Жарикова Татьяна

Летний день

Татьяна Жарикова

Летний день

Рассказ

На бугре за поворотом показался голубой самосвал. Валя слетела вниз к речке вслед за ребятами и присела в высокой траве на берегу. Испуганная лягушка шлепнулась в воду и тут же вынырнула неподалеку, распласталась на поверхности и замерла. Миша запустил в нее грязью, и она исчезла.

- Тише ты! - прошипел на него Юра.

Машина прокатилась по мосту, прогибая колесами доски. Пыль обильно сыпалась в щели, висела в воздухе. На берег рядом с ребятами упал пучок травы. Видно, кто-то выкинул его из кабины.

Миша первый сообразил, что это горох, и кинулся к нему.

- Чур, мой!

Ребята быстро разодрали пучок на части. Вылезли на мост и стали искать среди листьев стручки. Но тот, кто выбросил, выбрал все до единого. Ребята разочарованно побросали гороховые стебли в кусты.

- Пошли за горохом? - предложил Миша.

Валя с Юрой замялись. Гороховое поле было за лесопосадкой, возле оврага. Так далеко они еще никогда не уходили из деревни.

- Далеко!

- Где же далеко! Мы с папой оттуда за пять минут на лошади доехали... - начал уговаривать Миша. - Мы там траву косили!

- То на лошади...

- А мы бегом! Я быстрее лошади бегаю...

- Не ври! Лошадь, кого хочешь, обгонит.

Миша спорить не стал.

- Если не хотите, я один пойду! - поднялся он, делая вид, что собирается идти один. - Только - чур! - потом не просить! Ни горошинки не дам!

Юра с Валей переглянулись и тоже поднялись. Миша решительно зашлепал босыми ногами по пыльной дороге.

- Погоди! - остановил его Юра. - Пошли по берегу, а то на дороге нас объездчик увидит!

Миша вернулся. Он вспомнил, как его вчера тетя Катя, соседка, выгнала из сада объездчика дяди Васи, и подумал, что она теперь все рассказала ему. Ребята спустились к воде и пошли вдоль обрыва.

- А зачем дядя Вася вечером к вам приезжал? - спросил Миша у Вали. Он обо мне ничего не говорил?

- Не знаю... Я спряталась...

- Она его боится, - сказал Юра.

- Не боюсь... кто тебе сказал?

- Я сам слышал!.. Твоя мать дяде Васе говорила... Я вечером рыбу ловил на речке, а они за водой приходили и на берегу об отце твоем разговаривали. Мать сказала: если бы ты дядю Васю не боялась, было бы хорошо, а так ничего не получится...

- Что не получится? - спросил Миша.

- Не знаю, - передернул плечами Юра.

- А чего ты его боишься? - повернулся Миша к Вале.

- Да-а... он страшный... нога деревянная, и лицо вон какое...

- Ну и что? Это шрам... а ногу у него в больнице отрезали, - сказал Юра.

- У нас в Уварове тоже у одного ногу отрезали, а он протез купил: на мотоцикле скачет, ни за что не догадаешься, что у него ноги нет! рассказал Миша. Он жил в районном центре, а летом отец привозил его к бабке в деревню.

- А у дяди Васи деревяшка... - сказала Валя.

- У него тоже протез есть, с ботинком... Я видел, - оглянулся на девочку Юра.

- А почему он один живет? - спросил Миша.

- Он с тетей Ниной жил, и девочка у них была. Дядя Вася на машине ездил, и она перевернулась. Тетю Нину с девочкой похоронили, а дядя Вася объездчиком стал и от людей стал прятаться... Это папа говорил, - объяснил Юра.

Ребята перебежали по полю в овраг и направились по тропинке, протоптанной коровами и овцами. Шли долго. Миша изредка выскакивал на берег оврага и смотрел, - далеко ли до лесопосадки.

- Еще чуть-чуть! - говорил он ребятам, сбежав вниз.

Наконец дошли до лесопосадки. За ней стелилось гороховое поле. Оно уже начало желтеть, только кое-где виднелись зеленые плешины.

- Как будем рвать? - шепотом спросил Юра. - С травой или одни стручки?

- Стручки! - ответил Миша.

- Так долго... А вдруг дядя Вася...

- Валька, ты будешь сторожить! - скомандовал Миша. - Следи во-он за той дорогой, - указал он на поворот возле оврага, - и за лесопосадкой. А то дядя Вася выскочит, мы и не увидим!

- Я тоже хочу горох, - обиделась Валя.

- Мы тебе дадим! Не бойся! Только смотри, не прогляди!

Миша двинулся на поле. С краю горох начал созревать, желтеть, а зеленый вкуснее, сочнее, и ребята побежали дальше, туда, где была зеленая плешина.

Валя смотрела из-за куста то на дорогу, то на ребят. Они присели и торопливо набирали стручки за пазухи. Вале было страшно. Хотелось к ребятам. "А если Мишка обманет - ничего не даст? - думала она. - Или самый плохой выберет!" Валя вспомнила, как вчера он обещал зайти за ней купаться на речку и не зашел, убежал с ребятами, а она напрасно ждала его дома... На дороге никого не было видно, и Валя побежала к ребятам.

- Ты чего? - сердито спросил у нее Юра

- Там никого нет...

- Пусть рвет, только быстрей! - сказал Миша.

Валя начала выбирать стручки и совать их за пазуху.

- Ты снизу гляди, - подсказал Юра. - Они внизу висят!

Прохладные крепкие стручки приятно щекотали кожу, терлись друг о друга, поскрипывали. Майка на животе постепенно отдувалась, тяжелела.

- Ребята! - испуганно шепнул Юра.

Сквозь деревья лесопосадки было видно, как по ту сторону неторопливо бежала лошадь. На телеге сидел человек.

- Дядя Вася! - бухнулся на землю Миша. - Ложитесь!

Ребята скрылись среди гороховых стеблей. Валя начала дрожать от страха. Захотелось плакать.

- Это все ты! - сердито взглянул на девочку Миша. - Говорил, сторожи!

- Да-а! А как же я там одна... - всхлипнула Валя. - Он меня...

- Он нас видел! - зашептал Юра. - Смотрите, как скачет! От оврага отрезать хочет... Давайте в овраг! Там он нас не поймает!

Юра вскочил и помчался по полю к оврагу. Миша с Валей за ним. Бежать по густым сплетенным стеблям гороха трудно. Валя на бегу придерживала отдувшуюся спереди майку. Стручки метались за пазухой, царапали кожу, выскакивали. Девочка видела, что ребята далеко, а лошадь бежит наперерез. И вдруг штанишки ее соскользнули вниз. Стручки разом высыпались на землю. Валя запуталась и упала. Она заревела, лежа натянула штаны и, придерживая их рукой, снова полетела к оврагу, плача на бегу. Когда овраг был совсем рядом, Валя увидела сквозь слезы прямо перед собой телегу с дядей Васей и с испуганным ревом повернулась, чтобы бежать назад, но споткнулась и упала в густой колючий горох, запуталась в стеблях и никак не могла подняться. И вдруг увидела, как острая деревянная нога с железным кольцом на конце опустилась рядом и стала медленно погружаться в землю. Валя забилась от страха.

- Ну что ты! Что ты! Дурочка! - услышала она и почувствовала, как дядя Вася прикоснулся к ней, потом стал поднимать с земли.

- Не надо! Не надо! - билась в его руках девочка.

Она начала заикаться.

- Что кричишь! Не бойся! - держал ее в руках дядя Вася. - Не трону я тебя...

Он прижал девочку к себе и похлопал ладонью по спине.

- Смотри-ка, у тебя резинка у штанишек лопнула!

Валя перестала плакать. Объездчик понес девочку к телеге. Лошадь стояла на дороге и мирно пощипывала траву на обочине.

- Пусти!.. Я сама... домой... - всхлипнула Валя.

- Как же ты сама?. Штаны-то спадут. Да и одна ты. Глянь, ребята где?

Мальчики были далеко. Они бежали по другой стороне оврага к деревне.

- А на лошади мы быстро доедем... Лошадь у нас бодрая...

Дядя Вася посадил девочку на телегу на солому, поправил у нее штаны и сел рядом.

- Вот так! - приговаривал он. - Не бойся! На лошади мы быстро...

Он дернул за вожжи, повернул телегу к деревне и обернулся к девочке:

- А чего ты испугалась-то?

Валя молчала, смотрела вниз, на солому на телеге.

- Яблоко хочешь?

Девочка мотнула головой. Дядя Вася вытащил из соломы два яблока и протянул одно Вале:

- Бери!

Девочка посмотрела на яблоко и снова качнула головой.

- Бери! Скороспелка! Сладкое...

Валя исподлобья взглянула на дядю Васю. Он улыбался, смотрел ласково и был совсем не страшным. Девочка потянулась к яблоку, взяла и откусила. Яблоко было действительно сладкое.

- Ну вот! - сказал дядя Вася. - Ешь! - И потрепал ее по волосам. Солнышко как тебя побелило. Белая, как заяц... Мама на свекле сейчас, да?

- На свекле... - ответила Валя, вгрызаясь зубами в яблоко.

- А ты одна бегаешь... И доглядеть некому за тобой.

- Я не одна. Я с ребятами и с бабкой Петровной... Она за мной смотрит!

- Смотрит... За ней самой смотреть надо... Отец письма не присылал?

- Не-а...

- Улетел соловей весенний, - усмехнулся дядя Вася.

- А мама не хочет от него письма получать!

- А ты откуда знаешь?

- Она бабке Петровне говорила... Говорит, и читать не стану - порву!

- Может, оно и верно! Проку-то от такого отца мало...

Лошадь въехала в деревню, и девочка заерзала на телеге.

- Останови, я пойду!

- Куда же ты пойдешь-то? Погоди! Резинку вденем сперва, а то бабка ругать будет...

- Не-е, я пойду! - просила девочка.

- Ну и трусиха ты у меня! Чего ты боишься? Иль я такой страшный? Страшный, да?

- Не-е, - покачала головой Валя.

Дядя Вася остановил лошадь возле крыльца избы, кинул вожжи ей на спину, ссадил девочку с телеги и за руку повел в сени, с усилием подтягивая за собой деревянную ногу. Валя рукой поддерживала штанишки.

В избе дядя Вася отыскал в ящике стола булавку и весело скомандовал:

- Ну, давай! Снимай!

- Не-е, - отказалась Валя. - Так!

- Ну, давай так! - засмеялся дядя Вася.

Он сел на стул возле девочки, ловко и быстро вставил резинку и сшил концы.

- Готово! Можешь теперь бегать... погоди-ка, погоди! - остановил он Валю у порога. - У меня где-то медаль завалялась!

Он открыл белую картонную коробку и протянул девочке круглую желтую медаль.

- Держи!

Валя взяла, выскочила на улицу, остановилась за углом избы и начала разглядывать медаль. С обеих сторон на ней была выдавлена башня со звездой. Валя побежала вприпрыжку по лугу к избе бабки Петровны. Бабка жила рядом с Валиной матерью и присматривала за девочкой, когда мать была на работе. Посреди луга Валю остановил свист. Она оглянулась. Ребята сидели за бетонным кругом колодца и махали ей руками, подзывая к себе.

- Ну, как? - шепотом спросил Юра. - Бил?

- Не-а... Яблоко дал...

- А в избу он тебя зачем водил? - спросил Миша.

- Резинку вставлял, - оттянула Валя резинку штанов и хлопнула ею по животу. - И медаль дал!

Она разжала ладонь и показала ребятам.

- Ух, ты! - восхищенно сказал Юра. - Золотая!

- Это и не медаль вовсе! - засмеялся Миша.

- Медаль! Видишь, башня и звезда на ней! - обиделась Валя.

- Кремль! - пояснил Юра.

- Вы чо! Это шоколадка! Дай-ка сюда! - Миша забрал у Вали шоколадку. Смотрите!

Он быстро развернул и сунул ее в рот.

- Отдай! - кинулась к нему Валя.

Миша откусил половину и протянул остаток Юре:

- На, попробуй!.. Медаль!

Юра тоже откусил. Вале достался совсем маленький кусочек. Она обиженно покрутила в руке липкий коричневый комочек и сунула в рот. Медали больше не было. Стало жалко ее.

- Вы дураки! - крикнула Валя. - Я с вами играть не буду!

- Ну и не играй! Без тебя обойдемся! - ехидно засмеялся Миша. Медаль! Сама ты медаль рыжая!

- Я не рыжая, не рыжая! Я белая, а ты конопатый...

- Рыжая, рыжая! - дразнил Миша.

- Тише! - шикнул на ребят Юра. - Дядя Вася!

Из проулка выехала лошадь. Ребята спрятались за сруб и притихли. Валя, глядя на них, засмеялась:

- Трусы! Трусы вы! А я пойду с ним кататься!.. Дядя Вася! - закричала она и побежала к нему. - Прокати!

Лошадь остановилась. Объездчик помог девочке вскарабкаться на телегу и хлопнул вожжами. Телега загремела по дороге. Валя вцепилась руками в передок и, улыбаясь, оглянулась на ребят. Они следили за ней из-за колодца. Напротив избы Валиной матери дядя Вася натянул вожжи. Девочка слезла. Дядя Вася взял мешочек, достал из него яблоки и подозвал Валю к себе:

- На-ка, матери дашь... У меня яблоки раньше всех спеют... а тебе я завтра из камыша свирель сделаю! Знаешь, что такое свирель?

- Не-а, - покачала головой Валя.

Она обеими руками прижимала к груди яблоки.

- Это дудка такая, - улыбнулся объездчик.

Телега загромыхала дальше.

Возле крыльца своей избы Валя остановилась и посмотрела на солнце. Оно потихоньку спускалось к ветлам под огородом, но пока еще не коснулось верхушек. Валя знала, что как только солнце спрячется за ветлы, приедет мама. "Еще немножко!" - подумала девочка, положила яблоки на теплый порог и достала ключ от замка из-под камня. Но в избу идти передумала, села рядом с яблоками и стала считать их вслух:

- Один, два, четыре, пять, шесть! Шесть...

Но потом решила, что ошиблась, и пересчитала снова. Опять получилось шесть, и опять показалось, что-то не так. Валя знала хорошо, что пальцев на руке пять. Тогда она положила яблоки рядом и к каждому прижала по пальцу одной руки. Яблок было столько же, сколько и пальцев. Значит, пять! Валя снова стала считать, прижимая по очередь пальцы к яблоку:

- Один, два, четы... - Валя задумалась. Четвертый палец был следующий... Это она хорошо помнила. - Вспомнила, вспомнила! - обрадовалась девочка. - Три! Один, два, три, четыре, пять!

Яблоки кончились, но девочка продолжала считать, пока не дошла до двадцати. Дальше она не знала. Потом Валя вспомнила, какие вкусные эти яблоки, и подумала, что мама обязательно даст ей одно. Зачем ждать до вечера, лучше сейчас его и съесть.

Валя сидела на пороге, ела яблоко, постукивала босой пяткой по земле, посматривала изредка то на луг, где должна появиться машина со свекольницами, то на солнце, которое потускнело и стало прятаться за ветлы. На лугу показалось стадо коров. "Зорька сейчас придет, а мамы нету!" беспокойно подумала девочка и решила сама идти за коровой. Стадо обычно появлялось на лугу после машины. Валя перенесла яблоки на крыльцо, взяла хворостину и побежала на луг. Зорьку искать было не нужно. Она сама неторопливо шагала домой. Бока и вымя у нее разбухли, и на всех четырех сосках висели белые капли молока. Иногда они отрывались и падали на дорогу, в пыль. Валя откинула крючок двери катуха, открыла, и корова вошла, цепляя боком дверь.

"Теперь доить надо!" - озабоченно думала Валя. Обрадованная тем, что сама встретила Зорьку, она решила, что может и подоить ее. Девочка нашла в сенях ведро, тряпку и вышла в катух. Зорька, услышав позвякивание ведра, посмотрела на Валю. Девочка ласково погладила корову по боку, приговаривая:

- Зорька, Зорюшка! Стой, моя милая! Стой! Сейчас...

Мать всегда так говорила корове, прежде чем начать доить. Валя присела на корточки перед выменем и стала с опаской, потихоньку вытирать ее тряпкой.

- Ты что это делаешь? - услышала она.

Мать стояла возле открытой двери катуха. С улицы доносилось гудение машины. Валя, занятая подготовкой к дойке, не слышала, как она подъехала.

- Дою! - ответила девочка.

- Доишь? - засмеялась мать. - Ну, дои, дои! Я посмотрю!

Валя подставила ведро, присела возле и стала дергать за соски, но молоко не текло.

Корова оглянулась, посмотрела на девочку и недовольно взмахнула хвостом.

- Ты не дергай, не дергай! - сказала мать. - Ты сжимай в руке и выцеживай! Вот так!

Мать присела рядом, и длинная белая струя молока ударила в ведро:

- Дзи-и-нь!

Валя сжала сосок в ладони, и в ведро потекло молоко.

- Течет! - обрадовалась она.

- Ну-ка, пусти! - засмеялась мать. - Давай-ка я!

Молоко сразу торопливо, в две струи по переменку, застучало о ведро. Валя стояла рядом и смотрела, как, пенясь, наполняется ведро. Звук струи тоже менялся, сначала был звонким, потом все глуше, глуше, словно устал звенеть.

Когда мать кончила доить, Валя вспомнила про яблоки и побежала за ними.

- Мам, смотри! Это тебе дядя Вася передал!

Мать поставила горшок на судник и стала цедить в него молоко.

- Ты молочка ему отнесешь? - повернулась она к Вале.

- Отнесу...

- Бери горшок! Не разлей только!

Горшок был наполнен больше чем наполовину.

- Осторожней только! - снова предупредила мать. - Горшок принеси назад... Пусть он перельет в свою посуду...

Девочка обеими руками держала горшок впереди себя за горло и внимательно глядела под ноги, чтобы не споткнуться. Дядю Васю она увидела возле избы: он неторопливо направлялся в сад.

- Дядя Вася! - закричала девочка и побежала к нему. И вдруг споткнулась, шлепнулась на землю.

Горшок развалился на части. Молоко белой лужей растекалось по пыли. Валя заревела.

Объездчик, сильно припадая на деревянную ногу, заторопился к ней.

- Убилась? - нагнулся он над девочкой и поднял ее.

- Мама... молоко... вам... - ревела Валя.

- Опять слезы! Ну, хватит плакать! Ничего страшного нет... - гладил он ее по голове.

- Мама ругать будет, - всхлипывала девочка. - Она горшок велела принести!

- Найдем мы горшок! Найдем! Пошли!

Дядя Вася прижал к себе девочку и повел в избу. В сенях отыскал пыльный горшок и показал Вале.

- Видишь! А ты плакала... Сейчас ополоснем и отнесешь!

- Он не такой... Наш черный...

- Черный?.. Ничего, сейчас придумаем... погоди минутку, я сейчас... Дядя Вася открыл дверь в избу, торопливо перетянул через порог деревяшку, улыбнулся девочке и, повторив: - Я сейчас! - прикрыл за собой дверь.

Валя слышала из сеней, как дядя Вася простучал по полу, потом что-то громко стукнуло, упало на пол, и в избе затихло.

Дядя Вася вышел в сени с горшком причесанный, в новой рубахе и в других брюках. Он не стучал деревянной ногой и почти не хромал. Деревяшки не было! Из-под штанины выглядывал черный ботинок, точно такой же, как и на здоровой ноге.

- Ну, вот и горшок! - сказал дядя Вася. - Похож!

Валя кивнула, не спуская глаз с ботинка.

- Пошли, вместе отнесем! - взял дядя Вася ее за руку.

Content

Жарикова Татьяна
Летний день