Бредбери Рэй

Лазарь, восстань!

Рэй Бредбери

Лазарь, восстань!

Смех у Логана был неприятный.

– В камере новый труп, Брэндон. Спустись, опознай.

Глаза Логана, алчные и наглые, зеленовато светились, выдавая низменность души…

Брэндон выругался вполголоса. Вполне хватало их двоих, чтобы до предела заполнить этот самый большой отсек корабля-морга. Кроме них здесь было множество ячеек-холодильников с замороженными телами, а из-под пола доносилось мерное гудение двигателей. И сам Логан напоминал небольшой механизм, говорящий без умолку.

– Оставь меня в покое. – Брэндон встал. Он был высокий и худой и походил на изъеденный ржавчиной метеорит. – Сидел бы ты тихо – вот и все.

Логан продолжал безмятежно сосать свою сигарету.

– Чего ты так испугался? Боишься, что это окажется твой сын?

Брэндон одним прыжком сбил Логана с ног, схватил за шиворот и припечатал к стене так, что тот задохнулся. Глаза его полезли из орбит. Он хотел что-то сказать, но смог издать только звук, похожий на хрипение свиньи, которой режут горло. Он судорожно хватал воздух своими короткими ручками.

Брэндон продолжал прижимать его, давя всем своим весом.

– Я ведь тебе уже говорил… Предоставь мне возможность самому решать, как искать тело моего бедного сына. Мне плевать на тебя и на твои слова!

Глаза Логана начали стекленеть. Брэндон шагнул назад, освобождая своего напарника. Логан, с открытым ртом, медленно сполз на металлический пол, ноздри его жадно вдыхали воздух. Брэндон спокойно разглядывал Логана, а тот начал мало-помалу наливаться яростью.

– Трус! – выдохнул он наконец. – Трус и паникер! Ты никогда не был на войне. Никогда ничего не сделал для Земли в ее борьбе против Марса.

– Заткнись! – процедил Брэндон.

– Почему это?! – Логан понемногу разгибался, одновременно пятясь в сторону носовой части. В тишине слышался шум насосов под стеллажами с ячейками. – Разве так уж плохо услышать правду? Твой сын может гордиться тобой, правда? – Он откашлялся и плюнул. – Ему было так стыдно за тебя, что он поспешил записаться добровольцем. И так храбро сражался, что свалился с корабля. – Логан тщательно облизал губы. – Тогда, чтобы успокоить свою совесть, ты поступил на корабль-морг, надеясь найти его тело и попытаться оживить. Я ведь знаю тебя. Ты не захотел сражаться в рядах славных бойцов космоса – смелости не хватило. Тебе надо было выбрать вот такую работу, на борту корабля-морга…

Впалые щеки Брэндона запали еще больше, глаза у него были закрыты, он побледнел.

– Кому-то надо собирать тела после боя, – сказал он тоном человека, который пытается в чем-то убедить самого себя. – Не могут же они вечно носиться в космосе. Они имеют право на погребение…

Презрение так и сочилось из Логана.

– Кого ты хочешь обмануть? – Теперь он стоял совершенно прямо. – Другое дело я. Вот у меня есть право командовать этим кораблем. Я принимал участие в той войне.

– Ты лжешь, – возразил Брэндон. – Ты мотался по астероидам на грузовом корабле, искал радий. Ты и сюда устроился, чтобы продолжать это, а заодно собирать трупы.

Логан тихо рассмеялся, но в смехе его не было радости.

– Ну и чтоб Во всяком случае, меня не упрекнешь в трусости. Я уничтожу любого, кто встанет у меня на пути. – Он задумался на несколько секунд. – Если только он не откупится…

Брэндон отвернулся. Он чувствовал себя плохо. Он заставил себя войти в камеру, где лежало тело еще одного космического мертвеца, которого только что засосало приемной воронкой.

Тело покоилось посреди ледяной камеры, где до него лежали тысячи других. Казалось, что человек погрузился в глубокий сон, расслабился и больше не хотел просыпаться…

Брэндон с облегчением вздохнул. Он убедился, что это не его сын. Каждый раз, когда поступало новое тело, он боялся, что это будет Ричард, и в то же время тайно желал этого. Ричард, с его веселым смехом и коротко подстриженными густыми черными волосами. Ричард, который уплывал в неведомое, в вечность…

Брэндон напрягся. Он опустился на колени и стал осматривать и прослушивать это молодое тело в странной униформе. Через несколько секунд сердце у Брэндона забилось сильнее, и, когда он поднялся, он походил на человека, которого только что изо всех сил ударили по лицу. Неверным магом вернулся он в центральный зал.

– Логан! – позвал он. – Логан, иди сюда. Быстрее!

Логан неторопливо спустился к нему, и они вместе вернулись в камеру.

– Смотри-ка, – сказал Брэндон, вновь опускаясь на колени рядом с телом.

Логан посмотрел внимательнее и не поверил своим глазам.

– Где это, черт возьми, ты раздобыл его?

Лицо мертвеца, окаймленное черными, как вороново крыло, волосами, было белее снега. Глаза – как два сапфира в оправе изо льда. Тонкие пальцы лежали на бедрах. Но самое главное, на нем была униформа серебристого цвета, серый кожаный пояс, а над безмолвным теперь сердцем прикреплен бронзовый треугольник с номером 51.

– Триста лет прошло, – прошептал Логан. Номер 51 о многом говорил ему. – Триста лет…

– Да. И спустя столько времени он в прекрасном состоянии. Смотри, как он спокоен. У большинства трупов лица не очень-то приятны. Что-то случилось с ним триста лет назад, и с тех пор он блуждает в одиночестве. Мне кажется…

Брэндон умолк.

– В чем дело? – резко спросил Логан.

– Этот человек покончил жизнь самоубийством, – задумчиво произнес Брэндон.

– С чего ты взял?

– Нет никаких признаков разгерметизации, дезинтеграции или лучевых ожогов. Он просто выпрыгнул в открытый космос. Почему же ученый 51-го отдела должен был так поступить?

– Ну, войны в те времена были ерундовские, – сказал Логан. – Но я в первый раз вижу кого-то из тех времен. Это совершенно невероятно. Ведь его должны были уничтожить метеориты.

Странная дрожь пряла по телу Брэндона.

– Помнится, еще подростком я читал в какой-то книге об одном ученом и их пятьдесят первом отделе. Начиная с 2100 года, они проводили какие-то секретные опыты на Плутоне. Я хорошо помню описание их униформы и этого бронзового знака. Я не могу ошибиться. Ходили слухи, что они испытывали какое-то новое оружие.

– Легенда, – сказал Логан.

– Кто знает? Может быть, и так. А может быть, и нет. Но до того как это оружие было закончено, Земля пала под натиском Марса. Когда марсиане появились на Плутоне, ученые уничтожили себя и разрушили базу. По слухам, если бы марсиане прилетели хотя бы на месяц позже, оружие могло бы быть создано…

Брэндон умолк и снова взглянул на мертвого ученого; тот, казалось, мирно спал.

– И вот является он – один из них. Я спрашиваю себя, что же там могло произойти. Может быть, он пытался вернуться на Землю, но был вынужден выпрыгнуть в пустоту, чтобы не попасть в плен к марсианам. Логан, перед нами кусочек истории, выплывший из космоса. Вот он перед нами, холодный и окоченевший…

– Н-да, – сказал Логан с принужденным смехом. – Если бы только у нас сейчас было это оружие, мы могли бы по праву праздновать победу.

– Великий Боже! – Брэндон подскочил.

– Что с тобой? – спросил Логан.

– Может быть… но только может быть… у нас БУДЕТ это оружие, – сказал он.

Его руки дрожали.

Мощные насосы вибрировали под операционным столом, датчики бортового компьютера быстро и эффективно исследовали тело мертвого ученого. Брэндон двигался быстро, словно сам стал одним из механизмов. В яростном порыве он заставил Логана как можно быстрее перенести тело в подготовительный отсек, впрыснуть ему адреналин, согревающий раствор и подключить аппарат искусственного кровообращения.

– А теперь вали отсюда, Логан. От тебя больше вреда, чем пользы.

Логан на цыпочках поспешил к выходу.

– Ладно, ладно, не ворчи. Это ни к чему. Уже много лет я не перестаю повторять тебе…

Для Брэндона все вокруг перестало существовать. Ему казалось, что голос Логана доносится откуда-то издалека. Сейчас имели значение только вибрация насоса, температура стерилизатора в отсеке и состояние ячейки N_12, готовой принять тело в случае неудачи.

Впрыскивая стимуляторы, он начал тихонько напевать. Он не знал точно, откуда взялись эти слова, может быть, из детства, из отдаленных воспоминаний о воскресной школе…

– Лазарь, восстань! – повторял Брэндон, склонившись над телом. – Лазарь, восстань!

Логан фыркнул:

– Лазарь! Это надо же!

Брэндон все шептал, обращаясь к самому себе:

– Где-то в глубинах его мозга запрятаны сведения об оружии, которое позволит Земле разом покончить с войной. Они законсервированы там уже триста лет. Только бы нам удалось достать их…

– Да слыханное ли дело, чтобы человека оживляли через триста лет? – сказал Логан.

– Но он прекрасно сохранился, только сильно заморожен. О, боже, это судьба! Я в этом уверен. Я отправился на поиски Ричарда, а нашел нечто другое, значительно более важное! Лазарь! Лазарь, восстань из могилы!

Механизмы продолжали свою работу, их вибрация отдавалась у него в голове. Брэндон напряженно прислушивался, следил за показаниями приборов, за малейшими признаками, которые могли бы означать, что тело возвращается к жизни.

– Кислород! – Брэндон надел маску на отрешенное лицо ученого. – Давление! – Металлические пластины охватили грудную клетку. – Пуск!

Брэндон нажал на педаль запуска реанимационного цикла, и аппарат заработал…

По рации пришло сообщение:

"Корабль-морг. Боевое подразделение 766 вызывает корабль-морг. Курс над орбитой Плутона 234 СС, точка 0-2, выше 32, 1-7 зона. Конец боя. Уничтожено семь марсианских кораблей. Погиб один земной корабль, тела выброшены в космос. Соберите их. Они на орбите, удаляются к Солнцу со скоростью 23456 миль в час. Конец сообщения".

Логан отбросил сигарету.

– Это нам. Предстоит много работы. Пошли. Пусть этот тип как следует охладится. Ничего ему не сделается.

– Нет! – прорычал Брэндон. Его глаза метали молнии. – Он важнее всех этих трупов. Мы соберем их позже. А он сможет тотчас помочь нам!

Реаниматор отключился. Наступила тишина.

Брэндон наклонился и приложил ухо к груди ученого.

– Подожди-ка!

Да, это была удача. Невероятная удача. Едва заметная пульсация там, в глубине, медленная и ленивая. Сердце оживало…

– Сейчас! Сейчас! – воскликнул Брэндон.

Частая дрожь сотрясала все его тело. Он снова запустил аппарат, он говорил без умолку, он смеялся, он был похож на сумасшедшего.

– Он жив! Он жив! Лазарь восстал из могилы! Он возродился! Предупреди Землю!

К концу следующего часа пульс стабилизировался, температура после временного повышения понизилась, и Брэндон метался по отсеку, напряженно следя за малейшими изменениями во внутренних органах по экрану бортового компьютера.

Он ликовал. Как будто Ричард заново родился. Как будто это было искупление. Вы пускаетесь на поиски того, кто вернет вам достоинство и гордость, на поиски вашего сына, который уплывает в космос по своей безмолвной траектории, и вдруг судьба доверяет вам великого ученого, чтобы вы отогрели его и вернули к жизни. Брэндон был вне себя от радости. Как будто это Ричарда он вернул к жизни, своего Ричарда, даже более того. Ведь от этого зависело будущее всей Земли и всего человечества. В том, что касалось вооружений, власти и мира.

Логан прервал его мысли, дохнув в лицо сигаретным дымом.

– Знаешь что, Брэндон? Это просто необыкновенно здорово! Ты ведь кое-что совершил, старина! В самом деле!

– Я ведь тебе, кажется, сказал, чтобы ты предупредил Землю!

– Я не мог оторваться от этого зрелища. Прямо-таки курочка со своим цыпленком. А еще я размышлял. Н-да, – Логан стряхнул пепел с сигареты. – Как только тебе досталась эта чудесная добыча, я все думал и думал об этом.

– Поднимись в рубку и вызови Землю. Нам надо немедленно переправить ученого на Лунную базу. Потом поговорим.

В глазах Логана снова мелькнул знакомый зеленоватый огонек. Он ткнул пальцем в сторону Брэндона.

– А вот как мне представляется положение вещей. Будем ли мы вознаграждены за то, что нашли этого типа? Нет, черт возьми! Это наша работа – нас ведь назначили собирать трупы. И вот перед нами тип, у которого ключ к завершению всей этой проклятой войны.

– Вызывай Землю, – устало повторил Брэндон.

– Ну подожди же минутку, Брэндон. Дай мне закончить. Я вот о чем подумал: может, и марсиане захотели бы заиметь его. Может, и они не прочь бы оказаться рядом, когда он заговорит…

– Ты слышал, что я сказал? – спросил Брэндон, сжимая кулаки.

Логан сунул руку себе за спину.

– Я хочу всего лишь спокойно поговорить с тобой. Я не хочу неприятностей. Все, что мы получим за этого предка, ограничится поцелуем в щечку и медалью на грудь. К черту!

Брэндон уже собрался треснуть его по морде, как вдруг увидел направленный себе в грудь ствол дезинтегратора. Он инстинктивно отступил. У него вдруг заныли все мускулы, будто тело его разрывалось.

– А теперь вместе поднимемся в рубку, – произнес Логан. – Мне надо передать кое-какое сообщеньице. Ну, давай. Оп-ля!

Едва очутившись в рубке, Логан включил рацию и произнес в микрофон:

– Марсианский корабль. Марсианский корабль. Говорит корабль-морг с Земли. Отвечайте. Прием.

Через несколько секунд марсиане ответили.

– Я только что подобрал тело ученого из пятьдесят первого отдела, – продолжал Логан. – Его удалось оживить. Я хочу поговорить с командующим вашего флота. Я должен сказать ему нечто важное. – Логан улыбнулся. – Хэлло, командир!..

Через полчаса переговоры закончились, план был выработан. Логан отключился, очень довольный собой.

Когда они перешли в рубку, Логан изменил курс и заставил Брэндона одеть ученого. Он был горд удачной сделкой.

– Полтонны радия, Брэнди. Неплохо, правдами Хороший куш. Значительно больше того, что мне когда-либо платила Земля!

– Идиот, – сказал Брэндон, пожав плечами. – Марсиане просто убьют нас.

– Э-э-э… – Логан заставил Брэндона перенести тело на передвижной стол и установить его у люка спасательной ракеты.

– Я не такой уж идиот. Ты сейчас набьешь ракету взрывчаткой. Сначала мы заберем радий. Если марсиане обманули, мы взорвем ракету. Ведь прежде чем завладеть телом им придется подождать, пока мы заберем то, что нам причитается, и окажемся в пяти часах полета от них. Не так уж плохо, а?

– Это самоубийство. Передать такое оружие противнику, – пробормотал Брэндон с мрачным видом.

Логан покачал головой:

– Когда марсиане завладеют телом, а мы будем на пути к Земле, я нажму на кнопочку, и все взлетит на воздух. Это называется двойной игрой.

– И тело будет уничтожено?

– Великий Боже, ну конечно. Ты думаешь, я хочу, чтобы такое оружие попало в руки врага? Еще чего!

– Воина продлится еще годы…

– Земля в любом случае победит. Она справится с марсианами, медленно, но верно. А когда война закончится, у меня будет целый склад радия. Достаточно, чтобы открыть свое дело и обеспечить себе прекрасное будущее.

– И чтобы добиться этого, ты готов обречь на смерть миллионы людей?

– А что хорошего они сделали для меня? Подорвали мне здоровье во время последней войны, вот и все!

Подумав, Брэндон сказал:

– Слушай, Логан, мы можем все это сделать, но при этом спасти тело.

– Не будь идиотом!

– Мы можем положить в ракету другое тело. А Лазаря спасем и вместе с ним вернемся на Землю.

Его напарник отрицательно покачал головой.

– Марсиане направят на ракету луч анализатора, когда окажутся на расстоянии ста тысяч миль. Они смогут определить – живой это или мертвый. Ничего не поделаешь, Брэнди.

Разум вдруг покинул Брэндона, осталась только всепобеждающая ярость. Он прыгнул. Логан чуть отступил и нажал на спуск. Брэндон рухнул с парализованными ногами. Свет погас у него в глазах…

Его привела в чувство невесомость. Брэндон с трудом заставил себя открыть глаза. Он был привязан проволокой к столу в приемном отсеке.

– Логан! – рявкнул он на весь корабль. И снова, подождав немного. – Логан!

Он чувствовал, как проволока впивается ему в ладони, стягивает руки. Он попробовал пошевелиться. Связан он был основательно, за исключением правой руки. Он попытался расшатать проволоку с этой стороны. Прямо над ним из микрофона слышался низкий монотонный голос марсианина:

– Пятьсот тысяч миль. Корабль-морг, приготовьте свою спасательную ракету с телом ученого. За триста тысяч миль запустите ракету. Тогда мы выпустим ракету с радием. У вас будет полчаса, чтобы принять ее. Там как раз требуемое количество…

Голос Логана отвечал:

– Ясно. Ученый чувствует себя хорошо. Вы заключили хорошую сделку.

Брэндон побледнел, от гнева у него перекосилось лицо. Он забился в своих путах, но в результате ему так сдавило грудную клетку, что он стал задыхаться. Он застонал. Ему пришлось успокоиться и снова улечься. Они уносили в космос его ребенка, его Лазаря, его второго сына, которого он отнял у космоса и воскресил. Брэндон горько зарыдал, и проволока опять впилась ему в тело. Пот и слезы стекали по его лицу…

Логан с кривой улыбкой на лице на цыпочках спустился в отсек.

– Очнулся, спящий красавец?

Брэндон ничего не ответил. Ему все-таки удалось освободить правую руку. Влажная и свободная, она тихо и скрытно шевелилась рядом с его телом, как маленький белый зверек, старающийся выбраться из ловушки.

– Ты не можешь продолжать все это, Логан.

– Почему это?

– Земной трибунал узнает обо всем.

– Ты ничего не скажешь!

Логан возился в отсеке. Никто кроме него не двигался в этом помещении с десятками ячеек, где вечным сном спали воины.

Брэндон задыхался. Он опять попытался приподняться и опять бессильно откинулся.

– Как же ты инсценируешь мою смерть?

– Инъекцией сульфакардиума. Сердечная недостаточность. Слишком сильное нервное напряжение для такого старика. Очень просто.

Логан со шприцем в руках подошел к нему.

Брэндон был совершенно беспомощен. А корабль продолжал свой путь. Тело оставалось там, наверху, в своей металлической колыбели, возвращенное им к жизни, но теперь уже проданное врагам.

Брэндон решил попытаться…

– Ты не можешь оказать мне последнюю милость?

– Какую?

– Усыпи меня. Я не хочу видеть, как ты будешь отправлять Лазаря. Не хочу…

– Хорошо.

Логан направлялся к нему с новым шприцем.

– И еще, Логан.

– Лежи, лежи спокойно!

Только одна свободная рука и только одна нога, способная хоть немного двигаться.

Логан оперся о стол.

– На! – воскликнул Брэндон.

Заранее рассчитанным движением ноги Брэндон дотянулся до кнопки регулятора высоты стола и нажал ее. Стол плавно пополз вверх. Свободной рукой Брэндон захватил голову Логана – тот захрипел – и прижал ее к столу, так что туловище его повисло в воздухе между плоскостью стола и полом. Шприц упал на пол и разбился. Достигнув верхнего предела, стол пошел вниз. Логан вскрикнул еще раз и затих – стол с силой прижал его к полу. Звук был таким ужасным, что Брэндона вырвало. Тело Логана обмякло и свалилось вниз. А стол продолжал подниматься и опускаться, подниматься и опускаться…

Каждое его движение вызывало у Брэндона новый приступ тошноты. Отсек зашатался, закружился у него перед глазами. Казалось, даже трупы в ячейках пронизала дрожь…

Наконец ему удалось дотянуться ногой до пульта, нажать на кнопку, и стол замер. Кровь прилила к лицу Брэндона, сердце, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Большие часы на стене показывали, что времени все меньше, все меньше, что расстояние сокращается, что марсиане все ближе…

Он упорно боролся со своими путами. Он страшно ругался. Ссадины и капли крови покрывали его запястья и щиколотки. По потолку, словно букашки, забегали красные огоньки, и голос компьютера бубнил: "Ракета приближается… Неизвестный корабль… Ракета рядом…"

Держись, Лазарь! Не давай им разбудить себя! Не сдавайся! Как бы хорошо было, если бы ты продолжал спать вечно…

Проволока вокруг левой руки подалась, но ему понадобилось еще пять минут, чтобы окончательно освободиться.

Стараясь не глядеть на тело Логана, Брэндон соскользнул со стола и с трудом потащил свое безмерно уставшее тело вверх по лестнице. Мозг у него работал быстро, но тело повиновалось с трудом. Люк, ведущий к спасательной ракете, был открыт, и рядом с ним, целый и невредимый, только без сознания, лежал Лазарь, даже не подозревающий, что его новый отец был рядом с ним.

Брэндон бросил взгляд на часы. Приближалось условленное время. Надо было доставить Лазаря в ракету, захлопнуть люк и отправить ученого в космос, на встречу с марсианами. Всего через пять минут.

Он застыл у двери, мокрый от пота. И вдруг решился и бросился в рубку. Включив радио, он передал в адрес зеленой Земли: "Говорит корабль-морг. Корабль-морг возвращается на базу. Важный груз. Важный груз. Обеспечьте встречу над Луной. Конец".

Он перевел корабль в режим автономного полета. Он почувствовал, как у него под ногами завибрировали мощные двигатели. Теперь только их дрожь отдавалась у него в теле. Он чувствовал страшное, болезненное раздвоение. Желание вернуться на Землю было таким сильным, что валило с ног. Вернуться, забыть о войне и смерти…

Он мог, конечно, отдать Лазаря врагу и вернуться на Землю. Мог… Но как расстаться со вторым сыном, после того как потерял первого? Нет. Никогда. Может, уничтожить тело? Брэндон в раздумье повертел дезинтегратор. Потом, закрыв глаза, отбросил его.

А если прямо сейчас попытаться вернуться на Землю? Тогда марсиане бросятся в погоню и возьмут его в плен. Корабль-морг не мог соперничать в скорости с боевыми линейными кораблями.

Брэндон колебался. Несколько секунд он смотрел на спящего ученого. Он потрогал его, поправил обмундирование… Потом, решившись, направился к ракете…

Марсиане перехватили ракету в точке 5199_СУ. Никаких следов корабля-морга. Он сошел со своей орбиты и направился прямо к Земле.

Тело Лазаря было тотчас перенесено в отделение реанимации марсианского корабля. Его уложили на стол и тотчас приняли все необходимые меры, чтобы пробудить.

Лазарь спокойно лежал с закрытыми глазами в своей серебристой униформе, стянутые серым кожаным ремнем. На груди вздымался и опускался бронзовый значок с цифрами "51".

Возбужденные марсиане столпились вокруг тела. Они его ощупывали, проверяли, просвечивали, ждали. Их маленькие красные глазки возбужденно мигали.

Теперь Лазарь дышал глубже, он возвращался к сознательной жизни, восставал из могилы. Через триста лет, сказочным образом ускользнув из когтей смерти.

Вооруженные охранники тоже окружали стол. Они уже приготовили орудия пыток, чтобы применить их, если Лазарь откажется говорить.

И тут глаза Лазаря раскрылись. Лазарь вышел из могилы.

Он увидел окруживших его чужаков с возбужденными лицами. Он увидел странные синие головы марсиан. Лазарь был жив, он дышал. И был готов заговорить.

И Лазарь поднял голову, с любопытством осмотрелся вокруг, облизнул губы и заговорил.

– Который час? – такими были его первые слова.

Эта фраза была предельно простой, и марсиане склонились к нему, пытаясь понять ее тайный смысл. Один из них все же ответил:

– Двадцать три часа сорок пять минут.

Лазарь кивнул, закрыл глаза и откинулся на подушку своего ложа.

– Хорошо. Теперь он в безопасности. Он жив и здоров.

Марсиане переглядывались, стараясь запомнить каждое слово, которое произнесет этот вернувшийся к жизни мертвец.

Лазарь продолжал лежать с закрытыми глазами. Он чуть дрожал, когда произнес словно нехотя:

– Меня зовут Брэндон.

И тут Лазарь рассмеялся…

Content

Бредбери Рэй Лазарь, восстань!

Рэй Бредбери Лазарь, восстань!