Тарабанов Дмитрий

Письмо к себе

Дмитрий Тарабанов

ПИСЬМО К СЕБЕ

Рассказ

"Здравствуй, дорогой Я! Пишу тебе, живущему в самой глубине моего сознания, где-то в самом центре моего существа. Я получил твой последний сон и благодарен тебе за его прелестную комбинацию. Особенно интересным я нашел обрамление - фильм классического фэнтези: теплый котлован от метеорита, утонувший в мягких, едва осязаемых сумерках, освещенный оранжево-золотыми бликами от пламени костра; несмелые гоблины и уродцы-орки, смущенно выглядывающие изо всех щелей; прелестная черноволосая девушка с золотого оттенка кожей в искусительно разорванной одежде - совсем как на картине Валеджио. Все просто замечательно, но что ты хотел мне этим сообщить? Твой дорогой двойник, Я."

Наконец-то Артур Номн решился написать самому себе. И все это из-за этих странных, совсем не "сонных", снов. Его уже давно мучил вопрос: а до чего же хочет достучаться его собственное сознание? А может он - ясновидец? Или пророк? Письмо к себе должно развеять тучи сомнения над этим неоспоримым фактом... Каким? А вот это и предстоит Артуру сегодня узнать. В эту ночь он лег спать пораньше. Он отчаянно закрывал глаза, считал слонят, прыгающих через Техасскую дамбу; даже принял две капсулы снотворного, но уснуть так и не смог. Артур только удивлялся, поскольку такого понятия, как бессонница, для него раньше просто не существовало. Номн был журналистом, поэтому за день выдыхался настолько, что засыпал сразу же, как его голова касалась подушки. А сейчас он лежал, бодрый и трезвый, и, смотря на часы, чертыхался при каждой смене цифр. Где-то на трехсотом чертыхании (около двух часов ночи) кто-то забарабанил в дверь. Артур, разбрасывая по ветру проклятия, которые он не успел упомянуть (у него был обширный лексический запас), подошел к двери. На Артуре был халат в горошек и тапочки-пандочки, но, если гость нежеланный, это его лучше отпугнет. Когда Артур открыл дверь, он наткнулся на глядящее прямо ему в лоб дуло безотказного, 75-го калибра, пистолета. - Какого чер... - начал Номн, но грохот выстрела не дал ему договорить. Он упал замертво. На лестничной клетке послышались возмущенные крики разбуженных соседей. - Ах вы, малолетние преступники, по ушам хотите?! Опять петардами балуетесь! Чтоб вам башку оторвало! Вот как просто совершаются преступления в предрождественское время. Вошедший внутрь комнаты прикрыл дверь и снял черную маску. Под ней оказалось знакомое лицо. Это же Артур Номн-II! Подсознание самого Артура Номна! Он наклонился, пошарил в разбитой выстрелом голове Номна-I рукой и достал оттуда окровавленное и обмозгованное удостоверение Хозяина Сознания. Теперь он становился законным Артуром Номном, и теперь автоматически появлялась его страховочная личность - Гарант Стабильности. - Дурачок Артур, - сказал он, глядя на труп бывшего Хозяина Сознания. Предупреждал я его всячески, чтоб он делом занимался, да и думал о снах поменьше. - А почему ты ему сразу не сказал откровенно? Сделал бы эксклюзивный сон, посвященный его проблеме, - заметила Пуля, выползшая из головы мертвого Номна. - Да, действительно! - поддержал Пулю Безотказный Пистолет, повернувшийся к Артуру и поглядевший на него изредка мигающим дулом. Артур вздохнул. - Эх, ребята! Знали бы вы, сколько я ему этих эксклюзивных снов делал! Увы, Таможня Снов никаких вещих снов не пропускает и превращает их то в эротику, то в боевики. Вот в последний раз, например, в фэнтези преобразовала. И как я только не пытался перенести пленку на Пороговую Сонную зону, стараясь миновать Шлагбаум: и таможенникам взятки давал, и прокрадывался под покровом ночи, и зубы заговаривал. Ничего! Я уже думал, что до него в конце концов дойдет, когда вдруг этот идиот пишет мне письмо. Я был настолько шокирован, что чуть не вывалился из окна своего маленького офиса в Районе Нового Гипофиза. - А красивый офис? - спросила Пуля. - Да, совсем недавно арендовал. Оформил в классическом стиле, а на столе поставил статуэтку за лучшего Гаранта Стабильности 2000 года. - Но ведь он только начался! - заявил Безотказный. - Вот именно. Пока я лучший и единственный. - Но это нечестно, - настаивал Безотказный и на всякий пожарный перезарядился. - О честности потом, - сказала Пуля. - Сначала закончим с Номном. - Он сильно много думал и мало говорил, уже совсем забросил свою работу репортером на телевидении и стал писать какие-то паршивые статьи. Про сны! Пытался их расшифровать. - И каково? - спросил Безотказный. - Как видишь, наступили роковые перемены в его сознании. А ты думаешь, как меняется мировоззрение? Расскажу я тебе один забавный случай, каких на моем веку... В этот момент дверь позади Артура Номна запищала и взорвалась, разнеся в клочья самого Артура. В комнату шагнул человек в противогазе. Когда дым рассеялся, человек снял противогаз. Это был двойник Артура Номна и тройник экс-Артура Номна. Это был тот самый Гарант Стабильности, каковым являлся Артур Номн до того, как стал Артуром Номном. Новый Артур побродил по комнате, поднял удостоверение Хозяина Сознания, застрявшее в толстой кишке экс-Артура первого порядка, и стал законным Артуром Номном. - Трепачом был, - коротко сказал новый Хозяин Сознания и выпрыгнул в окно. Он бежал по улицам Большого Мозга, распихивая людей и убивая полицейских, пытавшихся преградить ему путь. Вскоре он добежал до пустыря, где располагалась Таможня Снов, перестрелял всех пограничников и перенес пленку со сном на территорию Пороговой Сонной Зоны. Перепрыгнув полосатые ядерные кочки и черновики областей квазилокализации гамма вспышек гастритной активности, он оказался в киностудии "Опус Энтерпрайзес", закамуфлированной под расплывчатое Ничто, и громко и уверенно (а главное кратко и не задумываясь!) выкрикнул: - Стоп кадр!

Артур Номн проснулся от этого странного сна и уже знал, что в нем произошли глобальные перемены. В лучшую сторону. Теперь он был человеком дела: краток, исполнителен, а главное - не задумывался по пустякам.

"Здравствуй, уважаемый Я! Спасибо. Бросаю работу. Становлюсь киллером - кратко, исполнительно, но главное - не задумываешься. Думаю начать с президента. Справлюсь. Твой двойник Я."

2000 год.

Content

Тарабанов Дмитрий
Письмо к себе