится о том, что Адам был создан из земли и пыли ее, откуда и имя его - Адам, что означает "земля". На самом деле, все люди созданы исключительно из тех материй, что находятся в земле, или испускаются землей в атмосферу. Испускаемое землей в атмосферу усваивается человеком с помощью легких, а также через поры кожи по всему телу; более грубый материал усваивается в виде пищи, состоящей из произведений земли.

Что касается человеческого духа, то он создан также из конечного материала. Что такое человеческий дух, если не вместилище жизни ума? Конечный материал, из которого он создан, - это духовные субстанции из духовного мира, переданные нашей земле и хранящиеся на ней. Если бы они не находились на ней наряду с материальными субстанциями, ни одно семя не могло бы быть оплодотворено изнутри, и далее удивительным образом развиваться без всякого отклонения от первоначального своего строения, а затем приносить плоды и новые семена. И ни один червь не мог бы размножаться при помощи испарений из земли и газов, выделяемых растениями, которые оплодотворяют атмосферу.

Можно ли разумно полагать, что Бесконечное может создать то, что не было бы конечным, то есть, что человек, будучи конечным, представляет собой нечто иное, нежели форму, которую Бесконечное может оживить благодаря своей жизни? Это-то и подразумевается в следующих словах:

Иегова Бог создал человека из праха земного, и вдохнул в его ноздри дыхание жизни. Бытие 2:7.

Бог, поскольку Он бесконечен, есть жизнь в Нем Самом. Эта жизнь не может быть создана и воспроизведена в человеке, ибо это сделало бы его Богом. Такое представление о творении было безумием змея, то есть дьявола, и от него передалось Еве и Адаму, ведь он сказал:

В тот день, когда вы попробуете плодов этого дерева, откроются глаза ваши, и вы будете, как Бог. Бытие 3:5.

Это пагубное убеждение, что Бог воспроизвел Самого Себя, вселившись в человека, было у людей самой древней церкви в ее последние времена, когда близился ее конец; мне довелось слышать об этом из их собственных уст. Из-за этого ужасающего верования, что они, таким образом, боги, они находятся внутри глубокой пещеры, к которой никто не в состоянии подойти близко и не упасть от внутреннего головокружения. В предыдущем разделе сообщалось, что Адам и его жена означают и описывают древнейшую церковь.

471. Каждому понятно, если он способен мыслить, возвысив рассудок над уровнем чувств, что жизнь не может быть создана. Ибо что такое жизнь, если не внутренняя деятельность любви и мудрости? А ведь они - в Боге, и они Бог. Именно эту жизнь на самом деле можно назвать жизненной силой по существу. Кому это понятно, должно быть понятно также, что жизнь не может быть повторена ни в ком, если она не связана с любовью и мудростью. Кто станет, или может, отрицать, что все добро любви и вся истина мудрости от Бога одного, и, насколько человек принимает их от Бога, настолько он имеет жизнь от Бога, и называется рожденным от Бога, то есть, возрожденным? И наоборот, насколько человек не принимает любовь и мудрость, или, что почти тоже самое, милосердие и веру, настолько он неспособен принять жизнь от Бога, то есть жизнь по существу, а принимает жизнь ада - не что иное, как перевернутая жизнь, известная как духовная смерть.

472. Из всего сказанного мы можем понять и заключить, что следующее несотворимо: (1) Бесконечное, (2) любовь и мудрость, (3) а потому и жизнь, (4) свет и тепло, (5) даже деятельность, если рассматривать ее саму по себе. Однако органы для принятия всего этого могут быть и были сотворены. Эти утверждения можно проиллюстрировать следующими сравнениями. Свет нельзя создать, но соответствующий орган, глаз, - можно. Звук, то есть действие атмосферы, нельзя создать, но соответствующий орган, ухо, можно. Тепло тоже создать нельзя, а тепло - первоисточник деятельности, однако все в трех царствах природы создано так, что может принимать тепло, и соразмерно этому принятию подвергается воздействию, а не действует само.

Таков закон творения, что для всех активных элементов существуют пассивные элементы, и они связаны между собой, образуя единое целое. Если бы активные элементы тоже создавались, как и пассивные, то какая нужда была бы в солнце, с его теплом и светом? Все сотворенное могло бы продолжать существовать и без них, не так ли? Тем не менее, если убрать тепло и свет, вся сотворенная вселенная превратилась бы в хаос.

Само солнце этого мира состоит из сотворенных субстанций, от деятельности которых получается огонь. Эти примеры приведены ради иллюстрации. С человеком было бы то же самое, если бы в него не проникал и не принимался им духовный свет, который в сущности своей есть истина, и вместе с тем духовное тепло, которое по своей сущности есть любовь. Весь человек - не более чем форма, устроенная так, чтобы быть способной к принятию света и тепла, как природного, так и духовного мира, ибо эти два мира соответствуют друг другу. Отрицание того, что человек есть форма, принимающая любовь и мудрость от Бога, повлекло бы за собой отрицание и всякого наития, в том числе и наития всего Божьего блага, а значит и возможности соединения с Богом. Тогда не имеют никакого смысла слова о том, что человек может быть жилищем и храмом Божьим.

473. Но человек не знает об этом по свету собственного рассудка, потому что заблуждения, порождаемые верой во внешнюю видимость, воспринимаемую внешними чувствами тела, загораживают этот свет. У человека нет иного чувства, кроме того, что его собственная жизнь делает его живым, по той причине, что посредствующее ощущает главное, как свое собственное, и не может поэтому отличить главное от посредствующего. Главная и посредствующая причины действуют как одна причина, в соответствии с теоремой, известной ученым. Главная причина - жизнь, посредствующая причина - человеческий дух. По внешней видимости и животные обладают созданной в них жизнью, но это такой же обман, ибо они представляют собой органы, приспособленные к принятию света и тепла природного мира и духовного мира. Каждый вид животных - это форма, образуемая определенной природной любовью, которая принимает свет и тепло духовного мира опосредованно, через небеса или ад; благородные животные - через небеса, свирепые звери - через ад. Человек - единственное создание, принимающее свет и тепло, то есть, мудрость и любовь, прямо от Господа. В этом его отличие.

474. Сам Господь учит нас у Иоанна, что Он есть жизнь в Самом Себе, и поэтому сама жизнь.

Слово было у Бога, и Слово было Бог. В Нем была жизнь, и жизнь была светом людям. Иоанн 1:1,4.

Как Отец имеет жизнь в Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Себе. Иоанн 5:26.

Я - путь, истина и жизнь. Иоанн 14:6.

Кто последует за Мной, у того будет свет жизни. Иоанн 8:12.

XLIII Пока человек живет в мире, он поддерживается посередине между небесами и адом, и находится при этом в духовном равновесии. Это и есть свобода воли.

475. Чтобы знать, что такое свобода воли, необходимо знать, что служит ее источником. Главным образом по ее источнику узнают не только о ее существовании, но и что она собой представляет. Источник ее находится в духовном мире, где Господь содержит ум человека. Ум человека есть дух его, который живет после смерти; а дух его находится постоянно в обществе схожих с ним духов из того мира, равно как и среди людей природного мира, посредством материального тела, покрывающего его. Человек не знает, что относительно своего ума он пребывает среди духов, потому что духи, в обществе которых он находится в духовном мире, думают и говорят духовно, а дух человека, который еще живет в материальном теле, думает и говорит природно. Духовная мысль и речь непонятна и неслышна природному человеку, и наоборот; духи невидимы по той же причине. Тем не менее, когда дух человека общается с духами в их мире, он присоединяется к ним в духовном мышлении и духовной речи, поскольку ум человека внутренне духовен, будучи природным внешне. Поэтому его внутреннее позволяет ему сообщаться с духами, а внешнее - с людьми. Именно благодаря такому сообщению человек имеет обо всем представление и может размышлять аналитически. Без него человеческое мышление не выходило бы за пределы мышления животного, и не отличалось бы от него. И если человека лишить контакта с духами, он тотчас же умрет.

Однако, чтобы стало понятным, каким образом человек поддерживается посередине между небесами и адом, и находится поэтому в духовном равновесии, что и дает ему свободу воли, я должен разъяснить все это. Духовный мир состоит из небес и ада; небеса находятся над головой, ад под ногами, но не в центре земного шара, на котором люди живут, а под землями духовного мира, которые тоже от духовного начала, поэтому не являются протяженными пространствами, а только представляются таковыми.

Между небесами и адом располагается широкий промежуток, который тем, кто находится в нем, представляется целым миром. В этот промежуток из ада поднимаются в изобилии испарения зла, а с небес нисходит добро, тоже в изобилии. Это и есть та пропасть, о которой говорил Авраам богатому человеку в аду:

Между нами и вами утверждена великая пропасть, чтобы те, кто хочет, не могли перейти отсюда к вам, и оттуда к нам не переходили. Лука 16:26.

Все люди духом своим находятся посреди этого промежутка ради одной только цели - чтобы у них была свобода воли.

Поскольку этот промежуток настолько велик, что видится его обитателям как целый мир, он называется миром духов. Он населен, кроме того, духами, потому что именно туда сначала попадает каждый после смерти, и там приготовляется либо к небесам, либо к аду. Там он находится в обществе духов, так же, как прежде был среди людей. Чистилища там нет; это басня, сочиненная Римскими Католиками. Подробно об этом мире я писал в книге "Небеса и ад" (421-535), изданной в Лондоне в 1758 году.

476. С детства и до старости каждый человек меняет свое местонахождение в мире духов. В младенчестве он содержится в восточной части, ближе к северу. В детстве, когда он начинает обучаться первым понятиям религии, он постепенно уводится с севера к югу. В юности, когда он начинает мыслить сам по себе, он перемещается на юг, а позже, когда он уже в состоянии судить самостоятельно и быть самому себе хозяином, соразмерно своему развитию в предметах, относящихся внутренне к Богу и любви к ближнему, перемещается к юго-востоку. Однако, если он отдает предпочтение злу, и усваивает его, он движется на запад. Ибо в духовном мире у каждого место, где он живет, определяется по сторонам света. Восток населен обладающими добром от Господа, поскольку там находится солнце, посреди которого Господь. Север населен невежественными, юг - умными, запад - злыми.

Человек не телом своим находится в этом промежутке, или средней области, а духом; и при изменении состояния духа, в сторону добра или зла, он переносится из одной стороны света в другую и входит в общества тех, кто там живет. Но необходимо понимать, что это не Господь переносит его туда-сюда, а сам человек движется в разных направлениях. Если он выбирает добро, тогда он вместе с Господом, или, скорее, Господь вместе с ним, переносит его дух ближе к востоку. Если же он выбирает зло, тогда он вместе с дьяволом, точнее, дьявол вместе с ним, переносит его дух ближе к западу. Нужно заметить, что там, где упоминаются небеса, там подразумевается и Господь, поскольку Господь - все для небес; а где упоминается дьявол, имеются в виду также и ад, поскольку там находятся все дьяволы.

477. Человек содержится в этом огромном пространстве, причем все время в его середине, единственно с той целью, чтобы у него была свобода воли в духовных вопросах. Ибо это положение, между небесами и адом, то есть между добром и злом, представляет собой духовное равновесие. Все находящиеся в этом пространстве своим внутренним связаны или с ангелами в небесах, или с дьяволами в аду; причем в настоящее время либо с ангелами Михаила, либо с ангелами дракона. После смерти каждый отправляется к своим людям в этом пространстве, и присоединяется к тем, чья любовь подобна его собственной. Потому что именно любовь соединяет там любого человека с подобными ему, и позволяет ему дышать свободно и продолжать прежний образ жизни. Но затем постепенно то внешнее, которое не составляет единого целого с внутренним, сбрасывается, и когда это совершается, добрый возводится на небеса, а злой уходит в ад, каждый - к таким же, как он, с которыми он составляет одно по своей господствующей любви.

478. Каково это духовное равновесие, то есть свобода воли, можно пояснить на примерах природного равновесия. Оно подобно равновесию человека, привязанного за туловище или за руки к двум людям одинаковой силы, которые , стоя справа и слева от него, тянут его в разные стороны. При этом человек, стоящий посередине, может свободно поворачиваться и в том и в другом направлении, будто бы и нет никакой силы, приложенной к нему. Если он пойдет направо, то потянет человека слева за собой, так, что тот может упасть. То же самое может быть даже если слабый человек будет связан таким же образом с тремя сильными мужчинами справа и тремя, такой же силы, слева; то же и если он будет привязан к двум верблюдам или лошадям.

Духовное равновесие, то есть свободу воли, можно сравнить с весами, на обе чаши которых положены одинаковые гири; если хоть немного добавить на одну из чаш, то указатель шкалы придет в движение. То же самое и с шестом, или с большим бревном, уравновешенным на своем центре тяжести. Все отдельные внутренние части человеческого тела, например, сердце, легкие, желудок, печень, поджелудочная железа, селезенка, кишечник, и так далее, также находятся в состоянии равновесия; и именно благодаря этому они выполняют свои функции в совершенном спокойствии. И в мышцах то же самое; если бы не было в них того же равновесия, всякое действие и противодействие прекратились бы, и человек был бы уже не в состоянии действовать, как человек. Поскольку все в теле находится в таком состоянии равновесия, и в мозгу также все находится в равновесии, значит и в уме тоже; а в уме все имеет отношение к воле и разуму.

Животные, птицы, рыбы и насекомые тоже обладают свободой; но они движимы телесными чувствами, возбуждаемыми аппетитом и удовольствием. Человек немногим отличался бы от них, если бы он был также свободен в действии, как свободен в мысли; он тоже руководствовался бы телесными чувствами сообразно потребностям вожделений и удовольствий. Иное дело, если он принимает сердцем духовные учения церкви и с помощью них управляет своей свободной волей. Господь отводит его от вожделений и злых удовольствий, как и от врожденных стремлений к ним; он стремится к добру и отворачивается от зла. При этом Господь переносит его ближе к востоку и к югу в духовном мире, и вводит в небесную свободу, свободу истинную.

XLIV Из того, что зло дозволено каждому в его внутреннем человеке, очевидно, что у человека есть свобода воли в духовных вопросах.

479. Утверждение о том, что у человека есть свобода воли в духовных вопросах необходимо подтвердить сначала общими соображениями, а затем частными, которые всеми признаются с первого слова. Вот общие соображения. (1) Адам, мудрейший из людей, и его жена, позволили змею обольстить себя. (2) Их первенец Каин убил своего брата Авеля, а Иегова Бог не сказал им ничего, чтобы предотвратить это событие, но лишь когда оно произошло, проклял Каина. (3) Израильский народ поклонялся золотому теленку в пустыне, и Иегова видел, но не помешал этому. (4) Давид сделал перепись населения, за что его народ был поражен чумой, от которой умерли многие тысячи; но не до, а после того, как это произошло, Бог послал к нему пророка Гада для назначения наказания. (5) Соломону дозволено было учредить идолопоклоннические культы. (6) Многим царям после него дозволялось осквернять Храм и святые предметы церкви. (7) Мухаммеду было дозволено основать религию, которая во многих отношениях не соответствует Святому Писанию. (8) Христианская религия разделилась на множество сект, а каждая из них - на многочисленные еретические течения. (9) В Христианстве так много безбожников, и многие хвастаются безбожными делами, равно как и хитростью и обманом, даже по отношению к набожным, справедливым и честным людям. (10) Несправедливость часто торжествует над справедливостью в судах и деловых отношениях. (11) Даже безбожники добиваются почтения и становятся руководителями в гражданской и церковной жизни. (12) Дозволяются войны, во время которых погибают многие тысячи, и множество народов, городов и семей подвергаются грабежу и испытывают другие беды. Как можно объяснить все это, если не наличием у каждого человека в отдельности свободы воли? В моей книге "Божественное провидение" (издана в Амстердаме в 1764 году, 234-274) показано, что законы дозволенности тоже являются законами Божественного провидения; в ней также объясняются упомянутые выше факты.

480. Есть несметное множество частных подтверждений тому, что в духовных вопросах столько же свободы воли, сколько в природных. Пусть любой спросит себя, если хочет, может ли он думать семьдесят раз на дню, или триста раз в неделю, о Боге, Господе, Святом Духе, и о Божественных предметах, известных как духовное церкви. Испытывает ли он какое-либо побуждение, и есть ли какое-либо удовольствие, или хотя бы какое-нибудь желание, которое побуждало бы его делать это, будь он верующий или нет? Испытайте себя, в каком бы вы состоянии сейчас не находились, можете ли вы думать хоть о чем-то вообще не по свободной воле, в разговоре ли, в молитве ли Богу, или когда проповедуете, или когда слушаете? Не правда ли, свобода воли крайне важна для всего этого? На самом деле, без свободы воли во всех отношениях, до мельчайших деталей, вы сможете дышать не более, чем статуя. Ибо дыхание следует за мышлением и выражающей его речью на каждом шагу. Я сказал "не более, чем статуя", а не "не более, чем животное", потому что дыхание животного зависит от его природной свободы воли, тогда как человеческое дыхание зависит от его свободы воли в природных и духовных делах одновременно, поскольку человек рождается не так, как животное. Животное рождается сразу со всеми знаниями, сопутствующими его природной любви в том, что касается питания и размножения. Человек же вообще лишен врожденных понятий, и получает при рождении только способность знать, понимать и быть мудрым, и склонность любить себя и мир, а также ближнего и Бога. Поэтому и сказано, что, если его лишить свободы воли во всех частностях его желания и мысли, он сможет дышать не более чем статуя, а не животное.

481. Никто не отрицает, что человек обладает свободой воли в природных делах. Но она является следствием свободы воли в духовных вопросах, поскольку, как было показано выше, Господь проникает в каждого человека из высших или внутренних областей, наполняя его Божественным благом и Божественной истиной, и благодаря этому вдыхает в него жизнь совершенно отличную от жизни животных. Он также даровал способность и желание принимать эти дары и действовать сообразно с ними, которые не отнимаются никогда и ни у кого. Из этого следует, что Господь постоянно хочет, чтобы человек принимал истину и делал добро, становясь, таким образом, духовным, что ему и предназначено от рождения. Но стать духовным, не имея свободы воли в духовных вопросах, так же невозможно, как протащить верблюда сквозь игольное ушко, или потрогать звезду на небосводе рукой.

У меня было достаточно личного опыта, чтобы убедиться, что у каждого есть способность понимать истину и хотеть ее; даже дьяволам она дается, и никогда не отбирается. Как-то раз один из находившихся в аду был поднят в мир духов, и там ангелы спрашивали, понимает ли он то, что они ему говорят; предметом же служили духовные понятия о Боге. Он отвечал, что понимает. Когда его спросили, почему он не принимает таких понятий, он ответил, что они ему не нравятся, и поэтому он не хочет принимать их. На это ему сказали, что он может и хотеть этого. Это удивило его, и он возразил, что не может. Тогда ангелы наполнили его разум сознанием гордости за себя и ее удовольствиями. Ощутив их, он, и правда, вдруг захотел таких понятий, и даже полюбил их. Но в скором времени его возвратили в прежнее состояние, в котором он был вором и прелюбодеем, злословившим своего ближнего, и он больше уже не понимал тех вещей, потому что не хотел. Это ясно показывает, что именно свобода воли делает человека человеком. Без нее он был бы подобен бревну, камню или столпу, в который превратилась жена Лота.

482. У человека не было бы свободы воли в гражданских, нравственных и природных делах, если бы ее не было в духовных. Это очевидно из того, что духовные вопросы, называемые богословием, занимают высшую область в человеческом уме, как душа в теле. Причина тому, что они занимают эту область, в том, что в них заключен вход, которым Господь входит в человека. На более низких уровнях располагаются гражданские, нравственные и природные предметы, получающие свою жизнь в человеке от духовных, место которых выше. А поскольку жизнь от Господа втекает из высших областей в нижние, и жизнь человека состоит в способности свободно думать, желать, и потому говорить и действовать, то, следовательно, в этом, и не в чем другом, источник свободы воли в гражданских и природных делах. Эта духовная свобода позволяет человеку постигать, что есть добро и истина, справедливость и честность в общественных делах; способность же к такому постижению и является разумом по существу.

Свободу воли человека в духовных вопросах можно сравнить с воздухом в легких; он вдыхает, задерживает и выдыхает воздух в соответствии со всеми изменениями своей мысли. Без нее человеку было бы хуже, чем задыхающемуся в кошмаре, больному ангиной или астмой. Далее, она подобна крови в сердце; если ее не хватает, сердце начинает усиленно биться, а затем, после нескольких судорог, останавливается совсем. Еще ее можно уподобить движению тела, которое продолжается, пока есть силы; как только силы кончаются, заканчивается и движение. То же самое и с той свободой, которой пользуется воля человека; свободу выбирать и желать можно назвать действующей силой, ибо, если воля перестанет действовать, то прекратится и способность что-либо делать, а если не станет свободы выбора, то перестанет действовать воля.

Отобрать у человека духовную свободу - это, пользуясь сравнением, то же самое, что у машины отобрать колеса, или у крылья у ветряной мельницы, или паруса у корабля. Это даже было бы подобно тому, как человек, умирая, испускает дух, потому что жизнь человеческого духа состоит в свободе воли в духовных предметах. Ангелы горестно вздыхают при одном упоминании о том, что эта свобода воли отрицается в настоящее время многими служителями церкви; они называют такое отрицание безумством из безумств.

XLV Без свободы воли в духовных вопросах ни к чему было бы Слово, а значит и церковь.

483. По всему Христианскому миру известно, что Слово - это, в широком смысле, Закон, то есть, свод законов, по которым должен жить человек, чтобы обрести жизнь вечную. Говорится ли в нем о чем-нибудь чаще, чем о том, что человек должен делать добро и не делать зла, и верить в Бога, а не в идолов? Слово наполнено также указаниями и наставлениями на эти темы, с благословениями и обещаниями наград тем, кто так поступает, и с осуждением и угрозами тем, кто поступает не так. Если бы у человека не было свободы воли в духовных вопросах, то есть, в вопросах, относящихся к спасению и вечной жизни, то зачем было бы все это нужно? Разве не было бы тогда все это пустыми словами и бессмыслицей? Кто держится понятия о том, что он лишен всякой силы и свободы в духовных делах, так что у него нет никакой способности воли в них, - не будет ли для него Святое Писание чистым листом бумаги, на котором ничего не написано, или бумагой, на которую просто опрокинули чернильницу, или черточками да точками без единой буквы, проще говоря, книгой, в которой ничего нет?

Вряд ли требуется доказывать это по Слову, но поскольку церкви наших дней так глубоко погрязли относительно духовных предметов в нелепостях, в подтверждение которых они цитируют Слово, искажая его смысл, я вынужден привести несколько отрывков, в которых говорится, как человеку поступать и верить. Вот они:

Отнимется у вас царство Божие, и отдано будет народу, приносящему плоды его. Матф. 21:43.

Творите плоды, достойные покаяния. Топор уже положен у корня дерева; всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь. Лука 3:8,9.

Иисус сказал: Зачем зовете Меня: Господи! Господи! - и не делаете того, что Я говорю? Всякий, приходящий ко Мне, слушающий Мои слова и исполняющий их подобен человеку, построившему дом на скале. Но тот, кто слушает и не исполняет, подобен человеку, построившему дом на земле без основания. Лука 6:46-49.

Иисус сказал: Мать Моя и братья Мои - это слушающие Слово Божие и исполняющие его. Лука 8:21.

Мы знаем, что Бог не слушает грешников, но кто чтит Бога и исполняет Его волю, того слушает. Иоанн 9:31.

Если вы знаете это, блаженны вы, если исполняете. Иоанн 13:17

Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня, и Я полюблю его. Иоанн 14:21.

Тем Мой Отец прославляется, что вы приносите много плода. Иоанн 15:8.

Вы Мои друзья, если исполняете то, что Я велю вам. Я избрал вас, чтобы вы приносили плод, и чтобы плод ваш сохранялся. Иоанн 15:14,16.

Признайте дерево добрым, ибо по плоду узнается дерево. Матф. 12:33.

Сотворите плод, достойный покаяния. Матф. 3:8.

Посеявший на доброй земле - это тот, кто слушает Слово и приносит плод. Матф. 13:23.

Жнущий получает награду и собирает плод в жизнь вечную. Иоанн 4:36.

Омойтесь, очиститесь, оставьте зло ваших дел; учитесь делать добро. Исаия 1:16,17.

Придет Сын Человеческий во славе Отца Своего, и с каждым поступит по делам его. Матф. 16:27.

Творившие добро пойдут в воскресение жизни. Иоанн 5:29.

Их дела идут вслед за ними. Откр. 14:13.

Вот, скоро приду, и возмездие Мое со Мной, чтобы воздать каждому по сделанному им. Откр. 22:12.

Иегова, Чьи глаза открыты, чтобы воздавать каждому по его поступкам, поступает с нами соответственно нашим делам. Иер. 32:19; Зах. 1:6.

Господь учит нас тому же в притчах. Смысл многих из них в том, что делающий добро принимается, а делающий зло отвергается, как, например в притче о работниках в винограднике (Матф. 21:33-44), о талантах и минах, вложенных в торговлю (Матф. 25:14-30; Лука 19:13-25). Подобное же сказано и о вере:

Тот, кто верит в Меня, не умрет, но будет жить. Иоанн 11:25,26.

Воля Отца в том, чтобы всякий, видящий Сына и верующий в Него, имел жизнь вечную. Иоанн 6:40.

Верующий в Сына имеет жизнь вечную, а неверующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем. Иоанн 3:36.

Так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, чтобы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную. Иоанн 3:15,16.

И кроме того:

Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем своим, и всей душой твоей, и всем разумением твоим. И возлюби ближнего твоего, как самого себя. Весь закон и все пророки основаны на этих двух заповедях. Матф. 22:37-40.

Эти отрывки составляют лишь незначительную часть Слова, подобно нескольким чашкам воды из моря.

484. Можно ли не увидеть пустоты - не скажу: глупости - отрывков из церковной книги, озаглавленной "Формула Согласия", приведенных выше в п. 464, если, прочитав их, прочесть затем несколько наугад взятых мест из Слова? Каждый, кто так сделает, наверное, подумает про себя: "Если и в самом деле все так, как тут учат, и у человека нет свободы воли в духовных вопросах, то не будет ли тогда религия, то есть добрые дела, пустым словом? А что такое церковь без религии, если не кора от дерева, годная разве что в огонь?" И далее: "Раз нет церкви, поскольку нет религии, то что такое небеса и ад, если не сказки, придуманные священнослужителями и церковными начальниками, чтобы оказывать влияние на простых людей и обеспечивать себе все больший почет?" Отсюда и это отвратительное высказывание, которое у всех на устах: "Кто может делать добро сам по себе, и сам по себе приобретать веру?" Таким образом, люди оставляют всякие попытки и живут, как язычники.

Друг мой! Сторонись зла, и делай добро, и верь в Господа всем своим сердцем и всей душой, и Господь будет любить тебя, и даст тебе любовь, чтобы ты мог действовать, и веру, чтобы ты мог верить. И тогда любовь будет побуждать тебя делать добро, а вера, то есть надежда, - верить. Если же ты будешь настойчив в этом, ты соединишься с Ним, и Он с тобой, уже навсегда; вот в чем сущность спасения и вечной жизни. Если бы человек не пользовался своей силой, данной ему для добрых дел, и своим умом, чтобы верить в Господа, чем бы тогда был человек, если не пустыней или степью, или иссохшей землей, которая не впитывает дождя, а отторгает его; или неким подобием песчаной равнины, на которой овцы не могут найти пастбища. Он был бы тогда, как высохший источник; или как стоячий пруд, отрезанный от своего источника, или жилище в том месте, где не бывает ни урожая, ни воды: если не бежать оттуда немедленно, и не найти себе место для жизни где-нибудь еще, можно умереть от голода и жажды.

XLVI Без свободы воли в духовных вопросах у человека не было бы средств для установления взаимной связи с Господом, вследствие чего вместо вменения было бы полное предопределение, а оно отвратительно.

485. Как было во всей полноте показано в главе о вере, без свободы воли в духовных вопросах никто был бы не в состоянии обладать ни милосердием, ни верой, ни, тем более, тем и другим во взаимной связи. Следовательно, без свободы воли в духовных вопросах у человека не было бы ничего, чем Господь мог бы соединить Себя с ним. Но без взаимного соединения не может быть ни преобразования, ни возрождения, ни, следовательно, спасения. Из этого неопровержимо следует, что без взаимной связи человека с Господом и Господа с человеком невозможно вменение. Попытки доказать, что вменение возможно без свободы воли в духовных вопросах, породили множество учений. Они будут рассмотрены в последней части этой книги (Глава 11), посвященной ересям, парадоксам и противоречиям, возникшим из современной веры в то, что праведность и заслуга Господа Бога Спасителя вменены людям.

486. Предопределение - это порождение веры церкви наших дней, потому что оно следует из убеждения в беспомощности человека и отсутствии у него выбора в том, что касается духовных предметов. Кроме того, оно обусловлено убеждением в том, что человек превратился в некую безжизненную вещь, наподобие деревянного чурбана, и у него нет никакой возможности осознать, по милости оживляется этот чурбан или нет. Ибо говорится, что избрание это чистое проявление Божьей милости, без участия самого избранного, будь то его природная деятельность или рассудочная. Избрание происходит, когда и где этого хочет Бог, то есть, по Его благоволению. Дела, которые следуют за верой в качестве ее свидетельств, в глазах размышляющего о них подобны делам плоти; осуществляющий же их дух не обнаруживает их источника, но делает их предметом милости или благоволения, подобно вере. Из этих соображений понятно, что учение современной церкви о предопределении возникло из этого начала, как росток из семени. Я бы сказал, что оно вытекает из этого верования, как почти неизбежное следствие. К этому пришли сначала Предестинариане, Готтшальк36, а затем Кальвин и его последователи. Окончательно учение утверждено Дортским Синодом37. Вслед за тем Супралапсариане и Инфралапсариане ввели его в свои церкви, как знамя религии, а лучше сказать, как голову Горгоны, или Медузы, вырезанную на щите Палланта.

Но какая же более пагубная идея может прийти на ум, какое более бессердечное убеждение можно иметь о Боге, чем то, что часть рода человеческого предопределена к проклятию? Было бы страшно верить, что Господь, сама любовь и сама милость, хочет, чтобы множество людей родилось предназначенными в ад, или чтобы сотни миллионов от рождения были погибшими душами, то есть родились дьяволами и сатанами; и что по Своей бесконечной Божественной мудрости Он не позаботился о том, чтобы живущие доброй жизнью и признающие Бога не были брошены в огонь и вечную муку. На самом деле Господь - всем создатель, и всем спаситель; Он один ведет всех, и никому не желает смерти. Поэтому что может быть более ужасным, чем верить или думать, что несколько наций и народов под Его управлением и присмотром предназначаются в жертву дьяволу, чтобы насытить его утробу? Тем не менее, это - порождение веры современной церкви. Оно отвратительно вере новой церкви, как безобразное чудовище.

487. Я думал, что в пользу такого сумасшедшего мнения никак не может высказаться Христианин, тем более, выразить его вслух, да еще публично. Однако же, это было сделано многими представителями духовенства на Дортском Синоде в Голландии, причем сказанное было искусно записано и издано. И вот, чтобы развеять мои сомнения, ко мне были посланы некоторые из тех, что участвовали в принятии решений этого Синода.

Когда я увидел их рядом с собой, я спросил: "Как можно, руководствуясь здравым смыслом, прийти к заключению, что мы предопределены? Что может получиться из этого, кроме жестоких понятий о Боге и клеветнических понятий о религии? Не правда ли, тот, кто начертал на своем сердце учение о предопределении, отстаивая его, может думать обо всем, относящемся к церкви, и обо всем, относящемся к Слову, только как о чем-то ни к чему не годном? Не станет ли он непременно думать о Боге, предопределившем столько людей в ад, как о каком-то тиране?"

Когда я произнес это, они бросили на меня сатанинский взгляд, и ответили: "Мы были среди тех, кого избрали представителями на Дортский Синод. И мы утвердились, а сейчас еще больше утверждаемся во многих понятиях о Боге, Слове и религии, которые мы не решились бы высказать публично. Но когда мы говорили и учили о религии, мы плели и вязали паутину из разноцветных нитей, и рассыпали на ней перья из крыльев павлина". Однако, они и теперь хотели заняться тем же, поэтому ангелы, властью, данной им Господом, закрыли внешнее их умов, а внутреннее открыли, и от него заставили говорить. Тогда они сказали следующее: "Наша вера, которую мы образовали при помощи ряда доводов, основанных один на другом, состояла и состоит в том, что:

(1) Никакого Слова Бога Иеговы нет, а есть только некие бессодержательные изречения пророков. Мы думаем так потому, что Слово предопределяет всех в небеса и считает виноватым только того, кто не ходит путями, ведущими туда.

(2) Религия существует, поскольку в ней есть необходимость; но она лишь порыв ветра, очаровывающий простой народ восхитительными ароматами, которые он приносит. Поэтому священнослужители, малые и великие, должны учить религии по Слову, раз Слово признается. Таковы наши понятия, потому что там, где существует предопределение, там религия - ничто.

(3) Религию составляют гражданские законы; но предопределение зависит не от жизни в соответствии с ними, а от одного лишь Божьего благоволения, словно от одного взгляда абсолютного монарха.

(4) Все, чему учит церковь, кроме существования Бога, надо отбросить, как пустое словоблудие, и выбросить, как хлам.

(5) Духовное, о котором так много говорят, - это не более чем эфирные выделения под солнцем, и если они проникают глубоко в человека, то наводят на него головокружение и тупость, превращая его в чудовище в глазах Бога".

(6) На вопрос, думают ли они, что их вера, из которой они сделали вывод о предопределении, духовна, они ответили, что вера зависит от предопределения, но когда она была им дана, они были как куски дерева; поэтому они, действительно, оживлены, но не духовно.

Произнеся эти отвратительные утверждения, они хотели уйти, но я сказал им: "Подождите немного, я прочитаю вам из Исаии". Вот что я прочел:

Не радуйся, земля Филистимская, что сокрушен жезл, поражавший тебя, ибо из корня змеиного выйдет василиск, и плодом его будет летучий змей. Исаия 14:29.

Я объяснил это по духовному смыслу. Филистимская земля означает церковь, отделенную от милосердия. Василиск, вышедший из корня змеиного, означает ее учение о трех Богах и о власти вменения, данной каждому из них. Его плод, летучий змей, означает непосредственную милость вместо вменения добра или зла, неважно, прожил ли человек хорошую жизнь, или плохую.

Услышав это они сказали: "Может быть. Но найди нам в этой книге, которую ты называешь святым Словом, что-нибудь о предопределении". Я открыл книгу и попал на подходящее место у того же пророка:

Высиживают змеиные яйца и ткут паутину. Каждый, кто поест их яиц, умрет, а если раздавит, - выползет ехидна. Исаия 59:5.

Они прослушали этот отрывок, но не смогли выдержать объяснения, а некоторые из посланных ко мне (их было пятеро) бросились в пещеру, вокруг которой возникло мрачно-огненное зарево, знак того, что у них не было ни веры, ни милосердия.

Из всего этого ясно, что постановление Синода о предопределении - не просто безумная ересь, а бессердечная ересь. Поэтому ее нужно искоренить из мозга, чтобы и следа от нее не осталось.

488. Бесчеловечную веру в то, что Бог предназначает людей в ад, можно сравнить с противоестественным поведением отцов в некоторых диких племенах, которые выбрасывают своих грудных детей на улицу, и с бесчеловечностью воинов, бросающих убитых в лесу на растерзание диким зверям. Еще ее можно сравнить с жестокостью тирана, который делит подвластный ему народ на части, одних предавая палачу, других бросая в морскую бездну, а третьих - в огонь. Кроме того, ее можно сравнить с бешенством некоторых диких зверей, которые растерзывают своих собственных детенышей; а также с безумством собак, бросающихся на собственное отражение в зеркале.

XLVII Без свободы воли в духовных вопросах Бог был бы в ответе за зло, и тогда не могло бы быть вменения милосердия и веры38.

489. Что в Боге причина зла - это следует из убеждения, которого придерживаются в настоящее время, убеждения, выношенного еще членами Собора в городе Никея. Именно там была придумана и детально разработана эта ересь, сохранившаяся до сих пор, что было три Божественные Личности от вечности, и каждая из них была в Себе Богом. Как только эта теория была выношена, последователям ее ничего не оставалось, как обращаться к каждой Личности отдельно, как к Богу. Они составили символ веры о вменении человеку заслуги и праведности Господа Бога Спасителя, а чтобы никто не пытался разделить с Господом Его заслугу, отобрали у человека всю свободу воли в духовных предметах, и объявили о полной его беспомощности в том, что касается веры. А поскольку они выводили все духовное в церкви из одной только веры, они также утверждали, что человек беспомощен во всем, что учение церкви говорит о спасении. Это послужило началом распространения последовательности ужасных ересей, основанных на этой вере и убеждении в человеческой беспомощности в духовных вопросах, а также самого вредного учения, того, что обсуждалось в предыдущем разделе, - о предопределении. Все эти верования подразумевают, что Бог - источник зла, то есть, что Бог создал и добро и зло.

Друг мой! Не полагайся ни на какой Собор, доверяй лишь Слову Господа, которое выше всех Соборов. Чего только не высидели Римско-католические соборы и Дортский Собор, где появилась на свет эта ехидна предопределение!

Можно подумать, что посредствующей причиной зла служит то, что человеку дана свобода воли в духовных предметах, то есть, если у него не было бы свободы воли, он бы не грешил. Но друг мой, остановись на минуту и рассуди, возможно ли было создание человека, так чтобы он был человеком, без свободы воли в духовных вопросах? Если отнять ее у него, он перестанет быть человеком, и будет лишь статуей. Что такое свобода воли, если не способность, с полной видимостью, что от себя, делать, думать и говорить? Поскольку человеку была дана такая способность, чтобы он мог жить человеком, в Саду Эдемском были посажены два дерева: дерево жизни и дерево познания добра и зла. Это значит, что он мог пользоваться свободой, данной ему, и есть либо с дерева жизни, либо с дерева познания добра и зла.

490. Из первой главы Бытия ясно, все созданное Богом было хорошо. В ней говорится, что "Увидел Бог, что это хорошо" (стихи 10, 12, 18, 21, 25), и в конце: "Увидел Бог все, что Он создал: это было очень хорошо" (31). Это понятно также из того, каким было первоначальное состояние человека в раю. Зло же возникло от человека, что видно по второму состоянию Адама, то есть, после падения, когда он был изгнан из рая. Все это ясно показывает, что если бы человеку не дана была бы свобода воли в духовных вопросах, то Сам Бог, а не человек, был бы причиной зла; в этом случае Бог создал бы и добро, и зло; но о том, что Бог создал также и зло - даже думать мерзко. Бог не создавал зла потому, что Он даровал человеку свободу воли в духовных делах, и никогда не вкладывал в его дух никакого зла, потому что Бог есть само добро, в добре Бог вездесущ, и непрестанно побуждает и требует, чтобы Его приняли. Даже если Его не принимают, Он все равно не отходит. Ибо, если бы Он удалился, человек бы тут же умер, или, скорее, рассеялся бы, превратившись в нечто несуществующее. Ведь человек получает жизнь, и непрерывное существование всего, из чего он состоит, от Бога.

Зло не создано Богом, а внесено человеком, потому что человек превращает добро, непрерывно проникающее в него от Бога, в зло, когда отворачивается от Бога и поворачивается к себе. Когда это происходит, удовольствие от добра остается, но становится удовольствием от зла; ибо, если человеку не оставить такого же по видимости удовольствия, он перестанет жить, поскольку именно удовольствие есть жизненное начало его любви. Тем не менее, эти два вида удовольствий совершенно противоположны, хоть человек и не знает об этом, пока живет в мире. После смерти, однако, он узнает и со всей ясностью ощущает это, ибо удовольствия любви к добру превращаются в небесное блаженство, а удовольствия любви к злу - в адское мучение. Отсюда ясно, что любой человек предназначается к небесам, и никто - к аду; человек сам вверяет себя аду, употребляя во зло свою свободу воли в духовных делах. Вследствие этого он вбирает понятия, распространяющиеся из ада, поскольку, как было сказано, каждый человек поддерживается посередине между небесами и адом, чтобы он находился в равновесии между злом и добром, и имел благодаря этому свободу воли в духовных делах.

491. Можно провести сравнения, чтобы пояснить следующие утверждения: что Бог даровал свободу не только каждому человеку, но и каждому животному, и даже некоторое подобие ее - каждому неодушевленному предмету, дав каждому возможность принимать ее в соответствии со своей природой; что Бог всем хочет добра, а в зло его превращает тот объект, на который оно действует. Атмосфера каждому дает возможность дышать, животному и дикому зверю, любой птице, равно филину и голубю; птицы благодаря ней могут летать. Но нельзя же обвинять атмосферу в том, что она благоприятствует созданиям разной природы и противоположных качеств. Океан предоставляет в себе жилище и пропитание всяким рыбам; но нельзя же его винить за то, что одна рыба пожирает другую, или что крокодил превращает свою пищу в яд для умерщвления людей. Солнце обеспечивает всех светом и теплом, но те предметы, на которые оно воздействует, разнообразные растения Земли, принимают тепло и свет по-разному; полезное растение или кустарник принимают их одним способом, терновник и колючка - другим, а безвредное растение - иначе, нежели ядовитое.

Дождь из высот атмосферы поливает землю повсюду, а земля дает воду всем деревьям, растениям и травам, и все они используют ее так, как им нужно. Вот что имелось в виду под возможностями, подобными свободе воли: растения свободно всасывают воду своими отверстиями, порами и протоками, которые открываются в теплую погоду, а земля только обеспечивает их влагой и необходимыми элементами; растения же потребляют их от своего рода голода и жажды. То же самое и с людьми. Господь проникает в каждого человека, давая ему духовное тепло, которое по сущности является благом любви, и духовный свет, который по существу является истиной мудрости. Но как человек принимает их, зависит от того, куда от обращен, к Богу или к себе. Вот почему Господь, когда учил нас о любви к ближнему, сказал:

Чтобы были вы сыновьями Отца, повелевающего солнцу всходить над злыми и добрыми, и посылающего дождь на праведных и неправедных. Матф. 5:45.

В другом месте Он говорит, что желает спасения всех.

492. К этому я добавлю следующий рассказ из того, что знаю на опыте.

Мне много раз приходилось слышать слова о благе милосердия, нисходившие с небес, проходившие сквозь мир духов, и проникавшие до самых глубин ада. По мере того, как эти высказывания спускались, они превращались в понятия явно противоположные благу милосердия, и в конце концов в понятия, полные ненависти к ближнему. Это говорит о том, что все, исходящее от Господа, является благом, но превращается в зло духами ада. То же происходило и с некоторыми истинами веры, которые, спускаясь, превращались в ложь, противоположную этим истинам. Именно принимающая форма превращает то, что входит в нее в то, что ей соответствует.

XLVIII Все духовное церкви, входящее и принимаемое свободно, остается, и ничто не остается из того, что входит или принимается не свободно.

493. Принятое свободно остается в человеке потому, что свобода имеет отношение к его воле; а если так, значит и к его любви. Было показано (397), что воля - приемник любви. Каждому понятно, что всякая свобода имеет отношение к любви, а также к воле, ведь люди говорят: "Я хочу этого, потому что я люблю это", и наоборот: "Я люблю это, и поэтому хочу".

Но воля человека двойная, в ней есть внутреннее и внешнее, или воля внутреннего человека и воля внешнего человека. Поэтому человек может быть обманщиком, делать и говорить перед миром одно, а со своими близкими друзьями - другое. Перед миром он пользуется в разговоре и действии волей внешнего человека, с близкими друзьями - волей внутреннего человека. Под волей внутреннего человека подразумевается та, что содержит в себе господствующую любовь. Этих кратких замечаний достаточно, чтобы установить, что внутренняя воля и есть настоящий человек, поскольку в ней находится бытие и сущность его жизни. Разум - это форма, которую она принимает, чтобы сделать видимой свою любовь. Все, что человек любит и желает вследствие своей любви к этому, является свободным выбором; ведь все, происходящее от любви внутренней воли, составляет для него наслаждение жизни. А поскольку любовь его внутренней воли составляет бытие его жизни, то она также и его самость (proprium). Поэтому-то принятое этой волей остается, что оно добавляется к самости. И наоборот, то, что вносится не свободно, не принимается; но об этом - далее.

494. Однако нужно как следует понять, что духовные понятия Слова и церкви, усваиваемые по любви и подтверждаемые разумом, сохраняются в человеке не так, как общественные и гражданские понятия, потому что духовные понятия восходят к высшим областям ума и принимают там свою форму. Причина в том, что именно туда входит Господь, принося человеку разнообразные виды Божественных истин и Божественного добра, так что это своего рода храм для Него, Его обитель. Общественные и гражданские понятия, будучи мирскими, занимают более низкие области ума; одни из них служат как бы подсобными помещениями снаружи этого храма, другие - двором перед входом в него. Другая причина, по которой духовные понятия церкви располагаются в высших областях ума, в том, что они принадлежат душе, и потому ищут для нее вечной жизни; а душа находится на высшем уровне и живет исключительно духовной пищей. Вот почему Господь называет Себя хлебом, когда говорит:

Я хлеб живой, сошедший с небес; каждый, кто ест этот хлеб, будет жить вечно. Иоанн 6:51.

В этой области располагается также любовь человека, от которой зависит его счастье после смерти; там же, в основном, пребывает и его свобода воли в духовных делах, от которой, как от источника, нисходит свобода воли в природных делах. Поскольку она - источник, она сообщается со всеми проявлениями свободы воли в природных делах, и при помощи них господствующая любовь с высшего уровня привлекает к себе все, что ей нужно. Это такое же сообщение, как между напором источника и водой, бьющей из него, или между порождающим началом семени и всеми частями дерева, в особенности плодом, поскольку в нем семя воспроизводит себя. Однако тот, кто отрицает свободу воли в духовных делах, и поэтому отказывается от нее, создает себе другой источник и протоки от него, превращая духовную свободу в чисто природную, и в конце концов, в адскую. Адская свобода тоже напоминает порождающее начало семени, которое, свободно поступая по стволу и ветвям, достигает плодов, гнилых изнутри от обилия этого начала.

495. Любая свобода, если она от Господа, - настоящая свобода; но любая свобода, приходящая из ада и поселяющаяся в человеке, - это рабство. Тем не менее, духовная свобода неизбежно будет казаться рабством тому, кто пользуется свободой адской, потому что они противоположны. Но тот, кто пользуется духовной свободой, не только знает, но и чувствует, что адская свобода - это рабство. Поэтому ангелы отстраняются от нее, как от трупного зловония, хотя те, кто в аду, вдыхают ее, как будто это аромат духов. Из Слова Господнего известно, что истинное поклонение - это поклонение свободное; и то, что приносят свободно, угодно Господу. Поэтому мы читаем в Псалмах Давида:

Я принесу добровольную жертву Богу. Пс. 53:8.

И в другом месте:

Те из народов, которые хотели, собрались вместе, народ Бога Авраамова. Пс. 46:10.

По этой причине у Детей Израиля жертвы были добровольными. Жертвоприношения у них главным образом и составляли богослужение. Поскольку добровольные приношения угодны Богу, им было заповедано, чтобы каждый, кого влечет к тому сердце, и кто движим желанием своего духа, приносил пожертвования Иегове для устройства Скинии (Исход 35:5, 21, 25).

А Господь говорит:

Если останетесь верны слову Моему, то вы истинно Мои ученики; и познаете истину, и истина сделает вас свободными. Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободными будете. Всякий, делающий грех, есть раб греха. Иоанн 8:31-36.

496. Остается только принятое свободно по той причине, что воля человека воспринимает это и усваивает, и что это входит в его любовь, его любовь признает это своим и использует для своего развития. Можно пояснить сказанное примерами, в которых, из-за того, что они взяты из природных явлений, тепло будет вместо любви. Всем известно, что благодаря теплу, и в зависимости от его количества, у растений открываются их поры, а когда они открыты, растения внутренне возвращаются к той форме, которая предписана им их природой, самопроизвольно принимают свое питание, удерживают то, что им полезно, и, таким образом, растут. То же самое и у животных: все, что они находят и едят по любви к питанию, называемой аппетитом, присоединяется к их телу, и поэтому остается. Полезное постоянно присоединяется к телу потому, что все составляющие тела непрерывно обновляются. Это известно, хотя и немногим.

У животных тепло тоже открывает все части их тела, и позволяет свободно проявляться их природной любви. Вследствие этого весной и летом у них развивается или возобновляется инстинктивное желание приносить потомство и растить его. Они делают это в полнейшей свободе, поскольку это происходит от их главенствующей любви, привитой им от создания для поддержания вселенной в том состоянии, в котором она была создана.

Свободу любви можно проиллюстрировать свободой, даваемой теплом, по той причине, что любовь вызывает тепло; это очевидно по производимому ей действию, когда человек вспыхивает, горячится и воспламеняется по мере того, как его любовь вырастает в ревностный пыл или порыв гнева. В этом, и не в чем ином, источник тепла крови, или жизни, человека и вообще животных. Такое соответствие объясняет, почему части тела созданы способными свободно принимать через тепло все, чего требует любовь.

В таком равновесии, а значит и свободе, находятся все внутренние органы человеческого тела. В этой свободе сердце качает вверх и вниз кровь, брыжейка распределяет свой сок, печень вырабатывает кровь, почки - свой секрет, лимфатические железы фильтруют и так далее. Если что-то случается с равновесием, то орган заболевает и парализуется, либо работает беспорядочно. Здесь равновесие и свобода - одно и то же. Нет во всем мироздании ничего, что не поддерживало бы равновесия, чтобы сохранить свободу.

XLIX Воля и разум человека обладают свободой выбора; но злодеяния сдерживаются законом и в духовном, и в природном мирах, ведь иначе общества в обоих мирах прекратили бы свое существование.

497. Можно понять, что каждому дана свобода воли в духовной области, просто понаблюдав за собственным мышлением. Кто не волен думать о Боге, о Троице, о милосердии и ближнем, о вере и ее действии, о Слове и обо всем, что мы узнаем из него, а после изучения богословия - о его частностях? Каждый может думать, и даже делать умозаключения, учить и писать как в пользу, так и против всего этого. Если человека хоть на одно мгновение лишить этой свободы, не остановится ли его мышление, не онемеет ли его язык, не повиснут ли руки? Итак, мой друг, если угодно, ты можешь, лишь понаблюдав за своим мышлением, отвергнуть и проклясть эту нелепую и опасную ересь, которая в наше время навела на весь Христианский мир летаргический сон по отношению к небесному учению о милосердии и вере, ведущему к спасению и вечной жизни.

Что свобода выбора находится в воле и разуме человека, объясняется следующими соображениями:

(1) Необходимо сначала обучить и преобразовать эти две способности, а затем, при их помощи - те две способности внешнего человека, которые позволяют ему говорить и действовать.

(2) Эти две способности внутреннего человека составляют его дух, который продолжает жить после смерти, и подчиняется только Божественному закону; а главное в нем то, что человек должен думать о законе, соблюдать его и подчиняться ему по своей воле, но при Господнем руководстве.

(3) Человек, если говорить о его духе, находится посередине между небесами и адом, и поэтому между добром и злом, для равновесия. В этом источник его свободы воли в духовных вопросах; об этом равновесии см. выше, 475 сл. Но пока он живет в мире, он по своему духу пребывает в равновесии между небесами и миром. Человек при этом почти совсем не знает о том, что насколько он отступает от небес и становится ближе к миру, настолько он приближается и к аду. Он и знает об этом, и не знает, для того, чтобы и в этом отношении он мог обладать свободой и преобразоваться.

(4) Эти два дара - воля и разум - приспособлены к принятию Господа; воля принимает любовь и милосердие, разум - мудрость и веру. И то и другое приводится в действие Господом, при полной свободе человека, чтобы соединенность их была взаимной и обоюдной, и поэтому вела к спасению.

(5) Любой суд, которому подвергается человек после смерти, основан на том, как человек использовал свою свободу воли в духовных вопросах.

498. Из всего этого следует вывод, что истинная свобода воли в духовных вопросах располагается в душе человека в полном совершенстве, и оттуда выливается, подобно струе источника, в обе части человеческого ума, в волю и разум, а через них - в телесные чувства, речь и действия. Жизнь в человеке существует в трех степенях: в душе, в уме и в теле с его чувствами. Все, что находится в высшей степени, превосходит по совершенству то, что в нижней. Это та свобода, посредством которой, в которой и вместе с которой Господь присутствует при человеке и непрестанно побуждает его к принятию Себя. Но Он никогда не отбирает эту свободу и не отступает от нее, поскольку, как было сказано, из сделанного не по духовной свободе ничего не остается. Поэтому можно сказать, что именно эта свобода позволяет Господу пребывать в душе человека.

Без всякого объяснения очевидно, что злодеяния в обоих мирах - духовном и природном - сдерживаются законом, ведь ни одно общество иначе не могло бы устоять. Тем не менее, необходимо пояснить на примерах, что без этого внешнего сдерживания не только общество перестало бы существовать, но и всему роду человеческому настал бы конец. Человек находится в плену двух видов любви: властвовать над другими и владеть чужой собственностью, и если отпустить их поводья, они могут унести в беспредельную даль. Наследственное зло, получаемое человеком при рождении, в основном исходит от этих двух видов любви. Преступление Адама было просто желанием стать таким же, как Бог. Как нам сказано, это злое стремление внушил ему змей. Поэтому проклятие, произнесенное на него, гласит, что земля произрастит ему терния и волчцы (Бытие 3:5,18), которые обозначают все виды зла и лжи, отсюда происходящие. Все рабы этой любви считают себя той единственной личностью, в которой и для которой существуют все остальные. У них нет ни жалости, ни страха Божьего, ни любви к ближнему, и поэтому они неумолимы, бесчеловечны и жестоки, их страсть и алчность к разбою и грабежу заслуживает ада, в совершении этих преступлений они хитры и коварны. Даже звери земные не так дурны от природы, ведь они убивают и едят других животных только из желания наполнить желудок и защитить себя. Поэтому злой человек, рассмотренный с точки зрения этих видов любви, бесчеловечнее, неистовее и хуже, чем любое из животных.

Если посмотреть на бунтующую толпу, которая не сдерживается законом, становится понятным, каковы люди внутренне; то же самое при погромах и разграблении, когда солдат призывают излить свою ярость на побежденных и пленных; едва ли кто-то из них воздержится, пока не услышит барабанный бой, возвещающий, что пора заканчивать. Эти примеры показывают, что если бы не было наказаний, предусмотренных законом для того, чтобы удерживать людей, то было бы уничтожено не только общество, но и весь человеческий род. Единственный способ освободиться от всех этих зол - это использовать свою свободу воли в духовных вопросах как следует, то есть сосредоточить ум на мыслях о состоянии своей жизни после смерти.

499. Однако этому требуются дальнейшие пояснения. Если бы все сотворенное, как одушевленное, так и неодушевленное, не обладало своего рода свободой воли, то никакое творение было бы невозможно. Ибо если бы животные не имели свободы воли в природных делах, они не могли бы выбирать пищу, пригодную для своего питания, не могли бы размножаться и растить потомство, а потому не стало бы животных. Если бы рыбы в море и моллюски на его дне не имели этой свободы, не было бы ни рыб, ни моллюсков. Подобно тому, если бы не было ее у насекомых, то не было бы ни гусениц-шелкопрядов, делающих шелк, ни пчел, дающих мед и воск, ни бабочек, порхающих в воздухе со своими подружками, питающихся цветочным нектаром и изображающих блаженное состояние человека в небесном царстве, когда, подобно гусенице, он сбрасывает свою внешнюю оболочку.

Если бы не было чего-то подобного свободе воли в самой почве земной, в семени, которое в нее попадает, и в любой части дерева, вырастающего из него, а равно и в его плодах, и вновь в семенах, не могло быть и растений. Если бы всякий металл и всякий камень, драгоценный или обычный, не наделен был чем-то вроде свободы воли, не могло бы существовать ни металлов, ни камней, даже ни крупицы песка. Ведь даже она впитывает эфир, выделяет свои собственные испарения, избавляется от отработанных элементов и обновляется при помощи свежего материала. Отсюда магнитное поле вокруг магнита, железная сфера вокруг железа, медная - вокруг меди, серебряная - вокруг серебра, золотая - вокруг золота, сфера камня вокруг камня, селитры вокруг селитры, серы - вокруг серы, и своя - вокруг каждой частицы земли. Влияние этих сфер напитывает внутренние части каждого семени, оплодотворяет его и побуждает его прорасти. При отсутствии такого рода выделений из каждой частицы земли не было бы побуждающего начала для прорастания семян, и невозможно было бы их вечное воспроизведение. Как еще может земля проникнуть своим песком да водой во внутренность посеянных семян, если не при помощи их выделений; вот, например, горчичное зерно:

Которое, хотя меньше всех семян, но когда вырастет, бывает крупнее всех растений и становится большим деревом. Матф. 13:31,32; Марк 4:30-32.

Итак, если все созданное наделено своим собственным видом свободы в соответствии со своей природой, почему человеку должно быть отказано в свободе воли, подходящей его природе, которая состоит в том, что он должен стать духовным? Поэтому-то человеку и дана свобода воли в духовных вопросах от материнской утробы и до глубокой старости в мире, и затем навечно.

L Если бы у людей не было свободы воли в духовных вопросах, можно было бы привести к вере в Господа в один день население всего мира. Но это невозможно, поскольку то, что человек не принял в свободе воли, в нем не остается.

500. Понятие о том, что Бог, не дав людям свободы воли в духовных вопросах, мог бы привести к вере в Себя в один день население всего мира, является следствием непонимания всемогущества Бога. Тот, кто неправильно понимает всемогущество Бога, возможно, думает, что нет порядка, как такового, либо что Бог может действовать как в соответствии с порядком, так и против него. Но на самом деле без порядка невозможно было бы никакое творение.

Главная цель творения - чтобы человек был образом Божьим; следовательно, он должен постоянно совершенствоваться в любви и мудрости, становясь все ближе и ближе к этому образу. Бог непрестанно осуществляет эту цель в человеке; но без свободы воли в духовных вопросах, позволяющей человеку обратиться к Богу и соединиться с Ним со своей стороны, это был бы тщетный труд, потому что такое невозможно. Ибо есть порядок, из которого и в соответствии с которым был создан весь мир и все его части. Поскольку все творение возникло из порядка и построено в соответствии с ним, Бог и называется самим порядком. Поэтому нет никакой разницы между действием против Божественного порядка и действием против Бога. Так что Бог даже Сам не может действовать против Своего Божественного порядка, поскольку это означало бы действовать против Самого Себя. Поэтому и каждого человека Он направляет в соответствии с этим порядком, которым Он Сам является. Он ведет к порядку заблудившихся и павших, и сопротивляющихся ему.

Если бы человек был создан без свободы воли в духовных вопросах, что стоило бы всемогущему Богу привести население всего мира к вере в Господа? Разве не привил бы Он тогда эту веру каждому, прямо или косвенно? Прямо с помощью Своей абсолютной власти и Своего непреодолимого усердия, направленного непрестанно на спасение человека; косвенно - заставляя его испытывать угрызения совести, судороги в теле до потери сознания, или угрожая смертью, если он не примет эту веру; или, более того, открывая ад и показывая дьяволов с ужасающими факелами в руках, или собрав по всему аду мертвых, из числа его знакомых, в виде страшных призраков. Ответ на такое предположение дан в словах Авраама к богачу в аду:

Если Моисея и Пророков не слушают, то не поверят и если кто-то из мертвых воскреснет. Лука 16:31.

501. Часто задают вопрос: почему чудеса теперь не происходят, как раньше; люди думают, что если бы они происходили, то каждый признал бы их своим сердцем. Чудес в наше время не бывает, хотя они происходили раньше, по той причине, что они служат принуждением и отбирают у человека свободу воли в духовных вопросах, превращая его из духовного человека в природного. Со времени пришествия Господа каждый в Христианском мире мог стать духовным; и мог сделаться духовным единственным способом - от Него через Слово, а возможность применить этот способ была бы утеряна, если бы человека приводили к вере при помощи чудес. Как я уже сказал, они служат принуждением и отбирают у человека свободу воли в духовных вопросах, а в этих вопросах все, что делается по принуждению, поселяется в природном человеке, как бы закрывая дверь перед духовным человеком. Настоящий же, внутренний человек - это и есть духовный человек, и поэтому он лишается возможности видеть какую-либо истину в свете. После этого все его суждения на духовные темы исходят только от природного человека, который видит все духовное задом наперед.

Между тем, до прихода Господа чудеса имели место, потому что в те времена люди церкви были природными, и им нельзя было открывать духовные вопросы, имеющие отношение к внутренней церкви. Ибо, если бы они были открыты, то эти люди осквернили бы их. Все их богослужение, таким образом, ограничивалось обрядами, которые изображали и символизировали внутренние вопросы церкви; и заставить этих людей совершать обряды должным образом можно было только при помощи чудес. Из-за того, что эти символические действия заключали в себе духовное внутреннее, иногда даже чудесами невозможно было принудить их выполнять. Это ясно на примере Детей Израиля в пустыне, которые, хотя и видели множество чудес в Египте, а затем величайшее чудо на горе Синай, все равно после месячного отсутствия Моисея стали плясать вокруг золотого тельца, крича, что это он вывел их из Египта. Точно так же они вели себя в Ханаане, несмотря на то, что видели небывалые чудеса, совершенные Илией и Елисеем, а с течением времени и истинно Божественные чудеса, совершенные Господом.

Главная причина того, что чудеса не совершаются в наше время, заключается в том, что церковь отняла всю свободу воли у людей. Она постановила, что человек совсем ничего не может сделать для приобретения веры или обращения, и вообще, для своего спасения (см. выше, 464). Каждый, кто верит этому, становится все более и более природным; а природный человек, как я уже говорил, рассматривает задом наперед все духовное, которое поэтому вызывает его мысленное сопротивление. Высшие области ума, основное вместилище свободы воли в духовных вопросах, при этом закрываются. Духовные понятия, которые, как кажется, подтверждаются чудесами, занимают тогда нижние, чисто природные области ума, тогда как ложные понятия о вере, обращении и спасении остаются сверху. Вследствие этого ангелы обитают снизу, а сатаны над ними, как ястребы над цыплятами. Немного погодя сатанам удается сломать засовы, и тогда они бросаются со всей яростью на духовные понятия, находящиеся внизу, и не только отрицают их, но и проклинают, и оскверняют. В конечном итоге состояние человека бывает намного хуже прежнего.

502. Каждый, кто стал природным из-за ложных понятий о духовном церкви, непременно думает, что всемогущество Бога выше порядка, и что, следовательно, всемогущество Бога лишено порядка. От этого он впадает в следующие безумные помыслы. Зачем Господь пришел в мир, и к чему Ему было искупать мир таким способом, когда Бог в Его всемогуществе мог бы достичь с небес того же, чего Он достиг на земле? Почему своим искуплением Он не спас весь род человеческий без исключения, и почему дьявол вслед за тем оказывается в состоянии одерживать в человеке верх над Искупителем? Зачем нужен ад? Разве не смог бы Бог в Своем всемогуществе истребить его, и разве не может Он сделать это теперь? Разве не может Он вывести всех людей из ада, и сделать их ангелами небесными? К чему Последний Суд? Ведь может же Он перевести всех козлов, которые слева, направо, и сделать их овцами? Почему Он сбросил всех ангелов дракона и самого дракона с небес, а не превратил их в ангелов Михаила? Отчего же Он не дал и тем и другим веры, не вменил им праведность Сына, и не простил им таким образом грехи, оправдав и освятив их? Почему Он не дал зверям земным, птицам небесным и рыбам морским дара речи, а также разума, и не взял их вместе с человеком в небеса? Почему Он не превратил, и теперь не превращает всю землю в Рай, где не было бы ни дерева познания добра и зла, ни змея, и все холмы истекали бы благородным вином, храня в себе золотые и серебряные самородки, чтобы все жили там среди песен и ликования в непрестанной череде праздников и наслаждений, подобны образу Божьему? Разве не к лицу все это всемогущему Богу? И многое еще в том же роде.

Но, друг мой, ведь это все бессмыслица. Всемогущество Бога не лишено порядка. Бог Сам есть порядок, и раз все создано от Бога, значит, все создано исходя из порядка, в порядке и для порядка. Порядок, в составе которого человек создан, заключается в том, чтобы блаженство его, или проклятие, зависело от свободы воли в духовных вопросах. Ибо, как я уже говорил, без свободы воли не могли быть созданы ни люди, ни животные, ни птицы, ни рыбы. Но животные обладают лишь природной свободой воли, тогда как человек - и природной, и духовной.

* * * * *

503. Здесь я приведу некоторые сообщения о своем опыте. Опыт первый.

Я слышал, что было назначено собрание для обсуждения свободы воли человека в духовных вопросах. Было это в духовном мире. На нем присутствовали ученые мужи со всех четырех сторон света, которые, живя в прежнем мире, думали на эту тему, а многие из них бывали на соборах и синодах, как до Никейского, так и после. Они собрались в своего рода округлом храме, напоминавшем римский Пантеон, который прежде был предназначен для поклонения всем богам, а впоследствии был посвящен папством поклонению святым мученикам. У стен внутри храма располагались сооружения наподобие алтарей, но со скамьями около них, на которых сидели собравшиеся, опираясь на алтари, как на столы. Председательствующего на собрании не было, любой из них, когда вздумается, покидал свое место и выбегал в центр, чтобы излить то, что у него на сердце и поделиться своим мнением. К моему удивлению, у каждого из них было сколько угодно доводов в пользу полной беспомощности человека в духовных делах, тогда как понятие о свободе воли в этих вопросах они поднимали на смех.

Когда все собрались, один из них внезапно устремился в центр и закричал в полный голос: "Свободы воли в духовных вопросах у человека не больше, чем у жены Лота после того, как она превратилась в соляной столп. Ибо, конечно же, если бы у человека было больше свободы, он бы сам потребовал, как свою собственность, веру нашей церкви, которая состоит в том, что Бог Отец по Своей полной свободе и Своему благоволению жалует эту веру, как милостивый дар, кому пожелает и когда пожелает. Бог не мог бы проявлять такую милость и жаловать такие дары, если были бы некие свобода и своеволие, которые позволяли бы человеку также и требовать эти дары себе. Ведь если бы дело обстояло таким образом, то наша вера, которая сияет звездой перед нашим взором и ночью, и днем, испарилась бы в воздухе, подобно метеору".

За ним последовал другой, который вскочил с места и сказал: "У человека не больше свободы воли в духовных предметах, чем у животного, точнее, чем у собаки, потому что если бы она у него была, он делал бы добро по собственному желанию, а между тем все добро - от Бога, и человек не может взять себе ничего, если не дано ему с небес".

Следующий за ним выскочил на середину и оттуда повел свою речь. Он сказал, что у человека не больше свободы воли в духовных предметах, или в понимании их, чем у совы при дневном свете, или, скорее, чем у цыпленка, еще не вылупившегося из яйца. "В таких вещах он слеп, как крот; ведь если бы он был остроглазым, как Линкей39, и разбирался бы в том, что касается веры, спасения и вечной жизни, он думал бы, что может возродить и спасти сам себя, и на самом деле попытался бы этим заняться, оскверняя свои мысли стремлением к большей и большей заслуге".

Затем еще один выбежал в центр, и высказался о том, что со времен Адама любое мнение, будто можно желать или понимать что-либо в духовных делах, является бредом, и человек, придерживающийся этого мнения, - сумасшедший, потому что он думает, что он - маленький бог, или сверхъестественное существо, по праву обладающее частью Божественного могущества.

За ним последовал человек, поспешно вышедший на середину, неся в руке книгу "Формула согласия". Евангелисты клянутся в настоящее время так называемой правоверностью этой книги. Он открыл ее и зачитал следующий отрывок:

Человек окончательно испорчен и мертв относительно добра, так что после падения и до возрождения ни искры духовной силы не оставлено или не осталось в человеческой природе, чтобы позволяла ему приготовиться к Божьей милости, или ухватиться за нее, когда представляется случай, или быть в состоянии принять милость самому по себе, или собственными усилиями; а в духовных делах - понимать, верить, воспринимать, думать, желать, начинать, завершать, действовать, трудиться или сотрудничать, либо посвящать себя милости или годиться для нее, либо делать что-то от себя для обращения, - ни полностью, ни наполовину, ни в малейшей степени. Человек в духовных делах, относящихся к спасению души, как жена Лотова, превратившаяся в соляной столп, или как безжизненный чурбан или глыба камня, не в состоянии пользоваться своими глазами, ртом или какими-либо чувствами. Однако человек обладает способностью двигаться и управлять своими внешними частями, и поэтому - посещать общественные собрания, и слушать Слово и Евангелие. (В моем издании страницы 656, 658, 661-663, 671-673.)

Тут все выразили свое одобрение, вскричав в один голос: "Вот в этом истинная правоверность!"

Я стоял рядом и внимательно слушал, и поскольку все это привело мой дух в возмущение, я громко спросил: "Если вы говорите о человеке по отношению к духовным вопросам, как о соляном столпе, о животном, о слепом и сумасшедшем, то к чему же тогда ваше богословие? Разве не духовные вопросы составляют богословие?"

После наступившей на время тишины они ответили на это: "В нашем богословии не содержится ничего духовного, что было бы понятно разуму. Единственное духовное в нем - это наша вера. Но мы тщательно скрываем нашу веру, чтобы кто-нибудь не заглянул внутрь нее, и заботимся, чтобы ни один лучик духовности не блеснул из нее, и не стал видим разуму. К тому же, человек не может по своему желанию внести в нее ни крупицы. Кроме того, мы убрали из всех духовных понятий милосердие, сделав его чисто природным, и то же самое сделали с Десятью Заповедями. Мы не учим также ничему духовному относительно оправдания, прощения грехов, возрождения и спасения, ими даваемого. Мы говорим, что вера осуществляет все это, но как - мы не имеем понятия. Вместо покаяния у нас принято искреннее раскаяние, а чтобы не думали, что оно духовно, мы не допускаем, чтобы оно затрагивало веру. Об искуплении мы тоже не допускаем никаких понятий, кроме чисто природных, а именно, что Бог Отец наложил проклятие на весь род человеческий, а Его Сын принял на себя это проклятие, и дал распять Себя на кресте, чем добился милости Отца. У нас еще много такого рода понятий, но ты не сможешь найти в них ничего духовного, а лишь полностью природное".

При этом меня снова охватило возмущение, и я продолжал: "Если человек лишен свободы воли в духовных вопросах, то чем тогда он отличается от животного? Разве не она дает ему превосходство над животными? На что похожа была бы без нее церковь, если не на лицо темнокожего сукновальщика с бельмами на глазах? Чем было бы без нее Слово, если не пустой книгой? Ни о чем в Слове так часто не говорится и не заповедуется, как о том, что человек должен любить Бога и ближнего, и верить, что его спасение и жизнь зависят от того, как он любит и верит. Кто не способен понимать и делать то, что изложено в Слове и в Десяти Заповедях? И как же мог Бог предписать и велеть людям делать то, к чему Он не дал им способности?

Скажите любому крестьянину, не погрязшему во лжи относительно богословских вопросов, что он может не больше, чем деревяшка или камень, понимать и проявлять волю в том, что касается милосердия, веры и спасения, которое они приносят, и даже не способен ни посвятить себя им, ни сделаться годным для них. Да он поднимет вас на смех, говоря: "До какого безумства могли вы дойти? Для чего же тогда мне священник с его проповедями? Чем церковь тогда лучше конюшни? Чем богослужение лучше пахоты? Что за помешательство - говорить так, нагромождая глупость на глупость! Кто же отрицает, что все добро - от Бога? Разве не дозволено человеку делать добро под Божьим руководством? То же самое и с верой".

Услышав это, они хором закричали: "Мы изложили правоверную точку зрения, основанную на началах правильной веры, а ты высказал простонародную точку зрения, основанную на мнении простонародья". Но вдруг молния с неба ударила в храм, и все толпой бросились наружу, боясь, что она сожжет их, и разошлись затем по домам.

504. Второй опыт.

Однажды, когда я был в мире духов, мне была дана способность внутреннего духовного зрения, как у ангелов высших небес, и я увидел недалеко от себя, на некотором расстоянии друг от друга, двух духов. Я понял, что один из них обладал любовью к благу и истине, которая соединяла его с небесами, а другой - любовью к злу и лжи, которая соединяла его с адом. Приблизившись, я позвал их, и когда они отвечали, я по тону их голоса определил, что оба они равно способны понимать истины и затем признавать их, думать о них при помощи своего разума, направляя свои мысли и движения воли в угодное им русло. Другими словами, оба обладали одинаковой свободой воли на рассудочном уровне. Более того, я заметил, что вследствие этой свободы воли в их уме появлялось свечение, распространявшееся от первого зрения - постижения, к последнему - зрению глаза.

Но когда тот, что любил зло и ложь, остался один на один со своими мыслями, я увидел, как нечто вроде дыма поднялось из ада и затмило это свечение выше уровня памяти, и, таким образом, он очутился в густой тьме, словно глубокой ночью. Затем дым этот вспыхнул и загорелся огнем, освещая области его ума ниже уровня памяти. От этого он стал думать чудовищную ложь, исходившую от зла любви к себе. Когда же оставили одного того духа, который любил добро и истину, я увидел, как на него пролился с небес мягкий огонь, осветивший области его ума выше уровня памяти, и, вместе с тем, область, лежащую ниже, до самого уровня глаз. Свет этого огня становился все ярче и ярче по мере того, как любовь к добру побуждала его воспринимать и мыслить истину. Из виденного мне стало ясно, что любой человек, добрый или злой, обладает духовной свободой воли, но у злых ад по временам затмевает ее, тогда как у добрых небеса расширяют ее и позволяют ей гореть ярче.

Затем я поговорил с каждым из них, сначала с тем, который любил зло и ложь. Я попросил его рассказать о своей жизни, но упоминание свободы воли привело его в ярость. "Какое безумие, - сказал он, - думать, что у человека есть свобода воли в духовных вопросах! Кто из людей способен верить и делать добро сам по себе? Не учат ли современные священники по Слову о том, что никто не может взять себе ничего, если не дано ему с небес? Господь Христос говорил Своим ученикам: "Без Меня не можете делать ничего". К этому я бы добавил, что никто не может двинуть ни ногой, ни рукой, чтобы совершить что-нибудь хорошее, ни языком, чтобы произнести какую-либо истину, происходящую от добра. Поэтому церковь, в лице своих мудрых членов, пришла к выводу, что человек не более, чем статуя, кусок дерева или камень, способен желать, понимать и мыслить духовное, и даже хотя бы сделаться годным к этому; и что поэтому Бог, который один обладает самой свободной и неограниченной властью, по Своему благоволению вдыхает в человека веру, и она без каких-либо действий и усилий с нашей стороны, при помощи Святого Духа осуществляет все то, что необразованные люди приписывают человеку".

Вслед за этим я поговорил с другим духом, с тем, который любил добро и истину, и попросил его тоже рассказать что-нибудь о своей жизни, упомянув свободу воли. "Что за безумие, - сказал он, - отрицать, что у человека есть свобода воли в духовных вопросах! Кто же неспособен хотеть добра и делать его, а также думать и говорить об истине сам по себе, узнавая все это из Слова, а значит, от Господа, который есть Слово? Ибо Он говорил: "Приносите добрые плоды" и "Верьте в свет", а также "Любите друг друга" и "Любите Бога"; а еще: "Кто слышит и соблюдает Мои заповеди, тот любит Меня, и Я возлюблю его"; не говоря уже о тысячах других высказываниях, всюду встречающихся в Слове. И какая же тогда польза от Слова, если человек не может хотеть, думать, а значит и говорить то, что предписано в нем? Чем бы была религия и церковь без этих способностей, если не затонувшим кораблем на дне моря с капитаном, который стоит в корзине на мачте и кричит: "Я ничего не могу поделать", наблюдая при этом, как остальная команда поднимает паруса на спасательных судах и уплывает прочь. Не было ли у Адама свободы есть от дерева жизни или от дерева познания добра и зла? Поскольку же в этой свободе он ел от последнего дерева, ум его наполнил дым от змея, то есть из ада, и из-за этого он был изгнан из рая и проклят. Однако, даже после этого он не лишился свободы воли, ибо мы читаем, что дорогу к дереву жизни охранял херувим, потому что иначе он мог бы захотеть поесть от него".

На эти замечания другой дух, который любил зло и ложь, ответил: "Я отвергаю то, что слышал, и остаюсь при своем мнении. Кто не знает, что один только Бог жив, и поэтому активен, а человек сам по себе мертв, и поэтому чисто пассивен? Как может тот, кто чисто пассивен, взять себе нечто от живого и активного?"

Мой ответ был таков: "Человек - это орган жизни, Бог один есть жизнь. Бог наполняет своей жизнью этот орган и все его части, точно как солнце наполняет своим теплом дерево и все его части. Бог позволяет человеку чувствовать, будто жизнь в нем - его собственная. Бог хочет, чтобы человек чувствовал это для того, чтобы человек мог, словно сам по себе, жить в соответствии с законами порядка, которые столь же многочисленны, как и предписания Слова; и чтобы, таким образом, расположить себя к принятию любви Божьей. Но при этом Бог все время держит свой перст на указателе весов, поддерживая в надлежащем состоянии свободу воли человека и никогда не подвергая его принуждению.

Дерево неспособно принять через корень то, чем обеспечивает его солнце, пока не будет согрето и оживлено в нем каждое волоконце. И питательные элементы не могли бы подниматься по корню, если бы каждое волоконце не отдавало тепло, воспринятое им, и не способствовало, таким образом, продвижению этих элементов. То же самое происходит в человеке с жизненным теплом, принятым им от Бога, но в отличие от дерева он ощущает это тепло, как свое собственное, хоть это и не так. Насколько он думает, что это тепло его собственное, а не Божье, настолько он принимает от Бога лишь жизненный свет, но не тепло любви, которое он при этом получает из ада. А поскольку такое тепло - грубое, оно закрывает и лишает проходимости тончайшие структуры органа жизни, точно так же, как плохая кровь закупоривает капилляры тела. Так человек превращается из духовного в чисто природного.

Свобода воли человека происходит из того, что он ощущает жизнь в себе, как принадлежащую ему, и что Бог оставляет его с таким чувством, чтобы возможно было соединение. Соединение это невозможно, если оно не взаимно, а взаимным оно становится, когда человек действует свободно, словно сам по себе. Если бы Бог не дал человеку возможности действовать таким образом, человек не был бы человеком, и вечной жизни не имел бы. Ведь именно взаимная соединенность с Богом делает человека человеком, а не животным, и позволяет ему жить после смерти вечно. Вот для чего нужна свобода воли в духовных вопросах".

Выслушав это, злой дух отошел на некоторое расстояние, после чего я увидел летучего змея, которого называют еще огненным змеем, сидевшего на дереве и предлагавшего кому-то плод с него. Я приблизился в духе к тому месту, и вместо змея увидел чудовищного вида человека, чье лицо так обросло бородой, что был виден один нос. Вместо дерева там оказался горящий пень, рядом с которым стоял этот человек. Дым от этого пня давно затмил его ум, и от этого он впоследствии отверг понятие о свободе воли в духовных вопросах. Внезапно дым опять повалил от пня и окутал и его, и человека. Поскольку они пропали из виду, я удалился. Другой же дух, любивший добро и истину, и отстаивавший свободу воли человека в духовных вопросах, проводил меня домой.

505. Третий опыт.40

Однажды я услышал шум двух мелющих жерновов, но когда я приблизился к источнику звука, он прекратился. Я увидел узкий проход, ведущий вниз и наискосок к дому со сводчатой крышей. В доме было несколько помещений, каждое из которых было разделено на келии. В каждой келии сидело по два человека, собиравших отрывки из Слова в подтверждение оправдания верой; один искал, другой выписывал, по очереди меняясь.

Я заглянул в одну из келий, что поближе ко входу, и спросил: "Что это вы собираете и выписываете?"

"Отрывки, - ответили они, - о действии оправдания верой, или о вере в действии, о той настоящей вере, что оправдывает, оживляет и спасает. Это главенствующее учение в нашей части Христианского мира".

Тогда я попросил: "Поведайте мне, есть ли какой-либо знак, говорящий об этом действии, когда вера эта вводится в сердце и душу человека?"

"Знак этого действия, - отвечал один из них, - появляется в тот момент, когда человек, которого охватывает отчаяние от мысли, что он проклят, и искреннее раскаяние, думает о Христе, избавляющем от проклятия, наложенного законом, с уверенностью держится за эту Его заслугу и с такими мыслями обращается в молитве к Богу Отцу".

"Да, такое действие имеет место, - сказал я, - и бывает такой момент. Но как мне понимать, - спросил я, - то, что говорится об этом действии, а именно, что со стороны человека не может быть ничего, содействующего этому в большей степени, чем со стороны деревяшки или камня? Человек, как сказано, в отношении этого действия не может ничего предпринимать, ничего желать, понимать или думать, не может ни действовать, ни помогать совместному действию, ни приспособиться или приготовиться к нему. Скажите, как это согласуется с вашим утверждением о том, что действие это возникает в то время, когда человек думает о требованиях закона, о том, что Христос избавил его от проклятия, об уверенности, с которой он может воспользоваться заслугой Христа, и с такими мыслями обращается к Богу Отцу в молитве. Разве не сам человек все это делает?"

"Да, - сказал он, - но все это делается им не активно, а пассивно".

"Как можно, - спросил я, - думать, быть уверенным и молиться пассивно? Если вы отбираете у человека его деятельность и содействие, не отбираете ли вы вместе с тем и его способность принимать, а значит и все остальное, включая и само это действие веры? Чем становится тогда это ваше действие, если не чем-то чисто воображаемым, что существует только в рассудке? Я надеюсь, что вы не думаете вслед за некоторыми людьми, что действие это бывает только у того, кто к нему предопределен, и не знает ничего о том, как он наполняется верой. Они с тем же успехом могут играть в кости, чтобы определить, наполнены они верой или нет. Поэтому, друзья мои, верьте, что человек относительно веры и милосердия действует от себя под Господним руководством, и без такого действия с его стороны ваше действие веры, которое вы зовете господствующим учением Христианской церкви, - не больше, чем статуя Лотовой жены из чистой соли, которая позвякивает, если постучать по ней писчим пером или ногтем (Лука 17:32). Это я говорю к тому, что вы делаете такие статуи из самих себя по отношению к тому действию".

Когда я произнес это, он схватил светильник и швырнул было со всей силы мне в голову, но свет погас, и он попал в лицо своему товарищу, а я, рассмеявшись, ушел.

506. Четвертый опыт.41

Как-то я увидел в духовном мире два стада, одно козлиное, другое овечье. Меня заинтересовало, кто это такие, поскольку я знал, что животные, встречающиеся в духовном мире, - это не животные, а соответствия склонностей и порождаемых ими мыслей тех, кто там находится. Я подошел поближе, и с моим приближением подобия животных исчезли, а на их месте обнаружились люди. Стало ясно, что стадо козлов составляли те, что уверили себя в учении об оправдании одной верой, а стадо овец - те, что верили в единство милосердия и веры, подобное единству добра и истины.

Затем я заговорил с теми, что показались сначала козлами, спросив: "Для чего вы собрались вместе?" Большинство их были из духовенства и гордились своей славой ученых людей, поскольку знали тайны оправдания верой.

Они сказали, что собрались на совет, поскольку слышали, что утверждение Павла об оправдании человека верой, а не делами закона (Рим. 3:28) было понято неправильно. Ибо под верой Павел подразумевал не веру современной церкви в три Божественные личности от вечности, а веру в Господа Бога Спасителя Иисуса Христа. Под делами он имел в виду не дела, предписанные законом Десяти Заповедей, а дела, предписанные Евреям законом Моисея. И вот, из-за неправильного истолкования этих нескольких слов люди пришли к двум чудовищно ложным выводам: что вера означала веру современной церкви, а дела - те, что предписаны Десятью Заповедями. "Павел не их имел в виду, - сказали они, - а те, что предписаны были законом Моисея, который предназначался Евреям; это ясно установлено из того, что он сказал Петру, укоряя его за то, что тот ведет себя, как Еврей, хотя знает, что никто не оправдывается делами закона, но верой Иисуса Христа (Гал. 2:14-16)". Вера Иисуса Христа - это вера в Него и исходящая от Него, см. выше, 338. Поскольку под делами закона Павел подразумевал дела, предписанные законом Моисея, он различал закон веры и закон дел, а также Евреев и язычников, или обрезанность и необрезанность. Обрезанность здесь означает Евреев, как и в других местах. А заканчивает он следующими словами:

Итак, уничтожаем ли мы закон верой? Никоим образом, но укрепляем закон. (Все это было сказано в одном месте: Рим. 3:27-31).

В предыдущей главе он также говорит, что:

Не слушатели закона будут оправданы Богом, а исполнители закона. Рим. 2:13.

В другом месте он говорит, что Бог воздаст каждому по его делам (Рим. 2:6), и:

Все мы должны будем явиться на суд Христа, чтобы каждому получить за все сделанное им, когда он жил в теле, плохое или хорошее. 2 Кор. 5:10.

Есть еще много других отрывков, показывающих, что Павел отвергал веру без добрых дел, точно так же, как и Иаков (Иак. 2:17-26).

Дальнейшим доказательством тому, что Павел имел в виду дела, предписанные законом Моисея Евреям, послужат правила для Евреев, которые в писаниях Моисея названы законами, и поэтому являются делами закона:

Вот закон о приношении хлебном. Левит 6:14 сл.

Вот закон о всесожжении, о приношении хлебном, о жертве за грех, о жертве повинности, о жертве посвящения. Левит 7:37.

Вот закон о животных и о птицах. Левит 11:46, 47.

Вот закон о родившей сына или дочь. Левит 12:7.

Вот закон о язве проказы. Левит 13:59; 14:2,32,54,57.

Вот закон об имеющем истечение. Левит 15:32.

Вот закон о ревности. Числа 5:29,30.

Вот закон о Назорее. Числа 6:13,21.

Вот закон об очищении. Числа 19:14.

Вот закон относительно рыжей коровы. Числа 19:2.

Вот закон для царя. Втор. 17:15-19.

На самом деле, вся книга Моисея называется "Книга Закона" (Втор. 31:9,11,12,26; а также Лука 2:22; 24:44; Иоанн 1:45; 7:22,23; 8:5). К сказанному они добавили, что читали у Павла, что надо жить, соблюдая Десять Заповедей, и что закон исполняется милосердием (Рим. 13:8-11). Он говорит также, что есть те три: вера, надежда, любовь, из которых любовь величайшая (1 Кор. 13:13), из чего ясно, что он не ставил веру первой. Для обсуждения всех этих предметов, по их словам, они и собрались.

Однако, чтобы не беспокоить их, я удалился; и вот, они снова стали выглядеть козлами, иногда лежащими, иногда стоящими, но от стада овец они отвернулись. Казалось, что они лежали, когда они занимались обсуждением, и вставали, когда приходили к заключению. Но я внимательно следил за их рогами, и к своему удивлению заметил, что рога у них на голове казались то направленными вперед или вверх, то загнутыми к спине и, наконец, указывающими совсем в противоположную сторону. Затем они вдруг обернулись к стаду овец, но при этом все равно выглядели козлами. Я подошел к ним снова, и спросил: "Чем вы теперь занимаетесь?" Они ответили, что пришли к выводу, что одна только вера порождает добрые дела милосердия, как дерево - плод.

В этот момент грянул гром, сверху сверкнула молния, и тут же между двух стад появился ангел, который крикнул стаду овец: "Не слушайте их. Они не бросили еще своей прежней веры в то, что одна только вера оправдывает и спасает, а милосердие в делах не играет никакой роли. И вера - это не дерево; человек - дерево. Покайтесь и обратите взгляды к Господу, и у вас будет вера; пока вы не сделали этого, ваша вера не имеет в себе никакой жизни".

Тогда те козлы, чьи рога были загнуты назад, захотели присоединиться к овцам. Но стоявший между ними ангел разделил овец на два стада, и сказал тем, что слева: "Идите к козлам; но предупреждаю вас, что придет волк и утащит их, и вас с ними".

После того, как два стада овец разделились между собой, и те, что слева услышали угрожающие слова ангела, они переглянулись и сказали: "Надо поговорить со своими прежними товарищами". И левое стадо обратилось к правому со словами: "Зачем вы покинули наших пастырей42? Разве вера и милосердие не едины, как едины дерево и его плод? Ведь дерево через ветви свои продолжается в своем плоде. Если отломить кусочек ветки, соединяющей дерево и плод, то плод будет потерян, не так ли? А вместе с ним и семя, из которого могло бы вырасти новое дерево. Спросите своих священников, не так ли это?"

Те спросили священников, они же окинули взглядом остальных, подмигивавших им, чтобы они сказали, что это так, и ответили: "Вы хорошо сказали; но что касается продолжения веры в добрых делах, как дерева в плодах, мы знаем множество тайн, которые не к чему сейчас открывать. Та цепь, или нить, которая связывает веру и милосердие, имеет множество узлов, распутать которые можем только мы, священники".

Тут встал один из священников правого овечьего стада, и сказал: "Для вас они ответили "Да", но для своих - "Нет", потому что они думают не то, что говорят". "Как же они думают? - спросили остальные. - Разве они думают не так, как учат?"

"Нет, - ответил он, - они думают, что любое добро милосердия, называемое добрым делом, которое человек делает ради спасения и вечной жизни, ни в малейшей степени не является добром, потому что, делая добро от себя, человек сам хочет спасти себя, требуя себе праведности и заслуги единственного Спасителя. Они думают, что это относится к любому доброму делу, которого он желает и знает о своем желании. Поэтому они утверждают, что между верой и милосердием вообще нет связи, и что добрые дела не поддерживают и не сохраняют веру".

Но из левого стада сказали: "Ты наговариваешь на них. Разве не проповедовали они милосердие и его дела, которые они называли делами веры, открыто и во всеуслышание?"

"Вы не понимаете их проповедей, - ответил он. - Из присутствующих только духовенство в состоянии уловить их смысл и понять их. То, что они имеют в виду - это лишь нравственное милосердие, и его общественные и гражданские дела.

Они называют эти дела делами веры, но это определенно не так. Ведь атеист может делать их с тем же успехом и под той же вывеской. Поэтому они и сказали в один голос, что никто не спасается никакими делами, а одной только верой. Возьмем пример для пояснения этого. Они говорят, что яблоня приносит яблоки, но если человек делает добро ради спасения, точно так же, как яблоня в непрерывном продолжении своем приносит свои яблоки, то такие яблоки - гнилые и червивые изнутри. Они говорят также, что лоза приносит виноград, но если человек станет делать духовные добрые дела, как лоза приносит виноград, то его виноградины будут горькими".

Тогда его спросили: "Что же такое для них те добрые дела милосердия, которые они называют плодами веры?"

Он ответил: "Они, возможно, считают их чем-то невидимым, расположенным рядом с верой, но не соединенным с ней. Это нечто вроде человеческой тени, которая следует за ним сзади, когда он идет в сторону солнца, и которую он не может увидеть, не обернувшись назад. Или, я бы сказал, что они подобны лошадиным хвостам, которые теперь во многих селениях обрезают, говоря: "Какая польза от них? Они ни для чего не служат, а если их оставлять у лошадей, то они быстро грязнятся"".

Слыша это, некто из левого стада овец пришел в негодование и сказал: "Какая-то связь все равно должна быть, иначе как же их можно называть делами веры? Возможно, добрые дела милосердия вводятся Богом в то, что человек делает по собственной воле, при помощи какого-то наития, скажем, какого-то предрасположения, озарения, вдохновения, побуждения, или при помощи возбуждения желания какими-то безмолвным восприятием мысли, и наставления, отсюда происходящего, искреннего раскаяния и укоров совести, послушания Десяти Заповедям и Слову - детского или мудрого, или при помощи еще каких-то подобных средств. Как же иначе можно называть их плодами веры?"

"Их так называть нельзя, - ответил на это священник. - И даже если они говорят, что нечто подобное происходит, то все равно их проповеди переполнены словами, доказывающими, что эти дела - не от веры. Есть еще и другие, которые учат, что так бывает, но это - лишь знак веры, а не узы, связывающие ее с милосердием. А некоторые предполагают, что соединение происходит при помощи Слова".

Тогда его спросили: "А разве не так происходит соединение?" Но он ответил: "Они мыслят по-другому. Они воображают, будто соединение происходит одним только слушанием Слова. Ибо, по их убеждению, все умственные и волевые способности человека в делах, касающихся веры, нечисты и заражены стремлением к заслуге, поскольку в духовных делах человек способен понимать и хотеть чего-либо, трудиться или сотрудничать не более, чем полено".

Между тем некто, услышав, что о человеке в отношении всего, что относится к вере и спасению, думают такое, сказал: "Я слышал как-то, что один человек сказал: "Я насадил виноградник. Теперь буду пить вино, пока не напьюсь пьян". А другой человек спросил его: "Будешь ли ты пить вино из своего кубка своей собственной рукой?" "Нет, - ответил тот, - я буду пить из невидимого кубка невидимой рукой". "Ну, - сказал другой, - в таком случае ты никогда не захмелеешь!""

Чуть позже этот же человек сказал: "Послушайте меня! Говорю вам, пейте вино понимания Слова. Разве вы не знаете, что Господь есть Слово? Не от Господа ли Слово? И не в нем ли Он, следовательно? Если же вы делаете добро по Слову, разве не от Господа вы его делаете, и не в соответствии с Его словами и Его волей? Если вы при этом обратите взгляды к Господу, то Он и поведет и научит вас, и вы будете делать Господние дела сами от себя. Тот, кто делает нечто по велению царя, в соответствии с его словами и наставлениями, скажет ли: "Я делаю это в соответствии со своими собственными словами, или указаниями, и от своего собственного желания"?

Затем он повернулся к духовенству, и сказал: "А вы, служители Бога, не вводите стадо в заблуждение". Услышав это, большая часть левого стада отошла и присоединилась к правому стаду.

Тогда заговорили некоторые из духовенства: "Мы слышали сейчас то, чего никогда не слышали раньше. Но мы - пастыри, мы не бросим овец". И они пошли с ними, говоря: "Как можно говорить: "Я делаю это от себя", если делаешь нечто по Слову, а значит, по велению Господа, в соответствии с Его словами и Его волей? Тот, кто делает нечто по велению царя, в соответствии с его словами и волей, скажет ли: "Я делаю это от себя"? Теперь понятно, что в том было Божественное провидение, чтобы связь между верой и добрыми делами, признаваемая членами церкви, не была найдена. Она не могла быть найдена, потому что ее не могло быть; ведь не существовало веры в Господа, который есть Слово, и поэтому не было веры по Слову".

А остальные священники, которые были из стада козлов, удалились, размахивая шляпами и крича: "Одна вера, одна вера, да здравствует одна вера!"

507. Пятый опыт.43

Как-то в беседе с ангелами мы пришли к вопросу о стремлении к злу, которое всякий человек получает при рождении. "В том мире, где я живу, сказал один из них, - охваченные вожделением представляются нам, ангелам, подобными глупцам, хотя самим себе они кажутся исчерпывающе мудрыми. В связи с этим, для того, чтобы вывести их из этого безрассудства, им попеременно позволяют то впадать в него, то оставаться в разумном состоянии, которое у них заключено во внешнем. Когда они находятся в этом состоянии, они видят, сознают и признаются, что они безумны. Но они все равно стремятся переменить свое разумное состояние на безумное, вырываясь таким образом как бы из принуждения и неудовольствия в свободу и наслаждение. Так что не разумность внутренне радует их, а вожделение.

Есть три наиболее общих вида любви, которые составляют от рождения человека: любовь к ближнему, она же любовь приносить пользу, - это любовь духовная; любовь к миру, она же любовь к богатству, - это материальная любовь; и любовь к себе, она же любовь к господству над другими, - это телесная любовь. Тот истинно человек, у кого любовь к ближнему, или любовь приносить пользу, составляет голову, любовь к миру, или любовь к приобретению богатств, составляет грудь и живот, а любовь к себе, или любовь властвовать, составляет ноги и ступни. Но если голову составляет любовь к миру, то человек является человеком, но только горбатым. А если голову составляет любовь к себе, то такой человек подобен стоящему скорее на руках, чем на ногах, головой вниз, с поднятым вверх задом.

Если любовь приносить пользу составляет голову, а две остальные, по порядку, - туловище и ноги, человек является в небесах с лицом как у ангела и с восхитительной радугой вокруг головы. Если голову составляет любовь к миру, или к богатству, с небес кажется, что лицо у него бледное, как у трупа, а вокруг головы у него - желтое кольцо. Если же голову составляет любовь к себе, то есть любовь к власти над другими, то с небес кажется, будто у него темное лицо со слабым огненным свечением и белое кольцо вокруг головы".

Тут я поинтересовался: "А что изображается этими кольцами вокруг головы?" Они ответили: "Ум. Белое кольцо вокруг головы человека с сумрачно горящим лицом показывает, что его ум ограничен внешним, или непосредственным его окружением, и что его безумие находится в его внутреннем, или внутри него. Кроме того, такой человек умен, пока он в теле, когда же в духе - глуп. Никто не может стать мудрым в духе иначе как Господними стараниями; это происходит, когда человек возрождается и творится Господом заново".

Вслед за тем слева раскрылась земля и я увидел поднимающегося сквозь отверстие дьявола с темным горящим лицом и с белым кольцом вокруг головы. "Кто ты?" - спросил я. "Я Люцифер44, - ответил он, - сын зари. Я был низвергнут за то, что хотел быть подобным Всевышнему, как описано у Исаии в главе 14". На самом деле он не был Люцифером, он только так думал. "Раз тебя низвергли, - спросил я, - как же ты смог снова подняться из ада?" Он ответил: "Там я дьявол, а здесь - ангел света. Разве не видишь белого кольца вокруг моей головы? И если захочешь, ты увидишь, что среди нравственных людей я нравственный, среди разумных - разумный, среди духовных - даже духовный. Мне удавалось даже проповедовать".

"И о чем же ты проповедовал?" - спросил я. "Против обманщиков, против прелюбодеев и всех видов адской любви. Я на самом деле называл себя дьяволом Люцифером, и навлекал таким образом на себя проклятия. За это меня вознесли в восхвалении до небес, и поэтому назвали сыном зари. К моему собственному удивлению, стоя за кафедрой, я не мог думать ни о чем, кроме того, чтобы говорить благопристойно и правильно. Но причина этого была открыта моему разуму: я был тогда в своем внешнем, которое при этом было отделено от внутреннего. Однако, несмотря на это откровение, я все же не мог измениться, поскольку я считаю себя выше Всевышнего, и у меня хватает гордости противостоять Ему".

"Как же ты мог говорить об этом, когда ты сам мошенник и прелюбодей?" спросил я. "Когда я в своем внешнем, то есть в теле, я другой, нежели когда я во внутреннем, то есть в духе, - ответил он. - Телом я ангел, тогда как духом - дьявол. Ибо, когда я в теле, я во власти разума, но когда я в духе, я во власти воли; разум поднимает меня вверх, а воля тянет вниз. Когда я под властью разума, вокруг моей головы - белое кольцо; когда же разум полностью подчинен воле, и становится ее творением, а таков наш последний удел, это кольцо темнеет и исчезает. Когда это произойдет, я не смогу уже больше выбираться наверх, в этот свет".

Тут он заметил ангелов, бывших со мной, и в тот же миг его лицо покраснело, голос стал резким, и он потемнел вместе со своим кольцом вокруг головы. Затем он провалился обратно в ад через то же отверстие, из которого вышел. Мои спутники сделали из всего увиденного и услышанного вывод, что не разум, а воля определяет качества человека, поскольку воля без труда переманивает разум на свою сторону и подчиняет его себе.

Тогда я спросил ангелов, откуда у дьяволов разумность. Они ответили: "Они получают ее от славы любви к себе, ибо любовь к себе окружена славой, которая является в виде сияния ее огня, и эта слава возносит разум едва ли не в небесный свет. Чей угодно разум может быть возвышен соразмерно его знаниям, однако воля может быть возвышена только жизнью по истинам, которым учат церковь и рассудок. Вот почему даже атеисты, которые по любви к себе похваляются своей известностью и гордятся своим умом, в большей степени, чем другие, обладают разумностью. Однако же, так бывает только тогда, когда они пребывают в мышлении своего разума, а не тогда, когда они позволяют своей воле выражать ее любовь. Внутренним человеком владеет любовь воли, тогда как мышление разума владеет внешним". Далее один из ангелов рассказал, почему человек состоит из трех видов любви: к служению, к миру и к себе. Причина в том, что человек таким образом может в мыслях направляться Богом, и при этом мыслить совершенно будто бы от себя. Он сказал, что высшие области человеческого ума обращены вверх, к Богу, средние - по сторонам, к миру, а нижние - вниз, в тело. И поскольку эти последние направлены вниз, человек мыслит будто бы сам по себе, хотя на самом деле - под руководством Бога.

508. Шестой опыт.

Однажды передо мной явился величественного вида храм; он был квадратным в плане, с крышей в форме короны, сводчатой сверху, с поднятым нижним краем. Все стены его были сплошь окна из хрусталя, а двери были перламутровыми. Внутри него, в юго-восточной части находилась кафедра, на которой справа лежало открытое Слово, окруженное сиянием, струившимся вокруг и освещавшим всю поверхность кафедры. Посреди храма находилось святилище с занавесями спереди, которые в тот момент были подняты, и внутри был виден золотой херувим с мечом, вращавшимся в его руках во все стороны.

Во время размышления над увиденным мне было дано наитие о смысле каждой детали. Храм означал новую церковь; двери из перламутра - вступление в нее; окна из хрусталя - истины, озаряющие ее; кафедра - священников и их проповеди; Слово на ней, открытое и освещающее поверхность кафедры, откровение его внутреннего, духовного смысла; святилище посреди храма соединение этой церкви с ангельскими небесами; золотой херувим внутри него - Слово в его буквальном смысле; вращающийся меч в его руках означал, что этот смысл можно оборачивать так или иначе, в зависимости от того, относительно какой истины он употребляется. То, что занавеси перед херувимом были подняты, означало, что Слово теперь открыто.

Позже, подойдя поближе, я прочитал надпись над дверью: "Теперь можно". Это означало, что теперь можно проникать разумом в тайны веры.

При виде этой надписи я задумался о том, как опасно проникать разумом в догматы веры, составленные на основе своего собственного разумения и его лжи, а тем более стремиться подтвердить их, цитируя Слово. Это приводит к тому, что разум закрывается сверху, а затем мало помалу и снизу, до такой степени, что богословие становится не только ненавистным, но даже совсем уничтожается в уме, как письмена на бумаге книжными червями, или шерсть платья молью. Разум такого человека интересуют уже только государственные дела той страны, где он проживает, поскольку они касаются его жизни, гражданские дела, касающиеся его работы, и домашние дела его семьи. И во всех этих делах он постоянно преклоняется перед природой, которую любит за соблазны ее наслаждений, как идолопоклонник любит золотую статуэтку на своей груди.

Таким образом, поскольку догматы современных Христианских церквей составлены не по Слову, а по тому, что люди придумали собственным умом, и по сложившимся у них поэтому ложным понятиям, некоторые из которых были подтверждены Словом, Божественным провидением Господа среди Римских Католиков Слово было отобрано у мирян, тогда как среди Протестантов оставалось открытым, пока не было закрыто их расхожим высказыванием о том, что нужно подчинять разум их вере.

В новой же церкви дело обстоит противоположным образом. Здесь позволено проникать при помощи разума во все ее тайны и постигать их, а также подтверждать их Словом. Причина в том, что ее учения - это последовательные ряды истин, открытых Господом через Слово, и доказательство их при помощи доводов рассудка постепенно все больше и больше открывает разум сверху. Так разум возвышается в тот свет, которым пользуются ангелы; этот свет в сущности является истиной, и благодаря ему признание Господа Богом небес и земли сияет во всей своей славе. Вот что означала надпись "Теперь можно" над дверями; раздвинутые занавеси перед херувимом в святилище означали то же самое. Ибо это правило новой церкви что ложь закрывает разум, а истины открывают.

Вслед за тем я увидел нечто, похожее на младенца, держащего в руке лист бумаги. По мере того, как он приближался, он делался больше ростом, и наконец стал мужчиной среднего роста. Это был ангел из третьих небес; все они на расстоянии кажутся младенцами. Подойдя ко мне, он протянул мне бумагу. Но поскольку она была написана теми закругленными буквами, которыми обычно пишут в этих небесах, я вернул бумагу с просьбой объяснить мне смысл написанного словами, понятными моему мышлению.

"Вот что здесь написано, - отвечал он. - Отныне постигайте те тайны Слова, которые раньше были скрыты, ибо каждая из них - это зеркало, в котором мы видим Господа".

Глава 9. Покаяние.

509. Главы о вере, милосердии и свободе воли естественным образом приводят нас к теме покаяния, поскольку истинная вера и подлинное милосердие не могут существовать без покаяния, и никто не может покаяться без свободы воли. О покаянии мы будем сейчас говорить еще и с другой целью: следующая глава будет посвящена возрождению, а возродиться никто не может до тех пор, пока не устранены наиболее серьезные виды зла, из-за которых он предстает перед Богом в отвратительном виде. Будет ли тот возрожден, кто не раскаялся? И разве не подобен нераскаявшийся человек тому, кто поражен своего рода летаргией, и не знает ничего о грехе, а поэтому и лелеет его на своей груди, целуя его ежедневно, как прелюбодей в постели целует проститутку? Чтобы показать, что такое покаяние, и что оно дает, необходимо разделить рассмотрение этого вопроса на несколько последовательных пунктов.

LI Покаяние - первый этап образования церкви в человеке.

510. Общество, именуемое церковью, состоит из всех тех людей, которые имеют церковь в себе; церковь же входит в человека, когда он возрождается. Всякий становится возрожденным, если воздерживается от зла, и бежит от него, словно увидев адские полчища с факелами в руках, готовые схватить его и бросить на погребальный костер. Человек в молодости, по мере того, как становится старше, самыми разными способами готовится к церкви и вводится в нее; но в действительности только покаяние основывает церковь в человеке. Под покаянием мы понимаем все то, благодаря чему человек удерживается от желания, и поэтому от совершения, злых дел, которые являются грехами против Бога. Ибо пока оно не произойдет, человек стоит в стороне от возрождения, потому что тогда любая мысль о вечном спасении, пришедшая ему на ум, интересует его только поначалу, но вскоре он отворачивается от нее. Она входит в него не дальше понятий его мышления, откуда она может продолжаться в словах его речи, и, возможно, в соответствующих жестах. Однако тогда, когда эта мысль проникает в волю, она становится частью человека, ибо воля и есть человек, поскольку в ней обитает его любовь. Мысль располагается вне его, если только не служит продолжением его воли. Из этого следует, что для того, чтобы покаяние было настоящим и что-либо значило для человека, оно должно идти от воли, и от мысли, порожденной волей, но не от одной мысли. Иначе говоря, оно должно выражаться в делах, а не только в словах.

В Слове ясно говорится, что покаяние - это первый этап образования церкви. Иоанн Креститель, заранее посланный, чтобы подготовить людей к той церкви, которую должен был основать Господь, проповедовал покаяние и в то же время крестил. Поэтому его крещение названо было крещением покаяния, поскольку крещение означает духовное омовение, то есть очищение от грехов. Он крестил в Иордане, потому что Иордан означает введение в церковь, ибо эта река служила границей земли Ханаанской, где была церковь. Сам Господь также проповедовал покаяние для прощения грехов. Этим Он учил, что покаяние - это первый этап в образовании церкви, и что насколько человек покаялся, настолько удалены от него грехи; а насколько они удалены, настолько и прощены. Кроме того, Господь велел проповедовать покаяние двенадцати Апостолам, равно как и семидесяти посланным. Все это ясно показывает, что покаяние - это первый этап в образовании церкви.

511. Церковь не может существовать в человеке, пока его грехи не удалены от него. Это можно понять по рассудку, и пояснить на следующих примерах. Можно ли отпустить овец, козлят или ягнят в поля или леса, кишащие дикими зверями, не изгнав сначала этих зверей? Можно ли насадить сад на участке земли, заросшем терновником, колючками и крапивой, если не выполоть сначала все эти сорняки? Можно ли ввести политическое устройство, основанное на законности, или основать независимое государство в городе, захваченном врагами, не прогнав сначала этих врагов? То же самое и со злом в человеке, которое подобно зверям, сорнякам или врагам. Церковь может ужиться со злом не более, чем человек с тиграми и леопардами в зверинце. Скорее можно спать в постели, застеленной ядовитыми травами, или на подушке, набитой ими. Скорее можно ночевать в церкви, под полом которой погребено в могилах множество трупов, отдаваясь на милость привидений, подобных Фуриям45.

LII Сердечное раскаяние, о котором теперь говорят, что оно предшествует вере, и что за ним следует Евангельское утешение, - это не покаяние.

512. В Реформированной Христианской церкви есть традиция своего рода тревоги, печали и страха, и это называется у них сердечным раскаянием, которое у возрождающихся предшествует обретению веры, и за которым следует Евангельское утешение. Это раскаяние, как они говорят, возникает в них от страха перед праведным гневом Божьим и, следовательно, вечным проклятием, унаследованным всеми от Адамова греха и возникшей от него склонности к злу. Без такого раскаяния не может быть дарована вера, вменяющая заслугу и праведность Господа Спасителя. Получившие такую веру принимают Евангельское утешение, которое заключается в том, что они оправданы, то есть обновлены, возрождены и освящены без всякого участия с их стороны. Таким образом они избавлены от проклятия, и им даровано вечное блаженство, то есть вечная жизнь. Однако, надо обсудить следующие три вопроса относительно такого раскаяния: является ли оно покаянием; есть ли в нем какая-либо необходимость; и есть ли оно вообще.

513. Является ли сердечное раскаяние покаянием или нет, можно решить, рассмотрев следующее описание покаяния, а именно, что оно невозможно, пока человек не только в общем, но и во всех частностях не будет знать, что он грешник. Никто не может знать этого, если не исследует себя, не увидит в себе грехов, и не осудит себя за них. Сердечное же раскаяние, которое проповедуется как необходимое для приобретения веры, не имеет ничего общего с такими действиями, потому что это просто мысль и порожденное ею признание, что ты рожден с грехом Адама и склонен к злу, которое фонтаном бьет из этого источника; и что поэтому ты подлежишь гневу Божьему, заслуженно проклят и обречен на вечную смерть. Ясно, что раскаяние такого рода не является покаянием.

514. Второй вопрос, есть ли в сердечном раскаянии какая-либо необходимость, раз это не то же самое, что покаяние. О нем говорится, что оно способствует вере, как предшествующее последующему, но не входит в нее и не соединяется с ней, сливаясь воедино. Но что собой представляет эта следующая за ним вера, если не убеждение в том, что Бог Отец вменяет праведность Своего Сына, а затем провозглашает неосведомленного ни о каких грехах человека праведником, обновленным и святым, облачая его в одежды, омытые и убеленные кровью Агнца? Когда он выходит наряженным в эти одежды, что значит то зло, которое он сделал в жизни? Оно не более чем сера, брошенная в глубины моря. Не будет ли в этом случае Адамов грех чем-то закрытым, удаленным или изглаженным при помощи вменения заслуги Христа? Если эта вера дает человеку возможность ходить в праведности и вместе с тем в невинности Бога Спасителя, что толку ему в этом раскаянии, кроме того, чтобы чувствовать себя на лоне Авраама, откуда он может смотреть на того, кто еще не раскаялся перед принятием веры, как на несчастного, попавшего в ад, или мертвого. Ведь, по их словам, кто не раскаялся, тот не имеет живой веры. Поэтому можно сказать, что если они погрязли в отвратительном зле, и продолжают его совершать, то не обращают на него никакого внимания, зная о нем не больше, чем поросята, валяющиеся в грязи в канавах вдоль улиц, знают о зловонии помоев. Отсюда ясно, что раскаяние, поскольку это не покаяние, ни к чему не годно.

515. Третий вопрос, который нужно обсудить: возможна ли вообще такая вещь, как раскаяние без покаяния. Я спрашивал в духовном мире многих людей, которые убедили себя в том, что вера вменяет заслугу Христа, приходилось ли им сердечно раскаиваться. Они отвечали: "Какой смысл в этом раскаянии, когда мы с самого детства с уверенностью знаем, что Христос Своими страданиями на кресте изгладил все наши грехи? Раскаяние несовместимо с таким убеждением, поскольку раскаяние означает, что человек сам себя бросает в ад и мучается совестью, тогда как знание того, что ты искуплен, - это избавление от ада и безопасность". Они добавили, что закон сердечного раскаяния - это всего лишь притворство, занявшее место покаяния, о котором Слово так часто упоминает и к которому призывает. Разве что у простых людей, мало знающих о Евангелии, может быть в связи с этим какое-то чувство, когда они слышат или думают об адских мучениях.

Они сказали также, что Евангельское утешение, запечатленное у них в мыслях с ранней юности, так далеко изгнало раскаяние, что они смеются в душе при одном упоминании о нем. По их словам, ад способен испугать их не больше, чем огонь Везувия или Этны жителей Варшавы или Вены; или не больше, чем василиски и ядовитые змеи Аравийской пустыни, или тигры и львы лесов Татарии, могут испугать того, кто тихо, спокойно и безопасно живет в каком-либо из европейских городов. Гнев Божий пугает их и заставляет раскаиваться не более, чем гнев Персидского царя - жителей Пенсильвании. Эти утверждения, а также доводы, основанные на их традиционном учении, убедили меня в том, что раскаяние, если оно не является покаянием в том виде, как оно было только что кратко описано, - не более чем причуда воображения.

Сердечное раскаяние принято в Реформированных церквях вместо покаяния еще и для того, чтобы отмежеваться от Римских Католиков, которые отстаивают покаяние, а также милосердие. Когда Реформированные церкви приняли учение об оправдании одной верой, они заявили в качестве объяснения, что покаяние, как и милосердие, вносит в их веру нечто, отдающее искательством заслуги и марающее ее.

LIII Одно признание в собственной греховности - это еще не покаяние.

516. Учение Реформированных церквей, присоединившихся к Аугсбургскому вероисповеданию, о таком словесном признании гласит:

Никто не может знать своих грехов. Поэтому их нельзя перечислить, и кроме того, поскольку они внутренние и скрытые, признание их будет ложным, неточным, ущербным и неполным. Тот же, кто признает себя полностью и окончательно грешным, упомянет все грехи, и ни одного не пропустит и не забудет. Между тем нельзя совсем упразднять перечисление грехов, хотя оно и не требуется, ради слабых и робких сознанием; однако это лишь детский и простой вид исповедания для самых наивных и невежественных людей. ("Формула согласия", стр. 327, 331, 380.)

Такое признание было введено Реформированными церквями вместо настоящего покаяния, когда они отделились от Римских Католиков, на основании своего учения о том, что вера вменяется, и одна, без милосердия, а значит и без покаяния тоже, осуществляет прощение грехов и возрождает человека. Основанием этому послужило также и то, что неотъемлемой частью этой веры является утверждение, будто в процессе оправдания человек не может сотрудничать со Святым Духом; и что ни у кого нет свободы воли в духовных вопросах; а также, что оправдание целиком происходит по непосредственной милости, и ни в коем случае не косвенно и не через самого человека.

517. Помимо многих других объяснений того, почему одно словесное признание собственной греховности не является покаянием, есть следующее: каждый человек может произнести его, внешне выражая набожность, и нерелигиозный, и даже дьявол, при мысли о приближающихся или наступивших муках ада. Но кому же не понятно, что такое признание не вызвано внутренней набожностью, а порождено воображением, и исходит из легких, а не из сердца, как более внутреннее порождение воли? Ведь безбожник и дьявол все равно внутренне горят желанием делать зло, и оно движет ими, как поток ветра - колесами мельницы. Поэтому их слова - не более чем попытка обмануть Бога, или ввести в заблуждение простых людей и развязать себе руки. Что может быть проще, чем принудить свои губы к возгласам, приспособить к этому дыхание рта, возвести глаза к небу и протянуть вверх руки? Об этом же говорил Господь у Марка:

Хорошо пророчествовал о вас, лицемерах, Исаия: Эти люди чтут Меня устами, сердце же их далеко от Меня. Марк 7:6.

И у Матфея:

Горе вам, книжники и Фарисеи, потому что вы очищаете внешность чаши и блюда, тогда как внутри они полны хищения и невоздержанности. Слепой Фарисей! Очисти сначала внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их. Матф. 23:25,26, и многое другое в этой же главе.

518. В такое же лицемерное поклонение впадают те люди, которые убедили себя в нынешней вере, будто Господь Своим страданием на кресте изгладил все грехи мира. Они подразумевают под этим, что каждому отпускаются его грехи, если только он прочтет молитвы об умилостивлении и заступничестве. Некоторые из них взбираются на кафедры и взволнованным голосом, будто кипя воодушевлением, изливают потоки святых мыслей о покаянии и милосердии, при этом не считая ни то, ни другое полезным для спасения. Ведь под покаянием они имеют в виду словесное признание, а под милосердием - его показное проявление. Этим они занимаются только для того, чтобы привлечь к себе людей. О таких людях сказал Господь:

Многие скажут Мне в тот день: Господи, Господи, не от Твоего ли имени мы пророчествовали? Не Твоим ли именем сделали мы много чудесных дел? Но Я объявлю им тогда: Я не знаю вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие. Матф. 7:22,23.

Однажды в духовном мире я услышал как кто-то молится, говоря: "Я весь в язвах, в проказе и в нечистотах, еще с материнской утробы. Нет во мне ничего здорового, от головы и до ступней ног. Я недостоин даже глаза поднять к Богу. Я заслужил смерть и вечное проклятье. Помилуй меня ради Сына Твоего; очисть меня Его кровью. В твоем благоволении наше спасение. Умоляю, смилуйся".

Стоявшие рядом, услышав это, спросили: "Откуда ты знаешь, что ты таков?" "Я знаю, потому что мне об этом сказали", - ответил он. Однако впоследствии его отослали к ангелам для испытания, и в их присутствии он повторил все сказанное, после чего они сообщили, что он сказал правду о себе, но тем не менее, не знает ни одного своего зла, поскольку никогда не испытывал себя. Он думал, что после словесного признания зло уже не является злом в глазах Бога, потому что Бог отводит взгляд от него, и потому что Он уже смилостивился. По этой причине он не думал о каждом совершенном им зле в отдельности, хотя сознательно совершал прелюбодеяния, крал, коварно клеветал и был крайне мстителен. Такова была природа его воли и сердца; это обнаружилось бы в его словах и делах, если бы его не обуздывал страх перед законом и боязнь потерять доброе имя. Когда стало известно, каким он был, его отдали под суд и отправили к лицемерам в ад.

519. Что собой представляют люди такого рода, можно показать на сравнениях. Они подобны церквям с приходом, состоящим из одних духов дракона и людей, которые в Откровении изображены саранчой. Они также подобны кафедрам тех церквей, на которых нет Слова, потому что его попрали ногами. Они - как стены с великолепной росписью, но с открытыми окнами, через которые влетают совы и зловещие ночные птицы. Они подобны выбеленным гробницам, внутри которых лежат кости умерших. Они подобны монетам, сделанным из отходов или высушенного навоза, и покрытых золотом. Они - как кора и лыко, покрывающие гнилое дерево, или как облачение сынов Аарона, скрывающее тело прокаженного; или, скорее, как язвы, полные гноя, покрытые сверху тонкой кожей, так что выглядят зажившими. Кому не известно, что святое внешнее и оскверненное внутреннее несовместимы? Такие больше других боятся испытывать себя; поэтому они чувствуют порочность в себе не более, чем нечистое и дурно пахнущее содержимое своих желудков и кишечников, пока оно не отправлено в уборную.

Однако надо понимать, что описанных выше людей нельзя путать с теми, чьи дела и верования добры, а также с теми, кто кается в каких-либо определенных грехах, и произносит про себя то же самое словесное признание, или молится теми же словами на богослужении, а тем более - при духовном искушении. Ибо такое общее признание грехов бывает как до, так и после преобразования и возрождения.

LIV Человек рождается со всякого рода злом, и если он частично не избавится от этого зла покаянием, он остается с ним, и поэтому не может быть спасен.

520. В церкви хорошо известно, что человек от рождения склонен ко всякому злу, и от материнской утробы представляет собой одно зло. Это стало известно, потому что соборы и руководство церквей постановили, что Адамов грех передался по наследству следующим поколениям, и только поэтому каждый человек после Адама проклят вместе с ним, и получает его грех при рождении. Да и большинство церковных учений основано на этом утверждении. Например, что омовение возрождения, называемое крещением, учреждено Господом для того, чтобы удалить этот грех; что для этого Господь и пришел; что средство для избавления от этого греха - вера в заслугу Господа; и еще множество учений было основано церквями на этом утверждении.

Сказанного выше (466 и далее) достаточно, чтобы доказать, что не в этом источник наследственного зла. Как было показано, Адам был не первым человеком, а вместе со своей женой служил образом, описывающим первую церковь в этом мире. Сад Эдемский изображал ее мудрость, дерево жизни - ее взгляд, обращенный к Господу, который должен будет прийти, дерево познания добра и зла - взгляд, обращенный не на Господа, а на себя. В "Небесных тайнах", изданных в Лондоне, доказывается на многочисленных параллельных местах из Слова, что первые главы Бытия - это образное описание первой церкви. Если это понято и принято, то взгляд на источник врожденного зла, которого придерживались до сих пор, рушится, потому что источник его совсем в другом. Дерево жизни и дерево познания добра и зла существуют для всех, и то, что они посажены в саду, означает, что все свободны выбирать: повернуться лицом к Господу или отвернуться от Него. Доказательства этого были приведены полностью в главе о свободе воли [463 - 508].

521. Единственным источником наследственного зла, мой друг, являются родители. И это не настоящее зло, которое человек совершает на деле, а только склонность к нему. Это станет понятно каждому, кто рассудком своим рассмотрит свой опыт. Всем известно, что младенец с рождения имеет общее сходство со своими родителями в лице, поведении и характере, и даже внуки и правнуки обнаруживают такое же сходство со своими дедушками и прадедушками. Многие люди способны на этом основании различать между собой семьи и даже целые народы; африканцев можно отличить от европейцев, неаполитанцев от немцев, англичан от французов, и так далее. Каждый отличит еврея по лицу, глазам, речи и жестам. И если бы возможно было воспринять жизненную сферу, которая распространяется от врожденной природы каждого человека, то не было бы сомнений в существовании подобного сходства нравов и умов.

Отсюда следует, что человеку достается от рождения не настоящее зло, а лишь предрасположенность к нему, с большим или меньшим уклоном в сторону отдельных видов зла. Поэтому после смерти никого не судят за его врожденное зло, а только за настоящее, которое он сам совершил. Это очевидно также из следующего повеления Господа:

Отец не должен умирать за сына, и сын не должен умирать за отца, каждый пусть умирает из-за своего греха. Втор. 24:16.

Я убедился в этом в духовном мире на примере тех, кто умер в детстве; у них есть лишь склонность к злу, то есть, они только хотят его, но не делают. Ибо они воспитываются под руководством Господа и обретают спасение.

Упомянутая предрасположенность и наклонность к злу, передаваемая родителями своим детям и потомкам, может быть прервана только если человек будет рожден заново Господом, то есть возрожден. Без этого предрасположенность не только остается нетронутой, но и усиливается в последующих поколениях, порождая все большую склонность к разному, и в конце концов ко всякому, злу. Вот почему Евреи до сих пор похожи на своего предка Иуду, который взял в жены ханаанскую женщину и прелюбодействовал со своей невесткой Тамарой, дав, таким образом, три ветви своего потомства. Эта наследственность с течением времени настолько усилилась, что Евреи до сих пор неспособны принять Христианскую религию и поверить в нее своим сердцем. Я сказал: неспособны, - потому что внутренняя воля их духа сопротивляется этому, и невозможность создается именно этим сопротивлением.

522. Всякое зло, если оно не изгнано, остается с человеком; а если человек остается в своем зле, то он не может спастись. Это само собой разумеется. Из всего, что я до этого сказал, очевидно, что никакое зло не может быть изгнано иначе, как Господними трудами в том человеке, который верит в Него и любит ближнего. В частности, это показано в главе о вере, где утверждается, что Господь, милосердие и вера составляют одно, точно так же, как в человеке жизнь, воля и разум; если их разделять, то каждое в отдельности разрушается, как жемчужина, которая рассыпается в пыль [362-367], а также в том разделе, где говорится, что Господь - милосердие и вера в человеке, а человек - милосердие и вера в Господе [368-372]. Но можно задать вопрос: каким образом человек может вступить в этот союз? Ответ таков: он не может этого сделать, если не избавится покаянием от своего зла, хотя бы частично. Мы говорим, что человек должен избавиться от зла, потому что Господь не сделает этого за него Сам без содействия с его стороны. Это тоже было разъяснено в той же главе, и в следующей, о свободе воли.

523. Утверждается, что никто не может соблюсти закон полностью, тем более, что тот, кто нарушает одну из Десяти Заповедей, нарушает все. Между тем, смысл этого утверждения нельзя понимать буквально. Ибо оно означает, что тот, кто осознанно и по убеждению поступает против одной заповеди, поступает и против остальных. Это потому, что когда так поступают умышленно и по убеждению, тогда полностью отрицают, что это грешно, и если кто-нибудь скажет, что это - грех, его мнение будет отвергнуто, как недостойное внимания. Кто отрицает и отвергает понятие греха, тот не обращает внимания вообще на все, что называют грехом. К такому состоянию ума приходит тот, кто не желает и слышать о покаянии. С другой стороны, кто покаянием избавился от некоторых видов своего зла, то есть грехов, тот приходит к окончательному решению верить в Господа и любить ближнего. Господь оберегает таких, удерживая их от совершения новых грехов. Если же по незнанию или из-за непреодолимого вожделения они и грешат, то это не вменяется им, поскольку они неумышленно делают это и не убеждают себя в том, что это позволительно.

Я могу подтвердить сказанное на собственном опыте. В духовном мире я встречал многих людей, чья жизнь в природном мире ничем не отличалась от жизни остальных. Они носили изысканную одежду, ели со вкусом, занимались торговлей, чтобы получить прибыль, посещали театры, шутили о любовницах, будто страстно желая их, и прочее в том же роде. Однако ангелы признали действия одних из них греховным злом, а других - не имеющими зла, объявив последних невинными, а первых - виновными. На вопрос: почему, ведь и те, и другие делали одно и то же, они ответили, что рассматривают всех с точки зрения их замыслов, намерений и конечных целей, и по этим признакам различают их дела. Таким образом, они оправдывают или осуждают тех, кого конечная цель оправдывает или осуждает, поскольку в небесах все имеют целью добро, а в аду - зло.

524. Я приведу примеры для пояснения сказанного. Грехи, остающиеся в непокаявшемся человеке, можно сравнить с разнообразными болезнями, которыми он страдает, и если он не станет лечиться, чтобы избавится от вредных веществ, то он может умереть от них; в частности, болезнь, называемая гангреной, если ее вовремя не излечить, прогрессирует и неизбежно приводит к смерти. Их можно сравнить также с фурункулами и нарывами, которые, если их не рассосать и не вскрыть, превращаются в эмпиемы, или скопления гноя, заражающие сначала соседние области, затем расположенные рядом внутренние органы, и наконец, сердце, вызывая смерть.

Я бы сравнил их еще с тиграми, леопардами, львами, волками и лисицами, которые, если их не заключить в клетки или не держать на цепи, или на веревке, могут напасть на стада скота или отары овец, и задрать их, как лиса домашнюю птицу. Или с ядовитыми змеями, которые, если их не приколоть вилами или не лишить зубов, могут причинить непоправимый вред человеку. Целое овечье стадо может погибнуть, если его оставить в полях, на которых растут ядовитые травы, и если пастух не уведет его с опасных пастбищ. Все шелковичные черви могут погибнуть, и весь шелк пропасть, если с тех деревьев, на которых они живут, не отрясти всех остальных гусениц.

Другое сравнение возможно с зерном в амбарах или в домах, которое может заплесневеть и сгнить, и прийти в негодность, если не дать воздуху обтекать его со всех сторон, и таким образом не предотвратить порчу. Если пожар не потушить в самом начале, он может сжечь целый город или лес. Сад может совсем зарасти терновником, чертополохом и колючками, если их не выкорчевывать. Опытные садовники знают, что дерево, выросшее из плохого семени, или с плохим корнем, питает своими испорченными соками ветку хорошего дерева, которая привита к нему, и эти соки, поднимаясь по ней, становятся полезными и приносят хороший плод. Нечто подобное происходит и с человеком, когда он покаянием изгоняет свое зло, ибо при этом он прививается к Господу, как ветка к лозе, и приносит добрый плод (Иоанн 15:4-6).

LV Осознание греха и исследование самого себя - это начало покаяния.

525. В Христианском мире невозможно, чтобы человек был не в состоянии осознать грех. Ведь в нем каждого с младенчества учат, что такое зло, и с детства - что такое грех. Вся молодежь учится этому у родителей и школьных учителей, а также по Десяти Заповедям, поскольку это - самое первое наставление, даваемое в Христианских странах. По мере того, как человек растет, его учат этому при помощи проповедей в церкви и домашних наставлений. Со всей полнотой учит этому Слово, а кроме того, гражданское законодательство и законы справедливости, в которых говорится о том же, что и в Десяти заповедях, и в других частях Слова. Греховное зло - это не что иное, как зло, направленное против ближнего, а значит, против Бога, то есть грех.

Но осознание греха бесполезно, если при этом не исследовать сделанное в своей жизни, и не рассмотреть, сделано это открыто или тайно. Потому что, пока такое исследование не сделано, все перечисленное - не более чем знания, а доводы проповедника влетают в одно ухо, а из другого вылетают. В конце концов не остается ничего, кроме мысли, лишь некоторая набожность в дыхании, часто просто воображение и химера. Все совсем по-другому, если человек, осознавая, что такое грех, исследует себя, находит его в себе, говорит про себя: "Это зло - грех", и из страха перед вечным наказанием воздерживается от него. Тогда речи и поучения проповедника в церкви вначале воспринимаются обоими ушами, а затем и всем сердцем, и человек из язычника становится Христианином.

526. Найдется ли что-либо более известное в Христианском мире, чем то, что человек должен исследовать себя? Во всех империях и царствах Римского Католичества, равно как и Евангельской религии, перед совершением Святого Причастия людей наставляют и напоминают им, чтобы они исследовали себя, осознали и признали свои грехи, и начали новую жизнь. А во владениях Англии эти призывы сопровождаются еще и грозными предупреждениями; священники там обращаются с алтаря к собранию со следующей речью:

Чтобы быть достойным участником Святого Причастия, непременно и обязательно исследуйте свои дела и слова по законам Божьих Заповедей, и во всем, в чем найдете себя согрешившими, желанием ли, словом или делом, вините свою греховность и исповедуйтесь Всемогущему Богу, с единственной целью - исправиться. И если вы найдете, что согрешили не только перед Богом, но и перед ближними своими, тогда помиритесь с ними, и будьте готовы к возмещению вреда и искуплению вины всеми своими силами за все сделанное вами кому бы то ни было. Будьте также готовы простить всех, кто грешил против вас, как сами получаете прощение ваших прегрешений от Бога, ибо иначе принятие Святого Причастия станет для вас еще большим проклятием. Итак, если кто-то из вас богохульствовал, противился Божьему Слову или клеветал на него, прелюбодействовал, испытывал злость или зависть, или совершил какое-нибудь иное тяжкое преступление, покайтесь в своих грехах, а иначе лучше не подходите к престолу; не то, как только вы примете святые дары, дьявол войдет в вас, как вошел в Иуду, и наполнит вас всяким беззаконием, и приведет вас к гибели и телом и душой.

527. Есть и те, кто не может исследовать себя, например, маленькие дети, а также мальчики и девочки, не достигшие еще того возраста, когда появляется способность к самоанализу. Подобно тому и простые люди, которые вообще не размышляют; еще те, у кого нет страха Божьего; кроме того, больные душой или телом; не говоря уже о тех, чья твердая уверенность в оправдании одной верой, которая вменяет нам заслугу Христа, убедила их в том, что исследование, ведущее к покаянию, может внести нечто чисто человеческое в веру и разрушить ее, тем самым лишив спасение его единственного местопребывания. Для всех таких годится простое словесное признание; как было показано ранее в этой главе, это - не покаяние.

Тех людей, которые знают, что такое грех, тем более, когда они много знают из Слова и учат этому, если при этом они не исследуют себя, и потому не видят в себе греха, можно сравнить со скопидомами, складывающими богатства в сундуки да ларцы, с той только целью, чтобы любоваться на него и пересчитывать; или с собирателями золотых и серебряных предметов искусства, которые скрывают их в своих сокровищницах и погребах только для того, чтобы прослыть богатыми. Такие подобны торговцу, закопавшему свой талант в землю и хранившему свою мину46, завернув в платок (Матф. 25:25; Лука 19:20). Они также подобны утоптанной дороге и камням, на которые упали зерна (Матф. 13:4,5); или смоковницам, покрытым богатой листвой, но не приносящим плодов (Марк 11:13). Их сердца - твердые, как камни, и не становятся плотью (Зах. 7:12). Они, как куропатки, которые собирают под себя яйца, которых не откладывали, скапливают богатства нечестным способом, оставляют их на середине дней своих, и наконец становятся глупцами. (Иер. 17:11). Они - как те пять дев, у которых были светильники, но не было масла (Матф. 25:1-12).

Собирающих множество высказываний из Слова о милосердии и покаянии, и знающих огромное количество заповедей, но не живущих в соответствии с ними, можно сравнить с обжорами, которые набивают себе рот кусками пищи и отправляют их в желудок, не жуя. Там эти куски долго лежат непереваренными, а затем, проходя по кишечнику, портят его сок и вызывают затяжные болезни, приводящие к жалкой смерти. Таких людей, поскольку они лишены духовного тепла, сколько бы света у них не было, можно назвать зимами, холодными странами, арктическими непогодами или, скорее, снегом и льдом.

LVI Настоящее покаяние заключается в том, чтобы исследовать себя, познать и признать свои грехи, обратиться за помощью к Господу и начать новую жизнь.

528. В Слове есть множество отрывков и ясных высказываний Господа о том, что человек должен обязательно покаяться, потому что от этого зависит его спасение. Из них пока приведем следующие:

Иоанн проповедовал крещение покаяния, говоря: Сотворите плод, достойный покаяния. Лука 3:3,8; Марк 1:4.

Иисус начал проповедовать и говорить: покайтесь. Матф. 4:17.

Он говорил: покайтесь, приблизилось царство Божие. Марк 1:14,15.

Далее:

Если не покаетесь, все погибнете. Лука 13:5.

Иисус говорил ученикам, чтобы во имя Его проповедовали всем народам покаяние и прощение грехов. Лука 24:47; Марк 6:12. Поэтому Петр проповедовал покаяние и крещение во имя Иисуса Христа для прощения грехов. Деян. 2:38. Петр также говорил:

Покайтесь и обратитесь, чтобы загладились грехи ваши. Деян. 3:19.

Павел всем и всюду проповедовал, чтобы покаялись. Деян. 17:30. Павел, кроме того, возвещал в Дамаске, Иерусалиме, по всей Иудее, а также язычникам, что нужно покаяться, обратиться к Богу и делать дела, достойные покаяния. Деян. 26:20. Он проповедовал как Евреям, так и Грекам покаяние перед Богом и веру в Господа Иисуса Христа. Деян. 20:21.

Господь говорил церкви в Эфесе:

Имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою. Покайся, а если не так, Я сдвину светильник твой с места его, если не покаешься. Откр. 2:2,4,5.

Церкви в Пергаме Он сказал:

Знаю твои дела. Покайся. Откр. 2:13,16.

Церкви в Фиатире Он сказал: Я брошу их в великую скорбь, если не покаются в делах своих. Откр. 2:19,22,23.

Лаодикийской церкви Он сказал:

Знаю твои дела. Будь ревностен и покайся. Откр. 3:15,19.

Он сказал также:

На небесах более радости об одном грешнике покаявшемся. Лука 15:7.

Об этом есть еще много мест. Из всего этого ясно, что покаяние совершенно необходимо; далее будет показано, каким должно быть покаяние, и как оно должно происходить.

529. Как может человек не понимать рассудком, данным ему, что одно словесное признание, что он грешник, еще не есть покаяние, равно как и упоминание при этом разнообразных частностей, которые перечислял лицемер, описанный в п. 518? Что может быть легче для того, кто мучается и страдает, чем испустить тяжкий вздох и излить поток скорби и стенаний, ударяя себя в грудь и обвиняя себя во всех грехах, не зная ни одного из них в себе? Неужели полчище дьяволов, которое скрывается в его любви, при этом вздохе разом удалится? Не освистают ли они, наоборот, все эти речи, и не останутся ли в человеке, как прежде, чувствуя себя, как дома? Из этих соображений ясно, что не такое покаяние имеется в виду в Слове, а покаяние в злых делах, как было сказано.

530. Итак, встает вопрос: как надо каяться? Ответ таков: на деле, то есть, исследовать себя, познать и признать свои грехи, помолиться Господу и начать новую жизнь. В предыдущем разделе [525-527] показано, что покаяние невозможно без исследования себя. Но к чему исследование себя, если не для того, чтобы мы могли познать свои грехи? И к чему это познание, если не для признания того, что они есть в нас? И какой цели служат все эти три действия, если не той, чтобы мы могли исповедать грехи перед Господом, прося у Него помощи, и с этого момента начать новую жизнь, которая и является конечной целью? Вот подлинное покаяние.

Именно в этом направлении необходимо развиваться и действовать человеку, и каждый может понять это, когда детство его осталось позади, а затем лучше и лучше, по мере того, как он становится сам себе хозяином и познает собственный дух, сначала, когда задумается над крещением, которое является своего рода омовением, соответствующим возрождению. Ведь при крещении его крестные родители обещали за него, что он отвергнет дьявола и его дела. То же самое и когда он задумается над Святым Причастием: всех предупреждают, что достойным принять его можно стать не ранее, чем покаешься в своих грехах, обратишься к Богу и возьмешься за новую жизнь. То же самое можно понять из рассмотрения Десяти Заповедей, или Катехизиса, что постоянно перед глазами у любого Христианина; шесть из Десяти Заповедей - лишь наставления не делать зла, и если не избавиться от зла покаянием, что невозможно любить ни ближнего, ни, тем более, Бога. Между тем, на этих двух заповедях держатся и Закон и Пророки, то есть все Слово, а значит, и спасение человека. Если совершать покаяние время от времени, а точнее, каждый раз, когда готовишься принять Святое Причастие, и затем воздерживаться от одного-двух грехов, в которых уличил себя, этого будет достаточно, чтобы покаяние стало подлинным. В такой момент каждый встает на путь в небеса, потому что при этом человек начинает превращаться из природного в духовного, и рождаться заново под Господним руководством.

531. Следующие сравнения послужат пояснением сказанного. До покаяния человек подобен пустынной земле, где обитают ужасные дикие звери, драконы, рогатые совы, совы-неясыти, гадюки и геморроиды47, с зарослями, населенными оимами и циимами48, в которых пляшут сатиры. Когда этих тварей человек изгоняет своим трудом и усердием, пустыня становится пригодной к тому, чтобы ее вспахать и обработать, и засеять сначала овсом, бобами и льном, а затем ячменем и пшеницей.

Другое сравнение возможно с преступностью, когда она настолько многочисленна, что господствует над людьми; если преступников не преследовать по закону и не подвергать телесным наказаниям или смерти, ни один город и ни одно царство не могли бы уцелеть. Человек - это маленькое подобие общества; если он не будет поступать сам с собой в духовном смысле так же, как поступает с преступниками большое общество в природном смысле, то его будут наказывать и исправлять в духовном мире до тех пор, пока он не перестанет делать зло из страха перед наказанием, но никогда уже нельзя будет сделать так, чтобы он творил добро по любви к добру.

LVII Истинное покаяние означает исследование не только дел своей жизни, но и намерений своей воли.

532. Истинное покаяние означает исследование не только того, что человек сделал в своей жизни, но и того, что он в своей воле намеревался делать, по той причине, что дела являются следствием разума и воли. Благодаря мысли человек говорит, благодаря воле он действует, поэтому речь есть говорящая мысль, а дела - действующая воля. Раз они являются источником любой речи и любого действия, не вызывает сомнений, что именно они грешат, когда грешит тело. Человек может, не смотря на то, что кается в своем физически совершенном зле, тем не менее думать и желать зло. Это все равно, что срубить ствол дурного дерева, но оставить в земле его корни, из которых снова вырастет и раскинет свои ветви то же самое дерево. Другое дело, если вырвать и корни. Так происходит, когда человек исследует вместе с тем и намерения своей воли, и очищается от зла покаянием.

Человек может исследовать, что он в своей воле намеревается делать, исследуя свои мысли, поскольку в них намерения являют себя; например, когда он думает, желает и намеревается совершить месть, прелюбодеяние, кражу, лжесвидетельство, имея страсть к этому, равно как и богохульство, поругание Слова и церкви, и так далее. Если при этом он сосредоточит свои мысли на таких предметах, и разберется, станет ли он делать все эти дела, если ему не будут препятствовать закон и боязнь потерять доброе имя, и если по расследовании он найдет, что не хочет этих дел, поскольку они греховны, тогда он истинно и внутренне покаялся. И уж тем более, если он находит удовольствие в таких действиях, свободен совершать их, но, тем не менее, воздерживается и отстраняется от них. Тот, кто проделывает это неоднократно, воспринимает удовольствия зла, когда они возвращаются к нему, неприятными, и в конце концов, отсылает их в ад. Таков смысл слов Господа:

Кто захочет найти свою душу, потеряет ее, потерявший же свою душу ради Меня найдет ее. Матф. 10:39.

Человек, который при помощи такого рода покаяния избавляется от зла своей воли, подобен тому, кто своевременно выпалывает со своего поля плевелы, посеянные дьяволом, для того, чтобы семена, посеянные Господом Богом Спасителем попали на свободную землю и выросли в урожай (Матф. 13:24-30).

533. Две любви с давних пор укоренились в человеческом роде: любовь повелевать остальными и любовь обладать их собственностью. Первая из них, если отпустить ее поводья, опрометью бросается в такие высоты, что хочет быть Богом небес; другая, если дать ей волю, имеет дерзость претендовать на роль Бога земли. Остальные же злые виды любви, имя им - легион, находятся в подчинении у этих двух. Однако исследовать эти два вида любви крайне трудно, потому что они залегают и скрываются слишком глубоко. Они как гадюки, прячущиеся в расщелинах скал и скапливающие свой яд, чтобы, когда кто-нибудь приляжет на эти скалы, нанести ему смертельную рану, а затем скрыться обратно в свое убежище. Они подобны Сиренам, которые, по описаниям древних писателей, завлекали своим пением людей, чтобы погубить их. Кроме того, они наряжаются в роскошные одежды, точно так же, как и дьявол делает это при помощи своего колдовства среди своих последователей и тех, кого он хочет обмануть.

Тем не менее надо как следует понять, что эти две любви могут иметь большую власть над смиренными, чем над великими, над бедными - большую, чем над богатыми, и над подданными - большую, чем над царями. Цари по рождению правят людьми и обладают богатствами, и с течением времени начинают смотреть на все это так же, как обычный человек: государственный чиновник, управляющий, капитан корабля или бедный фермер - смотрит на своих слуг и свою собственность. Дело обстоит совсем иначе, когда цари претендуют на владение землями других царей.

Намерения воли необходимо исследовать по той причине, что в воле пребывает любовь, ибо воля - вместилище для любви, как было показано ранее. Удовольствия, порождаемые всеми видами любви, распространяются из воли в представления и мысли разума, которые ничего не могут делать сами по себе, а только по воле. Ибо они находятся в услужении у воли, соглашаясь с ней и поддерживая ее во всем, что касается ее любви. Поэтому воля - это как бы дом, в котором человек живет, а разум - прихожая, через которую он входит и выходит. Вот почему было сказано, что необходимо исследовать намерения воли. Когда они исследованы и отвергнуты, человек поднимается над своей природной волей, объятой злом, как наследственным, так и приобретенным делами, и обретает духовную волю; с помощью нее Господь преобразует и возрождает природную волю, а через нее - все, что относится к чувствам и желаниям тела, и, таким образом, человека в целом.

534. Тот, кто не исследует себя, подобен больному, кровь которого испорчена непроходимостью мельчайших сосудов, что приводит к истощению, нечувствительности конечностей и множеству хронических заболеваний из-за сгущения, вязкости, едкости и кислотности жизненных соков тела, а вместе с ними и крови. С другой стороны тот, кто исследует всего себя, включая намерения своей воли, подобен тому, кто вылечился от этих болезней и восстановил жизненные силы своей молодости. Кто исследует себя надлежащим образом, тот подобен кораблю из Офира, груженому золотом, серебром и драгоценностями; но до этого он - как корабль, полный отбросов, который используется для перевозки грязи и мусора с улиц. Исследующие себя внутренне становятся подобными копям, все стены которых сверкают рудами благородных металлов; а еще не делавшие этого подобны вонючим болотам, полным змей и ядовитых гадов с блестящей чешуей, и мерзких насекомых с яркими крылышками. Не исследующие себя подобны высохшим костям в долине; но после исследования себя они становятся подобными тем же костям, на которых Господь Иегова, снабдив их сухожилиями, вырастил плоть и кожу, и дал им дыхание, чтобы они могли жить (Иез. 37:1-14).

LVIII Кто не исследует себя, но тем не менее воздерживается от злых дел, поскольку они греховны, тот тоже кается. Такое покаяние совершают люди, исполняющие дела милосердия из религиозных побуждений.

535. По-настоящему покаяться, то есть, исследовать себя, познать и признать свои грехи, помолиться Господу и начать новую жизнь, очень сложно в той части Христианского мира, которая принадлежит Реформированным Христианским церквям, по многим причинам, изложенным в последнем разделе этой главы [564-566]. Поэтому я намерен описать более простой способ покаяния. Когда некто держит в мыслях какое-либо дурное дело, с намерением совершить его, ему нужно сказать себе: "Я думаю об этом, и собираюсь это сделать, но не буду, потому что это - грех". Это ослабит напор адского искушения и не даст ему войти впредь. Странно, что каждый может с неодобрением сказать другому, когда тот собирается сделать зло: "Не делай этого, ведь это - грех", однако считает очень трудным сказать это самому себе. Причина в том, что сказать это самому себе - значит вовлечь в это свою волю, а другому это говорится с уровня мышления, недалекого от слуха.

В духовном мире как-то было проведено дознание, кто способен к настоящему покаянию, и таких было найдено так же мало, как голубей в обширной пустыне. Некоторые говорили, что могут покаяться простым способом, но неспособны к исследованию себя и исповеданию грехов перед Богом. Однако все делавшие добро из религиозных побуждений избегали совершать зло на деле, хотя очень редко размышляли о внутреннем, принадлежащем воле, считая, что они не могут делать зло, поскольку делают добро, или, скорее, что добрые дела покрывают злые.

Тем не менее, друг мой, первое в милосердии - избегать зла. Этому учит Слово, Десять Заповедей, крещение, Святое Причастие, да и собственный рассудок человека. Ибо как можно убежать от зла и избавиться от него без хоть какого-нибудь исследования себя? Как добро может стать добром, если не сделать его внутренне чистым? Я знаю точно, что все религиозные, а вместе с ними и все здравомыслящие люди согласно кивнут, прочитав это, и увидят в этом подлинную истину; однако, немногие станут поступать по ней.

536. И все же всякого, делающего добро по религиозным соображениям, Господь признает и после смерти берет к себе. Ибо Господь сказал:

Я был голоден, и вы дали Мне есть; Я жаждал, и вы напоили Меня; Я был странником, и вы приняли Меня; Я был наг, и вы одели Меня; Я был болен, и вы посетили Меня, Я был в тюрьме, и вы пришли ко мне. И сказал далее: сделав подобное для одного из самых меньших братьев Моих, вы сделали это для Меня. Придите, благословенные, наследуйте царство, уготованное вам от основания мира. Матф. 25:31-41.

От себя добавлю нечто новое: после смерти все, делавшие добро из религиозных побуждений, отказываются от учения современной церкви о трех Божественных личностях от вечности, равно как и от своей веры, обращаемой ко всем трем по очереди. Вместо этого они обращаются к Господу Богу Спасителю и с удовольствием принимают учения новой церкви.

У остальных же, которые не проявляли милосердия по религиозным соображениям, сердца - из гранита, такие они твердые. Такие люди сначала обращаются к трем Богам, затем к одному Отцу, и наконец, ни к кому вообще не обращаются. Они считают Господа Бога Спасителя лишь сыном Марии, зачатым в постели с Иосифом, а не Сыном Божьим. Вскоре они стряхивают с себя все виды добра и истины новой церкви, и вступают в ряды духов дракона, которые уводят их в пустынную местность или в пещеры, расположенные на самом краю так называемого Христианского мира. Через некоторое время они, будучи отделены от новых небес, пускаются в преступления, и поэтому попадают в ад.

Такова судьба всех пренебрегавших делами религиозного милосердия, которые верили, что нельзя делать добро от себя, не ища заслуги. Дела эти остались несделанными, а люди эти присоединились к стаду козлов, проклятых и брошенных в вечный огонь, уготованный дьяволу и его ангелам за то, что не поступали так же, как овцы (Матф. 25:41 сл.). В этом отрывке они упоминаются не как делавшие зло, а как не делавшие добра. Кто делает добро не по религиозным соображениям, тот делает зло, ведь

Никто не может служить двум господам; или одного возненавидит, а другого возлюбит, или к одному привяжется, а другим пренебрежет. Матф. 6:24.

Господь говорит через Исаию:

Омойтесь, очиститесь, удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро. Тогда если будут грехи ваши, как багряное, они станут белыми, как снег; если будут красными, как пурпур, - будут как шерсть. Исаия 1:16-18.

У Иеремии Он говорит:

Стань во вратах дома Иеговы и провозгласи там слово сие и скажи: Так сказал Иегова Саваоф, Бог Израилев: исправьте пути ваши и деяния ваши. Не надейтесь на обманчивые слова: "здесь храм Иеговы, храм Иеговы, храм Иеговы" (то есть, Его церковь). Как! вы крадете, убиваете и прелюбодействуете, и клянетесь во лжи, и потом приходите и становитесь пред лицом Моим в доме сем, над которым наречено имя Мое, и говорите: "мы были выведены", чтобы впредь делать все эти мерзости. Не сделался ли вертепом разбойников дом сей? Вот, Я видел это, говорит Иегова. Иер. 7:2-4, 9-11.

537. Да будет известно, что делающие добро только по природной доброте после смерти не принимаются, потому что их милосердие состоит из одного природного добра без какого-либо духовного добра, сопутствующего ему. Человека соединяет с Господом духовное добро, а не природное добро, лишенное духовного. Природная доброта происходит от одной плоти, и приобретается от родителей при рождении. Духовная же доброта - от духа, и возрождается под Господним руководством. Люди, делающие добрые дела милосердия из религиозных побуждений, и потому же избегающие зла, до принятия учения новой церкви о Господе подобны деревьям, приносящим хорошие плоды, но в небольшом количестве, или приносящим небольшие, но прекрасные плоды; такие деревья оставляют в садах. Их можно, кроме того, уподобить маслинам и смоковницам в лесах, а также растущим на холмах ароматным травам и кустарникам, дающим бальзам. Они - как маленькие часовни или дома Бога, в которых воздают священное поклонение. Ибо такие люди - овцы, стоящие справа, и овны, которых бодают козлы (как описано у Даниила 8:2-14). В небесах их одевают в одежду красного цвета; когда же они вводятся в благо новой церкви, их одевают в пурпурные одежды, которые принимают красивый золотой оттенок по мере того, как они принимают также и истины ее.

LIX Нужно исповедаться перед Господом Богом Спасителем, а затем помолиться и попросить помощи и сил для противостояния злу.

538. Нужно обращаться к Господу Богу Спасителю, потому что Он - Бог небес и земли, Искупитель и Спаситель, обладающий всемогуществом, всезнанием и вездесущестью, самой милостью и праведностью, а также потому, что человек - Его творение, а церковь - Его овчарня. Новый завет во многих местах содержит Его указания, что нужно к Нему обращаться, Ему служить и поклоняться. Он наставляет нас обращаться к Нему одному в следующем месте у Иоанна:

Истинно говорю вам: кто не дверью входит во двор овчий, но перелазит еще где, тот вор и разбойник. Но кто входит через дверь - тот пастырь овцам. Я - дверь. Кто через Меня войдет, тот спасен будет и найдет пастбище. Вор приходит только для того, чтобы украсть, убить и погубить. Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком. Я - пастырь добрый. Иоанн 10:1,2,9-11.

То, что нельзя входить другим путем, означает, что нельзя обращаться к Богу Отцу, поскольку Он невидим, и поэтому недостижим, и соединение человека с ним невозможно. Он для того и пришел в мир, чтобы сделаться видимым и достижимым, и чтобы с Ним возможна была связь. Все это нужно исключительно для того, чтобы человек имел возможность спастись. Ибо если он, обращаясь к Богу, не сможет думать о Нем, как о человеке, все понятия о Боге будут бесполезны; они пропадут зря, как взгляд направленный во вселенную, то есть, в пустоту, или на природу, или на первый попавшийся предмет, встретившийся ему в природе.

Сам Бог, который один от вечности, пришел в мир, что совершенно ясно из того, как Он родился: Он был зачат могуществом Всевышнего через Духа Святого, и оттого Его Человеческое родилось от Девы Марии. Из этого следует, что Его душа - это само Божественное, называемое Отцом, поскольку Бог невидим; и что рожденное таким образом Человеческое - это Человеческое Бога Отца, называемое Сыном Божьим (Лука 1:32,34,35). Далее, из этого следует, что когда обращаются к Господу Богу Спасителю, то обращаются и к Богу Отцу. Вот почему, когда Филипп просил Его показать Отца, Он ответил:

Видящий Меня видит Отца. Как же ты говоришь: "Покажи нам Отца"? Разве ты не веришь, что Я в Отце, а Отец во Мне? Верьте Мне, что Я в Отце, а Отец во Мне. Иоанн 14:6-11.

Подробнее об этом написано в главах о Боге, о Господе, о Святом Духе и о Троице.

539. Две обязанности возложены на того, кто исследовал себя: молитва и исповедь. Молиться нужно о том, чтобы Господь был милостив и даровал силы сопротивляться злу, в котором ты раскаялся, и наделил влечением и склонностью делать добро, поскольку человек без Него не может делать ничего (Иоанн 15:5). Исповедаться нужно в том, что видишь, осознаешь и признаешь свое зло, и находишь себя жалким грешником. Нет необходимости перечислять свои грехи перед Господом и молить о прощении их. Ненужно перечислять свои грехи, потому что уже исследовал их и видел их в себе; следовательно, они показаны Господу, раз показаны самому себе. Кроме того, Господь ведет человека в его исследовании себя, открывает ему его грехи и вызывает в нем сожаление о них наряду с усилиями воздержаться от них и начать новую жизнь.

Есть две причины тому, что ненужно молиться о прощении грехов. Первая состоит в том, что грехи не отменяются, а изгоняются; и это происходит тогда, когда человек постоянно воздерживается от них и вступает в новую жизнь. Ибо вокруг каждого зла клубком обвиваются бесчисленные вожделения, которые удаляются не разом, а одно за другим, по мере того, как человек дает себя преобразовывать и возрождать. Вторая причина состоит в том, что Господь, сама милость, прощает всякому его грехи, и ни одного из них не вменяет человеку. Ведь Господь говорит: "Они не знают, что делают". Но это не означает, что грехи упразднены; ибо, когда Петр спросил, сколько раз ему прощать прегрешения брату своему, неужели до семи раз, Господь ответил:

Говорю тебе, не до семи раз, а до семидесяти раз по семь. Матф. 18:21,22.

Чего же тогда не сделает Сам Господь? Однако же не будет ничего плохого, если тот, кого мучает совесть, получит облегчение, перечислив грехи перед священником церкви, и получит отпущение. Благодаря этому он обретет привычку исследовать себя и размышлять о зле, которое он совершает день за днем. Заметим, что этот вид исповедания - природный, тогда как описанный выше - духовный.

560.49 Поклонение кому бы то ни было, как наместнику Христа на земле, или обращение к какому-либо святому, как к Богу, на небесах ценится не больше, чем молитва, обращенная, например, к солнцу, луне или звездам, или попытка найти ответы на свои вопросы у предсказателя судьбы, и вера в его слова, поскольку все это напрасно. Это все равно, что поклоняться церкви, а не Богу в ней, или просить у царского слуги, который носит за ним скипетр и корону, почестей и званий, вместо того, чтобы просить у царя. Это так же бессмысленно, как только воспринимать с радостью великолепие багряного заката, славу, свет и золотые лучи солнца, или одно его имя, и не думать об этих вещах самих по себе. Для таких людей у Иоанна есть следующие слова:

Мы - в истине, в Иисусе Христе. Он - истинный Бог и вечная жизнь. Дети, храните себя от идолов. 1 Иоанн 5:20,21.

LX Подлинное покаяние легко для тех, кто уже каялся несколько раз, но крайне неприятно тем, кто этого не делал.

561. Подлинное покаяние заключается в том, чтобы исследовать себя, признать свои грехи, исповедоваться Господу и начать с этого новую жизнь. Оно было описано на предыдущих страницах. В той части мира, где основаны Реформированные Христианские церкви, если понимать под этим всех отошедших от Римской Католической церкви, вместе с теми ее членами, которые не разу по-настоящему не каялись, подлинное покаяние считается очень трудным. Причина в том, что некоторые не хотят, а некоторые боятся каяться, и возникает привычка избегать покаяния, которая порождает неприязненное отношение к нему, и подкрепляется в итоге доводами разума. В некоторых людях все это вызывает огорчение, страх и даже ужас при мысли о покаянии.

Основная причина того, что настоящее покаяние крайне неприятно людям Реформированных Христианских церквей, заключается в их вере в бесполезность покаяния и милосердия для спасения, которое совершается благодаря одной вере. Они утверждают, что вера, будучи вменена, приносит с собой прощение грехов, оправдание, обновление, возрождение, освящение и вечное спасение, без всякого участия самого человека, или будто бы его самого. Их богословы называют это участие бесполезным и мешающим заслуге Христа, отвратительным и вредным. В простых людях, незнакомых с тайнами этой веры, все эти понятия насаждаются постоянным слушанием слов о том, что "одна вера спасает" и "никто не может делать добро сам по себе". Вот почему покаяние среди Реформированных подобно гнезду, полному птенцов, покинутых матерью, которую поймал и убил птицелов. Дополнительной причиной служит то, что так называемый "реформированный" сообщается духом только с теми из духовного мира, которые подобны ему самому. От них он получает свои мысли, и это сбивает его с пути самонаблюдения и исследования себя.

562. В духовном мире я спрашивал многих из Реформированных, почему они не каялись по-настоящему, ведь такая обязанность возложена была на них как в Слове, так и при крещении, равно как и перед Святым Приобщением во всех их церквях. Они отвечали по-разному. Одни говорили, что достаточно было сердечного раскаяния, с последующим признанием на словах, что ты грешник. Другие говорили, что такое покаяние не соответствует общепринятой вере, потому что достигается действиями самого человека по его собственному желанию. Некоторые говорили: "Как можно исследовать себя, когда знаешь, что ты не что иное, как один грех? Это все равно, что забрасывать сеть в озеро, которое от дна и до самой поверхности наполнено грязью, кишащей ядовитыми червями". Некоторые говорили: "Можно ли заниматься таким глубоким рассмотрением себя, что даже видеть в себе Адамов грех, от которого проистекают все содеянные грехи человека? Разве эти грехи, вместе с изначальным, не смываются водой крещения, и не стираются, или не покрываются, заслугой Христа? Что в таком случае представляет собой покаяние, если не бремя, жестоко терзающее совесть? Или мы не помилованы Евангелием, а наоборот, подчинены этому вашему безжалостному закону покаяния?" Много еще было сказано в том же роде. Некоторые говорили, что когда они пытаются исследовать себя, их охватывает такой страх и ужас, будто они увидели чудовище у своей кровати в сумерках. Из всего этого мне стало ясно, почему настоящее покаяние в мире Реформированных Христианских церквей пришло в упадок и отброшено за ненадобностью.

В присутствии этих духов я также задал вопрос некоторым из тех, что принадлежали к Римско-католической религии, было ли неприятным для них исповедоваться перед своими священниками. Они ответили, что, как только это входит в обычай, уже не страшно перечислить свои прегрешения перед исповедником, если он не очень строг. Они даже находили некоторое удовольствие в том, чтобы собрать их все до единого, охотно называя более легкие, и со стеснением говоря о более серьезных грехах. По их словам, каждый год они добровольно приходили, чтобы совершить обряд, и радовались отпущению грехов. У них считается нечистым тот, кто не желает открывать грязь своего сердца. Выслушав это, Реформированные удалились, похвалив их, хотя с улыбкой и со смехом, а некоторые - с удивлением.

Позже ко мне подошли некоторые, принадлежавшие к Католической церкви, но жившие в Протестантских странах. В соответствии со своим обычаем, они не исповедовались лично, как их братья во всем остальном мире; исповедание у них было совместным, перед одним из священников. Эти люди рассказали, что они совершенно неспособны исследовать и вынести на свет то зло, которое они совершили на деле или замышляли тайно; они находили это настолько же невыносимым и страшным, как пересечь ров перед крепостью, перед которой стоит вооруженный солдат и кричит: "Назад!" Отсюда понятно, что подлинное покаяние легко для тех, кто уже каялся несколько раз, но крайне неприятно тем, кто этого не делал.

563. Известно, что привычка - вторая натура, посему то, что просто для одного, сложно для другого. Это верно и в отношении исследования себя и исповедания в том, что при этом найдено. Что может быть легче для наемного рабочего, грузчика или фермера, чем работать с утра до вечера своими руками? Между тем, благородный человек, ведущий утонченный образ жизни, не смог бы этого делать и полчаса, не устав и не вспотев. Гонцу в легкой обуви с посохом легко одолеть милю, тогда как тот, кто всегда ездил в карете, еле-еле перебежит с одной улицы на другую.

Любой ремесленник, с упорством занимавшийся своей работой, выполняет ее легко и охотно, а будучи лишен ее, желает возвратиться к ней. Другого же, делавшего то же самое с прохладцей, ни за что потом не заставить этим заниматься. То же самое можно сказать о каждом, кто несет какую-либо службу или учится чему-либо. Что легче ревнителю набожности, и что труднее для безбожника, чем помолиться Богу, и наоборот? Не боится ли священник, который первый раз проповедует перед царем? Но став известным проповедником, он делает то же самое уверенно. Нет ничего проще для того, кто стал ангелом, чем возвести глаза к небу, а для того, кто стал дьяволом, - броситься в ад. Однако, если последний будет лицемером, он может взирать на небеса наравне с первым, сердцем же отвернется от них. Каждый проникается своей конечной целью и привычкой, которую она порождает.

LXI Тот, кто никогда не каялся, или не смотрел в себя и не исследовал себя, заканчивает тем, что не знает, какое зло проклинает его, и какое добро его спасает.

564. Поскольку столь немногие в мире Реформированных Христиан творят покаяние, необходимо добавить, что тот, кто никогда не смотрел в себя и не исследовал себя, заканчивает тем, что не знает, какое зло проклинает его, и какое добро его спасает. Ибо у него нет религиозных убеждений, которые позволяли бы ему это знать. То зло, которое человек не видит, не осознает и не признает, остается с ним; а то, что остается, укореняется глубже и глубже, пока не заградит внутреннее его ума. От этого человек становится сначала природным, затем чувственным, и наконец, телесным. Последние два состояния не позволяют ему распознать ни губительное зло, ни спасающее добро. Он становится, как дерево, растущее на твердой скале, с корнями в ее расщелинах, которое заканчивает тем, что засыхает от недостатка влаги.

Тот, кто хорошо воспитан, уже разумен и нравственен, однако есть два пути к разумности: один - от мира, другой - от небес. Кто идет по мирскому пути к разумности и нравственности, но не по небесному в то же время, тот разумен и нравственен лишь в речах и манерах. Внутренне он - животное, или скорее, дикий зверь, поскольку действует заодно с обитателями ада, где все таковы. Но кто следует также и небесному пути к разумности и нравственности, тот истинно разумен и нравственен, потому что он таков одновременно и духом, и речью, и телом. Речь и тело обладают духовностью, как душой, заключенной внутри них, которая приводит в действие природные, чувственные и телесные способности. Такой человек действует заодно с небесными жителями. Таким образом, есть люди разумные и нравственные духовно, а есть разумные и нравственные природно. Их невозможно различить между собой в этом мире, особенно, когда человек погряз в лицемерии, долго упражняясь в нем. Но ангелы небесные могут отличить одних от других так же легко, как голубей от сов, или овец от тигров.

Чисто природный человек может видеть злые и добрые качества в других, и может осуждать других. Но поскольку он не заглядывает в себя и не исследует себя, то в себе он зла не видит; а если какое-либо зло в нем откроет кто-то другой, он скрывает его с помощью своей разумности, как змея прячет свою голову, погружая ее в песок, или как шершень зарывается в навоз. Причиной тому - наслаждение зла, которое окружает его, как туман болото, поглощая и ослабляя лучи света. Наслаждение ада - именно в этом. Оно исходит из ада и проникает в каждого, но со ступней ног, со спины и с затылка. А между тем, проникало бы оно через переднюю часть головы или через грудь в тело человека - он стал бы рабом ада. Это оттого, что мозг человека предназначен для разума и его мудрости, а мозжечок - для воли и ее любви. Вот почему весь головной мозг человека разделен на эти две части. Для того, чтобы излечиться от этого адского наслаждения, преобразовать его и обернуть в другую сторону, есть только одно средство: духовная разумность и нравственность.

565. Теперь необходимо описать человека, который лишь природным образом разумен и нравственен. По сущности своей он - чувственный человек, а если остается таковым, то становится телесным и плотским. Этому посвящен следующий очерк, состоящий из отдельных утверждений.50

Чувственный уровень - это самый нижний уровень жизни в уме человека, плотно прилегающий и привязанный к пяти телесным чувствам. Чувственным человеком называется тот, чье любое суждение основывается на телесных чувствах, и кто не верит ни во что, кроме того, что можно увидеть глазами и потрогать руками, считая только это настоящим и отвергая все остальное.

Внутреннее его ума, при помощи которого он мог бы видеть в свете небес, закрыто, отчего он не может видеть истины ни в чем, относящемся к небесам или церкви. Такой человек мыслит на крайне поверхностном уровне, без какого-либо внутреннего озарения духовным светом, потому что пользуется грубым светом природы. Следовательно, он внутренне противится всему, что имеет отношение к небесами или церкви, даже если внешне и высказывается в их пользу, и со страстью, если это нужно ему, чтобы добиться власти над другими, а с ее помощью и богатства. Образованные и ученые люди, глубоко уверившиеся в ложных понятиях, более чувственны, чем остальные, тем более, если они противятся истинам Слова.

В рассуждениях чувственные люди тонки и умны, потому что их мысли так близки к речи, что, по существу, в ней и содержатся, так сказать, на языке; и еще потому, что, говоря, они считают, что весь ум основан на одной лишь памяти. Они искусны в доказательстве ложных понятий, доказав же эти понятия, они верят в их истинность. Но их рассуждения и доказательства основываются на иллюзиях чувств, которые помогают привлекать внимание и убеждать обычных людей.

Чувственные люди превосходят других хитростью и злонамеренностью. Скупцы, прелюбодеи и обманщики особенно чувственны, хотя в глазах мира они даже могут казаться талантливыми. Внутреннее их умов грязно и отвратительно, потому что оно соприкасается у них с адами. В Слове они названы мертвыми. В адах духи чувственны, и чем глубже ад, тем более они чувственны. Сфера, которая исходит от духов в аду, присоединяется сзади к чувственной способности человека. В небесном свете задняя часть головы у них выглядит будто бы выдолбленной. Рассуждающие из одних только чувственных впечатлений назывались у древних змеями с дерева познания.

Чувственные впечатления должны занимать последнее место, а не первое. У мудрого и умного человека чувственные впечатления действительно идут последними, и подчинены более внутреннему; а у неразумного они занимают первое место и главенствуют над ним.

Если чувственные впечатления находятся на последнем месте, то благодаря ним открывается путь разуму, и истины очищаются тем же способом, что и извлекаются. Такие чувственные впечатления располагаются вплотную к миру, и впускают, то, что приходит от мира, так сказать, просеивая через себя. Чувственными впечатлениями человек соприкасается с миром, а разумными понятиями - с небесами. Чувственные впечатления дают нам то из природного мира, что может быть полезно для внутренних областей ума. Есть чувственные впечатления, которые дают нечто для разума, а есть чувственные впечатления, которые дают нечто для воли.

Если мышление не поднимается над уровнем чувственных впечатлений, мудрость человека крайне ограничена. Когда его мышление возносится над этим уровнем, он вступает во все более яркое освещение, и, в конце концов, в небесный свет, будучи уже в состоянии воспринимать все эти понятия, как вливающиеся в него с небес. Самый низкий уровень разума - это природная способность знания, а самый низкий уровень воли - удовольствия чувств.

566. Человек относительно своего природного человека подобен животному; такое подобие он принимает из-за своего образа жизни. Вследствие этого он является в духовном мире окруженным всякого рода животными, представляющими собой соответствия. Природное человека, рассмотренное по сущности, - это не что иное, как животное; человек становится человеком благодаря данной ему сверх того духовности. Если он не становится человеком благодаря способности быть духовным, он может притворяться человеком, но останется лишь говорящим животным. Ибо его речь тогда исходит от природной разумности, а мысль - от духовного безумия; его действия исходят от природной нравственности, а любовь - от духовной похоти. Его действия с точки зрения духовно-разумной личности мало чем отличаются от движений ужаленного тарантулом, или пораженного пляской святого Витта.

Кто не знает, что лицемер может говорить о Боге, разбойник - о честности, прелюбодей - о целомудрии, и так далее? Однако, если бы у человека не было способности закрывать и открывать дверь, разделяющую мысли и высказывания, а также намерения и действия, и если бы сообразительность или хитрость не служили у этой двери привратником, он свирепее дикого зверя бросился бы в преступления и жестокости. После смерти же эта дверь у всех открывается, и становится ясным, каков человек был на самом деле. Но тогда уже его сдерживают наказания и тюрьмы ада. Поэтому, любезный читатель, загляни в себя, вылови одно или два зла, и откажись от них из религиозных соображений. Если сделать это с иными намерениями или ради чего-то другого, твой отказ будет лишь попыткой скрыть это зло от глаз мира.

* * * * *

567. Здесь я приведу несколько рассказов о собственном опыте, из которых этот - первый.51

Однажды меня сразила почти смертельная болезнь. Голова моя вся отяжелела и наполнилась ядовитым дымом из Иерусалима, имя которому было Содом и Египет (Откр. 11:8). Полумертвый, я чувствовал дикую боль и ожидал своего конца. Так я пролежал в постели три с половиной дня. Эти муки я испытывал духом, и поэтому телом. При этом я слышал вокруг себя голоса, говорившие: "Смотрите, вон тот человек, который проповедовал покаяние для прощения грехов и Христа-человека, как единого Бога, теперь лежит мертвый на улице нашего города". Они спросили кого-то из духовенства, засуживает ли этот человек погребения. Те ответили: "Нет, пусть лежит здесь, чтоб люди видели". Они то уходили, то возвращались, чтобы посмеяться надо мной. Это случилось со мной на самом деле, когда я писал объяснение одиннадцатой главы Откровения.

Затем я услышал от этих насмешников уже нешуточные обвинения в мой адрес, в частности такие: "Как можно, - говорили они, - каяться без веры? Как можно почитать Христа-человека подобно Богу? Если нам свободно дано спасение без всякой заслуги с нашей стороны, к чему нам еще что-то, кроме веры в то, что Бог Отец послал Своего Сына, чтобы снять проклятие, наложенное законом, вменить нам Его заслугу и, таким образом, оправдать нас в Его глазах, отпустить нам грехи через священника, а затем дать нам Духа Святого, который будет делать через нас добро? Разве не подтверждает все это Святое Писание, равно как и рассудок?" Толпа, стоявшая вокруг, встретила эти слова рукоплесканием.

Слыша все это, я не мог возразить, поскольку лежал при смерти. Но по прошествии трех с половиной дней мой дух ожил, и я пошел по улицам города, говоря: "Покайтесь и верьте в Христа, и ваши грехи будут прощены вам, и вы будете спасены; а иначе - погибнете. Не проповедовал ли Сам Господь покаяние для прощения грехов, и чтобы верили в Него? Не велел ли Он и своим ученикам проповедовать то же самое? Не ведет ли догма вашей веры к полному безразличию к вашему образу жизни?"

"Что за бессмыслица!" - сказали они. "Разве Сын не совершил искупления? Разве Отец не вменил его нам? Он оправдывает нас, верящих в это. Посему нас ведет дух милости. Какой же грех в нас? И что нам смерть? Ты, проповедник греха и покаяния, понимаешь ли сию Благую Весть?

Тогда с небес раздался голос: "Какая вера может быть у нераскаявшегося, если не мертвая? Конец пришел, конец пришел всем вам, беспечным, безупречным в собственных глазах, оправдавшимся собственной верой сатанам". При этом посреди города вдруг разверзлась пропасть, которая расширялась и расширялась, поглощая падавшие в нее один за другим дома; и тут же из этой бездны хлынули потоки воды, затопившие опустошенный город.

После того, как всех их, по внешней видимости, поглотил и скрыл под собой потоп, я захотел узнать, что с ними стало в этой пучине, и с небес мне было сказано: "Ты увидишь и услышишь".

Тогда вода, затопившая их, расступилась перед моими глазами, потому что воды в духовном мире представляют собой соответствия, и поэтому появляются вокруг тех, чьи убеждения ложны. Я увидел их на песчаном дне, усыпанном грудами камней, среди которых они носились туда-сюда, сетуя на то, что их изгнали из их великого города.

Повсюду раздавались крики и причитания: "За что это нам? Ведь мы через веру нашу чисты, непорочны, праведны и святы! Разве мы не очищены, не омыты, не оправданы и не освящены нашей верой?" Другие кричали: "Неужели наша вера не сделала нас достойными того, чтобы предстать перед Богом Отцом, и перед ангелами выглядеть, считаться и быть признанными, как чистые, непорочные, праведные и святые? Разве не было для нас исполнено примирение, умилостивление и искупление, чтобы мы стали невиновными, омытыми и свободными от грехов? Не снял ли Христос с нас осуждение закона? Почему же нас сбросили сюда, как проклятых? Мы слышали, как какой-то дерзкий человек обвинял наш великий город в грехе, говоря: "Верьте в Христа и покайтесь!" Как же мы не верили в Христа, если мы верили в Его заслугу? Разве мы не каялись, когда признавались в том, что грешны? За что же нам все это?"

Но тут неподалеку послышался голос: "Да знаете ли вы хоть один из своих грехов? Вы хоть раз исследовали себя, чтобы затем воздержаться от какого-либо зла, поскольку оно есть грех против Бога? Кто не воздерживается от греха, тот остается в нем. Грех - это дьявол, не так ли? Итак, это о вас говорит Господь:

Тогда станете вы говорить: мы ели и пили пред Тобой, и на улицах наших учил Ты. Но Он скажет: говорю вам, не знаю, откуда вы; отойдите от Меня все, делающие беззаконие. Лука 13:26,27; то же описано и в Матф. 7:22,23.

Поэтому убирайтесь каждый к себе. Вот входы в пещеры; идите туда. Каждому из вас там будет дана своя работа, а еду вам будут давать соразмерно ее выполнению. Если же вы откажетесь, голод вскоре все равно заставит вас работать".

Вслед за тем с небес раздался громкий голос, говоривший тем, которые находились на поверхности земли вне того великого города (они также упомянуты в Откр. 11:13): "Берегитесь! Берегитесь общения с такими людьми. Разве вы не понимаете, что нечистыми и порочными людей делает различное зло, которое называется грехами и беззакониями? Как же можно очиститься от них, если не подлинным покаянием и верой в Господа Иисуса Христа? Подлинное покаяние - это исследование себя, познание и признание своих грехов, обвинение себя в них и исповедание перед Господом, обращение к Нему с просьбой помочь и дать сил противостоять им, с тем, чтобы в дальнейшем воздерживаться от них и вести новую жизнь, делая это словно бы сам по себе. Делайте так раз или два в году, когда приступаете к Святому Причастию, а затем, какой бы грех из тех, в которых вы уличили себя, не пришел вам на ум, говорите себе: "Мы не хотим делать этого, потому что это - грех перед Богом". Вот подлинное покаяние.

Кто неспособен понять, что человек, не исследующий себя и не видящий своих грехов, остается в них? Ведь с рождения человеку всякое зло приятно. Приятно мстить, блудить, мошенничать, богохульствовать, а в особенности повелевать другими из любви к себе. Не служит ли удовольствие помехой тому, чтобы видеть все это, как грехи? И если даже кто-то скажет, что это грехи, не заставляет ли удовольствие, которое они дают, найти их извинительными, или даже, используя ложные доводы, доказывать, что это вовсе не грехи? Так вы остаетесь в них, и совершаете их чем дальше, тем больше; и это продолжается до тех пор, пока вы не узнаете, что такое грех, точнее, что грех вообще существует. Дело обстоит по-другому у того, кто действительно покаялся. Те виды зла, которые он осознал и признал, он называет грехами, и поэтому начинает избегать их и испытывать к ним отвращение; в конце концов, он находит их удовольствия противными. Когда это происходит, он уже видит, что такое добро, любит его, и наконец, чувствует его удовольствие, то удовольствие, которое испытывают ангелы на небесах. Словом, насколько человек бросает дьявола позади, настолько Господь принимает его, учит и ведет, удерживая от зла и сохраняя в добре. Вот путь, и единственный путь, из ада в небеса".

Удивительно, что у Реформированных есть какое-то прирожденное сопротивление, неприятие и отвращение относительно настоящего покаяния. Оно настолько сильно, что они не могут решиться исследовать себя, чтобы увидеть свои грехи и признаться в них перед Богом. Их охватывает своего рода страх, когда они намереваются это сделать. В духовном мире я многим задавал вопросы на эту тему, и все они отвечали, что это выше их сил. Услышав, что Римские Католики, оказывается, делают это, то есть, исследуют себя и открыто исповедуют свои грехи перед монахом, они были очень удивлены. Они сказали также, что Реформированные неспособны даже проделать это тайно, перед Богом, хотя такая обязанность в равной степени возложена и на них, когда они приступают к Святому Причастию. Некоторые люди хотели узнать, почему это так, и нашли, что причиной того, что они не покаялись и что сердца их таковы, является их учение об одной вере. Им затем позволено было увидеть, что те из Римских Католиков, которые поклонялись Христу и не призывали святых, спасаются.

Вслед за этим ударил гром, раздался голос с небес, и было сказано: "Мы в изумлении. Скажи собранию Реформированных: "Верьте в Христа, покайтесь, и будете спасены"". Я сказал и добавил: "Крещение разве не являет собой таинство покаяния? И не поэтому ли оно есть введение в церковь? Что еще могут пообещать крестные родители за того, кто крестится, кроме отречения от дьявола и его дел? Святое Причастие не является ли таинством покаяния? И не поэтому ли оно есть введение в небеса? Разве не говорят приобщающимся во что бы то ни стало покаяться, прежде чем они придут? Катехизис всеобщее учение в Христианских церквях, но разве он не учит покаянию? Ведь сказано же в нем, в шести заповедях второй скрижали: "Не делай таких-то злых дел", но не сказано: "Делай такие-то добрые дела". Из этого вы можете понять, что как только человек отрекается и отвращается от зла, он стремится к добру и любит его; но до этого он не знает ни что такое добро, ни даже что такое зло".

568. Второй опыт.

Каждый религиозный и мудрый человек хочет знать, какой его жизнь будет после смерти. Поэтому я приведу здесь общее описание, чтобы это стало известно.

После смерти каждый, когда он осознает, что жив, но находится в другом мире, и ему говорят, что над ним небеса с их вечными радостями, а под ним ад с его вечными скорбями, сначала возвращается в то внешнее состояние, в котором он был в прежнем мире. При этом он думает, что обязательно попадет в небеса, говорит умно и ведет себя благоразумно. Одни говорят: "Мы жили нравственной жизнью, наши намерения были честными, и мы не делали зла умышленно". Другие говорят: "Мы исправно ходили в церковь, слушали обедни, целовали святыни, усердно молились, стоя на коленях". А некоторые говорят: "Мы подавали бедным, помогали нуждающимся, читали благочестивые книги, в том числе Слово", и тому подобное. Когда такие люди как-то сделали подобные заявления, ангелы, находящиеся рядом с ними, сказали им: "Все перечисленное вы делали внешне; тем не менее, вы не знаете, каковы вы внутренне. Теперь вы духи с осязаемым телом, а дух - это ваш внутренний человек. Именно он в вас думает то, что хочет, и хочет то, что любит, что составляет удовольствие его жизни. С раннего детства каждый начинает свою жизнь с внешнего уровня. Он учится вести себя нравственно, говорить разумно, а когда у него образуются понятия о небесах и их блаженстве, начинает молиться, ходить в церковь и соблюдать обряды. Но в глубине души он все равно хранит все виды зла, происходящие от их врожденного начала. Он искусно скрывает их еще и рассуждениями, основанными на ложных понятиях, до тех пор, пока не узнает, что зло есть зло. При этом, поскольку оно окутано или укрыто, как бы пылью, он больше уже не думает о нем, заботясь только о том, чтобы они не стали видны миру. Внимание его приковано лишь к внешне нравственной жизни, и он становится двойственным: овцой - во внешнем, волком - во внутреннем. Он становится подобным золотой шкатулке с ядом внутри, или человеку с дурным запахом изо рта, который держит во рту что-нибудь вкусно пахнущее, чтобы окружающие не чувствовали неприязни; или еще мышиной шкурке, пропитанной ароматами.

Вы говорите, что жили нравственной жизнью, и стремились к богоугодным занятиям. Но ответьте, вы когда-нибудь исследовали своего внутреннего человека, и стало ли вам известно о каких-либо стремлениях к мести, вплоть до убийства, о стремлениях потакать своим похотям, вплоть до прелюбодеяния, к мошенничеству, вплоть до воровства, к лжи, вплоть до лжесвидетельства? Четыре из Десяти Заповедей содержат повеления "Не делай...", а две последние - "Не пожелай...". Вы действительно думаете, что ваш внутренний человек похож на внешнего? Если так, я думаю, что вы, возможно, ошибаетесь".

На это они возразили: "Что такое внутренний человек? Разве он не то же самое, что и внешний? Наши священники говорили нам, что внутренний человек - это не что иное, как вера, а почтительность в словах и нравственность в жизни - это ее признак, потому что в этом проявляется ее действие".

Ангелы ответили: "Спасительная вера - во внутреннем человеке, а вместе с ней и милосердие, и в них - источник Христианской правоверности и нравственности во внешнем человеке. Однако, если упомянутые стремления остаются во внутреннем человеке, то есть в воле, а значит, в мыслях, и поэтому вы любите эти стремления внутренне, но иначе действуете и говорите внешне, то у вас зло стоит выше добра, а добро - ниже зла. Таким образом, как бы ни казалось, что вы говорите по разуму и действуете по любви, внутри вас - зло, которое, как мы сказали, спрятано. В этом состоянии вы подобны хитрым обезьянам, подражающим человеку, но лишенным человеческого сердца.

Вы ничего не знаете о вашем внутреннем человеке, потому что не исследовали себя и не покаялись. Вы вскоре увидите, каков ваш внутренний человек, ведь он будет оставлен вам, когда вы сбросите с себя внешнего. Когда это произойдет, ваши товарищи не узнают вас, да вы и сами себя не узнаете. Нам доводилось видеть, как дурные люди, выставлявшие себя нравственными, выглядели дикими зверьми, смотрели на ближних свирепым взором, пылали кровожадной ненавистью и проклинали Бога, которому раньше поклонялись во внешнем человеке".

Услышав это, они ушли; ангелы сказали им вдогонку: "Вы увидите, какова будет ваша жизнь впоследствии, ведь скоро вместо отнятого внешнего человека у вас будет внутренний, который пока остается вашим духом".

569. Третий опыт.

Каждая любовь в человеке дает приятное чувство, благодаря которому она ощущается. Оно передается непосредственно духу, а из него переходит в тело. Удовольствие любви человека, наряду с красотой его мысли, составляет его жизнь. Эти удовольствия и красоты лишь смутно ощущаются человеком, пока он живет в природном теле, потому что это тело поглощает и притупляет их. Но после смерти, когда это материальное тело отнимается у него, и дух, таким образом, лишается своего покрова, или одежды, удовольствия его любви и красоты его мысли чувствуются и воспринимаются во всей полноте. И что удивительно, они воспринимаются иногда, как запахи. Из-за этого все в духовном мире соединяются в общества в соответствии с видами своей любви: те, кто в небесах - по своей любви, те, кто в аду - по своей.

Все запахи, в которые превращаются удовольствия любви в небесах, представляют собой благоухания, сладкие ароматы, чудесные веяния и нежные испарения, которые бывают в садах, цветниках, полях и лесах утром весенней порой. А те запахи, в которые превращаются удовольствия любви обитателей ада, воспринимаются, как тухлые, отвратительные, гнилые зловония, подобные исходящим от выгребных ям, трупов и прудов, полных отбросов и нечистот. Интересно, что для дьяволов и сатан эти запахи, как бальзам, духи или благовония, которые освежают их ноздри и сердца. Животным, птицам и насекомым в природном мире тоже дано объединяться между собой по запаху, но человеку не дано, пока он не сбросит с себя свое тело.

Вот почему небеса устроены самым совершенным образом в соответствии со всем разнообразием любви к добру, а ад, наоборот, в соответствии со всеми разновидностями любви к злу. Из-за этой противоположности и располагается между небесами и адом непроходимая пропасть. Ибо ангелы небесные не выносят никакого запаха из ада, потому что он вызывает у них тошноту и рвоту, и может привести к обмороку, если они вдохнут его. То же самое случается с обитателями ада, если они заходят далее середины этой пропасти.

Я увидел однажды дьявола, выглядевшего издали леопардом. За несколько дней до этого я видел его среди ангелов нижних небес, потому что он знал, как маскироваться под ангела света. Он пересек ту пограничную черту, и находился теперь между двумя маслинами, не замечая никакого запаха, угрожающего его жизни, поскольку рядом не было ангелов. Но как только они приблизились, его охватили судороги, и он упал на землю, скорчившись всем телом. Он казался огромной змеей, свившейся кольцами, а потом ускользнувшей в пропасть. Его подобрали друзья и унесли в пещеру, где гадкий запах его удовольствий вернул его к жизни.

В другой раз я увидел сатану, которого наказывали его товарищи. Я спросил, за что, и мне сказали, что он, заткнув ноздри, ходил к тем, кто пахнет небесами, и вернулся с этим запахом на одежде. Много раз случалось, что трупная вонь, поднимавшаяся из открытой пещеры в аду, врывалась мне в ноздри, вызывая приступ тошноты.

Все изложенное может служить обоснованием того, почему в Слове обоняние означает восприятие. Во многих его местах говорится о том, что Иегова вдыхает угодный Ему запах жертвоприношений; и что масло для помазания и воскурений делалось из ароматических веществ. С другой стороны, Детям Израиля повелевалось выносить все нечистое за пределы своего стана, и там, вырыв яму, закапывать свои нечистоты (Втор. 23:12,13). Причина в том, что стан Израиля символизировал небеса, а пустыня вокруг него - ад.

570. Четвертый опыт.

Однажды я беседовал с новоприбывшим духом, который много времени, еще живя в мире, посвятил размышлениям о небесах и об аде. Под новоприбывшими духами подразумеваются те, что недавно умерли, а духами они называются потому, что они становятся духовными людьми. Как только он попал в духовный мир, он сразу стал подобным же образом раздумывать о небесах и об аде; при этом ему становилось радостно, когда он думал о небесах и грустно, когда он думал об аде. Поняв, что он находится в духовном мире, он немедленно принялся расспрашивать, где небеса, где ад, что они собой представляют, и чему они подобны.

Ему ответили: "Небеса - над твоей головой, ад - у тебя под ногами, ведь ты сейчас находишься в мире духов, который как раз между небесами и адом. Но невозможно в нескольких словах описать, что такое небеса, и чему они подобны, а равно и что такое ад, и чему он подобен".

Тогда в страстном желании это узнать он упал на колени и горячо молился Богу о наставлении. В то же мгновение справа от него явился ангел, который поднял его и сказал: "Ты молил дать тебе наставление о небесах и об аде. Выспроси и узнай, что такое удовольствие, и будешь знать". С этими словами ангел исчез.

Тогда новоприбывший дух сказал себе: "Что бы это могло значить: выспроси и узнай, что такое удовольствие, и будешь знать, что такое небеса и ад, и как они выглядят?" Он покинул свое пристанище и пустился путешествовать, спрашивая всех встречных: "Будьте добры, скажите, что такое удовольствие?" "Что за вопрос? - Говорили некоторые. - Каждый знает, что такое удовольствие. Радость и счастье - что же еще? Удовольствие есть удовольствие. Всегда одно и то же. Мы не можем его определить".

Другие сказали: "Удовольствие - это веселье ума, ведь если ум весел, то на лице - улыбка, речь полна шуток, на сердце легко, и человек доволен". А кто-то сказал: "Удовольствие состоит лишь в том, чтобы пировать и вкушать лакомства, пить и пьянеть от благородного вина, а затем заниматься беседами на различные темы, особенно о забавах Венеры и Купидона".

Выслушав все это, новоприбывший дух рассердился и сказал про себя: "Это ответы деревенщин, а не образованных людей. Такие удовольствия - это не небеса и не ад. Вот бы мне встретить какого-нибудь мудреца". Покинув этих людей, он стал расспрашивать, где есть мудрые.

Затем его увидел ангельский дух, который сказал ему: "Я понял, что ты горишь желанием знать, что самое общее в небесах и что самое общее в аду. Это - удовольствие. Итак, я возьму тебя с собой на возвышенность, где каждый день собираются те, что ищут следствия, те, что вникают в причины, и те, что исследуют конечные цели. Ищущие следствия называются знающими духами, или воплощениями Знания. Вникающие в причины называются умными духами, или воплощениями Ума. Исследующие конечные цели называются мудрыми духами, или воплощениями Мудрости. Прямо над ними в небесах находятся те ангелы, которые видят по конечным целям причины, а по причинам следствия; благодаря этим ангелам просвещаются все три собрания".

С этими словами он взял духа-новичка за руку и отвел его на пригорок, где собрались те, кого называют мудрыми, которые исследуют конечные цели. "Простите, что взошел сюда, к вашему собранию, - сказал им дух, - но дело в том, что с раннего возраста я размышлял о небесах и об аде. Я недавно в этом мире, и некоторые из тех людей, что встретились мне, говорили, что небеса здесь над головой, а ад - под ногами; однако они не сказали мне, что они собой представляют и чему они подобны. Постоянные мысли об этом не давали мне покоя, и я молился Богу. Тогда ко мне явился ангел и сказал: "Расспроси и узнай, что такое удовольствие, и будешь знать". Я расспрашивал, но тщетно. Поэтому прошу, расскажите, будьте добры, что такое удовольствие".

Мудрые ответили: "Удовольствие составляет все в жизни, как для тех, кто в небесах, так и для тех, кто в аду. Те, кто в небесах, испытывают удовольствие от добра и истины, а те, кто в аду - удовольствие от зла и лжи. Ибо всякое удовольствие относится к любви, а любовь есть само существо человеческой жизни. Поэтому, раз человек есть человек в зависимости от того, какова его любовь, то и от того, каковы его удовольствия. Чувство удовольствия создается деятельностью любви. В небесах ее деятельность сопровождается мудростью, а в аду - безумством. Деятельность всегда порождает удовольствие в том, в ком она осуществляется. Но небеса и ады испытывают разного рода удовольствия; небеса любят добро, и поэтому испытывают удовольствие, творя добро, а ады любят зло и испытывают удовольствие, творя зло. Итак, если ты знаешь, что такое удовольствие, ты узнаешь и что такое небеса и ад, и каковы они.

Но расспроси и узнай об удовольствии у тех, что вникают в причины; они называются умными. Они находятся, как выйдешь от нас, направо".

Выйдя, он пошел в другое собрание, объяснил, зачем он пришел, и попросил рассказать ему, что такое удовольствие. Эта просьба их обрадовала, и они сказали: "Это правда, если знаешь о том, что такое удовольствие, то знаешь и о том, что такое небеса и ад, и чему они подобны. Воля, благодаря которой человек является человеком, ни на шаг не двинется без удовольствия. Ведь воля сама по себе - не что иное, как склонность какой-нибудь любви, а значит - какого-нибудь удовольствия. Ибо желание порождается каким-либо удовольствием и последующим удовлетворением; а поскольку именно воля заставляет разум мыслить, ни малейшей мысли не бывает без удовольствия, которое оказывает свое влияние из воли. Причиной тому служит наитие, которым Господь приводит в действие все, что есть в душе и уме ангелов, духов и людей. Такое действие вызывается притоком любви и мудрости, и в этом заключается наитие, которое и является на самом деле деятельностью, порождающей всякое удовольствие. В своих началах оно называется блаженством, счастьем и наслаждением, а в своих проявлениях - приятностью, прелестью и удовольствием, в общем же смысле, благом. Духи ада переворачивают в себе все наоборот, превращая добро в зло, а истину в ложь, однако удовольствие остается удовольствием. Ибо без постоянного удовольствия у них не было бы воли, а поэтому ни чувств, ни жизни вообще. Отсюда понятно, каково удовольствие ада, а также небес, и чему они подобны".

После того, как он это выслушал, его проводили в третье собрание, где искали следствия те, что назывались знающими. Они сказали: "Сойди на нижнюю землю и взойди на верхнюю землю; там ты познаешь и почувствуешь удовольствия небес и ада".

Тут на некотором расстоянии разверзлась земля, и через образовавшуюся расщелину вышли три дьявола, как бы горящие с виду из-за удовольствия своей любви. Ангелы, сопровождавшие духа-новичка, понимали, что эти три дьявола с умыслом были подняты из ада, и крикнули им: "Не подходите ближе, а расскажите оттуда что-нибудь о ваших удовольствиях".

"Вы, наверное, знаете, - сказали те в ответ, - что каждый, называют ли его добрым или злым, испытывает свое собственное удовольствие, так называемый добрый - свое, а так называемый злой - свое".

"В чем же ваше удовольствие?" - спросили их. Они сказали, что удовольствие их состоит в распутстве, мщении, мошенничестве и богохульстве. Тогда их спросили, чему подобны их удовольствия. Они сказали, что со стороны они воспринимаются, как зловоние испражнений, трупная вонь и гнилостный запах от луж с мочой. "И вам кажется все это приятным?" - спросили их. "В высшей степени", - ответили они. "Тогда, сказали им, - вы подобны грязным животным, которые живут в таких же условиях". "Ну, подобны - так подобны. Тем не менее, именно эти условия услаждают наше дыхание", - ответили они.

"Что еще можете вы рассказать?" - спросили их. Они ответили, что каждому позволено испытывать свое собственное удовольствие, даже самое мерзкое с точки зрения других, если он не тревожит добрых духов или ангелов. "Но поскольку наши удовольствия не позволяют нам не тревожить их, нас отправляют в рабочие лагеря, где с нами жестоко обращаются. Там нас лишают наших удовольствий и запрещают их, и это называется адскими мучениями; они представляют собой своего рода внутреннюю боль".

"Зачем же вы тревожите добрых людей?" - спросили их. Они сказали в ответ, что не могут ничего поделать. "Какое-то бешенство одолевает нас, когда мы видим ангела, или ощущаем Божественную сферу Господа вокруг него". "Так вы тогда и в самом деле дикие звери", - сказали мы, услышав это.

Немного позже, увидев духа-новичка в окружении ангелов, эти дьяволы пришли в безумие, которое выглядело, как пламя ненависти. И чтобы они не сделали чего-нибудь плохого, их бросили обратно в ад. Потом появились ангелы, которые видели по конечным целям причины, а по причинам следствия, из небес, расположенных над теми тремя собраниями. Они казались окруженными сиянием света. Этот свет, спускаясь вниз серпантином, принес с собой венок цветов, и возложил его на голову новоприбывшего духа. Затем из света раздался голос: "Эти лавры даны тебе, потому что с ранних лет ты размышлял о небесах и об аде".

Глава 10.

Преобразование и Возрождение.

571. Рассмотрев покаяние, перейдем к следующему по порядку, к преобразованию и возрождению, поскольку они следуют за покаянием, и при помощи покаяния осуществляются шаг за шагом. Есть два состояния, в которые человек должен войти и пройти через них, чтобы стать из природного духовным. Первое состояние называется преобразованием, второе возрождением. В первом состоянии человек смотрит из своего природного человека на своего духовного человека, и жаждет стать духовным; во втором состоянии он становится духовно-природным. Первое состояние образуется при помощи истин, которые должны стать частью веры; они позволяют человеку рассмотреть милосердие. Второе состояние образуется различными видами добра, составляющими милосердие, посредством которых человек входит в истины веры. Иначе говоря, первое состояние - это состояние мышления разума, а второе - состояние любви воли. Когда возникает и развивается это второе состояние, происходят перемены в уме; а именно, в уме изменяется порядок вещей, в результате чего теперь уже любовь воли проникает в разум, управляет им и ведет его, и он уже мыслит в согласии и соответствии с этой любовью. Насколько, таким образом, добро любви играет при этом ведущую роль, а истины веры занимают второе место, настолько человек становится духовным человеком и новым созданием. Тогда он действует по милосердию, а говорит по вере; он чувствует добро милосердия и постигает истины веры; он - в Господе, и в состоянии мира, а значит, возрожден.

Любой человек, при жизни в мире вошедший в первое состояние, после смерти может быть введен во второе. Но того, кто не вошел в первое состояние при жизни в мире, после смерти невозможно ввести во второе, и поэтому он не может возродиться. Эти два состояния можно сравнить с тем, как постепенно возрастают свет и тепло весенним днем. Первое состояние можно сравнить с предрассветными сумерками и первыми петухами, второе - с утром и восходом солнца; развитие второго состояния можно сравнить с тем, как день, светлея и теплея, движется к полудню. Это можно также сравнить с урожаем, который начинается с побегов, затем вырастает в ости и колосья, и наконец, становится зернами в них. И еще с деревом: сначала оно прорастает из семени, затем становится стеблем, пускающим ветви, которые покрываются листьями; а потом распускаются цветы, внутренняя часть которых служит началом плодов. Когда же плоды созревают, они дают новые семена, свое потомство. Первое состояние, преобразования, можно сравнить кроме того, с состоянием шелковичного червя, когда он вырабатывает в себе шелковую нить, и оборачивается ею. А после того, как эта нелегкая работа завершена, он вылетает в воздух и питается уже не листьями, как раньше, а нектаром цветов.

LXII Тот, кто не родится заново и не будет как бы снова создан, не может войти в царство Божье.

572. Тот, кто не родится заново, не может войти в царство Божье; этому учит Господь у Иоанна в следующем отрывке:

Иисус сказал Никодиму: истинно, истинно (аминь, аминь) говорю тебе, если человек не родится заново, не может увидеть царства Божьего. И далее: истинно, истинно говорю тебе, если кто не будет рожден от воды и духа, не может он войти в царство Божье. Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от духа есть дух. Иоанн 3:3,5,6.

Царство Божье означает как небеса, так и церковь, потому что царство Божье на земле - это церковь. Это относится и к другим местам, в которых упоминается царство Божье, например: Матф. 11:11; 12:28; 21:43; Лука 4:43; 6:20; 8:1,10; 9:11,60,62; 17:21; и в других местах. Родиться от воды и духа - означает: посредством истин веры и жизни по ним. Что вода означает истины, об этом см. Апокалипсис открытый (AR) 50, 614, 615, 685, 932. Дух означает жизнь по Божественным истинам, что ясно из слов Господа у Иоанна (6:63). "Аминь, аминь" - означает, что сказанное есть истина; Господь потому и повторял так часто эти слова, что Он есть сама истина. Его Самого также называли Аминь (Откр. 3:14). Возрожденные называются в Слове сынами Божьими и рожденными Богом; возрождение описывается новым сердцем и новым духом.

573. Поскольку "быть созданным" означает "быть возрожденным", то о рожденном заново говорится, что он как бы вновь создан. Что таково значение понятия "быть созданным" в Слове, доказывается, помимо многих других, следующими отрывками:

Сердце чистое сотвори мне, Боже, и дух непоколебимый обнови внутри меня. Пс. 50:12.

Отверзаешь руку Твою - насыщаются благом, посылаешь дух Свой создаются. Пс. 103:28,30.

И люди, которые будут созданы, восхвалят Иегову. Пс. 101:19.

Вот, Я сотворю Иерусалим, который будет весельем. Исаия 65:18.

Так говорит Иегова, Создатель твой, Иаков, устроивший тебя, Израиль, Я искупил тебя. Каждый, кто называется именем Моим, того я сотворил для славы Моей. Исаия 43:1,7.

Чтобы увидели, познали, вняли и уразумели, что Святой Израилев создал это. Исаия 41:20.

Свидетельством этому служат также те места, где Господь называется Творцом, Создателем и Устроителем. Из всего этого становится понятным смысл наказа, данного Господом своим ученикам:

Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всякой твари. Марк 16:15.

Тварями обозначаются здесь все, кого можно возродить; то же в Откр. 3:14; 2 Кор. 5:16,17.

574. Все разумные соображения говорят в пользу того, что человек нуждается в возрождении. Ведь при рождении он принимает от родителей зло всякого рода, находящееся в его природном человеке, который представляет собой полную противоположность духовному человеку. Тем не менее, от рождения он предназначен для небес, но не может достичь небес, не став духовным; духовным же можно стать, только возродившись. Отсюда неизбежно следует, что природный человек с его стремлениями должен быть покорен, подчинен и перевернут с головы на ноги; иначе человек и на шаг не сможет приблизиться к небесам, а вместо того ад будет затягивать его все глубже и глубже. Это ясно видит каждый, кто верит в то, что при рождении получил всякого рода зло, и признает существование добра и зла, противоположных друг другу, а также верит в жизнь после смерти, в небеса и ад, и в то, что зло образует ад, а добро образует небеса. Природный человек, рассмотренный сам по себе, качествами своими ничуть не отличается от животного. Он так же дик, однако это относится только к его воле. В отношении разума, тем не менее, он отличается от животного, поскольку разум может вознестись над пристрастиями воли, и не только видеть их, но и сдерживать. Поэтому-то человек может разумом своим мыслить, а с помощью мышления - говорить, а животное не может.

Что представляет собой человек при рождении, и каким он может стать, если не будет возрожден, можно видеть на примере разного рода зверей. Он может быть тигром, пантерой, леопардом, диким кабаном, скорпионом, тарантулом, гадюкой, крокодилом и так далее. Итак, если его возрождением не превратить в овцу, кем он может стать, если не дьяволом среди дьяволов в аду? Если людей в таком состоянии не будут удерживать цепи закона, разве не набросятся они по своей врожденной свирепости друг на друга, не устроят резню и не разденут друг друга до нитки? Много ли людей не были с рождения сатирами и приапами, или четвероногими ящерицами? И каждый, кто был подобен этим животным и не возрожден, становится потом обезьяной. Таковы последствия внешней нравственности, которая необходима людям, чтобы прикрыть свое внутреннее.

575. Описание человека, который не был возрожден, можно дополнить следующими сравнениями и подобиями у Исаии:

Завладеют ею (землей Едома) пеликан и ястреб, филин и ворон будут жить в ней. И будет протянута по ней веревка разорения и отвес запустения. И зарастут дворцы ее терновником, твердыни - крапивой и колючками; и будет она жилищем драконов, прибежищем страусов. Там будут встречаться циимы с оимами, и сатир будет находить себе подобного; демон пустыни будет отдыхать там. Дрозд совьет там себе гнездо, будет класть яйца, находить пищу и выводить детей под тень свою. Там же и коршуны будут собираться один к другому.52 Исаия 34:11,13-15.

LXIII Новое рождение может осуществить лишь Господь с помощью двух средств - милосердия и веры, и при содействии самого человека.

576. Из тех доказательств, что были приведены в главах о милосердии и вере, следует, что Господь осуществляет возрождение через милосердие и веру; в частности, из утверждения, что Господь, милосердие и вера составляют единое целое, как жизнь, воля и разум, и если их разделить, то каждое в отдельности разрушается, как жемчужина, которая крошится в пыль. Милосердие и вера называются средствами, потому что они соединяют человека с Господом, благодаря чему милосердие и является милосердием, а вера верой. А соединение это возможно, только если человек принимает участие в своем возрождении; вот почему мы говорим: при содействии самого человека. В предыдущих разделах много раз обсуждалось сотрудничество человека с Господом. Однако, поскольку ум человеческий устроен так, что не может не воспринимать это действие, как совершаемое человеком при помощи собственных способностей, необходимы дополнительные пояснения на эту тему.

Любое движение, а значит и любое действие, содержит активное и пассивное начала. То есть активное воздействует на пассивное, которое действует благодаря активному. Вместе они производят действие. Это можно сравнить с мельницей, приводимой в движение ее колесом, каретой, которую тянут лошади, движением под воздействием прилагаемого усилия, следствием, порождаемым причиной, силой инерции, возникающей под воздействием движущей силы, и вообще, с любой посредствующей частью, приводимой в движение главной частью. Всем известно, что вместе они совершают единое действие. В случае милосердия и веры действует Господь, а человек действует, повинуясь Господу, ибо активное Господа располагается в пассивном человека. Поэтому способность правильно действовать - от Господа, а желание так действовать - как бы от человека, потому что он наделен свободой воли. Благодаря ей он может действовать заодно с Господом, и таким образом соединяться с Ним, или действовать силами ада, внешними по отношению к нему, и этим отделять себя от Господа. Под сотрудничеством здесь понимается действия человека в гармонии с действиями Господа. Чтобы это стало еще понятней, ниже будут приведены другие сравнения.

577. Из сказанного следует еще и то, что Господь непрерывно занимается возрождением человека, поскольку Он непрестанно совершает его спасение, а спастись никто не может, пока не возрожден, как об этом сказал Господь у Иоанна:

Кто Не родится свыше, не может увидеть царства Божьего. Иоанн 3:3,5,6.

Возрождение поэтому служит средством спасения, а милосердие и вера средствами возрождения. Понятие о том, что возрождение является следствием веры, которой придерживается современная церковь, без всякого содействия со стороны человека, - полное безумие.

Действие и содействие, как они были здесь описаны, можно наблюдать во всем, что хоть как-нибудь действует или движется. Таково действие и содействие сердца и любой из его артерий. Сердце действует, а артерии, благодаря своим стенкам и оболочкам, содействуют; и таким образом происходит кровообращение. Подобно тому и легкие. Воздух воздействует своим давлением, зависящим от высоты, благодаря чему сначала легкие содействуют ребрам, а затем ребра содействуют легким. Так дышит каждая оболочка в теле. Так оболочки мозга, плевра, брюшина, диафрагма и все остальные оболочки внутренних органов, а также их составляющих, действуют и испытывают воздействие, сотрудничая между собой, поскольку они упругие. Благодаря этому они существуют и поддерживаются в своем существовании. То же самое происходит и в любом волокне, любом нерве и любой мышце, и даже в любом хряще. Известно, что в каждом из них есть действие и содействие.

Все чувства тоже являют собой примеры совместного действия, ведь органы чувств, как и двигательные органы, состоят из волокон, оболочек и мышц. Но было бы напрасной тратой времени описывать, как работает каждый из них. Мы знаем, что свет воздействует на глаз, звук - на ухо, запах - на нос, вкус - на язык, и что органы отзываются на все это, давая начало ощущениям. Кто по всему этому не поймет, что если бы не было подобного действия и содействия при втекании жизни в духовный организм мозга, то ни разум, ни воля не могли бы проявить себя? Ибо жизнь от Господа втекает в этот организм, и благодаря его содействию человек понимает то, о чем он думает, а также о чем он судит, к каким выводам приходит и как все это выражается в действии. Если бы все происходящее с ним было лишь действием жизни, а он сам не содействовал бы этому как бы от себя, то он был бы способен мыслить не более, чем деревяшка, или не более, чем здание церкви, когда священник проповедует. В этом случае, из-за отражения звука от дверей, можно, конечно слышать нечто, но это будет эхо, а не речь. Вот на что похож был бы человек, если бы он не содействовал Господу в отношении милосердия и веры.

578. Что собой представлял бы человек, если бы он не содействовал Господу, можно тоже пояснить сравнениями. Когда он воспринимал бы или чувствовал духовное влияние небес или церкви, оно было бы для него чем-то враждебным или неприятным, проникающим в него, вроде гнилостного запаха для носа, нестройного звука для уха, уродливого вида для глаза, или отвратительного вкуса для языка. Если бы удовольствие милосердия и красота веры попали в духовный организм ума тех, чье наслаждение - в зле и лжи, то боли и страдания от вторжения такого рода удовольствия и красоты были бы настолько велики, что в конце концов повергли бы их в обморок. Духовный организм состоит из непрерывных рядов спиралей; в случае с такого рода людьми эти спирали свернулись бы в кольца и перекрутились бы между собой, как змея на муравейнике. Я могу поручиться за истинность сказанного, в силу большого опыта, полученного в духовном мире.

LXIV Поскольку все искуплены, у всех есть возможность возродиться, зависящая у каждого от его состояния.

579. Чтобы это стало понятным, сперва нужно сказать кое-что об искуплении. У Господа было две цели, ради которых Он пришел в мир: отдалить ад от ангелов и людей, и прославить Свое Человеческое. Ибо до прихода Господа ады так выросли, что стали досаждать ангелам небес, и, встав между небесами и миром, отрезали связь Господа с людьми на земле. Таким образом, никакая Божественная истина и никакое Божественное благо не могли дойти от Господа к людям. Вследствие этого человеческому роду угрожало полное проклятие, да и ангелам недолго оставалось жить невредимыми.

Поэтому Господь и пришел в мир отодвинуть ады подальше и снять угрозу проклятия. Он низложил ады и подчинил их Себе, открыв путь к небесам, чтобы в дальнейшем присутствовать рядом с людьми и спасать того, кто живет по Его заповедям. Таким образом Он теперь возрождает и спасает, ибо, кто возрожден, тот спасен. Вот что означают слова: поскольку все искуплены, у всех есть возможность возродиться; а поскольку возрождение и спасение одно и то же, то каждый может спастись. Поэтому учение церкви о том, что никто не мог бы спастись, если бы не пришел Господь, надо понимать так, что никто не мог бы возродиться, если бы не пришел Господь.

Другая цель, с которой Господь пришел в мир, а именно - прославление Его Человеческого, нужна была для того, чтобы посредством нее Господь стал Искупителем, Возродителем и Спасителем навеки. Ибо не надо думать, будто одним-единственным искупительным действием, выполненным в мире, все последующие поколения тоже искуплены, но следует верить, что Господь непременно искупает всякого, кто верит в Него и слушается Его. Подробнее эти вопросы рассмотрены в главе об искуплении.

580. Каждый может быть возрожден в соответствии со своим состоянием; ибо простой возрождается иначе, чем ученый; по-разному возрождаются люди разных занятий и должностей; по-разному - изучающие в Слове внешнее и исследующие внутреннее; те, чье происхождение привело их к природному добру, - иначе, чем те, кого оно привело к злу; погрязшие с детства в мирской суете - иначе, чем те, что удалились от нее рано или поздно. Словом, есть разница между людьми, составляющими внешнюю церковь Господа и составляющими Его внутреннюю церковь. Здесь наблюдается бесконечное разнообразие, такое же, как в лицах и нравах. Тем не менее каждый может быть возрожден и спасен соответственно своему состоянию.

Истинность сказанного можно подтвердить на примере небес, куда попадают все возрожденные. Небес трое: высшие, средние и низшие. В высшие попадают те люди, которые через возрождение обрели любовь к Господу; в средние те, которые обрели любовь к ближнему; в низшие - те, которые проявляли внешнее милосердие, и при этом признавали Господа Богом Искупителем и Спасителем. Все эти люди спасаются, но по-разному.

Все имеют возможность возродиться и спастись по той причине, что Господь присутствует Своими Божественными благом и истиной рядом с каждым человеком. В этом - источник жизни человека, его способности разуметь и желать, и его свободы воли в духовных предметах; никто не лишен этого. И необходимые средства даны: Христианам дано Слово, не-Христианам - еще какая-нибудь религия, которая учит о существовании Бога и имеет заповеди о добре и зле. Отсюда следует, что каждый может спастись. Таким образом, если человек не спасен, не Бога надо винить за это, а человека; и винить его надо за то, что он не содействовал спасению.

581. В главе об искуплении я показал, что искупление и страдание на кресте - это две разные вещи, которые ни в коем случае нельзя путать; и что Господь с помощью и того, и другого взял на Себя власть возрождать и спасать людей. Принятое в современной церкви верование, будто страдание на кресте и было, собственно, искуплением, дало начало густым полчищам ужасных заблуждений о Боге, вере, милосердии, и обо всем остальном, что зависит от этих трех звеньев одной цепи. К примеру, верование в то, что Бог решил проклясть род человеческий, но пожелал вернуться к милости, переложив проклятие на Сына, или посредством того, что Сын взял его на Себя; и что спасается только тот, кому дарована заслуга Христа по предвидению или предопределению. Это заблуждение породило другой догмат их веры, будто бы тот, кому дана эта вера, тут же и возрождается без всякого участия со своей стороны. Говорится даже, что благодаря этому они освобождены от проклятия, наложенного законом, и подчинены уже не закону, а милости, хотя на самом деле Господь говорил, что не сотрет и одной черты из закона (Матф. 5:18,19; Лука 16:17); и повелел Своим ученикам проповедовать покаяние для прощения грехов (Лука 24:47; Марк 6:12). Он говорил также:

Близко царство Божье, покайтесь и верьте в Добрую весть. Марк 1:15.

Добрая весть эта заключается в том, что можно возродиться и поэтому спастись. Этого не могло быть, если бы Господь не совершил искупление, то есть, если бы Он не отнял власть у ада, победив его в битвах, и если бы Он не прославил Свое Человеческое, сделав его Божественным.

582. Подумайте своим умом, и скажите, что было бы с родом человеческим, если бы утвердилась вера современной церкви в то, что люди спасены одним лишь крестным страданием, и что не подвластны проклятию закона те, которым дарована эта заслуга Господа. Подразумевается также, что эта вера, при том, что о ней человек настолько не осведомлен, что даже не знает, есть ли она у него, прощает ему грехи и возрождает его, и если он пытается помогать ее действию, когда она даруется и входит в него, то разрушает эту веру, теряя при этом и свое спасение, потому что смешивает свою собственную заслугу с Христовой. Так вот, я говорю: помыслите разумно, и скажите, не значит ли это, что отвергается все Слово, все учение которого состоит в том, что возрождение осуществляется духовным омовением от грехов и делами милосердия? Во что тогда превращаются Десять Заповедей, начало начал преобразования? Чем оно лучше тогда, чем бумага, которую продают в магазинах, и сворачивают из нее кульки для пряностей? Что есть религия в таком случае, если не оплакивание собственной греховности и просьба к Богу Отцу смилостивиться ради страданий Его Сына, лишь слова молитвы, исходящие из легких, но не дела, совершенные от сердца?

Искупление было бы тогда не более чем папской индульгенцией, или поркой монаха на глазах всего собрания, как это иногда делается. Если бы одна эта вера могла возродить человека, а покаяние и милосердие не играли бы никакой роли, что представлял бы собой его внутренний человек, тот, что продолжает жить после смерти, если не сгоревший город, развалины которого составляют внешнего человека? Или же поле и луг, опустошенные гусеницами или саранчой. Такого рода человек предстает перед ангелами как бы согревшим гадюку на своей груди и завернувшим ее в свою одежду, чтобы ее не видели; или будто бы спящим как овца с волком вместе; или лежащим под великолепным одеялом, в белье, сотканном из паутины. И жизнь после смерти, когда каждый занимает свое место в небесах, смотря по тому, каково было его возрождение, или в аду, смотря по тому, каким образом он отверг возрождение, - жизнь эта была бы тогда не чем иным, как жизнью плоти, такой же, как у рыб или крабов.

LXV Возрождение - точная копия зачатия, вынашивания в утробе, рождения и воспитания человека.

583. Природные и духовные события человеческой жизни, то есть то, что происходит с его телом и с его духом, устроены так, что постоянно соответствуют друг другу. Причина в том, что человек с рождения духовен, потому что такова его душа, и одет в природное, являющееся его материальным телом. Когда же это тело оставляется, он, как душа, облеченная в духовное тело, попадает в мир, где все предметы духовны, и присоединяется к людям, подобным ему самому. Итак, поскольку духовное тело образуется в материальном теле, и образуется оно при помощи истин и благ, которые вливаются в человека от Господа через духовный мир и внутренне принимаются теми его составляющими, которые принадлежат природному миру, и называются гражданскими и нравственными, то очевидно, каким образом образуется это тело. Вследствие того, что имеется, как было сказано, постоянное соответствие между природными и духовными событиями человеческой жизни, его образование должно быть подобно зачатию, вынашиванию в утробе, рождению и воспитанию. Вот почему природное рождение в Слове обозначает рождение духовное, то есть, рождение добра и истины. Ибо, что бы ни упоминалось в Слове в буквальном, или природном смысле, все заключает в себе и означает нечто духовное. В главе о Священном Писании я достаточно полно показал, что каждая частица буквального смысла Слова содержит духовный смысл.

Когда в Слове упоминается природное рождение, речь идет о духовном рождении, что очевидно из следующих отрывков:

Были беременны, рожали, а приносили лишь как бы ветер, пользы не принесли земле. Исаия 26:18.

Перед лицом Господа ты рожаешь, земля. Пс. 113:7.

Рожала ли земля за один день? Прекращу ли Я роды, не дав родить, или дам силу родить, но заключу утробу? Исаия 66:7-10.

Син мучается родами и Но вот-вот будет разнесен на части. Иез. 30:16.

Ефрем постигнут муки роженицы. Он - дитя неразумное, потому что в нужное время не был с сыновьями в утробе. Осия 13:12,13.

Есть еще много подобных мест. Поскольку природное рождение означает в Слове рождение духовное, а это - дело Господа, то Его называют создающим и образующим от чрева матери. Это понятно хотя бы из следующих мест:

Иегова, создавший тебя и образовавший тебя от утробы матери. Исаия 44:2.

Ты, который извел меня из чрева. Пс. 21:10.

На Тебе устоял я от утробы, Ты извел меня из внутренностей матери моей. Пс. 70:6.

Послушайте Меня, выношенные в чреве, рожденные утробой. Исаия 46:3.

Отсюда Господь называется "Отцом" (например, у Исаии 9:6; 63:16; Иоанна 10:30; 14:8,9), а обладающие добром и истиной от Него называются "сыновьями", "от Бога рожденными" и "братьями" друг другу (Матф. 23:8,9). Оттого и церковь называется "матерью" (Осия 2:2,5; Иез. 16:45).

584. Итак, теперь ясно, что есть соответствие между природным и духовным рождением. И благодаря такому соответствию не только можно говорить относительно нового рождения о зачатии, вынашивании в утробе, рождении и воспитании, но такие стадии действительно существуют. Что они собой представляют, будет видно далее в разделе о возрождении. Сейчас скажу только, что человеческое семя зачинается внутренне в разуме, образуется в воле и переносится в яичко, где покрывается природной оболочкой; так оно попадает в утробу, и затем в мир.

Есть, кроме того, соответствие между возрождением человека и всем, что принадлежит к растительному царству. Поэтому-то человек и описывается в Слове, как дерево, истина его - как семя, его добро - как плод. Бесполезное дерево может быть, так сказать, возрождено, и затем давать хорошие плоды и хорошие семена, что ясно на примере прививок и присадок. Несмотря на то, что при этом тот же самый сок поступает от корней через ствол к месту присадки или прививки, он, тем не менее, преобразуется в хороший сок и получается хорошее дерево. Подобное происходит и в церкви с теми, кто прививается к Господу, как Он учил:

Я - лоза, вы - ветви. Тот, кто пребывает во Мне, и Я в нем, приносит много плода. Если кто не пребывает во Мне, он выбрасывается вон, как ветка, и засыхает, и бросают его в огонь. Иоанн 15:5,6.

585. Многие ученые утверждают, что развитие не только деревьев, но и остальных растений, соответствует воспроизведению человека. В качестве дополнения я приведу здесь несколько замечаний на эту тему. У деревьев и других членов растительного царства не два пола - мужской и женский, а один, мужской. Одна земля, или почва, - их общая мать и, так сказать, женщина. Ибо она принимает в себя семена всех растений, раскрывает их, заключает их в себе, как в утробе, вынашивая их, а затем рожает их, то есть выпускает на свет, и далее одевает и кормит.

Раскрывая семя, земля начинает с корней, являющихся как бы сердцем. Через корень от нее принимается и передается сок, подобно крови, и за счет этого образуется тело со своими членами. Тело - это ствол, члены - ветви и прутья. Листья, появляющиеся сразу после рождения, играют роль легких. Ведь точно так же, как сердце без легких не может произвести движение и чувство, которые делают человека живым, так и одного корня, без листьев, недостаточно для того, чтобы дерево или растение росло. Цветы, предшественники плодов, предназначены для очищения сока, крови растений, и отделения более чистых его составляющих от более густых. Когда такой очищенный сок начинает вырабатываться, в их внутренних полостях образуется новый стебелек, по которому должен поступать этот сок в будущий плод, постепенно образующийся и развивающийся на этом стебельке. Плод можно сравнить с яичками, ведь в нем семена вызревают окончательно. Растительная душа, точнее, ее воспроизводящая сущность, внутренне управляющая всякой частицей растительного сока, начало свое берет от тепла духовного мира. Происходя от солнца того мира, оно имеет единственную цель - размножение, и при помощи него - поддержание непрерывности творения. А поскольку по своей сущности это тепло имеет целью воспроизведение человека, оно придает всем своим созданиям некоторое подобие человека.

Не нужно удивляться утверждению, что члены растительного царства - все без исключения мужского пола, и лишь земля, или почва, - их, так сказать, общая мать и женщина. Это можно понять на примере пчел, у которых тоже есть нечто похожее. По наблюдениям Сваммердама, изложенным в его книгах природы53, у пчел только одна общая мать, от которой происходит потомство всего роя. Если у этих маленьких созданий одна общая мать, то почему то же самое нельзя сказать о растениях?

На духовном уровне тоже можно объяснить, каким образом земля может быть общей матерью, исходя из того, что земля в Слове означает церковь, а церковь - наша общая мать, и называется так в Слове. Что земля означает церковь, об этом см. Апокалипсис открытый (285,902), где об этом говорится подробно. Земля же способна проникать во внутреннее семени, до самого его оплодотворяющего начала, извлекать его и переносить, потому что каждая мельчайшая частица земли или песчинка выделяет из своей сущности тончайшие испарения, способные проникать в семя. Это происходит за счет действующей силы тепла духовного мира.

586. Что человек может возродиться только постепенно, можно пояснить на примере любого предмета природного мира. Дерево не может вырасти и стать деревом в один день, а сначала прорастает из семени, потом дает корень, потом побег, который становится стволом, из него вырастают ветви с листьями, и наконец, цветы и плоды. Пшеница и ячмень тоже не дают урожая за один день. Дом не строится за день; так и человек не достигает полного роста за день, тем более полной мудрости. И церковь нельзя за день основать и довести до совершенства. Никакое движение к конечной цели невозможно без начинания. Имеющие другие понятия о возрождении ничего не знают о милосердии и вере, и о том, как они возрастают в сотрудничестве человека с Господом. Все сказанное ясно показывает, что возрождение точная копия зачатия, вынашивания в утробе, рождения и воспитания.

LXVI Первая стадия нового рождения называется преобразованием, и затрагивает разум; вторая называется возрождением и затрагивает волю, а с ней и разум.

587. Поскольку этот и последующие разделы посвящены преобразованию и возрождению, относящимся соответственно к разуму и воле, необходимо знать, чем различаются между собой разум и воля, а написано об этом в п. 397, выше. Поэтому полезно прочитать то, что написано там, а затем уже этот раздел. Там показано, в частности, что зло, приобретаемое человеком при рождении, заложено в воле его природного человека, а воля уже влияет на разум, заставляя его встать на ее сторону и мыслить в согласии с ней. Поэтому, для того, чтобы человек мог быть возрожден, необходимо, чтобы разум был посредствующей причиной в ходе возрождения. Этой задаче служат разнообразные наставления, которые воспринимаются разумом. Поначалу человек получает их от родителей и учителей, затем из чтения Слова, из проповедей, книг и бесед. То, что разум получает из всего этого, называется истинами. Так что все равно, говорим ли мы, что возрождение происходит посредством разума, или посредством истин, принимаемых разумом. Ведь истины учат человека, в кого и во что ему верить, и что ему делать, а значит, чего ему желать. Ибо все, что делает человек, есть действие его воли в соответствии с разумом. Поскольку же воля человека сама по себе есть по рождению зло, а что такое зло, и что такое добро, учит нас разум, и потому возможно желать первого и не желать второго, следовательно, человек должен преобразовываться через разум. До той поры, пока человек видит и признает умом, что зло - это зло, а добро - это добро, и думает, что нужно выбирать добро, его состояние называется преобразованием. Но когда его воля заставляет его избегать зла и делать добро, только тогда начинается состояние возрождения.

588.54 Человеку дана способность возвышать свой разум, и даже до того света, которым наделены ангелы в небесах, с той целью, чтобы он мог видеть, что он должен желать и поэтому делать, для того, чтобы преуспевать в течение временной жизни в мире, и после смерти обрести вечное блаженство. Преуспевание и блаженство приходят к нему, если он приобретает себе мудрость, и содержит у нее в повиновении свою волю. Но если он позволяет своему разуму подчиняться своей воле, то становится неудачником и бедствует. Причина в том, что воля имеет врожденную предрасположенность к различному злу, и даже к чудовищному злу. Поэтому, если не держать волю в руках разума, то человек, оставленный на произвол своей воли, может пойти на любые злодеяния, и его врожденная дикость может заставить его, ради себя самого, грабить и губить всех, кто не благосклонен к нему и не потакает его прихотям.

Более того, если бы разум не совершенствовался отдельно, а уже с его помощью - воля, человек был бы не человеком, а животным. Без такого разделения и возвышения разума над волей он не мог бы ни мыслить, ни говорить осмысленно, а только издавал бы звуки, выражающие его влечения. Он также не мог бы действовать по разуму, а только по инстинкту. И уж тем более не мог бы он познать то, что относится к Богу, и поэтому признать Бога, получив возможность соединиться с Ним и жить вечно. Мышление и желания человека исходят как бы от него самого, и такая видимость является ответной частью этого взаимного соединения. Ведь это соединение невозможно без взаимности, как невозможно всякое соединение активного с пассивным, если нет согласования или сложения их между собой. Один Бог действует, человек же допускает действия над собой, содействуя им со всей внешней видимостью будто бы от себя, хотя внутренне тоже благодаря действию Бога. Должным образом поняв все это, можно увидеть, какова будет любовь человеческой воли, если она возвышена с помощью разума, и какова она, если не возвышена, и отсюда - каков сам человек.

589. Нужно хорошо понимать, что способность возвышать свой разум до уровня разумности небесных ангелов присуща всем людям от сотворения их, как злым, так и добрым; и даже всем дьяволам в аду, ибо все находящиеся в аду были раньше земными людьми. Мне много раз приходилось наблюдать это на живом опыте. Однако, в духовных предметах дьяволы не разумны, а наоборот, охвачены безумием, поскольку желают не добра, а зла. Вследствие этого они испытывают отвращение к знанию и пониманию истин, ведь истины благоприятствуют добру и противятся злу. Отсюда также ясно, что первая стадия нового рождения - это принятие разумом истин, а его вторая стадия это желание действовать по истинам, и наконец, делание их. То же самое, нельзя называть никого преобразованным только потому, что он узнал истины, поскольку способность возвышать свой разум над любовью воли позволяет всем познавать истины, а также говорить о них, учить им и проповедовать их. Человек преобразуется, если у него есть влечение к истине ради самой истины, ибо такое влечение соединяется с волей, а затем, в своем продолжении, соединяет волю с разумом. Вот как начинается возрождение. Дальнейшее течение и развитие возрождения будет описано на следующих страницах.

590. Покажем при помощи сравнений, что представляет собой человек, разум которого возвышен, но не возвышена посредством этого и любовь его воли. Он подобен орлу, парящему в вышине, который, завидев внизу свою добычу, например, кур, молодых лебедей или даже маленьких ягнят, тут же устремляется вниз и растерзывает ее. Он подобен также прелюбодею, который держит блудницу в нижней комнате, поднимаясь время от времени в верхние покои, где в присутствии своей жены ведет разумные беседы с гостями о целомудрии, но иногда покидает их, чтобы удовлетворить внизу похоть со своей наложницей. Еще он подобен болотным мухам, которые роем несутся над головой бегущей лошади, но когда лошадь останавливается, отстают и улетают обратно в свое болото. Вот каков человек, если разум его возносится высоко, а воля остается внизу, у ног, погруженной в природную грязь и сладострастие чувств.

Но поскольку в разуме таких людей имеется некое свечение, напоминающее мудрость, хоть воля их и противоположна ей, их можно уподобить змеям со сверкающей кожей или шпанским мушкам, которые блестят, будто сделаны из золота, или блуждающим огням на болотах, гнилому дереву, светящемуся в темноте, и фосфорическим веществам. Среди них бывают и такие, что могут претвориться ангелами света, как перед людьми в мире, так и перед ангелами небес, когда умрут. Однако после недолгого исследования с них срывают эти одежды и сбрасывают их вниз нагими. Ничего подобного произойти в этом мире не может, поскольку здесь их дух не виден, но скрыт под маской, подобной той, что бывает у актеров в театрах. Их способность притворяться лицом и на словах ангелами света служит объяснением и показателем того, что они могут возвысить свой разум, как уже говорилось, над любовью своей воли, почти до степени мудрости ангелов. Итак, поскольку внутреннее и внешнее человека могут таким образом идти в противоположных направлениях, и поскольку тело отбрасывается, а дух остается, то ясно, что за светлым лицом может жить темный дух, и огненный - за ласковыми устами. Посему, друг мой, надо узнавать человека не по устам его, а по сердцу, то есть не по тому, что он говорит, а по тому, что делает. Ибо Господь говорит:

Остерегайтесь лжепророков, которые приходят к вам в одежде овечьей, внутри же - волки хищные; по плодам их познаете их. Матф. 7:15,16.

LXVII Сначала должен быть преобразован внутренний человек, а уже с помощью него - внешний; вот как человек возрождается.

591. В настоящее время в церкви обычно так и говорят, что сначала должен быть преобразован внутренний человек, а внешний - посредством внутреннего. Однако при этом под внутренним человеком мыслится не что иное, как вера, их вера в то, что Бог Отец вменяет заслугу и праведность Своего Сына, и посылает Духа Святого. Они думают, что эта вера составляет внутреннего человека и служит источником человеку внешнему, нравственному на природном уровне. Они считают внешнее чем-то вроде придатка, пользуясь сравнением, вроде хвоста у лошади или быка, либо хвоста павлина или райской птицы, который является как бы продолжением ступней их ног, разве что только не из них растет. Они говорят, что милосердие следует за этой верой, но если милосердие придет из человеческой воли, то вера его будет уничтожена.

В действительности же, в церкви наших дней нет внутреннего человека, поскольку ею не признается никакой другой внутренний человек. Ведь никто не может сказать, дарована ли ему эта вера; выше я показал, что такая вера невозможна и поэтому является плодом воображения. Следовательно, в настоящее время у тех, кто убедил себя в этой вере, нет другого внутреннего человека, кроме природного, переполненного всяким злом, которого они получили при рождении. К этому можно добавить, что возрождение и освящение следуют за этой верой сами собой, и что участие человека в этом должно быть исключено, несмотря на то, что оно служит единственным способом возрождения. Вот почему современная церковь неспособна ничего знать о возрождении, хотя Господь говорит, что тот, кто не возрожден, не может видеть царства Божьего.

592. В новой же церкви понятия внутреннего и внешнего человека совершенно другие. Внутренний человек относится к воле, которая правит человеком, когда он предоставлен самому себе, например, дома. Его внешний человек - это его дела и слова в присутствии других людей, или вне дома. Следовательно, внутренний человек есть милосердие, свойство воли, и в то же время вера, свойство мышления. И то, и другое составляет до возрождения человека природного, который таким образом разделен на внутреннего и внешнего. Это очевидно из того, что человек может говорить и действовать на людях, или вне дома, не так, как предоставленный самому себе, или дома. Причина такого разделения в том, что гражданские законы предусматривают наказания для тех, кто поступает зло, и поощрения для тех, кто поступает хорошо, и люди заставляют себя отделять внешнего человека от внутреннего. Никому не хочется, чтобы его наказывали, и всякий хочет наград в виде богатства и почестей. Ни та, ни другая цель не может быть достигнута, если не подчиняться этим законам. Вот почему нравственность, или добрая воля, наблюдается во внешнем даже у тех, у кого нет нравственности, или доброй воли во внутреннем. В этом - источник всякого лицемерия, раболепства и притворства.

593. Что касается разделения природного человека на две формы, то действительно существует разделение как воли, так и мышления. Ибо любое действие человека начинается с его желания, а все, что он говорит, начинается с его мысли. Поэтому вторую волю человек образует на более низком уровне, чем его первая воля, и подобно тому второе мышление, но, тем не менее, и то, и другое составляет природного человека. Ту волю, которую сам человек образует, можно назвать телесной волей, поскольку она заставляет тело вести себя будто бы нравственно. Второе мышление можно назвать мышлением легких, поскольку оно заставляет язык и губы говорить то, что принадлежит одному разуму. Эти вторые мышление и воля вместе подобны лыку, что прилегает изнутри к коре дерева, или оболочке с внутренней стороны яичной скорлупы. Внутренний природный человек находится внутри них, и если он злой, то такого человека можно уподобить древесине гнилого дерева, заключенной в упомянутые кору и лыко, которые выглядят здоровыми, или гнилому яйцу в белой скорлупе.

Но надо еще рассказать, что собой представляет внутренний человек от рождения. Его воля склонна к злу всякого рода, а потому его мышление склонно ко лжи также всякого рода. Так вот этот-то внутренний человек и должен быть возрожден. Ведь если он не возрожден, то в нем нет ничего, кроме ненависти ко всему, относящемуся к милосердию, и поэтому ярости, направленной против всего, что относится к вере. Следовательно, сначала должен быть возрожден этот природный внутренний человек, а внешний уже при помощи внутреннего, ибо таков правильный порядок. Возрождать внутреннего человека посредством внешнего было бы против порядка, поскольку внутренний подобен душе во внешнем, и не только вообще, но и во всех частностях. Следовательно, он присутствует во всем, что человек говорит, хотя он ничего об этом не знает. Вот почему ангелы постигают по одному поступку человека, какова его воля, и по одному высказыванию - каково его мышление, адские они или небесные. Так они узнают всего человека. Они могут судить по звуку о склонности его мышления, а по движениям или по виду поступков о любви его воли. Все это они постигают несмотря на то, что человек притворяется Христианином и добропорядочным гражданином.

594. Возрождение человека описано у Иезекииля "сухими костями", к которым были прикреплены жилы, а затем плоть и кожа, и наконец, введено было в них дыхание, чтобы они ожили. (Иез. 37:1-14). Ясно, что это описание - изображение возрождения, из того, что сказано:

Кости эти - весь дом Израиля (стих 11).

Там также приводится сравнение с могилами, и говорится, что Он откроет могилы и поднимет кости из них, и вложит в них дух, и поместит их на земле Израиля (стихи 12-14). Земля Израиля в этом и других местах означает церковь. Возрождение символизировано через кости и могилы, потому что человек еще не возрожденный называется мертвым, а уже возрожденный живым. Последний содержит в себе духовную жизнь, первый - духовную смерть.

595. Всякое создание в мире, живое или мертвое, имеет внутреннее и внешнее. Одно не бывает без другого, как следствие и причина. Всякое создание ценят за его внутренние хорошие качества, и презирают за его внутренние дурные свойства, а равно и за внешние хорошие качества, заключающие в себе внутренние дурные свойства. Все мудрые люди в мире и все ангелы в небесах судят именно так. Покажем же на сравнениях, что собой представляет невозрожденный человек, и что - возрожденный. Невозрожденного человека, который играет роль добропорядочного гражданина и Христианина, можно сравнить с трупом, завернутым материи с благовониями, который все равно смердит и портит аромат благовоний, проникает в нос и вредит мозгу. Его можно также сравнить с позолоченной или уложенной в серебряный гроб мумией; заглянувший внутрь увидит безобразное черное тело.

Его можно сравнить с костями или скелетом в гробнице, украшенной лазуритом и другими драгоценными камнями. Еще его можно сравнить с богачом, одевавшимся в порфиру и виссон, который внутренне был, тем не менее, адским (Лука 16:19). Затем, его можно сравнить с подслащенным ядом, цветущей цикутой, с плодами, имеющими яркую кожицу, сердцевина которых выедена червями, и с язвой, сначала заклеенной пластырем, а затем покрывшейся тонкой кожей, внутри которой - один гной. В этом мире о внутреннем можно судить по внешнему, но так делают только те, у кого нет внутренней доброты, и поэтому они судят по видимости. Но в небесах дело обстоит по-другому; ибо когда по смерти тело отделяется, и его уже нельзя развернуть вокруг духа, обратив лицом от зла к добру, остается одно внутреннее, составляющее дух человека. С расстояния кажется, будто змея сбрасывает свою кожу, или с гнилого дерева снимают кору или покровы, в которых оно так хорошо смотрелось.

По-другому у того, кто возрожден. У него доброе внутреннее, тогда как внешнее подобно внешнему остальных. Тем не менее его внешнее различается с остальными, как небеса и ад, ведь в нем заключена добрая душа. И нет никакой разницы, благороден ли он и живет ли он во дворце, окружен ли он приспешниками, когда выходит из дому, или живет в хижине, где в слугах у него - один мальчик; архиепископ ли он в пурпурной мантии и сановней митре, или пастух, живущий в лесу с несколькими овцами, который носит легкую деревенскую накидку и покрывает голову капюшоном.

Золото остается золотом, сверкает ли оно в свете пламени, или его поверхность закоптилась от дыма, отлита ли из него милая статуэтка, например, младенца, или безобразная фигурка крысы. Было принято делать золотых крыс и помещать их рядом с Ковчегом, они служили искупительной жертвой (1 Цар. 6:3-5 и далее). Ибо золото означает внутреннее добро. Алмаз или рубин, извлеченный из известковой или глиняной породы оценивается не меньше, чем вставленный в ожерелье королевы, за его внутреннее благородство; и так далее. Эти примеры ясно показывают, что внешнее судится по внутреннему, а не наоборот.

LXVIII Это приводит к борьбе между внутренним и внешним человеком, и кто победит, тот и повелевает затем другим.

596. Далее происходит борьба, по той причине, что внутренний человек преобразуется посредством истин, дающих ему возможность видеть, что зло и ложно; а истины эти все еще находятся во внешнем, или природном, человеке. Поэтому сначала имеется разногласие между новой волей, той, что сверху, и старой волей, той, что снизу. Раз это разногласие - между двумя волями, значит оно является разногласием между их удовольствиями, ведь известно, что плоть противоположна духу, а дух - плоти, и нужно усмирить плоть с ее вожделениями, прежде чем сможет действовать дух, и человек сможет обновиться. Вслед за этим разногласием происходит борьба, которая известна, как духовное искушение. Но это искушение, или борьба, - не между добром и злом, а между истинами, сопровождающими добро, и видами лжи, сопровождающими зло. Ибо добро не может бороться само по себе, а лишь при помощи истин. И зло не может бороться само по себе, а лишь при помощи своей лжи. Это подобно тому, как и воля неспособна бороться сама по себе, а делает это при помощи разума, где содержатся ее истины.

Человек ощущает эту борьбу не где-нибудь, а в себе самом, как угрызения совести. Однако борются в нем Господь и дьявол (то есть ад), и борются они за господство над ним, чтобы определить, кто из них будет обладать им. Дьявол, или ад, нападая, вызывает зло в человеке, а Господь, защищая его, вызывает в нем добро. Хотя борьба эта происходит в духовном мире, она в то же время происходит в человеке, между истинами, сопутствующими добру, и ложью, сопутствующей злу в нем. Поэтому человек должен бороться совершенно так же, как если бы он делал это сам по себе, ведь у него есть свобода выбора: действовать на стороне Господа или на стороне дьявола. Он принимает сторону Господа, если держится истин из добра, и дьявола, если держится лжи из зла. Вследствие этого победитель, а побеждает либо внутренний, либо внешний человек, правит над побежденным. Это совершенно так же, как если бы два царя сражением решали, кому править царством другого. Победитель овладевает царством и всех в нем подчиняет себе. Итак, в нашем случае, если побеждает внутренний человек, он обретает власть и подавляет все виды зла внешнего человека, продолжая этим возрождение. Но если побеждает внешний человек, он берет власть в свои руки и разметает все добро внутреннего человека, полагая конец возрождению.

597. О существовании искушений в настоящее время известно, но едва ли кто-либо знает что они собой представляют и в чем их источник, или какое добро они несут. Я только что показал, каковы они и откуда они происходят, а также, какое в них добро, а именно: когда побеждает внутренний человек, он подчиняет себе внешнего. Благодаря такому подчинению вожделения изгоняются и вместо них насаждаются склонности к добру и истине, устроенные таким образом, что человек, какого бы добра он не пожелал, он его также и делает, и какую бы истину не помыслил, говорит ее от всего сердца. Более того, эта победа над внешним человеком делает его духовным, и тогда Господь вводит его в общество ангелов в небесах, где все духовны.

До настоящего времени мало что было известно об искушениях, и едва ли кто знает об их происхождении и свойствах, равно как и о производимом ими благе, по той причине, что церковь до наших дней не обладала истинами. Никто не обладает истинами, если не обращается напрямую к Господу и не усваивает новой веры, отбросив старую. Вот почему никто не подвергался никакому духовному искушению в течение всех веков, прошедших с того времени, когда Никейский Собор ввел веру в трех Богов. Ибо тот, кто подвергнулся бы искушению, тут же и поддался бы ему, и погрузился бы еще глубже в ад. Искреннее раскаяние, о котором говорится, что оно предшествует современной вере, не является искушением. Я спрашивал об этом очень многих людей, и все говорили, что это - не более чем слово, и разве что у простых оно может быть некой устрашающей мыслью об адском огне.

598. После того, как искушение завершено, человек своим внутренним человеком уже находится в небесах, а в мире - через своего внешнего человека. Поэтому благодаря искушениям в человеке происходит соединение небес с миром, и его мир тогда управляется Господом с небес в соответствии с порядком. Обратное получается, если человек остается природным. Тогда он стремится управлять небесами из мира. Таким становится каждый, кто любит господствовать из любви к себе. Если его внутренне исследовать, то окажется, что он не верит ни в какого Бога, а только в себя; и после смерти он верит в каждого, кто имеет власть, как в Бога. Такое безумие обычно бывает в аду; оно укоренилось там так глубоко, что некоторые из них даже называют себя Богом Отцом, некоторые - Богом Сыном, а иные - Богом Духом Святым; среди евреев же есть такие, что провозглашают себя Мессией. Отсюда понятно, каким человек становится после смерти, если природный человек его не возрожден, а также до чего могло бы его довести собственное воображение, если бы Господь не основал новую церковь, в которой учат подлинным истинам. Это-то и имеется в виду в следующих словах Господа:

При скончании века (то есть, в конце современной церкви) будет великая скорбь, какой не было от начала мира, и не будет никогда. И если бы не были сокращены те дни, не была бы спасена никакая плоть. Матф. 24:21,22.

599. В этой борьбе, или искушениях, людей, Господь совершает каждое отдельное искупление, точно так же, как Он совершил общее искупление, когда был в мире. Борьбой и искушениями в мире Господь прославил Свое Человеческое, то есть, сделал его Божественным. Так же теперь и с каждым человеком в отдельности; когда кто-то подвергается искушениям, Господь борется за него, одолевая духов ада, нападающих на него. И после искушений Он прославляет его, то есть, делает его духовным. После того, как Он совершил общее искупление, Господь привел все в небесах и в аду в состояние порядка. Совершенно то же самое Он делает с человеком после искушения, ибо Он приводит в состояние порядка в нем все, что относится к небесам и к миру. После искупления Господь основал новую церковь; подобно тому Он и человеке основывает все, что относится к церкви, и делает его церковью на уровне личности. После искупления Господь даровал мир всем верившим в Него; ведь Он сказал:

Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю его вам. Иоанн 14:27.

Подобно тому и человеку после искушения дарует Он чувство мира, то есть, радость духа и утешение. Из всего этого ясно, что Господь - вечный Искупитель.

600. Внутреннего человека, возрожденного без внешнего, можно сравнить с птицей, парящей в воздухе, которой негде сесть на землю отдохнуть, когда вокруг одни болота, опасные своими змеями и лягушками; она, летая, выбьется из сил и умрет. Еще его можно сравнить с лебедем, плавающим в открытом море, где невозможно отыскать берег и свить гнездо; тогда яйца, которые он снесет, утонут и будут съедены рыбами. Его можно также сравнить с солдатом, стоящим на стене крепости, когда ее взрывают у него под ногами; он падает вниз и погибает под обломками. Еще его можно сравнить с прекрасным деревом, пересаженным в гнилую почву, где полчища червей съедают его корни, и оно, засыхая, умирает. Еще его можно сравнить с домом без основания, или с колонной без пьедестала, на котором она установлена. Вот на что похож человек, если лишь его внутренний человек преобразован, а внешний - нет; ибо у него нет твердого основания делать добрые дела.

LXIX Возрожденный человек получает новую волю и новый разум.

601. Современной церкви известно, как из Слова, так и по рассудку, что возрожденный человек обновляется, или становится новой личностью. Вот отрывки из Слова, доказывающие это:

Сделайте себе новое сердце и новый дух; зачем вам умирать, дом Израиля? Иез. 18:31.

Дам вам сердце новое и дух новый внутри, и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное. Вложу внутрь вас дух Мой. Иез. 36:26,27.

Отныне мы никого не знаем по плоти. Так что, если кто во Христе, то он - создание новое. 2 Кор. 5:16,17.

Новое сердце в этих отрывках означает новую волю, а новый дух - новый разум. Ибо сердце в Слове имеет значение воли, а дух, если связан с сердцем, имеет значение разума.

Доводы рассудка состоят в следующем: когда человек возрожден, у него новая воля и новый разум, потому что эти две способности делают его человеком, и именно они возрождаются. Поэтому каждый таков, каков он в отношении этих двух его способностей. Если его воля зла, то и он сам злой, а тем более, если его разум благоприятствует злу; и наоборот - если воля его добра. Одна лишь религия делает человека новым и возрождает его. Религии отведено высшее место в человеческом уме, откуда она видит внизу себя гражданские вопросы, относящиеся к миру. С помощью них она также восходит в нем кверху, подобно чистому соку дерева, поднимающемуся к его вершине, и с этой высоты ей открывается вид на все природное, как тому, кто стоит на башне или на горе, открывается вид на равнины внизу.

602. Необходимо знать, что человек своим разумом может возвыситься почти до такого света, каким обладают ангелы в небесах. Но если он не возвышается при этом и волей своей, то он еще старый человек, а не новый. Ранее я показал, как разум возвышает волю постепенно до своего уровня. Поэтому возрождение - это в первую очередь дело воли, во вторую очередь разума. Ибо разум человека подобен свету мира, тогда как воля его - теплу. Известно, что не свет без тепла заставляет все жить и расти, а лишь свет, объединенный с теплом. Что касается нижних областей ума, действительно, в них разум озаряется светом мира, но высшие области - светом небес. Поэтому, если воля не восходит из нижних областей в высшие, и не соединяется там с разумом, она остается в мире. Тогда разум устремляется то вверх, то вниз, но каждую ночь возвращается вниз, к воле, и спит с ней, как мужчина с женщиной-блудницей, и порождает двухголовое потомство. Из этого тоже ясно, что если человек не приобретает новую волю и новый разум, он не возрождается.

603. Человеческий ум делится на три области. Нижняя называется природной, средняя - духовной, а высшая - небесной. Возрождением человек поднимается из нижней, или природной, области в более высокую, духовную, а через нее - в небесную. В следующем разделе [607-610] будет доказано, что в уме имеется три области. Поэтому-то человек, который не возрожден, называется природным, а возрожденный называется духовным. Отсюда очевидно, что ум возрожденного человека возвышается в духовную область, и со своего высокого положения может видеть, что происходит в низшем, или природном, уме. Существование низшей и высшей области ума может увидеть и признать каждый, кто обратит хоть малейшее внимание на то, как он мыслит. Ведь он видит то, что мыслит, и поэтому говорит, что думал или думает это или то. Так не могло бы быть, если бы не существовало внутреннего мышления, называемого постижением, которое смотрит вниз на нижний уровень, называемый мышлением.

После того, как судья прослушает или прочитает длинную последовательность обстоятельств дела, составленную адвокатом, он собирает их вместе и образует в высшей области своего ума единую точку зрения, которая дает ему общее представление. Затем он опускает взгляд в нижнюю область природного мышления, и в ней выстраивает свои доводы в должный порядок, объявляя свое мнение и вынося приговор, соответствующий высшей области своего ума. Кто не знает о том, что человек может в одну-две секунды обдумать и принять решения, для выражения которых при помощи его нижнего ума потребовалось бы около часа? Эти примеры были приведены для того, чтобы показать, что ум человека делится на нижнюю и верхнюю область.

604. Что касается новой воли, то располагается она над старой, в духовной области. То же самое и новый разум, который вместе с новой волей, и она с ним. Они соединены в верхней области, и совместно смотрят вниз на старые волю и разум, устраивая все в них так, чтобы они были послушными. Кто может не понять, что если бы у человеческого ума была лишь одна область, в которую складывалось бы, перемешиваясь, злое и доброе, а также ложное и истинное, то между ними возникло бы столкновение, как если бы в одну клетку посадили волков и овец, или тигров и телят, или ястребов и голубей? Неизбежным последствием была бы жестокая бойня, в которой дикие звери растерзали бы смирных животных. Вот почему и предусмотрено, чтобы добро и согласные с ним истины собирались в верхней области, где они было бы в безопасности, отражая нападения зла и согласной с ним лжи, и смиряя их оковами и другими средствами, а затем разгоняя их. Именно это имелось в виду в предыдущем разделе под тем, что Господь управляет при помощи небес всем, что принадлежит миру в возрожденном человеке. Высшая, или духовная, область ума человека представляет собой небеса в малом виде, а низшая, или природная область - мир в малом виде. Поэтому древние называли человека микрокосмом (маленьким миром); его можно также назвать микроураносом (маленькими небесами).

605. Возрожденный человек, то есть человек с обновленными волей и разумом, находится в тепле небес, которое есть их любовь, и в свете небес, который есть их мудрость, и наоборот, тот, кто не возрожден, довольствуется теплом ада, или адской любовью и тьмой ада, или его безумием. Это в наше время известно, однако этим пренебрегают. Причина в том, что церковь, как она есть в настоящее время, рассматривает возрождение, как придаток к своей вере, а веру, как нечто неподвластное рассудку, почему и все, что относится к этому придатку, тоже должно быть рассудку неподвластно; а это, как я сказал, включает в себя возрождение и обновление. Они, а с ними и вера, являются для тех, кто в современной церкви, чем-то вроде дома с закрытыми окнами и дверями, так что никто не знает, что в этом доме; может он просто пуст, а может быть полон злыми гениями ада или ангелами небес. Другая причина в путанице, которую внесла обманчивая видимость, состоящая в том, что человек может своим разумом взойти почти в небесный свет и с помощью полученного разумения думать и говорить о вещах духовных, какова бы ни была при этом любовь его воли. Незнание истины в этом вопросе также привело к незнанию всего, что имеет отношение к возрождению и обновлению.

606. Все это позволяет нам заключить, что невозрожденный человек подобен тому, кто видит призраки в ночи и думает, что это люди; тогда как возрождающийся подобен тому, кто видит при свете зари, что видевшееся ему ночью было заблуждением, и затем, когда он уже возрожден, в дневном свете видит, что это были галлюцинации. Человек, пока он не возрожден, как будто спит; возрожденный же подобен полностью проснувшемуся. В Слове природная жизнь тоже уподобляется сну, а духовная - яви. Именно невозрожденные люди подразумеваются под глупыми девами, у которых были светильники, но не было масла. Возрожденные подразумеваются под разумными девами, у которых были и светильники, и масло. Светильники означают то, что связано с разумом, а масло - то, что связано с любовью. Возрожденные подобны лампадам светильника в Скинии; а также хлебам предложения и благовониям, возлагаемым на них. Это те люди, которые "будут сиять, как светила на тверди, и будут яркими, как звезды, вовек и навсегда", как описано у Даниила (12:3).

Человек, который еще не возрожден, подобен тому, кто в Саду Эдемском ест от дерева познания добра и зла, и потому изгоняется из сада; да он и есть это самое дерево. А человек возрожденный подобен тому в этом саду, кто ест от дерева жизни.

Тому, кто побеждает, Я дам есть от дерева жизни, что посреди рая Божьего. Откр. 2:7.

Эдемский Сад означает разумение в духовном, происходящее от любви к истине; см. "Апокалипсис открытый", 90. Словом, невозрожденный - это "сын злого", а возрожденный - "сын царства" (Матф. 13:38). "Сын злого" означает сына дьявола, "сын царства" - сына Господа.

LXX Если человек возрожден, он сообщается с ангелами небес, если нет с духами ада.

607. Каждый на земле связан, или сообщается, либо с ангелами небес, либо с духами ада, по той причине, что он рождается, чтобы стать духовным. Это было бы невозможно, если бы он хоть как-нибудь не был соединен с теми, кто духовен. В моей книге "Небеса и ад" я показал, что относительно своего ума человек находится как в природном, так и в духовном мире. Но ни люди в мире, ни ангелы, ни духи не осведомлены об этом, поскольку человек, пока живет в мире, пребывает в природном состоянии, а ангелы и духи - в духовном. Различие между природным и духовным не дает им видеть друг друга. Описание этого различия есть в моей книге "Супружеская любовь"; см. рассказ об опыте, изложенный там в 326-32955. Отсюда понятно, что соединяют их не мысли, а влечения; а едва ли кто размышляет о своих влечениях, поскольку они не освещены тем светом, который принадлежит разуму, а значит и его мышлению, а пребывают в тепле, принадлежащем воле, а значит и влечениям ее любви. Связь людей с ангелами и духами посредством влечений любви настолько тесна, что если ее разрушить, отсоединив тем самым ангелов и духов, то люди тут же потеряют сознание; а если эту связь не восстановить и не возобновить, то они умрут.

Когда мы говорим, что человек через возрождение становится духовным, это не значит, что он становится духовным как ангел в самом себе. Это значит, что он становится духовно-природным; иначе говоря, его природное содержит в себе нечто духовное, подобно тому, как мысль содержится в речи, а воля - в действии, ибо, если первое прекратится, то вместе с ним и второе. Так же и дух человека присутствует во всем, что происходит в теле, и именно он побуждает тело делать то, что оно делает. Природное само по себе бездейственно, мертвая сила, а духовное - действенно, и живая сила. То, что бездейственно, или мертвая сила, не может действовать само по себе, а приводится в движение тем, что действенно, или живой силой.

Поскольку человек все время живет во взаимодействии с обитателями духовного мира, то когда он покидает природный мир, он тут же попадает в общество тех, кто подобен спутникам его при жизни в мире. Поэтому у всех после смерти и создается такое впечатление, что они все еще живут в мире. Ибо человек попадает в общество тех, с кем у него общие влечения воли; он узнает их точно так же, как узнают друг друга близкие и родные в этом мире. Вот почему в Слове об умерших говорится, что они причисляются или отправляются к своим. Из этих соображений можно установить, что возрожденный человек связан с ангелами небес, а тот, кто не возрожден, - с духами ада.

608. Необходимо знать, что есть трое небес, различающихся по трем степеням любви и мудрости, и соразмерно тому, насколько человек возрожден, он связан с ангелами тех или иных небес. По этой же причине ум человека разделен на три степени, или уровня, соответствующих трем небесам. О трех небесах и о том, как они различаются соответственно трем степеням любви и мудрости, см. "Небеса и ад" (29 и далее), а также очерк "О сообщении души и тела" (16,17). Здесь будет достаточно лишь показать сравнениями, каковы эти три степени, по которым различаются небеса. Они подобны голове, туловищу и ногам человеческого тела. Высшие небеса составляют голову, средние - тело, низшие - ноги. Ибо все небеса с точки зрения Господа - как один человек. Эта истина открыта была мне таким образом, что я видел ее своими глазами, поскольку мне дано было видеть, как одного человека, целое общество в небесах, в которое входили тысячи. Разве невозможно Господу видеть таким образом все небеса? Об этом непосредственном опыте рассказывается в моей книге "Небеса и ад" (59 и далее).

Отсюда становится ясным и то, как надо понимать общеизвестное в Христианском мире утверждение, что церковь образует Тело Христово, а Христос есть жизнь этого тела. Понятно также, почему Господь составляет все для небес, ведь Он есть жизнь их тела. Подобно тому Господь и есть церковь для тех, кто признает Его одного Богом небес и земли, и верит в Него. Он Сам учит, что Он - Бог небес и земли (Матф. 28:18); и что в Него нужно верить (Иоанн 3:15,16,36; 6:40; 11:25,26).

609. Те три степени, на которые разделяются небеса, а значит и ум человека, в какой-то мере можно понять на примере материалов этого мира. Они подобны трем степеням благородства, по которым различаются золото, серебро и медь; сравнение с этими металлами приведено в описании статуи Навуходоносора (Дан. 2:31 сл.). Эти три степени различаются так же, как рубин, сапфир и агат различаются чистотой и ценностью; и как маслина, виноград и смоковница, и так далее. И в Слове тоже золото, рубин и маслина означают небесное добро, добро высших небес; серебро, сапфир и виноград духовное добро, добро средних небес; а медь, агат и смоковница - природное добро, добро низших небес. Я говорил уже, что есть три степени: небесная, духовная и природная.

610. К сказанному добавлю следующее. Возрождение человека происходит не сразу, а постепенно, от начала до конца его жизни в этом мире, а затем продолжается и достигает совершенства. Человек преобразуется борьбой и победами над злом своей плоти, и именно поэтому Сын Человеческий говорит каждой из семи церквей, что наградит дарами того, кто побеждает. Например, церкви в Эфесе:

Тому, кто побеждает, дам вкушать от дерева жизни. Откр. 2:7.

Церкви в Смирне:

Тот, кто побеждает, не потерпит вреда от второй смерти. Откр. 2:11.

Церкви в Пергаме:

Тому, кто побеждает, Я дам вкушать манны сокровенной. Откр. 2:17.

Церкви в Фиатире:

Тому, кто побеждает, дам власть над народами. Откр. 2:26.

Церкви в Сардах:

Тот, кто побеждает, облечется в белые одежды. Откр. 3:5.

Церкви в Филадельфии:

Того, кто побеждает, Я сделаю столпом в храме Божьем. Откр. 3:12.

Церкви Лаодикийской:

Тому, кто побеждает, Я дам сесть со Мной на престоле Моем. Откр. 3:21.

И наконец, еще: в той степени, в которой человек возрожден, то есть, насколько его возрождение продвинулось к совершенству, в той же степени он перестает приписывать себе всякое добро и всякую истину, иначе говоря, всякое милосердие и всякую веру, а приписывает их одному Господу. Ибо истины, усваиваемые им одна за другой, ясно учат этому.

LXXI Насколько человек возрожден, настолько удалены его грехи; такое удаление и есть прощение грехов.

611. Насколько человек возрожден, настолько удалены его грехи, и объясняется это тем, что возрождение состоит в подчинении плоти, чтобы она не могла властвовать, и покорении прежнего человека с его вожделениями, чтобы он не мог снова восстать и уничтожить способность разумения; ведь если она будет уничтожена, у человека не будет больше возможности преобразоваться. Это преобразование не может осуществиться, если дух человека, который выше плоти, не будет обучаться и совершенствоваться. Каждый, в ком еще остался здравый смысл, не может не заключить отсюда, что невозможно этому произойти сразу, а лишь постепенно, подобно тому, как человек зачинается, вынашивается в утробе, рождается и воспитывается; это было описано выше. Свойства, присущие плоти, или прежнему человеку, наследуются с рождения. Они составляют первое жилище для его ума, в котором обитают вожделения, как дикие звери в своих клетках. Они живут сначала во дворе этого жилища, а затем мало помалу пробираются в подвальный этаж, и далее вверх по лестницам, занимая комнаты. Это происходит постепенно, по мере того, как ребенок растет, становится подростком, а затем юношей; тогда уже он начинает мыслить собственным разумом и поступать по собственной воле.

Каждому видно, что дом, до этого времени построенный в уме, где вожделения, как оимы и иимы с сатирами, пляшут, взявшись за руки, невозможно разрушить сразу, как и построить новый дом на его месте. Конечно же, сначала нужно изгнать эти вожделения, взявшиеся за руки и забавляющиеся друг с другом, и привести туда новые желания добра и истины, заменив ими похоти зла и лжи. Каждый разумный человек может видеть, что все это не происходит мгновенно, хотя бы из того соображения, что любое зло является следствием бесчисленных вожделений, и напоминает плод, под кожицей полный белых червей с черными головками. Он поймет, что разных видов зла тоже много, и они тесно переплетены, как выводок паука, только что снесенный им из утробы. Так что если эти виды зла не будут изгоняться один за другим до тех пор, пока связь между ними не разрушится, человек не станет новым. Все это приведено здесь для того, чтобы показать, что насколько человек возрожден, настолько удаляются его грехи.

612. С рождения человек предрасположен к самому разному злу, и поэтому стремится к нему и делает его, когда имеет на то свободу. Ибо с рождения он стремится повелевать другими и владеть имуществом других; и то, и другое разбивает любовь к ближнему. Поэтому он ненавидит любого, кто противостоит ему, и ненависть его дышит местью, которая внутренне вынашивает мысли об убийстве. По той же причине он не придает значения прелюбодейству, а также мошенничеству, которое является скрытым воровством, и богохульству, включающему в себя лжесвидетельство. Всякий, кто не обращает внимания на все это, - безбожник в своем сердце.

Вот что собой представляет человек от рождения, и отсюда понятно, что он - как бы ад в малом виде. Итак, человек рождается, чтобы относительно своего внутреннего стать духовным, а не так, как животные, и следовательно, рождается, чтобы идти в небеса, но при этом его природный, или внешний, человек, как я сказал, является адом в малом виде; таким образом, небеса нельзя насадить в этом аду, если его не удалить.

613. Тот, кто знает о взаимоотношениях между небесами и адом, и о том, каким образом одно удаляется от другого, сможет поведать, как возрождается человек, и что такое человек возрожденный. Чтобы это стало понятным, необходимо сначала открыть вкратце нечто новое, а именно, что в небесах все своими лицами обращены к Господу и смотрят на Него, тогда как в аду все отворачиваются своими лицами от Господа. Так что если посмотреть с небес вниз, на ад, то не видно ничего, кроме затылков и спин. Бывает даже, что люди там видны перевернутыми, как антиподы, головой вниз и вверх ногами, несмотря на то, что ходят они на своих ногах, а лицом могут поворачиваться в любую сторону. Такая видимость возникает из-за того, что лицо внутреннего их умов повернуто в противоположную сторону. Эти удивительные вещи я сообщаю, поскольку видел их сам.

Посредством этого мне было открыто, как происходит возрождение, а именно, точно так же, как ад удаляется и этим отделяется от небес. Ибо, как я уже сказал, человек относительно своей первой природы, которая у него с рождения, является адом в малом виде, а относительно своей второй природы, которую он получает, рождаясь заново, является небесами в малом виде. Отсюда следует, что зло в человеке удаляется и отделяется, точно так же, как ад от небес в большом виде. По мере того, как зло удаляется, оно отворачивается от Господа, и постепенно переворачивается вверх ногами. Это происходит в той степени, в которой в человеке насаждаются небеса, то есть, человек становится новым. В качестве пояснения добавлю, что каждое зло в человеке состоит в связи с теми в аду, которые обладают тем же самым злом, и наоборот, любое добро в человеке состоит в связи с теми в небесах, которые обладают подобным добром.

614. Все сказанное позволяет установить, что прощение грехов является не искоренением их или стиранием, а удалением, и потому отделением. Все зло, которое человек своими поступками сделал своим собственным, остается с ним. Раз прощение грехов - это их удаление и отделение, следовательно, Господь удерживает человека от зла и содержит его в добре. Это и есть тот дар, который человек получает при возрождении.

Однажды я слышал, как некто из низших небес говорил, что он свободен от грехов, потому что они смыты, "кровью Христа", - добавил он. Однако, поскольку он был в небесах, и сделал такую ошибку по незнанию, его погрузили в его грехи, и как только они вернулись к нему, он признал их. Благодаря этому он принял новую веру, что каждый человек, а равно и каждый ангел, удерживается от зла и содержится в добре Господом.

Отсюда понятно, что такое прощение грехов, что это - не мгновенное событие; оно следует за возрождением шаг за шагом. Такое удаление грехов, называемое их прощением, можно сравнить с выбрасыванием нечистот из стана Детей Израиля в пустыню, которая простиралась со всех его сторон; ведь их стан символизировал небеса, а пустыня - ад. Еще это можно сравнить с изгнанием Детьми Израиля народов с земли Ханаанской, а также с изгнанием Иевусеев из Иерусалима; их не выбросили вон, а отделили. Еще это можно сравнить с участью Дагона, филистимского бога; когда был внесен Ковчег, он первым пал ниц на землю, а затем лежал на пороге с отрубленными кистями рук и головой; таким образом, его не выбросили, а удалили.

Кроме того, это можно сравнить с тем, как Господь послал духов в свиней, которые потом бросились в море; здесь, как и в других местах Слова, море обозначает ад. Еще это можно сравнить с тем, как толпа сообщников дракона, отделенная от небес, сначала заполонила землю, а затем была брошена в ад. Другое сравнение возможно с лесом, полным всякого рода диких зверей; если его вырубить, эти звери сначала найдут убежище в окрестных зарослях, а затем, когда земля будет очищена, это место станет ухоженной пашней.

LXXII Возрождение невозможно без свободы воли в духовных вопросах.

615. Каждый человек, если он не глуп, видит, что без свободы воли в духовных вопросах никто не может возродиться. Без нее невозможно обращаться к Господу и признавать Его Искупителем и Спасителем, а также Богом небес и земли, чему Он Сам учит (Матф. 28:18). Можно ли без этой свободы воли верить, то есть, взирать на Него и поклоняться Ему в вере, посвящать себя принятию от Него средств и благ спасения, и содействовать этому принятию? Кто может без свободы воли делать какое-либо добро и проявлять милосердие, не говоря уже о том, чтобы усваивать мышлением и волей множество других качеств веры и милосердия, и следовать им, воплощая их в действии? Иначе возрождение было бы не более чем непонятными высказываниями, слетевшими с уст Господа (Иоанн, глава 3), которые проникают не далее ушей, или попадают на язык из мысли, ближайшей к речи, становясь лишь членораздельным звуком из одиннадцати56 букв. Такой звук лишен смысла, способного поднять его на сколько-нибудь более высокий уровень ума, поэтому вылетает в пустоту и исчезает.

616. Скажите мне, если можете, встречается ли где-нибудь такая слепая глупость относительно возрождения, как у тех, что убедили себя в вере современной церкви? Они думают, что вера вливается в человека, который при этом подобен куску дерева или камню, и после этого вливания наступает оправдание, состоящее в прощении грехов, возрождении и многих других дарах; а любая деятельность со стороны человека должна быть совершенно исключена, чтобы не нанести вреда заслуге Христа. Чтобы еще увереннее утвердить эту догму, они лишили человека всякой свободы воли в духовных вопросах, объявив его совсем беспомощным в этом отношении. Получилось, будто бы Бог со Своей стороны действует один, тогда как человеку не дано никаких сил содействовать Ему со своей стороны, и соединяться таким образом с Богом. Если бы это было так, то что представлял бы собой человек относительно возрождения, если не связанного по рукам и ногам раба, прикованного к галере. Он будет, как раб, наказан и осужден на смерть, если вырвется из наручников и кандалов, то есть, если воспользуется своей свободой воли для того, чтобы делать добро ближнему, и верить в Бога по собственному желанию ради своего спасения.

Если человек убедил себя в таких верованиях, и при этом набожно надеется попасть в небеса, он будет не чем иным, как призраком, стоящим и размышляющим, влилась ли уже в него эта вера со всеми благами, сопровождающими ее, а если нет, то вольется ли она потом; а также, смилостивился ли над ним Бог Отец, заступился ли за него Его Сын, или, может быть, Святой Дух слишком занят чем-то другим, чтобы действовать на него. В конце концов он в своем совершенном неведении удалится, и утешится, говоря про себя: "Возможно, милость эта заключается в нравственной жизни, которую я вел и веду, и буду продолжать, так что во мне эта жизнь - святая, а в тех, которые не приняли этой веры оскверненная. Поэтому, чтобы эта святость оставалась в моей нравственности, я постараюсь в будущем не проявлять ни веру, ни милосердие от себя", - и тому подобное. Таким призраком, или, если угодно, соляным столпом, становится всякий, кто думает, что возрождение не сопровождается свободой воли в духовных вопросах.

617. Тот, кто думает, что возможно возрождение без всякой свободы воли в духовных вопросах, и поэтому без всякого содействия человека, становится относительно всех истин церкви холодным, как камень; а если он тепл, то подобен охваченному огнем бревну в костре, которое пылает благодаря содержащимся в нем горючим веществам, то есть вожделениям. Если воспользоваться сравнением, он становится уходящим под землю до самой крыши дворцом, который затопляется грязной водой; и после этого он живет на голой крыше, где строит себе укрытие из болотного тростника. Наконец и крыша тоже уходит под воду, и он тонет.

Он подобен также кораблю, нагруженному драгоценными товарами, взятыми из сокровищницы Слова. И все это разъедается мышами и червями, или выбрасывается за борт матросами, так что торговцы остаются без своего товара. Обученные, или богатые, в таинствах этой веры, подобны продавцам магазинов, торгующих изваяниями идолов, плодами и цветами, сделанными из воска, ракушками, гадюками в бутылках, и тому подобным. Люди, лишенные каких-либо духовных способностей, заложенных и данных Господом, и поэтому не желающие взглянуть вверх, действительно похожи на животных, у которых голова постоянно смотрит вниз, и которые пищу свою ищут в лесах. Если они попадают в сады, они подобны гусеницам, поедающим листья деревьев, а если им на глаза попадается плод, и тем более, если они овладевают им, то они наполняют его своими личинками. В конце концов они становятся, как чешуйчатые змеи, поскольку их заблуждения шуршат и блестят, точно змеиная чешуя. Можно и дальше продолжать эти сравнения.

LXXIII Возрождение невозможно без истин, которыми образуется вера, и с которыми может соединиться милосердие.

618. Три средства есть для возрождения человека: Господь, вера и милосердие. Они могут быть глубоко сокрыты, подобно драгоценнейшим камням, лежащим в земле, если их не явят Божественные истины Слова. Они могут оставаться скрытыми для того, кто отрицает содействие человека, даже если он прочтет Слово сто или тысячу раз, хотя они выделяются в нем ярким сиянием.

Что касается Господа, то может ли кто-либо из убедивших себя в вере современной церкви, открыв глаза, увидеть следующие учения в Слове: что Господь и Отец - одно, что Он - Бог небес и земли, что воля Отца - чтобы люди верили в Него, а также несметное количество других подобных утверждений в обоих Заветах? Причина в том, что они не владеют истинами, а значит и светом, в котором могли бы видеть все это ясно. Если даже им дать свет, их ложь все равно погасит его, и тогда они будут пропускать истины, как вырезанные места, или как подземные ходы, на которые люди наступают сверху и проходят дальше. Эти замечания приведены для того, чтобы было известно, что без истин нельзя увидеть и первой ступени к возрождению.

Что касается веры, она также невозможна без истин, ведь вера и истина есть одно и то же. Добро - это душа веры, а истины образуют ее тело. Поэтому говорить о том, что веришь, или имеешь веру, не зная ни одной из ее истин, - это все равно, что вынимать душу из тела и с нею, невидимой, вести разговоры. Кроме того, все истины, составляющие тело веры, излучают свет, благодаря которому она освещается, и становится видно ее лицо. То же самое и с милосердием. Оно излучает тепло, с которым соединяется свет истины, точно так же, как в мире весной соединяются тепло и свет, и благодаря этому соединению животные и растения земли продолжают свой род. Совершенно так же с духовным теплом и светом. Они подобным же образом соединяются в человеке, если он обладает истинами веры и в то же время разного рода добром, составляющим милосердие. Ибо, как я уже говорил в главе о вере, от каждой истины струится озаряющий свет, а от каждого вида добра - воспламеняющее тепло. Духовный свет есть в своей сущности разумение, а духовное тепло есть в своей сущности любовь. А соединяет их вместе только Господь, когда возрождает человека. Ибо Господь сказал:

Слова, которые Я говорю, - это дух и жизнь. Иоанн 6:63.

Верьте в свет, чтобы стать вам сынами света. Я пришел в мир, как свет. Иоанн 12:36,46.

В духовном мире Господь - солнце, источник всякого духовного света и тепла. Это и есть тот свет, который озаряет, и то тепло, которое воспламеняет; и соединением их Господь оживляет и возрождает человека.

619. На основании сказанного можно утверждать, что нет знания Господа без истин, как нет без истин и веры, а значит, и милосердия. Следовательно, без истин не может быть никакого богословия, а при его отсутствии невозможна и никакая церковь. Именно так сейчас обстоят дела у совокупности людей, называющих себя Христианами, которые объявляют себя имеющими свет Евангелия, хотя сами находятся в крайней темноте. Ибо истины у них скрыты глубоко под ложью, словно золото, серебро и драгоценные камни, погребенные под костями в долине Енномовой.57 Это стало ясно мне по сферам, которые исходят и излучаются в духовном мире от Христиан нашего времени.

Одна из таких сфер относится к Господу. Она распространяется из южной части, где живут ученые из духовенства и образованные миряне. Повсюду, где простирается ее влияние, она вкрадывается в понятия людей и во многих случаях лишает их веры в божественность Человечности Господа, а у многих ослабляет ее или выставляет ее глупой. Причина в том, что она вносит с собой верование в трех Богов, что создает путаницу.

Вторая сфера, которая отбирает веру, подобна темной туче зимой, которая омрачает день, превращает дождь в снег, обнажает деревья, замораживает воду и лишает овец их пастбищ. Эта сфера, вместе с предыдущей, наводит своего рода летаргический сон в том, что касается единого Бога, возрождения и средств спасения.

Третья сфера относится к соединению веры и милосердия. Она настолько сильна, что почти непреодолима. А в наше время она совершенно ужасна, потому что, как чума, заражает любого, на кого дохнет, разрывая всякую связь между двумя средствами спасения, установленными от сотворения мира и сведенными в одно целое Господом. Эта сфера поражает также и людей в природном мире, гася факелы58 на свадьбе истины с добром. Мне приходилось ощущать эту сферу, и при этом, когда я думал о связи веры и милосердия, она вторгалась между ними, силясь их разделить.

Ангелы жалуются на эти сферы, и молят Господа, чтобы рассеял их. Но в ответ им сказано, что до тех пор, пока дракон остается на земле, рассеять эти сферы невозможно, поскольку они исходят от последователей дракона. Ибо сказано о драконе, что он был сброшен на землю, и тогда:

Радуйтесь этому, небеса, и горе живущим на земле. Откр. 12:12.

Эти три сферы подобны воздушным массам, которые приводятся в движение бурей и исходят из ноздрей драконов; а поскольку они духовны, то заполоняют умы людей и властвуют над ними. Сферы, имеющие отношение к духовным истинам, к нашему времени немногочисленны, и встречаются лишь в новых небесах, а также под небесами, у живущих отдельно от последователей дракона. Вот почему этих истин теперь не сыщешь среди людей в мире, подобно тому, как капитанам и штурманам, плавающим по западному океану, не найти кораблей восточного океана.

620. Рассмотрим несколько сравнений, поясняющих, что возрождение невозможно без истин, с помощью которых образуется вера. Оно так же невозможно, как человеческий ум без разума, поскольку разум развивается при помощи истин, и поэтому учит нас, что делать и во что верить, что такое возрождение, и как оно осуществляется. Возрождение без истин так же невозможно, как жизнь животных и рост растений без солнечного света. Ведь если бы солнце не давало света, при том, что дает тепло, оно было бы "как вретище волосяное" (Откр. 6:12), или помрачилось бы (Иоиль 2:10,31). И настала бы на земле полная тьма, как описано у Иоиля (3:15). То же самое произошло бы и с человеком, если бы у него не было истин, излучающих свет. Солнце, от которого исходит свет всякой истины - это Господь в духовном мире. Если бы духовный свет этого источника не проникал в человеческий ум, церковь пребывала бы в полной темноте, или в тени постоянного затмения.

Возрождение, которое должно осуществляться через веру и милосердие, без ведущих и поучающих истин было бы подобно плаванию по бескрайнему океану без руля, или без компаса и карты. Оно было бы похоже также на езду верхом в темном ночном лесу. Внутреннее зрение ума людей, обладающих не истинами, а ложью, которую они принимают за истины, можно сравнить со зрением тех, чьи глазные нервы лишены проводимости; глаз при этом кажется здоровым и видящим, но на самом деле не видит ничего. Этот вид слепоты называется у врачей амаврозом, или полной слепотой. Рассудочная и умственная способность таких людей заграждена сверху, и открыта только вниз. От этого свет рассудка становится подобным свету глаза, так что все суждения сводятся к чистому воображению и складываются из одной лжи. Люди при этом напоминают тех астрологов, что стоят на рыночных площадях со своими большими телескопами, и изрекают бессмысленные предсказания. Вот что может случиться со студентами-богословами, если Господь не откроет им подлинные истины Слова.

* * * * *

621.59 Здесь я приведу несколько рассказов из своего опыта; вот первый:

Я видел собрание духов, которые, стоя на коленях, молили Бога послать им ангелов, чтобы поговорить с ними лицом к лицу, и открыть им то, что было на сердце. Когда они встали, перед ними явились три ангела в белом. "Господь Иисус Христос услышал ваши молитвы, - сказали они, - и поэтому прислал нас к вам. Откройте нам, какие мысли у вас в сердцах".

"Наши священники сказали нам, - отвечали они, - что в богословских вопросах имеет силу не разум, а вера; и что вера, основанная на разуме бесполезна в этих вопросах, поскольку она - от человека и пахнет человеком, а не от Бога. Мы - англичане, и наши священнослужители многое говорили нам, и мы верили. Но когда мы говорили с другими, которые называют себя Реформированными, а также с теми, которые называют себя Римскими Католиками, и даже с членами некоторых сект, все они показались нам учеными; при этом по многим вопросам ни один из них не был согласен с другим. Все говорили одно и то же: "Верьте нам", а некоторые: "Мы служители Бога, мы знаем". Но нам известно, что Божественные истины, которыми обладает церковь, называемые истинами веры, ни к кому не переходят по праву происхождения или по наследству, но даются от Бога с небес; они указывают путь в небеса, входя в жизнь человека вместе с благом милосердия, и поэтому ведут в жизнь вечную. Все это обеспокоило нас, и мы молились на коленях Богу".

"Читайте Слово, - сказали на это ангелы, - и верьте в Господа. Тогда вам станут видны истины, которые приведут вас к вере и жизни. Все Христианские народы выводят свои учения из одного и единственного источника - из Слова". Но тут двое из собравшихся сказали: "Мы читали Слово, но не понимали его".

"Вы не обращались к Господу, - ответили ангелы, - а Он и есть Слово. Кроме того, вы до этого уже убедили себя во лжи". Далее ангелы сказали: "Что такое вера без света, и что такое мышление без понимания? Это не человеческое. Воронов и сорок тоже можно научить говорить без понимания. Мы можем заверить вас, что каждый, чья душа того пожелает, может видеть истины Слова в свете. Нет такого животного, которое не узнало бы необходимой ему пищи, когда видит ее. Человек - это разумное и духовное животное, и он знает не столько пищу, необходимую для жизни тела своего, сколько необходимую для жизни души. А это и есть истина веры, коль скоро он жаждет ее и просит ее у Господа.

К тому же, все, что не принимается разумом, остается в памяти не как оно есть, а только как слова. Поэтому, когда мы смотрим с небес на мир, мы не видим ничего, а только слышим звуки, причем по большей части нестройные. Однако, теперь мы упомянем кое о чем из того, что ученые из духовенства изгнали из разума, не зная, что в разум есть два пути, один из мира, а другой - с небес. Когда Господь озаряет разум, он поднимает его над миром. Но если религия повелевает закрывать разум, то закрывается путь в него с небес, и тогда человек видит в Слове не больше, чем слепой. Мы видели, как многие из таких падали в ямы и неспособны были подняться из них.

Поясним это примерами. Вы, конечно, понимаете, что такое милосердие и вера: милосердие - значит делать добро ближнему, а вера - значит иметь правильные понятия о Боге и основных учениях церкви. И что, поэтому, кто делает добро и обладает правильными понятиями, иначе говоря, кто хорошо живет и правильно мыслит, спасается". Они ответили, что понимают это.

Тогда ангелы продолжали: "Чтобы человеку спастись, ему нужно покаяться в своих грехах, а если он не покается, он останется во всех грехах, совершенных им от рождения. Покаяние состоит в том, чтобы не желать зла, которое есть грех перед Богом, и один или два раза в год исследовать себя, увидеть свои грехи, признаться в них Господу, попросить у Него помощи, воздерживаться затем от этих грехов и начать новую жизнь. Пока человек поступает так, и верит в Господа, его грехи прощаются". "Мы понимаем это, - сказали некоторые из собравшихся, - и теперь знаем, что такое прощение грехов".

Затем они попросили ангелов рассказать еще, теперь уже о Боге, бессмертии души, возрождении и крещении.

"Мы не станем говорить вам ничего, что было бы вам непонятно. - Сказали в ответ ангелы. - Если бы мы сказали нечто подобное, то наши слова напоминали бы дождь, пролившийся над пустыней с семенами, скрытыми в ней, которые, несмотря на то, что политы с небес, все равно бы засохли и погибли".

Относительно Бога они сказали: "Каждый входящий в небеса наделяется в них своим местом, а значит и вечной радостью, зависящей от того, каковы его понятия о Боге, поскольку именно эти понятия вообще главенствуют в богослужении. Думать, что Бог - дух, если под духом понимать эфир или ветер, бессмысленно. Но думать о Боге, как о Человеке - это правильно, потому что Бог есть Божественная любовь и Божественная мудрость, со всеми их свойствами. То, к чему применимы любовь и мудрость, является человеком, а не эфиром и не ветром. В небесах понимают Бога, как Господа Спасителя; Он - Бог небес и земли, как Он Сам учил нас. Пусть ваши понятия о Боге станут такими же, как наши, и тогда мы пригласим вас в свое общество". Когда они сказали это, лица присутствующих озарились светом.

О бессмертии души они сказали: "Человек живет вечно, потому что посредством любви и веры он может соединиться с Богом. Каждый способен на это. И если вы задумаетесь над этим немного глубже, то поймете, что эта способность и составляет бессмертие души".

О возрождении: "Всякому видно, что человек свободен думать о Боге или не думать о Нем, поскольку его учили, что Бог есть. Так что у каждого столько же свободы в духовных вопросах, сколько в общественных, или природных. Господь постоянно дарует ее всем; итак, в том, что человек не думает о Боге, нужно винить его самого. Именно способность к этому делает человека человеком, а неспособность делает животное животным. Поэтому человек может преобразоваться и возродиться как бы сам по себе, если, однако, он признает сердцем, что это - от Господа. Каждый, кто кается и верит в Господа, преобразуется и возрождается. И то, и другое человек должен делать как бы сам по себе, но это "как бы сам по себе" исходит от Господа. Это правда, что человек не может внести в эту работу ничего от себя, ни йоты. Но вы же не созданы изваяниями. Вы созданы людьми, чтобы могли сделать это от Господа так же, как сделали бы сами. В этом и только в этом состоит то ответное приношение любви и веры, которое Господь более всего желает получить от человека. Словом, действуйте сами, и верьте, что это - от Господа; вот что значит - действовать будто бы от себя".

На вопрос, было ли заложено в человеке от сотворения действовать как бы от себя, ангелы ответили: "Это не заложено, потому что действовать от себя свойственно только Богу. Но эта возможность постоянно дается человеку, так сказать, постоянно присоединяется к нему; при этом, коль скоро человек делает добро и верит истине как бы от себя, он становится ангелом небес. Но насколько он делает зло и поэтому верит лжи, тоже как бы от себя, настолько он - дух ада. Вас может удивить, что и это тоже как бы от себя, тем не менее, вы можете видеть, что это так, когда вы молите защитить вас от дьявола, соблазняющего вас, чтобы он не вошел в вас, как вошел в Иуду, не наполнил вас всяким беззаконием и не погубил вас душой и телом. Каждый становится виновным, если он верил, что делает все сам, и добро и зло, однако не несет вины, если он верил, что действует как бы сам по себе. Ибо, если он верит, что делает добро сам, то он посягает на то, что принадлежит Богу; и если он верит, что делает зло сам, то приписывает себе то, что относится к дьяволу".

О крещении ангелы сказали, что это - духовное омовение, то есть преобразование и возрождение. "Ребенок преобразуется и возрождается, когда он подрастает и исполняет то, что обещали за него его крестные родители, а именно, две вещи: покаяние и веру в Бога. Ведь они сначала обещают, что он отвергнет дьявола и его дела, а затем - что он будет верить в Бога. В небесах всех детей учат этим двум обещаниям, но для них дьявол - это ад, а Бог - это Господь. Кроме того, крещение является знаком для ангелов, что человек принадлежит к церкви". Услышав это, некоторые из собравшихся воскликнули: "Мы понимаем это".

Но в этот миг послышались голоса, с одной стороны: "Мы не понимаем", а с другой: "Мы не хотим понимать!" Было выяснено, от кого доносятся эти голоса, и оказалось, что кричали убедившие себя в ложных верованиях, которые хотели, чтобы им верили, как прорицателям, и поклонялись им за это.

"Не удивляйтесь, - сказали ангелы, - таких сейчас много. Мы видим их с небес, как изваяния, сделанные так искусно, что они могут шевелить губами и издавать звуки, подобные голосам органа. Но они совершенно не знают, откуда исходит дыхание, благодаря которому они звучат, из ада или из небес, поскольку не знают, что ложно, а что истинно. Они непрестанно рассуждают и доказывают, но не могут видеть, как обстоит дело в действительности. Но да будет вам известно, что человеческая изобретательность может доказать все, что ей угодно, да так, что покажется, будто так оно и есть. Так что этим могут заниматься и еретики, и безбожники; да что там, атеисты вообще могут доказать, что Бога нет, а есть одна природа".

Затем собрание Англичан, загоревшись желанием стать мудрыми, обратилось к ангелам со словами: "По поводу Святого Причастия теперь высказывается так много мнений, расскажите нам, в чем истина".

"Истина в том, - ответили ангелы, - что тот, кто взирает на Господа и кается, этим самым священным обрядом соединяется с Господом и вводится в небеса".

Но собравшиеся сказали: "Это тайна!" "Да, это тайна. - ответили ангелы, - Но тайна, которую можно понять. Не хлеб и вино совершают этот обряд; от них не бывает ничего святого. Но материальный хлеб и духовный хлеб соответствуют друг другу, материальное вино и духовное вино - тоже. Духовный хлеб - это святое любви, а духовное вино - это святое веры. И то, и другое исходит от Господа, и является Господом. Так происходит соединение Господа с человеком, и человека с Господом. Соединение это - не хлебом и вином, а любовью и верой того, кто покаялся. Соединение же с Господом и есть введение в небеса".

Когда ангелы, таким образом, поведали им кое-что о соответствиях, некоторые из собравшихся сказали: "Только теперь это стало нам понятно". Как только они это произнесли, с небес опустился огненный свет, который соединил их с обществом ангелов, и они полюбили друг друга.

622.60 Второй опыт.

Всякий приготовляемый в небеса, а подготовка его происходит в мире духов, что находится посередине между небесами и адом, по прошествии определенного времени начинает со страстью и нетерпением хотеть в небеса. Вскоре глаза его открываются, и он видит дорогу, ведущую к какому-либо из обществ в небесах. Тогда он вступает на эту дорогу и поднимается по ней; по пути наверх ему встречаются ворота со стражей. Стражник открывает ворота, и он входит через них.

Затем ему навстречу выходит испытывающий ангел, который передает ему повеление от правителя идти дальше и искать, не найдется ли где-нибудь дом, который он мог бы признать своим; ибо для каждого вновь прибывшего ангела есть новый дом. Если он находит такой дом, он сообщает об этом и остается в нем.

Но если ему не удается отыскать такой дом, он возвращается и говорит, что не нашел. Тогда один из мудрых людей исследует, соответствует ли тот свет, который есть в нем, свету этого общества, и еще более тщательно, есть ли в нем соответствующее тепло. Ибо свет небесный является по сущности своей Божественной истиной, а небесное тепло - Божественным благом; и то, и другое исходит от Господа, как солнца того мира. Если свет и тепло в новоприбывшем отличаются от света и тепла этого общества, то есть различны их истина и добро, то его не принимают. Тогда он уходит и странствует по дорогам, ведущим из одного небесного общества в другое, и так продолжается до тех пор, пока он не найдет общество, точно соответствующее его склонностям, где он и живет потом вечно. Ибо в нем он находится среди своих, словно среди родственников и друзей, которых он любит всем сердцем, поскольку у них одни и те же склонности. Он пребывает там в полном наслаждении своей жизни и полной грудью вдыхает удовольствия, происходящие от спокойствия души. Ведь в тепле и свете небес заключено невыразимое наслаждение, общее для всех. Вот удел всякого, кто становится ангелом.

С другой стороны, тому, кто подвержен злу и лжи, тоже могут разрешить взойти в небеса, но как только он входит, им овладевает удушье, и он дышит с трудом. Вскоре зрение его затуманивается, разум помрачается, и он перестает мыслить; он оказывается как бы перед лицом смерти, и встает неподвижно, как бревно. Затем его сердце начинает усиленно биться, грудь стесняется, а ум испытывает ужасные муки. Боль становится все сильнее и сильнее, и в этом состоянии он извивается, как змея на углях, пока не укатится оттуда, бросившись вниз по возникшему обрыву. Он не находит покоя, пока не попадет в ад, к подобным ему людям, где он может перевести дух, и где сердце его может биться свободно. После этого небеса становятся ему ненавистны, он отвергает истину и в сердце ругает Господа, думая, что Он виноват в боли и мучениях, испытанных им в небесах.

Эти краткие замечания показывают, каков удел всех не считающихся с истинами веры, которые, между тем, составляют свет ангелов небес, или с разными видами добра, образующими любовь и милосердие, несмотря на то, что из них состоит жизненное тепло ангелов небес. Отсюда видно также, насколько ошибочно мнение о том, что блаженством небес может воспользоваться каждый, если только его пустят туда. В наше время верят, что в небеса пускают из одной только милости, и что принятие человека в небеса подобно тому, как в мире входят в дом, где празднуют свадьбу, и присоединяются, таким образом, к общей радости и веселью в нем. Да будет известно, что в духовном мире склонности любви, как и мысли, от них происходящие, сообщаются, поскольку там человек становится духом, а жизнь духа состоит в склонностях любви и согласных с ними мыслях. Одинаковые склонности образуют связь, разнородные приводят к разделению. Именно различие склонностей вызывает мучения дьявола в небесах и ангела в аду. По этой причине все в том мире разделены между собой в строгом соответствии с особенностями, разновидностями и отличиями склонностей, которые составляют их любовь.

623. Третий опыт.

Однажды мне дано было видеть триста человек, как духовенства, так и мирян, и все они были образованными и учеными, поскольку знали, как доказать, что одной веры достаточно для оправдания, а некоторые из них и больше того. Поскольку они верили в то, что в небеса принимают из одной только милости, им дано было разрешение взойти в одно из обществ в небесах, но не из высоких. Когда они поднимались, они выглядели на расстоянии телятами. При входе в небеса их вежливо встретили ангелы; но когда они стали говорить с ними, их охватила дрожь, затем страх, и наконец, агония, как будто при смерти. Они тут же бросились опрометью вниз, и когда падали, казались мертвыми лошадьми. Когда поднимались, они казались телятами по той причине, что жизнерадостная природная склонность видеть и познавать выглядит по своему соответствию теленком. Они казались мертвыми лошадьми, когда падали, потому что разумение истин выглядит по соответствию лошадью, а неразумение истин, принадлежащих церкви, - мертвой лошадью.

Внизу было несколько ребят, и они видели это падение, при котором те люди выглядели, как мертвые лошади. Они отвернулись и спросили учителя, который был с ними: "Что означает это чудовищное зрелище? Мы видели людей, а теперь они превратились в мертвых лошадей. У нас нет сил смотреть на это, и мы отвернулись. Давайте не будем здесь оставаться, пожалуйста, уйдем отсюда". И они удалились.

Затем, по пути, учитель рассказал им, что означает мертвая лошадь. "Лошадь, - сказал он, - означает понимание истины, почерпнутое из Слова. Все лошади, которых вы когда-либо видели, означают это. Когда кто-нибудь идет и размышляет о чем-то из Слова, это размышление выглядит издали лошадью, хорошей породы и живой, если размышление духовно, и наоборот, плохой или мертвой, если размышление материально".

Тогда дети спросили: "Что значит: размышлять духовно или материально о чем-либо из Слова?" "Я поясню это на примерах. - Ответил учитель. Каждый, кто читает Слово с благоговением, внутренне думает о Боге, о ближнем и о небесах, не так ли? Кто думает о Боге, лишь как о Личности, а не о Его сущности, тот думает материально; то же самое, если кто-то думает о ближнем только по внешнему виду, а не по качествам его. Если кто-то думает о небесах, лишь как о месте, а не о любви и мудрости, которые и делают небеса небесами, он тоже думает материально".

Но дети сказали: "Мы думали о Боге, как о Личности, о ближнем - по его человеческому виду, а о небесах - как о месте, которое вверху, над нами. И когда мы читаем Слово, мы тоже кажемся кому-то мертвыми лошадьми?"

"Нет, - сказал учитель, - вы еще дети, и не можете иначе. Но я заметил, что у вас есть влечение к знанию и пониманию; и поскольку оно духовно, то вы и мыслили духовно. Ибо в вашем материальном мышлении есть некоторое скрытое духовное мышление, и об этом вы пока не знаете. Однако, я хотел бы вернуться к тому, о чем я говорил. Итак, каждый, кто думает материально, когда читает Слово или размышляет о чем-либо в нем, выглядит издалека мертвой лошадью. Но если он думает духовно, то выглядит живой лошадью. Я сказал также, что тот, кто думает о Боге, только как о личности, а не по сущности Его, думает о Боге материально. Божественная Сущность обладает многими качествами, например, всемогущество, всеведение, вездесущесть, вечность, любовь, мудрость, милость, благость и так далее. Есть еще свойства, исходящие от Божественной Сущности: творение и сохранение, искупление и спасение, просвещение и наставление. Каждый, кто мыслит о Боге исходя из Личности, приходит к трем Богам. Он говорит, что Создатель и Хранитель - это один Бог, Искупитель и Спаситель - другой, а Просветитель и Наставник - третий. Но тот, кто мыслит о Боге по Сущности, для того Бог один. Он говорит: Бог создал нас, Он искупил и спасает нас, и Он же просвещает и наставляет. Вот чем объясняется то, что думающие о Божественной Троице исходя из Личности, то есть материально, не могут не уноситься понятиями своего материального мышления от одного Бога к трем. Тем не менее, в противоположность своим мыслям они вынуждены говорить, что эти три личности объединяет Сущность, поскольку они думали о Боге и исходя из Сущности тоже, но как бы через сетку.

Поэтому, ученики мои, думайте о Боге исходя из Сущности, а уже затем о Личности. Думать исходя из личности о сущности - значит думать и о сущности материально. Но думать о личности исходя из сущности - значит думать и о личности духовно. Язычники античности, думая о Боге, а поэтому и о Его качествах, материально, сделали себе не то что три, а сотню Богов; ибо они из каждого качества делали Бога. Вы должны знать, что не бывает, чтобы материальное входило в духовное, но духовное входит в материальное. То же самое и с размышлением о ближнем по внешнему виду, а не по качествам его, а также с размышлением о небесах, как о месте, а не как о любви и мудрости, из которых состоят небеса. Это относится и ко всему остальному, о чем повествует Слово. Поэтому никто, придерживаясь материального представления о Боге, а так же о ближнем и о небесах, не сможет понять ничего в Слове, потому что для него оно - мертвая буква. А сам он, когда читает Слово или размышляет о сказанном в нем, кажется издали мертвой лошадью.

Те, которых вы видели упавшими с небес и превратившимися на ваших глазах в мертвых лошадей, - это были люди, закрывшие взор своего разума на богословские вопросы, то есть на духовное церкви, не только себе, но и другим, своей особой догмой о том, что разум должен находиться в подчинении у их веры. Они никогда не задумывались о том, что если разум с помощью религии держать закрытым, то он станет слепым, как крот, и в нем не будет ничего, кроме густой тьмы. Такая тьма, отталкивая любой духовный свет, не дает ему проникнуть в разум от Господа и с небес, а вместо этого ставит заслон для вопросов веры на уровне телесных чувств, намного ниже разумного уровня. Иначе говоря, она ставит заслон на уровне носа, закрепляя его в носовом хряще, после чего невозможно даже ощутить запах духовного. Из-за этого некоторые люди доходят до того, что почувствовав лишь дуновение чего-либо духовного, падают в обморок. Под чувством запаха я подразумеваю постижение. Вот каковы люди, делающие из одного Бога трех. Они, конечно, говорят, исходя из сущности, что Бог один, но все равно их вера заставляет их молиться о том, чтобы Бог Отец смилостивился ради Сына и послал Святого Духа, из чего ясно, что у них три Бога. А иначе и быть не может, коль скоро они молятся одному смилостивиться ради второго и послать третьего". Затем учитель рассказал им о том, что Господь - это один Бог, в котором Божественная Троица.

624.61 Четвертый опыт.

Проснувшись посреди ночи, я увидел на некоторой высоте к востоку ангела, держащего в правой руке лист бумаги, залитый ярким солнечным светом, в середине которого было что-то написано золотыми буквами. Я рассмотрел, что написано было: "Супружество блага и истины". От надписи исходило сияние, растекавшееся вокруг бумаги широким кольцом. Это кольцо, или ореол, было похоже на весеннюю зарю. Затем я увидел, что ангел с бумагой в руках спускается, и по мере того, как он спускался, бумага светилась все меньше и меньше, а надпись "Супружество блага и истины" из золотой стала серебряной, а затем медного цвета, далее железного, и наконец, цвета медной и железной ржавчины. И вот, ангел, казалось, вошел в густое облако, и пройдя через него, появился на земле. Лист бумаги, хотя и оставался у него в руке, стал невидимым. Это происходило в мире духов, куда каждый попадает сразу после смерти.

Затем ангел обратился ко мне: "Спроси у тех, что идут сюда, видят ли они меня и то, что у меня в руке". Приближалась огромная толпа, с востока, с юга, с запада и с севера. Я спросил тех, что с востока и с юга, людей, которые в мире посвятили себя учености, видят ли они кого-нибудь со мной, и что-нибудь у него в руке. Все они сказали, что не видят ничего. Я задал этот же вопрос тем, что с востока и севера. Это были те, которые в мире доверяли тому, что говорили ученые люди. Они тоже сказали, что ничего не видят. Однако последние из всех, у которых в мире была простая вера, основанная на милосердии, иначе говоря, некоторые истины от добра, сказали, когда первые прошли, что видят человека с листом бумаги, и что на этом человеке изящная одежда, а на листе какие-то буквы. Присмотревшись, они сказали, что написано: "Супружество блага и истины". При этом они обратились к ангелу с просьбой объяснить им, что это означает.

Он сказал, что все, что есть во всех небесах и во всем мире, от создания представляет собой не что иное, как супружество блага и истины. Это потому, что всякое создание, как живущее и дышащее, так и неживое, и неодушевленное, происходит от супружества блага с истиной, и создано для него. Нет ничего такого, что было бы одной истиной или одним благом. И то, и другое - ничто само по себе, но только в этом супружестве они осуществляются, и становятся чем-то, в зависимости от вида этого супружества. В Господе Боге Создателе Божественное благо и Божественная истина присутствуют в самой их сути. Бытие Его сути есть Божественное благо, проявление Его сути есть Божественная истина, и они находятся в состоянии полного единства, ибо в Нем они составляют одно целое в бесконечной степени. Раз они составляют одно целое в Самом Боге Создателе, то они составляют одно целое и в любом из Его созданий. Этим Создатель соединен со всем, что создано Им, вечным заветом, подобным супружеству.

Далее ангел сказал, что Священное Писание, продиктованное Господом, в общем и в частностях представляет собой супружество блага и истины (см. выше, 248-253). Поскольку церковь, образующаяся при помощи истин учения, и религия, образующаяся при помощи добрых дел в жизни по истинам учения, у Христиан имеются только из Священного Писания, очевидно, что и церковь, вообще и в частностях, является супружеством блага и истины. Все, что сказано здесь о супружестве блага и истины, относится также и к супружеству милосердия и веры, поскольку благо относится к милосердию, а истина - к вере.

Произнеся эту речь, ангел поднялся над землей, и пройдя через облако, вознесся в небеса. Тогда лист бумаги снова осветился, изменяясь по мере того, как он поднимался. И вдруг тот лучистый ореол, который прежде напоминал зарю, спустился вниз и разогнал облако, наводившее тьму на землю, и засияло солнце.

625.62 Пятый опыт.

Однажды, когда я размышлял о втором пришествии Господа, передо мной вспыхнул свет, такой яркий, что ослепил меня. Я посмотрел наверх, и увидел, что все небо надо мной было наполнено светом; и от востока до запада слышны были нескончаемые песнопения, прославляющие Господа. Ко мне подошел ангел и сказал: "Это - прославление Господа по поводу Его пришествия, которое исходит от ангелов восточных и западных небес". Из южных и северных небес доносилось только нечто вроде тихого лепета.

Ангел, слышавший все это, сказал мне сразу, что это прославление и восхваление Господа основано на Слове. Теперь же он сказал: "Вот сейчас, в частности, они прославляют и восхваляют Господа словами пророка Даниила:

Ты видел железо, смешанное с глиной горшечной, но они не скрепятся между собой. Но в те дни Бог небес воздвигнет царство, которое не разрушится вовек. Оно сокрушит и истребит все царства, а само будет стоять вечно. Дан. 2:43,44.

Затем я услышал нечто, похожее по звуку на пение, и еще дальше к востоку увидел вспышки света, которые были ярче, чем прежние. Я спросил ангела, какое прославление поется там. Он сказал, что это - слова описания, приведенного Даниилом:

Видел я в ночных видениях, как Сын Человеческий шел с облаками небесными. И Ему даны были власть и царство, чтобы все народы и племена поклонялись Ему. Владычество Его будет владычеством вечным, которое не прейдет, и лишь Его царство никогда не погибнет. Дан. 7:13,14.

Кроме того, они восхваляли Господа такими словами из Откровения:

Иисусу Христу слава и владычество. Вот, Он идет с облаками. Он - альфа и омега, начало и конец, первый и последний, тот, кто есть, кто был и кто грядет, Всемогущий. Я, Иоанн, слышал это от Сына Человеческого из середины семи светильников. Откр. 1:5-13; 22:8,13.

А также словами Матфея 24:30,31.

Я снова посмотрел на восток небес, где разгорался свет с правой стороны; сияние его разлилось на просторы неба к югу, и я услышал нежные звуки. Я спросил ангела, чем там прославляют Господа. Он сказал, что словами из Откровения:

И я увидел новые небеса и новую землю. И я увидел город святой, Новый Иерусалим, сходящий от Бога с небес, приготовленный, как невеста для мужа своего. И услышал я голос могущественный с небес, говорящий: Вот скиния Божия с людьми, и Он будет обитать с ними. И ангел говорил со мной и сказал: пойдем, я покажу тебе невесту, жену Агнца. И он перенес меня в духе на гору высокую, и показал мне город святой, Иерусалим. Откр. 21:1-3,9,10.

А также такими словами:

Я, Иисус, - утренняя звезда яркая; и Дух и невеста говорят: Приди. И Он говорит: Приду скоро. Аминь, приди же, Господь Иисус! Откр. 22:16,17,20.

После этого и многих других прославлений я услышал еще одно, общее прославление от востока небес до запада, и от юга до севера. Я спросил ангела, в чем оно состояло. Он сказал, что это были следующие слова из Пророков:

Пусть всякая плоть узнает, что Я Иегова и Спаситель твой. Исаия 49:26.

Так говорит Иегова, Царь Израиля и Искупитель его, Иегова Саваоф: Я первый и Я последний, и нет Бога кроме Меня. Исаия 44:6.

И скажут в тот день: Вот Он, Бог наш, которого мы ждали, чтобы освободил нас. Он - Иегова, которого мы ждали. Исаия 25:9.

Голос вопиющего в пустыне: приготовьте путь Иегове. Вот, Господь Иегова идет в силе. Как пастырь Он будет кормить стадо свое. Исаия 40:3,5,10,11.

Младенец родился нам, сын дан нам; имя ему: Чудный, Советник, Бог, Герой, Вечный Отец, Князь мира. Исаия 9:6.

Вот, наступят дни, когда Я восставлю Давиду праведного потомка, который будет править, как царь. И вот имя его: Иегова - наша правда. Иер. 23:5,6; 33:15,16.

Иегова Саваоф - Его имя, и Искупитель, Святой Израилев. Богом всей земли назовут Его. Исаия 54:5.

И в тот день Иегова будет царем над всей землей; в тот день Иегова будет одним, и имя у Него будет одно. Зах. 14:9.

Когда я услышал и понял все это, сердце мое забилось от восторга, и я, радуясь, пошел домой; там, вернувшись из состояния духовного в состояние телесное, я записал все, что я видел и слышал.

Глава 11. Вменение.

LXXIV Вера современной церкви, которая считается единственно необходимой для оправдания, и вменение - одно и то же.

626. Вера современной церкви, которая считается единственно необходимой для оправдания, и вменение - одно и то же; иначе говоря, вера и вменение в современной церкви составляют единое целое. Это потому, что одно предполагает другое, они взаимозаменяемы и входят друг в друга, и благодаря этому существуют. Ведь если говорят о вере, но не упоминают вменение, вера становится пустым звуком; если говорят о вменении, а веру не упоминают, то вменение становится пустым звуком. Если же о них говорят вместе, или связывают их, то они, хотя и становятся некими членораздельными выражениями, тем не менее, лишены понятного смысла. Ибо для того, чтобы разум мог уловить хоть какой-нибудь настоящий смысл в них, необходимо третье понятие: заслуга Христа. Тогда получается утверждение, которое можно произнести с некоторой долей благоразумия. Ведь вера современной церкви состоит в том, что Бог Отец вменяет праведность Своего Сына и посылает Святого Духа осуществить ее проявления.

627. Эти три понятия: вера, вменение и заслуга Христа, - составляют единое целое в современной церкви. Их можно назвать триедиными, потому что, если одно из них убрать, то современное богословие обратится в ничто, так как оно держится на осмыслении этих трех понятий в их единстве, как длинная цепь на вбитом крюке. Так что, если убрать либо веру, либо вменение, либо заслугу Христа, то все, сказанное об оправдании, прощении грехов, оживлении, обновлении, возрождении, освящении, равно как и о Евангелии, свободе воли, милосердии и добрых делах, да даже и о вечной жизни, - все это станет чем-то вроде опустошенных городов или развалин церкви. И сама вера, знаменосец всего этого, станет ничем, а значит и вся церковь станет пустыней и будет разорена.

Эти замечания ясно показывают, на каком столпе зиждется в наше время дом Божий. Если этот столп вырвать, то дом обрушится, подобно тому, как обрушилось то строение, в котором забавлялись Филистимские управляющие, а с ними еще до трех тысяч человек, когда Самсон враз сдвинул с места две колонны, умертвив, или убив их (Судей 16:29).

Так можно сказать, поскольку я показал в предыдущих главах и покажу в приложении, что эта вера - не Христианская, потому что не соответствует Слову; и что вменение, о котором она учит, - бессмыслица, потому что заслугу Христа нельзя вменить.

LXXV Вменение, как понятие современной веры, - двойное: вменение заслуги Христа, и вменение спасения, как его следствие.

628. Повсюду в Христианской церкви учат, что оправдание, а следовательно и спасение, осуществляется Богом Отцом путем вменения заслуги Его Сына, Христа; и что это вменение происходит по милости, когда и где этого пожелает Бог, то есть по Его произволу. Удостоившиеся вменения заслуги Христа принимаются в число сынов Божьих. Поскольку руководители церкви не сделали ни шагу за пределы такого представления, или не возвысились умом над ним, то бесспорное положение о произвольном выборе Божьем привело их к огромным ошибкам, свойственным фанатикам, а затем и к отвратительной ереси предопределения, и более того, к мерзкой ереси о том, что Бог не придает значения тому, что человек делает в своей жизни, но одной лишь вере, начертанной на внутреннем его ума. Поэтому, если этот ошибочный взгляд на вменение не выгнать вон, весь Христианский мир заполонит атеизм, и им будет править "царь бездны, имя которому по-еврейски Аваддон, а по-гречески - Аполлион63" (Откр. 9:11). Аваддон и Аполлион означают того, кто губит церковь ложью; бездна же означает место, где находится эта ложь (см. Апокалипсис открытый, 421, 440, 442). Отсюда ясно, что губитель царствует именно над этим ложным верованием и над всеми последовательностями ложных утверждений, из него вытекающими. Ибо, как я уже говорил, вся система современного богословия держится на этом веровании, как длинная цепь на вбитом крюке, или подобно тому, как человек всеми своими членами зависит от головы. А поскольку такое представление о вменении господствует повсюду, то к нему относятся слова Исаии:

Господь отрубит Израилю голову и хвост; те, что почитаемы, - это голова, а учителя лжи - хвост. Исаия 9:14,15.

629. В настоящее время, как только что было сказано, верят в двойное вменение. Но двойное оно не в том смысле, что Бог проявляет двояко свою милость ко всем, но в том, что эта милость бывает только для части. Оно двойное так, как если бы отец проявлял свою любовь не ко всем своим детям, но к одному-двум из них. Оно двойное притом, что Божий закон и его власть - не для всех, но распространяются лишь на некоторых. Таким образом, в одном случае эта двойственность - бескрайняя и всеобщая, в другом ограниченная и раздельная. Последняя - на самом деле двойная, тогда как первая - единая. Ибо сейчас учат, что заслуга Христа вменяется по произвольному выбору, и только в этом случае вменяется спасение; поэтому некоторые принимаются, остальные же - отвергаются. Будто бы Бог кого-то возносит на лоно Авраама, а кого-то бросает, как подачку, дьяволу. Но истина состоит в том, что Господь никого не отвергает и не бросает, а сам человек делает это с собой.

630. Далее, современное представление о вменении лишает человека всех возможностей, основанных на свободе воли в духовных вопросах, и не оставляет ему даже и малой толики их, хотя бы чтоб потушить свою одежду, если она загорится, и уберечь от ожогов свое тело, или залить огонь водой при пожаре в собственном доме, и спасти свою семью. А между тем Слово, от начала до конца, учит, что нужно избегать зла, потому что это - дело дьявола, и от дьявола исходит, и что следует делать добро, потому что оно - Божье дело, и исходит от Бога; все это человек должен делать сам, но под руководством Господа.

Но современное представление о вменении исключает право так поступать, как губительное для веры, а значит, и для спасения, чтобы ничего от человека не вошло во вменение, и, таким образом, в заслугу Христа. Введение такого учения породило сатанинское убеждение в том, что человек полностью беспомощен в духовных делах. Это все равно, что сказать: "Ходи", тому, у кого нет и одной ноги; или: "Вымойся", тому, у кого отрублены обе руки; или: "Делай добро, но спи при этом"; или: "Поешь", тому, у кого нет языка. Это все равно, что человеку дана была бы воля, которая вовсе волей не является. Не скажет ли он тогда: "Я могу сделать не больше, чем Лотова жена, превращенная в соляной столп, или не больше, чем бог филистимлян Дагон, когда в его капище внесли Ковчег Божий. Я боюсь, что мне отломают голову, как ему, и кисти моих рук выкинут на порог. (1 Цар. 5:4). И способностей у меня не больше, чем у Веельзевула, Аккаронского бога64, который, судя по имени его, только и мог, что гонять мух". Что сейчас верят в такое бессилие человека в духовных делах, можно убедиться из цитат на тему свободы воли, приведенных выше, п. 464.

631. Среди богословов существует разница в подходе к первой части двойственности вменения, которая касается спасения человека, то есть, вменению заслуги Христа по произвольному выбору, а значит и вменению спасения. Одни учат, что вменение безусловно, так как происходит по свободе власти, и даруется тому, чьи внешние или внутренние свойства угодны Богу. Другие - что вменение происходит по предвидению с теми, кто исполнился благодати и, следовательно, эта вера применима к нему. Однако оба эти мнения метят в одну точку. Они подобны двум глазам, нацеленным на один камень, или двум ушам, слушающим одну и ту же песню. На первый взгляд они расходятся в разные стороны, но в конечном итоге они сходятся и поддерживают друг друга. Ибо, если обе школы учат беспомощности человека в духовных делах, и из веры исключают все человеческое, тогда та благодать, которая позволяет принять веру, по произволу ли наполняется ею человек, или по предвидению, все равно является следствием одного и того же избрания. Ведь если бы эта благодать, которую называют предваряющей, была доступна всем, то необходимы были бы какие-то дополнительные собственные усилия со стороны человека; однако от этого они бегут, как от проказы.

Вот почему ни один человек не знает, получил ли он эту веру по благодати, как полено или камень, которым он подобен, когда она наполняет его. Ведь нет ни одного признака, свидетельствующего об этом, раз человеку отказано в милосердии, религиозных чувствах, стремлении начать новую жизнь и свободе делать добро или зло. Те признаки, которые выдают за свидетельства присутствия этой веры в человеке, смешны и ни чем не отличаются от гадания авгуров древности по полету птиц, предсказаний астрологов по звездам или кидания костей. Вот какие следствия, и даже еще более нелепые, вытекают из верования во вменение праведности Господа, о которой говорится, что она вводится в избранных вместе с верой (эта вера и называется праведностью).

LXXVI Источником представления о вере, вменяющей заслугу и праведность Христа Искупителя, послужили постановления Никейского Собора о трех Божественных Личностях от вечности; и вера эта была принята во всем Христианском мире с тех времен и до наших дней.

632. Что касается самого Никейского Собора, то созван он был Императором Константином Великим по совету Александра, епископа Александрийского. На нем присутствовали все епископы Азии, Африки и Европы. Проходил он в Императорском дворце в городе Никее, в Вифинии65. Он должен был опровергнуть и проклясть на основании Святого Писания ересь Ария, александрийского священника, отрицавшего божественность Иисуса Христа. Состоялся он в 318 году66 после Рождества Христова. Собравшиеся вынесли решение о том, что три Божественные Личности: Отец, Сын и Святой Дух, существовали от вечности, что явствует из двух Символов Веры, которые известны как Никейский и Афанасиев. В Никейском Символе читаем:

Верю в одного Бога, всемогущего Отца, создателя небес и земли; и в одного Господа, Иисуса Христа, Сына Божьего, единородного от Отца, прежде всех веков рожденного, Бога от Бога, единосущного Отцу; сошедшего с небес и воплотившегося от Духа Святого и Девы Марии; и в Духа Святого, Господа животворящего, исходящего от Отца и Сына, которому воздаются поклонение и слава наравне с Отцом и Сыном.

Следующие слова - из Символа Афанасия:

Вот кафолическая вера: мы почитаем одного Бога в Троице, и Троицу - в единстве, не смешивая Личности и не разделяя сущность. Но так же, как Христианская истина заставляет нас исповедовать каждую Личность отдельно, как Бога и Господа, кафолическая религия запрещает нам говорить о трех Богах или трех Господах.

Это все равно, что сказать: разрешается исповедывать трех Богов и Господ, но не говорить о них, поскольку это запрещено религией, хотя истина говорит, что их три. Этот Афанасиев Символ написан сразу после того, как состоялся Никейский Собор, одним или несколькими из тех, кто на нем присутствовал. Он был признан экуменическим, или кафолическим, документом. Из приведенных цитат ясно, что эти постановления требовали признания трех Божественных Личностей от вечности; и хотя каждая личность в отдельности была Сама по Себе Богом, о трех Богах или Господах нельзя было говорить, но только об одном.

633. В Христианском мире хорошо известно, что с того времени вера в три Божественные Личности была признана, подтверждена и проповедована всеми епископами, архиепископами, главами церквей и всем духовенством, вплоть до сего дня. Поскольку из-за этого людские умы заполонило представление о трех Богах, стало невозможным явить на свет веру, отличную от той, что направлена ко всем трем по очереди. А она требует взывания к Богу Отцу, и моления Его о том, чтобы вменил праведность Своего Сына, или смилостивился ради страданий Его Сына на кресте, и послал Святого Духа, осуществляющего промежуточные и конечные проявления спасения.

Эта вера является потомством, порожденным теми двумя Символами Веры. Но когда ее пеленки были развернуты, взору предстали трое вместо одного, вначале соединенные, как будто обнявшиеся друг с другом, а затем и раздельно. Ибо говорится, что их сущность объединяет их, но их разделяют качества: творение, искупление и действие; или вменение, вменяемая праведность и осуществление. Вот причина того, что, хотя из этих трех Богов и сделали одного Бога, но не смогли сделать одну Личность из трех, опасаясь, как бы не стерлось понятие о трех Богах. Ведь при этом, в соответствии с Символом, можно сохранять веру в каждую Личность, как в Бога; между тем, если эти три Личности сделаются впоследствии одной, то все здание, построенное на этих трех колоннах, превратится в кучу обломков.

Собор ввел понятие о трех Божественных личностях от вечности по той причине, что его члены не изучили как следует Слова, и поэтому не нашли другой защиты от Ариан. Затем они собрали эти три Личности, каждая из которых была Богом Сама по себе, в одного Бога, из опасения, что их обвинят в вере в трех Богов и опозорят все разумные и набожные люди со всех трех континентов. Они вывели учение о вере, направленной ко всем трем Богам по очереди, потому что никакой другой веры и не могло получиться из этого начала. Другая причина - в том, что если пропустить одного из троих, то третий не будет послан, и тогда всякое действие Божественной благодати превратится в ничто.

634. Однако надо сказать правду. С тех пор, как три Бога введены в Христианских церквях, то есть со времени Никейского собора, все добро милосердия и вся истина веры были изгнаны. Ибо они не совместимы с поклонением трем Богам в уме и поклонением при этом одному Богу на устах. Ведь ум тогда отвергает то, что говорят уста, а уста отрицают то, что думает ум. А значит, нет веры ни в трех Богов, ни в одного. Отсюда ясно, что все здание Христианской церкви с того времени не только треснуло, но развалилось на куски. С того времени отворилась бездонная пропасть, и из нее поднялся дым, словно из великой печи, которым были помрачены солнце и воздух, и из дыма вышла саранча на землю (Откр. 9:2,3). Объяснение этих стихов можно найти в "Апокалипсисе открытом". Именно с этих пор началось и умножилось запустение, предсказанное Даниилом (Матф. 24:15); и именно к этой вере и ее вменению собрались орлы (24:28); орлы - это руководители церкви с их острым зрением.

Раз говорится, что эти постановления были вынесены единодушным голосованием Собора, в котором принимало участие так много епископов и выдающихся ученых, то как можно доверять соборам? Ведь и Римско-католические Соборы тоже единодушно пришли к решениям о том, что Папа - это наместник Христа, что нужно призывать святых, почитать изображения и кости, разделять Святую Евхаристию, о чистилище и индульгенциях, и тому подобном. Как можно доверять соборам, когда Дортский собор, тоже единодушно, проголосовал за предопределение, за эту отвратительную ересь, и превознес его, как оплот религии? Дорогой читатель, доверяй не Соборам, а Святому Слову. Обратись к Господу, и будешь просвещен. Ибо Он - Слово, то есть, сама Божественная истина Слова.

635. В заключении открою одну тайну. Семь глав Откровения описывают конец прежней церкви, в тех же выражениях, в которых описано разорение Египта. И то, и другое описывается, как бедствия, каждое из которых означает в духовном смысле какую-либо ложь, постепенно доводящую разорение до полного истребления. Поэтому та церковь, которая теперь разрушена, тоже называется Египтом в духовном понимании (Откр. 11:8). Бедствия Египетские заключались в следующем:

Воды превратились в кровь, и рыба вымерла, и река засмердела. (Исход, глава 7; подобно тому и Откр. 8:8; 16:3). Кровь обозначает искаженные Божественные истины (см. "Апокалипсис открытый", 379, 404, 681, 687, 688). Мертвые рыбы означают истины в природном человеке, которые тоже мертвы (AR 290, 405).

Вышли жабы и покрыли землю Египетскую (Исход, глава 8). И в Откр. 16:13 упоминаются жабы. Жабы означают рассуждения, происходящие от стремления исказить истину (AR 702).

В Египте сделались отвратительные нарывы на людях и на скоте (Исход, глава 9); подобно тому и в Откр. 16:2. Нарывы означают виды внутреннего зла и лжи, которые могут истребить добро и истину церкви (AR 678).

И был в Египте град с огнем (Исход, глава 9); подобно тому и в Откр. 8:7; 16:21. Град означает адскую ложь (AR 399, 714).

Напала саранча на землю Египетскую (Исход, глава 10); подобно тому и в Откр. 9:1-11. Саранча означает ложь во внешнем (AR 424, 430).

Была густая тьма в Египте (Исход, глава 10); подобно тому и в Откр. 8:12. Тьма означает ложь от незнания или от ложных религиозных понятий, или от злого образа жизни (AR 110, 413, 695).

Наконец, египтяне погибли в море Суф67 (Исход, глава 14). В Откровении дракон и лжепророк погибли в озере огня и серы (19:20; 20:10). И море Суф, и это озеро имеют одно и то же значение: ад.

В описании Египта и церкви, завершение и конец которой изображаются в Откровении, используются одни и те же выражения, потому что Египет означает церковь, которая в своем начале была самой выдающейся. Поэтому до своего разорения Египет приравнивался к Саду Эдемскому и к саду Иеговы (Бытие 13:10; Иез. 31:8). Он назывался также "краеугольным камнем племен" и "сыном мудрецов и царей древности" (Исаия 19:11,13). Подробнее о Египте в его раннем состоянии и о его опустошении можно прочесть в AR 503.

LXXVII Вера, вменяющая заслугу Христа, была неизвестна в ранней, Апостольской церкви, и о ней нигде не говорится в Слове.

636. Церковь, существовавшая до Никейского Собора, называлась Апостольской церковью. Это была обширная церковь, распространившаяся на три континента: Азию, Африку и Европу, что видно по владениям Императора Константина Великого, простиравшимся не только на множество европейских государств, которые впоследствии разделились между собой, но и на соседние страны вне Европы, ведь он был Христианином, и при том ревностным. Поэтому-то он и созвал, как уже говорилось, епископов из Азии, Африки и Европы в свой дворец в городе Никея в Вифинии, чтобы изгнать из своей империи позорное учение Ария. Это произошло по Божественному провидению Господа, поскольку, когда отрицают божественность Господа, Христианская церковь вымирает и становится могилой с надписью: "Здесь покоится...".

Итак, та церковь, что существовала до этого времени, называлась Апостольской, ее выдающиеся писатели были известны, как Отцы, а истинные Христиане - как братья. Они не признавали трех Божественных личностей, и поэтому Сына Божьего от вечности тоже, а только Сына Божьего, рожденного в свое время, что очевидно из Символа Веры, который, как и их церковь, называется Апостольским. Вот слова из этого Символа:

Верю в Бога Отца Всемогущего, создателя небес и земли; и в Иисуса Христа, единственного Сына Его, Господа нашего, зачатого от Духа Святого и рожденного от Девы Марии. Верю в Духа Святого, в Святую Кафолическую церковь, общество святых.

Отсюда ясно, что они не признавали никакого другого Сына Божьего, кроме Того, который был зачат от Духа Святого и рожден Девой Марией, и уж ни в коем случае - Сына Божьего, рожденного от вечности. Этот символ, как и два других, признавался всегда, вплоть до наших дней, всей Христианской церковью, как подлинный и кафолический.

637. В те изначальные времена все в Христианском мире признавали, что Господь Иисус Христос - Бог, и Ему дана вся власть в небесах и на земле, и власть над всей плотью, по Его собственным словам (Матф. 28:18; Иоанн 17:2). Они верили в Него так, как Он велел от Бога Отца (Иоанн 3:15,16,36; 6:40; 11:25,26). Это видно и из того, что император Константин Великий собрал всех епископов, чтобы на основании священного писания опровергнуть и осудить Ария и его последователей, которые отрицали божественность Господа Спасителя, рожденного от Девы Марии. Так они и сделали, но, убегая от волка, наткнулись на льва; или, словами поговорки, боясь Харибды, попались Сцилле. Выдумав сказку о Сыне Божьем от вечности, сошедшем и принявшем человеческий облик, они надеялись отстоять и вернуть Господу Его божественность. Но они не знали, что Сам Бог, Творец вселенной, сошел к нам, чтобы сделаться Искупителем, и поэтому новым Творцом, что ясно из Ветхого Завета (Исаия 25:9; 40:3,5,10,11; 43:14; 44:6,24; 47:4; 48:17; 49:7,26; 60:16; 63:16; Иер. 50:34; Осия 13:4; Пс. 18:15; прибавьте сюда еще Иоанн 1:14,1568).

638. Поскольку Апостольская церковь поклонялась Господу Иисусу Христу, и при этом Богу Отцу в нем, ее можно уподобить саду Божьему. Ария же, появившегося затем, - змею, посланному из ада. А Собор в Никее - Адамовой жене, протянувшей мужу плод и уговорившей съесть его. После чего они узнали о своей наготе и прикрыли ее листьями смоковницы. Их нагота означает их прежнее состояние невинности, листья смоковницы - истины природного человека, с течением времени искаженные. Эту раннюю церковь можно сравнить с зарей и утром, за которыми последовал день, продолжавшийся до десятого часа69; но затем этот день омрачился густым облаком, под покровом которого он сменился вечером и далее ночью. Тогда для некоторых взошла луна, при свете которой они видели хоть что-то в Слове; остальные же зашли так далеко в ночную тьму, что не замечали уже и следа божественности в Человеческом Господа, несмотря на то, что Павел сказал: "В Иисусе Христе вся полнота Божества обитает телесно" (Кол. 2:9), а Иоанн сказал: "Сын Божий, посланный в мир, - это Бог истинный и вечная жизнь" (1 Иоанн 5:20,21).

Изначальная, или Апостольская, церковь никогда не могла бы предположить, что ее сменит церковь, которая будет в сердце поклоняться многим Богам, а на устах - одному; которая отделит милосердие от веры, а прощение грехов - от покаяния и стремления к новой жизни; которая введет понятие о полной беспомощности в духовных делах; и тем более, что поднимет голову Арий, который после своей смерти воскреснет и будет тайно править церковью до самого ее конца.

639. Слово не учит ни о какой вере, вменяющей заслугу Христа, что совершенно ясно из того, что такая вера была неизвестна церкви, пока Никейский Собор не выдвинул понятие о трех Божественных Личностях от вечности. Как только это представление было введено и распространено по всему Христианскому миру, все другие убеждения были выброшены вон, во тьму. С этого времени всякий, кто в Слове читал о вере, о вменении и о заслуге Христа, в полном согласии с собственными представлениями решал, что ни о чем другом в нем не говорится. Это все равно, что прочитать одну страницу и остановиться, не перевернув ее и не узнав, что дальше; или убедить себя в истинности какого-либо утверждения, хотя оно не истинно, и доказывать одно это утверждение. Тогда человек видит ложное истинным, а истинное - ложным, и затем, сжав зубы, шипит на каждого, кто против его точки зрения, говоря: "Ты неразумен". Этой точке зрения он вверяет весь свой ум, оборачивая его толстой кожей, которая отвергает, как неправоверное, все то, что несогласно с его так называемой правоверностью. Ведь его память подобна дощечке, на которой начертан единственный и главный принцип его богословия; для чего-то иного, попавшего в нее, там уже нет места, и это выбрасывается, как пена с уст.

Возьмем для примера убежденного поклонника природы, который думает, что природа сама создала себя, или что Бог появился после природы, или что природа и Бог - одно и то же. Если кто-нибудь скажет ему, что дело обстоит как раз наоборот, то он сочтет такого человека обманутым сказками духовенства, простаком, тупицей или сумасшедшим. Это относится к любому понятию, закрепленному в уме убеждением и доказательством. Оно неизбежно становится подобным гобелену, прибитому множеством гвоздей к стене, сложенной из старых, крошащихся камней.

LXXVIII Вменение заслуги и праведности Христа невозможно.

640. Чтобы понять, почему невозможно вменение заслуги и праведности Иисуса Христа, необходимо знать, в чем заключается Его заслуга и праведность. Заслуга нашего Господа Спасителя заключается в искуплении; что оно собой представляет, видно из соответствующей главы (114-133, выше), где искупление описано, как подчинение адов и приведение в порядок небес, за чем последовало основание церкви, то есть, как целиком Божественное дело. Там показано также, что искуплением Господь взял на себя власть возрождать и спасать тех людей, которые верят в Него и соблюдают Его заповеди; без такого искупления никакая плоть не могла бы спастись. Итак, поскольку искупление было целиком Божественным делом, делом одного Господа, Его заслугой, следовательно, заслуга эта не может быть придана, приписана или вменена никому из людей, так же, как и создание или сохранение вселенной. Искупление было своего рода новым творением ангельских небес, а также церкви.

Современная церковь приписывает эту заслугу Господа Спасителя тем, кто получил веру по благодати. Это ясно видно по ее догматам, из которых этот - основной. Ведь все иерархи этой церкви и ее последователи, как в Римско-католической церкви, так и в Реформированной, подтверждают, что через вменение заслуги Христа принявшие веру не только считаются праведными и святыми, но и являются таковыми на самом деле. Они заявляют также, что их грехи в глазах Бога не являются грехами, потому что они прощены; а они сами оправданы, то есть, примирены с Богом, обновлены, возрождены, освящены и записаны в небеса. Так учит в наше время вся Христианская церковь, что явствует из документов Тридентского Собора70, Исповеданий Августы и Аугсбурга71, и сопровождающих их общепринятых комментариев.

Из сказанного вытекает единственно возможное следствие, касающееся этой веры, а именно, что обладание этой верой и есть заслуга и праведность Христа, а значит, обладающий ею и есть Христос, только с другим именем. Ибо говорится, что Сам Христос есть праведность, и эта вера тоже есть праведность, а благодаря вменению (под которым понимается также наделение ими и приписывание их) люди не только считаются, но и на самом деле являются праведными и святыми. К этому вменению, наделению и приписыванию добавь лишь перенесение - и будешь Папой, наместником Христа.

641. Итак, заслуга и праведность Господа - чисто Божественные, а все чисто Божественное таково, что если его приложить или применить к человеку, то он тут же умрет. Он будет начисто истреблен, как деревянное полено, брошенное прямо на Солнце, так что и частицы пепла не останется. Поэтому Господь приближается Своей божественностью к ангелам и людям посредством умеренного и ослабленного света, приспособленного к каждому в отдельности, таким образом, посредством того, что соответствует уровню человека и приемлемо для него; и то же самое с теплом.

В духовном мире есть солнце, а в середине этого солнца - Господь. Из этого солнца Он наполняет Своим светом и теплом весь духовный мир, и всех в нем. От этого источника происходят всякий свет и всякое тепло того мира. Из этого солнца Господь наполняет тем же светом и тем же теплом души и умы людей. Тепло это по сущности является Его Божественной любовью, а свет этот по сущности является Его Божественной мудростью. Эти тепло и свет соразмеряются Господом с возможностями и особенностями того ангела или человека, который принимает их, при помощи тонких духовных воздушных слоев, или атмосфер, которые проводят и переносят их. Солнце же то состоит из Самого Божественного, которое непосредственно окружает Господа. Оно удалено от ангелов так же, как солнце природного мира - от людей, чтобы они не находились незащищенными в близком соприкосновении с ним; ведь иначе они будут истреблены, словно деревянное полено, брошенное прямо на Солнце, как уже говорилось.

Сказанного достаточно, чтобы понять, что заслугу и праведность Господа, поскольку они чисто Божественны, ни коим образом нельзя перенести вменением в какого бы то ни было ангела или человека. Даже если хотя бы капля их, не приспособленная, как было описано, коснется человека или ангела, они будут корчиться в предсмертных муках, с вывернутыми ногами и выпученными глазами, пока не лишатся жизни. В Израильской церкви об этом хорошо знали, говоря: никто не может видеть Бога и жить.

Солнце того мира, каким оно стало после того, как Иегова Бог облекся человеческим и привнес в него искупление и новую праведность, описано у Исаии следующими словами:

Свет солнца будет всемеро светлее, как свет семи дней, в тот день, когда Иегова перевяжет Своему народу его перелом. Исаия 30:26.

Эта глава от начала до конца посвящена пришествию Господа. Есть еще описание того, что произойдет, если Господь сойдет вниз и подойдет к какому-нибудь злому человеку, в следующем отрывке из Откровения:

Они скрылись в пещеры и ущелья гор, и говорили горам и скалам: сокройте нас от лица сидящего на престоле и от гнева Агнца. Откр. 6:15,16.

Сказано "гнев Агнца", потому что их страх и мучения при приближении Господа представляется им Его гневом.

Еще одно очевидное доказательство тому заключается в следующем. Если какому-либо безбожнику позволяется войти в небеса, где в Господе царствуют милосердие и вера, его глаза заволакивает тьма, головокружение и безумие охватывают их ум, а тело - боль и муки, и он становится словно мертвый. Что же случится, если Сам Господь своей Божественной заслугой, то есть, искуплением, и Своей Божественной праведностью войдет в человека? Даже сам Апостол Иоанн не мог вынести присутствия Господа, ибо мы читаем, что когда он увидел Сына Человеческого среди семи светильников, он упал у Его ног, будто бы мертвый (Откр. 1:17).

642. Постановления Соборов и статьи Исповеданий, которые клянутся отстаивать члены Реформированных церквей, утверждают, что Бог оправдывает злодея внося в него заслугу Христа. Однако же дурному человеку невозможно сообщить даже добро какого-либо ангела, а тем более присоединить к нему, потому что оно будет отвергнуто и отброшено подобно резиновому мячу, брошенному в стену, или будет поглощено, как бриллиант, упавший в болото. Да и вообще, втолкнуть в него хоть что-нибудь истинно доброе - все равно, что привязать жемчужину к свиному рылу. Всем известно, что невозможно ввести сострадание в безжалостность, невинность - в месть, любовь - в ненависть, согласие - в разногласие; это то же самое, что перемешать между собой небеса и ад.

Тот, кто не возрожден, относительно своего духа подобен пантере или сове, его можно сравнить с колючкой или крапивой. Но тот, кто возрожден, подобен овце или голубю, и его можно сравнить с маслиной или виноградом. Посудите сами, если угодно, можно ли из человека-пантеры сделать человека-овцу, или из совы - голубя, или из колючки - маслину, или из крапивы - виноград, каким-либо вменением, приданием или приписыванием Божественной праведности, которая скорее проклянет их, чем оправдает. Ведь прежде чем такое превращение станет возможным, необходимо прежде удалить дикую звериную природу пантеры или совы, или вредность колючки или крапивы, а вместо них насадить истинно человеческое и безвредное, разве нет? Как это происходит, Господь учит также у Иоанна (15:1-7).

LXXIX Вменение существует, но это вменение добра и зла, и в то же время - веры.

643. Из многочисленных отрывков Слова, из которых часть уже приводилась, очевидно, что существует вменение добра и зла, и именно это вменение имеется ввиду там, где оно упоминается в Слове. Но для того, чтобы каждый был уверен, что нет другого вменения, я приведу здесь еще несколько мест из Слова.

Сыну Человеческому должно прийти, и тогда воздаст Он каждому по делам его. Матф. 16:27.

Делавшие добрые дела выйдут в воскресение жизни, делавшие злые дела - в воскресение суда. Иоанн 5:29.

Книга была раскрыта, книга жизни; и были судимы все по сделанному ими. Откр. 20:12,13.

Вот, скоро иду, и воздаяние Мое со Мной, чтобы воздать каждому по делам его. Откр. 22:12.

Накажу его по путям его и воздам ему по делам его. Осия 4:9; Зах. 1:6; Иер. 25:14; 32:19.

В день гнева и праведного суда Бог воздаст каждому по делам его. Рим. 2:5,6.

Мы все должны явиться на суд перед Христом, чтобы каждый получил за то, что он сделал в теле, хорошее или плохое. 2 Кор. 5:10.

В начале церкви не было другого закона вменения, не будет его и в ее конце. О начале ее ясно из того, что Адам и его жена были прокляты за злые дела, то есть за то, что ели от дерева познания добра и зла (Бытие, главы 2 и 3). Что не будет другого закона в конце церкви, очевидно из слов Господа:

Когда придет Сын Человеческий в славе Своей, тогда сядет Он на престоле славы Своей. И скажет Он овцам справа: Придите, благословенные, наследуйте царство, уготованное вам от основания мира. Ибо Я был голоден, и вы дали мне есть; Я жаждал, и вы дали Мне пить; Я был странником, и вы приняли Меня; Я был наг, и вы одели Меня; Я был болен, и вы посетили Меня; Я был в тюрьме, и вы пришли ко Мне. Но козлам слева, поскольку те не делали добрых дел, Он скажет: Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный дьяволу и его ангелам. Матф. 25:31 и далее.

Тот, чьи глаза открыты, увидит отсюда, что вменяются добро и зло.

Есть еще вменение веры, поскольку милосердие, которое относится к добру, и вера, которая относится к истине, совместно пребывают в добрых делах. Если они не пребывают в них совместно, то дела эти - не добрые (см. 373-377, выше). Поэтому Иаков говорит:

Авраам, наш отец, не делами ли был оправдан, когда возложил своего сына на жертвенник? Разве ты не видишь, что вера содействовала делам его, и по делам была признана совершенной? И исполнилось писание, говорящее: Авраам верил Богу, и это вменено ему в праведность. Иаков 2:21-23.

644. Главы Христианских церквей и их подданные понимают под вменением в Слове вменение веры, на которой начертаны праведность и заслуга Христа, приписываемые поэтому человеку, по той причине, что в течение четырнадцати веков, то есть со времени Никейского Собора, они не желали знать никакой другой веры. Таким образом, одна эта вера осела у них в памяти, а значит и в умах, как нечто упорядоченное. За это время их ум обзавелся кое-каким светом, наподобие того, что исходит от пожара ночью. В этом свете их вера стала казаться непосредственной богословской истиной, на которой держится все богословие, как на одном кольце цепи - все остальные. Так что, если эту главную часть, или столп, убрать, все обрушится. Поэтому, если они подумают, читая Слово, о какой-либо другой вере, кроме вменяющей, то этот свет, вместе со всем их богословием, погаснет, и тьма окутает всю Христианскую церковь. И вот, эта вера была оставлена им, как пень с корнем в земле, доколе не пройдут семь времен, тогда как дерево было срублено и истреблено (Дан. 4:23). Кто из признанных предводителей современной церкви не заткнет себе уши, словно ватой, когда на эту веру нападают, чтобы не слышать ни слова против нее? Читатель, друг мой, открой уши и читай Слово, и ты постигнешь ясно иную веру и иное вменение, отличные от тех, в которых тебя убеждали.

645. Удивительно: хотя Слово от начала до конца наполнено свидетельствами и доказательствами, что человеку вменяются его добро или зло, богословы Христианской религии будто бы забили себе уши воском и замазали глаза мазью, и никогда не слышали и не видели, как и теперь не слышат и не видят никакого другого вида вменения, кроме вменения их веры, описанного выше. А между тем эту веру правильно было бы сравнить с глазной болезнью, называемой gutta serena; ее даже вполне можно так и называть, поскольку эта болезнь представляет собой полную слепоту, которая вызывается непроходимостью зрительного нерва, хотя при этом кажется, что глаз все видит. Подобным образом все те, у кого такая вера, вроде бы ходят с открытыми глазами, и другим кажется, что они видят все, однако же они не видят ничего. Ведь если человек, как деревянное полено, не знает о входящей в него вере ничего, то он не знает даже, есть ли в нем эта вера, и вообще, содержится ли в этой вере хоть что-нибудь. И затем эти люди будто бы видят ясным взором, что эта вера рождает и приносит благородное потомство оправдания, а именно, прощение грехов, оживление, обновление, возрождение и освящение, тогда как на самом деле не видели ни одного признака всего этого, и не могли видеть.

646. После смерти людям вменяется добро, то есть милосердие, и зло, то есть, беззаконие, что подтверждается всем моим опытом относительно судьбы перешедших из этого мира в другой. Каждый там через несколько дней подвергается исследованию, каково было его отношение к религии в прежнем мире. После того, как исследование завершается, исследующие посылают сообщение в небеса, и человека отправляют к таким же, как он, и он оказывается среди своих. Вот как происходит вменение. Что всем, кто в небесах, было вменено добро, а всем, кто в аду - зло, стало мне понятно из того, как небеса и ад устроены Господом. Все небеса устроены в виде множества обществ, в соответствии со всем многообразием любви к добру; весь ад - в виде множества обществ, в соответствии со всем многообразием любви к злу. Церковь на земле Господь устраивает подобным же образом, поскольку она соответствует небесам. Ее религия - это ее добро.

Кроме того, спроси кого угодно из тех, у кого есть религия и рассудок, из нашей части света или из других: кто, они думают, попадет в небеса, а кто - в ад. Все они будут согласны в своем мнении, что делающие добро попадают в небеса, а делающие зло - в ад. Опять-таки, кто не знает, что каждый настоящий человек любит другого человека, сообщество людей, город или страну, за добро в них? Да и не только людей, но и животных, и даже неодушевленные вещи, например, дома, имения, поля, сады, деревья, леса, земли, а также металлы и камни, - все это любят за добро и пользу, приносимые ими; добро и польза - одно и то же. Как же тогда может быть, чтобы Господь любил человечество и церковь не за добро в них?

LXXX Вера и представление о вменении новой церкви никоим образом не могут сочетаться с верой и представлением о вменении прежней церкви. Если они окажутся вместе, произойдет такое столкновение и противоборство, что человек лишится всего, относящегося к церкви.

647.72 Вера и представление о вменении новой церкви никоим образом не может сочетаться с верой и представлением о вменении прежней, или все еще существующей, церкви, потому что они не согласны между собой и на треть, да что там, и на одну десятую. Вера прежней церкви учит, что было три Божественные Личности от вечности, каждая из которых была в отдельности, или Сама по Себе Богом, и поэтому было три создателя. А вера новой церкви состоит в том, что была только одна Божественная Личность, и поэтому только один Бог, от вечности, и нет другого Бога, кроме Него. Вера прежней церкви, таким образом, утвердилась в том, что Божественная Троица делится на три Личности; а вера новой церкви утверждает, что Божественная Троица объединена в одной Личности.

Вера прежней церкви была в Бога невидимого, недостижимого, с которым мы не можем соединиться. Их представление о Боге было таким же, как и их представление о духе, то есть, как о чем-то подобном эфиру или ветру. А вера новой церкви - в Бога видимого, досягаемого, с которым мы можем соединиться, и в котором, подобно душе в теле, присутствует тот невидимый, недосягаемый Бог, с которым наше соединение невозможно. Она понимает Бога, как человека, потому что тот единственный Бог, который существовал от вечности, стал человеком в определенное время.

Вера прежней церкви наделяет всей властью невидимого Бога, и лишает ее видимого Бога. Ведь она утверждает, что Бог Отец вменяет веру, и посредством этого дарует вечную жизнь; что видимый Бог выступает посредником, и оба Они дают (у Греческой церкви - Бог Отец дает) Духу Святому, который является третьим по порядку отдельным Богом, всю власть осуществлять действие этой веры. А вера новой церкви отдает видимому Богу, в котором невидимый Бог, всю власть вменять и осуществлять спасение.

Вера прежней церкви - преимущественно в Бога Создателя, а не в Бога, как Искупителя и Спасителя, в то же время. А вера новой церкви - в одного Бога, который одновременно Создатель, Искупитель и Спаситель.

Вера прежней церкви состоит в том, что за даром и вменением веры сами собой следуют покаяние, прощение грехов, обновление, возрождение, освящение и спасение, при том, что человек не участвует в этом и не связан с этим. Вера же новой церкви учит, что покаяние, преобразование и возрождение ведут к прощению грехов при содействии человека.

Вера прежней церкви утверждает, что вменяется заслуга Христа, и что дар веры включает в себя это вменение. Вера новой церкви, напротив, учит, что вменяются добро и зло, а поэтому и вера, и такое вменение соответствует Священному Писанию, тогда как другое противоречит ему.

Прежняя церковь утверждает, что вера, в которой содержится заслуга Христа, даруется человеку, который при этом подобен деревянному полену или камню; кроме того, она утверждает, что человек совершенно беспомощен в духовных вопросах. Новая церковь учит полностью противоположной вере, не в заслугу Христа, а в Самого Иисуса Христа, Бога, Искупителя и Спасителя, утверждая, что человек обладает свободой воли, которая позволяет ему по собственному желанию принять веру и содействовать.

Прежняя церковь добавляет милосердие к своей вере в качестве дополнения, которое не участвует в спасении, и на этом основана ее религия. А новая церковь соединяет веру в Господа с милосердием к ближнему, как две неразделимые вещи, и на них основывает свою религию. Есть еще много других различий между двумя церквями.

648. Этот краткий обзор несоответствий и разногласий ясно показывает, что вера и представление о вменении новой церкви никоим образом не может сочетаться с верой и представлением о вменении прежней, все еще существующей, церкви. Наличие такого количества несоответствий и разногласий между верами двух церквей и их представлениями о вменении делает их совершенно разнородными. Поэтому, если их объединить в человеческом уме, то произойдет такое столкновение и противоборство, что в человеке не останется ничего относящегося к церкви, и относительно всего духовного он впадет в бред и бессознательное состояние, до той степени, что не будет знать, что такое церковь и есть ли вообще такое понятие, как церковь. Едва ли он будет знать тогда вообще что-либо о Боге, вере и милосердии.

Веру прежней церкви, раз она закрывает всякий свет, исходящий от рассудка, можно уподобить сове. Но веру новой церкви можно уподобить голубке, которая летает днем и видит все при свете небес. Так что совмещать их в одном уме - это то же самое, что положить сову и голубку в одно гнездо, где обе они будут нести яйца. Когда они высидят своих птенцов, сова растерзает птенцов голубки и накормит ими своих птенцов; ведь сова - хищная птица.

Вера прежней церкви изображена в Откровении (глава 12) драконом, а вера новой церкви - женщиной, окруженной солнцем, с венцом из двенадцати звезд на голове. Это сравнение позволяет заключить, в каком состоянии окажется ум человека, если дракон с женщиной будут одновременно в одном доме. Дракон будет стоять около женщины с намерением пожрать ребенка, которого она вот-вот родит; а когда она убежит в пустыню, он станет преследовать ее, и пустит ей вслед воду, как реку, чтобы течение поглотило ее.

649. То же самое произойдет, если кто-либо вознамерится принять веру новой церкви, сохраняя при этом веру прежней церкви о вменении заслуги и праведности Господа. Это тот корень, из которого, как побеги, проросли все догмы прежней церкви. Так поступить - это все равно, что избежать пяти рогов дракона только для того, чтобы попасться на другие пять рогов; или сбежать от волка и столкнуться с тигром; или выбраться из сухой ямы, чтобы упасть в другую, полную воды, и утонуть. Ибо в таком случае человек быстро вернулся бы ко всему, составлявшему его прежнюю веру; а какова она, было показано выше. Возможно, он сделает при этом страшную ошибку, решив, что он может вменить себе и на самом деле присвоить Божественные качества Господа - искупление и праведность, которые можно почитать, но нельзя присваивать. Ведь тот, кто вменит их себе и присвоит, будет полностью уничтожен, как если бы его кинули в самое пекло солнца, хотя это-то солнце и дает ему возможность видеть и жить в теле. Выше было показано, что заслуга Господа - в искуплении, и Его искупление, а также Его праведность - это два чисто Божественных качества, которые невозможно присоединить к человеку. Итак, пусть всякий остерегается переносить понятие о вменении прежней церкви в понятия новой, потому что это повлечет за собой тяжкие последствия, которые встанут на пути к его спасению.

LXXXI Господь каждому вменяет добро, но ад каждому вменяет зло.

650. Это новость для церкви, что Господь вменяет человеку добро и никогда не вменяет зла, а дьявол (имеется в виду ад) вменяет зло, и никогда - добро. Это новость по той причине, что во многих местах Слова мы читаем: Бог гневается, мстит, ненавидит, проклинает, наказывает, бросает в ад, искушает; а так действует злой человек, и поэтому все это - зло. Но, как показано в главе о Священном Писании, буквальный смысл Слова состоит из так называемых видимостей, или соответствий. Они нужны для того, чтобы связать внешнее церкви с ее внутренним, и таким образом связать мир с небесами. В этой же главе показано, что когда об этом читают на небесах, те самые видимости истины, переходя от человека в небеса, превращаются в подлинные истины. А они состоят в том, что Господь никогда не гневается, никогда не мстит, не ненавидит, не проклинает, не наказывает, никого не бросает в ад и не искушает; таким образом, Он никогда никому не причиняет зла. Мне часто доводилось наблюдать такое видоизменение и превращение в духовном мире.

651. Рассудок сам по себе согласен с тем, что Господь не может делать зла никому, а значит, не может и вменять зло; ведь Он - сама любовь, сама милость, и поэтому само добро; все это - свойства Его Божественной сущности. Приписывать Господу зло, или что-либо связанное со злом, значило бы приписывать Ему нечто противное Его Божественной сущности, а это противоречие. Это означало бы нечто невыразимо мерзкое, наподобие соединения Господа с дьяволом, или небес с адом. Однако же, между ними "утверждена великая пропасть, чтобы тот, кто хочет перейти отсюда туда, не мог, и оттуда сюда никто не мог бы перейти" (Лука 16:26). Даже ангел небес не может делать зла никому, потому что Господом в него заложена добрая сущность; и наоборот, дух ада не может делать другому ничего, кроме зла, из-за злой природы, заложенной в него дьяволом. Сущность, или природу, которую человек сделал в мире своей собственной, после смерти изменить невозможно.

Прошу вас, посудите сами. Что это был бы за Господь, если бы Он смотрел с гневом на злых, а на добрых - снисходительно (и добрых, и злых - сотни миллионов); и если бы Господь спасал часть людей по Своей милости, а остальных проклинал из мести, взирая на разных разным взглядом: ласковым и нестрогим - на одних, суровым и непреклонным - на других? Как мог бы тогда Господь быть Богом? Каждый, кто учился на проповедях в церкви, знает, что все добро, если это добро по сущности, - от Бога, а всякое зло, если это зло по сущности, - от дьявола. Итак, если бы человек принимал и добро, и зло, добро - от Господа, а зло - от дьявола, в обоих случаях своей волей, разве не был бы он ни холоден, ни горяч, но тепловат, и поэтому извергнут вон, по словам Господа в Откровении (3:15,16)?

652. Господь всем вменяет добро, и никому - зло, следовательно, Его суд никого не отправляет в ад, но каждого поднимает в небеса, если человек следует за Ним. Это подтверждается Его собственными словами:

Иисус сказал: Когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе. Иоанн 12:32.

Бог послал Своего Сына в мир не судить мир, а чтобы мир спасен был через Него. Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден. Иоанн 3:17,18.

Если кто услышит Мои слова и не уверует, Я не сужу того. Ибо Я пришел не судить мир, а спасти мир. Для отвергающего Меня и не принимающего Моих слов есть судья. Слово, сказанное Мной будет судить его в последний день. Иоанн 12:47,48.

Иисус сказал: Я не сужу никого. Иоанн 8:15.

Суд здесь и в других местах Слова означает осуждение в ад, то есть проклятие. Там, где говорится о спасении, употребляется не понятие суда, а слова "воскресение к жизни" (Иоанн 5:24,29; 3:18).

Слово, которое будет судить, означает истину; истина эта состоит в том, что все зло - от ада, и поэтому зло и ад - одно. Таким образом, Господь поднимает злого человека к небесам, а его зло тянет его вниз, и поскольку он любит зло, он следует за ним по собственному желанию. Другая истина из Слова состоит в том, что добро - это небеса. Поэтому, когда Господь поднимает доброго человека к небесам, он как бы сам собой восходит туда, и его принимают. Такие люди названы "записанными в Книгу Жизни" (Дан. 12:1; Откр. 13:8; 20:12,15; 17:8; 21:27).

Сфера, постоянно распространяющаяся от Господа и поднимающая всех в небеса, действительно существует; она заполняет собой весь духовный и весь природный мир. Она подобна сильному течению в океане, незаметно уносящему с собой корабль. Все верующие в Господа и живущие по Его заповедям попадают в эту сферу, или течение, и увлекаются вверх. Но неверующие не желают вступить в эту сферу, отходят к краям ее, и оттуда увлекаются течением, направленным в ад.

653. Каждый знает, что ягненок не может вести себя иначе, чем ягненок, а овца - иначе, чем овца. С другой стороны, волк может действовать только как волк, а тигр - только как тигр. Если этих животных содержать вместе, то волк непременно растерзает ягненка, а тигр - овцу. Поэтому-то и ставят при них пастуха, чтобы охранял их. Каждый знает, что в струе источника сладкой воды не может возникнуть горькой воды, и что хорошее дерево не может приносить плохого плода. Виноградная лоза не может уколоть, как терновник, цветок лилии не может оцарапать, как колючка, гиацинт не может обжечь, как крапива; и наоборот, терновник, колючка и крапива не могут дать того, что дают виноград, лилия и гиацинт. Поэтому эти вредные растения выпалывают из полей, виноградников и садов, собирают в кучи и сжигают. То же самое происходит и со злыми людьми, попадающими в духовный мир, по словам Господа (Матф. 13:30; Иоанн 15:6). И Евреям Господь сказал:

Отродье змеиное, как можете вы говорить доброе, будучи злы? Добрый человек из доброй сокровищницы своего сердца выносит доброе, а злой - из злой сокровищницы выносит злое. Матф. 12:34,35.

LXXXII Решающее значение имеет то, с чем соединена вера. Если истинная вера соединена с добром, присуждается вечная жизнь; но если вера соединена со злом, присуждается вечная смерть.

654. Милосердные дела, исполняемые Христианином и язычником, внешне выглядят одинаково, поскольку и тот, и другой делают своему собрату добро, предписанное воспитанностью и нравственностью. Это отчасти то же самое, что и добрые дела по любви к ближнему. Действительно, и тот, и другой могут подавать бедным, помогать нуждающимся, слушать проповеди в церкви. Но кто может по этому определить, таковы ли эти добрые дела внутренне, каковыми они представляются внешне, то есть, является ли духовным добром это природное добро? Нельзя сделать никакого вывода по этому вопросу, не беря в рассмотрение веру, ибо именно вера определяет качество этих добрых дел. Именно вера позволяет Богу присутствовать в них и соединяет их с собой во внутреннем человеке. Благодаря этому природные добрые дела становятся внутренне духовными. Истинность этого более полно видна из вопросов, обсуждению которых была посвящена глава о вере, где было выяснено следующее.

Вера не жива, пока не соединена с милосердием. Милосердие становится духовным благодаря вере, а вера становится духовной благодаря милосердию. Вера без милосердия - не духовна, и поэтому верой не является; милосердие без веры - безжизненно, и поэтому милосердием не является. Вера с милосердием слагаются и соединяются друг с другом. Господь, милосердие и вера составляют одно, точно так же, как жизнь, воля и разум; если их разделять, то каждое в отдельности разрушается, как жемчужина, которая крошится в пыль [355-367].

655. Из всего сказанного можно понять, что вера в одного и истинного Бога делает добро также и внутренним добром, и наоборот, вера в ложного бога делает добро чисто внешним, и по сущности это уже не добро. Такова была прежде вера древних язычников в Юпитера, Юнону и Аполлона, вера Филистимлян в Дагона, а других - в Ваала и Ваалфегора, мудреца Валаама - в его бога, Египтян - во множество их богов. Она совершенно отличается от веры в Господа, истинного Бога и вечную жизнь, как говорит Иоанн (1 Иоанн 5:20); в котором вся полнота Божества пребывает телесно, как говорил Павел (Кол. 2:9). Что такое вера в Бога, если не взгляд, обращенный к Нему, и поэтому Его присутствие, и в то же время надежда на Его помощь? Разве истинная вера заключается не в этом, и не в уверенности, что все добро от Него, и что каждому человеку приносит спасение его добро? Поэтому, если такая вера соединена с добром, это имеет решающее значение для вечной жизни; совершенно противоположное происходит, если вера не соединяется с добром, и тем более, если она соединяется со злом.

656. Выше было показано, что собой представляет соединение веры с милосердием у тех, которые верят в трех Богов, утверждая при этом, что верят в одного; а именно, что милосердие соединяется с верой лишь во внешнем природном человеке. Причина в том, что ум такого человека сосредоточен на понятии о трех Богах, тогда как его уста исповедуют одного Бога. Поэтому, если бы в этот момент его ум проник в признание его уст, он не дал бы говорить об одном Боге, а развязал бы его язык, и у него вырвалось бы: "три Бога", поскольку он так думал.

657. Всякому понятно по рассудку, что зло и вера в одного истинного Бога несовместимы. Ведь зло противно Богу, а вера угодна Ему. Зло относится к воле, а вера - к мышлению; воля же действует на разум и заставляет его мыслить, но не иначе. Разум лишь говорит человеку, что ему желать и делать. Поэтому добро, которое такой человек делает, является по сущности злом. Оно подобно чистой кости с гнилым мозгом, или актеру, играющему на сцене великую личность. Оно подобно также изнуренной блуднице с накрашенным лицом. Еще оно подобно бабочке с серебряными крыльями, летающей там и тут, и откладывающей яйца на листьях полезных деревьев, которые из-за этого не приносят плодов. Оно подобно приятному аромату ядовитых растений; оно, наконец, подобно разбойнику, читающему наставления, или набожному мошеннику. Поэтому добро такого человека, которое по сущности - зло, скрывается как бы во внутренней комнате, тогда как его вера, прохаживающаяся в прихожей и рассуждающая вслух, представляет собой не более чем химеру, привидение или мыльный пузырь. Из этих сравнений становится понятной истина утверждения, что вера имеет решающее значение в зависимости от того, с чем она соединена: с добром или со злом.

LXXXIII Никому не вменяются его мысли, а вменяется только его воля.

658. Всякий образованный человек знает, что ум состоит из двух частей, или способностей, - воли и разума. Но немногие люди знают, как должным образом различить их между собой, исследовать свойства того и другого по отдельности, и затем снова объединить. Кто не может этого проделать, тот имеет об уме лишь весьма туманное представление. Итак, если не описать сначала свойства разума и воли отдельно, невозможно понять смысл этого утверждения, что никому не вменяются его мысли, а вменяется только его воля.

Свойства их вкратце таковы:

1. Любовь сама вместе со всем, что к ней относится, располагается в воле; знание, разумение и мудрость располагаются в разуме. Воля вдыхает в них свою любовь, заручаясь их поддержкой и согласием.

2. Отсюда следует, что все добро, а также все зло принадлежит воле. Ибо все, что происходит от любви, называют добром, хотя это может быть и зло, потому что это - следствие удовольствия, которое составляет жизнь воли. С помощью удовольствия воля проникает в разум и добивается его согласия.

3. Итак, воля есть бытие (esse), или сущность жизни человека, а разум есть проявление (existere), или исходящее от нее. Как всякая сущность ничто, если не имеет формы, так и воля - ничто, если не входит в разум. Таким образом, воля принимает форму в разуме, и в нем являет себя на свет.

4. Любовь воли - это конечная цель, а разум ищет и находит средства, с помощью которых он может осуществить ее. Поскольку конечная цель является его задачей, и поэтому намерением человека, задача также принадлежит воле и посредством намерения входит в разум, побуждая его рассмотреть и продумать средства, и остановиться на тех, что ведут к цели.

5. Вся самость (proprium) человека заключена в его воле. Она с первого рождения представляет собой зло, и становится добром посредством второго рождения. Первое рождение человека - от его родителей, второе - от Господа.

6. Из этих кратких заметок видно, что воля и разум имеют различные качества, которые от сотворения связаны, как Бытие и Проявление. Следовательно, в первую очередь воля делает человека человеком, а уж затем - разум. Таким образом, каждому вменяется его воля, но не мышление, и поэтому - зло и добро, коль скоро, как было сказано, они заложены в воле, и только из нее входят в мышление разума.

659. Никакое зло, мыслимое человеком, не вменяется ему, по той причине, что человек создан способным мыслить о добре и зле, о добре, исходящем от Господа, и о зле, исходящем из ада. Находясь посередине между ними, человек вправе выбирать то или другое по свободе воли в духовных вопросах; этому была посвящена соответствующая глава. Имея свободу выбирать, он может хотеть или не хотеть того или другого. То, чего он хочет, принимается волей и становится его собственным; то, чего он не хочет, не принимается и не становится его собственным. Всякое зло, к которому предрасположен человек с рождения, записано в его природном человеке. В той степени, в которой он увлекается этим злом, оно проникает в его мысли. Подобно тому и разнообразное добро вместе с истинами проникают в его мысли сверху, от Господа, и уравновешивают это зло, словно на чашах весов. Если человек при этом берет себе зло, оно принимается его старой волей и прибавляется к прежнему злу. Но если он берет себе вместе с истинами доброе, Господь образует в нем новую волю и новый разум поверх старых, и в них Он насаждает друг за другом посредством истин новые виды добра. С помощью этого добра Он побеждает все зло, находящееся ниже, и удаляет его, приводя все в порядок. Отсюда понятно также, что мышление очищает человека и извергает все зло, наследованное им от родителей. Поэтому, если бы вменялось зло, мыслимое человеком, преобразование и возрождение были бы невозможны.

660. Поскольку добро относится к воле, а истина - к разуму, и в мире есть много такого, что соответствует добру, например, выгода и польза, тогда как само вменение соответствует стоимости и ценности, следовательно, сказанному здесь о вменении можно найти аналогию в любом предмете творения. Ибо, как было показано во многих местах этой книги, все во вселенной имеет отношение к добру и истине, а в противоположном случае - к злу и лжи. Можно, поэтому, провести сравнение с церковью, достоинство которой оценивается по милосердию и вере, а не по обрядам, которые являются дополнением к ним. Можно также провести сравнение со служителем церкви, которого ценят за его волю и любовь, и за разумение в духовных вопросах, а не за приветливость и церковное облачение.

Возможно сравнение с богослужением и зданием, в котором оно проводится. Само богослужение происходит в воле, а в разуме - потому что он представляет собой как бы храм для него. Храм же называется святым не сам по себе, а по причине того, что в нем обучают Божественному. Еще возможно сравнение с правлением, при котором господствуют добро и истина; люди любят такое правление, а не то, при котором господствует одна истина, без добра. Разве о государе судят по его свите, лошадям и каретам, а не по достоинствам правителя, которыми он славится? Достоинства правителя - это любовь и благоразумие в правлении. Кто, наблюдая победное шествие, не посмотрит на победителя, с тем, чтобы оценить шествие по нему, но не его по шествию? Поэтому то, что относится к форме, судят по тому, что относится к сущности, а не наоборот. Воля относится к сущности, мышление к форме. Никогда форме не вменяется то, что не происходит от сущности; посему вменение должно быть по сущности, а не по форме.

* * * * *

661.73 Здесь я приведу следующие сообщения о своем опыте, вот первое:

В верхней северной части духовного мира, ближе к востоку, есть места, в которых учат детей, а также места наставлений для молодежи, взрослых и стариков. Все умершие в детском возрасте, отправляются туда для воспитания; кроме того, туда отсылают новоприбывших из этого мира, если они желают знать, что такое небеса и ад. Эта область располагается близко к востоку, так что все они могут учиться по наитию от Господа. Ибо Господь есть восток, поскольку Он находится в солнце того мира, которое представляет собой чистую любовь, исходящую от Него. Поэтому тепло этого солнца по сути своей есть любовь, а свет по сути своей - мудрость. Этими светом и теплом Господь наполняет обучающихся настолько, насколько они способны их принять, а это зависит от их любви быть мудрыми. Когда проходит срок наставления, и они становятся образованными, их отпускают оттуда и называют учениками Господа. Покинув эти места, они отправляются сначала на запад, а кто не остается там, следуют дальше на юг, и некоторые через юг на восток. Их принимают в различные общества, где они находят себе дом.

Однажды, когда я размышлял о небесах и об аде, мне захотелось иметь общее представление об их состоянии. Я знал, что всякий, имеющий общее представление, может впоследствии понять и частности, поскольку они содержатся в общем понятии, как части в целом. Под влиянием этого желания я посмотрел в направлении той области на границе севера и востока, где находились места наставления, и пошел туда по открывшейся мне дороге. Зайдя в одну из школ, и обратился к старшим учителям, наставлявшим молодежь. Я спросил, знают ли они что-нибудь самое общее о небесах и об аде.

Они ответили, что знают немного, но если посмотрят на восток к Господу, то Он просветит их, и они будут знать.

Так и сделав, они сказали: "Есть три общих начала, касающихся ада, и три общих начала, касающихся небес, которые первым трем совершенно противоположны. Общие начала, касающиеся ада, - это три любви: любовь властвовать из любви к себе, любовь владеть чужим благом из любви к миру и блудная74 любовь. Общие начала, касающиеся небес, - это противоположные виды любви: любовь властвовать из любви быть полезным, любовь обладать мирскими благами по любви приносить пользу с помощью них и истинно супружеская любовь".

После этой беседы я пожелал им мира, и покинул их, направившись домой. Когда я оказался дома, с небес мне было сказано: "Исследуй эти три общих начала вышних и нижних, и тогда мы увидим их на твоей руке". Сказано было "на твоей руке", потому что все, что человек исследует своим разумом, является ангелам как бы написанным на его руках. Поэтому-то в Откровении и сказано, что они приняли начертание на лбу и на руке (Откр. 13:16; 14:9; 20:4).

Затем я исследовал первую общую любовь ада, любовь повелевать по любви к себе, а за ней - противоположную общую любовь небес, любовь повелевать из любви быть полезным. Мне не позволено было исследовать одну любовь без другой, поскольку разум не постигает одну любовь без другой, как ее противоположности. Таким образом, чтобы понять каждую из них, необходимо противопоставить их друг другу; ведь милое или красивое лицо более выгодно смотрится на фоне уродливого и безобразного лица. Когда я изучал любовь повелевать из любви к себе, мне дано было постигнуть, что эта любовь самая адская из всех, и поэтому распространена в основном в самых глубоких адах. А любовь повелевать по любви быть полезным - самая небесная из всех, и господствует в высших небесах.

Любовь к власти над другими из любви к себе - самая адская из всех, потому что власть из любви к себе исходит от самости (proprium) человека, которая представляет собой сущее зло, а оно совершенно противоположно Господу. Поэтому, чем больше у человека этого зла, тем больше он отрицает Бога и все святое в церкви, поклоняясь лишь себе и Природе. Я умоляю всех, в ком есть это зло, отыскать его в себе, чтобы оно было им видно.

Кроме того, эта любовь такова, что если ослаблена ее узда, что бывает тогда, когда нет непреодолимых препятствий, она рвется вперед все дальше и дальше, пока не достигнет высшей точки. Но и там она не останавливается, а огорчается и жалуется, что нет более высокого положения, которого можно было бы достичь.

В случае государственных деятелей любовь эта забирается так высоко, что они желают быть царями или императорами, и править, если возможно, всем миром, добившись звания царя царей, или императора императоров. В случае священнослужителей такая любовь доходит до того, что они хотят быть богами, и править всеми небесами, насколько это возможно, и называться богами богов75. Далее будет показано, что такого рода люди в сердце не признают никакого Бога. С другой стороны, люди, которые хотят управлять из любви быть полезными, не хотят властвовать сами по себе, но желают власти Господа, поскольку любовь быть полезным исходит от Господа, и Сам Господь есть эта любовь. Такие люди рассматривают высокие должности не иначе как средства служения. Служение они ценят преимущественно перед высокими должностями; остальные же, наоборот, ценят высокие должности больше, чем служение.

Когда я пришел к этому выводу в своих размышлениях, мне было передано от Господа через ангела: "Сейчас ты увидишь и убедишься, какова адская любовь".

Внезапно слева разверзлась земля, и я увидел дьявола, поднявшегося из ада. На голове у него была квадратная шляпа, натянутая на лоб до самых глаз. Лицо его было покрыто прыщами, как при лихорадке, глаза горели, а грудь была раздутой и торчала вперед. Своим ртом он изрыгал дым, как печь, поясница его пылала настоящим огнем, а вместо ног у него по колено были одни кости, лишенные плоти. Все его тело дышало вонючим и гнилостным теплом. Я испугался его внезапного появления, и закричал: "Не подходи! Говори, откуда ты?"

"Я из подземного мира, - сказал он в ответ хриплым голосом, - где я живу в самом высокородном обществе численностью в двести человек, среди которых нет ни одного, кто был бы просто князем, царем или императором; у нас все - князья князей, цари царей и императоры императоров. Мы восседаем там на тронах из тронов, и оттуда рассылаем наши повеления по всему миру и за его пределы".

Я сказал ему: "Разве ты не видишь, что твое воображаемое высокородие свело тебя с ума?"

"Как ты можешь так говорить, - ответил он, - когда мы на самом деле видим себя такими, и такими нас признают наши товарищи?"

Услышав это, я не стал больше говорить ему, что он безумен, поскольку его безумие было порождено воображением. Мне было дано знать, что при жизни в мире он был простым домоправителем. Но духом он был настолько заносчив, что весь род человеческий считал ниже своего достоинства, и воображал себя благороднее царя и даже императора. Эта гордыня заставила его отрицать существование Бога, и считать для себя все святое церкви, как ничего не стоящее, нужное лишь тупому простонародью.

Наконец, я спросил его: "И долго вы, двести человек, собираетесь хвалить друг друга?"

"Вечно, - ответил он. - Однако те из нас, которые мучили других за то, что те отрицали наше высокородие, опустились вниз. Нам позволяется хвалить друг друга, но не вредить никому".

"Знаешь ли ты, - продолжал я, - какова участь опустившихся вниз?" Он ответил, что они опускаются в своего рода тюрьмы, где их называют нижайшими из нижайших, самыми низкими из всех, и заставляют работать. Тогда я сказал этому дьяволу: "Смотри, как бы и тебе тоже не опуститься туда".

Затем земля снова разверзлась, на этот раз справа, и я увидел еще одного дьявола, выходящего наверх. На голове у него было некое подобие митры, свернутой кольцами, будто змея, из которой торчала непокрытая макушка. Лицо его было все в проказе, от лба до подбородка, и обе руки тоже. Он был по пояс гол и черен, как сажа, и через эту черноту тускло просвечивало огненное мерцание, как будто от камина. Ноги его по колено были подобны двум змеям.

Первый дьявол, увидев его, пал на колени и стал поклоняться ему. Я спросил его, зачем.

"Это Бог неба и земли, он всемогущий", - ответил он.

Я спросил второго дьявола: "Что ты на это скажешь?"

"Что я могу сказать? - ответил тот. - Мне дана власть над небесами и землей; судьбы всех душ в моих руках".

"Как же может этот император императоров так унижаться, - спросил я его снова, - и как ты можешь принимать его поклонение?"

"Тем не менее, он - мой слуга, - ответил он, - Что такое император в глазах Бога? В своей правой руке я держу молнии отлучения!"

Тогда я сказал ему: "Как можно впадать в такое безумие? В мире ты был простым священником; и из-за того, что ты страдал иллюзией, будто у тебя есть ключи, и в твоей власти связывать и освобождать, ты позволил своему духу зайти так далеко в его безумии, что теперь считаешь себя Самим Богом".

Он рассердился и стал клясться, что он - Бог, и что Господь не имеет никакой власти в небесах, "потому что, - сказал он, - он передал всю ее нам. Нам нужно только отдавать приказы, а небеса и ад с уважением подчиняются нам. Если мы посылаем кого-либо в ад, дьяволы тут же принимают его; и то же самое ангелы, если мы посылаем кого-либо в небеса".

"Сколько вас в вашем обществе?" - продолжал я.

"Триста человек, и все - боги. А я - бог богов", - сказал он.

Вслед за тем земля разверзлась у них под ногами, и они провалились в свои ады. Мне дано было видеть, что под их адами находились исправительные тюрьмы, в которые попадали все вредившие другим. Ибо в аду всем разрешается оставаться в своих заблуждениях и хвалиться ими, но не дозволено никому причинять вреда. Таковы люди в аду, потому что после смерти человек становится духом, а дух, когда он отделяется от тела, входит в состояние полной свободы делать то, что соответствует его склонностям и мыслям, от них происходящим.

Позже мне было позволено заглянуть в их ады. Тот ад, в котором находились императоры императоров и цари царей, был полон всякого рода нечистот. Сами они выглядели, как разнообразные звери с горящими глазами. То же самое было и в другом аду, где находились боги и бог богов. Наводящие ужас ночные птицы, называемые оимами и иимами76, кружили там вокруг них. В таком образе являлись мне их заблуждения.

Из виденного мной понятно, какова любовь к себе государственных деятелей и духовенства. Последние желают быть богами, а первые самодержцами. Они желают и домогаются этого настолько, насколько ослабляется узда, сдерживающая эту любовь.

После этих горестных и ужасающих зрелищ, оглянувшись по сторонам, я увидел неподалеку от себя двух ангелов, о чем-то беседующих. На одном из них была шерстяная, отливающая огненным пурпуром верхняя одежда, под которой сияла льняная блуза. На другом была такая же одежда, но ярко-красная, а на голове у него была митра с несколькими рубинами, вставленными в нее с правой стороны. Я подошел к ним и приветствовал их пожеланием мира. Далее я с почтением спросил: "Почему вы оказались здесь, внизу?"

"Мы посланы сюда Господним повелением, чтобы поговорить с тобой о блаженном состоянии тех, которые хотят управлять другими, потому что любят приносить пользу. Мы поклоняемся Господу; я - князь нашего общества, а со мной - его первосвященник".

Тот, что был князем сказал, что он - слуга своего общества, поскольку служит ему, принося пользу. Другой сказал, что он - служитель церкви этого общества, которому он служит тем, что руководит святыми обрядами, приносящими пользу душам. Оба они наслаждаются непрерывной радостью, происходящей от вечного счастья, дарованного им Господом. Они сказали, что в их обществе все роскошно и великолепно; роскошно, потому что все сверкает золотом и драгоценными камнями, великолепно - благодаря дворцам и паркам. "Причина в том, - сказали они, - что наша любовь к власти над другими исходит не от любви к себе, а от любви к служению. Поскольку эта любовь исходит от Господа, всякое служение во благо в небесах искрится и сияет. А поскольку в нашем обществе все наделены этой любовью, сама атмосфера у нас кажется золотой из-за света, который принимается ею от солнечного пламени. Этот-то огненный солнечный свет и соответствует нашей любви".

При этих словах вокруг них появилась подобная же атмосфера, и я ощутил ее благоухание, о чем тут же и сказал им. Я попросил их рассказать еще немного о любви к служению, и они продолжили: "Те должности, в которых мы состоим, мы и желали получить, с единственной целью: чтобы служение наше было более полным и распространялось более широко. Кроме того, нас постоянно осыпают почестями, и мы принимаем их, но не для себя, а для блага общества. Наши братья и товарищи из простого народа едва ли знают о том, что почести, сопутствующие нашим должностям, не принадлежат нам, а служение наше не от нас исходит. Но нам ясно иное; мы чувствуем, что почести наших должностей лежат вне нас, они - как облачение, в которое мы одеты. А служение наше исходит от любви к служению, которая в нас от Господа, и наслаждение свое эта любовь получает от того, что ею делятся с другими, принося им пользу. Мы знаем на собственном опыте, что чем больше мы служим из нашей любви к служению, тем больше возрастает в нас эта любовь, а вместе с ней и мудрость, с помощью которой она передается другим. Но насколько мы оставляем эту пользу себе, не разделяя ее с другими, настолько наше наслаждение уходит. Тогда служение наше становится подобно пище, которая скапливается в желудке, а не распространяется по телу, питая все его части и все тело в целом; оставаясь не переваренной, она вызывает рвоту. Словом, все небеса являются не чем иным, как вместилищем служения, от первого в них до последнего. Что такое служение, если не осуществление на деле любви к ближнему? И что соединяет небеса в одно целое, если не эта любовь?"

Выслушав это, я спросил: "Как можно различить, приносишь ли ты пользу из любви к себе, или из любви к служению? Каждый, злой он или добрый, приносит различную пользу и делает это, побуждаемый какой-либо любовью. Предположим, что в мире было бы два общества: одно, состоящее из одних дьяволов, а другое - из одних ангелов. Мне кажется, что дьяволы в своем обществе, побуждаемые любовью к себе и привлекательностью своей известности, приносили бы не меньше пользы в своем обществе, чем ангелы в своем. Кто тогда сможет распознать, какова любовь и каков источник их служения?"

Ангелы ответили на мою речь так: "Дьяволы служат ради себя и своего имени, чтобы добиться почестей или выгод. А ангелы служат не из этих соображений, но ради самого служения и своей любви приносить пользу. Никто из людей не может различить между собой эти виды служения, но Господь может. Каждый, кто верит в Господа и избегает зла, как греха, служит по велению Господа. Но тот, кто не верит в Господа, и не избегает зла, как греха, служит для себя и ради себя. Вот в чем разница между служением дьяволов и ангелов".

Сказав это, ангелы удалились; на расстоянии казалось, что они ехали в огненной колеснице, как Илия, и были взяты в свои небеса.

662.77 Второй опыт.

Некоторое время спустя я пошел в парк и гулял там, размышляя о людях, которые стремятся владеть мирскими благами и поэтому воображают, будто они им принадлежат. Я заметил на некотором расстоянии двух ангелов, которые беседовали между собой, время от времени поглядывая в мою сторону. Я подошел ближе, и тогда они окликнули меня, говоря: "У нас есть внутреннее ощущение, что ты размышляешь как раз о том, о чем мы говорим, или мы говорим о том, о чем ты размышляешь, что является следствием взаимного сообщения между нашими склонностями".

Тогда я спросил, о чем они говорили. "О воображении, вожделении и разумении; - сказали они, - а в данный момент о тех, чье удовольствие состоит в том, чтобы мечтать и представлять себе, что они владеют всем в мире".

Я попросил их открыть свои мысли по поводу этих трех предметов: вожделения, стремления и разумения.

Свой ответ они начали с того, что каждый с рождения внутренне имеет вожделения, а внешне приобретает разумение при помощи образования. Никто внутренне не имеет разумения, а тем более мудрости, иначе как от Господа. "Ибо каждый, - продолжали они, - удерживается от вожделения зла и сохраняет разумение в той степени, в которой он взирает на Господа и при этом соединяется с Ним. Без этого человек представляет собой одни вожделения; хотя во внешнем, то есть, в том, что касается тела, он обладает разумением вследствие образованности. Человек вожделеет почестей и богатств, то есть, стремится быть знатным и богатым; но этих двух целей он не может достичь, если не будет казаться нравственным и духовным, и потому разумным и мудрым. Поэтому с рождения он учится казаться таким. Вот почему, как только он оказывается среди других людей или в обществе, он переворачивает свой дух, отвлекая его от вожделений, говорит и действует так, как этого требуют приличия и честь, поскольку этому его учили с детства и это отложилось в его телесной памяти. Он также тщательно следит, чтобы не проявилось какое-либо из безумных вожделений его духа.

Таким образом, всякий, кого внутренне не ведет Господь, - притворщик, льстец и лицемер, кажущийся человеком, но не являющийся им. О нем можно сказать, что его скорлупа, то есть тело, обладает мудростью, а его ядро, то есть дух, пребывает в безумстве. Иначе говоря, его внешнее человеческое, тогда как внутреннее - звериное. Такие люди ходят затылками вверх и лицами вниз, как будто обремененные непосильной ношей, низко наклонив голову и уткнувшись в землю взглядом. Когда они сбрасывают с себя тело и освобождаются, становясь духами, они возвращаются к своим безумным вожделениям. Ибо все, кем управляет их любовь к себе, стремятся стать хозяевами вселенной, и даже раздвинуть ее рамки для того, чтобы расширить свои владения, ведь они нигде не видят им конца. Те, кем управляет любовь к миру, стремятся владеть всем в мире, огорчаясь и завидуя, если у кого-то оказываются богатства, которые он скрывает. Поэтому, чтобы такие люди не превратились в сплошные вожделения и остались человеческими существами, им позволяется в духовном мире мыслить, исходя из сохранения своего достоинства, почета и выгоды, а также из страха перед законом и наказаниями. Им позволяется также сосредоточить свои мысли на какой-либо цели или задаче, чтобы они могли оставаться в своем внешнем, а значит, в состоянии разумности, как бы они при этом ни бредили и ни безумствовали внутренне".

Затем я спросил, подвержены ли все те, у кого имеются такие вожделения, заблуждению, будто мирские блага принадлежат им. Они ответили, что таким заблуждениям подвержены те люди, которые внутренне думают об этом и слишком потакают своему воображению, говоря об этом сами с собой. Эти люди близки к тому, чтобы разделить свой дух с телом; они наводняют разум мечтами и впадают в пустое удовольствие, состоящее в том, чтобы воображать, будто они владеют всем. Человек после смерти становится жертвой своего безумия, если он оторвал свой дух от тела, и не желал отступиться от удовольствия, которое ему давало его безумие. Он мало думал с точки зрения религии о зле и лжи, и почти ничего - о том, что несдержанная любовь к себе разрушает любовь к Господу, а несдержанная любовь к миру разрушает любовь к ближнему.

Вслед за тем и мной, и ангелами овладело желание посмотреть на тех, кто вследствие любви к миру подвержен такому вожделению воображения, или самообману, будто им принадлежат богатства всех остальных. Мы осознали, что это желание овладело нами для того, чтобы мы могли узнать, что это за люди. Они обитали под землей, на которой мы стояли, но над адами. Мы переглянулись и решили: "Пойдем". Перед нами открылось отверстие с лестницей, по которой мы и спустились. Нам сказали подойти к ним с востока, чтобы облако их заблуждений не проникло в наш разум и не помутило его, а вместе с ним и зрение.

Вдруг перед нашими глазами возник дом, сделанный из тростника, и поэтому весь в щелях, окруженный облаком дыма, постоянно вытекавшего из щелей в трех стенах. Мы вошли и увидели с обеих сторон от нас по пятьдесят человек, сидящих на скамьях. Они сидели спиной к востоку и югу, лицом к западу и северу. Перед каждым был стол, на котором лежали толстые мешки денег, а вокруг мешков - груды золотых монет.

Мы обратились к ним с вопросом: "Неужели это - богатства людей всего мира?"

"Не всего мира, а всего царства", - ответили они. Их речь походила по звуку на свист, а лица у них были полные и округлые, с красноватым оттенком, как раковины улиток. Зрачки их глаз казались блестящими на зеленом фоне, из-за света их заблуждения.

Мы встали посредине между ними и спросили: "Вы думаете, что обладаете всеми богатствами царства?" "Да", - ответили они.

Тогда мы спросили: "Кто же из вас владеет этими богатствами?" "Каждый из нас", - сказали они.

"Как каждый? - спросили мы. - Ведь вас много".

"Каждый из нас знает, - пояснили они, - что ему принадлежит все, что есть у другого. Нам не разрешается думать, а тем более говорить: "Что мое - то не твое", но разрешается думать и говорить: "Все твое - мое"".

Даже нам казалось, что монеты на столах сделаны из чистого золота. Однако, когда мы дали восточному свету проникнуть внутрь, они оказались маленькими крупицами золота, которые были увеличены до таких размеров общим и совместным воображением присутствующих. Они сказали, что каждый, кто приходит к ним, должен принести с собой немного золота, которое они распиливают на части и затем разделяют на крупицы. Эти крупицы они потом увеличивают при помощи сосредоточения своих способностей к самообману, с одной лишь целью: сделать так, чтобы они казались монетами большого достоинства.

Тогда мы сказали им: "Разве не рождены вы разумными людьми? Откуда у вас эти безрассудные видения?"

"Мы знаем, - ответили они, - что все это - призрачная суета, но поскольку в этом состоит удовольствие внутреннего наших умов, мы приходим сюда, чтобы насладиться кажущимся обладанием чужим богатством. Но мы не задерживаемся здесь более нескольких часов; побыв здесь немного, мы покидаем это место, и каждый раз здравый ум возвращается к нам. Привлекательность наших мечтаний время от времени захватывает нас, и мы то приходим сюда, то уходим отсюда, становясь попеременно то разумными, то безумными. Нам известно также, что тяжкая участь ждет того, кто хитростью отнимает у других их имущество".

"Какая участь?" - спросили мы.

"Их засасывает вниз, - сказали они, - а затем их бросают раздетыми в какую-нибудь из адских тюрем, где они должны зарабатывать себе одежду и пищу, а затем жалкие гроши, которые они копят, чтобы удовлетворить страсть своего сердца. Но если они причиняют вред своим товарищам, они должны уплатить часть этих денег в качестве штрафа".

663.78 Третий опыт.

Однажды, находясь среди ангелов, я слушал их разговоры. Они говорили о разумности и мудрости, утверждая, что человек воспринимает и ощущает их не иначе, как заключенными в нем самом. Поэтому ему кажется, что все его желания и мысли исходят от него. Тем не менее, и крупицы их не исходит от самого человека, которому принадлежит лишь способность принимать их. Среди прочего они упомянули и о том, что дерево познания добра и зла в Эдемском Саду обозначает веру в то, что разумность и мудрость - от человека, а дерево жизни обозначает веру в то, что разумность и мудрость - от Бога. Из-за того, что Адам по наущению змея ел от первого из этих деревьев, думая, что стал или может стать Богом, он и был изгнан из сада и проклят.

Во время обсуждения к нам подошли двое священников в сопровождении человека, который в мире был послом какой-то страны. Я пересказал им то, что слышал от ангелов о разумности и мудрости, и они, выслушав меня, стали спорить об этих двух предметах, а также о благоразумии, от Бога они, или от человека. Спор был жарким. Все трое в равной степени верили, что от человека, поскольку сами чувства, и поэтому представления их, подтверждали это. Но священники, под влиянием богословского усердия, настаивали, что ни малейшей части разумности и мудрости, а значит и благоразумия, не исходит от человека. Они находили подтверждение этому в следующих отрывках из Слова:

Не может человек взять себе ничего, если не дано ему с небес. Иоанн 3:27.

Иисус сказал Своим ученикам: Без Меня не можете делать ничего. Иоанн 15:5.

Но ангелы постигли, что эти священники в сердце своем думают так же, как и посол, хотя и говорят обратное. Они сказали священникам: "Снимите свои одежды, оденьтесь в платье государственных служащих и считайте, что ими вы и являетесь". Они так и поступили, после чего они стали думать из своего внутреннего, и в споре использовали те доводы, с которыми были внутренне согласны. Теперь они уже отстаивали, что разумность и мудрость находятся в человеке и ему принадлежат. "Кто чувствовал когда-нибудь, сказали они, - что эти вещи проникают в нас от Бога?" Они переглянулись между собой и нашли друг у друга поддержку.

У духовного мира есть особенность, состоящая в том, что каждый дух считает себя таким, какова его одежда. Это оттого, что в том мире одеждой каждому служит его разум.

В этот момент около них явилось дерево, и им было сказано: "Это дерево познания добра и зла; смотрите, не ешьте от него". Однако, увлеченные своей собственной разумностью, они загорелись страстным желанием есть от этого дерева, и сказали друг другу: "Почему бы и нет? Разве это плохие плоды?" Они пошли к дереву и стали есть его плоды.

Увидев это, посол присоединился к ним, и они стали сердечными друзьями. Потом, взявшись за руки, они вместе пошли по тропе своей собственной разумности, которая ведет в ад. Но я видел, как они вернулись оттуда, поскольку они были еще не готовы.

664. Четвертый опыт.

Однажды в духовном мире я посмотрел направо и увидел несколько человек из избранных, разговаривавших между собой. Я подошел и обратился к ним со словами: "Я видел вас издали, и вас окружала сфера небесного света. Из этого я понял, что вы - из тех, которые в Слове называются избранными. Поэтому я решил подойти к вам и послушать, какие небесные темы вы обсуждаете".

"Почему ты называешь нас избранными?" - спросили они.

"Потому что в мире, - ответил я, - где я нахожусь телом, об избранных, которые упоминаются в Слове, думают не иначе, как о тех, кого до или после рождения Бог избрал и предназначил в небеса. Им одним дана вера, как признак их избрания. Остальные считаются отверженными, и им предоставляется идти в ад той дорогой, какую они выберут сами. Но я знаю, что нет никакого избрания ни до, ни после рождения, но избраны и предназначены в небеса все, потому что все приглашены. После смерти Господь избирает проживших добрую жизнь и имевших правильные убеждения, и то лишь после исследования их. Мне дано знать об этом на большом личном опыте. Поскольку я увидел вокруг ваших голов небесный свет, я понял, что вы принадлежите к избранным, которые готовятся в небеса".

Они ответили: "Ты рассказал о чем-то неслыханном. Кто же не знает, что не рождается ни одного человека, который не был бы приглашен в небеса, и что после смерти избираются те, которые верили в Господа и жили по Его заповедям? Признавать какое-либо другое избрание - значит обвинять Господа не только в неспособности спасать, но и в несправедливости".

665. Затем с небес раздался голос, исходивший от ангелов тех небес, что были прямо над нами: "Поднимитесь сюда, и мы спросим у того из вас, который еще находится телом в природном мире, что люди знают о совести".

Мы поднялись, и когда нас впустили, навстречу нам вышел некий мудрый человек. Он спросил меня, что известно о совести в моем мире.

Я ответил: "Если угодно, давайте спустимся вниз, и созовем собрание людей, которых считают мудрыми, как мирян, так и духовенство. Мы встанем посередине между вами, и будем задавать им ваши вопросы. Тогда вы сами услышите их ответы".

Так мы и сделали. Один из избранных взял трубу, и протрубил на юг, на север, на восток и на запад. Немного погодя собралась такая толпа, что ей едва хватило места на пространстве в двести метров шириной. Но ангелы распределили их в четыре отдельных собрания: первое состояло из государственных деятелей, второе - из ученых, третье - из врачей, а четвертое - из духовенства.

Когда они таким образом разделились, мы обратились к ним со словами: "Просим нас извинить за то, что мы созвали вас сюда. Поводом для этого послужило то, что ангелы, которые находятся сейчас прямо над нами, горят желанием узнать, что вы думали о совести, когда были в прежнем мире, то есть, что вы и теперь думаете о ней, поскольку у вас остались прежние представления об этом предмете. Ангелы осведомлены, что в том мире совесть относится к предметам, знание о которых утеряно".

Мы начали с того, что обратились к собранию государственных деятелей. Мы попросили их рассказать, если они могут, что они думали в своих сердцах и что продолжают думать о совести. Они по очереди высказали свои ответы. Общая суть их ответов сводилась к тому, что совесть есть не что иное, как собственное знание себя, то есть, сознание (со-весть79) своих намерений, мыслей, поступков и слов.

Но мы пояснили им: "Мы спрашиваем не о происхождении слова "совесть", а что такое совесть".

"Что есть совесть, - отвечали они, - если не тревога, происходящая от боязни нанести вред своему положению в обществе или состоянию, и потерять вместе с этим свое достоинство? Эту тревогу можно разогнать пирушками или несколькими стаканами хорошего вина, и разговорами о развлечениях Венеры и ее сына80".

"Вы шутите! - Сказали мы. - Скажите, а кто-либо из вас тревожился когда-нибудь по другому поводу?"

"А что еще может тревожить? - Ответили они. - Разве весь мир - не сцена, на которой каждый играет свою собственную роль, как актер в театре? Мы сбиваем с толку и обводим вокруг пальца каждого при помощи его же собственной страсти: кого - розыгрышем, кого - лестью, кого - хитростью, кого - притворной дружбой или поддельной искренностью, а кого и с помощью соблазнов, известных нам, как государственным деятелям. Это никак не тревожит наш ум, а наоборот, увеселяет и радует, и мы дышим этим тихо, но полной грудью. Мы, конечно, слышали от некоторых из своих сослуживцев, что иногда на них нападает беспокойство и чувство как бы тяжести в сердце и груди, от которого бывает угнетенное расположение духа. Но когда мы спросили об этом аптекарей, они рассказали нам, что причина этому - черная желчь, которая выделяется из-за непереваренных остатков пищи в желудке или из-за плохого состояния селезенки. Во многих случаях, как мы слышали, их возвращали к прежней бодрости при помощи лекарств".

Выслушав их, мы обратились к собранию ученых, среди которых было много специалистов по естественным наукам, со словами: "Вы изучали многие науки, и значит, вас можно считать оракулами мудрости; расскажите нам, пожалуйста, что такое совесть".

"Что за вопрос? - ответили они. - Да, мы слышали, что некоторые люди испытывают грусть, тоску и тревогу, и не только в области желудка, но и в области ума. Но мы знаем, что ум располагается в двух мозгах. Они состоят из прилегающих друг к другу волокон, и в них содержится острый сок, который раздражает, жжет и разъедает эти волокна, и поэтому сжимает область мышления, так что она не может отдаться никакому из удовольствий, даваемых разнообразием. Вследствие этого человек сосредотачивается на чем-то одном, из-за чего волокна теряют свою упругость и гибкость, и становятся жесткими и неподатливыми. Это приводит к нарушению движения жизненных начал, которое называется у врачей атаксией, а также к достаточному их действию, которое называется депрессией. Словом, ум при этом находится в таком состоянии, будто его окружили вражеские войска, и способен повернуться в какую-либо сторону не более, чем колесо, прибитое гвоздями, или судно, севшее на мель. Такое подавленное состояние духа и происходящее от него стеснение в груди испытывают те, чья главенствующая любовь терпит неудачу. Если эта любовь подвергается нападкам, волокна мозга сокращаются, и их сокращение не дает уму действовать свободно и вкушать разного рода удовольствия. Люди, страдающие от такого тяжелого состояния, каждый по-своему, в зависимости от характера, бывают подвержены всякого рода заблуждениям, бредовым состояниям и умственным расстройствам. С некоторыми случаются припадки религиозного безумия, которые они называют угрызениями совести".

Затем мы обратились к третьему собранию, состоявшему из врачей, среди которых были хирурги и аптекари. "Может быть вы знаете, что такое совесть? - спросили мы. - Возможно, это некая острая боль в голове и тканях сердца, а вследствие этого и в нижележащих надчревных и подчревных областях, или нечто иное?"

Они отвечали: "Да, совесть и есть не что иное, как описанная вами боль. Мы знаем лучше других, откуда она происходит. Ибо существует ряд взаимосвязанных заболеваний, поражающих ткани органов тела, и головы в том числе, а следовательно, и ум; ведь ум располагается в органах мозга, словно паук среди нитей своей паутины, по которым он бегает туда и обратно. Мы называем такие заболевания органическими, а те из них, которые возобновляются время от времени - хроническими. Но боли такого рода, хотя больные и называют их муками совести, являются не чем иным, как ипохондрией, которая поражает сначала селезенку, а затем поджелудочную железу и брыжейку, вследствие чего они работают неправильно. Это вызывает болезни желудка, от которых портятся жизненные соки; ибо при этом происходит сжатие желудка у его верхнего отверстия, называемое изжогой. От этого соки тела наполняются черной, желтой и зеленой желчью, что приводит к закупориванию мельчайших кровеносных сосудов, называемых капиллярами. Последствиями этого являются упадок сил, истощение и атрофию, наряду с ложным воспалением легких из-за воспаления слизистой оболочки от застоя мокроты и разъеданием всей крови в организме гнилостной лимфой. Подобные последствия могут возникнуть, если гной попадет в кровь и ее сыворотку из эмпиемы, нарыва или гнойника на теле. Поднимаясь через сонные артерии в голову, такая кровь раздражает, разъедает и разрушает мозговое и корковое вещества, а также оболочки мозга, вызывая боли, называемые муками совести.81

Выслушав их, мы сказали: "Вы говорите языком Гиппократа и Галена82. Это для нас - абракадабра, мы не понимаем. Мы спрашиваем вас не об этих болезнях, а о совести, которая относится исключительно к уму".

"Болезни ума и болезни головы - одно и то же, - сказали они. - А болезни головы происходят от тела. Между теми и другими существует связь, как у двух этажей одного дома, соединенных лестницей, по которой можно подниматься и спускаться. Поэтому мы знаем, что состояние ума целиком зависит от состояния тела. И мы не раз лечили эту тяжесть в голове, или головную боль, которую, как мы поняли, вы подразумеваете под совестью, иногда - притираниями и компрессами, иногда - настойками и эмульсиями, а иногда - травами и успокоительными средствами".

Услышав то же самое, мы отвернулись от них и обратились к духовенству. "Вы знаете, что такое совесть, - сказали мы. - Так расскажите же об этом нам и научите присутствующих".

Они сказали следующее: "Что такое совесть мы и знаем, и не знаем. Мы думали, что это - сердечное раскаяние, предшествующее избранию, то есть тот момент, когда мы получаем дар веры, с которой нам дается новое сердце и новый дух, и мы возрождаемся. Но мы заметили, что это раскаяние удается немногим. Во многих случаях у них есть лишь страх перед адским огнем и проистекающее от него беспокойство, и вряд ли кто-нибудь из них бывает озабочен своими грехами и боится поэтому заслужить справедливый гнев Божий. Но мы, как исповедники, излечивали их Евангелием, в котором говорится, что Христос через распятие отменил приговор проклятия, и таким образом потушил адский огонь, открыв небеса всем освященным верой, коим вменяется заслуга Сына Божьего. Кроме того, есть совестливые люди во всякой религии, как в правильной, так и в ошибочной, добросовестные в делах спасения, и не только по существу, но и по внешности, и даже в делах обыденных. Итак, как мы уже сказали, мы знаем, что совесть существует, но что такое совесть и какова истинная совесть, которая должна быть чисто духовной, мы не знаем".

666. Ангелы над ними выслушали мнения всех четырех собраний, и сказали друг другу: "Теперь ясно, что никто в Христианском мире не знает, что такое совесть. Поэтому мы пошлем к вам вниз одного из нас, и он научит вас".

Тут же среди них появился ангел, одетый в белое; его голову окружало сияние с маленькими звездочками внутри. Он обратился ко всем четырем собраниям со словами: "Мы в небесах слышали высказанные вами мнения относительно совести, и все они состояли в том, что совесть - нечто вроде умственного заболевания, которое наполняет тяжестью голову и тело вместе с ней, или тело, а вместе с ним и голову. Но совесть сама по себе не является болезнью, а представляет собой духовное желание действовать так, как повелевает религия и вера. Поэтому те, у кого есть совесть, живут в мирном спокойствии и внутреннем блаженстве, когда поступают по совести, и в смятении, когда поступают против нее. А те умственные страдания, которые вы принимали за совесть, - это не совесть, а искушения, то есть борьба духа и плоти. Эта борьба, если она духовна, находит поддержку в совести; но если она чисто природна, то источником ее являются только что перечисленные врачами заболевания.

Можно привести примеры, поясняющие, что такое совесть. У священника, охваченного духовным желанием учить истинам свое стадо для его спасения, есть совесть. Но если он преследует другие цели, совести у него нет. У судьи, который руководствуется только справедливостью и исходя из нее одной судит, есть совесть. Но тот, чья единственная цель - получить взятку, помочь друзьям и добиться благосклонности, совести не имеет. Далее, кто втайне обладает тем, что принадлежит другому, и может нажиться на этом, не опасаясь закона, бесчестия и позора, но возвращает все, потому что это ему не принадлежит, обладает совестью. Ведь он действует по справедливости ради самой справедливости. То же самое, если кто-то может занять должность, но знает, что другой человек, домогающийся этой должности, будет более полезен обществу, и уступает должность ради общего блага, он обладает доброй совестью, и так далее.

Всякий, у кого есть совесть, все, что говорит, говорит чистосердечно, и все, что делает, делает чистосердечно. Ибо его ум неразделен; он говорит и действует в соответствии со своими понятиями и убеждениями о том, что хорошо и истинно. Следовательно, тот, у кого больше истин веры, и кто более проницателен, обладает более совершенной совестью по сравнению с тем, кто просвещен в меньшей степени и чье восприятие смутно. Именно в истинной совести пребывает настоящая духовная жизнь человека, ибо в ней вера соединяется с милосердием. Поэтому, когда такие люди поступают по совести, они поступают в соответствии со своей духовной жизнью, а когда поступают против совести, поступают против своей духовной жизни. Да и вообще, кто же не знает из обыденной речи, что такое совесть? Когда мы говорим о ком-нибудь: "У него есть совесть", - разве не имеем мы в виду, что он честный человек? И наоборот, когда мы говорим о ком-либо: "У него нет совести", - не подразумеваем ли мы, что он нечестен?"

Когда ангел закончил свою речь, он был немедленно вознесен в свои небеса. Четыре собрания сошлись вместе, чтобы обсудить сказанное ангелом. Затем они разделились снова на четыре собрания, но иначе, чем прежде. Первое собрание состояло из тех, которые поняли, о чем говорил ангел, и согласились с ним. Второе состояло из тех, кому нравилось сказанное, но они не хотели понимать этого. Третьи не понимали этого и говорили: "Что нам совесть?" Четвертые посмеялись и заявили: "Что такое совесть, если не скопление газов?" Позже я увидел, как эти собрания разошлись в разные стороны, первые два - направо, остальные - налево, уходя вниз, тогда как первые пошли наверх.

Глава 12. Крещение.

LXXXIV Не зная духовного смысла Слова, никто не может знать, что заключают в себе и для чего нужны таинства крещения и Святого Причастия.

667. В главе о Священном Писании [Глава 4] было показано, что каждая отдельная часть Слова содержит духовный смысл, который до сих пор был неизвестен, но теперь открыт ради новой церкви, которая учреждается Господом. Что представляет собой этот смысл, видно не только из этой главы, но и из главы о Десяти Заповедях [Глава 5], разъясненных в соответствии с этим смыслом. Если бы этот смысл не был открыт, кто мог бы думать о двух таинствах: крещении и Святом Причастии, иначе, чем по их природному, или буквальному, смыслу? Так что каждый мог бы сказать про себя, или проворчать: "Что такое крещение, если не поливание ребенка водой? И причем здесь спасение? Что такое Святое Причастие, если не вкушение хлеба и вина? Что дает оно спасению? К тому же, в чем заключается их святость, кроме того разве, что духовенство считает и объявляет их святыми и божественными?" И можно сказать, что сами по себе они - не более чем обряды, которые, как заявляет церковь, становятся священными, когда Слово Божье сопутствует им.

Я обращаюсь к мирянам и духовенству: скажите, постигаете ли вы сердцем и духом об этих таинствах что-либо иное, кроме того, что их нужно почитать Божественными по разным причинам и соображениям? А между тем, эти два таинства, рассмотренные в свете духовного смысла, являются самой святой частью богослужения, что станет ясно далее, из того, что будет сказано об их предназначении. Но поскольку никак невозможно догадаться о предназначении этих таинств, если оно не будет открыто и явлено через духовный смысл, то без этого смысла всякий будет думать о них, лишь как об обрядах, которые святы только потому, что велено было учредить их.

668. Очевидно, что крещение было предписано, потому что Иоанн крестил в Иордане, и к нему сходились со всей Иудеи и всего Иерусалима (Матф. 3:5,6; Марк 1:4,5). Далее, Сам Господь, Спаситель наш, крестился у Иоанна (Матф. 3:13-17). Кроме того, Он повелел своим ученикам крестить все народы (Матф. 28:19). Можно ли не увидеть, если хочешь увидеть, что во введении этого обычая есть нечто божественное, нечто до сих пор сокрытое, поскольку духовный смысл Слова еще не был открыт? Он открыт в настоящее время, потому что Христианская церковь по своей сути только теперь и начинается. Прежняя церковь была Христианской только по названию, но не на самом деле и не по сути.

669. Два таинства - крещение и Святое Причастие - в Христианской церкви, как два самоцвета на скипетре царя; но если их предназначение неизвестно, они подобны двум резным украшениям из черного дерева на посохе. Эти два таинства в Христианской церкви можно сравнить также с двумя рубинами или гранатами на одеянии императора; если же их предназначение неизвестно, они будут лишь двумя кусочками сердолика или хрусталя на плаще. Если через откровение духовного смысла не стало бы известно о предназначении этих таинств, то у нас были бы о них одни беспорядочные догадки, подобные предсказаниям астрологов, или, может быть, авгуров древности, гадавших по полету птиц или по внутренностям83.

Предназначение этих таинств можно сравнить с церковью, такой старой, что она вся ушла в землю, и погребена под всяким хламом до самой крыши, так что сверху по ней гуляют и ездят в каретах или верхом молодые и старики, не догадываясь о том, что под ними находится замечательная церковь с золотыми алтарями и посеребренными стенами, украшенными драгоценными камнями. Все это можно откопать и явить на свет лишь при помощи духовного смысла, который теперь открыт для новой церкви, чтобы его применяли при богослужении Господу.

Эти два таинства можно сравнить также с двухэтажным храмом, в котором одна церковь расположена над другой. В нижней церкви проповедуют евангелие о новом пришествии Господа, а также о возрождении и спасении под Его руководством. Из этой церкви лестница вокруг алтаря ведет в верхнюю церковь, где совершается Святое Причастие; а оттуда начинается путь, ведущий в небеса, где входящих принимает Господь.

Еще их можно сравнить со Скинией, войдя в которую, можно увидеть стол с лежащими на нем в должном порядке хлебами Предложения и золотой жертвенник для воскурений, а между ними - светильник с семью лампадами, освещающими все вокруг своим светом. Наконец, для тех, кто дает просветить себя, раздвигаются занавеси святого святых, где вместо Ковчега с Десятью Заповедями, лежит Слово, над которым располагается крышка Ковчега с двумя золотыми херувимами. Все это - изображение двух таинств в их предназначении.

LXXXV Омовение, называемое крещением, означает духовное омовение, то есть очищение от всех видов зла и лжи, и поэтому - возрождение.

670. Омовения были предписаны Детям Израиля, что хорошо известно из уставов, введенных Моисеем. Например, Аарон должен был вымыться, прежде чем облачится в свою одежду священнослужителя (Левит 16:4,24); и прежде чем подойдет к жертвеннику служить (Исход 30:18-21; 40:30-32). То же самое предписывалось и Левитам (Числа 8:6,7); а также каждому, кто был нечист через грехи свои, и о них говорилось, что они освящаются омовением (Исход 29:1,4; 40:12; Левит 8:6). Поэтому и рядом с храмом было установлено бронзовое море и множество умывальниц, чтобы можно было омыться (3 Цар. 7:23-39). Было велено мыть посуду и домашнюю утварь, как то: столы, лавки, постели, блюда и чаши (Левит 11:32; 14:8,9; 15:5-12; 17:15,16; Матф. 23:25,26).

Детям Израиля было предписано и велено совершать омовение и ему подобные действия по той причине, что церковь, учрежденная у них, была символизирующей, и должна была служить прообразом последующей Христианской церкви. Поэтому, когда Господь пришел в мир, Он отменил символизирующие действия, поскольку все они были внешними, и основал церковь, во всех отношениях внутреннюю. Таким образом, Господь упразднил изображения и явил настоящие образы, словно бы дверь была открыта или поднята завеса, и можно не только заглянуть внутрь но и подойти к тому, что внутри. Из всех прежних изобразительных действий Господь оставил лишь два, которые вобрали в себя в совокупности все, что относится к внутренней церкви. Это крещение, заменившее разнообразные омовения, и Святое Причастие, заменившее принесение в жертву ягненка ежедневно и, в большей мере, в праздник Пасхи.

671. Следующие отрывки послужат ясным свидетельством тому, что описанные выше омовения изображали и намечали, иначе говоря, символизировали, духовное омовение, то есть очищение от зла и лжи.

Когда Господь омоет скверну дочерей Сиона и смоет кровь Иерусалима духом суда и духом очищения. Исаия 4:4.

Если бы ты даже вымылся с содой, и много мыла потратил на себя, все равно нечестие твое останется на тебе отметиной. Иер. 2:22; Иов 9:30,31.

Омой меня от беззакония моего, и буду белее снега. Пс. 50:4,9.

Смой злое с сердца твоего, Иерусалим, чтобы спастись тебе. Иер. 4:14.

Омойтесь, очиститесь, удалите злые деяния ваши от очей Моих, перестаньте делать зло. Исаия 1:16.

Омовение духа человека обозначается омовением его тела; внутреннее церкви изображалось внешними обрядами, подобными тем, что использовались в Израильской церкви. Это очевидно из слов Господа в следующем отрывке:

Фарисеи и книжники, увидев, что Его ученики едят хлеб невымытыми руками, нашли в этом вину. Ибо Фарисеи и все Иудеи, пока как следует не умоют рук, не едят; есть и многое другое, чего у них принято держаться: омовение чаш, горшков, медной посуды и лож. Господь сказал им и народу: Послушайте Меня все и уразумейте. Ничто, извне входящее в человека, не может сделать его нечистым. Но то, что из человека исходит, делает его нечистым. Марк 7:1-4,14,15; Матф. 15:2,11,17-20.

И в другом месте:

Горе вам, книжники и Фарисеи, что очищаете чашу и блюдо снаружи, внутри же они полны хищения и неистовства. Слепой Фарисей! Очисти прежде внутри чашу и блюдо, чтобы и снаружи они были чисты. Матф. 23:25,26.

Из этих отрывком ясно, что омовение, называемое крещением, есть духовное омовение, то есть очищение от зла и лжи.

672. Кто из обладающих здравым рассудком не видит, что мытье лица, рук и ног, или других частей тела, и вообще всего тела в ванне, не дает ничего, кроме отмывания грязи, чтобы предстать взгляду людей чистым в своем человеческом образе? И кому же не понятно, что никакое мытье не проникает в дух человека, и не может вместе с тем сделать чистым и его?

Каждый злодей, вор и разбойник может вымыть себя до блеска; но сможет ли это как-то изгладить его склонность к злодейству, воровству или разбою? Ведь внутреннее влияет на внешнее и производит действие в его воле и разуме, но никак не внешнее - на внутреннее. Последнее противоестественно, потому что против порядка. Первое - естественно, потому что соответствует порядку.

673. Отсюда следует, что как омовение, так и крещение, если внутреннее человека не очищается от зла и лжи, имеют не больше последствий, чем очищение Евреями чашек и тарелок; или чем внешняя привлекательность гробниц, которые внутри полны костей мертвецов и прочих нечистот, как дальше говорится в этом месте (Матф. 23:25-28). Это становится еще более ясным из того, что ады полны сатан, которые были людьми как крещеными, так и некрещеными. Ценность крещения будет показана на следующих страницах. Итак, без своего предназначения и пользы крещение способствует спасению не больше, чем тройная митра на голове Папы, или изображение креста на его обуви способствуют его папскому превосходству. Не больше пользы и достоинству кардинала от его красных одежд; или должному исполнению обязанностей епископа от его шерстяного плаща; или королевской власти от трона, короны, скипетра и мантии; или уму выдающегося ученого от шелковой шляпы на его голове; или воинской доблести кавалерийских эскадронов от знамен впереди них. Можно даже сказать, что люди очищаются крещением не более, чем овцы или ягнята, когда их моют перед стрижкой. Ибо природный человек, отделенный от духовного, - лишь животное, и даже, как я уже говорил, более дикое, чем лесной зверь. Поэтому, как ни мойся дождевой водой, росой, водами лучших источников, или, как сказал пророк, содой, иссопом или мылом каждый день, от своих беззаконий отмоешься одним лишь возрождением, которое описано в главах о покаянии, преобразовании и возрождении.

LXXXVI Крещение установлено вместо обрезания, потому что обрезание крайней плоти - это изображение обрезания сердца. Крещение предназначено для того, чтобы внутренняя церковь заняла место внешней, каждая частица которой ранее служила прообразом внутренней церкви.

674. В Христианской части мира известно, что есть внутренний человек, и есть внешний; что внешний человек - это то же самое, что природный человек, а внутренний - то же самое, что духовный, ибо в нем - дух человека. Раз церковь состоит из людей, то должна быть внутренняя и внешняя церковь. Если исследовать церкви, последовательно сменявшие друг друга с древности и до наших дней, станет видно, что прежние церкви были внешними, то есть, их богослужение состояло во внешнем изображении того, что составляет внутреннее Христианской церкви, основание которой заложено Господом, когда Он был в мире, и которую Он строит только теперь.

Первое, что отличало Израильскую церковь от всех остальных церквей Азии, а впоследствии - от Христианской, было обрезание. Поскольку все в Израильской церкви, которая была внешней, как уже сказано, было прообразом Христианской церкви, которая была внутренней, то отличительный признак прежней церкви внутренне соответствовал признаку Христианской церкви. Ведь обрезание означает отречение от вожделений плоти, и поэтому - очищение от зла. Крещение имеет то же самое значение. Очевидно, что крещение установлено вместо обрезания, чтобы Христианская церковь, с одной стороны, отличалась от Иудейской, а с другой стороны, в первую очередь признавалась внутренней. Последнее - благодаря предназначению крещения, о котором будет сказано в свою очередь.

675. Обрезание было введено в знак того, что члены Израильской церкви являются потомками Авраама, Исаака и Иакова, что показывает следующий отрывок:

Бог сказал Аврааму: Вот завет Мой, который соблюдайте между Мной и вами, и семенем вашим после вас: каждый мужчина у вас да будет обрезан; обрезайте крайнюю плоть вашу, и это будет знаком завета между Мною и вами. Бытие 17:9-11.

Этот завет, или его знак, был позже подтвержден Моисеем (Левит 12:1-3). Поскольку эта церковь отличалась от остальных по этому знаку, Детям Израиля снова было велено обрезаться перед тем, как они перешли Иордан (Навин, глава 5). Причина в том, что земля Ханаанская символизирует церковь, а река Иордан - вступление в нее. К тому же, чтобы они помнили об этом знаке, будучи уже в земле Ханаанской, им был дан наказ:

Когда придете в эту землю, и посадите какое-либо плодовое дерево, то плоды его считайте необрезанными84; три года они должны быть необрезанными для вас, нельзя есть их. Левит 19:23.

Обрезание изображало, и поэтому обозначало, отречение от вожделений плоти, а значит, очищение от зла, точно так же, как и крещение. Это можно показать на примере тех мест в Слове, где сказано, что нужно обрезать свое сердце, как то:

Моисей сказал: Обрежьте крайнюю плоть сердца вашего, и не будьте жестоковыйны. Втор. 10:16.

Иегова Бог обрежет твое сердце и сердце семени твоего, чтобы ты любил Бога твоего Иегову всем сердцем и всей душой, чтобы жить тебе. Втор. 30:6.

У Иеремии:

Обрежьте себя для Иеговы, чтобы Он снял крайнюю плоть с сердца вашего, мужи Иуды и жители Иерусалима, чтобы гнев Мой не явился, как огонь за злость дел ваших. Иер. 4:4.

У Павла:

В Иисусе Христе не имеет цены ни обрезание, ни необрезанность, но вера, действующая милосердием, и новое творение. Гал. 5:6; 6:15.

Из этих отрывков становится ясно, что крещение установлено вместо обрезания, поскольку обрезание сердца символизировалось обрезанием плоти; и то, и другое означает очищение от зла, ибо зло всякого рода происходит от плоти, а крайняя плоть означает различные виды ее грязной любви. Поскольку омовение крещения и обрезание означают одно и то же, у Иеремии сказано:

Обрежьте себя для Иеговы, чтобы Он снял крайнюю плоть с сердца вашего. Иер. 4:4.

А чуть дальше:

Смой злое с сердца своего, Иерусалим, чтобы спастись тебе. Иер. 4:14.

Господь учит у Матфея (15:18,19), что означает обрезание и омовение сердца.

676. Многие из Детей Израиля верили, как и многие из современных Евреев, что они - избранные, потому что они обрезаны. Многие из Христиан думают так же, поскольку они крещены. Однако и обрезание, и крещение даны были им лишь в качестве знака и напоминания, что они должны очиститься от всякого зла, и только тогда стать избранными. Что такое внешнее в человеке без внутреннего, как не храм без богослужения, который может служить разве что стойлом? Или, опять же, что такое внешнее без внутреннего, если не поле, полное соломы да стеблей, без единого колоска зерна? Или виноградник из одних только веток и листьев, без единой виноградины? Или смоковница без плодов, которую Господь проклял (Матф. 21:19)? Или светильники без масла в руках неразумных дев (Матф. 25:3)? И что это такое, наконец, если не жилище среди могил, где под ногами - трупы, вдоль стен - кости, и полночные призраки витают под крышей? Или колесница, запряженная леопардами, с волком в роли возницы и дураком в качестве седока? Внешний человек - это не человек, а лишь портрет его; человека образует его внутреннее, которое способно быть мудрым от Бога. Это касается равно обрезанного и крещеного, пока он не обрежет или не омоет свое сердце.

LXXXVII Первая цель крещения - принятие в Христианскую церковь, и вместе с тем, введение в общество Христиан в духовном мире.

677. Многое доказывает, что крещение есть принятие в Христианскую церковь, например:

(1) Крещение введено вместо обрезания, и точно также, как обрезание было знаком принадлежности к Израильской церкви, крещение - это знак принадлежности к Христианской церкви, что было показано в предыдущем разделе. Единственное назначение этого знака - чтобы людей узнавали по нему, подобно тому, как детей двух разных матерей можно различить по разноцветным ленточкам, которыми они перевязаны, и поэтому их не путают между собой.

(2) Что это всего лишь знак принятия в Христианскую церковь, ясно доказывается крещением детей, которые совершенно неспособны еще к какому-либо рассуждению, и поэтому могут воспринять предметы веры не более, чем молодые побеги на дереве.

(3) Крестят не только детей, но и обращаемых в Христианство представителей других народов, как детей, так и взрослых. И делается это до того, как их будут наставлять, по одному только их желанию принять Христианство, торжественным вступлением в которое и служит их крещение. То же делали и Апостолы, когда Господь наказал им учить людей во всех народах и крестить их (Матф. 28:19).

(4) Иоанн крестил в Иордане всех, приходивших к нему из Иудеи и Иерусалима (Матф. 3:6; Марк 1:5). Он крестил в Иордане, потому что эта река служила входом в землю Ханаанскую, а земля Ханаанская обозначает церковь, потому что в ней была церковь, Иордан же - вступление в нее; это показано в "Апокалипсисе открытом", 285. Однако, это то, что происходит на земле.

Что же касается небес, то при крещении дети вводятся в Христианские небеса, где Господь назначает им ангелов, которые должны заботиться о них. Таким образом, с того момента, как ребенка крестят, за ним присматривают ангелы, удерживающие его в состоянии, в котором он способен принять веру в Господа. Но когда он вырастает, становясь хозяином самому себе и мысля самостоятельно, он покидает своих ангельских воспитателей, и избирает себе таких духов, которые заодно с его жизнью и верой. Все это ясно показывает, что крещение - это начало общения с Христианами и в духовном мире.

678. Не только дети, но и все остальные с крещением оказываются в духовном мире среди Христиан по причине того, что страны и народы существуют в том мире раздельно, в соответствии со своими религиозными верованиями. Христиане там в середине, Мусульмане - вокруг них, затем идолопоклонники разного рода, а Евреи - по краям. Кроме того, все представители одной религии разделены на общества; в небесах - в соответствии со склонностями любви к Богу и любви к ближнему, в аду - в соответствии со склонностями, противоположными этим двум видам любви, то есть, с их злыми вожделениями.

В духовном мире, под которым подразумеваются как небеса, так и ад, все устроено в тщательнейшем порядке, как в целом, так и в каждой части, иначе говоря, вообще и в частностях. От этого порядка зависит сохранность всей вселенной, что было бы невозможно, если бы у каждого человека после его рождения не было бы знака, к какому религиозному обществу он принадлежит. Ведь если бы не было Христианского знака, то есть крещения, то какой-нибудь дух из Мусульман или идолопоклонников мог бы прицепиться к какому-нибудь новорожденному из Христиан, или к старшему, вдохнуть в него влечение к своей религии, и этим отвлечь его ум и отдалить его от Христианства; а это будет извращением и нарушением духовного порядка.

679. Каждый, кто исследует последствия по их причинам, может понять, что сообразность всего существующего зависит от порядка; а порядок бывает разного рода: общий и частный. Есть порядок наиболее общий, от которого в своей последовательности зависят общий и частный порядки, и этот наиболее общий порядок содержится в остальных видах порядка, как сущность в проявлениях, а иначе они не могли бы составлять единое целое. Именно благодаря такому единству сохраняется целое, которое в противном случае распадется на части, и тут уже настанет не то что первозданный хаос, а полное уничтожение. Что стало бы с человеком, если бы все части его тела не были бы устроены самым тщательным образом, и сосуществование отдельных его частей не зависело бы от одного сердца и от одних легких? Что получилось бы тогда из человека, если не полный беспорядок? Разве желудок выполнял бы тогда то, к чему он предназначен, и то же самое печень и поджелудочная железа, брыжейка и межкишечная ткань, почки и кишечник? Именно благодаря порядку, который существует в них и между ними, все они представляются человеку единым целым.

Что было бы без четко определенного порядка в человеческом уме, или духе, и без подчинения сосуществования всех отдельных частей его воле и разуму, если не беспорядок и неразбериха? Без такого порядка у человека было бы не больше способностей мыслить и желать, чем у его портрета или скульптуры, которые есть у него дома. Что сталось бы с человеком, не будь у него высокоорганизованного влияния небес и способности принимать его? К чему бы было это влияние, если бы не было того наиболее общего, от которого зависит управление всем в целом и всеми его частями? То есть, если бы все было не от Бога, и если бы не в Нем, и не от Него все получало существование, жизнь и движение? Природному человеку это можно пояснить множеством примеров, в частности, следующими. Что представляла бы собой империя, или царство, без порядка, если не шайку разбойников? Если бы они собрались вместе, они погубили бы тысячи, поскольку немногие из них могли бы убить многих. Чем бы стал город без порядка в нем, и даже один-единственный дом? И что такое царство, город или дом, если в них нет хозяина?

680. Далее, что такое порядок без должностей, а должности - без их отличия, а отличие их - без знака, по которому эти должности можно различить? Ведь если нельзя различить должности, порядок нельзя признать порядком. В империях и царствах знаки, или отличительные черты - это звания и полномочия, связанные с ними. Отсюда происходит подчинение одних другим, благодаря которому все соединяются как бы в общий организм. Таким образом, царская власть распространяется на всех согласно порядку, и только поэтому царство остается царством.

То же самое и во многих других случаях, например в войсках. Что толку было бы в них, если бы они не были должным образом разделены на полки, а те, в свою очередь, на взводы и отряды? И если бы над каждым из них не было командира, а над всеми - главнокомандующего? Какой смысл был бы в этих командирах, если бы у них не было знаков отличия, называемых погонами, которые позволяют узнать звание каждого из них? Все это позволяет им действовать в бою заодно, а без всего этого они бросились бы на врага, как свора собак, оскалив пасти, с визгом и тщетной яростью. А затем они были бы бесславно разбиты правильно организованными войсками неприятеля, и от их былой храбрости не осталось бы и следа. Ибо, что могут сделать разобщенные люди против объединенных? Приведенные примеры поясняют первое предназначение крещения, которое состоит в том, чтобы в духовном мире показывать принадлежность человека к Христианам; ведь в том мире каждый вводится в общество и религиозное собрание, смотря по тому, в нем Христианство или вне его, и каково оно.

LXXXVIII Вторая цель крещения - чтобы Христианин мог узнать и признать Господа Иисуса Христа, Искупителя и Спасителя, и следовать за Ним.

681. Вторая цель крещения, состоящая в том, чтобы можно было узнать и признать Господа, Искупителя и Спасителя Иисуса Христа, нераздельно следует за первой, то есть, введением в Христианскую церковь и приобщением к Христианам в духовном мире. Чем была бы первая цель без этой второй, следующей за ней, если не одним лишь названием? Это было бы то же самое, что поклясться в своей верности какому-либо государю, но затем отказаться от подчинения повелениям этого государя и законам его государства, выказывать покорность другому государю и ему служить. Или подобно тому, как некий слуга сначала нанимается к одному господину, от которого получает ливрею в знак отличия, а затем убегает, чтобы служить другому, но все равно носит ливрею своего прежнего хозяина. Или подобно тому, как знаменосец убегает со знанием, рвет его на части и бросает по ветру, или бросает под ноги солдат, чтобы те растоптали его. Короче говоря, его имя Христианина, которое означает, что он принадлежит Христу, без признания Его и следования за Ним, то есть, без жизни по Его заповедям, так же пусто, как тень, дым или замазанная черной краской картина. Ибо Господь говорит:

Что вы зовете Меня: "Господи, Господи", - и не делаете того, что Я говорю? Лука 6:46.

Многие скажут Мне в тот день: "Господи, Господи!" Но Я объявлю им: "Я не знаю вас". Матф. 7:22,23.

682. Выражение "имя Господа Иисуса Христа" в Слове означает не что иное, как признание Его и жизнь в соответствии с Его заповедями. Почему "имя Его" имеет такой смысл, показано в объяснении второй из Десяти Заповедей, "Не употребляй имя Божье напрасно" [297-299]. Это, и не что иное, подразумевается под именем Господа, в частности, в следующих местах:

Иисус сказал: Будут вас ненавидеть за имя Мое. Матф. 10:22; 24:9,10.

Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них. Матф. 18:20.

Всем, кто принял Его, Он дал право стать детьми Божьими, если верят в имя Его. Иоанн 2:23.

Многие уверовали в имя Его. Иоанн 2:23.

Неверующий в Него уже осужден, потому что не уверовал в имя единородного Сына Божьего. Иоанн 3:18.

Веруя, будете иметь жизнь во имя Его. Иоанн 20:31.

Ты много перенес ради имени Моего, и не изнемог. Откр. 2:3.

Кто может не заметить, что в этих отрывках имя Господа означает не просто Его имя, а признание Его Искупителем и Спасителем, и послушание Ему, наконец же, веру в Него? Ибо при крещении ребенок приемлет крестное знамение на лоб и на грудь, и этим знаком полагается начало его признанию Господа и поклонению Ему. Имя любого человека тоже означает его качества, по причине того, что в духовном мире каждому дается имя, соответствующее его качествам. Таким образом, называть кого-либо Христианином, значит подразумевать, что качества его - обладание от Христа верой в Христа и милосердием к ближнему. Такой смысл имени виден из Откровения:

Сын Человеческий говорит: У тебя в Сардах есть немного имен, которые не осквернили одежд своих и будут ходить со Мной в белых одеждах, потому что они достойны. Откр. 3:4.

Ходить с Сыном Человеческим в белых одеждах - означает следовать за Господом и жить в соответствии с истинами Его Слова.

У Иоанна имя имеет то же самое значение:

Иисус сказал: Овцы слышат Мой голос, и Я зову Своих овец по имени, и вывожу их. И Я иду впереди них, и овцы следуют за Мной, потому что знают Мой голос. А за чужим не последуют, потому что не знают голоса чужих. Иоанн 10:3-5.

"По имени" - означает: по качествам Христиан; "следовать за Ним" означает: слышать Его голос и слушаться Его заповедей. Каждый при крещении получает это имя, поскольку оно заключено в этом знаке.

683. Что такое имя, которое ни о чем не говорит, как не пустой звук, или лишь отзвук от деревьев в лесу, или от потолка, называемый эхом? Или что-то вроде тех почти бессвязных звуков, которые издают спящие; или шум ветра, моря или машины, от которого нет никакого толку. Что собой представляют, кроме пустоты, имена царя, князя, консула, епископа, настоятеля или монаха, если с ними не связаны должности тех, кому принадлежат эти имена? И что такое имя Христианина, если тот, кто носит его, живет, как варвар, против заповедей Христа, будто у него перед глазами знак сатаны вместо знака Христа, тогда как Его имя вплетено золотыми нитями в крещение?

Кем надо считать, если не мятежниками и цареубийцами, тех людей, которые после принятия печати Христа насмехаются над поклонением Ему, издеваются над Его именем и заявляют, что Он - не Сын Божий, а только сын Иосифа? И что такое их слова, как не хула на Духа Святого, которая не прощается ни в нашем веке, ни в грядущем? Такие люди подобны псам, оскалившимся на Слово, чтобы искусать его и порвать зубами в клочья. У таких, как противников Христа и поклонения Ему, "все столы наполнены блевотиной" (Исаия 28:8; Иер. 48:26).

А между тем, Господь Иисус Христос - Сын Всевышнего (Лука 1:32,35); единородный (Иоанн 1:18; 3:16); истинный Бог и жизнь вечная (1 Иоанн 5:20); в котором вся полнота Божества обитает телесно (Кол. 2:9); и Он не сын Иосифу (Матф. 1:25), уж не говоря о тысячах других мест.

LXXXIX Третья цель крещения и его конечная цель - возрождение человека.

684. В этом-то и заключается настоящая цель, ради которой установлено крещение, и поэтому его конечная цель. Причина в том, что истинный Христианин узнает и признает Господа Искупителя, Иисуса Христа; а раз Он Искупитель, то Он же и Возродитель. Искупление и возрождение едины; см. раздел III [579-582] главы о преобразовании и возрождении. Кроме того, у Христианина есть Слово, в котором даны описания средств возрождения, то есть, веры в Господа и милосердия к ближнему. То же самое имеется в виду в тех местах, где сказано о Господе, что Он будет крестить Святым Духом и огнем (Матф. 3:11; Марк 1:8-11; Лука 3:16; Иоанн 1:33). Святой Дух означает Божественную истину веры, а огонь - Божественное благо любви, или милосердия, и то, и другое - исходящее от Господа. Что Святой Дух означает Божественную истину веры, об этом см. главу о Святом Духе; что огонь означает Божественное благо любви, об этом см. "Апокалипсис открытый", 395, 468. Этими двумя средствами Господь осуществляет всякое возрождение.

Сам Господь крестился у Иоанна (Матф. 3:13-17; Марк 1:9; Лука 3:21,22). Он сделал это не только для того, чтобы собственным примером показать на будущее, как это делается, но и потому, что Он прославил Свое Человеческое и сделал его Божественным, точно так же, как Он возрождает человека и делает его духовным.

685. Эти и предшествующие замечания позволяют нам видеть, что три предназначения крещения связаны воедино как первопричина, промежуточная, то есть действующая, причина и последняя причина, то есть следствие, собственно и являющееся конечной целью, ради которой существует все остальное. Первое предназначение - чтобы человек мог называться Христианином; второе, следующее из него, - чтобы он мог знать и признавать Господа - Искупителя, Возродителя и Спасителя; третье - чтобы он мог быть возрожден Господом; и когда все это произойдет, он будет искуплен и спасен. Поскольку эти три предназначения следуют по порядку друг за другом и объединяются в последнем, и поэтому для ангелов составляют единое целое, то когда происходит крещение, или о нем читают в Слове либо упоминают в разговоре, присутствующие ангелы понимают под этим не крещение, а возрождение. Так, слова Господа:

Уверовавший и крещенный будет спасен; неверивший будет осужден. Марк 16:16.

- ангелы в небесах понимают как то, что человек, признающий Господа и возрожденный, спасается.

По той же причине Христианские церкви на земле называют крещение омовением возрождения. Поэтому да будет известно всем Христианам, что тот, кто не верит в Господа, не может быть возрожден, даже если он крещен. Что крещение вообще бесполезно без веры в Господа, смотри об этом 673 пункт этой главы. Каждый Христианин должен отдавать себе отчет в том, что крещение предполагает очищение от зла и поэтому - возрождение, поскольку, когда его крестили в детстве, священник своими пальцами сделал крестное знамение на его лбу и груди, как знак Господа, а затем, обратившись к крестникам, спросил, отвергает ли он дьявола и дела его, и принимает ли веру. На это крестные родители ответили за младенца: "Да". Возрождение осуществляется отвержением дьявола, то есть зла, исходящего из ада, и верой в Господа.

686. В Слове говорится, что Господь Бог наш Спаситель крестит Святым Духом и огнем. Это означает, что Господь возрождает человека при помощи Божественной истины веры и Божественного блага любви, или милосердия, о чем говорилось выше, 684. Возрожденных Святым Духом, то есть Божественной истиной веры, можно отличить в небесах от возрожденных огнем, то есть Божественным благом любви. Возрожденные Божественной истиной веры в небесах ходят в белых льняных одеждах, и называются духовными ангелами. Возрожденные Божественным благом любви ходят в багряных одеждах, и называются небесными ангелами. Те, что ходят в белых одеждах, упоминаются в следующих местах:

Они следуют за Агнцем, одетые в виссон белый, чистый. Откр. 19:14.

Они будут ходить со Мной в белом. Откр. 3:4; а также 7:14.

Ангелы, которых видели на могиле Господа, были в сияющих белых одеждах (Матф. 28:3; Лука 24:4). Это были духовные ангелы, поскольку виссон означает праведные дела святых (Откр. 19:8, где об этом сказано со всей определенностью). Ибо одежды в Слове означают истины, а белые одежды и виссон означают Божественные истины, это показано в "Апокалипсисе открытом" (397).

Возрожденные же при помощи Божественного блага любви носят багряные одежды, потому что багрянец - это цвет любви, цвет, происходящий от огня и красноты солнца; огонь означает любовь (AR 468, 725). Именно по той причине, что одежды означают истины, тот из приглашенных гостей, на котором не было свадебного наряда, был выброшен вон, во внешнюю тьму (Матф. 22:11-13).

687. Помимо этого, многое другое в небесах и в мире свидетельствует о том, что крещение изображает возрождение. В небесах это, как уже говорилось, белые и багряные одежды, а кроме того, свадьба церкви с Господом, новые небеса и новая земля, и Новый Иерусалим, спускающийся оттуда, о котором Сидящий на престоле сказал:

Вот, Я все делаю новым. Откр. 21:1-5.

То же самое подразумевается под рекой воды жизни, которая вытекает от престола Бога и Агнца (Откр. 22:1,2); а также под пятью разумными девами, у которых были светильники и масло, и которые вошли с женихом на свадьбу (Матф. 25:1,2,10). Тот, кто крещен, то есть возрожден, обозначается всей тварью (Марк 16:15; Рим. 8:19-21) и новой тварью (2 Кор. 5:17; Гал. 6:15); ведь слово "тварь" происходит от "быть сотворенным", что означает "быть возрожденным" ("Апокалипсис открытый", 254).

Многое в мире изображает возрождение, например, весеннее цветение всех произведений земных, а затем постепенное развитие цветов в плоды; подобно тому и рост всякого дерева, куста или цветка от первого теплого месяца до последнего. Оно изображается также последовательным созреванием всякого плода от первого зачатка до полной зрелости. Далее, оно изображается утренним и вечерним ливнем, и росой, от которых цветы распускаются, тогда как ночная тьма закрывает их; или же ароматами садов и полей. Изображением его, кроме того, служит радуга в облаке (Бытие 9:14-17), а также великолепные краски утренней зари. Вообще же возрождение изображается тем, как в теле все непрерывно обновляется посредством его соков и духа жизни, а значит, посредством крови, которая постоянно очищается от отработанных веществ и обновляется, и таким образом как бы возрождается.

Если обратить внимание на самых незаметных существ земных, можно найти прекрасные подобия возрождения, к примеру, в удивительных превращениях шелковичных червей и многих других гусениц в куколок и бабочек, а также других насекомых, которые со временем обзаводятся крыльями. К этим примерам можно добавить и более прозаические, в частности, что некоторые певчие птицы любят окунаться в воду, чтобы помыться и очиститься, после чего вернуться к своему пению. Словом, весь мир, от начала до конца, полон изображений и подобий возрождения.

XC Крещением Иоанна был приготовлен путь, которым Господь Иегова сошел в мир и совершил искупление.

688. У Малахии читаем:

Вот, Я посылаю вестника Моего, который приготовит путь передо Мною, и внезапно придет Господь, которого вы ищете, в храм Свой, и вестник завета, которого вы желаете. Кто выдержит день пришествия Его, и кто устоит, когда Он явится? Мал. 3:1,2.

И еще:

Вот, Я пошлю к вам пророка Илию перед наступлением великого и страшного дня Иеговы, чтобы Я, придя, не поразил эту землю проклятием. Мал. 4:5,6.

Когда отец Иоанна Захария пророчествует о своем сыне:

И ты, дитя мое, будешь называться пророком Всевышнего, будешь идти перед лицом Господа, чтобы приготовить пути Ему. Лука 1:76.

Сам Господь сказал об Иоанне Крестителе:

Это тот, о ком написано: "Вот, Я посылаю вестника моего перед лицом Твоим, который приготовит путь Твой перед Тобою". Лука 7:27.

Из этих отрывков ясно, что Иоанн был пророком, посланным приготовить путь Богу Иегове, чтобы Он мог сойти в мир и совершить искупление. Ясно также, что он приготовил этот путь крещением и возвещением пришествия Господа; и что без этого приготовления все были бы поражены проклятием и истреблены.

689. Крещение Иоанна приготовило путь, потому что при помощи него, как показано выше, люди были приняты в грядущую церковь Господа, и были введены в то общество в небесах, в котором с нетерпением ждали и желали пришествия Мессии. Благодаря этому ангелы защищали их, чтобы дьяволы не могли вырваться из ада и погубить их. Поэтому-то и сказано у Малахии: "Кто выдержит день пришествия Его?" и "чтобы Иегова, придя, не поразил эту землю проклятием" (Мал. 3:2; 4:6). То же и у Исаии:

Вот, приходит день Иеговы лютый, день гнева и пылающей ярости. Небо поколеблется и земля сдвинется с места своего в день пылающего гнева Его. Исаия 13:6,9; 22:5,12.

У Иеремии этот день также назван днем опустошения, отмщения и разорения (Иер. 4:9; 7:32; 46:10,21; 47:4; 49:8,26). У Иезекииля он назван днем гнева, днем облачным и мрачным (Иез. 13:5; 30:2,3,9; 34:11,12; 38:14,16,18,19). То же самое у Амоса (5:13,18,20; 8:3,9,13); у Иоиля, "великий и страшный день Иеговы, кто выдержит его?" (Иоиль 2:1,2,11; 3:2,4). У Софонии:

В день этот будет слышен крик. Близок великий день Иеговы, день пылающего гнева Его - тот день, день скорби и муки, день опустошения и разорения. В этот день гнева Иеговы пожрана будет вся земля, и совершит Он истребление над всеми жителями земли. Соф. 1:7-18.

Есть и другие подобные места.

Отсюда ясно, что если бы крещением Иоанна не был приготовлен путь для сошествия в мир Иеговы, благодаря которому небеса заградили ады и защитили Евреев от окончательной гибели, то все они были бы поражены проклятием и истреблены. И Моисею Иегова сказал:

Если Я пройду среди вас, в один миг истреблю людей. Исход 33:5.

Что это так, со всей ясностью видно из слов Иоанна к множеству народа, сходившегося к нему креститься:

Вы, отродье змеиное, кто надоумил вас бежать от будущего гнева? Матф. 3:7; Лука 3:7.

О том, что Иоанн, крестя, учил также о Христе и Его пришествии, явствует из: Лука 3:16; Иоанн 1:25,26,31-33; 3:26. Из приведенных отрывков понятно, каким образом Иоанн приготовил путь.

690. Крещение Иоанна символизировало очищение внешнего человека; но крещение у Христиан нашего времени символизирует очищение внутреннего человека, то есть возрождение. Вот почему написано, что Иоанн крестил водой, а Господь крестит Духом Святым и огнем. По той же причине крещение Иоанна называется крещением покаяния (Матф. 3:11; Марк 1:4 сл.; Лука 3:3,16; Иоанн 1:25,26,33; Деян. 1:22; 10:37; 18:25). Те Евреи, что крестились у него, были исключительно внешними людьми, а внешний человек не может стать внутренним без веры в Христа. Можно понять из Деяний Апостолов (19:3-6), что люди, крестившиеся у Иоанна, стали внутренними, когда приняли веру в Христа и затем крестились во имя Иисуса.

691. Моисей сказал Иегове:

Покажи мне славу Твою. Иегова сказал ему: нельзя тебе видеть лица моего, потому что никто не может видеть Меня и жить. И сказал Он: вот место, стань на этой скале, Я поставлю тебя в расселину этой скалы и покрою тебя рукою Моею, пока не пройду; а когда уберу руку Мою, ты увидишь Меня сзади, а лицо Мое не будет видно тебе. Исход 33:18-23.

Человек потому не может видеть Бога и жить, что Бог есть сама любовь, а сама любовь, или Божественная любовь, в духовном мире предстает перед взором ангелов солнцем, которое от них так же далеко, как солнце нашего мира - от людей. Поэтому, если бы Бог, находящийся в середине того солнца, оказался рядом с ангелами, они были бы уничтожены точно так же, как и люди, если бы рядом с ними оказалось солнце этого мира, поскольку духовное солнце так же огненно.

По этой причине существуют постоянные ограничения, благодаря которым огненный жар этой любви умеряется и смягчается, чтобы ангелы не погибли от непосредственного воздействия ее на небеса. Вследствие этого, когда Господь на небесах дает почувствовать свое присутствие более непосредственно, безбожники под небесами начинают жаловаться, мучаются и падают в обморок, чем вынуждаются бежать в пещеры и расщелины гор, крича:

Падите на нас, и скройте нас от лица Сидящего на престоле. Откр. 6:16; Исаия 2:19,21.

Не Сам Господь сходит вниз, а ангел, окруженный сферой любви от Господа. Я много раз видел безбожников, так напуганных этим нисхождением, словно они увидели перед собой саму смерть. Некоторые из них бросались при этом все глубже и глубже в ад, а другие приходили в бешенство.

По той же причине Дети Израиля готовились в течении трех дней перед тем, как Господь Иегова сошел на Гору Синай, и гора эта была огорожена, чтобы никто не подошел и не был убит (Исход, глава 19). То же относится и к святости Господа Иеговы в обнародованных тогда Десяти Заповедях, которые были начертаны перстом Божьим на двух скрижалях и уложены в Ковчег. Поверх него в Скинии была положена крышка, на которой располагались херувимы, чтобы никто не мог коснуться скрижалей непосредственно рукой или взглядом. Даже Аарону не дозволялось подходить к этому месту кроме одного раза в год, и то лишь после того, как он совершит над собой очищение жертвоприношением и воскурением.

Потому-то и жители Аккарона и Вефсамиса были убиты числом до нескольких тысяч только за то, что увидели Ковчег своими глазами (1 Цар. 5:11,12; 6:19); и то же самое случилось с Озой, который коснулся его (2 Цар. 6:6,7). Эти несколько примеров поясняют, какое проклятие и истребление обрушилось бы на Евреев, если бы крещение Иоанна не приготовило их к принятию Мессии, то есть Бога Иеговы в человеческой форме, и если бы Он не явил Себя, приняв Человеческое. Они были приготовлены тем, что в небесах их приняли и причислили к тем людям, которые всем сердцем ждали Мессию и тосковали по Нему, и поэтому к ним были посланы ангелы, чтобы защищать их.

* * * * *

692. Здесь я приведу несколько рассказов о своем опыте, из которых этот - первый.85

Возвращаясь домой из школы мудрости, я увидел по пути ангела, одетого в голубое. Он пошел рядом со мной и сказал: "Я видел, как ты вышел из школы мудрости, и тебе доставило большое удовольствие то, что ты там слышал. Но я понял, что ты не целиком в нашем мире, поскольку ты одновременно находишься в мире природном, и поэтому не знаешь о наших Олимпийских состязаниях. На них собираются мудрецы античности, чтобы узнать от новоприбывших из вашего мира, каким изменениям и чередованиям состояния подвергалась и подвергается мудрость. Если хочешь, я отведу тебя туда, где живут многие мудрецы античности вместе со своими сыновьями, то есть учениками".

Он отвел меня к границе между севером и востоком, и когда я взглянул с возвышенности, моему взору предстал город, и по одну сторону от него - два холма, из которых ближний к городу был меньше. "Этот город называется Афинами, - сказал мне ангел, - меньший из двух холмов называется Парнасом, больший - Геликоном. Они названы так потому, что в городе и в окрестностях его живут мудрецы древней Греции, и среди них - Пифагор, Сократ, Аристипп и Ксенофонт86, вместе со своими учениками и последователями".

Я спросил о Платоне и Аристотеле, но он ответил, что они со своими последователями живут в другом месте, поскольку они учили доводам рассудка, которые относятся к разуму, а здешние жители учили нравственным вопросам, которые относятся к жизни.

Он рассказал, что ученых из города Афины часто посылали к образованным Христианам, чтобы они разузнали, каковы теперь их мысли о Боге, о сотворении вселенной, о бессмертии души, о положении человека по отношению к животным и о других предметах внутренней мудрости. Он сказал также, что глашатай известил о собрании, назначенном в этот день, а это значит, что послы встретились с некоторыми из вновь прибывших с земли и услышали от них нечто любопытное. И вот, мы увидели множество людей, сходившихся со всего города и с окрестностей, некоторые из которых были в лавровых венках, некоторые несли в руках пальмовые ветви, кто-то держал книги под мышкой, а у иных за волосы на левом виске были заткнуты писчие перья.

Мы присоединились к ним, и взошли вместе с ними на холм, где располагался восьмиугольный дворец, который они называли Палладиумом. Войдя внутрь, мы обнаружили восемь шестиугольных ниш, в каждой из которых были полки с книгами и стол, за которым размещались те, что носили лавровые венки. В самом Палладиуме были высеченные из камня сидения, на которых располагались остальные.

Затем слева отворилась дверь, и через нее ввели двух новоприбывших с земли. Их встретили приветствиями, после чего один из увенчанных лаврами спросил их: "Что нового на земле?"

"Есть новость, - ответили они. - В лесах нашли людей, которые напоминали животных, или животных, подобных людям. По их телам и лицам выяснили, что родились они людьми, но в возрасте двух-трех лет потерялись или были брошены в лесах. Эти существа не могли выразить звуком никакой мысли и не умели произнести ни одного слова. Не знали они и какая пища им нужна, хотя даже животные знают это, и брали в рот все, что растет в лесах, как чистое, так и нечистое; и еще много подобного рассказывают о них. Некоторые из наших ученых выдвинули множество предположений, а другие сделали многочисленные выводы относительно положения человека по отношению к животным".

Услышав это, некоторые из античных мудрецов спросили: "Каковы же были их предположения и выводы?" Новоприбывшие ответили, что их было огромное количество, однако все их можно свести к следующему:

1. Человек по своей природе, а равно и по рождению, глупее и поэтому ниже любого животного, и он становится животным, если его не учить.

2. Он способен учиться, потому что сначала он узнает, как произносить членораздельные звуки и, таким образом, говорить; посредством этого он начинает выражать свои мысли; это получается у него постепенно все лучше и лучше, и наконец, он уже может составлять законы жизни в обществе, из которых многие, между тем, запечатлены в животных с рождения.

3. Животные также способны к рассуждению, как и люди.

4. Поэтому, если бы животные могли говорить, они рассуждали бы на любые темы так же искусно, как и люди. Доказательством служит то, что они думают рассудительно и благоразумно наравне с людьми.

5. Разум - это просто видоизменения солнечного света в совокупности с теплом посредством эфира, и таким образом, это всего лишь деятельность более внутренней природы. Эту деятельность можно возвысить настолько, что она будет выглядеть, как мудрость.

6. Поэтому бессмысленно думать, будто человек, в отличие от животного, живет после смерти. Разве что, возможно, испарения жизни тела, выделяющиеся несколько дней после смерти, могут выглядеть облаком в виде призрака, пока не рассеются в природе. Так веточка, вынутая из пепла костра, сохраняет подобие своих прежних очертаний.

7. Следовательно, религия, которая учит, что жизнь продолжается после смерти, изобретена для того, чтобы с помощью ее законов держать простых людей в послушании внутренне, точно также, как гражданские законы держат их в послушании внешне.

Они добавили, что так рассуждали способные, но не умные. "Что же думают умные?" - спросили их. Они ответили, что не слыхали, но предполагают, что то же самое.

Услышав это, все сидевшие за столами воскликнули: "Что за времена настали теперь на земле! Увы! Что стало с мудростью! Она превратилась в безрассудное хитроумие. Солнце зашло и опустилось под землю, став прямо напротив своего полуденного положения. Кому же не понятно на примере этих людей, потерянных и затем найденных в лесах, что таким человек становится, если его не учить? Не таков ли человек, каким его делают наставления? Он родится более невежественным, чем животные. Он должен учиться ходить и говорить. Если бы он не учился ходить, разве мог бы он стоять прямо на ногах? И если бы он не учился говорить, разве мог бы он высказать хоть какую-нибудь из своих мыслей? Поэтому каждый представляет собой то, чему он научен: безумца, если научен лжи, мудреца, если научен истинам. И если человек научен лжи, и поэтому безумен, разве не воображает он себя мудрее того, кто научен истинам, и поэтому мудр? И разве нет таких людей, умалишенных и безрассудных, которые являются людьми не более тех, что найдены в лесах? Не таковы ли те, которые пребывают в беспамятстве?

Из всех этих примеров мы делаем вывод, что человек без учения - не человек, но и не животное, а форма, способная принимать в себя то, что делает человека человеком; посему он не рождается человеком, а становится. Далее, что человек создан такой формой для того, чтобы он служил органом для принятия жизни от Бога, с той целью, чтобы Бог мог наполнить его добром всякого рода, и через соединение с Собой сделать его счастливым навеки. Из того, что вы сказали, мы заключаем, что мудрость в настоящее время вымерла, превратившись в безрассудство, до такой степени, что человек уже не знает ничего о том, что представляет собой его жизнь по сравнению с жизнью животного. Вследствие этого они не знают также ничего о том, как человек живет после смерти. Тех, кто способен, но не хочет знать об этом, подобно многим из вас, Христиан, мы бы сравнили с теми людьми, найденными в лесах. Однако не потому они сделались настолько бестолковыми, что им не хватало наставлений, а потому, что они полагались на обманы чувств, которые затмевают собой истины".

Но тут один из стоявших посреди Палладиума с пальмовой ветвью в руке сказал: "Разрешите, прошу вас, следующую загадку. Как человек, раз он создан по образу Божьему, может стать образом дьявола? Я знаю, что ангелы небес - это образы Божьи, а духи ада - образы дьявола, и эти два образа противоположны, будучи образами мудрости и безумия. Объясните же мне, как мог человек, созданный по образу Божьему, уйти от света дня в такую ночь, что он отрицает существование Бога и вечную жизнь?"

Учителя отвечали по очереди: сначала Пифагорейцы, затем последователи Сократа, затем остальные. Среди них был один последователь Платона, которому выпало говорить последним. Его мнение одержало верх и состояло в следующем. "Люди, жившие в век Сатурна, или в золотой век, знали и признавали, что они являются формами для принятия жизни от Бога, и поэтому мудрость была написана на их душах и сердцах, так что они видели истину в свете истины, и через истины они постигали добро по удовольствию любви к нему. Но в последующие века человечество отошло от признания того, что все истины мудрости, а следовательно, и все виды добра любви, которые у них есть, непрерывно втекают в них от Бога; поэтому люди перестали быть жилищами Бога, и не говорили уже больше с Богом, и не входили в общества ангелов. Ибо внутреннее их умов, ранее обращенное Богом вверх, к Богу, все больше и больше отклонялось от должного направления вовне, в мир, и через мир Богом обращалось к Богу. В конце концов их внутреннее было обращено в противоположное направление, то есть вниз, к себе. Поскольку тот, кто внутренне опрокинут, или отвернулся, не может смотреть на Бога, то люди отделились от Бога и стали образами ада, то есть дьявола.

Отсюда следует, что в древнейшие века люди сердцем и душой признавали, что все добро любви и вся истина мудрости приходят к ним от Бога, и что это добро и эта истина есть Божье в них, и поэтому они являются только вместилищами жизни от Бога; потому-то они и назывались образами Божьими, сынами Божьими и Богом рожденными. Но в последующие века люди признавали это уже не сердцем и душой, а лишь посредством какой-либо веры по убеждению, затем исторической веры, и наконец, только на словах. Признание же такого рода истин только на словах - это не признание, а отрицание их в сердце.

Из всего этого становится понятно, какова теперь мудрость среди Христиан на земле. Хоть им и дано от Бога письменное откровение, тем не менее, они даже не знают, в чем различие между человеком и животным. Оттого многие люди думают, что, раз человек живет после смерти, то и животные тоже; или, раз животные не живут после смерти, то и человек тоже не может жить. Не кажется ли вам, что наш духовный свет, который озаряет наш умственный взор, у них превратился в густую тьму, а их природный свет, дающий свет лишь зрению тела, стал для них ослепительным?"

После этой речи все собравшиеся обернулись к двум новоприбывшим и поблагодарили их за то, что они пришли и принесли известия; их попросили также передать своим собратьям то, что они слышали здесь. Новоприбывшие ответили, что они убедят своих людей в этой истине, что насколько они приписывают все добро милосердия и всю истину веры Господу, а не себе, настолько они являются людьми, и становятся ангелами небес.

693. Второй опыт.

Несколько недель спустя я услышал с небес голос, возвестивший: "На Парнасе состоится еще одно собрание; пойдем, мы укажем тебе дорогу". Я двинулся в путь, и подойдя ближе, обнаружил, что на Геликоне стоит человек с трубой в руках, который объявляет и созывает собрание. Затем я увидел, как и раньше, людей, сходившихся из города Афин и его окрестностей, а среди них - трех новоприбывших из мира. Эти трое все были Христиане, один - священник, другой - государственный деятель, третий - философ. Окружающие развлекали их беседами на разные темы, в особенности о мудрецах древности, коих они называли по именам. Прибывшие спрашивали, можно ли будет увидеть их. Им сказали, что можно будет не только увидеть их, но и представиться им, поскольку к ним можно запросто обратиться.

Они спросили о Демосфене87, Диогене и Эпикуре88, но в ответ им было сказано: "Демосфен живет не здесь, а вместе с Платоном. Диоген со своей школой живет у подножия Геликона, поскольку он не считается с мирскими делами и размышляет только о небесном. Эпикур живет на западной окраине и не бывает у нас, по той причине, что мы делаем различие между добрыми и злыми склонностями; мы настоятельно утверждаем, что добрые склонности сопровождают мудрость, а злые склонности противоположны мудрости".

Когда они взошли на Парнасский холм, стража принесла им в хрустальных кубках воды из источника, который находился на нем, сказав: "Вот вода из того источника, о котором в мифах древних писателей говорится, что он был выбит копытом коня Пегаса и позже посвящен Девяти Девам89. Под крылатым конем Пегасом древние понимали разумение истин, от которого приходит мудрость. Копыта его означали жизненный опыт, порождающий природную разумность, а Девять Дев - всякого рода знания и ученость. Эти рассказы нынче называют мифами, однако это были соответствия, которыми изъяснялись древнейшие люди".

"Не удивляйтесь. - Сказали троим новоприбывшим их спутники. Стражникам было велено рассказывать все это. Мы понимаем питье воды из этого источника, как наставление в истинах, а при помощи истин - в различных видах добра, и обретение, таким образом, мудрости".

Затем они вошли в Палладиум вместе с тремя новоприбывшими из мира: священником, государственным деятелем и философом. При этом те, что сидели за столами, увенчанные лаврами, спросили: "Что нового на земле?"

"Новости такие. - Ответили они. - Один человек заявляет, будто он говорит с ангелами, и будто его зрение открыто в духовный мир настолько же, насколько и в природный. Он рассказывает очень много нового из духовного мира, в том числе следующее. Человек живет поле смерти человеком, так же, как он жил прежде в мире. Он видит, слышит и разговаривает, как прежде в мире. Он одевается и носит украшения, как прежде в мире. Он ощущает голод и жажду, ест и пьет, точно так же, как и раньше, наслаждается прелестями супружества, ложится спать и просыпается. Там есть земли и озера, горы и холмы, равнины и долины, источники и реки, сады и леса, а также дворцы и дома, города и деревни, совсем как в природном мире. Там есть писания и книги, есть общественные должности и предпринимательство, драгоценные камни, золото и серебро. Одним словом, все, что есть на земле, бывает и на небесах, но в бесконечно большем совершенстве. Единственная разница в том, что у всего в духовном мире духовное происхождение, так что все там духовно, поскольку происходит от тамошнего солнца, которое есть чистая любовь. В природном же мире у всего природное происхождение, и все в нем природно и материально, поскольку происходит от солнца этого мира, которое есть чистый огонь. Иными словами, человек после смерти - это человек во всей полноте, причем более совершенный, чем прежде в мире. Ибо там у него материальное тело, а в духовном мире - духовное тело".

Когда они закончили говорить, античные мудрецы спросили, что об этом думают люди на земле. Те трое отвечали: "Мы знаем, что это верно, потому что мы здесь, и уже видели и испытали все сами. Но мы сейчас расскажем вам, что говорили и какие суждения приводили люди на земле".

Затем священник сказал: "Такие как я, из духовенства, услышав об этом, сначала назвали все это видениями, а потом выдумками; затем они говорили, что этот человек видел призраков. В конце концов они зашли в тупик и сказали: "Верьте ему, если хотите. Мы всегда учили, что человек после смерти не будет иметь тела до дня Последнего Суда"".

"Неужели среди них не было умных людей, - спросили мудрецы, - которые могли бы доказать им это и убедить их в той истине, что человек продолжает жить после смерти?"

Священник ответил, что были некоторые, которые это доказывали, но так и не смогли убедить их. "Доказывавшие утверждали, - сказал он, - что думать, будто человек не живет до Последнего Суда как человек, а все это время остается душой без тела, значит противоречить здравому смыслу. Что такое душа, и где она пребывает все это время? Лишь дуновение, или, может быть, что-то вроде ветра, носящееся в воздухе, или нечто спрятанное в центре земли? Где находится ее "где-то"90? Неужели души Адама и Евы, а также всех людей, живших после них на протяжении шести тысяч лет, или шести веков, до сих пор носятся во вселенной, или заключены в недрах земли, и ждут Последнего Суда? Что может быть мучительнее и плачевнее такого ожидания? Не следует ли сравнить их участь с долей узников в тюрьме, скованных по рукам и ногам? Если такова посмертная участь человека, не лучше ли родиться ослом, чем человеком? Кроме того, не бессмысленно ли думать, что душа может быть снова облечена в тело, если ее тело было съедено червями, крысами или рыбами? Или что какое-то новое тело может покрыть костный скелет, сожженный солнцем или рассыпавшийся в пыль? Как могут эти зловонные части трупа собраться вместе и снова соединиться с душами?" Но выслушав все эти доводы, они не давали никакого разумного ответа, а цеплялись за свою веру со словами: "Мы подчиняем наш разум вере". О том, что все будут изведены из могил в день Последнего Суда, они говорят: "Это дело всемогущества". Когда же они начинают говорить о всемогуществе и вере, рассудок вылетает в окно, и тогда, я уверяю вас, здравый смысл уже ничто, и некоторые считают его призраком. Они могут даже сказать здравому смыслу, что он сумасшедший".

Выслушав это, мудрецы Греции сказали: "Разве эти парадоксы не опровергают сами себя, как противоречия? Однако же в современном мире даже здравый смысл не может опровергнуть их. Можно ли поверить во что-либо более парадоксальное, чем в то, что говорится о Последнем Суде: будто тогда настанет конец вселенной, и звезды небесные упадут на землю, хотя она меньше звезд? Или что тела людей, как трупы, так и мумии, съеденные другими или превратившиеся в прах, воссоединятся со своими душами? Когда мы были в мире, мы верили в бессмертие человеческих душ, основываясь на выводах, которые давал нам рассудок. Мы считали, что блаженные живут в предназначенных для них местах, которые мы называли Елисейскими полями, и верили, что они того же вида и рода, что и люди, только более тонкого, поскольку они духовны".

Сказав так, они обратились ко второму новоприбывшему, который в мире был государственным деятелем. Он признался, что не верил в жизнь после смерти, и считал то, что о ней рассказывали, выдумками и сочинительством. "Когда я размышлял об этом, - сказал он, - я спрашивал себя: "Как души могут быть телами? Все, что составляет человека, лежит в могиле. Чем он будет видеть, если у него нет глаз? Чем он будет слышать, если у него нет ушей? Откуда у него возьмется рот, чтобы говорить? Если и живет нечто от человека после его смерти, то не призрак ли это? А разве призрак может есть и пить? Разве может он наслаждаться прелестями супружества? Откуда у него может быть одежда, дом, еда и прочее? Призраки - это бестелесные образы, и только кажется, что они есть, на самом же деле их нет". Вот такие, или подобные, мысли о жизни людей после смерти приходили мне на ум, когда я жил в мире. Но теперь, увидев все сам и потрогав руками, я убедился самими чувствами своими, что я человек, такой же, как в мире. И я даже не осознаю, что я живу как-то не так, как раньше, разве что мой рассудок стал более ясным. Мне не раз уже приходилось стыдиться своих прежних мыслей".

Философ рассказал о себе почти то же самое, с той лишь разницей, что он относил все новое, что слышал о жизни после смерти, к мнениям и теориям, взятым у древних и современных мыслителей.

Мудрецы были изумлены, когда услышали все это. Те, что принадлежали к школе Сократа, сказали, что из новостей, принесенных с земли, им становится понятно следующее: внутреннее умов людей мало помалу закрылось, и в мире теперь вера в ложь сияет, как истина, а безрассудное хитроумие как мудрость; свет мудрости с их времен опустился из внутренних областей мозга под нос, в рот, где он и предстает перед глазами сиянием уст, и следовательно, что ни произносится из этого источника, все кажется мудростью.

При этих словах один из новичков сказал: "Как отупели умы живущих на земле! Кабы сюда учеников Гераклита, который все оплакивал, и Демокрита, который надо всем смеялся91, вот был бы плач и хохот!"

Когда собрание закончилось, новоприбывшим с земли были вручены на память знаки отличия в виде медных пластин с начертанными на них иероглифами, которые те забрали с собой.

694. Третий опыт.

Через некоторое время я снова посмотрел в сторону города Афин, о котором я говорил в предыдущем рассказе. Я услышал оттуда какой-то необычный шум. В этом шуме слышалось нечто вроде смеха, перемешанного с негодованием, в котором была в то же время доля грусти. Однако шум от этого не становился нестройным, но был гармоничным, поскольку звуки его были не отдельными и одновременными, а заключались один в другом. В духовном мире можно различать в звуках смешение разнообразных склонностей.

Я спросил издалека: "Что происходит?" Мне ответили: "Оттуда, куда поступают новоприбывшие из Христианской части мира, пришел вестник, и говорит, что слышал там от троих людей, что они, будучи в своем мире, как и остальные, верили в полный покой ото всех трудов, который дается благословенным и блаженным после смерти. Поскольку к трудам относятся государственные должности, общественные занятия и работы, они думали, что и от них они будут освобождены. Этих троих наш посланник привел с собой, и они ждут у ворот. Из-за этого поднялся сильный шум, и после совещания решено было вести их не в Палладиум на Парнасе, как в предыдущем случае, а в большой зал, где они смогут рассказать свои новости из Христианского мира. К ним послали, чтобы пригласить их должным порядком".

Я был в духе, а расстояния у духов зависят от состояния их склонностей, и поскольку у меня было желание видеть и слышать их, я оказался рядом с ними, видел, как их привели, и слышал, что они говорили.

Старейшие и мудрейшие люди располагались по бокам зала, а остальные - в середине. Перед ними было возвышение, на которое через середину зала торжественной процессией возвели троих новоприбывших вместе с посланником. Когда наступила тишина, один из старейших приветствовал их и спросил: "Какие новости с земли?"

"У нас много новостей, - ответили они. - Будьте добры, какие именно вас интересуют?".

"Что нового на земле, - спросил старейшина, - о нашем мире и о небесах?"

Они ответили, что прибыв недавно в этот мир, они услышали, что здесь и в небесах есть государственные должности, службы, общественные занятия, предпринимательство, всевозможные науки и замечательная работа. А между тем они думали, что после переселения или перенесения из природного мира в духовный для них настанет вечный отдых от трудов. Но разве все эти занятия - не труды?

На это старейшина сказал: "Так вы понимали под вечным отдыхом от трудов вечную праздность, в которой вы будете сидеть или возлежать, вдыхая полной грудью наслаждения и наполняя уста весельем?" Трое новоприбывших тихо усмехнулись и согласились, что они ждали чего-то подобного.

"Что веселье и наслаждение, а значит, и счастье, имеют общего с праздностью? - Последовал вопрос. - Праздность приводит ум в упадок, а не развивает его, то есть омертвляет человека, а не оживляет его. Представьте себе человека, сидящего в совершенном безделье, сложа руки, опустив глаза или с отсутствующим взором, и в то же время окруженного ореолом наслаждения. Разве не охватит вялость его голову и тело, не исчезнет с его лица живое выражение, не расслабится каждый его мускул так, что в конце концов, клонясь все ниже и ниже, он упадет землю? Что делает все тело напряженным и подтянутым, если не напряжение ума? А что держит в напряжении ум, если не общественные обязанности и дела, исполняемые с удовольствием? Итак, я сообщу вам нечто новое и о небесах: там есть государственные должности, службы, высшие и низшие суды, ремесла и иная работа".

Когда трое новоприбывших услышали, что в небесах есть высшие и низшие суды, они сказали: "Почему? Разве Бог в небесах не вдохновляет и не ведет каждого, так что все знают, что справедливо и что правильно? Зачем же там нужны судьи?"

"В этом мире, - ответил старейшина, - мы учимся и узнаем, что хорошо и истинно, а также, что справедливо и честно, точно так же, как и в природном мире. Мы узнаем все это не непосредственно от Бога, а посредством других. Каждый ангел, как и каждый человек, думает истинное и делает доброе как бы сам по себе, и это не чистые истина и добро, а смешанные в зависимости от состояния ангела. Среди ангелов тоже есть простые и мудрые, и мудрым предоставляется судить, если простые по простоте своей или незнанию сомневаются в том, что справедливо, или отклоняются от этого. Однако, поскольку вы недавно в этом мире, если угодно, можно пойти вместе в наш город, и мы вам все покажем".

На этом они покинули зал, и некоторые из старейших последовали за ними. Первым делом они направились в крупную библиотеку, которая разделялась на небольшие хранилища книг по различным областям знания. Трое новоприбывших изумились, видя так много книг, и спросили: "Разве в этом мире тоже есть книги? Откуда тут пергамент и бумага, перья и чернила?"

"Как мы понимаем, - сказали в ответ старейшие, - в прежнем мире вы думали, что этот мир пуст, потому что он духовный. Вы думали так по той причине, что считали духовный мир чем-то абстрактным, а абстрактное - это ничто, как бы пустота; тем не менее, здесь обилие всевозможных вещей. Здесь все субстанциально, а не материально; субстанциальные вещи служат началом материальных. Мы все здесь духовные люди, потому что мы субстанциальны, а не материальны. Вот почему все, что есть в материальном мире, здесь присутствует в своем совершенстве; и поэтому у нас есть книги, рукописи и многое другое".

Услышав слово "субстанциальный", трое новоприбывших решили, что это правда, во-первых, потому что видели рукописные книги, а во-вторых, потому что слышали, что началом материи является субстанция. Чтобы предоставить им дополнительные доказательства, их отвели в дома переписчиков, которые занимались переписыванием сочинений мудрецов города. Они посмотрели рукописи и удивились их аккуратности и изяществу.

Вслед за этим их повели в музеи, гимназии, школы, а также в те места, где проводились литературные состязания. Одни из этих состязаний назывались играми дев Геликона, другие - играми дев Парнаса, играми дев Афин и дев Источника. Им объяснили, что называются эти игры так потому, что девами обозначают влечения к различным областям знания; каждый же разумен в зависимости от своего влечения к знаниям. Эти состязания представляли собой духовные упражнения и испытания мастерства. Затем их провели по всему городу с посещением правителей, руководителей и их служащих, которые показали им замечательные изделия ремесленников, выполненные духовно.

Когда они закончили осмотр, старейшина снова заговорил с ними о вечном отдыхе от трудов, который наступает для благословенных и блаженных после смерти. "Вечный покой - это не безделье, - сказал он, - потому что оно приводит ум, а с ним и все тело в состояние слабости, вялости, оцепенения и сонливости. Это не жизнь, а смерть, и уж никак не вечная жизнь ангелов в небесах. Поэтому вечный покой - это такой покой, который изгоняет все эти немощи и делает людей живыми, то есть нечто такое, что возвышает ум человека. Таким образом, это какая-то задача или работа, которая пробуждает, оживляет и услаждает ум. А все это зависит от цели, из-за которой и для которой работает ум. Поэтому-то и все небеса в глазах Господа выглядят как согласное соединение целей, и ангела делает ангелом та цель, которой он служит. Удовольствие служения увлекает его, подобно благоприятному течению, уносящему корабль, и дарует ему вечный мир и покой, от него происходящий. Вот что имеется в виду под вечным отдыхом от трудов. Ангел жив в той мере, в которой он посвящает свой ум служению, и это совершенно ясно из того, что глубина супружеской любви, ее сила, половая способность и удовольствия, сопровождающие ее, у каждого зависят от того, насколько он посвящает себя истинному служению".

Когда трое новоприбывших убедились в том, что вечный покой - это не праздность, а удовольствие полезной работы, вошли несколько девушек и подарили им свое рукоделие - шитье и вышивку. Прежде чем новые духи удалились, девушки спели им ангельскую песню, выражавшую их влечение к полезной работе и ее прелестям.

695. Четвертый опыт.

Сегодня большинство людей, верящих в жизнь после смерти, верят также и в то, что после смерти все их мысли будут сплошь набожность, слова молитвы, и все это вместе с выражением лица и движениями тела будет не чем иным, как прославлением Бога. Дома их поэтому будут домами богослужения или священными часовнями, а они сами все будут священниками Божьими. Но я могу со всей ответственностью заявить, что в той жизни церковные обряды занимают не больше места в умах и домах людей, чем там в мире, где есть богослужение, только они более чистые и внутренние. Между тем все, что относится к гражданским делам и научному знанию, там имеется, и притом во всем совершенстве.

Однажды я был вознесен в небеса и оказался в обществе, где жили мудрые люди, в древнее время превосходившие других ученостью, приобретенной глубоким изучением и обдумыванием полезных вопросов из области разума. Теперь они были в небесах, поскольку верили в Бога, а в настоящее время в Господа, и любили ближнего, как самих себя. Вслед за тем меня привели в собрание, проходившее у них, и спросили, откуда я. Я объяснил им, что телом я нахожусь в природном мире, а духом - у них, в духовном.

Ангелы обрадовались этому и спросили далее: "Что известно в том мире, где ты находишься телом, о влиянии92, и что под ним понимают?"

Я постарался вспомнить все, что я слышал в беседах и читал в произведениях знаменитых людей на эту тему, и ответил, что о влиянии духовного мира на природный пока ничего не известно, а известно лишь о влиянии природы на природные предметы, например, о влиянии солнечного тепла и света на живые организмы, деревья и растения, которое пробуждает их к жизни; а с другой стороны, о влиянии холода на те же организмы, приводящем к их смерти. Кроме того, известно о влиянии света на глаза, от которого происходит зрение, о влиянии звука на уши, от которого происходит слух, о влиянии запаха на ноздри, от которого происходит обоняние, и так далее.

Наряду с этим современные ученые по-разному рассуждают о влиянии души на тело и тела на душу. По этому вопросу есть три различных мнения. Одни утверждают, что имеется влияние души на тело, и такое влияние они называют случайным, поскольку телесные чувства затрагиваются от случая к случаю. Другие говорят о влиянии тела на душу, которое они называют физическим, поскольку предметы воздействуют на чувства, а через них - на душу. Мнение третьих состоит в том, что душа и тело влияют друг на друга взаимно и одновременно, и это они называют предустановленной гармонией. При этом все они считают, что то влияние, в которое они верят, существует в пределах царства природы.

Некоторые люди считают душу частицей или каплей эфира, некоторые маленьким шариком или крупицей тепла и света, а некоторые - чем-то существующим в недрах мозга. Но что бы они не подразумевали под душой, они называют это духовным, считая при этом духовное чем-то природным, но более чистым, поскольку ничего не знают о духовном мире и его влиянии на природный мир, и ограничиваются, таким образом, лишь природной областью. В ней они парят подобно орлам, взмывая вверх и бросаясь вниз. Люди, ограниченные природой, подобны жителям острова, окруженного морем, которые не знают ни о каких землях, кроме их собственной; или рыбам в реке, которым незнаком воздух над водой. Вследствие этого, когда кто-то упоминает о существовании мира, отличного от их собственного, где живут ангелы и духи, и говорит о нем, как об источнике всякого влияния на людей, а так же и внутреннего влияния на деревья, это ошеломляет их так, как будто им говорят о явлении призраков или о какой-то астрологической бессмыслице.

Если говорить не о философах, а об остальных людях в том мире, где я нахожусь телом, то они не думают и не говорят ни о каком влиянии, разве только о наполнении бокалов вином или желудка едой и питьем, или о влиянии вкуса на язык, или, может быть, о втекании воздуха в легкие, и тому подобном. Но если им рассказывают что-либо о влиянии духовного мира на природный, они говорят: "Пусть влияет, если влияет; что за удовольствие или польза от того, чтобы об этом знать?" С тем они и уходят, а когда впоследствии говорят о том, что слышали о влиянии, они играют с этим, как играют с камешками, пропуская их между пальцев.

Затем мы с ангелами беседовали о том, какое удивительное действие производит влияние духовного мира на природный. В частности, мы говорили о том, как гусеницы превращаются в бабочек, и о чудесной работе пчел и трутней, шелковичных червей и пауков; и я заметил, что люди на земле приписывают все это свету и теплу солнца, а значит, природе. Причем меня часто удивляло, что они на этом основании все больше склоняются в пользу природы, и такими убеждениями приводят свой ум в сон и смерть, становясь атеистами.

После этого я рассказал, каким удивительным образом все растения развиваются в должной последовательности из семян, пока не дадут новые семена, будто земля знает, как ей выработать и подготовить свои вещества для плодородного начала семени, из которого затем выпустить росток, чтобы он стал стволом, на стволе вырастить ветви, одеть их листьями, украсить цветами, образовать внутри цветов зачатки плода и вырастить его, чтобы посредством него произвести семена потомства, в которых растение может родиться заново. Но все это, поскольку постоянно на виду и повторяется из года в год, становится привычным, обыденным и всем знакомым, и не кажется чем-то удивительным, а считается просто природным явлением. Люди держатся такой точки зрения единственно потому, что не знают о существовании духовного мира, воздействующего изнутри на все, что возникает и образуется в мире природы, на природной земле, и приводит все это в движение, подобно тому, как человеческий ум приводит в действие чувственные и двигательные органы тела. Не знают они и о том, что все составляющие природы являются как бы покрытиями, оболочками или одеждами для предметов духовных, и служат на низшем уровне осуществлению целей, соответствующих замыслу Бога Творца.

696. Пятый опыт.93

Однажды я обратился к Господу с молитвой дозволить мне поговорить одновременно с учениками Аристотеля, Декарта и Лейбница, чтобы узнать их мнение о сообщении души и тела. В ответ на мою молитву ко мне явились девять человек, три Аристотельянца, три Картезианца и три Лейбницианца. Они встали вокруг меня, налево поклонники Аристотеля, направо последователи Декарта и сзади приверженцы Лейбница. Вдалеке, на большом расстоянии между собой, видны были трое, с виду увенчанные лаврами; по наитию с небес я узнал, что это были сами великие учителя или основатели школ. Позади Лейбница кто-то держал в руках полы его платья и мне было сказано, что это Вольф94.

Эти девять человек, увидев друг друга, начали с вежливых приветствий, после чего вступили между собой в беседу. Но вскоре из подземного мира поднялся дух с факелом в правой руке и помахал им перед их лицами, после чего они стали между собой врагами, каждые трое против других троих, и смотрели друг на друга с угрожающим видом; ибо их охватила страсть противоречия и спора.

Аристотельянцы, которые были также схоластами95, начали, говоря: "Всякому видно, что предметы влияют на душу таким же образом, как человек входит через дверь в комнату, и что мысли души зависят от этого влияния? Когда любящий мужчина видит красивую девушку или свою невесту, разве глаз его не сверкает и не вносит в душу любовь к ней? Когда скупой видит мешки, полные денег, не воспламеняются ли все его чувства вожделением их, вследствие чего он вносит это пламя в душу и возбуждает в ней желание владеть ими? Когда гордец слышит, как кто-то хвалит его, не раскрываются ли его уши, и не передают ли эти похвалы душе? Разве чувства тела не подобны прихожим, через которые только и возможен вход в душу? Кто же по этим и по бесчисленным другим примерам не заключит, что влияние исходит от природы, иначе говоря, что оно физическое?"

Последователи Декарта, державшие свои пальцы на лице, на уровне бровей, и теперь отнявшие их, отвечали на это следующими словами: "Увы! Вы говорите по видимости; разве вы не знаете, что не сам глаз любит девушку или невесту, а душа? Что также чувства тела не сами, а по душе, горячо желают мешков, наполненных деньгами? Что подобным же образом и уши не иначе чутки к восхвалениям льстецов? Не восприятие ли порождает чувствование? А восприятие - свойство души, а не органа. Скажите, если можете, разве не мысль, а что-то другое заставляет говорить язык и губы? И что-либо другое, а не воля, заставляет действовать руки? Мысль же и воля принадлежат душе. Следовательно, имеется ли что-либо, кроме души, что заставляет глаз видеть, уши - слышать, а все другие органы - чувствовать, обращать внимание, замечать? По этим и по бесчисленным другим примерам всякий, чья мудрость не ограничена чувствами тела, заключит, что нет влияния тела на душу, но есть влияние души на тело. Мы называем это влияние случайным, или духовным".

Выслушав сказанное, те трое, что стояли позади предыдущих и были приверженцами Лейбница, взяли слово, говоря: "Мы слышали доводы, представленные с той и другой стороны. Мы сравнили их и убедились, что по многим вопросам одна сторона одержала верх, а по многим другим - другая. Если вы позволите, мы решим исход спора".

На вопрос, как именно, они отвечали: "Нет ни влияния души на тело, ни влияния тела на душу, но есть согласное и одновременное действие их друг на друга, которому знаменитый автор дал прекрасное название предустановленной гармонии".

Вслед за тем вновь появился дух с факелом, но теперь он держал его в левой руке. Он помахал факелом у их затылков, отчего понятия у всех спутались и они воскликнули одновременно: "Ни душа наша, ни тело не знает, какую сторону принять. Поэтому решим вопрос жребием и будем держаться того мнения, которое будет вынуто первым". Они взяли три бумажки и написали на одной: "Влияние физическое", на другой: "Влияние духовное", а на третьей: "Гармония предустановленная". Положив бумажки в перевернутую шляпу, они избрали того, кто будет тянуть, и он, опустив руку, вынул бумажку, на которой было написано: "Влияние духовное". Когда увидели и прочли надпись, все сказали, одни голосом ясным и плавным, другие голосом мрачным и сдавленным: "Будем придерживаться этого мнения, так как оно вышло первым". Но тотчас же рядом с ними появился ангел и сказал: "Не думайте, что жребий в пользу духовного влияния вышел случайно; так было задумано. Ибо ваши понятия так спутаны, что вы не видите его истинности, но истина сама далась вам в руки, и это для того, чтобы вы приняли ее".

697. Шестой опыт.96

Однажды я наблюдал невдалеке атмосферное явление: облако, состоящее из облаков поменьше, из которых одни были голубые, а другие - темные. Эти облака как бы толкались между собой, а между ними сверкающими полосами пробивались лучи света, по временам острые, как наточенные мечи, по временам тупые, как сломанные мечи. Полосы то будто набрасывались одна на другую, то втягивались в себя, совсем как бойцы в схватке. Словом, казалось, что эти маленькие облака разных цветов сражаются между собой. Но это была лишь игра. Поскольку все это происходило поблизости, я присмотрелся, подняв глаза, и увидел мальчиков, молодых людей и стариков, входивших в здание из мрамора с порфировым основанием. Атмосферное явление наблюдалось над этим зданием. Тогда я спросил одного из входивших, что там происходит. "Это высшая школа, - ответил он, - где молодежь посвящается в разнообразные вопросы, относящиеся к мудрости".

Услышав это, я вошел с ними внутрь. Я был в духе, то есть в том же состоянии, что и люди в духовном мире, которых называют духами и ангелами. Внутри школы напротив входа находилась кафедра, по центру располагались скамьи, по бокам - сидения, а над входом - галерея. Кафедра предназначалась для юношей, которым предстояло отвечать по вопросу, предложенному к обсуждению в этот раз. Скамьи предназначались для слушателей, сиденья по бокам - для тех, кто уже дал мудрый ответ, а галерея - для старших - арбитров и судей. В середине галереи находилось возвышение, на котором сидел мудрец, глава школы. Он задавал вопросы, на которые отвечали с кафедры молодые люди.

Когда все собрались, человек на возвышении встал и сказал: "Теперь будьте добры отвечать и вынести решение по следующему вопросу: что такое душа и какова ее природа?"

Все изумились услышанному, начался ропот, и со скамей кто-то воскликнул: "Да был ли кто-нибудь с эпохи Сатурна97 до наших времен, кто мог бы усилием рассудочной мысли увидеть и постичь, что такое душа, а тем более, какова ее природа? Ведь это превосходит всякую возможность чьего бы то ни было разума!"

Но с галереи ответили: "Этот вопрос не превосходит разума, но находится в пределах его возможностей. Нужно лишь найти ответ".

Избранные на этот день юноши встали, взошли на кафедру и стали отвечать на вопрос. Их было пятеро, все они были испытаны старшими и признаны наиболее сообразительными. Они расположились на мягких сидениях по бокам кафедры, на которую затем они по очереди всходили в том порядке, в котором сидели. Каждый, поднимаясь на кафедру, облачался в шелковую блузу цвета опала, а поверх нее - в мягкую шерстяную мантию с цветами, вплетенными в нее, и надевал головной убор с венком из роз наверху и с маленькими сапфирами вокруг него.

Затем я увидел первого молодого человека, облачившегося в эту одежду и поднявшегося на кафедру, который сказал: "Что такое душа и какова ее природа, не было открыто никому со времени первого дня творения. Эту тайну один Бог хранит в своей сокровищнице. Но вполне открыто то, что душа в человеке - как царица. Однако, где находится ее царский дворец, по этому вопросу среди ученых имеются лишь догадки. Некоторые из них считают, что она располагается в маленьком узелке между мозгом и мозжечком, который называется шишковидной железой. Они предполагают, что именно в ней находится душа, потому что всем человеком правят эти два мозга, а ими управляет этот узелок. Итак, то, что правит по своему усмотрению обоими мозгами, то правит и всем человеком от головы до пят. Такое предположение, - добавил он, - многими в мире считалось истинным или весьма вероятным, но в последнее время его отвергли, как чистый вымысел".

Окончив речь, он снял мантию, блузу и головной убор. Второй из выбранных надел их и поднялся на кафедру. Его решение по поводу души состояло в том, что никто во всех небесах и во всем мире не знает, что такое душа и какова ее природа. "Однако нам хорошо известно, - сказал он, - что душа существует и находится в человеке; но где именно - это остается предметом догадок. Что где-то в голове, это определенно, поскольку именно там мыслит разум и образуются намерения воли, а в передней части головы, то есть на лице, располагаются органы всех пяти чувств человека. И жизнь всему этому дает душа, находящаяся в голове; но я не осмелюсь высказать своего мнения о том, где именно она пребывает. Я согласен с теми, кто считает местом ее пребывания три желудочка мозга; но с другой стороны согласен и с тем мнением, что она находится в полосатых телах мозга, или же в веществе обоих мозгов, или в корковом веществе, или, наконец, в твердой мозговой оболочке. Ибо нет недостатка в свидетельствах в пользу того или иного из этих мест.

В пользу того, что этим местом являются три желудочка мозга говорит то обстоятельство, что они служат вместилищем жизненных начал и всякого рода соков мозга. В пользу полосатых тел - то, что они составляют ту часть мозга, через которую выходят нервы, и благодаря которой каждая частица мозга имеет свое продолжение в позвоночнике, а из спинного мозга и нервов выходят волокна, образующие все строение тела. В пользу вещества обоих мозгов - то, что оно представляют собой средоточие и скопление волокон, образующих начало всего организма человека. В пользу коркового вещества то, что в нем заключены начальные и конечные цели, и потому начала всех волокон, а значит, всякого чувства и движения. В пользу твердой мозговой оболочки - то, что она служит общей оболочкой для обоих мозгов, простирающейся в определенной последовательности на сердце и все внутренности тела. Что касается меня, то я не могу отдать предпочтение ни одной из этих теорий перед другими. Прошу вас, решите сами и выберите из них лучшую".

Закончив говорить, он сошел с кафедры и передал блузу, мантию и головной убор третьему выступавшему, и тот, взойдя на кафедру, сказал следующее: "Можно ли мне, в моем возрасте, касаться столь высоких предметов? Я взываю к ученым людям, сидящим здесь по бокам зала, я взываю к вам, мудрецы на галерее, наконец, к ангелам высших небес: кто может по свету своего разума составить себе хоть какое-нибудь понятие о душе? Что же касается того места, где находится в человеке душа, то тут я могу, как и все остальные, высказать свое предположение. Мое предположение - что она находится в сердце, а значит, в крови. Я объясняю это тем, что сердце посредством крови управляет как телом, так и головой. Из него выходит большой кровеносный сосуд, называемый аортой, проходящий по всему телу; а от него разветвляются кровеносные сосуды, называемые сонными артериями, проходящие по всей голове. Поэтому общепринято, что душа из сердца посредством крови поддерживает, питает и дает жизнь всей органической системе тела и головы. Есть еще и дополнительная причина доверять такому предположению, а именно, что в Священном Писании так часто говорится: "душа и сердце". Например, что нужно любить Бога "всей душой твоей и всем сердцем твоим"; что Бог создает человеку "новую душу и новое сердце" (Втор. 6:5; 10:12; 11:13; 26:16; Иер. 32:41; Матф. 22:37; Марк 12:30,33; Лука 10:27; и др.). Кроме того, там прямо говорится, что кровь - душа плоти (Левит 17:11,14)". При этих словах послышались выкрики: "Вот это ученость!"; эти возгласы принадлежали духовенству.

Затем четвертый облачился в тот же наряд, что и предыдущие ораторы, и начал свою речь, заняв кафедру: "Я также полагаю, что нет никого, чей ум был бы настолько изощренным и тонким, чтобы он мог ясно различить, что такое душа и какова ее природа. Поэтому я думаю, что изощренность всякого, кто хочет углубиться в этот предмет, затупится от тщетных усилий. Но с самого детства моего я оставался верен мнению древних, что душа находится во всем человеке и в каждой его части, и поэтому настолько же в теле и в каждой его части, насколько в голове и в каждой ее части. Это бесполезная выдумка современных ученых - помещать душу в один из органов предпочтительно перед другими. Кроме того, душа - субстанция духовная, к которой неприменимы ни размер, ни расположение, а лишь пребывание и наполнение. И далее, разве каждый, кто упоминает душу, не имеет при этом в виду жизнь? А разве жизнь не располагается во всем человеке и в каждой его части?" Многие из слушателей согласились с этими соображениями.

За ним последовал пятый. Приняв те же самые знаки отличия и взойдя на кафедру, он произнес следующую речь: "Я не буду останавливаться на том, чтобы решить, где располагается душа, в какой-то части или во всем человеке. Однако я в меру своих возможностей изложу свое мнение относительно того, что такое душа и какова ее природа. Никто не думает о душе иначе, как о чем-то чистом, подобном эфиру, воздуху или ветру, в котором есть жизненное начало, происходящее от разумности, принадлежащей человеку в большей степени, чем животным. Это мнение основано на том, что когда человек умирает, о нем говорят: "испустил дух", или "душа отлетела". По той же причине думают, будто душа, живущая после смерти, является подобного рода дыханием, которое содержит в себе жизнь мышления, то есть то, что и называется душой. А чем еще может быть душа? Однако же, поскольку я слышал от сидящих на галерее, что вопрос о том, что такое душа и какова ее природа, не превосходит разума, но находится в пределах его возможностей, я прошу и умоляю их самих открыть эту вечную тайну".

Старшие, те, что находились на галерее, обернулись к главе школы, предложившему вопрос для обсуждения. Он понял по их знакам, что ему нужно спуститься и дать ответ. Немедленно покинув свое место на возвышении, он проследовал через зал и взошел на кафедру. Подняв руку, он сказал: "Послушайте меня, прошу вас. Кто не понимает, что душа является самой внутренней и тонкой сущностью человека? Но что такое сущность без формы, если не плод воображения? Поэтому душа - это форма, а какова эта форма, я сейчас объясню. Это форма всего, что относится к любви, и всего, что относится к мудрости. Все, что относится к любви, называется влечениями, а все, что относится к мудрости, называется восприятиями. Восприятия происходят от влечений, и вместе с ними образуют единую форму, в которой заключены все ее бесчисленные составляющие, расположенные в таком порядке и согласованные между собой таким образом, что их можно назвать единым целым, поскольку никакая из составляющих единого целого не может быть изъята или добавлена без того, чтобы оно перестало быть единым целым. Что же тогда представляет собой душа человека, если не такую форму? Все, что относится к любви, и все, что относится к мудрости, - это существенные составляющие этой формы. И в человеке все эти составляющие находятся в его душе, а из души - в голове и теле.

Вы называетесь духами и ангелами. А ведь в мире вы думали, что духи и ангелы - это дуновения ветра или частицы эфира, то есть умы и души. Теперь же вы ясно видите, что вы подлинно, действительно и по-настоящему люди, которые раньше, в мире, жили и думали в материальном теле; и вы знали, что не материальное тело живет и думает, а духовная субстанция в этом теле. Ее-то вы и называли душой, о форме которой вы теперь ничего не знаете, хотя вы уже видели ее и сейчас видите. Вы все - души, о бессмертии которых вы слышали, думали, говорили и писали так много; и поскольку вы - формы любви и мудрости, исходящей от Бога, вы не можете умереть никогда. Итак, душа - это человеческая форма, от которой ничего нельзя отнять, и к которой ничего нельзя добавить; это самая внутренняя форма всех форм всего тела. Поскольку внешние формы заимствуют от внутреннего и сущность, и форму, то вы - души, совершенно такие, какими предстаете своему и нашему взору. Словом, душа - это сам человек, потому что это - самый внутренний человек; поэтому ее форма - это человеческая форма в полном совершенстве. Однако это не жизнь, а ближайшее вместилище жизни от Бога, а значит, обитель Божья".

Многие встретили эту речь рукоплесканиями, но некоторые сказали: "Над этим еще надо подумать". С этим я ушел домой; и вдруг над той школой вместо прежнего атмосферного явления возникло сияющее облако без всяких полос и лучей, сражающихся друг с другом. Это облако проникло сквозь крышу и осветило стены изнутри. Мне было сказано, что на стенах они увидели надписи, среди которых была следующая:

Иегова Бог вдохнул в ноздри человека дыхание жизни, и стал человек душою живой. Бытие 2:7.

Глава 13. Святое Причастие.

XCI Не зная о том, как природное соответствует духовному, невозможно знать пользы, приносимой Святым Причастием.

698. Частичное объяснение этому было дано в главе о крещении, где было показано, что без знания духовного смысла Слова невозможно знать, что заключают в себе и для чего нужны таинства крещения и Святого Причастия (см. 667-669). Здесь же говорится "не зная о том, как природное соответствует духовному"; это то же самое, поскольку природный смысл Слова на небесах обращается в духовный через соответствия. Поэтому-то эти два смысла и соответствуют друг другу, и тот, кто знает соответствия, может понять и духовный смысл. Что такое соответствия и какова их природа, можно видеть из главы о Священном Писании, от начала до конца, а также из разъяснения Десяти Заповедей, от первой до последней; подробности же - в "Апокалипсисе открытом".

699. Какой же истинный Христианин не признает, что эти два таинства святые, более того, самые святые обряды Христианского богослужения? Однако, знает ли кто-нибудь, в чем заключается их святость, или от чего она происходит? По природному смыслу из описания учреждения Святого Причастия нельзя узнать ничего, кроме того, что плоть Христа дается нам, чтобы есть, а Его кровь - чтобы пить, обозначают же их хлеб с вином. Отсюда можно прийти к одной только мысли: что эти таинства святы лишь поскольку заповеданы Господом. Поэтому наиболее изобретательные из богословов церкви учили, что всякая составляющая часть богослужения, к которой прилагается Слово, становится священным таинством. Но такое предположение об источнике святости не удовлетворяло разум, и в его пользу не было свидетельств в составляющих, или символах богослужения, поэтому оно оставалось лишь в памяти. Таким образом, некоторые соблюдали эти таинства из уверенности, что с их помощью им прощаются грехи, другие поскольку думали, что таинства освящают, иные же - поскольку они укрепляют веру и поэтому способствуют спасению. Есть люди, которые не придают особого значения этому вопросу по той лишь причине, что у них с детства сложилась привычка к соблюдению этих обрядов, а иные бросили соблюдать их, не видя в этом смысла. Безбожники же отвернулись от них, говоря про себя: "Что это, если не обряды, объявленные церковниками святыми? Это же просто хлеб и вино. Ничего в этом нет, кроме выдумки, будто тело Христа, распятого на кресте, и кровь, пролившаяся при этом, раздаются приобщающимся вместе с хлебом и вином", и тому подобное.

700. Вот какие понятия об этом самом святом обряде распространены теперь по всему Христианскому миру, и только потому, что они согласуются с буквальным смыслом Слова; а духовный смысл был доныне скрыт, и открыт лишь в настоящее время; между тем в нем одном можно разглядеть истинную благодать Святого Причастия. Этот смысл открыт впервые только теперь по той причине, что до сих пор Христианство существовало лишь по названию, а у некоторых людей - лишь как тень его. Ибо до сих пор люди не обращались напрямую к Самому Спасителю и не поклонялись ему, как единственному Богу, в котором заключена Божественная Троица, но обращались к Нему опосредованно. Это - не обращение и поклонение, а только почтение к Нему, как к причине, ради которой человек спасается, то есть, не к изначальной причине, а к посредствующей, которая ниже и снаружи нее.

Но поскольку теперь впервые возникает настоящее Христианство, и Господь учреждает новую церковь, которая упоминается в Откровении, как Новый Иерусалим; в ней Бог Отец, Сын и Святой Дух признаются одним, поскольку они в одной личности, то Господу угодно было открыть духовный смысл Слова, чтобы эта церковь могла обрести подлинную благодать таинств крещения и Святого Причастия. Это становится возможным, когда люди видят глазами своего духа, то есть разумом, скрытую в них святость, и усваивают ее теми средствами, которым Господь учил нас в Своем Слове.

701. Если бы не был открыт духовный смысл Слова, или, что то же самое, если бы не было открыто, каким образом природное соответствует духовному, то святость таинства, обсуждаемого в этой главе, внутренне признавалась бы не более, чем наличие сокровища, лежащего под землей в поле. Такое поле ценится не выше, чем обычное; но если становится известно, что там зарыт клад, поле стоит уже значительно больше, а купивший его становится богачом. И уж тем более, если известно, что сокровище это дороже всего золота в мире.

Без духовного смысла это таинство подобно запертому дому, полному ценных вещей и сундуков с сокровищами, который прохожему кажется таким же, как и любой другой дом на этой улице. Если же священники выстроят стены его из мрамора, а крышу покроют золотом, то прохожий непременно взглянет на него и остановится, чтобы полюбоваться им, разглядеть и оценить его. Однако было бы совсем другое дело, если бы дом этот был открыт, чтобы каждый мог зайти внутрь; а там стражник давал бы кому взаймы, а кому и в подарок, что-нибудь из сокровища, каждому по его положению. Сказано: в подарок, потому что запасы ценностей там неистощимы и постоянно пополняются. Вот как обстоит дело с духовным содержанием Слова и с небесным содержанием таинств.

Обсуждаемое здесь таинство, если не открыта заключенная внутри него святость, выглядит подобно речному песку, в котором содержится огромное количество крупиц золота, таких мелких, что их не видно. Но если эта святость открыта, то оно выглядит как собранное и переплавленное в слиток золото, из которого затем создаются прекрасные образы. Если святость этого таинства не известна и не видна, то таинство это - как сундук или ларец из бука или тополя, внутри которого хранятся алмазы, рубины и многие другие драгоценные камни, аккуратно разложенные по полочкам. Любой оценил бы его по достоинству, если бы знал, что находится внутри него, тем более, если бы увидел, да еще узнал, что все это раздается свободно. Если не известны соответствия этого таинства с небесами, то есть, не видны небесные предметы, которым оно соответствует, то оно подобно ангелу, который явился в мире одетым в обычную одежду, и к которому поэтому относятся лишь с той долей уважения, на которую в этой одежде можно рассчитывать. Совсем другое дело, если известно, что он ангел, из его уст слышны ангельские слова, а дела его - чудесны.

Различие между святостью, о которой лишь объявлено, и святостью, которая видна, можно показать на примере того, что я видел и слышал в духовном мире. Читали письмо, написанное Павлом во время его путешествий в мире, которое не было опубликовано, и поэтому никто не знал, что оно принадлежит Павлу. В начале слушатели обращали мало внимания на это письмо. Но когда узнали, что это - одно из писем Павла, то приняли его с радостью и с почтением к каждой его подробности. Отсюда понятно, что когда высшие чины духовенства просто объявляют о святости Слова и таинств, это уже дает им печать святости. Но совершенно иначе обстоит дело, если их святость открыта и явлена взору, что и происходит при откровении духовного смысла. Благодаря этому их внешняя святость превращается во внутреннюю, и объявление святости становится признанием ее. Все это относится и к святости таинства Вечери Господней.

XCII Зная соответствия, можно знать также, что означает плоть и кровь Господа, и что хлеб и вино означают то же самое. А именно, что плоть Господа и хлеб означают Божественное добро Его любви, а также добро милосердия; а кровь Господа и вино означают Божественную истину Его мудрости, а также всю истину веры. Есть - означает делать своим собственным.

702. Коль скоро в настоящее время открыт духовный смысл Слова, а вместе с ним и соответствия, поскольку они служат связью между природным и духовным смыслом, необходимо лишь привести те отрывки из Слова, по которым будет ясно видно, что означают плоть и кровь, а также хлеб и вино, в Святом Причастии. Но предварительно я опишу установление Господом этого обряда и Его учение о Его плоти и крови, о хлебе и вине.

703. Установление Господом обряда Святого Причастия.

Иисус праздновал Пасху с учениками, и когда настал вечер, Он возлег за стол с ними.

И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил, и дал ученикам, и сказал: возьмите, ешьте, это тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал ее им, говоря: пейте из нее все. Это кровь Моя, кровь нового завета, за многих изливаемая. Матф. 26:26-28; Марк 14:22-24; Лука 22:19-20.

Учение Господа о Его плоти и крови, о хлебе и вине.

Старайтесь не о пище тленной, но о пище, остающейся в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий. Истинно, истинно говорю вам: не Моисей дал вам хлеб с небес, но Отец Мой дает вам истинный хлеб с небес. Ибо хлеб Божий тот, который сходит с небес и дает жизнь миру. Я - хлеб жизни. Приходящий ко Мне не будет голоден, и верующий в Меня не будет жаждать никогда. Я - хлеб, сошедший с небес. Истинно, истинно говорю вам: верующий в меня имеет жизнь вечную. Я - хлеб жизни. Ваши отцы ели манну в пустыне и мертвы. Хлеб же, сходящий с небес таков, что тот, кто ест его, живет и не умрет. Я - живой хлеб, сошедший с небес. Тот, кто ест этот хлеб, будет жить вечно. Хлеб, который Я дам, это плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира. Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть плоти Сына Человеческого и пить крови Его, не будете иметь в себе жизни. Тот, кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, имеет вечную жизнь, и Я возвращу его к жизни в последний день. Ибо плоть Моя истинно есть пища, и кровь Моя истинно есть питие. Кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, пребывает во Мне, и Я в нем. Иоанн 6:27,32,33,35,41,47-51,53-56.

704. Каждый, кто воспринял просвещение с небес, представляет себе, что плоть здесь вовсе не означает плоть, а кровь вовсе не означает кровь, но и то, и другое в природном смысле означает страдание на кресте, о котором они и должны напоминать. Поэтому Иисус сказал, когда назначал этот ужин последним празднованием Иудейской Пасхи и первым празднованием Христианской Пасхи:

Делайте это в память обо Мне. Лука 22:19; 1 Кор. 11:24,25.

Подобным образом и хлеб не означает хлеб, а вино - вино, но в природном смысле они означают то же самое, что и плоть с кровью, то есть Его крестное страдание. Ибо написано:

Иисус преломил хлеб и дал его ученикам, говоря: это тело Мое. И взяв чашу, подал ее им, говоря: это Моя кровь. Матф. гл. 26; Марк гл. 14; Лука гл. 22.

По этой же причине Он называл страдание на кресте чашей (Матф. 26:39; Марк 14:36; Иоанн 18:11).

705. Эти четыре предмета: плоть, кровь, хлеб и вино, - означают духовные и небесные предметы, соответствующие им, что можно установить по тем местам в Слове, где они упоминаются. Плоть в Слове имеет духовное и небесное значения, о чем можно заключить из следующих отрывков:

Придите, собирайтесь на вечерю великого Бога98, чтобы есть плоть царей, и плоть тысяченачальников, и плоть сильных, и плоть коней и сидящих на них, и плоть всех свободных и рабов, как малых, так и великих. Откр. 19:17,18.

И у Иезекииля:

Сходитесь со всех сторон к жертве Моей, великой жертве, которую сотворю Я для вас на горах Израиля, чтобы вы могли есть плоть и пить кровь. Будете есть плоть сильных и пить кровь князей земли. Будете есть жир от жертвы моей до объедения и пить кровь до опьянения. И насытитесь за столом Моим конем и колесницей, сильным и всяким воином. Так явлю Я славу Мою между народами. Иез. 39:17-21.

Всякому ясно, что в этих отрывках ни плоть не означает плоть, ни кровь не означает кровь, а означают они то небесное, что им соответствует. Иначе, что бы могло означать все это: что едят плоть царей, начальников, сильных людей, лошадей вместе с сидящими на них, что насыщаются за столом конями, колесницами, сильными и всякими воинами, или пьют кровь князей земных, напиваясь кровью до опьянения? Что это, если не бессмысленные или какие-то странные выражения? Совершенно ясно, что все это сказано о Святой Вечери Господа, ибо упоминается вечеря великого Бога, а также великая жертва.

Поскольку все духовное и небесное имеет отношение исключительно к добру и к истине, следовательно, плоть означает добро милосердия, а кровь истину веры; а в высшем смысле - Господа относительно Божественного добра любви и относительно Божественной истины мудрости. Плоть означает духовное добро также и в следующих словах Иезекииля:

Я дам им одно сердце, и вложу новый дух посреди них, и выну сердце каменное, и дам им сердце из плоти. Иез. 11:19; 36:26.

Сердце в Слове означает любовь, таким образом, сердце из плоти означает любовь к добру. Кроме того, еще более очевидно, что плоть и кровь означают духовное добро и духовную истину, из значений хлеба и вина, разъясненных в последующих разделах; ведь Господь говорит, что Его плоть - это хлеб, а Его кровь - вино, испитое из чаши.

706. Кровь Господа означает Его Божественную истину и истину Слова, потому что Его плоть в духовном смысле означает Божественное добро любви, и они вместе составляют одно целое в Господе. Известно, что Господь есть Слово, а в Слове все относится к Божественному добру и Божественной истине. Поэтому, если вместо Слова мы будем говорить о Господе, то ясно, что Божественные добро и истина обозначаются Его плотью и кровью. Что кровь означает Божественную истину Господа или Слова, очевидно из многих отрывков, например, где кровь названа кровью завета: ведь завет - это соединение, которое Господь совершает посредством Своей Божественной истины, как у Захарии:

Кровью завета твоего Я освобожу узников из ямы. Зах. 9:11.

И у Моисея:

Моисей, прочитав книгу законов в уши народу, окропил половиной крови народ, говоря: Вот кровь завета, который Иегова заключил с вами всеми этими словами. Исход 24:3-8.

А также:

Иисус, взяв чашу, подал ее им, говоря: это кровь Моя, кровь нового завета. Матф. 26:27,28; Марк 14:24; Лука 22:20.

Кровь нового завета, или договора, означает не что иное, как Слово, называемое ветхим и новым заветом, или договором, и поэтому Божественную истину, которая в нем содержится. Именно потому, что кровь имеет такое значение, Господь и подал вино со словами: "Это Моя кровь"; ведь вино означает Божественную истину, почему и называется "кровью винограда" (Бытие 49:11; Втор. 32:14). Еще очевиднее это становится из слов Господа:

Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть плоти Сына Человеческого и пить крови Его, не будете иметь в себе жизни. Ибо плоть Моя истинно есть пища, и кровь Моя истинно есть питие. Кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, пребывает во Мне, и Я в нем. Иоанн 6:50-58.

Совершенно очевидно, что кровь здесь означает Божественную истину Слова, поскольку сказано, что тот, кто пьет ее, имеет жизнь в себе, и пребывает в Господе, а Господь пребывает в нем. В церкви должно быть известно, что таково действие Божественной истины и жизни по ней, и что действие это усиливается Святым Причастием.

По той причине, что кровь означает Божественную истину Господа, которая одновременно является Божественной истиной Слова, а это именно то, что составляет ветхий и новый заветы, кровь была самым святым символом церкви среди Детей Израиля. В этой церкви все без исключения представляло собой соответствия чего-либо природного чему-либо духовному. Например, они должны были взять немного крови от Пасхи и помазать ею оба косяка и перекладину двери, чтобы чума не поразила их (Исход 12:7,13,22). Кровью жертвы всесожжения предписано было покропить на жертвенник до самого основания, а также на Аарона, на его сыновей и их одежду. (Исход 29:12,16,20,21; Левит 1:5,11,15; 3:2,8,13; 4:25,30,34; 8:15,24; 17:6; Числа 18:17; Втор. 12:27); кроме того, на завесу Ковчега, на крышку его и на рога жертвенника воскурений (Левит 4:6,7,17,18; 16:12-15). Подобное же значение имеет кровь Агнца в Откровении:

Они омыли одежды свои и убелили их кровью Агнца. Откр. 7:14.

И следующих словах из той же книги:

И разразилась война на небесах: Михаил и ангелы его воевали с драконом. И они победили его кровью Агнца и словом свидетельства своего. Откр. 12:7,11.

Невозможно представить себе, что Михаил и его ангелы победили дракона не Божественной истиной Господа из Слова, а чем-то другим. Ибо ангелы в небесах не могут думать ни о какой бы то ни было крови, ни о страданиях Господа; они думают лишь о Божественной истине и о Его воскресении. Поэтому, когда человек думает о крови Господа, у ангелов создается представление о Божественной истине Его Слова. Когда же человек думает о страданиях Господа, ангелы вместо этого воспринимают Его прославление, и затем лишь Его воскресение. Мне дано было узнать, что это на самом деле так, из моего обширного опыта.

Следующий отрывок из Псалмов Давида также ясно показывает, что кровь означает Божественную истину:

Бог спасет души нищих. Драгоценна будет их кровь перед очами Его, и они будут живы, и Он даст им от золота Савского99. Пс. 71:12-15.

Кровь, драгоценная в глазах Бога, означает Божественную истину, бывшую у них; золото Савское - это мудрость, от нее происходящая. И у Иезекииля:

Сходитесь к великой жертве Моей на горах Израиля, чтобы есть плоть и пить кровь. Будете пить кровь князей земли и пить кровь до опьянения. Так явлю Я славу Мою между народами. Иез. 39:17-21.

Здесь говорится о церкви, которую Господь учредит среди язычников. Кровь здесь не может означать кровь, а означает она истину из Слова, которой они обладают, о чем только что было сказано.

707. Из слов Господа явствует, что хлеб означает то же, что и плоть:

Иисус взял хлеб, и преломив, и дал ученикам, говоря: это тело Мое. Матф. гл. 26; Марк гл. 14; Лука гл. 22.

А также:

Хлеб, который Я дам, это плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира. Иоанн 6:51.

Он говорит также, что Он хлеб жизни, и тот, кто есть от этого хлеба, будет жить вечно (Иоанн 6:48,51,58). Именно такой хлеб имеется в виду, когда при жертвоприношении упоминается хлеб в следующих местах:

Священник пусть сожжет это на жертвеннике, хлеб огненной жертвы Иегове. Левит 3:11,16.

Сыны Аарона должны быть святы Богу своему, и не должны осквернять имя Бога своего, потому что приносят жертвы на огне, хлеб Бога их. Святи его, ибо это он приносит хлеб Богу твоему. Никто из семени твоего, в ком будет недостаток, не должен приступать, чтобы приносить хлеб Богу его. Левит 21:6,8,17,21.

Повели Детям Израилевым и скажи им: наблюдайте, чтобы приношение Мое, Мой хлеб в жертву на огне для благоухания покойного приносили Мне в нужное время. Числа 28:2.

Тот, кто прикоснется к нечистому, не должен есть ничего из святынь, пока не омоет плоть свою водой, после чего может есть от святынь, потому что это - его хлеб. Левит 22:6,7.

Есть святыни - означает есть мясо от жертвоприношений, которое здесь также названо хлебом; см. также Мал. 1:7.

Хлебное приношение100 в жертву, представлявшее собой хлеб, испеченный из лучшей пшеничной муки, имеет то же самое значение (Левит 2:1-11; 6:14-21; 7:9-13 и в других местах). То же относится и к хлебам, которые клались на стол в Скинии, называвшимся хлебами лиц101 или хлебами предложения (о них см. Исход 25:30; 40:23; Левит 24:5-9). Под хлебом подразумевается не природный хлеб, а небесный, что понятно из следующих цитат:

Не одним хлебом живет человек, но всем, что исходит из уст Иеговы, живет человек. Втор. 8:3.

Я пошлю голод на землю, не голод хлеба, не жажду воды, а жажду слушания слов Иеговы. Амос 8:11.

Кроме того, хлеб означает любую пищу (Левит 24:5-9; Исход 25:30; 40:23; Числа 4:7; 3 Цар. 7:48). Он означает также духовную пищу, что ясно из следующих слов Господа:

Старайтесь не о пище тленной, но о пище, остающейся в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий. Иоанн 6:27.

708. Вино означает то же самое, что и кровь, как явствует со всей очевидностью из слов Господа:

Иисус, взяв чашу, сказал: это кровь Моя. Матф. гл. 26; Марк гл. 14; Лука гл. 22.

А также из следующих отрывков:

Он моет в вине одежду свою, и наряды свои - в крови винограда. Бытие 49:11.

Это сказано о Господе.

Иегова Саваоф сделает для всех народов трапезу тучную, трапезу вина, выпитого до дна (то есть, сладкого вина)102. Исаия 25:6.

Это сказано об установлении Господом таинства Святого Причастия. Далее:

Всякий жаждущий, иди к водам, и те у кого нет серебра, идите покупайте и ешьте; покупайте вино без серебра. Исаия 55:1.

Плод лозы виноградной, от которого будут пить новое вино в небесном царстве (Матф. 26:29; Марк 14:25; Лука 22:18), означает не что иное, как истину новой церкви и небес. Вот почему во многих местах Слова церковь называется виноградником (например, Исаия 5:1,2,4; Матф. 20:1-13), а Господь называет Себя истинной лозой, а людей, привитых к Нему - ветвями (Иоанн 15:1,6; и во многих других местах).

709. Из всего сказанного можно теперь заключить, что означают плоть и кровь Господа, а также хлеб и вино, в их тройном смысле, природном, духовном и небесном смыслах. Каждый получивший религиозное воспитание в Христианской стране, должен бы знать, а если не знает, может узнать, что есть природное питание и духовное питание, природное - для тела, а духовное - для души. Ибо Господь Иегова говорит у Моисея:

Не одним хлебом живет человек, но всем, что исходит из уст Иеговы, живет человек. Втор. 8:3.

Итак, раз тело умирает, а душа живет после смерти, следовательно духовное питание - для вечного спасения. Кто же после этого не поймет, что эти два вида питания не в коем случае нельзя путать? Тот, кто смешивает эти два понятия, непременно составит себе природные и чувственные представления о плоти и крови Господа, о хлебе и вине. Поскольку же такие представления происходят от материального, от тела и плоти, то они душат все духовные понятия об этом самом святом таинстве.

Однако если кто-то настолько прост, что неспособен своим разумом мыслить ни о чем другом, кроме видимого глазами, я бы посоветовал ему, когда он принимает хлеб и вино и слышит о плоти и крови Господа, думать про себя о Святом Причастии, как о самой святой части богослужения, и вспомнить страдания Христа и Его любовь к спасению человеческому. Ибо Он говорит:

Делайте это в память обо Мне. Лука 22:19.

И еще:

Сын человеческий пришел, чтобы отдать душу Свою, как выкуп за многих. Матф. 20:28; Марк 10:45.

Я жизнь Мою полагаю за овец. Иоанн 10:15,17; 15:13.

710. Это тоже можно пояснить сравнениями. Кто не помнит и не любит того человека, который из ревностной любви к своей стране сражается с врагами до смерти, чтобы избавить страну от рабского ига? И кто не помнит и не любит того, кто, видя своих сограждан в крайней нужде, умирающих от голода у него на глазах, из жалости к ним выносит из дома все свое серебро и золото, и раздает его даром? И кто не помнит и не любит того, кто из любви и дружбы берет последнего ягненка, который у него остался, и закалывает его для гостей? И так далее.

XCIII Поняв все это, можно уразуметь, что Святое Причастие содержит в себе все, что относится к церкви и небесам, как в общем, так и в частностях.

711. В предшествующем разделе было показано, что в Святом Причастии присутствует Сам Господь, и что плоть и хлеб - это Господь относительно Божественного добра любви, а кровь и вино - это Господь относительно Божественной истины мудрости. Поэтому Святое Причастие включает в себя три составляющих: Господа, Его Божественное добро и Его Божественную истину. Итак, поскольку такие составляющие содержатся и заключаются в Святом Причастии, значит, в нем также содержится и заключается всеобщее небес и церкви. Поскольку же частности зависят от общего, как содержание от его содержащего, то Святое Причастие содержит и заключает в себе все частное небес и церкви. Первый вывод отсюда: раз плоть и кровь Господа, а также хлеб и вино, означают Божественное добро и Божественную истину, исходящие от Господа и являющиеся Господом, то Святое Причастие заключает в себе все, что относится к небесам и церкви, как в общем, так и в частностях.

712. Известно также, что у церкви три существенных составляющих: Бог, милосердие и вера; и что все в церкви связано с этими тремя составляющими, как с наиболее общими в ней. Они - то же самое, что и три составляющие, упомянутые выше, ибо Бог в Святом Причастии - это Господь, милосердие это Божественное добро, а вера - Божественная истина. Что такое милосердие, как не добро, которое человек делает под руководством Господа? И что такое вера, как не истина, в которую человек верит под руководством Господа? Поэтому-то и есть в человеке три составляющие относительно его внутреннего: душа, или дух, воля и разум. Они приспособлены к принятию трех всеобщих: душа сама по себе, или дух, - к принятию Господа, ибо в этом источник жизни ее; воля - к принятию любви, или добра; разум - к принятию мудрости, или истины. Поэтому всякая частица души, или духа, не только связана с этими тремя общими составляющими небес и церкви, но и происходит от них. Назови хоть что-то, исходящее от человека, в чем не было бы духа, воли и разума. Если бы что-либо одно отсутствовало, разве о человеке шла бы тогда речь, а не о чем-то неодушевленном?

Подобно тому и относительно внешнего в человеке есть три составляющих, от которых каждая частица его находится в зависимости., а именно: тело, сердце и легкие. Эти три составляющие тела соответствуют трем составляющим ума: тело - душе, или духу, сердце - воле, а легкие, или дыхание, разуму. О существовании такого соответствия достаточно полно уже было рассказано в этой книге. Так вот, в человеке каждая частица так устроена, что способна принимать, как вообще, так и в частностях, три общих составляющих небес и церкви. Это потому, что человек создан образом и подобием Бога, для того, чтобы он мог быть в Господе, а Господь мог быть в нем.

713. С другой стороны, есть три противоположности этим всеобщим: дьявол, зло и ложь. Дьявол (имеется в виду ад) противоположен Господу, зло противоположно добру, а ложь - истине. Они тоже составляют одно целое, ибо где дьявол, там и зло, и ложь, от зла происходящая. Они также содержат в себе в общем и в частностях все, что относится к аду и миру, которые являются противоположностями небесам и церкви. А поскольку они друг другу противоположны, они совершенно разделены между собой, но при этом состоят удивительным образом в отношении подчинения: весь ад подчиняется небесам, зло подчиняется добру, а ложь - истине; это подчинение описано в моей книге под названием "Небеса и ад" [536-544].

714. Чтобы частности оставались между собой в должном порядке и соотношении, необходимы общности, от которых они получали бы свое существование, и в которых продолжали бы существовать. Частности также в некотором смысле должны быть образами общностей, к которым они относятся; иначе весь мир перестал бы существовать, а с ним и все его части. Именно благодаря такому соотношению все во вселенной сохраняется в своей целостности с первого дня творения до нашего времени, и сохранится впредь. Известно, что все в мироздании имеет отношение к добру и истине. Причина в том, что Бог создал все из Божественного добра любви посредством Божественной истины мудрости. Возьмите что угодно: животное, растение или камень, - те три наиболее общих начала запечатлены в них в том или ином соотношении.

715. Поскольку Божественное добро и Божественная истина являются наиболее общими началами всего, связанного с небесами и церковью, мы читаем, что Мелхиседек, символизирующий Господа, вынес хлеб и вино Аврааму, и благословил его:

Мелхиседек, царь Салимский, вынес Аврааму хлеб и вино; и он был священником Бога Всевышнего, и благословил его. Бытие 14:18,19.

Что Мелхиседек символизировал Господа, очевидно из следующих слов Псалма Давидова:

Ты священник вовек по чину Мелхиседека. Пс. 109:4.

Что здесь говорится о Господе, подтверждают следующие места: Евр. 5:6,10; 6:20; 7:1,10,11,15,17,21. Он вынес хлеб и вино потому, что они заключают в себе все, что относится к небесам и церкви, а значит, к благословению, точно так же, как хлеб и вино Святого Причастия.

XCIV В Святом Причастии Господь присутствует во всей Своей полноте, и со всей полнотой искупления.

716. Господь присутствует в Святом Причастии во всей полноте, как в отношении Его прославленного Человеческого, так и в отношении Божественного, от которого происходит это Человеческое; это очевидно из Его собственных слов. Следующие отрывки доказывают, что Его Человеческое присутствует в Святом Причастии:

Иисус взял хлеб, преломил и дал его ученикам, говоря: это тело Мое. И взяв чашу, подал ее им, говоря: это Моя кровь. Матф. гл. 26; Марк гл. 14; Лука гл. 22.

И у Иоанна:

Я - хлеб жизни. Тот, кто ест этот хлеб, будет жить вечно. Хлеб, который Я дам, это плоть Моя. Истинно, истинно говорю вам: кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, пребывает во Мне, и Я в нем, и живет вечно. Иоанн 6:51,56.

Эти отрывки с очевидностью утверждают, что Господь присутствует в Святом Причастии Своим прославленным Человеческим.

Господь присутствует в Святом Причастии во всей полноте так же и Своим Божественным, от которого происходит Человеческое, что ясно из следующего: Он - хлеб, сошедший с небес (Иоанн 6:51). Он сошел с небес вместе с Божественным, ибо написано:

Слово было у Бога, и Слово было Бог; все сотворено Им; и Слово стало плотью. Иоанн 1:1,3,14.

Далее, Отец и Он - одно (Иоанн 10:30); все, что принадлежит Отцу, принадлежит Ему (Иоанн 3:35; 16:15); Он в Отце и Отец в Нем (Иоанн 14:10,11); и так далее. Кроме того, Его Божественное можно отделить от Человеческого не более, чем душу от тела. Поэтому, когда мы говорим, что Господь во всей полноте присутствует в Святом Причастии относительно Своего Человеческого, это означает, что и Его Божественное, от которого происходит Человеческое, присутствует вместе с ним. Итак, поскольку Его плоть означает Божественное добро Его любви, а кровь Его означает Божественную истину Его мудрости, понятно, что Господь в полной мере вездесущ в Святом Причастии как в отношении Божественного, так и в отношении Его прославленного Человеческого. Отсюда следует, что Святое Причастие является духовной трапезой.

717. Из только что сказанного следует, что Господне искупление целиком присутствует в Святом Причастии; ибо где Господь присутствует во всей полноте, там и все Его искупление. Ибо Он относительно Своего Человеческого - Искупитель, а значит и само искупление. Не может отсутствовать какая-либо часть искупления там, где Он присутствует во всей полноте. Поэтому всякий, кто достойно приступает к Святому Приобщению, становится Его искупленным. Поскольку искупление подразумевает освобождение от ада, соединение с Господом и спасение (о чем будет сказано далее в этой главе, и рассказывалось более подробно в главе об искуплении), все эти блага предназначаются такому человеку, причем не в той степени, в которой этого хочет Господь, ибо Он по Своей Божественной любви хотел бы предназначить человеку все, а в той степени, в которой человек принимает их. Из сказанного ясно, что благотворное влияние Господнего искупления достается тому, кто достойно приступает к Святому Причастию.

718. Каждый здравомыслящий человек способен принимать мудрость от Господа, то есть вечно умножать истины, из которых она состоит. Он способен также принимать любовь, то есть приносить вечно плоды добра, из которого состоит любовь. Такое вечное плодоношение добра, или любви, и непрестанное умножение истин, или мудрости, дано ангелам, а также людям, которые становятся ангелами. Поскольку Господь есть сама любовь и сама мудрость, то, следовательно, человек имеет возможность присоединения к Господу, и присоединения Господа к себе, причем вечного. Однако, поскольку человек конечен, Само по Себе Божественное Господа не может присоединиться к нему, а может быть лишь придано ему. Для сравнения, например, солнечный свет не может быть присоединен к глазу, как и звук, передаваемый по воздуху, не может быть присоединен к уху, но можно лишь придать их, для того, чтобы возможны были зрение и слух. Ибо человек не является жизнью в самом себе, как Господь, даже в том, что касается Его человеческого (Иоанн 5:26), а представляет собой приемник жизни; а Господь - это сама жизнь, которая может быть не присоединена, а лишь придана. Все это сказано в дополнение, с той целью, чтобы можно было понять разумом, как именно Господь и Его искупление во всей полноте присутствуют в Святом Причастии.

XCV Господь присутствует и открывает небеса для тех, кто достойно приступает к Святому Причастию. Он присутствует и с теми, кто приступает к нему недостойно, но им Он не открывает небеса. Следовательно, как крещение является введением в церковь, так и Святое Причастие является введением в небеса.

719. Далее два раздела посвящены тому вопросу, кто достоин принять Святое Причастие, и кто недостоин этого. Ибо если прямое утверждение принято, то известно и обратное ему, как противоположное. Господь присутствует равно с теми, кто достоин и с теми, кто недостоин, потому что Он вездесущ как в небесах, так и в аду, а также в мире, то есть и со злыми, и с добрыми. Но с добрыми, то есть, с возрожденными, Он присутствует как вообще, так и индивидуально, ибо Господь - в них, и они в Господе, а где Господь, там и небеса. Небеса, кроме того, образуют тело Господа, таким образом, быть в Его теле - значит быть в то же время в небесах.

А с теми, кто недостойно приступает к Святому Причастию, Господь присутствует в общем, но не индивидуально; иначе говоря, Его присутствие внешне, но не внутренне в то же время. Его общее, или внешнее присутствие позволяет человеку быть человеком и наделяет его способностью знать, понимать и говорить рассудительно благодаря разуму. Ибо люди от рождения предназначены к небесам, и поэтому духовны, а не чисто природны, как животные. Они наделены способностью желать и делать то, что их разум может знать, понимать, и о чем они могут разумно говорить. Но если воля избегает истинно разумных, то есть духовных, советов, предлагаемых разумом, то человек становится внешним. Поэтому, с теми, кто только понимает, что истинно и хорошо, Господне присутствие общее, или внешнее. Но с теми, кто при этом желает и делает истинное и доброе, Господь присутствует как вообще, так и индивидуально, то есть, и внутренне, и внешне.

Тех, кто только разумеет и говорит истинное и доброе, можно уподобить неразумным девам, у которых были светильники, но не было масла. Тех же, кто не только разумеет и говорит истинное и доброе, но также желает и делает, - мудрым девам, приглашенным на свадьбу; остальные стоят снаружи и стучат, но их не впустят (Матф. 25:1-12). Отсюда видно, что Господь присутствует и открывает небеса для тех, кто достойно приступает к Святому Причастию, и присутствует с теми, кто делает это недостойно, но для них Он не открывает небеса.

720. Однако не надо думать, что Господь закрывает небеса перед теми, кто приступает к Святому Причастию недостойно. Он не делает этого ни для кого до самого конца жизни в мире. Человек закрывает небеса сам для себя тем, что отказывается от веры и ведет злую жизнь. Тем не менее человек постоянно содержится в том состоянии, при котором он может покаяться и обратиться. Ибо Господь все время рядом, и настаивает, чтобы Его приняли; ведь Он говорит:

Стою у двери и стучусь. Если кто услышит голос Мой и откроет дверь, Я войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мной. Откр. 3:20.

Поэтому, если человек не открывает дверь, вина лежит на нем самом. После смерти дело обстоит иначе. Небеса тогда закрыты и не могут быть открыты для того, кто до самого конца своей жизни не приступал достойно к Святому Престолу; ибо тогда уже внутреннее его ума неизменно и твердо.

721. В главе о крещении показано, что оно является введением в церковь; а сказанное выше, если понято, доказывает, что Святое Причастие является введением в небеса. Эти два таинства, крещение и Святое Причастие, представляют собой как бы двое ворот в вечную жизнь. Крещением каждый Христианин, как через первые ворота, допускается и вводится в учения церкви о другой жизни, почерпнутые из Слова. Все они служат средствами, которыми человек готовится и ведется в небеса. Вторые ворота - это Святое Причастие. Через них допускают и вводят в небеса тех, которые дали Господу приготовить и вести себя. Других таких всеобщих ворот не существует.

Эти два этапа можно сравнить с князем, рожденным царствовать; сначала он получает знания, необходимые ему, чтобы править; второй этап - это его коронация и царствование. Иначе их можно сравнить с сыном, которому по рождению досталось большое наследство; он прежде изучает и впитывает все, что необходимо знать для управления имением и богатством; на втором этапе он вступает во владение и управляет наследством. Еще возможно сравнение со строительством дома и жизнью в нем; а также с тем, как человек воспитывается с детства и до возраста, в котором он способен принимать решения и судить самостоятельно, и с его разумной и духовной жизнью впоследствии. Первый этап непременно должен по порядку предшествовать второму, поскольку второй невозможен без первого. Эти примеры наглядно показывают, что крещение и Святое Причастие являются как бы двумя воротами, через которые человек вводится в вечную жизнь; и между ними есть пространство, которое необходимо преодолеть. Вторые ворота - это цель, у которой лежит награда; ведь победа приходит только за борьбой, а награда после состязания.

XCVI Достойно приступают к Святому Причастию обладающие верой в Господа и милосердием к ближнему, то есть возрожденные.

722. Бог, милосердие и вера - это три общих составляющих церкви, потому что они являются общими средствами спасения. Это знает, признает и понимает любой Христианин, изучающий Слово. Сам рассудок, если в нем есть хоть что-нибудь духовное, убеждает нас в том, что нужно обращаться к Богу, чтобы иметь в себе какую бы то ни было религию и быть причастным к церкви. Поэтому, кто приступает к Святому Причастию, не признавая Бога, тот оскверняет его. Его глаза видят хлеб и вино, он ощущает их своим языком, но его разум думает: "Это неважный обряд. Чем отличаются эти хлеб и вино от тех, что у меня на столе? Тем не менее, я буду участвовать в этом, чтобы меня не осудили священники, а вместе с ними и простой народ, за то, что я безбожник".

За признанием Бога следует второе необходимое условие для того, чтобы быть достойным Причастия, - милосердие. Это явствует как из Слова, так и из проповедей, читаемых во всем Христианском мире перед тем, как люди начнут причащаться. Мы знаем из Слова, что главное повеление и первая заповедь - в том, чтобы любить прежде всего Бога, и ближнего, как самого себя (Матф. 22:35-40; Лука 10:25-28). И из писем Павла, что три вещи способствуют спасению, и величайшая из них - милосердие (1 Кор. 13:13). Кроме того:

Мы знаем, что Бог не слушает грешников; но кто поклоняется Богу и творит волю Его, того Он слушает. Иоанн 9:31.

Всякого103, не приносящего плода доброго, срубают и бросают в огонь. Матф. 7:19,20; Лука 3:8,9.

Из проповедей, читаемых во всем Христианском мире перед тем, как люди приступят к Святому Причастию, ясно видно, что их настоятельно убеждают прийти к милосердию путем примирения и покаяния. Я приведу лишь следующий отрывок из молитвы, читаемой приобщающимся в Англии:

Чтобы быть достойным участником Святого Причастия, непременно и обязательно исследуйте свои дела и слова по законам Божьих Заповедей, и во всем, в чем найдете себя согрешившими, желанием ли, словом или делом, вините свою греховность и исповедуйтесь Всемогущему Богу, с единственной целью - исправиться. И если вы найдете, что согрешили не только перед Богом, но и перед ближними своими, тогда помиритесь с ними, и будьте готовы к возмещению вреда и искуплению вины всеми своими силами за все сделанное вами кому бы то ни было. Будьте также готовы простить всех, кто грешил против вас, как сами получаете прощение ваших прегрешений от Бога, ибо иначе принятие Святого Причастия станет для вас еще большим проклятием. Итак, если кто-то из вас богохульствовал, противился Божьему Слову или клеветал на него, прелюбодействовал, испытывал злость или зависть, или совершил какое-нибудь иное тяжкое преступление, покайтесь в своих грехах, а иначе лучше не подходите к престолу; не то, как только вы примете святые дары, дьявол войдет в вас, как вошел в Иуду, и наполнит вас всяким беззаконием, и приведет вас к гибели и телом и душой.

Третье условие достойного принятия Святого Причастия - это вера в Господа, потому что милосердие и вера составляют одно, как тепло и свет весной, которые, объединяясь, возрождают каждое дерево. Подобно тому и духовное тепло, то есть милосердие, вместе с верой, то есть духовным светом, оживляет каждого человека. Что это происходит по вере в Господа, явствует из следующих отрывков:

Верующий в Меня не умрет, но будет жить. Иоанн 11:25,26.

Воля Отца, чтобы каждый, кто верит в Сына, имел жизнь вечную. Иоанн 6:40.

Так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, чтобы всякий верующий в Него имел жизнь вечную. Иоанн 3:15,16.

Верующий в Сына имеет жизнь вечную. А не верящий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем. Иоанн 3:36.

Мы в истине, в Сыне Божьем, Иисусе Христе. Он истинный Бог и жизнь вечная. 1 Ин. 5:20.

723. Как было показано в главе о преобразовании и возрождении, есть три средства возрождения человека: Господь, милосердие и вера, действующие заодно, и без их действия никто не может попасть в небеса. Посему Господь может открыть небеса только возрожденным, и после смерти в природном мире никто другой не может быть введен туда. Под возрожденными, достойно приступающими к Святому Причастию, подразумеваются те, у кого внутренне имеются эти три существенные составляющие церкви и небес, а не те, у кого они имеются лишь внешне. Ибо такие исповедуют Господа не душой, а только языком, и проявляют милосердие к ближнему не сердцем, а только телом. Все они названы делающими беззаконие в следующих словах Господа:

Тогда станете говорить: мы ели и пили пред Тобой. Но Я скажу вам: не знаю, откуда вы. Отойдите от Меня, все делающие беззаконие. Лука 13:26,27.

724. Сказанное можно, как и в предыдущих случаях, пояснить следующими согласными и соответствующими примерами. Никто не допускается к столу императора или царя, кроме людей высокого чина и звания; а те, прежде чем прийти, надлежащим образом облачаются и надевают знаки отличия, чтобы их приняли и оказали им почтение. Не следует ли каждому приступающему к столу Господа делать то же самое, поскольку Он Господь господ и Царь царей (Откр. 17:14), раз каждого приглашают и зовут к Его столу? Но только духовно достойные и облаченные в почетные одеяния, встав из-за этого стола, допускаются в небесные дворцы и небесные радости, величаются князьями, поскольку они - сыновья величайшего Царя, и затем сидят за столом с Авраамом, Исааком и Иаковом каждый день (Матф. 8:11). Эти имена означают небесное Божественное, духовное Божественное и природное Божественное.

Можно провести сравнение также со свадьбами на земле, на которые приглашаются только близкие, родные и друзья жениха и невесты. Если приходит кто-то другой, его пускают, но за неимением места за столом он уходит. То же самое и с приглашенными на свадьбу Господа, как жениха, с церковью, как невестой. Среди них - родные, близкие и друзья, состоящие в семье постольку, поскольку возрождены Господом. И опять-таки, кто в мире может стать другом кому-либо, если не предан ему всем сердцем и не исполняет его волю? Только такого и никого другого можно считать своим другом и доверять ему свое состояние.

XCVII Кто достойно приступает к Святому Причастию, тот в Господе, и Господь в нем. Поэтому с Господом соединяются через Святое Причастие.

725. Я показал в нескольких предыдущих главах, что достойно приступает к Святому Причастию тот, кто обладает верой в Господа и милосердием к ближнему; и что присутствие Господа осуществляется истинами веры, а соединение с Ним осуществляется милосердием вместе с верой. Следовательно только тот, кто достойно приступает к Святому Причастию, соединяется с Господом, и соединенные с Господом - в Нем, и Он в них. Господь Сам ясно утверждает, что это бывает с теми, кто причащается достойно, в следующем месте у Иоанна:

Тот, кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, пребывает во Мне, и Я в нем. Иоанн 6:56.

Далее в том же Евангелии Он учит нас, что это - соединение с Господом:

Пребудьте во Мне, и Я в вас. Кто пребывает во Мне, и Я в нем, приносит много плода. Иоанн 15:4,5; Откр. 3:20.

Что такое соединение с Господом, если не пребывание среди тех, кто составляет Его тело? А тело Его состоит из тех, кто верит в Него и творит Его волю. Его воля состоит в том, чтобы проявлять милосердие в соответствии с истинами веры.

726. Вечная жизнь и спасение невозможны без соединения с Господом, поскольку Он Сам есть и то и другое. Что Он есть жизнь вечная, ясно из многих мест слова, в частности из следующего места у Иоанна:

Иисус Христос - истинный Бог и жизнь вечная. 1 Ин. 5:20.

В то же время, Он - спасение, поскольку спасение и вечная жизнь - одно и то же. Имя Его Иисус также означает "спасение", и по этой причине во всем Христианском мире Его называют Спасителем. Однако же достойно приступают к Святому причастию только соединенные с Господом внутренне, то есть возрожденные. Кто такие возрожденные, было показано в главе о преобразовании и возрождении.

Помимо них есть многие, исповедующие Господа и делающие добро ближнему; но пока они не делают этого из любви к ближнему и по вере в Господа, они не возрождены. Ибо они делают добро ближнему, руководствуясь только мирскими и собственными соображениями, а не ради ближнего, как такового. Дела их чисто природны, и в них не кроется ничего духовного. Ведь такие люди исповедуют Господа лишь устами да словами, тогда как сердце их далеко от этого. Настоящая любовь к ближнему и настоящая вера исходят только от Господа; и то, и другое даруется человеку тогда, когда он по свободе собственной воли делает ближнему добро природным образом, и верит в истины своим разумом, взирая на Господа; и все это он делает потому, что так велит Слово. Тогда Господь насаждает милосердие и веру в самое сердце его, делая их духовными. Так Господь соединяет человека с Собой, а человек соединяет себя с Господом; ибо соединение невозможно, не будучи взаимным. Но все это уже было со всей полнотой показано в главах о милосердии, вере, свободе воли и возрождении.

727. Известно, что в мире приглашения к столу и на обед служат соединению и сообщению. Ведь тот, кто приглашает, замышляет нечто способствующее достижению его цели, подразумевающее согласие и дружбу. И тем более, если приглашения имеют духовную цель. В древних церквях пиры были празднествами милосердия, как и в ранней Христианской церкви, где люди поддерживали друг друга, чтобы оставаться в поклонении Господу от всего сердца. Пиры Детей Израиля возле Скинии означали не что иное, как единодушие в поклонении Иегове. Поэтому мясо, которое они ели, как часть жертвоприношения, называлось святым (Иер. 11:15; Аггей 2:12; и во многих других местах). Что же тогда говорить о хлебе и вине, и пасхальном мясе Вечери Господа, который принес Себя в жертву за грехи всего мира?

К тому же можно пояснить соединение с Господом через Святое Причастие на примере связи поколений, берущих свое начало от одного предка. От него происходят в кровном родстве последовательно родные и родственники, которые что-то наследуют от основателя рода, но не столько плоть и кровь, сколько нечто по плоти и крови, а именно душу и однородные склонности, которые и связывают их. Эта связь видна, как правило, в их лицах и поведении, почему они и называются одной плотью (как в Бытие 29:14; 37:27; 2 Цар. 5:1; 19:12,13, и в других местах).

То же самое относится и к соединению с Господом, Отцом всех верующих и блаженных. Соединение с Ним осуществляется любовью и верой, которые вместе называются одной плотью. Вот почему Он говорит: "Кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, пребывает во Мне, и Я в нем (Иоанн 6:56). Всякому понятно, что не хлеб и вино делают это, а добро любви, обозначаемое хлебом, и истина веры, обозначаемая вином, которые принадлежат Господу, исходят от Него и Им одним могут быть дарованы. Да и всякое соединение бывает лишь по любви, а любовь без доверия - не любовь. Тот, кто верит, что хлеб - это плоть, а вино - это кровь, и не способен на более высокий уровень мышления, пусть остается при своей вере, но не забывает той истины, что с Господом соединяет его нечто самое святое, вверенное человеку, как его собственность, но всегда принадлежащее Господу.

XCVIII Святое Причастие для всех приступающих к нему достойно служит своего рода подписью и печатью, что они - дети Божьи.

728. Святое Причастие для всех приступающих к нему достойно служит своего рода подписью и печатью, что они - дети Божьи, по той причине, что Господь присутствует при этом и вводит в небеса рожденных от Него, то есть возрожденных. Такое возможно при Святом Причастии, потому что Господь присутствует при нем также и Своим Божественным Человеческим; ведь, как было показано выше, Господь присутствует во всей Своей полноте и со всем Своим искуплением. Ибо Он говорит о хлебе: "Это тело Мое", а о вине: "Это кровь Моя". Таким образом, Он позволяет войти в Его тело, а тело Его составляют небеса и церковь.

Конечно, когда человек возрождается, Господь присутствует при нем, и Своим Божественным действием приготавливает его к небесам. Однако, чтобы человек на самом деле вошел в небеса, он должен на самом деле предстать перед Господом, и поскольку Господь действительно являет Себя человеку, то человек действительно принимает Его, но не распятым на кресте, а в Его прославленном Человеческом, которым Он присутствует. Божественное добро Его тело, Божественная истина - Его кровь. Они даны человеку как средства возрождения, чтобы он был в Господе и Господь в нем. Ибо, как показано выше, Святое Причастие - это духовная трапеза. Если правильно понимать все это, становится ясно, что Святое Причастие служит подписью и печатью для приступающих к нему достойно, что они - дети Божьи.

729. Те же, кому пришлось умереть в младенчестве или в детстве, до того, как они могли бы достойно приступить к Святому Причастию, вводятся Господом в небеса посредством крещения. Ведь, как показано в главе, посвященной этому вопросу, крещение означает введение в Христианскую церковь и присоединение в духовном мире к Христианам. Церковь же и небеса там - одно. Следовательно, введение в церковь означает также и введение в небеса. Умершие в детстве воспитываются там под присмотром Господа, постепенно возрождаются и становятся Его детьми, ибо не знают никакого другого отца.

Между тем, младенцы и дети, рожденные вне Христианской церкви, приводятся в небеса, предназначенные для их религии, средствами, отличными от крещения, как только примут веру в Господа; однако они не смешиваются с жителями Христианских небес. Ибо во всем мире нет такого народа, которому не дано спасение, если в нем признают Бога и живут доброй жизнью; потому что Господь всех их искупил, а человек по рождению своему духовен, что дает ему возможность принять дар искупления. Все принимающие Господа, то есть имеющие веру в Него и не ведущие злого образа жизни, называются "детьми Божьими" и "от Бога рожденными" (Иоанн 1:12,13; 11:52), а также "детьми царства" (Матф. 13:38) и "наследниками" (Матф. 19:29; 25:34). Ученики Господа тоже назывались детьми (Иоанн 13:33), и все ангелы (Иов 1:6; 2:1).

730. Суть Святого причастия та же, что и у договора, который после согласования и подписания скрепляется печатью. Господь Сам учит нас, что Его кровь - это завет, ибо, взяв чашу и подав ее, Он сказал:

Пейте из нее все. Это кровь Моя, кровь нового завета. Матф. 26:27,28; Марк 14:24; Лука 22:20.

Новый завет - это новый договор. Поэтому Слово, написанное через Пророков до пришествия Господа называется Ветхим104 Заветом, или договором, а Слово, написанное после Его пришествия через Евангелистов и Апостолов, называется Новым Заветом, или договором. Кровь, как и вино в Святом Причастии, означает Божественную истину Слова, что ясно из вышесказанного (706, 708). Слово также является самым настоящим договором Господа с человеком и человека с Господом. Ибо Господь сошел, как Слово, то есть, как Божественная истина. А поскольку она и есть Его кровь, в Израильской церкви, служившей изображением Христианской церкви, кровь называлась "кровью завета" (Исход 24:8; Зах. 9:11), а Господь назывался "заветом для народа" (Исаия 42:6; 49:8; Иер. 31:31-34; Пс. 110:9).

И в мире, в соответствии с порядком, которым все устроено, всегда необходима подпись, в качестве своего рода залога, скрепляющего предварительные договоренности. Что такое доверенность или завещание без подписи? Что такое судебное решение без подписанного постановления, дающего ему силу? Что такое высокая государственная должность без соответствующего удостоверения? Можно ли получить повышение по службе без письменного распоряжения? Можно ли владеть домом без купчей или соглашения с его владельцем? Можно ли добиваться цели или соревноваться за награду, если нет цели или негде получить награду, или судья не подтвердил чем-либо, что награда будет дана? Однако эти примеры приведены лишь в качестве пояснения, чтобы даже простые могли понять, что Святое Причастие подобно залогу, печати, знаку и подписанному удостоверению, свидетельствующему даже перед ангелами о том, что приступающие к нему достойно являются детьми Божьими. Оно подобно ключам от небесного дома, в котором им предстоит жить вечно.

* * * * *

731.105 Однажды я увидел ангела, летящего под восточными небесами с трубой в руках, прижатой к губам, которой он трубил на север, на запад и на юг. Он был одет в накидку, развевавшуюся за ним в полете, схваченную пламенным и сияющим поясом с рубинами и сапфирами. Полетев вниз, он мягко опустился на землю недалеко от меня. Приземлившись и встав на ноги, он прошелся туда-сюда, а затем, увидев меня, направился в мою сторону. Я был в духе и в этом состоянии находился на холме в южной стороне.

Когда он подошел ко мне, я заговорил с ним и спросил: "Что происходит? Я слышал звук твоей трубы и видел, как ты спускался по воздуху".

"Я послан созвать из живущих в этом мире всех людей, наиболее известных в Христианских странах своей ученостью, проницательностью ума и знаменитых мудростью, - сказал в ответ ангел, - чтобы они собрались на этом холме, где ты теперь стоишь, и высказались о том, что они в мире думали, разумели и считали мудрым относительно небесной радости и вечного счастья.

Я послан по той причине, что недавно прибывшие из мира в наше небесное общество на востоке сообщили: ни один человек во всем Христианском мире не знает, что такое небесная радость и вечное счастье, и поэтому, что такое небеса. Мои собратья и товарищи крайне удивились этому и просили меня сойти вниз, чтобы объявить и созвать собрание мудрейших людей духовного мира, куда сначала попадает всякий смертный, покинув природный мир; тогда мы сможем убедиться по свидетельству многих, действительно ли Христиане пребывают в такой густой тьме и настолько глубоком невежестве относительно грядущей жизни. Подожди немного, и ты увидишь, как сюда начнут сходиться толпы мудрецов; для их встречи Господом будет приготовлен дом".

Я подождал, и через полчаса увидел два потока людей, идущих с севера, два - с запада и два - с юга. Ангел с трубой проводил их в зал, приготовленный для них, где они заняли места в соответствии с той частью света, откуда они пришли. Всего было шесть отдельных собраний; седьмое было с востока, однако его не было видно остальным из-за света, исходившего от него. Когда все собрались, ангел изложил цель встречи, и попросил явить по очереди свою мудрость относительно небесной радости и вечного счастья. Затем члены каждого собрания замкнулось в своем кругу, обратив лица друг к другу, и стали собирать имевшиеся у них в прежнем мире сведения об этом предмете и обсуждать их, чтобы затем рассказать о них.

732. Первое собрание из тех, что с севера, после совещания объявило, что небесная радость и вечное счастье неотделимы от самой жизни небес. "Поэтому каждый, кто попадает в небеса, - сказали они, - присоединяется к празднеству, которое и составляет тамошнюю жизнь, подобно тому, как приходящий на свадьбу присоединяется к ее веселью. Разве мы не видим, что небеса - над нами, то есть, где и следует им быть? Там, и только там, счастье, которое выше всякого счастья, и наслаждения, которые выше всех наслаждений. Каждый, кто приходит туда, окунается в них всем восприятием своего ума и всеми чувствами своего тела, потому что радости там неизмеримы. Итак, радости небес, а они вечны, заключаются лишь в принятии в небеса; принимаются же туда по милости Божьей".

После того, как они закончили свою речь, высказалось по своей мудрости второе собрание с севера: "Небесная радость и вечное счастье состоит в одном лишь интереснейшем общении с ангелами и в увлекательных беседах с ними. От этого лица непрестанно улыбаются, а на устах всегда играет смех от их добрых шуток и остроумных речей. Что такое небесные радости, если не вечное разнообразие подобных утех?"

Третье собрание, первое из мудрецов западной части света, размыслив по своим склонностям, составили следующее мнение: "Чем еще могут быть небесная радость и вечное счастье, если не трапезой с Авраамом, Исааком и Иаковом? Их столы наполнены обильными и изысканными яствами, благородным и выдержанным вином; а за застольем следуют танцы и игры девушек и юношей под музыку оркестра или флейты, чередующиеся с пением сладких песен. А под вечер - театральные представления, а затем снова застолье, и так каждый день, вечно".

Вслед за ними четвертое собрание, второе с запада, огласило свое решение: "У нас имеется множество представлений о небесной радости и вечном счастье; мы рассмотрели разнообразные наслаждения и сравнили их друг с другом, и пришли к заключению, что небесные радости - это наслаждения райского сада. Разве небеса - это не райский сад, раскинувшийся от востока до запада и от юга до севера, с его плодовыми деревьями и восхитительными цветами? А в середине - великолепное дерево жизни, вокруг которого восседают блаженные, вкушающие лакомые плоды и одетые гирляндами благоухающих цветов. А поскольку все это снова и снова произрастает в дыхании вечной весны, бесконечно видоизменяясь, и непрестанно освежает ум постоянным возрождением и цветением, а также вечно весенней погодой, то радости, которыми они питаются и дышат, обновляются день за днем. И таким образом они возвращаются в лучшие годы своей молодости, а значит, в первоначальное состояние, в котором были созданы Адам и его жена. Так они снова входят в свой Эдемский сад, перенесенный с земли на небеса".

Пятое собрание, состоявшее из одаренных людей с юга, утверждало следующее: "Небесные радости и вечное счастье - это не что иное, как высшая власть и несметные богатства, и поэтому величие, недоступное даже царям, и ни с чем не сравнимая роскошь. Что в этом состоят небесные радости и постоянное наслаждение ими, то есть вечное счастье, мы постигли по состоянию в прежнем мире тех, кому подобное дано, а также из учения, что блаженные будут царствовать в небесах с Господом, и станут царями и князьями, потому что они - дети Того, Кто Царь царям и Господь господам; и они воссядут на престолах, и ангелы будут служить им. Величие небес ясно видно нам из того, что в Новом Иерусалиме, которым изображается слава небес, каждое из ворот будет из цельной жемчужины, улицы - из чистого золота, а основания - из драгоценных камней. Значит, у каждого принятого в небеса есть дворец, блистающий золотом и драгоценными камнями, и власть, передаваемая по очереди от одного к другому. Зная, что со всем этим связаны радость и счастье небесные, и что обещания Божьи никогда не нарушаются, мы заключили, что именно в этом и не в чем ином заключается счастливейшее состояние жизни на небесах".

Затем шестое собрание, второе с юга, высказалось следующим образом: "Небесная радость и вечное счастье состоят не в чем ином, как в непрестанном прославлении Бога, нескончаемом празднике, блаженнейшем богослужении с песнями и ликованием. Всем этим наши сердца будут неизменно устремляться к Богу с полной уверенностью, что наши молитвы и восхваления будут угодны Ему по Его великой щедрости, в которой Он даровал нам это блаженство". Некоторые из них добавили также, что это прославление Бога происходит при роскошном освещении, с самыми ароматными благовониями и великолепными шествиями, которые возглавляет архиепископ с большой трубой, а за ним епископы и другие более и менее высокие церковные чины, и завершают мужчины с пальмовыми ветвями и женщины с золотыми изображениями.

733. Седьмое собрание, невидимое остальным из-за света, исходившего от него, было с востока небес. Это были ангелы из тех же небес, из которых и ангел с трубой. Когда в их небесах стало известно, что ни один человек в Христианском мире не знает, что такое небесная радость и вечное счастье, они сказали друг другу: "Этого не может быть. Среди Христиан невозможна такая непроглядная тьма и такое умопомрачение. Не спуститься ли нам самим, чтобы послушать, так ли это? Если действительно так, то это какие-то чудеса!"

Итак, они сказали тому ангелу с трубой: "Известно, что каждому, кто мечтает попасть в небеса, и имеет определенные понятия об их радостях, после смерти дозволяется испытать те радости, которые ему представляются; и после того, как он узнает на собственном опыте, что представляют собой эти радости, и поймет, что они - не более чем пустые построения его ума и бред его воображения, он избавляется от них и наставляется. Так бывает в мире духов почти у всех людей, которые в прежней своей жизни глубоко задумывались о небесах и приходили к какому-либо заключению о небесных радостях, желая, таким образом, испытать их". Услышав это, ангел с трубой обратился к шести собраниям, состоящим из мудрецов Христианского мира: "Следуйте за мной, и я введу вас в ваши радости, а значит, в небеса".

734. С этими словами ангел двинулся в путь, возглавив первое собрание, убежденное в том, что небесные радости - это интересные встречи и увлекательные беседы. Ангел отвел этих людей в то общество в северной части, где собрались люди, у которых в прежнем мире были те же самые представления. Люди такого рода были собраны в обширном здании, в котором было более полусотни комнат, каждая из которых была предназначена для какого-либо рода разговоров. В одних комнатах говорили о том, что видели или слышали на рыночной площади или на улицах; в других велись разные завлекательные разговоры о прекрасном поле, обильно пересыпаемые шутками, от которых все присутствующие разражались бурным смехом. В следующих комнатах обсуждали новости королевского двора, правительственных учреждений, политики, и слухи, доходившие из тайных советов, делая выводы и предположения обо всем, что случилось. Были комнаты, посвященные торговле, литературе, общественным отношениям и нравственной жизни, религиозным вопросам и различным вероисповеданиям, и так далее.

Мне разрешено было заглянуть в это здание, и внутри я увидел людей, перебегавших из комнаты в комнату в поисках собеседников, соответствующих им по склонностям, то есть по понятиям о радости. В самих компаниях я выделил три вида собеседников: одни в той или иной степени жаждали высказаться, другим не терпелось задавать вопросы, а третьи увлеченно слушали.

В здании было четыре двери, по одной с каждой стороны, и я заметил, что многие покидали свои компании и спешили выйти наружу. Я проследовал за некоторыми из них к восточной двери, и увидел, что несколько человек сидит возле нее с унылыми лицами. Подойдя к ним, я спросил, отчего они сидят в такой печали. "Двери этого дома, - ответили они, - закрыты для тех, кто хочет выйти. Уже три дня, как мы попали сюда, и все это время мы проводили, как нам и хотелось, в компаниях и беседах, но мы так устали от постоянных разговоров, что у нас нет сил слышать даже их звука. Утомленные, мы попытались, бежав к этому выходу, стучать в дверь, но нам сказали, что здесь открывают только входящим, а не выходящим. "Оставайтесь и наслаждайтесь небесными радостями", - сказали нам, из чего мы заключили, что должны остаться здесь навсегда. От этого дух наш охватила тоска, грудь сдавило, и нам стало страшно".

Тогда к ним обратился ангел и сказал: "Ваше состояние - это смерть ваших радостей, которые вы считали единственными радостями небес, хотя на самом деле они лишь сопутствуют небесным радостям". "Тогда что же такое небесные радости?" - спросили они ангела.

Ангел ответил вкратце так: "Это удовольствие от того, что делаешь нечто полезное себе или другим. Удовольствие это берет свое начало от любви, а проявление свое - от мудрости. Удовольствие служения, происходящее от любви через мудрость есть душа и жизнь всякой небесной радости. В небесах бывают самые интересные собрания, которые приносят ангелам увеселения ума, наслаждения духа, отраду их сердцу и отдых телу. Но все это следует за исполнением ими своего служения по занимаемой должности и повседневным обязанностям. Именно это служение составляет душу и жизнь всех их наслаждений и увеселений. Но если лишить их этой души, или жизни, то все сопутствующие радости одна за другой перестанут радовать, сперва став безразличными, а затем никчемными, и наконец, источником грусти и тоски".

Когда он закончил говорить, дверь открылась, и люди, сидевшие у нее, бросились вон. Они разбежались по домам, каждый к своим делам и обязанностям, которые вернули их к жизни.

735. Затем ангел обратился к тем, у кого понятия о небесной радости и вечном счастье были связаны с пирами у Авраама, Исаака и Иакова, и с играми и развлечениями, сменяющими их, за которыми следуют новые застолья, и так далее, до бесконечности. "Пойдемте со мной, - сказал он, - я приведу вас туда, где вы сможете испытать блаженство вашей радости". И он повел их через лес на поляну, выстланную досками, на которой размещались столы, по пятнадцать с каждой стороны.

"Зачем здесь столько столов?" - спросили они. Ангел отвечал, что первый стол - для Авраама, второй - для Исаака, третий - для Иакова, а за ними по порядку - столы для двенадцати Апостолов. Напротив них - столько же столов для их жен: для Сарры, жены Авраама, для Ревекки - жены Исаака, и для Лии и Рахили, жен Иакова. Остальные двенадцать предназначались женам двенадцати Апостолов.

Немного погодя на столах оказалось множество блюд с яствами, а между ними красовались горки сладостей. Гости, обступив столы, ждали их хозяев; и через некоторое время те явились по порядку, начиная с Авраама и заканчивая последним из Апостолов. Подойдя каждый к своему столу и опустившись на ложе во главе его, они пригласили всех стоящих вокруг: "Присядьте с нами".Мужчины сели за столы с патриархами, а женщины - с их женами, и стали есть и пить с радостью и почтением. После еды патриархи удалились и начались игры, танцы юношей и девушек, а затем представления. По окончании их все были снова приглашены за стол, однако уже с тем условием, что первый день они будут праздновать с Авраамом, второй - с Исааком, третий - с Иаковом, четвертый - с Петром, пятый - с Иаковом106, шестой - с Иоанном, седьмой - с Павлом, и далее с остальными до пятнадцатого дня, а затем все застолья повторятся в том же порядке, лишь с переменой мест, и так вечно.

Затем ангел собрал всех этих людей вместе и сказал им: "У всех, кого вы видели за столами, были те же самые мысли, что и у вас, когда они представляли себе небесные радости и вечное счастье. Чтобы они могли увидеть, насколько бесплодны были их понятия, с позволения Господа были устроены эти застолья и представления. Люди, сидевшие во главе каждого стола - это лишь игравшие стариков актеры, из которых многие - деревенские жители с бородами, из-за своего небольшого богатства более высокомерные, чем остальные. Им дано воображать, что они и есть эти древние патриархи. Идите за мной, я выведу вас из этого лагеря".

Они последовали за ангелом, и увидели в двух разных местах по полсотни человек, которые до того набили желудки едой, что им было дурно. Они мечтали вернуться в знакомую обстановку своих жилищ, к своим должностям, делам или обязанностям. Но многих из них останавливали стражники леса, и спрашивали, сколько дней они пировали, угощались ли они уже за столом с Петром и Павлом, а если нет, то говорили, что им стыдно уходить, не сделав этого, поскольку это невежливо. Большинство из них говорили: "Нам хватит наших радостей. Еда стала безвкусна для нас, вкус наш иссох, наши желудки отвергают пищу, и мы не в состоянии глотать ее. Мы провели уже несколько долгих дней и ночей в этой роскоши и искренне просим вас отпустить нас". И когда их отпустили, они помчались домой что есть духу.

Далее ангел собрал всех снова вместе и по пути поведал им о небесах следующее: "В небесах, как и в мире, есть еда и питье, застолья и праздники. Столы выдающихся людей полны изысканными угощениями, диковинными яствами и лакомствами, которые радуют и подкрепляют их дух. Есть там также развлечения и театральные представления, концерты и пение, и все это достигает высшего совершенства. Доставляя радость, это все же не составляет счастья. В радостях должно содержаться счастье, исходящее из них. Именно счастье делает радости радостями, питает их, и не дает им стать никчемными и утомительными. Счастье это приходит к каждому от пользы его занятий.

У каждого ангела во влечении его воли есть скрытое стремление, побуждающее его ум к какой-либо деятельности. От этого их ум спокоен и удовлетворен. Это ощущение спокойствия и удовлетворения позволяет их уму принимать от Господа любовь к служению. В ее принятии и состоит небесное счастье, которое дает жизнь вышеупомянутым радостям. Небесная пища есть в своей сути не что иное, как любовь, мудрость и служение, объединенные между собой, то есть, служение посредством мудрости из любви. Поэтому все в небесах приемлют пищу для тела в зависимости от пользы, которую они приносят, роскошную - полезные в высшей степени, среднюю, но изысканного вкуса, - те, чья польза умеренна, простую - чья польза скромна. Бездельники же не имеют пищи вообще".

736. Затем ангел созвал всех тех, так сказать, мудрецов, кому небесные радости и вечное счастье, ими приносимое, представлялись в обладании высшей властью и несметным богатством, в величии выше царского и роскоши вне всякого сравнения, поскольку в Слове говорится, что они будут царями и князьями, и будут царствовать с Христом вечно, и ангелы будут служить им, и тому подобное. Ангел сказал им: "Пойдемте со мной, я введу вас в радости, которые вы себе вообразили". Он привел их в галерею, выстроенную из колонн и пирамид, в передней части которой был низкий портик, служивший входом в нее. Ангел провел их внутрь, и там они обнаружили двадцать человек с одной стороны и двадцать с другой, чего-то ждавших. Тут же появился некто, изображавший ангела, и сказал им: "Эта галерея - путь в небеса. Подождите немного и приготовьтесь, ибо старшие из вас станут царями, а младшие - князьями".

Как только он сказал это, у каждой колонны появился царский трон, на каждом троне - шелковая мантия, а сверху - скипетр и корона; и у каждой пирамиды появилось кресло, возвышавшееся над землей на три локтя, а на каждом из кресел - цепь из золотых звеньев и рыцарская перевязь, застегнутая на концах алмазным браслетом. Затем послышался возглас: "Идите и оденьтесь, займите свои места и ждите". Тут же старшие поспешили к тронам, а младшие - к креслам, усаживаясь в них и облачаясь в наряды. Затем как бы туман поднялся снизу; и от этого тумана у сидевших на тронах и креслах лица стали важными, груди напыжились, и они исполнились уверенности, будто они теперь - цари и князья. Туман этот представлял собой вдыхаемые ими испарения собственных мечтаний. В этот момент будто бы с небес слетели юноши и встали по двое позади тронов и по одному позади кресел, чтобы прислуживать. Глашатай повторил несколько раз: "Цари и принцы! Подождите еще немного. Сейчас для вас в небесах готовятся дворцы, скоро явятся ваши придворные и свита, чтобы проводить вас туда". И они ждали, ждали, до тех пор, пока не истомились и не истосковались духом от нетерпения.

Через три часа небеса над их головами раскрылись и ангелы, посмотрев вниз, пожалели их. "Что же вы сидите, как дураки, исполняя свои роли? Вас разыграли, превратив из людей в кукол, потому что в сердце своем вы верили в то, что будете царствовать с Христом, как цари и князья, и что ангелы будут прислуживать вам. Разве забыли вы слова Господа, что тому, кто будет великим в небесах, нужно стать слугой. Поэтому вам следует знать, что подразумевается под царями и князьями, и под царствованием со Христом. Это означает быть мудрым и приносить пользу. Ибо царство Христа, то есть небеса, есть царство пользы. Ибо Господь любит всех и всем желает добра, а добро - это польза. Поскольку же Господь делает добро, или приносит пользу, опосредованно, через ангелов, а в мире - через людей, то Он дает всем верно служащим любовь к служению и награду ее, а именно, внутреннее блаженство, и в этом заключается вечное счастье.

В небесах, как и на земле, есть высшая власть и несметные богатства. Ибо там есть правительства и виды правления, а значит, старшие и младшие должности и звания. Занимающие высшие должности имеют дворцы и правительственные здания, великолепием и роскошью превосходящие те, что у императоров и царей на земле. Многочисленные придворные, слуги и свита, а также пышные одеяния, придают им ореол почета и славы. Но эти высшие правители выбираются из таких людей, которые всем сердцем за благосостояние общества, а величие роскоши затрагивает лишь телесные чувства их, с тем, чтобы внушать послушание. Поскольку общее благо требует, чтобы каждый служил какой-либо цели в обществе, как общем организме, а всякое служение исходит от Господа и исполняется ангелами и людьми будто бы от себя, то ясно, что в этом состоит царствование с Господом".

Услышав с небес все это, те люди, что были наряжены царями и князьями, сошли со своих тронов и кресел, побросав скипетры, короны и мантии. Туман, наводивший на них атмосферу мечтаний, рассеялся, облако, дышавшее мудростью, осенило их, и к ним вернулся, таким образом, здравый рассудок.

737. Затем ангел вернулся в здание, где собрались мудрые из Христианского мира, и вызвал тех из них, которые уверились в представлении о небесных радостях и вечном счастье, как о наслаждениях райского сада. "Следуйте за мной, - сказал он им, - и я отведу вас в райский сад, в ваши небеса, где вы вступите в блаженства вашего вечного счастья." Он повел их через высокие ворота, образованные свитыми между собой ветвями и побегами благородных деревьев. Миновав ворота, он повел их извилистыми дорожками из одной стороны света в другую. На самом деле это был сад, расположенный у входа в небеса, в который приводили всех людей, веривших в мире, что все небеса - это один большой сад, называемый раем. Туда также попадают те, кто утвердились в мысли, что после смерти наступает полный отдых от трудов, который состоит в упоенном вдыхании удовольствий, прогулках среди роз, вкушении сока благороднейших сортов винограда и развлекательном застолье, и что такая жизнь возможна только в небесном раю.

Ведомые ангелом, они увидели огромное скопление людей, старых и молодых, мальчиков, женщин и девочек, которые располагались по трое и по десятеро, сидя среди цветочных клумб и плетя венки для украшения голов старейших и запястий молодых людей, и гирлянды для того, чтобы обвить ими груди мальчиков. Одни женщины собирали плоды с деревьев, складывая их в корзины и относя своим спутникам.107 Другие выжимали в бокалы сок из винограда, вишни и шелковицы, и пили с наслаждением. Некоторые вдыхали распространявшиеся вокруг ароматы, исходившие от цветов, плодов и зелени. Некоторые пели сладкие песни, ласкавшие слух присутствующих. Иные сидели возле источников, придавая струям воды различную форму. Иные гуляли неподалеку, беседуя и шутя. Иные бегали, играли, плясали, одни рядами, другие в хороводе.1 Иные удалялись в беседки, чтобы отдохнуть на кушетках; там было много еще разных райских наслаждений.

Дав им посмотреть на все это, ангел повел своих спутников по дорогам, извивавшимся в разные стороны, и в конце концов привел к людям, которые сидели среди прекраснейшего цветника, окруженного маслинами, а также апельсиновыми и лимонными деревьями. Охватив свои головы руками, они раскачивались из стороны в сторону, плакали и причитали. Бывшие с ангелом обратились к ним с вопросом, из-за чего они сидят здесь. "Уже семь дней, ответили они, - как мы пришли в этот сад. Когда мы вошли, нам показалось, что духом мы взмыли в небо и оказались в самых глубинах его блаженства. Но спустя три дня блаженство это стало слабеть, исчезая из нашего духа, стало неощутимым и поэтому превратилось в ничто. Когда наши воображаемые радости прекратились, мы испугались, что лишимся вообще всякого удовольствия в своей жизни, и начали сомневаться, что может быть вечное счастье. И мы стали искать те ворота, которыми мы вошли, бродя по тропинкам и полянам, но лишь ходили вокруг да около, задавая вопросы встречным. Некоторые из них говорили, что ворота эти нельзя найти, потому что этот райский сад огромный лабиринт, устроенный так, что всякий желающий выйти только забирается в него еще глубже. "Поэтому у вас нет выбора, и вам придется остаться здесь навсегда, - говорили они. Теперь вы в середине рая, где сосредоточены все его наслаждения"".

Затем они обратились к сопровождавшим ангела со словами: "Мы сидим здесь уже около полутора дней. Мы присели в этом цветнике, потеряв всякую надежду найти выход. У нас перед глазами изобилие маслин, винограда, апельсинов и лимонов. Но чем дольше мы смотрим на них, тем больше устают наши глаза смотреть на них, наши ноздри - вдыхать их аромат, наши языки пробовать их вкус. Потому-то у нас такой грустный, плачевный и жалобный вид".

После этих слов ангел сказал: "Этот райский лабиринт на самом деле является входом в небеса. Я знаю, как выйти отсюда, и выведу вас". Когда он произнес это, сидящие вскочили и стали обнимать ангела, а затем последовали за ним, присоединившись к его спутникам. По пути ангел поведал им, в чем заключается небесная радость и вечное счастье. Он рассказал им, что в райском саду нет внешних наслаждений, которые не сопровождались бы внутренними наслаждениями райского сада. Внешние райские наслаждения - это наслаждения лишь телесных чувств, а внутренние наслаждения - это наслаждения душевных склонностей. Если их нет во внешних наслаждениях, то в них нет и небесной жизни, поскольку нет души. Всякое наслаждение без соответствующей ему души постепенно слабеет и становится скучным, и утомляет ум больше, чем работа. В небесах повсюду встречаются райские сады, доставляющие ангелам большую радость, и чем больше в них удовольствий души, тем полнее их радость ощущается как радость".

Слыша это, они спросили: "Что такое наслаждения души и от чего они происходят?" Ангел ответил: "Наслаждения души происходят от любви и мудрости от Господа. Поскольку любовь есть действующее начало, действенность которого проявляется при помощи мудрости, то оба этих начала содержатся в их проявлении, а проявление это - служение. Господь наполняет этими наслаждениями душу, и они нисходят затем через высшие и низшие области ума во все телесные чувства, где обретают свою полноту. Вот что делает радость радостью; вечной же она становится благодаря Тому, в Ком ее вечный источник. Вы видели райские сады, и уверяю вас, в них нет и малейшего листика, который не был бы созданием супружества любви и истины, воплотившихся в служении. Итак, кто в таком супружестве, тот и в небесном саду, а значит, в небесах".

738. Затем ангел-проводник вернулся обратно в то же здание, чтобы обратиться к тем, которые пребывали в твердом убеждении, что небесная радость и вечное счастье состоят в непрестанном восхвалении Бога и вечно непрекращающемся празднике, поскольку в мире они верили, что по смерти они увидят Бога, и что жизнь небесная, по тамошнему богослужению, называется "непрестанной субботой".

"Идите за мной, - сказал им ангел, - и я отведу вас туда, где вы сможете испытать вашу радость". Он отвел их в небольшой городок, в котором посередине располагалась церковь, а все дома назывались священными молельнями. В городе они увидели множество народа, стекавшегося со всех уголков страны, и среди них множество священников, которые встречали прибывающих, приветствовали их и за руку отводили к воротам церкви, а оттуда - в молельни, находившиеся вокруг. Таким образом их посвящали в непрестанное богослужение, говоря им, что этот город - преддверие небес, а церковь - вход в величественную, беспредельную церковь небес, где ангелы вечно прославляют Бога молитвами и хвалами. "И здесь, и там полагается, говорили они, - чтобы новоприбывшие сначала вошли в эту церковь и провели в ней три дня и три ночи. После посвящения они направляются в дома этого города, кои все являются молельнями, освященными нами. Затем, переходя из дома в дом, они должны вместе с собравшимися в них молиться, воздавать хвалу и повторять услышанное в проповедях. Но прежде всего нужно следить за тем, чтобы не думать про себя и не говорить присутствующим ничего такого, что бы не было святым, набожным и религиозным".

Вслед за тем ангел повел своих спутников в церковь, полную людей, среди которых многие в мире занимали высокие должности, а многие были простыми людьми. У ворот стояла стража, чтобы никто не мог выйти, не проведя там своих трех дней. "Уже второй день, - сказал ангел, - как эти люди пришли сюда; посмотрите на них внимательно, и вы увидите, как они прославляют Бога".

Посмотрев на окружающих, пришедшие увидели, что многие из них уснули, а бодрствующие все время зевают. Из-за того, что мыслями они постоянно возносились к Богу, без всякой возможности вернуться в тело, многим из них, как и окружающим, казалось, будто лица их оторваны от тела. Глаза у некоторых были дикими от постоянного обращения вверх. Словом, все были угнетены сердцем и изнемогли духом от скуки. Отвернувшись от кафедры, они восклицали: "Наши уши оглохли, прекратите, наконец, ваши проповеди! Мы уже не слышим ни слова, и скоро даже звука вашего голоса не сможем стерпеть". Затем они вскочили, всей толпой бросились к воротам и вырвались вон, смяв стражу, стоявшую на пути.

Видя такое, священники последовали за ними, смешались с толпой и принялись читать наставления, молиться и сетовать, говоря: "Вернитесь на праздник, славьте Бога, освящайтесь! Мы приведем вас в этом преддверии небес к вечному прославлению Бога в величественной, беспредельной церкви, находящейся на небесах, и вы будете наслаждаться вечным счастьем". Но они не могли ничего понять, и едва ли что-либо слышали, потому что в течении двух дней постоянного вознесения мыслей прочь от домашних и повседневных дел ум у них помутился. Когда же они попытались вырваться из рук священников, те стали хватать их за руки и одежду, принуждая вернуться в церковь и слушать проповеди. Но тщетно; люди кричали: "Оставьте нас! Мы и так уже близки к обмороку".

При этих словах явились четверо, одетые в белое и увенчанные митрами. Один из них был в мире архиепископом, а трое остальных были епископами. Все они были теперь ангелами. Они созвали всех священников и обратились к ним со словами: "Мы видели с небес вас и ваших овец, и как вы пасете их. Вы довели их до безумства. Вы не знаете, что такое славить Бога. А это означает приносить плоды любви, то есть преданно, честно и усердно исполнять работу в своем призвании. Ибо это - от любви к Богу и любви к ближнему; на этом зиждется целостность общества и его благо. Вот чем прославляют Бога, наряду с богослужением в установленное время. Не читали вы разве слов Господа:

Тем прославится Отец Мой, что вы принесете много плода и будете Моими учениками. Иоанн 15:8.

Вы, священники, можете посвящать себя богослужению и прославлению, так как в этом ваша обязанность, дающая вам почет, славу и воздаяние. Однако вы не более всех этих людей можете посвящать себя такому прославлению, если ваш почет, ваша слава и ваше воздаяние не основываются на ваших обязанностях".

С этими словами епископы приказали страже у ворот не препятствовать никому входить и выходить. "Потому что есть великое множество людей, сказали они, - которые не могут представить себе никакой иной небесной радости, кроме постоянного поклонения Богу, поскольку совершенно не знают, каково небесное состояние".

739. Вслед за тем ангел вернулся со своими сопровождающими к месту собрания, не покинутому еще мудрецами, и созвал тех, которые верили, что радость небесная и вечное счастье заключаются уже в одном принятии в небеса, а в небеса принимают по Божьей милости. Они думали, что принятым тут же даруется радость, как у тех в мире, кого допускают в день праздника в царский дворец, или приглашают на свадьбу. Ангел сказал им: "Подождите немного, я подам сигнал трубой, и сюда придут люди, известные своей мудростью в духовных вопросах, касающихся церкви". Несколько часов спустя явились девять мужчин, все увенчанные лаврами, как знаками отличия. Ангел проводил их в зал, где присутствовали все ранее собравшиеся, перед которыми он обратился к девятерым увенчанным лаврами, сказав: "Я знаю, что вам было позволено взойти в небеса, так как вы этого искренне желали по своим убеждениям; и что вы вернулись обратно на эту нижнюю, или поднебесную, землю, зная все о состоянии в небесах. Так расскажите нам, какими вам показались небеса".

Они отвечали по очереди. Первый сказал: "С раннего детства и до конца моей жизни в мире у меня было представление о небесах, как о месте всевозможного счастья, блаженства, удовольствия, красоты и развлечений. Я думал, что как только меня впустят, я сразу попаду в окружение атмосферы счастья, и буду вдыхать ее полной грудью, подобно жениху на свадьбе, или в брачных покоях с невестой. С такими понятиями я восходил к небесам, пройдя первую и вторую стражу. Когда же я приблизился к третьей страже, ее начальник окликнул меня. "Кто ты, друг?" - спросил он. "Не здесь ли небеса? - сказал я в ответ. - Я поднялся сюда, движимый искренним желанием, и умоляю позволить мне войти". Он разрешил. Я увидел ангелов в белых одеждах, проходивших мимо и разглядывавших меня. Они тихо переговаривались: "Вот какой-то новоприбывший, на котором нет небесных одежд". Услышав это, я подумал: "Это, кажется, подобно тому, что говорил Господь о человеке, пришедшем на свадебный пир без свадебных одежд", и попросил: "Дайте мне одежду такую же, как у вас". Но они только рассмеялись. Затем прибежал некто с повелением из суда: "Сорвать с него одежду, бросить его вон, и одежду выбросить вслед за ним". Вот так меня выдворили оттуда".

Второй по порядку сказал: "Я верил так же: что если только меня пустят в небеса, которые у меня над головой, то я буду окружен радостями и буду дышать ими вечно. И мне тоже было дано по моему желанию. Но когда ангелы видели меня, они бежали прочь со словами: "Что за чудовищное зрелище? Откуда здесь эта ночная птица?" И действительно, я чувствовал, что я уже не человек, хотя ничего во мне не изменилось, по причине того, что я дышал небесным воздухом. Вскоре прибежали с повелением из суда, чтобы слуги вывели меня вон и сопровождали обратно по тому пути, которым я поднялся, до самого дома. Когда же я вернулся домой, я снова казался человеком и себе, и другим."

Третий сказал: "У меня всегда было представление о небесах, основанное на понятии места, а не любви. Поэтому, когда я попал в этот мир, я страстно желал в небеса. Когда же я увидел, что некоторые люди поднимаются наверх, я последовал за ними. Мне разрешили войти, однако не дальше, чем на несколько шагов. Но только я собирался порадоваться наслаждениям и красотам по своим представлениям об этом месте, как небесный свет, снежно-белый, который, как мне сказали, в своей сущности - мудрость, помрачил мой разум, в глазах у меня потемнело, и я начал сходить с ума. Затем равное свету по силе небесное тепло, о котором мне было сказано, что оно в сущности - любовь, заставило мое сердце трепетать, наполнило меня беспокойством, и такая внутренняя боль пронзила меня, что я упал спиной на землю. Пока я лежал так, пришел посыльный из суда с повелением осторожно отнести меня в подходящие мне свет и тепло. И как только я вернулся в них, мой дух и сердце успокоились".

Четвертый сказал, что он тоже выводил свои представления о небесах из понятия о месте, а не о любви. "Как только я попал в духовный мир, сказал он, - я сразу спросил мудрецов, можно ли взойти в небеса. Они ответили мне, что дозволено каждому, лишь бы не выбросили оттуда вон. Я усмехнулся и стал подниматься, думая, как и остальные, что все в мире могут получить радости небесные во всей полноте. Но на самом деле, как только я вошел, я чуть не умер, и боль, пронзившая мою голову и тело, свалила меня на землю. Я стал извиваться, как змея на огне, сползая к обрыву, с которого я и бросился вниз. Затем меня подобрали стоявшие внизу, и отнесли в гостиницу, где я пришел в себя".

Пятеро остальных также рассказали удивительные вещи о том, как они восходили в небеса. Они сравнивали состояние своей жизни при этом с состоянием рыб, вынутых из воды на воздух, или птиц в разреженном воздухе. Они сказали, что после таких тяжких испытаний у них не осталось никакого желания попасть в небеса, и они хотят жить только в обществе себе подобных, где бы то ни было. Им стало известно, что в мире духов, где они находятся, сначала всех готовят: добрых - к небесам, злых - к аду. Когда они готовы, им открываются дороги в те общества, где живут сходные с ними люди, и в этих обществах они остаются навсегда. Они вступают на эти дороги с удовольствием, поскольку это дороги их любви. Услышав это, все члены первого собрания признались, что у них тоже не было другого представления о небесах, кроме понятия о месте, где они смогут вечно досыта вкушать окружающие их радости.

В заключение ангел с трубой сказал им: "Теперь вам должно быть понятно, что небесные радости и вечное счастье не зависят от места, но являются состояниями жизни человека. Условия жизни в небесах происходит от любви и мудрости; а поскольку любовь и мудрость соединяет служение, то жизненные условия в небесах определяются их соединением в служении. То же самое можно сказать о милосердии, вере и добрых делах, поскольку милосердие это любовь, вера - это истина, ведущая к мудрости, а добрые дела - это служение. Между тем, в нашем духовном мире имеются такие же места, как и в природном мире, иначе нам негде было бы жить, то есть, не было бы отдельных жилищ. Но пространство здесь представляет собой не какие-либо места, а является видимостью пространства, зависящей от состояния каждого в смысле любви и мудрости, иначе говоря, милосердия и веры.

Каждый, кто становится ангелом, несет в себе собственные небеса, потому что в нем есть любовь, принадлежащая его небесам. Ведь человек от создания является в малом виде изображением, подобием и отпечатком больших небес. Именно в этом и заключается человеческий образ. Поэтому каждый человек входит в то общество в небесах, частным подобием которого он стал. Когда, таким образом, он попадает в это общество, он вступает в подобное себе, переходя от самого себя к себе в этом обществе, и от него - к этому обществу в себе. Он принимает тамошнюю жизнь, как свою собственную, а свою - как тамошнюю. Там каждое общество представляет собой как бы общий организм, и ангелы есть как бы однородные части, из которых составляется общество. Итак, из этого следует, что все охваченные злом, и поэтому ложью, образуют в себе подобие ада; такие в небесах мучаются от взаимного влияния и противоборства противоположного в противоположном. Ибо адская любовь противоположна небесной любви, и поэтому удовольствия этих двух видов любви сталкиваются между собой, как враги, и убивают друг друга в схватке".

740. После всего этого раздался голос с небес, обращенный к ангелу с трубой: "Выбери десятерых из всего собрания и приведи их к нам. Господь сказал нам, что приготовит их, чтобы три дня им не было никакого вреда от тепла и света, то есть от любви и мудрости, наших небес".

Десять человек были избраны и последовали за ангелом. Они взошли по крутой тропинке на возвышенность, а с нее - на гору, на вершине которой находились небеса тех ангелов, казавшиеся им прежде пространством среди облаков. Одни за другими перед ними открывались ворота, и когда они прошли через третьи, ангел, сопровождавший их, поспешил к правителю этого небесного общества, чтобы возвестить об их прибытии.

"Возьми с собой кого-нибудь из моих подданных, - ответил правитель, - и передай нашим гостям, что я рад их принять. Проводи их в придворные покои и отведи каждому комнату и спальню. Кроме того, возьми с собой нескольких дворецких и слуг, чтобы прислуживали им и выполняли их повеления". Все было сделано, как приказано.

Когда ангел ввел их внутрь, они спросили его, дозволено ли будет им пройти к правителю, чтобы увидеть его. "Сейчас утро, - ответил ангел, - а до полудня нельзя видеться с ним. До этого времени все заняты своими обязанностями и делами. Но вас пригласили на обед, где вы будете присутствовать за столом у нашего правителя. А пока я отведу вас во дворец, и вы сможете полюбоваться его великолепием и роскошью".

По дороге во дворец они в первую очередь осмотрели его снаружи. Дворец был обширным, построенным из порфира на основании из яшмы. Перед входом было шесть высоких колонн из лазурита, крыша была выложена золотыми листами, окна сделаны из самого прозрачного хрусталя, а рамы их - тоже из золота. После того, как они осмотрели дворец снаружи, их пригласили внутрь, и провели по комнатам; их взгляду предстало убранство неописуемой красоты, а под потолком - бесподобные резные украшения. У стен размещались столы из сплава серебра и золота, на которых лежали разнообразные бытовые принадлежности, украшенные драгоценными камнями, а некоторые - вырезанные из цельного самоцвета по небесному образу. И еще многое они видели, чего ни один глаз на земле не видел, а потому никто не мог подумать, что такое бывает на небесах.

Они были потрясены великолепием увиденного, но ангел сказал им: "Не удивляйтесь. Все, что вы видите, не является изделием или произведением ангельских рук. Это работа Зодчего вселенной, подаренная нашему правителю. Поэтому здесь - строительное искусство в своем совершенстве, от которого берет начало всякое строительное искусство в мире. Вы, возможно, решите, продолжал ангел, - будто все подобное пленяет наши глаза и ослепляет их настолько, что мы видим в этом радость наших небес. Однако не в этом наша сердечная радость; это лишь дополняет ее. Поэтому, насколько мы рассматриваем все это как дополнения, и как Божье творение, настолько видим в этом всемогущество и милость Бога".

741. Затем ангел сказал: "Еще не полдень. Пойдемте в сад нашего правителя, примыкающий ко дворцу". Они пошли, и при входе ангел пояснил: "Это самый пышный сад из всех садов нашего общества".

"О чем ты? - спросили спутники ангела. - Здесь нет никакого сада. Нам кажется, что тут только одно дерево, плоды на его ветвях и верхушке будто из золота, а листья - из серебра, по краям украшенные изумрудами; и под деревом - дети со своими нянями".

На это ангел ответил с глубоким чувством в голосе: "Это дерево - в середине сада, мы зовем его деревом наших небес; некоторые называют его деревом жизни. Подойдите ближе, ваши глаза откроются, и вы увидите сад". Они так и сделали; глаза их открылись, и они увидели деревья, увешанные вкуснейшими плодами и овитые виноградной лозой, верхушками склоненные к дереву жизни посередине".

Деревья эти были посажены непрерывными рядами, расходящимися наружу бесчисленными кольцами или витками бесконечной спирали. Таким образом получалась совершенная спираль из деревьев, в которой каждый вид последовательно сменял другой в порядке превосходства их плодов. Начало спирали находилось на порядочном расстоянии от дерева посередине, и в этом пространстве разливалось сияние, от которого деревья во всех кольцах блистали каждое в своем великолепии, от первого до последнего. Первые деревья были самыми благородными и были усыпаны изысканными плодами. Они назывались райскими деревьями, невиданными, потому что таких не бывает и не может быть ни в одной стране природного мира. За ними следовали оливковые деревья, дающие масло, и деревья, дающие вино. Далее шли душистые деревья, а по краям - деревья, полезные своей древесиной. Там и тут в этих кольцах или спиралях из деревьев встречались скамьи, сделанные из вытянутых вперед и сплетенных между собой ветвей деревьев позади них, украшенные и наряженные их плодами. В этом непрерывном хороводе деревьев попадались проходы, ведущие в цветники, а из них - на лужайки, состоявшие из газонов и клумб.

Пришедшие с ангелом, видя все это, воскликнули: "Вот так выглядят небеса! Куда ни обратишь свой взор, все производит впечатление небесного рая, все неописуемо". Ангелу было приятно это слышать, и он заметил: "Все наши небесные сады представляют собой видимые формы, или изображения, разнообразного счастья небесного в его источнике. А поскольку влияние этого счастья привело в восторг ваши умы, вы и воскликнули: "Вот так выглядят небеса!" Но те, кем это влияние не принимается, видят эти райские сады, как обычные леса. Влияние это принимается теми, у кого есть любовь к служению. Те же, у кого есть только любовь к славе, которая не от служения, не принимают этого влияния". Затем он объяснил и рассказал, что изображает и означает в этом саду каждая вещь в отдельности.

742. Между тем пришел посланник от правителя, который приглашал отобедать с ним. Тут же явились и двое придворных, которые принесли одежды из белого льна и сказали: "Наденьте это, поскольку никому не дозволяется садиться за стол правителя без небесных одежд".

Они облачились в принесенную одежду, подпоясались и последовали за своим ангелом, который привел их в открытую галерею дворца, предназначенную для прогулок, чтобы они подождали правителя. Здесь ангел представил их многим известным людям и государственным деятелям, которые тоже ожидали правителя. Через некоторое время двери распахнулись, и через ту, что была побольше, на западе, вошел правитель в сопровождении пышного шествия. Ему предшествовали личные советники, за ними - советники казначейства, далее - главные придворные. Среди них шел правитель, за которым следовали придворные различных чинов, и в конце - свита. Всего их было сто двадцать человек.

Ангел встал во главе десяти новоприбывших, одетых, как местные жители. Он приблизился вместе с ними к правителю и вежливо представил их. Правитель, не останавливаясь, сказал им: "Прошу, отобедайте со мной".

Они последовали за ним в трапезную и увидели там великолепно накрытый стол. Посреди него возвышалась золотая пирамида с сотней блюд, расположенных на подставках в три ряда. На блюдах были сладкие булочки, виноградные цукаты и другие лакомства из хлеба и вина. В середине пирамиды был устроен как бы фонтанчик из сладкого вина, струя которого разделялась на вершине ее и наполняла бокалы. Сбоку пирамида имела золотые выступы, на которых располагались тарелки и блюдца, наполненные всякого рода едой. Эти выступы, на которых располагались тарелки и блюдца, представляли собой образцы небесного искусства, основанного на мудрости, которые в мире невозможно ни создать никаким умением, ни описать никаким языком. Тарелки и блюдца были сделаны из серебра и украшены по кругу резьбой, такой же, как и на их подставках. Бокалы были из прозрачных самоцветов. Вот как был накрыт стол.

743. Вот как были одеты правитель и его подданные. На правителе была длинная пурпурная мантия с вышитыми на ней серебряными звездами. Под мантией он носил блузу из блестящего голубого шелка, открытую до пояса на груди, на котором был виден герб этого общества. На гербе была изображена орлица на верхушке дерева, высиживающая своих птенцов; он блестел золотом и был окружен бриллиантами. Личные советники были одеты почти так же, но без герба; вместо него они носили резные сапфиры на золотых цепочках, одетых на шею. Придворные были одеты в каштановые накидки, с вышитыми орлятами в окружении цветов; блузы, а также панталоны и чулки у них были из опалового шелка. Вот как они были одеты.

744. Личные советники, советники казначейства и придворные, стоя вокруг стола, по знаку правителя сложили руки и вместе произнесли благодарственную молитву Господу. Затем правитель кивнул и все сели за стол на мягкие сидения. "И вы присаживайтесь со мной за стол, - сказал правитель десяти гостям, - вот ваши места". Дворцовая прислуга, посланная к ним ранее, расположилась позади них. Правитель сказал: "Возьмите себе каждый по тарелке с подставки и по блюду с пирамиды". И когда все взяли предложенное, на месте прежних вдруг возникли новые тарелки и блюда. Бокалы их наполнились из фонтанчика, и они принялись за еду.

Когда они достаточно насытились, правитель обратился к десятерым гостям со словами: "Я слышал, что вас созвали на собрание на земле под этими небесами, чтобы вы высказали свои мысли о небесных радостях и вечном счастье, происходящем от них. Я слышал также, что вы высказывались по-разному, в зависимости от того, какое из телесных удовольствий для вас больше значит. Но что такое телесные удовольствия без душевных? Именно в душе заключается их привлекательность. Удовольствия души в своей сущности являются неразличимыми состояниями блаженства, которые становятся все более и более воспринимаемыми по мере того, как нисходят в мысли ума, а из них - в ощущения тела. В мыслях ума они воспринимаются, как нечто радостное, в чувствах тела - как нечто им приятное, а в самом теле - как удовлетворение. Из всего этого вместе слагается вечное счастье, но одно последнее дает не вечное счастье, а лишь временное, которое когда-нибудь кончается и уходит, а иногда превращается в несчастье. Вы видели, что все ваши радости есть среди небесных радостей, и превосходят всякое ваше воображение; тем не менее, они не привлекают наши умы внутренне.

От Господа в наши души втекают любовь, мудрость и служение, - три как одно целое, или триада. Любовь и мудрость, однако, проявляются лишь как понятия, поскольку они не выходят за пределы склонностей и мыслей, заключенных в уме. Но они обретают существование в служении, поскольку соединяются при этом в действии и работе тела. Там, где они осуществляются на деле, они продолжают существовать. Поскольку любовь и мудрость проявляются и затем существуют в служении, то именно служение для нас привлекательно. Служение же состоит в преданном, честном и старательном исполнении обязанностей по своему роду занятий. Любовь к служению, а значит, и усердие в служении, делает ум сосредоточенным и не дает ему бесцельно блуждать, впитывая всевозможные страсти, проникающие из тела и из мира через чувства, и обольщающие его, отчего все истины религии и нравственности пускаются по ветру вместе с любым добром, от них происходящим. Но усердное посвящение своего ума служению собирает эти истины вместе и связывает их между собой, располагая ум к принятию мудрости, которую они дают, и в то же время изгоняет из ума обманы и глупость всякой лжи и суеты. Однако вам еще многое скажут на эту тему те мудрецы нашего общества, которых я пошлю к вам сегодня во второй половине дня".

С этими словами правитель встал из-за стола вместе со всеми сотрапезниками, которым он пожелал мира, и сказал ангелу, сопровождавшему гостей, чтобы тот проводил их обратно в покои и оказал им все должное гостеприимство. Он также велел ему пригласить к ним учтивых и любезных людей, чтобы те развлекали их беседами о разнообразных радостях этого общества.

745. Когда они вернулись в свои комнаты, все было готово. Из города пришли те люди, которых пригласили развлечь гостей разговорами о различных радостях этого общества. После приветствий они стали вести изысканную беседу, прогуливаясь вместе. Ангел, сопровождавший гостей, рассказал, что эти десять человек приглашены в их небеса посмотреть на их радости, чтобы у них сложилось новое представление о вечном счастье. Он попросил рассказать им что-нибудь о тех радостях, которые касаются телесных чувств. "А позже придут мудрецы, которые будут говорить о том, что превращает эти радости в блаженство и счастье", - сказал он.

В ответ на просьбу люди, приглашенные из города, рассказали следующее: "Здесь у нас бывают праздники, объявляемые правителем для умственного отдыха тех, кого утомила страсть к соревнованию. В эти дни на площадях устраиваются музыкальные и певческие концерты, а за городом - игры и представления. В это время на площадях строят хоры, огороженные перилами из переплетенных виноградных лоз, с которых свисают гроздья винограда. На них в три яруса располагаются места, на которых сидят музыканты со струнными и духовыми инструментами, низкими и высокими по тону, как с мощным, так и с нежным звучанием; а с обеих сторон от них - певцы и певицы. Они развлекают горожан самыми приятными гимнами и песнями, как хоровыми, так и сольными, время от времени меняя стиль. По праздникам такие концерты продолжаются с утра и до полудня, а затем весь день до вечера.

Кроме того, каждое утро можно слышать доносящееся из домов вокруг площадей сладкозвучное пение девушек и девочек, которому вторит весь город. Каждый день песня посвящена какой-либо одной из склонностей духовной любви. То есть, склонность эта слышится в переливах и колебаниях поющих голосов, и ощущается в пении, будто она и вправду присутствует в нем. Она проникает слушателям в душу и вызывает в них соответствующие чувства. Таково небесное пение. Поющие говорят, что звук их песен словно воодушевляет и увлекает их внутренне, пробуждая в них радость по мере того, как их принимают слушатели. Когда пение оканчивается, окна и двери домов на площадях и улицах закрываются, и весь город погружается в тишину, так что не слышно ни звука и не видно ни одного праздного прохожего. Все приступают тогда к своим повседневным занятиям.

Но в полдень двери открываются, а где и окна - после полудня. На улицах играют мальчики и девочки под присмотром нянь и воспитателей, сидящих у дверей домов.

У окраин города есть поля для разнообразных игр мальчиков и девочек. Там устраиваются бега наперегонки и игры с мячом. Есть также игры, называемые теннисом, в которых мячиком бьют в стенку и отбивают его. Кроме того, мальчики соревнуются между собой, кто сильнее и кто слабее в слове, действии и сообразительности. Сильнейший получает в награду лавровые листья. Есть еще много других игр, предназначенных для развития скрытых способностей у детей.

Ко всему прочему бывают еще и представления, разыгрываемые актерами на сценах за городом. В них изображаются разнообразные преимущества и достоинства нравственной жизни. Некоторые роли в этих представлениях предназначены для сравнения". "Почему для сравнения?" - спросил один из десятерых гостей. "Ни одну добродетель, - ответили ему, - нельзя живо изобразить во всем достоинстве и всей привлекательности ее без сравнения степеней этой добродетели от высшей до низшей. Такие роли показывают низшую добродетель, вплоть до ее отсутствия. Вместе с тем строго соблюдается правило, чтобы не изображать чего-либо противоположного, то есть нечестивого или неподобающего, разве только иносказательно и отдаленно. Такой закон установлен по той причине, что никакая добродетель в своем достоинстве и добре не может опуститься до недостойного и злого, но лишь до своего низшего проявления или отсутствия; и лишь когда она обращается в ничто, начинается противоположное. Поэтому небеса, где все достойно и хорошо, не имеют ничего общего с адом, где все недостойно и плохо".

746. Во время их беседы прибежал слуга и объявил, что по приказу правителя прибыли восемь мудрецов и желают войти. Услышав это, ангел вышел, чтобы встретить их и принять. Затем, после положенного знакомства и взаимных приветствий, мудрецы начали с того, что рассказали о том, с чего мудрость начинается и как она растет. Между прочим они уделили большое внимание ее развитию, заметив, что у ангелов мудрость не имеет предела и никогда не исчерпывается, но возрастает и умножается бесконечно.

При этих словах ангел, возглавлявший гостей, сказал: "Наш правитель за столом говорил с этими людьми о том, что мудрость заключается в служении. Не угодно ли и вам сказать об этом?" "Человек, как он был создан, отвечали они, - наделен мудростью и любовью к мудрости, но не ради него самого, а для того, чтобы он делился ею с другими. Посему написано в изречениях мудрецов, что никто не мудр для себя, или никто не живет для себя, но и для других тоже. В этом начало общества, а иначе оно не могло бы существовать. Жить для других - значит служить. Служение - вот на чем держится общество, и для него есть столько же путей, сколько способов делать добро; служения неисчислимы. Бывают служения духовные, которые относятся к любви к Богу и любви к ближнему. Бывают служения нравственные и гражданские, которые относятся к любви к обществу и стране, в которых живет человек, к собратьям и соотечественникам, с которыми он живет. Бывают природные служения, которые относятся к мирской любви и ее потребностям. И бывают телесные служения, то есть собственные нужды, ради того, чтобы быть в состоянии исполнять служения более высокие.

Все эти служения заложены в человеке, в должном порядке следуя друг за другом. Одновременно присутствуя в нем, они заключены одно в другом. Кто предан первым служениям, духовным, тот пребывает и в остальных, и тот мудр. Но кто не предан первым служениям, а остается во вторых и последующих, тот не мудр, а только кажется таковым по внешней видимости нравственности и гражданственности. Тот, кто не предан ни первому, ни второму роду служения, а лишь третьему и четвертому, далек от мудрости, потому что он - сатана, любящий одно мирское и себя ради мирского. Тот же, кто предан одному четвертому виду служения, в мудрости - ничтожнейший из всех, ибо он - дьявол, живущий только для себя, а если и делает что-либо для других, то только ради себя самого.

Кроме того, у каждой любви есть свои удовольствия, ибо они составляют ее жизнь; удовольствие же любви к служению есть небесное удовольствие, которое входит во все удовольствия, следующие за ним по порядку, и в соответствии с порядком, в котором они следуют одно за другим, они возвышаются и становятся вечными". Затем они перечислили некоторые небесные наслаждения, происходящие от любви к служению, заметив, что их мириады, и что ими обладает всякий, кто входит в небеса. Так, в мудрых беседах о любви к служению, они провели остаток дня.

А к вечеру явился гонец в льняной одежде, чтобы пригласить десятерых гостей вместе с ангелом на свадьбу, которая должна была состояться на следующий день. Гости очень обрадовались, что смогут увидеть и свадьбу на небесах. Затем их пригласили на ужин к одному из личных советников. Вернувшись после ужина, они разошлись по своим спальням и уснули до утра.

Проснувшись поутру, они услышали пение девушек и девочек, о котором им говорили, и которое доносилось теперь из домов на городской площади. Та склонность, что слышалась в песне в этот раз, была супружеской любовью. Нежность этого пения глубоко тронула и взволновала их. Они почувствовали, как прежние радости их наполняет блаженное очарование, несущее восторг и свежесть. Когда пришел срок, ангел объявил: "Оденьтесь в те небесные одежды, что послал вам наш правитель". Одевшись, они увидели, что их наряды сияют словно пламенным светом. "Отчего это?" - спросили они у ангела. "От того, что вы идете на свадьбу, - ответил ангел, - в таких случаях в нашем обществе одежды светятся и превращаются в свадебные".

747. Затем ангел повел их в дом, где происходило бракосочетание, и привратник распахнул перед ними дверь. Как только они ступили за порог, их приветствовал ангел, посланный женихом. Их отвели в дом и показали приготовленные для них места. Затем их пригласили в преддверие брачного покоя, посреди которого стоял стол, и на нем семисвечие с золотыми ветвями и чашами. По стенам были развешены серебряные светильники, светом своим придававшие комнате золотистый отблеск. По бокам семисвечия находились два стола, на которых были разложены в три ряда хлебы, а по углам комнаты располагались столики с хрустальными бокалами.

Пока они осматривали все это, дверь в следующую комнату отворилась, и из нее появились шесть девушек, за которыми следовали жених с невестой. Держась за руки, они повели друг друга к своим местам, устроенным прямо напротив семисвечия, и заняли их. Жених сел слева, а невеста - справа от него. Девушки стали за сидением невесты. Жених был одет в блестящую пурпурную накидку и белоснежную льняную блузу с ефодом, украшенным золотой пластиной с бриллиантами по кругу. На пластине был изображен орленок, свадебная эмблема этого небесного общества. Голову жениха украшала митра. Невеста была одета в ярко-красную мантию и вышитое платье, спадавшее от шеи до самого пола, и прихваченное под грудью золотым поясом; голову ее венчала золотая с рубинами корона.

Когда они сели рядом на свои места, жених повернулся к невесте и надел ей на палец золотое кольцо. Затем он достал браслеты и жемчужное ожерелье, и застегнул браслеты у нее на запястьях, а ожерелье - вокруг шеи, со словами: "Прими это в залог". Отдав ей все это, он поцеловал ее, сказав: "Теперь ты моя," - и назвал ее женой.

При этом все гости воскликнули: "Благословенны будьте!" - сначала каждый в отдельности, а затем все вместе. И посланник от правителя тоже сказал это. В этот момент все помещение наполнилось ароматным дымом благовоний, что означало благословение с небес. Затем слуги взяли хлеб с двух столов рядом с семисвечием и бокалы, которые теперь были наполнены вином, со столов в углах, и подали каждому из гостей по хлебу и по бокалу. Они стали есть и пить. Потом муж и его жена встали и, сопровождаемые шестью девушками с серебряными светильниками в руках, теперь зажженными, до порога брачного покоя, вошли в него; дверь за четой новобрачных закрылась.

748. Далее ангел, сопровождавший десятерых прибывших с ним, рассказал, что ему было поручено привести их в это общество, и он показал им великолепие дворца правителя вместе со всей его чудесной обстановкой, а также о том, как они присутствовали у правителя на обеде и говорили с мудрецами этого общества. Он попросил гостей позволить им поучаствовать в беседе. Тогда они собрались вместе и стали разговаривать.

Один из мудрецов, бывших на свадьбе, спросил: "Понимаете ли вы, что означает увиденное вами?" Они ответили, что понимают немногое, и спросили его, почему жених, который теперь стал мужем, был так одет. Он ответил: "Жених, а теперь муж, изображал собой Господа, а невеста, теперь жена, изображала собой церковь, по той причине, что в небесах бракосочетание символизирует супружество Господа с церковью. Вот почему на голове его была митра, и сам он был одет в накидку, блузу и ефод, подобно Аарону, а невеста, теперь жена, была в короне и в мантии, как царица. Завтра они будут одеты иначе, поскольку такая символическая одежда остается только на сегодня".

Ему задали другой вопрос: "Раз он изображал Господа, а она - церковь, то почему она сидела справа?" Мудрец ответил: "Потому что супружество Господа и церкви образуется любовью и мудростью; Господь есть любовь, а церковь - мудрость. Мудрость же справа от любви, поскольку член церкви обладает мудростью словно бы от себя самого, а насколько он мудр, настолько он принимает любовь от Господа. Кроме того, правая рука означает силу, а любовь приобретает силу через мудрость. Однако, как я сказал, после свадьбы символы изменятся, ибо тогда уже муж будет изображать мудрость, а жена - любовь к этой мудрости. Но это не первичная, а вторичная любовь, которую жена получает от Господа через мудрость мужа. Любовь Господня, то есть первичная любовь, это любовь мужа быть мудрым. Итак, после свадьбы муж и жена вместе изображают церковь".

Следующий вопрос был: "Почему рядом с женихом, теперь мужем, не стояли вы, мужчины, тогда как рядом с невестой, теперь женой, стояли шесть девушек?" "Причина тому, - сказал мудрец, - что сегодня мы тоже причислены к девушкам, а число шесть означает всех, или нечто полное". "Почему?" спросили его. "Девушки означают церковь, а церковь состоит из обоих полов. Мы, таким образом, относительно церкви тоже девушки. Это явствует, например, из Откровения:

Это те, которые не осквернились с женщинами, ибо они девы, и они следуют за Агнцем, куда бы Он ни пошел. Откр. 14:4.

Именно потому, что девы означают церковь, Господь уподобил ее десяти девам, или девственницам, приглашенным на свадьбу (Матф. 25:1 сл.). Именно потому, что Израиль, Сион и Иерусалим означают церковь, в Слове так часто говорится о деве или дочери Израиля, Сиона или Иерусалима. Господь изображает Свое супружество с церковью также в следующих словах Псалма Давидова:

Царица по правую руку Тебя в лучшем Офирском золоте. Одежда ее шита золотом; в вышитой одежде ведут ее к царю; за нею и девы, подруги ее, войдут в царский дворец. Пс. 44:10-16".

В завершение они спросили: "Не нужно ли было пригласить священника для совершения свадебного обряда?" "Это необходимо на земле, - сказал мудрец, - но не в небесах, поскольку здесь изображаются Сам Господь и церковь. Об этом не известно на земле. У нас же священник ведет помолвку: выслушивает, принимает, подтверждает и освящает согласие жениха и невесты. Согласие это главная составляющая бракосочетания, а все остальные обряды, следующие затем, являются лишь церемониями".

749. Вслед за тем сопровождающий ангел обратился к тем шестерым девушкам, рассказав и им о своих спутниках, с просьбой любезно уделить им немного времени. Девушки направились к ним, однако, подойдя ближе, вдруг повернули назад и ушли в женские комнаты к своим подругам. Видя это, ангел последовал за ними и спросил, почему они так неожиданно ушли, не сказав ничего гостям. "Мы не могли подойти ближе", - ответили они. "Но почему?" спросил он. "Мы не знаем, - сказали они в ответ, - но мы почувствовали, как что-то нас отталкивает и тянет назад. Простите нас, пожалуйста".

Ангел вернулся к своим спутникам и передал им ответ, добавив: "Полагаю, что ваше влечение к противоположному полу не целомудренно. Мы в небесах любим девушек за их красоту и изящность в обращении; мы любим их очень сильно, но непорочно". Спутники его рассмеялись, сказав: "Твое предположение правильно: кто же может видеть рядом такую красоту и не ощутить при этом никакого желания?"

750. По окончании свадебного торжества все приглашенные стали расходиться, и вместе с ними наши десятеро гостей с ангелом, поскольку был уже поздний вечер, и пора было спать. На заре они услышали возвещение: "Сегодня суббота!" Встав, они спросили у ангела, что это значит. "Так у нас созывают на богослужения, - ответил тот, - которые назначаются священниками в определенные дни. Они проводятся в наших храмах и длятся около двух часов. Если вам угодно, пойдемте, я возьму вас с собой".

Они оделись и вместе с ангелом пришли в храм. Храм оказался обширным, вмещающим около трех тысяч человек, полукруглым, со скамьями или рядами сидений, изогнутыми по форме здания. Напротив них находилась кафедра, отодвинутая немного вглубь. Налево позади кафедры была дверь. Десятеро гостей вошли вместе с сопровождавшим их ангелом, который указал им, где сесть, пояснив: "Каждый приходящий в храм знает свое место; оно известно ему по внутреннему наитию, и никто не может сидеть где-то еще. Если он сядет в другом месте, он ничего не сможет слышать и воспринимать, и кроме того, нарушит порядок, а от этого у священника не будет вдохновения".

751. Когда все собрались, священник взошел на кафедру и прочитал проповедь, проникнутую духом мудрости. Проповедь была посвящена святости Священного Писания, и тому, как посредством него Господь соединяется с духовным и природным мирами. Будучи в озарении, он доказал со всей полнотой, что эта святая книга продиктована Господом Иеговой, и потому Он присутствует в ней до той степени, что Сам является истиной, в ней заключенной. Но истина, которая есть Сам Господь в Слове, скрывается под буквальным смыслом, и не доступна никому, кроме обладающих истинами учения и живущих при этом доброй жизнью, которые в Господе и Господь в них. Он закончил свою проповедь искренней молитвой, после чего сошел с кафедры.

Пока паства расходилась, ангел попросил священника сказать несколько напутственных слов своим спутникам. Он присоединился к ним, и они проговорили около получаса. Священник беседовал с ними о Божественной Троице, говоря, что она - в Иисусе Христе, в котором вся полнота Божества пребывает телесно, как сказал Апостол Павел. Затем он говорил о союзе милосердия и истины, поскольку вера есть истина.

752. Поблагодарив его, они вернулись домой. Там ангел сказал им: "Уже третий день, как вы взошли в это небесное общество, а Господь приготовил вас, чтобы вы могли оставаться здесь три дня. Нам пора расставаться. Снимите одежды, данные вам правителем, и оденьтесь в свои собственные". Одевшись в свое, они почувствовали желание уйти. Они стали спускаться вместе с ангелом, проводившим их до самого места собрания. И там они воздали благодарение Господу за то, что Он соизволил наградить их знанием, а значит и разумением, о небесных радостях и вечном счастье.

Глава 14. Конец века, пришествие Господа, новые небеса и новая церковь.

XCIX Конец века - это последнее время, или конец церкви.

753. Эта земля видела много церквей, и все они с течением времени приходили к своему концу, вслед за чем возникали новые, и так далее, до наших дней. Церковь приходит к своему концу, когда в ней не остается уже никакой Божественной истины, но лишь искаженная и отвергнутая истина. Где нет подлинной истины, там не может быть и никакого подлинного добра, поскольку любое качество добра образуется истинами; ибо добро является сущностью истины, а истина - формой добра, и никакое качество не может существовать без формы. Добро и истина могут быть разделены не более, чем воля и разум, или, что то же самое, чем склонность любви и мысль, которой она дает начало. Следовательно, когда истина в церкви истощается, то же самое происходит и с ее добром. При этом церковь прекращает свое существование, то есть приходит к своему концу.

754. Церковь приходит к своему концу по-разному. В основном из-за таких обстоятельств, в которых ложь начинает казаться истиной; если же ложь принимают за истину, то добро, если это добро по сущности, называемое духовным добром, не может далее существовать. Все, что затем считается добром, является лишь добром природным, происходящим от нравственной жизни. Главной причиной истощения истины, а вместе с нею и добра, служат два природных вида любви, полностью противоположные двум духовным видам любви. Они называются любовью к себе и любовью к миру. Когда любовь к себе господствует, она противоположна любви к Богу; когда любовь к миру господствует, она противоположна любви к ближнему. Любовь к себе - это желание добра одному себе, а если другому, то только ради себя; подобно тому и любовь к миру. Как только эти виды любви берут власть, они распространяются, как гангрена по телу, разрушающая постепенно все его части. Что такая любовь овладевала церквями прошлого, ясно из описания Вавилона (Бытие 11:1-9; Исаия, главы 13,14 и 47; Иер. гл. 50; Дан. 2:31-47; 3:1-7 сл.; гл. 5; 6:8-до конца; 7:1-14; и в Откровении, гл. 17 и 18, от начала до конца). В своем конце Вавилон так вознесся, что не только присвоил Божественную власть Господа, но и сделал все возможное, чтобы захватить все сокровища мира.

По некоторым признакам и далеко не обманчивым наблюдениям можно заключить, что не только в Вавилоне у многих руководителей церкви могли бы обнаружиться такие виды любви, если бы их власть не обуздывалась и, вследствие того, не ограничивалась. Чего еще можно ожидать от подобных людей, кроме того, что они будут считать себя Богом, мир - небесами, и извратят всю истину в церкви? Ибо подлинную истину, которая истинна по сути, не может познать и признать человек чисто природный; и Бог не может наделить его этой истиной, потому что она станет тогда своей противоположностью и превратится в ложь. Наряду с этими двумя видами любви есть еще много причин, по которым истина и добро истощаются, отчего настает конец церкви; но все это - вторичные причины, подчиняющиеся двум первым.

755. Что конец века - это последнее время церкви, ясно из тех мест в Слове, где о нем говорится. Например:

Я слышал о конце и истреблении, определенном от Иеговы для всей земли. Исаия 28:22.

Истребление неизбежно, правда одолела; ибо Господь Иегова Саваоф совершает истребление и определяет конец всей земле. Исаия 10:22,23.

Огнем ревности Иеговы будет пожрана вся земля, ибо внезапное истребление совершит Он над всеми жителями земли. Соф. 1:18.

Земля во всех этих отрывках означает церковь, поскольку имеется в виду земля Ханаанская, в которой была церковь. То, что земля, или страна, означает церковь, было подтверждено многими примерами из Слова в "Апокалипсисе открытом" (285, 902).

Наконец, на крыльях мерзостей запустение, пока не придет конец и истребление, будет литься на опустошенное. Дан. 9:27.

Здесь у Даниила говорится о конце нынешней Христианской церкви; см. Матф. 24:15.

Вся земля будет опустошена, но истребления еще не сделаю. Иер. 4:27.

Беззаконие Аморреев еще не окончилось. Бытие 15:16.

Иегова сказал: Сойду и посмотрю, закончено ли у них так, как достиг меня вопль, восходящий ко Мне, или нет. Бытие 18:21. Это сказано о Содоме.

Последнее время нынешней Христианской церкви подразумевалось также Господом под концом века в следующих местах:

Ученики спросили Иисуса: Какой признак Твоего пришествия и конца века? Матф. 24:3.

Во время жатвы я скажу жнецам: соберите прежде плевелы, чтобы сжечь их. Пшеницу уберите в житницы. Так будет в конце века. Матф. 30,39,40.

Так будет в конце века: выйдут ангелы, и отделят злых от праведных. Матф 13:49.

Иисус сказал ученикам: Вот, Я с вами до самого конца века. Матф. 28:20.

Необходимо знать, что опустошение, запустение и истребление имеют одно и то же значение: конец. Однако запустение означает конец истины, опустошение - конец добра, а истребление - окончательное истощение того и другого. Полнота времени, при которой Господь пришел в мир, и при которой Он снова придет, - это тоже конец.

756. В природном мире имеется множество примеров для понимания конца века. Ибо здесь, на земле, все стареет и всему приходит конец, в череде последовательных состояний, которая называется круговоротом. Время тоже идет по кругу, как в общем, так и в частности. В общем - год протекает от весны к лету и через осень к своему концу, то есть зиме, и далее снова к весне. Это тепловой круг. В частности - день проходит от утра через полдень к вечеру, и заканчивается ночью, за которой возвращается снова к утру. Это световой круг. Каждый человек тоже проходит через свой природный круг жизни, начиная с детства, вступая затем в юность и зрелость, старея и умирая. То же самое и любая птица небесная и любой зверь земной. И всякое дерево тоже, начинаясь с ростка, вырастает до своей полной высоты, а затем постепенно увядает и погибает. То же самое происходит с любым кустом и любой травой, и даже с любым листом и цветком, да и с самой землей, которая с течением времени становится бесплодной. То же и стоячие водоемы, которые мало помалу загнивают. Все это показывает, как повторяется конец предметов природных и временных, которые затем постоянно возобновляются. Ибо когда одно проходит от своего начала до своего конца, появляется подобное ему другое. Таким образом, все рождается и умирает, и рождается вновь, отчего и возможно сохранение творения. Все сказанное относится и к церкви, поскольку церковь - это люди, которые в общем смысле все составляют церковь. Одно поколение сменяет другое, и нравы постоянно меняются. Раз укоренившись, порок передается следующим поколениям, как предрасположенность к пороку, и не может быть искоренен иначе как возрождением, которое может осуществить только Господь.

C Настоящее время - последнее время Христианской церкви, предреченное и описанное Господом в Евангелиях и Откровении.

757. В предыдущем разделе было показано, что конец века означает последнее время церкви. Из этого ясно, что подразумевается под концом века, о котором говорил Господь в Евангелиях (Матф., глава 24; Марк, глава 13; Лука, глава 21). Ибо написано:

Когда сидел Иисус на горе Масличной, подошли к Нему ученики и спросили наедине: какой признак Твоего пришествия и конца века? Матф. 24:3.

Тогда Господь стал предсказывать и описывать конец, который должен постепенно настать к Его приходу, и как Он придет на облаках небесных с силой и славой, и соберет вместе Своих избранных, и многое другое (стихи 30,31); однако ничего такого не произошло, когда был разрушен Иерусалим. Господь, описывая все это, говорил пророческим языком, в котором любое слово наполнено глубоким смыслом. Смысл этих описаний подробно разъяснен в "Небесных тайнах" (3353-3356, 3486-3489, 3650-3655, 3751-3757, 3897-3901, 4056-4060, 4229-4231, 4332-4335, 4422-4424).

758. Все, о чем говорил Господь с учениками, относилось к последнему времени Христианской церкви. Это хорошо видно из Откровения, где имеются такие же предсказания о конце века и пришествии Господа. Все они были подробно разъяснены в "Апокалипсисе открытом" (изданном в 1766 году). Итак, поскольку то, о чем говорил Господь Своим ученикам, совпадает с тем, что явлено Им на эту тему через Иоанна в Откровении, совершенно ясно, что Он имел в виду конец именно Христианской церкви наших дней. Кроме того, о конце этой церкви было пророчество у Даниила, почему и сказал Господь:

Когда увидите мерзость запустения, предреченную через пророка Даниила, стоящую на святом месте (заметь себе хорошенько всякий читающий),... Матф. 24:15, Дан. 9:27.

Подобные замечания есть и у других пророков.

Такая мерзость запустения и настала теперь в Христианской церкви, что будет более ясно из Приложения, где показано, что в этой церкви не осталось ни одной подлинной истины, и что если не будет образована новая церковь взамен нынешней, никакая плоть не может спастись, как сказал Господь у Матфея (24:22). Те люди на земле, которые убедили себя в своих ложных верованиях, не могут видеть, что Христианская церковь, как она есть на сегодняшний день, до такой степени истощена и опустошена. Это объясняется тем, что подтверждать ложь - значит отрицать истины. Такое отрицание становится как бы завесой перед разумом, которая загораживает путь в него всему, что могло бы выдернуть те веревки и колья, на которых основано и возведено, подобно прочному шатру, его мировоззрение. Вместе с тем, природная способность к рассуждению может доказать все что угодно, и ложное, и истинное. И то, и другое, будучи доказанным, представляется в одинаковом свете, и никак нельзя уже распознать, тот ли это обманчивый свет, какой бывает во сне, или истинный свет, подобный дневному. Но совсем другое - духовная способность к рассуждению, которой обладают взирающие на Господа и от Него любящие истину.

759. По этим причинам все церкви, состоящие из людей, видящих только то, что сами себе доказали, кажутся себе единственными обладателями света, а всех остальных, не согласных с ними, считают пребывающими во тьме. Ибо все видящие только то, что сами себе доказали, подобны совам, которые видят свет во мраке ночи, а днем видят солнце и его лучи, как густую тьму. Таковы были и есть все церкви, чьи ложные учения основали те их руководители, которые считали себя исключительно остроглазыми, и свое собственное разумение сделали утренним светом, а Слово - вечерним. Разве Иудейская церковь в состоянии своего полного опустошения, то есть во время пришествия в мир Господа нашего, не кричала во весь голос устами книжников и законников, что она одна в небесном свете, поскольку обладает Словом? И тем не менее именно Иудеи распяли Мессию, то есть Христа, который и есть само Слово и все, что только есть в нем. О чем кричала церковь, подразумеваемая под Вавилоном у Пророков и в Откровении, если не о том, что она царица и мать всех церквей, а те, что отделились от нее незаконнорожденное потомство, которое должно быть отлучено? И это несмотря на то, что она скинула Господа Спасителя с Его престола и алтаря и сама воссела вместо Него.

Не кричит ли всякая церковь, даже самая еретическая, на всю страну или весь город, в которых она принята, о том, что она одна, правоверная и вселенская, обладает Евангелием, провозглашенным ангелом в небе (Откр. 14:6)? И кто не слышит голоса толпы народной, вторящей согласным отзвуком? Разве весь Дортский Синод не смотрел на предопределение, как на звезду, упавшую с небес им на головы, и не целовал этот учение так же, как филистимляне целовали изваяние Дагона в Авен-Езерском капище в Азоте , а греки - Палладий в храме Минервы108? Ведь они провозгласили это учение палладием109 своей религии, не подозревая, что падающая звезда - это всего лишь метеор с его обманчивым светом. Под воздействием такого света мозг может при помощи заблуждений доказать любую ложь, да так, что свет этот выставит истинным, а звезду - неподвижной, и в конце концов, засвидетельствует, что эта звезда - путеводная.

Кто может с большей уверенностью убеждать других в своих предрассудках, чем безбожник, поклоняющийся природе? Настроенный против всего Божественного в Боге, всего небесного в небесах и всего духовного в церкви, разве не посмеется он от души над всем этим? Какой сумасшедший не верит, что его безумие - это мудрость, а мудрость - это безумие? Кто может по взгляду отличить свечение гнилого дерева от света луны? Не отвергнет ли душистые вещества всякий, кому противен их запах, что обычно бывает с женщинами при внутренних недомоганиях, и не предпочтет ли им дурно пахнущие? Все эти примеры приведены здесь, чтобы стало понятно, что природный свет сам по себе не позволяет распознать, когда приходит конец церкви, иначе говоря, когда в ней не остается ничего, кроме ложных учений, если только истина не блеснет с небес в своем собственном свете. Ложь не может видеть истины, но истина может видеть ложь; и всякий создан так, что может видеть и постигать истину, когда слышит ее. Однако тот, кто уже уверился в ложных учениях, не может привнести истину в свой разум так, чтобы она осталась, потому что для нее не будет места; а если случайно и будет, то полчища лжи, скопившиеся там, вышвырнут ее вон, как нечто инородное.

CI Последнее время Христианской церкви - это полная ночь, в которой окончились все прежние церкви.

760. От сотворения этой земли было, вообще говоря, четыре церкви, сменивших одна другую. Об этом можно заключить как из исторических, так и из пророческих книг Слова, главным образом из книги Даниила. В ней эти четыре церкви изображены истуканом, которого видел во сне Навуходоносор (глава 2), и далее четырьмя зверями, вышедшими из моря (глава 7). Первая церковь, которую можно назвать Древнейшей Церковью, существовала до потопа, и потоп изображает ее конец, или гибель. Вторая церковь, которую можно назвать Древней Церковью, существовала в Азии и в части Африки; к концу и гибели ее привело идолопоклонство. Третьей была Израильская церковь, началом которой послужило провозглашение Десяти Заповедей на Горе Синай, а продолжением - Слово, написанное Моисеем и Пророками. Конец и истребление этой церкви были следствием осквернения Слова. Осквернение это достигло своей вершины в то время, когда в мир пришел Господь. Поэтому-то они и распяли Того, Кто есть Слово. Четвертой была Христианская церковь, основанная Господом через Евангелистов и Апостолов. В ее развитии было два этапа: первый - от времени Господа до Никейского Собора, второй - от этого Собора до настоящего времени. В своем развитии эта церковь разделилась на три: Греческую, Римско-католическую и Реформированную, которые, однако же, все называются Христианскими церквями. Кроме того, внутри каждой из этих разделившихся между собой церквей было еще множество отдельных церквей, которые, несмотря на то, что вышли из состава основных, сохранили общее название ересей в Христианской церкви.

761. Последнее время Христианской церкви - это полная ночь, в которой окончились все прежние церкви, о чем можно заключить из Господнего предсказания об этом в Евангелиях и у Даниила. В Евангелиях - из следующего: что увидят мерзость запустения, и будет скорбь великая, какой не было от начала мира доныне, и никогда не будет; и если бы не были сокращены дни те, не спаслась бы никакая плоть; и затем солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды упадут с неба (Матф. 24:15,21,22,29). Это время называется ночью и в других местах Евангелий, например, у Луки:

В ту ночь будут двое в одной постели: один будет принят, а другой оставлен. Лука 17:34.

И у Иоанна:

Я должен делать дела Того, кто послал Меня. Придет ночь, когда никто не сможет ничего делать. Иоанн 9:4.

Поскольку ночью всякий свет отступает, а истинный свет - это Господь (Иоанн 1:4 сл.; 8:12; 12:35,36,46), Он сказал ученикам, когда возносился в небеса:

Я с вами до конца века. Матф. 28:20.

А затем Он уходит от них в новую церковь. Дальнейшее подтверждение того, что это последнее время церкви есть полная ночь, в которой окончились все прежние церкви, находим у Даниила в следующем отрывке:

Наконец, на крыльях мерзостей запустение, пока не придет конец и истребление, будет литься капля за каплей на опустошенное. Дан. 9:27.

Из слов Господа у Матфея (24:15) ясно, что здесь предсказывается конец Христианской церкви. Это понятно также из того отрывка у Даниила, где в виде истукана во сне Навуходоносора изображено четвертое царство, то есть четвертая церковь:

Как ты видел железо, смешанное с глиной горшечной, так и люди перемешаются через семя человеческое, но не сольются друг с другом, как железо не скрепляется с глиной. Дан. 2:43.

Человеческое семя здесь - это истина Слова.

Кроме того, это очевидно из сказанного о четвертой церкви, изображенной четвертым зверем, выходящим из моря:

Видел я в ночных видениях, и был зверь четвертый, страшный и ужасный; он будет пожирать всю землю, попирать и сокрушать ее. Дан. 7:7,23.

Это означает, что будет положен конец всей истине церкви, после чего настанет ночь, потому что истина церкви - это свет. В Откровении есть множество подобных пророчеств об этой церкви, в особенности в главе 16, где говорится о чашах ярости Божьей, излитых на землю. Чаши эти означают ложь, затопившую и погубившую затем церковь. В Пророках есть множество подобных мест, например:

Разве день Господень не тьма, а свет? Он густая тьма, и нет в нем сияния. Амос 5:18,20; Соф. 1:15.

А также:

В этот день взглянет Иегова на землю, и вот - тьма, и свет померк в ее развалинах. Исаия 5:30; 8:22.

День Иеговы - это день пришествия Господа.

761. Возникновение на этой земле четырех церквей со времени творения мира соответствует Божественному порядку, которые требует, чтобы все начиналось, а затем заканчивалось до того, как начнется новое. Поэтому-то каждый день начинается с утра, продолжается и заканчивается ночью, после которой наступает другой день. Подобно тому и год начинается с весны, продолжается летом и осенью, и заканчивается зимой, после чего начинается снова. Чтобы были возможны все эти изменения, солнце встает на востоке, движется через юг к западу и завершает свой путь на севере, после чего снова встает. То де самое и с церквями. Первая из них, Древнейшая Церковь, была как утро, весна и восток. Вторая, Древняя церковь, была как день, лето и юг. Третья была как вечер, осень и запад; четвертая - как ночь, зима и север.

Эта упорядоченная последовательность позволила мудрецам древности составить представление о четырех веках мира. Они назвали первый век золотым, второй - серебряным, третий - медным, а четвертый - железным. Именно эти металлы служили изображением церквей в истукане Навуходоносора. Кроме того, церковь в глазах Господа выглядит одним человеком, и этот большой человек проходит через все этапы своей жизни точно так же, как и каждый человек в частности, то есть, от детства к юности, затем - к зрелости, и наконец, к старости. После смерти же он снова воскресает. Господь говорит:

Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется, как есть, одно; а если умрет, то принесет много плода. Иоанн 12:24.

763. Первое должно перейти в последнее в общем и в частностях - в этом закон порядка, для того, чтобы во всем было разнообразие. Именно разнообразие определяет качество, ибо качество совершенствуется различиями по сравнению с тем, что более или менее ему противоположно. Разве не видно, что истина обретает свое качество от существования лжи, добро обретает свое качество от существования зла, свет - от существования тьмы, тепло - от существования холода? Откуда взялись бы у нас цвета, если бы существовал только белый, но не было бы черного? Лишь несовершенство дает качество всем промежуточным цветам. Как можно понять смысл без сопоставления, и какое же сопоставление без противоположностей? Не помрачается ли зрение от одного белого, и не оживает ли от красок? Но всякий цвет имеет что-то от черного, скажем, зеленый. Не оглохнет ли ухо, если в нем будет звенеть непрестанно одна и та же нота? Возбуждает же его разнообразие, вызванное чередованием высоты звука. Что есть красота без сопоставления с некрасивым? Потому-то и красота молодой женщины иногда изображается на картинах так живо на фоне уродливого лица. Чему мы обязаны удовольствием и счастьем, как не противопоставлению с неприятным и горестным? Не доведет ли до безумства одна и та же мысль, если ее непрерывно держать в уме, и не придавать ей время от времени другое направление?

То же самое и духовное церкви, противоположности которого - зло и ложь. Однако они исходят не от Господа, а от людей, у которых есть свобода воли, и они могут использовать ее в злых или добрых целях. Для сравнения можно взять темноту и холод. Они происходят не от солнца, а от земли, которая в своем вращении то отворачивается от него, то поворачивается к нему. И если бы она не обращалась к солнцу разными сторонами, не было бы ни дней, ни лет, а значит ничего и никого на земле. Мне было сказано, что церкви, обладающие различными видами добра и истины, если только их добро относится к любви к Господу, а их истины - к вере в Господа, подобны множеству самоцветов в царской короне.

CII За ночью следует утро, а утро - это пришествие Господа.

764. Последовательные состояния церкви вообще и в частности описываются в Слове четырьмя временами года: весной, летом, осенью и зимой, и четырьмя временами суток: утром, днем, вечером и ночью. Поскольку нынешняя Христианская церковь - это ночь, значит, близко утро, то есть первое время новой церкви. Из следующих отрывков можно заключить, что последовательные состояния церкви описываются в Слове, как четыре времени суток:

На вечер и утро - две тысячи триста дней; и тогда святое будет оправдано. Видение о вечере и утре истинно. Дан. 8:14,26.

Кричат мне с Сеира: Сторож! Сколько ночи? Сторож отвечает: приближается утро, и снова ночь. Исаия 21:11,12.

Конец пришел, пришло утро на тебя, житель земли! Вот: день пришел, утро наступило. Иез. 7:6,7,10.

Иегова утро за утром будет являть суд Свой в свете, Он не обманет надежд. Соф. 3:5.

Бог посреди нее110, Бог поможет ей ранним утром. Пс. 45:6.

5 На Иегову я уповал. Душа моя ожидает Господа более, нежели стражи утра, более, нежели стражи - утра. Ибо у Него искупление в изобилии, и Он избавит Израиль. Пс. 129:5-8.

В этих отрывках вечер и ночь означают последнее время церкви, а утро первое. Сам Господь также именуется утром в следующих местах:

Сказал Бог Израиля, говорила мне Скала Израиля. Он как на свет утра, безоблачного утра. 2 Цар. 23:3,4.

Я - корень и потомок Давида, яркая звезда утренняя. Откр. 22:16.

От чрева зари роса юности твоей на тебе. Пс. 109:3.

Все это сказано о Господе. Именно потому, что Господь - утро, Он восстал из гробницы рано утром, чтобы положить начало новой церкви (Марк 16:2,9).

Что следует ждать пришествия Господа, ясно видно из Его предсказаний у Матфея:

Когда сидел Иисус на горе Масличной, подошли к Нему ученики говоря: какой признак Твоего пришествия и конца века? Матф. 24:3.

После скорби дней тех солнце померкнет, и луна не даст света своего, звезды упадут с неба, и силы небесные поколеблются. Тогда явится знамение Сына Человеческого; и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силой и славой. Матф. 24:29,30; Марк 13:26; Лука 21:27.

Как было во времена Ноя, так будет пришествие Сына Человеческого. Поэтому готовьтесь, ибо в то время, когда не ждете, придет Сын Человеческий. Матф. 24:37,39,44,46.

У Луки:

Когда придет Сын Человеческий, найдет ли Он веру на земле? Лука 18:8.

У Иоанна:

Иисус сказал об Иоанне: Если Я хочу, чтобы он пребывал, доколе Я не приду... Иоанн 21:22,23.

В Деяниях Апостолов:

И когда они смотрели, как Иисус возносится в небеса, предстали им два мужа в белой одежде и сказали: Иисус, вознесшийся от вас в небеса, придет таким же образом, как вы видели Его восходящим в небеса. Деян. 1:9-11.

Господь, Бог святых пророков послал Ангела Своего показать слугам Своим то, что должно произойти. Вот: скоро приду. Блажен соблюдающий слова пророчества этой книги. Вот: скоро приду, и награда Моя со Мной, чтобы воздать каждому по делам его. Откр. 22:6,7,12.

Далее:

Я, Иисус, послал ангела Моего засвидетельствовать все это вам в церквях. Я - корень и потомок Давида, яркая звезда утренняя. И дух и невеста говорят: Приди! И слышавший да скажет: Приди! Жаждущий пусть приходит, и всякий желающий пусть берет воду жизни бесплатно. Откр. 22:16,17.

И далее:

Свидетельствующий обо всем этом говорит: Да, Я приду скоро! Аминь, приди, Господь Иисус! Благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами. Аминь. Откр. 22:20,21.

766.111 Господь присутствует при каждом человеке, убеждая и настаивая, чтобы Его приняли. Если человек принимает Его, это и есть Его первое пришествие, называемое зарей. Так происходит тогда, когда человек признает Его своим Богом, Создателем, Искупителем и Спасителем. С этого времени разум человека просвещается относительно духовных предметов, и продвигается поэтому ко все более и более внутренней мудрости. По мере того, как он принимает мудрость от Господа, он переходит из утра в день и пребывает в свете дня до самой старости и смерти. После смерти он попадает в небеса, к Самому Господу, и там, несмотря на то, что умер стариком, возвращается к утру своей жизни, в котором и пребывает вечно, взращивая мудрость, посаженную в нем в природном мире.

767. Человек, обладающий верой в Господа и милосердием к ближнему представляет собой церковь в малом виде. Из таких людей состоит церковь в большом виде. Удивительно, но каждый ангел, в какую бы сторону не поворачивался он телом и лицом, видит Господа перед собой. Ибо Господь есть солнце ангельских небес, которое является у них перед глазами, когда они размышляют на духовные темы. То же самое и с человеком в мире, относительно его духовного зрения, если он носит в себе церковь. Но из-за того, что его духовное зрение застилается природным зрением, которое поддерживается остальными чувствами, устремленными к телесному и мирскому, он остается в неведении об этом состоянии своего духа. Такое видение Господа перед собой, независимо от собственного обращения, обусловлено тем, что всякая истина, от которой происходит мудрость и вера, и всякое добро, которое ведет к любви и милосердию, исходят от Господа, и являются Господним в человеке. Поэтому каждая отдельная истина мудрости представляет собой как бы зеркало, в котором виден Господь, а каждое отдельное добро, составляющее любовь, есть образ Господа. Вот причина этого удивительного явления.

Злой дух, напротив, все время отворачивается от Господа и смотрит в сторону своей любви, причем независимо от того, куда он оборачивается телом и лицом. Объясняется это тем же самым, но в противоположном смысле. Ведь каждое зло обращается в некое подобие своей главной любви, а ложь, от него происходящая, отражает это подобие, как зеркало.

Нечто подобное должно быть присуще и природе, о чем можно заключить из того, как некоторые растения стремятся возвыситься над окружающими зарослями и пробиться к солнцу. Некоторые из них поворачиваются вслед за солнцем во всем его дневном пути от восхода до заката, чтобы созревать под его лучами. Я не сомневаюсь, что такие усилия и стремления свойственны каждому ростку и ветке любого дерева, но сдерживаются недостаточной гибкостью и неспособностью поворачиваться. Кроме того, как ясно показывают исследования, любой водоворот, как в водоемах, окруженных сушей, так и в океанах, сам собой вращается в направлении движения солнца.

Почему бы и человеку, созданному по образу Бога, не вести себя так же, если только он по свободе своей воли не извращает те усилия и стремления, которые заложены в нем Создателем? Здесь можно привести еще сравнение с невестой, у которой все время перед глазами образ ее мужа, отражающийся, как в зеркале, в его подарках; она ждет не дождется, когда он придет к ней, и с радостью принимает его, когда он приходит, ведь сердце в груди ее бьется от любви.

CIII Пришествие Господа вовсе не означает, что Он придет, чтобы истребить видимое нами небо и землю, на которой мы живем, и создать новое небо и новую землю, как многие до сих пор воображали, не понимая духовного смысла Слова.

768. Современные церкви в основном держатся того мнения, что Господь, когда придет свершить Последний Суд, явится в небе на облаках, в сопровождении ангелов и с трубным звуком; и что Он соберет всех жителей земли вместе с умершими. Затем Он отделит злых от добрых, как пастух отделяет козлов от овец, и бросит злых, то есть козлов, в ад, а добрых, то есть овец, вознесет в небеса. При этом Он создаст новое видимое небо и новую обитаемую землю, на которую Он ниспошлет город, именуемый Новым Иерусалимом и выстроенный по описанию в Откровении (глава 21) из яшмы и золота, со стенами на основаниях из всякого рода драгоценных камней; высота, ширина и длина его будут одинаковы - по двенадцать тысяч стадий. В этом городе соберутся все избранные, как живущие, так и все почившие от начала мира. Они вернутся в свои тела, и будут затем наслаждаться вечной радостью в этом величественном городе, который станет для них небесами. Таково мнение, господствующее теперь в Христианских церквях относительно пришествия Господа и Последнего Суда.

769. О состоянии душ после смерти мнения вообще и в частностях следующие. После смерти человеческие души - это некие воздушные образования, которые многим представляются чем-то вроде дуновений ветра. В таком виде они пребывают до судного дня либо в центре земли, служащем для них тем "где-то", в котором они должны располагаться, либо на "окраинах", описанных ранними Отцами. Но по этим вопросам имеются разногласия. Одни утверждают, что души - это эфирные или воздушные образования, подобные призракам и привидениям, живущие частью в воздухе, частью в лесах, а частью в воде. Другие утверждают, что души ушедших переносятся на другие планеты, или звезды, где им дается жилище. Иные говорят, что через тысячи лет они вернутся в свои тела. Большинство же считает, что они хранятся до того времени, когда вся вселенная и земной шар со всеми его землями и морями подвергнется истреблению огнем, который либо вырвется из центра земли, либо обрушится с неба подобно всепоглощающей молнии. Вслед за тем откроются могилы, заключенные души облекутся снова в свои тела и будут перенесены в святой город Иерусалим. Таким образом, они будут жить в сияющих телах все вместе на новой земле, одни ниже, другие выше; ведь высотой город будет в двенадцать тысяч стадий, как и длиной, и шириной (Откр. 21:16).

770. Что если спросить духовника или мирянина, действительно ли они верят всему этому? Например, что люди, жившие до потопа, включая Адама и Еву, и жившие после потопа, среди которых были Ной и его дети, Авраам, Исаак и Иаков, все пророки и апостолы, а также и остальные человеческие души, до сих пор заключены в недрах земли или витают в эфире, или в воздухе; что эти души облекутся в свои тела и срастутся с ними, несмотря на то, что трупы их были съедены червями, крысами или рыбами, либо, как Египетские мумии, выпотрошены людьми, и что от некоторых из них остались лишь скелеты обожженные солнцем, или превратившиеся в прах; что звезды упадут на землю, тогда как любая звезда значительно больше земли. Спросите их: разве все это не бессмыслица, которую рассудок сам может развеять, как противоречие? На это у них либо не будет ответа, либо они скажут: "Это предмет веры, которой мы подчиняем свой разум". Другие скажут, что не только это, но и многое другое, лежащее за пределами разума, возможно всемогуществу Бога. Когда они говорят о вере или о всемогуществе, разумные суждения исключены. Здравый рассудок тогда исчезает, превращаясь в ничто, или становится призраком и называется безумием. "Разве обо всем этом не говорится в Слове? - Добавляют они. - Всякий должен думать и говорить так, как учит нас Слово".

771. Как было показано в главе о Священном Писании, Слово по буквальному смыслу написано видимостями и соответствиями. Поэтому каждая частность его содержит духовный смысл, в котором любая истина явлена в своем собственном свете, тогда как буквальный смысл находится в тени. И чтобы люди новой церкви не заблудились, подобно людям старой церкви, в тени, скрывающей буквальный смысл Слова, в особенности о небесах и аде, о своей жизни после смерти, а в данном случае - о пришествии Господа, Господу угодно было открыть зрение моего духа и ввести меня в духовный мир. Мне было дано не только говорить с духами и ангелами, с родными и друзьями, и даже с царями и князьями, окончившими свой путь в природном мире, но и лицезреть чудеса небесные, а равно и удручающие картины ада. Таким образом я узнал, что люди не проводят время в некоем "где-то" в глубине земли и не витают в воздухе или в пустоте слепыми и глухими, но живут, как люди, в осязаемых телах, и в состоянии намного более совершенном, чем то, в котором они находились ранее в своих материальных телах, если они причислены к блаженным.

Итак, для того, чтобы люди по незнанию не впадали в еще более глубокие заблуждения, будто небо, видимое нами, и земля, на которой мы живем, подлежат истреблению, а значит, и о духовном мире, что приводит к поклонению природе и неизбежно - к безбожию, которое теперь начинает укореняться во внутреннем рассудочном уме ученых, и чтобы это безбожие не распространилось, подобно омертвению в тканях тела, и не поразило вместе с тем внешний ум, управляющий речью, - ради всего этого Господь повелел мне возвестить обо всем, что я видел и слышал, о небесах и об аде, о Последнем Суде, разъяснить Откровение, повествующее о пришествии Господа, о прежних небесах и новых небесах, и о святом Иерусалиме. Прочитав и поняв написанное об этом в моих книгах, каждый сможет увидеть, что подразумевается под пришествием Господа, новыми небесами и Новым Иерусалимом.

CIV Это второе пришествие Господа происходит сейчас для того, чтобы разделены были злые и добрые, а те, кто верят и верили в Него, спаслись и составили новые ангельские небеса и новую церковь на земле. Без этого не спаслась бы никакая плоть (Матф. 24:22).

772. В предыдущем разделе я показал, что это второе пришествие Господа не имеет целью истребить видимое нами небо и землю, на которой мы живем. И вообще, оно предназначено не истребить, а создать нечто, а значит, не осудить, а спасти тех, которые со времени Его первого пришествия верили в Него, и которые затем будут верить в Него. Это очевидно из следующих слов Господа:

Бог послал Сына Своего в мир, не для того, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был через Него. Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден, потому что не уверовал в имя единородного Сына Божьего. Иоанн 3:17,18.

И еще:

Если кто услышит Мои слова и не поверит, Я не сужу его, ибо Я пришел не судить мир, но спасти мир. У того, кто отвергает Меня и не принимает слов Моих, есть судья. Слово, которое Я сказал, будет судить его. Иоанн 12:47,48.

Последний Суд произошел в духовном мире в 1757 году, о чем я поведал в моей короткой книге "О Последнем Суде", изданной в 1758 году в Лондоне, а затем - в "Дополнении о Последнем Суде" (Амстердам, 1763). Я могу свидетельствовать об этом, потому что видел все собственными глазами в полном бодрствовании.

773. Пришествие Господа имеет целью образование новых небес из тех, кто верил в Него, и основание новой церкви для тех, кто будет верить в Него с этого времени; вот две цели Его пришествия. Цель творения вселенной заключалась не в чем ином, как в образовании из рода человеческого ангельских небес, в которых жили бы в вечном блаженстве все верящие в Бога. Ибо у Божественной любви, которая в Боге, и по существу есть Бог, не может быть другой цели; равно и Божественная мудрость, которая тоже в Боге и есть Бог, не может действовать по-другому. Поскольку же создание вселенной имело целью образование ангельских небес из рода человеческого, и в то же время церкви на земле, посредством которой человек может попасть в небеса, и поскольку спасение человечества, осуществляющееся только через людей, рождающихся в мире, является, таким образом, продолжением творения, то и говорится так часто в Слове о творении, под которым разумеется создание для небес. Например, в следующих местах:

Сердце чистое сотвори мне, Боже, и дух непоколебимый обнови внутри меня. Пс. 50:12.

Отверзаешь руку Твою - насыщаются благом, посылаешь дух Свой создаются. Пс. 103:28,30.

Люди, которые будут созданы, восхвалят Иегову. Пс. 101:19.

Так говорит Иегова, Создатель твой, Иаков, устроивший тебя, Израиль: Я искупил тебя, Я назвал тебя по имени твоему; ты Мой. Каждый, кто называется именем Моим, того я сотворил для славы Моей. Исаия 43:1,7.

Это сказано о царе Тира.

Чтобы увидели, познали, вняли и уразумели, что рукой Иеговы сделано это, и Святой Израилев создал это. Исаия 41:20.

Отсюда видно, что означает "творить" в следующих отрывках:

Иегова, творящий небеса и простирающий землю, дающий дыхание народу на ней и дух ходящим по ней. Исаия 42:5; 45:12,18.

Вот, Я творю новые небеса и новую землю. Веселитесь вовеки о том, что Я творю. Вот, Я сотворю Иерусалим, который будет весельем. Исаия 65:17,18.

774. Господь присутствует непрерывно при каждом человеке, злой он или добрый, ибо никто не может жить без его присутствия. Но пришествие Его только для принимающих Его, то есть для верящих в Него и соблюдающих Его заповеди. Присутствие Господа дает человеку способность к рассуждению и возможность стать духовным, благодаря свету, исходящему от Господа, как солнца духовного мира, и принимаемому человеком в свой разум. Этот свет есть истина, дающая ему силу рассудка. Между тем пришествие Господа бывает для тех людей, которые объединяют тепло с этим светом, то есть объединяют любовь с истиной. Ибо тепло того солнца является любовью к Богу и к ближнему. Само Господне присутствие с тем просвещением, которое оно приносит разуму, можно уподобить присутствию солнечного света в мире; если бы этот свет не сопровождался теплом, земля бы опустела. А пришествие Господа можно сравнить с наступлением тепла, как бывает весной, когда тепло сочетается со светом, отчего земля размягчается, и семена в ней прорастают, принося плоды. Вот как можно сопоставить духовное окружение человеческого духа с природным окружением его тела.

775. О людях церкви всех вместе, или вообще, можно сказать то же самое, что и о человеке отдельно взятом, или в частности. Люди в целом, или все вместе, составляют церковь из многих; а человек сам по себе, или взятый отдельно, представляет собой церковь в каждом из этих многих. Во всем, что угодно, в соответствии с Божественным порядком общее сочетается с частным, а иначе частное не может ни возникнуть, ни существовать. В связи с этим не может быть ни одной составляющей части человеческого тела без того общего, что окружает их все. Составляющие части человеческого тела - это внутренности и все их части; общее же для них - это покровы, со всех сторон окружающие не только все тело, но и каждый внутренний орган, и каждую часть его. Сказанное относится ко всем животным, птицам и червям, а равно и к любым деревьям, кустам и семенам. Ни струнные, ни духовые инструменты не могли бы издать и звука, если бы не было того общего, от которого каждая нота вообще получает звучание, чтобы ее можно было сыграть. То же самое и с чувствами тела: зрением, слухом, обонянием, вкусом и осязанием, а равно и с внутренними чувствами, присущими духу.

Все эти примеры приведены здесь для того, чтобы было ясно, что в церкви тоже есть общее и частное, а также самое общее, и что поэтому было четыре церкви, сменивших друг друга. Эта смена дала развитие самому общему в них, как в едином целом, а также общему и частному в каждой из них по очереди. Так же и в теле человека есть две самые общие части, от которых получают свое существование все его общие составляющие и многочисленные частные. Эти две самые общие части - сердце и легкие, а в духе - воля и разум. От этих двух пар составляющих зависит все, на чем держится жизнь человека вообще и в частности; без них все распалось бы на части и погибло. То же самое было бы с ангельскими небесами и родом человеческим, да и со всем мирозданием, если бы все вообще и в каждой составляющей не поддерживалось бы Богом, Его любовью и мудростью.

CV Господь в этом втором пришествии является не лично, а Словом, которое от Него; Он и есть Слово.

776. Многие отрывки гласят, что Господь придет на облаках небесных, например: Матф. 17:5; 24:30; 26:64; Марк 14:62; Лука 9:34,35; 21:27; Откр. 1:7; 14:14; Дан. 7:13. Но никто до сих пор не знал, что такое облака небесные; всякий думал, что Он явится на них лично. Тем более было неизвестно, что облака небесные означают Слово в его буквальном смысле, и что слава и сила, с которыми Он явится в этот раз (Матф. 24:30), означают духовный смысл Слова. Все потому, что никто не мог и предположить, что Слово имеет духовный смысл, который в данном случае и составляет суть. Поскольку же Господь открыл мне духовный смысл Слова, и позволил мне общаться с ангелами и духами в их мире, словно бы я был одним из них, то теперь явлено, что облака небесные означают Слово в его природном смысле, а сила означает силу Господа через Слово. Такой смысл выражения "облака небесные" виден из следующих мест Слова:

Нет подобного Богу Израилеву, скачущему по небесам, и в величии Своем на облаках. Втор. 33:26,27.

Пойте Богу, хвалите имя Его, превозносите Того, Кто скачет верхом на облаках. Пс. 67:5.

Иегова скачет верхом на облаке легком. Исаия 19:1.

Скакать верхом - значит наставлять в Божественных истинах Слова, потому что лошадь означает понимание Слова (см. "Апокалипсис открытый" 298). Всякому понятно, что Бог не скачет верхом на облаках. Далее:

Бог скакал на херувимах, и облака небесные сделал шатром Своим. Пс. 17:11,12.

Херувимы тоже означают Слово (см. "Апокалипсис открытый" 239, 672).

Иегова заключает воды в облаках Своих, и над престолом Своим простирает облако Свое. Иов 26:8,9.

Отдайте власть Богу, сила Его - на облаках. Пс. 67:35.

Сотворит Иегова над всяким жилищем Сиона облако во время дня; ибо слава будет покровом всему. Исаия 4:5.

Слово в его буквальном смысле изображается также облаком, в котором Иегова сошел на Гору Синай, когда провозгласил Закон. Провозглашенные тогда основы Закона стали началами Слова.

В подтверждение можно привести следующее. В духовном мире, как и в природном, тоже есть облака, но происхождение их иное. В духовном мире над небесами ангелов иногда бывают сияющие облака, а над адами - мрачные тучи. Сияющие облака над ангельскими небесами знаменуют собой неясность, происходящую в них от буквального смысла Слова; а когда облака рассеиваются, это значит, что духовный смысл принес им свою ясность. Мрачные тучи над адами знаменуют собой искажение и извращение Слова. Облака в духовном мире имеют такое значение по той причине, что свет, исходящий от Господа, как солнца того мира, представляет собой Божественную истину, отчего Он и называл Себя светом (Иоанн 1:9; 12:35). Потому же и само Слово, хранимое в святилищах тамошних храмов, является в окружении чистого белого сияния, которое может затуманиваться облаками.

777. Из следующего места у Иоанна понятно, что Господь есть Слово:

В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. И Слово стало плотью. Иоанн 1:1,14.

Слово в приведенном отрывке - это Божественная истина, потому что у Христиан нет иного источника Божественной истины, кроме Слова. Это тот источник, из которого все церкви, носящие имя Христа, в изобилии черпают живые воды, и хотя они находятся как бы в облаке, состоящем из его природного смысла, тем не менее, они также в славе и силе, которые состоят из его духовного и небесного смыслов. Слово заключает в себе три смысла: природный, духовный и небесный, каждый внутри предыдущего, как показано в главах о Священном Писании и о Десяти Заповедях, или Катехизисе [главы 4 и 5]. Отсюда ясно, что у Иоанна Слово означает Божественную истину. Дополнительное подтверждение этому Иоанн дает в своем Первом Послании:

Мы знаем, что Сын Божий пришел и дал нам разум, чтобы мы знали истину; и мы в истине, в Сыне Его Иисусе Христе. 1 Иоанн 5:20.

Потому-то Господь и говорил так часто "Аминь, говорю вам". "Аминь" по-еврейски значит "истина". Сам Он называется "Аминь" (см. Откр. 3:14) и "истина" (Иоанн 14:6).

Если спросить современных ученых, что означает "Слово" в Иоанн 1:1, они ответят: "Слово в его исключительности"; так в чем же исключительность Слова, как не в Божественной истине?

Из всего этого очевидно, что Господь сейчас является в Слове. Он не явится лично, потому что с того момента, когда Он вознесся в небеса, Он пребывает в Своем прославленном Человеческом, и будучи в нем, не может явиться никому из людей, не открыв сначала глаза его духа; а это никак невозможно, если человек находится в состоянии зла и происходящей от него лжи, то есть ни с кем из козлов, которых Он поместил слева от Себя. Поэтому, когда Он явился ученикам, Он сначала открыл им глаза; ибо написано:

Тогда открылись у них глаза, и они узнали Его. Но Он стал невидим для них. Лука 24:31.

То же самое произошло и с женщинами у гробницы после воскресения. Потому-то они и увидели ангелов, сидящих в гробнице, и говорящих с ними, которых никто не мог бы увидеть материальными глазами. И Апостолы перед воскресением видели Господа в Его прославленном Человеческом не телесными глазами, а в духе, в состоянии, которое кажется сном при возвращении из него. Это понятно из Его преображения перед Петром, Иаковом и Иоанном, о которых читаем, что они отягчены были сном (Лука 9:32). Поэтому ни к чему думать, будто Господь лично явится на облаках небесных; Он явится Словом, которое от Него; Он и есть Слово.

778. У каждого человека своя любовь и свое разумение. Все, что исходит от него, сущностью своей обязано этим двум существенным составляющим, или общим свойствам, его жизни. Вследствие этого ангелы узнают, что человек собой в сущности представляет, по близкому общению с ним; они могут распознать его любовь по звуку его голоса, а его разумение - по тому, что он говорит. Это объясняется тем, что две самые общие составляющие жизни человека - это его воля и разум. Воля - это приемник и вместилище любви человека, а разум - приемник и вместилище его разумения. Следовательно, все исходящее от человека, как деятельность, так и слова его, составляют его и являются самим человеком.

Так же и Господь, но в высшей степени, является Божественной любовью и Божественной мудростью, или, что то же самое, Божественным добром и Божественной истиной. Ибо Его воля принадлежит Божественной любви, а Божественная любовь принадлежит Его воле, и Его разум принадлежит Божественной мудрости, а Божественная мудрость принадлежит Его разуму. Человеческий образ является их вместилищем. Отсюда можно составить себе некоторое понятие о том, каким образом Господь есть Слово. Напротив, всякий противник Слова, то есть противник Божественной истины в нем, и поэтому противник Господа и Его церкви, являет собой свое собственное зло и свою собственную ложь, как в отношении своего ума, так и в отношении его действия в теле, проявляющегося в деятельности и словах.

CVI Это второе пришествие Господа происходит через человека, которому Он явился лично, и которого наполнил духом Своим, чтобы он наставлял в учениях новой церкви от Господа по Слову.

779. Поскольку, как только что было показано, Господь не может явить Себя лично, но предсказал, что придет основать новую церковь, то есть Новый Иерусалим, значит, Он сделает это через человека, который сможет не только принять разумом учения этой церкви, но и издать их в печатном виде. Я свидетельствую в истине, что Господь явился предо мной, Его слугой, и послал меня исполнить эту обязанность. Вслед за тем Он открыл зрение моего духа, дозволив мне, таким образом, войти в духовный мир, и дал мне возможность видеть небеса и ады, а также беседовать с ангелами и духами, чем я и занимаюсь в течении уже многих лет без перерыва. Я подтверждаю также, что с первого дня моего призвания я не получил ни одного наставления в учениях этой церкви ни от одного ангела, но только от Господа при чтении мною Слова.

780. Господь, для того, чтобы быть все время со мной, открыл мне духовный смысл Его Слова, в котором всякая истина освещается своим собственным светом, и Он присутствует в этом свете. Ведь именно духовным смыслом, и не иначе, присутствует Он в Слове. Его присутствие проникает светом, льющимся из духовного смысла, в тень, скрывающую буквальный смысл. Нечто подобное бывает, когда днем солнечный свет пробивается сквозь загораживающее его облако. Я показал выше, что буквальный смысл Слова подобен облаку, а духовный - это слава, Сам же Господь - солнце, дающее свет, поэтому Господь есть Слово. Что слава, в которой Господь должен прийти (Матф. 24:30), означает Божественную истину в ее собственном свете, в котором заключен духовный смысл Слова, ясно из следующих отрывков:

Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Иегове. Явится слава Иеговы, и узрит ее всякая плоть. Исаия 40:3,5.

Светись, ибо пришел свет твой, и слава Иеговы взошла над тобой. Исаия 60:1 - до конца.

Я поставлю тебя заветом для людей, светом для народов, и не дам славы Моей иному. Исаия 42:6,8; 48:11.

Тогда пробьется, как заря, свет твой, и слава Господня соберет тебя воедино. Исаия 58:8.

Вся земля наполнится славой Иеговы. Числа 14:21; Исаия 6:1-3; 66:18.

В начале было Слово. В Нем была жизнь, и жизнь была светом людям. Он был свет истинный. И Слово стало плотью, и мы видели славу Его, славу, как единородного от Отца. Иоанн 1:1,4,9,14.

Небеса расскажут о славе Божьей. Пс. 18:2.

Слава Божья будет освещать Новый Иерусалим, и светильник ему -Агнец. И народы спасенные будут ходить в свете его. Откр. 21:23,24.

Есть еще много подобных мест. Слава означает Божественную истину в ее полноте, потому что все величественное, что есть в небесах, происходит от света, исходящего от Господа. А свет, исходящий от Господа, как солнца небес, является в своей сущности Божественной истиной.

CVII Вот что означают новые небеса и новая земля, а также Новый Иерусалим, сходящий оттуда, описанные в Откровении.

781. В Откровении читаем:

Увидел я новые небеса и новую землю, ибо прежние небеса и прежняя земля миновали. И я, Иоанн, увидел Святой Город Новый Иерусалим, сходящий от Бога с небес, приготовленный как невеста, наряженная для мужа своего. Откр. 21:1,2.

Нечто подобное находим у Исаии:

Вот, Я творю новые небеса и новую землю. Веселитесь и радуйтесь вовеки. И вот, Я сделаю Иерусалим весельем и народ его - счастьем. Исаия 65:17,18.

Выше в этой главе я открыл, что Господь в настоящее время образует новые небеса из Христиан, которые признавали в мире, или способны были признать, покинув мир, что Господь есть Бог небес и земли, о чем Он говорил у Матфея (28:18).

782.112 Новая церковь обозначается Новым Иерусалимом, сходящим от Бога с небес (Откр. Глава 21), по той причине, что Иерусалим был столицей земли Ханаанской, где находились храм и жертвенник, на котором приносились жертвоприношения, и потому совершалось богослужение, к которому три раза в год велено было собираться всему мужскому населению страны. Это еще и потому, что Господь был в Иерусалиме и учил в его храме; там же Он затем прославил свое человеческое. Вот почему Иерусалим означает церковь. Совершенно ясно, что Иерусалим означает церковь, из тех пророчеств в Ветхом Завете, которые повествуют об основании Господом новой церкви, которая именуется в них Иерусалимом.

Достаточно лишь привести такие места, чтобы каждый обладающий внутренним рассудком мог увидеть, что Иерусалим в них означает церковь. Хотя бы следующие:

Вот, Я творю новые небеса и новую землю, и о прежних уже не вспомнят. Вот, Я сделаю Иерусалим весельем и народ его - счастьем, и буду радоваться о Иерусалиме и веселиться о народе Моем. Волк и ягненок будут пастись тогда вместе. И не будут причинять вреда на всей горе святости Моей. Исаия 65:17-19,25.

Не умолкну ради Сиона, и ради Иерусалима не успокоюсь, доколе правда ее не пробьется, как луч света, и спасение ее не загорится, как светильник. Увидят тогда народы правду твою, и все цари - славу твою. И назовут тебя новым именем, изреченным устами Иеговы, и будешь венцом красоты в руке Иеговы, и царскою диадемою в руке Бога твоего. Иегове будешь угодна ты, и земля твоя сочетается браком. Вот, спасение твое придет, награда Его с Ним. И назовут их народом святости, искупленными Иеговы. А тебя назовут взысканным городом, не оставленным. Исаия 62:1-4,11,12.

Проснись, проснись, Сион, облекись в силу свою! Облекись в одежды красоты своей, Иерусалим, город святой! Ибо уже не будет более входить в тебя необрезанный и нечистый. Отряси с себя прах; поднимись, воссядь Иерусалим! Люди узнают имя Мое в тот день, что Я тот, который говорит: "Вот Я!" Иегова утешил народ Свой, искупил Иерусалим. Исаия 52:1,2,6,9.

Ликуй, дочь Сиона! Веселись от всего сердца, дочь Иерусалима! Царь Израиля посреди тебя. Не опасайся более зла. Он возвеселится о тебе с радостью, удовлетворится в любви Своей, будет восторгаться о тебе с ликованием. Сделаю вас именитыми и почитаемыми между всеми народами земли. Соф. 3:14-17,20.

Так говорит Иегова, Искупитель твой, возвещая Иерусалиму: "Ты будешь населен". Исаия 44:24,26.

Так говорит Иегова: возвращусь Я к Сиону и буду жить посреди Иерусалима. Посему будет называться Иерусалим городом истины, а гора Иеговы Саваофа - горою святости. Зах. 8:3,20-23.

Тогда узнаете, что Я Иегова, Бог ваш, обитающий на Сионе, на горе святости; и будет Иерусалим святостью. И будет в тот день: горы будут капать новым вином и холмы потекут молоком. А Иерусалим пребудет из рода в род. Иоиль 3:17-21.

В тот день отрасль Иеговы будет красотой и славой. Тогда оставшийся на Сионе и уцелевший в Иерусалиме будут именоваться святыми, все вписанные в книгу жителей Иерусалима. Исаия 4:2,3.

И будет в конце дней: гора дома Иеговы поставлена будет главою гор; ибо от Сиона выйдет учение, и Слово Иеговы - из Иерусалима. Михей 4:1,2,8.

В то время назовут Иерусалим престолом Иеговы, и все народы ради имени Иеговы соберутся в Иерусалим и не будут более следовать побуждениям злых сердец своих. Иер. 3:17.

Взгляни на Сион, на город, где назначен праздник наш; да увидят глаза твои Иерусалим, жилище спокойное, непоколебимую скинию; столпы ее никогда не исторгнутся, и веревки ее не порвутся. Исаия 33:20.

Есть и другие места, например: Исаия 24:23; 37:32; 66:10-14; Зах. 12:3,6-10; 14:8,11,12,21; Мал. 3:4; Пс. 121:1-7; 136:4-6.

В приведенных здесь отрывках все подробности описания Иерусалима свидетельствуют о том, что имеется в виду церковь, которую должен будет основать Господь, а не Иерусалим, населенный Иудеями. К примеру, сказано: что Иегова сотворит новые небеса и новую землю, и вместе с ними Иерусалим; что он будет венцом красоты и царской диадемой; что его будут называть святостью и городом истины, престолом Иеговы, спокойным жилищем, скинией непоколебимой; что волк и ягненок будут пастись там вместе; что горы в нем будут капать новым вином и холмы потекут молоком, а сам он пребудет из рода в род; и многое другое. О его людях сказано также, что они святы, вписаны в книгу жизни и назовутся искупленными Иеговой. Кроме того, все эти отрывки повествуют о пришествии Господа, в особенности же - о втором Его пришествии, при котором будет Иерусалим, описанный здесь. Ведь прежний Иерусалим не был замужем, то есть не был невестой и женой Агнца, как Новый Иерусалим, описанный в Откровении.113

Прежняя, то есть современная, церковь обозначается Иерусалимом у Даниила, и начало ее описывается так:

Знай и разумей, что с того времени, как вышло слово о восстановлении и строительстве Иерусалима, до прихода Мессии, князя, пройдет семь недель. Затем в шестьдесят две недели будут восстановлены и построены улица и ров, но в трудные времена. Дан. 9:25.

А конец ее описывается следующим образом:

Наконец, на крыльях мерзостей настанет запустение, и будет капать на опустошенное до самого конца и истребления. Дан. 9:27.

Именно этот отрывок упоминается в Господних словах у Матфея:

Когда увидите мерзость запустения, предреченную через пророка Даниила, стоящую на святом месте (заметь себе хорошенько всякий читающий). Матф. 24:15.

О том, что Иерусалим в приведенных выше отрывках означает не тот Иерусалим, в котором жили Иудеи, можно заключить из тех мест в Слове, где говорится, что он окончательно погиб и подлежит истреблению; например: Иер. 5:1; 6:6,7; 7:17 сл.; 8:6 сл.; 9:11,12,14 сл.; 13:9,10,14; 14:16; Плач 1:8,9,17; Иез. 4:1 - до конца; 5:9 - до конца; 12:18,19; 15:6-8; 16:1-63; 23:1-49; Матф. 23:37,38; Лука 19:41-44; 21:20-22; 23:28-30; и из многих других мест. Есть также места, в которых он назван Содомом: Исаия 3:9; Иер. 23:14; Иез. 16:46,48; и так далее.

783. Церковь принадлежит Господу, и по причине духовного супружества добра с истиной Господь называется женихом и мужем, а церковь - невестой и женой. Об этом Христиане хорошо знают из Слова, в особенности из следующих мест. Иоанн сказал о Господе:

Кто имеет невесту, тот жених; а друг жениха тот, кто стоит и слушает его, радуясь голосу жениха. Иоанн 3:29.

Иисус сказал: Не могут поститься сыновья чертога брачного, пока жених с ними. Матф. 9:15; Марк 2:19,20; Лука 5:34,35.

Я увидел святой город, Новый Иерусалим, сходящий от Бога с небес, приготовленный, как невеста, украшенная для мужа своего. Откр. 21:2.

Ангел сказал Иоанну: пойдем, я покажу тебе невесту, жену Агнца. И показал ему с горы святой город Иерусалим. Откр. 21:9,10.

Наступил брак Агнца, и жена Его приготовилась. Блаженны приглашенные на брачную вечерю Агнца. Откр. 19:7,9.

Я - корень и потомок Давида, яркая звезда утренняя. И дух и невеста говорят: Приди! Жаждущий пусть приходит, и кто хочет, пусть берет воду жизни бесплатно. Откр. 22:16,17.

784. Создание прежде новых небес, а уж потом новой церкви на земле, соответствует порядку. Ибо есть внутренняя и внешняя церковь; внутренняя церковь составляет одно целое с церковью в небесах, и поэтому - с небесами, а внутреннее создается прежде внешнего, которое затем создается при помощи этого внутреннего. Духовенство в этом мире прекрасно знает об этом. По мере того, как растут эти новые небеса, составляющие у человека внутреннее церкви, сходит с небес Новый Иерусалим, который и есть новая церковь. Таким образом, это происходит не сразу, но поскольку изгоняются ложные учения предыдущей церкви. Ведь новое не может войти туда, где уже укоренилось ложное, пока оно не будет искоренено. И произойдет это сначала с духовенством, а затем распространится на мирян. Ибо говорил Господь:

Не наливают новое вино в старые мехи, а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают; но новое вино наливают в мехи новые, и сберегается то и другое. Матф. 9:17; Марк 2:22; Лука 5:37,38.

Это происходит только в конце века, под которым надо понимать конец церкви, что очевидно из слов Господа:

Иисус сказал: Царство небесное подобно человеку, посеявшему доброе семя на поле своем; когда же люди спали, пришел враг его, посеял между пшеницей плевелы и ушел. А когда взошла зелень, тогда явились и плевелы. Придя же, рабы его сказали ему: хочешь ли, мы пойдем, выберем плевелы? Но он сказал: Нет, чтобы, выбирая плевелы, вы не выдергали вместе с ними пшеницы. Оставьте расти вместе то и другое до жатвы; а во время жатвы я скажу жнецам: соберите прежде плевелы и свяжите их в снопы, чтобы сжечь, а пшеницу уберите в житницу мою. Жатва - это кончина века; как собирают плевелы и огнем сжигают, так будет при кончине века сего. Матф. 13:24-30,39,40.

Здесь пшеница означает разнообразные виды истины и добра в новой церкви, а плевелы - всякого рода ложь и зло прежней церкви. Ведь конец века означает конец церкви, о чем говорилось в первом разделе этой главы.

785. Во всем есть внутреннее и внешнее, и внешнее находится в зависимости от внутреннего, как тело от души; это подтверждается надлежащим исследованием всего, что только есть в мире. В человеческих существах это очевидно: все тело человека происходит от его ума, и оттого все, что исходит от человека имеет внутреннее и внешнее. В каждом его действии присутствует воля его ума, в каждом его высказывании - разум его ума, и то же самое - во всяком его ощущении. Любая птица и любое животное, и даже все насекомые и черви, имеют внутреннее и внешнее. То же самое и любое дерево, растение и любой росток, и даже всякий камень и всякая частица земли. Достаточно будет пояснить это на немногих примерах, а именно, на примере шелкопряда, пчелы и частицы земли. Внутреннее шелкопряда побуждает его внешнее прясть шелк, а затем вылупляться в бабочку. Внутреннее пчелы побуждает ее внешнее собирать мед с цветов и строить такие чудесные по виду соты. Внешнее частиц земли тоже побуждается внутренним, когда силится прорастить семена, распространяя из себя нечто проникающее в самую внутренность семян и заставляющее их пускать росток. И это внутреннее сопровождает семя на всем его жизненном пути до нового семени. То же самое происходит и в противоположных случаях, в которых также имеется внутреннее и внешнее. Например, в случае с пауком, внутреннее которого побуждает его внешнее в способности, и поэтому в склонности, плести хитроумную паутину, в центре которой он сидит и ждет, когда в нее попадется муха, чтобы съесть ее. Нечто подобное наблюдается и у всех вредных червей, у всех змей, а также у всех диких зверей лесных, как и у любого безбожного, коварного и лживого человека.

CVIII Эта новая церковь является короной всех церквей, бывших до сих пор на земле.

786. Как показано было выше, на этой земле от начала было, вообще говоря, четыре церкви: первая до потопа, вторая - после него, третья Израильская, а четвертая - та, что называется Христианской. Поскольку всякая церковь держится на знании и признании одного Бога, с которым член церкви может соединиться, и поскольку ни в одной из этих церквей не было этой истины, значит, на смену этим четырем должна прийти церковь, которая будет знать и признавать одного Бога. Божественная любовь Бога не имела иной конечной цели при создании мира, кроме присоединения человека к Нему и Его к человеку, чтобы Он мог пребывать с человеком. Прежние церкви не имели этой истины по следующим причинам. Древнейшая Церковь, существовавшая до потопа, поклонялась невидимому Богу, соединение с которым невозможно, и то же самое Древняя Церковь, бывшая после потопа. Израильская церковь поклонялась Иегове, который Сам по Себе был невидимым Богом (Исход 33:18-23), но в человеческом виде, принимаемом Богом Иеговой через ангела; таким Его видели Моисей, Авраам, Сара, Агарь, Гедеон, Иисус Навин, и иногда Пророки. Этот человеческий вид был изображением Господа, который должен был впоследствии прийти, и поскольку он был изображением, то и всякая составляющая их церкви служила изображением. Известно, что жертвы и другие обряды их богослужения символизировали Господа в будущем Его пришествии, а по пришествии Его были отменены.

Четвертая церковь, названная Христианской, хотя и признавала одного Бога на словах, но в трех Лицах, каждое их которых было отдельным, или само по себе, Богом, составляя, таким образом, Троицу раздельную, а не объединенную в одной Личности. Оттого в их умах укрепилось понятие о трех Богах, хотя на их устах оставалось выражение "один Бог". Кроме того, учителя церкви, в соответствии со своим собственным учением, разработанным ими после Никейского Собора, учат тому, что нужно верить в Бога Отца, Бога Сына и Бога Святого Духа, каждый из которых невидим, поскольку все Они произошли до сотворения мира и имеют одну и ту же сущность, при том что, как уже сказано, соединение с невидимым Богом невозможно. Ибо им все еще не известно, что единственный Бог, невидимый, сошел в мир и принял человеческий вид, и не для того только, чтобы искупить человечество, но и чтобы стать видимым, дав возможность человечеству соединиться с Ним. Ибо читаем:

Слово было у Бога, и Слово было Бог; и Слово сделалось плотью. Иоанн 1:1,14.

А также у Исаии:

Младенец рожден для нас, сын дан нам; имя ему: Бог, Герой, Вечный Отец. Исаия 9:6.

Во многих местах у пророков утверждается, что Сам Иегова придет в мир, чтобы стать Искупителем, что Он и сделал, облачившись в Свое человеческое.

787. Эта новая церковь является короной всех церквей, существовавших до сих пор на земле, потому что она будет поклоняться одному видимому Богу, в котором невидимый Бог, подобно душе в теле. Именно так, и никак иначе, возможно соединение Бога с человеком, потому что человек природен, и мыслит поэтому природным образом; а соединение должно происходить в его мышлении, а затем в склонности его любви, и происходит это, когда человек думает о Боге, как человеке. Соединение с невидимым Богом подобно соединению зрения глаза с просторами вселенной, границ которой он не в состоянии видеть. Иначе, это то же самое, что оглядываться вокруг посреди океана, где взгляду доступны лишь воздух и море, в которых он теряется. А соединение с видимым Богом подобно видению человека в воздухе или на море, протягивающего к тебе руки и зовущего в свои объятия. Ведь присоединение Бога к человеку непременно должно сопровождаться ответным присоединением человека к Богу; а такая взаимность возможна только с видимым Богом.

Господь Сам также учит у Иоанна, что Бога не видели до того, как Он облекся в Человеческое:

Вы никогда не слышали голоса Отца, и облика Его не видели. Иоанн 5:37.

А в книгах Моисея сказано, что никто не может видеть Бога и жить (Исход 33:22). У Иоанна Он показывает, что Его можно видеть через Его Человеческое:

Бога никогда никто не видел; Его единородный Сын, который в лоне Отца, Он явил Его. Иоанн 1:18.

И в той же книге:

Иисус говорит: Я - путь, истина и жизнь. Никто не приходит к Отцу иначе, как через Меня. Кто знает Меня, тот знает Отца, и кто видит Меня, тот видит Отца. Иоанн 14:6,7,9.

Господь учит, что соединение с невидимым Богом происходит через Того, Кого можно видеть, то есть через Господа, в следующих отрывках:

Иисус сказал: Пребывайте во Мне, и Я в вас. Кто пребывает во Мне, тот приносит много плода. Иоанн 15:4,5.

В тот день узнаете, что Я в Отце, а вы во Мне, и Я в вас. Иоанн 14:20.

Я дал им славу, которую Ты дал Мне, чтобы были едины, как Мы едины. Я в них, и Ты во Мне, чтобы любовь, которой Ты Меня любил, была в них, и Я в них. Иоанн 17:21-23,26; а также 6:56.

Он также учит, что Отец и Он - одно; и что нам надлежит верить, что у Него есть жизнь вечная. Спасение основано на соединении с Богом, о чем уже не раз было сказано.

788. Даниил предсказывал, что эта церковь сменит все те, что возникли с начала мира, и останется навеки. Поэтому она станет короной всех прежних церквей. Это предсказание он дал, во-первых, когда изложил и разъяснил Навуходоносору его сон о четырех царствах, означавших четыре церкви, изображенные в его видении истуканом:

И во дни тех царей Бог небес воздвигнет царство, которое вовеки не погибнет; оно сокрушит все царства, а само будет стоять вечно. Дан. 2:44.

И совершит это камень, который сделается великой скалой и наполнит всю землю (Дан. 2:35). Скала в Слове означает Господа в отношении Божественной истины. В другом месте у того же пророка говорится:

Наблюдал я ночные видения, и видел: как бы Сын Человеческий, идущий с облаками небесными. И Ему дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему. Владычество Его будет владычеством вечным, которое не прейдет, и царство Его не разрушится. Дан. 7:13,14.

Он говорил об этом после того, как видел четырех огромных зверей, выходивших из моря (7:3); они тоже символизируют четыре предыдущих церкви. Даниил пророчествовал в данном случае о нашем времени, что понятно из сказанного в 12:4, а равно и из слов Господа, Матф. 24:15,30. Подобное сказано и в Откровении:

Седьмой ангел вострубил; и раздались голоса великие в небесах, говорящие: Царства мира стали царствами Господа нашего и Христа Его, и будет Он царствовать во веки веков. Откр. 11:15.

789. К тому же и остальные Пророки предсказывали во многих местах, какова будет эта церковь. Здесь приведены лишь немногие из них. У Захарии:

День этот будет единственный, ведомый Иегове: ни день, ни ночь; поскольку лишь в вечернее время явится свет. В тот день живые воды потекут из Иерусалима; и Иегова станет царем над всей землей. В тот день будет Иегова один, и имя Его одно. Зах. 14:7-9.

У Иоиля:

Будет в тот день: горы будут капать новым вином и холмы потекут молоком. А Иерусалим пребудет из рода в род. Иоиль 3:17-21.

У Иеремии:

В то время назовут Иерусалим престолом Иеговы, и все народы ради имени Иеговы соберутся в Иерусалим и не будут более следовать побуждениям злых сердец своих. Иер. 3:17; Откр. 21:24,26.

У Исаии:

Путь глаза твои увидят Иерусалим, жилище спокойное, непоколебимую скинию; столпы ее никогда не исторгнутся, и веревки ее не порвутся. Исаия 33:20.

В этих отрывках Иерусалим означает тот новый Святой Иерусалим, что описан в Откровении (глава 21); а под ним подразумевается новая церковь. Далее, у Исаии:

Отрасль произойдет от ствола Иессеева, и праведность будет поясом на чреслах его, и истина - поясом на бедрах его. Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и леопард с козленком, и теленок, и молодой лев, и скотина будут вместе, и малое дитя будет водить их. Телка будет пастись с медведицей, и детеныши их будут лежать вместе. Младенец будет играть над норой аспида, и дитя протянет руку свою на гнездо змеи. Не будут делать зла и вредить друг другу на всей горе Моей святости, ибо земля будет наполнена знанием Иеговы. В тот день народы будут искать корня Иессеева, как знамения для людей, и мир будет ему славой. Исаия 11:1,5-10.

Известно, что ничего подобного не было ни в одной церкви, и уж тем более в последней из них. У Иеремии:

Вот наступают дни, когда Я заключу новый завет. Вот завет: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом. Все будут знать Меня, от малейшего до величайшего из них. Иер. 31:31-34; Откр. 21:3.

Известно, что и этого не было в прежних церквях. Объясняется это тем, что они не обращались к видимому Богу, которого всем надлежало бы знать; а еще тем, что Он есть Слово, то есть Закон, который будет вложен Им внутрь них и написан на их сердцах. У Исаии:

Ради Иерусалима не успокоюсь, доколе правда ее не пробьется, как луч света, и спасение ее не загорится, как светильник. И назовут тебя новым именем, изреченным устами Иеговы, и будешь венцом красоты в руке Иеговы, и царскою диадемою в руке Бога твоего. Иегове будешь угодна ты, и земля твоя сочетается браком. Вот, спасение твое придет, награда Его с Ним. И назовут их народом святости, искупленными Иеговы. А тебя назовут взысканным городом, не оставленным. Исаия 62:1-4,11,12.

790. Полное описание этой церкви содержится в Откровении, которое посвящено концу прежней церкви и возникновению новой. Новая церковь изображена Новым Иерусалимом и его чудесами, а также тем, что он является невестой и женой Агнца (Откр. 19:7; 21:2,9). В дополнение к этому я приведу здесь лишь один отрывок из Откровения. В видении Нового Иерусалима, сходящего с небес сказано:

Вот скиния Бога с людьми, и Он будет обитать с ними, и они будут Его народами; Он будет у них Богом их. И спасенные народы будут ходить в свете Его, и ночи там не будет. Я, Иисус, послал Моего ангела, чтобы засвидетельствовал вам это в церквях. Я - корень и потомок Давида, яркая звезда утренняя. И дух и невеста говорят: Приди! И слышавший да скажет: Приди! Жаждущий пусть приходит, и всякий желающий пусть берет воду жизни бесплатно. Так приди, Господь Иисус. Аминь. Откр. 21:3,24,25; 22:16,17,20.

Примечание.

791. Когда эта книга была окончена, Господь созвал двенадцать Своих учеников, которые следовали за Ним в мире; а днем позже Он послал их проповедовать всему духовному миру Евангелие о том, что Господь Бог Иисус Христос - царь, и царство Его - во веки вечные, как предсказано через Даниила (7:13,14) и в Откровении (11:15); и что:

Блаженны пришедшие на брачную вечерю Агнца. Откр. 19:9.

Произошло это девятнадцатого июня 1770 года. Именно об этом было сказано Господом:

Пошлет Он ангелов Своих, и соберут они избранных Его от одного края небес до другого. Матф. 24:31.

Приложение114.

CIX О духовном мире.

792. Я написал отдельную книгу, посвященную духовному миру, которая называется "Небеса и ад"; в ней описывается многое принадлежащее к тому миру. Поскольку же в тот мир приходит после смерти каждый человек, я описал также состояние людей, находящихся там. Каждый знает, или может знать, что человек продолжает жить после смерти, потому что он рожден человеком, создан образом Божьим, и потому что Господь учит этому в Своем Слове. Но доныне никто не знал, что собой представляет та будущая жизнь.

Теперь верят в то, что человек становится душой, представление о которой ни чем не отличается от представления об эфире или воздухе, то есть, что она является чем-то подобным последнему выдоху умирающего и несет в себе жизненное начало человека; но человек при этом лишен зрения, прежде бывшего у его глаз, слуха, бывшего у его ушей, и речи, бывшей у его рта. А между тем человек после смерти в той же мере является человеком, что и раньше, и даже до той степени, что не замечает перехода в другой мир. Он способен видеть, слышать и говорить, как в прежнем мире. Он может ходить, бегать и сидеть, как в прежнем мире. Он ложится, спит и просыпается, как раньше. Он ест и пьет, как раньше. Так же, как в прежнем мире, он может испытывать радости супружеской жизни. Словом, он в любом отношении человек. Отсюда очевидно, что смерть - это не прекращение жизни, а продолжение ее, то есть всего лишь переход.

793. Человек после смерти остается таким же человеком, как и прежде, хотя он и невидим уже для глаз материального тела. Это можно понять на примерах явления ангелов Аврааму, Агари, Гедеону, Даниилу и некоторым пророкам, у гробницы Господа, и затем по многим явлениям Иоанну, о которых он рассказал в Откровении. Но лучше всего это доказал Сам Господь, когда Он показал, что Он человек, тем, что дал прикоснуться к Себе и ел, но все же стал невидим для глаз Своих учеников. Разве что безумец не признает, что Он, хотя и стал невидимым, оставался тем не менее человеком. А видели Его потому, что глаза их духа были открыты; когда глаза духа открыты, то предметы духовного мира становятся видимыми так же ясно, как и предметы природного мира. Различие между людьми в природном мире и в духовном мире состоит в том, что в духовном мире люди находятся в субстанциальном теле, а в природном мире - в материальном теле, под которым, тем не менее, у них имеется субстанциальное тело; а субстанциальные люди могут видеть друг друга так же хорошо, как и материальные. Но субстанциальный человек не может видеть материального, как и материальный - субстанциального, из-за различия между материальным и субстанциальным. Описать это различие можно, но не в двух словах.

794. Из того, что я видел на протяжении многих лет, я могу поведать следующее. В духовном мире, как и в природном, есть земли, есть равнины и долины, горы и холмы, источники и реки. Есть там парки, сады, рощи и леса. Есть города с дворцами и домами. Есть там рукописи и книги. Есть государственные должности и предпринимательство. Там есть золото и серебро, и драгоценные камни. Словом, все, что есть в природном мире, есть и там, но в небесах все это отличается несравненно большим совершенством. Отличие в том, что все в духовном мире создано непосредственно Господом, к примеру, дома, парки, пища и так далее. Создано все это так, чтобы соответствовало внутреннему ангелов и духов, то есть их склонностям и мыслям, от них проистекающим. Между тем, все, что мы видим в природном мире, появляется и развивается из семени.

795. В связи с вышесказанным, а также поскольку я день за днем общался с народами и нациями того мира, и не только европейскими, но также с азиатскими и африканскими, то есть с представителями различных религий, я дополню эту книгу, в качестве приложения, кратким описанием состояния некоторых из этих народов. Необходимо уяснить себе, что в духовном мире состояние как любой нации и любого народа вообще, так и каждой личности в частности, зависит от признания ими Бога и их поклонения Ему. Все признающие в сердце Бога, а с этого времени - признающие Господа Иисуса Христа Богом Искупителем и Спасителем, находятся в небесах. Те, которые не признают Его, находятся под небесами, где их учат; принимающие учение восходят в небеса. Отвергающие его бросаются в ад; среди них те, которые обращались только к Богу Отцу, подобно Социнианам, и которые отрицали божественность Господнего Человеческого. Ибо говорил Господь:

Я - путь, истина и жизнь; никто не приходит к Отцу иначе, как через Меня.

И Филиппу, когда тот хотел видеть Отца, Он сказал:

Кто видит и знает Меня, тот видит и знает Отца. Иоанн 14:6 и далее.

* * * * *

CX Лютер, Меланхтон и Кальвин в духовном мире.

796. Поскольку я много раз говорил с этими тремя основателями, реформаторами Христианской церкви, то я знаю о состоянии, в котором жил каждый из них от начала и до сего дня. Лютер, как только оказался в духовном мире, стал неистовым распространителем и защитником своих убеждений, и усердствовал в этом все более, по мере того, как росло число его сторонников, приходящих с земли. Ему был дан дом, подобный тому, что был у него в Эйслебене, когда он жил в теле. Посреди него он сделал небольшое возвышение, на котором находилось его кресло. Дверь была открыта для слушателей, коих он располагал рядами: более благосклонных он усаживал ближе к себе, менее благосклонных - позади них. Затем он произносил пространные речи, по временам разрешая задавать вопросы, чтобы иметь возможность продолжить нить своего повествования с какого-либо места.

Вследствие такого всеобщего одобрения он в конце концов приобрел способность убеждать во лжи; такая убедительность имеет в духовном мире настолько большую силу, что никто не может сопротивляться ей или противоречить ее предписаниям. Но поскольку это было нечто подобное заклинаниям древних, ему было строго запрещено говорить о чем-либо на основании этой способности убеждать, после чего он продолжал учить по памяти и вместе с тем по разуму. Такая убедительность, являющаяся своего рода заклинанием, проистекает от любви к себе, и доводит человека до того, что он, когда ему противоречат, нападает не только на предмет спора, но и на самого человека.

Так он жил вплоть до Последнего Суда, который состоялся в духовном мире в 1757 году. Годом позже он был переселен из первого своего дома в другой, перейдя при этом также в другое состояние. Прослышав, что я могу говорить с обитателями духовного мира, хотя и нахожусь в природном, он, как и многие другие, пришел ко мне. После нескольких вопросов и ответов он осознал, что настоящее время является концом предыдущей церкви и началом церкви новой, предсказанной в пророчестве Даниила, а также Самим Господом в Евангелиях. Он понял и то, что именно эта новая церковь подразумевается в Откровении под Новым Иерусалимом и под вечным евангелием, которое ангел, летящий в небесах, возвещал живущим на земле (Откр. 14:6). Он пришел в крайнее негодование и нагрубил мне; но увидев образование новых небес, в состав которых входили, и теперь входят, все признающие одного Господа Богом небес и земли, по Его словам у Матфея (28:18), и заметив, что число его прихожан уменьшается день за днем, он перестал грубить и стал ближе ко мне, стараясь говорить со мной по-дружески. Когда же он убедился в том, что свое основное учение об оправдании одной верой он вывел не из Слова, а из собственного умствования, он принял наставления о Господе, милосердии, истинной вере, свободе воли и так далее, до искупления, и обо всем этом не иначе, как из Слова. Наконец, уверившись, он стал все более склоняться к тем истинам, на которых построена новая церковь, и чем дальше, тем больше убеждался в них.

В это время он был со мной ежедневно; и затем он, каждый раз, когда вызывал в памяти эти истины, начинал смеяться над своими прежними учениями, как над чем-то совершенно противоположным сказанному в Слове. Я слышал, как он говорил: "Не удивляйтесь, что я ухватился за веру, как единственное оправдание, изгнав милосердие, как ее духовную сущность, и таким образом отобрал у людей всякую свободу воли в духовных вопросах, не говоря уже обо всем остальном, что держалось на одной вере, если она принята, как звенья одной цепи. Моей целью был раскол с Римскими Католиками, и не было другого средства для выполнения этой задачи и достижения цели. Не то удивительно для меня, что я сам заблуждался, а то, что один безумец смог стольких свести с ума", - и с этими словами он посмотрел искоса на некоторых известных в его время авторов догматических сочинений, преданных последователей его учения, которые не заметили всех противоречий этому в Священном Писании, несмотря на то, что они так очевидны.

Испытывающие ангелы сказали мне, что этот основатель ближе к обращению, чем многие другие, убедившие себя в оправдании одной верой, поскольку в детстве, до того, как он начал реформацию, он воспринял учение о превосходстве милосердия. Потому-то в своих сочинениях и в своих проповедях он преподнес великолепное учение о милосердии. Из всего этого надо заключить, что его учение об оправдании одной верой коренилось в его внешнем природном, но не во внутреннем духовном человеке. Иначе у тех, которые в юности убедили себя в том, что в милосердии нет духовности; такое бывает само собой, когда оправдание одной верой основывается на доказательствах.

Я разговаривал с принцем Саксонским, с которым Лютер общался в мире. Он рассказал мне, как часто укорял Лютера за то, в частности, что тот отделял милосердие от веры, и провозглашал веру, а не милосердие, средством спасения, хотя не только Священное Писание связывает их, как два всеобщих средства спасения, но и Павел ставил милосердие выше веры, говоря, что есть три: вера, надежда и милосердие, и большее среди них - милосердие (1 Кор. 13:13). Лютер, однако, каждый раз возражал, что он не может поступать иначе из-за Римских католиков. Принц этот теперь среди блаженных.

797. Что касается Меланхтона, то мне было дозволено многое узнать о его судьбе с того времени, как он только попал в духовный мир, и далее, причем не только от ангелов, но и от него самого, ибо я беседовал с ним много раз, хотя и не так часто, и не так близко, как с Лютером. Объясняется это тем, что он не мог приблизиться ко мне, поскольку посвящал все свои исследования только оправданию одной верой, но не милосердию; я же был в окружении ангельских духов, преданных милосердию, которые препятствовали его сближению со мной.

Мне рассказали, что для него, как только он вошел в духовный мир, был приготовлен дом, подобный тому, что был у него в мире. Так бывает там с большинством новоприбывших, благодаря чему они остаются в неведении о том, что они уже не в природном мире, а время, прошедшее с момента их смерти, кажется им не более чем сном. Все в его комнате осталось по-прежнему; у него был тот же стол с теми же письменными приборами и ящиками, и книжный шкаф. Поэтому, как только он оказался там, словно очнувшись от сна, он сел за стол и продолжил писать. Писал он снова об оправдании одной верой, и продолжал писать на протяжении нескольких дней, ни словом не упомянув милосердие. Почувствовав это, ангелы послали спросить его, почему он не пишет также и о милосердии. Он ответил, что церковь ни коим образом не связана с милосердием, поскольку, если бы милосердие было принято в качестве существенной составляющей церкви, человек присвоил бы себе и заслугу оправдания, а значит, и спасения тоже, лишив этим веру ее духовной сущности.

Когда это стало понятно ангелам, бывшим у него над головой, и об этом услышали ангелы, сообщавшиеся с ним, когда он был вне своего дома, они удалились. (У каждого новоприбывшего есть ангелы, сообщающиеся с ним первое время.) Через несколько недель с этого момента все, чем он пользовался в своей комнате, стало постепенно затуманиваться и исчезать, пока, наконец, не осталось ничего, кроме стола, бумаги и чернильницы. Наряду с этим стало казаться, что стены его комнаты покрыты побелкой, пол вымощен желтым кирпичом, а сам он оделся в более грубую одежду. Удивившись этому и расспрашивая окружающих, отчего так случилось, он получил ответ, что причиной тому - отделение им милосердия от церкви, тогда как на самом деле милосердие есть сердце ее. Поскольку он непрестанно отвергал милосердие, и продолжал писать о вере, как об одном и единственном существе церкви и средстве спасения, все более отдаляя милосердие, то он очутился в одной из подземных мастерских, полной подобных ему людей. Когда он хотел уйти, его задержали, объявив, что такова участь всех изгоняющих из дверей церкви милосердие и добрые дела. Тем не менее, поскольку он был одним из реформаторов церкви, по указанию Господа его освободили и отправили обратно в его прежнюю комнату, где у него не было теперь ничего, кроме стола, бумаги и чернильницы. Но те понятия, в которых он себя убедил, заставляли его марать бумагу все теми же заблуждениями, и он неизбежно попадал снова к подобным ему узникам, а затем его опять отпускали. Освобожденный, он казался одетым в меха, поскольку вера без милосердия холодна.

Сам он говорил мне, что была другая комната, примыкавшая сзади к его собственной, в которой было три стола, и за ними сидели трое людей, которые, как и он сам, изгоняли милосердие; и там по временам возникал четвертый стол, на котором появлялись разные чудовищные образы, которые, тем не менее, не могли спугнуть их. Он рассказал, что беседовал с этими людьми, и они убеждали его с каждым днем все больше. Как бы то ни было, через некоторое время он устрашился и стал сочинять нечто о милосердии, но написанное сегодня он не мог уже прочесть завтра. Так бывает там с каждым, кто лишь от своего внешнего человека излагает что-либо на бумаге, но при этом не от своего внутреннего человека; пишется это только по побуждению, но не по свободному выбору, и поэтому стирается само собой.

После того, как Господь начал основывать новые небеса, исходящий от них свет заставил его задуматься о том, что он, возможно, ошибается. Поэтому, боясь за свою судьбу, он осознал некоторые понятия о милосердии, заложенные в нем. Находясь в таком состоянии, он обратился к Слову, и тогда глаза его открылись, и он увидел, что Слово везде исполнено любви к Богу и любви к ближнему, и что, как сказал Господь, на этих двух заповедях держатся закон и пророки, иначе говоря, все Слово. С этого времени он переместился дальше на юго-запад, в другой дом. Там он беседовал со мной, и сказал, что теперь его сочинения о милосердии не исчезают, как раньше, но смутно видны на следующий день.

Меня удивило, что звук шагов его напоминал мерное цоканье, словно подкованных сапог по каменному полу. Нужно добавить, что когда какой-либо новоприбывший из мира входил в его комнату, чтобы увидеться и поговорить с ним, он звал одного из духов-волшебников, способного силой воображения создавать различные приятные видения. Тот украшал его комнату росписями, цветистыми коврами и неким подобием книжного шкафа посередине. Но как только они уходили, эти видения исчезали, и возвращалась прежняя побелка и пустота. Однако все это происходило, когда он еще был в прежнем своем состоянии.

798. О Кальвине я слышал следующее. 1. Когда он только прибыл в духовный мир, он был совершенно уверен, что он в том мире, в котором родился. И хотя ангелы, поначалу бывшие в сообщении с ним, говорили ему, что он уже в их мире, а не в прежнем, он говорил: "У меня то же самое тело, те же руки и подобные же чувства". Ангелы поведали ему, что у него теперь субстанциальное тело, а прежде, кроме того, было материальное тело поверх него. Материальное тело было сброшено, и осталось одно субстанциальное, а именно оно делает человека человеком. Поначалу он это понял, но днем позже он снова стал думать, что он все еще в мире, где родился. Причина в том, что он был человеком чувственным, то есть тем, кто верит лишь предметам, доступным ощущениям тела. Из-за этого всякое положение его веры являлось выводом из его собственного разумения, но не из Слова. Он использовал цитаты из Слова только для того, чтобы вызвать одобрение простого народа.

2. По прошествии этого первого времени, он покинул ангелов и странствовал, чтобы разузнать, есть ли где-либо такие, что с древних времен верили в предопределение. Ему сказали, что они далеко от того места, где он находится, заключены и скрыты, и нет к ним пути, кроме того, что проходит сзади под землей. Однако же, ученики Готтшалька до сих пор разгуливают на свободе, встречаясь время от времени в месте, которое на духовном языке называется Пиром115. Поскольку он страстно желал их общества, он был введен в одно из собраний, где было несколько таких. Очутившись среди них, он почувствовал сердечную радость и внутренне сдружился с ними.

3. Но после того, как последователи Готтшалька низведены были к своим собратьям в пещеру, Кальвину стало беспокойно, отчего он стал искать, не найдется ли где-нибудь для него убежища. Наконец его приняли в общество, состоявшее из одних простых людей, среди которых были однако и религиозные. Узнав, что о предопределении они ничего не знают и не способны понять, он удалился в один из уголков этого общества, где скрывался долгое время, не говоря ни слова о том, что касается церкви. Так было предусмотрено, чтобы он мог отступить от своего заблуждения о предопределении, и чтобы составлены были ряды примкнувших к проклятой ереси о предопределении со времени Дортского Синода, которые затем друг за другом отправлены будут к своим собратьям в пещере.

4. Наконец, Кальвина стали разыскивать люди, в наше время верившие в предопределение. В результате этих поисков он был найден на окраине общества, состоявшего из одного простого народа. Тогда его вызвали оттуда и отвели к одному государственному чиновнику, который был одержим тем же вздором, и потому принял его в свой дом, и охранял его. Так продолжалось до того, как Господь начал основывать новые небеса. Тогда Кальвин, поскольку чиновник, его охранник, вместе со своими приспешниками был выброшен вон, удалился в один из домов терпимости и некоторое время оставался там.

5. В это время он мог свободно ходить куда угодно, и в том числе приближаться к тому месту, где был я. Таким образом, мне было дозволено говорить с ним, и в первую очередь я говорил о новых небесах, создаваемых теперь из тех, кто признает одного Господа Богом небес и земли, как Он Сам говорит у Матфея (28:18). Я рассказал ему, что люди эти верят, что Он и Отец - одно (Иоанн 10:30), и что Он в Отце, и Отец в Нем, и что каждый, кто видит и познает Его, видит и познает Отца (Иоанн 14:6-11). Таким образом, один Бог в церкви, как и в небесах.

Когда я сказал это, он поначалу, как обычно, молчал. Однако через полчаса он нарушил молчание и сказал: "Разве Христос не человек, не сын Марии, жены Иосифа? Можно ли поклоняться человеку, как Богу?" "А разве Иисус Христос не Искупитель и Спаситель наш, Бог и человек?" - возразил я. На это он ответил: "Он Бог и человек, но божественное не Его, а Отца".

"Где же тогда Христос?" - спросил я. "Он в самой нижней части небес", сказал он, и в доказательство привел Его смиренность перед Отцом, и то, что Он позволил распять Себя. Он добавил еще несколько острых замечаний относительно поклонения Христу, всплывших при этом в его памяти от мира. Они вкратце сводились к тому, что поклонение Ему есть не что иное, как идолопоклонство. Он хотел сказать еще что-то неподобающее об этом поклонении, но ангелы, бывшие со мной, заградили его уста.

Я же, из стремления обратить его, сказал, что Господь, Спаситель наш, не только есть Бог и человек, но в нем Бог есть человек, а человек - Бог. В подтверждение я привел слова Павла:

В Нем вся полнота Божества обитает телесно (Кол. 2:9)

и Иоанна:

Он истинный Бог и вечная жизнь (1 Ин. 5:20).

Я привел и слова Самого Господа о том, что воля Отца, чтобы каждый, кто верит в Сына, имел жизнь вечную, а тот, кто не верит - не увидел жизни, но гнев Божий пребывал на нем (Иоанн 3:36; 6:40). Кроме того, я сказал, что Символ Веры, называемый Афанасиевым, гласит, что во Христе Бог и человек не двое, а один, и что они являются одной личностью, так же, как душа и тело в человеке.

Слыша это, он ответил: "Что такое все эти отрывки из Слова, приведенные тобой, как не пустые высказывания? Разве Слово - не книга всех ересей? Оно - как флюгер на крышах или на кораблях, поворачивающийся в любую сторону, смотря по тому, куда дует ветер. Предопределение - вот единственно верный вывод, который можно сделать из всех религий. Вот обитель и место встречи для всего, что относится к религии. Вера, средство оправдания и спасения, служит в нем алтарем и святилищем. У кого из людей есть свобода воли в духовных вопросах? Не даром ли дается все, что касается спасения? Возражения против такой точки зрения, а значит, против предопределения, для моих ушей и моего понимания не более чем отрыжка или урчание в желудке. Исходя из этого, я уяснил для себя, что церковь, в которой учат чему-либо, в том числе по Слову, вместе с ее прихожанами, подобна зверинцу, в котором заключены как овцы, так и волки. Но на волках надеты намордники в виде законов гражданского правосудия, чтобы они не могли напасть на овец (под овцами я понимаю предопределенных). Выразительные проповеди, произносимые там, - не более чем нескончаемые рыдания, вырывающиеся из груди. Но я исповедую тебе свою веру, вот она. Есть Бог, Он всемогущ. Никто не спасается, кроме тех, которые избраны и предопределены Богом Отцом. Всякому другому назначена его участь, или его судьба".

Услышав такое, я очень рассердился, и ответил: "Ты говоришь отвратительные вещи! Прочь, злой дух! Разве ты не знаешь, находясь в духовном мире, что есть небеса и ад, а предопределение означает, что некоторые люди предназначены в небеса, а другие - в ад? Следовательно, у тебя не может быть иного представления о Боге, кроме того, что Он - тиран, который своих любимцев принимает в город, а остальных отдает на расправу. Стыдись!"

Затем я прочитал ему, что написано в наставлении Евангелистов, которое называется "Формулой Согласия", об ошибочном учении Кальвинистов по поводу поклонения Господу и предопределения. О поклонении Господу в этом учении сказано:

Если упование и сердечная вера воздаются Христу не только в Его Божественной природе, но и в Его человеческой природе, и в богослужении почитаются обе природы, - это отвратительное идолопоклонство.

Предопределение описывается так:

Христос умер не за все человечество, а только за избранных. Бог создал большинство людей для вечного проклятия, и не желает обращения и жизни большинства. Избранные и возрожденные не могут лишиться веры и Духа Святого, даже если совершат различные тяжкие грехи и преступления. Те же, которые не избраны, прокляты неизбежно, даже если крестились тысячу раз и ежедневно приступали к Причастию, ведя при этом самую святую и безупречную жизнь, какая только возможна. (Страницы 837, 838 по Лейпцигскому изданию 1756 года).

Прочитав это, я спросил, из его ли учения выведено написанное в этой книге. Он ответил утвердительно, и добавил, что не может вспомнить, его ли перу принадлежат эти самые выражения, но что его устам - это точно.

Услышав это, все слуги Господа покинули его, а сам он поспешил прочь по дороге, ведущей в пещеру, населенную убежденными сторонниками мерзкого учения о предопределении. Я потом разговаривал с некоторыми узниками этой пещеры, и расспрашивал об их участи. Они сказали, что должны трудиться, чтобы заработать на жизнь; между собой все они враждуют, каждый только и ищет случая нанести вред другому, а при малейшей возможности так и делает, поскольку в этом состоит удовольствие их жизни. (Еще о предопределении и его сторонниках написано мной выше, 485-488).

799. Я беседовал со многими последователями этих троих основателей, а также со многими еретиками. Мне дано было сделать вывод, что каждый из них, кто вел жизнь милосердия, а тем более тот, кто любил истину за то, что она истинна, в духовном мире позволяет наставлять себя и воспринимает учения новой церкви. Тот же, кто убедил себя в ложном религиозном веровании, равно как и тот, кто вел дурную жизнь, не позволяет учить себя; такие мало помалу удаляются от новых небес, и приобщаются к подобным им людям, находящимся в аду. Там они все больше и больше утверждаются против поклонения Господу, и до такой степени, что не могут вынести даже имени Иисуса. Обратное тому в небесах: там все единодушно признают Господа Богом небес.

CXI Голландцы в духовном мире.

800. В книге "Небеса и ад" я рассказал о том, что Христиане, у которых читают Слово, знают и признают Господа Искупителя и Спасителя, находятся посредине всех остальных племен и народов, составляющих духовный мир. Объясняется это тем, что у них самый яркий духовный свет, а он распространяется как бы из середины на все окружающие области, до самых отдаленных. Как это происходит, показано в главе о Священном Писании (выше, 267-272). В этой средней Христианской области членам Реформированных церквей отведены места в соответствии с их способностью принимать духовный свет от Господа. Поскольку у Голландцев этот свет наиболее глубоко и полно проникает в их природное просвещение, и поэтому они более других расположены к восприятию разумных соображений, им дано жить в этом Христианском центре на юго-востоке. Помещению их к востоку служит их способность воспринимать духовное тепло, а помещению к югу способность воспринимать духовный свет. Стороны света в духовном мире не таковы, как в природном мире, и места обитания зависят от того, как принимаются вера и любовь: восточные жители отличаются любовью, южные умом (Небеса и Ад, 141-153).

801. Голландцы находятся в этой части Христианского центра еще и потому, что торговля - цель их любви, а любовь к деньгам является средством, служащим этой цели; такая любовь - духовная. Но когда цель любви - деньги, а любовь к торговле - средство для этой цели, как у Евреев, то любовь эта - природная, поскольку она замешана на алчности. Любовь к торговле, как цели, потому является духовной, что задача ее служить благу общества. Личное благо неотделимо от него, и кажется человеку первостепенным, поскольку он мыслит из своего природного человека. Однако, когда торговля является целью, духовная любовь также присутствует, а в небесах всякого рассматривают с точки зрения цели его любви. Любовь эта - как правитель царства, или хозяин дома, тогда как остальные виды любви - ее подданные или слуги. Любовь к цели, кроме того, располагается в высших и самых внутренних областях ума, а все виды любви, служащие средством, находятся ниже и в стороне от нее, подчиняясь ее повелениям. У Голландцев такой духовной любви больше, чем у других; Евреи же - в любви противоположной, поэтому у них любовь к торговле совершенно природна, коль скоро не имеет в себе никакой заботы об общественном благе, но лишь о собственном.

802. Голландцы крепче других народов держатся своих религиозных основ, от которых их не отклонить. Даже когда им доказывают, что какое-либо положение противоречиво, они не принимают этого и возвращаются к своему, оставаясь непоколебимыми. По этой же причине они избегают внутреннего рассмотрения истины, держа свою способность к рассуждению в строжайшем подчинении. Ввиду такой их природы, после смерти, по прибытии в духовный мир, их особым образом готовят к принятию духовности небесной, которая состоит из Божественных истин. Их не учат, поскольку к учению они не восприимчивы; им описывают, каковы небеса, а затем позволяют войти в небеса, чтобы посмотреть, что они собой представляют. При этом все, что согласно с их природой, передается им, и когда они возвращаются обратно к своим собратьям, ими всецело овладевает желание небес.

Если затем они не принимают истину, что Бог один в личности и сущности, что Он - Господь Искупитель и Спаситель, и в Нем Божественная Троица, а равно, что бесполезно знать и говорить о вере и милосердии, не ведя при этом жизнь веры и милосердия, которую дарует нам Господь после того, как мы исследуем себя и покаемся, - если они отвращаются от этих истин, которым их учат, и продолжают думать о Боге, что он в трех лицах, и о религии, как об отвлеченном предмете, они доводятся до крайней бедности, и лишаются своей торговли, до того, что оказываются в крайней нужде. Затем их приводят к людям, которые, обладая Божественными истинами, пребывают в изобилии и ведут процветающую торговлю, и там им внушается мысль разузнать, отчего эти люди так преуспевают. Вместе с тем их наводят на размышления о вере и образе жизни этих людей, при которых те отвращаются от зол, как грехов. И так до тех пор, пока они не исследуют и не уяснят, насколько это согласуется с их собственными мыслями и представлениями. Эти состояния сменяются одно другим, и в конце концов они начинают сами думать, что для избавления от своей нищеты им нужно перенять подобную веру и подобный образ жизни. Затем, насколько они принимают веру и ведут милосердную жизнь, настолько они получают богатство и жизненное счастье.

Подобным образом прожившие в мире жизнь с некоторой долей милосердия сами собой исправляются и готовятся к небесам. Они потом становятся до такой степени непоколебимыми, сравнительно с остальными, что их можно назвать воплощениями постоянства. Они не дают сбить себя с толку никакими рассуждениями, заблуждениями и неясностями, происходящими от софистики, или от голых доказательств основанных на неверном взгляде на предмет; ибо они видят теперь яснее, чем прежде.

803. Их доктора, преподающие в высших школах, прилежно изучают таинства современной веры, в особенности те, которые известны в Голландии, как Кохеанцы116. Поскольку неизбежным следствием этих таинств является учение о предопределении, которое к тому же было утверждено на Дортском Синоде, то предопределение было посеяно и насаждено, подобно тому, как на поле сеют семя из плода любого дерева. Из-за этого миряне много говорят между собой о предопределении, но все по-разному. Некоторые хватаются за него обеими руками, некоторые - только одной, и то с усмешкой, а некоторые отбрасывают его прочь от себя, как раненую117 змею; ведь они ничего не знают о тех таинствах веры, из которых была высижена эта змея. Причина такого незнания кроется в том, что они поглощены своим делом; таинства этой веры касаются их разума, не проникая внутрь него. Таким образом, учение о предопределении является для мирян, да и для духовенства, чем-то вроде стоящего на скале среди моря изваяния человека с огромной раковиной, блестящей, будто золотом, в его руке. Увидев его, некоторые из капитанов проплывающих мимо судов приспустят паруса в знак почета и уважения, некоторые просто подмигнут ему и поприветствуют, а иные освищут, как нечто нелепое. Еще оно подобно незнакомой птице из Индии, сидящей на высокой башне; кто клянется, что это голубь, кто предполагает, что это петух, а некоторые подтверждают под присягой, что это сова.

804. Голландцев в духовном мире легко отличить от других, потому что они являются там одетыми в ту же одежду, какую они носят в природном мире, с той лишь разницей, что принявшие духовную веру и духовный образ жизни одеты более изящно. Они носят похожую одежду из-за строгой приверженности своим религиозным основам, от которых и зависит, во что одеваются люди в духовном мире. Оттого все обладающие Божественными истинами одеты там в белые наряды и одежду из виссона118.

805. Города, в которых живут Голландцы, особым образом защищены. Улицы снабжены крышами и дверями, чтобы нельзя было ничего высмотреть на них с окрестных гор и холмов. Причиной тому - их врожденное стремление скрывать свои замыслы и оставлять свои намерения при себе. А в духовном мире все это открывается разглядыванием. Если кто-либо приходит к ним с намерением разузнать, в каком они состоянии, то его, прежде чем он уйдет, приводят к запертым воротам улицы, затем уводят обратно, затем снова к другим воротам, и так пока ему это не надоест до крайности, а тогда уже окончательно отпускают. Это делается для того, чтобы он больше не приходил.

Жены, цель которых - властвовать над своими мужьями, живут все в одной части города, и встречаются со своими мужьями исключительно по приглашениям, причем учтиво составленным. Затем мужья ведут их в дома, где живут супружеские пары, в которых нет подчинения одного из супругов другому. Им показывают, насколько хорошо обставлены и опрятны их дома, и как приятна их жизнь, говоря, что причиной тому - взаимная любовь супружеской пары. Те женщины, которые принимают все это во внимание и сохраняют в себе, не пытаются больше властвовать, и живут вместе с мужьями. Затем им дается жилище ближе к центру города, и называют их ангелами, потому что истинная супружеская любовь - это небесная любовь, лишенная желания властвовать.

CXII Англичане119 в духовном мире.

806. У человека два вида мышления: внешнее и внутреннее. В природном мире он использует внешнее мышление, в духовном - внутреннее. Эти два вида мышления действуют заодно у доброго, но не у злого. В природном мире редко можно различить, каково внутреннее человека, поскольку он с детских лет обучен быть нравственным и разумным, и ему нравится казаться таким. Но в духовном мире природа каждого видна ясно, ведь тогда он - дух, а дух - это внутренний человек. Итак, раз мне было дано находиться в том мире и видеть, каково внутреннее людей из разных царств, мне представляется необходимым, по важности предмета, поведать об этом.

807. Что касается Англичан, то лучшие из них находятся в середине всех Христиан, потому что обладают внутренним светом разумения, который в природном мире не виден никому, тогда как в духовном мире виден ясно. Этот свет у них от свободы говорить и писать, и следовательно, свободы мысли. У других, не имеющих такой свободы, свет этот подавлен, поскольку не находит выхода. Однако этот свет не оказывает действия сам по себе, но действие его проявляется через людей, в особенности через известных и уважаемых. Когда такие люди о чем-либо говорят, свет этот становится ярче. По этой причине в духовном мире англичанам даны правители и назначены священники, славного имени и выдающихся способностей, чьи суждения они принимают благодаря такой своей особенности.

808. В умах их наблюдается такое взаимное сходство, что близкая дружба у них бывает лишь с соотечественниками, но не с иными. Кроме того, они помогают друг другу и любят искренность. Им свойственна любовь к своей стране и забота о ее славе. На иностранцев они смотрят так, будто некто с крыши своего дворца наблюдает в подзорную трубу за людьми, живущими или гуляющими за городом. Внутригосударственные дела иногда настолько занимают их умы и овладевают их сердцами, что они отстраняются духом от изучения предметов более возвышенных, хотя этим приобретается высшее разумение. Некоторые, правда, с усердием изучают в юности эти предметы в высших школах, однако изученное затем исчезает, как призрак. Тем не менее, благодаря этому их рассудочная способность оживляется и блистает переливами света, из которых они составляют прекрасные образы, подобно тому, как призма, подставленная солнечным лучам, дает радугу, расцвечивая поверхность позади себя яркими красками.

809. У них есть два больших города, подобных Лондону, в которые и попадают большинство Англичан после смерти. Один из них мне было дозволено увидеть и посетить. В середине города, там, где в Лондоне находится место встречи торговцев, которое они называют Биржей, живут их правители. Выше этого центра располагается восток, ниже - запад, направо - юг, налево север. С восточной стороны живут те, что особенно отличались милосердным образом жизни; там располагаются величественные дворцы. С южной стороны живут мудрые, у них много есть чудесного. С северной стороны живут те, которые больше других любили свободу говорить и писать. С западной стороны живут проповедующие оправдание одной верой. Направо от них находится вход в город, а также выход из него, через который изгоняются живущие плохо. Священники с запада, которые учат этой "одной вере", не осмеливаются входить в город по главным улицам, а входят лишь по более узким улочкам, поскольку в этом городе не терпят никого, кто не верит в милосердие. Я слышал жалобы на проповедников с запада, что они с таким искусством и красноречием составляют свои проповеди, незаметно вводя в них учение об оправдании одной верой, неизвестное слушателям, что те уже не знают, следует делать добрые дела или нет. Они проповедуют веру, как внутреннее добро, и отделяют это добро от добра милосердия, которое они называют корыстным, и поэтому неугодным Богу. Однако, когда такие проповеди слышат жители восточной и южной части города, они выходят вон из церквей; вслед за этим проповедников лишают священнического сана.

810. Я слышал впоследствии о многих причинах, по которым этих проповедников лишают их священничества. Мне сказали, что главная из них состоит в том, что они основывают свои проповеди не на Слове, а значит, не на духе Божьем, а на свете своего разума, то есть, на собственном духе. Начинают они, правда, с цитат из Слова, в качестве вступления. Но, как бы пригубив, отказываются от него, как от чего-то невкусного. Затем они выбирают какой-нибудь лакомый кусочек из своего разумения, катают его во рту и переворачивают туда-сюда на языке, словно дорогое угощение, и таким образом учат. Мне сказали, что в их проповедях поэтому не больше духовности, чем в пении вещих птиц, и что это - лишь аллегорические украшения, вроде изящно завитых и напудренных ячменной мукой париков поверх лысой головы. Таинства их проповедей об оправдании одной верой уподоблены были тем перепелам, что были набросаны с моря по всему стану Детей Израилевых, и от которых многие тысячи погибли (Числа, глава 11). Между тем, богословие милосердия и веры вместе подобно манне с неба.

Однажды я слышал, как их священники беседовали между собой об одной вере, и видел некий созданный ими образ, который изображал их учение об одной вере. В свете их иллюзий этот образ представлялся огромным гигантом. Но когда на него пал свет с небес, он стал казаться сверху чудовищем, а снизу - змеем. Увидев это, они удалились, а стоявшие рядом сбросили его в пруд.

811. Другой большой город, также названный Лондоном, находится не в центральной Христианской области, а далеко к северу. В него попадают после смерти внутренне злые. В центре него есть открытое сообщение с адом, куда они время от времени увлекаются.

812. По англичанам, находящимся в духовном мире, понятно, что у них есть два богословия: одно основано на их учении о вере, другое - на учении о милосердии. Учения о вере держатся рукоположенные священники, а учения о милосердии - многие из мирян, в особенности жители Шотландии и соседних областей. С ними последователи учения об оправдании одной верой боятся вступать в споры, поскольку те состязаются с ними как с помощью Слова, так и с помощью собственного рассудка. Их учение о милосердии явствует из того обращения к приступающим к обряду Святого Причастия, которое читают каждую субботу у них в церквях. В нем открыто говорится, что если они не пребывают в милосердии и не избегают зла, как греха, то они ввергают себя в вечное проклятие; и если они, тем не менее, приступят к Святому Причастию, дьявол войдет в них, как в Иуду.

CXIII Германцы в духовном мире.

813. Известно, что жители любого царства, разделенного на множество провинций, не одинаковы по своему характеру, и различаются между собой в частностях точно так же, как жители разных климатических поясов земли различаются в общем. Тем не менее, у людей, находящихся в подчинении у одного царя и имеющих общий свод законов, имеется в характере нечто общее. Что касается Германии, то она раздроблена на самостоятельные области в значительно большей степени, чем соседние государства. Это империя, и все находятся в общем подчинении ей; но при этом есть правитель и у каждой области, пользующийся неограниченной властью на своей земле, ведь в этой стране есть большие и малые герцогства, и каждый правитель в своем владении - своего рода монарх. Более того, религия у них также разделена. В одних герцогствах - так называемые Евангелисты, в других Реформированная церковь, в третьих - Римские Католики. При таком разнообразии правления и религий описать дух, склонности и образ жизни германцев, из того, что можно видеть в духовном мире, более трудно по сравнению с другими народами. И все же, поскольку среди людей, которые разговаривают на одном языке, царит общий дух, в некоторой степени это можно видеть и описать, если собрать воедино отдельные представления.

814. Поскольку германцы в любом из герцогств находятся под деспотической властью, у них нет такой свободы говорить и писать, как у голландцев и британцев, а когда свобода говорить и писать ограничивается, то и свобода мышления, то есть свобода исследовать предметы во всей их полноте, также держится под запретом. Этот запрет подобен стенам бассейна вокруг источника, из-за которых уровень воды достигает устья этого источника, так что вода не может уже струиться из него. Мышление подобно потоку воды, а речь, происходящая от него, подобна бассейну. Словом, приток соразмерен истечению, и точно так же разум на высшем уровне соразмеряется со свободой высказываться и выражать свои мысли. Потому-то этот славный народ расположен не к суждениям, а к предметам, принадлежащим памяти. По той же причине они предпочитают письменное наследство, и в своих книгах полагаются на своих известных и образованных людей, приводя множество цитат и следуя мнению одного из них. Это их состояние изображается в духовном мире человеком, держащим подмышками книги; когда кто-либо спорит с ним о чем-либо, относящемся к суждению, он говорит: "Я дам тебе ответ", - и тут же достает из подмышки одну из книг, и зачитывает из нее.

815. Многое является следствием такого их состояния, в частности то, что духовные предметы церкви они сохраняют начертанными в памяти и редко вводят их в более высокую область разума, допуская их только в низшую его область, из которой они и рассуждают о них, то есть совершенно иначе, нежели свободные народы. Эти народы в отношении духовных предметов церкви, которые называются богословскими, подобны орлам, взлетающим на любую высоту, тогда как несвободные народы подобны лебедям в реке. Свободные народы подобны величественным оленям с высокими рогами, вольно бегающим по лугам, рощам и лесам; а несвободные народы подобны оленям в зверинцах для забавы правителя. Далее, свободные народы подобны летающим коням, которых древние называли Пегасами, которые летали не только над морями, но и над горами, называвшимися Парнасскими, и над жилищами Муз под ними; а народы, которым свобода не дана, подобны пышно экипированным благородным лошадям в царских конюшнях. Вот чему подобны различия в их суждениях о тайных богословских предметах.

Духовенство там, будучи еще студентами, записывают в учебных заведениях за своими учителями то, что те говорят, и хранят затем эти записи, как свидетельства своей учености. Когда их посвящают в священники или назначают преподавателями в школы, они по большей части основывают свои публичные речи, произносимые с кафедр или с трибун, на упомянутых выше записях. Те священники, которые отступают от общепринятого учения в своих проповедях, обычно проповедуют о Святом Духе и его чудесном действии, пробуждающем благочестие в сердцах. Те, что следуют в своих проповедях общепринятому теперь учению о вере, предстают перед ангелами как бы в венках из дубовых листьев. А те, что учат по Слову о милосердии и его делах, предстают перед ангелами в душистых венках из лавровых листьев. Их Евангелисты в спорах об истинах с Реформированными церквями представляются разрывающими свои одежды, по той причине, что одежды означают истины.

816. Я попытался выяснить, где мне найти в духовном мире жителей Гамбурга, и мне было сказано, что нет такого общества, а тем более государства, где они были бы собраны вместе, и что они разбросаны среди германцев и смешаны с ними в разных областях. Когда я попросил объяснений, мне было сказано, что причиной этому - их постоянные умственные искания, как бы путешествия за пределы своего города, и очень редко внутри него; ибо каково состояние ума человека в природном мире, таково же состояние этого человека в духовном мире. Ум человека есть его дух, или посмертный человек, живущий после того, как покидает свое материальное тело.

816а.120 Положение, выдвинутое неким германским курфюрстом, занимавшим, помимо того, высшую должность в церкви.

Однажды я видел в духовном мире некого германского курфюрста, занимавшего, помимо того, высшую должность в церкви. С ним были двое епископов и двое министров, и я слышал издали, о чем они между собой беседовали. Курфюрст спросил спутников, знают ли они в чем состоит главное положение религии в Христианстве. "Главное в религии Христианства, ответили епископы, - это одна вера, оправдывающая и спасающая". Тот снова спросил: "А знаете, что скрывается в глубине этой веры? Откройте ее, загляните внутрь, и скажите мне". Они ответили, что внутри нее скрывается не что иное, как заслуга и праведность Господа Спасителя, на что курфюрст сказал: "Разве не скрывается тогда в ней Господь Спаситель в Своей Человечности, в которой Он зовется Иисусом Христом, поскольку только Он в Своей Человечности есть праведность?" На это они сказали: "Да, такое следствие определенно и несомненно".

Курфюрст продолжал с настойчивостью: "Откройте эту веру, и еще раз загляните в нее; поищите тщательно, нет ли внутри нее еще чего-нибудь?" Министры ответили: "В ней скрыта также милость Бога Отца". На это курфюрст сказал: "Поразмыслите и уясните себе как следует, и вы увидите, что это милость Сына у Отца, ведь это Сын просит и заступается. Поэтому я говорю вам: раз вы исповедуете, почитаете и высоко цените эту вашу одну веру, то должны будете исповедовать, почитать и высоко ценить одного Господа Спасителя в Его Человечности, поскольку, как было сказано, Он в Своей Человечности был и есть праведность. В священном писании я увидел, что Он в Своей Человечности есть также Иегова и Бог, из следующего:

Вот, придут дни, когда Я восставлю Давиду отрасль праведную, которая будет царствовать как царь, и будет жить безопасно. И вот имя Его, которым будут называть Его: Господь праведность наша. Иер. 23:5,6; 33:15,16.

У Павла:

В Иисусе Христе вся полнота Божества обитает телесно. Кол. 2:9.

И у Иоанна:

Иисус Христос - истинный Бог и вечная жизнь. 1 Ин. 5:20.

Поэтому Его также называют "Бог веры" (Фил. 3:9).

CXIV Римские Католики в духовном мире.

817. Римские Католики в духовном мире находятся вокруг и ниже протестантов, и отделены от них пространствами, переходить которые запрещено. Тем не менее монахи, пользуясь тайными искусствами, сохраняют для себя возможность переходить, а также отправляют посланцев потайными тропами, чтобы те обращали людей. Но их выслеживают, и после наказания либо отсылают обратно к своим, либо сбрасывают вниз.

818. После Последнего Суда, который был совершен в духовном мире в 1757 году, состояние всех, а значит и Католиков, изменилось таким образом, что не дозволялось уже сходиться на собрания, как прежде; но для всех видов любви, как доброй, так и злой, назначены были пути, на которые немедленно попадают все прибывающие из мира, следуя затем к обществам, соответствующим их любви. Так злые направляются к обществам, которые в аду, а добрые - к обществам, которые в небесах. Посредством этого не допускается, чтобы создавались искусственные небеса, как раньше. Такие общества в мире духов, который находится посередине между небесами и адом, столь же многочисленны, как рода и виды склонностей любви к злу и к добру. До тех пор, пока они еще не подняты на небеса или не сброшены в ад, они связаны духовно с людьми в мире, поскольку те тоже находятся посередине между небесами и адом.

819. У Римских Католиков есть к востоку от юга нечто вроде совета, на который собираются главные из них, чтобы обсудить различные вопросы их религии, в первую очередь, как им держать простой народ в слепом повиновении, и как расширить свое господство. Однако на этот совет не допускается никто из бывших в мире Папой, по той причине, что у таких в уме укореняется образ Божественной власти, поскольку в мире они присвоили себе могущество Господа. На этот совет не допускаются также кардиналы, тоже из-за их чрезмерного величия. Кардиналы, тем не менее, собираются в большом зале заседаний, расположенном ниже; но через несколько дней пребывания там их уводят, мне не дано было узнать, куда.

Есть у них и другое собрание в южной стороне к западу; оно занимается тем, что вводит доверчивых людей из народа в небеса. Вокруг себя они расположили несколько обществ для различных внешних удовольствий. В одних из них устраиваются танцы, в других - концерты, в каких-то - торжественные шествия, в каких-то - театральные и развлекательные представления; в некоторых есть люди, которые при помощи своего воображения создают великолепные виды, в некоторых - просто дурачатся и шутят. В некоторых ведут дружеские беседы: где о религии, где о политике, а где и на бесстыдные темы, и так далее. Они приглашают этих легковерных в то или иное общество, в зависимости от того, кому чего хочется, и говорят, что это небеса. Но после того, как те проведут там день или два, всем им это надоедает и они уходят, поскольку удовольствия эти - внешние, а не внутренние. Посредством этого многие из них также избавляются от нелепой веры в то, что в небеса можно ввести. Частности их богослужения в общем соответствуют тому богослужению, что было у них в мире. Точно так же, оно состоит из месс, которые проводятся на языке, не привычном духам, а составленном из высокомерных слов, вызывающих чувства внешней святости и трепета, которые, однако, совершенно непонятны.

820. Все приходящие в духовный мир с земли поначалу содержатся в вероисповедании и религии своей родины. То же самое и Римские Католики, так что перед ними всегда стоит некий образ Папы, которого они почитают теми же обрядами, что и в мире. Тот, кто в мире был Папой, по исходе из него редко ставится над ними. Однако один человек, занимавший пост Папы лет 30 - 40 назад121, был поставлен во главе их по той причине, что лелеял в своем сердце более обычного веру, что Слово свято, и что нужно поклоняться Господу. Мне было дано говорить с ним, и он сказал, что почитает одного Господа, потому что Он - Бог, и все в его власти на небесах и на земле, по Его словам у Матфея (28:18); что призывать святых бессмысленно, и что он еще будучи в мире намеревался восстановить ту церковь, но не смог, и сказал, по каким причинам. Я видел его, когда этот большой северный город, населенный Католиками, а также и Реформатами, был разрушен в день Последнего Суда. Его унесли в паланкине в безопасное место.

По сторонам от большого общества, где он правит, как Папа, устроены школы, которые посещают сомневающиеся в вопросах религии. Там обращенные монахи учат их о Боге Спасителе Христе, а также о святости Слова. Эти монахи оставляют на их усмотрение, отвратятся ли они душой от канонизации, принятой в Римско-католической церкви. Принимающие их учение вводятся в многочисленное общество, где собраны отступившие от поклонения Папе и святым. Входя туда, они становятся словно пробудившимися от сна, или попавшими из суровой зимы в красоту ранней весны, или подобными моряку, достигшему гавани. Затем их приглашают на пир, и дают им превосходного вина в хрустальных кубках. Я слышал, что ангелы присылают с небес хозяину блюдо с манной, по виду и по вкусу точно подобной той, что посылалась на стан Детей Израиля в пустыне. Это блюдо передается гостям по кругу, и каждый может попробовать.

821. Все те из Католиков, которые в прежнем мире больше думали о Боге, чем о папстве, и делали добрые дела по простоте сердца, когда они понимают, что живут после смерти, легко отстраняются от суеверий, свойственных их религии, после того, как их учат, что здесь царствует Сам Господь, Спаситель мира. Для таких перейти от папства к Христианству так же легко, как войти в церковь через открытые двери, или пройти мимо охраны в приемной во дворец по царскому повелению; или столь же легко, как поднять лицо и посмотреть на небо, когда оттуда слышатся голоса.

С другой стороны, тех, которые в течение своей жизни в мире редко, если вообще когда-либо, размышляли о Боге, и богослужение ценили лишь за его праздничность, так же трудно вывести из суеверий их религии, как войти в церковь через закрытые двери или пройти мимо охраны в приемной во дворец, когда царь не дозволяет; или так же трудно, как змее в траве поднять взгляд к небу. Удивительно, что никто из Католической религии, попадая в духовный мир, не видит небес, в которых обитают ангелы: нечто вроде темного облака над ними застилает им взгляд. Однако, как только некоторые из них обращается и присоединяется к обращенным, небеса открываются, и иногда они видят там ангелов в белых одеждах; они сами поднимаются туда по истечении срока их подготовки.

CXV Святые Римских Католиков в духовном мире.

822. Известно, что у каждого человека есть от родителей врожденное, или наследственное зло, но немногие знают, где оно обитает во всей своей полноте. А обитает оно в любви к обладанию благами всех остальных, и в любви к господству. И эта последняя любовь такова, что рвется настолько далеко, насколько ей ослабляют узду, до того, что человек горит желанием господствовать над всеми, и наконец хочет, чтобы к нему взывали и поклонялись ему, как Богу. Эта любовь - тот змей, что обманул Еву и Адама, ибо сказал женщине:

Знает Бог, что в день, в который вы вкусите от плода того дерева, откроются глаза ваши, и вы будете тогда, как Бог. Бытие 3:4,5.

Насколько человек, отпустив узду, погружается в эту любовь, настолько он отворачивается от Бога, и поворачивается к самому себе, и себе самому поклоняется. И тогда он может призывать Бога горячими устами из любви к себе, но с холодным сердцем из презрения к Богу. Все Божественное церкви тогда служит ему средствами, а поскольку цель его - господство, средства ему по сердцу лишь в той степени, в которой они служат этой цели. Такой человек, если его возводят в высшие чины, воображает себя подобным Атланту, несущему на своих плечах земной шар, или Фебу, везущему на своих конях солнце по орбите.

823. Поскольку человек таков по наследству, всех канонизированных папскими буллами в духовном мире уводят с глаз долой от остальных и прячут, чтобы лишить их всякого сообщения с теми, кто им поклонялся. Это делается для того, чтобы те наихудшие корни зла не проросли в них, и чтобы они не впали в те безумства воображения, которые бывают у демонов. Такими безумствами бывают одержимы те, кто при жизни в мире страстно стремились стать святыми после смерти, для того, чтобы им поклонялись.

824. Многие из Римских Католиков, в особенности монахи, попадая в духовный мир, ищут своих святых, в первую очередь - святого своего ордена, и удивляются, что не находят. Но позже их наставляют о том, что эти святые рассеяны среди жителей либо небес, либо нижней земли, и что, где бы они ни были, они ничего не знают о том, что им поклоняются и к ним взывают. А те, которые знают, и хотят, чтобы к ним взывали, впадают в безумства и говорят бессмыслицу. Поклонение святым на небесах настолько мерзко, что одно упоминание о нем вызывает ужас, ибо насколько поклонение воздается какому-либо человеку, настолько отнимается у Господа, и в таком случае невозможно поклонение одному Господу. А если поклоняются не только Господу, то возникает разобщение, разрушающее единение с Господом, и происходящее от него счастье.

Чтобы я узнал, каковы святые Римских Католиков, для того, чтобы поведать об этом, с нижней земли возвели до сотни тех из них, которые знали о своей канонизации. Они появились позади меня, и лишь немногие передо мной. Я беседовал с одним из них; это был, как мне сказали, Ксавер122 (Ксаверий, Ксавье ?). Когда он говорил со мной, он был подобен слабоумному. Однако он смог рассказать, что у себя, в том месте, где он заключен со всеми остальными, он не был слабоумным, но стал таким сразу же, как помыслил о том, что он святой и захотел, чтобы к нему взывали. Я слышал, как о том же самом бормотали позади меня. По другому обстоит дело с так называемыми "святыми" в небесах. Они почти ничего не знают о том, что с ними было на земле, и не допускается, чтобы они разговаривали с кем-либо из Римских Католиков, пребывающим в своем суеверии, чтобы к ним не передались такого рода понятия.

825. Из такого их состояния каждый может заключить, что взывать к святым - просто смешно. К тому же я могу засвидетельствовать, что призывы, обращенные к ним, они способны слышать не в большей степени, чем их статуи, установленные вдоль улиц, не более, чем стены церкви или птицы, гнездящиеся на башнях. Их слуги в этом мире утверждают, что святые царствуют в небесах вместе с Господом Иисусом Христом. Но это басня и выдумка. Они не более правят там с Господом, чем конюх вместе с царем, чем привратник с аристократом или посыльный с архиепископом. Ибо Иоанн Креститель сказал о Господе, что недостоин даже развязать ремни обуви Его (Марк 1:7; Иоанн 1:27). Что же говорить о тех?

826. Парижанам, которые в духовном мире образуют общество, иногда является женщина среднего роста, в сияющем одеянии, лицом - будто бы святая, которая говорит, что она - Женевьева. Но когда некоторые из них начинают поклоняться ей, одежда и лицо ее тотчас изменяются, и она становится подобной простой женщине. Она укоряет их за то, что они хотели поклоняться женщине, которую среди своих считают не более как служанкой, и удивляется, как это люди на земле оказались жертвами такого обмана.

827. К этому я добавлю самое важное. Мария, мать Господа, однажды прошла мимо и видна была над головой, в белом одеянии. Она немного задержалась тогда, чтобы сказать, что она была матерью Господа, и именно от нее Он рожден; но став Богом, Он оставил все человеческое, принятое от нее, и поэтому теперь она поклоняется Ему, как своему Богу, и не хочет, чтобы кто-либо признавал Его ее сыном, поскольку все в Нем Божественно.

CXVI Мусульмане в духовном мире.

828. Мусульмане в духовном мире находятся за Римскими католиками на западе, и образуют как бы контур вокруг них. Они находятся сразу за Христианами по той причине, что они признают нашего Господа, как величайшего пророка, мудрейшего из всех, который послан в мир научить людей, и считают его Сыном Бога. В том мире каждый живет на таком удалении от центра, где находятся Христиане, которое соответствует его признанию Господа и одного Бога. Ибо именно это признание соединяет умы с небом и определяет расстояние от востока, над которым находится Господь.

829. Поскольку религия у человека занимает высшее положение, а то, что ниже, получает жизнь и свет от высшего, и поскольку Мухаммед неразрывно связан в их умах с религией, у них перед глазами всегда находится какой-нибудь Мухаммед; а для того, чтобы лица их были обращены к востоку, над которым находится Господь, он располагается пониже центральной Христианской области. Это не тот настоящий Мухаммед, который написал Коран, а другой, исполняющий свою должность, и не один и тот же, а всегда разный. Как то раз им был один саксонец, плененный алжирцами и ставший Мусульманином. Будучи также и Христианином, он время от времени порывался разговаривать с ними о Господе, говоря им, что Господь был не сыном Иосифа, а Сыном Самого Бога. На смену этому Мухаммеду затем пришли другие. На том месте, где находится изображающий Мухаммеда, является огонь, как бы от факела, как опознавательный знак. Но огонь этот не виден никому, кроме Мусульман.

830. Настоящего Мухаммеда, который написал Коран, ныне уже видеть нельзя. Мне сказали, что первое время он возглавлял их, но поскольку он хотел управлять всем, что относится к религии, как Бог, он был выдворен со своего места, расположенного под Римскими Католиками, и отослан на правую сторону, ближе к югу. Однажды коварные духи побудили некое общество из Мусульман поклоняться Мухаммеду, как Богу. Чтобы успокоить это восстание, Мухаммед был поднят с нижней земли и показан им; при этом и я видел его. Он выглядел, как те плотские духи, у которых нет внутреннего постижения, с лицом темным до черноты. Я слышал, как он сказал слова: "Я - ваш Мухаммед", - и вскоре уже казалось, что он проваливается вниз.

831. Враждебность Мусульман к Христианам объясняется в первую очередь верой последних в три Божественные Личности, ведущей к поклонению трем Богам и стольким же Создателям. Но еще враждебней они относятся к Римским Католикам из-за того, что те преклоняют колени перед изображениями. Потому они называют их идолопоклонниками, а остальных Христиан - фанатиками, говоря, что они делают Бога трехголовым, когда говорят: один, а бормочут: три; и, следовательно, разделяют всемогущество, делая из одного всемогущества, принадлежащего одному Богу, три. Поэтому они подобны фавнам с тремя рогами, по одному для каждого Бога, и в то же время, все три для одного. Так они молятся, так они поют гимны и так проповедуют с кафедр.

832. У Мусульман, как и у всех народов, которые признают одного Бога, любят справедливость и делают добро по религии, есть свои небеса, но они вне Христианских. Мусульманские небеса разделены на две части. В нижних живут порядочно с несколькими женами; но лишь те, которые отказываются от наложниц и признают Господа нашего Спасителя, а также власть Его над небесами и адом, поднимаются оттуда в их верхние небеса. Я слышал, что им невозможно представить себе Бога Отца и нашего Господа, как единое, но они могут верить в то, что Господь правит небесами и адами, потому что Он Сын Бога Отца. Такова у них вера, по которой Господь дает им возможность восходить в верхние небеса.

833. То, что стран, в которых принята Мусульманская религия, больше Христианских, может смутить тех, которые думают о Божественном Провидении, и в то же время верят, что никто не может спастись, если не рожден Христианином. Но для тех, кто верит, что все происходит по Божественному Провидению, Мусульманская Религия не будет камнем преткновения. Такие исследуют, отчего это, и находят ответ. Дело в том, что Мусульманская религия признает Господа величайшим пророком, мудрейшим из всех и Сыном Бога. Но они сделали Коран Библией своей религии, и потому Мухаммед, который написал ее, постоянно пребывает в их мыслях, и ему некоторым образом поклоняются, так что они не много думают о нашем Господе. Чтобы понять наиболее полно, что эта религия развилась по Божественному Провидению Господа для истребления идолопоклонства во множестве народов, будем говорить в определенном порядке, но начнем с источника идолопоклонства.

Прежде чем была принята религия Мусульман, во многих царствах мира было распространено поклонение идолам. Причина состоит в том, что все церкви, которые существовали до пришествия Господа, были изобразительными. Такой была и Израильская церковь. Скиния, облачение Аарона, жертвоприношения, все, что относилось к храму Иерусалимскому, и даже законы, - все это были изображения. У древних была наука соответствий, она же и есть наука изображений, высшая наука из всех наук, получившая особенное развитие в Египте, откуда и их иероглифы. Именно из этой науки они знали, что означает каждая порода животных и каждый вид деревьев, а также горы, холмы, реки и источники, солнце, луна и звезды. Эта наука давала им и представление о духовных предметах, поскольку изображения получают свое начало от изображаемых предметов, имеющих отношение к духовной мудрости ангелов небесных.

Итак, поскольку все их богослужения были изобразительными, состоящими из одних соответствий, они проводили их на горах и холмах, в рощах и садах, освящали источники, и делали изваяния лошадей, быков, тельцов, ягнят, и даже птиц, рыб и змей, и ставили их у своих храмов и во дворе перед ними, а также дома, следуя порядку духовных понятий церкви, которым они соответствовали, или которые они изображали и поэтому обозначали. В дальнейшем, когда знание соответствий было утеряно, их последователи стали поклоняться самим изваяниям, будто бы они сами по себе святы, не зная о том, что их древние предки не видели в них ничего святого, но лишь считали их изображающими святое по их соответствиям. Отсюда возникли идолопоклонства, которые затем наводнили так много царств в мире.

Чтобы искоренить эти идолопоклонства, по Божественному Провидению Господа сделано было так, что должна была зародиться новая религия, приспособленная к характеру восточных народов, в которой было бы что-то от Слова обоих Заветов, и которая учила бы, что Господь пришел в мир, и что Он - величайший пророк, мудрейший из всех и Сын Бога. Совершено это было через Мухаммеда, по имени которого эта религия была названа. Из всего этого ясно, что эта религия образовалась по Божественному Провидению Господа, и как уже сказано, была приспособлена к характеру восточных народов, с той целью, чтобы истребить идолопоклонства многих царств мира и дать им некоторые сведения о Господе до того, как они попадут после смерти в духовный мир. Религия эта не была бы принята в столь многих царствах и не искоренила бы идолопоклонства, если бы не была в согласии с понятиями их мышления; в частности, если бы не было разрешено многоженство, потому что без такого разрешения Азиаты более Европейцев воспламенились бы страстью к грязным прелюбодеяниям, и погибли бы.

834. Однажды мне было дано познать, каков жар их любви в многоженстве. Я беседовал с одним из них, который выступал в роли Мухаммеда. Этот наместник, поговорив со мной некоторое время издали, послал мне ложку из черного дерева и еще некоторые вещи, которые служили знаком, что это - от него. Тотчас же открылось отверстие для выхода из разных мест жара их любви в многоженстве. Из одних мест он ощущался, как тепло из купален после мытья, из других - как тепло из кухонь, где варят мясо, из иных как из харчевен, где подают остро пахнущие блюда, из иных - как из аптекарских кладовых, где готовят эмульсии и тому подобное, из иных - как из публичных домов и кабаков, а из иных - как из лавок, где продают шкуры, кожу и обувь. В каждом тепле было что-то зловонное, резкое и раздражающее от ревности. Напротив, в Христианских небесах, когда удовольствие их любви ощущается как запах, тепло ароматно, как в садах и виноградниках, и как в розариях, в других местах - как в лавках благовоний, а в иных - как в давильнях и погребах виноделов. Что удовольствия любви в духовном мире часто ощущаются, как запахи, - это неоднократно было показано в моих опытах, помещенных в конце каждой главы.

CXVII Африканцы в духовном мире; и кое-что еще о язычниках.

835. Те народы, которые ничего не знали о Господе, являются в духовном мире вне тех, которые знали о Нем. Вплоть до того, что самые окраины составляют одни законченные идолопоклонники, которые в прежнем мире обожествляли солнце и луну. Те же, которые признавали одного Бога, и принимали наставления, подобные Десяти Заповедям, в свою религию, а из нее в свою жизнь, непосредственнее сообщаются с Христианами в центре, поскольку для них не служат преградой Мусульмане и Римские Католики. Кроме того, язычники разделены в соответствии с особенностями их характера и способностью принимать свет от Господа через небеса. Среди них есть более внутренние и более внешние, что обусловлено отчасти климатом, отчасти предками, от которых они произошли, а также воспитанием и религией. Африканцы самые внутренние из всех.

836. Все признающие одного Бога создателем вселенной, и поклоняющиеся Ему, хранят понятие о Нем, как о человеке. Они говорят, что ни у кого не может быть иного представления о Нем. Когда они слышат, что у многих понятие о Боге, как о каком-то эфире или облаке, они спрашивают, где же такие есть. Когда им говорят, что такие среди Христиан, они заявляют, что это невозможно. Им отвечают, что такое понятие у них оттого, что в Слове Бог назван Духом, а о духе они могут думать не иначе, как о чем-то эфирном, или о чем-то в виде облака, не зная, что любой дух и любой ангел есть человек. Когда же исследуют, действительно ли их духовное понятие совпадает с природным, то выясняется, что эти понятия не совпадают у тех, которые внутренне признавали Господа Спасителя Богом небес и земли. Слышал я, как один из священников говорил, что ни у кого не может быть представления о Божественной Человечности, и видел, как его приводили к различным языческим народам, каждый раз к более внутренним, а также в их небеса, и, наконец, в Христианские небеса, и повсюду ему было дано сообщаться с их внутренним восприятием Бога. И он заметил, что у них не иное понятия о Боге, как о Божественном человеке, и что человек никем иным не мог быть сотворен, кроме Того, чьим образом и подобием он является.

837. Поскольку Африканцы превосходят всех остальных способностью внутреннего суждения, у меня были с ними беседы на темы, требующие углубленного исследования, а недавно - о Боге, о Господе Искупителе и о внутреннем и внешнем человеке. Так как эта беседа понравилась им, я приведу кое-что из того, что они постигли благодаря внутреннему зрению об этих трех предметах.

О Боге они сказали, что Он, конечно же, спускался на землю, и сделался видимым для людей, поскольку Он - их Создатель, Защитник и Предводитель, и что род человеческий - Его род; и что Он видит, исследует и предусматривает все вообще и в частностях на земле и в небесах, - как бы все добро их в Нем, а Он в них. Причина в том, что Он - солнце ангельских небес, которое так же высоко находится над духовным миром, как земное солнце над миром природным, а Тот, кто есть солнце, видит, исследует и предусматривает все вообще и в частностях, что под Ним. А коль скоро именно Его Божественная любовь является, как солнце, следовательно Он заранее заботится как о самом великом, так и о самом малом, что нужно для жизни, а для человека - о том, что касается любви и мудрости; о том, что касается любви - через тепло того солнца, а о том, что касается мудрости через его свет. Итак, если вы составите себе представление о Боге, который является Солнцем мироздания, то несомненно увидите и признаете Его вездесущесть, всезнание и всемогущество.

838. Следующая моя беседа с ними была о Господе Спасителе. Я сказал им, что Бог в своей сущности есть Божественная любовь, и что Божественная любовь - это как бы чистейший огонь. Любовь, рассмотренная сама в себе никакой другой цели не преследует, кроме той, чтобы стать единой с тем, что она любит, а Божественная любовь стремится соединить себя с человеком, и человека с собой, и даже до того, что она будет в нем, и он в ней. Поскольку же Божественная любовь есть как бы чистейший огонь, очевидно, что Бог, будучи таковым, ни в малейшей степени не мог бы быть в человеке, и сделать так, чтобы человек был в Нем, ибо тогда Он развеял бы всего человека в тончайший дым. Но поскольку Бог по самой своей сущности пылает любовью к соединению с человеком, Ему необходимо было облечься в тело, пригодное к принятию и соединению. Для этой цели Он сошел и воспринял Человечность в соответствии с порядком, который он установил от сотворения мира, и который состоит в том, чтобы Он был зачат исходящей от Него силой, выношен в утробе, рожден и затем возрастал в мудрости и в любви, приближаясь тем самым к соединению со Своим Божественным началом. Так Бог стал человеком, а человек - Богом. Что это так, ясно учит и свидетельствует Писание о Нем, которое есть у Христиан, и называется Словом. И Сам Бог, которого в Его Человечности называют Иисусом Христом, говорит, что Отец в Нем, и Он в Отце, и кто видит Его, тот видит Отца, и многое другое в том же смысле.

Рассудок видит также, что Бог, чья любовь есть чистейший огонь, никак иначе не мог бы соединить Себя с человеком и человека с Собой. Разве мог бы огонь солнца, как он есть, коснуться человека, тем более войти в него, если бы его лучи не были окутаны атмосферами, и он не сделался бы, умерив свой жар, пригодным для человека? Возможно ли, чтобы чистый эфир окружал человека, а тем более проникал в бронхи его легких, если бы не был приспособлен к этому тем, что наполнен воздухом? И рыба не может жить в воздухе, но лишь в той стихии, которая подходит для ее жизни. Никакой царь на земле не может лично, или непосредственно, управлять всем вообще и в частности в своем царстве, но только через высших и низших чиновников, которые вместе составляют его царское тело. И душа человека не может сделаться видимой для другого, общаться с ним, являть ему доказательства своей любви, без посредства тела. Как же тогда Бог мог бы делать все это, если не при помощи Человечности, Ему принадлежащей? Африканцы, выслушав это, постигли больше других, поскольку обладали более внутренним разумением, и каждый одобрил сказанное в меру своего постижения.

839. В завершение мы поговорили о внутреннем и внешнем человеке. Говорили о том, что люди, которые постигают предметы внутренне, пребывают в истинном свете, то есть, в свете небес; в то же время люди, которые постигают предметы внешне, лишены всякого света истины, поскольку пребывают лишь в свете мира. Таким образом, люди внутренние наделены пониманием и мудростью, тогда как удел людей внешних - безумство и искаженное зрение. Внутренние люди духовны, поскольку они мыслят из духа, возвышенного над телом, и поэтому видят истины в свете; внешние же люди природно-чувственные, поскольку мыслят из обманчивых чувств тела, и поэтому видят истины словно в тумане, а когда истолковывают их для себя, видят ложь как истину. Внутренние люди подобны стоящим на горе посреди равнины, или на башне в городе, или на сторожевой вышке в море; внешние же люди подобны стоящим под горой в долине, или в подвале башни, или в лодке под сторожевой вышкой, и видят только то, что рядом с ними.

Далее, внутренние люди подобны тем, которые живут на втором или третьем этаже дома или дворца, стены которого - сплошные окна из хрустального стекла; они могут осматривать город в любом направлении и узнают любое здание в нем. Внешние же люди подобны живущим на нижнем этаже, окна которого сделаны из склеенных кусков бумаги, так что они даже улицы перед домом не видят, а только то, что внутри дома, да и то лишь при свете свечи или очага. Внутренние люди - как орлы в вышине, которые видят все под собой на большие расстояния. В свою очередь внешние люди - как петухи на насесте, кукарекающие во весь голос перед курами, которые ходят по земле. Сверх того, внутренние осознают, что познанное ими, по сравнению с непознанным, как вода в кувшине по сравнению с водой в озере; внешние же убеждены, что знают все. Африканцы обрадовались сказанному, поскольку признали, что это так, по внутреннему зрению, которым они превосходят других.

840. По причине такой особенности Африканцев у них в настоящее время есть откровение, которое распространяется от того места, где оно начиналось, но не достигает морей. Они с презрением сторонятся путешественников из Европы, которые верят, что человек спасается одной верой, а значит, только мыслями и словами, и не желаниями и делами вместе с тем; они говорят, что тот не человек вовсе, у которого есть некое вероисповедание, но он не живет в соответствии со своей религией, ибо тогда он неизбежно становится глупым и злым, поскольку ничего не приемлет с небес. Кроме того, они называют изощренную злонамеренность глупостью, потому что в ней нет жизни, но одна смерть.

Я несколько раз беседовал с Августином, который в трехсотых годах был епископом Гиппонским в Африке123. Он сказал, что нынче он пребывает там, вдохновляя их на поклонение Господу, и что есть надежда на распространение этого нового евангелия в соседних областях. Я слышал, как этому откровению радовались Ангелы, поскольку через него открывалось для них сообщение с рассудочным началом человека, которое до того было закрыто общим догматом о подчинении разума церковной вере.

CXVIII Евреи в духовном мире.

841. До Последнего Суда, который совершен был в 1757 году, Евреи в духовном мире находились по левую сторону от Христианского центра, в долине. Вслед за тем они были перенесены на север, и им были запрещены всякие сношения с Христианами, кроме странников за пределами городов. В этой стороне есть два больших города, в которые переносятся Евреи после смерти. До Суда оба они назывались Иерусалим, а после стали называться по-другому, так как после Суда под Иерусалимом стали понимать церковь в отношении ее учения, в которой поклоняются одному Господу. Управляют в их городах обращенные Евреи, которые убеждают их не говорить о Христе оскорбительно, и наказывают тех, которые все-таки делают это. Улицы в их городах все в грязи по голень, а дома полны нечистот и поэтому пахнут так, что в них даже войти невозможно. Впоследствии я заметил, что многие из этого народа нашли себе пристанище на юге, и когда я спросил, кто они, мне сказали, что они -те, что не предавали значения поклонению остальных, и в душе не могли расстаться с вопросом, придет ли когда-нибудь Мессия; а еще те, которые размышляли в мире о разных вещах по рассудку, и по нему же жили. Большую часть их составляют так называемые Португальские Евреи.

842. Евреям иногда является ангел на небольшой высоте над ними, с посохом в руке, который позволяет им верить, что он - Моисей. Он убеждает их отказаться от бессмысленного ожидания Мессии хотя бы здесь, потому что Мессия - это Христос, который царствует над ними и над всеми остальными, и говорит, что он знает об этом, и знал о Нем, когда был в мире. Выслушав все это, они удаляются; большинство из них забывают об этом, и немногие помнят. Тех, которые помнят, посылают в синагоги обращенных Евреев, и там обучают. Обученным дают новую одежду взамен рваной, а также изысканно написанное Слово, и еще не лишенное красоты жилище в городе. А те, которые не принимают учения, сбрасываются вниз, многие из них - в леса и пустыни, где они совершают разбойничьи нападения друг на друга.

843. В том мире, как и в прежнем, Евреи торгуют самыми разными товарами, преимущественно драгоценными камнями, которые они достают неведомыми путями с небес, где драгоценные камни в изобилии. Они торгуют драгоценными камнями по той причине, что читают Слово на его родном языке, и считают его буквальный смысл святым, а драгоценные камни соответствуют буквальному смыслу. Что духовное начало их драгоценных камней есть буквальный смысл Слова, и что отсюда происходит соответствие между ними, видно из главы о Священном Писании (217, 218). Более того, они могут изготавливать подобия этих камней при помощи своего искусства, и внушать представление, будто они настоящие; но таких сурово наказывают их правители.

844. Евреи отличаются в особенности тем, что не знают о своем пребывании в духовном мире и верят, что до сих пор находятся в мире природном, по той причине, что они - крайне внешние люди и не могут думать о религии внутренне. Поэтому они говорят о Мессии так же, как и прежде. Одни говорят, что Он придет с Давидом, и в сияя диадемами станет во главе их и поведет их в землю Ханаан, взмахом своего жезла осушая реки на их пути. Они говорят, что Христиане, которых они на самом деле между собой называют язычниками, будут хватать тогда их за полы одежды и будут униженно молить, чтобы их взяли с собой, а они примут богатых, смотря по размеру их богатства, чтобы те прислуживали им. В подтверждение этого они приводят сказанное у Захарии (8:23) и у Исаии (66:20), а о Давиде, что он придет и будет их царем и пастырем, - у Иеремии (30:9) и Иезекииля (34:23-25; 37:23-26). Они совершенно не желают слышать, что "Давид" в этих местах означает нашего Господа Иисуса Христа, а "евреи" - тех, кто войдет в Его церковь.

845. Когда их спрашивают, твердо ли они уверены, что все они попадут в землю Ханаан, они отвечают, что все тогда пойдут в нее, и умершие евреи воскреснут и из своих могил войдут в землю ту. Когда же им возражают, что невозможно для них выйти из могил, поскольку они уже живут после смерти, они отвечают, что в то время они сойдут обратно в свои тела, и так будут жить. Когда им говорят, что земля та не сможет вместить всех, они отвечают, что в то время она будет расширена. Когда говорят, что царство Мессии, раз Он - Сын Божий, будет не на земле, а на небесах, они отвечают, что земля Ханаанская тогда станет небесами. Когда говорят, что они не знают, где находится Вифлеем-Ефрафа, в котором должен родиться Мессия по предсказанию у Михея (5:2) и в Псалмах Давида (131:6), они отвечают, что мать Мессии все равно родит там, а другие говорят, что где бы она не родила, там и будет Вифлеем. Когда их спрашивают, как сможет Мессия жить с такими дурными людьми, подтверждая многими местами из Иеремии и в особенности Песней Моисея (Втор., глава 32), что они - худший из народов, те отвечают, что среди евреев есть и хорошие, и плохие, а в этих местах подразумеваются плохие.

Когда им говорят, что все они - потомки женщины из Ханаана, и происходят также от блуда Иуды с его невесткой (Бытие, глава 38), они отвечают, что это был не блуд. Когда же им возражают, что Иуда, тем не менее, приказал выгнать ее и сжечь за то, что она претворилась блудницей, они удаляются, чтобы посоветоваться, и после обсуждения говорят, что он просто выполнил обязанность деверя, поскольку ни Онан, его второй сын, ни Шела, его третий сын, этого не сделали. К этому они прибавляют, что очень многие из них происходят из колена Левитов, которому дано священство, и достаточно того уже, что все они - потомки Авраама. Затем, когда им говорят, что внутри Слова содержится духовный смысл, в котором многое сказано о Христе, или Мессии, они отвечают, что это вовсе не так. Однако некоторые из них говорят, что в самой глубине Слова, или на дне его, нет ничего кроме золота, и другие подобные вещи.

* * * * *

846. Однажды я был вознесен духом своим в ангельские небеса, в одно из их обществ. Ко мне подошли некоторые из мудрых этого общества, и спросили: "Что нового на земле?" Я рассказал им, что новое состоит в том, что Господь открыл такие тайны, которые превосходят своим совершенством все до сих пор явленные тайны, со времен зарождения церкви. Они спросили меня, что это за тайны, и я ответил:

1. Во всякой частности Слова содержится духовный смысл, соответствующий природному смыслу, и посредством него осуществляется связь людей церкви с Господом. Кроме того, благодаря этому смыслу создается сообщение с ангелами, и именно в этом смысле заключена святость Слова.

2. Открыты были те соответствия, из которых состоит духовный смысл.

Ангелы спросили: "Разве жители земли до этого не знали о соответствиях?" Я ответил, что об этом не было известно ничего вообще, это было скрыто на тысячи лет, то есть со времен Иова. Между тем, среди живших в те времена знание соответствий было наукой из наук, которая служила им источником мудрости, потому что заключала в себе знания духовных предметов, относящихся к небесам и церкви. Однако, поскольку наука эта выродилась в идолопоклонство, по Божественному провидению Господа она была забыта и утеряна настолько, что и следа от нее не осталось. Но ныне она снова открыта Господом, чтобы люди церкви могли соединяться с Ним и сообщаться с ангелами. И то, и другое происходит посредством Слова, которое целиком и в каждой частности состоит из соответствий.

Ангелы были очень рады, что Господу угодно было открыть великую тайну, которая была так глубоко скрыта тысячи лет. Они сказали, что сделано это было для того, чтобы Христианская церковь, которая основана была на Слове, и теперь приблизилась к своему концу, снова ожила и дух свой получала от Господа через небеса. Они поинтересовались также, стало ли известно посредством этой науки значение крещения и Святого Причастия, о которых до настоящего времени было столько разнообразных суждений. Я ответил, что теперь известно.

3. Далее я сказал, что Господь сделал нынче откровение о жизни людей после смерти. "Что о жизни после смерти? - Спросили ангелы. - Кто же не знает, что человек живет после смерти?"

"И знают, и не знают, - ответил я. - Говорят, что не человек живет, а душа его, и живет как дух. О духе же у них понятие, как о ветре или эфире, и говорят они, что человек не живет как человек, пока не настанет день Последнего Суда, когда все телесное, что он оставил в мире, пусть даже поеденное червями, крысами или рыбами, будет собрано воедино, и вновь образует тело, и так люди воскреснут.

"Как это? - спросили ангелы. - Кто же не знает, что человек продолжает жить человеком после смерти, с той лишь разницей, что он тогда уже не материальный, как раньше, а субстанциальный человек; и что субстанциальный человек видит другого субстанциального человека точно так же, как материальный человек видит другого материального человека. И люди не замечают никаких различий, кроме того, что они в более совершенном состоянии".

4. Ангелы спросили, что известно об их мире, о небесах и об аде. Я отвечал, что ничего не известно. Но в настоящее время Господь открыл, что собой представляет мир, в котором живут ангелы и духи, то есть небеса и ад. Открыто было также, что ангелы и духи соединены с людьми, и многие другие удивительные вещи. Ангелы были очень рады, что Господу было угодно открыть все это, и незнание уже не будет причиной сомнений людей в своем бессмертии.

5. Далее я сказал: "Нынче Господом открыто, что в вашем мире не такое солнце, как в нашем, что солнце вашего мира есть чистая любовь, тогда как солнце нашего мира - чистый огонь, следовательно все, что исходит от вашего солнца, поскольку оно есть чистая любовь, имеет нечто от жизни, а все, что от нашего, которое есть чистый огонь, ничего в себе от жизни не имеет. В этом различие между духовным и природным, различие, до сих пор неизвестное, но теперь открытое. Отсюда становится известным и то, откуда исходит свет, озаряющий человеческий разум мудростью, и откуда исходит тепло, зажигающее любовь в человеческой воле".

6. "В дополнение к тому открыто, что есть три степени жизни, и вследствие этого имеется трое небес, и человеческий ум делится по этим трем степеням, а человек поэтому соответствует трем небесам". Ангелы спросили: "Разве раньше не знали об этом?" Я ответил, что знали о степенях различия большего и меньшего, но не предшествующего и последующего".

7. Ангелы спрашивали меня, многое ли еще было открыто. Я ответил, что многое, а именно о Последнем Суде, о том, что Господь есть Бог небес и земли, что Бог един как личностью, так и сущностью, и в Нем - Божественная Троица, и Он - Господь. Далее, о новой церкви, которую собирается основать Господь, и об учении этой церкви; о святости Священного Писания; было откровение об Апокалипсисе, и более того, о жителях других планет и о землях во вселенной. Не говоря уже о многочисленных удивительных и достопамятных вещах из духовного мира, с помощью которых многое принадлежащее небесной мудрости стало известно.

847. Затем я говорил с ангелами о том, что еще одно откровение было сделано Господом в мире. Они спросили: "Какое же?" "О любви истинно супружеской и ее духовных удовольствиях" - ответил я. "Да найдется ли такой, кто не знает, что удовольствия супружеской любви превосходят удовольствия любой другой любви? - Спросили ангелы. - И кто не может уразуметь, что в одну любовь собрано все блаженство, счастье и наслаждение, которое только может даровать Господь, поскольку она соответствует любви между Господом и церковью; и истинно супружеская любовь - это вместилище всех этих удовольствий, в котором они в полной мере принимаются и ощущаются.

Я ответил, что об этом люди не знают, поскольку не обращаются к Господу, и поэтому не избегают плотских вожделений, таким образом, не могут быть возрождены. Истинно супружеская любовь приходит только от Господа, и даруется тому, кто возрожден Им. Это те, кто приняты в новую церковь Господа, которая подразумевается в Откровении под "Новым Иерусалимом". Я добавил еще, что сомневаюсь, захотят ли люди на земле поверить сейчас, что эта любовь по сути своей духовна, и потому происходит от религии, коль скоро у них лишь плотское понятие о ней. Ведь то, что от религии, у духовных людей - духовное, у природных - природное, а у прелюбодеев - чисто плотское.

848. Ангелы были очень обрадованы всем услышанным, но почувствовав, что я чем-то опечален, спросили, какова причина моей грусти. Я ответил, что хотя тайны, открытые Господом в настоящее время, превосходят совершенством и важностью все духовные знания, возвещенные доныне, на земле их ни во что не ставят.

Ангелы удивились этому и просили Господа позволить им взглянуть вниз, на мир. Посмотрев, они не увидели ничего, кроме темноты. Тогда им было сказано написать все те тайны на листе бумаги, который затем им следовало сбросить на землю, и увидеть удивительные вещи. Так и было сделано, и вот, бумага с записанными на ней тайнами была брошена на землю. По мере того, как она опускалась, пока еще была в мире духов, она светилась, как звезда, а когда попала в природный мир, ее свет исчез, и она постепенно стала пропадать из виду. Когда же ангелы послали ее в собрание ученых и образованных представителей духовенства и мирян, от многих из них послышался ропот, в котором можно было различить слова: "Что это? На что это годиться? Какое нам дело, знаем мы это или нет? Да это просто кто-то выдумал, и все". Затем казалось, что некоторые из них берут эту бумагу, складывают и сворачивают, скручивают ее между пальцев, а другие как будто рвут ее на части и хотят растоптать ногами. Но Господь удержал их от такого поругания, и ангелам приказано было забрать бумагу и охранять ее. Поскольку ангелы были огорчены и думали про себя: "Сколько же этому продолжаться?" - им было сказано:

В продолжение времени, времен и полвремени. Откр. 12:14.

849. Вслед за тем я услышал из-под земли враждебное бурчание и голоса, говорившие: "Сотвори чудеса и мы поверим". "А это разве не чудеса?" спросил я в ответ. "Нет", - ответили они. Я спросил: "Что же тогда чудеса?" "Покажи и открой будущее, - сказали они, - и мы обретем веру". Но я ответил: "Это не дано Господом, потому что насколько человек знает будущее, настолько его рассудок и разум вместе с рассудительностью и мудростью, впадают в бездействие, оцепенение и гибнут".

Я снова спросил их: "Какое еще чудо мне сотворить?" Тогда раздался крик: "Сотвори те же, что и Моисей в Египте!" "Так вы же тогда ожесточите сердца свои, как Фараон и Египтяне", - возразил я. Они ответили: "Нет". Тогда я сказал: "Обещайте мне, что не будете плясать вокруг золотого тельца и поклоняться ему, как потомки Иакова спустя всего месяц после того как видели гору Синай, объятую огнем, и слышали Самого Иегову, говорившего из огня, то есть величайшее из чудес". (Золотой телец в духовном смысле означает удовольствия плоти.) Из под земли мне ответили: "Мы не будем, как потомки Иакова".

И в этот момент я услышал, как им было сказано с небес: "Если вы не верите Моисею и Пророкам, то есть Слову Господа, вы и по чудесам поверите не больше, чем потомки Иакова в пустыне. И не больше поверите, чем те, которые собственными глазами видели чудеса, сотворенные Самим Господом, когда Он был в мире".

850. Вслед за тем я увидел, что какие-то люди поднимаются из-под земли, откуда я слышал все это. Они мрачным тоном обратились ко мне со словами: "Как случилось, что последовательность тайн, только что перечисленную тобой, твой Господь открыл тебе, мирянину, а не кому-либо из духовенства?" Я отвечал: "Так было Господу благоугодно, и Он готовил меня к этому служению с самой молодости. Однако ж, и я со своей стороны задам вам вопрос: почему Господь, когда был в мире, выбрал своими учениками рыбаков, а не законников, книжников, священников или раввинов? Обсудите этот вопрос между собой, сделайте вывод из ваших суждений, и найдете причину". Услышав это, они сначала стали роптать, а затем умолкли.

Я предвижу, что многие читатели сообщений о моем опыте, помещенных в конце глав, сочтут их плодами воображения. Но я подтверждаю в истине, что это не выдумки, но поистине увиденное и услышанное, и увиденное и услышанное не в сонном состоянии ума, а в полном бодрствовании. Ибо Господу было угодно явиться мне и послать меня учить всему, что относится к Его новой церкви, которая подразумевается под Новым Иерусалимом в Откровении. Для этой цели Он открыл внутреннее моего ума, или духа, благодаря чему мне было дано одновременно быть в духовном мире с ангелами и в природном мире с людьми, и так на протяжении уже двадцати семи лет.

Кто в Христианском мире мог бы знать что-либо о небесах и об аде, если бы Господу не было угодно открыть зрение духа одного из людей, показать ему и научить его? Что описанное в опытах можно видеть на небесах, становится ясным из подобных вещей, виденных и описанных Иоанном в Откровении, а также виденных и описанных пророками в Слове Ветхого Завета. В Откровении - следующее: Иоанн видел Сына Человеческого посреди семи светильников, видел в небесах скинию, храм, ковчег и алтарь; книгу, опечатанную семью печатями, как она была открыта, и выходящих оттуда коней; четырех животных вокруг престола; по двенадцать тысяч избранных от каждого колена; саранчу, выходящую из бездны; женщину, родившую младенца мужского пола, и убежавшую в пустыню из-за дракона; двух зверей, одного выходящего из моря, другого - из земли; ангела, летевшего посредине неба, который имел вечное евангелие; стеклянное море, смешанное с огнем; семерых ангелов, имевших семь последних язв; чаши, вылитые ими на землю, в море, в реки, на солнце, на престол зверя, в Евфрат и на воздух; женщину, сидящую на багряном звере; дракона, брошенного в озеро из огня и серы; белого коня; великую вечерю; новые небеса и новую землю; святой Иерусалим, сходящий с небес, ворота, стену и основания стены которого он описал; потом реку воды жизни и деревья жизни, приносящие плоды каждый месяц; и многое другое, - все это видел Иоанн, когда он был духом в духовном мире и в небесах.

Добавим сюда и то, что Апостолы видели после воскресения Господа, и позже - Петр (Деяния, глава 11), а также что видел и слышал Павел.

Далее, что видели пророки Ветхого Завета. Например, Иезекииль видел четырех существ, которые были Херувимами (главы 1 и 10); новый храм и новую землю, и ангела, измеряющего их (главы 40-48); он был перенесен в Иерусалим, где он видел мерзости, и в Халдею (главы 8 и 11).

Подобно тому Захария видел человека верхом на коне между миртами (1:8 сл.); четыре рога, и затем человека с землемерной веревкой в руках (глава 2); летящий свиток и эфу (5:1,6); четыре колесницы между двух гор и коней (6:1 сл.).

Подобно тому Даниил видел четырех зверей, выходящих из моря (7:1 сл.); Сына Человеческого, идущего с облаками небесными, владычество которого не прейдет, и царство не разрушится. (7:13,14); битвы овна с козлом (8:1 сл.); он видел ангела Гавриила и разговаривал с ним (глава 9). Подобно тому и слуга Елисея увидел колесницы и лошадей, и увидел тогда, когда открыты были ему глаза (4 Цар. 6:17).

Из этих и многих других мест Слова известно, что многие люди видели то, что существует в духовном мире, как до пришествия Господа, так и после него. Что же в том удивительного, что это происходит и теперь, при начале новой церкви, или схождении Нового Иерусалима с небес?

Finis.

1 Это слово в греческом означает "договор", но на латынь в античности ошибочно переведено как "завещание" (т.е. указание на случай, так сказать, отсутствия). В русском языке слово "завет" означало договор и основанный на нем союз, а также обещание и наказ (В. И. Даль).

1 То есть десятая часть, приносимая в подать.

1 Специальный термин для обозначения любви, противоположной любви супружеской.

2 Приап - римский бог распутства.

3 У Римских Католиков и у Лютеран. У Православных эта заповедь не разделена, однако они делят на две части первую заповедь.

4 Поговорки, обозначающие то, что не существует, приведены без попытки художественного перевода.

5 Лейбниц (1646-1716) и Вольф (1679-1754) - известные немецкие философы.

6 Ариане - еретики IV века, Социниане - XVI века.

7 Эол - в греческой мифологии повелитель ветров.

8 В начале книги.

9 "Concordia Pia", или "Искреннее Согласие", часто "Формула Конкордии".

10 Которая громче всего гремит (пословица).

11 Храм Дианы, или Артемиды, в Эфесе - одно из "чудес" древнего мира.

12 Это место совсем иначе звучит в русском переводе Библии, однако именно так его передает Сведенборг. Есть много оснований считать такой перевод более правильным.

13 Список еретических учений взят, по-видимому, из книги "Concordia Pia", см. пункт 356(2).

14 Этому и предыдущему предложению придают риторическую окраску созвучия латинских слов, которые невозможно передать в данном переводе.

15 В оригинале: "таланты и мины" - крупные античные меры веса.

16 Сведенборг пользуется словом genii для обозначения определенного класса злых духов.

17 Пункты 397-402 повторяют HD 28-32, 11-19, 54-61, 55-78 и 36-46.

18 Этот отрывок близко повторяет HD 96, 97.

19 В этом Евангелии сказано "пять", но ср. Лука 19:11-27.

20 3000 сребреников равны 1 таланту.

21 Этот отрывок во многом повторяет п. 331.

22 Латинские слова означают "дружба любви"

23 Трехглавый пес греческой мифологии, стерегущий врата в подземный мир.

24 В греческой мифологии перевозчик душ в подземный мир.

25 Оригинал содержит два параграфа с номером 455.

26 Еврейское письмо читается справа налево, поэтому правая колонка читается первой.

27 В Библии: правда и суд.

28 Этот отрывок воспроизводит AR 386.

29 То есть сторонником смешения противоречивых позиций в религии.

30 Этот отрывок основан на AR 875.9-15.

31 Arcana Caelestia.

32 Воспроизводит AR 463.

33 Другой перевод: "свобода выбора".

34 Латинский текст содержит здесь повторение слов "ты был в Эдеме, Божьем саду" из следующей цитаты.

35 Греческое слово paradeisos, давшее начало латинскому слову paradisus (рай), в те времена означало "большой огороженный сад или парк"; значение "рай" появилось позднее.

36 Немецкий богослов IX века.

37 Совещание, состоявшееся в Дордрехте в 1618-19 годах. Осудило верования Арминиан и поддержало учение Кальвина о предопределении.

38 Последние три слова добавлены из оглавления.

39 Герой древнегреческой мифологии, обладавший острым зрением.

40 Этот отрывок, слегка измененный, воспроизведен из AR 484.4-6.

41 Этот отрывок повторяет с изменениями AR 417.

42 Латинское слово имеет значение как "пастух", так и "священник".

43 Этот раздел повторяет с изменениями CL 269.

44 В русской Библии - Денница, утренняя звезда.

45 Фурии - в римской мифологии богини мести и угрызений совести, беспощадно и неотступно преследующие человека за совершенные грехи.

46 Мина - монета достоинством в одну шестидесятую таланта.

47 Сказочные змеи, вызывающие кровотечение.

48 См. примечание к п. 133.1.

49 Здесь нумерация пунктов в подлиннике перескакивает с 539 на 560, хотя ничего не было изъято.

50 Этот очерк повторяет большую часть сказанного выше в п. 402.

51 Этот отрывок повторяет AR 531.

52 Ни в латинском тексте, ни в еврейском источнике не ясно, какие именно существа имеются в виду. Здесь их названия переведены с английского, или взяты из русского перевода Библии.

53 Работы датского натуралиста Сваммердама изданы в 1737-38 годах под названием "Biblia Naturae", то есть "Книги природы".

54 Этот и следующие два пункта заимствованы из SB 14.3-6.

55 См. также выше, п. 280.

56 В латинском языке в слове "возрождение" тоже 11 букв: regeneratio.

57 Иеремия, Глава 19.

58 В древние времена свадебные шествия сопровождались факелами.

59 Этот пункт повторяет с изменениями AR 224.

60 Этот и следующий пункты повторяют AR 611.

61 Этот пункт повторяет с изменениями CL 115.

62 Этот пункт, с небольшими изменениями, повторяет CL 81.

63 Губитель.

64 4 Цар. 1:2. Еврейское имя Веельзевул означает "повелитель мух".

65 Провинция на северо-западе Анатолии (Малой Азии), теперь - часть Турции.

66 Собор был созван в 318, но собрался в 325 году.

67 Имеется в виду Красное море, но автор сохранил еврейское название.

68 Здесь в подлиннике ошибочная ссылка на Иоанн 9:15.

69 В древности счет времени суток начинался с рассвета, и период между рассветом и закатом разделялся на 12 часов.

70 Вселенский собор католической церкви, проходивший с перерывами в 1545-1563 в основном в г. Тренто (лат. Tridentum) и явившийся ответом на Реформацию.

71 Видимо, разные названия одного и того же документа, называемого обычно "Аугсбургским Вероисповеданием".

72 Этот и следующие два пункта развернуто воспроизведены по BE 102-104.

73 Этот отрывок повторяет CL 261-266.

74 Специальный термин для обозначения любви к прелюбодеянию, если его не считают за грех, в противоположность супружеской любви.

75 "Богами богов" написано в CL 262.3, а также ниже, в 661.12, здесь в подлиннике стоит: "богами".

76 Еврейские слова, означающие, по-видимому, каких-то воющих существ; см. сноску к п. 133.

77 Этот пункт повторяет CL 267-268.

78 Этот пункт повторяет с изменениями CL 353-354.

79 В тексте подлинника прослеживается этимология, которую сложно передать здесь иначе.

80 То есть Купидона.

81 Весь этот абзац в латинском подлиннике изобилует специальными терминами.

82 Древнегреческий и древнеримский ученые, внесшие основной вклад в развитие античной медицины.

83 Жертвенных животных.

84 То есть, запретными.

85 Отрывок повторяет CL 151(2) - 154(2) [156 a - 156 e], и продолжает опыт, приведенный в п. 48.

86 Греческие философы 6, 5 и 4 веков до Р. Х.

87 Знаменитый греческий государственный деятель и оратор 4 века до Р.Х.

88 Греческие философы конца 4 века до Р.Х.

89 То есть Музам.

90 В оригинале употреблено слово "Пу", по-гречески "Где?", которым обозначали место пребывания душ умерших, ожидающих воскресения. См. сноску к п. 29.2

91 Греческие философы 5 века до Р. Х. Согласно преданиям, Гераклит все время оплакивал людские пороки, за что был прозван плачущим философом, Демокрит же смеялся над их нелепостью.

92 О влиянии высшего на низшее, причины на следствие и т. п. Латинское слово Influxus, переведенное А. Н. Аксаковым, как "наитие", употребляется автором в значении того, что втекает, производя определенное действие. Русское слово "влияние" этимологически идеально передает смысл, но чтобы его применять в этом смысле, необходимо было бы говорить "влияние во что-то". С другой стороны, "наитие" так же кажется не очень уместным в таких, например, выражениях, как "наитие звука на ухо". В данном переводе это слово передается словами "влияние", "втекание", "наитие" или "проникновение".

93 Этот раздел повторяет SB 19.

94 См. примечание к п. 90.2

95 Преподаватели логики, философии и богословия в средневековых университетах..

96 Этот раздел повторяет CL 315.

97 То есть, со времен золотого века.

98 Так написано в некоторых греческих рукописях. Однако, например, в пункте 196.1 эпитет "великий" относится к вечере.

99 В русском переводе здесь - Аравии, однако в этом же псалме (71:10) говорится о царях Аравии и Савы.

100 Иначе, мучное или зерновое приношение.

101 Если переводить буквально.

102 Это примечание в скобках принадлежит автору.

103 В обоих этих Евангелиях написано: "Всякое дерево...", и в других местах автор цитирует именно так.

104 То есть, "старым".

105 Пункты 731-752 повторяют CL 2-25.

106 Апостолом.

107 Это предложение пропущено в оригинале, но добавлено здесь из CL 8.2.

108 То есть Афины.

109 Иносказательно - знаменем, или оплотом.

110 Град Божий, о котором идет здесь речь, в древнееврейском - женского рода.

111 Пункт 765 в оригинале отсутствует.

112 Пункты 782 и 783 соответствуют BE 100, 101.

113 Везде здесь Иерусалим должен упоминаться в женском роде, см. примечание к п. 746.

114 Это приложение основано по большей части на "Продолжении о Последнем Суде" (издано в 1763 году), 32-82.

115 Pyris.

116 Последователи Й. Кокцеиуса (или Коха), 1603-1669, известного голландского богослова и еврейского ученого.

117 Исправлено на anguem laceratum вместо anguem lacertum (змею ящерицу).

118Тонкий белый лен.

119 Имеются в виду также и Шотландцы, что понятно из 812.

120 Этот текст является последим отрывком из помещенного в конце оригинала указателя (краткого изложения) опытов, включенных в произведение. Он не имеет номера и не соответствует ни одному из опытов в книге. Возможно, он планировался, как дополнение. Здесь он приведен в наиболее, по-видимому, подходящем для него месте.

121 Возможно, Папа Климент XII (1730-40).

122 Канонизирован в 1622 году.

123 Аврелий Августин (354-430) стал епископом Гиппона, прибрежного города северной Африки на границе провинций Нумидия и Африка (граница современных Алжира и Туниса) в 395 году и оставался в этой должности до конца жизни. У Сведенборга написано: "в третьем веке", но имеется в виду, конечно, трехсотые года.

Content

Сведенборг Эммануил
Истинная Христианская Религия