Тонаканян Акоп & Орлов Вадим

Каменная летопись вторжений

Антология таинственных случаев

Акоп ТОНАКАНЯН, председатель уфологической комиссии, г.Ереван,

Вадим ОРЛОВ, научный обозреватель журнала

КАМЕННАЯ ЛЕТОПИСЬ ВТОРЖЕНИЙ?

Еще в недавнем прошлом при истолковании наскальных рисунков исследователи исходили, хотя и неявно, из положения о стерильности Земли от разумного влияния извне. Однако этой точке зрения не удалось сохранить свою лидирующую роль при объяснении многочисленных феноменов далекого исторического прошлого.

Деятельность членов Общества древней астронавтики (об одном из его конгрессов говорилось в статье "Марс ждет, мы ждем". - "ТМ" № 10 за 1988 г.), обоснование идеи об астросоциологических связях в работах отечественных исследователей В.Авинского, М.Агреста, И.Лисевича, Р.Фурдуя вывели представления о палеоконтактах из стадии "космического утопизма". В памятниках древней культуры разных народов обнаружено множество так называемых техницизмов типа летательных аппаратов, скафандроподобньгх изображений. Выявлены и сотни неидентифицированных рисунков, возможно, отображающих увиденные в небе аномальные явления. Их наблюдения в более позднее время зафиксированы в письменных источниках. Например, американский ученый Р.Дрейк разыскал описания наблюдавшихся в атмосфере аномальных явлений в текстах 50 древнеримских авторов.

Тем самым выполняется научный завет Константина Эдуардовича Циолковского о необходимости изучать историко-культурные и литературные свидетельства, ранее отодвигавшиеся в сторону как непонятные и необъяснимые. "Теперь, - писал он, - ввиду доказанной возможности межпланетных сообщений следует относиться к таким "непонятным" явлениям внимательнее".

Хотя в орбиту астросоциологических изысканий ныне уже вовлечены огромные массивы информации из прошлого человеческой цивилизации, открываются все новые и новые пласты данных, которые после соответствующего анализа могут быть "подшиты к делу" о палеоконтактах. Немало свидетельств о необычном хранится в анналах одной из самых древних культур - культуре армянского народа.

В подтверждение сказанного сошлемся хотя бы на труды просветителя XVII века Захария Саркофага, жившего в Канакере, неподалеку от Еревана. Он оставил два интереснейших сочинения. Одно озаглавлено "Относительно падения света с неба", другое - "О небесных знамениях". В первом из них содержится описание феномена, который Захарий наблюдал в 1641 году.

"В день воздвижения креста, - пишет он, - во время захода Солнца, не было еще темно и дневной свет продолжался. Неожиданно разорвался эфир на восточной стороне, и стал опускаться большой и синий свет. Широкий и длинный, он опустился до сближения с Землей, и его луч осветил все вокруг ярче, чем Солнце. И передняя часть света вертелась подобно колесу, двигаясь на север, спокойно и медленно испуская свет, красный и белый, а впереди света на расстоянии открытой ладони была звезда размером как Венера. Пока мой отец спел с плачем шесть шараканов, свет еще виднелся, а потом удалился и стал невидимым, и мы потом слышали, что этот чудесный свет видели до Ахалцихе".

Эти скупые и точные слова рисуют нам типичное аномальное атмосферное явление. Подобную картину можно при желании найти и в архивах современных уфологов. Указана даже продолжительность наблюдения - около 15 минут, ибо шаракан - короткая молитва, поется она 2-3 минуты.

А вот выдержка из рукописи Захария Саркофага "О небесных знамениях".

"В одну ночь все видели в воздухе что-то вроде древка и копья. Концы были как у пики. Они постепенно стали поворачиваться на восток и запад. Так продолжалось 20 дней, а потом быстро исчезло. После этого появилась звезда, очень большая, желтого цвета, с длинными и крупными волосами, которые отбрасывались на запад. И волосы сияли и, как искры, падали на Землю. Так продолжалось в течение месяца и двух дней. Никогда не двигалась с места, виднелась иногда вечером, иногда утром, а иногда среди ночи, но потом исчезала". Эти феномены наблюдались в 1679 году.

Но еще больший интерес с точки зрения палеокосмическои гипотезы представляют собой наскальные изображения и петроглифы Армянского нагорья. Самые древние из них относятся к V тысячелетию до нашей эры. Они сгруппированы в нескольких местах: в районе Гегамского хребта (горы Большой и Малый Пейтасар, Шейхи-Чингил), на горе Севасар Варденисского хребта, наконец, в районе Горы паломничества, входящей в состав Зангезурского хребта. Последняя из названных серий выполнена в виде полосы, протянувшейся на расстояние 12 км. Высотное расположение наскальных изображений - от 2200 до 3500 м над уровнем моря.

В разные годы нынешнего столетия, начиная с двадцатых,эти мастерски выполненные рисунки привлекали к себе взоры археологов, геологов, историков. Постепенно большая часть уникальной коллекции из художественной галереи под открытым небом была сфотографирована, а снимки опубликованы (главным образом в трудах Института истории и этнографии АН Армянской ССР).

Есть и немало научных комментариев к ним. Однако исследователи обращались к изучению каменной летописи, исходя из ограниченного числа посылок.

В поле зрения ученых попадали в основном лишь рисунки, отобразившие астрономические знания древних (своеобразные солнечно-лунные календари), сцены охоты на зверей и различные бытовые сюжеты, наконец, религиозно-культовая символика. Так, группа точечных изображений (1) имеет отношение к исчислению времени года, месяца и дня; точка, помещенная внутрь одного или двух колец, обычно символизирует Солнце. Фигуры животных (2) изящны и динамичны, несмотря на предельный лаконизм. Они лишний раз свидетельствуют, с какой достоверностью передают древние художники увиденные ими сцены.

Однако в горной галерее армянских наскальных рисунков есть и немало довольно странных сюжетов. Некоторые из них не допускают однозначных толкований, и отнесение их к сценам охоты весьма сомнительно. Исторически "неправомерные", "аномальные" и просто неидентифицированные изображения никогда не выделялись из общего массива и не изучались в качестве таковых. Между тем упрочение гипотезы о палеоконтактах и ее продолжающееся обогащение фактическим материалом делают эту работу не лишенной смысла. Представляем читателям журнала именно ту часть каменной летописи - около четырех десятков сюжетов, - которая отобрана с помощью целенаправленного применения принципа аномальности или повышенной трудности в процессе истолкования.

Так, рисунок (6) имеет все шансы, чтобы пополнить собранную В.Авинским коллекцию древних техницизмов типа дисковидных летательных аппаратов: перед нами, похоже, типичная "летающая тарелка", выпустившая опоры и совершившая посадку. В сюжете (26) показаны животные, но рядом - скафандроподобная фигура, а над головой у нее - символ Солнца. Двум рисункам (40) даже А.Маритросян, исследователь, придерживающийся традиционных версий, дает такую трактовку: "солнечные боги, сошедшие на землю и траву". Еще одно такое "божество", но уже в скафандре, находим в сюжете (34).

Интересны антропоморфные существа, показанные с отведенными в сторону руками или идущие танцующей походкой (33 и 35). По поводу сходных изображений, найденных и в других частях света, В.Авинский замечает: "поза пляски" в действительности может означать способ передвижения внеземных существ в условиях непривычной для них земной гравитации. Как будто балансируют и две безголовые фигуры (39). Но со свидетельствами очевидцев, повстречавших существа без головы, вернее, с неким бугром вместо нее, мы в последнее время имели возможносгь познакомиться.

Медузообразный объект (41) заставляет нас вспомнить о различных аномальных явлениях, самым ярким из которых был Петрозаводский феномен. Например, сфотографированное в Австрии в июне 1976 года светящееся образование с несколькими отростками почти в точности повторяет то, на которые мы указали. А ведь оно относится к III тысячелетию до нашей эры.

Загадочен и сюжет (3). Если в правой его части представлено обычное колесо, то в центре помещена странная повозка без какого-либо животного, способного ее двигать. Такое ощущение, что два ее колеса шарнирно соединены и конструкция при перемещении по неровной местности может изменять свою форму, наподобие лунохода. Быть может, историческим аналогом этого аппарата послужит горная "повозка-сосуд", описание которой обнаружил в древнекитайской "Книге установлении" доктор филологических наук И.Лисевич. Эта конструкция, как следует из текста, передвигается автономно, без тягловых животных. "Горная повозка - это естественная повозка, - говорится в манускрипте. - Свисают крючья, никто не гнет, не направляет - сама собой закручивается, изгибаясь". Удивительно, но некий свисающий в форме вытянутой капли элемент изображен и на анализируемом рисунке. Левая же его часть вообще не поддается какой-либо идентификации.

На нескольких рисунках мы видим каркас с двойным дугообразным верхним контуром и горизонтальным основанием, опирающимся на четыре, пять или даже шесть ножек. Нередко дугообразный контур полностью замкнут(4, 5, 9, 11, 14, 17, 19, 20, 23, 30), внутри его или рядом помещены изображения существ, схожих с людьми, а иногда не поддающихся опознанию (9, 11, 14, 17, 19, 20). В некоторых случаях фигурки своим лаконичным, почти условным изображением напоминают пляшущих человечков из новеллы Конан Дойла.

Все без исключения предметы с верхней дугой А.Мартиросян квалифицировал как символы длиннорогого безоарового козла. Заметьте: как символы, а не изображения самого животного. Но в таком случае весьма нелогично выглядит показ тех или иных фигур внутри этих символов, а рядом изображений самого козла хотя и в упрощенной, но все же достаточно реалистической манере, без всякой символики и зашифровки (4, 5, 10, 19, 20, 21, 23). И ни один исследователь не может привести сколько-нибудь убедительных доводов, почему же первобытный художник должен был идти на такие нарушения здравого смысла и логики. Поэтому концепцию символов в качестве основы для истолкования этих рисунков нельзя признать состоятельной.

Скорее всего перед нами техницизм, изображение какого-то аппарата, конструкции. Это ощущение усиливается, когда мы видим изображенную в момент динамичного прыжка антропоморфную фигурку, соединенную с аппаратом фалом или канатом (19). В сюжете (23) все тот же предмет с дугообразной верхней частью показан в двух положениях - горизонтальном и вертикальном. Этот художественный прием воспринимается как стремление передать мысль о возможности предмета двигаться, причем в разных направлениях. В таких случаях автор рисунка иногда помещает рядом еще и изображение колеса (24).

Не поддается опознанию рослая фигура, увешанная какой-то сложной оснасткой (25). Однако ощущение необычности происходящего блестяще передано через изображения животных, изготовившихся к прыжку. И это сцена охоты? Вряд ли. Типичным представлением охотничьей ситуации может служить сюжет (15). В манере, пригодной скорее для показа конструкции, нежели живого существа, выполнены массивные изображения (7, 8 и 12). Однако насыщенность многочисленными деталями не дает возможности однозначно оценить их назначение. И даже если мы имеем дело с символом безоарового козла, то опять-таки надо учитывать, что в древнейших армянских мифах и легендах это животное так или иначе олицетворяет проявления стихийных сил: молнию, гром, разного рода световые всполохи и зарницы. Не исключено вообще внимание древних людей к животным как предвестникам грозных и разрушительных явлений - землетрясений, сходу лавин, нередких в тех горных местностях.

Класс не вполне идентифицируемых техницизмов неоднороден по семантике, набору и сложности элементов. Здесь возможен широкий спектр трактовок непонятных на первый взгляд изображений (18, 27, 28), где мы видим парящие фигуры. Однако древний художник в некоторых случаях помещает рядом многовитковую спираль - символ космоса (28). А гигантское антропоморфное существо (13) показано на фоне каких-то летящих предметов. На рисунке (36) в центре - снова символ космоса.

В нескольких сюжетах человекоподобные фигурки имеют на головах устройства, напоминающие антенны (21, 29, 31, 32, 33). Но эти элементы можно толковать по-разному. Не вполне ясно и значение волнистых линий на рисунках (29, 37, 38), которые обычно расшифровываются как изображение змей. Но ведь в сюжете (37) у ног существа и в самом деле расположилась змея, а вот идущие от его рук вверх извилистые линии таковыми уж никак не могут быть. Согласно литературным данным, за ними иногда закрепляется значение небесного огня. Тонкие различия можно провести, по-видимому, лишь после компьютерной обработки больших изобразительных массивов. Точно так же не выявить с ходу значение элементов типа экранов, как на рисунке (22).

В целом рассматриваемых примеров, пожалуй, достаточно,чтобы убедиться: армянские наскальные изображения действительно представляют большой интерес для исследователей, вот уже четверть века ведущих поиск космитов в запыленных коридорах тысячелетий.

Content

Тонаканян Акоп & Орлов Вадим
Каменная летопись вторжений