Воронцов Кирилл

Избранные стихотворения

Кирилл Воронцов

Избранные стихотворения

НЕНАЧАТАЯ СКАЗКА

Вечер. Багряное солнце

Медленно падает в море,

Темнеет лазурное небо,

И скалы вдали розовеют,

На севере тьмою покрывшись.

Свободен и чист легкий ветер,

Парящий в бескрайнем просторе,

И свежею дымкой окутав,

Трепещущий лес на прибое.

Над Солнцем сияет Венера,

Влюбленных звезда мореходов,

Стихии покорных русалок,

Которые часто взбираясь

По камням на выступ скалистый,

Встречают и прочь провожают,

Белеющий парус корвета,

Иль брига неспешную легкость,

Иль робкий порыв бригантины,

Спешащих из края до края

И вновь исчезающих в море.

Русалки поют в этот вечер

О дали, о штормах и бурях,

О безднах Отца-Океана,

Скрывающих тайные клады:

И россыпи дивных алмазов,

И золота темные слитки,

Которые в трюмах томятся

Давно затонувших фрегатов.

Русалки поют о великом

И с песней уходят в надежде,

Что зов их услышанным будет:

Исполнятся старые сказки,

Поросшие небылью были,

И станут их счастливы лица.

Но в этом русалок тревожит

Печалью иная картина.

Кто знает, а вдруг... может, если...

Тогда они просто исчезнут,

Исчезнут в воде, словно тени,

И больше никто не услышит

Тех грустных и светлых напевов,

Что так утешают спешащих

В далекие страны матросов.

Ах, Боже! Пусть длятся веками

Русалок печальные песни,

И пусть неутешное горе

Останется с ними навечно;

Пусть сказка неначатой будет.

25.XII.92

АСМАРАНД

Пылился древний фолиант

Забытый Богом и веками,

На нем названье "Асмаранд"

Светилось тусклыми огнями.

Во мраке полном он лежал

В пещере дальней за горами,

Но изумрудом он блистал,

Сияя яркими лучами

В момент рождения Луны,

Когда на небе звезды блещут,

И ночи сказочно бледны

И словно на ветру трепещут.

В подобный час сей манускрипт

Горел над главами седыми

Гор, опоясавших холм Гибт;

И расстилался по низине

Незримый чад отверстых уст,

Произносящих заклинанья

(Холм оставался прежде пуст,

Но ясно слышались стенанья,

Хулы, проклятья и мольбы,

Происходящи из пещеры;

И грохот явственный борьбы,

И чей-то крик во имя веры).

Вот проходил за часом час

И гасли крики постепенно.

Их заглушал болотный газ,

С равнины двигавшийся, верно.

А утром снова тишина

Ложилась на поля и горы,

И до полудня лишь трава

Шептала эти наговоры.

С тех давних пор унылый край

Пустыней ужасов считался,

Для демонов печали рай;

Да так в поверьях и остался.

Природа прошлого темна

И тем печальнее порою,

Увидев древних письмена

Их лишь значков считать игрою.

Да будет жив тот человек,

Кто первым в путь во тьму поднялся!

И памятью в сердцах навек

Он с этим подвигом остался.

Услышав дедов ворожбу,

Он в путь усердно собирался.

С мечтой связав свою судьбу,

Всю жизнь по свету он скитался.

И так теперь. Про Асмаранд

Узнав, явился чужестранец;

Решил увидеть фолиант

И с истин лжи очистить глянец.

Упорно двигая веслом,

Добрался он до гор далеких.

А дальше путь лежал пешком,

В хребтах скалистых и высоких.

Но вот холм Гибт пред ним лежит.

И странник дивною игрою

Теней, чей бледный манит вид,

Заворожен. "Клад предо мною!",

Воскликнул он; и вниз скорей,

Во глубь пещеры с ярким светом.

Тот полыхал во тьме ночей,

Огняных брызг давал ракеты.

На камне фолиант лежит,

Само знамение десницы;

О, небо! Асмаранд открыт!

Но в нем... лишь чистые страницы.

август 93

КАРВАДЖАЛ

Мой путь давно определен Незримой верностью решенья, И даже малое сомненье Не может раствориться в нем.

Куда больней, чем горя путь И ярче страсти созерцанья, С планетой дивной расставанье; Я в смерти жизни вижу путь.

Порой минувшее затмит Игру актеров драмы древней И кажется - вот случай верный, Но рок иной определит

Мне час для выхода на сцену, Чем я хотел себе решить. И поздно миг остановить: Судья готовит мне арену.

Финальный акт моей судьбы... Я жду. Мгновенья истекают, Часы идут, минуты тают... Нет, я не cдамся без борьбы!

Но торжествующий удар Уже наносит провиденье. Все, смерть. Нет от нее спасенья. Я вечность жду; мой час настал.

22.VI.94

* * * В мрачной пещере два темных пятна. Падают капли. Струится вода. Быстро проносятся годы во мгле. Трудно мгновенье увидеть в стране Вечного мрака, где времени ток Чахл и скуден; и к солнцу росток Там никогда не протянет листы: Холод погубит младые черты. Семя безбрежно во время уйдет Если провалится с грязью под лед Или на камень за ветром падет. Будет одно. А пещеры народ Вымер давно там - жуки и сверчки Были последними. Здесь их зрачки Высохли, стерлись на жестком челе Или застыли в холодной воде,

Стужа бушует в пещере одна. Капли на камне. Два темных пятна.

27.VI.93

В ПУТИ

На краю неизвестной дороги На которой не видно следов, Я прилягу. Усталые ноги Отдохнут после долгих трудов.

Распакую рюкзак свой неспешно И достану еды и питья; После долгой дороги, конечно, Так приятна прохлада ручья,

Что журчит тихо-тихо на склоне Укрываясь в еловой тени. Утомленный, он в сладкой истоме Еле двигает воды свои.

Вечереет. Играет зарница На востоке среди облаков. Вдалеке приютилась криница; Она звездный скрывает покров,

Отражая в себе Зазеркалье. Мир иной погрузился во тьму, Лишь звенит соловей, и печально Прорывает дергач тишину.

3.08.93

* * * Ты вернешься, я знаю, вернешься; Мое сердце устало молиться; И в душе звоном струн отзовешься, Я так жду, я не в силах забыться.

Но лишь только порог переступишь, Но лишь только взойдешь по ступеням, Я умру. Так ты жизнь свою купишь И не вспомнишь об этих мгновеньях.

Ты не вспомнишь о наших свиданьях Поздней ночью иль нежным рассветом, Ты не вспомнишь о долгих скитаньях, Никогда ты не вспомнишь об этом.

Все равно я надеюсь на встречу, Пусть мгновенную; только бы взором Повстречаться. Спрошу и отвечу И исчезну вспененным узором,

Но останусь я в замке навеки Белым призраком в залах холодных, Ночь живу, исчезая с рассветом, Чтобы ты оставался свободным.

И пускай ты полюбишь другую, И пускай обо мне ты забудешь, За тебя я молюсь и тоскую: Счастлив будь. И я знаю - ты будешь.

3-9.94

* * * Я почему-то устал, я не знаю, что стало со мною; Может быть, осень запряталась в душу мою. Тусклый фонарь под окном умеревшей звездою Светит, бросая латунные пятна во мглу.

Хочется снова заснуть, в ожиданьи прихода рассвета. Дали пустынны и темень вокруг холодна. Только вдали разрывает пространство комета. Космос уныл, отого и комета бледна.

Где-то всесильные боги кости метают в раздумье: Жизнь может кончится, может быть - дальше пойдет; Вспыхнет пожар на плавучем под звездами судне, Город исчезнет под тяжкими сводами вод.

Рок безграничен, но скучен, в нем нет утешенья; Случай - лишь призрак, а может - уловка ума; Дней пересчет так же тверд, но приходит решенье Всякому, кто выбирает из смерти и сна.

4.02.96

* * *

Тихо в саду опустевшего старого дома, Серые ели только угрюмо стенают Прошлое ль вспомнят, ушедшее ли проклинают... Тихо в саду опустевшего старого дома.

Пусто внутри, потому некому ставни раздвинуть, Холоден дом, но его никто не согреет, Дым из каминной трубы никогда не повеет... Пусто внутри, потому некому ставни раздвинуть.

Дождь моросит, моросит он уныло и нудно. Ветер, разбив слуховое окно, тихо воет И забирается внутрь чердака и там бродит... Дождь моросит, моросит он уныло и нудно.

Дом опустел, и в него некому больше селиться. Муж и жена - старики, жившие долгие годы, Умерли. А назавтра их похоронят... Дом опустел, и в него некому больше селиться.

1992г.

МИМОЛЕТНОЕ

Записка на столе: Пpощальные слова. Лишь фото на стене Знакомое всегда.

И снова я один. Огонь гоpит едва. Кого-то снова ждут О веpности слова.

26.12.96

НАД ВЕЧНЫМ ПОКОЕМ. 1894

Вечный покой. Гладь небеной лазуpи. Тихо над водами. Тихо кpугом. И, как коpабль после длительной буpи, Стаpая цеpковь в глуши, над холмом.

Хмуpые тучи пpоходят пустыней, Где-то вдали пpедвещая гpозу. Ветви тpепещут, шуpша над pавниной. Листья печально летят по миpу...

И в тишине бесконечных молений Слышен единственный голос земной: Это исполненный тяжких сомнений Звон колокольный плывет над волной.

19.7.92

* * *

( a la Эллиот )

Почему же никто не верит, Что я Сын иранского шейха? Может что-то с моим аусвайсом? Но нет, он в порядке. И в этом все дело. Ведь согласно ему Я Какой-то Семенов.

5.8.95

* * *

Я вышла в ночь. Холодное мерцанье

Бессмертных звезд, сиявших в вышине,

Окончилось; растаял свет в окне,

И дверь закрылась в полной тишине.

17.X.93

* * *

Или Таня, или Юля,

Или Света, или Надя,

Или Вера, или Катя,

Или Настя, или Саша,

Или Лена, или Рита,

Или Оля, или Маша,

Или Тоня, или Люда,

Или Рая, или Нора,

Или кто-нибудь еще;

Сзади подошла тихонько

И глаза рукой закрыла.

И не знаю я, что делать,

Как мне девушку позвать?

16.VII.94

* * *

Как мне ее не хватает,

Как тяжело одному!

Свечка в окне тихо тает,

Капли дробят тишину...

Пасмурный вечер. Стемнело.

Пробило десять часов.

Призрак в сверкающем белом

Вновь появиться готов.

Вой за окном все слышнее;

Ветер холодный ворчит;

В соснах на дальней аллее

Мраморный диск серебрит

Пруд. Со свинцовым отсветом

Плещет, искряся, вода.

Призрак исчез пред рассветом.

Снова вокруг тишина.

И в безответной надежде

Слушаю я темноту.

Если б вернулась, как прежде.

Так тяжело одному.

2.II.93

* * *

Как-то скучно мне, скучно, скучно,

Что-то сделать великое тянет.

Может просто в квартире душно,

Может даль бесконечная манит?

Эх, как сокол бы в небо подняться,

Как дельфин в толщу вод устремиться...

Только жаль: от земли оторваться,

Все равно, что в рубашке родиться.

Богом дан человеку лишь разум.

Может быть на него положиться?

Сконструировать что, только сразу,

И тогда в небеса устремиться.

Правда, лень заниматься расчетом,

В высших сферах ведь надо копаться.

Отдохну. Мне бы ваши заботы!

Эх, сейчас бы в реке искупаться.

Или нет, не в реке, в океане;

Все равно. Только холодно очень.

Так мечты пропадают в тумане...

Скучно мне просто нет больше мочи!

Но спасение есть - телевизор.

Рядом сядешь и сразу включаешь.

Лекарь наш, эскулап и провизор.

От него никогда не устанешь.

Страны разные ты повидаешь,

Воспаришь, как орел в поднебесье.

В нем весь мир, и его ты познаешь,

Ну а сам остаешься на месте.

24. III. 95.

ПИСЬМО

Хрупкий фонарь Земли

Ярко горит в окне.

Я далеко; прости...

Вижу тебя во сне.

Вижу наш летний сад

Часто в мечтах своих;

Грустно порой звучат

Мне голоса родных,

Тех, что оставил там,

Где-то во тьме ночной.

Хочется дать слезам

Волю. И я порой

Думаю лишь о том,

Чтоб поскорей придти,

Если вернусь живой

И не собьюсь в пути.

Часто себя корю.

Что улетел от вас.

Боже, как я люблю

Свет твоих синих глаз!

Как я хочу теперь

К сердцу тебя прижать!..

Кто-то стучится в дверь;

Да, мне пора бежать.

Снова не смог тебе

Жизнь описать свою.

Так тяжело на Луне,

Часто себе говорю.

Так тяжело без тебя,

Так тяжело одному.

Часто от ночи до дня

Я возвращения жду.

Хрупкий фонарь Земли

Ярко горит в окне.

Я далеко... прости...

Вижу тебя во сне.

17. IV. 93

ПЕЧАЛЬНЫЙ СОНЕТ

Вокруг пустыня. Ветер воет,

Песок бросает на поленья...

Все ждут великое Знаменье.

В священный трепет люди входят.

Молчат. Мгновенья истекают.

Костер горит, искря минутно.

Вздох слышен чей-то и, попутно,

Тревожный шепот. Угли тают.

В последний день Седьмых Наветов

Решится их судьба о главном,

О чем-то важном и печальном:

Им снизойдет Дорога Предков.

Но за холмами ветр трепещет.

Им слышен шум. Так море плещет.

93-94 г.

Content

Воронцов Кирилл
Избранные стихотворения