Дарья КАЛИНИНА

ТИГР ВО ФРАКЕ

* * *

Веселое солнышко пригревало совсем по-летнему.

Мариша шла по улице и напевала себе под нос какую-то песенку. Настроение у нее было самое радужное и безмятежное. Она высматривала долгожданную вывеску магазина игрушек. Вот она! Мариша толкнула дверь и оказалась в магазине.

Сначала она решила, что после яркого света плохо видит. Постояла, поморгала глазами. Нет, ничего не менялось. Просто в магазине была тьма-тьмущая народу. Толпы взрослых и детей создавали невообразимую толчею. В ее представлении поход за игрушками должен быть чем-то вроде приятной, не слишком утомительной экскурсии. А тут… Потолкавшись среди потных тел и окончательно одурев от шума, гама и детского визга, Мариша поняла: чтобы сохранить остатки хорошего настроения, нужно немедленно спасаться бегством.

Ведь все равно пробиться к прилавку, не наступив при этом на пару-тройку малолеток, невозможно. А привлечь к себе внимание замотанной продавщицы дольше чем на несколько секунд не получалось не только у Мариши, но и вообще ни у кого из посетителей. Благодаря своему высокому росту она никогда не жаловалась на отсутствие внимания окружающих. Но даже углядев в толпе Маришу и расслышав, что ей нужно, продавщица тут же забыла о ней, и понятно — какой-то баловник именно в этот момент умудрился проткнуть надувную игрушку. Очень большую и по виду, должно быть, страшно дорогую.

Поэтому Мариша тихонько выскользнула из магазина и только тогда вздохнула свободно. На улице по-прежнему светило солнышко, весенний ветер обвевал разгоряченное лицо прохладой. В этот момент позади раздался оглушительный рев, и Мариша, оглянувшись, с ужасом увидела компанию малолетних бандитов, только что вывалившихся из игрушечного магазина. Один из сорванцов, курносый, конопатый и невообразимо вихрастый, дул в только что купленный горн, остальные, судя по гримасничающим мордашкам, собирались последовать его примеру.

Мариша бросилась бежать прочь, не разбирая дороги. Очнулась она лишь у станции метро «Садовая». А между тем проблема покупки игрушки ко дню рождения Дашкиной крохи оставалась нерешенной. С одной стороны, соваться в магазин Мариша больше не решалась, а с другой — идти в гости без игрушки тоже никак нельзя.

Ради своих подруг Мариша была готова на все. И тут Маришу осенила идея.

— А почему обязательно игрушку? — спросила она у самой себя. — Куплю зверюшку.

И восхищенная до глубины души собственной догадливостью, Мариша потрусила по Садовой улице, не подозревая, что движется навстречу большому приключению. Даже Приключению с большой буквы.

— Только это должно быть что-то оригинальное, — бормотала себе под нос Мариша. — Не нужно всяких там рыбок или черепах. Куплю, например, мартышку или горностая.

При этом Мариша напрочь отказывалась учитывать, что держать зверюшку в однокомнатной квартире, где уже проживают двое взрослых и ребенок, будет довольно тяжело. Но Мариша не была бы сама собой, если бы задумывалась о практической стороне своего будущего подарка. Уже через десять минут быстрого бега Мариша оказалась у витрины зоомагазина. Тут народу было значительно меньше, чем в игрушечном. Честно говоря, его вообще не было. А продавец, конечно же, немедленно влюбился в Маришу. И просто глаз от нее оторвать не мог, ловя каждое ее слово.

Если бы все зависело только от него, то подарок Дашкиной дочке был бы тут же приобретен. А веселая жизнь остальным членам семьи обеспечена на много лет вперед. Но, к их счастью, Мариша твердо намеревалась дарить только нечто экзотическое. А вот с такими зверями в магазине было туго. Прямо сказать, их тут не было вообще.

— Возьмите ангорского хомячка, — настойчиво советовал продавец.

Но хомячка Мариша отвергла с негодованием и даже презрением. Отказалась она и от кролика, и от белки, и от змеи, и от десятка белых мышек, которые продавались то ли в качестве обеда для змеи, то ли самостоятельно. Мариша отказалась даже от чудесной серой крысы с облезлым хвостом и умными глазами.

— Тогда не знаю, чем вам и помочь, — развел руками продавец. — Ничего другого у нас не бывает. Есть еще канарейки и волнистые попугайчики. Посмотрите?

Но на попугайчиков Мариша даже смотреть отказалась. Не нужны маленькой Сашке попугайчики, и все тут.

— Мне бы лори или белку-летягу, — сказала Мариша. — На худой конец, ленивца. Пусть себе висит где-нибудь на люстре.

— Этого не держим, — отрезал продавец. — На него одних эвкалиптовых веников не напасешься. Попробуйте съездить на Кондратьевский рынок или дать объявление в газету И в зоопарке, я слышал, продаются кое-какие зверюшки. Но в зоопарке вам вряд ли предложат что-нибудь ценней лисенка.

— Лисы воняют, — задумалась Мариша. — Нет, мне бы чистоплотную зверюшку. Так у вас точно ничего чистоплотного и экзотического не водится?

Продавец вздохнул и в сотый раз развел руками. Но смутить Маришу ему не удалось. Если уж Мариша поставила себе цель добыть экзотический подарок, то она его купит. И она направилась на рынок. Ей повезло. То есть в том смысле, что сегодня был воскресный день и на рынке оказался богатый выбор. Но даже здесь главным образом продавали котят и дворовых щенков с поддельными родословными.

Тут же продавались куры, утки, индюки и прочая домашняя птица. А еще козлята, ягнята и даже один маленький и очень печальный пони. Мариша оглянулась по сторонам в поисках хозяина пони.

— Эй! — обратилась она к невысокой девушке в затертой куртке, стоявшей к Марише вполоборота. — Вы не знаете, чей это пони?

Та обернулась, и они обе одновременно воскликнули:

— Маришка!

— Ленка!

— Не верю своим глазам! Ты тут откуда?

Не отвечая на вопрос, Мариша принялась разглядывать свою бывшую одноклассницу. Честно говоря, выглядела та неважно. Ленка и раньше красавицей не была, но все же старалась следить за собой и одевалась хоть и не всегда модно, но аккуратно. Сейчас же перед Маришей стояло существо с давно не мытыми волосами, одетое в какое-то немыслимое старье. Вдобавок пахло от нее почти так же, как и от стоявшего рядом с ней пони.

Зато Ленкины глаза остались прежними. Они были огромные и прозрачные. Какого-то удивительного зеленовато-голубого оттенка. Казалось, что в них плещется чистое озеро. Да и сама Ленка, если ее приодеть и отмыть, производила бы весьма благоприятное впечатление.

— Так ты здесь чего делаешь? — снова спросила у Мариши Ленка.

— Твоя лошадка? — вместо ответа поинтересовалась Мариша. — Симпатичный. Только грустный очень.

— Голодный сейчас, — равнодушно сказала Лена. — Он у меня обжора. Кормов на него не напасешься. Вот пытаюсь заработать ему на прокорм, катаю детишек.

Кстати, не хочешь его у меня купить? Отдам как своей давней подруге в два раза дешевле, чем он мне самой обошелся.

Мариша представила, как она вваливается к Дашке, ведя на поводу позади себя цокающего подковами пони.

И у нее шевельнулась мысль, что этот подарок, пожалуй, будет уж слишком оригинальным. Могут и вытолкать из гостей вместе с подарком. Да еще и обидное что-нибудь скажут.

— Хотя тебе он будет маловат, — критически заметила Лена. — Ты вроде бы еще выросла. Но для экзотики в самый раз.

— Видишь ли, я ведь не для себя, — объяснила Мариша Лене. — Я выбираю подарок Дашкиной дочери.

— Вот и купи! — обрадовалась Лена. — Будет на нем скакать, мыть его.

— Ей всего год исполняется, не рано ли? И потом, где лошадь будет жить?

— В конюшню поставим, — бодро заверила ее Лена. — А пока суд да дело, может и у Дашки в квартире пожить. У меня он один раз жил целых трое суток. Потом-то соседи жаловаться стали. Запах, дескать, их беспокоит. Но Даша ведь в отдельной квартире живет? Так что проблем не будет.

Вопреки заверениям Лены, Мариша почему-то думала, что проблемы как раз будут.

— Нет, — решительно отказалась она от покупки. — Мне бы чего-нибудь поменьше. Но экзотическое, — поспешно добавила Мариша, испугавшись, что Ленка сейчас предложит жеребенка или телка. — Маленькое и экзотическое.

— Тебе страшно повезло! — неожиданно обрадовалась Ленка. — У меня есть то, что тебе нужно. То есть не совсем у меня, но, одним словом… Пошли!

И, дернув мирно дремавшего пони за повод, она понеслась к выходу. На улице она плюхнулась на спину пони и посмотрела на Маришу.

— Ну, что стоишь? — удивилась она. — Садись!

— Куда?

— Сюда, — сказала Лена, похлопав пони позади себя.

— Я его раздавлю, — отказалась Мариша. — Тебе его не жалко? Теперь я понимаю, чего он у тебя такой печальный. И подожди меня минутку, я сейчас.

И Мариша вернулась обратно на рынок. Она помнила, что почти у самого входа какой-то старик продавал овес прямо из мешка. Мариша купила сразу несколько килограммов и вернулась к Лене. Почуяв овес, пони радостно заржал и потянулся мордой к Маришиной сумке.

— Ешь, бедняга! — сунула ему Мариша угощение.

— Погоди ты, — возмутилась Лена. — Нужно сначала домой добраться, там и пообедаем все вместе. Ты помнишь, где я живу?

Мариша кивнула.

— Приходи через час, — сказала Лена, забирая у нее овес. — Раньше не доберусь. И Игорь уже должен будет вернуться. Достанем тебе твое маленькое и экзотическое. Даю слово.

Мариша хотела спросить, кто этот Игорь и зачем он ей, Марише, нужен. Но не успела. Лена стукнула пони пятками по бокам и ускакала. Против ожидания пони двигался довольно резво. Правда, Лене приходилось растопыривать ноги в разные стороны, чтобы они не волочились по земле. Но, кажется, ни пони, ни всадницу такие мелочи не смущали.

Чтобы чем-то занять себя до тех пор, пока можно будет явиться в гости, Мариша зашла в магазин и купила там коробку пирожных из «Севера». Выбор пирожных занял у нее как раз столько времени, чтобы не опоздать в гости. Мариша запрыгнула в свой старенький «Опель» и помчалась к Лене. Та уже была дома, пони тоже. Он стоял в прихожей и мирно жевал овес прямо из эмалированного тазика.

— Молодец, что к чаю пирожных купила! — обрадовалась Лена при виде фирменной коробки у Мариши в руках. — А то я уже из овса, который ты Пончику купила, решила овсянку нам с тобой варить. Есть ведь не только лошадям, а всем что-то надо. Но пирожные — это, бесспорно, лучше. Да ты проходи!

Мариша прошла в квартиру и огляделась по сторонам. Ленка жила в трехкомнатной квартире в доме блочной брежневской серии. Как из таких квартир с малюсенькими шестиметровыми кухоньками умудрялись делать коммуналки на две семьи, у Мариши в голове не укладывалось. Однако Лена и ее мама были тому примером. Сколько Мариша себя помнила, Лена всегда жила в двух комнатах со своей мамой, а в третьей комнате жила еще какая-нибудь семья.

Сейчас по сравнению с прошлым, когда с потолка свисала паутина и обои от стен отслаивались до бетона, квартира выглядела обжитой. В прихожей, ванной и кухне был сделан ремонт. Обои тут были самые роскошные, с переливом, но уже малость истрепанные и местами пожеванные чьими-то зубами.

— Разделась? — спросила у Мариши Лена из кухни. — Проходи в комнату. И Пончика туда же веди. А то он опять на линолеум наделает.

Мариша пожала плечами. Если Ленке кажется, что паркет в комнате для этой цели лучше приспособлен, то это ее личные проблемы. Мариша осторожно взяла Пончика за недоуздок, а другой рукой прижала к своему боку тазик с овсом. Пони послушно позволил отвести себя в комнату, не переставая жевать овес даже на ходу.

В комнате он быстро направился к постеленной на полу большой тряпке. Встав на нее, он вопросительно взглянул на Маришу и на тазик у нее в руках. На морде у него было отчетливо написано: «Ну, что встала? Неси обед сюда». Мариша поставила еду прямо перед пони.

И он снова захрумкал зерном. Мариша осторожно присела на продавленный диван, покрытый столетним покрывалом, и принялась рассматривать Ленкину комнату.

И посмотреть было на что. Каждый свободный сантиметр пространства тут был заполнен лошадьми. Лошади были в самых разных видах. Открытки, календари и фотографии с лошадьми различных пород и мастей были наклеены на обоях, так что последних под фотографиями почти не было видно. Тут были игрушечные лошади и лошади керамические. Были лошади, вытканные на половичках и полотенцах. Красовались они на подоконнике и на занавесках.

В углу стояло седло и висело на крючках несколько уздечек и недоуздков. Тут же валялись обрезки кожи, из которых Лена сама плела простенькую упряжь. Кроме того, в комнате лежал тюк сена и стоял мешок с какими-то овощами. То ли кормовой свеклой, то ли турнепсом.

Картину дополнял Пончик, довольно пыхтящий в своем углу, рядом с телевизором, который тоже почему-то показывал в данный момент лошадей.

— Ну что, соскучилась? — влетела в комнату страшно довольная Ленка. — Сейчас чай пить будем. Помоги мне.

Мариша не стала спорить. Она сходила на кухню и принесла поднос, на котором было изображено, как финишируют две гнедые, одна вороная и одна рыжая лошади. Излишне говорить, что чайник был тоже с изображением лошади. Одна кружка была с цветочками, а другая с миленьким жеребенком. Мариша как-то сразу догадалась, из какой будет пить Лена.

Наконец бывшие одноклассницы, вновь сведенные судьбой, уселись пить чай с пирожными. Пончик вознамерился было присоединиться к ним, но Лена быстро поставила его на место и привязала к батарее. И девушки смогли спокойно приступить к чаепитию. Мариша купила два фирменных пирожных «Север», два эклера, две картошки и два безе с прослойкой сливочного крема.

Кроме того, в том же магазине, но в другом отделе она купила пирожные из «Метрополя». Две булочки со взбитыми сливками, две «Сластены» с ореховым кремом, два ежика с ореховой крошкой и две корзиночки.

Мариша съела два пирожных и поняла, что наелась.

Лена же поглощала сладости с таким видом, словно намеревалась одна слопать все.

— А кто такой Игорь? — наконец задала Мариша вопрос, мучающий ее уже больше часа. — Он твой коллега?

— Можно сказать и так, — с набитым ртом прошамкала Лена. — Он ветеринар. Я устроилась на работу в одну частную конюшню. Он там же работает на полставки.

То есть не сидит целый день, а приезжает только два-три раза в неделю, по мере необходимости.

— И он должен сюда сегодня заглянуть? — спросила Мариша. — Ты точно уверена, что он придет?

— Конечно, — кивнула Лена. — Он тут живет.

Мариша раскрыла рот от изумления. У нее в голове не укладывалось, как это какой-то мужик может поместиться в Ленкиной комнате, где было тесно даже одному человеку. Да еще в компании с Пончиком, самой Ленкой и ее мамой по соседству.

— Кстати, а где твоя мама? — спросила Мариша.

— В больнице, — сказала Лена, запихивая в рот пятое пирожное. — У нее давление. Взяли подлечить. Но, честно говоря, я рада, что она в больнице.

— М-да уж, — пробормотала Мариша себе под нос и еще раз огляделась по сторонам. — И она, должно быть, тоже. А что сказали соседи, когда ты сегодня притащила Пончика в дом?

— Еще ничего. Они не видели, — ответила Лена. — Их дома нет. Уехали куда-то. Я с соседом, честно сказать, повздорила, а потом и подралась. И рожу ему всю расцарапала. Должно быть, испугались.

— А почему ты Пончика держишь не в конюшне, а у себя дома? — спросила Мариша.

— Так конюшня в Буграх, — объяснила Лена. — Туда на Пончике до ночи не доберешься. Он ведь не скаковая лошадь и даже не иномарка. Так что иногда приходится оставлять его у себя. А вообще ты права, что не хочешь его покупать. Лошадь — это страшная головная боль и куча денег. Сплошные расходы, а доходов никаких.

Игорь мне тоже говорит, чтобы я с лошадьми завязывала. А я не могу. Привыкла, что у меня всегда есть собственная лошадь. Не могу без этого.

— Ясно, — сказала Мариша, припоминая, что Лена еще в восьмом классе расхаживала по школе с хлыстом и в рейтузах, собираясь прямо после занятий отправиться в манеж. — А с Игорем у вас что?

— Мы собираемся пожениться, — невозмутимо ответила Лена. — Летом.

У Мариши во второй раз отвисла челюсть. В третий она отвисла, когда пожаловал Игорь собственной персоной. До этого момента Мариша уже успела убедить себя, что он урод и жутко прыщавый. А ведь таким бедолагам тоже нужно на ком-то жениться. Вот тут и сгодятся всякие облезлые страшилы вроде Лены. Но действительность превзошла самые буйные Маришины фантазии.

Игорь оказался настоящим симпатягой. Бывают такие парни, у которых вроде бы и черты лица не особенно правильные, и фигура не бог весть что, но тем не менее они на редкость привлекательны. Должно быть, тут дело в улыбке или в гормонах.

— О, у нас гости! — обрадовался Игорь. — И Пончик снова тут! Лена, тебя соседи из-за него убьют. Или меня.

Или нас с тобой обоих и Пончика в придачу.

— Не убьют! — легкомысленно отмахнулась Лена. — Познакомься, это Мариша. Она хочет купить что-нибудь маленькое и экзотическое вроде карликового кенгуру. Ты ведь можешь ей помочь?

Игорь неожиданно помрачнел и начал мрачно поглощать остатки пирожных. По мере того как блюдо пустело, Игорь становился все более и более мрачным.

— Пирожные не понравились? — робко поинтересовалась у него Мариша.

— Нет, спасибо, — очнулся Игорь. — Очень вкусно.

Но твоя просьба, ты уж извини, напомнила мне об одной вещи, о которой я предпочел бы забыть.

— Так ты ей не поможешь? — удивилась Лена. — Но почему, Игорек?

— Не знаю, — с сомнением сказал парень. — Может быть, я все сам себе придумал, а на самом деле ничего такого тут и нет. Не знаю. Но… Нет, не знаю.

— Да ты с кем говоришь? — вспыхнула Лена. — Что ты себе под нос бормочешь? Не ломайся. Ты ведь можешь помочь Марише. Ты же говорил, что ты знаешь людей, которые привозят в страну редких зверей.

— Знаю, но у них сейчас ничего нет, — поспешно сказал Игорь.

— Все ты врешь! Я ведь видела, что ты месяц не отлипаешь от книги, где подробно описаны болезни всех животных тропиков и субтропиков. И способы их лечения тоже. И у тебя же я видела книгу о животных Азии и острова Ява. А перед этим ты притащил домой кучу лекарств, которые упоминаются в этой книге.

И Лена, подскочив к тумбочке, торжественно извлекла оттуда пакет с ампулами и пластиковыми упаковками.

— Ты прямо следователь! От тебя ничего не скроешь, — усмехнулся Игорь. — Мариша, а в какую сумму ты собиралась уложиться со своей покупкой?

— Ну, долларов в триста, — сказала Мариша, решив не мелочиться.

— На эти деньги можно будет купить детеныша мартышки, — сказал Игорь. — Или енота-полоскуна. Мой совет, возьми енота. Он белье стирать будет.

От енота Мариша отказалась. Обезьянку ей хотелось больше.

— Раньше пятнадцатого марта я ничего обещать не могу, — сказал Игорь.

Мариша принялась подсчитывать, украдкой загибая под столом пальцы. Выходило, что пятнадцатое марта — это уже через пять дней. Можно было и подождать. Сроки не поджимали. День рождения будет только через две недели.

— А… — открыла она рот, собираясь спросить, а как долго нужно будет ждать уже после пятнадцатого.

— Уже пятнадцатого я смогу тебе точно сказать, будет у тебя мартышка или нет, — прочел ее мысль Игорь.

После этого он откинулся на спинку дивана и зевнул.

Мариша верно поняла намек и откланялась. В дверях она столкнулась с высоким мужчиной, густо заросшим волосами. Поэтому вид у мужчины был какой-то диковатый.

Мариша даже немного испугалась. Тем более что мужчина явно был драчуном. У него вся левая половина лица была синяя. И настроен он тоже был далеко не мирно.

Кинув на Маришу угрюмый взгляд из-под нависших бровей, он сунул голову в комнату Лены.

— Лена! — завопил он, углядев стоящего возле окна Пончика. — Ты снова свою кобылу притащила в дом?

Это же не конюшня!

— Моя комната, что хочу, то и делаю, — рванулась в бой Лена. — И вообще я тут главный квартиросъемщик.

А вы тут так, сбоку припека. Что, ты вчера мало от меня схлопотал? Еще хочешь? Могу и еще добавить.

— Лена, не лезь к Вите, — осадил подругу Игорь. — Он прав. Лошадям не место в городской квартире. Завтра же она Пончика поставит в конюшню. И больше этого не повторится.

— Добрый ты, Игорек, очень! — возмутилась Лена. — Позволяешь помыкать собой всяким там недоделанным.

— Была бы ты мужиком, — сплюнул на пол Ленин сосед, — я бы тебе показал. Но не драться же мне с бабой! Ленка, добром тебе говорю, веди себя нормально.

И кобылу свою убери из дома.

И он ушел к себе в комнату, громко хлопнув дверью.

— Нет, ты видела! — возмущенно обратилась к Марише Лена. — Вот люди! Не может отличить кобылу от жеребца! А Пончик, он хоть и маленький, но хозяйство у него…

— Лена! — послышался предостерегающий голос Игоря. — Я ухожу.

— Ты чего это вдруг? — удивилась Лена. — Мне тебя еще ужином кормить нужно. А овсянка не сварена.

— Я позвонил, у меня появились дела. Так что не сердись, но мне и в самом деле пора, — вышел в прихожую Игорь. — Дела, что поделаешь. Ну, пока!

И он, торопливо чмокнув Лену в щеку, выскочил из дома. Девушки проводили его недоуменными взглядами. Игорь мчался вниз, прыгая через три ступеньки. После чего Мариша тоже стала прощаться.

— А ты заходи в гости, — пригласила Лена подругу. — Вот прямо завтра и заходи. Днем я на работе. Но почти каждый вечер дома, если только не ухожу в ночной клуб веселиться.

От Лены Мариша вылетела со странным смешением мыслей в голове. С одной стороны, она была страшно рада вдохнуть свежего воздуха, потому что, честно говоря, Пончик пах не слишком хорошо для городской коммунальной квартиры. Но, с другой стороны, Лена явно была довольна своей жизнью и Игорем в том числе.

«Вот еще один странный тип, — вздохнула про себя Мариша. — Питается овсянкой, которую ему Ленка будет варить. Надо же. А что бы он ел, если бы я не купила Пончику овса? Сено? Приехал на машине, а с собой ничего не привез».

Вернувшись домой, она застала там свою маму, которая как раз закончила выгуливать Белку со Стрелкой.

И сейчас кормила ворона Васю и кошку Диану мясными обрезками.

— Мама, а что бы ты сказала, если бы я завела себе пони и поселила бы у нас дома? — спросила Мариша с порога.

У Тамары Ильиничны из рук выпала тарелка с мясом.

— Ты в гроб меня вогнать хочешь?! — страдальчески завопила она. — Господи, ну за что мне такое наказание?

Вот живет же моя сестра, ни детей у нее, ни хлопот никаких. Потому и выглядит, словно персик спелый. А я как дура целый день кручусь с твоим зверинцем. Замучилась совсем. Так ты мне еще и лошадь на голову посадить хочешь?

— Ладно, ты не переживай. Я это просто так спросила. А выглядишь ты на десять лет моложе тетки Симы.

Я про лошадь заговорила, потому что у Лены… Помнишь, у нас в классе была такая рыженькая девчонка, вся в веснушках? Так вот у нее дома живет пони.

— Совсем люди с ума посходили, — сказала Тамара Ильинична. — Ну, допрыгается твоя Лена. Найдут соседи на нее управу. Постой, а ведь она в коммуналке жила, ты мне говорила.

— Она там и живет, — сказала Мариша.

— Ну, ненормальная девка, — вздохнула Тамара Ильинична, поднимая с пола уже пустую и вылизанную собаками дочиста тарелку. — Ты сама-то есть будешь?

У нас на ужин жареная свининка с картошечкой и лучком. Все как ты любишь.

И Мариша принялась уписывать за обе щеки мамину стряпню, жалея в душе бесприютную Ленку, вынужденную довольствоваться овсянкой и обществом Пончика.

После этого вечера Мариша три дня ничего не слышала о Лене. Мариша уже даже стала забывать об обещании Игоря достать для нее редкого зверя. Мало ли чего люди не пообещают. Половину, а то и больше не выполняют. Как вдруг на третий день вечером раздался телефонный звонок. Звонил Игорь. Мариша не сразу поняла, кто это. А когда поняла, то здорово удивилась.

— Откуда у тебя мой телефон? — спросила она у Игоря. — Лена дала?

— Нет, и ей вовсе не обязательно знать о том, что я тебе звонил, — сказал ей Игорь. — Хотя это неважно…

— Если не Лена, то откуда тогда у тебя мой телефон? — настаивала Мариша, которой вся эта таинственность здорово не понравилась.

Не такой была Мариша человек, чтобы отбивать парней у своих подруг. Тем более у некрасивых и не слишком везучих.

— Подсмотрел у Лены в школьном альбоме, — сказал Игорь. — Слушай, нам нужно встретиться.

— Зачем?

— Как зачем? Ты что, забыла о своей просьбе?

— Нет, я помню, — возразила Мариша. — Но ты вроде бы говорил, что только после пятнадцатого.

— Обстоятельства изменились, — объяснил Игорь. — Груз прибыл. Верней, завтра прибудет.

— Какой груз? — спросила Мариша.

Игорь молчал.

— Ну, как знаешь, — протянула Мариша. — Дело твое. Тайны все. А когда зверька можно будет забрать?

— Деньги у тебя с собой? — неожиданно спросил Игорь.

— Завтра прямо с утра поеду и возьму в банке, — сказала Мариша. — Сегодня уже поздно. Банк закрыт.

— Значит, завтра и получишь, — сказал Игорь. — Так даже лучше будет, чтобы двадцать раз не встречаться.

Я завтра работаю в Буграх. Приезжай туда. Потом прямо поедем в одно место, и ты сможешь выбрать себе зверюшку. Только деньги возьми. Не бойся, это недалеко.

В городе.

— Здорово! — обрадовалась Мариша. — Ну, тогда до завтра. И передавай привет от меня Лене.

— Сама и передавай, — буркнул Игорь. — Я не успею к ней заехать. Я уже прямо сейчас на дежурство еду.

Там одна кобыла жеребиться на ночь глядя вздумала.

Мне только что позвонили, нужна моя помощь. Так ты сама Ленке позвони, чтобы она тебя захватила завтра с собой в Бугры. У нее суточное дежурство начинается в шесть часов вечера. С ней и приезжай. Я вас подожду.

А иначе ты сама дорогу ни за что не найдешь. Или мне тебя долго дожидаться придется. А у меня и без того дел завтра полно. Если что изменится, я тебе позвоню. Ну, тебе все ясно?

— Ясно, — согласилась Мариша.

И в трубке раздались короткие гудки. И только сейчас Мариша сообразила, что не знает Ленкиного телефона. Пришлось воспользоваться примером Игоря и лезть в школьный альбом. Еще хорошо, что Маришина мама ничего не выбрасывала. В том числе и школьный альбом выпускного класса. Он нашелся в тумбочке под телевизором.

В альбоме на последней странице было помещено тридцать два имени Маришиных соучеников. С адресами и телефонами. Но вот Ленкиного телефона тут не было. Немного подумав, Мариша пришла к выводу, что телефон у Лены все-таки есть, раз Игорь по нему звонил, но она его с помощью школьного альбома не узнает.

Должно быть, его поставили уже после того, как Лена окончила школу.

— Придется идти к ней, — сказала самой себе Мариша и выглянула за окно.

Там уже наступил вечер. Мариша быстро собралась и вышла из дома. Погода стояла чудесная, прогуляться было даже приятно. К тому же жила Лена всего в одном квартале от дома Маришиной мамы. У себя дома, на другом конце города, Мариша в данный момент не жила. В ее двухкомнатной квартирке прорвало трубы.

И, пользуясь случаем, Мариша решила поменять не только трубы, но и всю сантехнику, а также обновить ванную комнату новым кафелем.

К сожалению, мастера, нанятые вообще-то в приличной фирме, ушли в запой, как только сняли все трубы и отключили в квартире воду. В фирме Марише объяснили, что она совершила стратегическую ошибку, выплатив мастерам аванс. По выплаченной Маришей сумме в фирме подсчитали, что запой у мастеров должен пройти этак денька через четыре. Но пока в квартире Мариши атмосфера для проживания не подходила. Так что жила Мариша у своей мамы. И до Лены ей идти было всего минут десять. Не прогулка, а удовольствие.

Лена открыла дверь не сразу, хотя из квартиры доносились жуткая ругань и звон разбивающейся посуды.

Мариша даже подумала, что Лены вовсе нет дома, а шум доносится из соседней квартиры. Но внезапно дверь перед Маришей распахнулась.

— Ой! — вскрикнула Мариша, отскакивая в сторону.

На пороге стоял сосед Лены — Витя с перекошенной от злости и боли рожей. От боли потому, что позади него стояла щупленькая по сравнению с мужиком Лена и держала его руку и шею в захвате. Выпихнув Витю на лестничную площадку и дав ему пинка под зад, Лена обратила внимание на Маришу.

— Чего жмешься? — спросила она у нее. — Ты ко мне? Заходи! Видишь, с какими типами приходится жить?

Последние слова относились к Витьку, который поспешно отступал вниз по лестнице, сопровождая каждый свой шаг отборной бранью и обещанием вернуться и отомстить.

— Ты, сука, у меня еще попомнишь! — сообщил он Лене.

— Чего?! — с угрозой сделала Лена шаг в его сторону.

И Витька словно ветром сдуло.

— Попомнишь ты у меня! — раздался его голос издалека. — И хахаль твой тоже надолго запомнит, как к тебе таскаться. И кобыла.

Тут Витек прибавил еще парочку смачных проклятий и исчез.

— Заходи! — велела Лена Марише. — Хоть сможем спокойно посидеть и поговорить. А то не поверишь, такой наглый сосед попался. Все, кто тут раньше жил, вроде бы тихие были. Сначала бабушка жила, так с ней вообще ничего не стоило справиться. Я ее разок зимой на лестницу выпихнула в одной ночнушке, так она мигом в дом для престарелых от нас съехала. Не поняла пользы закаливания. А потом какая-то еще тетка жила, так она один раз только сюда сунулась и больше не появлялась.

Теперь вот Витек появился. Упрямый черт! Я ему говорю, не суетись, все равно ведь по-моему будет. А он не слушает. Вот и приходится воспитательные меры применять.

— Но ты с ним того.., могла бы и помягче, — сказала Мариша.

— Вот еще! — фыркнула Лена. — Он же мужик! Чего с ним цацкаться.

— Но вообще-то он злой ушел, — сказала Мариша. — Как бы гадость тебе какую не устряпал.

— Я все правильно делаю, — уверенно заявила Лена. — С такими людьми только так и можно. Их сразу на место ставить нужно. А то мигом на шею сядут. Надо же, выдумал: нельзя животное в квартире держать. Да я тут сколько раз свою Зорьку оставляла, а она была даже не пони, а полукровка. Рысак с арабом. Да еще с жеребенком. И то ни одна соседка не пикнула. И мама тоже не возражала.

— То-то она теперь в больнице, — пробурчала себе Мариша под нос.

Но Лена ее не слышала.

— А ты молодец, что зашла! — радовалась она. — Я тебя завтра с собой возьму. Посмотришь на моих подопечных.

— Да, я вот зачем к тебе пришла! — вспомнила Мариша. — Мне сегодня звонил Игорь и…

— Когда звонил? — перебила ее Лена, и в голосе у нее прозвучали явственные нотки ревности.

— Буквально минут двадцать назад, — объяснила Мариша. — Я сразу же собралась и к тебе.

— И что он хотел?

— Так вот, я о том и собираюсь рассказать. Он хотел, чтобы я завтра с тобой поехала к вам в Бугры. Он будет меня там ждать, чтобы дальше нам с ним вместе ехать покупать подарок ко дню рождения. Он почему-то настаивал, чтобы я тоже с ним поехала. И деньги с собой взяла.

По мере того как Мариша рассказывала, лицо Лены мрачнело все больше и больше. Когда Мариша закрыла рот, Лена открыла свой и горько зарыдала, закрыв ладонями лицо.

— Что с тобой? — перепугалась Мариша. — Ты заболела?

— Нет, — прорыдала Лена. — Если бы я заболела…

Но нет… Просто никто меня не любит. Все мужики меня бросают. Я знаю, это потому, что я нищая.

— И вовсе не поэтому, — торопливо возразила Мариша. — То есть я хотела сказать: кто тебя бросает? Вот меня сто раз бросали, я даже уже внимание обращать перестала. А тебя никто, видно, и не бросал. Раз ты еще так расстраиваться можешь. И перестань реветь, никто тебя не бросает. Вот Игорь у тебя же есть.

— Это он у тебя есть, — прорыдала Лена. — Думаешь, я дура? Не понимаю, чем вы там с ним заниматься завтра собираетесь?

— Чем? — искренне удивилась Мариша. — Разве мы едем не за экзотическим подарком, который он мне обещал?

— Это предлог, — всхлипнула Лена. — Уверена, что это всего лишь предлог, чтобы изменить мне с тобой.

Марише стало не по себе. Лена определенно несла чушь, но с такой уверенностью в своей правоте, какая бывает лишь у душевнобольных людей. Марише захотелось плюнуть на экзотику. Поехать и купить плюшевого мишку. Но, с другой стороны — уйти значило утвердить Лену в ее подозрениях. И Мариша осталась. Она присела рядом с Леной и обняла ее за худенькие плечи.

— Не плачь, — попыталась она ее утешить. — Все не так, как ты себе вообразила. Мне твой Игорь даром не нужен. Если хочешь, мы все втроем поедем покупать подарок. И вспомни, ты же сама мне предложила обратиться к Игорю. Я ведь даже про него и не слышала.

И Игорь вовсе не пришел в восторг от твоей просьбы — помочь мне.

— Да, — вспомнила Лена. — Ты права. Ты и в самом деле думаешь, что Игорь вовсе не собирается меня бросить?

— Уверена.

— Ну ладно, — вытерла слезы Лена. — Сейчас будем чай пить.

От чая Мариша отказалась. Девушки условились, когда Мариша заедет за Леной. А затем они расстались до утра. Мариша пришла домой, завела будильник на девять часов утра, потому что выехать они собирались в полдень. И легла спать. Хотелось выспаться получше.

В такую рань она уже давно не вставала. Но Маришины планы грубо нарушили. Впрочем, как и ее сон. Где-то без четверти семь или около того, потому что все часы в квартире Маришиной мамы показывали немного разное время, в квартире раздался продолжительный и настойчивый звонок.

Мариша и ее мама выскочили из постелей, словно ошпаренные.

— Не открывай! — прошипела Тамара Ильинична. — Позвонят и уйдут.

Но она ошиблась. Человек, стоящий за дверью, и не думал никуда уходить. Напротив, он прилагал много сил к тому, чтобы его услышали и пустили. Уже через две с половиной минуты у Мариши лопнуло терпение. Она схватила в кухне тесачок, которым ее мама разделывала мясо, и подошла к двери.

— Кто там?

— Это я, Лена! — раздался полный страдания голос. — Мариша, открой.

Так как Мариша уже выдала, что она дома, пришлось открыть. Мариша еще колебалась, поднеся руку к замку.

— У меня беда! — закричала Лена из-за двери.

Все Маришины сомнения улетучились, и она открыла дверь. Что бы там из себя ни представляла Лена с точки зрения общежития и его норм, но она была соученицей Мариши. Когда-то они даже немного дружили.

А когда близкие люди попадали в беду, они смело могли рассчитывать на помощь и содействие Мариши. Она не успокаивалась до тех пор, пока беда ее близких не перерастала в настоящую катастрофу.

Но Лена об этой особенности Мариши то ли не помнила, то ли вообще не знала. Мариша распахнула дверь, и заплаканная бледная Лена ворвалась в дом.

— Здравствуйте, Тамара Ильинична! — выдохнула она, падая без сил на стул в прихожей.

— Лена, что случилось? — встревоженно спросила у нее Маришина мама. — На тебе лица нет. Что случилось-то?

— Ой, чувствую я, что с Игорем беда, — простонала Лена. — Вот прямо сердцем и чувствую. А оно меня никогда еще не подводило.

И она в самом деле попыталась схватиться рукой за сердце, но рука сама собой потянулась к желудку. Рука была вся белая, с синими ногтями.

— Лена, а ты ужинала? — сочувственно поинтересовалась Тамара Ильинична. — Губы у тебя какие-то синие.

— Нет, — слабым голосом произнесла Лена. — С прошлого утра во рту маковой росинки не было. Все бегаю и бегаю.

Тамара Ильинична без разговоров потащила Лену в кухню. Там, усадив за стол, она быстро вскипятила воду в электрическом чайнике и налила Лене чашку чаю со сливками. Несмотря на то что чашка была с лошадиной мордой, Лена к чаю не притронулась. Она вообще производила впечатление малость помешанной. Сидела и смотрела прямо перед собой. И это после того, как Мариша поставила перед ней тарелочку с горкой аппетитных бутербродов..

— Лена, ты чего? — тронула ее за плечо Тамара Ильинична.

Лена подняла голову и посмотрела на нее. Мариша и ее мама непроизвольно вздрогнули от глубины того горя, которое плескалось в больших зеленоватых Ленкиных глазах.

— Умер он! — сказала Лена. — Игорь. Я точно знаю.

Умер или в большой беде.

— Что ты чушь мелешь! — вознегодовала Мариша. — Себя пугаешь и других. С чего ты взяла?

— Ни с чего, — откровенно ответила Лена. — Просто знаю, и все. У меня интуиция очень развита. Когда с моими любимыми беда или они собираются меня бросить, что, в общем-то, одно и то же, я всегда это чувствую. Вот когда папа умирал от инфаркта в больнице, так меня даже рвало целый день.

— Ты просто чем-то отравилась, — возразила Мариша. — И разве твой папа не бросил тебя в полуторамесячном возрасте? По-моему, ты так с ним ни разу и не виделась с тех самых пор;

— Ну и что? Все равно, голос крови, — упрямилась Лена. — И даже если его случай не может служить классическим примером, то все равно остается тьма-тьмущая других, когда я предчувствовала и оказывалась права.

— Тебе лечиться надо, — сказала Мариша. — А пока что поступим так. До тех пор, пока мы точно не установим, что с Игорем случилось что-то нехорошее, мы будем считать его живым и невредимым. Договорились?

Это сбережет нам с тобой массу нервных клеток.

Кажется, Лену успокоили главным образом не Маришины аргументы, а это «мы». Значит, она не останется одна. Лена приободрилась. И даже поддалась на уговоры Тамары Ильиничны, выпила чашку чаю и даже съела пару бутербродов. Но было видно, что ест она через силу.

— Поедем в Бугры прямо сейчас? — умоляюще сказала Лена, устремляя на Маришу свои удивительные глаза.

— Ладно уж, все равно выспаться мне сегодня не удастся, — вздохнула Мариша. — Домой к тебе заезжать не будем?

— Нет, — покачала головой Лена. — Не будем. Все, что нужно для работы, у меня с собой.

С собой у нее ничего не было, но Мариша не стала заострять на этом внимание. Не в таком Лена была состоянии.

И девушки выехали. Лена указывала Марише дорогу. И та была вынуждена признать, что одна она бы никогда не догадалась, что по очень грязной, покрытой ухабами и непросохшими лужами узкой дороге можно было выехать на шоссе. Срезав тем самым полтора километра. Наконец Лена вытянула вправо худую руку и указала на несколько приземистых длинных белых зданий.

Все они были с маленькими окошками.

— Конюшня, — сказала Лена. — Приехали.

Еще через пять минут тряски по плохой дороге, должно быть, разбитой копытами табунов лошадей, подруги въехали во двор. Ленка выскочила из машины и помчалась к строениям конюшни, оставив Маришу в гордом одиночестве. Но прежде, чем та успела заскучать или хотя бы поставить машину на сигнализацию, Лена вернулась. И при одном взгляде на нее Марише стало ясно, что вся ее утренняя психотерапия пошла коту под хвост. Лена тряслась, и из ее груди рвались глухие рыдания.

Рядом с Леной семенила невысокая худенькая женщина средних лет. У нее было славное гладкое лицо и короткая стрижка. Глаза у нее были красные, но в целом женщина Марише понравилась. Она была похожа на бывшего жокея. Существуют ли жокеи-женщины, Мариша не помнила. Но если существуют, то они должны были выглядеть именно так, как выглядела Ленкина знакомая.

— Его нет! — закричала Лена, обращаясь к Марише, еще издали. — И не было!

— А кобыла, которая жеребилась? — спросила Мариша. — Как же она?

— Откуда ты про Звездочку знаешь? — снова заподозрила неладное Лена.

— Игорь мне вчера вечером сказал, что едет принимать у нее роды. Имени не называл, просто сказал, что кобыла жеребится, — пояснила Мариша. — И перестань нас с ним подозревать в сговоре с целью обмануть тебя.

— Как бы то ни было, а до Звездочки Игорь вчера не добрался, — уныло констатировала Лена. — Познакомься, это наш тренер и заместитель директора Ольга Семеновна.

— Да, Игорь вчера вечером так и не явился. И нам пришлось искать другого ветеринара, — подтвердила ее слова Ольга Семеновна. — А потом ехать за ним в город, а потом еще оплачивать услуги. Вдобавок тот ветеринар оказался редким кретином. Специализировался по собакам и кошкам, а нас об этом не предупредил. Толку от него было меньше, чем вреда. Так что тут все страшно злы на Игоря, который бросил Звездочку на произвол судьбы и даже не предупредил, что не приедет. И я в том числе. Звездочка моя любимица. И я возлагала на нее и на ее жеребенка огромные надежды. Огромные. Жеребенок от двух таких родителей должен был стать чемпионом. А теперь он погиб. И еще неизвестно, выживет ли Звездочка. Но в любом случае, выживет она или нет, о потомстве уже больше речи не пойдет.

— А с ним такое уже случалось? Я имею в виду Игоря? — спросила Мариша. — Мог он пообещать и не приехать?

— В том-то и дело, что нет, — вознамерилась снова зарыдать Лена. — Игорь — он обязательный человек. Во всяком случае, что касается его работы…

— Да, я тоже была очень удивлена, когда он не приехал, — кивнула Ольга Семеновна. — Мы потому так поздно и поехали за другим врачом, что все время надеялись: Игорь должен с минуты на минуту появиться. Ведь он обещал. Просто в голове не укладывается, как он мог так подвести.

— Подождите, здесь что-то не то, — сказала Мариша. — Он звонил мне вчера вечером. И сказал, что у него очень мало времени и что он собирается ехать сюда, принимать роды у лошади. Он так торопился, что даже толком не закончил со мной разговор, оборвал на полуслове.

И тут Мариша надолго о чем-то задумалась, сосредоточенно хмуря лоб.

— Странно, — сказала Ольга Семеновна, не обращая внимания на Маришу. — Очень странно. Девочки, давайте навестим Игоря. Вдруг с ним что-то случилось?

Вы на машине?

— Да, — кивнула Мариша.

Они загрузились в машину и поехали обратно в город. На этот раз дорога отняла у Мариши меньше времени, потому что она уже знала все ее опасные участки.

И очень кстати, потому что Лена снова впала в ступор и не реагировала на внешний мир. Пришлось Ольге Семеновне взять на себя общее руководство и показывать Марише дорогу к дому Игоря.

— Сейчас направо, — командовала она. — Первый перекресток налево. Потом снова прямо. Я скажу, где свернуть.

Лена внезапно очнулась и удивленно посмотрела на женщину.

— Откуда вы знаете, где живет Игорь? — спросила она, и в ее голосе явственно послышались нотки ревности.

— Только дом, — поспешно ответила Ольга Семеновна. — Он несколько раз просил меня подбросить его до города. Когда у него еще не было своей машины.

Лена кивнула, но было видно, что ее снова терзает ревность. Но лучше пусть так, решила Мариша, чем сидеть, уставившись в одну точку, и молчать. Они вышли возле пятиэтажного кирпичного дома. Лена указала на первый подъезд, и все стали подниматься по лестнице.

Лена, казалось, снова впала в ступор. Что было, по мнению Мариши, весьма некстати. Так они поднялись до третьего этажа. Лена продолжала подниматься наверх, переставляя ноги, словно робот.

— Лена, какой у Игоря этаж? — окликнула ее Ольга Семеновна, которая шла последней.

Лена вроде бы очнулась.

— Третий, — сказала она и огляделась по сторонам.

Она была уже почти на четвертом. Мариша где-то на полпути между ней и площадкой третьего этажа. А Ольга Семеновна поднялась всего на пару ступенек с третьего этажа вверх по пролету. Лена спустилась обратно и уверенно позвонила в обитую деревом железную дверь. Потом еще и еще. Но им никто не открыл.

— Все ясно, — сказала Ольга Семеновна после тридцать пятого звонка. — Его нет дома. Лена, у тебя есть ключи от квартиры Игоря?

Лена молча покачала головой.

— Что же делать? — растерянно спросила женщина. — Не ехать же обратно. Нам нужно попасть внутрь.

Вдруг он заболел.

— Вам нужно, вы и думайте, как быть, — неожиданно огрызнулась Лена.

Уставшая от всей этой беготни и к тому же не выспавшаяся, Мариша прислонилась было к двери, чтобы немного подремать, пока ее спутницы не решат, как им поступить дальше. Но неожиданно дверь под тяжестью Маришиного тела подалась. И Мариша с диким криком рухнула внутрь квартиры.

— А дверь-то не заперта! — обрадовались Лена с Ольгой Семеновной.

— Очень мило, что вы мне об этом сказали, — поморщилась Мариша, поднимаясь с полу и потирая больно ушибленный бок. — Сама бы я ни в жизнь не догадалась.

Но на ее брюзжание никто не обратил внимания.

— Ну что? Войдем? — нерешительно спросила Ольга Семеновна.

Ее нерешительность для женщины, которая буквально несколько минут назад предлагала взломать дверь квартиры Игоря, выглядела странно.

— Конечно, войдем, — сказала Лена.

И они вошли. Квартира Игоря состояла всего из одной маленькой комнаты, крохотной кухни и совсем уж неразличимого санузла. Что касается прихожей, то ее попросту не было. Потому что назвать прихожей коробку от холодильника ни у одного нормального человека язык бы не повернулся.

На осмотр квартиры женщинам не понадобилось много времени. Обставлена квартира была крайне скудно. Диван, телевизор и пара плетеных стульев — это все, Одежда Игоря лежала неаккуратной кучей в углу комнаты. Книги по ветеринарии были свалены несколькими грудами по всему периметру комнаты. Сразу было видно, что книг много и далеко не все они куплены на барахолке, напротив, некоторые из них явно очень дорогие.

А на кухне стояла дорогая испанская стеклокерамическая плита, стол и еще один плетеный стул. Ни холодильника, ни шкафчиков тут не было. Но вся имеющаяся в квартире мебель выглядела дорогой и очень новой. Купить ее мог человек, которому улыбнулась удача и который в будущем намеревался разбогатеть еще больше, так что не видел необходимости экономить на обстановке.

К тому же в квартире явно намечался ремонт. Не бог весть что, но в ванной комнате были коробки хоть всего лишь с белорусским, но очень славненьким кафелем и несколько мешков с цементом.

— Что-то все ремонт затевают, — меланхолично сказала Мариша, заметив стройматериалы. — И не у всех это хорошо кончается.

Неожиданно ее слова вызвали всплеск эмоций.

— Что кончается?! — взвизгнула Лена. — Сама же говорила, что еще ничего не ясно и что волноваться раньше времени не стоит. А теперь…

— Теперь я говорю, что Игорь затеял ремонт, а значит, у него появились деньги, — сказала Мариша. — Вот и все. Ольга Семеновна, Игорь уже долго работает у вас в конюшне?

— Года два, — постаралась припомнить женщина. — Да, так и есть. Он пришел к нам совсем безусым. Сразу же с институтской скамьи. За эти годы он многому научился. Вообще он способный юноша. И животных чувствует. Это редкий дар. Этому научиться вообще невозможно. У Игоря было большое будущее.

— Вот, теперь и вы, — расплакалась Лена.

— Деточка, что я такого сказала? — всполошилась Ольга Семеновна. — Ты же сама видишь, Игоря здесь нет. Ни живого, ни мертвого. А уже одно это хорошо.

— Да, мы его еще немного поищем и обязательно найдем, — сказала Мариша, которая была занята тем, что перебирала книги по ветеринарии, лежащие в стопках.

— А где будем искать? — вытерла слезы Лена.

— Ну, сначала выясним, не стоит ли его машина у него под окнами, — сказала Мариша. — Или где он там ее обычно ставил.

— Под окнами, — подтвердила Лена. — Слушай, а ведь я не верила, когда мне про тебя, Мариша, рассказывали, какая ты умная и как ловко раскрываешь преступления.

Мариша скромно потупилась. Машину Игоря они у него под окнами не нашли. Зато нашли старичка, который видел, как Игорь садился в машину вчера вечером.

— Дедушка, а вы точно помните, что это был Игорь и что в машину он садился именно вчера? — допытывалась у него Ольга Семеновна.

— Точно, — уверенно ответил дед.

— Дедушка, а сильный вчера ураган был, правда? — спросила у него Мариша. — Вывески сорвало, двоих людей придавило рекламными стендами. Вы, наверное, такого и не помните.

Коварство Мариши заключалось в том, что упомянутый ураган отшумел еще неделю назад и действительно натворил в городе бед.

— Да я помню такое, чего вам, молодым, и не снилось! — возмутился дед. — А вчерашний ураган — это пустяк. Подумаешь, пару вы весок сорвало. Крепить лучше нужно было. По всем телепрограммам с этими вывесками носились. А дело все в чем? В том, что работать нынче разучились. Сделают тяп-ляп, и все. Я вчера нарочно от окна не отходил, все наблюдал, как деревья гнутся. Так это пустяки по сравнению с наводнением, которое мне пришлось лично пережить в…

Но ему не удалось ничего рассказать.

— Вы потеряли у нас всякое доверие в качестве свидетеля, — заявила ему Ольга Семеновна. — Вы путаете показания. Ураган был не вчера, а неделю назад.

И женщины гордо удалились с видом оскорбленных, но не униженных. Больше никого, кто бы видел, как Игорь садился в свою машину, не нашлось. У Мариши не шли из головы какие-то подозрительные бурые пятна, которые она видела на паркете в комнате Игоря.

И странный его разговор с ней. Странным был даже не сам разговор, а то, как быстро и неожиданно прервал его Игорь. Марише теперь даже казалось, что она расслышала звонок в дверь, а после этого уже Игорь стал торопливо с ней прощаться.

— Я хочу еще раз заглянуть в квартиру Игоря, — заявила она.

Все послушно поднялись следом за ней.

— Игорь был человеком рассеянным? — спросила Мариша у Лены. — Мог он уйти и оставить дверь открытой?

— Ни за что в жизни, — возразила Лена.

— А оставить разбросанной одежду и книги?

— Нет, — немного подумав, сказала Лена. — Игорь, он аккуратный до ужаса.

Мариша прошла в комнату и принялась изучать подозрительные пятна на паркете. Да, они могли быть пятнами крови, но в равной степени это могли быть и какие-то другие пятна вполне невинного происхождения.

Бить тревогу раньше времени Марише не хотелось.

К несчастью, за этим занятием ее застукала Лена.

Она все поняла и снова забилась в истерике. Никакие увещевания на Лену не действовали. Она рыдала и уверяла, что Игорь мертв и она это чувствует. Уже даже не одним сердцем, а прямо всем телом. И ей холодно. Мариша запихнула рыдающую подругу в машину и повезла ее домой. Как только Лена поняла, куда он едут, она снова завыла.

— Нет, только не домой! Не могу быть там. Хочу на работу. Хочу быть среди людей. Одна я рехнусь.

— Не валяй дурака, — посоветовала ей Мариша. — Игорь может тебе позвонить. А я побуду с тобой, чтобы тебе не было скучно.

Они высадили Ольгу Семеновну возле станции Девяткино. Она поехала к себе в Бугры, а Мариша повезла Лену к ней домой, дожидаться звонка Игоря. Первый сюрприз поджидал девушек возле дома Лены. Углядела его Мариша. Все-таки недаром она восхищалась порой собственной проницательностью и чутьем. Куда там Лене с ее предчувствиями.

— Смотри, какая развалюха, — сказала Мариша, указывая на действительно смешную колымагу, желая немного развеселить или хотя бы отвлечь подругу.

Неожиданно Лена подпрыгнула на месте, словно от радости, и кинулась к ржавой «копейке», у которой спереди была прицеплена лебедка от джипа. Все части «копейки» были соединены между собой самым причудливым образом. Иногда даже с помощью скотча. Например, фары были точно им подклеены. На взгляд Мариши, это свидетельствовало о выдумке и смекалке владельца машины, хотя выглядело пакостно. Но Лена выплясывала круги возле этой груды ржавого железа с таким радостным видом, словно ничего приятней ей в жизни видеть не приходилось.

— Что с тобой? — испуганно спросила у нее Мариша, всерьез подумывая о том, а не вызвать ли Лене «Скорую».

Все-таки, несмотря на многосторонние таланты, кое в каких вопросах Мариша не считала себя большим специалистом. И общение с буйнопомешанными входило в их число.

— Это машина Игоря! — развеяла Маришины опасения Лена. — Он дома! Он ждет меня! Он вернулся.

Она перестала кружить вокруг машины, кинула взгляд на свои окна, словно ожидала увидеть там Игоря, и помчалась к парадному. Мариша помчалась за ней.

А ее проклятая интуиция подсказывала ей — тут что-то нечисто. Лена отперла дверь квартиры ключом и влетела внутрь.

— Игорь! Ты дома? Я вернулась! — закричала она. — Я увидела твою машину у дома! Игорь, как я рада! Ты дома! Обними же скорей свою лягушку-царевну!

Мариша уже входила в дверь, когда до ее ушей донесся громкий крик ужаса. Крик шел из комнаты Лены.

А затем крик смолк так же неожиданно, как и начался.

Томимая самыми дурными предчувствиями, Мариша влетела в комнату Лены. Игорь тут и в самом деле был.

Марише было достаточно одного взгляда на него, чтобы понять: Игорь уже никогда и никого не сможет обнять.

Потому что он был мертв. Решительно и бесповоротно.

Этот вердикт Мариша вынесла при одном взгляде на то, что раньше было макушкой Игоря. Кто-то проломил ее кирпичом или каким-то другим тяжелым предметом.

Мариша поймала себя на мысли, что непроизвольно перебирает в памяти, чем бы таким Игорю могла дать по башке Ленка. И получилось, что очень многим. Вот хотя бы этой подковой, которая валялась прямо в центре Лениной комнаты. На самом виду, неподалеку от трупа.

Подкова! Мариша почувствовала, как по ее спине потек ручеек холодного пота, а саму ее, наоборот, бросило в жар. Подковы у Лены обычно хранились в ящике, стоящем возле окна. И просто так по комнате не валялись. Пользуясь тем, что Лена блаженно отдыхала в глубоком обмороке, Мариша нагнулась и осмотрела подозрительную подкову.

Так и есть, на подкове были следы запекшейся крови и даже вроде бы клочок волос. Мариша в ужасе прижала руки к вискам. Пульс у нее стучал как сумасшедший. Труп, судя по тому, что был уже совсем холодным, лежал в комнате не первый час.

На первый взгляд никаких сомнений не было. Игоря убила Лена в припадке ревности и безумия. Убила, а потом примчалась к Марише, рыдая и «предчувствуя».

И как натурально! Должно быть, убийство так повлияло на слабую Ленину психику, что в голове у нее все помутилось и перемешалось.

Только так Мариша могла объяснить тот факт, что Лена оставила труп Игоря валяться у себя в комнате, а не предприняла попытку избавиться от него. Впрочем, это было еще не поздно сделать. Но увы, дальше события развивались стихийно. У Мариши не было никакой возможности сосредоточиться. Или хотя бы как-то на них повлиять. Внезапно на лестнице раздались шаги и чьи-то возбужденные голоса. Затем дверь в квартиру распахнулась, и в нее влетели двое парней с пистолетами в руках.

— Ни с места! — завопил один из них. — Всем оставаться на своих местах!

Что касается трупа Игоря и бесчувственной Лены, то они и не думали шевелиться или менять места. А что касается Мариши, то она оцепенела от неожиданности.

— Во, блин! — удивленно сказал второй парень с оружием. — Да тут уже два жмурика!

В этот момент Лена как раз пошевелилась и слабо простонала. Но глаз не открыла. Мариша за нее даже порадовалась.

— Вы кто? — сумела выдавить из себя Мариша, обращаясь к парням. — Учтите, я ничего не видела. Когда мы пришли, он уже тут лежал. Весь холодный. Так что, если вы явились мстить за вашего друга, то вы ошиблись. Его убийцы тут нет.

— Мы из милиции, — сухо сказал ей маленький. — А вы кто такая будете?

Дальше все развивалось по сценарию. Мариша правдиво рассказывала, как они все утро разыскивали Игоря, как вернулись домой к Лене и обнаружили труп Игоря.

Она рассказывала, менты ей не верили. Мариша по глазам видела, что они ей не верят. И каждое ее слово будет ими тщательно проверено. За себя Мариша не беспокоилась, а вот у Лены могли возникнуть серьезные проблемы.

К сожалению, врач, который вскоре прибыл, дал Лене понюхать какой-то гадости, и она быстренько встрепенулась. Увидев неподалеку от себя неубранное тело Игоря, она вздрогнула и кинулась к нему. Ее перехватил маленький опер и с неожиданной силой отволок в угол. Лена кусалась, визжала и требовала дать ей взглянуть на Игоря.

— Черт с ней! Пусть посмотрит, — крикнул маленькому другой опер. — Только смотри, чтобы она там ничего не сдвинула.

Лену отпустили, и она бухнулась на колени перед трупом Игоря. Убедившись, что он и в самом деле мертв, Лена взвыла.

— Не может быть! Этого не может быть! Господи, как же так?

После этого она неожиданно обмякла и уже не протестовала, чтобы Игоря фотографировали, обмазывали мелом и вообще делали с его телом всякие необходимые для следствия процедуры.

Разумеется, злосчастная окровавленная подкова, валяющаяся неподалеку от тела, тоже вызвала нездоровый интерес у работников милиции. Глупо со стороны Мариши было надеяться, что они ее не заметят или не обратят на нее внимания. Они ее нашли почти сразу и теперь чуть ли не облизывали. А потом внезапно успокоились на том, что положили в красивый целлофановый пакетик, запечатав его.

Маришу и Лену отвели на кухню, где провели с ними предварительный допрос. Сначала их попросили еще раз пересказать события сегодняшнего утра. Маленький опер тщательно протоколировал каждое слово. И снова ни одному их слову не верили. Особенно когда Лена завела разговор о том, что Игорь в последнее время чего-то начал опасаться. Ходил весь такой нервный. Часто срывался и убегал, не сказав, куда направляется и когда вернется.

— Вот вы говорите, что у вашего друга появились от вас тайны? — спросил маленький мент, который представился подругам Колей.

— Да, тайны, — подтвердила Лена. — Какие-то встречи. Иногда ему звонили ночью, и он уезжал. Он купил себе мобильник, а когда я спросила, зачем ему такая роскошь, ответил, что он врач и может в любое время понадобиться своим клиентам. В общем-то, он был прав, но раньше он прекрасно обходился без мобильника.

— И кто ему звонил? Мужчины или женщины?

— Странный вопрос, — фыркнула Лена. — Конечно, и те, и другие. Вы что думаете, животных держат только мужчины или только женщины?

— Я пока что ничего не думаю, — ответил Коля. — Просто пытаюсь воссоздать картину произошедшего.

И если вы хотите, чтобы мы в наиболее короткие сроки нашли убийцу, то должны нам помочь.

— Хорошо, — кивнула Лена. — Я вам все расскажу Теперь это, после смерти Игоря, уже не важно. Игорь занижался контрабандой редких животных. Да, да, не смотрите на меня так. Между прочим, очень выгодное дело: Даже специалисты, — тут Лена сделала паузу, подчеркивая, что при всем ее хорошем отношении не может отнести к данной категории своих собеседников, — так вот, даже специалисты признают, что контрабанда редких видов животных стоит на втором месте после контрабанды наркотиков. Даже торговля оружием уступает ей в прибыльности.

— Нечего нам тут лекции читать, — буркнул второй мент — Леша. — Рассказывайте по существу дела.

— Я и рассказываю, что у Игоря примерно с полгода назад появились какие-то странные дела. Он начал интересоваться болезнями тропических животных, накупил кучу литературы про них. И специальных лекарств.

Я тогда поняла, что он всерьез занялся этой практикой.

— И что тут подозрительного? Сейчас у наших нуворишей стало престижно держать в доме какого-нибудь редкого зверя. Некоторые даже гигантских черепах держат. Специально для них джакузи покупают, — сказал Коля. — А звери болеют, это всем известно.

— Какое-то время так и было, — сказала Лена. — И особенно много он на этом не зарабатывал. А потом вдруг дела у Игоря пошли в гору. Не плавно, как должно было быть, если бы его практика постепенно увеличивалась за счет притока новых клиентов, а резко. Так бывает, только когда занимаешься чем-то криминальным.

— Вижу, вы хорошо разбираетесь в этом вопросе, — ехидно заметил Коля. — И что дальше? В чем выражалось благосостояние вашего друга?

— Он купил себе квартиру, — сказала Лена. — Однокомнатную, но все же тысяч шестнадцать она стоит. А он скопил эти деньги буквально за полгода. Раньше у него и пары тысяч не было. Я знаю, он мне жаловался, что никак не получается скопить на квартиру для себя. Видите ли, Игорь иногородний. Из деревушки под названием Велесово. Родители у него обычные сельские люди. Никаких особых денег у них не водится. Сообразить жилье для сына в Питере для них было равносильно тому, чтобы выиграть Олимпийские игры. Даже еще трудней. Поэтому Игорь мог рассчитывать только на самого себя. Он копил, копил, а недавно взял и купил квартиру. И мебель в нее. Немного, но очень хорошую. И вообще строил большие планы. Например, собирался поехать на море отдохнуть. А потом поменять машину.

— Так, а что конкретно вы можете сказать про то, откуда у него появились большие деньги?

— Я связываю это с одним мужчиной, — сказала Лена, немного потупившись. — Честно говоря, сначала, когда Игорь стал исчезать среди ночи, я Игоря приревновала. Подумала, что у него появилась другая женщина. И даже решила проследить за ним.

— Очень интересно, — оживились менты.

Мариша тоже немного приободрилась. В деле всплывал еще один подозреваемый. Глядишь, Ленке и удалось бы отвести от себя подозрение. У Мариши уже было время подумать, и она пришла к выводу, что вначале могла и ошибиться. Слишком уж неприкрытой выглядела вина Лены в совершенном убийстве.

— Когда Игорю однажды снова позвонили среди ночи и он ушел, я последовала за ним, — начала рассказывать Лена. — Игорь был на колесах, так что мне пришлось несладко — поймать машину, да еще среди ночи и в нашем захолустье. Но, в общем, все удалось. Игорь выехал к стрелке Васильевского острова. Там возле Зоологического музея он оставил свою машину и пересел в другую, которая уже стояла там.

— Что была за машина? Марка?

— Не знаю, — пожала плечами Лена. — Меня машина тогда не заинтересовала. Я старалась рассмотреть, с кем там Игорь. Но машина была какая-то светлая. Иномарка. Такая вся приятно округлая. Я сразу подумала, что не из дешевеньких.

— И вам удалось рассмотреть, с кем беседовал ваш Друг?

— Да, это был мужчина. Он сидел за рулем и вполоборота ко мне. Окно с его стороны было открыто. И он положил на него согнутый локоть. Так что я рассмотрела этого типа довольно хорошо. Он был молодой, без бороды, без усов, без лысины. Волосы у него темные. Собраны сзади в хвост. А по виду он то ли индус, то ли пакистанец. В общем, что-то такое.

— А лицо? Какие у того человека были глаза?

— Так я же говорю, было темно, и остальное я не разглядела, но волосы точно темные. Вот нос у него был примечательный. Такой длинный и малость крючковатый. В профиль мне это было отлично видно. Я даже подумала, что такой профиль может быть у самого дьявола.

Не знаю, почему мне так показалось.

— Как был одет?

— Мне была видна только его верхняя часть, — сказала Лена. — И деталей я тоже не могла видеть. Потому что смотрела издалека, опасаясь попасться на глаза Игорю. На мужчине была какая-то светлая куртка или пиджак. А на руке что-то поблескивало. То ли браслет, то ли часы.

— На какой руке?

— На левой.

— Тогда скорей браслет, — сказал Коля. — Часы обычно носят на правой руке.

— Нет, у него все же был такой браслет, а на нем часы, — покачала головой Лена. — Очень необычный.

— А почему вы связали именно этого человека с тем, что благосостояние вашего приятеля выросло?

— После того, как они обо всем договорились, Игорь вылез из чужой машины, и она уехала. А он направился к своей машине. И тут из кустов вылезла я.

Лена некоторое время молчала.

— В общем, он был страшно недоволен, что я за ним следила. Он так на меня вопил! Я даже думала, что он меня побьет.

— Побил? — поинтересовался Леша с делано невинным видом. — И вы, конечно, на него тоже страшно разозлились? И затаили зло?

— От мордобоя он воздержался. Но все равно недоволен был сильно. Очень сильно. Потом неделю со мной не разговаривал. Все твердил, что я ненадежный человек. Что я чуть было не погубила себя и его заодно.

— И что?

— И что он мог потерять из-за моей глупости огромные деньги. И не только деньги. Потом долго еще не мог успокоиться и все ругался. И уже когда мы с ним помирились, сказал, что если бы мою слежку обнаружили, то у него были бы крупные неприятности. Очень крупные — так он выразился.

— А что было потом? Я имею в виду, вы еще видели этого странного знакомого вашего Игоря и его светлую иномарку? — спросил у Лены Коля.

— Нет, больше не видела. Но слышала. Несколько раз он звонил Игорю. Я каждый раз знала, что это звонит именно он.

— Откуда? — поинтересовался Коля. — Вы слышали его голос?

— Нет, но понимаете… — Лена помялась. — У меня есть такая особенность. Я всегда точно знаю, кто именно мне по телефону звонит. Ну, когда ошибаются номером, этих я не знаю, но вот если звонит знакомый человек или человек, о котором я много думаю, то я всегда угадываю. Не верите? Можете попробовать.

От эксперимента менты почему-то отказались. Они вообще как-то слишком уж скептически улыбались. Марише их улыбки не нравились.

— А об этом странном незнакомце вы часто думали? — снова спросил у Лены Коля.

— Очень часто. Можно сказать, постоянно. Хотите верьте, а хотите нет, но я предчувствовала, что он принесет беду Игорю.

— А Игорю вы о своих предчувствиях говорили?

— Конечно, а что толку? — вздохнула Лена. — Он меня не слушал. А над моими предостережениями просто смеялся. Мол, глупости все и никакой опасности нет. Что он нужен им ничуть не меньше, чем они ему.

Что без него те люди пропадут. А он знает слишком много, чтобы они с ним шутки шутить вздумали.

— И у него ни разу не закралась мысль, что то дело, в которое он ввязался, может быть смертельно опасным для него? — спросил у Лены опять же Коля.

— Нет. Думаю, что он и в самом деле ни о чем не догадывался. Игорь вырос в деревне, у заботливых родителей, и как-то умудрился сохранить удивительную наивность, когда дело касалось людей. Он плохо понимал, что его жизнью легко пожертвуют, если это будет кому-то необходимо.

Менты поблагодарили Лену. Затем явился еще один мент, вернее, он оказался следователем. Он выдворил из кухни всех посторонних и остался один на один с Леной и проклятой подковой, которую он притащил с собой на кухню. Мариша осталась ждать в коридоре. Уже минут через десять она поняла, что сбылись ее самые скверные предчувствия. Из кухни появилась смертельно бледная Лена, которую цепко держал за руку противный следователь.

— Мариша, меня ведут в тюрьму! — закричала Лена, увидев подругу. — Они говорят, что это я убила Игоря.

А я не виновата. Мариша, я тебе клянусь, я его не убивала. Мариша, это кто-то другой. Выясни, может быть, Витька, сосед, или тот странный знакомый Игоря что-то знают.

Следователь тащил Лену к выходу. Мариша вцепилась в Лену и не давала ее вывести. А та, не умолкая, говорила:

— Найди их, умоляю! Докажи, что я ни в чем не виновата. Адрес Вити узнай в домоуправлении. Может быть, он кого-нибудь в квартире видел. Или что-то знает. Помоги мне! А маме пока ничего не говори. Как бы ей хуже не стало.

Тут следователю удалось отцепить Лену от Мариши, и он вытащил девушку на лестницу. Маришу к этому времени уже держали подоспевшие на подмогу Коля с Лешей.

— Найди убийцу, Мариша! — раздался уже с лестницы голос Лены. — Найди!!!

Потом голос стих. Мариша высвободилась из рук оперов, села на стульчик и едва не расплакалась. Но вместо слез неожиданно накатила злость. И разозлилась логичная Мариша не на кого-нибудь, а на ментов, которые не дали даже толком попрощаться с подругой. Сейчас Лена казалась ей чуть ли не ближайшей закадычной подругой. Вот так бывает, много лет люди не видятся и даже друг о друге не вспоминают, а потом вдруг — раз, и все меняется.

— Я найду убийцу. Обещаю тебе, Лена, — тихо сказала Мариша и поднялась.

Дома у Лены делать ей больше было нечего. Нужно искать убийцу и вызволять Ленку из тюрьмы.

— А кто позаботится о ее маме, если Ленки не будет?

Придется еще ее к нам переселять. Ленкина мама ведь даже до магазина дойти сама не сможет. Вот и выходит, что нужно ее взять. А нам такой подарок нужен? — бурчала себе под нос Мариша, не желающая признаваться даже самой себе, что сделает для Лены все возможное.

Во-первых, она ее подруга. А во-вторых, не потерпит, чтобы несправедливость восторжествовала.

Если в первый момент, увидев труп Игоря в комнате Лены, Мариша и подумала, что это Ленкиных рук дело, то потом, хорошенько подумав, поняла, что тут многое не сходится. Во-первых, что это были за бурые следы на паркете в квартире Игоря? Во-вторых, зачем Лене было оставлять труп у себя дома и потом еще тащить туда Маришу, если она знала, что там труп? В-третьих, у Игоря и в самом деле появились большие деньги. А известно, где большие деньги, там и большой риск.

И наконец, оставался Ленин сосед Витя. Мариша отлично помнила, какой злобой горели его глаза, когда Ленка спускала его с лестницы. Ущемленное самолюбие, помноженное на отсутствие жилплощади, вполне могло привести его к преступлению. Хотя почему он в качестве жертвы выбрал Игоря? Ведь конфликтовал-то он с Леной? А тоже очень просто.

— Если бы Витек убил Лену, — рассуждала сама с собой Мариша, — то подозрение запросто могло бы пасть на него. Все соседи знали об их вражде и скандалах. И уж точно не преминули бы сообщить об этом ментам. А к Игорю у Витька вроде бы никаких претензий не было.

Так что на него убийство Игоря повесить трудно. Мотива вроде бы и нет. А мотив-то как раз есть. Ленка в тюрьме? В тюрьме. А раз так, то квартира освобождается в единоличное пользование Витька. Когда там еще Лену выпустят.

К домоуправлению, где Марише предстояло выяснить второй адрес Вити, она подошла окончательно уверенная, что убить Игоря Ленкин сосед вполне был способен. В домоуправлении царила тишь и благодать. Жилистая тетя, то ли бухгалтер, то ли инженер, сидела и пила чай, отдуваясь и пыхтя. Только сейчас, глядя на эту картину, Мариша задумалась: а какого черта второй адрес Витька должен храниться в ЖЭКе? Скорей уж он был бы в паспортном столе. Хотя тоже странно.

— Тебе чего?

Тетка оторвалась от чаепития и угрожающе посмотрела на Маришу. Прославленная Маришина проницательность подсказала ей, что сейчас ее выставят вон. Поэтому она вышла сама, вежливо извинившись. Выйдя, она немедленно рысью направилась в сторону ближайшего магазинчика, где купила симпатичную коробочку с вафельным тортиком. После этого она помчалась назад.

Там чаепитие было в полном разгаре. К той тетке присоединились еще две таких же габаритов. Больше всего они походили на крепких рабочих лошадей. Тортик они снисходительно согласились принять. И все трое вопросительно уставились на посетительницу.

— Мне нужен адрес одного человека, — объяснила Мариша, — Дело в том, что он прописан в подведомственном вам доме, но живет в другом месте. Мне сказали, что адрес у вас есть.

— Откуда у нас может быть его адрес? — удивилась первая тетка. — Спросите у соседей. А где живет ваш приятель?

Мариша назвала адрес Лены.

— Ой! — воскликнула вторая тетка. — Это же мои соседи. А вам кого нужно?

— Виктора.

— А, — подобрела лицом тетка. — Я уж испугалась, что тебе та оторва нужна.

— Оторва?

— Ну да, — энергично кивнула тетка. — Лошадей в городской квартире держит. И вообще хулиганка. Соседей своих выживает. Вот и Витя от нее сбежал. Адрес у меня его есть. Он оставил, если вдруг что случится, так чтобы его найти можно было. А с Ленкой он не живет. Да и никто с ней не уживется. Сейчас дам адрес.

Она полезла в стол, но вдруг опомнилась, очень не вовремя, и спросила:

— А тебе он зачем?

Мариша судорожно соображала, что придумать.

— Перепись населения! — вдруг бухнула она.

Как ни странно, тетка поверила.

— Не знала, что уже началась, — сказала она. — А когда до нас дойдете?

— У вас другой инспектор, — ответила Мариша. — Дурацкая система. Полдома ведет один, полдома другой.

Так вы не в моей половине. А жаль. Вот вы, передо мной сидите. А к этому Вите мне еще за тридевять земель тащиться, чтобы его переписать.

— Какие тридевять земель! — махнула рукой тетка. — Он через дорогу живет.

И она достала бумажку и продиктовала Марише адрес.

— А как он вообще? — осторожно спросила Мариша. — Не пьяница, не буянит? А то, бывает, сунешься к человеку в квартиру, а он потом тебя еще обидеть норовит.

— Что ты! — улыбнулась тетка. — Он смирный. Уж сколько его Ленка — это та самая оторва и есть — лупила, а он лишь старался, чтобы не по лицу Даже я ему говорила: что ты, Витя, врежь ей разок. А я потом, если что, засвидетельствую, мол, это дрянь нападала и сама об косяк навернулась.

— А он? Послушался?

— Куда там, — махнула рукой тетка. — Сказал: нет, тетя Лида, я лучше пока с женой и тещей поживу. Все равно целыми сутками на работе пропадаю.

— И где же он работает?

— В милиции, — сказала тетка. — А вы разве не знали? У вас в бумагах не записано?

— Я просто забыла, — пробормотала Мариша, плохо соображая, что говорит.

Из домоуправления Мариша вышла на ватных ногах. Мент убивает Игоря, чтобы избавиться от надоевшей ему до чертиков соседки. Это выглядело как-то слишком уж мерзко. Мариша не была высокого мнения о ментах, считая, что в милиции, как и везде, попадаются плохие и хорошие люди. Но такая гнусная подстава была для ментов уж слишком гнусной.

«Не знаю, что и думать», — призналась себе Мариша, пока топала к записанной в адресе улице.

На ее счастье, Витя оказался дома. Здесь Мариша не решилась врать. К тому же Витя уже видел ее с Леной.

— Вот это гость! — удивился Витя, открывая дверь. — Какими судьбами? Как ты меня нашла?

— Витя, кто там? — раздался голос из глубины квартиры.

— Ко мне по делу пришли, — ответил Витя, жестом приглашая Маришу в комнату.

Мариша уселась на жестком диване и огляделась по сторонам. Квартира как квартира. Типовая, оклеенная порядком порыжевшими, но еще целыми обоями. Мебель конца семидесятых. Тоже не новая, но еще годная на то, чтобы производить впечатление — не хуже, чем у людей.

— Ну, что случилось? — спросил у Мариши Витя, когда она наконец огляделась.

— А почему ты решил, что что-то случилось? — насторожилась Мариша.

Витя для начала оторопел, а потом сказал:

— Ну, раз ты здесь, значит, что-то случилось.

Мариша подумала и пришла к выводу, что его объяснение звучит убедительно. Она решила не врать и сразу же бухнула:

— Убили Игоря.

— Кого? — удивленно спросил у нее Витя. — Какого еще Игоря?

— Игоря — жениха Лены, — пояснила Мариша. — Надеюсь, хоть Лену ты помнишь? Твоя соседка.

— А, эта полоумная! — вспомнил Витя. — Конечно, такое не забывается. Так что, она и убила жениха? А я не удивляюсь, она на всех кидалась. И на меня тоже. У меня сто раз было искушение сдать ее в участок, пусть бы ей впаяли административную ответственность для начала.

Значит, прикончила она все-таки парня.

— Но почему ты так уверен, что это именно она его убила? — возмутилась Мариша. — Может, кто-то другой убил, а на Лену свалить хочет.

При этой провокационной фразе Мариша впилась глазами в лицо Вити, надеясь обнаружить на нем следы сомнения или тревоги. Но, увы, Витя оставался непоколебимо спокоен. Либо он был отличным актером и обладал потрясающей выдержкой, либо был и в самом деле невиновен.

— И кому это могло понадобиться? — спросил у Мариши Витя.

— А ты не знаешь?

Витя ненадолго задумался.

— Вообще-то Лена любила Игоря, — сказал он. — Относилась к нему с нежностью. И старалась обуздывать свой нрав, когда он был с ней рядом. Так что вроде бы ей не с чего было его убивать. А вот кому могло понадобиться ее подставить? Не знаю, может быть, ревнивая соперница решила свести таким образом счеты с обоими?

Эта версия не вызвала горячего отклика в душе Мариши, но она ее запомнила. Просто так, на всякий случай.

— А еще какие версии? — спросила она. — Лена человек неуживчивый. Могла и разозлить кого-нибудь. Да вот хотя бы взять тебя, Витя. Ты ведь от нее ушел страшно злой.

— Так ты думаешь, что это я прикончил Игоря, чтобы свалить вину на Лену?! — поразился Витя.

Мариша начала лепетать что-то невразумительное, но понять ее можно было так: да, она так думала, и попробуйте ее убедить в обратном.

— Зачем же брать на душу такой тяжкий грех? Я не понимаю, — и Витя развел руками. — Я мог решить свои проблемы гораздо проще.

— Как?

— Наверное, ты знаешь, что Ленина мама в больнице?

— Знаю, — кивнула Мариша. — Лена мне говорила.

— А она тебе не говорила, почему она там лежит? По глазам вижу, что не говорила. Taк вот я тебе скажу. Ее мать лежит с переломом ноги и ребра. А знаешь, кто ей эти переломы обеспечил?

У Мариши потемнело в глазах и сперло дыхание.

— Нет, — прошептала она. — Она не могла! Это же ее мать!

— Лена — опасная психопатка, — отрезал Витя. — Мать свою она, конечно, любит, но сдержать или взять навсегда под контроль свои негативные эмоции она не может. Вот и выплескивает их время от времени на окружающих. Я не говорю, что она систематически избивала свою мать и даже специально сломала ей ногу. Нет, но она толкнула ее довольно сильно. Мать на ногах не удержалась, вот вам и переломы, и больница. Известно, что у пожилых людей кости хрупкие. Так что Ленкина мать в больнице по ее вине.

— И что?

— А то, что, работая участковым, я при желании мог бы обставить этот, в общем-то, несчастный случай так, что Лену забрали бы за нанесение тяжких телесных повреждений собственной матери. Суд такое отношение к матери не одобряет. Условным сроком она бы не отделалась.

Мариша признала, что Витя прав. Он и в самом деле мог устранить Лену из своей жизни, не прибегая к радикальным средствам. Витя кругом был прав. Оставалось надеяться, что насчет ревнивой пассии Игоря Витя тоже был прав.

— Скажи, а ты сегодня утром не ходил на ту квартиру? — спросила у Вити Мариша на всякий случай.

— Что я там забыл? — удивился тот. — Комнату мне дали от работы. Я уже подал документы на приватизацию. Когда оформлю собственность, я комнату продам, и мы с женой и ее мамой купим квартиру побольше.

А жить в одной квартире я с Ленкой не собираюсь. Нет, я там сегодня не был.

— А мимо проходили? — спросила Мариша. — Не видели, как Игорь подъезжал?

Витя многообещающе задумался.

— Вчера это было или сегодня? — спросил он как бы сам у себя. — Не помню. Но вроде бы машину Игоря я видел на днях возле дома Лены. Да, точно, это было вчера утром. А что?

Мариша скрипнула зубами от разочарования.

— Ничего! — рявкнула она. — Так вы не заходили к Лене сегодня утром или вчера поздно вечером?

— После того, как меня спустили с лестницы? — усмехнулся Витя. — Ну нет. У меня других забот нынче хватает.

Как раз когда он договорил, в дверях появилась его жена. Она была явно беременна, похоже даже, на последних месяцах.

— Моя жена — Нина, — представил ее Витька.

— О, у вас прибавление! — обрадовалась при виде женщины Мариша. — Поздравляю. Кого ждете?

— Мальчика, — улыбнулась Нина. — Дорогой мой, — обратилась она к Вите, — ты забыл, что ты сегодня обещал собрать кроватку для маленького. Завтра тебе снова будет не до нее. А мне рожать уже вот-вот. Собери, а?

А потом мама просила тебя прибить пару гвоздей в ванной комнате, чтобы повесить дополнительную веревку для белья. Скоро она нам понадобится.

Мариша верно поняла ситуацию и распрощалась со счастливым семейством. Следующим пунктом ее расследования была конюшня, где работали Лена и Игорь.

Должны же были они с кем-то общаться у себя на работе. А раз так, значит, эти люди смогут быть полезными Марише. Ведь лично она ни с Игорем, ни с Леной толком и не общалась. И начинать свое следствие ей приходилось с чистого листа.

В конюшнях царила тишина, которая показалась Марише тревожной. Но, должно быть, просто нервы сдавали. Мариша прошла в административный корпус и застала там Ольгу Семеновну. Женщина мирно сидела возле окна, перебирала какие-то бумаги и пила чай с солидной порцией коньяка. Глаза у нее были по-прежнему красные. При виде Мариши она обрадовалась.

— Ну как? Нашли Игоря?

— Нашли, — лаконично ответила Мариша, опускаясь на стул. — Но не в лучшем виде.

— Неужели запил? — ужаснулась Ольга Семеновна.

— А что, это возможно? — в свою очередь удивилась Мариша.

— Вообще-то одно время Игорь начал сильно прикладываться к бутылке, — кивнула Ольга Семеновна. — Пару раз у него даже запои по несколько дней случались.

Но я думала, он поборол свой недостаток. Во всяком случае, последние полгода он к спиртному вообще не притрагивался.

Мариша отметила эту информацию. Пока было неясно, пригодится она ей или нет, но она ее взяла на заметку.

— Нет, — вздохнула она. — Он не запил. Хуже.

— Хуже? Что может быть хуже?! — фыркнула Ольга Семеновна. — У меня отец пил почти четверть века.

И если бы мать его не выгнала, то она бы и сама с ним спилась за компанию. Отвратительная привычка. Вот некоторые говорят, что это болезнь. А я считаю, что это всего лишь мерзкая привычка. И избавиться от нее можно без всяких докторов. Лечить тут нечего. Нужно просто не пить.

Мариша поразилась, как это, оказывается, просто.

Взять и не пить. И все проблемы решены.

— А как поступил Игорь? — осторожно спросила она. — Он бросил пить сам? Или пошел к врачу?

— Мужчины! — снова фыркнула Ольга Семеновна. — Вы как женщина меня поймете. Не знаю, как в других странах, а в нашей стране мужчины вообще выродились. Какие-то они либо слабые и ни к чему не годные, либо, наоборот, наглые и считающие, что все средства хороши. Они выродились и нравственно, и зачастую физически. Вы посмотрите, сколько у нас больных детей. А отчего это?

— Экология плохая, — предположила Мариша. — Или наследственность.

— Вот именно, наследственность, — обрадовалась Ольга Семеновна. — Я по своим лошадям вижу… Так что там с Игорем? — неожиданно поменяла она тему.

Не видя причины лгать, Мариша сказала правду:

— Его убили.

Ольга Семеновна выронила из рук чашку.

— Убили? — прошептала она и страшно побледнела. — Кто?

— Милиция считает, что Лена, — сообщила Мариша.

Бледность стала медленно уходить с лица Ольги Семеновны. Она наклонилась, подняла чашку и собрала рассыпавшиеся листы бумаги.

— Лена убила Игоря? — задумчиво повторила она. — А это точно она? Может быть, кто-то другой? — с тревогой спросила она.

— Следствие только началось, — сказала Мариша. — А что, у вас тоже есть сомнения в невиновности Лены?

— Нет, откуда я могу знать? — торопливо пожала плечами Ольга Семеновна.

— Но ведь вы долгое время знали Лену и Игоря тоже. Скажите, могла Лена убить Игоря?

Ольга Семеновна подумала и твердо сказала:

— Могла! Лена очень вспыльчивый человек. Не злой, но вспыльчивый. А когда она в ярости, то может натворить черт знает что.

— И даже убить?

— Если она дала ему, к примеру, по голове, или пырнула ножом, или выстрелила в него, то я отвечу, что, да, Лена могла это сделать. А вот если яд, то вряд ли. Как его убили?

— Проломили голову, — загрустила Мариша.

Ольга Семеновна ничего не ответила, но явно приободрилась. Она деловито заходила по каморке, больше не напоминая попавшего в силки кролика. Судя по всему, мысль о том, что Игорь убит Леной, ее каким-то непостижимым образом порадовала. Она даже предложила Марише стопку коньяку и сама ее налила. Она уже окончательно оправилась от первоначального шока. Мариша мысленно поставила еще одну галочку и приступила к дальнейшим расспросам.

— Лена любила Игоря? — спросила она, когда обе женщины расположились на стульях возле окна.

— Да, очень, — кивнула Ольга Семеновна, прихлебывая свой чай даже вроде бы с наслаждением. — Она влюбилась в него с того самого момента, как появилась у нас. Вообще-то Игорь сначала не обращал на нее внимания. Он был всегда занят, подрабатывал в нескольких местах. Уставал очень. Как-то ему не до девушек было.

— А что случилось потом?

— Потом его выселили из общежития, — сказала Ольга Семеновна.

— И он обратил внимание на Лену? — спросила Мариша.

— Ну да, — кивнула Ольга Семеновна. — Не знаю, может быть, он и раньше на нее поглядывал. Но познакомились они по-настоящему как раз на следующий день после того, как Игоря выставили из общежития.

Я временно пустила парня пожить к нам. У нас на конюшне есть каморка. Там может подремать ночной конюх во время дежурства. Диван там один. А Лена как раз была именно таким ночным конюхом. В общем, сами понимаете. Парень и влюбленная девушка. Диван один.

Уже через несколько дней мы все узнали, что у Игоря сменился номер телефона. И что этот телефон удивительным образом совпадает с телефоном Лены.

— Ясно, — сказала Мариша. — А потом как развивались их отношения? Игорь давал Лене повод для ревности?

— Ни разу не замечала за ним этого, — сказала Ольга Семеновна. — Игорь был порядочным человеком. И не в его привычках было бегать сразу за двумя юбками.

— Но Лена его все равно ревновала?

— Она вообще со странностями, — резковато ответила Ольга Семеновна. — Могла закатить Игорю скандал с мордобоем только из-за того, что он опоздал на час.

Или если ей показалось, что он слишком долго и увлеченно разговаривал с кем-нибудь из девушек, которые работают у нас. Страшно было видеть, какие она ему закатывала сцены. Но одно дело скандалы, а чтобы до убийства дошло…

И Ольга Семеновна снова помрачнела и задумалась.

— А что вы можете сказать про Игоря с профессиональной точки зрения?

— Он был врачом от бога, — ответила тренер. — В выборе профессии он не ошибся, это уж точно. Я многое повидала на своем веку. И поверьте, из Игоря мог выйти толк. Не просто толк. Он мог стать настоящим светилом, на операцию к которому стояли бы очереди на многие месяцы вперед. У него было чутье и легкая рука.

Ему недоставало опыта, но опыт — дело наживное.

Очень, очень жаль, что он погиб. Второго такого врача мне не скоро удастся заполучить. Для нашей конюшни это действительно удар.

— Вот вы сказали, что Игорь подрабатывал в нескольких местах. А где именно?

Переставшая было нервничать Ольга Семеновна снова разволновалась. На щеках разгорелись нехорошие красные пятна, руки заметно задрожали. И даже голос, когда она заговорила, выдал ее предательской хрипотцой.

— Почему вас это интересует? — спросила Ольга Семеновна. — При чем тут работа Игоря? Его ведь убила Лена из ревности? Вы ведь так сказали?

— Я сказала, что такова первоначальная версия у следователя, — поправила ее Мариша. — Но Лена клянется, что она его не убивала. И я ей верю.

— Клянется? — переспросила Ольга Семеновна. — Ну конечно, а что ей еще остается делать, как не уверять в своей невиновности? Она убила. Больше некому Но особой уверенности в ее голосе не прозвучало.

Мариша не преминула это отметить.

— Некому? — с нажимом спросила она. — Так уж и некому? Неужели Игорь за свою жизнь никому не перебежал дороги? Никто не имел причин его ненавидеть?

— Откуда мне знать? — неожиданно сорвалась на крик Ольга Семеновна. — Что вы тут сидите и выпытываете? Что вы из меня душу тянете? Убирайтесь!

Поскольку женщина перешла на истерический визг, Мариша тут же ушла. Истерик она не любила. Ей было совершенно ясно одно: тренерша что-то знала. И это что-то, вероятно, могло пролить свет на смерть Игоря.

Оставалось придумать, как это «что-то» из тренерши выудить.

Мариша немного пошаталась по конюшне. Полюбовалась лошадками, резвящимися в вольере. Все они были какие-то взъерошенные, но вроде бы не больные.

Мариша присмотрелась и поняла, что животные просто линяют.

— Весна! — пробормотала Мариша себе под нос.

— Ты что-то сказала? — обратился к ней высокий мальчишечий голос.

Мариша оглянулась и увидела молоденького паренька в ватнике и тяжелых сапогах, форменной одежде местных конюхов. Мариша критически оценила парня и решила, что без одежды он выглядел бы значительно лучше. Волосы у него были совсем светлые, глаза серые и нахальные. А рот смеющийся.

— Говорю, весна, — снизошла до разговора с симпатичным пареньком Мариша.

— Это точно, — кивнул парень. — Ты откуда?

— Игоря жду, — соврала Мариша. — Ты его знаешь?

— Ветеринара? Так его нет, — сказал парень. — А я тебе не сгожусь? Меня Шурик зовут. Так сгожусь?

Мариша в ответ только фыркнула.

— Ну и зря, — ничуть не обиделся парень. — Потому что Игорь давно занят.

— Знаю, Леной, — кивнула Мариша. — Он мне рассказывал про нее.

— И не только Леной.

Мариша навострила уши.

— Как это понять?

— А так и понимай, — ответил Шура, многозначительно кивая куда-то в ту сторону, где Мариша оставила свою машину.

Мариша посмотрела туда и увидела, как торопливо выбежавшая из здания Ольга Семеновна нервно тыкает ключом в дверцу золотистой «Мазды», пытаясь ее открыть. Дверь не открывалась. И Ольга Семеновна помчалась обратно. Должно быть, успокаивать нервы коньяком или менять ключ.

— Что — она? — поразилась Мариша. — Она же Игорю в матери годится. Почти старуха. Ей же к полтиннику.

— У нашей старушки критический возраст, — сказал Шура. — А в Игоря она вцепилась мертвой хваткой.

Только у нее муж, и такой муж, что от него не больно-то сбежишь. Поэтому она Игорю Ленку и сосватала. Чтобы и волки сыты, и овцы целы.

Мариша почувствовала, что у нее в голове окончательно путаются лошади с овцами. Совершенно неожиданно она вспомнила про осиротевшего Пончика, которому теперь придется подыскивать нового хозяина.

А еще не известно, захочет ли тот держать своего парнокопытного питомца в городской квартире со всеми удобствами.

— Ты говори толком! — разозлилась она на Шуру. — Что за муж? Мог он убить Игоря из ревности?

— Убить? — удивился Шура. — Мог и убить. Только к чему это ему? Не думаю. Он Игоря мог и иначе уничтожить. Муж Ольги Семеновны — сам Артур Вирулидзе.

И, видя, что Марише это имя ровным счетом ничего не говорит, он прибавил:

— Он трехкратный победитель Дерби. А уж сколько раз скакал и выигрывал на других скачках, никто и не упомнит. Легче сосчитать, когда он скакал и не выигрывал. Но это по пальцам можно перечесть. Артур из любой мало-мальски сносной лошади может выжать рекордную скорость. Он приходил первым к финишу на таких одрах…

— Ладно, ладно, я поняла. Он отличный жокей. Но как он может уничтожить Игоря, не прибегая к насилию? — перебила парня Мариша.

— Шепнет пару словечек кому надо, и все. Игоря даже прививки коровам в его родном колхозе вряд ли допустят делать. А уж конный спорт для него будет закрыт.

И частная практика тоже.

— Подумаешь, большая шишка — бывший жокей!

Что он может! Да кто вообще станет всерьез прислушиваться к его словам, — сказала Мариша.

— То-то и оно, что жокей он в прошлом, — сказал Шура. — А сейчас он пошел в бизнес. И стал очень крутым. Ты бы видела, на какой тачке он за женой заезжает.

Да если хочешь знать, он эту конюшню ей купил в качестве игрушки. Вроде подарка для любимой жены. Она ведь тоже скакала. И для нее лошади — это ее жизнь. Детей у нее нет, мужа она только терпит. А вот лошади — ее страсть. Ну, и еще Игорь.

— А муж, значит, у нашей Ольги Семеновны грузин и жену свою сильно любит? — задумчиво спросила Мариша. — Интересно.

Это и в самом деле было интересно, потому что давало еще одного крепкого подозреваемого. А что, разве одна Лена могла ревновать? Между прочим, мужчины тоже способны на ревность. Это то немногое, на что они еще хоть как-то способны. Мариша перевела взгляд на «Мазду» Ольги Семеновны. Там сейчас как раз возился какой-то парень. Должно быть, высвобождал застрявший в двери ключ.

Ольга Семеновна стояла рядом с ним и нервничала.

Это было видно даже с того расстояния, на каком находилась Мариша. Наконец парню удалось открыть дверцу машины. Ольга Семеновна мигом запрыгнула внутрь.

И тут Маришу осенило, как ей следует поступить дальше. Не успела Ольга Семеновна завести свою машину и выехать с площадки, а Мариша уже стояла возле своего «Опеля».

Руки у Мариши не тряслись, поэтому с замком она справилась быстро. И помчалась догонять Ольгу Семеновну, отъехавшую уже на приличное расстояние. Но это было Марише даже на руку. Так, решила она, Ольге Семеновне трудней будет обнаружить, что у нее появился «хвост». Машина Ольги Семеновны вела себя странно. Ее кидало из стороны в сторону, словно ее владелица так и не смогла справиться с нервами. Несколько раз авария казалась неизбежной. Но каким-то чудом Ольга Семеновна выруливала и уклонялась от столкновения с двигающимися по встречной полосе машинами.

Обе машины миновали Девяткино, въехали в город, потом — в центр. И тут Ольга Семеновна остановила свою машину перед фасадом старинного пятиэтажного жилого дома. Даже не включив сигнализацию, она выскочила из машины и помчалась к входной двери. Мариша устремилась за ней. Чутье ей подсказывало, что следует поторопиться. Ольга Семеновна поднялась на третий этаж, так и не заметив за собой слежки. Тут она открыла дверь своим ключом и вбежала в квартиру.

— Артур, ты дома? — раздался ее охрипший голос.

Ольга Семеновна здорово волновалась. Она даже не захлопнула за собой дверь. То есть та по идее должна была сама медленно и плавно закрыться, но не успела.

Инициативу перехватила Мариша и проскользнула в квартиру следом за Ольгой Семеновной. Тут она притаилась прямо у двери под вешалкой.

— Ты где? — надрывалась Ольга Семеновна, нервно обегая свои владения.

Голос ее то затихал, то становился громче. Так что Мариша сообразила, что квартирка не просто большая, а страшно огромная. В таких дебрях потеряться ничего не стоило.

— Артур! — вопила Ольга Семеновна. — Ты где?

Я знаю, что ты дома. Ответь мне! Я должна с тобой поговорить! Срочно!

Минут через десять вопли затихли где-то в дальнем конце квартиры. Из чего Мариша заключила, что Ольга Семеновна мужа нашла и перешла на нормальный тон.

— Но я же так ничего не услышу! — возмутилась Мариша.

Она вылезла из своего укрытия и направилась туда, где в последний раз слышала голос Ольги Семеновны.

Женщину Мариша нашла довольно быстро. Она стояла возле дивана, на котором посапывал и похрапывал черноволосый щуплый субъект в дорогом спортивном костюме. Мариша спряталась за угол и принялась ждать продолжения.

— Артурчик! — требовательно сказала Ольга Семеновна. — Просыпайся.

Как ни странно, муж проснулся и забормотал что-то ликующее при виде супруги.

— Артурчик, — строго сказала ему Ольга Семеновна. — У меня плохие новости. У нас случилось несчастье.

— Какое? — зевая, спросил Артур. — И у кого это — у нас? У меня лично все в порядке. Во всяком случае, еще пару часов назад было все в порядке. А что случилось у тебя?

— Убийство! — страшным голосом сказала Ольга Семеновна. — Ты не догадываешься, кого убили?

— Нет, — удивился ее муж. — Откуда мне знать?

И кого же?

— Игоря.

— Этого твоего ветеринара? — снова зевая, переспросил Артур, садясь на диване.

— Почему моего?! — рассердилась Ольга Семеновна. — У нас с ним ничего такого…

— Ну мне-то ты можешь не заливать, — сказал Артур. — Что же, я даже рад, что так все обернулось. Соку хочешь? Честно говоря, этот малый, который постоянно вертелся возле тебя, мне никогда не нравился. Не знаю, что он представлял собой как врач. Но мразью он был отъявленной.

— Артур, ты говоришь о покойнике! — трагически воскликнула Ольга Семеновна. — Артур, скажи мне, это ты его убил?

Артур, который, судя по звукам, в этот момент пил сок, булькнул и закашлялся.

— Ты что, сдурела? — спросил он, обретя вновь голос.

— Но ты же сам признался, что ненавидел его.

— Испытывал неприязнь, — поправил ее Артур. — Ненависть и неприязнь совершенно разные вещи. Нет, я его не убивал.

— А?..

— И никому не поручал его убивать, — опередил ее с ответом муж. — Если бы я убивал всех твоих любовников и просто воздыхателей, то вокруг давно не осталось бы ни одного живого мужика.

Ольга Семеновна молчала. Артур тоже.

— Вот черт! — внезапно выругался он. — Милиция может в мое благородство и не поверить. Как ни крути, а мотив, чтобы убить парня, у меня был. Слушай, дорогая, не могла бы ты закрутить романчик с кем-нибудь другим, а не с этим Игорем? Что ты в нем вообще нашла?

А я был бы тебе сейчас очень обязан.

— Никакого романа не было, — перебила его Ольга Семеновна. — Сколько раз тебе повторять?

— Ну да, ну да, — покивал головой Артур. — Конечно, не было. Когда его хоть убили?

— Этой ночью, — сказала Ольга Семеновна. — А тебя как раз не было дома. Эта твоя проклятая рыбалка.

Неожиданно Артур радостно засмеялся.

— И очень хорошо, что не было, — сказал он. — Иначе кто бы тебе поверил, что я тут был? Сказали бы, что ты мужа выгораживаешь. А так не меньше десяти человек смогут подтвердить, что я был всю ночь почти за сотню километров от города, на Ладоге.

Настроение у него явно улучшилось. Он добулькал своим соком и сказал:

— Мы забрались в такую глухомань, что выбраться оттуда сумели лишь к утру. Так что убить твоего ветеринара я не мог. Можешь быть спокойна.

Но Ольга Семеновна не торопилась успокаиваться.

И снять подозрения с мужа — тоже.

— Сам ты не убивал, — согласилась она. — Но ведь мог кого-нибудь нанять. Подумай, как ты докажешь в милиции, что никого не нанимал?

Ответа на этот вопрос у Артура вот так сразу не нашлось. Он направился к выходу из комнаты, чтобы на досуге обдумать этот поворот. И Марише пришлось спешно ретироваться из квартиры. Она и так узнала немало. Алиби у Артура было. Вряд ли все десять человек будут врать, особенно когда дело касается убийства. Оставалось навестить Лену в тюрьме и сообщить ей, что из подозреваемых в убийстве Игоря не осталось никого, кроме нее. И что, судя по всему, ей от суда и тюрьмы не отвертеться.

Миссия печального вестника показалась Марише слишком тяжелой. И она перед тем, как ехать к Лене, подкрепилась чашечкой кофе и горячими бутербродами с сыром и ветчиной. Слопав подряд три штуки и выпив два больших кофе, Мариша почувствовала себя другим человеком.

— Пожалуй, в этом деле еще есть над чем поработать, — сказала она себе. — Если у Игоря в последнее время появились деньги, да такие, что он даже сумел купить себе отдельную квартиру, то это явно неспроста. Таинственный знакомый Игоря. Хм! Нужно покопать в этом направлении.

И Мариша принялась думать, кто из ее подруг сможет дать ей наиболее ценный совет по части того, как в многомиллионном городе найти человека, про которого известно всего лишь, что он ездит на светлой иномарке, носит на левой руке то ли часы, то ли браслет, имеет очень длинный нос и темные волосы, собранные в хвост на затылке. Ответ пришел к Марише после того, как она заказала вторую чашку кофе. Он и раньше крутился у нее в голове, но все как-то ускользал. И, лишь отхлебнув ароматную обжигающую жидкость, Мариша поняла:

— Инна! Вот кто мне поможет!

И, не допив свой кофе, Мариша пулей вылетела из-за столика. С Инной Мариша дружила давно. Так давно, что и вспоминать не хотелось. Некоторое время назад Инна вышла замуж. И вот на этого Инниного мужа Мариша и возлагала свои основные надежды. Иннин муж по кличке Бритый в прошлом был бандитом, но с возрастом подрастерял юношескую романтику и стал больше ценить свою и чужую жизнь.

Так что, отсидев свой последний срок, он завязал с прошлым и начал относительно честную жизнь частного детектива. Открыл свое агентство, набрал туда своих бывших «братков», и дела неожиданно пошли хорошо.

Во всяком случае, окончательно связи с криминальным миром Иннин муж, как можно было судить по его нынешней профессии, не рвал. И Мариша надеялась, что он сможет ей подсказать, кто такой этот таинственный знакомый Игоря.

Мариша поехала в центр, где и жила Инна. Дверь открыла сама хозяйка. Честно говоря, в такую удачу Мариша не верила.

— А чего ты дома? — спросила она у Инны вместо приветствия.

— А чего ты явилась, если думала, что меня дома нет? — ответила ей в тон Инна. — Заходи давай. У тебя выпить ничего нет?

Мариша развела руками.

— Я же за рулем.

— Ну и ладно, — вздохнула Инна. — У Юльки возьму.

— А разве она уже вернулась? — обрадовалась Мариша.

Юлька была Инниной соседкой и подругой Мариши. Но примерно с год назад она уехала к Маришиным родственникам на Дальний Восток. И назад что-то не торопилась. Лишь слала посылки с черной икрой, мехами и какими-то кусками желтого металла, подозрительно похожего на золото. Инна украшала ими цветочные горшки.

— Если бы вернулась, то как бы я взяла у нее спиртное? — резонно заметила Инна, направляясь к стене. — Она бы его сама выпила и нам бы фиг чего дала.

Говоря это, она отодвинула ковер и открыла потайную дверь в стене. Дверь вела прямиком в квартиру Юли. Обратно Инна вернулась с почти полной бутылкой хереса.

— Гадость, конечно, но ничего другого я у нее не нашла, — сказала Инна. — Садись.

Она достала два бокала, налила каждый чуть больше чем наполовину и придвинула один бокал Марише.

— А дома я потому, что сегодня утром с Бритым поругалась, — пояснила она. — Совсем распоясался.

— Поругалась! — расстроилась Мариша. — Как не вовремя. У меня как раз к нему дело. А может быть, помиришься? Все-таки Бритый твой мужик неплохой.

— Что задело? — поинтересовалась Инна.

— Ленку посадили, — сказала Мариша. — За убийство. Помнишь Ленку? Рыжая, и она еще все с лошадьми возилась.

Всю апатию с Инны словно ветром сдуло. Она стремительно отодвинула бокал, так что он отлетел в сторону, свалился со стола и разбился. Не обращая ни малейшего внимания на это, Инна впилась глазами в Маришу.

— Рассказывай! — потребовала она.

И Мариша мало-помалу рассказала ей всю историю от начала до конца. Не утаив ровным счетом ничего из того, что ей удалось узнать за сегодняшний день. Особое же внимание уделила описанию того незнакомца, которого видела Лена в кампании своего мертвого ныне жениха.

— Вот я и подумала, что твой Бритый сможет нам помочь найти настоящего убийцу Игоря, — закончила она. — Или по крайней мере того незнакомца, с которым встречался Игорь на Ваське. И которого Инна считает причиной смерти Игоря.

— Обойдемся без Бритого, — решительно сказала Инна. — Он только мешать будет. Вечно ноет, что я ему времени совсем не уделяю. Что вечно меня дома нет, обеда нет, рубашки не глажены, а пол не мыт. Если ему нужна была домработница, так и нанял бы себе какую-нибудь аккуратную тетеньку. Вот я от него и ушла. Пусть подумает и сравнит. Уделяла я ему время или нет.

Марише настрой подруги не понравился.

— Пока ты тут свои принципы отстаиваешь, Лена в тюрьме погибает, — сказала она. — Помирись с Бритым, раз для дела нужно. Потом еще поругаешься, когда Лена на свободе будет.

Инне стало стыдно за свой эгоизм.

— Ладно, — кивнула она. — Только смотри. Бритому не говори, зачем нам этот мужик с браслетом на левой руке нужен. А то если он узнает, что тут кровью пахнет, ни за что помогать нам не станет. А меня еще и на замок запрет. У него идея фикс, что я рано или поздно влипну и ему придется меня хоронить. Должно быть, расходов боится.

Мариша только головой покачала.

— Так что я ему сама наплету чего-нибудь, — продолжала Инна. — А ты молчи. Если спросит, то повторяй мои слова и клянись, что все правда.

И она отправилась звонить мужу. Тот не ждал ее так рано. Ведь поругались они всего лишь утром. Обычно проходило несколько дней, прежде чем дело доходило до примирения. Он немного насторожился, услышав просьбу Инны, но помочь согласился.

— Я ему сказала, что ты ищешь редкую зверюшку в подарок. А этот таинственный незнакомец обещал тебе в этом деле помочь, — объяснила она Марише. — И я Бритому все приметы его пересказала. И добавила, мол, ты не уверена, что тебе следует с этим человеком связываться. В общем, я почти ничего не наврала. Как ты находишь?

Мариша кивнула.

— А Бритый как про тебя услышал, так сразу согласился помочь, — продолжала Инна. — Он тебя уважает, совершенно не понимаю, за что.

— Не всем же быть такими проницательными, — вздохнула Мариша.

Бритый позвонил буквально через полчаса. И сразу же потребовал позвать к телефону Маришу.

— Даже разговаривать со мной не захотел, — обиженно сказала Инна, передавая трубку Марише. — Ох, чувствую, что отобьешь ты его у меня.

— В общем, так, — не поздоровавшись, сразу же приступил к делу Бритый. — Бросай все, наплюй на деньги, но больше на встречи с этим типом не ходи.

— Почему? — опешила от такого напора Мариша.

— Сволочь он и гад, — доходчиво объяснил ей Бритый. — Ты мне веришь?

— Как самой себе, — призналась Мариша.

— Вот, тогда слушай, что я тебе говорю, и будешь жива и здорова, — сказал Бритый. — По тому описанию, которое ты мне дала, парня зовут Раджа. И у этого Раджи нехорошая репутация. Очень нехорошая. А если уж я говорю, что он нехороший человек, значит, он полное дерьмо. , — А кто он такой? — спросила Мариша. — Почему ты назвал его Раджа? Он действительно раджа?

— Точно никто не знает. По-моему, он просто жертва дружбы народов, — сказал ей Бритый. — Помнишь, в шестидесятых годах мы помогали всем отсталым странам строить коммунизм? Их специалисты обучались у нас в стране.

— Не помню. Я родилась в семидесятых, — гордо ответила Мариша.

— Ну, не важно. Суть в том, что папаша Раджи был индусом или кем-то таким же смуглым, одним словом.

Радже еще повезло, что папаша у него не из Алжира откуда-нибудь был. А то был бы он негром.

— И что Раджа? — спросила Мариша.

— Неприятный тип, — сказал Бритый. — Не понимаю, как ты на него вышла. Обычно у тебя совсем другие знакомства.

— Один человек свел, — уклончиво ответила Мариша.

— Не общайся с ним больше, — посоветовал ей Бритый. — Потому что от Раджи ничего хорошего тебе не светит. И от его знакомых тоже. Одно время Раджа занимался экспортом наркотиков. Прямиком из Золотого треугольника. Слышала о таком?

— Слышала. Это где-то в Индокитае, — сказала Мариша.

— В тех краях. Но сейчас Раджа переключился на что-то более выгодное.

— Что?

— Что, точно никто не знает. Не такой это мир, чтобы всем о своих делах трепать, — сказал Бритый. — А что, тебе Раджа или его приятель обещали достать живую обезьяну?

— И не только ее, — со вздохом ответила Мариша.

— Можешь мне поверить, это очень странно, — заверил ее Бритый. — Очень.

— А как бы я могла найти Раджу, если бы мне это понадобилось? — спросила у него Мариша.

— Так ты меня совсем не слушаешь! — возмутился Бритый. — Вылитая моя женушка. Той тоже хоть кол на голове теши, она все равно по-своему сделает. Неудивительно, что вы с ней такие подруги.

— А в чем дело? — растерялась Мариша.

— Я же уже полчаса вдалбливаю в твою голову, чтобы ты не вздумала больше общаться с Раджой. Он опасный человек. Дикий совсем. Одичал в своих джунглях.

Вот попомни мое слово, попробуешь Раджу тронуть, мигом пожалеешь. А то еще и труп нарисуется. И может быть, даже не один.

Мариша поежилась от мрачного предсказания Бритого. К тому же один труп уже нарисовался. И ей совсем не хотелось, чтобы следующим на очереди оказался уже ее труп. Но тут она вспомнила про Лену, томящуюся в темнице и надеющуюся на то, что Мариша что-нибудь придумает и вытащит ее на свободу.

— Я не буду с ним встречаться, — сказала Мариша. — Но боюсь, как бы Раджа сам не пожелал со мной встретиться. Понимаешь? У него, когда мы с ним прощались, был такой вид, что он вовсе не намерен выпускать меня из своих лап.

— Ну, тогда ты пропала! — оптимистично заверил ее Бритый. — Вряд ли тебе кто поможет. Раджа хитрый.

И своего умеет добиваться. А где его найти? Адреса я его не знаю. Но найти его можно каждый вечер в «Старом попугае». Это такой погребок на Конюшенной. Раджа со своими ребятами его облюбовали. Часов с десяти до полуночи он там. Хочешь еще один совет на прощание?

— Ну?

— Быстро собирай шмотки и выметайся из города.

В этом я могу тебе помочь. Если Раджа и в самом деле так тобой заинтересовался, а ты его не хочешь, то все может кончиться плачевно. Давай я тебя вывезу? Можешь у меня на даче перекантоваться.

— Не надо, — отказалась Мариша.

После этого Бритый сказал, что всегда тепло относился к Марише. Что ему будет жаль, когда ее убьют.

И что он всегда очень высоко ценил ее качества и обязательно будет у нее на похоронах.

— Венок за мной, — заявил он и отключился.

— Что он сказал? — набросилась на Маришу Инна.

Мариша начала пересказывать.

— Нет, что он сказал про меня? — перебила ее Инна. — Спрашивал?

— Про тебя ничего не спрашивал, — рассеянно ответила Мариша.

— Подонок! — мрачно пробормотала Инна. — Просто подонок. Слушай, а что ты там плела про этого парня с браслетом? Он и в самом деле к тебе приставал?

— Уймись ты! — фыркнула Мариша. — Я его даже и не видела. Только со слов Ленки и знаю о его существовании. И что покойный Игорь каким-то образом был связан с ним.

— И что ты будешь делать? — с любопытством спросила Инна. — Попытаешься связаться с ним?

Мариша обреченно кивнула. После мрачных пророчеств Бритого ей совершенно не хотелось встречаться с ужасным Раджой, сеющим вокруг себя смерть. Но иного выхода она не видела. Приходилось идти на риск.

— Я пойду с тобой, — сказала Инна.

— Что? — очнулась Мариша. — Ну нет! Только этого мне и не хватало.

— Почему нет? — рассердилась Инна.

— Ты пойми, это опасно. И не нужно тебе ввязываться в это дело. Не тебе же посчастливилось встретить на рынке Ленку с ее вечными проблемами.

— А я все равно пойду, — упрямо возразила Инна.

— Ну тогда если не Раджа, то Бритый меня точно прикончит, — сказала Мариша.

— Бритому на меня наплевать, — сказала Инна. — Он даже не спросил, как я себя чувствую. И вообще такое поведение заслуживает порки. Я пойду с тобой, и пусть Бритому будет хуже.

— Неизвестно еще, кому будет хуже, — пробормотала Мариша, чувствуя, как ледяной комок у нее в груди понемногу тает.

Все-таки когда ты не одна, это гораздо веселей. Как говорится, на миру и смерть красна. Подруги условились о новой встрече на завтрашний вечер. И Мариша смогла наконец поехать домой. Дома ее встретила совершенно бледная Тамара Ильинична с компрессом на голове.

В доме пахло сердечными каплями и еще какой-то дрянью.

— Где ты была? — умирающим голосом спросила у Мариши мать. — Ты уехала рано утром, и с тех пор от тебя ни слуху ни духу. Я сходила к Лене. Ее нет, никого нет.

Квартира опечатана. Какой-то конверт в ней торчит.

А соседи говорят, что Лену увезли в милицию. И что вроде бы она кого-то убила. Я подумала, что тебя. Мариша, что все это значит?

— Я бы и сама хотела это знать, — правдиво ответила Мариша.

И рассказала маме все, что с ней случилось за день.

— Ну дела! — только и сказала Тамара Ильинична. — Ты ужинать будешь?

— Буду! Страшно проголодалась.

— Вымой руки и садись за стол, — обрадовалась Тамара Ильинична. — Я твою любимую курицу поджарила. С чесночком.

И Тамара Ильинична поставила сковородку на плиту. Та немедленно аппетитно зашипела, и по кухне разнесся чудесный аромат. Мариша принюхалась. И ее мысли снова против воли обратились к Лене, которая сидит сейчас в холодной камере. И ей страшно, одиноко и голодно.

— Мама, а где тот конверт, который в дверях Ленкиной квартиры был? — неожиданно вспомнила Мариша.

— Я в таком состоянии была, что и не помню, — откликнулась Тамара Ильинична. — Я была уверена, что эта ненормальная девка тебя убила.

— Ну, мама, — укоризненно сказала Мариша. — Зачем Лене меня убивать? Может быть, ты оставила конверт в дверях? Мама, я сбегаю туда быстро, ладно? Ты пока грей курицу.

— Постой, — остановила ее Тамара Ильинична. — По-моему, я захватила конверт с собой. Сейчас посмотрю.

И она ушла в прихожую. Обратно она вернулась со своей сумкой. Села на диван, выгребла из нее кучу макулатуры и принялась перебирать бумажки.

— Это и не конверт был, — задумчиво сказала она. — А что-то вроде квитанции. Я ее куда-то сунула. А куда, не помню.

Мариша уже положила себе жареной картошки с курицей. Съела. Взяла добавку. Съела и добавку. А мама все еще пыталась разобраться в своих бумажках, вытащенных ею из сумки.

— А ты точно помнишь, что ты эту бумажку в сумку клала? — спросила у нее Мариша, допивая чай.

— Говорю же, что вообще ничего не помню. У меня голова другим забита была. Машинально вытащила бумажку из дверей и сунула… Минуточку! Я же без сумки была! Чего, думаю, сумку тащить? Тут же близко совсем.

Оделась, ключи взяла и побежала к Ленке. Тебя спасать.

И Тамара Ильинична быстро направилась снова в прихожую. Оттуда она появилась с видом триумфатора.

В руках она держала какую-то белую бумажку.

— Вот! Вот оно!

Мариша выхватила из маминых рук вожделенную бумажку и впилась в нее глазами. Это было извещение с почты на имя Игоря.

— Заказное письмо, — сказала Мариша. — Пришло сегодня. Очень интересно. Спасибо тебе, мама. Ты и не представляешь, как ты мне помогла. Может быть, Лена вовсе и не убивала Игоря. И может быть, с помощью этого письма мы это выясним.

— Дай-то бог, — вздохнула Тамара Ильинична. — Жаль девку Нужно бы снести ей в тюрьму покушать чего-нибудь. И из одежды. Я соберу. А ты завтра отвезешь.

— Ага, — согласилась Мариша, думая уже о том, как бы ей половчей извлечь письмо с почты.

Тот факт, что оно было на имя Игоря, ее не очень смущал. На почте при получении заказных писем редко спрашивали паспорт. Разве что попадется какая-нибудь вредная законница. А в том, что ознакомиться с содержанием письма нужно, Мариша ни капли не сомневалась. Можно было бы, конечно, изъять письмо с помощью милиции. Но вряд ли милиция будет настолько благородна, что захочет посвятить Маришу в содержание письма.

* * *

Следующим утром, в восемь часов, Мариша уже сшивалась возле почты. Отдел доставки открывался только в десять. Но до этого времени Марише еще нужно было сделать одно важное дело. Найти подмену Игорю. То есть мужчину, который бы под именем Зябликова получил на почте письмо. Пока что на лицах проходящих мимо граждан Мариша не видела даже налета романтизма. А только романтика могла, по ее мнению, заставить мужчину согласиться на эту аферу.

Мариша сделала уже десяток попыток. Но то ли ей попадались исключительно честные граждане, то ли ей катастрофически не везло. Никто из мужчин не соглашался побыть немножко Игорем. А почта уже открылась. Наконец Марише повезло. Свою жертву она увидела издалека. Парень шел не торопясь, поглядывая по сторонам, и явно жаждал приключений.

— Можно вас? — обратилась к нему Мариша, когда парень поравнялся с ней.

Тот кивнул и остановился. Уже через сорок секунд он шел, держа извещение в руках, в отдел доставки. Мариша следила за ним с улицы. Пожилая женщина взяла квитанцию, покрутила ее немножко и недоверчиво уставилась на парня, явно готовясь потребовать у него документы. Нельзя было терять ни секунды. Мариша рванула на себя дверь и оказалась в помещении почты.

— Игорь, ты скоро? — закричала она прямо от дверей. — Мы же опаздываем. Поезд через полчаса. Что ты возишься? Игорь, если опоздаем, то мама с тебя голову снимет.

Упоминание о маме сыграло свою роль. Почтальонша уверилась, что перед ней и в самом деле тот самый человек, и быстро отдала ему письмо. Попросила лишь расписаться в журнале. Парень черкнул какую-то закорючку и выскочил. Мариша за ним. Вырвав у парня письмо, она помчалась к своей машине. Уже у самой машины она вспомнила, что не поблагодарила его. Оглянувшись, она увидела парня, удирающего во все лопатки.

— Хм! Что тут нам пишут? — спросила у самой себя Мариша, осторожно вскрывая конверт.

Письмо было лаконичным. И написано на английском. Английский Мариша учила на специальных курсах и знала его прилично. Она поняла, что груз отправлен и что его предлагается встретить пятнадцатого марта. Больше в письме ничего не было.

— Пятнадцатое марта? — наморщила лоб Мариша. — Что-то знакомая дата.

Она немного помучилась и вспомнила, что пятнадцатого марта Игорь обещал ей достать экзотическую зверюшку.

— Интересно, — сказала Мариша. — А что там с конвертом?

Обратный адрес на конверте стоял. Правда, разобрать его можно было только частично. Вторая половина представляла собой сплошные каракули. Письмо прибыло из Бомбея. География не была Маришиным коньком. Но все же она помнила, что это где-то в Индии. Раджа, по словам Бритого, тоже был наполовину индус. Кусочки головоломки постепенно складывались.

Мариша села в машину и поехала к Инне.

— Ну что у тебя? — открыла ей заспанная Инна. — Чего ты в такую рань притащилась?

Мариша сунула ей под нос конверт.

— Читай! — велела она. — Пришло по почте Игорю.

Только он уже не успел его получить. Получила я.

— Вместо него? — удивилась Инна. — И тебе отдали?

— Как видишь, — скромно потупилась Мариша.

Инна принялась читать письмо.

— Здесь не указано названия судна, — сказала она. — И порт прибытия тоже не указан. И вообще, может быть, груз прилетит по воздуху.

— А это мысль! — обрадовалась Мариша. — Сейчас позвоню в аэропорт. Узнаю, есть ли у них сегодня рейс из Индии.

Пока она звонила, Инна успела умыться и привести себя в порядок.

— Рейс есть, — сказала Мариша, когда Инна вернулась. — Его ожидают в десять тридцать.

— Вечера или утра? Если утра, то мы уже опоздали, — сказала Инна. — То есть пока доедем, то точно опоздаем. И потом, что нам там делать? Накладной или вообще каких-либо документов на груз у нас нет. А без документов на груз нам его никто не выдаст. С нами вообще разговаривать не захотят.

— Ну, все равно. Посмотрим, что да как. Лично я еду в аэропорт, — поднялась Мариша. — Ты со мной?

Разумеется, Инна была с ней. Как это, Инна и вдруг осталась бы в стороне. И девушки поехали. В аэропорт они прибыли, конечно, с опозданием. Самолет уже приземлился. Девушки направились к симпатичному летчику в форме, который маялся в фойе и вроде был ничем не занят. Этот недостаток следовало немедленно исправить, чем подруги и занялись. Мариша вообще органически не переносила мужчин, слоняющихся без дела.

— Вам нужно пройти в помещение таможни, — сообщил им летчик. — Там вам помогут.

Кончилось все тем, что он сам повел подруг на склад. Представил их там какому-то усатому типу и убедил того помочь подругам, чем тот только сможет.

— Ну, что у вас? — спросил у девушек усатый тип.

— Нам нужно знать, что находится в грузе, прибывшем из Бомбея, — сказала Мариша. — То есть отправная точка груза скорей всего Бомбей.

— Такой информацией не располагаем, — сообщил ей Усатый. — Все грузы летят из Дели. А откуда они уж туда поступают, этого в компьютере не содержится. Так какой груз вам нужен?

— Он должен быть зарегистрирован на имя Игоря Зябликова, — сказала Мариша. — Или в числе получателей должен быть Зябликов.

— Это уже кое-что, — одобрительно закивал Усатый. — Сейчас посмотрим.

Его пальцы быстро запрыгали по клавиатуре. Подруги с волнением следили за ними.

— Есть такой! — наконец сообщил Усатый.

— Нужно досмотреть груз! — закричала Мариша. — Там наркотики или какая-то иная контрабанда. Вы ведь таможня? Ну, что вам стоит?

— Груз уже получен, — снова порывшись в компьютере, сказал Усатый. — И судя по всему, таможенный досмотр груз прошел благополучно.

— Как получен? — тупо спросила Мариша. — Кем?

— На чье имя посылали, тем и получен, — сердито сказал Усатый. — А вы что думали, каждый, кто хочет, может прийти и получить чужой груз? Вовсе нет. У нас с этим строго. Документы проверяют.

— Спасибо, — растерянно поблагодарила его Мариша, и подруги вышли.

— Что же это получается? — набросилась на нее Инна. — Выходит, покойник преспокойно вышел из морга, приехал в аэропорт, получил свой груз и ушел? Так он что, мертвый или живой? А если живой, то чего же мы мечемся по городу и разыскиваем его убийцу?

— Во-первых, ты вовсе не мечешься, — возразила ей Мариша. — Не преувеличивай. Подумаешь, разок съездила в аэропорт. Даже приятно проветриться. А во-вторых, немедленно едем в милицию. Раз Игорь жив, они должны будут отпустить Лену.

И подруги выскочили из здания аэропорта. Свой «Опель» Мариша оставила на стоянке. Но на стоянке их внимание привлекла странная сцена. Четверо мужчин стояли в круге и грозно пялились друг на друга. Вид у всех четверых был мрачный. Того и гляди выхватят пистолеты и начнут палить друг в друга.

Из четверых трое были русскими. А еще один высокий смуглый мужчина явно прибыл рейсом из Дели. Вокруг четверых стояла негустая толпа наблюдателей. Мариша с удовольствием присоединилась бы к ним, но Инна была против.

— Поехали, — заторопила она подругу. — Чего тут на них глазеть? Сейчас побазарят и разъедутся. Стрельбы не будет, я тебе точно говорю. У меня на это нюх.

Инна оказалась права. Уже выруливая со стоянки, Мариша краем глаза увидела, как все участники сцены рассаживаются по своим машинам и готовятся разъехаться.

— Я же тебе говорила! — торжествовала Инна. — А что они тебя так заинтересовали?

— Показалось, что знакомого увидела, — сказала Мариша.

— Когда кажется, креститься нужно, — посоветовала ей Инна. — А от таких знакомых бежать на край света.

Знаешь, а у меня идея. Давай наймем Ленке адвоката.

— Адвоката? — задумалась Мариша. — А у тебя кто-нибудь есть на примете?

Идея ей понравилась. И в самом деле, нанять адвоката, и пусть сам с ментами разговаривает.

— Есть! — кивнула Инна. — Сейчас позвоним.

Правда, он начинающий. Ну тем лучше, берет недорого.

Маститого нам с тобой не потянуть. Ведь, насколько я понимаю, у Ленки денег нет?

— Нет, только Пончик, — печально сказала Мариша.

— Ну, выпечкой тут не отделаешься, — сказала Инна, набирая по мобильнику номер адвоката.

Уже через четверть часа подруги встретились с чернявым юрким юношей, производившим впечатление, что такой далеко пойдет, верней, пролезет. Звали его Юра. Выслушав подруг, он сказал:

— За дело возьмусь. Только объясните мне, каким образом убитый мог одновременно лежать в морге и получать груз?

— Это ты у ментов спрашивать должен, — сказала Мариша. — И главное, помни, нужно выручить Ленку.

— За это не поручусь. Но сделаю все, что в моих силах. Правда, менты неохотно расстаются с гражданами, подозреваемыми в совершении тяжких преступлений.

В РУВД, в котором пока что содержалась Лена, троица приехала к полудню. Мариша выяснила у дежурного, где найти оперов, проводивших осмотр на квартире у Лены. Затем обе девушки и адвокат поднялись на второй этаж. Там в небольшой и порядком захламленной выцветшими почетными грамотами и красными вымпелами комнате сидел понурый Коля.

Понурым он был потому, что подозреваемая в совершении особо тяжкого преступления гражданка Антонова ни за что не желала каяться и признавать свою вину.

А ведь шли уже вторые сутки с момента задержания.

Следовало бы ей поторопиться. Особенно смущало опера то, что Антонова упрямо сваливала вину на какого-то таинственного незнакомца и уверяла, что убитый попал под дурное влияние того типа. И что у них были какие-то общие дела по контрабанде редких зверей.

— Бред сивой кобылы! — уныло сообщил самому себе Коля. — И девка, по словам соседей, явно не в себе.

Да что мне соседи? Я и сам вижу. Врачей, что ли, вызвать? Может, она и в самом деле чокнутая.

Но только Коля протянул руку к телефонному аппарату, как в дверь постучали и вошли трое. Одну девушку Коля знал. Это была подруга задержанной Антоновой.

А вот двое других ему были незнакомы. Одна — симпатичная стройная девушка со светлыми волосами и голубовато-серыми глазами. А второй — черноволосый вертлявый парнишка, похожий на жука. Коля почуял, что троица появилась у него в кабинете явно неспроста.

И сейчас ему придется выдержать массированную атаку — Я адвокат задержанной Антоновой, — сделав шаг вперед, сообщил Коле чернявый парень. — Юрий…

— Достаточно! — перебил его Коля. — Обойдемся без отчеств. Что хотите?

— Чтобы вы ее освободили! — немедленно выступила Мариша.

— Основания? — вяло поинтересовался Коля. — На каких основаниях я могу ее выпустить?

— Для начала давайте уточним, а на каких основаниях вы ее у себя держите? — сказал Юра.

Коля тяжело вздохнул, налил себе стакан воды и глотнул. День медленно портился. Теперь придется вместо того, чтобы добывать улики и вообще заниматься делом, долго и нудно объяснять этим троим, что их подруга убийца. Они не будут верить, а ему придется выгонять их из своего кабинета силой, потому что добром они не уйдут.

— Следствием установлено, что гражданка Антонова отличалась буйным нравом. На нее имеется несколько жалоб соседей, и даже от ее матери. Вот, пожалуйста, я сейчас зачитаю отрывок: «…А чуть что не по ней, так сразу в драку лезла. Я старый человек, прошу меня защитить от этой хулиганки». К жалобе приложена справка от врача, в которой указывается, что пострадавшая поступила в больницу с переломом бедра и гематомой на левой стороне лица.

— Ну и что? Характер у Ленки не сахар, это я согласна. Но ведь это еще не доказательство, что она Игоря убила.

— Отпечатки ее пальцев на подкове, странное поведение самой Антоновой, наконец, тот факт, что труп находился у нее в квартире, — принялся перечислять Коля.

— Это все ерунда! — фыркнула Мариша.

— Почему? — опешил Коля.

— А потому что сегодня утром, буквально час назад, в аэропорту получен груз. И получатель этого груза некий Игорь Зябликов. Это занесено в компьютер на таможне. Можете проверить. И ручаюсь, что документов Зябликова вам найти при нем не удалось. А знаете, почему не удалось? Потому что они были у убийцы. Который и получил по ним груз в аэропорту.

Наступила тишина. Коля обдумывал слова Мариши.

Паспорта у убитого и в самом деле не оказалось. Менты перевернули всю его квартирку, обыскали машину, его самого и квартиру Лены. Но паспорта не было, впрочем, как и других бумаг и документов.

— Как я могу проверить ваши слова? — спросил он.

Мариша с Инной быстро объяснили.

— Выйдите, — велел им Коля. — Все втроем и выйдите.

Когда спустя двадцать минут потерявшая терпение Мариша сунула голову обратно в кабинет, она увидела все того же Колю, который занимался странным делом.

Он бегал по комнате и в отчаянии рвал волосы у себя на голове.

— Что случилось? — спросила опешившая Мариша.

— Вот и я хотел бы знать, что случилось! — отозвался Коля. — Как это может быть, чтобы человек, который уже больше суток как мертв, мог сегодня утром расписаться за получение груза.

— И что, подпись совпадает? — спросила Мариша.

— Откуда я знаю? — пожал плечами Коля. — Что я — эксперт? На первый взгляд будто бы да. Нет, мистика какая-то!

— Но теперь вы верите, что Лена, может быть, и не виновна? — спросила у него Инна.

— Может быть, — кивнул мент. — А может быть, и нет. Пока у меня не будет другого обвиняемого, Лена останется под арестом. Это мое последнее слово.

И он решительно махнул рукой, приказывая всем удалиться. Как ни странно, все его послушались и тихо вышли из кабинета.

— Что же вы будете теперь делать? — спросил у подруг Юра, когда они все вышли на улицу. — Лена ваша все еще под арестом.

— А мама специально для нее курицу завернула, — сказала Мариша. — И еще пирожки и колбасу с огурцами и хлебом. Как же мне ей передать?

— Я помогу, — неожиданно вызвался Юра. — Давайте провизию сюда и ждите меня.

Вернулся он буквально через несколько минут.

— Все в порядке! Вам разрешили свидание, — сказал он. — Неофициально, конечно. Но ваш мент оказался славным парнем. С совестью. Понимает, что девка без жратвы и поддержки и загнуться может. Можем говорить с ней ровно десять минут.

— Как тебе это удалось? — восхитилась Мариша.

— Ну, я же ее адвокат, — пожал плечами Юра. — А вы пройдете со мной.

— Ловко, — одобрила Инна. — Пошли. Чего ждать?

И они прошли. Лена сначала глазам своим не поверила и долго их терла.

— Это и в самом деле мы, — сказала Мариша.

Лена заплакала.

— Я думала, что никто обо мне и не вспоминает и что никто ко мне и не придет, — всхлипнула она.

— Сейчас не время плакать, — сказала Инна. — У нас его очень мало. Лена, постарайся вспомнить любую мелочь, любую деталь. Кто, по-твоему, мог убить Игоря?

— Его дружки, с которыми они контрабандных животных перевозили, — всхлипнула Лена. — Огромные деньги, должно быть, наживали на этом.

— Но как им это удавалось? — удивилась Мариша. — Ведь на таможне их бы обнаружили. Не так-то легко провезти незаметно детеныша бегемота. Это вам не килограмм героина по желудкам курьеров распихать.

— Подробностей я не знаю, — сказала Лена. — Он от меня все скрывал. Но, по-моему, груз шел из Индии.

И не только живые звери. Это Игорь животными занимался. А контрабандисты вообще возят разное.

— Что разное?

— Не только животных. А что именно эти возили, я не знаю.

— А с кем конкретно был связан Игорь? Постарайся вспомнить, — настаивала Инна. — Любую зацепку. Может быть, он оставлял тебе чей-нибудь номер телефона.

Или ты с ним ездила к кому-нибудь в гости? Мы же сейчас ничего не знаем.

— У Игоря была записная книжка, — вспомнила Лена. — Но следователь сказал, что они никакой записной книжки не обнаружили. И других его бумаг тоже. Я еще подумала, что Игоря из-за пропавших бумаг и убили.

— А паспорт у Игоря вообще-то был? Он его в последнее время не терял? — спросил Юра.

— Конечно, был. Игорь всегда его с собой носил.

Вместе с правами и прочими документами. Я ему специальный бумажник подарила, чтобы все документы влезали. Он так их в нем и носил.

— Игорь получал откуда-нибудь из-за границы письма? — спросила Инна.

— Нет, — покачала головой Лена. — Хотя постойте.

Писем при мне не получал, но ему ведь звонили откуда-то оттуда. Я по звонку поняла, что междугородка. Но я в ванне была, подходить не хотела. Игорь подошел и сам говорил. О чем, я не слышала.

— Как не вовремя тебя мания чистоплотности обуяла, — посетовала Мариша. — Не могла потом помыться?

— Я же не знала, — заныла Лена. — И к тому же Игорь разговаривал по-английски. Я бы все равно ничего не поняла. В школе же мы все немецкий учили.

— И долго Игорь разговаривал?

— В тот раз нет, — сказала Лена.

— А были и другие разы?

— Были, — кивнула девушка. — Еще пару раз ему звонили. И один раз звонил сам Игорь. Мне потом огромный счет за телефонный разговор пришел. Несколько тысяч Игорь наговорил.

— Этот счет сохранился?

— Дома лежит, — пожала плечами Лена. — В кухонном столе. Но я вам и так могу сказать. Игорь разговаривал с Индией. Разговор длился одиннадцать минут.

И было это еще в феврале. Я потом у него спросила, что это за счет такой. А он ответил, что наводил справки насчет работы за границей. Мол, хочет завербоваться в другую страну, где ценят и врачей, и их труд. Врал. Я сразу поняла, что он врет. У него глаза делались такие… Ну, такие, что я сразу понимала — врет.

— А сам Игорь никуда за границу не ездил? Особенно в последнее время?

— Нет, — покачала головой Лена. — А вот насчет его знакомых я кое-что вспомнила. Про одного, что в светлой иномарке с Игорем на стрелке Васильевского острова встречался, я уже рассказывала. Но того я толком не разглядела. А вот второго я видела. Тоже какой-то странный. Игорь виделся с ним прошлой зимой. Кажется, в декабре. Да, точно, в конце декабря.

— И как это было?

— Они встретились на улице и пошли в кафе. И долго там сидели и разговаривали. Самое забавное, что Игорь оставил меня в машине. И я их отлично видела в окно. Они долго разговаривали. Этот парень был индус.

Игорь нас потом представил друг другу. Звали индуса Пиллай. Да, потом, когда счет за разговор с Индией пришел, Игорь мне сказал, что этот Пиллай закончил здесь учебу и вернулся к себе на родину. И вроде бы обещал за Игоря похлопотать в фирме своего папы. И с этим Пиллаем он по телефону разговаривал. Только очень мне их лица, пока они в кафе сидели, не понравились. Понимаете, человеку легко лапшу на уши вешать, когда он тебя слушает, а ты следишь за собой и за своим лицом.

А тут они ведь не знали, что я за ними слежу через окно.

И не притворялись. И я, пока на них смотрела, подумала, что они явно затеяли что-то не очень хорошее. И оба жутко при этом трусят. Из Игоря тот еще заговорщик бы вышел. У него же на роже все написано.

— Не знаешь, где Игорь с этим Пиллаем познакомился?

— Игорь сказал, что Пиллай учился в санитарно-гигиеническом институте. Тоже врачом у себя в Индии будет. Что там и познакомился. Мне показалось это правдой. Институт этот от нас через дорогу находится.

А Игорь был очень общительный.

Не успела она это договорить, как послышались шаги и появился охранник.

— Время! — сообщил он. — Освободите помещение.

— Вот, мама тебе покушать приготовила, — спохватилась Мариша, сунув Лене в руки увесистый сверток. — Ты, главное, — держись. Мы тебя не бросим. А убийцу твоего Игоря найдем.

Договаривала она это уже за дверью. Затем Юра побежал утрясать какие-то юридические вопросы, а Мариша с Инной остались ждать его на улице.

— Одно ясно, начинать придется с этого Раджи, — сказала Инна. — Он наша единственная зацепка в этой истории. Ну, и еще Пиллай. Эти двое явно могут кое-что порассказать о том, чем занимался Игорь в последнее время. Но как нам найти этого Пиллая? Хотя бы узнать его домашний адрес. Как это сделать получше? Обратиться в индийское землячество? Или прямо к консулу?

Должны же они следить за тем, сколько их студентов прибывает в Питер?

— Давай для начала наведаемся сегодня в институт, где учился Пиллай, — предложила Мариша. — У них ведь тоже должны сохраняться списки студентов. А консула оставим на крайний случай.

И девушки отправились к больнице имени Мечникова, в корпусах которой и располагался санитарно-гигиенический институт. Предварительно они дождались Юру, чтобы услышать от него последние новости. Адвокат против ожидания был бодр и весел.

— Если все пойдет без огрехов, то завтра вашу подругу отправят не в тюрьму, а в психиатрическую больницу на обследование, — сказал им Юра. — Правда, я молодец?

— Угу, — угрюмо кивнула Мариша. — Закачаешься.

А что ей в больнице делать? Она же нормальная. Ее там мигом раскусят.

— Не скажи, — вдруг усомнилась Инна. — Провериться никогда не мешает. Я вот тоже думала, что я совершенно здорова. Пришла к врачу, а он во мне столько болячек нашел! И это я только к одному специалисту сходила. А если бы к двум-трем? Страшно подумать, что бы со мной сейчас было.

После этого подруги отправились выяснять домашний адрес и телефон таинственного Пиллая, а Юра помчался утрясать какие-то очередные формальности.

Институт, где учился индийский студент Пиллай, подруги нашли быстро. Затем они вошли в ближайший корпус и приступили там к более основательным поискам. Начали они с того, что обратились к первой попавшейся женщине средних лет со своим вопросом.

— Не знаю, — устало вздохнула она. — Обратитесь в архив. Там должны хранить справки о всех студентах, которые окончили наш институт за последние пять лет.

Подруги не стали уточнять, что случилось со всеми другими студентами, которые учились тут раньше, а просто прошли в указанном направлении. В институте было зелено. Здания стояли среди старых тополей и кустов акации. И атмосфера — самая непринужденная. По аллеям бродили гладко причесанные лошади под немытыми малолетними всадниками.

— Тут открыта частная конная школа, — проинформировала Мариша Инну. — Кстати говоря, Ленка тут в свое время тоже работала.

— И как давно это время было?

— Она не сказала, — пожала плечами Мариша. — Но не думаю, чтобы Лену тут помнили.

— Давай все-таки зайдем, — предложила Инна. — Тем более что это нам по пути.

Мариша подумала и согласилась. Девушки свернули с главной дороги и подошли к низенькому одноэтажному зданию, выкрашенному в оранжевый с белым орнаментом цвет. Никакой оригинальности. Все строения выдержаны в одной цветовой гамме. Внутри подруг встретила нелюбезная и даже злая тетка в теплом платке, повязанном на пояснице. Тетку, по всей видимости, мучил радикулит.

— Скажите, мы ищем одного человека, — завела разговор Инна. — Лену Антонову. У вас ведь работала Лена Антонова?

Тетка побагровела и открыла рот. С первых же ее слов выяснилось, что Мариша ошибалась. Лену тут отлично помнили.

— Зачем вам нужна эта особа? — прошипела тетка в платке. — Но зачем бы она вам ни потребовалась, тут вы ее не найдете. Глаза бы мои ее не видели! Никогда!

— Она уволилась? — проявила чудеса догадливости Мариша.

— Я ее вышибла пинком под зад, — сказала агрессивная тетка.

— А в чем дело?

Тетка задумалась и умолкла.

— Не знаю, — наконец растерянно ответила она. — Вот подумала сейчас и поняла, что ничего ведь особенного и не было. Просто она наглая дрянь.

И тетка снова стала медленно багроветь. После десятиминутной беседы выяснилось, что у тетки имеется муж. Пьяница и бабник. Тетка с платком является завхозом данной конюшни. Так как дорогого муженька за его страсть к выпивке никто не желает подолгу держать на работе, жене пришлось скрепя сердце взять его к себе.

Никакой благодарности эта скотина к жене не испытывала. А, напротив, всячески испытывала ее терпение. Не прошло и часа с момента появления у них на конюшне Лены, как муж проявил к девушке первые признаки внимания.

— Ведро с водой помог ей донести! — фыркнула тетка. — Прямо у меня на глазах.

Дальше еще хуже. Мерзкий муж бросил пить и даже стал приобретать черты нормального человеческого существа. Но, как ни странно, подобная метаморфоза отнюдь не радовала супругу.

— Это ведь он для нее, паскуды, старался! — пояснила тетка свою позицию. — А ради меня он ни в жизнь ничего такого не выделывал. Легко ли мне было глядеть на то, как этот старый дурень, которому его климакс в голову ударил, крутится весь день вокруг молоденькой девчонки и безбожно валяет дурака.

— Не легко, — посочувствовала тетке Инна. — Вы очень мужественная женщина. И долго вы терпели?

— Почти две недели! — заявила тетка. — Потом мое терпение лопнуло, и я ее выгнала.

— А он?

— Муж? Тоже рвался уйти за ней. Только зачем он ей сдался? Старый пьянчуга. Он к ней и домой таскался.

И не один раз. Так она его послала куда подальше. Вернулся в последний раз снова пьяный и как побитая собака. Рыдал у меня на груди.

— А что случилось-то у них с Леной? Чего это он рыдал?

— Узнал, что у Ленки другой хахаль есть. Какой-то перспективный. Толи ветеринар, то ли жокей, — сказала тетка. — Потом рвался его убить. Насилу его угомонила.

— Давно это было? — затаив дыхание, спросила Мариша.

— Около месяца назад, — вздохнула тетка. — Мой дурак до сих пор еще толком не отошел. Пьет без просыпу. Даже домой не ездит. Так тут на конюшне прямо на сене и спит. Бросишь ему какую-нибудь дерюжку, чтобы ночью не замерз, он и спит.

— А сейчас можно с ним поговорить? — спросила Инна. — Он трезвый?

— Зачем он вам? — насторожилась тетка. — Про Ленку вы его не вздумайте спрашивать. Он только начал в себя приходить. А тут вы снова ему соли на старые раны насыплете. Он снова запьет. Нет уж. Идите себе своей дорогой. Не пущу я вас к нему.

Девушки не стали спорить. Тем более было видно, что тетка, несмотря на радикулит, готова защищать свое семейное счастье до последнего. А вообще-то, если бы не больная спина, дама в платке производила впечатление на редкость крепкой женщины. Подруги попрощались и смирно последовали к выходу. Причина их уступчивости заключалась в том, что в конюшню вели два пути.

Один преграждала сердитая тетка. А второй был свободен. Вот им и поспешили воспользоваться подруги.

Для этого нужно было всего лишь обогнуть соседнее здание, перелезть через невысокую крышу, и они оказывались во дворе конюшни. Единственный недостаток у этого плана был в том, что во двор конюшни выходили окна кабинета ревнивой тетки. Но пока что ее в окне не было видно.

— И где нам искать ее мужа? — спросила у подруги Инна. — Мы даже его имени не узнали.

— Чего его искать? — удивилась Мариша. — Вон он идет.

Она указала на малость пошатывающегося на весеннем ветру мужичка лет пятидесяти. Одежда на нем была мятая и вся в сене. Подруги быстренько взяли мужичка на абордаж и отвели под навес, где их не могла видеть из своего кабинета ревнивая супруга.

— Мы от Лены! — строго сказала мужичку Мариша.

Тот прекратил даже слабые попытки сопротивления и во все глаза уставился на подруг. Верней, попытался это сделать. Но у него не очень получилось, так как один глаз несчастного почти закрылся и был сине-зеленого цвета. Подруги быстро прикинули, что синяку как раз дня два. По времени совпадало.

— Что ей нужно? — едва слышно прошептал мужичок. — Как ей не стыдно так меня мучить!

— Лена попала в беду, — сказала Мариша. — И просит вас о помощи.

— Вот как, значит! О помощи просит? — неожиданно разозлился мужичок. — А раньше она об чем думала?

Пусть у своего мальчика помощи просит. Сука!

— Жаль, — расстроилась Мариша. — Жаль, что вы так настроены. Ну, мы тогда пойдем. А, кстати, вы Лену давно видели?

— Давно! — рявкнул мужичок.

— Но дня два назад вы ведь к ней приходили? — сказала Мариша. — Ночью.

— Ну, приходил, — кивнул мужик. — И что с того?

Что с того, что приходил, если я ее не видел?

— А кого видели?

— Хахалей ейных, — буркнул мужик. — Кого же еще?

— Хахалей? — удивилась Мариша. — У Лены их несколько?

— Шлюха она, — внезапно заплакал мужичок пьяненькими слезами. — Всего меня измучила. Истерзала на самом-то деле. Думал, руки на себе наложу. Не выдержу. Пошел к ней, попрощаться хотел. Поговорить.

Следующие десять минут мужичок, который представился им Димой, пьяно рыдал и жаловался на свою судьбу и женское коварство. Наконец тема была исчерпана. Дима уставился на подруг и поинтересовался, понимают ли они всю глубину его страданий.

— Мы понимаем, — подбодрила его Мариша. — И что Лена?

— А что Лена? Не было ее дома, — сказал мужичок. — Я звонил, звонил у двери. Думал, спит. Или открывать не хочет. Ну и черт с ней. Думаю, иди себе, Димон. Нечего тебе тут ловить. Веревка у меня уже давно припасена была, — пояснил он подругам.

— Ужас! — ахнула Инна. — До чего хорошего человека довела. Совести совсем нет.

— Во-во! — обрадовался великовозрастный Дима. — Притон у нее на хате самый настоящий. Мужики всю ночь так и ходят.

— А ты откуда знаешь? — спросила у него Инна. — Видел кого?

— Вот и видел. Думаешь, откуда у меня это украшение? — спросил пьяница, указывая на фингал. — Один из Ленкиных хахалей и наградил. Дело было так. Кончил я звонить, никто мне не открыл. Присел я на ступеньку, думаю, как дальше быть. Думаю, думаю и сам не заметил, как заснул чуть-чуть. Вдруг слышу, кто-то поднимается. Я поднял голову и вижу: один мужик поднялся.

Ленкину дверь своим ключом открыл, а потом снова вниз умотал. Я немного подождал и вижу, как возвращается голубь. Да не один, а с приятелем. Тот едва ноги переставляет.

— Ты их признал?

— Конечно, второго, который совсем никакой был, я у Ленки уже видел. Ее любовник. Ветеринар. А вот первого я и вовсе не знаю.

— А как он выглядел?

— Обыкновенно, — смутился Дима. — Мужик как мужик. Да он мне особо свою рожу разглядеть не позволил. Увидел меня и сразу в глаз как дал. Здоровый бугай.

Кулак что кувалда. Я прямо отлетел и об стену. Долго лежал. Потом очухался. Утро уже было. Люди ходить начали. Но на лестнице никого из Ленкиных хахалей не было.

— А у Лены в квартире? Кто там был? Ты к ней что же, не зашел?

— Не знаю, что и кто там был. Я даже ей в дверь звонить не стал, — сказал Дима. — Очень нужно второй раз по харе получить. Ну уж нет. Я ученый к тому времени стал. И не думайте, что я побоялся. Просто не хотел связываться с Ленкиными хахалями. Что я им доказывать буду? Пошел себе потихоньку.

— Повезло тебе, — с чувством сказала Инна. — Жив в тот раз остался. Можешь смело теперь день рождения дважды в году справлять.

— А чего это?

— А то, что мужик, которого ты на лестнице встретил, он труп волок. Чтобы, значит, Ленке его подбросить и на нее смерть ветеринара списать, — сказала Мариша.

— Чего? — продолжал недоумевать Дима.

— Убили ветеринара. Вот чего, — сказала Инна. А Ленку в его убийстве обвиняют.

— Чего? — повторил пьяница, как заевшая пластинка. — Нет, ветеринар ноги сам переставлял.

Но на дополнительные объяснения времени у подруг уже не было. Они увидели, как к ним на всех парах мчится жена Димы, начисто забывшая про свой радикулит.

— Углядела все-таки! — ахнула Мариша. — Бежим!

И подруги быстрой рысью удалились прочь. Тетка с ее радикулитом особенно с погоней не усердствовала.

Она остановилась возле своего мужа, стоявшего с пришибленным видом, и принялась осыпать его упреками.

Что уж она ему там говорила, подруги не слышали.

— Теперь куда? — спросила Инна, когда девушки отдалились на безопасное расстояние от конюшни. — В милицию?

— Зачем? — не поняла Мариша.

— Как зачем? У нас ведь теперь есть свидетель, который видел, как Игоря вел к Лене какой-то незнакомец.

— Вот именно, что вел. Игорь ноги сам переставлял.

А значит, был жив. И вообще свидетель из этого Димы аховый. Он ведь уже месяц не просыхает. У него все дни перепутались. Может быть, он у Ленки не два дня назад был, а четыре.

— А синяк? — напомнила ей Инна. — За четыре дня он бы уже пожелтел и опухоль спала.

— Опять же синяк. Пока суд да дело, синяк и вовсе пройдет. Так что уликой он считаться на суде не будет, — сказала Мариша. — Конечно, про Диму мы ментам расскажем. Но с этим можно не торопиться. Погоды его рассказ не сделает. Сейчас единственный способ выручить Ленку, это найти самого убийцу и заставить его покаяться.

— Легко сказать, — вздохнула Инна.

— Легко не легко, а другого выхода я не вижу, — сказала Мариша. — Поэтому пошли туда, куда и шли.

И подруги направились в архив. Тут их встретили совсем не ласково. И угрюмая тетка со страшно волосатыми щеками и подбородком сразу дала понять, что тут сидят люди занятые и справки о студентах всяким без дела шляющимся особам не выдают. Несколько бумажек разного достоинства, которые обнаружились в карманах у подруг, переменили ее настроение.

— Посидите, — чирикнула она, поворачиваясь к мирно гудящему компьютеру. — Сейчас посмотрю, что могу для вас сделать.

Она несколько раз клацнула мышкой. Должно быть, нашла нужную программу и спросила:

— Как его зовут?

— Пиллай, — сказала Инна.

— А полное имя?

— Не знаем, — растерялись подруги. — Он из Индии.

— Ну, вы даете! — восхитилась тетка. — Да у них этих Пиллаев куча. Если я всех вам буду распечатывать, у меня на это весь рабочий день уйдет. А кто за меня работать будет?

Волосатая или кривила душой, или не умела общаться с компьютером. Мариша предположила первое.

И оказалась права. Еще одна веселенькая бумажка перекочевала в жадные волосатые ручонки. Затем дама снова вернулась к компьютеру и бодро зацокала клавишами.

Вопреки ее уверениям, долго ждать не пришлось. Уже минут через десять подруги держали в руках список Пиллаев.

Вопреки уверениям волосатой дамы, он был совсем не длинным. Всего четыре фамилии. Возле двух фамилий стояли телефонные номера.

— А где телефоны остальных двоих? — спросила у тетки Мариша.

— Милочка! — закатила глаза та. — Вы хоть представляете, что такое Индия? У них же нищета. Лишь немногие родители могут позволить себе заплатить за обучение своих детей. Даже у нас в России. А за этих двоих, что без телефонов, платило государство или кто у них там. Как за перспективных и талантливых студентов. Родители ни копейки на них не потратили. Так что неудивительно, что номеров телефонов нет.

— Почему? Конспирация? — удивилась Мариша.

Тетка выкатила глаза и захохотала.

— Нет у их родителей дома никаких телефонов и прочих глупостей, — сказала она, закончив ржать. — Бедные у них родители. Вполне возможно, что и электричества у них в доме нет. Такая уж страна.

— Что же нам делать? — спросила Инна, когда они вышли на улицу. — Вдруг нужный нам Пиллай будет именно такой, без телефона?

— Погоди паниковать, — остановила ее Мариша. — Позвонить нужно сначала.

Подруги вернулись домой к Маришиной маме и начали звонить в Индию. Дело у них продвигалось туго. Ни одна не знала ни словечка на хинди. А снимавшие трубку в далекой Индии ни словечка не знали по-русски. Наконец подругам удалось составить вполне понятное для индийской стороны приветствие на английском языке.

Благодаря Инниному отличному произношению их в доме Пиллая поняли и сказали, что Пиллай будет дома через час.

Со вторым Пиллаем им и вовсе повезло. То есть повезло в том смысле, что парень оказался дома. Сам подошел к телефону и говорил по-русски очень чисто. Подругам без труда удалось понять, что ни с каким Игорем он в России не дружил. И ни с какой Леной в кафе не знакомился.

— Промах! — заключила Инна. — Что и следовало ожидать!

— Что ты сразу! — разозлилась Мариша. — Погоди волосы на себе рвать. У нас в запасе еще один телефон есть.

Пока второй Пиллай в далекой Индии спешил к себе домой, подруги пошли немного перекусить. Тамара Ильинична приготовила в этот день ароматный грибной суп, тушеное мясо с чесноком и помидорами, а также маленькие печенюшки с шоколадной помадкой. Подруги умяли все.

— Ну что, звоним? — спросила Инна, дожевывая последнее печенье.

— Рискнем, — кивнула Мариша.

— Подруги повторно набрали номер второго Пиллая, который жил в Дели. После нескольких гудков их соединили. Мариша сказала кодовую фразу о том, что звонит она из России. И — о чудо! Из трубки полилась изумительно чистая русская речь.

— Пиллай у телефона. Кто это? Лена — это ты? Что случилось? С Игорем что-нибудь случилось?

Мариша едва сдержалась, чтобы не завопить от радости. Без сомнения, это был тот самый, такой нужный подругам Пиллай.

— Это не Лена, — сказала Мариша. — Это ее подруга. Лена просила нас вам позвонить.

— Что случилось? — окончательно встревожился Пиллай. — Почему она не позвонила сама? А где Игорь?

Я звоню ему уже второй день. Где он?

— Он в больнице, — соврала Мариша. — И Лена тоже. В общем, так случилось, что на них совершили нападение. Лена сказала, что ты можешь нам помочь.

— Каким образом?

Вопрос поставил Маришу в тупик. Действительно, каким образом Пиллай, находясь в далекой Индии, может помочь им?

— Лена сказала, что ты знаешь Раджу. Ты его знаешь?

В трубке молчали, потом засопели. Пиллаю явно было знакомо это имя, но признаваться он не торопился. Этому могло быть два объяснения. Либо он заодно с Раджой, либо просто его боится. Наконец Пиллай созрел.

— Да, я его знаю, — охрипшим голосом сказал он. — Что Раджа сделал с Леной и Игорем?

— А он мог?

— Да, очень скверный человек, — сказал Пиллай. — Ради денег готов на все.

— И у него был повод напасть на Игоря и Лену?

Этот вопрос совсем не понравился Пиллаю. Или, может быть, он наконец сообразил, что выбалтывать свои тайны первому желающему его выслушать все же не стоит. Тем не менее Пиллай не был законченной скотиной.

— Повод был, — твердо сказал он. — Но пока вы мне не скажете, что случилось, я вам тоже ничего не скажу Инна уже давно делала Марише отчаянные жесты, показывая, как монеты утекают у той из кармана.

— Слушай, ты можешь мне перезвонить? — нагло спросила Мариша у Пиллая.

Тот был настолько деморализован или богат, что согласился. Буквально через полминуты после того, как Мариша продиктовала ему свой телефонный номер и повесила трубку, раздался звонок. Мариша сняла трубку.

— Я хочу знать, что случилось с Игорем? — заговорил Пиллай.

— Он убит, — решила не щадить его Мариша. — Милиция ищет убийцу, но пока безрезультатно.

Судя по молчанию, Пиллай был новостью сражен наповал.

— Милиция арестовала Лену, — добавила Мариша.

— Почему ее?

— Игоря нашли в ее квартире.

— Она его не убивала, — сказал Пиллай. — Это Раджа. Он или его люди. Игорь работал на Раджу Но что-то они между собой не поделили. Я предупреждал Игоря, что он затеял опасную игру. А Раджа не такой человек, чтобы позволять с собой играть.

— Чем занимается Раджа?

— Не знаю, — уклонился от ответа Пиллай. — У него много интересов. Я очень жалею, что познакомил их с Игорем. Но тогда Раджа был еще вполне нормальным.

Мы с ним учились в одном институте, только на разных факультетах. И встреча Игоря с Раджой была тоже совсем случайная. Я не виноват даже. Просто Раджа зашел ко мне, а у меня в тот момент сидел Игорь. Они разговорились. Раджа человек любопытный и любит расширять круг своих знакомых. А потом Раджа позвонил Игорю и предложил на него поработать. Игорь перезвонил мне и спросил, можно ли соглашаться. Я Игоря предупреждал, чтобы он не связывался с Раджой, но он меня не послушал.

— А почему Раджа?

— Ну, вроде бы его прадед был магараджей, — сказал Пиллай. — Не знаю, так ли это на самом деле. Но он из богатой семьи. Это уж точно. А Раджой его еще в институте прозвали. Так и пошло.

— Как мы можем его найти?

— Не советую я вам его искать, — сказал Пиллай.

Мариша даже зубами скрипнула от злости. Заварил кашу, а теперь сидит в своей Индии и советики им дает.

— Слушай, ты чего-то не понимаешь, — зло сказала она. — Наша подруга сидит в тюрьме по милости твоего распрекрасного Раджи. Поэтому мы должны вывести твоего дружка на чистую воду И если ты не последняя сволочь, то поможешь нам это сделать.

— Ладно. Почти каждую ночь он проводит в ночных клубах. Чаще всего в «Лондоне». А перед этим они собираются в ресторане «Старый попугай». Там у них вроде штаб-квартиры. Но не советую вам туда соваться. Он очень опасный человек Мой отец знал его отца. С ним случилась ужасная история. Отец Раджи покончил с собой несколько лет назад. Должно быть, узнал, какими бесчинствами занимался его сын.

— Ужас! — содрогнулась Мариша. — Ну и порядочки у вас. А как на самом деле зовут Раджу? И как его фамилия?

— Вишвам. Рама Радж Синг Вишвам, — сказал Пиллай. — Но не думаю, что вам его имя пригодится. Он давно уже им не пользуется. В России у него был паспорт на другое имя. А может быть, и не один.

— А в Индии где он живет? Где живет его семья?

— Здесь. В Дели.

— Тоже в Дели? — удивилась Мариша. — Вы соседи?

— Нет, — немного замялся с ответом Пиллай. — Совсем не соседи. Но наши отцы… Я же говорил. У них был общий бизнес.

— Что теперь с семьей Раджи?

— Процветают, — коротко буркнул Пиллай. — Должно быть. Раджа присылает им деньги. Не знаю, но они стали жить значительно лучше, чем жили до смерти отца Раджи. Но сам Раджа здесь давно не показывался. Во всяком случае, я его не видел.

Мариша уже приготовилась повесить трубку, как вдруг Пиллай сказал:

— Не знаю, может быть, вам это и не будет интересно. Но через две недели у Раджи назначена свадьба.

— Свадьба? — поразилась Мариша. — Здесь, в России?

— Нет, здесь, в Индии, — поправил ее Пиллай. — Точнее, в Дели.

— Это точно?

— Точнее не бывает, — с горечью заверил ее Пиллай. — Его невеста — моя сестра.

После этого разговор прервался. Должно быть. Пиллаю было тяжело говорить о том, что его сестру собираются отдать замуж за преступника и убийцу. А он ничего не может с этим поделать.

— Ну и ну! — только и сказала Инна, когда Мариша передала ей разговор с Пиллаем. — Мы должны успеть сцапать Раджу, пока он еще в России. Где потом его будет искать наша родная милиция? В Индию за ним они точно не попрутся, а Лена так и останется в тюрьме.

— До самой смерти, — поддержала ее Мариша.

— Не преувеличивай, — горько сказала Инна. — Она еще молодая. У нее есть все шансы выйти из тюрьмы не совсем старухой.

— О господи! — вздохнула Мариша и схватилась за телефон. — Буду звонить этому Коле. Кажется, он не совсем бессовестный тип. Может быть, он сможет использовать во благо полученную от нас информацию.

Коля против ожидания и несмотря на поздний час был еще на работе. Он внимательно выслушал Маришу и сказал:

— Насчет Раджи — это вы молодцы. Я этого типа отлично знаю. У него очень разветвленная сфера деятельности. Имеется и нечто вроде группировки. Преимущественно она состоит из русских, но имеются там индийцы и прочие выходцы с Индостана. Одно время они занимались контрабандой наркотиков. Но, как только нам удалось нащупать их канал, они быстро свернули дела и прикрыли торговлю. Мы тогда никого не смогли арестовать. Лишь изъяли последнюю партию товара. Его даже никто не встречал. Это было год назад. С тех пор Раджа по-прежнему приторговывал наркотиками, но объемы сократились. Должно быть, он собирается переключиться на новый бизнес.

— Он в России живет нелегально? — спросила Мариша. — Почему бы его просто отсюда не выставить, раз он такой преступник? Мало нам своих, так еще и чужие прутся.

— Это было бы идеально, — вздохнул Коля. — Но увы, у Раджи здесь имеется бизнес. Конечно, чистой воды фикция. Хотя несколько месяцев назад он начал расширяться. Арендовал новое помещение под магазин.

Сейчас там пока идет ремонт. Да, чуть не забыл! Я проверил вашу наводку на таможню. Там и в самом деле сегодня был получен груз гражданином Игорем Зябликовым.

— Так вы теперь верите, что Лена невиновна? — обрадовалась Мариша.

— Лично я склоняюсь к мысли, что она Игоря не убивала.

— И вы ее теперь отпустите?

— Теперь это не в моей компетенции, — развел руками Коля у себя в кабинете. — Час назад она была отправлена на принудительную медицинскую экспертизу в городскую психиатрическую больницу. Ее адвокат постарался. Это вы его наняли? Толковый парень.

— Он идиот, — пробормотала Мариша. — Кто его просил торопиться?

— Ничего страшного. Если добудем Раджу, я имею в виду — вместе с доказательствами, что это он совершил убийство, то Лену и из больницы можно будет забрать.

А пока ей лучше в больнице, чем в тюрьме, — утешил ее Коля. — Завтра я допрошу вашего пьяницу конюха. Как его, кстати, зовут? Повтори.

Мариша повторила.

— Жаль, что он не может точней описать приметы провожавшего Игоря мужчины. Вероятно, это был кто-то из банды Раджи.

— Вы же говорили, что у Раджи в доверенных лицах сплошь индусы? А тот мужик был русским. В противном случае пьяница конюх обязательно бы вспомнил, что, мол, черный.

— В банде Раджи попадаются и русские парни, — ответил Коля. — Ваш Игорь тому пример.

В глубине души Мариша порадовалась. Не тому, что Игорь был в банде Раджи. А тому, что Коля уже совершенно определенно склонялся к тому, чтобы записать смерть Игоря на счет Раджи.

— Кстати, — внезапно заговорил Коля. — Бурые пятна в квартире Игоря, о которых ты толковала, и в самом деле оказались пятнами крови.

— Чьей?

— Игоря, — сказал Коля. — Но когда у него пошла кровь, Игорь был еще жив.

— Как? — поразилась Мариша. — И это тоже можно установить?

— Конечно, — усмехнулся Коля. — И на теле есть следы избиений. Должно быть, его избили, потом дали по голове, а потом, уже оглушенного, отвезли на квартиру Лены и там окончательно добили. Это косвенно подтверждает и положение трупа. Смерть наступила в восемь часов утра. Но последний удар по голове был нанесен немного раньше. С такой раной Игорь мог прожить еще минут сорок, а если организм был крепкий, то даже часа полтора. То есть между шестью тридцатью и началом восьмого.

Мариша тяжело вздохнула. Лена появилась у нее, когда семи часов утра еще не было. Так что составить Ленино алиби Мариша не смогла бы. А как было бы просто! Немножко соврать, и Лена на свободе. Но тогда Раджа, может быть, не понес бы заслуженного наказания.

Выручив Ленку, Мариша успокоилась бы и расследование вела уже без такого рвения. И на Раджу бы скрепя сердце наплевала. А Мариша чувствовала, как прямо начинает ненавидеть лютой ненавистью этого незнакомого ей человека.

Закончив разговор с ментом, Мариша повернулась к Инне и спросила:

— Что у нас там со временем? В «Старый попугай» к Радже на свидание не опоздаем?

Вошедшая в эту минуту в комнату Тамара Ильинична моментально навострила уши.

— Какой еще «Старый попугай»? — спросила она у дочери. — И Раджа еще какой-то появился. Во что ты снова впутываешься?

— Мамочка, на этот раз все будет совершенно безопасно, — заторопилась Мариша. — Честное слово.

— Ну да, а то я тебя не знаю, — вздохнула Тамара Ильинична. — Смотри, махнешь опять куда-нибудь в Испанию или Австрию подруг спасать. Так хоть записку оставь.

— На этот раз я никуда не махну, — пообещала Мариша и, как оказалось, с обещанием поторопилась.

В «Старом попугае», собственно, старого ничего не было. Вполне современное преуспевающее кафе, в котором работали всего три официанта. Они с ног сбивались, обслуживая посетителей. Люди все подваливали и подваливали. Притом какие-то очень похожие. Мужчины с явно азиатскими лицами.

Официант усадил подруг за единственный свободный столик в углу, откуда они могли спокойно обозревать весь зал, сами же они были скрыты от любопытных глаз высокой оградой, оплетенной ветками плюща.

Плющ был, конечно, искусственный, в чем Мариша убедилась, пощупав листочек.

— Ты чем занимаешься? — немедленно одернула ее Инна. — Смотри лучше, где тут среди этого сброда может быть Раджа?

Мариша обвела глазами ту часть зала, которая была ей видна. На ее взгляд, кличку Раджа могли носить не меньше десятка индусов. Они сидели в разных концах зала. Иногда с русскими подружками, иногда компаниями по три-четыре человека, где встречались и русские бритоголовые парни. Но все индусы тем не менее казались единым сплоченным коллективом и, похоже, отлично знали друг друга. Русские посетители выглядели случайными.

— У Раджи должен быть браслет на руке, — напомнила Марише Инна.

Но увы, почти у всех темнокожих парней на руках были браслеты. Не на левой, так на правой. А у некоторых так и вовсе на обеих руках. То, что Раджа предпочитал носить европейский костюм, тоже делу не помогло.

Тут почти все были в костюмах, сшитых явно не в ателье стран «третьего мира». Или в джинсах и фирменных «толстовках».

— Как же быть? — вздохнула Мариша. — Нам его во что бы то ни стало нужно вычислить. Придется пойти на контакт.

Так она и сделала. На контакт она пошла с ближайшей к ней группой темнокожих парнишек. При виде направляющейся к ним Мариши они вскочили со своих мест. Все они оказались ниже ее на голову и взирали на рослую красавицу почти благоговейно.

— У вас не найдется зажигалки? — меланхолично поинтересовалась у них Мариша.

Один из парней молча протянул ей зажигалку.

— А сигареты? — обнаглела Мариша.

— Для такой прекрасной леди все, что угодно, — сказал второй парень.

Уже через несколько минут Мариша весело щебетала в компании парней, пока Инна сидела за столиком и безуспешно пыталась придумать, что бы ей такое заказать, чтобы не нажить себе язву. Готовили тут, явно сообразуясь со вкусами более многочисленной части посетителей. Судя по названиям, что-то невообразимо острое и пряное.

— Азиатская кухня, — подтвердил официант ее подозрения. — Возьмите цыпленка. Я скажу повару, что для русской девушки, он поймет.

— Ладно, — согласилась Инна. — Две порции. И чего-нибудь выпить. Например, пива. Лучше разливной «Балтики». Два стакана.

Официант исчез, а Инна продолжала следить за Маришей. Та внезапно помрачнела, поднялась из-за стола и направилась к Инне. Трое парней растерянно посмотрели ей вслед.

— В чем дело? — спросила Инна, когда Мариша с расстроенным видом плюхнулась рядом с ней за стол.

— Какие-то жалкие первокурсники, — пожаловалась Мариша. — Ни о каком Радже слышать не слышали. Зашли просто случайно, потому что от кого-то слышали, что здесь отлично кормят. Угораздило же меня.

— Я заказала нам ужин, — сказала Инна, желая утешить подругу — Вон, уже несут.

Подоспевший официант поставил перед девушками кувшин с пенящимся темным пивом, тарелочку с нарезанным толстыми кусками белым хлебом. А также набор пряностей в хрустальных коробочках, в который входили несколько известных и не меньше десятка неизвестных девушкам пряностей и приправ. Жидких, кашеобразных и в виде разноцветных порошков. Затем официант сноровисто поставил перед девушками по две большие и глубокие тарелки, закрытые крышками.

— Это что? — подозрительно спросила Мариша.

— Курица, — ответил официант и ловко сдернул крышки.

Подруг немедленно окутало облако дивных ароматов, которые шли от тарелок. У девушек потекли слюнки, и они быстро отправили в рот по внушительному куску хорошо прожаренного куриного филе.

— Ну как? — спросила Маришу Инна.

— Класс! — ответила та с набитым ртом.

Мясо и в самом деле было нежным, нашпигованным в меру чесноком и побегами бамбука. Перца тут тоже было ровно в меру Подруги с аппетитом уплетали курицу, а потом вспомнили о соусе, которым она была полита. На вид это было какое-то желтоватое месиво, в котором плавали белые рисовые зернышки, зернышки горчицы и еще множество каких-то неизвестных зерен.

Подруги обмакнули кусочки куриного мяса в соус и энергично задвигали челюстями. И вдруг одновременно замерли.

Инна посмотрела на Маришу, и подруги дружно схватились за пиво. Мариша быстро выпила свой стакан. Но, чтобы залить полыхающий у нее в горле пожар, одного стакана было мало. Увы, кувшином уже завладела Инна, делающая прямо из него огромные глотки.

— Оставь мне! — потребовала Мариша. — Помираю.

Инна передала ей кувшин.

— Ну и подливка, — выдохнула Мариша, когда кувшин опустел. — Я думала, что задохнусь. Ты же говорила, что повару велели приготовить что-нибудь диетическое.

— Должно быть, подливу они готовят для всех одинаковую, — прохрипела Инна. — Порционную курицу он перчить не стал, а вот подлива уже была готова.

— Ужас, — сказала Мариша. — Неудивительно, что они такие тощие. Много этой отравы не съешь. До сих пор во рту и в животе пожар. У меня даже температура поднялась.

Со всеми этими переживаниями подруги совсем забыли о цели своего визита. Но вдруг в зале началось заметное оживление. Возникла какая-то напряженность.

Многие повернулись лицами в одну сторону. Подруги тоже посмотрели туда и увидели стройного черноволосого и черноглазого парня лет двадцати шести — двадцати семи. С волосами, забранными сзади в длинный хвост.

Одет он был в черный, великолепно сшитый костюм, черную рубашку при черном же галстуке. А на его руке сверкал широкий золотой браслет, в который были вделаны массивные часы с черным циферблатом. Циферблат был усыпан разноцветными блестящими камешками.

Рядом с парнем в черном стояли еще двое, но уже русских парней. По виду — телохранителей. Официант суетливо расставлял стулья возле зарезервированного столика. Ему на подмогу уже спешил еще один официант. Повар в белом колпаке высунулся из кухни и одобрительно закивал головой. Мариша успела поймать третьего официанта. Перехватив парня на полпути, она строго спросила у него, кивая на вновь прибывшего гостя:

— Это еще кто?

Официант сделал попытку вырваться. Понял, что ему с Маришей без скандала не справиться. И почел за лучшее удовлетворить ее любопытство.

— Его зовут Синг, — сказал он. — Крутой парень.

Больше ничего не знаю.

— Кличка! Как его кликуха? — ледяным голосом отчеканила Мариша. — Ну, говори! Я жду.

— А зачем вам?

— Какие все стали любопытные, — сокрушилась Мариша. — Говори, а то я тебе все яйца оторву.

— Раджа! — испуганно пискнул парень.

И только тут бедному парню удалось вырваться из объятий на мгновение утратившей бдительность Мариши. Он заспешил прочь от психованной клиентки, время от времени нервно оглядываясь, чтобы убедиться, что погони за ним нет.

— Вот и свиделись, — задумчиво сказала Инна, которая тоже слышала беседу Мариши с официантом. — Пиллай был прав. Раджа сменил имя. Скорее всего живет у нас в стране под чужим именем. И ты знаешь, этот Раджа здорово подходит под Ленкино описание. Часы с браслетом, хвост, нос крючковатый.

— Ага, — кивнула Мариша. — Мы с тобой точно пришли по нужному адресу!

А тем временем в кафе народу прибыло. Общее количество осталось неизменным. Но состав несколько изменился. Теперь за столиками сидели преимущественно лица мужского пола. Порядочных или, во всяком случае, почти порядочных женщин почти не осталось.

Исключение составляли те девицы, которые явились в кафе в компании с азиатами.

— Кажется, намечается гулянка, — сказала Инна, задумчиво следя за переменами в зале.

Маришины трое приятелей тоже исчезли. Исчезли и все случайные парочки, забредшие в это кафе вкусно перекусить. Остались только свои. И Мариша с Инной.

Девушки сидели и старательно делали вид, что они не понимают, в чем дело. И старательно не замечали взглядов трех официантов, становившихся все более и более многозначительными.

— Еще что-нибудь будете заказывать? — подошел к ним один из официантов.

— Мы никуда не торопимся, — осадила его Инна. — И мы еще не доели.

— Дело в том, что у нас сегодня намечается закрытый банкет, — сказал ей официант. — Так что прошу вас побыстрей освободить столик.

— Никуда мы не уйдем, — заявила Инна. — Раньше предупреждать нужно было. Будем сидеть сколько пожелаем. И принеси нам шампанского!

Официант растерялся и, не найдя что ответить, исчез. Буквально через несколько минут девушек снова побеспокоили. Это был уже не официант, а один из парней, которые пришли с Раджой. Если бы не шрам, который шел от уха до угла рта, он бы неплохо смотрелся. Да и побриться ему не мешало, хотя бы дня три назад.

— Девчонки! — приветливо бухнул он хриплым басом. — Чего вам тут одним скучать? Пошли к нам!

Инна смерила его презрительным взглядом и фыркнула.

— К кому это — к нам? — спросила она.

— А вон, — ничуть не обиделся парень, может быть, он просто не понял, что Инна хотела его обидеть. — Вон там наши собрались. Девок мало. А какое без девок веселье, — откровенно пояснил он. — Проводы у нас. Хозяин вас приглашает.

Эта фраза многое меняла. Услышав про хозяйские проводы, Инна мигом переменилась в лице. Мариша, сориентировавшаяся быстрей, уже давно просто сияла от счастья.

— Так чего," хозяину передать, что вы согласны? — верно понял их мимику парень.

— Ничего передавать не надо. Мы уже идем, — поднялась Мариша. — Мы тут заказали бутылку шампанского…

— Какой разговор! — обрадовался парень, давно и с видимым удовольствием рассматривающий Маришу. — Будет все. И шампанское тоже.

Девушки встали и направились следом за своим провожатым. Стол Раджи удлинился на ползала за счет придвинутых к нему соседних столиков. Дам у них и в самом деле было маловато. По одной девушке на трех парней. И это еще не считая Раджи. Возле него подруги не было. Это следовало немедленно исправить. Инна просияла своей самой обворожительной улыбкой, и Раджа не устоял. Сделав жест, который был верно истолкован его телохранителем. Раджа получил Инну в собственное распоряжение.

Мариша уселась рядом с телохранителем со шрамом, его, оказывается, звали Пашей, и он по-прежнему не сводил с нее почти влюбленных глаз. В общем, вечеринка была так себе. Гости часто и подолгу переходили на хинди или на какой-то другой язык, которого девушки не понимали. На русском тоже говорили, но все как-то не очень интересно. Все разные тосты провозглашали, чего-то желали. Но в целом подруги поняли, что действительно провожают Раджу. Правда, не навсегда.

— А когда он улетает? — спросила Мариша у Паши, проникшегося к ней глубокой симпатией. — Сегодня?

— А что? — спросил тот, мигом насторожившись.

Симпатия симпатией, а выучка у Паши была будьте нате.

— Просто хотела узнать, не занят ли ты сегодня ночью, — томно прошептала Мариша, старательно подмигивая ему то одним, то другим глазом.

Парень обалдел и заморгал обоими глазами сразу.

Наконец он немного оправился, возомнив о себе много, решил, что девушка потеряла из-за него голову, и сказал:

— Сегодня вряд ли получится, а вот всю следующую неделю я буду в полном твоем распоряжении.

— Жаль, — надулась Мариша. — Я думала, сегодня.

Но раз ты не можешь… Ну, я пошла! Прощай!

И она сделала попытку уйти.

— Куда ты? — рванул за ней из-за стола Паша.

— А что? — окончательно надулась Мариша. — Я же вижу, что не нравлюсь тебе. Вот ты и придумываешь разные отговорки, чтобы со мной не встречаться.

— Да ты что! — с жаром воскликнул Паша. — Нравишься ты мне. Я прямо глаз от тебя оторвать не могу.

Но хозяина проводить нужно.

— Вот этого дохленького? — спросила Мариша, кивая на Раджу. — Какой он тебе хозяин! Да ты с ним одной левой справишься.

— Не в том дело, — объяснил Паша. — Раджа, он крутой. За ним деньги стоят. И ребята его уважают. У него не голова, а слиток золота. Знаешь, какие он дела проворачивает!

Паша многозначительно присвистнул. Мариша пожала плечами, показывая, что она такого не понимает, и спросила, тесно прижавшись своим роскошным бедром к ноге Паши:

— Так сегодня точно не можешь?

Паша с трудом сглотнул слюну и выдавил:

— Разве что только под утро. Часикам к шести, а?

— Отлично, — пропела Мариша, думая уже о своем.

Избавившись от Паши, она подбежала к Инне и вытащила ее из-за стола. Раджа особенно не протестовал.

Он увлекся беседой со своим приятелем, сильно похожим на макаку.

— Он сегодня улетает! — сообщила Мариша Инне, когда они оказались одни в туалетной комнате.

— Знаю, — сказала та. — Уже слышала. Самолет через два часа. А что предлагаешь сделать?

— Звонить в милицию, — выпалила Мариша. — Нам одним его не задержать.

— Давай! — согласилась Инна, доставая мобильник из кармана. — А я постою у двери. Еще не хватает, чтобы сюда, когда ты разговариваешь с ментами, вошла одна из этих шмар, что с парнями сидят.

Мариша быстро набрала Колин рабочий телефон.

Коля любил свою работу, но не настолько, чтобы засиживаться у себя в кабинете до поздней ночи. Так что, увы, там никто не подошел.

— Может быть, позвонить просто в милицию? — предложила Мариша.

— Что толку? — вздохнула Инна. — У них против Раджи ничего нет. Ну, схватят они его сегодня, завтра выпустят. Улетит он следующим рейсом. Нам от этого не будет ни горячо, ни холодно.

— А ты не выяснила у него, когда он обратно возвращается?

— Через месяц, — ответила Инна. — Он мне сам сказал. Никакой тайны из этого не делал. Телефон оставил и велел звонить. Насколько я понимаю, женитьба и жена его нисколько не обременят. Жена вообще останется в Индии жить.

— А зачем он на ней женится? — спросила Мариша. — Я так понимаю, что не из-за безумной любви.

— Кто его знает, — пожала плечами Инна. — Я спрашивала, он говорит, что свою невесту он знает с детства.

Их отцы еще много лет назад решили, что детям суждено пожениться. Так что Раджа вроде бы выполняет волю своего покойного отца. Может быть, таким образом надеется частично загладить свою вину перед ним.

— А девушка?

— Что девушка?

— Она согласна? — спросила Мариша.

— Интересный вопрос, — неожиданно оживилась Инна. — Про это как-то никто не упоминал. Да ты же видела Раджу. Видела, какие у него амбалы в телохранителях ходят. Попробовала бы та, бедняжка, отказаться от свадьбы. К тому же у них в Индии за жениха и невесту все родители решают. А отец невесты согласен на этот брак. Так что Раджа за волосы невесту к алтарю оттащит, и никто ему слова поперек не скажет. А что Раджа может так поступить, так это уж точно. Это же бандит, преступник. Тем более что никаких теплых чувств к своей невесте не питает.

— Как это ты все сразу умудрилась понять, — фыркнула Мариша. — С полчаса поговорила, и уже мужик тебе все свои душевные переживания выложил.

— Уметь надо, — загадочно произнесла Инна. — Талант еще много значит.

В это время в туалет вошли две юные подружки бандитов. Марише с Инной пришлось уйти. Веселье понемногу угасало. Раджа куда-то засобирался, должно быть, боялся опоздать на самолет. Паша отправился с ним.

— А как же мы? — заныла Мариша. — Мы тоже хотим с вами.

— Да, — поддержала ее Инна. — Можно? Раджик, миленький, можно?

То ли у Раджи случилось размягчение мозга под влиянием выпитого, то ли он от природы был недогадлив, но девушек он с собой взял. Они все загрузились в черный «Форд», который преданно дожидался их возле выхода из ресторана, и поехали в Пулково. Тут выяснилось, что Раджа летел сначала в Москву, а уже оттуда прямо к себе домой. В Дели.

Паше он велел лететь с ним до Москвы. Бедный охранник, уже размечтавшийся о ласках, которыми оделит его сегодняшней ночью Мариша, побледнел и начал жалобно икать. Такого удара судьбы он не ожидал.

— Лети, Пашенька! — ласково сказала ему Мариша. — Мы еще встретимся. Это я тебе обещаю твердо.

Умей Паша хоть немного предвидеть будущее, он бы сейчас похолодел от ужаса и всерьез затосковал. Но он лишь стиснул Маришу в объятиях, обдав ее крепким водочным духом, и направился на посадку следом за Раджой.

— Теперь нам нужно решить, что делать дальше, — сказала Мариша, когда подруги, прижавшись лицом к стеклу, наблюдали за тем, как самолет Раджи набирает скорость и отрывается от взлетной полосы.

— Нам нужно за ним, — сказала Инна. — За Раджой.

Но без визы нас в Индию никто не пустит.

— Зачем в Индию? — похолодела Мариша. — Что нам там делать? Раджа будет жениться, потом отправится в свадебное путешествие. А мы при чем?

— Нет, — покачала головой Инна. — Я чувствую, что не все так просто. Не такой Раджа человек, чтобы из-за какой-то свадьбы мчаться на край света. Не в одной свадьбе дело. У Раджи в Индии какие-то дела. А раз у него там дела, то и нам нужно быть рядом. Вдруг удастся вывести его на чистую воду.

— Ты еще скажи, что и жениться он собрался, чтобы облегчить себе бизнес, — фыркнула Мариша.

— Очень может быть, — почесала за ухом Инна. — Такой тип. Ничего святого, должно быть, для него нет.

— А мне так не показалось, — сказала Мариша. — По-моему, он просто немного подленький. Но мордашка у него симпатичная. И когда напивается, то становится веселым. А это тоже немаловажно.

Но было видно, что Инна ее не слушает, а думает совсем о другом. Подруги нашли не слишком наглого таксиста, который согласился довезти их до дома. Маришина красота произвела на него неизгладимое впечатление, так что он даже не стал загибать цену. Тем более что было уже почти утро. Пока ехали обратно в город, Мариша глядела в окно и думала, как посмотрит в глаза Лене.

— Слушай, — внезапно сказала ей Инна. — А помнишь Таньку Князеву? Она ведь вроде бы вышла замуж за индуса?

— О нет! — простонала Мариша, догадываясь, к чему Инна клонит.

— Так вышла или нет? — настаивала Инна.

— Вышла, — прошептала правдивая Мариша, ненавидя себя лютой ненавистью. — И уехала жить в Индию.

— И как она там?

— Муж у нее инженер-гидролог, — принялась объяснять Мариша, которая всегда и всюду была в курсе дела. — Плотины строит. Во всяком случае, пару месяцев назад еще строил.

— А где они там, в Индии, живут?

— Сейчас точно не знаю. Нужно у Танькиной мамы узнать.

Больше до самого города Инна не произнесла ни слова. Добравшись до Инниной квартиры — она была ближе, — подруги высадились и помчались звонить Таниной маме. Женщина очень удивилась позднему, или, вернее, раннему звонку. Но адрес дочери и телефон все-таки дала.

— Повезло-то нам как! — ликовала Инна. — У них и телефон есть.

— Ты можешь мне объяснить, зачем тебе это надо? — спросила Мариша.

— Конечно, — охотно откликнулась Инна. — Сейчас позвоним Таньке и попросим, чтобы она быстренько организовала нам два приглашения. Только пусть какой-нибудь срочной почтой пришлет. Нам ждать долго нельзя.

— И что потом? — спросила Мариша.

— Потом мы полетим в Индию, — сказала Инна.

Мариша поежилась.

— Так прямо с приглашением и поедешь? — ехидно спросила она. — Еще виза нужна. А знаешь, как долго могут нас с визой в консульстве мурыжить?

Но если уж Инна чего-то решила добиться, ее трудно было сдержать.

— Да, с визами может петрушка получиться. И Бритый нам в этом не подмога, — вслух размышляла она. — Ему и знать не нужно, что мы в Индию летим.

В этом Мариша была с ней полностью солидарна.

Терять авторитет в глазах Бритого ей не хотелось.

— А что ты ему скажешь? — спросила она у Инны.

— Скажу, что еду в Карловы Вары, чтобы поправить свое пошатнувшееся здоровье, — принялась вдохновенно импровизировать Инна. — У меня и правда желудок давно болит. Так что все будет выглядеть правдоподобно.

Значит, звоним прямо сейчас Таньке.

— Да ты что! Неудобно посторонних людей беспокоить. Еще рано очень.

— Это у нас семь утра, а у них уже день, — сказала Инна. — Или даже вечер. Так что Танька должна быть дома.

Инна быстро подняла трубку, набрала код и номер телефона и сунула трубку Марише.

— Говорить ты будешь. Ты с ней больше дружила.

Мариша не стала протестовать. Ей даже стало казаться, что идея повидать Таню совсем не так уж плоха.

Тем более что та не раз приглашала Маришу к себе.

— Алло, Танька! — закричала Мариша в трубку. — Это я, Мариша! Чего звоню? Соскучилась. Хочу приехать к тебе в гости. Ты рада? И Инна тоже хочет тебя навестить. Ты вообще-то Инну помнишь?

Против ожидания Таня помнила и была рада. Даже очень рада. Оказывается, она умирала от скуки и прямо-таки мечтала повидать своих школьных подруг. Она пообещала выслать приглашения уже сегодня или завтра с утра.

— Так, — удовлетворенно сказала Инна, когда Мариша повесила трубку. — Считай, что приглашения уже у нас в кармане. Теперь нужно обеспечить себе зеленую улицу в индийском консульстве. Ну и купить билеты на самолет.

— И как ты будешь обеспечивать нам эту улицу? — спросила Мариша.

— Надеюсь, в этом нам поможет родная милиция, — ответила Инна. — У тебя ведь там завязались теплые отношения с этим славным Колей? Я не ошибаюсь? И мне кажется, что он человек порядочный и не захочет, чтобы в тюрьме сидел невиновный человек.

— Он, может быть, и не захочет, — согласилась Мариша. — А вот чего точно не захотят в милиции, и в том числе Колино начальство, так это чтобы в Индию ехали мы с тобой. Если уж на то пошло и нам приспичило сцапать Раджу, то в милиции предложат, чтобы мы оплатили дорогу их сотрудникам. Но в Индию они пошлют своих людей. Мы же не профессионалы.

— Кстати, о дороге! — вспомнила Инна. — Сколько у тебя сейчас имеется свободных денег? Билет до Индии будет стоить самое меньшее долларов восемьсот. Так мне кажется.

Мариша прикинула и кивнула.

— На один билет в оба конца у меня наберется. Даже чуть больше. А у тебя?

— У меня сейчас ни копейки, — жизнерадостно сообщила Инна. — Но ведь Бритый должен будет оплатить мой курс лечения. А это даже не просто отдых. Здоровье, оно дорого стоит. Так что на билеты, еду и проживание у нас хватит. Тем более что обратно мы можем и не вернуться.

— йот это в мои планы не входит, — заявила Мариша.

— В мои тоже. Но нужно быть готовыми ко всему.

Мы вступаем в борьбу с опасным и сильным противником. Честно говоря, жаль, что ты тогда встретила Ленку.

И напрасно ты поперлась к ней в гости. Не встреть ты ее тогда, так и жили бы мы сейчас спокойно.

Без сомнения, Инна была права. Мариша и сама ругала себя, что была неосторожна и снова впуталась в какое-то темное дело. Но тут Мариша вспомнила об одной детали.

— Но ведь тебя же никто не заставляет помогать Лене, — сказала Мариша. — Ты к этому делу никакого отношения не имеешь.

— Чтобы я оставила тебя одну? — натурально ужаснулась Инна. — Ни за что на свете.

— Спасибо, — расчувствовалась Мариша.

Инна ободряюще похлопала Маришу по плечу и сказала:

— А у твоей тетки ведь был любовник индус.

Мариша вздрогнула и с ужасом посмотрела на Инну.

— Откуда тебе это-то известно? — спросила она. — Это ведь у них было даже до моего рождения. И я уверена, что никому, и тебе в том числе, об этом не рассказывала.

— Как же! — хмыкнула Инна. — Рассказывала и письма любовника твоей тетки нам всем показывала.

Дашка подтвердить может. Мы тогда втроем у тебя сидели. Нет, Юлька еще была. Ты напилась, вытащила эти письма и рассказала какую-то ужасно жалостливую историю про свою тетю и этого ее любовника. Я только не поняла, почему тетка письма своего любовника у тебя дома держала.

— Она боится, что муж письма найдет. Муж у тетки ревнивый.

— Да любой муж вряд ли будет доволен, что у его жены имеется любовник. Да который ее еще и письмами заваливает.

— Но это же было давно! — попыталась возразить Мариша.

— Ну и что! Старая любовь не ржавеет. И вот что, пусть твоя тетка позвонит своему бывшему любовнику и попросит, чтобы он похлопотал за нас в консульстве.

Чтобы нам визу побыстрей дали. Ты ведь говорила, что любовник твоей тетки со временем стал большим человеком у себя на родине?

— Да, — кивнула Мариша. — Ну, Инна, и память же у тебя! Действительно, какое-то время теткин любовник даже министром был. Или что-то в этом духе.

— Вот и отлично, — порадовалась Инна. — Может статься, что его помощь нам еще не раз пригодится. Пока по Индии за Раджой колесить будем, мало ли что случится. Звони тетке. Пусть возобновляет отношения.

— Нет, лучше съездим к ней, — сказала Мариша. — Как-то неловко по телефону разговаривать о таких вещах. И нужно помнить о дяде.

— А что дядя?

— Он не в курсе, — многозначительно произнесла Мариша.

— О, — понимающе закивала головой Инна. — Тогда едем. Одну минутку, мне тут нужно кое-что…

И, не договорив, устремилась в соседнюю комнату.

Вернулась она буквально через несколько секунд.

— Я готова. Поехали!

Маришина тетка Серафима Ильинична встала засветло. Муж еще посапывал на диване, а тетку подняло какое-то тревожное чувство. Обычно все бывало наоборот. Серафима Ильинична вставала ближе к полудню, когда муж уже вовсю трудился в своей фирме.

Серафима Ильинична поежилась от противного холодка, который зародился у нее под ложечкой и быстро распространился по всему телу. Но женщина не поняла, в чем дело. Она лишь поплотней закуталась в халат и полезла закрывать форточку. Попутно она выглянула на улицу, чтобы посмотреть, как там с погодой. Погода Серафиму Ильиничну тоже как-то насторожила. Было ясно. И начинался очень красивый, но какой-то тревожащий душу рассвет.

Пока Серафима Ильинична, выглядывая в форточку, размышляла о том, почему ей сегодня так не по себе, возле дома, скрипнув резиной на шинах, остановилась знакомая машина.

— Ой! — воскликнула Серафима Ильинична, чуть не рухнув с табуретки. — Мариша приехала!

Она поспешила к дверям и распахнула их прямо перед носом племянницы, не дожидаясь, пока та позвонит.

— Что случилось? — вытаращив глаза, спросила у нее Серафима Ильинична. — С матерью что-то случилось?

— Нет, — удивленно покачала головой Мариша. — С чего ты взяла?

— Но ты ведь тут, — сказала Серафима Ильинична и пояснила:

— В семь утра.

— У меня к тебе дело. Важное дело.

С этими словами Мариша перешагнула через порог в дом тетки и представила Инну:

— Моя подруга Инна. Моя тетка. Та самая.

Инна внимательно осмотрела Серафиму Ильиничну и решила, что та еще вполне ничего. Можно смело рассчитывать, что старая любовь в сердце высокопоставленного индуса вспыхнет вновь. И действительно, Серафима Ильинична в свои пятьдесят выглядела от силы на тридцать с небольшим хвостиком. Сказывалось отсутствие детей и присутствие вечно обожающего, а главное, богатого мужа.

Маришиной тетке взгляд юной нахалки совсем не понравился. Она почему-то почувствовала себя выставленной на торгах вещью. И поплотней закуталась в халат.

— Чаю? — предложила она.

— Лучше кофе, — ответила Мариша. — Мы всю ночь не спали. Так что сейчас в сон клонит.

Серафима Ильинична прошла в кухню, быстро поставила чайник на плиту и достала банку с кофе. При этом она не переставала ломать голову, что так неотложно понадобилось от нее племяннице, что она приперлась в семь утра, хотя обычно вставала не раньше одиннадцати.

— Сливки, сахар? — автоматически спросила она, думая о другом.

— Тетя, сядь и послушай, — заговорила Мариша, не ответив на вопрос, так как тоже думала о другом. — Ты помнишь, в прошлом году я помогла вызволить дядю из лап преступников, которые шантажировали тебя и угрожали убить его?

— Помню, — кивнула тетка. — Такое не забывается.

И что?

— Теперь мне нужна от тебя помощь, — сказала Мариша. — Помнишь, когда дядя вернулся домой, ты сама сказала, что ужасно мне благодарна и сделаешь для меня любую вещь.

— Сказала? — немного удивилась Серафима Ильинична, чувствуя, как сердце начинает неприятно и гулко колотиться о ребра.

— Сказала. И теперь я пришла потребовать эту вещь, — докончила Мариша.

Сердце бедной тетки принялось выделывать совсем уж акробатические штуки. А ведь кофе еще не пили.

— И что это за вещь? — пересохшими губами спросила Серафима Ильинична.

— Ты должна позвонить или как-то иначе связаться со своим любовником, — сказала Мариша. — С тем самым, который из Индии. Ты его помнишь?

Серафима Ильинична почувствовала, как ее сердце в последний раз стукнуло, а затем остановилось.

— И должна добиться от него любым путем, чтобы он выбил нам в их индийском консульстве оформление визы дня за два, а лучше за сутки, — продолжила Мариша. — И ты, тетя, должна это для меня сделать, даже если тебе придется возобновить интимные отношения с ним и даже если тебе этого совсем не хочется.

— Как? — окончательно похолодев, спросила тетка, надеясь, что ослышалась.

Но напрасно. Мариша разбила ее надежды, старательно и внятно повторив уже сказанное.

— Этого не будет! — решительно отказалась Серафима Ильинична. — Ты забываешь, что я замужняя дама. У меня есть муж.

— Только благодаря мне, — напомнила ей Мариша. — А иначе быть бы тебе вдовой без копейки в кармане. Ты что, не помнишь, что дядя скрывал от тебя все свои счета в банках?

— Нет, я помню, — заверила ее тетя. — Но звонить Редди не буду.

— Что за упрямство! — вскипела Мариша. — Ты обещала.

Но Серафима Ильинична лишь трясла головой.

— Совести у тебя нет, — заявила Мариша после получаса бесплодных уговоров. — Пошли отсюда, Инна.

— Погоди, — остановила ее Инна, до того молча слушавшая препирательства племянницы и тетки. — Серафима Ильинична, а ваш муж сейчас дома?

— Конечно, — с достоинством ответила та. — Даже восьми утра нет. Где же ему быть в такое время?

— Не могли бы вы его в таком случае пригласить к нам на кухню? — вежливо спросила Инна.

— Зачем? — мигом насторожилась Серафима Ильинична.

— Я могла бы сходить к нему и сама, — продолжала Инна, — но боюсь, вам придется не по вкусу, что какая-то посторонняя женщина вытаскивает вашего мужа из постели.

— Да зачем вам его видеть? — всплеснула руками Серафима Ильинична.

— Хочу показать ему кое-какие письма, — как ни в чем не бывало ответила Инна, извлекая из кармана несколько конвертов, но не давая их в руки Серафиме Ильиничне. — Думаю, они его заинтересуют. У вас, дорогая тетечка моей любимой подруги, отличный вкус, а у вашего любовника отличный слог. Ваш муж получит истинное удовольствие, читая его страстные заверения в любви. Но боюсь, в конце его будет поджидать горькое разочарование, когда он поймет, что письма адресованы отнюдь не постороннему человеку, а его дорогой жене.

— О господи! — прошептала Серафима Ильинична. — Как это низко!

— Низко не держать своего слова и изменять мужу, — сказала Инна. — И учтите, мне совсем не хочется портить вашу прекрасную супружескую жизнь. Но вы сами меня вынуждаете. Не могу же я оставить безнаказанным ваше нахальство, когда вы отказываете нам с Маришей в ничтожной просьбе.

— Я не отказываю, — прошептала Серафима Ильинична. — Просто я говорю, что мне не совсем удобно беспокоить Редди по такому пустяку.

— Ничего, — заверила ее Мариша. — Звони.

— У меня нет его телефона, — попыталась в последний раз увильнуть тетка.

— Не ври, — сурово оборвала ее Мариша. — Он записан в одном из писем.

— И я его захватила, — поддержала ее Инна. — Показать?

Мариша кинула на нее суровый взгляд, но ничего не сказала.

— Не надо, — слабо шевельнулась Серафима Ильинична. — Дайте телефонный аппарат.

Она быстро набрала номер, дождалась, когда раздастся второй гудок, и трубку повесила. Затем снова набрала, снова дождалась и снова повесила.

— Тетя, — угрожающе прошипела Мариша. — Кончай дурака валять. Звони. Что ты фокусничаешь?

— Не лезь. Это код, — отозвалась тетка. — Редди, как и я, несвободен. Мы с ним договорились, что будем соблюдать осторожность, чтобы не тревожить наших супругов.

— Очень разумно, — пробормотала Мариша.

Тетка в последний раз набрала номер телефона.

Трубку там сняли почти сразу же.

— Это я, — сказала Серафима Ильинична. — У меня к тебе важное дело. Да, очень срочно. Нам нужно встретиться. Нет, завтра будет уже поздно. Собственно говоря, уже час назад было поздно. Со мной будет моя племянница и ее подруга. У них беда, ты должен им помочь.

Ради меня. Да, хорошо.

Она повесила трубку и сказала:

— Он будет ждать нас через полчаса на Дворцовой площади возле Александрийского столба.

— Очень романтично, — произнесла Мариша и вдруг воскликнула:

— Как это он будет ждать нас на Дворцовой площади через полчаса? Он же в Индии?

— Нет, сейчас он переехал по делам службы в Петербург и живет здесь, — сказала тетя. — Он служит в консульстве.

— Ну, тетя! — выдохнула Мариша.

— Собирайтесь! — скомандовала Серафима Ильинична.

Инне собираться было нечего. Марише тоже. Так что одна Серафима Ильинична пошла переодеться, поцеловать мужа и сообщить ему, что она отправляется с Маришей по магазинам.

— Инна, откуда у тебя письма теткиного любовника? — шепотом спросила Мариша у подруги. — Где ты их взяла? Ты их у меня украла?

— Ты думай, что говоришь! — возмутилась Инна. — Украла! Вот еще. Во-первых, я не воровка. А во-вторых, откуда мне год назад было знать, что сегодня письмо потребуется. Ничего я у тебя не крала.

— Но у тебя же было в руках письмо. Я видела.

— Не только твоей тетке пишут письма, — сказала Инна. — Я взяла с собой несколько своих писем для моральной поддержки. И, как видишь, это возымело свое действие. Конверты-то везде одинаковые.

И она подмигнула подруге. Мариша открыла рот, но ничего не успела сказать, так как вернулась Серафима Ильинична. Теперь она выглядела просто потрясающе.

Всего за каких-нибудь семь минут ей удалось помолодеть на пяток лет и похудеть на десять килограммов.

— Поехали, — прошептала она. — Редди не любит ждать. Он очень пунктуальный.

По пути к Дворцовой площади Серафима Ильинична поучала подруг, как им следует себя вести. Что говорить, а про что молчать. В итоге они опоздали. Не намного, всего на двадцать минут, но Редди уже был на условленном месте и нервно переминался с ноги на ногу.

Подруги сразу поняли, что это он. Так как Редди был в строгом темном костюме, в галстуке и почему-то в зеленой чалме. Если бы не чалма, его легко можно было бы принять за европейца.

Но в целом выглядел он классно. У него была роскошная черная борода, аккуратно расчесанная и напомаженная, усы и смуглая, матово блестящая кожа. Росту него был выше среднего. Держался он прямо и чуточку надменно. Свое приветствие он начал с того, что выплеснул на Серафиму Ильиничну массу упреков.

— Из-за тебя я отменил важное совещание! — кипятился он. — К тому же меня ждет на подпись куча бумаг, а ты даже не можешь приехать вовремя.

— Познакомься, моя племянница Мариша и ее подруга Инна, — представила девушек Серафима Ильинична не моргнув глазом. — У них беда. И все твои совещания мусор по сравнению с их делом.

— Да? — заинтересовался господин Редди. — И в чем дело?

Мариша открыла рот, но тетка наступила Марише на ногу и начала рассказывать сама.

— Им нужна виза в Индию, — сказала она. — Срочно. Желательно получить ее прямо сегодня. Ты сделаешь?

— Сегодня? — задумался господин Редди. — Не знаю. А приглашения у них уже есть?

Мариша с Инной покачали головами.

— Пока нет, — сказала Инна. — Но завтра будет.

— Не знаю, — повторил Редди с сомнением. — Приглашение будет завтра, а виза нужна сегодня. Не знаю, обычно так не делается.

— Ради меня, — проворковала Серафима Ильинична. — А я обещаю никогда больше не опаздывать на наши с тобой встречи.

Кажется, это произвело на Редди впечатление.

— Хорошо, — смилостивился он. — Девочки, давайте свои паспорта.

Инна с Маришей с готовностью протянули ему свои заграничные и российские паспорта.

— Эти не нужны, — брезгливо вернул им Редди российские паспорта. — Думаю, что к вечеру у меня уже будет информация для вас.

— Так мы можем покупать билеты? — пискнула Инна.

Редди окинул ее величественным взглядом и кивнул. Затем он отвел Серафиму Ильиничну в сторону и начал что-то шептать ей на ухо. Должно быть, извинялся за свою вспыльчивость или уславливался о сегодняшнем свидании. Но так или иначе, тетка выглядела на редкость довольной и даже помолодела еще лет на пять. Мариша с Инной смотрели на парочку с легкой завистью.

Наконец Редди обо всем договорился с Серафимой Ильиничной, помахал на прощание подругам и загрузился в свою длинную черную машину, которая поджидала его против всяких правил прямо на площади.

— Ну, теперь ты от меня отстанешь? — обратилась к племяннице Серафима Ильинична, когда машина Редди скрылась с глаз. — Теперь мы в расчете?

— Не слишком высоко ты ценишь жизнь дяди, — пробормотала Мариша. — Одна пустяковая услуга в обмен на то, что я рисковала своей жизнью.

— Если тебя что-то не устраивает, могу прямо сейчас перезвонить Редди и отменить вашу просьбу, — сказала в ответ тетка, вытаскивая из сумочки мобильный.

— Нет, нет! — закричала Инна. — Все отлично!

Правда, Мариша?

— Ладно уж, — махнула рукой Мариша. — В расчете.

— Тогда будь любезна, верни мне мои письма, — потребовала у нее Серафима Ильинична.

— Это ты у мамы спрашивай! — хихикнула Мариша. — Она их где-то прячет. А я в глаза уже больше года их не видела. Пока!

И подруги ушли, оставив Серафиму Ильиничну с открытым ртом и неприятным чувством, что ее здорово провели.

— Куда теперь? — спросила Инна.

— Домой, отсыпаться, — пробормотала Мариша. — Сил совсем нет. А ты позвони этому своему адвокату Юре и скажи, что нас не будет в городе по крайней мере неделю. Так что если он что-то хочет, то пусть говорит сейчас.

— Сначала узнаем насчет билетов, — возразила Инна. — Тем более что центральные кассы буквально в двух шагах.

— Вопрос в том, смогу ли я сделать эти два шага, — пробормотала Мариша.

— Тогда я пойду одна, а ты поезжай домой и отоспись, — предложила Инна.

Мариша с благодарностью согласилась. Устала она неимоверно. Давно уже так не уставала. Она забросила себя на заднее сиденье первой остановившейся возле нее машины, продиктовала адрес своей мамы и сладко уснула, проспав до самого дома.

* * *

Пока подруги устанавливали контакты с индийским консульством, Коля усердно занимался розысками убийцы Игоря. Он уже на девяносто процентов был уверен в том, что Лена не убивала своего любовника. Коля был наслышан про подвиги Раджи. За этим человеком буквально тянулся шлейф слухов и предположений. Личностью он был загадочной. Где бы ни появлялся этот индус, там почти сразу же возникали какие-то неурядицы и скандалы. Но никто не мог сказать о Радже ничего определенного. Лишь какие-то сплетни про торговлю наркотиками и что-то еще.

Коля уже вызвал к себе пьяницу конюха Дмитрия.

Тот против ожидания на беседу в милицию явился даже трезвым. И о своем разговоре с двумя симпатичными девушками он помнил.

— Вот падлы, значит, им я обязан этим визитом, — выразился он весьма недвусмысленно. — Так мне, дураку, и нужно. Нечего было языком трепать. А что, Ленку и в самом деле упекли и дело шьют?

Коля поморщился. Запах перегара, что ни говори, от конюха шел сильный. Вдобавок тот побрызгался освежителем воздуха, что только ухудшило дело. После того, как Дима повторил свою историю неудачного визита к Лене, опер спросил:

— Описать незнакомца сможете?

Дима попытался и не смог.

— Вот рожу помню, а сказать не могу, — развел он руками.

— Тогда, может быть, вы сможете узнать по фотографиям того мужчину, которого встретили на лестнице возле квартиры вашей знакомой Антоновой?

— Это у Ленки, что ли? — переспросил конюх. — Ну, ясен пень. Постараюсь припомнить. А что, это ей поможет?

— Поможет, — кивнул Коля.

— Припомню, — твердо пообещал Дима. — Показывай свои фотки.

Коля вытащил внушительного размера конверт. За ним он мотался к своим коллегам в отдел по борьбе с организованной преступностью. Там уже давно пристально присматривались к деятельности Раджи, и фотографий его сообщников накопилось изрядно. Дима старательно просмотрел их все.

— Вроде бы вот этот, — нерешительно указал он на одну из фотографий. — Да, точно он.

— Вы посмотрите получше, — посоветовал Коля.

— Он, только на фотке он бритый и рожа мосластая, а сейчас, видать, отъелся. Бугай такой стал.

— А вы с ним раньше знакомы не были? — спросил Коля.

— Нет, а что? — удивился Дима.

— Кличка у него Бугай, — пояснил Коля. — А вы его сразу так и назвали.

— Ясно, — кивнул Дима. — Нет, никогда раньше не Встречал. А почему назвал, так похож. Потому и назвал.

Отпустив конюха, Коля отправился с докладом к начальству.

— Значит, Павел Бурцев, — удовлетворенно произнес полковник Колосков. — Телохранитель и близкий друг Раджи. Очень интересно. Я бы сказал, что очень, очень интересно. Рожа какая-то у него знакомая. И что намереваешься в связи с этим предпринять?

— Предлагаю задержать Бугая, — сказал Коля.

— А твой конюх от своих показаний не откажется? — осторожно спросил полковник. — Как бы нам в лужу не сесть. На одних его показаниях дела не построишь. Вот если бы нам хорошенько разузнать, чем таким убитый Зябликов не угодил Радже. Тогда бы и мотив появился.

— Предлагаете присмотреться к Радже? — поинтересовался Коля.

— Вот, вот, — кивнул полковник. — А задержать этого Бурцева мы всегда успеем.

* * *

Увы, многоопытный полковник на этот раз ошибался. Паша уже давно летел вместе со своим хозяином в далекую Индию. Движимый каким-то шестым чувством, Раджа прихватил телохранителя с собой. Благо виза в индию тому была открыта Раджой загодя, еще несколько месяцев назад. Когда только встал вопрос о поездке Раджи на родину. Он вообще был предусмотрительным.

Раджа, вольготно раскинувшись на кресле в первом классе, спал. И снилось ему, что он сидит и задумчиво курит, глядя в потолок. Там танцевала сказочно прекрасная девушка в красном сари с золотой каймой. Но вот с головы девушки упало покрывало, и Раджа с удивлением увидел, что у той светлые волосы. Да ладно бы светлые, они еще были и коротко стриженные, что вообще выходило за рамки приличий. Раджа во сне потряс головой. Это помогло. Потому что девушка немедленно повернулась к Радже лицом. И Раджа ее узнал.

— Инна, — удивился во сне Раджа. — Ты тут откуда?

И зачем? — прибавил он, немного подумав.

— По твою душу, — нехорошо улыбаясь, сказала девушка, извлекая из складок сари самый настоящий пулемет времен Первой мировой войны.

Как он у нее там поместился, уму непостижимо. Но во сне Раджа такими вопросами себя не озадачил, а просто здорово перетрусил. Он был почему-то совершенно уверен, что девица в него выстрелит. И даже сделает это с большим удовольствием. Девушка подняла пулемет.

Раджа дико закричал и…

— Босс! Босс! Просыпайся! — услышал он у себя над ухом голос Бугая.

Он открыл глаза и огляделся.

— Прилетели, — радостно улыбаясь, сообщил ему Паша. — Ты чего орал? Приснилось чего?

— Ага, приснилось, — пробормотал Раджа. — Чушь всякая. Выпил слишком много. Голова гудит.

— Это бывает, — покивал головой Паша. — Мне вот тоже снилось. Помнишь девчонок, которых я притащил в ресторане к твоим проводам? Так у меня одна из них весь полет из головы не шла. Зря ты меня с собой утащил. Я бы ей уже сейчас…

И Паша посвятил Раджу во все подробности того, что он намеревался сделать с Маришей, если бы не причуда босса, потащившего его с собой в Индию.

— Ну скажи, что я буду в твоей Индии делать? — спросил он у Раджи, когда они вышли из самолета на летное поле аэропорта города Дели.

— То же, что и в Питере, — сказал Раджа. — Держать глаза и уши открытыми.

И он пошел вперед.

— Что толку держать уши открытыми, если я ни слова не пойму, — пробормотал Паша и поплелся следом за хозяином.

* * *

Мариша проснулась в отличном настроении. Она от души потянулась, отчего едва не вылетели спинки у ее старенького дивана, а сам он задрожал всеми своими пружинами. Мариша вскочила на ноги и с удивлением обнаружила, что за окном темно.

— Что это? — удивилась она. — Утро или вечер?

Но тут в комнату вошла Тамара Ильинична и поставила все на свои места.

— Явилась под утро и весь день проспала, — сказала она дочери. — Где вы только с Инкой ночью шлялись?

И что ты там своей тетке учудила? Она мне пять раз звонила, все с тобой рвалась поговорить. И письма своего красавца индийского вернуть требовала.

— Ты ей отдала? — спросила Мариша.

— Нет еще. Не успела. Она вот-вот приехать должна, — сказала Тамара Ильинична. — Говорила еще что-то Про консула. Или про консульство. Я не поняла. В общем, с визой связано.

— И что? — закричала Мариша.

— Ты что, в Индию собралась? — вместо ответа недоверчиво спросила Тамара Ильинична.

— Да, — кивнула Мариша. — Экзотики хочется.

При этих Словах мама опустилась на стул и горестно заголосила.

— Мама! — испугалась Мариша. — Я же просто на экскурсию. Нас с Инной к себе Таня пригласила. Помнишь Таню? Такая высокая девочка у нас в классе была.

Выше меня. На физкультуре всегда передо мной стояла.

— Блондинка? — уточнила Тамара Ильинична. — Волосы прямо словно золотое руно?

— Рыжая, — сердито буркнула Мариша. — И что тетка сказала насчет визы?

Но, словно в ответ на ее вопрос, в дверь раздался звонок.

— Вот и она сама! — обрадовалась Тамара Ильинична.

Пока она встречала сестру, Мариша немного привела себя в порядок. Когда она вышла, Серафима Ильинична уже устроилась на диване, вся обложенная многочисленными письмами. И, судя по всему, сосредоточенно проверяла их сохранность.

— Количество вроде бы сходится, — признала она наконец. — Я их заберу.

— Дело твое, — пожала плечами Мариша. — А что с визой?

— Завтра утром получите паспорта с визами, — сказала тетка. — Приедете в консульство и позвоните вот по этому телефону К вам спустятся и отдадут. В общей очереди стоять не надо. А то вы весь день там проторчите.

Насколько я поняла, вам время дорого.

— Спасибо, тетечка! — обрадовалась Мариша и умчалась звонить Инне.

— Что за спешка такая? — крикнула ей вслед Тамара Ильинична. — И чего это вы так внезапно в эту Индию сорвались?

Но Мариша уже не слышала. Она звонила, подпрыгивая на месте от нетерпения. Инна возмутительно долго не подходила к телефону.

— Инна! — закричала она в трубку, едва ее на двенадцатом гудке соединили с подругой. — С визой порядок.

А ты чего не подходишь к телефону?

— Я спала, — сонно пробормотала Инна. — Слушай, а с билетами проблема. Рейс в Дели есть на завтра на восемь часов вечера. Но только он из Москвы. Зато рейс прямой, без пересадки. А из Питера прямого самолета до Дели нет. Только с пересадкой в Ташкенте. И то только через два дня.

— И что такого? Полетим в Москву, — решила Мариша. — Паспорта с визами получим завтра до полудня.

Так что вполне можем успеть в Москву.

— А собраться? — просыпаясь, спросила Инна.

— Что ты будешь собирать? — удивилась Мариша. — В Индии круглый год жара. А уж сейчас, весной, и подавно. Бери минимум одежды. У них сухой сезон начинается. Одежда вообще не нужна.

— Нет, я так не могу, — начала сопротивляться Инна. — Мне нужно купить себе что-нибудь свеженькое для гардероба. И подобрать нужные лекарства.

— Каких еще лекарств ты собралась накупить?

— Дезинфицирующих таблеток, например, — ответила Инна. — Не хочу свалиться с дизентерией. Чесотку можно вылечить и здесь. Кишечные паразиты, которых мы там подхватим, тоже малость подождут. А вот дизентерия и прочие кишечные палочки не подождут. Как скрутит, так не рада будешь.

Мариша уже сейчас не была рада. От перечисленных Инной болезней у Мариши закружилась голова.

— В общем, ты как хочешь, а я без лекарств с места не тронусь, — сказала Инна.

В это время возле Мариши возникла ее мама, которая желала, чтобы ей объяснили все подробно. Пришлось Марише повесить трубку и переключиться на маму.

— А как же Лена? — скорбно спросила Тамара Ильинична у Мариши. — Кто ей передачи носить будет? Плохие вы с Инной подруги получаетесь, если бросаете человека в такой беде.

— Адвокат ей поесть отнесет, — сказала Мариша. — Инна с ним договорилась. Все равно он к Ленке часто таскаться будет. А вот к Ленкиной матери нужно кому-то съездить и сказать, что ее дочь поехала покупать себе лошадь в Прибалтику. И вернется оттуда не раньше чем через две недели. Это чтобы правды не говорить.

— И кто же это должен будет поехать в больницу? — с укором спросила Тамара Ильинична.

Мариша умильно глянула на маму.

— Ладно уж, — вздохнула Тамара Ильинична. — Съезжу. А то с вами совсем ума лишишься. Вроде бы и девочки, а похлеще парней себя ведете.

— Спасибо, — поблагодарила ее Мариша и снова начала звонить Инне.

Но та уже убегала, чтобы успеть купить медикаменты в дорогу.

— Я и на твою долю, Мариша, куплю, — пообещала Инна.

— Для меня не надо, — отказалась Мариша.

— Надо, — отрезала Инна и повесила трубку.

И только ровно через сутки у подруг выдалась свободная минутка, чтобы продолжить этот в высшей степени занимательный спор. К этому времени они обе уже сидели в салоне самолета компании «Air-India», который должен был вот-вот подняться в воздух.

Иннина дорожная сумка была буквально напичкана различными лекарственными средствами. Мариша мрачно взирала на это изобилие и вздыхала. В консульстве, куда подруги явились за получением визы, им тактично намекнули на необходимость сделать с десяток прививок от различных тропических болезней. Иначе, мол, они рискуют застрять на таможне. Увы, времени на это у подруг уже не было. Им нужно было мчаться в аэропорт, чтобы успеть в Москву и там пересесть на другой самолет, летящий прямиком в Дели.

Поэтому подруги, пополнив свой лекарственный арсенал сильнейшими антибиотиками, купили еще у какого-то шустрого парнишки желтую книжечку — международный сертификат о сделанных прививках — куда этот парень быстренько нашлепал нужное количество печатей.

— Думаешь, их хватит? — с тревогой спросила Мариша у Инны.

— Вопрос в другом: подействуют ли они на индийские микробы? — буркнула Инна.

У нее с самого утра болел живот, и она прямо чувствовала, как патогенные микробы уже пробираются к ней в организм. Инна с подозрением поглядывала на своих попутчиков, медленно, но верно приходя к выводу, что никто из них не кажется здоровым.

— Живот болит, — пожаловалась она Марише. — И голова кружится.

— Ты же не ела со вчерашнего вечера, — шепнула ей подруга. — И все время на ногах.

Минувшие сутки у подруг и в самом деле выдались беспокойными. Они успели позвонить, Тане в Индию, чтобы попросить сразу же гида и переводчика. Уломали Бритого выдать им достаточную сумму на поездку, а он против ожидания стал капризничать, заподозрив подруг, что они едут отнюдь не в мирную Чехию поправлять здоровье. На общение с ним ушел как минимум час драгоценного времени. А потом он еще требовал показать ему путевку. Едва удалось заморочить этому упрямцу голову.

Потом нужно было собрать вещи, сесть на самолет в Москву. А потом пересаживаться на второй самолет.

И все это в дикой спешке, успевая буквально в последнюю секунду. Ничего удивительного, что теперь Инна чувствовала некоторую слабость в ногах и вообще во всем теле.

Вдобавок полет начался довольно странно. Сначала их самолет долго держали на взлетной полосе, а вокруг сновали механики, меняя какую-то не вовремя отвалившуюся деталь лайнера. Пока они меняли одну, отвалился еще какой-то кусок металла.

— Лучше сейчас, чем в полете, — благоразумно заметила Мариша.

Наконец в салон вышла приветливая стюардесса и заявила, что полет все же состоится. Но через полчаса, так как сейчас все воздушное пространство над аэропортом занято. Пассажиры, состоящие преимущественно из жителей Юго-Восточной Азии, заговорили о расизме.

Пока они возмущались, Мариша потихоньку уснула.

Проснулась она только к обеду, когда самолет был уже в воздухе.

Стюардесса поставила перед ней пластиковую тарелочку с красивой куриной котлетой на косточке. На косточке красовалась кокетливая розовая салфеточка, завязанная бантиком. Гарнир состоял из нескольких частей.

Начинался он консервированным горошком и заканчивался отварным рисом. Риса, честно говоря, было многовато и какого-то подозрительного желтовато-зеленого цвета.

Подруги переглянулись. Вздохнув, Мариша мужественно принялась за еду. Инна немного подождала, но Мариша лопала с таким аппетитом, что Инна последовала ее примеру. К тому времени, как с едой было покончено, Инна раздумала умирать, жизнь стала ей гораздо милей. Потом подруги снова уснули. И проспали до самого Дели, куда они прилетели ранним утром.

— Хорошо выспалась, — похвасталась Мариша и потянулась в кресле.

Инна открыла затуманенные глаза и посмотрела на подругу ничего не выражающим взглядом.

— Инна! — ужаснулась Мариша, потянув носом воздух. — Ты пьяна!

— Ничего подобного, — заплетающимся языком сказала Инна. — Выпила самую малость для поправки здоровья.

— О боже! — простонала Мариша, углядев катающуюся между кресел пустую бутылку водки. — Ты ее всю выпила?!

— Нет, — пьяным голосом заверила ее Инна. — Мы ее с тобой вдвоем раздавили. Я что, алкоголичка, чтобы одной пить?

— Не знаю, — пробормотала Мариша, представляя, как здорово развезет Инну, когда она попадет под жаркое тропическое солнце. — Как тебе не стыдно. Нас ведь Таня со своим мужем встречать должны. Как ты им покажешься в таком виде?

К счастью или к несчастью, но ни Тани, ни ее мужа в аэропорту не случилось. Так что они не смогли наблюдать, как Мариша мужественно тащила на себе по зданию аэропорта совершенно пьяную Инну, исполняющую время от времени попурри из русских народных песен. На Марише были еще две тяжеленные сумки и один внушительных размеров чемодан, который преданно катился за ней на колесиках.

Мариша вытащила свой груз из здания аэропорта и беспомощно огляделась по сторонам. К ней немедленно подкатила машина. У Мариши была буйная фантазия, поэтому она смогла вообразить, что такси бывают и такими. Оказалось, она не ошиблась. Древняя развалина, пахнущая горелой резиной, даже когда стояла на месте, и в самом деле оказалась такси.

— В Дели, в отель! — распорядилась Мариша по-английски.

Шофер попался покладистый. Он не стал выяснять, какой отель предпочитают его клиентки, а молча повез их вперед. И тут неожиданно Инна начала буянить.

Должно быть, поездка в такси и его запахи разбудили в ней какие-то нехорошие ассоциации. Потому что она начала рваться наружу. И хотя скорость таксиста была едва ли выше двадцати километров в час, Мариша не могла позволить Инне прыгать на ходу — Пустите меня! — вопила Инна. — Я вам все равно не дамся. Я сбегу!

Таксист слушал и сокрушенно покачивал головой.

Марише было смертельно стыдно за подругу и вообще за всю свою нацию.

— Заткнись ты! — приказала Инне Мариша, пихнув ее для убедительности в бок и придавив тяжелой сумкой.

— А! — обрадовалась Инна. — Притесняют!

— Девчонки, — вдруг обратился таксист к подругам на довольно чистом русском языке, — кончайте шуметь.

Полиция остановит. Вот, дай своей подруге. Должно помочь.

И он протянул Марише какую-то таблетку в серебристой обертке. Не особо задумываясь, Мариша запихала таблетку Инне в рот и заставила проглотить. Во время завязавшейся из-за таблетки борьбы Инна неожиданно прикусила себе язык и замолчала. Мариша облегченно вздохнула и завела беседу с таксистом. Оказалось, что его отец учился в России двадцать лет назад. Оттуда он привез не только знания, но и русскую жену, которая и стала матерью Влада. Так совсем по-родному звали таксиста.

На вид же он был чистокровным индусом. Ничто в его внешности не напоминало о русских корнях его матери.

— Подрабатываю таксистом, — объяснил он Марише. — Коплю деньги на учебу. Отец в прошлом году заболел, работать в семье стало некому. У меня еще трое младших сестер. Всех кормить надо. А потом выдавать сестер замуж. Но к этому времени я уже надеюсь закончить учебу А пока зарабатываю деньги вот так.

— Бедняга! — раздался неожиданно совершенно трезвый голос Инны.

Мариша изумленно оглянулась и увидела свою подругу, которая была ну абсолютно как стеклышко.

— Очухалась? — спросил Влад. — Вот и хорошо. Вы к нам на отдых?

— Не совсем, — покачала головой Мариша. — Слушай, а ты куда нас везешь?

— В «Индиа-Континенталь», — сказал Влад. — Хороший отель. В каждом номере ванна. — И, подумав, прибавил:

— И вода есть.

Последний факт как-то сразу убедил подруг, что отель стоящий. Нужно ехать. За разговорами время пролетело незаметно. Влад остановил машину возле высокого белого здания, перед которым имелся продолговатый бассейн, явно не для купания. И ряды высоких пальм вдоль его берегов.

— Вот и приехали, — сказал парень.

Он помог подругам донести их вещи до отеля, договорился с портье и начал прощаться.

— Рад был с вами познакомиться. Прощайте!

И он повернулся, чтобы уйти.

— А почему прощайте? — удивилась Мариша. — Ты нам завтра очень даже понадобишься. Можно тебя арендовать на целый день?

— Хоть на целый месяц! — обрадовался парень. — Машина — моя собственность. Что хочу, то и делаю. Десять американских долларов в день для вас не слишком дорого?

— Нет, — ошеломленно пробормотала Мариша. — Это за целый день? Слушай, а ты, случайно, не продешевил?

— Ну и за бензин отдельно, — пояснил Влад. — Но если не ездить на ней целый день по городу, то это все равно не превысит десятки. Так вы согласны?

Подруги договорились с парнем, что он будет их ждать возле гостиницы ровно в шесть утра, так как у них намечена на завтра куча дел. Затем они поднялись к себе в номер. Их вещами уже давно завладел пронырливый и шустрый, словно обезьянка, носильщик. Страшно было видеть, как этот невысокий и худощавый паренек лихо взвалил на себя обе сумки, а огромный чемодан аккуратно взял в руки. И при этом с его лица не сходила доброжелательная улыбка.

Номер оказался небольшим и без излишеств. Собственно говоря, в нем вообще не было ничего, кроме двух плетеных стульев, стола и одинокой пальмы в кадке.

— А где постель? — приготовилась скандалить окончательно протрезвевшая Инна. — Мы платили за две кровати. Где они?

Носильщик догадался об их трудностях. Он подошел к стене, нажал на рычаг, и на пол опустилась уже застеленная белоснежным бельем кровать. Затем он подошел к соседней стене и повторил операцию. О том, что платяной шкаф тоже скрыт в стене, подруги догадались и сами.

Мариша сунула парню доллар, и он ушел, судя по. его виду, пребывая в полном счастье. Подруги осмотрели комнату и убедились, что в стенах таилось еще немало полезных и интересных вещей. Тут был небольшой шкаф, в котором полагалось хранить разные мелочи, и еще один совсем маленький шкафчик, должно быть, для косметики, так как в его дверце было вмуровано зеркало.

Ванная комната поражала своим аскетизмом. Ни тебе полотенец на вешалке, ни тебе гостиничного шампуня и мыльца. Только ванна, умывальник и унитаз. При осмотре выяснилось, что бытовые мелочи все же в номере имеются, но надежно спрятаны в еще один встроенный шкафчик.

— Индийцы, должно быть, очень аккуратные люди, — заметила Мариша, закончив осмотр своих владений. — Все у них надежно убрано. Молодцы!

Подруги приняли по очереди прохладный душ. Несмотря на раннюю весну, в Индии уже стояла жара. После прохладного и даже холодного Питера жара в Индии показалась девушкам изнурительной. Затем подруги завалились на кровати и принялись составлять план дальнейших действий.

— Сегодня мы можем навестить Пиллая, — предложила Инна. — Заодно и с невестой Раджи познакомимся. Она же сестра Пиллая. Так что жить они должны в одном доме.

— Не забывай, что Раджа тоже должен крутиться возле нее, — предостерегла Мариша. — Как бы нам на Раджу не налететь. Не хочу, чтобы он и его невеста знали о нашем присутствии раньше времени.

— О, какая ты! — протянула Инна. — Осторожная.

Только о Радже можешь не волноваться. Это у нас жених и невеста обязательно должны быть знакомы до свадьбы и вместе к ней готовиться. А здесь совсем не факт.

— Как это?

— А очень просто. Жениха для девушки выбирают ее родители. То же происходит и с невестой для юноши.

Молодожены зачастую впервые встречаются на свадьбе.

— Не может быть! — поразилась Мариша. — Ну еще где-нибудь в деревне могут существовать пережитки. Но не в столице же!

— В любом случае общение жениха и невесты до свадьбы не приветствуется, — авторитетно сказала Инна. — Это я тебе как жертва говорю.

— Тебя что, предназначали в жены какому-нибудь индусу? — удивилась Мариша.

Впрочем, удивилась она не слишком. От Инны можно было и не того ожидать. Жизнь у подруги была бурная. Еще более бурная, чем у самой Мариши. У той на жизненном пути время от времени встречались все-таки тихие лагуны, где можно было передохнуть. У Инны — никогда.

— В жены предназначали вовсе не меня, — объяснила Инна. — В том-то и дело. У него уже была невеста.

Ему показали ее фотографию, где девушке было лет десять, и объяснили, что она из хорошей семьи и очень ему подойдет.

— А он?

— Он? — переспросила Инна и пренебрежительно фыркнула. — ,0н был бесхребетное ничтожество. Во всяком случае, меня он был явно недостоин. Но тогда я этого не понимала и ужасно переживала. Но не будем о нем.

Не хочу вспоминать. До сих пор больно, хотя я уже и замужем за Бритым. И, в общем-то, счастлива с ним. И, кстати говоря, мой бывший возлюбленный тоже жил в Дели и родители у него были вполне цивилизованные.

Отец имел фабрику И даже открыл филиалы в Европе.

И часто бывал там. Но дома у них царил полнейший каменный век.

В результате подруги пришли к выводу, что к Пиллаю наведаться им нужно, но все же по возможности соблюдая осторожность.

— А перед этим не мешало бы перекусить, — сказала Инна. — После этой дряни, которой вы с Владом меня напичкали, ужасно хочется есть.

Мариша тоже была не против того, чтобы перекусить. Поэтому они переоделись и спустились вниз в pecторан. Инна была в короткой юбочке и кофточке-топ.

Мариша напялила на себя длинный развевающийся сарафан, который при ходьбе создавал вокруг ее тела приятный ветерок. Инну в ресторан пустить отказались.

— Слишком много голого тела, — пояснил ей метрдотель. — Другие гости не смогут есть. Нужно прикрыть.

Простите.

Сказано это было без малейшего желания обидеть.

Инне даже принесли легчайшую зеленоватую шаль, всю пронизанную золотыми нитками чудесного узора. Шаль была так неописуемо хороша, что Инна в нее немедленно завернулась. Приличия были соблюдены. Тот факт, что шаль была почти прозрачна, никого не волновал.

Чтобы повторно не оскорблять ничьих чувств, подруги не стали заказывать говяжью вырезку на вертеле, хотя она в меню имелась. Они решили было заказать свинину, но тут же испугались. Мусульман в Индии было предостаточно. Поэтому они остановили свой выбор на утке. Ее принесли им с неизменным гарниром из риса и жгучего красного перца, ловко замаскированного под безобидную тушеную тыкву.

— Хорошо, что мы в киоске купили себе воды, — булькая газировкой прямо из горлышка пластиковой бутылки, сказала Мариша.

— Ага, — отдуваясь, ответила Инна. — Уф, кажется, жива.

На сладкое подругам принесли нечто слепленное из орехов, меда и бананов. Увязая зубами в липком десерте, подруги допили зеленоватый чай, расплатились с официантом и поспешили прочь из ресторана. На улице на них снова навалилась жара, которая, как впоследствии выяснили подруги, даже под вечер не желала снижаться.

— Такси! — прохрипела Мариша. — Умираю.

Увы, такси не было. Сновали обычные машины вперемешку с усатыми темнолицыми велосипедистами в белых ночных рубахах. В машинах сидели и обливались потом солидные дядечки в европейских костюмах. Иногда за рулем сидели женщины в красивых сари. Эти выглядели так, словно жара им нипочем, были свежи, словно персики, и вызывали жгучую зависть плавящихся на солнце подруг.

Наконец их призывные жесты возымели желаемое действие. Девушки увидели, как к ним на всех парах мчится черноволосый мужчина в белых развевающихся одеждах. Он сидел на удивительном велосипеде. То есть в самом велосипеде не было ничего удивительного. Но к нему сзади была прицеплена небольшая повозка с парой сидений.

— Вот и такси подоспело! — обрадовалась Мариша. — Эй, мужик, давай живей сюда!

— Ты что? — испугалась Инна. — Поедешь на этом бедолаге? Ему тебя с места не сдвинуть. И потом, если мы сядем в это сооружение, на нас все будут глазеть и показывать пальцами.

Но Мариша достигла уже той степени отчаяния, когда на жалость к другим сил уже не остается. А на какой-то там стыд просто плюешь. Она загрузилась на остановившийся прямо перед ней драндулет, сунула парню бумажку с адресом Пиллая и взялась за ручки кресла. Инне не оставалось ничего другого, как последовать примеру подруги.

И они поехали. Верней, понеслись по улицам Дели.

Иннины опасения, что они станут объектом насмешек, сразу же испарились. На них никто не обращал никакого внимания. Ну, едут люди по делам, и пусть себе едут. Девушки малость успокоились и принялись глазеть по сторонам. А посмотреть, честное слово, было на что.

Во-первых, поражало разнообразие самых удивительных и фантастических транспортных средств. Чаще всего попадались велосипеды и машины всех марок и всех годов выпуска. Велорикша, на котором ехали подруги, был всего лишь одним из могучего племени велорикш Дели. Затем попадались повозки, запряженные невысокими лошадками. На повозках тоже ехали пассажиры. Грузовой транспорт был представлен машинами всевозможных моделей. А также повозками, в которые были запряжены белые горбатые волы или черные буйволы. Порой в одной упряжке мирно шли светлый вол и черный, с лоснящейся шкурой буйвол.

Тем временем велорикша выехал на оживленную магистраль. И у подруг сразу голова пошла кругом от обилия новых впечатлений.

— Смотри! Смотри! — только и успевали кричать друг другу девушки.

Вот худенький черноволосый паренек-велорикша катит на своем велосипеде трех внушительного вида индийских матрон, хотя повозка была явно рассчитана лишь на одну такую даму. Следом промчалась маленькая повозка, скрытая под облепившими ее смуглыми телами какой-то большой и шумной компании — только мелькают ноги лошадки и крутятся колеса.

Шустрый велосипедист умудрился уместить на своем двухколесном транспортном средстве всю свою семью. Жена с младенцем едет на багажнике, муж, как и подобает главе семьи, — на сиденье и крутит педали, впереди неги сидит старший сын, а младшая девочка примостилась в подвешенной на руле корзинке. И все очень счастливы, возбуждены и веселы. Вообще казалось, что все вокруг пребывают в хорошем настроении.

И все — велосипедисты, шоферы авто, велорикши и просто прохожие — двигались без всякого намека на правила дорожного движения. Чтобы не столкнуться, они лавировали, увиливали, обгоняли друг друга под неумолчный рев гудков и крики ездоков. А среди всего этого гама и суеты невозмутимо бродили коровы, которых никто и не думал давить или хотя бы огреть палкой или плетью за наглое нарушение правил дорожного движения.

Их велорикша лихо огибал все препятствия, умудряясь не выронить своих пассажирок, и еще время от времени оглядывался на них и посылал им ослепительные улыбки. Прижавшиеся друг к другу девушки только вздрагивали, когда их возчик начинал обгон, выруливая прямо под колеса движущегося автобуса.

— Закрой глаза! — посоветовала Инна Марише. — Так будет не страшно.

— Ни за что в жизни! — ответила Мариша.

Наконец велорикша выбрался на более тихую улочку. Дорога пошла в гору, и бедняга с удвоенной энергией крутил педали своими тонкими смуглыми ногами.

Вдоль улицы прямо на земле сидели ряды ремесленников, занятых своим делом. Кто-то резал по кости, кто-то — по дереву. Кто-то уже наносил причудливый рисунок по резьбе. Уже готовые изделия мастеров лежал и рядом с ними прямо на расстеленных на сухой земле ярких платках.

Впереди уже виднелась площадь с фонтаном, когда они попали в пробку. Это была самая основательная пробка, которую девушки видели в своей жизни. На выезде из переулка стояла палатка торговца фруктами. Узкий выход загораживала собой светло-желтая корова, которая меланхолично подбирала валяющиеся возле прилавка торговца подпорченные плоды.

Велорикша загудел. Корова подняла голову и одарила его добрым усталым взглядом своих больших глаз.

После этого она повернулась к нему спиной, окончательно загородив собой проезд. Велорикша замер в созерцании чудесного животного. Спустя ровно двенадцать минут Мариша занервничала.

— Ее надо прогнать! — сказала она, тронув велорикшу за плечо.

Словно услышав ее слова, корова еще немного повернулась, встала в профиль, и подруги ахнули.

— Бык! — воскликнула Мариша. — Сейчас он на нас бросится! Уже примеряется!

И тут, к ее удивлению, их шупленысий велорикша вздохнул и вылез из своей повозки. Затем он бесстрашно направился к быку и замахал перед его мордой руками, указывая направление, куда тому следовало бы удалиться. Подруги зажмурились, уверенные, что бык сейчас набросится на безумца. Но ничего такого не произошло.

То есть буквально ничего. Бык по-прежнему смотрел своими добрыми глазами на человека и жевал. С места двигаться он был явно не намерен.

— Он мирный! — обрадовалась Мариша.

— Мирный или не мирный, нам разницы нет, — сердито ответила Инна. — Эти индусы ни за что не позволят обидеть свое священное животное. Придется ждать.

Бык, кажется, был того же мнения. Внезапно у него подогнулись ноги, и он опустился прямо в мягкую дорожную пыль. Судя по выражению его морды, он приготовился сладко подремать часок-другой. Вопли велорикши он, должно быть, принял за колыбельную.

— Я кое-что придумала, — сказала Мариша.

Она спрыгнула с повозки, подбежала к прилавку торговца фруктами и купила огромную гроздь бананов.

Ну не меньше десяти килограммов. Даже Мариша волочила ее за собой с большим трудом. Направлялась она прямиком к быку. Тот при виде бананов, оказавшихся прямо перед его носом, оживился и зашевелил ушами.

Мариша скормила ему первый банан и отошла на один шаг. Бык поднялся и проследовал за ней. Так, шаг за шагом, скармливая ему по пути бананы, Марише удалось выманить быка на площадь. Здесь, кинув ему остаток бананов, она уселась в поджидавшую ее повозку — Молодец! — одобрил ее велорикша, показав поднятый большой палец.

Дальше они катили без приключений.

— Долго еще? — обратилась Мариша к велорикше на довольно скверном английском.

— Десять минут, — коротко ответил тот.

И действительно, через десять минут велорикша остановился перед ажурными металлическими воротами.

— Это здесь! — очень гордый собой, сказал он.

Девушки вылезли, расплатились с парнем, причем у него глаза вылезли на лоб от изумления, когда они сунули ему пять долларов.

— Очень много! — заметил он, тем не менее сияя глазами и зубами. — Добрые леди. Очень добрые леди.

Добрейшие леди. Самые добрые леди.

Так как на этом заканчивалась степень восхваления, доступная его английскому, велорикша перешел на родной. И уехал, продолжая восхвалять доброту, красоту и сказочную щедрость своих пассажирок.

— Слушай, надо будет обменять оставшиеся доллары на рупии, — сказала Мариша. — Они тут все что-то очень уж радуются, когда я плачу. Должно быть, мы сильно переплачиваем.

— Ну и что, — пожала плечами Инна. — Что, тебе жалко несколько паршивых долларов для такого бедняги? Да он весь день на солнцепеке, упирается на своем велосипеде. А всякие коровы…

— Мне не жалко, — перебила ее Мариша. — Но не стоит привлекать к себе излишнее внимание. Еще пойдут разговоры про двух необычайно щедрых туристок.

Не ровен час, до Раджи дойдет. Вдруг он тут тоже в авторитете.

Инна взглянула на дело с этой точки зрения и признала, что подруга, пожалуй, права. Однако сейчас девушкам предстояло заняться более важным делом. Проникнуть в дом Пиллая. Подруги безрезультатно подергали металлические ворота, полюбовались их резьбой и только тут заметили кнопку звонка, ловко замаскированную под глаз Ганеши — бога с головой слона.

Мариша нажала на кнопку и быстро отпрыгнула за большой камень, лежащий возле стены дома. Прошло минуты две, и в саду, окружавшем дом Пиллая, послышался чей-то голос. Молодая девушка в оранжевом с зелеными полосами сари подошла к воротам, открыла их и недоуменно посмотрела на пустую улицу.

— Это невеста Раджи! — рванулась было Инна.

— Опомнись! — осадила ее Мариша. — Посмотри, у нее сари совсем ветхое и запыленное. Это какая-нибудь служанка.

Девушка немного постояла, должно быть, ожидая, что шутникам надоест ее разыгрывать и они выйдут. Потом пожала плечами и ушла обратно в дом.

— Мне тут пришла в голову одна мысль, — сказала Мариша. — Ведь, судя по району, саду и ограде, дом у Пиллая должен быть богатым.

— И что?

— А то, что в богатых домах обычно бывает по несколько машин. Но через эти ворота им никак не проехать. Узко. Не говоря уж о том, что и следов въезжающих машин тут не видно. Нас привезли к черному ходу, — сказала Мариша. — Им только слуги и пользуются.

Хозяин и его гости приезжают к парадному, который на другой стороне дома.

— А значит?..

— Значит, мы вполне можем попытаться проникнуть в дом с черного хода, а дальше посмотреть по ситуации, — сказала Мариша.

Этим подруги и занялись. К счастью, Пиллай жил в богатом квартале. Нищих, монахов и ремесленников тут на улицах и в помине не было. И некому было изумиться тому, как две вполне приличные с виду девушки-иностранки перелезают через высокую ограду частного дома. А затем, крадучись, двигаются по саду странными зигзагами.

Подруги двигались зигзагами, потому что опасались быть обнаруженными. Хотя, честно говоря, в саду не было ни души. Внезапно Мариша остановилась и навострила уши. Ей показалось, что в саду кто-то плачет.

— Ну ты чего? — наткнулась на нее Инна.

— Тс-с-с! — прошипела Мариша. — Ты разве ничего не слышишь?

— Слышу, как змея шипит, — сказала Инна. — А больше ничего.

— А рыданий?

— Кто-то плачет? — задумалась Инна и тоже прислушалась.

Теперь ей определенно казалось, что Мариша права.

И в самом деле кто-то плакал.

— Вон там! — протянула она руку направо, в сторону дома.

— Нет, там! — указала Мариша рукой куда-то налево.

Инна не успела возразить, как Мариша уже устремилась туда, раздвигая на бегу цветущие ветви каких-то кустов. Инна, поспешившая за Маришей, поочередно получила по морде сначала веткой с белыми цветами и золотистыми тычинками, потом веткой с красными крупными цветами, веткой с мелкими бело-розовыми цветочками и наконец очень колючей, усеянной мельчайшими пурпурными розочками.

Она остановилась и перевела дыхание. Только благодаря этому она избежала удара по глазам веткой с желтыми цветами с очень сильным ароматом. Инна открыла было рот, чтобы поставить Маришу в известность о том, что та полная свинья, как вдруг отчетливо услышала чей-то всхлип. Она пошла на этот звук и неожиданно увидела прямо перед собой площадку, выложенную булыжником.

На площадке на маленькой деревянной скамеечке в тени зеленой беседки сидела молоденькая девушка в сари и грустно смотрела в спокойную гладь небольшого водоема, который лежал прямо у ее ног. Только глухому могло показаться, что девушка любуется цветущими в воде белыми лилиями.

— Вот эта похожа на невесту Раджи, — шепнула Инне невесть откуда появившаяся Мариша. — Одета богато. Даже отсюда видно.

И в самом деле, подойдя ближе, подруги увидели, что сари девушки было нежно-розового цвета с золотой каймой по краю и темно-зеленым с переливом узором.

Кофточка у нее была такого же красивого зеленого с переливом цвета. В ушах тускло поблескивали тяжелые серьги с золотом и жемчугом. На шее в несколько рядов были намотаны толстые золотые цепочки с подвесками.

Внезапно незнакомка обернулась и с удивлением обнаружила, что она не одна.

— Не бойся, — сказала ей Мариша по-английски. — Мы пришли к твоему брату Пиллаю. Мы тебя не обидим.

Отвернувшись от них на мгновение, девушка поспешно вытерла глаза. Когда она снова повернулась к подругам, на ее смуглом лице почти не было заметно следов слез. Инна даже ощутила нечто вроде зависти. Ей самой стоило поплакать какую-нибудь минутку, как лицо у нее распухало и краснело. Глаза превращались в узенькие красные щелочки, а нос увеличивался прямо до угрожающих размеров и начинал комично сопеть.

— Простите, — приветливо улыбаясь, сказала девушка. — Я — Камала. Но брата сейчас нет дома. Он будет поздней. У них с отцом сейчас много дел.

И ее лицо снова омрачилось. Но плакать при посторонних, а тем более при иностранках, девушке не позволила ее гордость. Напротив, Камала завела с гостьями вполне светский разговор.

— Откуда вы приехали? — спросила она, приглашая подруг к себе в беседку.

— Мы русские, — ответила Мариша, когда они представились Камале. — Из Санкт-Петербурга.

— О! — обрадовалась Камала. — Брат учился там. Он вернулся назад меньше года. Ему очень нравилась Россия. Он потом много рассказывал нам о вашей стране.

Мне бы хотелось пожить там. Посмотреть, как живут люди в другом месте.

— Ну, еще успеешь, — сказала Инна.

— Нет, вряд ли, — помрачнела Камала. — Не успею.

— Ты не старуха, так что еще вполне можешь поехать учиться в другую страну, — сказала Мариша.

— Не в этом дело, — проронила Камала. — Через пять дней я выхожу замуж.

Сказано это был совершенно убитым голосом.

— Жених плох? — сочувственно спросила Мариша. — Урод? Хромой или косоглазый?

— Нет, — вздохнула Камала. — На вид он очень даже ничего. Но я люблю другого юношу. А мой отец против нашего с ним брака.

— Почему? Твой избранник беден?

— Вовсе нет, — передернула плечами Камала, показывая, что с бедняком ей совсем не по пути. — Его семья не бедней нашей. А тем более что он единственный сын.

Нет, все дело в том, что мой отец сговорился с отцом Ра ма Раджа, что меня отдадут в жены его сыну. Вот и все.

— Так пусть твой отец переговорит с отцом твоего жениха. И объяснит, что ты не хочешь выходить замуж за его сына. Что ты полюбила другого. В конце концов, вы живете не в глухой провинции. А в центре столицы крупного государства в двадцать первом веке.

— Это невозможно. Друг моего отца умер. И теперь отец вбил себе в голову, что он обязан выполнить обещание и выдать меня замуж за Рама Раджа.

— А что тот?

— Рама Радж? По-моему, он вовсе не против, — пустилась в объяснения Камала, ее английский был почти идеален, и подруги легко понимали ее речь.

— Правда, мы с Рама Раджем виделись всего один раз, — продолжала Камала. — И при этой единственной нашей встрече присутствовала почти вся моя семья и его мать и братья. Так что поговорить мы бы не смогли при всем желании. Посмотрели друг на друга, и все. Это было три года назад, когда мой жених приезжал на каникулы. А потом Рама Радж уехал обратно в Россию. Он там живет почти постоянно. Лишь изредка приезжает в Индию по делам. Но сюда ни разу не приходил. Я уже начала надеяться, что он забудет про меня. Но вдруг месяц назад отец снова завел разговор о нашем браке.

— М-да, не повезло тебе, — согласилась Мариша. — И что, нет никакого выхода?

— Есть, — пожала плечами Камала. — Можно утопиться.

— Или сбежать со своим возлюбленным и пожениться потихоньку, — предложила Инна.

— Нет, вот это точно невозможно, — сказала Камала. — Отец ужасно рассердится. Приданого мне не видать. Такая же история будет и с Бо — моим любимым.

Его тоже лишат наследства.

— И что с того?

— И на что мы будем жить? Бо сейчас работает в фирме отца. Если отец его выгонит, то никто не возьмет такого человека к себе в фирму. Разве что уборщиком.

А я не могу пойти на это и погубить будущее моего любимого Бо. Лучше уж надеяться, что с Рама Раджем что-нибудь случится.

— А это идея! — обрадовалась Мариша. — Почему бы ему и в самом деле не угодить в тюрьму, например?

Это устроит твоего отца в качестве причины для того, чтобы не выдавать тебя за него замуж?

— Вы не знаете Рама Раджа. Он просто образец порядочности. После смерти своего отца он взял на себя заботу о своей матери и младших братьях и сестрах.

И его матери не пришлось идти жить в дом своего старшего брата. Рама Радж открыл в России фирму, и дела у него идут отлично. За что же его в тюрьму?

Мариша с Инной переглянулись и решили пока целиком не посвящать Камалу в истинную суть бизнеса Раджи. Тем более что и сами толком ничего про него не знали. Но предупредить девушку они были обязаны.

— Знаешь, мы приехали из России и кое-что слышали о твоем женихе, — сказала Мариша. — Твоему отцу не стоит торопиться со свадьбой. Иначе как бы потом ему не пришлось волосы рвать на себе от того позора, который свалится на вашу семью.

— А что такое? — оживилась Камала.

— Думаю, что твой жених вовсе не так порядочен, как хочет казаться, — вздохнула Инна.

— Если вы имеете в виду, что он уже женат, то это не причина для разрыва, — сказала Камала. — У нас у одного мужчины бывает и две, и три жены. Бывает и наоборот. Конечно, мало радости оказаться всего лишь второй женой, но позора в этом нет.

— Дело" не в этом, — объяснила Мариша. — Насчет того, что твой жених уже имеет жену, нам ничего не известно. Дело в его бизнесе.

И они рассказали Камале все, что им самим удалось узнать о Радже.

— Надо же! — пораженно воскликнула девушка. — А этот самый Паша, который убил вашего друга, тоже приехал сюда. Рама Радж сказал нам, что это его телохранитель. Что любому бизнесмену положено иметь телохранителя.

— Так Паша тоже здесь? — воскликнула Мариша.

Вот это была новость. Подруги были уверены, что Раджа оставил Пашу в Москве, предоставив добираться своим ходом обратно в Питер. А он, оказывается, здесь.

И что бедным подругам теперь делать?

— Нужно немедленно пойти и рассказать все отцу, — сказала Камала, вскакивая со скамейки.

— Куда! — остановила ее Инна. — Стой! Ничего не говори отцу!

— Почему? — удивилась Камала.

— Потому что доказательств нет, — объяснила ей Инна. — Твой отец не станет отменять свадьбу, не станет объясняться с уже приглашенными гостями, не станет поднимать бурю слухов только из-за слов двух каких-то неизвестных ему особ. Нет и еще раз нет. Свадьба все равно состоится. А за тобой будет установлен контроль, чтобы ты чего не выкинула.

— Да, ты права, — погрустнела Камала. — Так что, мне все-таки придется выйти замуж за Рама Раджа? За преступника?

— Вовсе нет. Ты ведь можешь сбежать, — объяснила ей Инна.

— Куда? — безрадостно протянула Камала. — У меня почти нет денег. И где я спрячусь? У подруг, даже если они согласятся укрыть беглянку, отец меня мигом найдет.

— А ты спрячешься не у своих подруг, а у нашей подруги, — внезапно подала голос Мариша. — Про нашу подругу твоему отцу ничего не известно.

Инна удивленно посмотрела на Маришу.

— У Тани, — сказала в ответ на ее взгляд Мариша. — В их доме Камалу никто вовек не найдет. Разве что очень будут стараться. Нов любом случае мы успеем предупредить милицию, что нашли убийцу. Они приедут и арестуют Пашу. Ну и у отца Камалы возникнут вполне оправданные подозрения насчет личности Раджи.

— Камала, у тебя есть верный человек, на которого ты могла бы положиться? — спросила у девушки Инна. — Который не выдаст тебя отцу?

— Есть! — обрадовалась та. — Мой брат Пиллай. Он любит Рама Раджа еще меньше, чем я. Он тоже намекал отцу, что не стоит торопиться с моей свадьбой. Только отец его и слушать не стал. Прогнал и велел больше разговор об этом не заводить.

— У тебя есть адрес твоего жениха? — спросила у нее Мариша. — Дай его нам.

— Сейчас принесу, — с готовностью согласилась Камала. — А когда мы устроим побег?

— Думаю, что завтра вечером. Самое позднее послезавтра. Дольше тянуть просто опасно. Завтра мы созвонимся с нашей подругой Таней, предупредим ее о тебе.

И она скажет нам, как лучше все устроить. И вот еще, Камала, помни — никому, кроме Пиллая, ни слова.

И даже ему про побег тоже лучше ничего не говори.

Мужчинам иногда приходят в головы самые фантастические идеи. Просто скажи, что приехали две русские девушки. Мы с ним сами поговорим. И уж, конечно, ничего не вздумай рассказать своему жениху. И особенно про нас.

— Хорошо, — согласилась Камала. — А сейчас пойдемте в дом. Думаю, что Пиллай и отец уже приехали. И вот что, будет лучше, если мы скажем отцу, что вы сокурсницы Пиллая. И что приехали в Индию как туристки.

— Да, — согласились подруги. — Так и в самом деле лучше. Так и сделаем.

И все трое пошли по узкой дорожке, усыпанной осыпающимися с деревьев лепестками цветов всех окрасок. От снежно-белых до темно-вишневых. Дорожка вилась среди деревьев, на которых сидели разноцветные птицы и пели на разные голоса. В траве, подбирая какие-то крошки, бродил павлин в окружении своего гарема.

Сам дом, белый, с широкими окнами, имел два этажа. Под каждым окном обязательно был или свой персональный балкончик, или несколько окон и комнатных дверей выходили на один длинный балкон. Дом был увит какими-то красивыми растениями с ароматными белыми цветами, которые разрослись настолько густо, что почти целиком скрывали его первый этаж. Благодаря этой зелени и развевающимся на ветру цветным занавескам дом выглядел очень живописно. Камала провела подруг внутрь. В чуть затемненной прохладной комнате сидели двое мужчин, одетых по-домашнему. То есть они были в белых штанах и каких-то цветастых халатиках с короткими рукавами. Мужчины были очень похожи.

Сразу становилось понятно, что это родственники.

— Папа, — почтительно поклонившись, обратилась Камала к старшему из мужчин, — позволь представить.

Это наши гостьи. Они приехали из России, чтобы навестить Пиллая. Это его сокурсницы.

И она бросила на онемевшего от изумления брата взгляд сокрушительной силы. Пиллай перевел взгляд на подруг, и из его рук выпала чашка, которую он держал.

— Что с тобой? — сердито обратился к нему отец. — Где твои манеры? Пригласи своих гостий к столу. Я с удовольствием познакомлюсь с ними. Давно мечтал услышать о твоих похождениях во время учебы из третьих уст.

— Э-э! — промямлил Пиллай. — Дело в том, что…

— Пиллай! — громко перебила парня Мариша. — Как я рада тебя снова видеть! Как только муж завел разговор о кругосветном туре, я сразу же подумала, что обязательно нужно заехать в Индию. Ты рассказывал о своей стране столько замечательных вещей. Я просто влюбилась в нее.

— Это очень приятно слышать! — расцвел в улыбке пожилой мужчина. — Позвольте представиться — господин Ракеш. Я отец Пиллая. Мой сын обязательно покажет вам самые примечательные уголки Индии. Самые красочные. И вы сможете присутствовать на настоящей индийской свадьбе. Мы вас приглашаем.

— Боже мой! — восхитилась Мариша. — Это же просто чудо! Пиллай женится?

— Увы, нет, — немного опечалился господин Ракеш. 4 — Замуж выходит моя дочь — госпожа Камала.

— А почему не женат до сих пор ваш сын? — неожиданно подала голос Инна, молчавшая до этого. — На вид он ведь старше своей сестры. Но до сих пор не женат.

У него какие-то проблемы?

Господин Ракеш слегка опешил. Но вовремя вспомнил, что перед ним европейка, а стало быть, существо, не имеющее ни малейшего понятия о правилах приличного поведения в приличном обществе. И вежливо ответил:

— Он еще молод, чтобы думать о женитьбе. У нас в Индии есть хорошая традиция. Если не можешь содержать жену, то и не женись.

Инна промолчала.

— Мы обязательно придем на свадьбу вашей дочери! — с преувеличенным восторгом восклицала Мариша. — Это восхитительно. Я страшно рада! Увидеть своими глазами все эти бабушкины обычаи и дедушкины обряды!

Фраза явно была откуда-то заимствована. Но господина Ракеша трудно было заподозрить в хорошем знании советского кинематографа. Поэтому Мариша почти не рисковала. Инна пихнула подругу под столом ногой.

Еще немного, и увлекшаяся Мариша начала бы распространяться, как бы было славно самой поучаствовать в свадебной церемонии с похищением.

Инна вообще сидела с необычайно постной физиономией. Мариша недоумевала, что это такое случилось с ее подругой. Наконец они дождались от господина Ракеша приглашения бывать у него в доме как можно чаще, можно даже каждый день. После этого подруги встали.

— Мой сын проводит вас, — сказал господин Ракеш. — Где вы остановились?

Молчаливый Пиллай провел подруг до дверей дома.

На этот раз они оказались парадными. И в самом деле выходили на вполне европейскую заасфальтированную площадку. Возле дома имелся и гараж на несколько машин. И автоматические ворота, и даже электричество.

Пиллай довел девушек до ворот и пожал им руки.

Иннину руку он задержал в своей ладони, при этом взволнованно вглядываясь в ее лицо. Инна залилась краской, резко выдернула свою руку и почти побежала прочь.

— Что это с ней? — удивилась Мариша. — Даже не попрощалась. Простите ее.

— Все в порядке, — ответил Пиллай, тоскливо глядя вслед удаляющейся Инне.

— Должно быть, на нее так местный воздух действует, — попыталась объяснить Мариша. — Акклиматизация и все такое. Вы нас дальше не провожайте.

— Да, да, — быстро согласился Пиллай.

После этого он вернулся в дом, а Мариша помчалась догонять порядком успевшую отойти Инну Наконец она догнала ее и схватила за плечо.

— А, это ты! — вроде бы очнулась Инна. — Этот не пошел нас провожать?

— Скажи мне, с какой стати ты взялась хамить нашему ближайшему соратнику? — спросила у нее Мариша.

— Помнишь, несколько дней назад я обмолвилась, что индийские сыновья самые почтительные в мире? — тоскливо спросила у нее вместо ответа Инна. — И что ради своих родителей готовы принести любые жертвы?

Даже свою любовь, к примеру.

— Это ты про того своего индийского парня, которого родители вынудили вернуться домой и жениться на невесте по их выбору? — спросила Мариша. — Так при чем тут эта давняя история и он?

— При том, — глухо ответила Инна. — Пиллай и есть тот парень!

— Ты что-то путаешь. Он ведь не женат, — возразила Мариша. — Его отец сам так сказал. Пиллай точно не женат.

— Вот и поди разберись с ними, — фыркнула Инна. — Мне он сказал, что родители уже выбрали ему невесту и что между нами все кончено. Что ему очень жаль, но поступить иначе он не может. А потом улетел, и больше я про него ничего не слышала. О нет, он еще предложил мне дождаться его. Подумаешь, всего десять-пятнадцать лет, и он вернется за мной, чтобы взять второй или третьей женой. Очень мило! Я прямо рыдала от счастья.

Всю посуду в доме переколотила.

— Остынь! — велела ей Мариша. — Мало ли что он там говорил. Факт то, что он не женат.

— Вот в том-то и дело! — простонала Инна. — И я снова страдаю. Ведь я-то замужем. И вообще я ничего не понимаю. Зачем было мне врать, что он собирается жениться, когда он так и не женился? И почему, раз он не женился, не вернулся за мной? Ведь я его ждала.

— Долго? — спросила Мариша.

— Очень долго, почти месяц, — с чувством ответила Инна. — Думаешь, мне легко было выдержать целый месяц? И это с моей-то расстроенной психикой.

За разговорами подруги не заметили, как вышли на оживленную улицу. Несмотря на поздний вечер, человеческий поток почти не уменьшился. Он лишь изменил свое течение, стал более спокойным и размеренным.

Люди гуляли. Чувствуя, что валятся с ног от усталости и непривычной жары, подруги поймали моторикшу. На этот раз вместо велосипедиста их вез мотоцикл.

— Черт! — вдруг дернулась Инна. — А вдруг этот господин Ракеш проболтается Радже о нас?

— Ну и что? — зевнула Мариша. — Скажет, что приехали две сокурсницы Пиллая. А тот подтвердит.

Радже и в голову не придет, что это мы и есть. Существует лишь одна опасность: что мы столкнемся с Раджой в доме Пиллая раньше времени.

— Интересно, а когда наступит это самое время? — ехидно поинтересовалась Инна, но Мариша уже дремала, привалившись к плечу подруги.

Инна и сама здорово устала. В глаза словно песку насыпали. Она устало смотрела по сторонам и видела длинные ряды круглых фонарей и огни рекламных стендов. В гостинице подруги наскоро ополоснули лица, попадали на свои кровати и моментально уснули.

— Что-то от Таньки никаких вестей нет, — озабоченно пробормотала Инна, глядя какой-то сон.

Проснулась она рано утром от жуткого жжения на коже и противного писка у себя над ухом. Она открыла глаза. За окном еще было темно. Инна встала и побрела по физиологической надобности в туалетную комнату.

Внезапно до слуха спящей Мариши донесся дикий вопль, полный ужаса. Маришу подбросило на кровати, словно на гейзере.

Крик доносился из ванной комнаты, где горел свет.

Краем глаза Мариша заметила, что постель Инны пуста.

Тут же в голове Мариши сложилась четкая картина того, что произошло. Забывшая о том, где находится, Инна пошла среди ночи в туалет. А там на нее кто-то напал.

Преисполнившись отваги, Мариша решила показать этому мерзавцу, как пугать порядочных туристок, подкарауливая их у унитаза.

— Ну, мерзавец, держись! — с этими словами Мариша распахнула дверь туалета и в ужасе заорала.

Прямо перед ней стояло нечто до невозможности уродливое, красное и распухшее. Это существо уставилось на Маришу красными глазками и издало еще один вопль. Как ни была напугана Мариша, ей хватило смекалки, чтобы понять, что в ванной были только она и странное существо. Инна таинственным образом испарилась.

— Мариша? — дрожащим Инниным голосом внезапно спросило страшненькое существо. — Что это с нами, а?

Тут в голове Мариши и вовсе началась форменная чертовщина. Инопланетные монстры воспользовались ее крепким сном и сожрали Инну. Сожрали, а теперь говорят ее голосом.

— Я вошла в ванную и по привычке посмотрела в зеркало, — продолжало рассказывать существо. — И видишь? Ты сама посмотри!

Мариша помимо воли кинула взгляд в зеркало. Всего только один. Больше ей было просто не нужно. Ни за что в жизни она не согласилась бы пережить второй раз шок, когда поняла, что опухшее, в уродливых красных пятнах и шишках существо и есть она сама.

— Господи! Это какая-то тропическая кожная болезнь! — пробормотала Инна. — Должно быть, еще неизвестная науке. И угораздило же именно нас ее подцепить. Что делать-то теперь?

Мариша не стала тратить драгоценное время. Она кинулась к телефонному аппарату.

— Врача в триста десятый! — завопила она в трубку. — Эпидемия индийской язвы! Уже две жертвы! Если не поторопитесь, весь отель перезаражается этой заразой, а на вас подадут в суд. И вообще отель придется сжечь.

Подруги опасались, что врача придется долго ждать.

Но он появился почти моментально. Как будто бы все это время просидел возле двери номера, дожидаясь, когда можно будет войти.

— Москиты, — сказал он, осмотрев подруг. — Ничего страшного. Только не чешите. Иногда их укусы дают у иностранных туристов такую реакцию. Особенно у людей, склонных к различным проявлениям аллергии.

Я сделаю вам противоаллергический укол. И оставлю мазь. А на будущее советую пользоваться москитной сеткой.

И он ловко отогнул от кровати металлические планки, окружавшие ее со всех четырех сторон. Они поднялись шалашиком, а на них оказалась мелкая ячеистая сетка.

— Ой! — пискнула Мариша.

Она видела эти металлические штуки. И даже долго и тщетно ломала голову над их предназначением. И вот их тайна открылась.

— Доктор, а когда спадут краснота и отек? — спросила Инна, после того как врач сделал им с Маришей обещанные уколы.

— Думаю, что уже через несколько часов вы сможете показаться на людях, — сказал врач и испарился. — Конечно, постарайтесь отменить свидания, если они у вас назначены.

Подруги обмазались мазью с головы до ног, установили москитную сетку и сели каждая на своей кровати, пристально следя за тем, не спадает ли опухоль. И тут на них подействовал укол. Должно быть, милейший доктор не поскупился на дозу. Мариша лишь на минутку закрыла глаза, и вдруг оказалось, что она уже крепко спит.

* * *

Тем временем Раджа, не подозревающий о тучах, которые уже сгустились над его головой, отдавал последние приказания Паше. Последние на сегодняшний день.

Раджа вовсе не был намерен отпускать от себя своего телохранителя. Радже здорово не нравилось, каким зверем смотрит на него брат Камалы. К тому же до Раджи дошли слухи, что Камалу неоднократно видели в обществе какого-то хмыря из местной золотой молодежи.

Так что Раджа предвидел возможные осложнения в борьбе за невесту. И в такой ситуации Паша с его многопудовыми кулаками и двухметровым ростом мог здорово пригодиться. И не только в связи со свадьбой.

— Завтра нам предстоит тяжелый день, — говорил Раджа своему телохранителю. — Сначала едем за подарками для невесты и ее родных. Потом мой дядя в качестве старшего в нашей семье и отец Камалы будут окончательно обговаривать по пунктам, что отойдет девушке в качестве приданого. В присутствии нотариуса. Они проговорят до поздней ночи. Каждый будет торговаться до последнего. Мы вполне успеем смотаться на нашу фазенду. Посмотрим, как там идут дела, и обратно. Мне нужно успеть просмотреть брачный контракт до того, как эти ослы поставят под ним свои подписи.

— А зачем? — спросил Паша. — Не все ли тебе равно, что они тебе оставят? Кажется, им не терпится ее пристроить. Так что скупиться ее папаша не будет.

— Не в том дело, — загадочно проронил Раджа. — Мне в этой свадьбе нужно лишь одно. И будь уверен, я это получу.

— И что за вещь? — спросил Паша.

Раджа лишь улыбнулся.

— В свое время узнаешь, — проронил он. — Поверь, я знаю, что делаю.

— А тебе не жаль расставаться со свободой? — спросил Паша. — Ты вроде бы не питаешь к своей невесте горячих чувств?

— Старики уверяют, что чувство придет со временем, — цинично ухмыльнулся Раджа. — Камала красивая девушка. И я пока не вижу никаких причин, чтобы не взять ее в жены. Индийские жены необременительны. На развод с дележом имущества она не пойдет — это позор. Скандалы закатывать, находясь от меня за тридевять земель, ей тоже не удастся. Будет сидеть в доме, который я ей куплю, и растить наших детей. Индийские женщины прямо созданы для этого.

— А что сама девушка думает на этот счет? — спросил Паша.

Вопрос несказанно удивил Раджу. Хотя он прожил много лет вдали от родины, но впитанное с молоком матери убеждение в том, что место женщины у домашнего очага, помноженное на извечную тягу всех мужчин видеть свою жену вечно беременной и сидящей дома, дало результаты.

— Мы с ней не говорили на этот счет, — слегка задумался Раджа, но тут же ободрился и сказал:

— Но я уверен, что она согласится со мной. В конце концов, женщина предназначена самой природой к тому, чтобы вынашивать детей и заботиться о них.

С этим Паша не мог не согласиться. И дискуссия затухла, так и не разгоревшись.

— Пошли спать, — предложил Раджа. — Завтра нам нужно встать часов в семь утра, чтобы успеть сходить за подарками, добраться до места и вернуться обратно.

Ехать придется по жаре, но в машине есть кондиционер.

Так что не сжаримся.

И приятели отправились спать. Раджа остановился в доме своей матери, в котором она жила со своими младшими детьми. С тех пор как умер отец Раджи, ни один мужчина, кроме родственников по крови, не переступал порога этого дома. Мать Раджи была привержена старым традициям. И находила в них утешение. Долгие годы жизни в большом городе не изменили ее.

Она почти не выходила из дома и осталась той же деревенской девушкой, считающей, что муж — это единственное, ради чего стоит жить. Его следует почитать и заботиться о нем, забывая о своих собственных желаниях и находя утешение лишь в бесконечной преданности и верности своему господину как единственному во всем мире. Она и своим детям старалась привить те же взгляды, которые сама считала правильными и которым было, увы, не место в современном мире.

* * *

Мариша с Инной проснулись незадолго до полудня.

Мариша сладко потянулась в постели, посмотрела по сторонам и удивилась. Вся комната была залита горячими солнечными лучами. Мариша откинула москитную сетку и вылезла из кровати. Ее ноги с облегчением ступили на прохладный пол, выложенный цветастой керамической плиткой. И Мариша машинально подумала, что в таком жарком климате держать ковры и паласы в комнатах было бы сущим безумием.

— Инна! — встряхнула она подругу. — Вставай!

Инна открыла глаза и уставилась на Маришу.

— У тебя опухоль почти прошла, — радостно заявила она. — И краснота тоже. Остались лишь красные точечки по всей роже. Но это же пустяки!

— И у тебя точечки, — ответила Мариша. — Ура?

— Ура! — закричала Инна, подпрыгивая на пружинной сетке. — Мы спасены! Да здравствуют индийские врачи и москитные сетки!

После душа и мытья головы, так как подруги обнаружили, что их волосы всего за сутки превратились в сосульки, подруги спустились вниз и отведали европейской кухни. В ней тоже хватало перцу и местных приправ, но все же они не старались занять главное место в еде. Чувствовались, хотя и слабо, и другие компоненты.

— Что сегодня будем делать? — спросила Инна, дожевывая последний кусочек из фруктового салата с медом и льдом.

— Нужно во что бы то ни стало найти Таню, — сказала Мариша. — И позвонить Коле в Питер. Он должен знать, что мы нашли Пашу и Раджу — Еще не нашли! — сказала Инна. — Давай сначала нагрянем к ним в их берлогу. Посмотрим, что там да как.

Адрес у нас есть.

— Только осторожно, — сказала Мариша. — Возле дома Раджи наверняка будет крутиться этот противный господин Ракеш.

Дозвониться до Тани подругам по-прежнему не удавалось. То есть телефон работал, и там исправно снимали трубку. Но в ответ на просьбу позвать Таню отвечали длинными тирадами на хинди или каком-то столь же экзотическом языке, которого подруги, увы, не знали. Танино имя упоминалось в них через каждое третье слово.

Также собеседник упоминал и про Дели. Так что подруги без труда поняли лишь то, что Таня где-то в Дели. Но что она делает и почему ей не сиделось дома в ожидании звонка подруг, как было условлено, и почему она не встретила их в аэропорту, они так и не смогли понять.

Оставалось ждать и заниматься пока другими делами. Подруги вышли из гостиницы и направились по улице.

— Эй, стойте! — раздался крик позади них. — Вы куда? А как же я?

Подруги оглянулись и увидели Влада, спешащего к ним.

— Жду вас с шести утра, — сказал он. — Вы что, забыли про наш уговор? Я вам больше не нужен?

— Очень даже нужен! — обрадовались Инна с Маришей. — Ты бы знал, как ты нам нужен. Прости, у нас была тяжелая ночь. Нас едва не закусали насмерть ваши комары.

— То-то я и вижу, что вы словно сыпью покрыты, — посочувствовал им Влад. — И опухли вроде бы немного.

Даже не признал вас сначала. Вы поосторожней с местной фауной. Да и с флорой тоже, — подумав, прибавил он. — И главное, сырой воды из-под крана не пейте.

— И не подумаем, — заверили его подруги.

— Куда сейчас? — бодро спросил у них Влад.

— Поедем в одно место, — сказала Мариша. — Адрес вот.

И она протянула Владу бумажку, покрытую таинственным шрифтом, в котором каждое отдельное слово было, как будто крышечкой, прикрыто аккуратной горизонтальной полоской. Из-за этого строки выглядели особенно ровными. Это была та самая бумажка с адресом Раджи, которую дала им Камала.

— Я знаю, где это, — сказал Влад. — Садитесь и поехали.

Подруги поспешили к его машине. И, только подойдя к ней, смекнули, что дело-то плохо. Влад не догадался поставить машину в тень. И на солнце она нагрелась, словно сковорода. Впору было жарить омлет на ее поверхности. Мариша попыталась открыть дверь и обожгла пальцы. Влад оказался более привычным.

Как ни в чем не бывало он забрался в машину, впустил подруг и завел мотор. Девушки уселись на свои сумки, так как кожа сиденья тоже нагрелась до невозможности. В машине было словно в печке, и вдобавок пахло каким-то сладковатым дымком. В обморок от него подруги не грохнулись, зато впали в странное состояние наподобие транса.

— Здорово травка цепляет? — жизнерадостно поинтересовался у них Влад. — Я специально салон окурил.

— Зачем? — вытаращили глаза подруги.

— Чтобы веселей ехать было, — пояснил парень, выруливая со стоянки.

Двигаться на такси было, бесспорно, быстрее, чем на велорикше. Происходило это главным образом из-за того, что многие мото— и велорикши и почти все пешеходы старались побыстрей уступить место машине. Постепенно машина по ходу движения немного проветрилась, и в ней стало возможно дышать, хотя и с трудом. Но тут Влад выехал на широкую магистраль.

Она почти не напоминала об Индии. Движущийся поток состоял тут главным образом из машин. И двигались они в некотором подобии порядка. Священных коров тоже не наблюдалось.

— Улица Ганди, — с гордостью сообщил им Влад. — Скоро приедем.

Он сдержал слово. Свернув с широкой улицы, больше напоминающей проспект, он еще немного проехал по центру города, потом выехал в довольно зеленый район. И здесь подруги сделали для себя вывод. Чем больше вокруг зелени, тем зажиточней люди, обитающие в этом квартале. Так вот, отец Раджи, судя по обилию цветущих кустов, пальм и газонов, засаженных пестрыми цветниками, был побогаче господина Ракеша.

Влад остановил машину перед каменным домом.

Его фасад выходил прямо на улицу. Сад, должно быть, был скрыт внутри дома.

— Это здесь, — сказал Влад. — Вы надолго? Мне вас подождать?

— Мы никуда не собираемся, — сказала Мариша.

— Да, но зачем же?.. — открыл было рот Влад, но в это время из дома появились двое мужчин, и Влад с удивлением обнаружил, что его пассажирки испарились.

После некоторого раздумья и ряда наблюдений он пришел к мысли, что они скорее всего все же остались в машине, но лежат на полу Странное поведение пассажирок слегка напугало Влада.

— Эй, вы чего? — спросил он, наклоняясь к подругам.

— Ничего, просто прилегли отдохнуть, — сказала Мариша. — Видишь тех двоих, что вышли из дома?

— Один европеец-тяжелоатлет, а второй сикх? — спросил Влад.

— Вот именно.

— Ну, вижу.

— Что они делают?

— Садятся в свою машину, — сказал Влад. — Европеец сел за руль. Сикх рядом с ним.

— Когда они поедут, ты поедешь за ними и будешь держаться у них на хвосте. Но так, чтобы они тебя не заметили, — велела ему Мариша. — И не дай тебе бог потерять их. Я с тебя с живого шкуру спущу.

Влад окончательно утвердился в мысли, что ему дорого достанется его десятка. Но он твердо знал одно: спорить с клиентом, готовым платить, себе дороже. И он завел машину и поехал следом за машиной Раджи.

— Слушай, а почему ты его называешь сикхом? — спросила у Влада Мариша.

— Он в зеленой чалме, — сказал Влад. — И волосы длинные. Должно быть, сикх.

— Сикхи, они воины? Из Пенджаба? — принялась вспоминать Инна.

— Точно, — кивнул Влад. — Так и было. Но сейчас все перемешалось. Люди стали забывать свои корни.

Особенно те, которые живут в крупных городах.

И они продолжили свой путь, держась следом за машиной Раджи.

Раджа вынужден был потратить на выбор и покупку подарков для невесты и ее родни несколько больше времени, чем рассчитывал. Сам он управился бы и за полчаса. Но его дядя с возрастом стал страшным занудой и педантом. То ему не нравилось качество вышивки. То шелк был не того качества. То длина сари оказывалась больше на полметра, чем это было кастой предписано носить невесте. Или украшение казалось ему слишком вульгарным или дешевым. То камень в подвеске с изъяном, то просто не того оттенка и не того производителя.

Вконец измученный дядей. Раджа уже начал подумывать, что зря он затеял эту волокиту со свадьбой.

И его невеста вполне бы обошлась одними подарками своих родных. Но вдруг дядя произнес волшебную фразу:

— Ну, вот. Вроде бы и все!

Раджа воспрянул духом. Они повернули к дому, и тут дьявол дернул Раджу за язык.

— Завтра праздник Холи, — задумчиво сказал он. — Ребенком я всегда любил его. Мы с братьями очень весело проводили этот день. Давно я его не праздновал.

Дядя остановился и хлопнул себя по лбу. Сначала Раджа понадеялся, что дядю просто укусило насекомое.

Но его надежда не оправдалась.

— Праздник! — воскликнул дядя. — Как я мог забыть! Нужно купить красок.

Раджа простонал в душе. И хотя он очень любил этот весенний праздник, когда все соседи и друзья, да и просто прохожие обливают друг друга водой и обрызгивают разноцветными красками, символизируя тем самым начало весны и расцвет природы, он дорого бы дал, чтобы этого праздника вовсе не было. С покупками необходимого количества красок было покончено задолго до того, как солнце встало в зенит.

И вот теперь, оставив дядю и своего будущего тестя, господина Ракеша, наслаждаться торгом. Раджа и Бугай могли наконец отправиться по своим делам. Ни один из них не подозревал о слежке, которую вели за ними две подруги и их новый приятель. А Мариша и Инна, убедившись, что машина Раджи отъехала, рискнули подняться с пола.

— Насколько я понял, вы не хотите, чтобы ваши знакомые знали о вас? — спросил у девушек Влад. — Кто они?

— Мой муж, — соврала Мариша.

— И мой тоже, — не осталась в долгу Инна. — Хотим посмотреть, чем это они занимаются в наше отсутствие.

Влад покачал головой, но промолчал. А машина Раджи тем временем миновала городскую черту и выехала на сельские просторы. Сначала все шло хорошо. Но где-то через час Бугай свернул с шоссе на второстепенную дорогу и покатил по ней. С каждым километром количество автомобилей на дороге сокращалось. Владу пришлось немного отстать, чтобы Раджа их не заметил.

— Вы не знаете, далеко ваши приятели собрались? — спросил он у подруг. — А то у меня бензина не так уж много осталось.

— Понятия не имею, куда они едут, — сказала Мариша. — Ты что, забыл? Мы же сами за ними следим.

— Ну, я просто подумал, вдруг вы знаете, — пожал плечами Влад.

Они проехали еще сотню километров. Местность, несмотря на относительную близость столицы, стала совсем уж запущенная. Вокруг были самые настоящие и, на взгляд подруг, страшно дикие джунгли. А на горизонте вырисовывались синие контуры горной гряды, скрытой в белых облаках.

Дорога опустела окончательно. Владу пришлось увеличить расстояние между ними и машиной Раджи еще на несколько сотен метров. И теперь машина Раджи выглядела почти игрушечной. Сначала видимой — и вдруг пропала из виду.

— Куда? Где? — заволновалась Мариша, высовываясь из окна. — Куда они делись?

— Могли свернуть, а могли и просто остановиться у обочины, чтобы посмотреть, кто так преданно за ними следует от самого города, — сказал Влад.

— Как гаишники в засаде, — догадалась Мариша.

— Вы вот что, ложитесь снова на пол. Так они вас не заметят, — предложил подругам Влад.

— Нет, лучше тебе остановить машину и переждать, — возразила Инна.

— Это только вызовет лишнее подозрение с их стороны.

— Влад прав, — встала на сторону шофера Мариша. — Ложимся.

И подруги снова опустились на пол. Но вскоре выяснилось, что эта мера предосторожности на сей раз оказалась лишней. Никто их не поджидал возле обочины дороги. А через километр Влад обнаружил, что от шоссе ответвляется пыльная проселочная дорога. И в пыли четко отпечатались свежие следы шин.

— Тут они и свернули, — сказал Влад. — Поедем за ними или как?

— Что значит «или как»? — удивилась Инна. — Конечно, поедем.

— Дело ваше, — пробормотала Влад. — Только мне эта история не нравится.

— Работа и не должна нравиться, — заверила его Мариша. — Это нормально.

Влад вздохнул. Но он уже понял, что с Маришей не очень-то поспоришь. И они поехали по проселочной дороге, поднимая за собой клубы пыли. Дикие джунгли закончились. А далеко впереди на дороге просматривалось еще одно пылевое облако. Это двигалась машина Раджи.

Наконец через четверть часа, когда подруги покрылись равномерным слоем желтовато-серой пыли, несмотря на то, что все окна в машине были плотно закрыты, впереди среди деревьев нарисовалось какое-то строение. Подъехав ближе, подруги увидели, что это даже не одно строение, а целая группа деревянных сарайчиков и хижин с глиняными стенами и соломенной кровлей.

— Похоже на какую-то деревню, — сказал Влад.

Машину свою он предусмотрительно оставил за пару сотен метров за маленьким индуистским храмом.

Подруги тоже вперед не лезли и наблюдали за Раджой из высоких кустов, которых возле деревни было высажено великое множество. На их ветках порхало множество птиц, которые пели на разные голоса и занимались своими делами, совсем не обращая внимания на трех друзей.

— Если это деревня, то где ее жители? — спросила Инна.

Жителей и в самом деле в деревне было негусто. То есть их попросту не было. Хотя перед хижинами дымились костры, так что люди тут, по всей видимости, все-таки были. Из живых подругам удалось разглядеть одного мужчину, занимающегося тем, что меланхолично помешивал в огромном котле какое-то варево.

— В прятки все остальные играют, что ли? — предположила Мариша.

Но уже через несколько минут все стало ясно. Из длинного деревянного барака, стоящего несколько на отшибе, вышла толпа народу. Все они направились к мужчине у котла. Тот оживился, вскочил со своего места.

Достал внушительных размеров поварешку и начал раскладывать на тарелки из листьев горки чего-то белого.

Должно быть, риса. К рису он добавлял порцию какого-то пестрого варева из второго котла, стоящего прямо на земле.

— Обед! — догадались подруги.

Они еще немного полюбовались на обедающих. Люди ловко загребали еду из тарелок прямо пальцами правой руки. Иногда они помогали себе палочкой. Ели одни мужчины. Ни женщин, ни детей подруги в густой толпе не увидели.

— Это хариджане, — сказал им Влад. — Неприкасаемые.

— Откуда ты знаешь? — удивились подруги. — У них что, на лбу написано?

— Написано, но не на лбу, — сказал Влад. — Просто я вижу. Вот вы, русские, наверняка тоже можете сказать, кто из прохожих ваш соотечественник, а кто приехал из другой страны. Так и я.

— Понятно, — сказала Инна, которой ровным счетом ничего не было понятно. — Ну и что эти хариджане?

Почему они неприкасаемые?

— Потому что они всегда занимаются самой грязной работой. Выносят мусор, забирают дохлых животных, выделывают шкуры. За свою работу обычно получают гроши.

— И все эти люди неприкасаемые? — удивилась Мариша.

— Вообще-то нет, — сказал Раджа. — Вон видите, в стороне сидят несколько человек. Это люди из более высокой касты. Они ремесленники. Еще несколько десятков лет назад они бы и помыслить не могли о том, чтобы обедать рядом с хариджанами. А теперь едят свой рис и помалкивают. Но все равно видно, что они бы с удовольствием избежали такого соседства. Вон как стараются отделиться. Даже сели отдельно от остальных.

— Странное общество, — сказала Мариша. — Но пока они обедают, как бы нам пробраться в тот барак и посмотреть, чем они тут занимаются.

— Это нетрудно, — сказал Влад. — Нужно только обойти его кругом. Время у нас есть. Они еще долго будут обедать. Но только зачем вам это нужно? Вы ведь следите за своими мужьями или как?

— Ну, ясное дело, — подтвердила Инна. — Но должны же мы знать, куда они ездят.

— А По-моему, вы мне врете, — сказал Влад. — Эти парни — никакие они вам не мужья. И я никуда с места не двинусь, пока вы мне не расскажете правды.

— Ну и не двигайся, — сказала Мариша. — Без тебя обойдемся.

— А я еще и тревогу подниму, — ответил Влад. — Вы уйдете, а я выйду из кустов и начну расспрашивать, не видел ли кто моих двух пассажирок.

— Ладно, черт с тобой, — буркнула Инна. — Мариша, давай ему все расскажем?

Все начистоту подруги Владу, ясное дело, не выложили. Сообщили лишь о том, что Раджа соучастник убийства и что им нужно следить за каждым его шагом.

Асами они работники российской милиции, которые не поленились и прилетели за Раджой в Индию. Неизвестно, поверил Влад девушкам или нет. Но помочь согласился. Правда, лишь после того, как они увеличили ему дневную плату ровно в два раза.

— Ты кровопийца и подлый вымогатель! — ругалась на него Инна, когда они пробирались в обход странной деревни, чтобы попасть в барак. — Ты сам-то из какой касты будешь?

— Вайшьи — торговцы, — сказал Влад. — А что?

— Ничего, просто чувствуется деловая хватка, воспитанная многими поколениями, — похвалила его Мариша.

Влад ничего не успел ответить, потому что они уже пришли. Прямо перед ними выросла сплошная стена барака. Лишь высоко под самой кровлей были прорезаны в ней крохотные окошки. К счастью, высота барака не превышала двух с половиной метров. Поэтому Инна, вставшая на плечи Мариши, отлично могла увидеть все, что творилось внутри.

— Хватит уже любоваться, ну что там? — нетерпеливо спросила у Инны подруга.

— Ничего не понимаю, — сказала Инна. — Спустите-ка меня обратно.

С помощью Влада Инна оказалась снова на твердой земле.

— Сейчас в бараке нет ни единой живой души, — принялась рассказывать Инна. — Во всяком случае в том отделении, которое видела я. Похоже, что там швейный цех по пошиву изделий из кожи. Я видела, что повсюду лежат обрезки кожи и раскроенные детали.

— Что они там шьют? — спросила Мариша.

— Не поняла, — пожала плечами Инна. — Давайте посмотрим, что в других отсеках.

Она задрала вверх голову и принялась отсчитывать окошки.

— Так, два окна влево, — вслух размышляла она. — Порядок, вон то окошко и будет нам в самый раз.

И она указала на третье от них окошко. Процедура повторилась. С той лишь разницей, что на этот раз Мариша попыталась влезть на Влада. Тот хотя и пошатывался под ее весом, но на ногах держался.

— Там кожевенный цех, — сказала Мариша. — Шкуры валяются, и запах убийственный.

— Чьи шкуры?

— Вроде бы коров или антилоп. Точно не поняла.

Я же не специалист.

— Вряд ли коров, — усомнился Влад. — А вот антилопьи шкуры вполне могут быть. Их легко настрелять на юге страны.

Мариша с готовностью кивнула. Но Инна, которая хорошо знала подругу, видела, что ту что-то тревожит.

— А вот в той половине у них склад готовой продукции, — сказал Влад, показывая на противоположную часть барака.

— Почему ты так считаешь? — удивилась Мариша.

— Под ноги смотреть надо. Когда мы огибали барак, я обратил внимание, что там в торце находятся ворота для машин. И трава перед ними выбита, словно по ней часто ездят. Из той части они товар и получают.

И все трое направились в указанном Владом направлении.

— Кто полезет? — спросил парень у девушек.

— Теперь моя очередь, — вызвалась Инна.

У Влада помимо воли вырвался вздох облегчения.

Он радостно подставил свои плечи легкой и регулярно сидящей на диете Инне и поднял ее к окошку. Инна лишь на мгновение глянула туда и вдруг стремительно отпрянула. Скатившись на землю, она торопливо вскочила на ноги и заковыляли прочь от барака к ближайшим деревьям, до которых, к счастью, было всего несколько шагов.

— Скорее идите сюда, — позвала она за собой друзей. — Там Раджа!

— Он тебя видел? — заторопилась за ней следом Мариша.

Н о ответ на этот вопрос пришел сам. Едва девушки и Влад успели скрыться за деревьями, как из-за угла здания выскочил Раджа собственной персоной. Следом за ним мчался перепуганный Паша и умолял сказать, какого черта он всполошился.

— Призрак увидел? — спросил он у Раджи, который уже остановился и растерянно оглядывался по сторонам.

Подруги стояли за мохнатым стволом какой-то пальмы и отчетливо слышали каждое слово из разговора бандитов.

— Можно сказать, что и призрак, — растерянно ответил Раджа. — Помнишь девчонок, что ты приволок на моих проводах из-за соседнего столика?

— Ну, Инна и Маришка, — кивнул Паша. — Тебе еще Инна потом всю дорогу в самолете мерещилась.

— И вот опять! — с отчаянием сказал Раджа. — Буквально минуту назад почудилось, что я ее вижу.

— Ты же не спал, — удивился Паша.

— А она мне уже и наяву мерещится, — объяснил ему Раджа. — Я поднял голову и вдруг вижу ее прямо под потолком. Не всю, а только лицо. Я сначала решил, что она тут, снаружи, за мной наблюдает, но ведь нет никого.

И он растерянно обвел рукой вокруг себя.

— Ничего, бывает, — утешил его Бугай. — Накануне свадьбы и не такое мерещиться начнет.

— Слушай, а вдруг это мне предостережение, чтобы я не женился на Камале? — спросил у друга Раджа.

— Вряд ли, — помотал головой Бугай. — Хотя этих баб фиг поймешь. Я вот так и не могу ни одну понять.

Потому и не женюсь. Но тебе ведь для дела нужно, так что не обращай внимания. Ну, мерещится и пусть себе мерещится. Какой тебе с этого вред, если вдуматься?

И, обняв друга за плечи, он увел его прочь. Убедившись, что они ушли, подруги тоже осторожно принялись отступать к тому месту, где Влад оставил машину.

Вторично заглянуть в окошко им уже не слишком хотелось.

— Теперь план такой, — сказала Мариша, когда они добрались до машины. — Сидим тут в засаде. Когда Раджа проезжает мимо нас, следуем за ним. Дорога к шоссе тут одна. Никуда ему не деться. Инна, а что ты видела на складе?

— Тюки какие-то, — пожала плечами та. — И коробки, перевязанные веревками. Нам бы хорошо пробраться туда ночью и расковырять один из них.

— И думать об этом забудьте, — вознегодовал Влад. — Эти рабочие, они живут тут круглые сутки. Видели хижины, что вокруг барака налеплены? Вот рабочие в них и живут. Вам не пробраться через поселок к складу незамеченными. К тому же на дверях склада висит кодовый замок. Его вы точно не одолеете. Разве что динамитом.

Но это опять же привлекать к себе внимание.

— Можно разобрать у барака часть задней стены, — заикнулась было Мариша, но под взглядами друзей быстро замолчала.

И все трое остались сидеть в засаде в ожидании машины Раджи. Тот не заставил себя долго ждать. Должно быть, у него на сегодня было намечено еще много дел.

Потому что гнал он вовсю. Пропустив вперед чужую машину, Влад тронулся с места. До шоссе он доехал вполне благополучно. А дальше машина Влада неожиданно чихнула и остановилась.

— В чем дело? — встревожились подруги. — Почему стоим? Уйдет ведь.

Влад молча вылез из салона и полез под Капот, ковыряться в металлических кишочках своего такси. Копался он долго. Подруги успели обрушить на его голову все мыслимые проклятия и даже придумали парочку совершенно новых. Специально для него.

— Ах ты, черт! — неожиданно воскликнул Влад, вытирая руки ветошью и распрямляясь.

Подруги, которые уже успели смириться с мыслью, что слежка за Раджой позорно провалилась, очнулись от дремоты.

— Что там? — спросила Мариша.

— Бензин кончился, — ответил Влад. — Я и не заметил, что бак почти пустой. Счетчик у меня второй месяц барахлит.

— Так ты столько времени возился с машиной, чтобы понять, что у тебя всего-навсего кончился бензин? — не веря своим ушам, переспросила Мариша. — Инна, держи меня. Я, кажется, сейчас придушу этого водителя голыми руками.

— Не надо! — испугался Влад и убежал вперед.

Там он встал на якорь и принялся караулить какую-нибудь механическую повозку, чтобы стрельнуть немного бензина. Примерно через полчаса появился трактор.

Влад остановил его. Выслушав шофера, водитель трактора и в самом деле выдал ему пластиковую бутылку с какой-то мутной жидкостью. Влад быстро залил ее в бензобак, вернул трактористу пустую бутылку вместе с деньгами за горючее.

— Ни за что не поедете — сказала Мариша. — Ты солярку, что ли, залил?

— А пес его знает, что это было, — пожал плечами Влад. — Воняло страшно.

К удивлению Мариши, машина все же с места тронулась и даже поехала, набирая скорость. Воняла она при этом и в самом деле безбожно. Да и синий дым, который стелился за ней, комфорта не добавлял. Но до города компания добралась. Правда, на улицах уже загорелись фонари.

— На сегодня все! — решительно сказала Инна, когда Влад высадил их возле отеля. — Ты поезжай домой, а мы с подругой оставшееся время посвятим тому, чтобы сохранить хотя бы часть нашей обгоревшей на солнце кожи.

Подруги поднялись к себе в номер. Внизу им еще пришлось выдержать схватку с портье, который долго не хотел давать им ключ. Все-таки поднявшись к себе в номер, подруги глянули в зеркало и поняли, что портье винить нельзя. Они сами себя едва узнавали. В зеркале отражались две красные раздувшиеся рожи, похожие на два гигантских томата.

Предусмотрительная Инна захватила с собой лосьон и крем от солнечных ожогов. Правда, их полагалось наносить перед тем, как выйти на солнце, но подруги намазались ими сейчас и принялись ждать эффекта. Попутно они позвонили Тане, но ее снова не было дома.

Потом подруги набрали телефон Коли, и здесь им улыбнулась удача. Трубку снял Коля.

— Девчонки! — радостно завопил он в трубку. — Как вы там?

— Что ты имеешь в виду? — сварливо спросила Инна. — Наше здоровье? Нас едва не закусали местные комары, и еще мы заживо сгорели на солнце.

Тут трубку у нее вырвала Мариша.

— Зато мы нашли Раджу и сегодня весь день потратили на слежку за ним, — отчиталась она. — Судя по всему, у него под Дели имеется не вполне законное предприятие, где он обрабатывает шкуры диких животных и шьет из них изделия на продажу. Производство поставлено на широкую ногу. Но, к сожалению, это пока и все.

Насчет Игоря мы ничего не выяснили.

— И не надо! — закричал издалека Коля.

— Как не надо? — удивилась Мариша. — И не ори ты так. Оглушил совсем. Говори нормально, тут слышимость очень хорошая. Почему не надо?

— Так я и пытаюсь вам объяснить. Нашелся свидетель, верней, свидетельница, которая вспомнила, что видела, как Бурцев тащил на себе своего то ли пьяного, то ли больного приятеля Игоря, а потом она слышала, как Бурцев покидал квартиру и захлопнул за собой дверь. И было это в пять часов утра и десять минут. Так что, судя по времени смерти Игоря, Бугай никак не мог быть его убийцей. Разве что он потом еще раз вернулся и прикончил Игоря. Но это маловероятно.

— А свидетельница не врет? — спросила Мариша. — Или, может быть, она сама путает время?

— Нет, я все проверил. Ее дочь и зять тоже указали это же время. Дело в том, что свидетельница должна была работать в ночную смену на «Парнасе» и вернуться домой собиралась только часов в десять утра. Но во время смены женщине внезапно стало плохо. И бригадир отпустил ее домой пораньше, не дожидаясь девяти часов утра, то есть окончания смены. А так как добраться до дома в такой ранний час на общественном транспорте она не смогла бы, то он дал ей шофера, который и довез женщину до дома. Он тоже указал время, когда они прибыли на место. Пять с минутами.

— А что говорит Лена на этот счет? — убитым голосом спросила Мариша. — Выходит, она Игоря видела еще живым?

— Ваша подруга уверяет, что от долгого ожидания и тревоги у нее помутилось в голове. И что она ушла бродить по городу и Игоря той ночью в глаза не видела. Но честно вам скажу, ее версия выглядит неубедительной.

Мариша передала содержание своего разговора Инне.

— И что же. Раджа и Паша невиновны в убийстве Игоря? — протянула та. — А зачем мы тащились за ними на край света? Нас чуть не до смерти искусали какие-то летучие твари, мы обгорели на солнце и истратили кучу денег. А Бугай даже и не убивал Игоря?!

Инна всерьез обиделась.

— Как бы то ни было, пока я не засажу Раджу за решетку, домой не вернусь, — наконец сказала Инна после пятиминутного размышления. — Зря мы, что ли, всю эту кашу заварили?

Мариша не успела ничего ответить, потому что зазвонил телефон и в трубке раздался радостный Танин голос.

— Подружки, где вы пропадаете? Насилу вас нашла! — сообщила она. — Целое утро все гостиницы подряд обзваниваю, пытаясь узнать, где вы остановились.

Нашла, звоню, а вас нет. Где вы болтаетесь?

— А ты где? — спросила Мариша.

— Как где? Дома, — удивилась Таня.

— Мы тебе тоже звонили и утром, и сейчас, — сказала Мариша. — А тебя дома нет. Там какой-то дедушка подходит, но по-русски он что-то не очень…

— Так это вы звонили только что! — обрадовалась Таня. — А я на минутку в туалет отлучилась, и звонок.

Дед вам говорил, чтобы вы подождали. Вы что же, его бенгальский не поняли?

Мариша не стала выяснять, как это они могли понять дедулю с его бенгальским, если учили в школе и институте только немецкий и английский.

— У нас к тебе дело, — сказала Мариша. — Очень важное. Нужно встретиться.

— С радостью! — воскликнула Таня. — Завтра я к вам приеду, прямо к отелю. Часам к восьми вас устроит?

Потом мы вместе заедем к Амишке в больницу.

— Кто это Мишка? — вяло поинтересовалась Мариша.

— Не Мишка, а Амиш. Но вообще-то я его тоже Мишкой зову. Мой сын, второй, — пояснила ей Таня. — У него какая-то желудочная инфекция обнаружилась.

Думали, что дома отлежится, но два дня температура под сорок продержалась, и ничем ее не собьешь. Пришлось в больницу везти. Его там сразу в реанимацию определили и сказали, чтобы мы неотлучно сидели при нем, так как в любой момент умереть может и тогда оформлять бумаги нужно будет. Вот мы и сидели. Я поэтому вас и встретить не смогла. Но теперь с ним все в порядке. Из реанимации вчера вечером перевели в общую палату. Я сразу домой поехала и вас разыскивать начала. Вы не в обиде, что я вас не встретила, хоть и обещала?

— Конечно, нет! — возмутилась Мариша. — У тебя ребенок чуть не умер, а мы должны на тебя обижаться.

Да за кого ты нас принимаешь?

— Ну, с детьми всегда так. Не одно, так другое, — беззаботно сказала Таня. — Если из-за всего переживать, так седой станешь.

— А у тебя их много? — осторожно спросила Мариша. — Я имею в виду детей?

— Шестеро, — весело откликнулась Таня. — Может быть, и больше. Я уже со счета сбилась. Нет, точно шестеро. Пятеро мальчишек и девочка Индия.

— Ага, понятно, — только и смогла выдавить из себя Мариша в ответ на полученную информацию. — Понятно.

— Ну, мне пора, — внезапно заторопилась Таня. — Еще ужин готовить нужно. Свекровь сегодня на рынок поехала, ужина в доме еще нет.

— Значит, завтра мы тебя ждем в восемь в холле отеля? — уточнила Мариша.

— Да, обязательно буду.

И на этом разговор прервался. Подруги попадали в кровати без сил и, стараясь поменьше тревожить обгоревшие участки кожи, заснули.

Утром они чувствовали себя значительно лучше.

Они встали, умылись, намазались солнечным фильтром и спустились вниз. Самое время было появиться Тане.

Но Тани в холле отеля не было ни в восемь, ни в четверть девятого. В половине девятого Мариша начала всерьез закипать.

— Что у нее опять случилось? И почему она нас даже не предупредила? Даже и не знаю, можно ли доверить спасение Камалы такой безответственной особе!

— Подождем еще немного, — предложила Инна. — Может быть, с кем-нибудь из ее детей снова беда.

— Ты как хочешь, а я пошла на улицу! — сказала Мариша. — Сил никаких нет ее ждать. В конце концов, Танькин адрес у нас есть. Поехали прямо к ней. И если она спит, а все дети здоровы, то начистим ей физиономию.

И подруги вышли на улицу. Первое, что им бросилось в глаза, был небольшой, побитый жизнью и временем джип с брезентовым верхом. Возле джипа уже собралась шумная толпа, из которой слышались возбужденные крики.

— Там кого-то убивают! — испугалась Инна и несколько не к месту прибавила:

— Пошли взглянем?

Растолкав не слишком высоких граждан, подруги приблизились к джипу почти вплотную. И тут им стала ясна причина оживления вокруг отеля. Маленький заляпанный всеми цветами радуги джип врезался своим передом в блестящую длинную черную машину, которая, как уже было известно подругам, являлась собственностью их отеля.

— Бедняга шофер, — сказала Инна. — Тяжело ему придется. Машина, которую он торпедировал, явно не из дешевых.

— Впервые встречаю такую модель, — задумчиво сказала Мариша в ответ. — Где такие делают?

— Здесь и делают, — подсказал им незаметно подкравшийся сзади Влад. — В Индии. А вы чего тут стоите?

— Разве ты еще с нами? — притворно удивилась Мариша. — Мне вчера показалось, что ты испугался и больше не придешь.

— Вот еще! — фыркнул Влад. — И потом, это же вчера было. Сегодня вы будете вести себя нормально.

Подруги многозначительно усмехнулись. К счастью для Влада, он их усмешек не заметил, а то бы надолго лишился своего благодушного настроения. И подруги направились следом за Владом к его машине. По пути Мариша мельком глянула на горемыку водителя в цветастой рубашке и когда-то бывших белыми, а теперь ставших почему-то пестрыми штанах. Он ее заинтересовал. Она взглянула еще. Затем, не удовлетворившись результатом, подобралась поближе, растолкав нескольких полицейских и нескольких гостиничных служащих.

— Сан-Джай? — спросила она у попавшего в переплет водителя.

Тот встрепенулся и удивленно посмотрел на нее.

— Мариша! — обрадовался он. — Это ты! Как я рад!

А то Таня велела мне вас встретить, а я, вот видишь…

— Вижу, — грустно кивнула Мариша. — Врезался.

— Прямо не представляю, как у меня это получилось, — пожаловался ей Танин муж. — Не иначе, день сегодня у меня несчастливый. Вы меня подождете? А то если я приеду без вас, Таня с меня шкуру спустит из-за аварии.

— А если с нами?

— Тогда она отвлечется на вас и про меня и разбитую машину забудет на какое-то время, — сказал Сан-Джай.

Подруги улыбнулись и отошли в тень, дожидаться, когда Сан-Джай найдет с полицией и служащими отеля общий язык. На это ушло меньше времени, чем они рассчитывали. Сан-Джай подписал какие-то бумаги, и все мирно разошлись. Лишь побитый джип Сан-Джая остался стоять на месте, напоминая о недавнем происшествии.

— Не представляю, как я теперь доставлю вас к нам в гости, — озабоченно сказал Сан-Джай.

— Это не проблема, — ответила Мариша. — У нас есть машина. Мы все отлично уместимся.

— И я могу подкинуть твою тачку до мастерской, — предложил Влад. — Трос у тебя есть?

Сан-Джай рассыпался в благодарностях. И рассыпался в них еще долго. Примерно через полчаса у Мариши окончательно лопнуло терпение, и она велела Сан-Джаю со своей благодарностью заткнуться сейчас же и навсегда. А иначе она сама ему рот заткнет.

— И чтобы больше ни одного слова благодарности я от тебя не слышала, — предупредила она его. — Даже если я спасу тебе жизнь. Твой лимит исчерпан на долгие годы вперед. Лучше скажи, что это у тебя машина была вся такая пестрая? Это такая мода в вашей местности?

— Пестрая? — удивился Сан-Джай. — Ничего она не пестрая.

— Как же не пестрая, если вся размалеванная, — настаивала Мариша. — Вот и рубашка, и штаны у тебя все в краске.

— Это дети играли! — махнул рукой Сан-Джай. — Ничего, отмоется.

За приятной беседой подруги не заметили, как проехали весь путь до Таниного городка. Собственно говоря, городком он мог быть назван весьма приблизительно. Дома тут были преимущественно одноэтажные, сложенные из плоского камня, а которые победней, те вылеплены прямо из глины. Влад остановил свою машину на деревенской площади. Иначе было нельзя, потому что улочки тут были до того узки, что машина бы по ним никак не проехала.

Да и улочек-то в понимании европейца не было никаких. Дома строились хаотично, поэтому иногда вся улочка состояла из пары домишек, а следующая начиналась откуда-то от ворот дома. Из-за всего этого получалось множество поворотов и тупиков, где никак не развернешься на машине. Но перед всеми домами обязательно росли бананы и кокосовые пальмы.

Вся компания выгрузилась из машины на площади.

И тут Мариша удивленно воскликнула:

— Ой, что это там?

Она указывала рукой на противоположный конец площади, откуда по направлению к ним двигалось облако пыли. Когда пыль немного рассеялась, Мариша с Инной с удивлением увидели толпу детишек и подростков, которые весело брызгались друг на друга водой и цветными красками. Они явно помешались от жары.

И тут подруги увидели Таню, которая приближалась с другой стороны площади. Она выступала с величественным видом всеми признанной королевы здешних мест. Хотя лицо и одежда у Тани тоже были испещрены пятнами краски, но все равно она выглядела правящей императрицей. Это впечатление поддерживала толпа аборигенов, следовавших за ней на почтительном расстоянии. Многие тоже были перепачканы краской, но вели себя мирно и с одобрением поглядывали на Таню или скромно трогали ее одежду.

Величия Таньке добиться было просто. Еще бы, рослая Таня оказалась выше на две головы самого высокого мужчины в поселке. Вдобавок еще ее светлые волосы выгорели под палящим южным солнцем добела, а кожу покрывал лишь легкий светло-золотистый загар. Хотя все тут были похожи на обгоревшие деревяшки. Одежда ее тоже впечатляла — нечто воздушное, оттенка светлой бирюзы, то есть под пятнами розовой, желтой и других красок скрывалась именно такая ткань.

— Танька! — ахнула Мариша. — Ну ты и классно выглядишь!

Таня подняла руку и издали помахала подругам. Она подошла к ним поближе, оставив своих поклонников на некотором расстоянии, и заговорила. Впечатление царственности почти рассеялось, потому что царица с визгом бросилась душить подруг в объятиях.

— Как я рада! — вопила она. — Соскучилась ужасно.

Вы просто не представляете, как мне тут тоскливо.

Но, несмотря на свои жалобы, выглядела она отлично. И глаза у нее весело блестели. Затем она обратилась к Сан-Джаю, должно быть, спрашивая, где их джип.

— Оставил в городе, — ответил муж. — Там двигатель барахлит. Пусть, думаю, посмотрят.

Таня пожала плечами и снова перешла на русский, пригласив подруг в дом. Сан-Джай с видимым облегчением поспешил вперед, показывая дорогу. Жили они в большом одноэтажном каменном доме вместе с родителями Сан-Джая. В этом же доме жили два его неженатых брата и три женатых брата со своими женами и детьми.

Вместе с детьми Тани и Сан-Джая детишек тут набралось столько, что, по мнению Мариши, впору было открывать частный детский садик.

Вдобавок все дети были перепачканы разноцветными пятнами краски. И даже корова, выглядывающая из сарая, тоже была вся покрыта цветной коростой, а рога были откровенно красными. Дети носились по всему дому, время от времени брызгая на взрослых водой. По такой жаре это было даже приятно, но когда вместо воды они стали поливать родителей из водяных пистолетиков не просто водой, а растворенными в воде красками, Мариша взбунтовалась.

— Нельзя позволять детям садиться себе на голову! — заявила она. — Посмотрите, они все вокруг заляпали.

— Это праздник! — безмятежно заявил Сан-Джай. — Праздник весны! Завтра они все сами и отмоют.

После его слов дети чуть попритихли. Появилась возможность поговорить и осмотреть дом. Даже для такого просторного строения народу в нем жило многовато. Так что уединенных уголков почти не было и спрятать Камалу было решительно негде.

Танина свекровь оказалась милой сухонькой старушкой, которая была всецело погружена в свои переживания и мало на что обращала внимание. Свекор и вовсе походил на сморщенную печеную картофелину.

И цветом, и размером. Вдобавок он здорово выпивал, а порой, по словам Тани, и вовсе пил беспробудно, но в целом тоже оказался старичком тихим и мирным. Напившись, не скандалил и спалить дом не пытался. Всех внуков и внучек он явно любил и позволял им вытворять с собой что угодно.

Старенькая мать Сан-Джая принялась накрывать на стол, и вскоре был подан обед, состоящий из неизменного риса с овощной подливкой. Он был дополнен пирожками с перцем и салом. А также жареными пирожками с домашним сыром. Кроме того, подали плавающую в желтом соусе курицу, фаршированную травами. На десерт подали зеленый чай и какие-то вареные в меду шарики из теста.

После обеда подруги приступили к подготовке почвы.

— Поселить у нас в доме незамужнюю девушку? — ужаснулась Таня. — Вы вконец рехнулись! Что мы скажем соседям? Они же захотят знать, откуда она у нас взялась?

— Скажите, что это одна из невест для младших братьев Сан-Джая, — предложила Мариша.

— Или для одного из старших сыновей старших братьев Сан-Джая, — предложила Инна.

— И то и другое полностью исключается! — возмутилась Таня. — Так невесты в доме не появляются. До свадьбы они никогда не переступают порога дома жениха. Это считается дурным тоном. Признаком легкомыслия и даже непорядочности.

— Ну, хорошо. Тогда скажем, что это наша подруга из Калькутты, — предложила Мариша. — Скажем, что она перенесла тяжелую болезнь и врачи посоветовали ей сменить климат и пожить за городом.

Инне с Маришей пришлось хорошенько нажать на Таню, после чего она согласилась принять неизвестную подругу в свой дом.

— Не знаю только, что скажут свекор и мой муж, — вздохнула она.

— Свекор точно ничего не скажет, только нужно купить ему ящик водки. И он забудет обо всем на свете, — сказала Мариша. — Это я беру на себя. А насчет Сан-Джая?.. Так с ним еще проще! Если он вдруг начнет возражать, сразу же спроси у него, что же все-таки случилось с джипом. Ручаюсь, он тут же разрешит тебе поселить в доме кого твоей душеньке угодно.

Уладив этот вопрос, подруги нашли Влада мирно дремлющим под пальмой. Прямо на его груди сидела маленькая ручная обезьянка и задумчиво жевала банан, аккуратно очищая его от желтой шкурки. Подруги разбудили Влада и сообщили ему, что они возвращаются обратно в Дели.

В Дели они первым делом направились к дому Камалы. Но не успели подруги позвонить в ворота, как услышали громкие крики и звон чего-то падающего и бьющегося. Затем ворота распахнулись, и на улицу вылетел Раджа. Подруги испуганно отпрянули, но парень был не в том состоянии, чтобы замечать что-либо вокруг.

Он немного посидел на земле, приходя в себя, и снова кинулся обратно в дом.

Через несколько секунд из ворот вылетело еще одно тело. На этот раз пострадавшим оказался Пиллай.

Дело явно принимало интересный оборот. Подруги укрылись за воротами и стали ждать. Некоторое время ничего не происходило. И подруги отважились заглянуть внутрь.

Во дворе прямо на земле шла драка. Пиллай дрался с Раджой. Вокруг них собралась полукругом домашняя челядь и громкими криками подбадривала дерущихся.

Никто не делал ни малейшей попытки разнять противников. Напротив, все были очень довольны и оживлены.

Подруги с удивлением заметили в толпе господина Ракеша. И хотя у него на лице читалось некоторое замешательство, но битву он и не думал останавливать.

И постепенно драка угасла сама. Раджа захватил коварным приемом шею Пиллая и не отпускал его до тех пор, пока тот не начал синеть. Болельщики разразились приветственными криками. Господин Ракеш обнял Раджу и повел его в дом. Слуги подняли с земли Пиллая, поставили его на ноги и отряхнули с него пыль. Но в дом Пиллай идти не пожелал. Резко вырвавшись из заботливых рук, он быстрым шагом направился в сад.

— Должно быть, у них с сестрой традиция ходить плакать в сад, — сказала Мариша.

Выждав, пока челядь уберется со двора, подруги осторожно проскользнули следом за Пиллаем. Он сидел на уже известной им полянке возле водоема и яростно грыз тоненький прутик. Рыдать он не рыдал, но весь трясся от злости.

— Ой! — подскочил он на месте от испуга, когда подруги подошли к нему. — Откуда вы тут? Я вас не заметил.

— Конечно, после такой драки в глазах вообще темно, — согласилась с ним Инна. — Как тебя угораздило подраться с Раджой?

— Это традиция, — хмуро пояснил Пиллай.

— Странная традиция, — заметила Мариша. — Лично я сразу же после того, как мне сестра мужа вцепилась бы в морду, мигом порвала бы со своим женихом. Пусть ему будет хуже. Ты тоже на это надеялся?

— Мы немного увлеклись. Вот и все, — ответил Пиллай. — Просто зашел разговор, что раньше женихи являлись в дом невесты с оружием и брали своих невест силой. А мужская родня невест вставала на их защиту, и случались настоящие битвы. Вот мы и поспорили, что Радже не удалось бы завладеть Камалой, если бы это зависело от меня.

— Почему от тебя?

— Я ближайший родственник Камалы, — пояснил Пиллай. — Не отцу же с Раджой драться? В общем, слово за слово, мы решили выяснить, кто из нас сильней.

И что бы получилось, вздумай Раджа умыкнуть Камалу силой. И как видите, спор не в мою пользу. Никогда бы не подумал, что так кончится. Раджа выглядит настоящим дохляком.

В этот момент в саду появилась Камала. Она явно искала брата. Увидев его и подруг, она почти бегом бросилась к ним.

— Тебя зовет отец! — сказала она Пиллаю.

Тот поднялся и направился к дому — Это ужасно! — прорыдала Камала, когда он исчез за деревьями. — Свадьба через два дня. Что мне делать?

Вы же обещали, что спасете меня от Раджи?

— Обещали, — кивнула Инна. — И от своих слов не отказываемся. Мы уже нашли для тебя надежное место.

Можем хоть сейчас отвезти тебя туда. Вещи у тебя собраны?

— Лучше ночью, — сказала Камала. — Сейчас слуги могут увидеть.

Подруги уговорились встретиться ровно в полночь у ворот дома и распрощались с Камалой. Благополучно разминувшись с Раджой, они уселись в машину Влада, который отвез подруг в гостиницу.

— Ночью ты нам понадобишься, — предупредила его Мариша. — Будем похищать невесту При этих словах Влад посерел.

— Не бойся, невеста и сама согласна, — утешила его Мариша. — Так что никакого криминала не будет.

— Пропаду я с вами, — снова заскулил Влад. — То за какими-то подозрительными типами слежку устраиваете, то за деревьями прячетесь, то склады взрывать собираетесь. А теперь вот на похищение невесты идете. Да вы хоть представляете, чем рискуете?

— Ничем мы не рискуем, — успокоила трусишку Мариша. — В конце концов, руки мы ей вязать не станем. А она свободная личность, куда хочет, туда и едет.

Может быть, у нее такая фантазия, чтобы ночью прокатиться, появилась?

— Беда! — простонал Влад. — Чувствую, влипну я с вами.

Мариша сунула в ладонь Владу его дневной заработок, и тот кое-как утешился.

— Значит, встречаемся в половине двенадцатого? — уточнил он и уехал.

Ровно в половине двенадцатого ночи Влад был возле отеля. Несмотря на явное занудство, он оказался верным товарищем. Так что к полуночи все трое уже добрались до дома господина Ракеша. Все шло отлично, не было только самой Камалы. Сначала подруги подумали, что она перепутала время, потом место. Потом решили, что она заснула. Потом они уже не знали, что и думать, а просто тихо злились. Так как сильно устали за день и хотели спать.

— Дел у меня других нет, как необязательных девчонок караулить, — ворчал Влад. — Вы уверены, что эта курица все верно поняла?

Когда стало светать и послышались голоса слуг, подруги поняли, что ждать им больше нечего.

— Поехали домой! — прикоснулась Мариша к спине дремлющего Влада.

— Что с ней могло случиться? — недоумевала Инна. — Ведь послезавтра свадьба.

— Может, она струсила? — предположила Мариша. — Или Раджа ей вовсе не так уж противен, как она хочет нам это представить.

— Во всяком случае, завтра, вернее, уже сегодня, ей придется придумать для нас стоящее объяснение, — сказала Инна. — Я не намерена весь свой отпуск тратить на то, чтобы дожидаться трусливых девчонок под дверями их домов. В конце концов у нас есть дела поважней. Как ни крути, а Лена до сих пор за решеткой. Думаю, стоит еще разок проследить за Раджой.

— Пока не высплюсь, я все равно ни на что не способна, — заявила Мариша. — Должен же человек спать.

— Ты и так почти всю ночь продрыхла! — возмутилась Инна. — Это я глаза в темноту пялила, а ты дрыхла.

— Девочки, не ссорьтесь! — подал голос Влад. — Лично я намерен поспать хотя бы несколько часов.

Я уже сейчас предметы плохо различаю, так спать хочется. Так что хотя бы до часу дня на меня не рассчитывайте.

Он высадил подруг возле гостиницы и уехал. Мариша с Инной поплелись к себе, едва передвигая ноги.

В холле их окликнул портье.

— Вам звонила ваша мама, — сказал он, обращаясь к Марише. — Очень тревожилась из-за вашего отсутствия.

Непременно желала знать, где вы находитесь.

— Спасибо! — буркнула Мариша. — Больше никто не звонил?

— Больше никто, — ответил портье.

Подруги поднялись к себе в номер. Инна рухнула на кровать. Поглядывая на нее с нескрываемой завистью, Мариша начала набирать свой домашний номер.

— Мама? — закричала она. — Меня не было. Ты мне звонила?

— С чего это? — удивилась Тамара Ильинична. — И не думала даже. А что случилось? Где ты была?

— Вышли с Инной прогуляться. А теперь не знаю, что и думать, мне в гостинице сказали, что ты звонила.

— Я не звонила, — отказалась Тамара Ильинична. — Но я, кажется, знаю, кто тебе звонил. Тетка Серафима.

Что-то ей от тебя срочно понадобилось. Я не поняла что.

То ли какой-то человек к вам выехал, то ли, наоборот, оттуда приехал. И вот что, Иннин муж звонил. Хотел, чтобы я ему сказала ваш адрес. Мариша, он почему-то думает, что Инна в Чехии.

— Ты его не разубеждала?

— Конечно, нет, — обиделась Тамара Ильинична. — Очень надо.

— Спасибо, — обрадовалась Мариша. — Ну все, пока!

Мариша дала отбой и сразу же набрала номер своей тетки. Та моментально подошла к телефону, словно бы караулила звонок.

— Я хотела тебя предупредить, что Редди сегодня вылетает в Дели, — сказала она. — У него какой-то семейный праздник намечается. И еще он сказал, что ему по работе нужно быть в Индии.

— И что? — спросила Мариша, зевая во всю ширь рта с риском вывернуть себе челюсть. — Какое нам дело до Редди?

— Он просил вам передать, что если вам от него что-нибудь понадобится или если вы попадете в историю, то можете смело к нему обращаться за помощью. Дать тебе его адрес? Вообще-то он свой адрес вам сообщать не просил, но раз уж у меня есть его адрес, то почему бы вам этим не воспользоваться?

Мариша записала адрес Редди и сунула его в карман джинсов. Как она вешала трубку, добиралась до кровати и ложилась, она уже не помнила, потому что спала на ходу. Но толком выспаться подругам не удалось. Оказывается, зловредная Инна поставила будильник на десять часов утра.

— Вставай! — затрясла она Маришу. — Мы проспали четыре часа. Вполне достаточно, чтобы чувствовать себя бодро.

Мариша открыла глаза и, к своему удивлению, обнаружила, что она и в самом деле прилично выспалась.

Девушки встали, умылись и спустились вниз. Там они на всякий случай выпили по большой чашке черного кофе и отправились к Камале выяснять отношения.

Приехав к дому Камалы, подруги ахнули. Дом было не узнать. Тут вовсю шли приготовления к пышной индийской свадьбе.

Возле ворот толпилось множество грузовиков и тележек с огромными ворохами цветов, привезенных для украшения дома. Тут же стояли грузовики и рефрижераторы с продовольствием и питьем для гостей. Сам забор украшали красочно расписанными полотнищами и цветочными гирляндами. Многозначительно переглянувшись, подруги просочились внутрь. Увы, господин Ракеш был дома. Он прямо-таки прилип к девушкам и никак не хотел оставлять их в покое.

Когда наконец были исчерпаны все темы, подходящие для светской беседы, господин Ракеш удалился, вторично пригласив подруг посетить завтра свадьбу его дочери.

— Во сколько мы должны быть во Дворце бракосочетания? — спросила у него Мариша, вызвав удивленный взгляд отца невесты.

Потом господин Ракеш что-то смекнул и засмеялся.

— Ах, нет! — сказал он. — Я помню, Пиллай мне рассказывал, какие свадьбы бывают в России. Сначала регистрация, потом экскурсия по городу и затем уже свадебное застолье. Нет. У нас другие обычаи. Завтра и увидите. Но с утра невеста сидит в доме родителей. Ее друзья приходят и поздравляют ее. Приносят подарки и угощение. Длится это много часов. Так что приходите, когда вам будет удобно. Свадьба будет длиться три дня.

Не опоздаете.

И он наконец оставил подруг наедине с Камалой.

— Ох, я погибла! — бросилась к ним девушка, как только отец вышел из комнаты. — Меня никуда не выпускают из дома. Мало того, отец поставил возле моей двери охранника. Он торчал там всю ночь. Я не могла выйти к вам.

— Да, ситуация, — задумалась Мариша. — Отец что-то подозревает? Мог он пронюхать о готовящемся бегстве? Может быть, ты чем-то себя выдала?

— Нет, — покачала головой Камала. — Думаю, что дело в другом. Вчера к нам приезжал отец моего любимого Бо. Отец долго с ним разговаривал, и расстались они весьма недружелюбно. Должно быть, отец Бо просил моего отца отменить свадьбу, а отец ему отказал.

И еще отец ждет на мою свадьбу какого-то важного гостя. Кажется, он не вполне уверен в добром его отношении ко всем нам. Вот и страхуется.

— Влипли мы с этой охраной! — расстроилась Инна. — Кто же мог знать! Ну, ничего. Если ты твердо решила не выходить замуж за Раджу, то мы все равно тебя вытащим из дома. Никакая охрана не поможет.

— Вы не шутите? — робко спросила Камала. — Это и в самом деле возможно?

— Ночью будь у себя в комнате. Собери вещи, которые ты хочешь взять с собой, — велела Мариша. — А сейчас покажи нам дом, чтобы ночью мы не заблудились. И покажи дорогу к своей комнате.

Камала провела подруг по всему дому. Показала свою комнату.

— Где стоял прошлой ночью охранник?

— Вот здесь! — указала девушка на нишу между двумя окнами. — И еще один всю ночь гулял у меня под окном.

— Как ты думаешь, все эти приготовления закончат к вечеру? — спросила Мариша, указывая на суетящихся в саду и в доме людей.

— Что ты! — удивилась Камала. — Всю ночь работать будут. Зажгут свет, принесут фонари и лампы. И будут работать.

— Отлично, — обрадовалась Мариша. — Может "статься, что это нам поможет в выполнении нашего плана. Значит, сделаем так…

И, наклонившись к Камале и сделав Инне знак нагнуться, Мариша шепотом принялась делиться своей задумкой. Уже через четверть часа подруги выходили из дома господина Ракеша. Причем они обе сияли, словно новенькие медные монеты.

— Теперь к дому Раджи! — сказала Мариша.

— Но сначала перекусим, — возразила Инна.

И подруги направились к ближайшему маленькому кафе. Там им подали приятно запотевшие на льду баночки колы и две вполне европейские горячие пухлые булочки с сосисками. Трапезу подруги завершили уже на улице у тележки мороженщика. Инна купила себе замороженный фруктовый сок, а Мариша — эскимо на палочке. Затем девушки поймали такси и поехали по знакомой им уже дороге к дому Раджи.

* * *

А не подозревающий о том, что у него собираются увести из-под носа невесту. Раджа времени даром не терял. Но, честно говоря, сейчас его мысли были далеки от свадьбы. Одно он понял наверняка: что свадебное путешествие в Европу придется отложить.

Всего час назад у парня состоялся очень неприятный разговор с его знакомым — высоким мужчиной в европейском костюме. Разговор был неприятен тем, что касался денег. Верней, долга, о котором Раджа уже начал благополучно забывать. И вот в самый неподходящий момент этот долг всплыл. Да еще и не один, а с процентами.

— И что же мне делать? — растерянно спросил Раджа у своего знакомого. — Денег у меня сейчас нет. Они все вложены. Изъять я их не могу. Перезанять такую сумму за один день — тоже.

— А ты отработай, — с дружелюбием, от которого у Раджи мурашки побежали по спине, сказал мужчина, поглаживая свою бороду — И, главное, помни, больше я твою шкуру спасать не буду. Влипнешь, забудь меня, словно и не знал. Иначе с твоими маленькими братиками может случиться какое-нибудь несчастье. Вроде того, какое случилось с твоим дураком ветеринаром.

Раджа побледнел. Если до этого момента он тешил себя надеждой, что смерть Игоря явилась всего лишь досадной случайностью, то теперь от этой надежды остались одни лохмотья.

— И что я должен буду сделать? — уныло спросил он.

— Вот это уже деловой разговор, — несколько оживился его собеседник.

Он подошел к дверям комнаты, проверил, плотно ли они закрыты и не подслушивает ли их кто-нибудь. А после этого вернулся к Радже и сказал:

— Сразу после свадьбы ты увезешь свою жену в Бомбей. Там ты посадишь ее на яхту, а сам останешься на берегу. Через сутки объявишь в полиции о том, что твоя жена пропала. Тебе все ясно?

Раджа кивнул.

— Ну и отлично, — подобрел его знакомый. — Если все сделаешь, как я велел, прощу тебе долг. Сможешь начать свое дело, как ты всегда мечтал.

— А ты ее не?.. — заговорил Раджа, но вдруг осекся.

— Не обижу ли я твою драгоценную женушку? — усмехнулся человек с бородой. — А вот это уже мое дело.

Впрочем, если тебя не устраивает моя идея, можешь сразу же после свадьбы объявить о своем банкротстве. Боюсь, что твой долг не сможет выплатить даже господин Ракеш. Как бы он там ни был к тебе привязан.

Радже второй вариант понравился еще меньше первого. Суровый бородач, кажется, это понял.

— Ты меняешь свою жену на деньги, — сухо сказал он. — Ты же бизнесмен. Что в этой сделке тебя смущает?

Обещаю, что тебя никогда не обвинят в соучастии. Для закона ты останешься несчастным, убитым горем мужем, потерявшим свою юную супругу. Понял? Сделаешь, как я предложил?

Раджа молча опустил голову.

* * *

Мариша с Инной проезжали по улице Неру, торопясь к дому Раджи, когда внезапно Мариша высунулась в окно и замахала руками, привлекая внимание прохожих.

— Что там? — дернула ее Инна за подол.

— Не что, а кто, — сказала Мариша. — Вылезай!

Подруги расплатились с таксистом и вышли из машины. Мариша немедленно бросилась бежать по улице, расталкивая прохожих. Инна спешила за ней следом и недоумевала.

— Знакомого увидела? — спрашивала она у подруги. — Кто он?

Но Мариша не оборачивалась, несясь вперед и ничего не объясняя. Впрочем, все выяснилось само собой, когда Мариша догнала высокого мужчину в белой одежде, с бородой и в зеленой чалме.

— Господин Редди! — воскликнули девушки одновременно, Инна удивленно, а Мариша радостно.

Господин Редди обернулся и тоже просиял улыбкой при виде подруг.

— Рад вас встретить! — сказал он. — Как отдыхаете?

— Честно говоря, неважно, — откровенно призналась Мариша. — Дел очень много. Да мы ведь сюда и не отдыхать приехали, а по делу Господин Редди насторожился.

— Наша подруга выходит замуж, — сказала Мариша, и господин Редди подобрел и засмеялся. — И вот проблема, даже не знаем, что и подарить невесте.

— Сгодится любой подарок, лишь бы он шел от чистого сердца, — сказал господин Редди. — Можете подарить какую-нибудь безделушку или набор посуды. Словом, все, что вам будет угодно. Вплоть до стиральной или легковой машины.

— А что вы тут делаете? — спросила у него Мариша. — Мне казалось, что вы занятой человек.

— Хоть я и занятой человек, но сейчас я просто гуляю, — сказал господин Редди. — Очень соскучился по шуму родного города. У вас в Петербурге мне нравится, я живу там уже долгие годы, но все равно не чувствую себя дома. Только тут, на улицах Дели, я дышу полной грудью.

Если учесть, что день, как назло, выдался жарким и температура подползала к сорокаградусной отметке, да и машинные выхлопы свежести не прибавляли, слова Редди прозвучали наглой ложью.

— И ветерок такой приятный! — мечтательно добавил господин Редди.

Сегодняшний ветер явно зарождался где-то в центре пустыни, таким он был жарким и сухим. Он вяло гонял бумажки и прочий легкий мусор вперемешку с пылью по тротуару. Подруги начали торопливо прощаться с господином Редди. Им стояние на солнцепеке наслаждения не доставляло.

— Заходите к нам, — предложила ему Мариша.

— Нет, лучше вы ко мне, — покачал головой господин Редди. — Жена будет рада, и дети тоже. В свое время я чуть было не женился на Серафиме. Так что мы с вами почти родственники. Приходите, буду рад.

Затем он написал адрес на листке из своего блокнота и подал его Марише.

— Я написал русскими буквами, как звучал бы мой адрес на хинди, и на всякий случай написал и по-английски, — сказал он. — Первый вы можете просто прочитать вслух, и вам покажут, куда идти. К сожалению, не все горожане у нас в достаточной степени владеют иностранными языками. Так я жду вас сегодня вечером. Думаю, что часам к семи будет в самый раз.

Подруги поблагодарили его за приглашение и ушли.

Они быстро поймали велорикшу, выбрав себе водителя покрепче, и спокойно доехали до дома Раджи. Здесь они устроились под тенью высокого и толстого дерева в ожидании, когда кто-либо подозрительный покажется из дверей дома. Сами они оставались для посетителей Раджи незамеченными, спрятавшись за стволом.

Как подруги уже знали, ограда вокруг дома Раджи не имела второго выхода. Все сообщение велось через парадные ворота. Сбоку к ним была приделана калитка.

И вот стоило подругам устроиться на теплой земле, как эта проклятая калитка начала ходить взад и вперед и даже поскрипывать от усердия. А через нее шли посетители один за одним. И поток никак не иссякал.

Потом к калитке присоединились и ворота. Конечно, машины реже въезжали в дом Раджи, но тем не менее подруги насчитали за день не меньше пяти машин. Мариша с Инной прямо пали духом. За кем следить? Кто все эти люди? Несколько попыток, предпринятых подругами, чтобы проследить за гостями Раджи, оказались неудачными. Все посетители Раджи были либо честными ремесленниками, которые надеялись всучить свои изделия, либо просто гостями, явившимися с поздравлениями к матери Раджи и к нему самому.

Раджа был весь день дома. В этом Инна смогла воочию убедиться, выждав подходящий момент и перебравшись через забор. И она могла видеть, как мать Раджи сидела в обществе сына в саду и принимала визитеров, складывая их подношения в горку. К вечеру у нее, должно быть, набралась приличная куча подарков для сына. Уже спала жара, когда они поднялись и встретили последних посетителей, которые явились к ним домой.

При виде их Раджа, честно говоря, скис.

Это были двое очень солидных мужчин. Оба в зеленых чалмах и европейской одежде. Раджа почтительно поцеловал им обоим руки, обнял мать и прошел вместе с ней и своими гостями в дом.

Инна проследила за тем, как пожилая служанка, которая весь день встречала и провожала гостей у ворот, начала выгружать из багажника машины ярко упакованные в магазинную бумагу коробки. А парнишка-работник отогнал машину гостей в гараж, запер его, а сам отправился по своим делам. Из этого Инна заключила, что гости останутся в доме на ужин, а может быть, и ночевать. Сделав этот вывод, она вернулась к Марише, безмятежно дремлющей под деревом.

— Хватит спать, поехали в гости к твоему Редди, — сказала Инна, растолкав подругу. — Попытаемся у него выяснить, что он знает о семейке Раджи. Только спрашивать нужно осторожно, чтобы он ничего не понял.

— А что Раджа? — поднимаясь с купленного за копейки вышитого цветами и павлинами тонкого одеяла, спросила Мариша. — Он где вообще?

— Ты глаза протри, — посоветовала ей Инна. — Наш Раджа сегодня принимал с визитами и поздравлениями своих родственников и знакомых. И хочу тебе сказать, что и тех, и других у него великое множество.

— Значит, ничего важного я не проспала? — обрадовалась Мариша, когда Инна рассказала ей о своих достижениях. — А поспать мне было необходимо. Не забывай, еще неизвестно, как там пойдет дело с Камалой.

Может быть, опять придется долго ждать. Так хоть одна из нас будет в форме. Ну, пошли. Я готова.

Подруги вышли на улицу и довольно долго искали такси. Господин Редди жил на другом конце города, и рикшу им брать как-то не хотелось. Наконец они увидели притормаживающее такси. На него уже нацелилась компания из четырех молодых парней. Но тут подкрепившая долгим сном силы Мариша показала, на что она способна, и бросилась на таран.

Четверка парней разлетелась в разные стороны.

А одного особенно шустрого, который уже умудрился проскользнуть в салон такси, Мариша вытащила за шкирку Кажется, по пути она ему что-то помяла. Потому что парень здорово извивался и визжал, смешно дрыгая ногами в воздухе. Мариша бережно поставила его на землю и дала парню пинка под зад. После этого подруги сели в машину и укатили, сопровождаемые ошеломленными взглядами всей компании.

Мариша прочла шоферу адрес Редди сначала вслух, а потом для надежности передала ему бумажку Английский у аборигенов был какой-то странный. Девушки с трудом его понимали. Как бы то ни было довез шофер в рекордно быстрый срок. Прямо удивительно, что он это сделал, так как всю дорогу косился назад на своих пассажирок. Должно быть, ждал, что они и на него сейчас накинутся с кулаками и выставят из собственной машины.

Господин Редди жил в высотном доме, очень красивом и новом. Подруги восторженно зацокали языками, стоило им попасть внутрь. Уже в холле имелись кондиционеры, и в парадном царила приятная прохлада. Навстречу им шагнул аккуратно одетый консьерж. Подруги назвали имя, и, словно по мановению волшебной палочки, перед ними распахнулись дверцы скоростного лифта с мальчишкой-лифтером. Он сам нажал нужный подругам этаж, и лифт поехал вверх.

— Вы вовремя! — услышали подруги, стоило дверцам лифта распахнуться на нужном этаже. — Ужин как раз поспел.

Редди мог этого и не говорить. Подруги и сами это поняли по разносящимся ароматам специй и травяных приправ. Хозяин провел подруг в огромную квартиру, занимавшую, должно быть, весь этаж. Один коридор тянулся так далеко, что его дальний конец почти терялся из виду. По коридору бегали с игрушечными ружьями двое мальчишек семи и девяти лет. А старший сын Редди подошел поздороваться с гостьями через минуту.

Редди представил своих детей, но подруги тут же забыли их имена. Слишком сложно удержать их в памяти.

Инна лишь запомнила, что младшего звали вроде Семы.

Вскоре появилась и жена хозяина. Разговаривать с гостьями она избегала. Поклонилась и стыдливо исчезла из комнаты. Стол уже был красиво сервирован к ужину Стол и сама столовая были украшены бронзовыми и серебряными светильниками, в которых метались крохотные огоньки.

На столе уже стояли вино в подставке со льдом и холодные закуски.

— Если вы не возражаете, сядем ужинать прямо сейчас, — предложил Редди.

Подруги не возражали. Они успели за день здорово проголодаться. Ужин удался на славу. Жена Редди оказалась мастерицей вкусно готовить. Закуски исчезали с тарелок подруг, словно по волшебству На горячее было подано мясо со специями. Но и их было ровно в меру Подруги выпили всего по пять стаканов минеральной воды. Всего-навсего. Кстати, и стаканы были не сказать чтобы большие.

За столом Редди расспрашивал подруг, где в Дели они уже успели побывать и что из достопримечательностей и интересных мест повидали. Узнав, как мало они посмотрели, он пришел в ужас и пообещал лично этим заняться и найти им профессионального гида.

«Вот только гида нам сейчас и не хватает», — подумала Инна.

После ужина жена Редди, молчавшая все время, осталась в столовой с помощью служанки убирать стол, а гости и сам Редди прошли в гостевую комнату, где стояли вполне обычный кожаный диван бордового цвета, несколько кресел к нему и журнальный столик. Телевизора тут не было. Огромный телевизор, никак не меньше метра по диагонали, стоял в другой комнате, и возле него уже крутились сыновья Редди, смотрели какое-то театрализованное шоу с участием всех богов и великих героев индуистского Пантеона.

— Ваша жена не слишком довольна, что мы пришли к вам в гости, — заметила Мариша. — Она все время молчала.

— Она не знает английского языка, и русского, разумеется. И к тому же она хорошо воспитана, — пояснил господин Редди. — У нас принято считать, что женщины и девушки должны держать себя скромно.

— Должны знать свое место, одним словом, — пробормотала себе под нос Инна, которой этот сытый господин нравился с каждой минутой все меньше и меньше. Даже отличный ужин не примирял ее с существованием Редди.

К счастью, Редди не услышал ее слов. Зато услышала Мариша и заволновалась. Временами Инна прямо-таки начинала ненавидеть мужчин. И последствия для последних оказывались плачевными. Они могли, к примеру, лишиться по неосторожности парочки вставных зубов. Или порядочного куска кожи у себя на физиономии. Или клока волос на голове. Нельзя сказать, что такие потери были им безразличны. Особенно тем, у кого и без того намечалась лысина. У Редди лысины не было, но как знать, что Инне взбредет в голову атаковать на этот раз.

Поэтому Мариша торопливо сменила тему.

— Мы тут приглашены на свадьбу, как я уже говорила. Так вот, мы знакомые брата невесты. И у него возникли какие-то трения с женихом. Уверяет, что жених — подлец и не стоит отдавать ему сестру в жены.

— И как зовут жениха?

Мариша назвала. Господин Редди задумчиво погладил свою бороду и еще раз уточнил имя жениха.

— Вы уверены, что правильно называете его имя? — спросил он, отойдя к бару на колесиках.

— Конечно, Рама Радж Вишвам, — кивнула Мариша. — Вообще-то у него есть еще одно имя, но я его забыла.

— Синг, — сказал господин Редди. — Это имя традиционно прибавляют к основному имени все мужчины сикхи. Оно означает в переводе — лев. И что вы слышали про этого молодого человека?

— Пиллай сказал, что Рама Радж, оказывается, тоже учился в Питере. И теперь там живет. И в Питере он известен под кличкой Раджа. Он занимается, или, во всяком случае, занимался, торговлей наркотиками, переправляя их то ли из Индии, то ли через Индию. А теперь Раджа решил расширить сферу своей деятельности и переключиться на торговлю редкими животными и изделиями из их шкур. У Раджи даже мастерская есть, где дубятся эти самые шкуры. Недалеко от Дели.

Господин Редди, слушая ее, так увлекся, что просыпал мимо своего бокала ледяное крошево, которое он взял из морозильной камеры в баре.

— Это вам все брат невесты рассказал? — спросил у Мариши господин Редди. — Он неплохо осведомлен.

Наверное, не один день собирал информацию о Рама Радже. Вы правы, что обратились за советом ко мне.

Я знаю семью Рама Раджа. Но никак не предполагал, что сын такого уважаемого человека способен пасть так низко. Говорите, торговля наркотиками? Хм! Я обязательно самолично должен этим заняться. Но сделать это нужно осторожно, чтобы не повредить репутации семьи. Вполне вероятно, что вся эта история не имеет под собой серьезных оснований. Повтори, как зовут брата невесты?

— Пиллай.

— И у него есть какие-нибудь доказательства того, что Рама Радж — жених его сестры — торгует наркотиками? — спросил у подруг господин Редди.

Ни Мариша, ни Инна об этом понятия не имели, поэтому дружно пожали плечами.

— Мы не знаем, — сказала Мариша. — Нам он ничего такого не рассказывал.

— А где находится эта мастерская Раджа, где изготавливают изделия из кожи, вы знаете?

— Тоже нет, — зачем-то соврала Мариша. — А вы и в самом деле можете нам помочь?

— Во всяком случае, я всерьез заинтересовался этими слухами, — сказал господин Редди. — И заверяю вас, что Рама Радж больше не будет заниматься таким позорным делом, как торговля наркотиками или браконьерство. И если окажется, что он и в самом деле этим занимался, то я приму меры.

— Посадите его в тюрьму?

Господин Редди на какое-то время замялся.

— Не уверен, что это будет лучший выход из положения, — сказал он. — Я не склонен считать, что тюрьма может кого-либо исправить. А я уверен, что Рама Раджа еще не поздно наставить на правильный путь, не прибегая к столь серьезным карам.

— Ну да, — хмыкнула Мариша. — Видели бы вы, какими…

Она хотела сказать, какими молодчиками заправляет Раджа, но прикусила язык. Кто его знает, этого Редди.

Насколько можно ему доверять? А то помчится потом к ее тетке Серафиме Ильиничне и наябедничает на племянницу. А та донесет Тамаре Ильиничне. И все, прощай покой. А покой своей мамы Мариша ценила и всячески оберегала. Поэтому она сказала совсем не то, что собиралась:

— Видели бы вы, какими капиталами и силами владеют наркодельцы.

Редди ничего не ответил. Он погрузился в размышления, Затем сказал:

— Сегодня уже поздно ехать к вашему другу Пиллаю. Завтра у него в доме праздник. Ему тоже будет не до разговоров. Но, как бы то ни было, после свадьбы, я вам обещаю, я обязательно поговорю с Пиллаем и все досконально у него выясню. Поверьте, это и в моих интересах.

Отец Рама Раджа был моим близким другом. В какой-то степени я ответствен за его сына. И если он попал в беду, то в этом есть отчасти и моя вина.

Подруги молчали. Редди тоже молчал. Вечер явно шел к концу. Разговор не клеился.

— Можно воспользоваться вашим телефоном? — спросила у него Мариша. — Нам нужно вызвать такси.

— О чем разговор! — воскликнул Редди.

Он сам вызвал для девушек такси. Подруги распрощались с гостеприимным хозяином и вернулись в отель.

Возле отеля их уже ждал верный Влад. Девушки пересели в его машину и поехали к дому, где их поджидала безутешная Камала. Там праздничные приготовления, несмотря на поздний час, шли полным ходом. В саду было светло как днем, и всюду сновали какие-то люди.

— Я захватил для вас вот это, — сказал Влад, протягивая подругам какие-то свертки. — Это старые сари моей матери. Если вы их наденете и прикроете головы покрывалами, то в темноте легко можете сойти за местных женщин, нанятых для помощи в подготовке к празднику.

Мариша развернула свой сверток, и ей на руки прямо-таки вылился поток чего-то шелковистого и струящегося. Она попыталась запихать его обратно, но только напортила. Сари быстро распространилось по всему полу в машине. Рядом Инна молча сражалась со своим сари, пытаясь запихнуть его обратно в бумагу.

— Господи! — не выдержала упарившаяся Мариша. — Как же это надевать-то? Я даже его свернуть не могу.

Влад остановил машину. Место было довольно уединенным. Какой-то небольшой парк. Он вылез, помог выйти подругам и вытащил их сари на улицу.

— Я, конечно, не специалист, — сказал он, заново ловко складывая длинную полосу ткани в несколько слоев, — но, по-моему, это носят так.

И он начал бегать вокруг Инны, дав ей один конец полосы ткани и велев крепко держать его прижатым к желудку. Уже через пять минут Инна оказалась плотно замотанной. Ее сари было серебристо-зеленого цвета.

Влад еще немного поколдовал над ней, намазал волосы какой-то черной гадостью, прикрыл ее голову свободным концом сари, нарисовал на лбу красную точку и результатом своих трудов остался доволен.

Мариша за это время уже самостоятельно обернулась в несколько слоев и стянула волосы на затылке в хвост. Так что над ней Владу пришлось трудиться меньше. Он лишь придал ее облику законченность, поправив несколько складок на сари и нанеся краску на волосы.

— Что это за краска? — подозрительно принюхиваясь, спросила Мариша.

— Стащил у матери сурьму, — объяснил парень.

— А от нее волосы не вылезут? — насторожилась Мариша. — Что-то я раньше такого не употребляла.

Но Влад ее не слушал.

«Что с него взять, — сердито подумала Мариша, — одно слово — мужчина».

— Получилось отлично, — заявил Влад, отойдя назад. — Главное, никому не попасться на глаза. И самим глаз от земли не поднимать. А уже с расстояния в семь шагов вас никто не отличит от местных женщин. Не выходите на свет, и все получится отлично.

Нисколько не обнадеженные его словами Мариша и Инна залезли обратно в машину. Двигаться в сари было, против ожидания, удобно. Оно нисколько не затрудняло движений и к тому же создавало приятную прохладу и ветерок. И самое главное, сари были просто красивы.

Влад высадил подруг неподалеку от дома Камалы.

Проникнуть внутрь не составило для них никакого труда. Подруги дождались, пока приедет из деревни очередная тонга — деревянная повозка, груженная под завязку охапками цветов, — и прошли вместе с ней. В саду толпилось много людей. Затеряться среди них ничего не стоило. Подруги прокрались к дому и уже почти вошли в него, но тут их окликнули.

Какой-то низкорослый паренек в белых пижамных штанах и рубашке сердито начал им выговаривать, тыча пальцем в ту сторону, где кружком сидели несколько женщин и вязали из цветов гирлянды. И хотя подруги не знали хинди, но как-то и без перевода догадались, что от них хотят. Они покорно двинулись в ту сторону, куда им приказал мальчишка.

— Главное, не привлекать к себе внимания, — напомнила подруге Мариша.

Подруги сели в кружок, скромно опустили глаза и взялись за цветы. К счастью, ничего хитрого тут не было.

Девушки еще не забыли своих детских веночков из одуванчиков. Тут принцип был тот же. Только цветы были значительно больше по размеру и гирлянды получались пышными. Все женщины, несмотря на то что были поглощены работой и пальцы их быстро мелькали, болтали и смеялись без умолку.

Мариша и Инна по понятным причинам в общем разговоре не участвовали и молча плели гирлянды. Так продолжалось около часа. За это время Мариша успела заметить, что время от времени то одна, то другая из женщин поднимается и исчезает с готовыми гирляндами за кустами возле дорожки, ведущей в сторону дома.

Выждав, когда готовых гирлянд скопится достаточно, а тетки увлекутся каким-то спором, Мариша пихнула Инну в бок.

— Пора, — шепнула она ей. — Смотри на меня и делай так же.

Она взяла несколько охапок гирлянд и пошла к дому. Инна следовала за ней. Подруги вошли в дом и осторожно начали подниматься на второй этаж, где и находилась комната Камалы. Но тут их снова выловил все тот же парень. Он обогнал их, преградил путь и завернул обратно. Пришлось подругам отнести готовые гирлянды в гостиную и сложить их там в общую кучу.

Разумеется, обратно к работницам они не вернулись, а отправились бродить вокруг дома, надеясь найти приставную лестницу. Лестницы они не нашли. Зато высмотрели пальму, которая росла прямо напротив одного из окон второго этажа. Это было не окно Камалы, но нельзя же слишком многого требовать от жизни.

— Лезь первой ты, — сказала Мариша.

— Почему это я? — возмутилась Инна.

— Потому что я тяжелей тебя, — объяснила ей Мариша. — Пальма может не выдержать.

— И вовсе ты не тяжелей, — уперлась Инна. — Как я, по-твоему, полезу в этом идиотском наряде?

— Вовсе он не идиотский! — возразила Мариша. — Подоткни подол и лезь. Вот так.

И она показала Инне, как нужно подоткнуть подол.

После этого Инне, конечно, ничего другого не оставалось, как начать карабкаться по шершавому стволу пальмы. Обувь тоже пришлось оставить внизу. Инна благополучно добралась до верха и скрылась в окне. Мариша прислушалась. Никаких тревожных криков из дома не донеслось. Поэтому Мариша принялась карабкаться следом. Когда она добралась до половины пальмы, из окна появилось взволнованное лицо Инны, и она замахала Марише, приказывая спускаться обратно на землю.

Мариша честно попыталась это сделать и не смогла.

Оказалось, одно дело, когда лезешь по пальме вверх, и совсем другое, когда спускаешься вниз. Веток на пальме нет, цепляться не за что. Так что в спуске Марише еще было далеко до совершенства. Но оставаться долго на одном месте она тоже не могла, руки-то не железные.

Поэтому она продолжала карабкаться вверх, несмотря на то, что Инна подавала ей отчаянные знаки, умоляя не делать этого.

Тем не менее Мариша добралась до окна, перелезла через подоконник и очутилась в комнате. Инна хранила молчание. Мариша на всякий случай решила последовать ее примеру. Это решение оказалось очень разумным. Когда глаза Мариши немного привыкли к темноте, она увидела, что прямо перед ними на кровати крепко спит господин Ракеш. Спит прямо в верхней одежде.

Должно быть, приготовления к свадьбе дочери так его утомили, что он прилег на минуточку передохнуть и сам не заметил, как уснул.

И самое скверное было то, что в клетке возле стены дремал большой белый попугай. Но как только Мариша пошевелилась, он открыл один глаз и что-то предостерегающе скрипнул. Инна выразительно посмотрела на подругу, мол, говорила же я тебе. Проигнорировав противную птицу, Мариша сделала шаг вперед. Попугай открыл второй глаз и клюв, показывая готовность завопить во всю глотку.

— Нужно накинуть на клетку какую-нибудь тряпку, — едва слышно прошептала Инна. — Тогда эта тварь решит, что наступила ночь, и уснет.

Недоумевая про себя, какого черта попугаю еще нужно, если на дворе и так ночь, Мариша оторвала кусок сари и в два прыжка оказалась возле клетки с попугаем.

Не ожидавшая такой стремительности птица успела издать всего лишь один вопль и оказалась укрытой куском ткани. Девушки затаили дыхание, но птица, словно по волшебству, затихла.

Зато зашевелился господин Ракеш. Он перевернулся с боку на бок, что-то пробормотал и снова заснул, счастливо посапывая во сне. Его спальня была, на счастье, просторной. Подруги отошли в дальний ее конец, спрятались за ширмой и принялись шептаться, не тревожа покоя господина Ракеша.

— Будем ждать, — сказала Мариша. — До намеченного для бегства Камалы времени остался еще час.

— Ты спрятала нашу обувь, когда лезла сюда? — тоже шепотом спросила у нее Инна. — Не хватало еще, чтобы на нее кто-нибудь наткнулся.

— Никто твои туфли не возьмет, — сказала Мариша.

— Я не про то. Если наши туфли найдут, то заподозрят неладное. С чего это вдруг туфли валяются именно под той пальмой, которая растет прямо перед окном господина Ракеша?

Мариша засопела. Спрятать туфли она как-то не догадалась. В ответ на укоры Инны она предложила той спуститься вниз и спрятать обувь. После этого Инна замолчала. В наступившей тишине подруги принялись ждать условленного времени. Ночь тянулась неимоверно долго. Наконец — пора. Нажав на ручку двери и выйдя из спальни, подруги оказались в длинном коридоре.

По словам Камалы, первый охранник должен был находиться через три поворота от этого места.

На всякий случай подруги двигались на цыпочках, а перед поворотами даже переставали дышать. Но пока все шло великолепно. Охрану не усилили. Ни за первым, ни за вторым поворотами никого не оказалось.

А вот перед третьим подруги явственно услышали, как по коридору ходит мужчина и даже кашляет. Дождавшись, когда кашель начал удаляться, Мариша высунулась из-за угла.

— Охранник! — прошептала она. — Не похоже, что особо бдительный. Кашляет больно громко. Но сейчас проверим, что это за специалист.

Два коридора образовывали в этом месте подобие глубокой ниши, в которой они как бы находились.

И при этом коридоры не были ровными, они причудливо изгибались, и человек, находящийся в одном коридоре, не мог видеть того, кто шел по другому коридору. Мариша вытянула руку и швырнула за окно какую-то хорошенькую деревянную коробочку, стоявшую поблизости на полочке. Как и следовало ожидать, охранник помчался к окну, посмотреть, что там такое случилось.

За это время, пока он бежал, Мариша кинула вниз металлическую фигурку, очень кстати подвернувшуюся ей под руку, изображавшую ловкого танцора. Должно быть, это был танцующий Шива. Почти немедленно откуда-то снизу раздался обиженный крик. Того человека можно было понять, обидно получить по башке танцующим Шивой. Пока охранник вглядывался вниз, подруги прошмыгнули за его спиной. И поспешили к комнате Камалы.

До нее было уже рукой подать. Подруги во весь дух помчались туда. Второй охранник был им не очень опасен, так как охранял подступы к комнате с другой стороны коридора. Соваться туда подруги не собирались. Никем не замеченные, они влетели в комнату Камалы и захлопнули за собой дверь.

— Камала, ты собралась? — спросила Мариша шепотом.

Но в тот же момент она почувствовала, что что-то не так. Комната была пуста. И по ней были разбросаны вещи, словно тут производился обыск или собирались впопыхах. А вот самой девушки в комнате не было.

— Очень странно, — прошептала Инна. — Ее тут нет.

— Сама вижу, — огрызнулась Мариша. — Струсила.

— Если струсила, то, наоборот, была бы здесь, — возразила Инна. — Нет, думаю, что дело значительно хуже. По-моему, Камалу действительно похитили.

— Что ты мелешь? — возмутилась Мариша. — Кто похитил? Мы ведь здесь.

— В мире, хотя ты об этом постоянно и забываешь, живут еще миллиарды людей, — сказала Инна. — Кто-нибудь из них и похитил Камалу. Или она сама, не дождавшись нас, сбежала по доброй воле. Может быть, этот ее недотепа возлюбленный набрался храбрости и явился за ней сюда. И украл под покровом ночи.

— Ты романтик! — фыркнула Мариша. — Хорошо, кабы возлюбленный. Но таких чудаков нынче днем с огнем не сыщешь. Раньше, как нам известно из рукописей и легенд, водились, но все же редко. Иначе бы и на заметку не попали. И вообще, чего мы бьем тревогу раньше времени. Может быть, Камала скоро вернется. Мало ли что. В туалет вышла.

И подруги остались ждать. Когда прошло почти два часа, терпение Инны, которая не выспалась ни вчера ночью, ни сегодня днем, лопнуло.

— Ты как хочешь, а я иду спать в гостиницу! — заявила она Марише. — Ничего с Камалой страшного не случится. Если ее похитили, то, сидя тут, мы ей ничем не поможем. А если нет? Ну что же? Выйдет завтра замуж за Раджу. Если он преступник и по нему тюрьма плачет, так у многих мужья в тюрьме сидят. Некоторые жены этим даже гордятся.

И Инна направилась из комнаты. Но стоило ей распахнуть дверь, как она испуганно отшатнулась обратно в комнату. На пороге стоял господин Ракеш.

— Что? — пролепетал он. — Что это такое? Откуда вы здесь взялись? — обратился он к подругам. — И что вы тут делаете?

— Вот, пришли пожелать вашей дочери удачного замужества, — пожала плечами Мариша. — Вы же сами нас пригласили на свадьбу.

— Что? — вытаращил глаза господин Ракеш. — Но ночью? Почему ночью?

— А что тут такого? — недоуменно спросила Мариша. — В доме все равно никто не спит. И вообще мы явились уже после полуночи, так что день свадьбы уже начался. Считайте, что мы ваши первые гости. Вы ведь сами предлагали нам приходить в любое удобное для нас время. Мы не вытерпели и пришли пораньше.

— А как вы сюда попали? — продолжал настаивать господин Ракеш.

— Взяли и прошли. Никто нас не задержал, — пришла на помощь подруге Инна. — А где ваша дочь?

— Моя дочь? — окончательно растерялся господин Ракеш. — Да, а где моя дочь?

И он огляделся по сторонам. Увиденное, кажется, подсказало ему одну простую, но крайне неприятную мысль. Потому что он опустился прямо посреди пола на колени, обхватил руками голову и горестно застонал. На его стоны сбежались домочадцы. Увидев аудиторию, господин Ракеш окончательно вошел в роль.

Стоило бы деньги брать с народа за то, чтобы полюбоваться, как он стонал и убивался. И хотя подругам были совершенно непонятны слова, которые он произносил, но удовольствие от его стенаний они получили колоссальное. И лишь когда господин Ракеш принялся вырывать у себя из головы уж слишком большие клоки волос, подруги сочли, что представление пора бы кончать.

— Пиллай! — поманила Мариша стоящего неподалеку от них брата Камалы. — Уведи папу. Ему сейчас нужен врач. Желательно хороший. У меня есть один на примете, но боюсь, что его будет трудновато найти среди ночи. Уложи своего отца в постель. И ради бога, держи его за руки покрепче.

Пиллай послушался ее совета. И хорошо сделал, а то бы бедный господин Ракеш совсем лишил себя шевелюры. Дальше все закружилось очень быстро. Пиллай вызвал врача. Тот приехал и сделал несколько успокаивающих уколов господину Ракешу. Затем примчался Раджа, которому чья-то добрая душа позвонила и сообщила об исчезновении невесты.

Уже начавший успокаиваться под действием лекарства господин Ракеш при виде Раджи снова заволновался и затрепетал. Вдобавок Раджа попытался набить своему несостоявшемуся тестю морду, что было с его стороны совсем непочтительно. Инна с Маришей благоразумно спрятались за спины остальных домочадцев, так что Раджа, который был в растрепанных чувствах, подруг не заметил.

Только немного успокоили господина Ракеша и Раджу, как явился незадачливый возлюбленный Камалы — Бо. Откуда он прослышал о случившемся исчезновении Камалы, вообще так и осталось тайной. Но он явился и чуть было не поплатился за свое любопытство жизнью, так как в него вцепились сразу и отец невесты, и ее жених, требуя вернуть девушку Парень взвыл дурным голосом, уверяя, что не причастен к бегству Камалы и у него имеется твердое алиби на весь сегодняшний вечер. И вообще он близко к дому возлюбленной не подходил, заливая свое горе в компании друзей и проклиная свою бесхарактерность. И только к трем утра он поднабрался храбрости настолько, чтобы явиться сюда за своей невестой. Так что намерений он своих не скрывает, но, как видите, опоздал.

— Кто-то меня опередил! — заявил он, кровожадно поглядывая на Раджу.

— Зачем мне красть собственную невесту? — возмутился тот.

— Чтобы опозорить! Ты же известный подлец! — бросил ему в лицо Пиллай. — Всем известно, какими путями ты наживаешь свои деньги. Я много раз говорил своему отцу, чтобы он не отдавал за тебя сестру Ты же отъявленный подлец! Дошел до того, что украл собственную невесту, чтобы не тратить денег на свадьбу.

Тут Раджа бросился на него. Завязалась драка. Господин Ракеш окончательно впал в транс и начал упрашивать всех по очереди, чтобы ему вернули его доченьку.

Но окружающие лишь руками разводили. Они бы с радостью вернули, но Камалы у них не было. Раджу с Пиллаем с трудом растащили в разные стороны, но они продолжали кидать друг на друга злобные взгляды. Дело кончилось тем, что парней развели по разным комнатам.

И оставили под присмотром слуг.

Господин Ракеш погрузился в состояние ступора.

Он ничего не говорил и совсем не слушал собравшихся возле него домочадцев. Мариша осторожно подсела к нему и, наклонившись к самому его уху, что-то спросила. В ответ господин Ракеш встрепенулся и затравленно посмотрел на Маришу. Затем он отрицательно покачал головой и что-то сказал ей. Мариша тоже сокрушенно покачала головой и отошла.

— Грустно видеть, как человек сам все губит, — сказала она Инне.

— Ты это о чем? — спросила у нее подруга.

— О чем это ты с господином Ракешем беседовала?

— Я ему предложила рассказать все о том человеке, которого он так в последние дни опасался, что даже усилил охрану в доме. А он сказал, что врагов у него нет. Во всяком случае, ему о них ничего не известно. И он ума не может приложить, кто бы похитил его драгоценную Камалу. И велел мне не соваться в это дело. Полиция вызвана, вот пусть она и разбирается. Полиции он, видите ли, доверяет.

— Это уж совсем свинство с его стороны, — посочувствовала Инна. — Пошли навестим Пиллая. Может быть, он нам больше скажет.

И подруги выскользнули из спальни господина Ракеша. Еще вчера во время осмотра дома они узнали от Камалы, где находится спальня Пиллая. Поэтому сейчас направились к ней без задержек и расспросов. Охранников в коридорах больше не было. Да и к чему они, если худшее уже свершилось. Впрочем, как оказалось, думая так, подруги здорово ошибались.

Они деликатно постучали в дверь Пиллая. Но им никто не ответил. Лишь раздался какой-то легкий шорох, и вроде бы стукнула оконная рама. Тогда, решив, что обстоятельства позволяют особенно не деликатничать, подруги вошли в комнату без разрешения. Шторы на окнах были плотно закрыты. Так что в комнате было темно. Мариша на ощупь протянула руку и начала шарить по стене, надеясь найти выключатель.

— Пиллай! — позвала тем временем Инна. — Ты здесь? Это мы — Инна и Мариша.

Как раз в этот момент Марише удалось нащупать выключатель. И в комнате ярко вспыхнул верхний свет.

В ту же секунду подруги горячо об этом пожалели. Потому что их глазам предстало ужасное зрелище. Возле стены на спине лежал Пиллай. Из его головы текла кровь.

Кровью был залит ковер и лицо Пиллая. Глаза молодого человека были закрыты, а сам он бледен, словно покойник.

— Ох! — выдохнула Мариша. — Час от часу не легче.

Как думаешь, он еще жив?

— Это надо проверить, — философски заметила Инна. — Иной раз смотришь, ну совсем помирает человек. ан нет, оклемается и потом еще сто лет живет.

Мариша с Инной осторожно приблизились к лежащему без движения Пиллаю. Мариша дотронулась до его руки.

— Еще теплый, а пульса нет, — озабоченно сказала она.

Инна обошла тело и взяла другую руку Пиллая. Щупая пульс, она огляделась по сторонам и сказала:

— Похоже, его убили вот той металлической статуэткой. Как раз позади тебя валяется. И вроде бы кровь на ней. Посмотри получше. Мне отсюда не видно.

Мариша оглянулась и в самом деле увидела статуэтку, о которой говорила Инна. Небольшая фигурка девушки с каким-то музыкальным инструментом вроде сковородки с тремя струнами валялась прямо на ковре.

И явно находилась не на своем месте. И на ней были пятна крови. Конечно, Пиллай, падая, мог задеть ее, уронить на пол и запачкать своей кровью. Но…

— Кажется, я нащупала, — перебила ее мысли Инна. — Потрогай вот тут.

В этот момент Пиллай неожиданно распахнул глаза и уставился на подруг.

— Смотри, очухался! — обрадовалась Инна.

— Где я? — слабым голосом прошептал в это время Пиллай. — Кто вы?

— Глаза протри, — посоветовала ему не склонная к сантиментам Мариша. — Мы это. Инна и Мариша. Кто тебя по голове огрел?

— Послушайте, это важно, Раджа… — прошептал Пиллай. — Раджа, найдите его. Я узнал, чем он занимается. У него есть склад всего в десяти километрах к западу от Бахрампура. Поезжайте туда. Он должен быть там.

Задержите его. Вызовите полицию. Скажите им.., скажите…

И тут он потерял сознание. Просто некрасиво с его стороны в такой ответственный момент терять сознание. Подруги попытались растолкать Пиллая, но он больше в себя не приходил. Да у подруг и времени особенно для того, чтобы привести Пиллая в чувство, не было. Потому что дверь распахнулась, и на пороге появилась старая служанка с подносом, на котором стоял стакан с каким-то травяным отваром.

При виде окровавленного Пиллая и двух девушек, которые что-то делали с его телом, старуха взвизгнула.

Поднос с грохотом упал на пол, стакан, что вполне естественно, разбился. А в коридоре послышались взволнованные голоса. Через секунду в дверях возникли лица двух молодых слуг. Старуха начала им что-то взволнованно объяснять, тыча пальцем в сторону Пиллая и подруг.

Неодобрение, написанное на лицах слуг, задело за живое двух девушек.

— Эй, ты! — обратилась Инна к старухе. — Ты старая сплетница. Если ничего не знаешь, так и не говори. Мы сами только что обнаружили Пиллая тут. И вызовите скорей врача.

Врача они не вызвали, а зачем-то притащили полицейских. Ну, есть у людей голова на плечах? Любимый хозяйский сынок того и гляди последние концы отдаст, а они полицию тащат. Преступника им, видите ли, поймать важней.

— Врача вызовите! — закричала Инна, когда в дверях появился старший полицейский чин. — Доктора, понимаете?

Ее не понимали. Так бы Пиллай и отдал концы, если бы сам о себе не позаботился. Он слабо пошевелил рукой, но это не прошло незамеченным. Служанка снова завопила и начала указывать пальцем на Пиллая. Вскоре появился и врач, спешно вытащенный из спальни господина Ракеша. А затем явился и сам господин Ракеш.

Увидев, что случилось с его сыном, он упал в обморок и больше окружающим хлопот не доставлял. Лежал себе тихонько в уголке и никого не тревожил.

Врач быстро организовал перевозку Пиллая в больницу Подруги и ахнуть не успели. Уровень обслуживания был прямо-таки европейский. Очень осторожно санитары переместили пострадавшего на каталку и бережно понесли в карету «Скорой помощи», стараясь не тряхнуть и не выронить по дороге раненого.

Подруги проводили Пиллая до машины, но дальше им ехать не позволили. Полицейские горели желанием поговорить с ними. И получить ясную картину произошедшего. Ясной картины у них не получилось, так как русского они не знали вовсе, а английский весьма посредственно. Но тем не менее они не сдавались. Допрос полицейские начали с разных невинных вопросов. Кто они такие, да откуда, да что делают в Индии и где остановились. И все такое прочее. Выяснив для себя биографию подруг и сделав пометки, один из полицейских наконец перешел к делу.

— Кто из вас ударил Пиллая? — спросил он у подруг.

— Никто, — ответили подруги хором.

— А вот служанка уверяет, что отлучилась на кухню всего на минутку, чтобы приготовить успокоительный отвар для Пиллая. В комнате оставался он один. А когда она вернулась, то увидела своего хозяина, лежащего замертво. И вас, что-то с ним делающих.

— Мы оказывали ему помощь! — возмутилась Инна. — Или, вернее, пытались понять, стоит ли ему ее еще оказывать. Или он уже мертв.

— И ваша старуха все врет, — поддержала подругу Мариша. — Какая там минутка! Вы на эту бабку хорошенько посмотрите. Может такая развалина за какую-то минутку доковылять до кухни, которая располагается, между прочим, в другом конце дома? Приготовить там отвар, а потом еще вернуться обратно с подносом в руках. И все это за какую-то минуту. Она не меньше четверти часа провозилась. Точно вам говорю. А за это время кто угодно мог зайти к Пиллаю и стукнуть его по голове.

— Что же, возможно, — пробормотал полицейский. — Но у вас были личные причины желать зла пострадавшему?

Подруги подивились такой наивности и ответили, что Пиллая они горячо любили, потому что почти совсем его не знали. И никакого вреда он им причинить не успел. Так что убивать им его не было никакого резона.

Про то, что Пиллай не так давно безжалостно бросил Инну, подруги решили полицейским не говорить. Чтобы не усложнять тем жизнь.

— А ничего подозрительного вы не заметили, когда подошли к комнате Пиллая? — спросил у них полицейский.

— Вроде бы нет, — ответила Мариша. — Хотя постойте! Когда мы постучали, то вроде бы оконная рама стукнула! Мы еще подумали, что Пиллай в комнате, но не отвечает потому, что не хочет с нами разговаривать.

Полицейский этим обстоятельством заинтересовался. Он что-то сказал своему подчиненному, и тот быстро побежал куда-то. Вернулся он через несколько минут, сильно запыхавшийся и взволнованный.

— На земле обнаружены свежие отпечатки чьей-то обуви, — сказал девушкам второй полицейский. — Это подтверждает ваши слова. Но окончательно подозрений с вас не снимает. Мы с вами еще будем беседовать.

— А пока мы можем идти?

— Идите, — сказал им полицейский. — Хотя вообще-то я должен был бы вас задержать.

— Почему вы думаете на нас? — снова возмутилась успокоившаяся было Инна. — В доме была куча народу.

И некоторые сильно недолюбливали Пиллая. Конечно, имен я называть не буду, но…

— Я уже знаю о стычке жениха пропавшей Камалы и ее брата, — успокоил ее полицейский. — Поэтому я и говорю, что должен был бы вас задержать. А то ищи потом ветра в поле.

— Что вы хотите этим сказать? — насторожились подруги.

— Он исчез, — грустно сказал полицейский. — А я даже не успел его допросить. И снять отпечатки с его ботинок.

— Раджа сбежал? — поражение переспросила Инна.

— Какой Раджа? При чем тут Раджа? Что вы меня путаете? — удивился полицейский. — Пропал жених Камалы, некий Рама Радж. Идите себе, и без вас голова пухнет. Но из города ни на шаг.

Подруги быстро выскочили из комнаты и помчались вниз. Под окнами комнаты Пиллая уже орудовали трое полицейских, которые фотографировали следы, оставшиеся на мягкой земле. Проходя мимо, подруги задержались. Совсем ненадолго. Но краем глаза им удалось увидеть след башмака. Это явно был не дамский размер. Неизвестно почему, но подругам стало легче на душе.

Затем они прокрались под окно господина Ракеша.

Тут было тихо. Подруги быстро подобрали свои туфли и устремились прочь. Никем не остановленные, они вышли из дома и направились вдоль по улице. Все-таки ночные приключения сказались на них, потому что про Влада они совершенно забыли. Тому пришлось долго свистеть им вслед, чтобы привлечь их внимание.

— Что случилось? — спросил он у подруг, когда они забрались в его машину. — Я жду вас уже почти четыре часа. И вместо вас с Камалой вдруг в дом прибегает сначала один парень с безумными глазами, потом другой.

Потом врач, потом появилась полиция. Я здорово струхнул. Решил, что вы попались. А потом кого-то вынесли на носилках. Так я прямо похоронил вас. Подкрался к толпе и услышал, что ранили сына хозяина. Это вы его?

— Нет, — покачала головой Мариша. — Кто-то забрался к нему в комнату и дал по голове бодхисатвой.

— Чем?

— Статуэткой, — пояснила Мариша.

— А, так и говори, — сказал Влад. — А кто? Если не вы, то кто?

— Не знаем, — сказала Мариша. — А кстати, раз ты тут всю ночь сидишь и все видишь, не видел ли ты какого-нибудь мужчины в ботинках, который бы, крадучись, выскальзывал из дома?

— С обагренными чужой кровью руками и одеждой, — добавила Инна.

— Нет, такого не было, — сказал Влад. — Сначала вообще было тихо, но приходили и уходили какие-то люди постоянно. Рабочие, слуги, какие-то нищие. А после приезда полиции в доме начался форменный бедлам.

Так что преступник мог свободно выйти из дома, даже не особенно таясь. Никто бы на него и внимания не обратил. В доме было полно чужих. С точки зрения криминалистики, время для преступления выбрано идеальное.

— Жаль, что ты ничего подозрительного не видел, — сказала Мариша. — Трудно начинать расследование, имея в качестве улики лишь размер обуви убийцы.

— Почему убийцы? — возразила Инна. — Даст бог, Пиллай выживет.

— Хорошо, если так, — кивнула Мариша. — А кстати, тебе этот несчастный случай ничего не напоминает?

Точно так же убили и Игоря.

— Что это еще за Игорь? — заволновался Влад. — Его тоже убили? Надеюсь, вы про него полиции рассказали?

— Да успокойся! — рявкнула на трусишку Мариша. — Занимайся своим делом.

— Интересно, тут людей убивают, а я занимайся своим делом. А что, если следующим стану я? А у меня пятеро младших братьев и сестер. И мать.

— Про твою мать мы уже слышали, — сказала Мариша. — Не надо придавать себе слишком большое значение. Твоя мать здоровая женщина, а значит, отлично сможет продолжить твое дело. Сядет за руль и начнет возить туристов по городу. Успех шоферу в сари будет гарантирован.

Влад онемел от возмущения, и подруги получили возможность в тишине подумать и поразмыслить о случившемся.

— Значит, все-таки преступник Раджа, — задумчиво сказала Инна. — Иначе зачем бы ему было удирать?

— А вдруг он знал или догадывался, кто похитил Камалу, и поспешил ей на выручку? — возразила Мариша, все-таки сохранившая частичку веры в благородство мужской половины планеты.

— Но очень уж подозрительно, что в Питере и в Дели происходит два очень похожих по исполнению преступления. И оба раза наш бедный невинный Раджа находится где-то поблизости.

— Про его невинность я ничего не знаю, а вот убить — это тебе не наркотики из одной страны в другую провозить, — снова возразила Мариша. — Ты как хочешь, а я отказываюсь считать Раджу убийцей. И пока мне не докажут обратного, так и буду на своем стоять.

Кстати, а где это — Бахрампур? Влад, ты не знаешь?

— Почти на границе с Бангладеш, — ответил тот. — А что?

— Эй, ты куда нас везешь? — внезапно закричала Инна.

Эти слова относились к Владу.

— В гостиницу, — недоуменно ответил тот.

— Ты рехнулся! — закричала на него Мариша. — Немедленно сворачивай. Ты что, совсем тупой? Или только глухой? Ты что, нас с Инной совсем не слушаешь? Вези нас к дому Раджи.

— Зачем?

— Если мы и успеем где-нибудь его настигнуть, то только там, — сказала Мариша.

Влад послушно повернул машину и погнал ее по улицам Дели в противоположную сторону — Прибавь! — наседала на него Мариша. — Прибавь газу! Господи, ну что за наказание на наши головы! Какой увалень! Наверняка теперь опоздали. Вот, доверься дураку, и сама в дурах окажешься. Влад, гони быстрей!

На их счастье, в эти ранние утренние часы движение было еще вялым. Священные коровы дремали по обочинам дорог и движению не мешали. Поэтому до дома Раджи Влад докатил в рекордно быстрое время. Здесь было тихо. Полицейской облавой и не пахло.

— У тебя на сей раз с бензином порядок? — спросила у Влада Мариша, вылезая из машины. — Возможна погоня.

Но обидевшийся на подруг парень сердито молчал и сопел.

— Ладно, прости, — прошептала Мариша. — Насчет дурака — это я погорячилась. Сам понимаешь, такие обстоятельства.

Влад ничего не ответил, но молчать и сопеть стал немного добрей. Подруги подкрались к забору, окружавшему дом Раджи, и осторожно подтянулись на нем. Инна уже знала удобное место для этой манипуляции.

И показала его Марише. Таким образом обе подруги оказались в саду Раджи. Что бы там ни говорили про богатство отца Раджи, этот сад значительно уступал в размерах и пышности саду в доме Камалы. Спрятаться тут было почти негде. Но, с другой стороны, и прятаться сейчас было не от кого. Сад был пустынен и тих. Дом спал. Подруги осторожно подкрались к дверям гаража.

— Мы опоздали! — сказала Инна, увидев на влажном песке свежую машинную колею, ведущую от гаража к воротам. — Они только что уехали. Что будем делать?

— Как что? — удивилась Мариша. — Поедем за ними.

* * *

Тем временем в Питере опер Николай Байкин усердно продолжал искать настоящего, как он искренне полагал, убийцу Игоря Зябликова. На подозрении у него, кроме несчастной, угодившей в психушку сожительницы убитого, были двое. Артур Вирулидзе — бывший жокей и прославленный тренер, а нынче преуспевающий бизнесмен, — и его жена — Ольга Семеновна. Они оба знали, где живет Игорь, знали, где живет Лена. И оба имели мотив для убийства Игоря.

Артур Вирулидзе мог ревновать свою жену к молодому сопернику. Тем более что, по словам их общих знакомых, Артур сильно любил свою жену. И хотя многое ей прощал, но окончательно уступать ее кому-либо не собирался. А роман между Ольгой Семеновной и молодым ветеринаром, безусловно, имелся. Об этом оперу насплетничали не меньше пяти человек, работающих на конюшне в Буграх.

— Точно он ее трахал! — сказал молоденький парнишка, чистящий денники.

— И во как! — выразительно подняв большой палец кверху, сказал старший конюх. — Даже я, хотя уже и старик, как-то раз услышал их занятия, так потом к старухе своей побежал. Перепугал ее до смерти. Она-то уж со своим климаксом и думать об этих глупостях забыла. Ну, я ей напомнил. Так на меня их баловство подействовало.

— Она была в него влюблена как кошка!

— Он прямо бегал за ней, словно привороженный!

— Честно говоря, я им даже завидовал!

Такие мнения высказали Коле работники конюшни.

Дальше он вести расспросы на эту деликатную тему не стал. Ему и так все было понятно. Роман между Игорем и Ольгой Семеновной был. А раз был, значит, рано или поздно могла возникнуть и ревность. А так как изменил Игорь, значит, и ревновать должна была, по логике вещей, именно Ольга Семеновна. Но это была не такая женщина, чтобы ограничиться одними страданиями и молча глотать слезы.

И муж Ольги Семеновны не был таким человеком, чтобы молча сносить оскорбления, наносимые его супруге. И Коля обратил более пристальное внимание на алиби Артура. Он допросил всех его друзей, с которыми Артур был в ту ночь якобы на рыбалке. Не ограничившись этим, он допросил заодно и их жен. Благо они зачастую сами желали поболтать на такую волнующую тему, как убийство.

— Артур обожает свою жену до смешного, — сказала одна из жен, презрительно скривив губки, но с затаенной завистью во взгляде. — Прямо все ради нее готов был сделать. Вот скажет Ольга, к примеру: хочу, чтобы ты, Артурчик, с обрыва прыгнул. И прыгал. Правда, в воду, но случаи бывали. Даже при мне. И все ее капризы всегда исполнял. Чего ее душенька ни пожелает, все Оленька получает. Оленька для него что солнце в окошке. От всех неприятностей Артур ее всю жизнь ограждает. Она за ним живет, как за каменной стеной. По-моему, он к ней вообще относится не как к взрослому человеку, а как к избалованному ребенку.

— А она?

— Она? Дура она набитая. Артура совсем не ценит.

Вертит им как хочет, а сама шашни с молодыми парнями крутит. Вот и последний ее романчик тоже с молоденьким мальчиком. Прямо с институтской скамьи. Моложе ее на добрых два десятка лет. Конечно, Ольга на свои годы не выглядит, но все же бросил ее мальчик ради сверстницы. Ольга жутко переживала. Виду не показывала, но бледная ходила и синяки под глазами.

— А Артур знал об этом романе?

— У Ольги и раньше случались романы, и не раз.

Конечно, Артур знал об изменах своей жены. Но значения им не придавал. Не думаю, что его особенно взволновала и новая измена супруги. Он давно привык, что Ольга находит себе для развлечений жеребцов у себя на конюшне. Должны же у его девочки быть какие-то игрушки.

И матрона снова презрительно фыркнула. Коля кое-что прокрутил в голове. И отправился с докладом к начальству.

— Где, говоришь, Артур в ту ночь рыбачил? — спросил Колю полковник, выслушав соображения своего подчиненного.

— На Неве.

— А где именно?

— Трудно сказать. Они на нескольких машинах были. И надувные лодки с ними. Ехали себе вдоль Невы от самой Ладоги. Останавливались то в одном, то в другом месте. Где льда не было, там они на лодках на воду садились.

— Лодки с моторами?

— Я уточнил, у Артура была лодка с мотором, — ответил Коля. — Она у него на крыше багажника была.

— И в своей моторке Артур один был?

— Тут, такое дело, сначала он с напарником рыбачил.

А потом тот Артура оставил одного. Перебрался в другую машину и уехал.

— И что так? — полюбопытствовал полковник.

— Да вроде как Артур желал остаться на месте и рыбачить, а приятель считал, что клева тут нет. И ушел.

— Значит, он ушел, а Артур остался? — спросил полковник. — По трассе от Ладоги до города на хорошей машине и ночью можно добраться за час или того меньше. Потом по городу на машине. Мог он успеть обернуться, а?

— Вот и я о том же думаю, — сказал Коля. — Мог, товарищ полковник.

— А раз мог, так и крути его, — ответил полковник. — Действуй, лейтенант.

И Коля начал действовать. Он вызвал к себе Ольгу Семеновну и долго убеждал ее, что жить с убийцей нехорошо в первую очередь для ее же собственной психики.

Так как никогда не знаешь, случится у убийцы рецидив или нет. А если случится, то кто окажется жертвой.

Сначала женщина крепилась, но затем разрыдалась и призналась, что да, муж у нее человек крутой и обижать ее всяким молокососам вроде Игоря не позволил бы.

— Он был у Игоря в ту ночь, — рыдала она. — Хотя мне сказал, что поедет со знакомыми мужиками на рыбалку. Так и было, но потом он с рыбалки удрал, приехал к Игорю домой и здорово накостылял тому по шее. Но муж его не убивал.

— Откуда вы знаете? — удивился Коля. — Вы тоже там были?

— Была, — подавленно кивнула Ольга Семеновна. — Как я могла не прийти? Ради своей Звездочки я и не на то пошла бы. Не могла я сидеть, когда у меня на руках, может быть, умирала Звездочка. Во всяком случае, когда я помчалась за Игорем, она была очень плоха.

Я хотела, чтобы Игорь поехал со мной.

— А он не поехал?

— Нет, — покачала головой женщина.

— И что лошадь? — спросил Коля.

— Жеребенок погиб. Когда Игорь не поехал, мы вызвали другого врача, и тот сделал все, что было в его силах. Но он приехал слишком поздно. Конечно, я не уверена, что и Игорь смог бы что-либо сделать, но по крайней мере он должен был попытаться.

— И что было тем вечером, когда вы поняли, что вашей Звездочке необходим врач? Вы поехали за Игорем? — подсказал Коля Ольге Семеновне.

— Да, дозвониться до Игоря я не могла. Его мобильник был отключен. И вот я поехала к нему, надеясь застать его дома. Я остановила машину и долго сидела возле его парадного. У меня очень тряслись руки, я даже машину запереть ключом не могла. И пока я сидела, вдруг увидела, как к подъезду подъехала машина моего мужа, а он сам выскочил из нее и помчался наверх, к Игорю. Разумеется, я туда соваться не стала. Сидела в машине и дожидалась, когда Артур выйдет из дома Игоря. Что бы у них там ни случилось, я должна была поговорить с Игорем. Не знаю, глупо, конечно, но я не верила, что он может бросить нас со Звездочкой на произвол судьбы.

Последняя фраза была сказана самым несчастным голосом.

— Я вам расскажу, как все было, — продолжила рассказ Ольга Семеновна. — Артур пробыл у Игоря минут десять. Потом он вышел, сел в свою машину и уехал.

Я немного выждала и поднялась наверх. Игорь был дома. Он был жив и здоров. Стоял перед зеркалом и пытался замазать синяк на своей физиономии. Артур даром что невысок ростом, но физически очень сильный. Так что Игорю досталось. Нос у него был разбит будь здоров.

Даже пол в комнате был запачкан кровью, которая шла у него из носа.

— И что вам сказал Игорь, когда вас увидел?

— Это не очень важно, — покраснела Ольга Семеновна. — Но если вы настаиваете… Конечно, он был зол, что его побили. Он мне многое наговорил. Сказал, что будет только рад, если моя кобыла сдохнет. И чтобы я искала себе другого ветеринара, потому что он увольняется прямо сейчас. А еще он сказал, что у него важная встреча и что он не может со мной говорить. Времени у него нет.

— И вы ушли?

— А что мне оставалось? Не могла же я тащить этого мерзавца с собой силой?

— И вы даже не попытались уговорить его поехать с вами, чтобы помочь вашей лошади? Как-то вразумить?

Призвать к чувству долга?

— Пыталась, но не сразу, — тихо сказала Ольга Семеновна, и в углах ее глаз заблестели слезы. — У Игоря в квартире я поняла, что сейчас уговаривать его бесполезно. Да и уже поздно было, хотя я об этом еще и не знала.

Плохо соображая, что делать дальше, я выбежала от него и села в машину. А потом позвонила по мобильному на конюшню. И узнала, что они уже вызвали другого врача, но тот тоже пока не приехал, но в пути. И еще они мне сказали, чтобы я постаралась все же уговорить Игоря, потому что Звездочка очень плоха. И я снова вернулась к Игорю. Очень просила, чтобы он поехал со мной. Я умоляла и плакала, но потом поняла, что Игорь меня совсем не слушает. Ему действительно было не до меня и не до моей кобылы. Он снова сказал, что у него важная встреча и мало времени. Тогда я повернулась и ушла.

— Значит, вы, не знаете, с кем у него была назначена встреча? — разочарованно переспросил у нее Коля.

— Это я как раз знаю.

Коля затаил дыхание, не веря в собственное счастье.

— Я все-таки не теряла надежды, что, решив свои вопросы, Игорь согласится поехать со мной и поможет Звездочке. И я решила поехать за ним и заодно выяснить, что это у Игоря за встреча такая и с кем. Я спустилась вниз, села в машину и стала ждать. Через некоторое время Игорь вышел из дома, тоже сел в свою машину и поехал. Я осторожно последовала за ним. Он поехал в центр города на Конюшенную. Там есть такое кафе «Старый попугай». На мой взгляд, злачное место. Так вот Игорь вошел туда. И засел там надолго.

— А с кем он там был, вы не видели?

— Видела. Сначала я минут десять ждала снаружи.

Но время шло, мне стало ясно, что Игорь задержался надолго. А мне нужно было ехать обратно к моей Звездочке. И я очень осторожно прошла внутрь. Могла бы и не осторожничать, Игорь был уже здорово пьян. Умудрился нализаться за какие-нибудь пятнадцать-двадцать минут.

И вряд ли был способен замечать что-либо вокруг. Он сидел за столиком с двумя парнями. Один явно азиат.

Индус или пакистанец. В общем, с юга Азии. А второй был русский. Такой огромный парень с явно недоразвитыми мозгами. Они о чем-то взволнованно говорили.

Долго. И продолжали пить. Я поняла, что это надолго, и уехала обратно к Звездочке.

— И пробыли с ней до утра?

Какое-то время Ольга Семеновна колебалась.

— Какая разница! — наконец махнула она рукой. — Вам ведь уже наверняка рассказали. Нет, я только дождалась, когда родился жеребенок. Увы, он родился мертвым. Потом я посидела и проверила, что со Звездочкой все нормально. Врач заверил меня, что лошадь поправится. Он сделал ей укол снотворного. И я подумала, что, пока Звездочка спит, я ей все равно не нужна. И я вернулась обратно в город. Мне нужно было узнать, что это за дела, ради которых Игорь предал мою лошадь и меня. Трудно сказать, что я испытывала. Может быть, я хотела его убить. Может быть, просто поговорить. Не знаю. У меня в голове все перемешалось.

Я вернулась обратно к этому ресторанчику «Старый попугай». И очень вовремя. Игорь все еще сидел там со своими друзьями. Он пил и веселился все время, пока Звездочка…

Голос Ольги Семеновны прервался. Коля похлопал ее по руке.

— Продолжайте, — подбодрил он женщину — Через какое-то время Игорь попытался встать из-за стола. Но это ему не очень удалось. Он очень здорово нализался.

— Он сидел все с теми же двумя типами?

— Да, и там были еще другие. Тоже какие-то смуглые.

— Вам не показалось, что он ссорился со своими друзьями?

— Нет, совсем напротив. Они ведь весь вечер просидели вместе. И вообще держались очень дружески. Хлопали Игоря по плечу, смеялись. Они все здорово набрались, но никакие ссор или ругани между ними не было.

Игорь нализался сильней всех. Поэтому этот здоровенный русский парень отправился его провожать.

— Выйдя из кафе, Игорь поехал к Лене?

— Должно быть, да, — кивнула головой Ольга Семеновна. — Раз его там убили. Этот здоровенный парень, с которым они пили, повез его на своей машине. Я их проводила взглядом и отправилась домой. Да, точно, этот парень спросил Игоря, куда его везти, а тот кричал, что к Ленке. И они поехали к ней, а я домой.

— Вот так просто? — удивился Коля. — Всю ночь следили за ними, специально вернулись в город, бросив свою Звездочку одну, а потом взяли и уехали домой?

— Но на что мне разговор с пьяным? И потом, если тот парень повез Игоря к Лене, не соваться же мне к этой мерзавке в дом? — удивилась Ольга Семеновна. — У меня есть гордость. Я поехала домой.

И как Коля над ней ни бился, она стояла на своем.

— А машина Игоря осталась возле кафе? — зашел Коля с другой стороны.

— Да, — кивнула Ольга Семеновна.

— Вы уверены? — удивился Коля. — Она осталась возле «Старого попугая»?

— Говорю же, да, — еще раз кивнула Ольга Семеновна.

— Такое ржавое железо, которое на части не разваливалось только потому, что было подклеено скотчем?

— Нет, — удивилась Ольга Семеновна. — Ту машину Игорь продал еще за неделю до своей смерти. Кажется, какому-то соседу.

— И какая машина была у него, когда вы с ним виделись в последний раз?

— «Восьмерка», новая, вишневого цвета.

— Скажите, а чего-нибудь странного вы не заметили, пока следили за Игорем? — спросил у нее Коля.

Ольга Семеновна пожала плечами.

— Что вы имеете в виду? — спросила она.

Если бы Коля это знал! Он отпустил Ольгу Семеновну, взяв с нее подписку о невыезде. А сам помчался на Конюшенную, где стояла, по словам женщины, машина Игоря. Ольге Семеновне не было нужды врать. Но вишневого цвета «восьмерки» там не оказалось. Хотя официант помнил, что она вроде бы тут стояла. Начиналась мистика.

— Иди на штраф-стоянку, туда ее отволокли, — сказал Коля самому себе.

— Тут такое дело. Машина два дня открытой стояла, по словам жильцов вон того дома, в их дворе, — сказал Коле работник стоянки, который быстро понял, о какой машине идет речь. — Только вы, лейтенант, что-то путаете. Машина стояла не возле «Старого попугая», а во дворике соседнего дома. Машина ничего себе, но раздетая. Так что никто угнать машину со двора не позарился.

Только детали растащили. Даже зеркала, лобовое стекло и двери сняли. Ну, и что внутри оставалось, тоже. А что ты хотел, бесхозная же машина стояла. Без сигнализации и без владельца. Мигом раздели. За одну ночь. Что от нее осталось, то на штраф-стоянке и стоит.

Машина и в самом деле стояла там. Впрочем, и машиной ее назвать теперь было трудно. Даже непонятно было, что от нее осталось. Во всяком случае, немного.

Кто-то в ней основательно похозяйничал еще до того, как за ней приехали с тягачом. Сняли все, включая колеса, регистрационные номера и диванные подушки.

— Машина как к нам попала, в таком же виде и стоит, — сказал Коле работник патрульной службы. — За одну ночь хорошую машину подчистую разворовали.

Хозяин — растяпа, а теперь жалобу строчить будет. Слушай, браток, будь другом, сделай вид, что ты этой машины и не находил?

— Обещаю, что хозяин писать жалобу не станет, — сказал Коля и отправился беседовать с жильцами дома, во дворе которого была найдена машина убитого Игоря.

— Ванька из шестой квартиры ее сюда и загнал! — заявила одна из теток, сидящих на лавочке. — Только она уже открытая была и без ключей. Так что он не слишком на ней поживился. Кое-что стащил, это уж так.

Но вы с ним сами поговорите. Он среди наших пьяниц большой человек. А что он с машины снял, так уже, должно быть, пропил.

Коля отправился к Ваньке. Дверь ему открыл тощенький человечек лет тридцати. Многодневная щетина, синяя от водки и драк рожа, рваная майка и ни с чем не сравнимый запах тухлятины, исходивший от него, сказал Коле все без слов. В меблировке комнаты присутствовали два машинных сиденья. Совсем новеньких.

— Зачем машину угнал? — спросил у него Коля. — В тюрьму захотел?

— А чего я? — сразу заныл Ванька. — Я не угонял.

Она уже во дворе стояла. Может, она никому и не нужна была.

— Хорошо, а зачем детали с нее упер?

— А что я? Ему можно, а мне нет?

— Кому ему? — насторожился Коля. — Ты дурака не валяй. Тоже мне детский сад. Ему можно, мне тоже нужно. Кому ему-то?

— Мужику этому, который машину в наш двор загнал, вскрыл и в ней копался, — плаксиво ответил Ванька. — А чего копался? Это уже утром почти было. Я собачку пошел прогулять.

И он указал на такое же тощее и грязное существо, мирно дремлющее на рваном коврике под столом с разнообразными объедками вчерашнего банкета.

— Пошел я с собачкой, вижу, мужик в машине ковыряется. Я встал в подворотне и смотрю, что он делать будет. А он дверь открыл и внутрь влез. Я еще удивился, мужик больно гладкий, костюм хороший, а машину вскрывает. Явно не его машина-то. Ну никак мужик к этой машине не подходил. Я тогда и заинтересовался этим делом. А он осмотрел машину, потом в багажник полез. Там рылся чуть ли не полчаса. Искал чегой-то.

Всякое барахло из багажника прямо на землю выбрасывал. Но ничего так и не нашел.

— А потом?

— А потом ушел, — сказал Ванька. — С пустыми руками. И злой был страшно, ничего, видать, не соображал. Даже дверь у машины не закрыл. Да что там, он ее прямо чуть ли не с мясом вырвал. Зверь. Должно быть, не нужна она ему была, машина эта. Ну, я так и действовал, исходя из этого.

Дальше следовала собственная история Ваньки. Целый день Ванька по праву первооткрывателя караулил вскрытую машину и отгонял от нее бомжей и желающих поживиться.

— Думал, что явится хозяин и что-нибудь мне за труды даст, — пояснил пьяница.

Но хозяин задерживался, и стремление заработать деньги честным путем у Ваньки таяло. Так что мало-помалу он начал откручивать и изымать из машины разные детали и продавать их в ближайшую авторемонтную мастерскую. Бизнес оказался доходным. К делу подключились и другие приятели Ваньки. Так что вскоре от машины почти ничего не осталось.

— А как выглядел тот человек, который пригнал машину?

— Как выглядел? Обыкновенно. Костюмчик такой дорогой из серой ткани. Галстук опять же при нем. Рубашка светлая. Ботинки у него были. Холодно еще на улице, как без ботинок обойдешься? Волосы у него темные. А лица вот не разглядел. Он спиной ко мне стоял.

Да и рано еще было, темно.

— А особых примет не было? — спросил Коля.

— Говорю же, что я его близко не видел, — ответил Ванька. — Хотя да. На улице этого хмыря другая машина ждала! Я за хмырем этим потом осторожненько со двора вышел и увидел, как он перешел улицу и сел в машину.

— Какая была машина? Марка, номер?

— Ты бы еще год выпуска спросил, — съехидничал Ванька. — Откуда мне знать? Я не разглядел. Она же далеко стояла. Темная такая машина. Большая. Не наша, не отечественная. Хотя теперь этих «десяток» наплодили, так и не отличишь особенно.

— А номер? Хотя бы первые цифры?

Ванька напрягся. По лицу было видно, что скрипит мужик извилинами изо всех сил.

— Нет, — наконец сказал он. — Номер не помню.

— Но мужика этого если встретишь, то опознать берешься?

— А чего это мне его встречать? — забеспокоился Ванька. — С какой это стати? Машину эту он бросил прямо на произвол судьбы. Не нужна она ему, ясное дело. Иначе бы не бросил. Вот, к примеру, если вы ботинки в мусорный бак выбросите, а бедный человек подберет, то какие могут быть между вами встречи? Какие, хочу я вас спросить, у этого богача ко мне претензии могут возникнуть?

— Ты ответь, узнаешь или нет?

— Узнать-то узнаю, но хотелось бы понять, с какой стати ему ко мне предъявлять претензии? — снова завел свою волынку Ванька.

Но договаривал он фразу уже в пустоту. Коля испарился. Исчез. Следующий его визит был к Артуру. Под давлением показаний своей супруги тот признался, что действительно улучил момент и смылся с рыбалки, и на машине быстро добрался до города.

— Морду я ему начистил! — с удовлетворением сказал Артур. — Даже нос сломал. И пусть меня за это посадят, но удовольствие я тогда получил огромное. И хотя о мертвых — либо хорошо, либо никак, но я все же скажу: подленький этот Игорь был человечишка. Баб в своих интересах использовал. Так что я ему задело врезал. Но я его не убивал. Прошу мне поверить.

— Ваше счастье, что у нас есть свидетель, который видел, как Игорь спустя несколько часов возвращался домой к своей сожительнице, — сказал Артуру опер. — Иначе грош цена была бы вашим словам. И последний вопрос: скажите, а что вы делали потом, после встречи с Игорем?

— Вернулся к реке, сел в лодку и поплыл обратно к своим, — сказал Артур. — А что?

— Ничего, только странно, что вы такое неудобное время выбрали для сведения счетов с Игорем. Вам пришлось проплыть по реке туда и обратно. Потом менять одежду Ведь не в рыбацких же сапогах вы пошли с ним драться. И ехать на машине. И после всего этого вы еще и вернулись обратно на рыбалку и спокойно удили рыбу до утра.

— Кто вам сказал, что спокойно? — удивился Артур. — А насчет остального вы правы. Так и быть, только не для протокола. Я ведь не драться с Игорем ехал, а убивать его собирался, подлеца. И алиби себе обеспечивал.

А убить я его собрался потому, что видел, Оленька совсем истерзала себя. Вот и решил убрать негодяя из ее жизни. Чтобы и духу его не было.

— И что же вам помешало осуществить свое намерение? — поинтересовался Коля.

— А вот поди узнай, что, — пожал плечами Артур. — То ли совестью это назвать, то ли страхом. Ведь убей я парня, и кем бы я стал? Не смог я его, короче говоря, убить. Морду набил, и все. И велел ему, чтобы от Оли держался подальше. Игорь мне пообещал, что с конюшни завтра же уволится. Сам пообещал, я даже и не требовал.

— Сам пообещал?

— Да, сказал, что ему теперь гроши, что он там получает, неинтересны. У него скоро будет столько денег, что он сможет купить себе десять таких конюшен, если пожелает. Я плюнул и оставил его наедине с его погаными мыслями. А сам вернулся к своим ребятам. А там пил весь остаток ночи. Игоря, поверьте, я не убивал.

Удивительным образом муж и жена выбрали для защиты одинаковую линию поведения. Надо сказать, наилучшую. Да, мотив для убийства Игоря имели. Мало того, и убить парня очень бы хотели, но не убили. Противно стало. Не смогли.

Насчет Артура Коля был теперь уверен почти на сто процентов, что он и в самом деле не убивал, а ограничился простым мордобоем. Разрядил чувства и поехал допивать водку с друзьями. А вот насчет Ольги Семеновны у Коли возник большой вопрос.

Женщина очень трагично восприняла гибель жеребенка своей Звездочки. В таком состоянии она вполне могла стукнуть ненавистного предателя по башке чем-нибудь тяжелым. Тем более что появлялся удобный случай подставить Лену, к которой Ольга Семеновна испытывала крайнюю неприязнь.

Но для разговора с Ольгой Семеновной следовало запастись козырями. И Коля отправился беседовать с соседкой Лены. Той самой женщиной, которой неожиданно стало плохо во время ночной смены у себя на работе. И которая так удачно столкнулась с Пашей, тащившим пьяного Игоря к Лене домой. Коля хотел расспросить свидетельницу, не приметила ли она возле своего дома в тот ранний час еще кого-нибудь. Например, моложавую стройную блондинку, то есть Ольгу Семеновну, сидящую в золотистой иномарке и караулящую свою пьяную и беспомощную жертву.

У Инны с Маришей дела обстояли из рук вон плохо.

Не успели они проехать и несколько километров до аэропорта Дели, как у Влада сломалась машина. На этот раз с бензином было в норме. Они запаслись достаточным количеством горючего всего час назад. Вдобавок поломка случилась на боковой дороге, на которую они свернули с трассы. Этот проселок, по словам Влада, должен был помочь им сократить путь чуть ли не вдвое.

— Господи! — взывала Мариша, горестно заламывая руки. — За что ты нас так наказываешь? Что мы такого тебе сделали?

— Кончай отлынивать от работы! — сердито заворчала на нее Инна. — Толкай машину.

— А зачем она нам? — вдруг опомнилась Мариша. — Мы ведь летим в Калькутту на самолете. А там возьмем в прокате машин что-нибудь подходящее. Бросить эту колымагу здесь, и дело с концом.

— Можете лететь без меня, — заявил Влад. — А я свою кормилицу так не брошу.

Без Влада девушки лететь как-то не хотели. Бахрампур и его окраины представлялись им совсем дикой местностью, где владеющего английским языком днем с огнем не сыщешь. А местных языков они не знали. Так что они молча толкали машину к шоссе, не споря больше с Владом.

— Это даже неплохо. Не хотела бы я оказаться в одном самолете с Раджой и Пашей, — утешала себя Мариша.

— Рано или поздно нам все равно придется заявить о себе, — сказала Инна.

— Лучше уж поздно, чем рано. Не думаю, что они начнут горячо нам радоваться. Лучше оттянуть момент встречи.

Наконец они выкатили машину на шоссе. Первая же легковушка согласилась взять на буксир их колымагу и доставить до стоянки аэропорта. Там имелась охрана, и Влад смог с чистой совестью оставить на их попечение свою кормилицу. Охранник даже обещал проследить за тем, чтобы машину отремонтировали к возвращению Влада.

Затем вся команда поспешила к расписанию.

— Так я и знала! — с досадой воскликнула Инна. — Сегодня рейса в Калькутту уже не будет. Самолет улетел.

— Мы можем полететь до Латны, — предложил Влад. — Оттуда до Бахрампура примерно столько же, сколько и от Калькутты.

— Что же! — вздохнула Мариша. — Полетели. Видно, не судьба мне увидеть Калькутту. Жаль, а я про нее слышала много хорошего.

Инна тоже вздохнула, но не о Калькутте. Ей пока что весьма слабо представлялось, как они будут выводить Раджу на чистую воду. У нее даже на мгновение мелькнула здравая мысль, что стоило бы сообщить все полиции и предоставить ей самой поиски Раджи. Но мысль мелькнула, а задерживаться в Инниной голове не стала. Так уж вышло.

Девушки купили три билета. Причем стоили они как-то подозрительно дешево. В пересчете на американские доллары всего по тридцать пять долларов за билет.

Впрочем, увидев самолет, которому предстояло перенести их за несколько сот километров, девушки все поняли. Действительно, только полный негодяй посмел бы брать деньги за полет на этой развалине. При ветхости воздушного корабля его пассажирам еще следовало бы приплачивать за риск, а не деньги с них брать.

— Мы на этом полетим? — удивленно спросила Мариша у командира самолета, стюарда и второго пилота, все в одном лице. — Оно что, действительно летает?

Тот утвердительно кивнул.

— Здесь, должно быть, какая-то ошибка, — запротестовала Мариша. — Мы всего лишь обычные пассажиры. Мы не поклонники экстремальных способов развлечений. Вы ошиблись.

И она пошла жаловаться стюардессе, которая продала им билеты. Стюардесса заверила Маришу, что ошибки нет. И она вообще не понимает, чем Мариша недовольна.

— В вашем распоряжении один из лучших лайнеров нашей компании, — заявила она Марише. — Но я могу предложить вам билет на завтра. Самолет как раз к тому времени успеют привести в порядок после его последней посадки.

Услышав это, Мариша сникла и больше не протестовала. Они влились в небольшую, но пеструю толпу пассажиров. Люди здесь были простые и в отличие от жителей Дели отдавали предпочтение национальной одежде. Поэтому Мариша немного отвлеклась от своих мыслей, глазея по сторонам.

Каких только красок и оттенков тут не было! Все цвета радуги собрались. Вокруг звучали разноязыкая речь, смех, плач детей и даже кудахтанье кур, которых вез один крестьянин. Женщины все были в красивых сари с многочисленными браслетами на руках и ногах. Босые, но с жемчужными серьгами в ушах и носу. С красной точкой, символизирующей счастье, на лбу и блестящими черными волосами и глазами.

Но Маришу ждало разочарование. По фильмам она воображала себе, что индийские женщины все писаные красавицы, хотя и склонны к полноте. Но на самом деле выяснилось, что красивая женщина в Индии — дело редкое. То есть красивых девушек было полно, но вот с возрастом их красота куда-то девалась. Во всяком случае, среди крестьянок Марише не удалось увидеть ни одной красивой женщины старше тридцати.

Оно и понятно, когда на тебе висит выводок из десятка детишек, муж и домашняя работа, то о красоте уже особенно не тревожишься. Скорее всего и в зеркало да-. же времени взглянуть не находится.

Наконец пассажиры заполнили собой самолет, он загудел, задребезжал всеми своими частями и начал разгоняться. Пассажиры молились. В здравомыслии им никак нельзя было отказать. Трое путешественников присоединили свои голоса к общему хору молящихся. Причем Мариша с Инной вспомнили не только своих святых, но и не забыли местных. Вдруг еще обидятся!

Благодаря молитвам, потому что другой причины Мариша просто не находила, самолет благополучно оторвался от земли и взлетел.

— В полете проведем около полутора часов, — сказал Влад. — Можете поспать.

Увы, поспать не удалось. Только Мариша начинала дремать, как самолет проваливался в воздушную яму, и ей приходилось хвататься за пакет. Разумеется, сон улетучивался. Инна чувствовала себя не лучше, а вот у Влада оказалось железное здоровье. Его совершенно не укачивало. И он искренне наслаждался полетом.

— Тебе удобно? — поинтересовалась у него Инна, приходя в себя после особенно крутого пике.

— О да! — воскликнул Влад. — Жаль только, что нас не будут кормить!

При этих словах обе девушки позеленели и снова кинулись к своим пакетам. Тем не менее самолет благополучно долетел, приземлился, и подруги вместе с остальными пассажирами высадились на поле, залитое прожигающими до костей лучами утреннего солнца.

— Где тут бюро проката автомобилей? — спросила Мариша у Влада, оглядываясь по сторонам.

— Сейчас узнаю, — сказал тот.

Он и в самом деле быстро завел разговор со служащими аэропорта. Вернулся он к подругам обескураженный.

— Они говорят, что никакого проката машин в аэропорту нет. Нам следует поспрашивать об этом в городе.

Но они лично сильно сомневаются, что мы найдем нечто подобное. Тут повсюду границы соседних государств. Человек, отдавший свою машину, рискует никогда ее больше не увидеть.

— Но машину с шофером тут нанять можно?

— Наверное, — с сомнением сказал Влад.

— Вот и займись этим! — рассердилась Мариша. — У нас мало времени!

Машину им удалось найти лишь после полутора часов безуспешных поисков, которые привели их к маленькой гостинице. Сюда путешественники завернули в поисках глотка холодной воды. У сына хозяина оказалась машина. И он горел желанием немного подработать.

— Ой, ой! — застонали девушки, когда гордый владелец показал им свою гордость.

Перед ними стоял самый обычный и такой родной «козлик». Но выглядел он, честно говоря, неважно.

Впрочем, и местность, и дороги на ней были тоже не ахти. Привередничать не приходилось. Все загрузились в машину, водитель сел за руль и выжидательно посмотрел на своих пассажиров. Перед всеми во весь рост стал вопрос о том, куда же ехать. Направление подруги знали лишь весьма приблизительно. Десять километров на запад от Бахрампура, сказал им Пиллай.

— Не очень точно, — заметил Мотилал — их водитель, которого девушки мигом окрестили Мотей. — А что вам там нужно?

Этого подруги тоже точно не знали. Но надеялись узнать на месте.

— А кто вам нужен? — спросил Мотя. — Я там в округе всех знаю. Я сам родом из Бахрампура. То есть моя мама оттуда родом. И все ее родственники живут там.

Девушки через Влада, вызвавшегося работать переводчиком, назвали Моте приметы Раджи.

— Так я его, кажется, знаю! — обрадовался Мотя. — У него мой дядя работал. Хотите, мы можем съездить к дяде и все у него узнать? И все равно ведь начинать искать ваше место нужно от Бахрампура.

И он, не дожидаясь согласия пассажиров, погнал свою машину вперед. Ехать пришлось довольно далеко.

Солнце палило нещадно. Даже несмотря на то, что Мотя выжимал из своей машины приличную скорость, до Бахрампура они добирались почти четыре часа. Подруги едва не падали в обморок от усталости, а потом обе уснули. Проснулись они от бодрых слов Влада:

— Вот мы и на месте!

На самом деле они въезжали на окраину какого-то небольшого городка. Уже через пять домов Мотя остановился перед одноэтажным чистеньким домиком и вылез из машины.

— Здесь и живет мой дядя! — сказал он. — Заходите.

Сейчас он без работы, поэтому сидит дома.

Все трое вошли. Дядя, высокий индус в одной повязке вокруг бедер, выглядел мрачным. Его жена хлопотала у плиты, а четверо детишек шумели в комнате и во дворе. Жена предложила подругам по стакану какого-то приятного, чуть кислого сока со льдом и мятой.

Пока гости утоляли жажду, Мотя присел к дяде и завел с ним разговор. Говорили они долго. Подруги успели съесть по порции риса с овощами. Сначала дядя стал еще более мрачным, так что подруги даже испугались.

Потом он и вовсе вскочил и что-то закричал, указывая на дверь. Но затем Моте удалось внушить ему правильный взгляд на вещи, и лицо дяди просветлело. Мотя обернулся и что-то сказал.

— Дядя спрашивает, сколько вы заплатите, если он покажет то место, где обосновался ваш знакомый? — перевел Влад.

Подруги растерянно переглянулись. Непредусмотренные траты возникали на каждом шагу. А денег у них оставалось уже немного.

— Десять долларов твоего дядю не устроят? — робко спросила Инна через Влада.

Они были готовы к тому, что им немедленно укажут на дверь и выставят с позором и бранью. Дядя вскочил на ноги. Девушки в страхе зажмурились.

— Поедем! — тронул их за плечо Влад. — Он согласен.

Удивленные сверх меры подруги встали и последовали за Мотей и его дядей. Дорогу тот и в самом деле знал, потому что указывал повороты, ни разу не сбившись. Впрочем, это было несложно, потому что они все время следовали за течением какой-то небольшой речки. Пока они ехали, Мариша через Влада расспрашивала дядю Мотилала, не владеющего английским, чем он занимался у Раджи. Наконец все стало ясно.

— Значит, наркотики, — удовлетворенно сказала Инна. — Так я и думала.

Дядя Мотилала почему-то вообразил себе, что Мариша с Инной и Влад — сотрудники Интерпола, которые явились арестовать хозяина и всех работающих на производстве наркотиков. И теперь давал показания легко и охотно. Выяснилось, что технология была проста.

Сырье для изготовления героина привозили откуда-то с востока. Откуда точно, дядя Мотилала не знал, да и не интересовался. В его обязанности входило разгрузить тюки с маковой соломкой и отнести их в специальное помещение. Там за них брались другие работники, которые и превращали соломку в готовую к транспортировке густую вязкую коричневую массу.

Для ее погрузки услуги дяди Мотилала уже не требовались. Управляющий сам относил рюкзачок в машину и уезжал на ней. Машина вместе с управляющим возвращалась обратно уже через час, максимум два, если управляющему приходила мысль в дороге немного подремать.

— И куда везли наркотики?

— На самолет, — ответил дядя Мотилала как само собой разумеющееся. — У хозяина есть частный самолет.

Большой. Туда ему готовые наркотики и отвозили. Или иногда он сам за ними приезжал.

— В это что-то не очень верится, — сказала Мариша. — Большой самолет тут без специальной полосы не сядет. А почему вы ушли от Раджи?

На этот вопрос дядя Мотилала как-то затруднился ответить. Он просто промолчал. Вместо него ответил сам Мотя:

— Этот управляющий, который всем заправляет на фабрике, пока хозяина нет, выгнал дядю и не заплатил ему денег. Поэтому дядя на него зол. И согласился вам помочь, потому что вы враги его врагов. А сам он всегда был принципиально против наркотиков.

Подруги не стали уточнять, за что мог управляющий выгнать с работы дядю. Это было написано на его лице и угадывалось в трясущихся руках. Дядя здорово поддавал.

А держать у себя на производстве наркотиков пьяницу, который может в любой момент надраться и все выболтать, было глупо. Еще глупей оставлять в живых этого работника. Но, должно быть, Раджа был не в курсе" а управляющий просто пожалел односельчанина и отпустил на все четыре стороны.

Тем временем подруги почти добрались до места.

Внезапно их внимание привлекли клубы дыма, которые разлетались за небольшой рощей. Дядя Мотилала проявил признаки сильного волнения. Он вскочил в машине и принялся размахивать руками и притопывать ногами, указывая в направлении пожара.

— Что он говорит? — спросила Мариша у Влада.

— Говорит, что что-то горит! — ответил ей Влад.

— Это я и сама вижу, — разозлилась Мариша. — Чего он так разволновался-то?

— Минуточку, — перебил ее Влад. — Он говорит, что горит фабрика вашего Раджи. Что в том направлении больше ничего нет. Только крестьянские деревушки, но они дальше.

Внезапно в воздухе раздалось гудение мотора. Все задрали головы и увидели небольшой легкий самолетик, который поднялся в воздух и полетел на запад. Дядя Мотилала поднял руку и торжествующе закричал, указывая на самолет. В этот раз подруги все поняли и без перевода.

Птичка снова упорхнула у них из-под носа. Они опоздали. Раджа вместе с товаром улетел, уничтожив в огне все следы своей преступной деятельности.

— Мотилал спрашивает, если там все сгорело, может быть, вернемся назад? — услышали девушки голос Влада.

— Нет, пусть едет, — вздохнула Мариша. — Может быть, там нужна наша помощь.

И машина двинулась вперед. Через несколько минут они выехали из рощи, и перед ними предстала картина случившегося. Фабрика представляла собой небольшой барак с обмазанными глиной стенами и крытой пальмовыми листьями крышей. Чтобы вспыхнуть в жаркую погоду, такому сооружению достаточно было одной спички. А чтобы сгореть — несколько минут. Когда они подъехали, все было уже кончено.

Вокруг пепелища суетились люди в перепачканной пеплом одежде. Все они выглядели очень напуганными и ничего не понимающими. Дядя Мотилала выскочил из машины и поспешил к ним. Ему что-то втолковывали, а он только кивал головой, как показалось подругам, даже с удовлетворением. Теперь он был не единственным пострадавшим. Его соотечественники потеряли работу так же, как и он. Наконец он вернулся к своему племяннику в машину. И начал что-то взволнованно рассказывать.

— Представляете, — начал переводить Влад, — всем этим людям не заплатили за работу за целых три месяца.

Теперь дядя может задирать перед ними нос. Ему-то управляющий выплатил даже небольшое вознаграждение, лишь бы уволенный не учинил скандала. И все эти месяцы, что остальные горбатились на обманщика, дядя гонял лодыря. А теперь вроде бы он и в выигрыше.

— Вы о чем болтаете? — возмутилась Мариша. — Говори по делу.

— По делу он говорит следующее, — сказал Влад. — Вон тот человек, — и он указал на тощенького маленького старичка, — был у Раджи вместо управляющего. Если он захочет, то сможет нам сказать, куда полетел Раджа.

— А как сделать, чтобы он захотел? — спросила Мариша.

Влад выразительно посмотрел на нее.

— Может быть, заплатить ему выходное пособие? — догадалась Инна. — Какая у него была зарплата? Ну, не важно. Зови его сюда.

— Ты рехнулась! — зашептала ей Мариша. — У нас нет денег.

— Деньги — это не проблема, — заверила ее Инна. — Достанем.

— Ты не поняла, у нас с собой вообще нет денег. Та десятка, которую мы заплатили Мотиному дяде, была последней. Нам нечем подкупить этого управляющего.

— А деньги на билет? — спросила Инна. — Ты ведь какую-то сумму отложила на билет обратно в Дели?

— Эти деньги трогать никак нельзя, — сказала Мариша. — Они нам нужны. Я не намерена застрять в этой глуши навсегда.

— Предоставь это мне, — сказала Инна. — Деньги на билет будут. А нам сейчас нужно во что бы то ни стало узнать, куда полетел Раджа. Иначе все пропало. Обещаю, что я насильно совать эти деньги управляющему не стану. Может быть, он сам захочет нам помочь. Бескорыстно. Ну что, зовем управляющего?

Сильно сомневающаяся в бескорыстии людей Мариша все же кивнула. Влад подозвал управляющего и завел с ним беседу. Расстроенное в начале беседы лицо управляющего постепенно разглаживалось, а вот Влад мрачнел.

— В чем дело? — нетерпеливо тронула его за плечо Мариша, проклиная про себя средний слой индусов, которые упорно не желали изучать английский.

— Он хочет, чтобы мы заплатили зарплату всем его людям. Тогда он пойдет на предательство хозяина, — сказал Влад.

— Хозяин предал их первым, — сказала Инна. — А такой суммы, чтобы заплатить всем, у нас нет. Скажи, что мы готовы отдать им все, что у нас есть, но мы не Раджа и наркотиками не торгуем. Если хотят, пусть соглашаются, а нет, то могут обратиться в профсоюз за страховкой.

Влад снова повернулся к управляющему. И они снова начали говорить.

— Он согласен, — наконец сказал подругам Влад. — Он говорит, что Раджа отныне их враг. И что он подло поступил с ними. Поэтому он готов обменять сведения о нем на имеющиеся у нас деньги. Им ведь нужно кормить свои семьи и заплатить долги. Они уже три месяца не получают зарплаты.

— Про их зарплату я уже слышала! — снова вспылила Мариша. — Получат они свои деньги. Не останутся их дети голодными. Вот деньги!

И она помахала в воздухе внушительной пачкой денег. Внушительной она была потому, что состояла исключительно из индийской валюты. Но на управляющего она, кажется, произвела впечатление. Он протянул к деньгам тонкую руку, пощупал их и заговорил, стараясь держаться поближе к деньгам.

— Он говорит, что фабрика работает уже больше двух лет. И что сначала хозяин тут был постоянно, а потом уехал. И за последние два года хозяин появлялся у них в среднем раз в четыре-пять месяцев. Прилетал на самолете, забирал готовый товар, расплачивался с рабочими и снова исчезал. Еще старикашка говорит, что его хозяин перевозил готовый товар в Бомбей. Там он держал его у себя, а потом отправлял на судне вместе с другими товарами еще куда-то. Куда именно, он не знает.

— Эта информация недорого стоит, — заметила Мариша. — Нам даже полумертвый Пиллай больше рассказал. Пусть старикан назовет какие-нибудь приметы, по которым мы сможем найти Раджу в Бомбее.

Управляющий что-то произнес.

— Он говорит, что судно Раджи, на котором он перевозит наркотики, называется «Кришна», — перевел Влад. — И оно должно прибыть в Бомбей завтра вечером.

— Он это точно знает? Откуда у него вообще эта информация? — недоверчиво спросила у Влада Мариша.

— Когда Раджа сегодня приехал к ним на фабрику, он был очень взволнован. И хитрый старик сразу заподозрил неладное. Это ему бросилось в глаза сразу, как только Раджа спустился с трапа своего самолета. Поэтому он исхитрился и подслушал разговор хозяина со своим пилотом. Раджа велел тому не расслабляться и быть готовым к отлету. Тот выразил удивление. И спросил, к чему такая спешка с отлетом, если судно прибудет в порт в Бомбее только завтра под вечер.

— И что Раджа?

— Обругал того и велел не соваться не в свое дело.

— А что было потом? — спросила Инна. — Что делал Раджа на фабрике? Это он ее поджег? Специально?

Влад снова обратился к старику. Потом стал переводить.

— Он говорит, что Раджа зашел к нему в комнату. Забрал всю готовую продукцию и собрался уезжать. Управляющий преградил ему дорогу уже у выхода и сказал, что хозяин сначала должен расплатиться с рабочими. На что Раджа сказал, что еще вернется. А сразу после того, как он уехал, на фабрике вспыхнул пожар. Раджа не мог не увидеть клубы дыма, но он не вернулся. Старик считает, что это хозяин и поджег.

— Все ясно, — вздохнула Мариша. — Вот деньги.

Скажи ему, пусть разделит со своими рабочими по справедливости.

Старик быстро схватил деньги, пересчитал их и кивнул. Затем что-то подсчитал и положил в свой карман несколько бумажек почище.

— Скажи, а девушки с вашим хозяином не было? — вдруг вспомнила Инна. — Такой молодой и красивой.

Влад перевел.

— Девушки не было, — покачал головой управляющий. — Только белый европеец. Очень большой. Раньше я его не видел. Думаю, что это он и поджег нашу фабрику. Он оставался один, и от него пахло бензином.

Потом управляющий пошел к своим погорельцам и начал раздавать им оставшиеся деньги. Там было человек шесть-семь. Так что каждому из них пришлась совсем небольшая сумма.

— И что нам-то теперь делать? — с грустью спросила Мариша у своих друзей. — Денег у нас больше нет.

А нужно лететь в Бомбей.

— Ты все еще не оставляешь надежды сцапать Раджу? — удивился Влад. — Оставьте эту затею. Судя по тому, что его целых два года никто не трогал, у него куплена вся местная полиция.

— Всю полицию купить невозможно, — заявила Мариша. — Даже в нашей стране. И к тому же я, кажется, знаю человека, который может нам помочь.

— Ты говоришь о Редди? — спросила у нее Инна.

Мариша молча кивнула.

— У него есть деньги, и он обещал помочь нам. А мы теперь знаем, что у Раджи с собой партия наркотиков.

Если мы успеем его схватить до того, как он отправит товар, то мы молодцы.

* * *

У Коли работа не ладилась. Свидетельница Тамара Ивановна, седая и полная женщина, наотрез отказалась вспомнить, что видела золотистую машину с миниатюрной блондинкой внутри возле своего дома.

— Миленький, — печально говорила пожилая женщина оперу, — да меня в ту ночь так скрутило на работе, что боялась — помру. Думаешь, мастер такой добрый у нас, что всем дает на служебной машине кататься сколько влезет? Нет, перепугался он просто, что труп у него на рабочем месте будет, вот и отпустил. А мне не до того было, чтобы по сторонам смотреть. Я и в самом деле еле ноги передвигала.

— А почему вам не вызвали «Скорую помощь» прямо на рабочее место? — машинально поинтересовался у нее Коля.

— Так я подумала, подумала и решила, что если выбор есть, так я лучше дома отлежусь, — сказала женщина. — А в больницу страшно ехать не хотелось. К ним как попадешь, так потом морока целая выбраться.

— Значит, ничего подозрительного вы в ту ночь возле своего дома не видели?

— Нет, — покачала головой Тамара Ивановна. — Я и этого, который пьяного Игоря на себе тащил, тоже бы не увидела, ежели прямо в дверях с ними не столкнулась.

И потом по лестнице мы друг за дружкой тащились. И на пьянчужку возле Ленкиной квартиры я чуть было не наступила. Мне же через него шагать пришлось. Тут уж волей-неволей обратишь внимание.

Она помолчала, а потом добавила:

— Ты, миленький, вот что сделай, обратись-ка ты к шоферу, который меня привез. Он возле дома в машине посидел, подождал, пока ему дочка моя в окно крикнула, что я уже дома. Так пока он сидел, может быть, твою машину и углядел.

Коля воспользовался советом Тамары Ивановны.

И не пожалел. Шофер, которого он без труда разыскал на «Парнасе», оказался средних лет дядькой, очень обстоятельным и неторопливым. Он внимательно выслушал Колину просьбу вспомнить, не видел ли он в ту ночь золотистого цвета «Мазду».

— Ту машину помню, — огорошил он Колю. — Я свою машину побоялся бросить на улице. Там ведь товар был. Угонят, потом мне отвечать. Поэтому и Тамару проводить не пошел. Ее дочь встретить должна была.

И ты верно говоришь, стояла там красивая машина. Золотистая такая. Не наша, точно. Вся такая приземистая.

Я пока сидел, еще подумал, как это людям в таких машинах ездить неудобно приходится. Вроде бы и не сидя, и не лежа. Ну, а той дамочке, что в машине сидела, той ничего. Очень уж маленького росточка.

Опер слушал и не верил своим ушам.

— Узнать сможете? — хрипло спросил он. — Дамочку?

— А чего не узнать? — пожал плечами шофер. — Пиши повестку, приду, узнаю.

— Не надо никуда ходить, — заторопился Коля, шаря по карманам.

Шофер неодобрительно наблюдал за его действиями. Наконец Коля нашел что искал.

— Вот, посмотрите! — протянул он шоферу вырезку из журнальной статьи, где крупным планом красовались Ольга Семеновна и вороной жеребец, который недовольно скалил зубы.

Шофер долго смотрел на фотографию. Опер едва не лопнул от нетерпения.

— Она! — уверенно вынес приговор шофер. — Точно она. Шапочка тут на ней чудная, но это точно та дамочка.

Обратно Коля летел словно на крыльях. На радостях он даже не стал вызывать Ольгу Семеновну к себе. Ему прямо-таки не терпелось поговорить с ней с глазу на глаз. И он поехал к ней домой.

— Простите, что врываюсь без приглашения, — сказал он после того, как ему открыла дверь сама хозяйка. — Но у меня появилась новая информация.

— Заходите! — пригласила его Ольга Семеновна. — Раз уже пришли.

Она провела опера в роскошно обставленную гостиную, где вдоль стен тянулись длинные стеклянные витрины, в которых стояли разнообразные по формам кубки.

— Достижения моего мужа, — небрежно пояснила Ольга Семеновна. — Так что у вас за информация появилась?

— Честно говоря, не очень приятная для вас. И я не могу понять, зачем вы нас обманули, — сказал ей Коля.

— Обманула? — подняла тонкие брови Ольга Семеновна. — Когда?

— Когда сказали, что вы после того, как Игорь направился ночевать к Лене, сразу же прекратили за ним слежку и поехали домой. А между тем вашу машину и вас саму видели возле дома Лены. И как раз в тот момент, когда Игорь входил в дом.

— Входил! — фыркнула Ольга Семеновна. — Его внес тот здоровенный парень. Буквально на руках. Вот вы сделали выводы, и совершенно напрасные. Сидите тут и думаете, что это я убила Игоря. А я тем не менее его не убивала. Но вы мне не верите, и я знала, что вы мне не поверите. Поэтому вам и солгала.

— И вы были не правы, — тихо сказал Коля. — Если бы вы сразу сказали нам правду, я мог бы что-то для вас сделать. А сейчас…

— А сейчас мне собираться? — с насмешкой спросила у него Ольга Семеновна. — Вы меня арестуете? За убийство, которое я не совершала? Да мой муж вас в лепешку разотрет.

Вот грозить оперу не следовало. Всякая жалость испарилась из Колиного сердца, осталось одно суровое чувство долга. Коля сердито свел брови и сказал:

— Вы задержаны по подозрению в убийстве своего бывшего любовника Игоря Зябликова.

Дальнейший разговор между ними произошел уже в отделении милиции, куда Коля доставил задержанную.

Начало у него было не слишком результативным. Ольга Семеновна на вопросы отвечать отказывалась, а требовала глубокого психоанализа своего поведения.

— Объясните мне, с какой стати я стала бы убивать Игоря? — в десятый раз спрашивала она у Коли. — Ревность? Чепуха. Я сама подсунула Игорю эту вечно бледненькую Лену. Знала, что парню жить негде. Он и не любил ее вовсе.

— Но разве вы не грозились его убить? — спросил у нее Коля. — Все, кто был в ту ночь на конюшне, помнят, как вы рвали и метали. И кричали, что, попадись вам этот Игорь, вы от него мокрого места не оставите. Над телом мертвого жеребенка вы это и кричали. Что, не помните?

— Мало ли что я могла тогда сказать! Я была в шоке.

У меня случился припадок. В запале и не такое сказать можно. Но я его не убивала. И даже не собиралась.

— А зачем же тогда вы проследовали за ним к дому Лены и ждали в машине?

— Я его и не ждала. Посидела несколько минут, отдышалась и поняла, что единственное, чего я хочу, так это никогда больше не видеть Игоря.

— Живым? — уточнил Коля.

— Никаким, — отрезала Ольга Семеновна. — Гнилой человек. Прямо удивительно, как талант распределяется несправедливо. Врачом Игорь был от бога, но при этом в обычной жизни он был нечистоплотным и ненадежным партнером. Стоило ли марать о такого руки?

Но что бы там ни говорила Ольга Семеновна, верилось ей с трудом. Не такая это была дамочка, чтобы просто так простить измену и предательство. К сожалению, шофер не видел, как Ольга Семеновна входит в дом и тем более в квартиру Лены. А без этого Коле очень трудно было строить свое обвинение.

— Скажите, а пока вы сидели возле дома Лены, саму Лену вы не видели?

— Нет, — отрезала Ольга Семеновна. — Никаких Лен я не видела. Был один мужчина. Очень представительный. Такой в сером пиджаке или, может быть, куртке. И в вырезе виднелась ослепительно белая рубашка.

Брюнет.

— Как вы сказали? — внезапно заинтересовался Коля. — Брюнет? Это значит черноволосый? А какая у него была машина?

— Не знаю, темная и большая. Должно быть, европейская марка. Но точно не скажу. А сам мужчина меня впечатлил. То есть не он сам, а как он был одет. Очень аккуратно. Люблю подтянутых мужчин, которые следят за своей внешностью. Я еще подумала, что он, должно быть, чей-то любовник, и немного позавидовала той женщине, к которой он спешил.

— Откуда он появился?

— Подъехал на своей машине, — сказала Ольга Семеновна. — Странные вопросы вы задаете.

— Вы не отвлекайтесь. Вы рассказывайте про этого человека все, что знаете.

— А что я знаю? Почти ничего. Этот мужчина подъехал уже после того, как тот здоровяк, который подвозил Игоря, убрался прочь. А я как раз все раздумывала, уехать мне или все-таки подняться и высказать Игорю, что он свинья. Мужчина немного посидел в своей машине, а потом прошел в Ленин подъезд. Вот и все.

— Лицо его вы разглядели?

— Нет, — с сожалением ответила Ольга Семеновна. — Толком не разглядела. Все-таки еще темно было.

Его куртку я разглядела, потому что она была светлая. Да и брюки тоже.

— А номер его машины?

Ольга Семеновна попыталась вспомнить, но не смогла.

— И долго этот мужчина пробыл в доме?

— Этого я не знаю, потому что наконец почувствовала смертельную усталость и уехала, — сказала Ольга Семеновна. — А номера его машины я не помню. Вот так.

Отправив женщину освежать память у себя в кабинете, Коля помчался к полковнику.

— Значит, еще один подозреваемый? — удовлетворенно спросил полковник. — Если только твоя дамочка не врет, чтобы отвести подозрение от себя.

— Вряд ли, ведь этого же, по всей видимости, человека видели и возле машины убитого Зябликова. Мужчина что-то в ней искал.

— Молодец! Вижу, что работа у тебя кипит, — похвалил Колю полковник. — По времени этот таинственный мужчина в сером вполне мог бы быть убийцей вашего Игоря. И если это тот же, что копался в машине убитого, то…

— То очевидно, что ему было что-то позарез нужно от Игоря. Он явно искал какую-то вещь, — подсказал Коля. — Он искал ее на убитом, потом осмотрел его машину. Наконец, еще и квартиру. Там тоже было все перевернуто вверх дном. Но на дверном замке нет следов взлома. Вскрыли ключом.

— Интересно, интересно, — пробормотал полковник. — А вот как насчет рабочего места Зябликова? На конюшне этого мужчину в сером костюме не видели? Ты не интересовался?

— Завтра же обязательно выясню, — ответил Коля.

— Вот и молодец! — еще раз одобрил его полковник. — Действуй. А дамочку эту для острастки можешь пока подержать у себя. Ей не помешает.

* * *

Мариша набирала номер телефона квартиры господина Редди уже в третий раз. Там все время подходил младший сын и, ничего не понимая по молодости лет в Маришином английском, весело смеялся и вешал трубку. Затем инициативу перехватила Инна, и ей неожиданно повезло. К телефону подошел старший сын Редди и позвал отца. Инна сразу же передала трубку Марише.

— Мариша! — обрадовался господин Редди. — Вы где? Откуда вы звоните? Почему вас нет в гостинице?

— Долго объяснять, — сказала Мариша. — Вы уже знаете, что свадьбы у Раджи, по крайней мере, сегодня не будет? Знаете, что полиция должна разыскивать Раджу за попытку убийства брата своей невесты и за похищение самой невесты?

— Да, он объявлен в розыск, — сказал Редди.

— Вот и хорошо! — обрадовалась Мариша. — Тогда знайте, что мы преследуем Раджу буквально по пятам.

Он только что сжег свою фабрику, где изготавливали наркотики. А сам с грузом наркотиков летит в Бомбей.

Там его завтра вечером будет ждать судно, на котором он свой груз переправит дальше. Нужно его брать прямо там. На судне.

Судя по продолжительному молчанию, Редди был поражен.

— И в связи с этим у нас проблема, — продолжала говорить Мариша. — У нас слишком мало денег, чтобы следом за Раджой тоже вылететь в Бомбей. А задержать Раджу нужно. Вы сами это знаете. Сейчас это будет сделать удобней всего. Он ведь не подозревает о нашем преследовании и чувствует себя в безопасности. Думает, что оторвался от погони.

— Где вы находитесь сейчас? — спросил господин Редди.

— В Бахрампуре, — сказала Мариша.

— О господи! Ну и дыра! — простонал господин Редди. — Ну ладно. Что-нибудь придумаю. Перезвоните мне через полчаса. Думаю, что я смогу вам уже к тому времени помочь.

За эти полчаса подруги успели съесть по паре пирожков с начинкой из перца, который продавец упорно выдавал за мясо. И выпили по банке немецкого пива, сделанного в Китае, которым угостил их Влад. Теперь он был самым богатым в их компании. У него сохранилось еще несколько рупий. Как ни странно, после еды все почувствовали себя значительно лучше.

— Тебе не кажется странным, что Раджа сжег собственную фабрику? — спросила у Инны Мариша.

— Не кажется, если он решил переключиться на более спокойный бизнес, — сказала Инна. — И я, кажется, даже догадываюсь, на какой. Например, один попугайара стоит на рынке до пятисот долларов. А если редкий вид, так и того дороже. И при этом попугай достается Радже даром.

— А в Индии водятся ара? — удивилась Мариша.

— Ну, не эти попугаи, так какие-нибудь другие. Или вон обезьянки. Их тут вообще никто не считает. И они почти ручные и доверчивые. Приходи и бери хоть всю стаю.

— Но хлопоты с транспортировкой… — начала Мариша.

— Ты книжки про работорговцев читала? Как они своих рабов перевозили? В каких условиях? Да у них иногда до половины груза за рейс погибало. И все равно доход был таким, что через несколько лет они могли отправиться на покой и всю оставшуюся жизнь ничего не делать, а только швырять золотые монеты в море, носить одни шелка и пить птичье молоко в стенах родного замка.

Нарисованная Инной картина впечатлила Маришу.

— Вам не пора звонить своему знакомому? — вмешался в их беседу Влад. — Полчаса давно прошли.

Господин Редди сдержал свое слово. Он нашел нужного человека и был готов помочь подругам.

— Значит, так, сейчас вы пойдете в городское управление, найдете там господина Мохатму и скажете, что пришли от меня. Он должен доставить вас в аэропорт, купить вам билеты в Бомбей и дать денег на дорогу.

— Не знаю, как вас и благодарить! — растрогалась Мариша.

— Не нужно, — поскромничал Редди. — Умоляю лишь об одном: будьте осторожны. Радж может быть опасен. Я сам прилечу в Бомбей ближайшим рейсом.

К сожалению, он будет лишь завтра в час дня. Но я уверен, что успею. В крайнем случае арендую частный самолет. И еще об одном прошу вас, не вмешивайте в это дело полицию. Рама Радж — сын моего друга, мне трудно говорить про него плохо. Но я уверен, что полиция у него подкуплена. К сожалению, в нашей стране это довольно частое явление. Никого этим не удивишь. Поэтому, обратившись в полицию, вы многим рискуете. А я собираюсь…

Но тут у Мариши кончились кредиты на ее телефонной карточке. Деньги кончились еще раньше, поэтому они так и не узнали, что там еще собирается предпринять господин Редди. И вся троица отправилась разыскивать городскую управу Время было уже позднее, шесть часов вечера. Поэтому в двухэтажном каменном здании не оказалось ни единой души ни на одном из этажей. Никого, кроме старушки, которая подметала двор.

От нее через Влада девушки узнали, где живет господин Мохатма. И направились к нему домой.

— Странно, он обещал Редди, что дождется нас, — сказала Мариша. — А сам слинял.

— Если бы тебя попросили взять на себя заботу и содержание трех великовозрастных и совершенно незнакомых тебе туристов, что бы ты сделала? Пришла в восторг или попыталась бы уклониться от этой обязанности? Угадывай до трех раз.

Мариша попыталась и с первого раза угадала. Тем не менее дом господина Мохатмы они нашли без труда. Это был самый новый и самый красивый и большой дом на улице. И сам господин Мохатма, толстенький человечек, глазки которого прямо утопали в щеках, оказался дома. При виде гостей восторга он, прямо скажем, не выразил. Но ужином накормил. А поужинав, оказался, напротив, человеком разговорчивым и гостеприимным настолько, что явно не торопился отправить подруг в Бомбей. На все их просьбы он отвечал, что ночью ехать опасно. Можно куда-нибудь врезаться. И вообще ночь не время для поездок.

— Вот завтра утром, ближе к полудню, я доставлю вас в аэропорт, — говорил он, закуривая кальян.

— А почему не прямо с утра?

— Утром у меня дела, — сказал хозяин. — Очень важные. Я ведь и сам важная персона, — добавил он с неуемной скромностью. — Но ради вас я постараюсь освободиться пораньше.

— Раз вы так заняты, нельзя ли отправить нас с каким-нибудь шофером? — спросила Инна. — С шофером? Поменять деньги в аэропорту на билеты в Бомбей мы и сами в состоянии.

— Я обещал господину Редди, которого очень уважаю, что самолично доставлю вас в аэропорт! — заявил им хозяин. — Вы ведь не хотите, чтобы я нарушил свое слово?

В это время зазвонил телефон. Невысокая старушка в темно-коричневом сари — служанка в доме господина Мохатмы — появилась в комнате и сказала, как перевел подругам Влад, что к телефону просят хозяина. Тот встал и вышел. О чем он разговаривал, подругам не было слышно. Должно быть, телефон находился через несколько комнат от них. Или хозяин нарочно говорил потише. Господин Мохатма снова присоединился к гостям через десять минут. Вид у него был какой-то задумчивый.

— Послушайте, мы обещаем, что не скажем господину Редди, что вы отправили нас одних в аэропорт, — снова сказала ему Мариша. — Клянемся. Будем в один голос твердить, что вы доставили нас прямо до трапа самолета.

Господин Мохатма странно посветлел лицом.

— Ну, раз вы так настаиваете, — сказал он. — Мы можем выехать прямо сейчас. Только позову шофера.

— А как же ваше завтрашнее дело? — удивились девушки.

— Успею вернуться. А в крайнем случае подождет мое дело, — легкомысленно махнул рукой хозяин.

Не успели трое гостей и глазом моргнуть, как во дворе уже стоял новенький джип, мигая фарами и нетерпеливо гудя. За рулем сидел серьезный молодой парень, жена хозяина собирала в дорогу провизию, а сам хозяин метался по дому в поисках телефона справочной службы аэропортов Калькутты. Подруги снова приуныли, но на этот раз хозяин обернулся в рекордный срок.

— Едем в Калькутту, — заявил он. — Прекрасный город. Оттуда из аэропорта вылетите в Бомбей еще сегодня. В Бомбей самолет из Калькутты отлетает через три часа.

— А мы успеем? — удивилась Мариша. — Вы ведь говорили, что дороги в темноте…

Хозяин не дал ей договорить.

— Все будет отлично, — заверил он ее. — Доедем в лучшем виде.

И он вытащил подруг во двор. Затем умчался обратно в дом, откуда вернулся с Владом. Запихнул всех троих в джип, и они помчались по темным улицам.

— Ничего не понимаю, — сказал Влад подругам. — Что это с нашим толстым хомяком случилось? То он пальцем пошевелить не желал, а тут стащил меня прямо с унитаза и даже руки вымыть не дал. По-моему, эта поспешность как-то связана с недавним звонком нашему хозяину — Что бы это ни было, я рада, что мы едем, — сказала Инна. — И я искренне благодарна тому человеку, который так удачно позвонил.

Дальше они ехали в молчании. Темнота за окном и резкие повороты, которые делал их водитель, располагали к задумчивости. Мариша мысленно прощалась с мамой и просила у нее прощения. Инна (тоже мысленно) давала обещания стать Бритому хорошей домашней, почти индийской женой и больше не впутываться в истории.

О чем думал Влад, подруги не знали. Но, судя по его взволнованному лицу, он представлял, как будет жить его мать и маленькие сестры и братья, оставшись во второй раз без кормильца. Больше Инна уже не радовалась тому, что господину Мохатме так удачно позвонили и вытащили его из дома. Напротив, теперь она считала, что его первоначальный план подождать до утра был самым что ни на есть разумным.

— А вы хорошо знаете дорогу? — поинтересовалась она через Влада у водителя.

Тот лишь сверкнул улыбкой в ответ, и они продолжали мчаться йог весть куда. Почему-то в кромешной тьме улыбка получилась какая-то жутковатая. И она придала Маришиным мыслям совершенно новое направление.

«Едем мы с двумя совсем нам незнакомыми людьми. Вокруг ни единой живой души, темно. Кто знает, что этим типам придет в голову с нами сделать. И куда они нас завезут. А может быть, этот господин Мохатма вовсе и не господин Мохатма. Документов-то мы его не видели!»

Такими мыслями Мариша довела себя почти до нервного припадка. Еще немного, и она померла бы со страху Но тут неожиданно впереди появились огни большого города. На душе у всех троих пассажиров сразу стало как-то легче.

— Еще немного, и мы будем в аэропорту, — сказал Влад подругам. — Господин Мохатма говорит, что у нас есть еще минут десять. Не хотим ли мы воспользоваться ими и осмотреть ночную Калькутту?

Но даже Инна осматривать Калькутту не пожелала.

Все рвались поскорей попасть в аэропорт. И они туда попали. Господин Мохатма купил всем троим билеты до Бомбея, выдал Марише средних размеров пачку денег — и тут объявили рейс на Бомбей. Их провожатые обняли на прощание всех троих путников. Затем господин Мохатма и его шофер отошли в сторону и остались там стоять.

Подруги и Влад пошли на посадку. Контроль они прошли без проблем. Багажа у них с собой не имелось, проверять было нечего. Обернувшись, они помахали руками все еще стоящему у стены господину Мохатме. Он помахал им в ответ, но не ушел.

— Чего он там торчит? — немного раздраженно спросила Мариша.

Она только что пересчитала деньги, которые ей выдал господин Мохатма. Денег было немного. Этим и объяснялось ее дурное настроение.

— Ему же нужно было торопиться обратно, — продолжила Мариша. — У него же утром какое-то дело намечалось. Так чего он ждет?

— Может быть, он передумал, — предположила Инна. — Ты же заметила, он легко меняет решения. Сколько он дал с собой?

— Всего пятьсот рупий, — сказала Мариша. — Скряга.

— Ладно, билеты купил, и на том спасибо, — сказала Инна. — В крайнем случае из дома нам пришлют. Или в российское консульство завалимся. Там тоже должны помочь попавшим в беду соотечественникам. Или работать пойдем.

Мариша только глаза закатила. Без дальнейших проволочек они сели в самолет и через двадцать минут уже летели в Бомбей.

— Если не попадем в катастрофу, то рано утром будем на месте, — сказала Инна. — За день успеем отыскать Раджу и его судно.

Судьба, должно быть, сжалилась над путешественниками и послала им удивительно приятный полет. Самолет почти не швыряло и не трясло. Пассажиры тоже подобрались мирные и приличные. Пахло от них, во всяком случае, вполне терпимо. Подруги даже умудрились немного поспать до приземления.

* * *

Раджа и Паша, не подозревавшие об угрозе, летящей к ним самолетом компании «Air-India», сидели в частном доме и пили виски со льдом. Этот дом Раджа арендовал уже в течение нескольких лет и использовал его, когда приходилось бывать в Бомбее. Это получалось дешевле, чем снимать номер в гостинице. И, уж конечно, давало больше уверенности в смысле конспирации. Дом стоял на берегу залива, и по вечерам на веранде было приятно сидеть и слушать, как шумит море.

Сегодня Раджа, как никогда, радовался этому дому.

После недавнего телефонного разговора он не сомневался, что его уже повсюду в Индии объявили в розыск.

И теперь путь в гостиницу и прочие людные места был для него закрыт. И многие другие пути тоже. Поэтому Раджа и сидел сейчас мрачней тучи.

— Дрянь дело, — сказал он. — С самого начала дрянь. С этой свадьбой и вообще.

— А я тебе говорил! — обрадовался Паша, наливая себе еще виски. — Недаром тебе эта девчонка Инна повсюду мерещится. Судьба она твоя.

— Какая еще судьба! — вспылил Раджа и неожиданно обмяк. — А может быть, ты и прав. Я привык, что за меня все решает кто-то другой. Вот и не увидел знака свыше.

— И что теперь будешь делать?

— Завтра провернем последнее дело, и в путь, — мечтательным голосом произнес Раджа, глядя на звезды. — Вернусь обратно в Россию. Хватит с меня этих наркотиков. Дрянной это бизнес.

— Разве ты не собираешься искать Камалу? — спросил у него Паша. — Как ни крути, она твоя невеста.

— Где мне ее искать? — снова занервничал Раджа. — И как мне ее искать, если меня подозревают в покушении на жизнь ее брата? Стоит мне сунуться куда-либо, меня схватят полицейские и начнут задавать вопросы.

А нам это нужно? И так пришлось поторопиться с ликвидацией. Думал, что удастся все сделать обстоятельно.

А вышло с бухты-барахты.

— А чего ты подорвался бежать? — спросил у него Паша. — Ты ведь этого парня — брата своей Камалы — не трогал?

— Не трогал, а что с того? — сердито спросил у него Раджа. — Все слышали, как я угрожал выпустить из него кишки и проломить ему башку. А когда его и в самом деле нашли с проломленным черепком, мигом про меня и мои угрозы вспомнили.

— Сам виноват, нужно всегда держать себя в руках, — наставительно сказал Паша. — И язык не распускать.

— И Камала еще куда-то испарилась, — продолжал Раджа. — Но, допустим, про нее я знаю, где она может быть.

— Да, и где?

— Есть у нее один кавалер. Говорила мне мать, что Камалу с ним видели несколько раз. А я, дурак, внимания не обратил.

— И что? Морду ему поедем бить? — обрадовался Паша, хрустя многопудовыми кулаками.

— Нет, зачем? — пожал плечами Раджа. — Теперь это не имеет никакого значения. Камала мне больше не интересна. Свою бы шкуру спасти. И потом какое-то время придется в Индии не показываться, чтобы все забылось.

— А если Пиллай выживет и сможет описать настоящего преступника, который ему по голове двинул? — спросил Паша.

— Тогда посмотрим, — уклонился от ответа Раджа, допивая свой стакан и поднимаясь из гамака.

Он ушел, а Паша еще долго сидел в задумчивости.

У Паши сложилось впечатление, что приятель и сам не очень хорошо представляет, что и как будет дальше.

К тому же Паша уже давно подозревал, что Раджа не слишком откровенен с ним. Паша смутно чувствовал, что за Раджой стоит еще кто-то. Очень уж рискованные делишки легко сходили Радже с рук. Такое могло быть лишь при фантастическом везении, почти граничащем с чудом. А в чудеса Паша верил слабо.

Паша складывал так и этак. За то время, пока он был с Раджой, Паша видел многих знакомых Раджи. Но никого подходящего на роль босса-хранителя он пока не присмотрел. Наконец Паша тоже встал и пошел в дом.

В одном Раджа был прав: завтра им предстоял тяжелый день.

Сначала нужно было утрясти все формальности с грузом. Потом смотаться за второй партией. Что это будет, Раджа ему пока не говорил. Но точно не наркотики.

Это Паша уже понял. Ну, и напоследок нужно было хорошенько принять гостей. В предвкушении этого приятного момента Паша даже заулыбался. Так с улыбкой и заснул, мерно покачиваясь в гамаке под шум прибоя.

* * *

Подруги высадились в аэропорту и сразу же по привычке направились к стоянке такси. Влад успел перехватить их и деликатно отвел в другую сторону. Где уже стояли автобусы и толпилась толпа народу.

— Что, я теперь уже и на такси не могу проехать? — капризно спросила Инна.

— Можешь, вот деньги раздобудем, и будешь кататься хоть до посинения, — сказала Мариша. — Влад прав. Еще неизвестно, какие траты нас сегодня ждут.

Порт в Бомбее большой. Можно сказать, весь город — это сплошной порт. Чтобы найти одно-единственное судно, нужно будет здорово попотеть.

И они отправились потеть. Причем в самом прямом смысле слова. Кондиционера в автобусе не было. Еще хорошо, что Влад бывал раньше в Бомбее с отцом и хорошо ориентировался. Иначе подруги совсем растерялись бы. Они и так старались изо всех сил не потеряться в плотной толпе и, главное, не потерять Влада.

Первым делом все трое поехали в порт. Там царила суматоха, и всем было не до каких-то двух иностранок с их проблемами. Но Влад нашел чиновника, который согласился их выслушать. Выслушав, он кивнул. И подошел к своему компьютеру. Немного пощелкав по клавишам, он еще раз кивнул и что-то сказал Владу.

— Он знает это судно. Оно должно прибыть сегодня вечером, — сказал Влад.

Подруги едва сдержали ликующий крик.

— Его владелец, — продолжал переводить Влад, — некая компания «Истоки Индии». Лично сам чиновник в жизни никогда про такую компанию не слышал, но тем не менее именно она владеет этим судном, еще он говорит, что судно «Кришна» приписано к их порту и, насколько он знает, никакой контрабандой никогда не занималось. И он спрашивает, почему и на каком основании мы интересуемся этим судном и его владельцами.

Ведь ничего контрабандного…

— Они тут все одним миром мазаны! — вскипела Инна. — У них под носом тонны наркотиков перевозят, а они — «ничего контрабандного».

— Тонны — это уж ты погорячилась, — сказал ей Влад. — Судно небольшое. Грузоподъемность тоже невысокая. Пять-шесть пассажиров. И груз в пару сотен килограммов.

— Где нам найти владельцев «Кришны»?

— Я же тебе говорю, что владельца как такового нет.

— Ну, хорошо. Но какой-то адрес в бумагах должен быть, — настаивала Мариша.

Влад снова обратился к чиновнику. Тот недовольно посмотрел на монитор, записал что-то на бумажке.

— Вот их адрес, — сказал Влад. — Это в Дели.

— О нет! — простонала Инна. — Все сначала.

Должно быть, она выглядела настолько расстроенной, что чиновник смягчился. Он встал и направился к стоящему у стены шкафчику. Затем, достав оттуда одну папку, он подошел к друзьям, в отчаянии сидевшим у него за столом. Мариша с горя даже выпила всю воду из графина на столе. Видя такое дело, чиновник совсем сжалился и что-то сказал Владу.

— Он говорит, что судно прибудет сегодня в восемь часов к пятому пирсу Мы можем его там встретить, все выяснить и поговорить с командой.

Инна с Маришей едва не задохнулись от бури чувств, охвативших их. И едва не погребли под ними щуплого чиновника. Тот едва высвободился из объятий подруг. Да и то в довольно помятом и ошеломленном виде. После чего попросту сбежал. От греха подальше.

— Ура! — сказала Мариша, выходя из помещения капислирии. — Теперь нам нужно дождаться Редди и сцапать вместе с ним Раджу. Пусть пишет письменное признание в своей вине и говорит, куда дел Камалу.

— Я вот все думаю, а не обратиться ли нам в полицию? — спросила Инна. — Этот господин Редди, ты, Мариша, не обижайся, но он какой-то подозрительный.

Не странно ли, он близкий друг отца Раджи. И так беспокоится о самом Радже. А тем не менее на свадьбу Раджи он и не собирался идти. Не приглашен.

— Может быть, он в ссоре с господином Ракешем, — сказала Мариша. — И ты, Инна, не права. Ничего подозрительного в Редди нет. Не забывай, он близкий друг моей тетки. А она с подонками дружить не станет. Просто Редди отнесся к нам с вниманием. И к Радже он тоже привязан, вот и не хочет предавать преступление Раджи огласке. Надеется, что Раджа исправится. Что тут подозрительного? Если бы близкий тебе человек попал в беду, разве ты не сделала бы все от тебя зависящее, чтобы его спасти? Разве мы с тобой не поверили сразу же и безоговорочно в невиновность Лены? Иначе зачем мы тут, по-твоему? Именно потому, что хотим спасти Лену от тюрьмы. А Редди хочет спасти от тюрьмы Раджу. Все логично и правильно.

Маришины железные доводы вынудили Инну капитулировать. До вечера они проболтались в порту и выяснили, что пирс номер пять находится в довольно уединенном месте. Он был зажат между двумя длинными деревянными строениями с глухими стенами и множеством металлических контейнеров вдоль них.

— То еще местечко! — выразила общее мнение Инна. — Прихлопнут нас тут, как мух, и все дела. Никто даже не узнает.

— Но зато есть где спрятаться, — нашел положительную сторону Влад. — Вот тут, возле пирса, я как раз присмотрел уютненькую нишу. Мы все в ней поместимся. Посмотрите!

Подруги осмотрели нишу, которая была образована лестницей и какой-то металлической тяжелой пластиной, прикрепленной к стене, и признали, что она и в самом деле славненькая. К тому же из нее должно быть прекрасно видно все, что будет происходить на судне.

— Значит, решено. Отсюда и будем следить.

К восьми часам вечера вся троица была в полной боевой готовности. Собственно говоря, готовы они были еще раньше. А вот судно «Кришна» и его преступная команда запаздывали. Пробило восемь, потом половину девятого. Спустя еще десять минут судно наконец появилось, а еще спустя четверть часа причалило.

— Интересно, а где Раджа? — спросила шепотом Мариша.

Вскоре ее любопытство было удовлетворено. Раджа был уже на судне вместе с Пашей и еще двумя какими-то незнакомцами.

— Сейчас будут груз таскать, — сказала Инна и оказалась права.

Раджа выскочил на пирс и начал прогуливаться вдоль него. А его команда поспешила за грузом. Вскоре на пирсе выстроилась баррикада из ящиков, коробок и каких-то клеток. И матросы начали загружать это добро на корабль.

— Пора! — пробормотал Влад.

— Что пора?

— Пора бы вашему господину Редди появиться и сделать, что он там намеревался совершить.

Но господина Редди не было. Зато над укрытием друзей, которое они считали таким надежным, возникла на фоне вечернего неба чья-то голова. И знакомый голос велел им вылезать. Как ни странно, но голос принадлежал телохранителю Паше. Разумеется, никто из девушек и не подумал пошевелиться. Влад тоже окаменел — то ли от страха, то ли от неожиданности.

Не тратя больше слов, Паша вынул всех троих по очереди из их укрытия, поставил на ноги на землю и, вроде бы не интересуясь больше ими, отошел в темноту.

Девушки завертели головами, но быстро выяснили, что бежать им некуда. Вокруг были враги.

Вся команда судна вылезла на берег, перекрывая путь к отступлению. Будь море чуть ближе, можно было бы попытаться прыгнуть в него, чтобы улизнуть вплавь.

Но, прикинув на глаз расстояние, даже отважная Мариша отвергла этот план с ходу. Добежать до воды им не успеть. Перехватят по дороге.

— Так, интересно, кто же это к нам пожаловал? — раздался голос Раджи, и через минуту он сам ступил в круг, образованный его людьми вокруг девушек и Влада. — И кто же вы такие?.. — снова с издевкой повторил Раджа и вдруг осекся, удивленно таращась на Инну с Маришей.

Было совершенно ясно, что он их узнал. И было также ясно, что он их тут ожидал увидеть меньше всего.

— Откуда?.. — наконец выдавил он из себя. — Откуда вы тут взялись? Паша!

— Что, командир? — тут же откликнулся Паша.

— Посмотри, — слабым голосом сказал Раджа. — Ты узнаешь их?

Паша послушно повернул подруг к свету, долго рассматривал их и наконец удивленно воскликнул:

— Босс, но это же те самые девчонки! Мариша, Инна, привет! Как дела?

— Спасибо, — сдержанно ответила Мариша. — Только лучше, если бы вы объяснили, что за дела тут происходят. Какого черта вы на нас набросились? Что, уже и навестить своих знакомых нельзя без рукоприкладства?

— Ничего не понимаю, — бормотал тем временем Раджа сам себе под нос. — Ну, абсолютно ничего. Девчонки, откуда вы тут взялись? Что вам тут нужно?

— Мы к тебе пришли. Раджа, миленький, — сладко пропела Инна, догадываясь, что, пока не разберутся, в чем дело, их убивать не будут. — Ты же сам приглашал!

Разве не помнишь?

— Я? — очень удивился Раджа. — Сюда? А когда?

— Ну ты даешь! — очень натурально обиделась Мариша, подхватывая игру Инны на лету. — Перед отъездом в Индию и приглашал. И меня, и Инну. Мы, может быть, специально в Бомбей прилетели, чтобы с тобой увидеться.

— Да? — окончательно обалдел Раджа. — А зачем?

Видя, что парень все еще пока в шоке, Инна ласково обняла его и положила голову ему на плечо. Паша с завистью посматривал то на них, то выжидательно на Маришу. Чтобы его не разочаровывать, пришлось Марише тоже приникнуть к нему. Это было даже приятно, Паша был большой и уютный, словно огромный плюшевый медведь со стальными пружинами мышц.

— А это кто с вами? — вдруг снова забеспокоился Раджа, указывая на Влада.

— Это наш переводчик, не беспокойся, — проворковала Инна. — Он помог нам тебя найти. Такой огромный город, мы едва сумели узнать в порту, где будет швартоваться твое судно. И пришли сюда.

— А почему спрятались? — продолжал недоумевать Раджа.

— Мы не прятались. Мы просто устали за день поисков и присели отдохнуть в укромном местечке. И незаметно для себя уснули.

— А почему не дали о себе знать, когда мы причалили? Вы не могли не проснуться от шума.

— Мы не были уверены, что приплыл именно ты, — сказала Инна. — И знаешь, хватит нам задавать свои глупые вопросы. Я не понимаю, ты что, не рад, что я приехала? Очень интересно! Лечу за тысячи километров, а он даже не рад.

— Что ты! — испугался Раджа. — Страшно рад. Ты мне последнюю неделю все время мерещишься! Вот Паша не даст соврать. И давно вы прилетели?

— А это твой корабль? — ловко сменила тему Мариша. — Можно посмотреть? А прокатиться?

Раджа обрадованно закивал. Затем он что-то приказал своим людям, и они рассыпались по пирсу и принялись заглядывать в укромные уголки.

— Что это они там делают? — с любопытством спросила Мариша.

Но Раджа не ответил. Он уже поднимался на борт судна и манил подруг за собой. У девушек вновь тоскливо засосало под ложечкой. Но делать было нечего. Игра началась. Они сунулись в логово тигра. Впрочем, особого выбора у них и не было. Дорога назад была надежно перекрыта людьми Раджи.

На судне Раджа провел подруг и Влада в капитанскую каюту. Она была по сравнению с другими помещениями довольно просторной, но пятеро человек и тут размещались с трудом. Вдобавок она освещалась лишь одной тусклой маленькой лампочкой, которая притулилась где-то в углу. И свету давала ровно столько, чтобы не натыкаться друг на друга и мебель.

— Просто не могу поверить, что вы вот так взяли и прикатили сюда, — продолжал Раджа, когда исполнил долг гостеприимства, налив своим гостьям по бокалу какого-то казавшегося почти черным в полутьме вина и поставив перед ними тарелочку с сухим печеньем. — Рисковые вы девчонки.

— Да, мы такие, — подтвердила Мариша. — А чем ты тут занимаешься?

— Грузы перевозим, — туманно ответил Раджа. — Слушайте, пока вы сидели на причале, больше там никого не видели?

— Видели кучу народу, — сказала Мариша. — Целый день ведь сидим. Тебя ждем.

— А ближе к вечеру? — спросил Раджа. — Не видели вы двух молодых женщин?

— Нет, а что? Ты кого-то ждешь? — голосом ревнивой собственницы спросила Инна, хотя у нее самой сердце ушло в пятки. — У тебя свидание?

Раджа растерянно посмотрел на нее и покачал головой:

— Нет, просто они должны были прийти. А почему-то не явились.

В этот момент явился с докладом один из его матросов.

— Он говорит, что обыскали весь пирс, но девушек не нашли, — быстро шепнул подругам Влад. — Говорят, что нужно отплывать.

Раджа что-то ответил и вернулся к подругам. Его ответ Влад уже не успел перевести. Но в этом и не было необходимости. Через несколько минут заработал двигатель, и судно закачалось на волнах.

— На чем мы остановились? — ласково спросил у них Раджа, но тут у него забибикал мобильник.

Раджа извинился, достал телефон из кармана и заговорил. Говорил он долго. Мариша успела допить свое вино из бокала и потянулась к бутылке. При этом она случайно взглянула на Влада и едва не выронила бутылку из рук. В полумраке каюты лицо Влада было похоже на маску покойника, если бы не страх, плескавшийся в его глазах. Марише вдруг стало здорово неуютно. Она посмотрела на Инну, но та явно не подозревала ничего дурного и спокойно пила вино.

Мариша хотела привлечь к себе Иннино внимание, но тут Раджа закончил говорить, отложил мобильник в сторону и, помолчав, тихо спросил, обращаясь к подругам:

— Так, значит, говорите, прилетели в Бомбей специально, чтобы встретиться со мной? И вы в Индии всего один день? И сразу же ко мне?

Физиономию его, прямо сказать, всю перекосило от ярости. Не тратя больше слов, он выкрикнул какой-то приказ. Моментально в каюту вбежали два амбала и встали у порога с оружием.

— Свяжите их! — приказал Раджа, указывая на гостей. — Мы зря трудились, обыскивая пирс. Птички уже давно попались в клетку. Вот они!

— Раджа, ты что, с ума сошел? — спросила у него Инна. — Ты заболел? — вдруг догадалась она, делая попытку обнять парня. — Давай я тебя пожалею!

Раджа при этих словах подпрыгнул и выскочил из каюты. Паша поспешил за ним. А подруг между тем начали совсем не вежливо вязать по рукам и ногам. Мариша попыталась оказать сопротивление. И вначале ей удалось нейтрализовать двух бандитов. Но небольшое пространство каюты не позволяло ей как следует развернуться. Вскоре она получила чем-то тяжелым по затылку от подоспевшего на выручку товарищам еще одного бандита, и мир вокруг провалился в темную яму.

* * *

С самого раннего утра Коля отправился на конюшню в поселок Бугры. Прежде всего его интересовал рабочий кабинет Игоря. Он подозревал, что парень мог оставить там какую-то важную вещь, из-за которой его и убили. Эту же вещь таинственный мужчина в сером костюме искал в машине Игоря, потом в его квартире. Если он ее еще не нашел, значит, она, эта вещь, оставалась на работе у Игоря.

И вот Коля примчался на конюшню и первым делом отправился исследовать рабочий стол убитого ветеринара. Ключ, который висел вместе с другими ключами на стенде возле кабинета Ольги Семеновны, ему дали без лишних слов, едва он показал свое удостоверение. По пути все спрашивали у него, когда вернутся Лена и Ольга Семеновна.

— Если так дальше пойдет, то некому работать станет, — проворчал старый седовласый конюх, который показывал Коле дорогу к кабинету Игоря.

Там все оказалось в почти безупречном порядке. Все бумаги были сложены в аккуратные стопочки. Листочек к листочку. Лекарства стояли ровными шеренгами, а шприцы и прочий врачебный инструмент лежали каждый на своем месте в пластиковом шкафчике.

Коля приободрился и старательно обыскал все полочки, ящики и ящички, но ничего интересного не нашел. Но работа опера в том и состоит, чтобы ошибиться сто раз, а на сто первый попасть в яблочко. Очень редко удавалось попасть в него с первого выстрела. И сегодняшний случай явно был не из их числа. Разочарованно вздохнув, Коля вышел, чтобы вернуть ключ на место.

— Ну как, нашли, что искали? — спросил у него конюх. — А то можно у бабы Ани спросить.

— Нет, ничего не нашел, — ответил Коля. — Скажите, а у Игоря всегда в кабинете такой порядок? Такое впечатление, что человек там и не сидел. Совершенно нерабочий кабинет. Музей, а не рабочее место.

— Так, стало быть, тебе все-таки нужно к бабке Анне, — сказал конюх. — Она же кабинет ветеринара в порядок приводила.

— Зачем? — машинально спросил Коля.

— А затем, что погром в нем учинили! — сказал конюх. — Вот на следующий после родов Звездочки день прохожу я мимо кабинета ветеринара и вижу, что дверь открыта. Заглянул туда, значит, и.., мать честная! Все кругом перевернуто. Бумаги все по полу разбросаны. Лекарства тоже валяются. Какие в упаковке, спасибо, сохранились. А ампулы многие передавлены. Стал я собирать, да смотрю, мне и не справиться. Вот и вызвал бабку Аню. Она прибрала. Что, хорошо прибрала?

— Да, — машинально кивнул Коля. — Очень чисто.

А почему вы не сообщили о случае проникновения в милицию?

— А зачем? — удивился конюх. — Если чего пропало, так это только Игорь мог знать. А мы чего? Вот, думаю, придет Игорь, так мы ему и доложим. Его хозяйство, пусть сам думает, как быть.

— Ольга Семеновна знала о взломе? — спросил Коля.

Конюх, казалось, смутился. Снял шапку и принялся чесать в затылке.

— Тут ведь дело такое, — наконец сказал он. — Забыл я, одним словом, ей сказать. Так все завертелось, что из головы разгромленный кабинет вылетел. Тем более что вроде бы не пропало ничего.

— Не пропало! — передразнил его Коля, — Откуда же вам знать? Ведите меня к вашей бабке Ане.

Но пожилая женщина тоже ничем не смогла порадовать Колю.

— Все, что в кабинете было, я разложила по местам.

А уносить ничего с собой не уносила. И не выбрасывала.

Только осколки разбитых ампул. И пол вымыла.

Прокляв в душе чистоплотность некоторых старух, Коля направился было к своей машине. Но вовремя кое-что вспомнил и вернулся.

— Не видел ли кто из вас за день до взлома или в тот же день такого высокого черноволосого мужчину в дорогом сером костюме?

С этим вопросом Коля вновь обошел всю конюшню.

— Да вроде был такой! — нахмурил брови один из парнишек-подсобников. — Крутился тут. Я решил, что это клиент пришел, лошадь свою поставить. Он прямо к Ольге Семеновне пошел в кабинет.

— Она в это время была там? — спросил Коля.

— Откуда мне знать? — пожал плечами парень. — Вообще-то не думаю. Она возле Звездочки была. Почитай, весь день из конюшни и не выходила. Очень уж плоха была кобыла. Все думали, что и не выживет. Но ничего, оклемалась. Уже сено жует. Можете сообщить Ольге Семеновне, пусть хоть у вас в тюрьме порадуется за свою любимицу.

— Обязательно сообщу, — пообещал ему Коля, думая о своем.

А думал он о том, что каждый посторонний посетитель легко мог воспользоваться ключом от кабинета ветеринара. Благо тот висел, никем не охраняемый, прямо на стенде в коридоре. А кабинет ветеринара находился в закутке, за стойлами лошадей. Туда без особой надобности никто не заглядывал. Так что злоумышленник мог спокойно порыться в бумагах Игоря и уйти незамеченным.

Вооружившись этими сведениями, Коля поехал обратно к себе в отделение. Там он первым делом велел привести Ольгу Семеновну. Проведя ночь в камере, она выглядела присмиревшей и уже не кричала поминутно о том, что призовет к ответу всю милицию, и Колю в том числе, за произвол. Коля рассказал женщине о погроме, учиненном в кабинете ветеринара.

— Что вы говорите? Надо же! — удивилась женщина. — Мне никто об этом не сказал. Странно, что же там могли искать? Все дорогостоящие лекарства Игорь держал у меня в сейфе. А инструменты свои он всегда возил с собой. В кабинете не было почти ничего стоящего. Зачем же?..

Вдруг Ольга Семеновна страшно побледнела. У нее даже крылья носа стали совсем белые. Коля испугался, что она сейчас хлопнется в обморок, и поспешил налить ей стакан воды. Но Ольга Семеновна оказалась крепче, чем выглядела.

— Не надо, — хриплым голосом отказалась она от воды. — Вы знаете, мне кажется, я теперь знаю, что искали в кабинете Игоря.

— Да? — посмотрел на нее Коля. — И что?

— Конверт, — сказала Ольга Семеновна. — Несколько дней назад Игорь примчался на работу сам не свой. Сразу же пришел ко мне в кабинет и попросил положить в мой сейф заклеенный конверт. Такой, знаете, большой и желтый. В них на почте еще заказные письма отправляют. Только в этом конверте было не просто письмо. Он был очень пухлый. И Игорь просил сохранить этот конверт у себя. Сказал, что там очень важные вещи лежат.

— Где? — вскочил на ноги Коля. — Где этот конверт сейчас?

— У меня, — недоуменно пожала плечами Ольга Семеновна. — Где же ему еще быть? Я отвезла его домой и положила в тумбочку.

— В тумбочку? — прошептал Коля, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног.

— Ну да, я все важные вещи держу в тумбочке, — сказала Ольга Семеновна. — Иначе я их куда-нибудь засовываю и потом долго не могу найти. Или, постойте…

Она задумалась и решительно закончила:

— Да, он должен лежать в тумбочке.

Не теряя времени, Коля потащил Ольгу Семеновну к ней домой, а точней, к вожделенной тумбочке. Но большого темно-желтого конверта в ней не оказалось Там было множество интересных вещей, но конверта не было.

— Странно, мне казалось, что я положила его в тумбочку. Или я только хотела это сделать?

— А вы вспомните.

— Я пришла домой, положила конверт в прихожей, чтобы раздеться, и тут зазвонил телефон. Я взяла трубку и пошла с ней на кухню. А вот что я делала потом, не помню, — растерянно сказала Ольга Семеновна.

Они вдвоем обыскали все пять комнат и подсобные помещения. Все безрезультатно. Конверт не находился.

— Нужно спросить у мужа, — сказала Ольга Семеновна. — Может быть, он куда-нибудь положил.

И тут, словно дождавшись, что про него вспомнят, появился Артур. При виде побледневших от усталости Коли и своей жены, которой полагалось быть в камере, муж очень удивился. А узнав об их поисках, ненадолго задумался.

— Кажется, я видел этот конверт, — сказал он. — Такой желтый? Без адреса?

— Да, — кивнула Ольга Семеновна. — Где он?

— Я его убрал, — спокойно ответил Артур.

— Куда?

— Оля, помолчи, — все так же спокойно обратился к жене Артур. — А лучше выйди к себе в комнату. У нас с товарищем милиционером будет мужской разговор.

В результате их мужского разговора Ольга Семеновна осталась дома в объятиях своего счастливого мужа, а Коля отправился в отделение, сжимая в руках темно-желтый конверт. И тоже был совершенно счастлив. Ольга Семеновна его больше не интересовала. В конверте нашлись несколько фотографий, на которых стоял Раджа и неизвестный оперу высокий мужчина с явно индийской внешностью. Они дружески разговаривали и даже время от времени на некоторых фотографиях пожимали друг другу руки. Тут же лежал негатив, с которого были отпечатаны эти фотографии.

И еще тут была диктофонная запись, прослушав которую Коля понял, что повышение по службе ему обеспечено. Теперь опер знал, кто этот преступник, убивший Игоря. И знал также, за что убили Игоря. Осталось только найти высокого мужчину, стоящего рядом с Раджой на фотографии. Но в этом Коле мог помочь лишь сам Раджа.

«И где же мне теперь искать тебя, красавец?» — задумался опер.

И тут Коля очень своевременно вспомнил, что уже подозрительно давно не имеет никаких новостей от двух девчонок, отважно отправившихся на поиски Раджи в далекую Индию. Раньше он как-то не задумывался, чем это может кончиться. И встревожился.

* * *

Инна открыла глаза первой. Она для пробы повертела головой. Голова отлично вертелась. Тогда она попыталась пошевелить руками, это ей удалось хуже. Что-то все время мешало. Такая же история случилась и с ногами.

Поразмыслив, Инна поняла, что мешают ей веревки, туго стягивающие ноги и руки. Это было странно. В памяти сохранилось смутное воспоминание о том, что она летит по воздуху, а потом были вода и холод. А в самом конце какие-то чужие голоса, озабоченно переговаривающиеся над ними.

— О боже! — простонала девушка. — Где я? Есть тут кто?

В ответ раздался слабый стон. Присмотревшись, Инна увидела рядом с собой Влада, а чуть подальше Маришу, которая тоже начинала шевелиться.

— Где мы? — спросила Инна у Мариши.

— Ты у меня это спрашиваешь? — несмотря на слабость, нашла в себе силы разозлиться Мариша. — Меня же первую вырубили.

— А по-моему, меня, — сказала Инна. — Ну извини тогда за ошибку — Чем извиняться, лучше помоги мне освободиться от веревок, — сказала ей Мариша. — Не всю ведь жизнь нам тут валяться. Ползи ко мне, а я поползу к тебе.

Инна начала извиваться на каменном шершавом полу. Должно быть, догадываясь, что она это сделает, кто-то заблаговременно посыпал пол мелкими острыми камешками, которые врезались Инне в тело и причиняли адскую боль.

— Чтобы им провалиться всем пропадом! — ругалась Инна, извиваясь, словно червяк на сковородке. — Гады, сволочи, дебилы!

— Кого ты ругаешь? — осведомилась у нее Мариша, которая испытывала меньшие муки, поскольку была в джинсах.

— Твоего Раджу и твоего Редди? — воскликнула Инна.

— А при чем тут Редди?

— Как? — ахнула Инна. — Ты еще не поняла? Это ведь он сдал нас Радже.

— Не может быть! — возмутилась Мариша. — Он же знал, что Раджа нас убьет. А моя тетя…

— Плевать он хотел на твою тетю! — рассердилась Инна. — Редди преступник, это ты понимаешь?

— Нет, Редди не мог предать нас.

— Еще как мог! — неожиданно пришел в себя Влад.

— О, ты жив! — обрадовались девушки.

Влад лежал между ними и вполне мог заняться их веревками, избавив от унизительного ползания по полу.

Так что радость подруг была понятна.

— Я как раз лежал и думал, жив я или нет, — сказал Влад. — Но раз вы говорите, а ведь вы же не станете меня обманывать, значит, я жив.

— Кончай трепаться, — велела ему Мариша. — Займись моими веревками.

— Эй! Почему это твоими? — тут же возмутилась Инна. — Он на целых пять сантиметров ближе ко мне.

Пусть с меня и начнет.

Последовало небольшое препирательство. И в результате Мариша сказала, что ей не важно, с кого начнет Влад. Лишь бы начал. И Влад принялся зубами распутывать узлы на Инниной веревке. Челюсти у него были мощные, зубы крепкие. Без малейшего признака кариеса. Так что справился он быстро. Инна размяла руки и принялась освобождать своих друзей.

Уже через несколько минут все дружно сидели рядком и распутывали веревки на ногах.

— А что ты говорил про Редди? — вспомнила Мариша.

— Инна верно догадалась, это он сдал нас Радже, — ответил ей Влад. — Помните тот звонок в каюте Раджи, после которого нас связали? Он был от какого-то мужчины, которому Раджа пожаловался, что не нашел на пирсе двух русских девушек, о которых его предупреждали. И он спрашивал, вполне ли уверен его собеседник, что они должны там быть. А потом он проговорился, что нашел вас и меня. И собеседник Раджи сказал ему, что Раджа идиот. И что это мы и есть! А кто мог знать о наших планах, кроме вашего Редди?

Мариша молчала. Правда предстала перед ней во всей своей неприглядности. Теперь стало понятным и странное поведение господина Мохатмы, когда он сначала отказался везти девушек в аэропорт, а потом сам чуть ли не силой заставил их ехать. Просто он ждал звонка с указаниями, как ему быть. Звонка он дождался и сразу же повез девушек к самолету.

— И мы угодили прямо в ловушку! — заключила Мариша. — Ну и дурака мы сваляли. Особенно я. Но как моя тетя могла не знать, что за скотина ее любовник!

— Чего уж теперь плакаться, — сказал Влад. — Нужно подумать, как нам отсюда выбираться.

— А где мы? Ты знаешь?

— Кажется, это подвал какого-то древнего храма, — сказал Влад. — Мне кажется, что я его видел. Храм, имею в виду. Когда нас сюда несли.

— А я помню, как нас люди Раджи перетаскивали с судна в самолет. А потом мы куда-то летели, — сказала Мариша. — И, по-моему. Раджа приказал выбросить нас из самолета. Просто чудо, что мы до сих пор живы.

Должно быть, угодили прямиком в озеро.

— И какие-то люди нас выловили из воды и принесли сюда, — подхватил Влад.

Подруги осмотрелись по сторонам. Было похоже, что они и в самом деле в подвале храма. На стенах были высечены извивающиеся в танце человеческие фигуры с округлыми линиями и пышными бедрами. Фигуры были освещены лунным светом, который падал в подвал через зарешеченное окно. Сами стены были страшно древними.

— Очень красиво! — справедливо заметила Мариша. — Но как нам отсюда выбраться?

— Тише, вы слышите? — насторожилась Инна. — Какое-то пение и музыка.

Все прислушались. И в самом деле звучали ударные инструменты, вплетаясь в красивую, но чуточку заунывную мелодию.

— Ой! — пискнул Влад. — Не нравятся мне эти песнопения под полной луной.

— Что? Что такое? — всполошились подруги.

— Лучше бы вам этого и не знать, — ответил им Влад очень мрачным голосом.

Слова Влада заставили их похолодеть.

— Говори как есть! — приказала Мариша, трясясь от страха.

— Не важно, давайте лучше побыстрей выбираться отсюда, — ответил Влад. — Помогите мне. Нужно попытаться расшатать решетку.

Он встал прямо под решеткой. Мариша вскарабкалась ему на плечи. Но дотянуться до окна все равно не получалось.

— Инна! — позвала Мариша. — Иди сюда.

— Я упаду! — сказала Инна. — И у меня голова от высоты кружится. Я не могу!

— Если ты не сможешь, через несколько минут нас всех прикончат. Принесут в жертву, — сказал ей Влад.

— Ты шутишь? — недоверчиво спросила Инна.

— Насчет нескольких минут точно шучу.

— Нет, насчет жертвы, — уточнила Инна. — Человеческие жертвоприношения давно канули в прошлое. Так ведь?

Влад красноречиво промолчал.

— Я лезу! — заторопилась Инна. — Если подумать, так тут вовсе и не высоко.

И она ловко, словно обезьянка, начала карабкаться наверх.

— Решетка едва держится! — довольным голосом сказала она. — Могу даже выдернуть.

— Так дергай! — воскликнула Мариша, которая стала что-то совсем нервной и тряслась так, что все трое едва не падали.

— Если я ее выдерну, то потеряю равновесие и грохнусь, — сказала Инна.

— А ты попытайся вытолкнуть решетку наружу, — предложил ей Влад.

— Точно! — обрадовалась Инна. — Как это я сама не сообразила.

Музыка снаружи стала несколько громче. Или так только показалось перепуганным пленникам. Как бы то ни было, Инна резким толчком выпихнула решетку наружу Затем, осторожно подтянувшись на руках, сама вылезла следом за ней. На это у нее ушло всего несколько минут, но музыка за это время совершенно точно стала громче.

— Лезьте сюда! — свесившись головой вниз, прошипела Инна. — Вот, держите!

Она бросила вниз свою рубашку. Левый рукав она держала в руках и для надежности обмотала им свое запястье. А правый опустила к Марише. Та уцепилась за него и потребовала, чтобы Инна тянула.

— Я не могу! — простонала Инна, скрипя зубами от усилия и чувствуя, что в голове у нее мутится. — Не выходит. Ты слишком тяжелая. Мариша, подпрыгни, а? Тогда я попытаюсь тебя подловить. Тебе совсем немного нужно подпрыгнуть.

— Прыгай! — велел Влад. — Выбирать не приходится. Я тебя подброшу. На счет «три». Раз, два, три!

И Мариша прыгнула. Никогда в жизни ей не приходилось прыгать так высоко и с такой неустойчивой площадки, какой были плечи Влада. Но она взлетела, едва не сломав парню ключицу, и успела уцепиться за край окна. Ободрав себе всю кожу на руках, она вылезла наружу.

— Снимай джинсы! — сдирая с Мариши джинсы, шипела Инна. — Нужно связать вместе с моей рубашкой и, пока не поздно, вытащить Влада.

Мариша быстро выскользнула из джинсов. Они связали их с рукавом рубашки и опустили вниз. Как раз хватило, чтобы Влад смог уцепиться за них, встав на цыпочки. Затем девушки принялись тащить парня вверх. Сначала все шло хорошо, но затем раздался подозрительный треск.

— Рукав отрывается! Тащите быстрей! — закричал Влад.

Подруги потащили быстрей и успели буквально в последнюю минуту Когда Влад, кряхтя, вылез наружу и в порыве чувств обнял обеих подруг — на большее выражение своих чувств времени не хватило, — за кустами мелькнул свет факелов и показалась процессия. Впереди шли трое мужчин, за ними следовала толпа, ощетинившаяся короткими копьями.

— Это за нами! — шепнул Влад. — Быстрей в кусты.

Мариша схватилась было отвязывать свои джинсы, но Влад не дал. Он утащил девушку за собой в укрытие.

И вовремя. Потому что процессия уже входила в храм.

— Бежим отсюда! — прошипел Влад. — Нам нужно найти ручей. У них могут быть собаки. Нужно сбить их со следа. Это религиозные фанатики, они ни перед чем не остановятся, чтобы принести жертву своей богине.

Сейчас они обнаружат, что нас нет. Быстрей!

И они побежали, продираясь сквозь заросли.

— Я смотрю фильм! — бормотала Мариша себе под нос. — Это съемки кино. Или я сплю. Или это все последствия удара по голове. Такого на самом деле просто не может быть! Какие-то дикари с копьями, жрецы с жертвенными ножами, а на дворе двадцать первый век, третье тысячелетие, и Индия посылает космонавтов в космос.

— Одно другому не помеха! — возразил Влад тоже на бегу.

За спинами беглецов раздался вопль разочарования и гнева.

— Обнаружили, что нас нет, — прокомментировал Влад.

Затем раздались громкие крики позади. Им ответили такие же крики слева и справа.

— Как их много! — в отчаянии прошептал Влад. — Боюсь, нам от них не уйти. Они знают эти места как свои пять пальцев. А мы — нет.

— Ерунда, мы должны убежать, — перебила его Мариша.

И они побежали дальше. И бежали долго. Сначала голоса преследователей слышались, казалось, со всех сторон. Потом они стали отдаляться, а потом и вовсе стихли. Беглецам удалось совершить почти немыслимое. Они сумели оторваться от погони. Остановившись, беглецы долго прислушивались, а потом бросились друг другу на шею.

— Ура! — приплясывала на месте Инна. — Мы удрали!

— Нате-ка выкусите! — торжествовала Мариша, выделывая босыми ногами удивительные па.

Только Влад после краткой минуты эйфории впал в какой-то странный ступор, растерянно глядя по сторонам. Понемногу его настроение передалось подругам.

Они тоже осмотрелись, и до них дошел ужас их положения. Они стоят в самых настоящих джунглях, а вокруг ползают ядовитые змеи, бродят тигры-людоеды и прочее лесное зверье. А беглецы даже в самой малой степени не предполагают, куда им идти. Да что там, они даже не знают, в какой части Индии находятся и что это за лес вокруг.

— Ой! — вдруг вскрикнула Мариша. — Меня кто-то укусил за задницу. Змея. Кажется, я умираю.

— Не вздумай! — испугалась Инна. — Да и никого тут нет. Должно быть, москит неудачно совершил посадку.

Словно в опровержение ее слов рядом в кустах раздалось угрожающее шипение. А немного вдали послышался рев какого-то хищника, вышедшего на ночную охоту.

— Влад, а как в Индии с дикими животными? — с трепетом спросила Инна.

— Как и везде, — ответил тот. — Их успешно истребляют, но они еще есть. Живут в национальных парках.

— А тигры тоже живут? — робко спросила Инна.

В ответ снова раздался рык.

— Тигров осталось не так много, но леопардов вполне достаточно, — дрожащим голосом сказал Влад. — А крупный и, главное, голодный леопард вполне может наброситься и на человека.

— Б-р-р! — застучала зубами Мариша. — Холодно.

— Холодно? — неожиданно обрадовался Влад. — Да, и в самом деле прохладно. Так это же здорово!

— Почему? — опешили подруги.

— Это значит, что мы где-то ближе к северу страны, — сказал он. — На юге ночи были уже теплые. Помните, мы ведь сидели в засаде и не мерзли.

— Я и сейчас не мерзну, — сообщила Инна.

— Так ты одета, — возразила ей Мариша. — А на мне только одна короткая кофточка, и ноги все мокрые и холодные.

— Вот, возьми мою куртку, — предложил ей Влад. — Извини, брюки предложить не могу.

— Скажите, какой стеснительный, — проворчала Мариша, все же с благодарностью принимая куртку Влада.

— Ну, пошли? — спросила Инна.

— Стоять зря нечего.

— Не торопитесь, нужно подождать восхода солнца и выяснить, в какую сторону идти, — сказал Влад. — Джунгли не могут тянуться бесконечно.

— Нет? — обрадовалась Мариша. — А я читала Киплинга, так у него…

— С тех пор многое изменилось, — перебил ее Влад. — Настоящих диких джунглей осталось не так уж много. И занимают они далеко не прежние площади.

Крестьяне вырубили их для своих полей. Так что если придерживаться правильного направления, то за несколько дней при самом неудачном раскладе можно пересечь любые джунгли и выйти к какой-нибудь деревне.

— Где нас будут поджидать собратья ночных фанатиков с копьями и ножами, — сказала Инна. — Тех самых, которые хотели принести нас в жертву. Кому, кстати?

— Я не разобрал, — сказал Влад. — Думаю, что это была либо Кали, либо Дурга. Хотя разницы особой не вижу. Я слышал, что кровавые культы еще сохранились у некоторых фанатиков и в уединенных храмах служат такие ночные службы, но я думал, что это сплетни.

— Придурков в любой стране хватает, — утешила его Мариша. — У нас тоже по кладбищам психи бродят и в склепах всякую непотребщину творят. По отдельным личностям нельзя судить о всем народе.

— Есть хочется! — неожиданно подала голос Инна. — Раз мы до утра никуда не пойдем, то, может быть, разведем костер и чего-нибудь поджарим?

— Чтобы чего-нибудь поджарить, нужно это чего-нибудь поймать, выкопать или сорвать, — сказала Мариша. — Тут тебе супермаркета с вежливой продавщицей нету.

— А костер могут увидеть те психи, — добавил Влад. — Не исключено, что они еще идут по нашему следу.

Эта фраза заставила подруг приумолкнуть и чутко прислушаться. Джунгли рычали, хрипели, сопели, гикали и гукали. Словом, жили своей полноценной жизнью. Под эти звуки друзья незаметно и задремали, тесно прижавшись друг к другу, чтобы было теплей и не так страшно.

Утро застало их врасплох. Честно говоря, они его проспали. Когда Инна открыла глаза, солнце уже вовсю светило сквозь кроны деревьев. Они и в самом деле находились возле какого-то озера. По его берегам росли огромные баньяны.

— Вставайте! — потрясла Инна своих приятелей. — Пора в путь.

— Хочу кофе, — пробормотала во сне Мариша. — И принять ванну.

— Восток у нас там, — не слушая ее, принялся размышлять Влад. — Предположительно мы где-то в центральной части Индии. Значит, идти нам нужно на север. Или на запад, или на восток. Но не на юг, потому что там находится храм Кали и наши преследователи.

— Для того чтобы выяснить, что нам практически можно двигаться в любую сторону, конечно, обязательно было ждать утра, — съязвила Инна.

— Идя в темноте, мы рисковали сломать ногу или причинить себе другое увечье, — сказал Влад. — Тем более что ночью выходят на охоту все хищники. И двигаясь, мы привлекли бы к себе больше внимания. А теперь пошли!

И путники тронулись в путь. Несмотря на уверения Влада, что джунгли теперь далеко не те, что были сто лет назад, продираться сквозь них было трудненько и теперь.

«А что же было раньше!» — с ужасом подумала Инна.

Начать с того, что никакой дороги в джунглях проложено не было. Прямо удивительное безобразие. Были какие-то тропки, протоптанные дикими свиньями и другими животными. Ими и приходилось пользоваться, хотя тропки и кружили невообразимо. А когда тропок не было, приходилось продираться сквозь сплошные заросли, а они отличались тем, что в них гнездились многочисленные насекомые, мелкие зверюшки и птички.

Все они бывали страшно недовольны, когда их жилье разоряли какие-то бледноногие пришельцы. Больше всех страдала Мариша, которая была вынуждена передвигаться босиком. Разумеется, ее подошвы к таким условиям не были подготовлены. И после первых ста шагов Мариша умудрилась порезать себе лодыжку и уколоть пятку — Знала бы, что в такой переплет попаду, не поперлась бы в педикюрный кабинет мозоли срезать, — сказала Мариша, разглядывая пострадавшую подошву.

— Возьми мои туфли, — предложила ей Инна.

Мариша только фыркнула в ответ. Ее нога, по словам самой Мариши, была здорового тридцать восьмого размера, хотя ни для кого не было тайной, что размер у нее аж тридцать девятый. А Иннины туфли налезли бы Марише разве что на пальцы ног. От кроссовок тонкокостного и изящно скроенного Влада Мариша отказалась еще раньше.

— Тогда вот, — сказал Влад, возвращаясь к Марише с несколькими плотными и мягкими листьями какого-то растения. — Привяжи к ногам. Правда, такая обувка долго не продержится. Но ведь и мы не намерены блуждать в лесу до скончания века. Я видел следы машин.

Правда, они очень старые. Думаю, мы в каком-то национальном парке.

С помощью тонкой лианы Мариша приладила листья к ногам и сразу почувствовала себя другим человеком. И немедленно дала о себе знать новая проблема.

Этому другому человеку страшно захотелось есть. Вообще-то есть хотелось всем. Подруги внимательно посматривали по сторонам, стараясь обнаружить что-нибудь съедобное. Но то ли был не сезон, то ли по какой другой причине, но ничего подходящего для еды им на глаза не попадалось.

И вдруг Мариша увидела куст с соблазнительно красивыми красными ягодами. Она потянулась к нему и сорвала одну ягодку. Но в рот она ее положить не успела, потому что на нее вихрем налетел Влад и вырвал злосчастную ягоду из рук.

— Ты окончательно сдурел! — взвизгнула Мариша. — Что ты делаешь? Если хочешь есть, так нарви сам.

— Это ты сдурела! — свирепо рявкнул Влад. — Тянешь в рот неизвестную ягоду. А вдруг она ядовитая?

Это заставило Маришу по-новому посмотреть на проблему.

— Пожалуй, мне не повредит небольшая голодовка, — сказала она. — Все равно собиралась сесть на диету. Подожду, пока нам не попадется банан, кокос или что-нибудь знакомое.

— Мы ночевали в манговой роще, — сказал Влад. — Но плодов там я не видел. Должно быть, еще не созрели.

Придется поголодать.

Но если вопрос с едой был таким образом решен, то с водой возникли еще большие проблемы. Влад предлагал напиться прямо из речки или из озера. Мариша и Инна справедливо предполагали, что после этого им уже не нужно будет никуда торопиться. И что они прямо там, на водопое, и падут в неравной борьбе с кишечной палочкой.

— Ну и не пейте! — равнодушно сказал Влад и, наклонившись, принялся пригоршнями зачерпывать воду и пить.

Подруги выдержали ровно шестнадцать секунд. А затем кинулись к воде, плюхнулись на животы и принялись жадно хлебать чудесную живительную влагу, полную вредоносных бактерий. Умывшись и напившись, они почувствовали себя значительно бодрей и двинулись дальше. Вокруг них кипела жизнь. Шныряли всякие животные. Они видели пасущихся оленей и газелей.

На деревьях сидели обезьяны, а с ветки на ветку летали яркие птицы, которых тут было великое множество.

— Сколько еды, а мы умираем от голода, — простонала Инна. — Влад, давай хотя бы рыбу поймаем. Вон сколько птиц на озере плавает, должно быть, все рыбкой лакомятся.

— На что поймаем? — сердито спросил Влад. — Я не умею без удочки.

Словно назло, мимо них прошмыгнула аппетитная маленькая антилопа. Подруги проследили за ней голодными глазами и поплелись дальше.

* * *

Раджа места себе не находил. Он шагал по салону самолета и кусал губы от злости. Самолет был небольшой, поэтому и разгуляться Радже было особенно негде.

А причиной негодования Раджи был телефонный разговор, состоявшийся перед тем, как самолет Раджи поднялся в воздух. Сейчас Раджа летел в Бирму. Он уже закончил все свои дела в Индии. Паша был с ним и тоже был мрачно настроен.

— Не нужно было выбрасывать девчонок над Рантхамбором, — в который раз повторил он. — Может быть, они и не врали — Ну да, и полетели за нами в Бомбей, изнемогая от сжигавшей их страсти. Только такой осел, как ты, может в такое поверить.

Паша пошевелил бровями и подумал, что еще совсем недавно Раджа и сам был готов поверить в такую страсть. А значит, и сам тоже осел. Эта мысль почему-то Пашу нисколько не утешила, а, напротив, разозлила.

— Я не знаю, что у тебя за дела с тем типом, только девчонок зря сбросили с самолета, — сказал он. — Совсем зря.

— Можешь за ними вернуться, — буркнул Раджа, которому тоже было не по себе, но он ни за что не признался бы в этом.

— Разве не было другого выхода?

— Не было! — рявкнул Раджа. — Либо мы избавляемся от них, либо они закладывают нас полиции. Тебе улыбается встретить свое шестидесятилетие за решеткой? Мне лично — нет. У меня несколько другие планы.

И потом, мы выбросили их над озером. Вполне возможно, что им удалось добраться до берега вплавь.

И они оба замолчали, отлично сознавая, что вряд ли это было возможно. Паша думал о том, что так и не познакомился толком с Маришей, и поэтому расстраивался еще больше. А Раджа думал о том, что, похоже, он влип больше, чем хотелось бы. Ему здорово не нравились все эти трупы, которые вдруг стали плодиться возле него. Сначала Игорь, потом Пиллай, теперь еще две славные девчонки и парень, который вообще ничего плохого ему. Радже, не сделал.

Раджа знал, что Пиллай до сих пор находится в коме.

И выживет он или нет, врачи предсказать не брались.

Тем не менее Раджу разыскивала полиция Индии, и ему следовало убраться из страны побыстрей. И вот теперь Раджа удирал в Бирму, чтобы оттуда отправиться обратно в Питер. Раджа снова вспомнил телефонный разговор, состоявшийся перед отлетом, и насупился еще больше.

— Ты глупый щенок! — обрушился на него собеседник, едва Раджа попытался объяснить, что в Питер ему лететь еще рано. — Ты сам заварил всю эту кашу. Ответь мне, какого черта ты поперся в ту ночь в дом Пиллая?

Тебя туда звали? Тебе по обычаю полагалось последнюю перед свадьбой ночь провести в доме матери и даже не мыслить о том, чтобы повидаться с невестой. И кто просил тебя сцепиться с Пиллаем на глазах у всех?

— Откуда мне было знать, что его решат убить именно в ту ночь? — попытался оправдаться Раджа. — И поспешил я туда, потому что Камала пропала.

Тут его собеседник и вовсе разозлился и вылил на Раджу массу нелестного о его умственных и физических способностях, раз он даже невесту сделать своей женой не смог. После этого последовал приказ избавиться от двух русских девушек и лететь в Питер.

— И не смей меня ослушаться, — сказал холодный голос в трубку. — Дело с Камалой ты провалил. Я старался как мог. Делал за тебя грязную работу. Ты не смог решить проблему с ветеринаром, я ее решил за тебя. Теперь тебе пора внести свою лепту в наше общее дело. И учти, вопрос стоит так: либо ты и твои близкие, либо эти девчонки.

Раджа понял его правильно и, проклиная себя, сделал так, как ему приказали. И выбросил девчонок и их гида из самолета. А теперь он сидел и люто ненавидел самого себя за слабость и невезучесть. Кроме всего прочего, отныне он прочно попадал в кабалу. Производство наркотиков было прекращено, фабрика сгорела. Та выгода, которую он намеревался получить от свадьбы с Камалой, тоже накрылась медным тазом. В общем, настроение у Раджи было хуже некуда.

* * *

Если бы Раджа знал о готовящемся ему милицией в Питере горячем приеме, настроение у него стало бы еще хуже. Коля даром времени не терял. Он организовал группу по задержанию Раджи. Установил круглосуточное наблюдение в аэропорту Имеющаяся у милиции фотография Раджи заняла свое прочное место на стенде для внутреннего пользования у каждого пункта таможни. Отныне Раджа мог проскользнуть в страну лишь по поддельным документам и с фальшивой внешностью.

Кроме того, в Питере у Раджи был офис, были деловые знакомые и была, наконец, квартира, где он жил. Во всех этих точках Раджу поджидали работники милиции.

Если ему каким-то чудом удалось бы проскользнуть через таможню, то его взяли бы дома или в офисе.

Сам Раджа милицию волновал куда меньше, чем человек, который был вместе с ним на одной из фотографий. Но установить его личность пока не удалось. Коля обегал все места в Питере, начиная с индийского консульства и кончая храмом буддистов, куда обратился уже в полном отчаянии. Но никто из индусов или русских, к кому он приходил с фотографией, не мог назвать имя незнакомца. Это было тем более странно, что человек на фотографии выглядел вполне преуспевающим и уверенным в себе бизнесменом.

— Как это могло быть, что мы его упустили из виду? — негодовал полковник. — Судя по записи на диктофоне, этот мерзавец уже несколько лет доставляет на российский рынок крупные партии наркотиков из Индии и Пакистана. А вы до сих пор не вычислили его. И не пресекли его деятельность.

— Он должен занимать очень высокое положение, — оправдывался Коля. — А сами знаете, как трудно ущучить таких преступников. И к тому же он явно сумел оказать давление на других высокопоставленных лиц.

И вообще этот человек умеет внушить страх. Я не верю, что никто из индийской общины не узнал его на фотографии. Ведь я опросил не меньше полусотни человек.

Но ни один его не опознал.

— И как ты намерен его взять? — поинтересовался полковник. — На чем, думаешь, он проколется?

— Буду ловить на живца, — бодро ответил Коля.

— А живцом будет Раджа? — догадался полковник. — Он согласится?

— Раджа мелкая рыбка, — сказал Коля. — В случае чего можно пообещать ему вместо судебного преследования депортацию. Пусть индийские власти с ним сами разбираются.

— Его так и так пришлось бы отправить обратно в Индию, — сказал полковник. — Если я не ошибаюсь, он подданный Индии?

— Да, — кивнул Коля. — Но с Раджой я разберусь.

Если не всплывут новые факты, то после обезвреживания его руководителя Раджа станет для нас неопасен.

— Прямо история про Маугли получается, — сказал полковник. — Опасный хищник — Шер-Хан — пожаловал к нам из джунглей. Вместе со своим спутником. Как его там у Киплинга звали? Ты моложе, может быть, помнишь?

— Шакал Табаки, — ответил Коля, думая о том, где же в настоящее время бродит современный Маугли, который мало того что раздвоился, так еще и пол сменил.

* * *

А Мариша с Инной и не подозревали о событиях, развернувшихся у них на родине. Девушки брели по колено в какой-то вязкой вонючей жидкости, поросшей тиной, с живописными островками зеленой растительности. Над болотом поднимались влажные испарения, от которых у голодных путников мутилось в голове.

За весь день они съели всего лишь по полтора яйца, которые оставила в гнезде небольшая птичка. Но голод не утих, а только разгорелся еще больше. Вдобавок к нему прибавились угрызения совести.

— Какие же мы сволочи! — проглотив одним махом свою порцию, сказала Мариша. — Своим обедом лишили птичку потомства. Никогда себе этого не прощу.

— Интересно, а дома ты яичницу на завтрак себе из чего готовишь? — удивился Влад. — Те же яйца.

— Те же, да не те, — возразила Мариша. — Там курицы специально предназначены для носки яиц. Карма у них такая, понимаешь? И потом, они яйца не высиживают, гнезд для них не вьют, душу в них не вкладывают.

Уронили яйцо на ленту конвейера, которая все время под их клетками ползет, и все. Забыли. А тут иначе. Может быть, эта птичка каждое яйцо уже по имени называла. И тут мы явились и все погубили. И есть, главное, все равно хочется. Влад, ты же вырос в Индии. Найди чего-нибудь вроде бананов или плодов хлебного дерева. Ну, или там хоть что-нибудь съедобное. Или зверя какого-нибудь поймай.

— Я же не в джунглях вырос, — пожал плечами Влад. — Я родился в городе, а в деревне у бабушки всего несколько раз и бывал. И там вокруг были сплошные рисовые поля, лесом и не пахло.

— Но все равно сходи и поищи чего-нибудь поесть! — умоляюще попросила у него Инна. — Ноги совсем не идут.

Влад сходил и в самом деле принес ветку бананов.

Но увы, они были маленькие, зеленые и страшно вязкие.

Есть их было практически невозможно. Вдобавок на Владе сидело сразу пять пиявок, которые свалились на него с деревьев. Отодрав от себя мерзких тварей, он какое-то время с сомнением смотрел на них, а потом решительно забросил подальше.

Кое-как проглотив по одному банану (больше было не съесть, потому что в горле застревали), группа из трех человек тронулась дальше, чтобы вскоре благополучно увязнуть в болоте. Они были как раз где-то посередине болотистой низины, когда стало темнеть.

— Эй, поднажмите! — заволновался Влад. — Не хочу ночевать в этой тине. Меня и так от нее мутит.

И путники поднажали. В результате они выбрались на противоположный относительно сухой берег, когда на небе высыпали первые звезды.

— Ура! — воскликнула Инна, подпрыгивая на твердой земле и стряхивая с себя насосавшихся и разбухших, словно колбаски, пиявок. — Теперь бы поесть чего-нибудь и спать!

Поесть, кроме пиявок, было нечего, поэтому сразу же перешли ко второй части Инниного плана. Все трое свалились прямо на землю, прикрылись сверху ветками и заснули, не позаботившись даже о безопасности. Ночь тем не менее прошла спокойно. Если дикие хищные звери и выли где-то, то уставшие задень путники их не слышали.

Проснувшись, Инна почувствовала у себя наживете какую-то тяжесть. Тяжесть была круглая. Не иначе как кто-то из ее друзей приспособил ее живот под подушку.

— Эй! — лениво сказала она, не открывая глаз. — Уберите с меня голову.

— Моя голова в какой-то колючей крапиве, — сказал Влад.

— А моя на камне, — подала голос Мариша.

— А кто же в таком случае лежит на мне? — очень удивилась Инна и открыла глаза.

Открыв их, она заверещала диким голосом и подскочили в воздух на несколько метров. Красиво раскрашенная большая змея отлетела в сторону и, недовольно шипя, убралась обратно в заросли. Она уже давно скрылась из виду, а Инна продолжала верещать и трястись, как желе, не в силах остановиться и перестать. Лишь после того, как Влад влепил ей пару оплеух, Инна перестала.

— Спасибо, — сказала она Владу. — Ужас какой!

Прямо как вспомню, так всю передергивает.

— Чего ты волнуешься, бедная змейка забралась к тебе погреться. Можно сказать, она оказала тебе честь, выбрав именно тебя. Может быть, она сразу почувствовала в тебе родственную душу. Ты ей явно понравилась.

— Почему это? — удивилась Инна.

— Ты же лежала в середине, но змея все равно пробралась к тебе, — пояснила ей Мариша.

— К тому же змея была не ядовитая, — прибавил Влад. — И слишком маленькая, чтобы сожрать человека.

— Откуда тебе знать, что змея не ядовитая? — поинтересовалась Инна. — Ты ведь даже съедобные растения от ядовитых отличить не можешь. Тоже мне знаток.

— Говорю тебе, что змея была не ядовитая, — принялся убеждать ее Влад.

— А если она не ядовитая, то почему ты дал уползти .нашему завтраку? — набросились на него чуть ли не с кулаками девушки. — Иди догоняй!

— Кого? — удивился Влад. — Змею? Да разве ее теперь догонишь. Она, должно быть, уже далеко отползла.

Вон, слышите, как кусты трещат?

Кусты действительно трещали. Но вряд ли это сквозь них продиралась та змея. Все-таки змеи ползают значительно тише и вдобавок не разговаривают человеческими голосами.

— Ой! — тихо всхлипнула Инна. — Фанатики.

И она попыталась удрать. Но не успела, так как из кустов вышли сразу несколько невысоких мужчин с ружьями и тесаками в руках. Они недоуменно посмотрели на Маришу с Инной и о чем-то заговорили между собой. Влад прислушивался к их разговору, а подруги присматривались к его лицу, чтобы по нему определить, удирать им или нет. Лицо Влада было мрачным, но все-таки не слишком.

— Они говорят, что вроде бы узнают нас, — перевел наконец подругам Влад. — Вроде бы они нас видели, когда мы приезжали в гости к Сан-Джаю. Они спрашивают, мы ли это?

— Мы, мы! — обрадовались подруги. — Конечно, мы.

Мужчины сразу заулыбались и подошли поближе.

Затем все расселись на траве, чтобы прийти в себя.

И жители Таниной деревни закурили и начали говорить, постоянно смеясь.

— Они охотники, — объяснил девушкам Влад. — В джунглях уже три дня. Но пока ничего стоящего им не попалось. А теперь они очень рады, что нашли нас. Потому что мы — это самый удивительный трофей. Лучше тигра.

— А что, здесь есть тигры? — спросила Мариша.

Влад перевел. Один из охотников засмеялся и начал говорить. Наконец Влад повернул побледневшее лицо к подругам и сказал:

— Мы сейчас в Рантхамборе.

— Ну и что? — недоуменно спросили подруги, которым это название не говорило ровным счетом ничего.

— Это тигриный заповедник, — пояснил им Влад. — Одно из немногих мест в Индии, где тигры еще живут.

Ну и повезло же нам.

Охотник снова заговорил.

— Он удивляется, неужели мы не видели до сих пор здесь тигров, — перевел Влад. — Возле нас всю ночь кружили по меньшей мере четыре тигра. И вообще мы улеглись на их тропе. Тигры по ней к водопою ходят.

Подруги молчали, переваривая услышанное.

— Спроси, а могут они проводить нас в свою деревню, — наконец произнесла Инна. — Или взять с собой.

Теперь, когда я знаю, что тут повсюду тигры живут, я со страху ни одного шага сделать не смогу.

Влад послушно спросил. Охотники заспорили между собой.

— Они говорят, что могут. Только туда почти два дня добираться нужно, — сказал Влад.

— А ты говорил, что таких огромных джунглей уже не бывает, — надулась Мариша. — Вот и верь мужчинам.

— Вся территория парка около двухсот квадратных миль, — сказал Влад.

— По-нашему это больше пятисот квадратных километров, — быстро подсчитала в уме Мариша. — Да, мы могли тут гулять до старости. Верней, пока нас тигры не сожрали бы. Влад, а много тут тигров?

Влад не ответил, потому что слушал охотников.

— Так проводят они нас до Таниного дома или нет? — спросила у него Инна.

— Они говорят, что охотиться собирались еще неделю, — откликнулся Влад. — Так что мы должны подождать.

— Так у них же все равно охота не клеится, пусть проводят, — настаивала Инна.

В ответ охотники возразили, что хотя раньше охота и не была удачной, но теперь все пойдет иначе. Появление двух белых девушек прямо в сердце диких джунглей — не иначе как добрый знак. На это Инна возразила, что раз это так, то нужно уметь быть благодарными и помочь своему доброму знаку добраться до друзей. Охотники начали снова что-то возражать. Этот обмен мнениями мог тянуться до бесконечности.

— Скажи им, что мы им заплатим! — воскликнула наконец потерявшая терпение Мариша. — Возместим им все их убытки от неудачной охоты.

Ее слова оказали волшебное действие. Стоило Владу перевести их, как охотники дружно вскочили на ноги, подхватили свои ружья и предложили немедленно двинуться в путь.

— Неподалеку у нас разбит лагерь, — сказал один из охотников — бородатый худощавый мужчина. — Нужно его свернуть.

Это «неподалеку» отняло у них целых два часа времени. Трое ослабевших от голода путников плелись, поминутно зацепляясь за что-то ногами и едва не падая.

Оно и понятно, дорога была не самая лучшая. Наконец до старшего охотника что-то дошло. Он остановился, пристально посмотрел на девушек и Влада и достал из своей сумки лепешку из кукурузной муки и кусок завернутого в чистую тряпицу сыра.

Никогда в жизни Мариша с Инной не ели с таким аппетитом. Кукурузная лепешка была черствой, но они слопали ее в один момент. От сыра не осталось ни крошечки за еще более короткое время. Охотники только поглядывали на них и посмеивались.

— Они удивляются, чего это мы такие голодные.

И почему мы не поймали какую-нибудь дичь, — сказал Влад.

Девушки ничего не ответили.

— В лагере получите жареного мяса, — сказал один из охотников по-английски. — Вчера наловили.

Эти слова вдохнули в друзей такую силу, что они помчались, прямо ног под собой не чуя. И теперь уже охотники едва поспевали за ними. В лагере охотников, пока трое друзей уплетали аппетитные кусочки жареного мяса, их спасители начали собираться. Вещей у них оказалось прилично. Трое друзей как раз доели мясо, когда из сумки одного охотника вывалилась связка змеиных шкур.

— Ой! — вскрикнула Инна, узнавая знакомый узор. — Что это?

— Наш завтрак, — малость помрачнев, сказал Влад. — Мясо мы съели, а шкуры охотники потом продадут.

Быстро закончив завтракать, трое друзей, чтобы развеяться, отправились рассматривать стоянку и клетки с пойманными охотниками животными. В первой клетке сидела парочка симпатичных долгопятов — небольших зверюшек с длинными хвостиками, украшенными на концах кисточками, и огромными круглыми глазами на детских мордочках. Еще тут сидела виверра, напоминающая большую пеструю кошку с украшенными полосами лапами и хвостом.

Пока друзья стояли перед клетками с животными, охотники свернули лагерь, собрали свои пожитки и сказали, что пора в путь.

— Вы все это собираетесь тащить с собой два дня? — настороженно поинтересовалась Мариша, глядя на охотников.

Помимо других вещей у них еще были клетки с разными удивительно яркими птицами. Мариша узнала лишь птицу-носорога, гарпию и зимородка.

— Это еще не все, — сказал ей один из охотников.

Он шагнул в сторону и сдернул брезент. И тут стояли клетки. В некоторых вполне безмятежно сидели мелкие животные, а в других они двигались, копошились, выясняли отношения. Тут были мангусты, еноты и какие-то грызуны с причудливо окрашенными в полоски и точки мордочками. И, конечно, множество летяг. Некоторые животные сидели в клетках вместе со своими детишками. Кажется, те не слишком страдали от перемены судьбы, а воспринимали все как интересную прогулку.

Клетки были сделаны из прочных деревянных или металлических прутьев. Всего было около десяти клеток заселенных, и еще десяток «квартир» оставалось пустыми, но их охотники тоже тащили с собой.

— Мы дойдем только до машины, — сказал Марише Влад. — До нее около часу ходьбы.

— Они умудрились проехать на машине по джунглям? — очень удивилась Мариша.

Но вскоре ее удивление сменилось радостью. Машина дожидалась охотников на прогалине, за которой начиналась вполне пригодная для движения дорога. Машина была с высокими колесами и отлично подходила для передвижения по пересеченной местности. Одно было плохо — в машину могло поместиться от силы шесть человек.

Охотников оказалось четверо. Трое друзей, багаж и куча клеток с животными никак не могли в нее поместиться. Во всяком случае, так посчитали девушки и заметно приуныли. Но охотники энергично взялись задело, и не успели подруги оглянуться, как все они уже сидели в машине, клетки были привязаны снаружи и замотаны брезентом, а последний охотник устроился на кокосовом матрасике прямо на крыше машины и чувствовал себя великолепно, полеживая и поглядывая сверху на копошащихся внизу приятелей.

— Поехали! — весело закричал один из охотников, и вся команда двинулась вперед.

— Хорошо, что не успели обезьян отловить, — сказал один из охотников. — Тогда точно места не хватило бы. Они крупные. Самый маленький гиббон места занимает ого-го сколько. И обезьян не спрячешь. Шумные очень. Ничего, макак наловим.

Последнее замечание заинтересовало Маришу и навело ее на кое-какие размышления.

— А почему зверей нужно прятать? — поинтересовалась она. — Влад, спроси у него.

— Не буду, — хмуро сказал Влад. — И так ясно, что наши спасители браконьерствовали в парке. Я видел у них, пока они собирали вещи, шкуру тигра. И убит он был совсем недавно.

Больше Мариша вопросы задавать не решалась. Она не была дурой, а двое суток в диком лесу у кого угодно отбили бы охоту задавать вопросы. Спасли их люди, и ладно. А чем они там занимались, это, в конце концов, не так уж и важно. Чувство благодарности все равно переполняло Маришу.

Она справедливо сочла, что было бы гораздо хуже, если бы этих охотников в лесу не оказалось. А что касается убитого тигра… Так тот самый тигр, шкура которого сейчас лежит в багаже, вполне мог решить, что пора бы ему сменить диету. И отведать деликатесного человеческого мяса. Так что после пережитых страданий Марише удалось быстро успокоить свою совесть, и та мирно задремала.

Машина, несмотря на то, что выглядела развалюхой, оказалась быстрой и устойчивой. Ей были нипочем и рытвины, и ухабы, и даже лужи, больше напоминающие приличные водоемы. Ей-то все было нипочем, а вот пассажиров здорово трясло и кидало. Даже после того, как они выехали из национального парка, дорога нисколько не улучшилась. Поэтому, когда к закату второго дня путешествия Мариша с Инной увидели очертания родной деревни Сан-Джая, они разразились радостными воплями.

* * *

Раджа выполнил план, тщательно следуя каждому его пункту. В Питер он летел через Катманду, столицу Непала. Из Катманду до Москвы, а оттуда самолетом в Питер. Он хорошо замел следы и поэтому совсем не ожидал неприятностей. И был неприятно поражен, когда его в Питере на таможенном контроле остановила приятная девушка в форме и, недвусмысленно подмигивая и заигрывая с ним, попросила пройти с ней в более уединенное место.

То есть сначала Раджа был просто поражен. Он, конечно, был высокого мнения о своей внешности. Но так, чтобы девушки прямо сразу на него кидались, да еще в рабочее время и на служебном посту, такого с ним еще не случалось. Предвкушая, он пошел за обаятельной таможенницей.

— Подожди меня тут, — крикнул он Паше.

— Ты надолго?

— Как получится, — многозначительно подмигнул Паше Раджа.

А вот обнаружив, что в кабинете, куда девушка его привела, находятся еще четверо мужчин, а сама девушка куда-то бесследно растворилась, Раджа заподозрил неладное. И оказался прав.

— Гражданин Вишвам, — шагнул к нему невысокий паренек, в котором Раджа сразу же безошибочно признал мента, — вы обвиняетесь в транспортировке наркотиков и торговле ими на территории России. Прошу проследовать за мной.

С этими словами парень ловко защелкнул наручники на запястьях Раджи.

— Я.., это… — только и смог промямлить Раджа.

Зато Паша, которому надоело ждать и он пошел следом за Раджой, сказал значительно больше.

— Это произвол! — вопил он. — Я буду жаловаться вашему начальству. На каких основаниях вы задержали моего друга?

— Павел Бурцев? — поинтересовался все тот же невысокий мент, оказавшийся, конечно же, Колей. — Вы также задержаны по подозрению в торговле наркотиками, незаконном ношении оружия и ряде других преступлений.

После этого обоих приятелей доставили в отделение милиции. И Коля приступил к допросу. Впрочем, допросом это было назвать нельзя, так как Раджа с самого начала отказался признавать свою вину и вообще отвечать на вопросы. Он гордо молчал.

— Не хочешь каяться? Это и не потребуется," — усмехнулся Коля. — Я и сам все могу рассказать про твои делишки, парень. Итак, начну сначала. Ты приехал в нашу страну, поучился, осмотрелся и решил, что тут есть где поживиться. Рынок наркотиков тогда еще был сравнительно невелик. Тогдашний поток из Казахстана и Таджикистана никак не мог удовлетворить растущий спрос. И ты увидел в этом удобную нишу для себя. С помощью одного лица ты открыл подставную фирму, которая позволила тебе остаться в стране и к тому же обрести легальность. Чем она занималась — перевозками грузов, туризмом, пошивом верхней одежды для стран «третьего мира»? Впрочем, это не важно. В течение нескольких лет ты безнаказанно перевозил в нашу страну и продавал наркотики, изготавливаемые у тебя в стране. И делал бы это и дальше, но ситуация на рынке изменилась. Хлынул поток из Афганистана и Пакистана. Справиться с растущей конкуренцией ты уже не мог. Или это отнимало слишком много сил. И вы совместно с компаньоном решили открыть новый бизнес.

Раджа поднял голову и с ужасом посмотрел на мента. Этот жуткий человек, казалось, умел читать прошлое и настоящее. Оставалось выяснить, умеет ли он предвидеть будущее.

— Новый бизнес заключался в торговле редкими животными, а также изделиями из их шкур, — продолжал Коля. — Для этой цели ты уже арендовал площади под постройку магазина. А первые пробные партии живого товара уже прибывали в нашу страну, разумеется, минуя все таможенные препоны. Для работы с этими животными тебе понадобился хороший ветеринарный врач. Животные ведь болеют. И ты через своего знакомого Пиллая вышел на Игоря Зябликова. А затем предложил Зябликову поработать на себя. Тебе повезло, Игорь был жаден. Он согласился, и какое-то время все шло превосходно. Бизнес ширился и оказался еще более доходным и уж куда более безобидным, чем торговля наркотиками.

— Никакими животными я не торговал, — буркнул Раджа. — И никакого Игоря знать не знаю. Что вы мне тут рассказываете? Где у вас доказательства, что я и в самом деле виновен в том, в чем вы меня обвиняете?

— Будут тебе и доказательства, — успокоил его Коля. — Сейчас я закончу свой рассказ и перейду к доказательствам. Так вот, Игорь оказался хорошим врачом, но никчемным компаньоном. Он посмотрел, посмотрел, сколько денег ты зарабатываешь на этом деле, и его обуяла алчность. Он решил, что вполне может потребовать с тебя прибавку к жалованью. Игорь был далеко не дурак и понимал, что ты один не мог бы так ловко провернуть и организовать свое дело. Прости, Раджа, но умом ты не вышел. За твоей спиной чувствовалась чья-то сильная воля и ум. И Игорь стал следить за тобой.

Больше Раджа Колю не перебивал. Он слушал его с широко открытыми глазами, в которых с каждой минутой все сильней разгоралась ненависть.

— Игорь выследил тебя, когда ты встречался со своим старшим компаньоном, — сказал Коля. — Именно это и стало причиной его смерти.

— Какого компаньона? Ничего не знаю, — внезапно севшим до хрипа голосом спросил Раджа. — Ваши слова — ветер.

— А теперь мы переходим ко второй части, — торжественно сказал Коля. — К доказательствам. И что же мы видим?

И он театральным жестом ловко вытащил из папки у себя на столе фотографию Раджи и высокого мужчины в сером костюме. При виде этой фотографии нервы у Раджи не выдержали. С воплем он накинулся на нее и разорвал в клочья. И прежде, чем ему успели помешать, запихал обрывки себе в рот и принялся энергично их жевать.

Коля молча проследил за тем, как Раджа давится фотографией. Налил ему в стакан свежей воды из графина и похлопал по спине.

— Успокоился? — спросил он. — Разрядил нервы?

А фотографию ты сожрал зря. Рискуешь заработать язву желудка, если будешь часто питаться фотобумагой. Да, я ведь тебе не сказал — Игорь этих фотографий сделал не одну, не две и даже не десять. И еще мы их размножили, пока тебя вылавливали. Так что у нас фоток таких много.

Все не съешь. А негатив я тебе. Раджа, ты уж извини, не дам. И диктофонную ленту, на которой записана твоя беседа с компаньоном. Думаю, что фотографии были сделаны одновременно с записью разговора, так что этот красивый мужчина на снимке и есть твой компаньон, существование которого ты так рьяно отрицаешь.

— Нету, — мотнул головой Раджа. — Нету никакого компаньона. Я по-русски плохо понимаю.

— Да, — даже расстроился Коля. — Плохо понимаешь по-русски? И компаньона у тебя нету? Ну что же.

В таком случае тебе. Раджа, придется мотать срок за убийство Игоря Зябликова.

— Я его не убивал! — возмутился Раджа, забыв, что он плохо знает русский. — Мы дружили. Я не знал, что он за мной следил.

— Конечно, не знал, — утешил его Коля. — Каждый может ошибиться. А тебе нужно быть осторожней в выборе друзей. Честно говоря, они тебя здорово используют. Вот, например, Паша.

— Он мой друг! — запальчиво воскликнул Раджа. — Он ничего не знает.

— Паша! — крикнул Коля. — Зайди сюда.

Раджа удивленно перевел взгляд на дверь. Еще больше он удивился, когда в кабинет вошел Паша в милицейской форме и с погонами старшего лейтенанта на плечах.

— Это… Как это? — вторично за сегодняшний день потерял дар речи Раджа.

— Так вот, — смущенно развел руками Павел Бурцев. — Ты уж прости, Раджа. Служба такая. Сам понимаешь.

Но Раджа впал в транс. Вид Паши в милицейской форме окончательно подорвал его истерзанную за последние дни психику.

— Отведите задержанного в камеру, — махнул рукой Коля. — Пусть там пока отдохнет и подумает.

* * *

Таня встретила своих подруг на пороге дома. Она услышала шум от ворот и выскочила узнать, что случилось. При виде Инны с Маришей — запыленных и давно не мытых — она всплеснула руками. Вдобавок на Марише были почему-то надеты чьи-то, похоже, мужские штаны, которые были ей малы как минимум на два размера. И из коротких штанин высовывались босые и тоже очень грязные Маришины ноги.

— Девчонки! — воскликнула Таня. — Откуда вы взялись? Где вы пропадали?

На этот вопрос ей ответили охотники (они же спасители), доставившие наконец свою добычу до места. Они оживленно принялись рассказывать Тане и вышедшему из дома Сан-Джаю, а заодно и всей его семье, как они услышали в джунглях дикий вопль какого-то неизвестного им зверя. Из любопытства они поспешили на крик и, прибежав, увидели троих друзей.

Закончив рассказ, они получили свое вознаграждение из рук Сан-Джая и ушли очень довольные.

— Проходите в дом, — пригласил Сан-Джай подруг. — Вам надо умыться и отдохнуть от этого приключения.

Пока подруги приходили в себя, мылись и чистились, был накрыт стол. Девушек и Влада покормили, дали вволю напиться горячего чая, и только потом Таня и Сан-Джай, дожидавшиеся этого момента с поистине стоической выдержкой, накинулись на них с вопросами.

— Мы и сами ничего не понимаем, — отмахнулась Мариша. — Поехали за Раджой, поскольку думали, что он похитил Камалу. А оказалось, что Раджа никого не похищал, ее с ним не было. И Раджа сам недоумевал, куда она делась. А вообще Раджа оказался редкой скотиной. Да и его дружок-телохранитель не лучше. Из-за них нас чуть живьем не принесли в жертву какой-то сомнительной богине. И Пиллай погиб.

— Пиллай жив, — сказал Сан-Джай. — Пролежал несколько дней в коме, а вчера пришел в себя. Так что он жив. И врачи говорят, опасность для его жизни миновала.

— Пиллай жив! — хором удивились подруги. — А ты откуда знаешь про Пиллая?

— Они же вместе учились, — ответила за мужа Таня. — А вы разве не знали?

— Нет, откуда? — покачали головой Мариша с Инной.

— Ты, Инна, должна была знать, — хитро прищурилась Таня. — У вас же с Пиллаем любовь была.

— Она была в свободное от его учебы время, — пробормотала Инна. — Так что с его сокурсниками я не встречалась. И вообще я этого сопляка никогда не любила.

— А он до сих пор влюблен в тебя, — сказала ей Таня. — Он даже, когда вернулся из России, наотрез отказался жениться на той девушке, которую ему присмотрели родители. Сан-Джай мне рассказывал, что из-за этого был страшный скандал. И отец Пиллая сказал, что либо сын женится на индийской девушке, либо не женится никогда.

— Какой же этот папаша самодур! — разозлилась Инна. — Тогда я только рада, что Камала пропала. По крайней мере ей папаша жизнь испортить не сумеет.

— Вы же ничего не знаете! — радостно засмеялась Таня и захлопала в ладоши. — Сейчас, погодите-ка минутку.

И она убежала из комнаты.

— Что это с ней? — удивилась Мариша. — Куда она?

Инна качала в недоумении головой. Но долго терзаться им не пришлось, потому что Таня вернулась.

А следом за ней вошла высокая красивая девушка в светлом, цвета топленых сливок, сари.

— Камала! — воскликнули подруги. — Это ты?

Они бросились обнимать беглянку, чтобы заодно удостовериться, что это и в самом деле она. Без обмана.

— Я все время была тут. А вы не знали? — удивилась Камала. — Меня привез к своему другу брат.

— Пиллай?!

— Да. Он сказал, что ему удалось наконец получить доказательства того, что Раджа мошенник и замешан в крупных преступлениях. Значит, нашу свадьбу нужно расстроить любым путем. Вот Пиллай и привез меня сюда. И обещал предупредить вас, чтобы вы не волновались из-за меня. Я же знала, что вы придете и будете недоумевать, увидев мою пустую комнату.

— Так и было, — призналась Мариша.

— Оставить вам записку я не могла. Но Пиллай поклялся мне, что сообщит вам, где я.

— Должно быть, не успел, — сказала Инна. — Так все быстро закрутилось. С ним постоянно были люди, он не смог улучить минутку, чтобы шепнуть нам про тебя. А потом ему дали по башке… Так Пиллай, значит, пришел в себя? Он вспомнил, кто его ударил?

— Да, — кивнула Камала.

— Раджа?

— Нет, его сообщник, — сказала девушка. — Тот самый, с которым Раджа сфотографирован.

— На каких фотографиях? — удивилась Мариша.

— На тех, которые пришли Пиллаю по почте, — ответила Камала, но ее ответ ничего не объяснил.

— Фотографии? Какие фотографии? И где они?

Можно на них взглянуть? — вскочила на ноги Инна.

— Сядь. Куда ты рвешься? — осадил ее Сан-Джай. — Фотографий у Пиллая уже нет.

— А где они? В полиции? Я побегу в полицию. Я заставлю их мне показать. Мы с друзьями жизнью рисковали, чтобы вывести Раджу на чистую воду, а нам даже фотографии показать не хотят. Разве это справедливо?

— Инна, ты успокойся, — улыбнулась Камала. — Дело не в том, что вас хотят обидеть. Просто сами фотографии пропали. Пиллай неосмотрительно держал их у себя в комнате. И тот человек ударил брата по голове, а потом забрал фотографии с собой.

— И Пиллай не знает, кто этот человек? — спросила Инна.

— Нет, но брат говорит, что лицо преступника ему откуда-то знакомо. И еще говорит, что этот человек очень силен, — сказала Камала. — Пиллай ожидал его появления с тех самых пор, как узнал от вас о смерти своего друга Игоря. Пиллай был уверен, что убийца Игоря появится и у нас в доме. И Пиллай этого очень, очень боялся. Это по настоянию брата охрану в доме усилили.

А я-то думала, что это отец меня охраняет.

— А на самом деле?

— На самом деле ни я, ни отец были тут ни при чем.

Оказывается, Пиллай ждал опасного визитера. Он знал, что тот обязательно появится. Дело в том, что Игорь для страховки послал Пиллаю бандеролью по почте фотографии и пленку разговора Раджи со своим сообщником. Должно быть, тот убийца каким-то образом узнал об этом. И узнал адрес Пиллая. И вот он пришел к Пиллаю требовать бумаги, которые могли изобличить его.

— И он их получил, — тихо сказала Инна. — И теперь уйдет от правосудия.

Настроение у всех было скверное. Еще бы, расследование, из-за которого они пошли на большие траты и еще больший риск, закончилось полным провалом. Раджа сбежал. А так как это не он напал на Пиллая и вообще никакого обвинения против него не выдвигалось, он, выждав какое-то время, может снова взяться за свои темные делишки. А его сообщник и вообще остался неизвестным, если не считать его словесного портрета.

— Может быть, теперь вам стоит сообщить в полицию о фабрике в Бахрампуре, где изготавливались наркотики, — предложила Таня.

— Она же сгорела, — напомнила ей Мариша. — А рабочие не станут признаваться полиции, что они там работали. Все-таки они там не сахар делали. Так что ничего не попишешь. Похоже, мы проиграли.

* * *

На следующий день Инна с Маришей навестили Пиллая в больнице. Он был еще слаб, но держался молодцом. При виде подруг — живых и относительно здоровых — он очень обрадовался и даже приподнялся на кровати.

— Я очень боялся за вас, — сказал он. — И очень рад, что вы живы.

Подруги рассказали и ему о своих приключениях.

— Мы с сестрой так обязаны вам, — сказал Пиллай, влюбленно глядя на Инну. — Ради нас вы рисковали жизнью. Я этого не забуду — Ладно, чего уж там, — махнула рукой Инна. — А как теперь быть с Камалой?

— Отец сказал, что пусть лучше у него будет непослушная, но живая дочь, чем покорная, но мертвая.

И согласился отдать Камалу замуж за ее избранника.

Пусть, сказал отец, теперь у этого парня от строптивицы голова болит. Да и Раджа исчез, не попрощавшись. Так что теперь у нас в доме идут приготовления к новой свадьбе. Вы на нее останетесь?

— Вряд ли, — сказала Мариша. — А когда, кстати, она будет?

— Через месяц или два, — пожал плечами Пиллай. — Нужно еще утрясти все формальности.

Он помолчал. Девушки тоже притихли.

— Инна, — робко произнес Пиллай, — я знаю, я виноват перед тобой. Но если отец согласился на свадьбу Камалы, то, может быть, со временем он согласится и на мою свадьбу. Тогда ты… Ты согласишься выйти за меня замуж?

Мариша на цыпочках деликатно вышла в коридор, оставив Инну и Пиллая разбираться ,в своих чувствах.

Инна появилась лишь спустя добрых три четверти часа.

К этому времени Мариша уже успела изучить в коридоре все плакаты, познакомиться с симпатичным молоденьким врачом и соскучиться.

— Ну что? — спросила она у Инны, которая вышла с идиотски счастливым видом. — Ты ему сказала, что ты замужем?

— Нет, — покачала головой Инна. — Зачем? Зачем лишать человека иллюзий? Пусть ждет и надеется. Поверь мне, надежда — прекрасное чувство.

— Но… — начала Мариша.

— Что «но»? — перебила ее Инна. — Он будет обманут? А разве я не была обманута им? Разве я не ждала его целый месяц? Разве моя вера в мужскую порядочность не была подорвана его подлым бегством и трусостью?

— Ладно, ладно, — примирительно сказала Мариша. — В конце концов, я слышала, что в Индии существуют семьи, где все братья женятся на одной и той же женщине, платя за нее выкуп в складчину. Или еще случается, что одна женщина имеет нескольких мужей. Так что ты вполне сможешь выйти замуж здесь за Пиллая, если вдруг очень этого захочешь. Бритый будет у тебя в России, а Пиллай тут. По-моему, очень удобно.

И, помирившись, подруги вышли из больницы.

— Вот и закончился наш отпуск, — грустно сказала Мариша. — А ничего мы не добились.

— Похоже. Но я узнала у Пиллая приметы того человека, который напал на него, — сказала Инна. — К сожалению, они мало что говорят. Черные волосы, борода, черные глаза, смуглая кожа, высокий рост и крепкое телосложение — такие приметы годятся многим индусам.

В том числе и Редди.

— Дался тебе Редди, — сказала Мариша. — Вот хочешь, мы сейчас позвоним ему и все выясним.

— Чтобы он нас прихлопнул? — возмутилась Инна. — Хотя, впрочем, звони. Только постарайся изменить голос, чтобы он не узнал нас.

— Я сделаю лучше, — сказала Мариша. — Попрошу прохожего позвать к телефону господина Редди. Тогда уж он точно ни о чем не догадается.

Но эта предосторожность оказалась ненужной. Господина Редди не было дома. Его сын сказал, что отец вчера улетел обратно в Россию по служебным делам.

— Раджа улетел, Редди улетел, а мы что тут с тобой делаем? — пожала плечами Мариша.

Билеты у девушек были куплены заранее. И их самолет улетал завтра утром. Оставался сущий пустяк. Расплатиться по счету в гостинице и лететь домой. Деньги на оплату гостиничного номера подругам одолжил все тот же Сан-Джай. В гостинице не обошлось без скандала. Мариша уверяла администрацию, что раз последние четыре дня их в гостинице не было, то и платить за номер они не должны. На что им справедливо возразили, что жили они там или нет, это никого не касается. Вещи стояли, а значит, номер был занят.

— Заплати ты ему, — шепнула Инна. — Не порти себе настроение.

И Мариша заплатила.

— Вам письмо! — вежливо поклонившись Марише, сказал им администратор. — Пришло два дня назад.

Мариша распечатала конверт. Это оказалось не совсем письмо, даже совсем не письмо. А извещение, что ей переведены деньги и их можно забрать в любой момент. Подруги вместе с Владом помчались по указанному в извещении адресу. И в безупречном европейском офисе им выдали по двести американских долларов на руки. Целое богатство. Перевод им был послан самим господином Редди.

— Видишь, а ты его подозревала, — сказала Мариша.

Инна ничего не ответила. Она придерживалась той точки зрения, что деньги лучше не брать. На что Мариша ей возразила, что деньги есть деньги, кто бы их ни послал. И деньги, согласно известному изречению древних римлян, не пахнут. Нужно брать.

И девушки в последний раз выехали в город. Осматривать достопримечательности, все эти мавзолеи и храмы им как-то не хотелось. После путешествия по Индии, когда их чуть не прирезали во славу многорукой богини, подруги относились к индуистским культовым сооружениям без прежнего восторга.

— Как это вы уедете, не осмотрев старый Дели? — даже обиделся на них Влад. — Я вам обязательно покажу его. Не зря же я вчера забрал из ремонта свое такси.

Кстати, спасибо вам. Машину так восстановили, что она бегает лучше прежнего.

И он в самом деле посвятил весь день тому, что возил подруг по Дели. Конечно, стояла жара и подруги хотели свернуть экскурсию поскорее, но Влад настаивал. Помирились они на том, что снаружи бегло осмотрели мавзолей Хумаюна и какого-то Низамуддина и как-то там еще. Мавзолеи стояли неподалеку от берега реки Джамны, где было относительно прохладно. Так что подруги особенно не мучились.

Затем они проехали по современному ровному полотну дороги до старой части Дели, называемой Шах-Джаханабад, где осмотрели Красный форт. Место было так потрясающе красиво и грандиозно, что подруги даже забыли о том, что они принципиально против осмотра достопримечательностей, и несколько часов, открыв рты, бродили по бесчисленным галереям с резными массивными колоннами и арками, украшенными чудесной живописью и ажурными украшениями из камня. Все было необычайно пышно и величественно.

А затем, уже ближе к вечеру, они поехали за сувенирами для своих родных. Влад отвез подруг на узкую улочку, где ремесленники сидели возле своих лавочек, предлагая туристам и всем желающим свои изделия.

Мариша начала с того, что купила несколько изумительных металлических вазочек с чернью и позолотой, блюдо, украшенное искусной чеканкой, набор металлических стаканчиков, несколько шелковых платков и удивительно красивую коробочку для благовоний. Под конец она не удержалась и приобрела ярко-красное сари с золотой каймой и золотыми нитями. И украшения к нему с кораллами и мелким речным жемчугом.

Инна, которая была против того, чтобы тащить с собой столько сувениров, скупила у одного чеканщика почти всю его лавочку и даже клюнула на медный кальян, казавшийся совсем красным в лучах вечернего солнца. Затем она купила несколько циновок и небольшой пушистый коврик. Ну, и еще множество красивых безделушек и статуэток.

Девушки успокоились лишь тогда, когда истратили все деньги, полученные от господина Редди. На оставшиеся купили еще Владу для его машины новые чехлы на сиденья.

— Я все не могу понять, зачем Редди понадобилось переводить нам эти деньги, если он сам за день до того приказал Радже прикончить нас, — сказала Инна. — Как думаешь, а?

— Думаю, что хватит с меня этих путешествий, — сказала Мариша. — У тебя остались деньги?

— Нет, а что?

— Нужно бы позвонить Коле, — сказала Мариша. — Предупредить, что мы возвращаемся с пустыми руками.

Пусть привыкнет к этой мысли.

— Можно позвонить из номера, — предложила Инна. — Все равно мы заплатили за четыре лишних дня. Так что пусть гостиница раскошелится на один междугородный звонок.

Сгибаясь под тяжестью покупок, подруги вошли в гостиницу. Влад уехал по своим делам, пообещав приехать проводить подруг в аэропорт. Уставшие за день, они еле волоклись в свой номер. Поспешно покидав покупки на пол, Мариша набрала знакомый телефонный номер. Коля оказался на работе и сразу снял трубку После первых же слов лицо у Мариши вытянулось, а глаза широко раскрылись.

— Что? Что он говорит? — изнывала от любопытства Инна. — Что там?

Но подслушать ей никак не удавалось. Трубка у телефона была всего лишь одна, и Мариша держала ее очень цепко. Наконец, закончив разговор, она запрыгала по всей комнате.

— Что? Что случилось? — словно заведенная, говорила Инна, повторяя прыжки Мариши.

Мариша остановилась и вперила в подругу искрящийся весельем взгляд.

— Они поймали Раджу. Взяли прямо в аэропорту.

— Не может быть, — прошептала Инна. — Таких чудес на свете не бывает.

— Это еще не все, — ликовала Мариша. — Коля говорит, что у них на Раджу есть железное обвинение.

Так что тому отмазаться не удастся. Подробности Коля не захотел рассказывать по телефону. Сказал, что изложит все на месте. Просил, чтобы мы прилетали побыстрей. И знаешь, он почему-то считал нас с тобой покойницами.

— С чего бы это? — искренне удивилась Инна. — Неужели Раджа рассказал, как он нас с самолета в бессознательном состоянии выпихнул?

— Не знаю, — ответила Мариша. — Но главное, что Раджа пойман. И мы завтра летим домой. Поверить не могу, что увижу нашу слякоть и родное серое небо. Никогда бы не подумала, что так могу соскучиться по питерской погоде.

На следующий день подруги не без труда загрузились в самолет. Их пришли провожать все индийские друзья. Даже Пиллай удрал с больничной койки и стоял бледный, но очень счастливый. Подруги сообщили ему, что Раджа взят под стражу И теперь Пиллай был очень доволен, так как его любимой сестренке уж точно не грозила подневольная свадьба. И еще Пиллай собирался лететь в Питер, чтобы дать показания против Раджи и его сообщника.

В аэропорт приехали Таня с Сан-Джаем и всеми своими детьми. Их оказалось существенно больше шести.

— Взяли соседских, — объяснила Таня. — Очень уж просились. А вы прилетайте к нам еще. За ловлей преступников мы так и не успели с вами поболтать, посплетничать. И вот еще что… — немного помявшись, сказала она, — если можно, то не упоминайте о том, что вас нашли в джунглях охотники из моей деревни. Сами понимаете, они туда незаконно приехали.

— А разве нужно разрешение, чтобы приехать в джунгли? — ехидно спросила Мариша.

— Во-первых, это были не просто джунгли, а территория национального парка, — сказала Таня. — А во-вторых, они ведь оттуда привезли животных и другие трофеи. Не просто цветочки несколько дней нюхали, а охотились. А это уже преступление. Так не скажете?

— Нет, — Закивала Инна головой. — Они же нас, можно считать, спасли от смерти. Не скажем.

— Вот и отлично, — обрадовалась Таня. — Это все Раджа или ему подобные их подбивают. Нашим охотникам посулили хорошее вознаграждение, если они поймают мелких зверей живьем или добудут шкуры тигров или леопардов. Ну и шкуры болотных крокодилов и кобр их заказчиков тоже интересовали. Наши простачки и клюнули. Хорошо подработать всякому охота. А национальный парк Рантхамбор они знали как свои пять пальцев. Один из охотников работал там, пока не женился. И ехать до парка от нашей деревни недолго. Вот они и согласились. А в общем, если дело всплывает, то наказывают охотников, а не их заказчика. А виноват-то именно он.

— Сказали же, что не скажем, — повторила Инна. — Пусть твои браконьеры спят спокойно, если им совесть позволит.

Тем временем К ним подошел Влад.

— Мама просила передать вам в дорогу вот эти пирожки, — сказал он. — И приглашает вас к нам в гости, когда снова будете в Индии. И еще я рад, что у меня в России есть два таких замечательных друга. И хорошо, что в России, а не тут, в Индии. Потому что, честно говоря, общаться с вами — это все равно что сидеть на бочке со взрывчаткой. Но вы все равно прилетайте еще. Я буду ждать.

— Нет, теперь ты к нам, — сказала Мариша. — Пора уж тебе повидать родину твоей матери.

— Может быть, и прилечу, — задумчиво кивнул Влад. — Спасибо за приглашение.

Последней к девушкам подошла прощаться Камала.

Она явилась в аэропорт вместе со своим женихом. Подруги как-то раньше не замечали, но теперь выяснилось, что он ростом ниже Камалы почти на полголовы. И к тому же довольно упитанный. И вообще страшно похож на мерзкого господина Мохатму.

— Любовь зла, — пробормотала себе под нос Инна, к счастью, на русском.

Так что ее понял лишь один Пиллай и почему-то залился краской. Потом подруги еще раз со всеми расцеловались и пошли на контроль.

— Какие они все-таки замечательные люди, — сказала Мариша, оглянувшись на своих друзей и помахав рукой. — И рейс прямо в Питер — очень удачно.

Инна не ответила. Она сосредоточенно прислушивалась к каким-то изменениям у себя в организме. Изменения, мягко говоря, настораживали.

— Что с тобой? — встревожилась Мариша. — Ты вся в поту. У тебя даже блузка на спине взмокла.

— Голова кружится, — пробормотала Инна. — И живот болит.

— Нужно вызвать врача, — сказала Мариша.

— Ни за что! — вцепилась в нее Инна. — Тогда меня положат в карантин, и я тут умру, в этой Индии. А я не хочу. Никому не говори.

И подруги пошли к самолету. Добредя до своего места, Инна порылась в сумке и достала аптечку, которую захватила еще из Питера.

— Вот наконец и пригодилась, — удовлетворенно сказала она, пригоршнями закидывая в себя разноцветные капсулы, шарики и таблетки. — А ты не хочешь?

— Нет, — гордо ответила Мариша. — Я отлично себя чувствую.

— Вот и я тоже, — пробормотала Инна. — Тоже отлично себя чувствовала, пока не подцепила в джунглях кишечного Паразита. Пока мы мокли в том лесном болоте, я прямо чувствовала, как в меня проникают всякие твари.

— Это были пиявки, — утешила ее Мариша. — Они не вредные. Их даже в медицине используют.

Но Инна, настроившись на мрачный лад, выискивала в себе признаки приближающегося конца. Наконец Мариша не выдержала и уснула. Проснулась она через пару часов, когда подали обед. Но, как ни странно, аппетита она не почувствовала. Ее даже немного мутило.

— Дай-ка мне парочку твоих таблеток, — наконец сказала Мариша.

— Вот! И до тебя докатилось! — обрадовалась Инна. — Не иначе как эта штука заразная.

Мариша не ответила. Честно говоря, ей было не до разговоров. У нее внутри шло целое сражение. И результат был явно не в пользу Мариши. В желудке бурлило, голова раскалывалась, а самой девушке было тошно.

Есть она не смогла. Ее порцию слопала слегка пришедшая в себя Инна, после чего тоже впала в странную задумчивость. А затем внезапно бросилась в туалет.

— Кажется, я рано радовалась, — сказала она, возвратившись на свое место. — Не иначе как мы в Индии целый букет разных микробов и паразитов подхватили.

Мне что-то опять нехорошо.

Остаток пути был похож на кошмар. Они даже стали жалеть, что не остались в Индии.

Из-за подскочившей у обеих температуры окружающий мир подруги воспринимали как-то очень отвлеченно. Он словно был накрыт красноватой дымкой. Но когда-нибудь все кончается. Кончился и длинный перелет.

Самолет благополучно приземлился в аэропорту. Пришло время выходить из него. Поддерживая друг друга, они с трудом спустились по трапу и поплелись по полю к зданию аэропорта.

Там их уже поджидали Маришины мама и тетка — Серафима Ильинична. Мариша нашла в себе силы помахать им рукой, а затем рухнула без сил на свою сумку.

— Доченька! — переполошилась Тамара Ильинична. — Что с тобой? Ты вся бледная.

— Заболела, — прошептала побелевшими губами Мариша. — Везите к врачу. И Инну тоже. Но сначала нужно получить багаж.

— Какой багаж! — закричала Тамара Ильинична. — Ты же умираешь. Потом получим.

Услышав про это, Мариша моментально почувствовала себя лучше, вскочила на ноги и помчалась вперед, грудью раздвигая толпу. Лицо у нее было зеленое, но решительное. В результате багаж они получили в числе первых. Перед зданием аэропорта их в машине поджидал Маришин дядя — муж Серафимы Ильиничны. Он отвез подруг домой к Маришиной маме, куда немедленно вызвали «Скорую помощь».

Вернее, вызывали ее три раза. На третий раз она все-таки приехала.

— Пищевое отравление, — заключил врач. — Небось с курорта вернулись? Вон какие загорелые. Теплая была водичка?

Напоминание о водичке подействовало на подруг очень сильно. Маришина мама бросилась за тазиками и тряпками. Врач поспешил выписать девушкам антибиотики и испарился.

— Ума не приложу, где мне искать эти антибиотики среди ночи? — ужаснулась Тамара Ильинична.

— Такие у меня, кажется, есть, — слабым голосом сказала Инна, прочитав оставленный врачом рецепт. — Дайте мою аптечку.

Она немного порылась в ней и с торжествующим видом достала две упаковки лекарства.

— Вот, знала же, что пригодится! И что бы нам с тобой, Мариша, сразу же начать с этого препарата. Глядишь, уже и поправились бы.

Препарат действительно оказал чудодейственное влияние. Подруги почувствовали себя лучше уже через час. И смогли наконец уснуть. Утром они проснулись абсолютно бодрыми. Болезнь практически отступила, осталась лишь небольшая слабость и легкое головокружение. Но такие пустяки не могли заставить подруг валяться в постели.

— Мама! Нам из милиции не звонили? — закричала Мариша.

— Звонили, — появилась в дверях Тамара Ильинична. — Но я им сказала, что вы тяжело больны.

— И что они?

— Сказали, что приедут сами, — с неудовольствием ответила Тамара Ильинична. — И куда вам еще гости?

Вы едва живы.

— Пусть лучше сюда едут, чем нам самим к ним тащиться, — резонно сказала Мариша.

Тамара Ильинична только вздохнула.

— Да, — вдруг спохватилась она, — Инна, пока тебя не было, тебе твой муж звонил несколько раз. Тревожился, что вы так долго в Чехии делаете. И почему адреса не оставили и телефона тоже. Мариша, я не понимаю, вы вроде бы в Индию летали. Что же, он так и не узнал об этом?

— Ой, мама, ну это долго объяснять, — отмахнулась Мариша.

— Ну смотрите, дело ваше, — покачала головой Тамара Ильинична. — Он сегодня снова звонить будет. Что ему сказать?

Но Инна не успела придумать, что бы такое соврать своему супругу, потому что в этот момент раздался звонок в дверь. Это явился Коля с отчетом и с каким-то парнем. При виде Колиного спутника подруги испуганно вжались в подушки, которыми их заботливо обложила Тамара Ильинична.

— Откуда он тут? Коля, ты что, сдурел? Зачем ты притащил этого бандита к нам в гости? Да еще без наручников, — пролепетала Мариша, указывая на спутника Коли. — Ты что, ничего не знаешь? Этот тип опасен.

Он сообщник Раджи.

— Все в порядке, — усмехнулся Коля. — Павел Бурцев, он же Бугай, отлично исполнил свою роль уголовника и бандита. Так хорошо, что даже вы поверили. Но что куда важнее, в это поверил Раджа.

— Так Паша?.. — заговорила ошеломленная Мариша.

— Он сотрудник уголовного розыска, — сказал Коля. — Работает в соседнем отделе. Я сам узнал об этом совсем недавно. Оказывается, когда Раджа начал нас тревожить, поступило предложение забросить к нему в банду своего человека. Настолько его законспирировав, что об истинной роли Павла знали всего два человека.

И это были не мы с полковником.

— Да, и мне пришлось на весьма долгое время стать такой подсадной уткой, — сказал Паша.

— Боюсь, что ты слишком вошел в роль, — сказала Мариша.

— Коля, может быть, Паша тебе и не рассказывал, но он пытался убить нас с Маришей, — поддержала подругу Инна. — Выбросил из самолета..

Паша помрачнел.

— Я надеялся, что вы про это не вспомните, — сказал он. — В конце концов, вы лежали без сознания. Но я вас не выбрасывал, вы не правы. Это Раджа постарался.

Мы погрузили вас на самолет и взлетели. До этого момента я все время был начеку. Но потом я решил, что уж в воздухе вы в полной безопасности. Поэтому и отлучился, потом возвращаюсь, а вас в самолете уже нет. Смотрю, а дверь открыта. И Раджа сидит совсем никакой.

Можете поверить, он в принципе неплохой парень.

И постарался выкинуть вас из самолета именно над озером, да еще и опустились совсем низко, чтобы дать вам шанс на спасение.

— Хорош шанс, нас выловили из воды какие-то религиозные фанатики и чуть на тот свет в качестве обеда своей богине не отправили! — возмутилась Мариша.

— Моя вина, что я не углядел за вами! — повинился наконец Паша. — Простите.

— Ладно уж, — махнула рукой Инна. — В конце концов все закончилось нормально. А Раджа показал свое истинное лицо. Надеюсь, вы ему впаяете попытку предумышленного убийства?

— Обязательно, — кивнул головой Коля. — Но и без этого обвинения на Раджу набирается достаточно.

И он рассказал о своих успехах. И о том, как ему в руки попали компрометирующие Раджу и его компаньона диктофонная пленка и фотографии.

— Так они у вас! — обрадовались подруги. — Покажите нам их. Хотим наконец увидеть этого мерзавца, о котором столько слышали!

Коля достал из папки несколько фотографий и протянул их подругам. Они жадно впились в них глазами.

Мариша первой отложила их в сторону.

— Признаю свою ошибку, — обратилась она к Инне. — Вы с Владом были правы, а я была полной дурой.

— Ты вроде бы узнала человека на фотографии? — удивился Коля. — И кто он?

— А вы не знаете?

— Теперь-то мы знаем, но интересно послушать, с какой стороны он известен вам.

— Это старый друг моей тетки, — сказала Мариша. — Тот самый, который помог нам получить индийскую визу. И тот самый, которому она поручила присмотреть в Индии за нами. С самыми лучшими намерениями, разумеется.

Последнюю фразу Мариша произнесла как-то задумчиво.

— Это очень интересная информация, — сказал Коля. — Расскажите все, что вам известно про этого господина Редди.

Инна послушно начала пересказывать всю историю знакомства с господином Редди с самого начала. Она старалась не упустить ни одной детали. Не забыла рассказать и про получившего в Индии по черепу Пиллая, и про присланные ему копии фотографий и пленки. И закончила как раз к тому моменту, когда погруженная в раздумья Мариша окончательно убедилась в том, что это ее родная тетка таким коварным образом замыслила избавиться от племянницы. Коля тем временем сказал:

— Конечно, Игорь старался в первую очередь для себя, делая эти фотографии и записывая разговор Раджи с Редди на пленку. Он собирался шантажировать господина Редди. Но нам Игорь оказал неоценимую услугу Теперь мы сможем засадить этих голубчиков на полную катушку. Торговля наркотиками, как слышно на пленке, перестала их удовлетворять. Конкуренты замучили.

И эта парочка решила, что контрабанда редких видов животных тоже достаточно прибыльное дело. Нанять шайку браконьеров, те будут отстреливать и отлавливать редких животных, а потом шкуры или их самих можно будет выгодно продать. Любителей экзотики полно в любой стране и в любое время.

Мариша при этих словах нервно вздрогнула.

— Первые пробные партии живого товара уже прибывали в нашу страну в течение прошлого года, — продолжил Коля. — Поэтому преступникам и понадобился толковый ветеринарный врач. Они же не могли догадаться, что Игорь окажется таким жадиной. Товар расходился на ура. И преступники решили, что пора окончательно сворачивать дело с наркотиками и переключаться на новую отрасль. Раджа и полетел в Индию, чтобы свернуть производство наркотиков.

— И жениться, — напомнила Инна.

— Жениться ему было необходимо с одной-единственной целью — чтобы сохранить свою собственную жизнь, — сказал Коля. — Во всяком случае, так Раджа говорит. И я думаю, что тут у него нет причины мне врать. Раджа говорит, что Редди упрямо настаивал на его женитьбе именно на этой девушке.

— Интересно, почему? — спросила Мариша.

— А это господин Редди нам расскажет сам, — сказал Коля.

— Вы его арестовали? — обрадовались подруги.

— Нет, — вздохнул Коля. — Дело в том, что мы поторопились с арестом Раджи. У них с господином Редди было условлено, что Раджа позвонит тому, если долетит в Питер без проблем. Конечно, из тюрьмы он этого контрольного звонка не сделал. И господин Редди насторожился. А в настоящий момент он находится в индийском консульстве, которое по закону считается собственной территорией Индии. И о том, чтобы арестовать господина Редди там, не может быть и речи.

— Но не может же он в консульстве просидеть всю свою жизнь, — сказала Мариша. — Рано или поздно Редди выйдет с территории консульства, тогда-то вы его и задержите.

— Но и мы не можем караулить его у дверей консульства целую вечность, — возразил ей Коля. — Нету у нас для этого лишних людей.

— И что ты хочешь от нас? — спросила у него проницательная Инна.

Коля начал мяться, нерешительно поглядывать на Пашу и вообще изображать смущение.

— Ну что? — поторопила его Инна. — Говори уж.

— Вот если бы вы согласились выманить Редди из его укрытия, — наконец произнес Коля и испуганно замолчал.

Подруги медленно переваривали услышанное.

— Чего-нибудь в этом духе я и ждала, — наконец сказала Инна. — И как прикажешь нам его выманивать?

Прогуливаться возле окон и выкрикивать разные оскорбительные слова в его адрес?

— Нет, — покачал головой Коля. — Конечно же, нет.

Вообще-то у нас был план, но теперь, когда мы узнали, что ваша тетя… Ну, словом… Не могла бы она?..

— Не могла, — отрезала Мариша. — Это исключено.

Я вообще уверена, что тетка отлично была осведомлена о том, что ее Редди мошенник и преступник. Моя тетка на редкость подлая личность, вот что я вам скажу. Не советую я вам ее просить об услуге. Предаст и глазом не моргнет. Лицемерка жуткая.

— Чего ты на нее взъелась? — удивилась Инна.

— А то, что не переношу двуличных людей! — отрезала Мариша. — А когда в прошлом году мы освобождали моего дядю, так тетка крокодиловы слезы лила, как же она без дядечки будет. Прямо страдала так, что сердце разрывалось. Рыдала, в истерике билась. А у самой в это время был любовник. И еще возможно, что и не один.

И потом, это она клялась нам всеми святыми, что Редди порядочный человек и вообще… А он… Нет, вы как хотите, а я с этой особой, хоть она мне и родственница, больше никаких дел…

И она гордо отвернулась к стене. В этот момент дверь комнаты открылась, и появилась Тамара Ильинична.

— Мариша, тетя Сима пришла, — сообщила она. — Ты занята?

— Передай, что для нее я занята всегда, — отрезала Мариша. — И видеть ее не хочу.

— Что это с тобой? — удивилась Тамара Ильинична. — Сима ведь не знала, что этот Редди такой подлец.

— Ну, конечно! — воскликнула Мариша. — Сто лет с ним знакома, а не знала. А ты, мама, кстати говоря, откуда знаешь, что Редди оказался преступником? Кто тебе рассказал? Ты подслушивала? Или тебе проболталась тетя? Дурочкой пусть не прикидывается. Не знала она!

Все она отлично знала. Нет, видеть ее не хочу Впрочем, пусть войдет. У нас тут милиция, пусть моя тетечка им посмеет сказать, что ничего о делишках Редди не знала.

Я уверена, что она и сама замешана в них была.

— Мариша, что ты городишь? — возмутилась Тамара Ильинична. — Тетя Сима тебя в детстве на руках качала.

И если хочешь знать, то это я ей рассказала про то, как подозрительно вел себя ее Редди, общаясь с вами в Индии.

И тут в комнату вошла Серафима Ильинична.

— Мариша, ты что? — начала она закатывать глаза. — Я же сама не хотела вас с Редди знакомить. Ты не Помнишь разве? А вы с подругой вынудили меня это сделать. А я тебя предупреждала.

Мариша даже задохнулась от негодования. Но вперед выступил Коля и примирительно сказал:

— Ну, раз тут все уже в курсе последних событий, то предлагаю, не теряя даром времени, приступить к обсуждению плана. Серафима Ильинична, вы готовы помочь следствию арестовать господина Редди?

— Готова! — кивнула женщина.

— Вы ей на слово не верьте! — снова встряла Мариша. — Она вам с три короба наобещает, а потом забудет.

Она эту практику всю жизнь успешно использует. С ней только свяжитесь, потом в дураках останетесь. Это уж я вам верно говорю. Намучились мы с мамой с ней.

— Перестань чушь молоть, — холодно сказала тетка. — Когда это я вас с матерью обманывала?

— Да постоянно, — неожиданно подала голос Тамара Ильинична. — Я тебя не виню, Сима. Ты совершенно искренне забываешь о том, что когда-то пообещала. Так что я не в обиде. Но вы, товарищ милиционер, все-таки имейте в виду. Моя сестра и в самом деле может потом забыть, что вам сейчас обещает помочь. Завтра вы к ней обратитесь, а она глаза распахнет и очень удивится тому, что вы от нее чего-то хотите.

Разгневанная Серафима Ильинична попыталась улизнуть из комнаты. Но ей дорогу преградил Паша.

— Минуточку, — сказал он. — Что вы все набросились на бедную женщину? Она вовсе не такая плохая, как вам кажется. И конечно, не захочет садиться за решетку в качестве соучастницы преступления.

— Что? — задохнулась Серафима Ильинична. — Да я не знала до сих пор, чем Редди занимается. Вы что, все тут свихнулись? Конечно, я подозревала, что он что-то мухлюет, потому что денег у него было очень много.

А когда денег у человека очень много, то это всегда подозрительно. Но ни о чем конкретном он мне не рассказывал. Он же индус, у них вообще не принято женщин в свои дела посвящать. Так что я ничего конкретного про его дела не знала.

— А сколько вы с ним встречаетесь? Лет десять?

Двадцать? — спросила у тетки Мариша. — За эти годы могла бы уж и сама любопытство проявить.

— Я с ним, если хотите знать, не по своей воле встречалась, — закричала Серафима Ильинична. — Он мне один раз намекнул, что не стоит его злить слишком частыми отказами. Что он и так очень снисходителен ко мне, что позволил иметь мужа. И мне хватило. Я поняла, что Редди вполне может пойти на гнусность и сообщить моему мужу о нашем с ним романе.

— Вот вам и предоставляется отличный повод избавиться от опасного знакомства и заодно доказать, что вы и в самом деле не причастны к делишкам Редди, — сказал Коля. — Выманите Редди из консульства, и мы его сразу же арестуем.

— И посадите в тюрьму?

— недоверчиво спросила Серафима Ильинична. — Точно?

— Точней не бывает, — кивнул Коля. — Набравшихся у нас доказательств хватит на двадцать лет тюрьмы.

И уж точно въезд в нашу страну для господина Редди будет закрыт навсегда. И вас тревожить он больше не посмеет.

— Тогда я вам помогу, — сказала Серафима Ильинична.

— Возьмите с нее расписку, — буркнула Мариша. — Завтра ведь точно откажется от своих слов.

— А мы все провернем сегодня, — улыбнулся Коля. — Зачем откладывать?

Серафима Ильинична вздохнула, но деваться ей было некуда. Незаметно улизнуть от ответственности не получилось, так как в дверях стоял Паша. И хотя на его лице играла приветливая и даже добрая улыбка, но дверной проем он загораживал весьма основательно.

— Но я не понимаю, как я могу вам помочь?

— все же очень расстроенная, сказала Серафима Ильинична.

— Для начала сядьте, — велел ей Коля. — Вам нужно успокоиться. А потом вы позвоните своему другу…

— У меня есть только его домашний телефон, — быстро сказала Серафима Ильинична.

— Не ври, тетечка, — сурово возразила ей Мариша. — Ты при нас звонила ему на сотовый.

Серафима Ильинична окаменела от такого вероломства своей племянницы.

— Нехорошо, — укорил женщину Коля. — В ваших же интересах закончить с этим делом побыстрей.

— И что я должна ему сказать?

— Скажите, что вы очень тревожитесь, — начал перечислять Коля. — Что Мариша до сих пор не вернулась из Индии. И что от нее нет никаких вестей. И главное, скажите, что вы собираетесь идти в милицию, чтобы подать заявление о пропаже. А между делом скажите ему, что в милиции вы не скроете, что Маришу в Индию отправил господин Редди и что полетела она туда за каким-то Раджой. Ручаюсь, что после этого ваш друг обязательно захочет с вами встретиться.

Серафима Ильинична сделала каменное лицо и принялась набирать номер Редди. Все затаили дыхание.

В трубке слышались длинные гудки, наконец раздался голос Редди.

— Алло, — осторожно сказал он.

— Редди, это я — Сима. Редди, я прямо не знаю, что делать! — очень натурально разрыдалась Серафима Ильинична. — Мариша пропала! До сих пор от нее нет никаких вестей. Редди, я собираюсь идти в милицию. Так что будь готов, что тебя тоже вызовут.

— А при чем тут я? — обалдел Редди на другом конце провода.

— Ну как же? — глупо удивилась Серафима Ильинична. — Ты же отправлял девочек и обещал проследить за ними. Мариша мне звонила и сообщила, что встретила тебя, Редди. Так что ты сможешь помочь следствию, рассказав о вашей с ней встрече. И потом, ты, может быть, знаешь того человека, за которым девочки отправились в твою Индию.

— К-какого человека? — запинаясь, спросил господин Редди.

— Не помню, как его зовут. Ах да, Раджа! Правда, странное имя? Девочки говорили, что он преступник и убийца. И ты, Редди, должен помочь следствию и рассказать про этого Раджу все, что знаешь.

— Какому еще следствию? Как я смогу ему помочь?

Уверяю тебя, что не знаю никакого Раджу.

— Ничего, если он преступник, то в милиции наверняка есть его фотографии, — успокоила его Серафима Ильинична. — Тебе их покажут, и, может быть, ты сумеешь вспомнить этого человека.

— Сима, клянусь тебе, я ничего не знаю о Марише, — заволновался Редди. — Не ходи пока в милицию.

— Я уже решила!

— Но не говори им обо мне. — — Это невозможно! — воскликнула Серафима Ильинична. — Ты единственная моя зацепка. А ради того, чтобы разыскать племянницу, я не стану ничего утаивать. К тому же я не понимаю, в чем дело.

— Пообещай мне, что не пойдешь в милицию прямо сейчас, — настаивал Редди. — Нам нужно сначала встретиться.

— Да? — с некоторым сомнением спросила Серафима Ильинична. — А потом мы вместе пойдем в милицию?

— Обязательно пойдем, — радостно согласился Редди. — Но ты пока ни в какую милицию не ходи.

— Хорошо, но где мы встретимся?

— Муж где? — поинтересовался Редди.

— На работе, — опешила Серафима Ильинична.

— Тогда жди меня возле станции метро «Площадь Ленина», — велел ей господин Редди. — Знаешь, там, где мы обычно встречаемся. Я могу там быть уже через сорок минут. Ты успеешь?

— Лучше через час, — сказала Серафима Ильинична и повесила трубку.

— Вот и отлично, — обрадовался Коля. — Вы, Серафима Ильинична, просто молодец! Кто знает, какой машиной он обычно пользуется?

— У него «Мерседес» цвета мокрого асфальта, — сказала Мариша. — В номере есть две четверки.

— 447, — поправил ее Коля. — Что же, будем надеяться, что он возьмет свою машину После этого Коля схватил рацию и закричал в нее:

— Пятый! Внимание, объект покидает клетку. Ждите возле выхода примерно через десять минут. Фотографии у вас есть? Отлично. На всякий случай проверяйте все машины. Не исключено, что он попытается ускользнуть на чужой машине.

— Мне нужно торопиться, — сказала Серафима Ильинична. — Он будет ждать меня через час.

— Вообще-то опаздывать не надо, — задумчиво сказал Паша. — Я вас, Серафима Ильинична, подкину.

— Зачем? — удивился Коля. — Его возьмет группа наблюдения прямо возле ворот консульства.

— А если не возьмет?

Этот вопрос поверг всех в транс.

— Обязательно возьмет, — повторил Коля, но уже без прежней уверенности в голосе. — Впрочем, чем черт не шутит. Могут и прошляпить. Поезжайте вдвоем. Павел, оружие у тебя есть?

— Конечно, — кивнул Паша.

— Положи поближе. И гляди там в оба. Не исключаю, что он попытается ликвидировать последнего свидетеля.

— Свидетеля? О чем это вы? Это меня он будет ликвидировать? — забеспокоилась тетка Сима. — Редди?

— Редди может счесть, что для него нежелательно, чтобы вы заявляли о нем в милицию, — помявшись, сказал Коля. — В данной ситуации он ни в чем не уверен.

Он не понимает, куда делся Раджа. Он очень напуган.

И если вы заявите в милицию, что именно господин Редди был последний, кто видел вашу племянницу, то возникнет масса вопросов. А вдруг во время следствия выяснится, что господин Редди и в самом деле знаком с Раджой? Глупо же попасться из-за пустяка. Так что он будет уговаривать вас не идти в милицию.

— Это с одной стороны, — сказал Паша. — А с другой, может статься, что он сочтет более верным прикончить вас.

— Редди? Да что вы несете! Он уже столько лет без ума от меня! — возмутилась Серафима Ильинична.

— Очень за вас рад, — ответил Коля. — Но все же мы отвечаем за вашу безопасность. И должны предусмотреть любую ситуацию.

— Да зачем Редди меня убивать? — продолжала настаивать Серафима Ильинична. — Это бессмысленно.

Я же ничего не знаю.

— Но он считает иначе, — сказал Паша. — И не пререкайтесь. Все равно я поеду с вами. Пойдемте. А то опоздаем.

И он буквально выставил деморализованную Колиными словами Серафиму Ильиничну из квартиры и сам вышел следом.

— Машина у подъезда, — донеслись с порога слова. — Не беспокойтесь, все будет хорошо.

— А нам что делать? — спросила Мариша у Коли.

— Будем ждать сведений, — сказал Коля. — Вы не возражаете, если я побуду пока с вами?

Подруги не только не возражали, а, напротив, — жаждали этого всей душой. И тут запищала Колина рация.

— Его машина только что выехала, — сказал мужской голос.

— В ней точно наш объект?

— Трудно сказать, расстояние слишком велико.

— На всякий случай оставь одну бригаду возле консульства, а сам двигайся за ним. Прижми его где-нибудь в тихом месте к обочине и предложи добровольно покинуть машину. Будь готов к тому, что он откроет стрельбу и попытается смыться.

Какое-то время рация молчала. Подруги изнывали от нетерпения. Коля внешне сохранял спокойствие, но побледневшие костяшки пальцев, которыми он сжимал рацию, выдавали его напряжение. Наконец рация ожила.

— Мы задержали владельца «Мерседеса». Это не он.

— Что значит «не он»?

— За рулем служащий консульства. Шофер. Сказал, что господин Редди попросил его проверить машину.

— Немедленно назад! — скомандовал Коля.

— А этого шофера куда?

— Берите с собой.

Коля присел на диван и уставился в одну точку.

— О черт! — сказал он. — Упустили.

— Но может быть, еще не поздно?..

— Поздно, можешь мне поверить, — мрачно сказал Коля. — Он уже давно улизнул.

— Но там ведь у ворот дежурят твои люди.

— Не могут же они проверять каждую машину, которая выезжает из консульства, прямо у ворот. Пока ведут одну машину и выясняют личность водителя, другая может спокойно покинуть здание консульства, — объяснил Коля. — Теперь одна надежда на Пашу.

— Стоило бы выслать ему подкрепление, — предложила Инна.

— Не успеем! — простонал Коля. — До назначенного вашей тетей времени осталось всего десять минут. Вот положение!

В это время запищала его рация.

— Как дела? — послышался голос Паши.

— Паша, они его упустили! — закричал Коля. — Как у вас?

— Мы прибыли на место. Я высадил нашу тетю на улице Комсомола. Она прошла немного вперед и сейчас уже на месте. Стоит возле здания вокзала на ступеньках.

Его пока не видно.

— Сейчас появится, — утешил его Коля. — Смотри не упусти. На тебя теперь вся надежда.

— Понял, не дурак, — буркнул Паша и положил рацию рядом с собой на сиденье.

Сам он внимательно уставился на Серафиму Ильиничну, пытаясь не упустить тот момент, когда появится Редди.

— Что она там торчит, словно тополь на Плющите? — сердито говорил самому себе Паша. — Она что, не соображает, что так ее снять выстрелом легче легкого?

Нет, не понимает, — огорченно сказал он опять же самому себе.

Вдруг он увидел, как Серафима Ильинична встрепенулась и быстро пошла вниз к стоянке машин. Паша проследил за ней глазами и увидел, что она подошла к высокому, элегантно одетому мужчине. Лица его Паша рассмотреть не мог. Видел лишь, что лицо незнакомца обрамлено черной бородой.

Серафима Ильинична и ее спутник сели в фиолетового цвета «девятку». Костюм бородача и его галстук, оценил Паша, стоят дороже, чем сама машина со всем оформлением, сигнализацией и прочими прибамбасами. Все-таки время, проведенное в обществе любившего роскошь Раджи, сделало свое дело, и в дорогих шмотках Паша разбирался теперь досконально.

Похоже, клюнула настоящая рыба. Паша завел машину и тронулся с места, преданно следуя за «девяткой».

Машина, в которой сидела Серафима Ильинична, проехала вдоль Невы, свернула на шоссе Революции и по нему двинулась в сторону лесопарковой зоны. Паша в этом лесопарке бывал и смело мог сказать, что в середине рабочего дня это было на редкость безлюдное и уединенное место.

— Везет ее на природу, — задумчиво пробормотал Паша и потянулся к рации.

«Девятка» и в самом деле въехала на центральную аллею парка. Проехала по ней до речки и остановилась.

Дальше пути машине не было, дорога слишком раскисла, как всегда бывает по весне. Да к тому же принялся накрапывать дождь, что весной тоже не редкость. Только полному кретину могла прийти в голову мысль прогуляться в такую погоду по непросохшему лесопарку. Кретину или человеку, который хотел быть твердо уверен, что его никто не потревожит.

Паша оставил свою машину в овражке, а сам последовал за парочкой. Он увидел, как спутник Серафимы Ильиничны галантно подал ей руку и повел вдоль русла небольшой живописной речушки по хлюпающей грязи в сторону едва зеленеющего леса. По пути он ей что-то втолковывал. Серафима Ильинична, насколько Паша мог судить, была изрядно бледна, но держалась молодцом. То есть не билась в истерике и не звала на помощь милицию.

— Да где же эти обалдуи? — злобно прошептал про себя Паша, имея в виду своих запаздывающих коллег. — Пора бы уже им и появиться.

— Мы тут, — неожиданно подал голос стоящий рядом с Пашиной левой ногой куст. — Через несколько минут закончим окружение и можно будет приступить к задержанию. А ты чего хмуришься?

— Боюсь, как бы он чего с теткой не сделал, — озабоченно пояснил Паша. — Нужно его как-то отвлечь.

А пока силы милиции подходили к конечной стадии операции по задержанию Редди, Серафима Ильинична испытывала довольно сложную гамму чувств. Во-первых, ее душило бешенство при виде Редди, который уже битый час объяснял ей, какая он важная персона и как важно, чтобы его имя не стало известно милиции.

— Ты ведь не хочешь погубить мою карьеру? — спросил он, заглядывая в глаза своей подруге.

Глаза у него стали совсем черные, и их выражение наполнило теткину душу смятением и тревогой. Она подумала, что зря она, пожалуй, поперлась выяснять отношения в такое уединенное место. Впрочем, особого выбора у нее не было. Редди привез ее сюда, не потрудившись узнать ее мнение.

— Ты кому-нибудь сказала, что встречаешься сегодня со мной? — допытывался у нее Редди.

— Нет, — не сморгнув соврала Серафима Ильинична.

Выражение лица Редди стало таким странным, что тетка по-настоящему испугалась.

— Значит, не сказала, — удовлетворенно повторил Редди.

И полез за чем-то в карман. Серафима Ильинична решила, что пришел ее последний час, и приготовилась дорого продать свою жизнь. Она открыла рот и…

— Молодые люди, у вас огонька не найдется? — раздался у нее за спиной пьяненький мужской басок.

Серафима Ильинична перевела взгляд в ту сторону, откуда слышался голос, и с удивлением увидела приближающегося к ним развязной походкой Пашу. Она его с трудом узнала. Тот был откровенно пьян и покачивался на весеннем ветру. Одежда у него была перепачкана, будто он совсем недавно отдыхал в какой-нибудь канавке.

При этом он еще глупо ухмылялся, не узнавая Серафиму Ильиничну Редди был сильно недоволен появлением пьяницы.

— Ступай вон! — закричал он Паше. — Мы не курим. Пошли!

Это уже относилось к Серафиме Ильиничне. Не успела бедная женщина опомниться, как Редди схватил ее за руку и потащил за собой. Но Паша оказался еще шустрее, продемонстрировав на редкость хорошую для пьяного реакцию. Он возник перед Редди, словно из-под земли, и, пьяно ухмыляясь, принялся канючить:

— Дай огоньку, дядя! Что ты как не родной? Вон и костюмчик у тебя дорогой. Да ни в жизнь не поверю, чтобы вот такой костюмчик и не было спичек. Или ты брезгуешь? Рабочим человеком брезгуешь?

При этом Паша делал странные телодвижения. Серафима Ильинична внезапно поняла, что он ее попросту оттирает подальше от Редди. Смекнув, что к чему, Серафима Ильинична сделала маленький шажок в сторону.

Ее маневр остался незамеченным. Редди в это время напряженно всматривался в лицо пристававшего к нему пьяницы. Внезапно он отскочил, выхватил пистолет и нацелил его на Пашу — Ни с места! — раздался голос позади него.

И из-за всех торчащих рядом кустов и даже из-под обрывистого берега речушки стали появляться вооруженные люди. Редди покрутил головой и обреченно поник. Бежать было некуда. А Паша, закрывая Серафиму Ильиничну, тоже держал в руках оружие.

— Не отягощайте своего положения, бросайте оружие! — сказал он господину Редди. — Ну, кому говорю!

— Я дипломатический служащий. У меня неприкосновенность! — закричал Редди, почти без борьбы отдавая пистолет Паше. — Вы ответите за произвол!

— Что? Что вы сказали? Я плохо слышу, — сказал Паша. — А вы что-нибудь слышали? — обратился он к остальным.

— Ничего! — дружно заверил хор голосов.

Редди понял, что, говоря по-русски, против лома нет приема, и затих. Лишь сидя в милицейской машине, он заявил:

— Мне нужен адвокат!

— Получите! — заверил его Паша. — Один на двоих с Раджой вас устроит?

Господин Редди негодующе фыркнул и больше уже не заговаривал. Такое же молчание он хранил и в отделении милиции. Явившийся к нему Коля столкнулся с явным нежеланием задержанного отвечать на вопросы. Но это его ничуть не расстроило.

— Не хотите отвечать, не надо, — дружелюбно сказал Коля. — Все, что нужно, вы уже сказали.

Редди недоуменно посмотрел на него.

— Не помните? — делано удивился Коля. — А зря!

Хотите послушать?

И он включил магнитофон. Редди молча слушал запись своего разговора с Раджой, где они подробно обсуждали трудности торговли наркотиками и назревшую необходимость сменить бизнес. Затем он пристально посмотрел на Колю.

— Откуда это у вас? — поражение спросил у него Редди. — Я же своими руками…

Он не договорил и, уронив голову на руки, глухо застонал.

— Вы хотели сказать, что запись вы уничтожили своими руками? — договорил за него Коля. — Что же, должен вас огорчить. Вы уничтожили дубликат. Вторую копию, которую Игорь сделал и послал своему другу Пиллаю в Индию для страховки. Игорь был не так уж и глуп. Идя на шантаж, он понимал, что у вас может возникнуть нездоровая мысль прикончить его. И он сделал копию. Разве он вас об этом не предупреждал?

Редди молча покачал головой.

— Должно быть, не успел, — удовлетворенно заметил Коля. — Или хотел сделать вам сюрприз. Надо сказать, ему это вполне удалось. Как вы его убили?

— Я не собирался! — пробормотал господин Редди. — Честное слово. Не хотел. Но парень был очень жадным. Он хотел денег. Еще и еще! Я не выдержал, вспылил и ударил его.

— По голове подковой? — уточнил Коля. — А после этого поехали и обыскали по очереди его квартиру, его машину и его рабочий кабинет? Надеялись найти вот эту пленку?

— Да, — кивнул господин Редди. — Но потом я внимательно просмотрел все бумаги, которые выгреб из его карманов, и понял, что он совсем недавно отправил бандероль в Индию. Адрес получателя я узнал на почте.

И поспешил в Индию. Трижды дурак!

— Не переживайте, вам бы все равно не удалось найти записи, которые сделал Игорь. Дело в том, что он оставил их на хранение своей бывшей любовнице. А ее муж перепрятал их в свой сейф и забыл про них. Так что вы действовали вполне логично и по-своему разумно.

И что было в Индии? Пиллай отказался вернуть вам ваши фотографии и пленку?

— Я даже не стал и спрашивать, — сказал господин Редди. — Бумаги были у него. Он был моим врагом и сыном моего врага. Я жалею, что ударил недостаточно сильно и не убил его.

Коля удивленно посмотрел на Редди. И в этот момент вошел полковник, который желал вести дальнейший допрос самостоятельно. Поэтому Коле не удалось уточнить, что подразумевалось под предпоследней фразой господина Редди. Полковник был человеком практичным, и его больше интересовали наркотики и механизм контрабанды редких видов животных. Допрос господина Редди занял много часов.

На следующий день прямо с утра Коля появился в гостях у Инны с Маришей, которые медленно выздоравливали после тропической хвори. Они чувствовали себя уже значительно лучше и даже отважились выпить по чашке бульона с сухариком.

— Дело об убийстве Игоря Зябликова закрыто! — объявил им Коля прямо с порога. — С вашей подруги сняты все обвинения.

— Так вы ее выпустите? — обрадовалась Мариша. — Когда?

— Трудно сказать, — задумался Коля. — Она ведь сейчас находится в психиатрической лечебнице. Я звонил туда и разговаривал с ее лечащим врачом. А потом и с заведующим, но они меня не обнадежили. Сказали, что обследование своей пациентки они закончили и теперь считают, что торопиться с ее выпиской не нужно.

— Я всегда говорила, что Ленка тронутая! — зашептала Инна на ухо Марише. — Ни один нормальный человек не стал бы держать лошадь у себя в комнате.

— В Греции крестьяне спят вповалку со своими ослами, — прошипела в ответ Мариша. — И ничего! Никого это не волнует.

Инна лишь хмыкнула, показывая, что Маришины слова ее не убедили.

— Скажи, а Раджа во всем признался? — спросила она Колю. — Он и в самом деле с наркотиков переключился на браконьерство?

— Да, но самолично животных он, конечно, не убивал и шкуры их не выделывал, — сказал Коля. — Он был координатором. Деньги и идеи к нему шли от господина Редди, а Раджа всего лишь воплощал их в жизнь, нанимая за гроши рабочих или охотников. Надо отдать должное, у этого парня превосходный администраторский талант. Он за короткое время умудрился организовать целую сеть фабрик, где обрабатывали шкуры слонов, змей и антилоп. И шили из них различные кожаные изделия. А также выделывались шкуры тигров. Одну из таких фабрик неподалеку от Дели вы сами видели.

— И вам удастся ликвидировать все эти фабрики?

— Мы обратились за содействием к индийской стороне. В конце концов, это их дело и их преступники. Нас они интересуют лишь в качестве наркоторговцев, поставлявших в течение длительного времени в нашу страну свой черный товар.

— А как же животные? — не успокаивалась Мариша. — Наркотики, они ведь могут и полежать. Ничего с ними не случится. Днем раньше вы их найдете или днем позже. А вот как быть с животными? Они ведь живые.

— Да, — кивнул Коля. — Раджа назвал день, когда еще одна партия живого груза прибудет в нашу страну.

По его словам, это случится уже завтра. Я за этим к вам и приехал. Хотите поехать встречать этот груз вместе со мной?

Подруги резво подпрыгнули на своих постелях. Когда Коля ушел, Инна задумчиво уставилась в потолок и пробормотала:

— Я вот все думаю, а как Игорю удалось записать разговор Редди и Раджи на пленку? Для этого ведь нужна специальная аппаратура. Где он ее взял?

Мариша помолчала и ответила:

— Это как раз проще всего. Игорь мог взять аппаратуру у Антошки. Помнишь, был такой веснушчатый мальчишка у нас в классе. Я сама у него один раз брала какой-то прибор для прослушивания. А с тех пор прошло уже два года. Антошка вполне мог поднатореть в изготовлении шпионской техники. А к Ленке он всегда странным образом был расположен. Так что с аппаратурой было все просто.

— Ну хорошо, но вот почему?..

— Снова — почему? — вскипела Мариша. — Какая разница, где Игорь достал аппаратуру для подслушивания и записывания? Дай мне полежать спокойно.

— Я уже не о том, — примирительно сказала Инна. — Я хочу понять, почему Раджа так переживал, что не женился на Камале. Ведь он ее не любил. Значит, ему она была зачем-то нужна. А зачем?

— Спроси у него самого, — буркнула Мариша. — Мало ли какие глупости мужикам в голову лезут. Ну приспичило ему, и все тут.

— Нет, тут что-то другое, — задумчиво возразила Инна.

На следующий день подруги вместе с Колей отправились встречать груз животных в аэропорт. С ними вместе ехал и Раджа. Без наручников. Парень казался даже довольным переменой в своей судьбе. Но при виде живых и с помощью ухищрений косметики выглядевших почти здоровыми подруг у Раджи отвисла челюсть. Затем он залился краской, а потом сделал вид, что подруг не видит, не знает и вообще не узнает. Мариша с Инной с удовлетворением обнаружили, что в Радже еще имеются остатки совести.

— Что, не ожидал? — хихикала Инна, пока они ехали в машине вместе с Колей. — Думал, что мы кормим рыб в том озере, где ты нас выкинул? Не очень красивый, надо сказать, поступок с твоей стороны.

— Я был вынужден! Если бы я ослушался Редди, он бы погубил мою семью, — защищался Раджа. — Мать и младшие братья живут в Индии, и я не смог бы их защитить. Редди угрожал убить их, если я ослушаюсь.

— Тебя послушать, так Редди просто злой гений. Ты еще скажешь, что Редди тебя и жениться на Камале заставлял? — задала провокационный вопрос Инна.

— Заставлял! — воскликнул Раджа. — То есть помолвлены мы были раньше. Но речь о свадьбе как-то не шла. Она там, я здесь, сами понимаете. Я совсем не думал об индийской жене. Зачем мне она?

— И что же заставило тебя все же настаивать на свадьбе?

— Однажды я проболтался Редди о том, как зовут мою невесту, — ответил Раджа. — И его это почему-то очень взволновало. Он прочитал мне целую лекцию, как важен семейный очаг. А когда я попытался возразить, что еще молод для брака, он мне стал угрожать. Я попытался все свести к шутке. Но в него словно демон вселился.

Прижал меня так, что я и пикнуть не смел. И долг мой ему припомнил, и моей семье расправой угрожал. Можете мне верить, женитьба на Камале — это его идея.

Редди зачем-то ее придумал.

— Хм! — хмыкнула Инна. — Тут какая-то тайна. И я не успокоюсь, пока не выясню, в чем дело.

В аэропорт они прибыли вовремя и сразу же прошли на таможню, где им предстояло получить свой груз. Верней, получать его должен был Раджа. Бумаги были оформлены на него. Коля и Паша старательно делали вид, что они никакие не работники милиции, и у них это отлично получалось.

По бумагам груз предназначался для зоопарка города Киева. Но с тем же успехом там могла стоять любая другая точка на карте. Нив какой зоопарк клетки с животными не поехали бы. А отправились прямиком в специально оборудованное помещение, находящееся в городе Питере. Работники таможни проявили странное нежелание досмотреть груз на предмет того, не содержит ли он чего незаконного. Один из них отвел Раджу и всех его спутников к щебечущей, ворчащей и рычащей горе ящиков, клеток и мешков.

— Ой! — воскликнула Мариша. — Сколько зверюшек!

И в самом деле, хорошеньких зверюшек тут было предостаточно. Названия многих девушки даже не знали. Но больше всего тут все-таки было обезьян, обезьян-губачей и обезьян-лангуров со светло-песочного цвета телами и темными мордочками и лапками.

— Какие славные! — восхитилась Мариша. — А что с ними теперь будет?

— Поедут в зоопарки страны, — пожал плечами Коля. — Назад в Индию им вряд ли суждено вернуться.

Они загрузили животных и повезли их в специальное помещение, находящееся в одном из клубов города.

Сейчас это было самым разумным решением проблемы, потому что тащить в милицию весь этот верещащий и, признаться, попахивающий чем положено зверинец никому не хотелось.

— С тех пор как погиб Игорь, я столкнулся с массой проблем, — рассказывал Раджа по пути на склад. — Животные плохо переносили смену климата, и многие заболели и даже умерли. Второй врач, которого я нашел, не шел ни в какое сравнение с Игорем. Тот чувствовал животных, и рука у него была легкая. Пока Игорь работал у меня, ни одно животное не погибло. Я очень сокрушался, когда он погиб.

— Не погиб, а был убит, — поправила его Инна. — Твой друг Редди и постарался.

— Вот! — обрадовался почему-то Раджа. — Видите, я был прав, когда опасался этого человека. Мог и меня убить, если бы я пошел против его воли.

Оборудованное Раджой помещение находилось в полуподвале. Но в нем было тепло и светло от многочисленных ламп дневного света. Даже тропические животные не мерзли и чувствовали себя хорошо в просторных и чистых клетках, стоящих вдоль стен. Лучше всех выглядели неунывающие попугаи — зеленые с красными хохолками и желтыми щечками, белые, пестрые и голубые.

Раджа поклялся, что ухаживающие за животными люди — это просто наемные работники, которым раз и навсегда посоветовали не задавать лишних вопросов.

Самые нелюбопытные из них остались. Поэтому Коля со своими коллегами не стал трогать уборщиков. Да и в самом деле, всех же не арестуешь. А если и арестуешь, то что делать со всем этим зверинцем? Самому становиться и клетки чистить?

Новых питомцев сразу же определили в свободное помещение, пересадили из дорожных клеток в более просторные. Здесь животные должны были оставаться до того момента, когда станет ясно, что они смогли успешно пройти карантин.

— Конечно, не на воле, но все же мир повидали, попутешествовали зверюшки, — философски заметила Мариша.

Оставив клетки и их обитателей на ветеринарного врача, «группа захвата» вместе с задержанными отправилась обратно в милицию. Прихватили с собой и пустые клетки, вернее, те, где не было живых квартирантов. Хотели без помех изучить их содержимое.

Перетащив ящики к себе в кабинет, Коля с Пашей вскрыли один из них. И тут Коля, присвистнув от изумления, вытащил на свет божий роскошную шкуру тигра, затем еще и еще одну. А потом — несколько шкур леопардов и даже две шкуры носорога с отлично сохранив-" шейся головой и рогами.

— Вот это добыча! — восхищенно протянул он. — А еще говорят, что тигров мало осталось.

— Относительно, — буркнула Мариша, которая после приключения в национальном парке Рантхамбор уже не испытывала такой горячей любви к живой природе и ее представителям крупней мартышки. — Думаю, что несколько тысяч в дикой природе еще сохранилось.

Тем временем Коля вскрыл еще один ящик. Он оказался заполнен уже готовыми изделиями из чешуйчатой кожи каких-то рептилий. Поясами, сумочками и портмоне. Тут даже была сумка с головой крокодила.

— Очень красиво! — тут же встряла Мариша. — Браво, Раджа, у тебя отличный вкус.

Раджа скромно промолчал. В остальных ящиках оказались выделанные шкуры змей и варанов, несколько небольших шкур крокодила и еще один ящик с выдубленными шкурами слонов и их бивнями. Тут даже Маришу проняло, особенно если учесть, что слоны ей ничем насолить не успели. Раджа не знал, куда от стыда девать глаза.

— Так, — протянул Коля. — Надо отдать должное, вы с господином Редди неплохо поработали. И это всего лишь второй заход?

Раджа кивнул.

— Сколько же зверья вы погубили! — возмутился Коля. — Значит, ты организовывал добычу зверя и выделку шкур? А Редди прокладывал пути доставки через таможню, оформлял бумаги и следил, чтобы ваш груз проследовал беспрепятственно?

Раджа снова кивнул.

— Мы задержали сегодняшнюю смену работников таможни, — сказал Паша. — Думаю, кое-кому придется уволиться, а кому-то и погостить у нас. Им явно заплатили, чтобы они пропустили сегодняшний груз.

— Теперь я понимаю, каким образом вы так легко получили первый груз, хотя в документах значилось имя Игоря, а он к тому времени был уже холодненьким, — сказала Мариша. — Вам и не нужны были никакие бумаги, вас там ждали.

— Я же вам говорил, что у Редди большие связи, — сказал Раджа.

— Все Редди да Редди! — не выдержала Инна. — А ты сам что, младенец несмышленый? Тебя все устраивало, поэтому ты и оставался с ним.

Раджа молча отвел глаза, что он мог возразить? Да в этом и не было нужды. Факты говорили сами за себя.

Последний груз наркотиков со сгоревшей фабрики Раджи был перехвачен властями Индии прямо на судне «Кришна». Капитан и вся команда также арестованы и должны будут предстать перед судом, как только Раджа и господин Редди прибудут под стражей обратно в Индию.

Оба они не были гражданами России, поэтому в русских тюрьмах их не ждали. Индийская сторона оплатила их перелет обратно в Индию, и после этого Мариша с Инной расстались с преступной парочкой. Но Инна не была бы Инной, если бы не выяснила, что так давно ее интриговало.

— Я позвонила Пиллаю и попросила выяснить у отца, почему господин Редди так хотел брака Раджи и его дочери. И знаешь, что я выяснила? — с победоносным видом начала она.

— Нет, ты же еще не рассказала, — пожала плечами Мариша, изображая равнодушие.

— Оказывается, господин Редди, господин Ракеш и отец Раджи раньше имели общий бизнес. Потом что-то у них там случилось. Какая-то кошка между ними пробежала. Господин Ракеш не говорит, но я так поняла, что они на пару с отцом Раджи кинули Редди. И так основательно, что тот чудом избежал разорения.

— И давно это было?

— По словам Пиллая, почти двадцать лет назад, но Редди, должно быть, затаил зло. И, когда ему выдалась возможность, отомстил своим недругам. Отца Раджи уже не было в живых, и он взял реванш тем, что подтолкнул Раджу на путь преступлений. И заботливо следил, чтобы тот с него не свернул. А для Камалы и ее отца он придумал кару пострашнее. Что может быть хуже для порядочной девушки, чем выйти замуж за преступника?

Так вот Редди после свадьбы намеревался сдать Раджу и засадить того за решетку. И имя Ракеша оказалось бы покрыто несмываемым позором.

* * *

Так и закончилась эта история. У Инны было еще очень неприятное объяснение с Бритым. Сначала тот долго терялся в догадках, какого черта его жена из Чехии притащила индийские сувениры. Но сомневался мирно и беззлобно. Всей правды он еще не прозревал. А вот когда случайно увидел Маришу в новеньком и очень красивом сари, тут уж прозрел полностью. Его прорвало, да как! И теперь Инна с ним снова в ссоре, пишет страстные письма Пиллаю и собирается ехать на свадьбу Камалы со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Серафима Ильинична после того, как милиция избавила ее от общества Редди, еще больше расцвела, сделала еще одну косметическую операцию и помолодела лет на десять. Так что теперь кажется ровесницей своей собственной племянницы. Хотя Мариша до сих пор упорно не желает общаться с родной теткой.

И самое главное, Мариша все-таки своей цели добилась. Экзотическую зверюшку в подарок достала. Правда, сам день рождения к тому времени давно прошел.

Поэтому Марише пришлось оставить детеныша шерстокрыла, который делал прыжки-перелеты по всей квартире, и маленькую самку макаки у себя дома.

А так как дома она бывала редко, то звери стали скучать. И вскоре перекочевали жить к ее маме — Тамаре Ильиничне. Мариша с ее талантом попадать в передряги бывает дома у мамы редко. Но ее питомцы и мама Тамара Ильинична чувствуют себя хорошо. Насколько это вообще возможно, когда в небольшой двухкомнатной квартире живут две собаки, кошка, ворон и еще два экзотических и очень непоседливых зверя из далекой Индии.

Content

Дарья КАЛИНИНА
ТИГР ВО ФРАКЕ

* * *