Трошин Геннадий

Меченый

Геннадий Трошин

Меченый

Весна пришла неожиданно. С Волги подул ветер, разогнал низко нависшие темные тучи, сеявшие вот уже несколько дней колючую снежную крупу, и на небе засияло яркое солнце. Снег разом съежился, осел, и на улицах появились быстрые говорливые ручьи. Небо стало синее и наполнилось радостными криками птиц. Грачи, скворцы, утки - все спешили на родные гнездовья.

Село, в которое переехали еще прошлым летом родители Юры Краснова, преобразилось. На поля потянулись машины с перепревшим навозом, под навесом выстроились отремонтированные тракторы, бороны, сеялки, культиваторы. Все с нетерпением ждали выезда в поле.

И у отца Юры заметно прибавилось хлопот. Раньше, когда они жили в поселке, он был рыбаком артели и одновременно учился в техникуме. Прошлым летом отец получил диплом рыбовода и теперь с утра до вечера пропадал на строительстве пруда, чтобы разводить в нем и выращивать карпов.

- А зачем их разводить, как цыплят, когда Волга рядом? - недоумевал Юра.

- Чтобы больше было рыбы, - говорил отец. - Колхоз от этого получит большую выгоду. Карп быстро растет. Как породистый поросенок. За одно лето прибавляет в весе до полутора килограммов.

Юра ходил на пруд с отцом и смотрел, что там делается. В широкой и глубокой лощине бульдозеры насыпали высокую плотину, углубили и выровняли дно, тракторы вспахали землю. Потом электромонтеры вкопали железобетонные столбы и укрепили на изоляторах провода.

- Для чего все это? - допытывался Юра.

- Чтобы дно пруда было мягче и появился ил, - объяснял отец. - А к проводам летом подвесим электрические лампочки и по вечерам будем включать свет.

- Чтобы карпы не спали? - рассмеялся Юра.

- А им и не придется в это время спать. В сумерки мотыльки, мошкара, комары устремятся на свет к лампочкам, будут падать в воду, а карпы ловить их и есть.

Надо же такое придумать! И как это Юра сам не догадался. Ведь летом по вечерам вокруг лампочек хороводом кружатся всякие насекомые и бьются о стекло, словно хотят во что бы то ни стало разбить его и проникнуть внутрь.

Через некоторое время Юра вместе с отцом опять отправился на пруд. Там, к его удивлению, уже разбросали навоз и известь, а около берегов сеяли овес и вику.

- Без труда не вынешь рыбку из пруда, - подмигнул отец. - Удобрения и известь помогут быстрее развиться планктону, дафниям, рачкам и прочей пищи для карпов, а зелень вики и овса станут подводным лугом, на котором они будут пастись. Если хочешь, на днях поедем со мной на рыбозавод. Там и заберем своих новоселов.

Рыбозавод поразил Юру множеством прудов.

- В этом карпы, а в том карпихи зимуют, - показывал отец. - Здесь они будут давать потомство, а тут живут сеголетки, которых мы погрузим в чаны с водой и перевезем к себе на новое место.

Внимание Юры привлекла группа людей у одного пруда. Высокий мужчина вылавливал широким сачком из больших садков толстых, с крупной золотистой чешуей, рыб, другой мужчина, пониже, подхватывал их, заворачивал в полотенце и подносил к женщине в белом халате. В руках у женщины был обыкновенный медицинский шприц, каким делают уколы. Женщина набирала в него то розовую, то синюю жидкость и вводила ее карпам под кожу между грудными и брюшными плавниками.

- Разве они больные? - с любопытством спросив Юра.

Женщина весело рассмеялась.

- Здоровехонькие. Это я мечу карпов и карпих краской, чтобы потом легче было отличить друг от друга, когда будем вылавливать после нереста. Карпихам вводим синюю краску, карпам - розовую. По пятну на брюшке, которое у них появляется, даже через несколько лет можно узнать, кто карп, а кто карпиха.

Чудно! Юра не утерпел, сбегал к машине и притащил трепыхающегося карпенка.

- Пометьте его, пожалуйста, - попросил он.

Женщина наполнила шприц синей краской, ввела под кожу карпенка.

- Бери. Теперь он у тебя будет меченый. Когда выловят, сразу узнаешь своего крестника по синему пятну на брюшке.

К приезду машины колхозный пруд был уже заполнен водой. Юра с волнением смотрел, как в нем один за другим исчезают карпики. Который из них меченый, он так и не сумел разглядеть. Слишком уж много было карпят. Несколько тысяч. Попробуй отыщи среди них своего!

Через несколько дней, к изумлению Юры, привезли и выпустили в пруд несколько сот мальков щуки.

Щурят к карпятам?! Разве отец не знает, какие они прожорливые хищники? Да они же спуску не дадут карпятам!

В глазах отца, когда он выслушал возмущенного Юру, загорелись лукавые искорки.

- Напрасно беспокоишься. Под присмотром щук наши карпята будут лучше расти и жиреть. Вот представь себе: заселили мы пруд карпятами, начали их кормить, а нахлебники тут как тут. Мелкие карасики, плотички, гольяны. Сколько корма пожрут они у карпят! А щурята, которым более крупные карпята не под силу, этих нахлебников цап-царап - и себе в пищу. И жуков-плавунцов в придачу. В итоге двойная выгода. И пищу для карпят они сберегут, и сорную рыбу повыловят, да и сами подрастут, дадут дополнительную прибыль колхозу.

- Но откуда же возьмутся в пруде карасики и плотва? - удивился Юра.

- Икру птицы на лапках и перьях с озер и болот принесут, - улыбнулся отец. - Или не знаешь?

Да, многому научили отца в техникуме. Не зря старался.

Юра с уважением посмотрел на него и решил, что, когда окончит школу, обязательно будет учиться дальше, на рыбовода.

- Жаль, что зелени вокруг маловато, - вздохнул отец. - Деревья бы посадить. Да разве все разом осилишь. Сейчас сев, каждые рабочие руки на учете.

Юре тоже очень захотелось, чтобы вокруг пруда росли деревья. В тот же вечер он обежал ребят из своего класса. Уговаривать никого не пришлось. Все загорелись желанием озеленить пруд, сделать его похожим на лесное озеро. На следующий день с утра они отправились в рощу и выкопали там, где молодые березки росли особенно густо, саженцы. Бригадир Феоктистов, узнав об этом, даже выделил машину, чтобы их привезти.

- Хорошее дело задумали, ребята, - похвалил он. - И людям доставите радость, и память добрую оставите о себе на селе.

И Юрин отец тоже был очень доволен.

- Если дело пойдет на лад, то со временем разведем целое прудовое хозяйство. Чтобы были не только нагульные, но и свои зимовальные и нерестовые пруды. Тогда все магазины района своей рыбой завалим. Так, что ли, Сидор Ефремович?

Бригадир Феоктистов ухмыльнулся.

- Цыплят по осени считают. Сначала выловим, а там посмотрим.

А через неделю случилась беда. Поздно ночью раздался стук в окно.

- Вставай, рыбовод! Вода из пруда уходит! - закричал сторож Нефедыч.

Быстро одевшись, отец умчался к пруду, где бушевал после сильного дождя паводок. Промокший и озябший, отец вернулся домой лишь под утро.

- Вовремя успели, - устало сказал он, стаскивая испачканные грязью сапоги. - Хорошо, что прорвало дамбу в самом верху, а то бы вся рыба ушла в озеро, а там в Волгу. Теперь укрепили надежно.

- Ни одного карпика не проскочило? - с тревогой спросил Юра.

- Думаю, что нет, - успокоил отец.

Летом, хотя забот и забав, как у всех ребят, у Юры прибавилось, он не упускал случая, чтобы побывать на пруде. Интересно было смотреть, как старый Нефедыч отталкивал лодку от берега и разбрасывал корм возле вешек, где тотчас начинала плескаться рыба. Перед тем, как разбросать корм, Нефедыч громко звонил в колокольчик. Прежде этим колокольчиком строгая техничка тетя Глаша оповещала в школе о начале и конце уроков. Теперь там установили электрический звонок, и колокольчик перешел в руки Нефедыча.

- Зачем ты шумишь? - удивился Юра, когда первый раз услышал над прудом знакомый звон. - Рыбу пугаешь.

- Это не я, а отец твой придумал, - с важным видом ответил старик. - Чтобы приучить карпов к порядку. Разбредутся они по пруду кто куда, а я им звонок: "Собирайтесь! Пора обедать!" Заслышат они сигнал и быстрее сюда. Потому что у рыбы, как это по-научному... отец сказывал... рефлекс вырабатывается. Привычка вроде. Твой отец говорил, что этой мудреной наукой известный ученый Павлов занимался. Умнейший, видать, был человек. Академик!

Хорошо сидеть с Нефедычем на берегу, слушать его неторопливый разговор. Одно только плохо - рыбу в пруду удить нельзя. Отец строго настрого запретил. И Нефедыч с ним согласен: какая корысть мелкоту губить, когда к осени из нее вырастет крупная рыба.

А осень подкрадывалась незаметно. Сначала в зелень листвы молодых саженцев вплелись кое-где желтые листья, потом вода в пруду стала одного цвета с холодным, серым небом. День вылова рыбы совпал с началом занятий в школе. Все уроки Юра просидел, как на иголках, и, не заходя домой, помчался к пруду.

Рыбу уже грузили в машину. Карпы были крупные, упитанные и ничуть не походили на тех малышей, которых привезли сюда весной. И уж совсем удивительно выглядели зеленоватые полукилограммовые щучки. Надо же! Из крохотных мальков и такие щучки за лето!

Юра внимательно следил за погрузкой рыбы и все расспрашивал, не видел ли кто карпа с синим пятном на брюшке.

Неужели Меченый ушел из пруда после паводка? А может быть, погиб?

Юра спросил об этом отца, но тот отмахнулся:

- Подумаешь, один карп! Мы вон сколько центнеров карпов и щук выловили! Большие деньги за них колхоз выручит. Теперь наверняка развернем прудовое хозяйство...

Прошла зима. В лощине около села появилось еще несколько прудов.

- Скоро завезем сюда карпов и карпих и будем разводить свою молодь, радовался отец, поглядывая на самый крайний, более мелкий пруд, в котором были разбросаны снопики камыша и соломы для нереста рыбы. - Но для этого придется подождать, пока не потеплеет вода. Карпы любят теплую, как парное молоко, воду, нерестятся позже других рыб, которые у нас водятся.

До заселения прудов делать стало нечего, и Юра, соблазнившись рассказами ребят, решил порыбачить в заливе Волги.

На рыбалку он выбрался лишь через неделю. Утро выдалось безветренным. На берегу, нахохлившись, словно большие серые птицы, сидели рыбаки, не сводя настороженных глаз с поплавков. Юра размотал удочку, забросил леску.

Поблизости находилось еще несколько человек. В одном из них Юра узнал колхозного кузнеца Степана Новикова. Лицо его было темным от загара, а волосы уже успели выгореть на солнце. Стройное бамбуковое удилище в могучих руках казалось былинкой.

Клевали окуни и сорожки. Изредка попадались язишки. Юра бросал их в корзину и совсем забыл про соседей.

Неожиданно вскочил Новиков, взмахнул удилищем. Оно согнулось, натянутая леска, разрезая воду, поползла в сторону. Сразу видно, что взяла большая рыба. Соседи, позабыв о своих поплавках, выжидающе уставились на Новикова. Он долго водил рыбу на кругах, медленно подтягивал и, наконец, подсунув под нее просторный сачок, тяжело выволок добычу на берег.

Все бросились к нему.

Большая рыбина упруго забилась в сачке, сбивая с боков крупную чешую, похожую на новенькие монетки.

Новиков устало вытер рукавом мокрый лоб:

- Уморил, леший.

- Добрый сазан, - взвешивая на руках рыбину, сказал щупленький старик с редкими рыжими волосами на подбородке. - Пожалуй, килограмма на три потянет? Эх, и уха будет.

- Бери выше, - возразил другой, в очках. - И не в кастрюлю его, а на сковородку. С постным маслицем поджарить. За уши не оттащишь...

- Хозяйка сама придумает, что с ним делать, - счастливо улыбнулся Новиков. - Хорош поросенок. Нагулял жиру. С икрой.

Он похлопал рыбину по брюху, склонился ниже и начал что-то внимательно разглядывать. Лицо приняло разочарованный вид.

- А сазан-то того, - растерянно сказал он. - Вроде больной?..

- С чего взял? - усомнился старик.

- Сам посмотри. Видишь, брюхо-то у него синее. Вон пятно какое!

- И в самом деле, - брезгливо поджал губы мужчина в очках. - Н-да, такого на сковородку, а потом в больницу. Может, солитерный, а может...

- Выпусти ты его от греха подальше, - сплюнул старик.

- Ни в коем случае, - возразил мужчина в очках. - Закопать надо. Чтобы не разводить в Волге всякую заразу.

Юра, затаив дыхание, прислушивался к разговору старших. Он уже не сомневался, что перед ним меченый карп, вернее, карпиха... Что делать? Открыть правду? Но тогда Новиков сварит из нее уху или зажарит на сковородке.

- Дайте сазана мне, - набравшись храбрости, как можно небрежнее сказал Юра. - Я покажу его отцу.

- Верно, - обрадовался Новиков, признавший Юру. - У тебя отец рыбовод. Пусть исследует. Ему пригодится для науки.

Не веря счастью, Юра положил Меченого в корзину и со всех ног припустил к селу.

- Вот! - с сияющими глазами показал он Меченого отцу, которого нашел у пруда.

- Карпиха? - удивился отец. - Где ты взял?

И Юра рассказал отцу все как было.

- Молодец, спас карпиху, - похвалил отец. - Из икры, которую она вымечет в нашем пруду, можно получить двести тысяч мальков. А вот то, что ты не открыл правду Новикову, уже плохо. Иди и расскажи ему обо всем. А теперь бери своего Меченого, выпускай.

Юра бережно достал из корзины карпиху, опустил руки в воду и разжал пальцы. Карпиха недоверчиво заворочалась у берега, потом зашевелила золотистыми плавниками быстрее и скрылась в глубине пруда.

- Плавай, плавай... Выводи карпят, - прошептал он.

Content

Трошин Геннадий
Меченый