Дарья КАЛИНИНА

САМБА С ЗЕЛЕНЫМИ ЧЕЛОВЕЧКАМИ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Если бы еще год назад кто-нибудь сказал подругам, что они будут рады навсегда исчезнуть из жизни своих любовников, Кира с Лесей молча покрутили бы пальцем у виска, намекая, что у этого горе-предсказателя явно не все в порядке с крышей. И вот поди же ты! Даже еще и года не прошло, а выведенная из себя Кира, топая ногами и азартно расшвыривая вокруг себя офисную документацию, орала на весь кабинет:

— Пошел ты к черту! Слышишь меня? Пошел к черту! Нет, нет, еще дальше! На край света! На Луну! Убирайся ты, Борисов, в другую солнечную систему! Вот!

— Перестань! Дай же мне слово сказать! — кричал в ответ директор туристической фирмы «Орион» Борисов, мечась по своему кабинету и стараясь избежать соприкосновения с наиболее опасными летающими предметами, которые вырывались из рук взбешенной девушки.

— Не дам! Хватит! — От злости Кира так топнула ногой, что сломала каблук.

Разумеется, это обстоятельство хорошего настроения ей отнюдь не прибавило. Туфли были новые, страшно дорогие и, насколько можно было верить продавщице, самые настоящие итальянские, а не какая-нибудь подделка родом из Подмосковья.

И вот, пожалуйста! Триста долларов изуродованы в один момент. И все из-за кого? Ясное дело, что не по вине самой Киры.

— Это ты виноват! — тут же обвинила она Борисова.

— Помилуй! — взмолился тот. — Твои туфли и твой каблук! Нечего было ногами топать, коли покупаешь себе такую сомнительную дешевку, которая нормальной носки не выдерживает!

Вот это и стало последней каплей. Кира еще могла бы, пожалуй, покричать, выплеснуть накопившееся из-за вечных занудных поучений Борисова раздражение. А потом она постепенно выдохлась бы и утихла. И Борисов, хорошо знающий характер своей коллеги и бывшей подруги, принес бы ей и себе холодной свежей водички, они бы мирно ее попили, успокоились и продолжали работать дальше, словно и не было никакой бури.

В общем, Кира могла стерпеть многое. И терпела, сознавая, что отчасти и сама виновата в том, что Борисов ворчит на нее. В конце концов, она как сотрудник и в самом деле не является совершенством. Но, с другой стороны, где они, эти совершенства, водятся? И не видел их никто. И потом, ведь как ни крути, а это именно она когда-то бросила Борисова, изменив ему с одним симпатичным частным детективом.

Потом миляга-детектив из ее жизни бесследно рассосался, Кира вернулась к Борисову. Но надолго ее не хватило. И она бросила его повторно. Вот это и лежало на ее совести тяжким грузом, заставляя держать себя в руках. Но сейчас Борисов перешел все допустимые границы. Оскорбить ее туфли! Обозвать их дешевкой! Такое Кира не смогла бы простить даже самой себе.

— Все! — произнесла Кира таким ледяным тоном, что сразу стало ясно действительно все, последняя точка поставлена.

Видя, как сильно побледнела Кира, Борисов понял, что ляпнул что-то сверхоскорбительное. И никакими извинениями теперь вину не искупить. Видимо, поэтому он молчал и просто жалобно таращился на Киру, силясь понять, в чем на этот раз провинился.

— Все! — повторила Кира, если первый раз до него еще не дошло. — Раз ты не можешь уйти из фирмы, то уйду я! Вдвоем нам тут стало тесно. Невыносимо!

Борисов хмыкнул.

— Куда ты пойдешь? — поинтересовался он. — Снова плесневелым сыром торговать?

До того как Кира вместе со своей подругой Лесей пришла работать в «Орион», она и в самом деле работала в супермаркете. Ну и что тут такого? До сего момента Кира не видела ничего предосудительного в своей бывшей работе. Всякий труд почетен. В конце концов, куда еще ей было идти со своим высшим торговым образованием, как не в торговлю? И никаким сыром она не торговала, в том смысле, что за прилавком ей доводилось стоять только во время практики.

Но теперь в устах Борисова эти слова насчет плесневелого сыра прозвучали крайне оскорбительно. И это вместо извинений за «дешевые» туфли! Леся, которая, обратив внимание, что в директорском кабинете затихли, тоже заглянула туда и услышала последние слова директора. На это она сказала:

— Борисов, ты это так говоришь, словно Кира не в приличном супермаркете работала, а на панели собой торговала!

— Да кто бы ее туда, на панель-то, взял! — фыркнул Борисов, нанеся третье, и последнее тяжкое оскорбление.

— С меня достаточно! — тоном твердым, словно гранит, чеканя каждое слово, произнесла Кира. — Я увольняюсь!

— Да хоть сейчас заявление пиши! — выкрикнул в ответ Борисов, сам с каким-то фатальным ужасом понимая, что не то он говорит, не то!

Кира подняла с пола относительно чистый лист бумаги. На нем, правда, была рваная дырка, которую она проделала своим сломанным каблуком, но девушка решила, что это мелочи. И для заявления об уходе лист еще вполне сгодится.

— Что тут у вас происходит? — заглянул в кабинет четвертый участник этого квартета.

Это был Дима. Заместитель Борисова, а также бывший любовник Леси. Ну да, бросили девушки когда-то своих любимых вместе. Так ведь они сами виноваты были. Вели себя просто отвратительно.

— Ты так вопила, что все люди разбежались! — укоризненно заявил он Кире. — И ладно бы сотрудники, попьют кофейку и вернутся на свои рабочие места. А ведь клиенты смылись. И какие клиенты! Ты локти себе кусать будешь, когда узнаешь, куда они собирались поехать!

— Не буду! — отозвалась Кира, строча заявление и от усердия даже высунув кончик языка.

— А что это ты пишешь? — поинтересовался у нее Дима. — Объяснительную записку? Надеюсь, с извинениями?

— Не надейся, — ответила за подругу Леся. — Она пишет заявление об уходе.

Лицо у Димы вытянулось. Он посмотрел на Борисова, словно тот был обязан подтвердить слова Леси. Борисов кивнул.

— Пусть уходит! — сказал он, понимая, что говорить надо совсем другое.

Не мог же он в самом деле уволить Киру! Это же просто в голове не укладывается, чтобы она вот так взяла и из-за какой-то дурацкой ссоры ушла от него. Да они ссорились по десять раз на дню. И что? Раньше она никогда не увольнялась.

Нет, он просто должен видеть ее перед собой каждый божий день. Должен, и все! И пусть они сейчас и не вместе, но он должен знать, что с ней все в порядке, что она жива. Черт возьми, он просто хотел слышать ее голос. Пусть даже только на работе. И пусть бы она при этом орала на него хоть каждый день.

— Кира, — нерешительно произнес он, намереваясь сказать, что не уволит ее, даже если она испишет своим чертовым заявлением десять тысяч листов бумаги и пустит тем самым их фирму по миру. — Ты подумай!

— Я уже подумала! — проинформировала его Кира. — Ты в последнее время стал просто невыносим! Придираешься ко мне по любому пустяку.

Борисов покраснел. На самом деле он вовсе не придирался к Кириной работе. Просто он не мог найти другого сносного предлога, который бы заставил Киру поговорить с ним. А на обвинения в служебных ошибках она вынуждена была хоть как-то реагировать.

— Кира! — возмущенно воскликнул Дима. — Как ты можешь увольняться в разгар сезона? Это же просто подстава! Леся, надеюсь, хоть ты нас не кинешь?

Леся представила, что завтра она придет в офис, но подруги тут не застанет. А будет тут только Дима торчать со своей новой подружкой. Тот самый некогда нежно любимый ею Дима, которому теперь Леся, похоже, нужна лишь постольку, поскольку является ценной сотрудницей, способной работать в разгар сезона сутками напролет без выходных и отгулов. Нарисованная мысленно картина настолько не понравилась Лесе, что она воскликнула:

— Ну уж дудки! Я тоже увольняюсь!

И, отпихнув от стола Киру, она принялась строчить еще одно заявление.

— Ну, вы обе вообще без мозгов! — воскликнул Дима и гневно вылетел из кабинета.

Борисов молчал. К заявлениям, которые бросили ему на стол подруги, он даже не прикоснулся.

— И куда вы пойдете? — тоскливо спросил он у подруг, вскинув на Киру умоляющий взгляд, призывающий ее простить, понять и остаться.

— Только не надо на меня так смотреть! — немедленно обозлилась Кира.

— Как — так?

— Словно я палач, а ты моя жертва! — огрызнулась Кира. — На самом деле все наоборот!

Она хотела посоветовать Борисову, чтобы он вспомнил, как ужасно он обращался с ней, когда она его еще любила. Как он не ценил ее, не уделял должного внимания, зачастую предпочитая свиданию с ней другие развлечения. Как отключал свой мобильный телефон на целые сутки, а то и больше. Как от него пахло женскими духами, а рукав пиджака был буквально облеплен издевательски длинными черными и однозначно женскими волосами.

Но внезапно на Киру навалилась страшная усталость. К чему снова ворошить прошлое и повторять, что уже двадцать раз было сказано? Что сделано, то сделано. Никакими словами не изменишь. И оттого, что она будет пережевывать свою обиду, ничего не изменится. Свой выбор она сделала. Больше ее тут ничего не задерживает. Пора уходить.

Леся выскользнула из кабинета Борисова еще раньше. И ждала подругу в приемной.

— Ну что? — спросила она у нее. — Он просил тебя остаться?

Кира покачала головой.

— Как обычно, страдал молча, — произнесла она. — Ох, давно нам с тобой надо было уйти. Даже дышать легче стало.

Леся украдкой смахнула с глаза слезу, но в душе согласилась с подругой.

— Как ты решилась? — спросила она у подруги, когда они спустились вниз и вышли на ярко освещенную летним солнцем улицу. — Зачем тоже написала заявление об уходе?

— Не могла же я остаться тут без тебя! — воскликнула Леся.. — Да и вообще, если честно, то я последнее время с трудом выдерживала. Знаешь, каждый день видеть своего бывшего любовника в обществе его новых подружек — удовольствие не из самых приятных.

— Ты же первая бросила Диму, — напомнила ей Кира.

— А то ты не знаешь, почему я это сделала! — угрюмо отозвалась Леся. — Надоело его постоянные измены терпеть и потом слушать лживые объяснения.

У Киры на душе было муторно. Вроде бы она поступила верно, но, с другой стороны, почему ей так тяжело? Однако и возвращаться нельзя. Поэтому подруги постарались поскорей уехать от места, с которым у них было связано столько хороших и дурных воспоминаний. Теперь, когда с прошлым было покончено, их тут ничего не держало.

— Вещи заберем в другой раз, — сказала Кира, открывая дверь своей машины. — Сейчас я слишком подавлена.

Леся молча кивнула и забралась на пассажирское сиденье рядом с подругой.

— Меня теперь беспокоит только одно, — призналась ей Кира, когда здание, где размещался «Орион», окончательно и бесповоротно скрылось из виду. — На какие шиши мы будем жить дальше? В одном только Борисов, пожалуй, был прав: нельзя увольняться, не зная, куда пойдешь работать дальше.

— Да, ладно, — отмахнулась Леся.

Легкомыслие подруги ужаснуло Киру.

— Нет, не ладно! — воскликнула она. — У меня за машину кредит не выплачен. И у тебя, насколько я знаю, накоплений никаких.

— Ну да, — подтвердила Леся. — Я сделала ремонт в квартире. И еще до сих пор должна часть денег мастерам, которые его делали.

— Вот видишь!

— Найдем что-нибудь, — сказала Леся. — У меня, по правде сказать, есть одна мысль, куда нас с тобой могут взять на работу.

— Что, в «Макдоналдс» пойдем? — уныло предположила Кира. — Или на моей машине частным извозом займемся?

— Ни то, ни другое, — отозвалась Леся. — Уверяю тебя, это будет нормальная работа. Возможно, нам там даже будет лучше, чем в «Орионе». Во всяком случае, там нам будет точно спокойней.

Как оказалось, вот насчет этого, последнего, обстоятельства, Леся очень и очень ошибалась. Однако в тот момент ни она, ни Кира об этом еще не подозревали. И Кира, воодушевившись новой перспективой, начала приставать с расспросами к подруге.

— Что за работа? — допытывалась она у нее. — Интересная? Творческая? Креативная? Нам придется бывать на свежем воздухе или будем целыми днями торчать в офисе? А люди там какие? Неженатые мужчины есть?

— Успокойся! — с видом доброй волшебницы из сказки, которая собирается сделать маленькой девочке чудесный сюрприз, сказала Леся. — Мужчин там полно.

У Киры сладко замерло сердце.

— Половина из них иностранцы! — добавила Леся. Кире показалось, что она возносится на небо.

— И среди них, как говорит Танька, полным-полно холостяков! — с торжеством закончила свою речь Леся, и Кира не сумела сдержать восторженного стона.

Новое место работы уже нравилось ей просто безумно. Скорей бы оказаться в этом оазисе холостых мужчин иностранцев.

— А кто такая эта Танька? — спросила она у Леси, когда наконец обрела возможность связно мыслить и восторг, бушующий в ее крови, несколько поутих.

— Танька? — изумилась Леся. — Ты не помнишь Коврову Таньку?

— Коврову помню, — произнесла Кира. — Сидела за мной и вечно норовила списать на диктанте. И что с ней?

— С ней-то как раз все в полном порядке, — заверила подругу Леся. — Она отхватила себе богатенького Буратино, перебралась к нему жить, и теперь у них все в полном шоколаде.

— И при чем тут наше трудоустройство?

— Да при том, что любовник Таньки и есть начальник той самой фирмы, куда мы с тобой идем работать! — растолковала ей Леся. — Она мне вчера сама позвонила. И буквально полвечера трендела в трубку, как у них с ее любовником все чудесно-расчудесно, как он ее обожает и уже даже день свадьбы назначен.

— И он захочет нас с тобой взять к себе в фирму?

— Будь уверена, он захочет, если Танька его об этом хорошенько попросит, — заявила Леся.

— И чем занимается этот замечательный человек? — после недолгого раздумья все же спросила Кира.

— Я так поняла, что это строительная фирма, — ответила Леся. — Не знаю, что у них там по бумагам, но реально занимаются они строительством крупных объектов. Например, в данный момент они строят два жилых дома и еще два торговых центра, в которых будут находиться магазины. Я только не поняла, какие именно. То ли «Лента», то ли «О'кей».

— Но мы с тобой никогда не занимались строительством, — растерянно произнесла Кира.

— Так мы же не кирпичи туда идем укладывать! — ответила ей Леся. — Полагаю, мы с тобой будем сидеть в офисе, отвечать на телефонные звонки и перекладывать бумажки. Чем мы с тобой, между прочим, последнее время и занимались.

— Ну да, — нерешительно подтвердила Кира, все же сомневаясь, что строительные бумажки и бумажки из турфирмы имеют много общего.

— И какая нам с тобой разница, что там в этих бумажках будет, если вокруг нас будет полно холостяков? — восклицала тем временем Леся. — А со временем мы вникнем, так нас еще, наверное, и повысят. Или мы там замуж выйдем. Место-то какое! Сплошные мужики! Иностранцы! Холостые!

Против такого сочетания Кира устоять, ясное дело, не могла.

И на следующий день подруги в самом деле встретились со своей бывшей однокашницей Танькой и вместе с ней явились пред строгие очи своего будущего работодателя. Впрочем, как быстро выяснилось, Танькин жених был всего лишь начальником одного финансового отдела, а вовсе не директором всей строительной фирмы.

— Ну и правильно, — прошептала Леся. — Директор такой махины — это было бы для Таньки слишком жирно. Все-таки не модель она у нас.

Танька, учившаяся вместе с подругами в одном классе школы, находящейся в ста метрах от их дома, после окончания школы совершенно отделилась от родителей и переехала жить в другой район. И связь с ней у подруг прервалась. Появилась она лишь на встрече выпускников, которая проводилась в июне в их бывшей школе. Там Танька во время дружеского застолья и обменялась с Лесей телефонами.

Выглядела Танька хорошо. Точнее сказать, она выглядела хорошо ухоженной. И было видно, что Ванюша, как она любовно называла своего жениха, сильно привязан к Таньке и денег на улучшение внешности своей невесты не жалеет. Подруги и сами следили за собой. Но в Таньке было что-то, чего не было в них. Возможно, это был отсвет того сильного чувства, которое питал к ней ее жених.

— Я смотрю, ты вся светишься! — с искренней радостью сказала Леся.

— Еще бы! — защебетала Танька. — Скоро наша с Ванюшиком свадьба! Меньше месяца всего осталось! Как я счастлива, что меня подружка привела в эту фирму! Если бы не она, не знать бы мне своего счастья.

— Так ты счастлива?

— Ах, как он меня обожает, вы бы знали! — вместо ответа воскликнула Танька. — И он такой романтик!

Романтик Иван Тимофеевич выглядел гораздо более уныло, чем сияющая молодостью и свежестью Танька. На вид жениху было уже здорово за пятьдесят. Кожа была какого-то землистого оттенка и по виду напоминающая внешность сморчка. Под глазами у мужчины образовались мешки, а сам он был страшно худой, длинный и ходил, смешно загребая ногами. Тем не менее, когда Танька ввалилась в его кабинет, лицо у Ивана Тимофеевича несколько изменилось к лучшему. И он вроде бы даже порозовел и разгладился.

— Вот, дорогой, привела девочек, о которых я тебе вчера говорила! — проворковала Таня. — Устрой их на хорошее место. И чтобы женихов вокруг них было побольше. И чтобы все приличные.

— Если приличные, то это в бухгалтерию, — предложил Иван Тимофеевич, нерешительно глянув на невесту, словно советуясь с ней.

— У вас бухгалтеры мужчины? — не смогла сдержать своего изумления Кира.

У нее с детства образ бухгалтера прочно ассоциировался с пожилой теткой, у которой нижняя часть туловища значительно превосходила собой по объему все остальные.

Иван Тимофеевич странно хмыкнул. А Танька сказала:

— У нас почти все сотрудники в офисе мужчины. Девушки только на телефоне сидят. Другой работы им турки не доверяют.

— Турки? — изумилась еще больше Кира. — А при чем тут турки?

— Здравствуйте! — рассмеялась Танька. — А вы куда устраиваться пришли?

— В «Турград», — сказала Кира.

— Вот именно, — кивнула Танька. — А расшифровывается название фирмы, как «Турецкое градостроительство». Поняли теперь?

И, не обращая внимания на вытянувшиеся лица подруг, продолжала:

— Мы же совместное предприятие. И большая половина сотрудников тут турки. Специально из своей Турции сюда по контракту приезжают. Многие тут у нас в стране уже по десять и больше лет работают. Женились, обрусели, и все такое прочее. Даже пирожки с любым мясом лопают, не перебирают, свинина там или говядина. И вы себе отличного жениха подберете!

— Турка? — ахнула Леся, которая уже имела опыт общения с турецким женихом, опыт, который ей решительно не понравился.

— Почему же обязательно турка? — всплеснула руками Танька. — Можно и русского. Только одного я для себя уже застолбила!

И она снова захихикала, кинув на Ивана Тимофеевича игривый взгляд. Тот сначала тоже смущенно зарделся, но стоило Таньке выйти, как от его веселья не осталось и следа. Перед подругами снова сидел очень занятой деловой человек, который сухим тоном излагал им свое видение пользы, которую они смогут принести фирме. Прямо сказать, польза была, на его взгляд, минимальной.

— Но вы старайтесь, — закончил он свою мысль. — В нашей фирме есть отличная перспектива карьерного роста.

В общем, дело закончилось тем, что он сбагрил подруг своему заместителю Николаю и велел ему найти для девушек какую-нибудь приличную работу. Заместитель быстро выяснил, что обе подруги т технического, юридического или экономического образования не имеют, и тоже помрачнел.

— Не знаю, чего они там думают, когда направляли вас к нам? — пробормотал он в сердцах. — Нам бухгалтер нужен. Юристы нужны. А с вами я просто не знаю, что и делать.

И он с сомнением посмотрел на подруг. Обе оделись сегодня поэффектней. На Лесе был элегантный брючный костюм нежнейшего цвета розовых лепестков, очень светлый и очень воздушный, и туфли на огромной шпильке. Кира надела крохотное платье изумрудного цвета, на шею и руки она нацепила массивную золотую бижутерию, а в уши вдела такие же серьги. В общем, вид подходящий для катания на белом пароходе, но никак не для экскурсии по стройке.

Оценив внешний вид подруг, заместитель Ивана Тимофеевича решительно произнес:

— И на склад вас не отправишь работать. Сейчас там ничего, а зимой замерзнете.

И, еще раз кинув оценивающий взгляд на стройные загорелые Кирины ножки и глубокий вырез Лесиного декольте, в котором мягко колыхалась в такт дыханию девушки тяжелая золотая подвеска, он надолго выпал из этого мира.

Подруги переглянулись. Похоже, Николай был приятно поражен. Так что теперь он вряд ли захочет расстаться с ними обеими. А вынырнувший из задумчивости Николай тем временем добавил, подтвердив догадку подруг:

— Да и не по вас та работа. Там мужчины совсем простые работают. От такой красоты у них крыша запросто съехать может.

В результате Киру он взял к себе своим личным секретарем, без которого, по его собственным словам, буквально загибался. А Лесю отправил помощником секретаря к самому Ивану Тимофеевичу. Так, как личным секретарем Ивана Тимофеевича была та самая Танька, которая и пригласила подруг на работу, то можно сказать, они все три очутились в хорошей компании.

Обговорив все подробности, Николай самолично отвел подруг в отдел кадров и дождался, когда им продиктуют список документов, которые было необходимо принести для устройства на работу. Помимо прочего, требовались еще и справки о здоровье, как психическом, так и физическом. А также другие документы и анализы.

Оценив список медицинских справок, подруги приуныли.

— Нам все эти анализы, которые вы требуете, и за неделю не собрать, — сказала Кира. — И вообще, зачем нам идти к гинекологу? Каким образом это связано с нашей работой?

— Да вы что? Конечно, связано! А вдруг вы уже беременны? — удивился Николай. — Мы вас возьмем, а потом декретные вам платить три года. Да и вообще, одна морока с беременными женщинами.

— Так что же, — разозлилась Кира, — нам уже и не размножаться, что ли, вовсе?

— По мне, так хоть каждый день! — обрадовался Николай. — Да вы не переживайте, девочки. Вы хоть часть справок принесите, а остальные потом донесете. По мере получения.

На этом и порешили. Следующие два дня подруги бегали по поликлиникам. Сделали флюорографию, сдали анализы на СПИД и сифилис, а также добыли справки, подтверждающие, что они не наркоманки и не сумасшедшие.

— В общем-то, все логично, — сказала Кира. — Зачем им рисковать и брать к себе каких-то сомнительных сотрудников, чтобы потом увольнять? Нет уж, лучше с самого начала все выяснить до конца. Уверена, они нас еще и по компьютеру проверят. Не привлекались ли мы.

Она оказалась права на все сто процентов и даже больше. Потому что, когда в понедельник подруги явились в отдел кадров, к ним подошел крепкий, на вид лет сорока мужчина, который представился им начальником службы безопасности Олегом Семеновичем.

Лицо у него при этом было подчеркнуто суровое. Как и взгляд, каким он одарил подруг.

— А в чем дело? Почему вы на нас так смотрите? — удивилась Леся, и ее губка дрогнула. — У нас что, какие-то проблемы?

И тут верхняя пуговка ее блузки расстегнулась. Честное слово, выглядело это так, словно произошло совершенно случайно. Леся же мысленно порадовалась, молодец пуговка, не подвела. Выходит, недаром Леся столько времени провела дома у зеркала, расширяя петельку и репетируя эту сценку.

— Вообще-то нет никаких особых проблем, — покраснел начальник охраны.

Он вообще неожиданно сильно для такого сурового стража порядка смутился, когда Лесино декольте стало вдруг само собой углубляться.

— Просто мы проверяем на благонадежность всех, кто приходит к нам работать. Понимаете, бывает, что человек отсидел и исправился. Но…

— Так какое это имеет к нам отношение? — сев на стул и закинув ногу на ногу, удивилась Кира. — Мы ни разу к уголовной ответственности не привлекались.

— Ну да, ну да! — поспешно признал ее правоту Олег Семенович, не в силах оторвать глаз теперь уже от Кириных коленей. — Но просто…

— Говорите уже! — велела ему Леся. — Какие у вас к нам претензии?

— Вы проходили свидетельницами сразу по нескольким уголовным делам! — выпалил Олег Семенович.

— Потрясающе! — восхитилась Кира, одарив мужика идиотски восторженным взглядом, который он, похоже, по наивности принял за настоящий. — Вы и это узнали! Хорошо работаете!

— Уверяю вас, это была всего лишь случайность! — поспешно заверила его Леся.

— Целых три раза случайность? — страдальчески посмотрел на нее Олег Семенович.

Леся хотела его поправить, что убийств, которые они расследовали в разное время и по которым проходили свидетельницами, иногда даже и главными, было куда больше, но вовремя прикусила язык. К чему этому славному дядечке знать о них лишнее? И так вон, бедняга, разволновался при виде голых Кириных ног. Красный весь. Того и гляди, засвистит, как закипевший чайник. Верно Танька говорила, замуж у них в фирме выйти легче легкого. Голые ноги, расстегнувшаяся пуговка — и половина дела, считай, уже сделана.

— А что такого-то? — пожала тем временем плечами Кира. — Мы сами никого не убивали. Просто так получилось, что мы становились свидетельницами этих убийств!

— Скажите, — замялся Олег Семенович, — а вы могли бы мне гарантировать, что не станете ничего расследовать у нас в фирме?

— Если ничего не случится, то и расследовать мы ничего не станем, — хором заверили его подруги. — Совсем даже не горим таким желанием.

— Нам теперь совсем-совсем даже другого хочется, — лукаво и сладко улыбнувшись, добавила Кира.

И хотя она не уточнила, чего именно хочется подругам, но мужчина при ее словах едва не подпрыгнул на месте. Неизвестно, как бы поступил осторожный Олег Семенович, будь на месте подруг какие-нибудь чувырлы, но тут он, безусловно, спекся. Кирины ноги и Лесин бюст совершенно лишили его способности соображать здраво.

Да и беседа с Иваном Тимофеевичем, который настаивал на том, чтобы этих девушек взяли в фирму, до сих пор звучала в голове начальника охраны.

— Хорошо, — сдавленным голосом произнес он. — Будем считать, что этот вопрос мы с вами решили.

И, повернувшись в сторону ожидающего за своим столом работника отдела кадров, сказал:

— Виталий, можете приступать к оформлению наших новых сотрудниц на работу.

И, снова развернувшись к подругам, Олег Семенович слегка сдавленным голосом все же произнес:

— Добро пожаловать в нашу фирму!

После этого он поспешно ретировался, а подруги, завершив дела в отделе кадров, были препровождены к своим рабочим местам и до конца дня пытались вникнуть в круг своих новых обязанностей. Вообще-то новая работа им не показалась особенно сложной.

— Просто в течение восьми рабочих часов надо быть сосредоточенной и внимательной, чтобы ничего не упустить и не перепутать, — сказала Леся, когда подруги вернулись домой и заехали к Кире, чтобы вместе поужинать и обсудить свой первый рабочий день на новом месте.

— Не уволят они нас вот так сразу, даже если мы вообще ни хрена делать не будем, — решила Кира.

Она в этот момент раздумывала, с чего ей начать приготовление ужина. С самого ужина или для начала смешать себе и подруге по легкому коктейлю из водки, мартини и апельсинового сока, чтобы немного взбодриться. И так как Киру отчего-то тянуло в сон, должно быть, перетрудилась на новом месте работы, она твердо решила начать с коктейля.

— Не забывай, взяли-то нас с испытательным сроком, — напомнила ей Леся, наблюдая за манипуляциями подруги со стаканами, льдом и бутылками. — Если через два месяца договор с нами не продлят, придется искать новую работу.

— Если Танька со своим Ванюшей за это время не рассорится, то вряд ли, — зевнула в ответ Кира и, сделав порядочный глоток коктейля из своего стакана, неожиданно взбодрилась и воскликнула:

— Да и вообще смешно тебя слушать! Чем у тебя голова занята?

— Работой, — почти искренне ответила Леся, тоже отпивая немного коктейля.

— Работой! — вознегодовала Кира. — Ты мне-то зачем это говоришь! Это ты своему начальству втирать будешь!

— А что?

— А то! Ты уже присмотрела себе кого-нибудь? — поинтересовалась у нее Кира.

И в ожидании ответа она поставила на стол уже опустевший стакан и извлекла из холодильника ветчину, сыр, яйца, заранее отваренный рис и молоко. Из этих продуктов она намеревалась сварганить свой фирменный омлет, который неизменно получался у нее ароматным и удивительно пышным.

— Вообще-то есть парочка кандидатов, — туманно ответила Леся, наблюдая, как Кира взбивает яйца, добавляет в смесь отваренный рис, и тут же воскликнула:

— Кира, это что же у нас получится?

— А! — вздрогнула Кира, роняя скорлупу в яичную смесь. — Ты чего меня пугаешь?

И она принялась выковыривать скорлупу.

— Снова служебный роман? Да? — приставала к ней Леся. — Мало нам Димки и Борисова?

— Кстати, они нам не звонили? — спохватилась Кира и кинулась к автоответчику.

Оказалось, что не звонили.

— Ты только вспомни, как нам тяжело пришлось после того, как любовь у нас прошла, а сталкиваться с ними в офисе мы все равно каждый день были вынуждены, — продолжала Леся. — Не хочу я снова такого варианта!

— Тебя никто и не заставляет! На этот раз нам надо быстро выбрать кандидата, чтобы выйти за него замуж и прочно сесть ему на шею, — ответила Кира, выливая наконец получившуюся смесь у меня, несмотря на теплое участие к нам Таньки и ее будущего мужа, имеется какое-то нехорошее предчувствие насчет того, что сказка эта не будет долгой.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Предчувствие Киры оправдало себя всего через какую-то жалкую неделю. Впрочем, за эту неделю много чего произошло с подругами. Танька им не соврала, свободных мужчин в фирме было много. И за короткое время у подруг появилась целая куча поклонников.

В числе самых стойких Лесиных обожателей числился Олег Семенович, тот самый, который сначала не хотел принимать подруг на работу, заподозрив их бог весь в каком коварстве, а потом по зрелом размышлении между Кириными ножками и Лесиной откровенной пуговкой все же сделавший выбор в пользу Лесиного декольте.

Но и Кира не скучала. Ей постоянно уделял свое внимание Николай, ее шеф, и заместитель Ивана Тимофеевича, а также Сонир — тот милый турок из отдела кадров, на которого Кира обратила свое пристальное и, увы, не бескорыстное внимание еще в первую их встречу.

Были среди поклонников подруг сошки помельче и не так преданно топчущиеся возле них.

— Все они типичное не то! — говорила подруге Кира, когда они собрались вечером на очередной военный совет. — Кстати говоря, сегодня Сонир был так любезен, что оставил меня наконец-то одну за своим компьютером.

— А пароль?

— Какой у него там пароль, я подсмотрела еще раньше, — скромно потупив глазки, ответила Кира.

— Так тебе все удалось? — обрадовалась Леся.

— Удалось, но ты бы знала, сколько труда мне стоило выставить Сонира из кабинета! — воскликнула Кира. — Он ни за что не желал от меня отлипнуть.

— Наверное, что-то подозревал? — предположила осторожная Леся.

— Да нет, — отмахнулась Кира. — Просто не мог лишиться моего драгоценного общества даже на одну минуту. Знаешь, мне кажется, он влюбился в меня не на шутку. Мне даже пришлось посылать его за пирожными в буфет, чтобы иметь возможность всласть покопаться в его компе. А ты же знаешь, я пирожные не люблю.

— Отдала бы их мне, — вздохнула Леся.

— Нет, пришлось съесть, чтобы не вызвать лишних подозрений, — сказала Кира. — Но жертва того стоила! Зато мне удалось заглянуть в базу данных сотрудников фирмы и скачать весь список холостых мужчин, чья зарплата на фирме все же переваливает за три тысячи баксов.

Жить вдвоем с будущим мужем на меньшую сумму Кира была решительно не согласна. По ее мнению, даже этих денег им с мужем могло и не хватить.

— Но надо же с чего-то начинать, — развела она руками. — Тех же, кто, по-видимому, имеет в фирме существенно больший доход и не сидит на зарплате или процентах, можно пересчитать по пальцам. Честно говоря, их всего пятеро. Все они учредители этой фирмы. Четверо из них, как ты знаешь и без базы данных, женаты, а пятый все время мотается где-то в дальних командировках, так что его, пожалуй, и не выловишь.

— А я бы и не хотела замуж за олигарха, — призналась Леся. — Мне кажется, что мы бы с ним не ужились. И потом, большие деньги — большие проблемы.

— Не знаю, не знаю, — с сомнением покачала головой Кира и тут же бодро добавила:

— Но в любом случае олигарха тебе никто и не предлагает.

Леся молча согласилась.

— Значит, план таков! — произнесла Кира. — Ищем себе мужей среди менеджеров высшего состава. Кстати говоря, там попадаются вполне приличные высокооплачиваемые сотрудники. Три тысячи в месяц — это далеко не предел мечтаний. Есть и побогаче. С них-то мы и начнем.

Лесе было все равно. Дима ни разу не позвонил ей с тех самых пор, как они с Кирой, гордо хлопнув дверью, ушли навсегда из «Ориона». Так что на душе у Леси было мрачно. Но признаваться даже любимой подруге и вообще фактически самому близкому и родному человеку, что ее до сих пор тянет к Димке, Леся ни в коем случае не стала бы.

Зачем портить настроение Кире? Она ведь все равно не сумеет вернуть то, что давно ушло. Так что Леся просто попыталась сейчас собрать всю свою волю в кулак и переключиться мыслями на то, о чем толковала ей Кира.

— Значит, Ивана Тимофеевича мы смело вычеркиваем, — говорила Кира, вооружившись карандашом, которым она азартно что-то черкала на листе с довольно длинной колонкой имен и фамилий. — Не хватало еще красть женихов у бывших одноклассниц, которые к тому же никогда гадостей нам не делали.

— Я бы и сама не хотела замуж за Ивана Тимофеевича, — призналась ей Леся.

В ответ Кира буркнула, что ее никто не спрашивает. И вообще, если так перебирать, то можно остаться в старых девах. Но тем не менее она продолжала энергично вычеркивать кандидатов из списка одного за другим.

— Что ты там черкаешь? — с любопытством спросила у нее Леся.

— Эти двое однозначно голубой ориентации, — сказала ей Кира. — Их неоднократно видели вместе во внерабочее время. И всегда они были вдвоем, без девушек.

— Может быть, они просто дружат.

— У нас нет времени, чтобы точно это выяснять, — твердо заявила ей Кира. — Вот эти двое не подходят, потому что они узбеки.

— Не думала, что ты националистка! — укоризненно попеняла ей Леся.

— Что ты городишь? Узбеки нам не подходят потому, что если даже у них в паспорте сейчас и не стоит штамп о браке, то где-нибудь в ауле все равно дожидаются невесты. Кстати, по этой же причине нам не подходят и турки. Конечно, они миляги и симпатяги. Все брюнеты и очень страстные. И среди них даже есть совсем непьющие, одним словом, не мужья, а мечта. Но дело-то все в том, что это не наша мечта, а какой-нибудь турецкой девушки, которая за них давным-давно просватана.

— Турция довольно цивилизованная страна, — возразила Леся. — И помнишь Али?

Али был ее любовником и работал в турецкой полиции. Подруги познакомились с ним, когда на отдыхе в этой самой цивилизованной Турции умудрились одним махом раскрыть дело о контрабанде наркотиков, поймать серийного маньяка и спасти жизнь одного славного бизнесмена, которого заказала родная доченька.

— Еще бы мне не помнить Али! — хмыкнула Кира. — Такие приключения не забываются!

— Так вот, у него не было невесты, — сказала Леся. — Кроме меня, разумеется. Но я его разочаровала. Так что теперь у него снова нет невесты.

— Не знаю, — с сомнением покачала головой Кира. — Может быть, твой Али исключение из правил. И опять же, у нас нет времени, чтобы выяснять у наших турок, есть у них на родине невесты или нет. Правды они нам все равно не скажут. А мы сами… Не полетим же мы туда в самом-то деле?

По этой же причине Кира отбросила еще нескольких кандидатов. Они хоть и были русскими, но постоянную прописку имели в других городах. И этих мужчин Кира также подозревала в наличии у них невест, которых они тщательно прячут от глаз окружающих.

— У тебя просто мания какая-то развилась, — посетовала Леся. — Всюду тебе мерещатся спрятанные невесты. А порядочный человек, между прочим, свою невесту не прячет.

— Боже мой! — закатила глаза Кира. — Да где же я тебе возьму этого порядочного? Обычные мужчины кругом бродят. Обычные! В меру подлые!

— Не верю, — тихо пробормотала Леся.

— Конечно, любую невесту, как и жену, можно подвинуть, — тут же высказалась Кира. — Но зачем нам лишняя драма? Если есть еще вполне приличное количество питерских мужчин, не обремененных законной женой и отпрысками?

Одним из таковых кандидатов, к радости Киры, оказался Николай.

— Просто великолепно! — восхитилась она. — То-то он мои коленки просто прожигал своим взглядом в прошлую пятницу. Я уж думала, что приглашение в ресторан, а оттуда прямиком к нему в постель мне обеспечено. Но, видимо, придется поработать над Николаем еще несколько дней, и уже более основательно.

— А мне что делать? — хмуро спросила у нее Леся.

— Изучай оставшийся список, — сунула ей в руки бумагу Кира.

Леся быстро пробежала глазами. Что за фамилии? Издевательство какое-то, а не фамилии. Иванов, Петров, Михайлов и в виде исключения Воронцов. Кстати говоря, именно к последнему кандидату Леся как-то быстро расположилась душой, хотя знать его совсем не знала. У нее перед глазами была лишь одна фамилия, имя — Сергей и адрес. Фотографии холостяков Кира распечатать не успела.

— Ну что? — спросила Кира у подруги, которая из списка оставшихся фамилий так и не смогла выбрать подходящего.

— Никого из этих людей я не знаю лично, — растерянно ответила ей Леся. — Даже не представляю, как они выглядят.

— М-м-м, — задумалась Кира. — Так познакомишься и узнаешь. Чего легче? Чем тебе еще заниматься? Ходи себе по помещениям офиса, знакомься. А если спросят, чего шляешься без дела, скажешь, что новенькая и заблудилась.

Весь следующий день подруги посвятили наблюдению и выбору подходящей жертвы. Наконец Леся остановила свой выбор все же на Воронцове Сергее.

— И вовсе не надо было тратить для этого целый день! — сказала Кира. — Мне было ясно, что ты из всего списка выберешь именно его, стоило лишь посмотреть на мужика. Это же типичный твой вариант. Жгучий брюнет с немного порочным взглядом и ртом записного развратника. Леся, послушай, тебе что, твоего Димы было мало?

— А что?

— Так они же словно из одной пробирки вылезли! — воскликнула Кира. — Ты мне скажи, снова хочешь наступить на те же грабли?

— Слушай, чего ты от меня добиваешься? — возмутилась Леся. — Сердцу ведь не прикажешь. К тому же этот Воронцов единственный из твоего списка уделил мне внимание, когда я сунулась к нему с каким-то дурацким вопросом. И даже назначил мне свидание на пятницу.

— Ну и ладно, почин положен, — вздохнула Кира. — Оно и верно, от судьбы не уйдешь! Значит, начинаем действовать. Ты обрабатываешь этого Воронцова, а я уделяю повышенное внимание своему шефу. Глядишь, что-то и срастется.

Но уже на следующий день планам подруг прямо с самого раннего утра был нанесен сокрушительный удар. Кира и Леся должны были приходить на работу к восьми утра, подготавливать деловые бумаги и сортировать прибывшую корреспонденцию для своих непосредственных начальников, которые являлись уже к девяти.

Кира явилась на свое рабочее место ровно в восемь. Если быть абсолютно точной, то без пяти минут восемь. И точно так же без опоздания и даже с небольшим запасом времени, без пяти девять, она уже закончила все приготовления и сидела, словно пай-девочка, в ожидании начальства.

Но Николай отчего-то задерживался. Кира забеспокоилась и сменила диспозицию. Сделала она это исключительно для того, чтобы первое, что увидел вошедший в ее комнату Николай, были ее стройные ножки.

По взгляду Николая Кира намеревалась выяснить, провел он ночь с женщиной или спал один. Если один, то не сможет сдержать невольного блеска в глазах. А если с девицей, то просто одобрительно кивнет и отпустит какую-нибудь шуточку. В любом случае Кирины ноги не останутся без внимания.

Девушка и не надеялась на легкую и быструю победу, прекрасно сознавая, что такой привлекательный золотой прииск, каким являлся Николай, наверняка уже плотно обложен двумя-тремя соискательницами. Тут надо действовать осмотрительно. И в первую очередь выяснить, чего Николай ждет от своей избранницы на всю оставшуюся жизнь.

Разумеется, на личную беседу с Николаем на эту тему больших надежд Кира не возлагала. Мужчины никогда сами толком не могут сформулировать, чего именно хотят от своей женщины. Тут следовало подключить свою интуицию. А уж в собственной интуиции Кира никогда не сомневалась. Но сегодня что-то ее тревожило.

— Да где же он шляется? — начала сердиться Кира, когда часы показали половину десятого, а шеф в офисе так и не появился.

Это было просто вопиющее нарушение заведенного распорядка. И Кира не на шутку встревожилась. Николай был человеком четким и организованным. Из-за его получасового опоздания под угрозой уже оказались две встречи, запланированные на сегодняшнее утро. Грозило полететь ко всем чертям и все сегодняшнее расписание, заботливо составленное вчера Кирой.

В десять часов Кире стало совершенно ясно, что с шефом что-то случилось. И эта что-то очень и очень нехорошее.

— Может быть, приступ аппендицита? — встревоженно пробормотала Кира. — И его прямо из дома увезли в больницу?

Она набрала номер шофера, который каждое утро отвозил Николая на работу, а вечером, если это требовалось, отвозил его домой. Ответ Григория привел Киру в состояние еще большего недоумения. Оказывается, еще вчера вечером Николай сам позвонил своему шоферу и сообщил, что сегодня утром услуги Григория ему не понадобятся. Что до офиса он прекрасно доберется сам.

— Он сказал, что его знакомый подбросит, — сказал Григорий на прощание.

Кира только зубами скрипнула. Ясно, какой это «знакомый». Недаром у нее с утра внутри все так и вибрирует от волнения. И руки дрожат так, что, крася себе губы, она умудрилась заехать помадой куда-то в нос.

— Вот черт! — выдохнула Кира и начала делать дыхательные упражнения, чтобы умерить разочарование и злость, рвущиеся наружу.

Ни в коем случае нельзя показать Николаю, что она взволнована его отсутствием больше, чем того требуется от личного секретаря, не имеющего личных видов на своего начальника. Кажется, дыхательная гимнастика помогла. Во всяком случае, Кира обрела способность рассуждать здраво.

«Но где бы и с кем бы ни провел Николай ночь, утром в десять часов он должен быть в офисе! — решила она. — У него же деловые встречи. Он что, проспал?»

Она извлекла из тайника в своем столе номер сотовой трубки своего шефа. Собственно говоря, трубок у Николая было целых три. Две полагались ему по службе. И эти номера не были для Киры тайной. Но дело в том, что эти два телефона упорно не желали отвечать на ее звонки. Если Николай и слышал, что ему звонят с работы, то он никак не реагировал на призывы Киры вынырнуть из небытия.

И тогда Кира решилась на то, чего не допускала уже несколько дней. А именно: она набрала номер личного сотового телефона Николая, на который ему звонили только по личным вопросам и только самые близкие люди. Этот телефон Николай своему секретарю не давал. И поэтому сейчас Кира слегка волновалась за последствия своей самодеятельности.

Каково же было ее изумление, когда, набрав заветные семь цифр, она услышала знакомую мелодию из кабинета шефа. Слыша ее раньше, Кира едва не лопалась от желания подслушать, кто же звонит Николаю и о чем он разговаривает со своим собеседником.

Но по большей части Николай с трубкой уходил куда-нибудь подальше. И Кира могла лишь уловить его тон. И, судя по этому тону, чаще всего звонила Николаю отнюдь не любовница. Разговаривал он обычно сухо и без малейшей ласки в голосе. Тогда с кем и где он провел сегодняшнюю ночь?

И кроме того, Кира должна была решить, что делать с основательно приглушенной стеной, но все же упорно продолжавшей звучать мелодией личного телефона Николая. Мелодия звучала до тех пор, пока Кира не отключила свой вызов.

— Та-а-а-к! — задумчиво протянула Кира и спрыгнула со стола, на котором сидела до сих пор. — Однако странно все это.

Испытывая внутри какой-то противный трепет и слыша, как сердце у нее дрожит, словно заячий хвост, Кира все же подошла к двери, ведущей в смежную комнату, где находился кабинет Николая.

— Можно, Николай Иванович? — с внезапно проснувшейся в ней деликатностью постучала в эту дверь Кира.

Николай не возражал. Собственно говоря, он вообще никак не отреагировал на стук. И, немного поразмыслив, Кира решила все же войти. Войдя, она немного постояла, привыкая к полумраку, который царил в комнате. А потом увидела на небольшом диванчике, который стоял в углу под пальмой, спящего Николая. Эта картина так умилила Киру, что у нее даже слезы на глаза выступили.

Милый, милый Николай! Ее нежно обожаемый богатенький трудоголик. Он велел шоферу не приезжать за ним домой, потому что остался ночевать в офисе, а вовсе не у какой-то там любовницы. Зачем Николай остался в офисе? Этот вопрос даже не закрался в голову Киры. И так ведь ясно, что Николай приехал сюда, чтобы основательно поработать.

Лето — самое горячее время для всевозможных строительных работ. Это всем известно. Рабочие трудятся в две, а то и в три смены. Вот и Николай сегодня вечером не смог усидеть дома. И вернулся в офис, чтобы поздно вечером, да и ночью еще немного поработать в тишине и уединении. Кира даже расчувствовалась, глядя на макушку своего шефа. Но потом ее душу что-то снова царапнуло.

— Николай Иванович, — ласково обратилась к начальству Кира. — Доброе утро!

Николай на ее приветствие снова не отреагировал. Даже не повернулся. Похоже, действовать надо более решительно.

— Вставайте! — подойдя к Николаю, произнесла Кира уже гораздо более громким голосом. — Подъем! Вы и так проспали все на свете!

Но и теперь Николай не шелохнулся.

— Да что же это такое! — возмутилась Кира. — Как ребенок. Сначала вы всю ночь работали, теперь проснуться не можете! Совсем меры ни в чем не знаете!

И, протянув руку, она потрясла Николая за плечо. Эффект был неожиданный. Голова Николая перекатилась с подушки на руку девушке, и она не сумела сдержаться и громко взвизгнула. Мало того что лоб и щеки Николая оказались какими-то холодными, так еще и Кирина ладонь очутилась в чем-то липком и влажном.

— О! Что это? — поспешно отдернула руку Кира. Голова Николая от ее рывка свесилась совсем набок. Но и это не вызвало в ней никакого протеста. Это было до того жутко, что Кира отступила на шаг. И, чувствуя, что сейчас либо закричит, либо пустится в бегство, Кира подскочила к окну и раздернула жалюзи. Хлынувший в комнату солнечный свет осветил ужасную картину.

Спящий на диване Николай был весь в крови. Его белоснежная рубашка была в бурых пятнах, глаза открыты, и их стеклянный мертвый взгляд так напугал Киру, что она вылетела из кабинета, словно ее выбросило взрывной волной. Не разбирая дороги, натыкаясь на сотрудников и почти сбивая их с ног, Кира помчалась к Лесе.

— Там!.. — прохрипела она, вбегая к подруге. — Там…

— Что такое? — вскочила на ноги перепуганная Леся. — Что с тобой?

Но Кира не могла говорить. Спазм схватил ее за горло. Она плюхнулась на стул и принялась совершать вращательные движения головой, размахивая руками. При этом ее рот открывался и закрывался, не издавая ни звука.

— Да что с тобой? — встревожилась еще больше Леся, следя за подругой широко раскрытыми глазами. — Воды тебе дать?

Кира кивнула. И Леся бросилась за водой. Принеся подруге стакан, она сунула его в руку подруги.

Кира принялась жадно пить, а Леся разглядывала ее руку.

— В чем ты так перепачкалась? — спросила она, когда Кира закончила пить и шмякнула стакан на стол. — У тебя вся рука в какой-то краске.

Кира отрицательно помотала головой и затряслась еще больше.

— Ты хочешь сказать, что это не краска? — спросила у нее догадливая Леся. — А что?

Вместо ответа Кира вскочила на ноги и, вцепившись рукой в подругу, потащила ее за собой к дверям. Выскочив в коридор, Кира под изумленными взглядами сотрудников, с совершенно безумным видом прогалопировала в свой кабинет, таща за собой Лесю. И лишь когда она подвела подругу к диванчику, на котором, свесив голову, лежал Николай, Кира неожиданно обрела дар речи.

— Вот! — тоном обиженного ребенка произнесла она. — Полюбуйся, пожалуйста, что он устроил! Словно нарочно!

— Он спит? — удивилась Леся. — До сих пор?

— Умер он! — вытаращив глаза, сердито произнесла Кира. — Понимаешь? Убили его! Видишь, у меня вся рука в крови!

И она сунула под самый нос Лесе свою перепачканную руку. Леся невольно отшатнулась в сторону. И тут совсем некстати за их спинами раздался суровый голос:

— Всем стоять и не двигаться! Что тут происходит? Кого убили?

Подруги тут же нарушили первый приказ. Они обернулись и увидела в дверях Олега Семеновича. Выглядел мужчина как-то странно. Один глаз у него подергивался, а вторым он косился куда-то в сторону.

— Кто умер? — повторил он.

— Николай Иванович, — всхлипнув, ответила ему Кира.

— Что за чушь? — не поверил ей начальник службы охраны.

— Это не чушь! — плачущим голосом произнесла Кира. — Сами посмотрите. Вот! Лежит!

И она шагнула в сторону, перестав загораживать своим телом диванчик с лежащим на нем Николаем, который на протяжении всей этой кутерьмы хранил поистине ледяное спокойствие.

— Он весь в крови! — пожаловалась Кира начальнику охраны.

— У вас руки тоже, — машинально отметил Олег Семенович и тут же тревожно спросил у нее:

— А почему они у вас в крови?

— Тут было темно, — принялась объяснять Кира. — А я его трогала.

— Трогали? — оживился Олег Семенович. — Зачем это вы его трогали?

— Разбудить хотела, — призналась Кира. — Я не знала, что он у себя в кабинете. Стала звонить ему на телефон. А он из-за соседней двери заиграл.

— Кто заиграл? Покойник? — заволновался пуще прежнего Олег Семенович. — Так совсем недавно он был еще жив?

— Да, то есть нет, — всхлипнула Кира. — Не знаю я! Телефон Николая Ивановича заиграл. Я вошла в кабинет, а тут темно…

— Тут светло, — возразил Олег Семенович.

— Это сейчас светло, а когда я вошла, было темно, — сказала Кира. — Я жалюзи открыла и увидела его… Мертвого.

— А зачем вы его трогали, если увидели, что он весь в, крови? — сердито спросил у нее Олег Семенович. — Что за тяга — такая лезть всюду, куда не нужно!

— Так я сначала и не видела, что тут все в крови, — принялась оправдываться Кира. — Стала бы я его трогать, если бы видела. Фу! Гадость какая! Меня прямо в холод бросило, когда я поняла, что дотронулась до трупа.

— Так зачем вы его трогали? — уставился на Киру Олег Семенович.

У той же в голове от волнения все смешалось, но она старательно пыталась восстановить порядок своих действий.

— Ну да, — задумчиво произнесла девушка, — вот так дело и было. Я вошла, шторы не открывала, хотела его просто сначала разбудить. Потрясла за плечо, а у него голова скатилась. И он… Скажите, он точно мертвый?

— Да уж, — мрачно произнес Олег Семенович, наклонившийся тем временем над телом Николая и касаясь его шеи. — Мертвей не бывает.

И, устремив на подруг пронзительный взгляд, он хмуро произнес:

— А ведь я так и знал, что от вас будут неприятности!

И с уже явным укором в голосе, он добавил:

— И ведь я же вас просил! Просил, чтобы никаких трупов! А вы!

— Ну знаете! — возмутилась только что немного пришедшая в себя Кира.

От такой несправедливости у нее даже слезы на глаза навернулись.

— Вы так говорите, словно бы это мы его прикончили! — поспешила ей на выручку Леся.

Олег Семенович ничего не ответил, только засопел и с еще большей подозрительностью стал поглядывать на подруг. Это было уже просто оскорбительно. Они и оскорбились, так как ничего лучше в данной ситуации придумать не могли. И в таком оскорбленном состоянии оставались вплоть до приезда милиции.

А потом им уже пришлось не дуться, а скорее отдуваться и давать показания о том, как они провели вчерашний вечер, ночь, а также сегодняшнее утро. Именно этот последний отрезок времени интересовал ментов буквально по минутам.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Первый же вопрос, который задали подругам прибывшие на место преступления оперативники, буквально сразил девушек своей оригинальностью.

— А теперь скажите, что необычного произошло с вами за сегодняшнее утро? — спросил у них один из прибывших, выделявшийся среди своих коллег гордо свернутым набок носом, мужественными чертами лица и внимательным колючим взглядом серых глаз.

Это был старший оперуполномоченный Максим Чурбаков. И ему было интересно лично допросить главных свидетельниц по делу об убийстве, выяснив, разумеется, предварительно у обеих девушек их имена, домашние адреса и телефоны.

— Да, можно сказать, ничего необычного и не было! — огрызнулась Кира. — Подумаешь, мертвец в кабинете! Эка невидаль! Мы, может быть, с подругой каждое утро находим по свеженькому трупу в соседней комнате!

Настоявший на том, чтобы присутствовать при этом разговоре ментов с подругами, Олег Семенович юмора Киры не понял.

— Ага! — торжествующе закричал он. — Вы все слышали! Она сама призналась! Как чувствовал, не надо было брать ее на работу!

При этом говорил он в единственном числе. Видимо, чары Леси были все еще сильны. И Олегу Семеновичу хотелось изо всех сил оправдать ее, свалив все на Киру. Что все? Да что угодно. А если повезет, так и труп заместителя начальника отдела финансов.

— Тише! Разберемся! — поморщился оперативник, которого, как помнили подруги, звали Максимом, а фамилию они тут же забыли, до фамилий ли им сейчас было.

И он в самом деле начал разбираться. Однако чем дольше длился допрос, тем мрачней делались лица всех присутствующих.

— Предварительный осмотр места происшествия наводит на мысль, что убитый лично знал своего убийцу и не опасался его, — произнес второй оперативник, закончивший к этому времени осмотр кабинета убитого. — Картина преступления выглядит примерно так. Некто…

Тут Олег Семенович пристально уставился на Киру, здорово нервируя ее своим взглядом.

— Так вот, некто вошел в личный кабинет убитого, когда тот спокойно отдыхал на том самом диване, где его тело и было найдено впоследствии. Убийца подошел к жертве и дважды выстрелил тому прямо в грудь, в область сердца.

— Может быть, это он сам? Сам в себя выстрелил? — с надеждой пискнула Леся, но ее быстро заклевали.

— А оружие? — нахмурился Максим. — Да и ранения, если уж говорить начистоту, выглядят так, словно стрелявший стоял над убитым. Конечно, теоретически возможно было бы представить дело как самоубийство. Но уж больно неудобную позу выбрал покойник, чтобы всадить себе пулю в грудь. Нет, версия самоубийства, на мой взгляд, весьма и весьма спорна. И говорить о ней возможно только при наличии орудия убийства возле тела убитого и после проведения тщательной экспертизы.

— Оружие мог забрать кто-нибудь, — предположила Кира.

— Кто? — нахмурился еще больше Максим. — Вы же сами сказали, что сидели в своей приемной как пришитая с восьми часов утра?

— Точней, я пришла без пяти восемь, — с законной гордостью заявила Кира.

— И вы видели кого-нибудь?

— Нет, — покачала головой Кира. — Никто не приходил.

— Вот именно, — кивнул оперативник. — А вашего патрона, судя по предварительному заключению эксперта, убили как раз в промежутке между семью и девятью часами утра.

При этих словах подругам показалось, что это в них самих всадили по две пули.

— Как? — прошептала Кира. — Нет, это невозможно. Я была все время на месте. Никто к нему не входил.

— Об этом я и говорю, — сказал Максим.

Олег Семенович неожиданно вскочил со своего стула и, торжествующе указывая рукой на Киру, закричал:

— Она! Я же говорил, что это она его застрелила!

— Да с какой стати? — тоже перешла на крик Кира. — С какой стати мне было убивать человека, на которого я работала и который еще не успел сделать мне ничего плохого? Тем более что он за мной даже ухаживал! И чтобы я своими руками взяла и убила такого прекрасного кандидата в женихи? Соображаете, что вы говорите?

— Ха-ха! — разразился саркастическим хохотом Олег Семенович. — Кандидат в женихи! Да у Николая была невеста! Вполне порядочная девушка из очень хорошей семьи. Он мне сам говорил о ней. Папа — академик, мама — доктор наук.

При этих словах чувства Киры, касавшиеся Николая, претерпели разительную перемену. Только что она готова была рыдать от горя, а теперь ее буквально переполняли злость и досада. Надо же так обмануться!

Но и он-то хорош! Не мог прямо сказать, что у него уже есть невеста? К чему было таскать ей все эти шоколадки, водить во время обеденного перерыва в кафе, дарить цветочки и назначать свидания на пятницу? Ну, не гад ли он после этого! Нет, правильно, что его пришили! И кто бы это ни сделал, Кира испытывала к этому человеку в данный момент даже нечто вроде признательности.

— Вот вам и мотив для преступления! — продолжил Олег Семенович, и чувства Киры снова совершили кувырок.

Нет, все-таки убийца тоже порядочная свинья. Надо же так ее подставить! Не мог выбрать для своего злодеяния какое-нибудь другое время? А еще лучше и другое место. И почему Кире всегда так не везет? Почему эти трупы возле нее множатся со страшной силой?

— Не убивала я своего шефа, — сказала Кира. — У меня и оружия-то нет. Где бы я его спрятала? В горшке с пальмой?

— Рассуждая теоретически, вы могли выбросить его в окно, — предположил Максим. — Но меня смущают два обстоятельства.

— Какие? — хором спросили у него все.

— Во-первых, кровь на вашей правой руке, — сказал Максим, обращаясь к Кире.

— А что вас смущает? — тут же вмещался Олег Семенович. — А меня так нет. Напротив, все правильно. Она его убила и забрызгалась кровью!

— За что вы меня так не любите? — возмутилась Кира, глядя на начальника охраны. — Скажите честно, мы с вами уже встречались когда-то раньше? Нет? Так чего вы ко мне прицепились?

— Меня смущает, почему Кира не отмыла руки от крови, прежде чем выбегать из кабинета, — не слушая их перепалки, продолжил тем временем развивать свою мысль оперативник. — Ведь умывальник в кабинете имеется. Кира спокойно могла привести себя в порядок. И если у девушки хватило ума, чтобы спрятать оружие, то почему она не уничтожила и еще одну улику против себя?

— Специально не уничтожила, чтобы все думали, что она в шоке! — заявил Олег Семенович, который явно задался целью обвинить в убийстве бедную Киру.

К этому времени вернулись двое других оперов, которые вместе с работниками службы безопасности фирмы занимались тем, что опрашивали всех сотрудников, не заметил ли кто из них чего странного.

— В общем, так, — произнес один из оперов, явившись с докладом. — По словам дежурившего ночью на входе охранника, убитый явился в офис ровно в одиннадцать тридцать две вечера. Об этом свидетельствует оттиск на карточке на проходной и личная подпись убитого в журнале, где полагается расписываться всем, кто приходит в офис до или после окончания официального рабочего дня.

— И что, любой сотрудник может у вас прийти поработать ночью? — обратился к Олегу Семеновичу с вопросом Максим.

— Нет, не любой, — помотал тот головой. — Но имеется список сотрудников, главным образом это начальники отделов, их заместители, а также старшие менеджеры, которые могут приходить в офис в любое время суток. Разумеется, предварительно отметившись на проходной.

— Отлично, — задумчиво пробормотал Максим. — А кто еще, кроме убитого, явился той ночью поработать?

— Я выяснил, больше никто не приходил, — ответил оперативник. — Но в здании ночью дежурит четыре охранника. Один остается на посту, а трое других каждый час обходят здание. Они видели, что в кабинете убитого горит свет. Но мешать ему не стали. По их словам, все было тихо. Никого постороннего замечено во время дежурства не было.

— А утром как рано начинают подтягиваться на работу сотрудники?

— Рабочий день у младших сотрудников начинается в восемь, — ответил Олег Семенович.

— Первый сотрудник сегодня явился на свое рабочее место без четверти семь, — ответил опер. — Мы с ней уже побеседовали. Но эту девушку подбросил до работы брат. Она живет где-то за городом, в Павловске. И ей было удобней чуть раньше приехать на работу и посидеть тут до начала рабочего дня, чем потом тащиться общественным транспортом.

— Понятно, — кивнул Максим. — А другие?

— Остальные сотрудники начали подтягиваться после четверти восьмого. К половине восьмого тут уже находилось двадцать три человека, считая охрану. А дальше они начали прибывать и прибывать. К восьми часам утра в офисе должно было находиться около сотни человек.

— Вот видите! — обрадовалась Кира. — Кто угодно из них мог убить Николая Ивановича. — Убийца мог быть тут за десять минут, за пять, даже за минуту до моего появления. Он сделал свое дело и ушел, поэтому я его и не видела.

— Возможно, — почесан свой мужественный, покрытый двухдневной щетиной подбородок Максим.

— Нет! — возмущенно запротестовал Олег Семенович. — Невозможно! Где бы преступник раздобыл ключ от приемной? По словам охранников, которые совершали обход, Николай Иванович закрылся изнутри.

— Постойте! — воскликнула Кира. — Но когда я пришла, дверь в приемную была уже открыта. Я только сейчас это сообразила!

— А что же вы раньше молчали? — набросился на нее начальник охраны.

— Но я же тут работаю всего ничего, — отбивалась от него Кира. — Я подумала, что, может быть, уборщица была. Или кто-то другой зашел… Я думала, что, раз дверь открыта, то это так и положено.

В результате продолжения разговора менты взяли слово с девушки о том, что она не покинет пределы родного города. И при первом же требовании явится к следователю, чтобы повторить свои показания.

— Ясное дело, — вздохнула Кира. — Теперь уж вы приметесь меня таскать на допросы. Хотя я вам точно говорю, я Николая Ивановича не убивала. И скажу вам откровенно, о том, что у него есть невеста, я до сегодняшнего дня и не подозревала. Мне он за эти дни приглянулся, к тому же зарабатывал он неплохо, и я очень надеялась на то, что он влюбится в меня и женится. И мне не придется больше работать на чужих дядь. Так что в такой ситуации убивать мне его не было никакого смысла.

Максим тоже вздохнул, с затаенной печалью глядя на Киру и думая при этом о том, почему это всем красивым девушкам хочется выйти замуж за толстый кошелек? И почему они упорно отказываются стать боевой подругой бравого оперуполномоченного по убойным делам.

— Как ты думаешь, они меня засадят? — тоскливо спросила у подруги Кира, когда оперативники вместе с Олегом Семеновичем оставили ее наконец в покое.

— Что ты! — воскликнула Леся с горячностью, выдавшей ее с головой. — Ты же ни в чем не виновата.

На самом деле она и сама думала о том же, о чем и Кира. Мало ли сидит в нашей стране людей, которые попали за решетку и по куда меньшим подозрениям.

— Это какой-то кошмар! — простонала в ответ Кира. — Что мне стоило опоздать сегодня на работу? Как дура мчалась, нарушая все правила дорожного движения. А ведь могла спокойно постоять в пробке. И ничего бы не случилось! Даже наоборот, сплошная польза была бы от моего опоздания.

И, помолчав, она добавила:

— Или вот, к примеру, кто меня заставлял сидеть в приемной, как приклеенной? Могла бы помелькать в коридоре, а потом бы сказала ментам, что выходила время от времени. И свидетели тому есть.

— Не надо, — покачала головой Леся. — Тогда бы они заявили, что ты выходила, чтобы спрятать оружие.

— О-о-о! — схватилась за голову Кира. — Нет, вот ведь повезло так повезло! Вместо богатенького мужа и кучи ребятишек меня ждет тюремная камера.

— Не реви! — обняла ее Леся. — Я с тобой! И знаешь что, пошли сходим к Таньке?

— А что толку? — всхлипнула Кира, но все же пошла с подругой.

Однако Таньки на ее рабочем месте не оказалось. Путем недолгих расспросов подруги выяснили, что девушки сегодня вообще никто не видел.

— Очень странно, — растерянно заметила Кира. — Куда же она могла деться?

— Ага, — задумчиво кивнула Леся. — Правда, странно. Может быть, Иван Тимофеевич знает? Все-таки он ей жених.

Но и самого Ивана Тимофеевича нигде не обнаружилось. Спустившись вниз, подруги узнали, что он еще сегодня не приезжал. Не появилась эта парочка и после обеда. Танькин телефон оказался заблокированным. В свете произошедшего в офисе убийства это исчезновение показалось подругам вдвойне подозрительным и даже пугающим.

— Слушай, а что, если и их?.. — расширив глаза, спросила у подруги Леся.

— Их тоже убили? — хмыкнула Кира. — А зачем?

— Но Николая же убили, — резонно возразила Леся. — А он был заместителем Ивана Тимофеевича. Мы же не знаем, какие дела они тут проворачивали. Это же все-таки финансовый отдел. Значит, деньги идут именно через него. Иван Тимофеевич его начальник, а Танька ведь личный секретарь Ивана Тимофеевича и вообще его самый близкий человек.

— М-да, — задумалась Кира. — Слушай, а может быть, съездить к Таньке домой? Ты знаешь, где она живет?

— У Ивана Тимофеевича она живет, во всяком случае, я так ее поняла, — сказала Леся.

Узнать адрес Ивана Тимофеевича для подруг проблем не составляло. Собственно говоря, он уже у них был в списке тех холостых кандидатов в мужья, которых Кира выбрала из числа самых высокооплачиваемых сотрудников «Турграда». И попал в этот почетный список Иван Тимофеевич вовсе не потому, что подруги собирались отбивать его у Таньки. Просто компьютер выдал распечатку всех холостых сотрудников высшего эшелона власти данной фирмы.

Однако список находился у Киры дома. И попасть девушки туда могли только после окончания своей трудовой повинности. А до конца рабочего дня произошло еще одно событие. Отсутствие самого начальника отдела, у которого убили заместителя, наконец бросилось в глаза не только подругам. Менты и Олег Семенович также всерьез разволновались и начали разыскивать Ивана Тимофеевича и его невесту, устроив большую суматоху в офисе фирмы.

— Но пока все безрезультатно, — поняла Кира, подслушав разговор Максима с другими операми. — Они собираются ехать к нему домой. Подозревают, что с ним тоже случилось что-то недоброе.

Но, в отличие от Николая, Иван Тимофеевич предпочитал передвигаться по городу, сидя за рулем собственной машины сам. Поэтому никто толком не мог сказать, какие планы у начальника отдела были на сегодняшний день. Он не был обязан ни перед кем отчитываться. И если ему захотелось немного отдохнуть, то никто ему помешать в этом не мог.

Путем долгих расспросов подругам удалось найти девушку, которая якобы слышала вчера от Таньки, что сегодня жених повезет ее за город на какую-то потрясающую тусовку.

— Однако заметь, очень странно, что он выбрал для загородной прогулки именно тот день, когда убили его заместителя, — сказала Леся. — Конечно, это может быть простым совпадением. А телефоны они отключили просто для того, чтобы их никто не дергал. Но лично я в такие совпадения не верю.

И Кира молча согласилась с подругой. Однако вскоре выяснилась и еще одна в высшей степени неприятная деталь. Из личного сейфа Ивана Тимофеевича пропали деньги фирмы. Причем сейф был не взломан. Он был открыт, опустошен, а дверца была просто прикрыта.

— Еще не легче! — воскликнула Леся, когда до подруг дошел этот слух, а мимо них прогалопировал Олег Семенович, на котором теперь просто лица не было.

— Хотела бы я знать, что тут у них за чертовщина творится? — хмуро произнесла Кира. — Людей убивают, другие пропадают, а вместе с ними бесследно испаряются и деньги из запертых сейфов.

— Но, с другой стороны, тебе же лучше. Теперь все их внимание приковано к пропавшим деньгам и Ивану Тимофеевичу! — сказала Леся. — А про тебя все забыли.

— Уверяю тебя, это ненадолго, — ответила Кира, даже оскорбившись таким пренебрежением ментов к ее персоне.

Однако к концу рабочего дня никто арестовывать Киру так и не явился. И они вместе с Лесей беспрепятственно покинули свои рабочие места. Забравшись в Кирину машину, они затеяли небольшой военный совет по поводу всего, что случилось в фирме.

— Лично мне совершенно ясно, что исчезновение Ивана Тимофеевича, Таньки и денег из его сейфа как-то взаимосвязано, — сказала Леся.

Кира тоже придерживалась того же мнения. Но у нее был еще один вопрос.

— А убийство Николая тут каким боком? — спросила она.

— Вот этого я пока не знаю, — покачала головой Леся. — Но Танька или Иван Тимофеевич не могли его убить. Они не входили сегодня в здание, где располагается офис «Турграда».

— Ты хочешь сказать, что они не отметились на проходной, — поправила ее Кира. — Но они могли пройти каким-то другим путем.

— Например?

Кира задумалась лишь на минуту.

— Есть окна первого этажа, через них можно…

— Нельзя, — отрезала Леся. — Они под сигнализацией.

— Тогда есть запасной выход! — сказала Кира. — В любом приличном здании всегда есть запасной выход на всякий пожарный случай. Вот им и мог воспользоваться Иван Тимофеевич, если хотел незаметно пробраться в офис и убить своего заместителя.

— Но зачем ему убивать собственного заместителя?

— Откуда мне знать? Может быть, они не поделили что-то, — предположила Кира. — Или Николай пронюхал что-то о делишках Ивана Тимофеевича и шантажировал последнего.

— Ой, не знаю, — вздохнула Леся. — Как-то мне Иван Тимофеевич не показался человеком, которого есть за что шантажировать. По-моему, обычный серый трудоголик. Очень честный и принципиальный. И все о нем отзываются так же.

— Но тем не менее он исчез! Деньги из сейфа тоже! И его заместитель убит, — загнув три пальца, перечислила Кира. — А чего Ивану Тимофеевичу было исчезать, если он ни в чем не виноват?

На этот вопрос Леся ответа не знала. Поэтому подруги выбрались из машины и потопали искать запасной выход из офисного здания. Он нашелся довольно быстро, но оказался закрытым на внушительный кодовый замок.

— Если знать код, а я уверена, что Иван Тимофеевич мог его знать, то проникнуть в здание среди ночи или даже рано утром проще простого, — сказала Кира. — Интересно, менты уже обнаружили эту дверку или так и нервируют своими расспросами сотрудников, чья вина заключается лишь в том, что они явились сегодня в фирму чуть раньше остальных?

Леся пожала плечами. Ей хотелось принять душ, поесть и забраться в постель, потому что сегодняшний день совершенно вымотал ее.

— И даже не думай! — возмутилась в ответ Кира. — Мы сейчас поедем домой к этому Ивану Тимофеевичу.

— Но его там нет!

— Откуда ты знаешь? — пожала плечами Кира. — В любом случае, если его и нет, соседи милейшего Ивана Тимофеевича никуда не делись! Кто-нибудь из них может нам подсказать, где искать беглецов.

— Думаешь, милиции они не скажут, а нам скажут? — усомнилась Леся. — Максим вместе с Олегом Семеновичем, между прочим, еще раньше туда отправились.

— Вот еще одна головная боль! — нахмурилась Кира. — И за что этот твой Олег Семенович так меня невзлюбил?

— Вовсе он не мой, — надулась Леся. — Но не могу же я человека гнать, если он со мной все время по делу поговорить хочет.

— Интересно, какие это у вас с ним могут быть дела?

Леся заметно смутилась.

— Тебе он что, нравится? — поразилась Кира.

— Нет, что ты! Совсем не нравится, зато я ему нравлюсь, — призналась Леся.

— И ты можешь жить с мыслью, что нравишься человеку, который сегодня все утро прилагал максимум стараний, чтобы засадить твою подругу за решетку? — ужаснулась Кира. — Да с ним надо рвать немедленно! Иначе, какая ты после этого подруга?

После короткого раздумья Леся заявила, что ее амуры с Олегом Семеновичем были, пожалуй, роковой ошибкой.

— А к тебе, Кира, он питает неприязнь, потому что напрашивался ко мне домой, — сказала она подруге.

— И что? — не поняла Кира.

— А я ему сказала, что у меня ремонт и я временно живу у тебя, — принялась объяснять ей Леся. — А ты мужчин настолько не любишь, что вообще никого, и в частности Олега Семеновича, даже на порог не пустишь.

— Что? — воскликнула Кира. — Да как ты посмела обо мне такое сказать? Знаешь, какие теперь пойдут обо мне слухи? Этот твой Олег Семенович наверняка сплетник наипервейший. И теперь все будут знать, что я не люблю мужчин? Это я-то?!!

— А что мне было делать? — всплакнула Леся. — Он пер на меня, как танк, охваченный страстью. Рвался в квартиру, а если не ко мне, то куда угодно. Хоть в гостиницу. Но в номера, сама понимаешь, я с ним тоже не поехала.

— А к себе домой он тебя, выходит, не звал? — настороженно посмотрела на нее Кира.

— Нет, к себе не звал, — ответила Леся.

— Все ясно, — кивнула Кира. — Не кручинься о нем. Если он будет к тебе еще приставать, позвоним его бабе.

— В том-то и дело, что у него никого нет, — печально произнесла Леся. — С женой он давно не живет.

— Это он так тебе говорит? — ухмыльнулась Кира. — И при этом не ведет к себе домой? Да я тебе голову на отсечение даю, что у него там какая-то баба. Может быть, не жена и не сожительница, но тогда мама. А это, между нами говоря, еще хуже, чем любовница или жена.

— Но я же его тоже к себе не зову! — возразила Леся.

— Ты его к себе не зовешь, потому что ты его в принципе не хочешь у себя видеть, — сказала Кира. — А он тебя хоть и хочет, но не зовет. Почувствуйте, как говорится, разницу.

И, как обычно бывало, Леся признала правоту подруги относительно семейного положения Олега Семеновича, а заодно и насчет того, что им просто необходимо поехать на квартиру, где до недавнего времени жили Танька и ее жених.

— Нельзя полагаться во всем на одних только ментов, когда дело идет о моей дальнейшей судьбе на ближайшие несколько лет, — заявила Кира, и Леся снова с ней согласилась.

Однако список с именами и адресами перспективных холостяков, как уже говорилось, хранился у Киры дома. А так как жила Кира вдвоем с котом Фантиком, который хоть и был потрясающе умным, читать и говорить все же не умел, а потому не мог продиктовать адрес Ивана Тимофеевича подругам по телефону, пришлось ехать к Кире.

— У меня немного передохнем, можешь принять свой душ, и я тебя даже покормлю, — пообещала подруге Кира.

Но на отдых у девушек времени не осталось. Едва они ступили на порог Кириной квартиры и по очереди приласкали Фантика, который страшно соскучился по ним и поэтому совершал высокие прыжки с пола на кого-нибудь из подруг, оттуда на полку для шляп и обратно на девушек, как зазвонил сотовый телефон Леси. Номер не определился, но Леся тем не менее решила ответить.

Из трубки рвались какие-то шумы, хрипы, всхлипы и прочие помехи.

— Алло, — повторила несколько испуганная Леся. — Кто это?

Шум продолжался. Но по крайней мере теперь стало ясно, что всхлипы носят не механический характер. Звонивший Лесе человек в самом деле заходился от рыданий. И кажется, это была женщина.

— Алло! — в третий раз крикнула Леся. — Да говорите же!

— Леся! — раздался в трубке сдавленный голос. — Это я — Танька!

— Ой! — обрадовалась Леся. — Где ты? Вас с Иваном Тимофеевичем сегодня все обыскались.

— Леся, тут все ужасно, — прорыдала Танька. — Я хочу назад! Помогите мне, пожалуйста!

И снова в трубке начался дикий скрежет, заглушавший добрую половину слов девушки.

— Алло, Таня, повтори, где ты? — встревоженно кричала в трубку Леся, а Кира припрыгивала от нетерпения рядом с ней.

— Что? Что она тебе сказала? — дергаясь от возбуждения, спросила у подруги Кира, когда связь окончательно прервалась, а все попытки дозвониться до Таньки заканчивались ответом металлического голоса, который холодно информировал их о том, что аппарат выключен или находится вне зоны действия сети.

— Да говори же! — теребила подругу Кира.

— Не знаю, — растерянно ответила Леся. — Связь была чертовски плохая. А потом и вовсе прервалась. Наверное, я не так все поняла.

— Но что-нибудь? — простонала Кира. — Хоть что-нибудь ты разобрала? Повтори дословно!

— Мне показалось, что она сказала, что она на базе, что ей там не нравится, а Ванюша впутал ее в нехорошую историю.

— На какой базе? — оторопела Кира. — На базе отдыха? Она имеет в виду, что они с Иваном Тимофеевичем отдыхают на турбазе?

— Нет, — покачала головой Леся. — Не такая база.

— А какая? Военная?

— Вроде того, — кивнула Леся.

— Военная база? — продолжала недоумевать Кира. — Как их туда занесло?

Леся нерешительно посмотрела на подругу и сказала:

— Кира, ты только пообещай мне, что не станешь смеяться или очень уж удивляться.

— Я уже ничему не удивляюсь, — заверила ее Кира. — Можешь говорить смело.

Леся набрала в легкие побольше воздуха и, наконец решившись, произнесла:

— В общем, мне показалось, что Танька говорила о том, что их с Иваном Тимофеевичем забрал НЛО. На свою базу.

И, выдав эту потрясающую информацию, Леся сама в полной растерянности посмотрела на подругу.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Если она ждала от Киры каких-то комментариев по поводу в высшей степени странного заявления Таньки, то Кира могла ответить ей лишь таким же недоуменным взглядом.

— Может быть, ты ослышалась? — наконец выдвинула неплохую гипотезу Кира. — Сама говорила, что связь была ужасная и все время шумы врывались. А потом и вовсе все оборвалось.

Но Леся молча покачала головой.

— Про НЛО я четко услышала, — сказала она. — Танька так и сказала, НЛО тут с нами или вот-вот будет с нами. А еще Танька сказала, что они или оно их с Ванюшей к себе на базу забрало или заберет. Но что ее Ванюша уже сейчас стал совсем как дурачок.

И, помолчав, Леся сделала предположение:

— Так что, видимо, они его чем-то облучили!

— Погоди-ка! — перебила подругу Кира. — Это уж совсем чушь какая-то получается!

— Но Танька так сказала!

— Не верю, — твердила Кира. — В НЛО не верю.

— Но многие видели!

— Психи! — заверила ее Кира. — Журналистские выдумки.

— Что же ты предлагаешь нам делать? — спросила у нее Леся. — Что-то ведь хотела сказать нам Таня? Звонила же она нам и плакала.

— А может быть, этот самый НЛО, о котором она толковала, вовсе и не неопознанный летающий объект, а…

— А что?

Готового ответа на этот вопрос у Киры не было.

— Давай рассуждать логическим путем, — предложила она подруге. — Танька сказала, что их с Иваном Тимофеевичем забрали на базу. Кто забрал? Вряд ли в самом деле на них польстился НЛО. Ни в жизнь в такую ерунду не поверю.

Но что-то в лице подруги смутило Киру.

— Ты что?! — завопила она. — В самом деле веришь в летающие тарелки?

— Но, Кира, — пыталась оправдаться Леся. — Я не то чтобы совсем до конца верю. Но допускаю, что где-то есть другой разум.

— Все ясно, — махнула рукой Кира. — Мы не одиноки во Вселенной, да? Утешает? Думаешь, когда на нашем земном шарике мы с тобой переберем всех мужиков, но так подходящего кадра себе и не отыщем, то в другую галактику махнуть можно будет? Да? Так?

Если честно, то мысль вроде этой иногда и появлялась вдруг совершенно неожиданно в голове у Леси.

— Конечно, сомнительно, что НЛО решил прихватить с собой именно Таньку, — вместо ответа произнесла Леся.

— Да еще чтобы потом инопланетяне по доброте души разрешили Таньке сделать последний звонок на родную Землю и она его сделала именно нам! Это уж полная чушь! — добавила Кира.

— Но Танька говорила про НЛО, ее саму и Ивана Тимофеевича. Я же помню, — стояла на своем Леся.

— А что, если это прозвище какого-нибудь их общего приятеля с Иваном Тимофеевичем! — предположила Кира.

— Да ну! — усомнилась Леся.

— А что? Мало ли какие прозвища у людей бывают! — перебила ее Кира, которой ее идея очень понравилась. — Помнишь, еще в школе у нас был мальчишка, его все звали Марсианин?

— Ну да, — не слишком уверенно, но все же подтвердила Леся. — Вроде бы был такой.

— А уж этих Спортсменов, Боксеров, Механиков и Шахматистов вообще не счесть! — восклицала Кира. — Дают ребятам прозвища в зависимости от внешности или хобби. Может быть, среди друзей Ивана Тимофеевича и есть кто-нибудь по прозвищу НЛО.

— Хм, — задумалась Леся. — Вообще-то, если рассуждать как ты, то такое, конечно, возможно.

— Вот именно! Пригласил этот их знакомый по прозвищу НЛО куда-нибудь на турбазу. Лето ведь на дворе. Что тут странного?

— Но почему тогда Танька плакала? — растерянно спросила у подруги Леся. — Да еще так ужасно! Даже говорить толком не могла. Голос все время прерывался. Мне показалось, что она просто на грани от страха и отчаяния.

Кира снова задумалась. Пропавшие деньги, рыдающая в отчаянии Танька, поглупевший до уровня дурачка на какой-то неведомой базе Иван Тимофеевич, что все это, черт возьми, значит? Но одно Кире было совершенно ясно. Этого Ивана Тимофеевича вместе с его знакомым НЛО и рыдающей Танькой надо было, кровь из носа, но найти. Хотя бы для того, чтобы проинформировать о последних событиях, которые произошли на фирме за время их отсутствия.

После удивительного и такого малопонятного разговора с Танькой аппетит у обеих подруг почему-то совершенно пропал. А в душе прочно поселилась тревога. Девушки наспех ополоснули под краном лицо и руки, чтобы немного освежиться, но при этом избегая попадать водой на глаза, чтобы не смыть с ресниц драгоценную тушь. Потом нанесли новый макияж на те места, где он снова потребовался. Выпили для бодрости по стакану ледяного апельсинового сока и двинулись наконец к дому, в котором проживал Иван Тимофеевич.

Это оказался совсем новый, недавно сданный объект. Строила дом, разумеется, строительная фирма «Турград». Иван Тимофеевич был явным патриотом своего дела. И к тому же к его патриотизму, наверное, Ивану Тимофеевичу полагалась при приобретении жилья солидная скидка, как ценному работнику.

Дом стоял на Яхтенной улице. Неподалеку тускло блестела зеленовато-серая гладь Финского залива. И влажный ветер приятно охлаждал лица подруг, когда они двигались по улице. Несмотря на то что наступил уже вечер, на улице все равно было очень душно. Видимо, на город надвигалась гроза.

— К кому направляетесь, милые девушки? — остановил подруг у входа старичок консьерж с выправкой старого служаки.

Узнав, что милые девушки направляются в сто седьмую квартиру, старичок оживился:

— Все идут и идут к Ивану Тимофеевичу. А его и дома нет. Уехал он! С самого раннего утра уехал. Еще и солнышко не встало, а они уж шмыг мимо меня. И убежали.

— Они — это Иван Тимофеевич и Татьяна? — уточнила у старичка Кира.

— Точно, она. Танюша, — расплылся тот в улыбке. — Такая милая девушка. Иван Тимофеевич, выходит, у нас еще орел, коли такую девушку в жены отхватить собрался.

— Ну да, орел, конечно, — с некоторым сомнением в голосе повторила за старичком Леся. — А скажите, они одни уезжали?

— А с кем же еще? — удивился старичок. — Вдвоем из дома уходили.

— Может быть, какой-нибудь друг с ними был?

— Не знаю, мимо меня они вдвоем прошли, — ответил старичок. — А на улице в машине их и верно кто-то ждал.

— Почему вы так думаете?

— Так никакое такси в это время возле нашего дома не останавливалось, — сказал старичок. — А машина Ивана Тимофеевича и сейчас на стоянке стоит. Ну, сами посудите, не пешком же они с вещами ушли?

— У них и вещи с собой были? — воскликнула Кира.

— Сумка дорожная, кожаная, коричневая, из кожи ламы, тремя ремнями перетянутая и с двумя плетеными ручками, — отчитался консьерж по-военному четко, лишний раз убедив подруг в своем служивом прошлом. — Иван Тимофеевич ее из Южной Америки привез в прошлом году. И тогда еще мне показывал. Хвалился. И то сказать, хорошая сумка. И купил он ее задешево. Так почему бы и не похвалиться?

— Скажите, а вообще Иван Тимофеевич был человеком общительным?

— Вот уж я бы не сказал, — ответил консьерж. — То есть с соседями он, конечно, общался. А вот шумных застолий или танцев до двух ночи, такого за ним не водилось. И слава богу, мне хлопот меньше.

— А кто Ивана Тимофеевича сегодня спрашивал?

— Так они до сих пор у него наверху, — ответил консьерж. — Вроде бы милиция. И коллеги из фирмы. Говорят, не пришел сегодня на работу. Тревожатся они. Я им и объясняю, что уехал человек. Отдохнуть захотел. А они говорят, что бумаги у него в квартире какие-то остались. Хотят забрать. Мол, Иван Тимофеевич им сам разрешил.

— И вы их пустили? — укорила консьержа Леся.

— Так они же с милицией пришли, с участковым нашим, — пожал тот плечами. — Значит, в самом деле людям надо. А ключи у них от дома Ивана Тимофеевича есть. Дверь ломать не надо.

Вот это сообщение было настоящей новостью для подруг. И они быстро поспешили наверх. Дверь в квартиру Ивана Тимофеевича и в самом деле была приоткрыта. И оттуда раздавались возбужденные голоса. Прислушавшись, подруги поняли, что они обсуждают, почему Иван Тимофеевич захватил с собой все свои деньги.

Оказалось, что его домашний сейф также был пуст, как и сейф на работе. А еще немного прислушавшись, подруги поняли, что Иван Тимофеевич за последние несколько дней постепенно закрывал все свои счета, которые у него имелись в разных банках города. Что сильно настораживало.

— Возможно, он и заграничные счета тоже прикрыл, — услышали подруги голос Олега Семеновича. — Только те банки с нами такой информацией делиться не желают.

— Да, ясное дело, что закрыл, — раздался голос кого-то из оперов. — Раз на дно лечь задумал, ему наличные деньги сподручней иметь при себе.

— Не верю, что Иван Тимофеевич мог так поступить, — произнес Олег Семенович. — Мы с ним уже шесть лет вместе работаем. С тех пор, как я сам пришел в «Турград». И за это время я неоднократно успел убедиться, что он честный человек. Конечно, есть и у него странности, только никаким криминалом тут не пахнет.

— И что это за странности? — спросил у него Максим.

— Да пустяки, — отозвался Олег Семенович. — Даже говорить неловко как-то об этом.

— А все же? — настойчиво переспросил Максим.

— Да просто одно несолидное для делового человека увлечение. Но ведь его работе оно не мешало? Так что я не считал нужным обращать на него внимание руководства фирмы.

— Что за хобби? — похолодел голос Максима, которому явно надоело увиливание от четкого ответа начальника отдела безопасности.

— Тарелками он очень увлекался, — со вздохом признался наконец ему Олег Семенович.

При этом голос у него был такой сокрушенный, словно бы он выдавал постыднейшую тайну, узнав которую от вполне уважаемого прежде члена общества должны были немедленно отвернуться все его родные и друзья.

— Ну что же, — после затянувшейся паузы промямлил Максим. — Бывает. У меня дядя курительные трубки коллекционирует. И ничего. Крепкий еще старикан. А один знакомый греческую керамику к себе в квартиру тащит. Кого ведь на что тянет. Мне кажется, в коллекционировании фаянса и фарфора нет ничего странного или позорного. Согласен, не совсем мужское хобби, но…

— Да ты не понял! — с досадой воскликнул Олег Семенович. — Не такими тарелками он увлекался, а летающими! Из другой солнечной системы. Те самые, из которых после приземления зеленые человечки вылезают. Понял?

— Ах ты черт! — воскликнул Максим сдавленным голосом. — В самом деле, что ли? Серьезно увлекался? Верил в них?

Подруги переглянулись и многозначительно кивнули друг другу. Вот он и НЛО прорезался. И принялись подслушивать дальше.

— И еще как увлекался, — ответил тем временем Олег Семенович. — У Ивана Тимофеевича, кстати говоря, и друзья-единомышленники были. Он с ними раз в месяц на какой-то загородной турбазе встречался. В любую погоду ездил! Дождь, снег, запарка на работе, ему все по барабану, все равно едет. Прямо удивительно, во всем другом очень ответственный работник. Честный. Так что служебных денег украсть он никак не мог.

— Понятно, — произнес Максим. — Однако и открыть служебный сейф мог только он?

— Он и его заместитель, — дрогнувшим голосом сказал Олег Семенович.

— Это который убитый? — уточнил у него Максим.

— Ну да, — сокрушенно произнес Олег Семенович.

— А что там с видеозаписью? — спросил у него Максим. — У вас ведь, насколько я понял, по всему офису полно камер слежения насовано. Неужели ни одна из них ничего не сняла?

— Кто-то стер всю информацию, — сказал Олег Семенович. — То есть не стер, но там в систему запущено что-то вроде компьютерного вируса. Пока наши ребята бьются над его ликвидацией, но без толку. А до резервной копии, которая, вполне возможно, и цела, из-за этого проклятого вируса тоже не добраться.

— Ясно, — вздохнул Максим. — Кто-то постарался, чтобы у нас было как можно меньше информации.

После этого мужчины снова вернулись к обсуждению каких-то малоинтересных подругам вопросов. Похоже, они в самом деле искали какие-то бумаги, которые исчезли из сейфа Ивана Тимофеевича вместе с деньгами и которые, как предполагал Олег Семенович, тот мог забрать вчера вечером, уходя с работы.

Но исчезновение денег, как поняли подруги из подслушанного разговора, было еще полбеды. А без этих бумаг могли возникнуть серьезные проблемы. Вот и искали их начальник службы безопасности и милиция. Искали и не находили. Настроение поэтому у обоих становилось все хуже и хуже. И подруги решили, что сейчас не стоит соваться со своей сомнительной новостью к двум обозленным мужикам.

— Лично мне все ясно, — прошептала Леся, осторожно ступая вниз по лестнице. — Исчезновение Ивана Тимофеевича и Таньки каким-то образом связано с турбазой, где собираются раз в месяц все эти шизанутые по тарелочкам.

— И это каким же образом? — ехидно поинтересовалась у нее Кира. — Похитили они их? Посадили на НЛО и отправили в туманность Андромеды?

— Не знаю, бред, конечно, подозревать, что Таньку и ее жениха похитили инопланетяне, — согласилась с ней Леся. — Но мне кажется, нам все равно надо найти эту турбазу, где они проводили свои ежемесячные сходки.

— И как нам это сделать?

— Наверняка Иван Тимофеевич говорил кому-нибудь из своих друзей, где они собираются.

— А ты знаешь кого-нибудь из его друзей?

— Нет, — растерянно ответила Леся. — А что же делать?

— Делать… — хмыкнула Кира. — Пропала бы ты без меня, Леська! Да ведь Танька с этим своим Ванюшей сколько времени уже вместе живет?

— Точно не знаю, — промямлила Леся. — Но, кажется, уже где-то полгода.

— И сейчас она, ясное дело, звонила с той самой турбазы, куда они раз в месяц ездят на «симпозиум» по тарелочкам. Так что Танька должна быть в курсе, где эта турбаза находится.

— Ну и что? — продолжала недоумевать Леся.

— А то, что у Таньки не язык, а помело! — ответила Кира. — Все выболтает, ничего в ней не задержится. А теперь вспоминай, с кем из нашего класса Танька крепче всего дружила?

— Со Скамейкиной Динкой! — воскликнула Леся, и ее лицо просветлело. — А ведь в самом деле, Дина может знать, куда Таню возил ее жених! Поехали к ней?

В отличие от своей подруги Татьяны Диана Скамейкина по прозвищу, само собой разумеется, Скамейка, до сих пор жила в соседнем с подругами доме. Ее точный адрес и телефон они быстро выяснили, заехав домой к Лесе и отыскав среди прочей макулатуры выпускной альбом их класса. К телефону подошла сама Дина.

— Привет, Скамейка! — дружески поздоровалась с ней Кира. — Как живешь?

— Лучше всех! — хмуро отозвалась Скамейка, гундося, словно стадо слонят. — На дворе жара, а я вся в соплях.

— Купалась, что ли? — удивилась Кира. — Да и вода вроде бы даже в озерах уже немного прогрелась.

— Какое там купалась! — закричала в ответ Скамейка. — Носа из дома высунуть не могу. Какая-то хрень цветет, а у меня на нее аллергия! Всю меня раздуло, смотреть страшно.

Только после этих слов Кира вспомнила, что в самом деле Скамейку весной регулярно раздувало до невероятных размеров. Симпатичное личико превращалось в подобие помидора. Темные блестящие глаза прятались в щелочки, а из носа текло просто рекой. И при этом Дина душераздирающе чихала на весь класс. Аллергия у девушки была такой сильной, что ей не помогали никакие лекарства. То есть помогали, но с побочным эффектом. Если хоть ненадолго прекращался насморк и отек, Скамейка немедленно засыпала.

То есть у нее всегда был выбор, либо спать темноволосой прекрасной красавицей с тонкими чертами лица, либо общаться с людьми в образе чихающего сопливого помидора.

— А у вас чего? — печально осведомилась Дина. — Случилось чего?

— С чего ты взяла? — насторожилась Кира.

— Просто так бы вы мне фиг позвонили, — пояснила ей свою дедукцию Дина.

Кира спорить не стала. А просто спросила:

— Слышь, Скамейка, а ты случайно не знаешь, куда Танька со своим хахалем поехали?

— Нет, а что должна была знать? — удивилась Дина. — Она мне что, об этом говорила?

— А насчет НЛО она тебе тоже ничего не говорила?

— Так это она вчера в эту деревню к лунатикам поперлась? — воскликнула Дина. — Ну точно! И день вроде бы совпадает! А я ей еще вчера звоню, а она: «Ой, Диночка, родная моя, не могу, не могу! Мы с Ванюшей собираемся. Уезжаем завтра! Прямо с утра. Потом тебе позвоню». Я всю ночь голову ломала, куда они намылились — на Канары или Мальдивы. Прямо от зависти извелась вся! А они снова в эту деревню, блох кормить. Ну надо же! Никак не думала, что психические болезни половым путем тоже передаются!

— Чего? — вытаращила глаза Кира. — Ты это о чем?

— Ну, Танька же этими «лунатиками» от своего Ванюши заразилась, — сказала Дина. — К тем самым, к которым они с ним поехали.

— Подожди! Объяснила, называется! К каким лунатикам? — удивилась Кира. — Насколько я знаю, лунатиками называют людей, которые по ночам…

— Ой, да знаю я! — отмахнулась Дина. — Просто я тех психов так для себя назвала — «лунатики». Они шибко НЛО интересуются, говорят, что на Луне такие же люди, как мы, раньше жили, а теперь перевалочная база для другой внеземной цивилизации, поэтому и наши до сих пор на Луне толком никаких изысканий проделать не могут. Гонят их оттуда, а ученые этот факт от простого народа скрывают. В общем, бред.

Кира внимательно, не перебивая, слушала Дину. А та, чувствуя внимание собеседницы, охотно продолжила эту тему:

— И еще много разного бреда говорят. И про Марс, где реки текли, и сады цвели, и люди жили. И про планету, Фаэтон, кажется, она называется, которая раньше была, а потом жившие на ней люди сами же ее взорвали, так теперь от нее одни только осколочки по орбите крутятся. И если бы это в фантастических книжках было написано, я бы еще ничего, смирилась. А так ведь люди в этот бред действительно верят! Понимаете, в чем ужас-то? Так что лунатики они и есть. Больные люди!

— А ты откуда так подробно про них знаешь? Танька тебе рассказывала?

— И Танька, и сама я один раз там была, — ответила Дина.

— Где? — не веря своему счастью, завопила Кира. — Где была?

— Да там, в местечке этом, где они все собираются, — сказала Дина. — Только зимой дело было. Меня еще тогда от аллергии моей так сильно не разнесло. Так что я вполне приятно пообщалась с парой-тройкой из тех «лунатиков». Если бы они малость не такие чокнутые были, я бы им и телефончик свой дала. А так, зачем они мне сдались? Я и Таньке сказала: «Спасибо тебе, подруга, но я нормального мужика хочу. А не психа какого-то».

— Глупая ты все-таки, Дина, уродилась! — не удержалась от критики Кира. — Какое тебе дело, чем у тебя мужик увлекается?

— Ты бы, прежде чем меня критиковать и дурой обзываться, лучше бы послушала, что они там на своих тусовках лепят! — закричала Дина. — Сама бы с ними общаться не захотела. Да с ними со всеми не то что замуж, а извините, сесть на одном поле страшно. Полные психи! Просто не понимаю, как Танька могла за самого конченого психа, за этого ее Ивана Тимофеевича, замуж идти. Неужто ей его деньги глаза совершенно занавесили?

— Мы с Лесей видели Ивана Тимофеевича, и он показался нам вполне разумным человеком, — возразила Кира. — И на работе о нем хорошего мнения.

— Притворяться они все мастаки! — не сдавалась Дина. — А между прочим, они там, в этой деревеньке, к контакту готовятся. Да! Да! Прими, Кирочка, это, что называется, к сведению. Каждый месяц день в день они там свой НЛО ждут. Чистое кино!

— Да уж, — пробормотала Кира, начиная чувствовать себя героиней пьесы абсурда. — Кино какое-то.

— У них уже и подробная инструкция есть, как себя вести при контакте! — продолжала возмущаться Дина. — Сами небось разработали. Или другие «лунатики» переслали. Мне-то ее не показали, мне Танька о ее существовании рассказывала. Дескать, у ее женишка есть такая. Он давал ей читать.

— Зачем?

— Чтобы тоже подготовилась! — шмыгнула носом Дина. — Ох, насморк проклятый.

— Слушай, а ты помнишь, как добраться до этого местечка? — спросила у нее Кира, решив перейти от общих слов к решению конкретной задачи.

— Помню, — ответила Дина.

— Покажешь? — обрадовалась Кира.

— Да ты что?! — немедленно вознегодовала Дина. — Я из дома-то в городе нос высунуть боюсь. А тут зелени, цветов всяких, травы и прочего кот наплакал. А ты только представь, что со мной будет, если я хоть на часок на настоящую природу выберусь. Да я там просто коньки отброшу!

— Дина, а на что именно у тебя аллергия? — посочувствовала подруге Кира.

— Кто же знает, — зашмыгав носом, отозвалась Дина. — Вроде бы в прошлом году в это время у меня все нормально было. А в этом прямо не знаю, что и делать. На больничном, между прочим, сижу. Вызвала врачиху, думала, поможет чем-нибудь. Нет, ни фига. Еще хуже стало.

— Ну, Динюлечка! — заканючила Кира. — Съезди с нами! Покажи это местечко с инопланетянами. Очень надо.

— Да зачем вам? — удивилась Дина. — Я хоть там и зимой была, но все равно скажу, дыра дырой. Несколько домишек стоят, в них эти ненормальные и собираются. А вокруг сплошные деревья, да за домиками еще и луг, с цветами, наверное. Боже мой, да это же смерть моя! Нет, и не уговаривайте, не поеду. Таньку попросите, раз уж вам так приспичило. Она небось и дорогу лучше знает.

Кира в ответ только вздохнула. Где она, эта Танька, нынче? И, видя, что Скамейка уперлась, как ослица, Кира принялась выкладывать школьной подруге те самые драматические события, которые произошли у них на работе. Дина только ахала и охала.

— Что же это выходит? — произнесла она наконец— Танька со своим женихом деньги из сейфа фирмы себе в карман положили и смылись?

— В том-то и дело, что Танька звонила, рыдала и что-то говорила про НЛО и базу, — пояснила ей Кира. — Вот мы и подумали, что, может быть, он ее там одну бросил, раз с головой у него совсем неладно стало?

— Ой, ой! — встревожилась Дина. — Как бы он Таньку за враждебную форму жизни не принял! У психов тоже периоды обострения бывают, как и у меня — аллергика. Слушайте, а ведь он запросто может Таньку на атомы разложить, если они там вдвоем, а вокруг ни души.

— Думаешь?

— Да нет, — внезапно переменила свое мнение Дина. — Не может быть. Иван Тимофеевич, он тихий.

— Так съездишь с нами? — спросила Кира. — У нас машина. Закроем все окна, ты ничего и не почувствуешь.

— Машина? Так что же ты раньше-то молчала! — возмутилась Дина. — На машине совсем другое дело. Завтра утром, мы — раз, и смотаемся!

— А сейчас нельзя? — встревожилась Кира. — Как-то не хочется Таньку одну на ночь оставлять. Вдруг с ней что-нибудь случится.

— Ничего не случится, — заверила ее Дина. — И потом, она не одна, а с Иваном Тимофеевичем и его «лунатиками».

— Но лучше бы сейчас поехать.

— Не могу! — отрезала Дина. — Говорю вам, у меня жуткий приступ аллергии.

И в подтверждение своих слов она чихнула.

— У меня температура даже поднялась! — жалобно прогундосила она. — Мне надо купировать приступ. А завтра с утра, пожалуйста. Окна только в машине закрыть надо будет, чтобы пыльцы какой не надуло. И таблеток я с собой, ясное дело, тоже наберу.

— Эй! Ты же от них спишь! — предостерегла ее Кира.

— Сейчас хорошие лекарства появились, от них не сильно в сон клонит, — ответила Дина. — Хотя если, как я, горстями глотать, некоторая вялость в мыслях все равно возникает. Но я их только на обратную дорогу беру. Обратно ведь вы и сами дорогу найдете. Кстати, а с кем едем-то? Чья машина?

— Машина моя, — ответила Кира. — А едем ты, я и Леся.

— Ну, мать, ты даешь! — забурлила восторгом Дина. — Ты уже и машину прикупила?! Здорово!

— Это ты даешь! — обиделась Кира. — Я ее уже давно купила. Ты, похоже, совсем нос из дома высовывать перестала.

— А Леська как поживает? — не обращая внимания на Кирины комментарии, спросила обожавшая почесать язычком Дина. — Замуж вышла за своего турка?

— Нет.

— А за того, с кем она в своей туристической фирме познакомилась?

— Тоже нет.

— А за кого же тогда?

— Слушай, не трави душу! — прошептала в трубку Кира. — Ни за кого она пока замуж не вышла. Ясно? И я, между прочим, тоже.

— Так чего ты шепчешь? — удивилась Дина. — Я тоже до сих пор в девках хожу. И Танька, — тут она весело захихикала, — судя по твоим словам и моим предчувствиям, тоже не скоро вальс Мендельсона в свою честь услышит.

После этого Дина клятвенно пообещала обеим подругам, что сейчас настроится на то, чтобы те разбудили ее завтра пораньше. И прямо с утра они смогут двинуться на поиски того местечка, где обычно собираются друзья-лунатики Ивана Тимофеевича.

За оставшееся до сна время раздосадованные подруги успели смотаться в книжный магазин, который находился в паре остановок от их дома и работал круглые сутки, утоляя духовную жажду своих покупателей. Там девушки смели с прилавков всю литературу, которая касалась НЛО, таинственных следов на полях английских фермеров, а также самих инопланетян, их видов, расцветок, размеров и рас.

Очень удачно прямо напротив книжного магазина располагалась отличная винная лавочка с богатым ассортиментом. Подруги выбрали фруктовое китайское вино из абрикосов и с чувством, что день ими прожит не даром, сели в Кирину машину и вернулись на ней домой.

— Слушай, мы с тобой настоящие растяпы! Забыли одну важную вещь! — воскликнула Леся.

Кира встревоженно посмотрела на подругу, пытаясь восстановить в памяти, чего они еще не купили.

— Продукты для позднего ужина у меня дома есть, — сказала она наконец. — Сыр и фрукты к вину я подам. Чего еще надо?

— Нет, — покачала головой Леся. — Как мы с тобой собрались завтра ехать в гости к этим инопланетянам? Нам ведь на работу нужно!

— Ах ты, черт! — хлопнула себя по лбу Кира. — Совсем мы разбаловались. Работать же надо!

Подруги и в самом деле в «Орионе» находились на весьма вольготном режиме. Если день-другой они не появлялись в офисе, то всегда могли отговориться легким недомоганием. По старой памяти, когда Борисов и Дима были влюблены в подруг, девушкам все сходило с рук. Но вряд ли на новом месте работы к их прогулу отнесутся столь же снисходительно.

— Не говоря уж о том, что если мы завтра не явимся на работу, то нас могут заподозрить в том, что мы действительно в чем-то виноваты, — заметила Леся.

— Да этот чертов параноик Олег Семенович запросто решит, что я ударилась в бега, а ты меня прикрываешь, — согласилась с подругой Кира.

— Так что же делать?

— Ничего не поделаешь, чтение литературы и распитие вина придется отложить до лучших времен, — заявила Кира. — Нам с тобой придется заехать за Диной, и хочет она или не хочет, приступ у нее там или не приступ, а ехать придется прямо сейчас.

— Уже ночь на дворе! — возразила Леся. — И Дина ни за что не согласится.

— Ночи сейчас белые, — наставительно произнесла Кира. — А спать в такой ситуации вообще глупо. И вообще, что она за подруга такая, если может Таньку в беде бросить? Пусть примет побольше таблеток.

Она позвонила Дине и предупредила, что время экскурсии переносится на несколько часов раньше.

— Ну и хорошо, — неожиданно мирно зевнула в ответ Дина. — Мне все равно лучше стало, а не спится. Все о Таньке думаю, чего она там в самом деле-то рыдала? Ладно уж, давайте смотаемся туда прямо сейчас.

— Так нам приезжать? — обрадовалась Кира.

— Ага, — ответила Дина. — Приезжайте. Я почти готова. Думаю, что за пару часов обернемся.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Но за два часа теплая компания сумела добраться только туда. А все из-за Дининых снотворных таблеток. Да еще они с Лесей устроились на заднем сиденье машины и, пока Кира крутила руль, выпили все вино. Спиртное в сочетании с принятыми лекарствами сделало свое дело. И Дина крепко уснула.

Так как спала она тихо и отвернувшись в сторону к окну, то Леся первое время наивно полагала, что подруга просто высматривает нужный поворот за окном. Когда же правда выползла наружу и Дина была разбужена, то она сначала долго не могла понять, где находится, а потом принялась ругаться на подруг, что дали ей уснуть.

— Теперь я дороги ни хрена не узнаю! — заявила она. — Куда вы меня завезли? Мы сейчас вообще где?

— Семидесятый километр Выборгского шоссе, — объяснила ей Кира.

— Что? — заорала Дина. — Давно свернуть надо было. Поворачивай назад!

Наконец нужный поворот был найден. Он и в самом деле, судя по указателю, вел к какой-то турбазе, куда Кира и подвезла вновь задремавшую Динку.

— Ну?! — затеребила Леся девушку. — Куда теперь?

Дина открыла глаза, повертела головой и снова возмутилась. Оказывается, на турбазу им ехать вовсе было и не нужно совсем. А следовало свернуть немного раньше. Пришлось снова возвращаться. Но теперь Леся бдительно следила за Диной, не позволяя той задремать. Благодаря ее усилиям, подруги вскоре увидели впереди небольшое скопление самых обычных домиков.

— Приехали! — удовлетворенно сказала Дина. — Да, точно. Тут мы зимой были.

— Слушай, Дина, — нахмурилась Кира. — А как ты так хорошо дорогу запомнила? Один раз, говоришь, тут всего была и то зимой, а дорогу вмиг нашла.

В ответ Дина только захихикала, явно очень довольная словами Киры, которые она приняла за комплимент.

— Просто я в этих местах побывала не раз, — сказала она. И, видя недоумение подруг, поспешила пояснить:

— У меня на той турбазе, куда мы сначала приехали, дядя завхозом много лет работал. Мы там каждый год отдыхали. Потом кавалер появился, так у его друзей дача была всего в паре километров отсюда. А когда меня и Танька в этот же уголок затащила, я вообще долго веселилась. Почти никуда не выбираюсь из-за своей аллергии проклятой. А когда выбираюсь, то обязательно оказываюсь на этом пятачке.

И, обведя руками вокруг себя, свою речь она, уже выбираясь из машины, закончила словами:

— Так что не трусьте, не могла я насчет дороги ошибиться. Это то самое место. Только электричества тут почему-то совсем нет. Зимой, я помню, хоть фонарь горел.

Подруги, которые выбрались следом за Диной из машины, вынуждены были согласиться с ее словами. Ни в одном доме в окнах свет не горел. Упомянутый девушкой фонарь был в наличии, но также не светил. Впрочем, летними белыми ночами было достаточно светло и без фонаря.

— Ну что? Пошли? — вздохнув, предложила Кира.

— Куда? — изумилась Леся. — Совершенно ясно, что тут никого нет.

— Осмотрим дома изнутри, — объяснила Кира. — Не задаром же мы перлись сюда в такую даль? Вдруг внутри обнаружится что-нибудь интересное?

— Надеетесь найти тут кусочек марсианского корабля? — хмыкнула Дина. — Похоже, все помешались на этих пришельцах!

— Если тебе не интересно, можешь остаться в машине, — предложила ей Кира.

Но Дина, похоже, только на словах издевалась над версией о пришельцах. На самом деле ей и самой было любопытно. Во всяком случае, оставаться одна в машине она решительно отказалась. Подруги прошли мимо трех домов, но проникнуть ни в один из них не оказалось возможным. Хотя домики были старенькими и требовали свежей краски, но двери были закрыты на внушительные замки, а окна закрывали плотные ставни.

Возле домиков были садовые участки, когда-то перегороженные заборами. Но сейчас заборы покосились. А участки заросли травой, сквозь которую кое-где еще пробивались садовые многолетники, кусты смородины и давно не стриженные яблони.

— Странное место, — заметила Кира. — Похоже, хозяевам этих домов совсем нет дела до их участков. А вот дома заперты очень тщательно.

И они продолжили обход крохотного поселка, но всюду была одна и та же картина.

— Но не через печную трубу нам внутрь лезть! — возмутилась Леся, когда Кира в очередной раз принялась сетовать на то, что они, похоже, совершили свою поездку совершенно зря.

— А что? — загорелась этой идеей Кира. — Почему бы и не через дымоход? Кстати, кто полезет? Кто у нас самая стройная?

Дина с Лесей дружно отвели глаза. Признаваться в том, что они в плане веса далеко обогнали тощую Киру, им не хотелось. Но и претендовать на мифическую стройность, чтобы потом лезть в дымоход, они тоже сочли лишним. Подруги сделали еще несколько шагов, и Дина радостно воскликнула:

— А никуда лезть и не надо! Смотрите, вон в том доме окно, кажется, открыто.

Окно и в самом деле было освобождено от ставня и открыто. Да и возле самого дома трава была примята следами машины. Правда, самой машины тут не было. В этом подруги сумели убедиться, подобравшись поближе к домику. Но отчего-то ни одна из трех не решалась заглянуть в темные недра домика. Наконец Кира, как самая отчаянная, крикнула:

— Эй, есть тут кто-нибудь?

Ответом ей был лишь ветер, который загадочно шуршал в ветвях деревьев.

— Вы как хотите, а мне вся эта заброшенная деревенька и особенно этот домик кажутся подозрительными, — с опаской произнесла Кира. — Как-то не хочется соваться туда.

— Подумаешь! — фыркнула Дина. — Наверное, какие-нибудь бомжи обнаружили это местечко и решили поживиться. Вскрыли дом и через окно вынесли все ценное.

— А там было, что выносить? — полюбопытствовала Леся. — Ты ведь тут зимой была. В домах есть что-то приличное?

— Для кого и старое одеяло — предмет почти недосягаемой роскоши, — пожала плечами Дина. — Когда мы тут ночевали с Танькой, ее Ванюшей и его дружками, то кровати были заправлены вполне приличным бельем. Да и хозяйственная утварь имелась. Так что кто-то мог и поживиться этим добром.

— Тогда я полезла, — сказала Кира. — А вы меня страхуйте.

Она в самом деле подпрыгнула, подтянулась на руках и забралась в окно. Через несколько минут раздался грохот и голос Киры. Она ругалась на каких-то идиотов, понаставивших ей под ногами разных столов с кружками и прочей посудой. Но, несмотря на поднятый девушкой шум, вокруг по-прежнему царила тишина.

Двум оставшимся снаружи девушкам стало здорово не по себе. У Леси даже мороз по коже пробежал. Наконец Кира выбралась обратно.

— В этом доме кто-то недавно был, — сказала она. — На печи варили обед, кастрюли чистые, но еще влажные. А в чайнике осталась вода.

— Интересно, но это ничего не объясняет, — вздохнула Леся. — Таньки и Ивана Тимофеевича там ведь нет?

— Я все осмотрела! — ответила Кира. — Домик небольшой. Обстановка самая спартанская. На чердаке вообще пусто, никакого хлама, где бы можно было спрятаться. А в доме тоже пусто. Только это и нашла.

И она протянула синенькую коробочку телефона «Сони».

— Ой! — пискнула Дина. — Это же Танькин телефон!

— Ты уверена? — быстро спросила у нее Леся.

— Во всяком случае, у Таньки была точно такая же модель, — сказала Дина, осмотрев найденный в домике мобильный телефон. — Но точно сказать не могу. У него аккумулятор разрядился. Сейчас это просто бесполезный кусочек пластмассы.

— Наверное, поэтому его тут и оставили, — предположила Кира.

Неожиданная находка вселила в подруг еще большую тревогу.

— И знаете, — произнесла Кира, — не хочу вас пугать, но там, похоже, держали пленника. Во всяком случае, к спинкам кровати привязаны обрывки веревки.

— Что? — хором спросили у нее подруги, задрожав еще больше.

— Ну, мне показалось, что там кого-то за руки привязывали к спинке кровати, — пояснила Кира. — Конечно, может быть, это мое больное воображение, повторяю, что пугать вас не хочу, но…

Но было уже поздно. Леся с Диной окончательно испугались.

— Мамочка! — пропищала Леся. — Что тут происходит? Где Танька? Хочу домой! В город!

Обступавший их со всех сторон лес теперь казался девушкам источником неведомой и потому еще более жуткой угрозы. И даже еще минуту назад бодрящаяся Кира вдруг ощутила себя маленькой и беззащитной.

— Да что вы как козы! — неожиданно повысила голос Дина. — Может быть, Танька тут просто в этом домике со своим женихом забавлялась! Отсюда и обрывки веревок. Привязывали друг друга к кровати, а потом вытворяли друг с другом всякие забавные штуки.

— А чего она нам в таком случае звонила и рыдала?

— Пьяная была! — тут же нашла ответ Дина. — Может быть, жених ее пару раз хлыстом слишком сильно стегнул, вот она и расстроилась. И давай вам звонить. А на самом деле все у них весело было.

— Не уверена я насчет такого веселья, — с сомнением покачала головой Кира. — И вообще, где они в таком случае сейчас?

— Позабавились и уехали куда-нибудь еще, — пожала плечами Дина.

— А что? Танька тебе рассказывала, что у них такие сексуальные забавы в ходу были?

— Ничего она мне не рассказывала! — фыркнула Дина. — Просто можно ведь такое предположить?

Подруги бы с удовольствием предположили, что дело и правда всего лишь в невинных сексуальных забавах, но как быть с отсутствием машины? Личная машина Ивана Тимофеевича осталась возле его городского дома на стоянке. А кто же привез сюда его и Таньку? И где этот человек вместе со своей машиной сейчас? И что тут вообще произошло, черт подери?

И вдруг, когда девушки окончательно убедили себя, что место это скверное и лучше бы отсюда удрать побыстрей, из глубины леса раздался то ли стон, то ли крик. Все трое замерли, словно их заморозили. А потом, словно вспугнутые львом газели, помчались в сторону машины. Ветер так и свистел у них в ушах, поэтому и криков за своей спиной они больше не слышали.

И, лишь забравшись в машину, закрыв и заблокировав за собой все двери и запустив мотор, они смогли немного отдышаться и унять сильную дрожь, от которой зубы у всех стучали, как молоточки.

— Что это было? — прошептала Леся, глядя на подруг круглыми от страха глазами. — Кто-то кричал?

— Нам показалось, — предположила Кира.

— Что, всем трем? — все еще стуча зубами, не согласилась с ней Дина. — Хором показалось?

— Коллективная галлюцинация, — сказала Кира.

— Знаете, поехали скорей отсюда, жутко тут как-то, — первой высказала Леся мысль, под которой с легкостью подписалась вся троица.

Кира нажала на газ, но, вместо того чтобы тронуться с места, машина дернулась и застыла на месте.

— Сломалась? — ужаснувшись от одной мысли, что они останутся тут надолго, закричала Леся.

Но с Кирой творилось что-то странное.

— Ва-ва-ва! — снова выбивали дробь ее зубы. При этом остановившийся взгляд был прикован к кромке леса. Две другие девушки, проследив за направлением взгляда подруги, дружно ахнули.

— Что это? — крикнула Леся, но ей никто не ответил. — Что там такое ходит?

Кира и Дина, не отрываясь, смотрели вперед на странное белое существо, которое, минуту назад выйдя из леса, сейчас медленно плыло над землей по направлению к машине с перепуганными насмерть подругами.

— Кира! — завизжала Леся, заметив, что белое существо приближается. — Поехали! Жми на газ!

— Оно нам машет! — ужаснулась Дина. — Ой, я не выживу!

И тут существо внезапно подняло руки, с болтающимися на них веревочкам и сдернуло с головы капюшон, показав свое бледное, но хорошо знакомое всем трем лицо.

— Девчонки! Это же наша Танька! — первой придя в себя, воскликнула Кира.

— Ты уверена? — прошептала не столь доверчивая Дина. — Вдруг это всего лишь ее призрак?

— Да какой призрак? — воскликнула Кира. — Смотрите, у нее нос расквашен. И ссадина во всю щеку. И руки в синяках! Разве у призраков бывают синяки и ссадины?

Дина пробормотала, что не больно-то часто ей приходилось общаться с призраками. И что раз у нее такого опыта общения нет, то и сказать, бывают у них синяки или нет, она не может. Но Леся как-то сразу преисполнилась уверенности, что это никакой не призрак, а Танька, только очень бледная и потрепанная. Да и идет она как-то странно. Уже не плывет, а шатается из стороны в сторону.

Кира с Лесей выпрыгнули из машины как раз вовремя, чтобы подхватить упавшую им на руки Таньку.

— Дина! Иди сюда! — крикнула Кира. — Не бойся! Девушка тоже присоединилась к подругам и склонилась над упавшей Татьяной.

— Она жива? — почему-то шепотом спросила Дина.

— Живая, только ее то ли избили, то ли сама разбилась. В любом случае она очень ослабла! — ответила Кира, осматривая Таньку. — Других видимых травм, переломов там всяких и повреждений нет.

— Много ты в переломах понимаешь, — произнесла Леся. — Ты же не врач.

— Чтобы диагностировать перелом, не всегда надо быть врачом, — заспорила с ней Кира. — С Танькой все более или менее нормально.

Но в этот момент Танька открыла глаза и после первых же ее слов, подругам стало ясно, что диагноз они поставили однозначно ошибочный.

— Девочки! — просипела она. — Как хорошо, что вы приехали.

И тут она заплакала.

— Танюша! — бережно гладили ее подруги по вздрагивающим плечам и рукам, которыми Таня упорно закрывала лицо. — Что с тобой случилось? Танечка? Почему ты в таком виде? Кто на тебя напал?

Наконец девушка оторвала руки от лица и сказала:

— Это было оно!

— Что — оно? — не поняв, переспросила у нее Кира.

— Таредка… НЛО. Я видела!

Кира помотала головой.

— Перестань! — взмолилась она. — Не пугай нас! И так жутко!

Но Танька не желала угомониться.

— Они все-таки прилетели! — твердила она. — Я не верила, а они прилетели! Страшно!

— Танечка, а где Иван Тимофеевич? — ласково обратилась к ней Кира. — Вы ведь вместе сюда приехали?

— Ванюша? Они его туда забрали, — прошептала Танька. — С собой! Посадили на НЛО и увезли. Они и меня хотели с собой забрать к другим звездам, а я сбежала!

— Кто они, милая? — склонилась над ней Леся. — Кто тебя забрать с собой хотел? Иван Тимофеевич?

— Нет, это они, — прошептала Танька, впадая в забытье. — Люди из космоса. На космической тарелке прилетели за нами с Ванюшей. Только я не захотела. Нет, не захотела, не захотела, не захо…

Три подруги обменялись встревоженными взглядами. Нет, точно с Танькой дело обстояло гораздо хуже, чем им показалось сперва.

— Что делать будем? — спросила Леся.

— Одно ясно: тут ее оставлять нельзя! — решительно сказала Кира. — Повезем в город.

— В больницу, — добавила Дина. — Посмотрите, у нее нога разодрана, лицо и руки в синяках. И вообще…

Она хотела сказать: «И вообще она какая-то странная». И хотя Дина не произнесла этих слов, но они все равно повисли в воздухе, словно написанные невидимой рукой.

— Танька пережила какое-то нервное потрясение, — произнесла Кира. — Ей надо обработать раны, она выспится и завтра будет словно огурчик. Уверена, ей просто что-то померещилось.

Ссадины и царапины подруги обработали и сами. На это хватило медикаментов, хранящихся в новенькой и до сих пор ни разу не использовавшейся аптечке в машине Киры. Кроме того, Таньку удалось напоить водой, которую та глотала жадно, словно не пила целый век. Однако глаз она не открывала. И в контакт с окружающим миром вступать не собиралась.

— Везем ее в больницу, — потребовала Леся. — Возможно, у нее травма головы.

Кира ощупала голову и в самом деле под волосами на затылке подруги обнаружила внушительных размеров шишку.

— Да уж, с головой шутки плохи, — вздохнув, согласилась она. — Лезьте в машину, девочки.

И пока подруги забирались сами и устраивали там с возможным комфортом пострадавшую, Кира зачем-то направилась к тому домику, в котором было открыто окно и в котором она нашла телефон Тани. Возле домика Кира принялась бродить среди густой травы, внимательно глядя себе под ноги и то и дело зорко поглядывая по сторонам.

— Кира! — донесся до нее нетерпеливый зов Леси. — Что ты там делаешь? Что на тебя нашло? Иди сюда скорей! Танька совсем плоха! Снова что-то бормочет невнятное про своих пришельцев.

Кира бросила место осмотра. Тем более все, что она хотела, она уже нашла. И подбежала к подругам.

— Поехали! — нетерпеливо сказала Леся. — Танька совсем плоха. И похоже, у нее температура поднимается. Нам надо в город, а ты возишься!

Кира кивнула и послушно села за руль. Машина завелась и тронулась в обратный путь. Леся сидела на заднем сиденье, заботливо придерживая голову Таньки. Время от времени она отвлекалась от своего занятия и с тревогой посматривала на Киру.

Вид у ее подруги был очень задумчивый. И за всю дорогу до больницы Кира не произнесла ни слова. Это напугало Лесю даже сильней, чем все события минувшей ночи. Лесю так и подмывало спросить у Киры, что же, по ее мнению, случилось в том крохотном заброшенном поселении, посещаемом исключительно «лунатиками» и, как теперь выяснилось, НЛО.

Но она не хотела заводить весь этот разговор в присутствии Дины, которая и так громко причитала и рыдала навзрыд, оплакивая судьбу и рассудок Таньки.

Однако к тому времени, когда подруги доехали до больницы, Танька почти пришла в себя. Недолгий сон пошел ей на пользу. Только теперь она все время молчала. Но, может быть, это было и неплохо. Во всяком случае, работники травмопункта, куда подруги привезли Таньку, не услышали ее бреда о пришельцах, забравших Танькиного жениха к себе на корабль.

— А если бы услышали, то еще неизвестно, куда бы они после этого саму Таньку определили! — шепотом поделилась с подругами своими опасениями Леся. — Так что пусть лучше пока молчит. Потом видно будет.

Но и так пьяненький врач, осматривающий Татьяну, проявил любопытство относительно странного наряда, в котором привезли к нему пациентку.

— Это что, мода нынче такая? — разглядывая белый балахон, который был нацеплен на Таньке, спросил он.

— Очень модно, — заверила его Кира. — Последний крик моды, можно сказать. Только видите, как нашей подруге не повезло. Сама свалилась и туалет испортила. А ведь он почти полторы тыщи баксов стоил.

— Вот эта тряпка? — ужаснулся врач. — Стоила, как полмашины? Ну вы, бабы, даете! Совсем мозгов нет.

И, несколько успокоившись, он рассмеялся:

— Вы ко мне в следующий раз приходите, когда вам обновить гардероб потребуется. Честное слово, я вам из своего халата такую же штуку смастерю. И возьму недорого.

После того как Танькины ссадины повторно смазали мазями, а самые глубокие царапины перебинтовали, ей сделали какой-то укол и всю просветили рентгеном. Никаких серьезных травм у нее, к счастью, не обнаружилось.

— Видимо, девушка в шоке, — поставил диагноз пожилой врач, слегка покачиваясь вследствие неумеренного пристрастия к чистому медицинскому спирту. — Да ничего, так оно бывает при сотрясении мозга.

— А у нее сотрясение? — всполошилась Кира.

— Если и есть, то очень легкое, — ответил врач. — Если хотите, могу направить ее в больницу. Правда, если ваша подруга может отвалить по полторы тысячи долларов за такой дурацкий наряд, какой сейчас на ней, то мне кажется, будет лучше отправить ее в психушку.

— Мне надо домой, — неожиданно заговорила Танька. — Домой.

— Вот и чудно! — неожиданно обрадовался врач. — Отвезите пострадавшую домой и, если сможете, побудьте с ней некоторое время. И конечно, — обратился он уже непосредственно к пациентке, — постельный режим, голубушка. Никаких танцев-шманцев. Впрочем, пока синяки не подживут, вы, наверное, вообще из дома не захотите выходить.

Танька молчала. Произнеся короткую фразу и выразив свое желание отправиться домой, она снова погрузилась в странное оцепенение. К счастью, врач уже потерял к подругам всякий интерес. К нему привезли пациента, который засунул руку в банку с солеными огурцами, а теперь не мог ее вытащить. А разбить банку не давала жена, которая явилась вместе со своим муженьком.

— Вы уж вытащите его оттуда как-нибудь, — причитала она. — Баночка-то еще целехонька, Вон в ней сколько огурчиков. А разбить, так весь смак пропадет. Кто же со стеклом есть будет. А если их мыть, так вкус потеряется.

Врач с сомнением покосился на грязную руку ее супруга, явно не понимая, как можно есть огурцы, когда в них уже вдоволь поплескалась чья-то грязная лапа. Но в кабинет веселую парочку все же пригласил.

— Пошли, — дернула Кира за руку Таньку. — Куда тебя везти? К тебе домой или к Ивану Тимофеевичу?

Танька открыла рот, собираясь что-то сказать. Но передумала и произнесла:

— Домой!

И, подумав, уточнила:

— Ко мне домой. Не к родителям.

Дина в ответ на удивленный взгляд подруг, кивнула:

— Ну да, у Таньки есть своя собственная квартира. От бабушки ей досталась. Она там в последнее время не жила. Но квартира есть.

Но если Таня таким образом надеялась избежать встречи с сослуживцами своего жениха, то прогадала. Возле дверей собственной Танькиной квартиры ее уже поджидали двое крепких молодых людей, работавшие, как было отлично известно подругам, под началом Олега Семеновича. Молодые люди при виде появившейся в сопровождении еще трех девушек Таньки чрезвычайно оживились, однако долго разговаривать с ними не стали.

— Где Иван Тимофеевич? — обратился один из них к Таньке.

Услышав ее ответ, ребята малость оторопели. Подруги их прекрасно понимали. Они-то уже привыкли к Танькиному бреду, а для охранников он был еще в новинку. Однако некоторая оторопь не помешала крепким молодым людям исполнить полученный ими приказ.

Один из них вежливо, но твердо подхватил Таньку под руку. А второй сгреб в охапку остальных подруг.

— Живо вниз! — скомандовал он всем.

— Олег Семенович приказал доставить Татьяну и Ивана Тимофеевича, — оглянулся на него второй парень. — Зачем нам эти девки? Чего ты их тащишь?

— Пусть поедут, — сказал первый. — Места полно. А вдруг у Вещего к ним вопросы появятся?

Подруги уже знали, что прозвище Вещий Олег Семенович заслужил за редкостную проницательность, граничащую иногда просто с чудесным даром предвидения. Каким-то образом ему удавалось всегда вовремя появляться там, где требовалось его вмешательство. И он чуял ложь за версту, даже когда она сильно смахивала на правду. Поэтому и сейчас подруги надеялись, что Олег Семенович сумеет разобраться в душевном состоянии Таньки лучше всяких врачей.

Однако их ожидало разочарование. После того, как подруг и Таньку доставили в офис «Турграда», где в служебном помещении их уже поджидал Олег Семенович, он внимательно выслушал Танькино бормотание о том, что Ивана Тимофеевича забрали пришельцы, которые прилетели специально за ним и за Таней, ничего не сказал, но лишь сильно помрачнел.

— Где вы ее нашли? — спросил он у подруг. Затем он внимательно выслушал их рассказ.

Уточнил еще раз, где находится та заброшенная деревенька, где проходили сборища «лунатиков», в которых принимали участие и Иван Тимофеевич с Танькой, он обратился к одному из своих ребят:

— Вызвони Иванова Владьку, пусть мухой сюда летит.

— Так рано еще, — пытался возразить парень.

— Ты слышал, что я тебе сказал?! — налился бурой краской Олег Семенович. — Чтоб мухой тут был! Мой приказ!

Парня словно ветром сдуло. А еще через полчаса в кабинете начальника охраны появился заспанный молодой человек, в котором Леся с Кирой без труда и даже с какой-то затаенной радостью узнали первого кандидата из своего списка холостяков. Ну и что с того, что Леся выбрала себе Воронцова? Если появилась возможность поближе познакомиться и с другими кандидатами, то зачем же ее упускать?

Однако матримониальные планы подруг совершенно расстроил Олег Семенович. Он целиком и, на взгляд подруг, весьма эгоистично завладел вниманием Иванова. Так что подругам оставалось только рассматривать этого кандидата в мужья и прикидывать, насколько он хорош.

Иванов был смуглым шатеном. Причем его загар не выглядел искусственным. Серые глаза в обрамлении густых пушистых ресниц смотрелись загадочно и томно. Но этим достоинства его внешности и исчерпывались. Нос у него был слишком толстый. И ростом Иванов не вышел — коротышка со слишком развитыми плечами и руками. Еще чуть-чуть плоти на них, и он бы, пожалуй, смахивал на орангутанга.

— Так ты говоришь, что вчера никто из вашего кружка по изучению форм инопланетной жизни не собирался? — донесся до слуха подруг голос Олега Семеновича, и они насторожили ушки.

— Говорю вам в десятый раз, нет! — слегка раздраженно ответил Иванов. — Мы собирались на прошлой неделе. В пятницу. Иван Тимофеевич тоже был с нами. И Таня была. Вы же знаете, собираемся мы раз в месяц.

— Знаю, — кивнул Олег Семенович. — Еще бы не знать. Это моя обязанность знать все и про всех. Так, и что теперь? Как быть с тем, что говорит Татьяна? Вы там что, в самом деле к встрече представителей инопланетной расы готовились?

— Ну, готовились, — кивнул Иванов. — То есть как готовились? Не впрямую мы их к себе в гости ждали. Так, теоретически предполагали возможность такого контакта.

— Говори, раз начал, — подбодрил его Олег Семенович. — Чем вы там на своих сборищах занимались? Конкретно!

И, явно досадуя на самого себя, он произнес:

— Надо же, такой важный аспект, а я не отследил! Старею, выходит.

Но последние слова услышала только Леся, стоящая рядом с Вещим Олегом. Остальные собравшиеся, кто с интересом, кто с презрительной миной слушали Иванова, который с жаром, взахлеб рассказывал о видах инопланетных кораблей, местах их стоянок на земле, а также прочих интересных штучках, которые «лунатики» выискивали в прессе и Интернете, а потом на собраниях делились этими сведениями с остальными членами клуба.

— И что же, вы только говорили? — поинтересовался у него Олег Семенович.

— Почему? — пожал плечами Иванов. — Мы не академики, чтобы все время говорить. Люди собирались, чтобы отдохнуть. Вот и отдыхали. Музыка, шашлычки, рыбалка, банька. Место тихое, уединенное. Природа чудесная!

— Выпивка присутствовала? — не дал сбить себя с мысли Вещий Олег.

— Ясное дело, — пожал плечами Иванов. — Мы же русские люди, как же отдыхать и не выпить? А все эти разговоры о пришельцах — это так, общий фон.

— Значит, пили вы там, — продолжал развивать заинтересовавшую его тему Олег Семенович. — И много пили? Не могло Татьяне с пьяных глаз померещиться, что ее мужа с собой инопланетяне забирают?

— Нет, — помотал головой Иванов. — Танька не любительница выпить, верно, Танюша?

Таня молча кивнула и глухо произнесла, обращаясь к Олегу Семеновичу:

— Почему вы мне не верите? Ивана Тимофеевича в самом деле забрал инопланетный летающий корабль. А сам он долго готовился к этому контакту. Сказал, что мы с ним избранные. Только я.., только я в последний момент отчего-то струсила. И сбежала.

— От кого? — прищурившись, спросил у нее Олег Семенович. — От инопланетян? Это они тебя связали и избили?

— Нет, — покачала головой Таня. — Никто меня не бил. Это я сама, пока по лесу блуждала, синяков, да шишек себе набила. А связал меня Ванюша.

— Зачем? — ахнули все.

— Сказал, что я сама своего счастья не понимаю, — всхлипнула Танька. — И вообще, он там какой-то странный был очень. То есть, когда мы утром приехали, то он нормальный еще был. И днем с ним все в порядке… Конечно, он волновался в ожидании корабля. Но так с головой у него порядок был. А потом я задремала, просыпаюсь, а он надо мной стоит. Глаза совершенно безумные. Тут мне впервые по-настоящему страшно стало. И я сказала, что пойду-ка я в город.

— Пойдешь? — воскликнула Леся. — То есть пешком? А где ваша машина?

— Да, машина, на которой вы приехали! — добавила Кира.

— Не было никакой машины, — помотала головой Таня. — Иван Тимофеевич машину с собой брать не стал. Нас случайный человек на своей машине подбросил.

— И где вы его взяли, этого человека? — заинтересовался Олег Семенович.

Казалось, Танька смутилась. Но тут же нашлась и произнесла:

— Как где? На улице и поймали. Что сложного? Этот человек нас привез, высадил и уехал.

— Ждать не стал? — уточнил у нее Олег Семенович.

— Назад в город Ваня не собирался, — хмуро произнесла Татьяна. — Говорю же, он был уверен, что его и меня заберут. Ну и…

— Хорошо, — перебил ее Олег Семенович. — Вернемся к тому моменту, когда ты проснулась, а Иван Тимофеевич над тобой стоит. И ты ему сказала, что пойдешь обратно в город.

— Да! И он от моих слов словно взбесился! — горячо произнесла Танька. — Набросился на меня. Скрутил, откуда столько сил взялось. Напялил этот дурацкий балахон, — и Таня показала на свое замызганное, когда-то бывшее белым одеяние, в котором она до сих пор щеголяла. — А потом связал и заявил, что без меня ему на корабль хода нет. Мол, туда супружескую пару репродуктивного возраста нужно. А один он не годится. И даже если он сейчас какую-нибудь бабу вместо меня и найдет, чтобы согласилась с ним лететь, то нет гарантии, что она сгодится. Дескать, меня с ним уже проверили на генетическую совместимость, а она может и не подойти.

— Бред! — выразил общее мнение Олег Семенович, когда Танька замолчала.

— Но так и было! — заплакала Таня. — Я же правду говорю. Такое не придумаешь. Да и зачем мне?

— Хорошо, — помрачнев, буркнул Олег Семенович. — Предположим. Но если так, то где же все-таки Иван Тимофеевич?

— Я же говорю, я от него сбежала, — произнесла Танька, блеснув влажными глазами. — Веревки перегрызла и удрала через окно. Сначала хотела помощь позвать, но у телефона почти сразу же батарея разрядилась. Я всего несколько слов Лесе успела сказать.

— Почему именно ей?

— Не знаю, — растерялась Таня. — Мне все равно было, кому звонить. Я в кнопки безтолку тыкала. Лесин телефон и высветился. А потом, когда батарея окончательно разрядилась, я свой телефон от злости на пол бросила и просто в лес убежала. Только далеко не пошла. Страшно мне одной было идти. Думала, заблужусь. Я вообще в лесу с трудом ориентируюсь. Вот и решила, что посижу немного в ближайшем подлеске. А когда Ванюша б себя придет, то мы с ним такси вызовем и обратно в город и уедем.

— Ты думала, что он был пьян?

Татьяна, казалось, заколебалась с ответом. Но все же ответила.

— Нет, он не был пьян, — сказала она.

— Что же тогда?

— Я подумала, что наглотался этих своих таблеток, — глухо произнесла Танька.

— Каких таблеток?

— Ой, не знаю я ничего! — схватилась за голову Танька. — То есть знаю, только вы же мне не поверите!

— Ты расскажи, — вкрадчиво предложила ей Кира. Танька посмотрела на нее какими-то совершенно дикими глазами и сказала:

— Таблетки эти Ванюше инопланетяне дали. И велели ему их глотать по одной штуке. Он от них малость дурел. Но это быстро проходило. А в вечер перед отлетом он, похоже, все оставшиеся проглотил. И совсем у него башню снесло. Я знаю, он мне говорил, что должен их все выпить, чтобы полет и контакт прошли успешно. Он и меня заставил их проглотить. Только я за щеку их засунула, а потом выплюнула.

— Вранье! — не выдержав, возмутился наконец Олег Семенович и так грохнул кулаком по столу, что все испуганно замолчали.

А Танька так и вовсе втянула голову в плечи.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

И вдруг в наступившей тишине раздался голос Киры.

— Нет, — сказала она. — Вовсе не вранье. Насчет таблеток Танька ни капли не врет! Смотрите, что я нашла в траве возле того домика, где были Танька с Иваном Тимофеевичем.

И она извлекла из кармана баночку с завинчивающейся крышкой, которая была помята и к тому же изрядно перепачкана землей. Открутив крышку, Кира потрясла баночкой над столом, и из нее высыпалось несколько белых продолговатой формы таблеток.

— Вот таблетки, которые и глотал Иван Тимофеевич, — произнесла Кира. — Я уверена, что это они самые.

— Да, очень похожи, — кивнула Танька, тоже посмотрев на таблетки. — И если ты их нашла возле нашего домика, то наверняка те самые. Наверное, Ванюша их потерял.

— Ладно, с таблетками мы разберемся, — решил Олег Семенович, бережно ссыпая таблетки обратно в баночку. — Но все же, где Иван Тимофеевич находится сейчас?

— Не знаю! Улетел он! — снова всхлипнула Таня. — И без меня его взяли!

— И ты своими глазами видела, как он в инопланетный летательный аппарат садился? — недоверчиво спросил у нее Олег Семенович.

— Да, — кивнула Таня. — Он совсем небольшой был, этот корабль. Но ярко так светился. Очень странным светом. Я в лесу сидела и все видела. Они когда спустились, Ванюша к ним из домика вышел. А они люк открыли и его к себе поманили.

— Чудесно, — мрачнея просто на глазах, произнес Олег Семенович. — А их ты тоже видела?

— Не ясно, но видела! — ответила Танька. — Они там внутри корабля были. И когда Ванюша к ним вошел, то свечение стало таким ярким, что глазам стало больно, я уже больше смотреть не могла и отвернулась. А потом посмотрела, на полянке перед домом уже и нет никого. Забрали!

— Так, — произнес Олег Семенович. — И что дальше?

— А дальше мне так страшно стало!, — снова заплакала Танька. — Да еще где-то радом века хрустнула. Или мне это только показалось Но я бросилась бежать, как ненормальная. Долго бежала, потом споткнулась, упала. И кажется, ударилась головой о какую-то корягу, — Точно ударилась, — подтвердила ее слова Кира. — Шишка на голове здоровая.

— И кажется, я даже сознание потеряла, — сказала Танька, — а когда очнулась, то решила из леса выбираться. Только куда идти, я не знала. Просто шла. Мне уже все равно было, куда идти. Лишь бы подальше от того места. А потом увидела свет от фар машины и услышала знакомые голоса. Вышла из леса и вижу, что снова я на том же месте. Только теперь возле тех домиков Кирина машина стоит, и девочки возле нее возятся. Вот и все-.

— Нет, не все, — покачал головой Олег Семенович. — А деньги где?

— Какие деньги? — распахнула глаза Танька.

— Деньги из домашнего сейфа Ивана Тимофеевича, — сказал ей начальник охраны. — Но остальное, деньги и документы, которые пропали из сейфа в его рабочем кабинете.

— Насчет служебных денег я ничего вам сказать не могу, — пожала плечами Танька. — Но я уверена, что Ванюша их не брал. Да и вообще, если он на инопланетном корабле в другую галактику улетел, зачем ему там наши деньги могли понадобиться?

— Хм, — произнес Олег Семенович, на лице которого читалось большое сомнение в доводах Таньки.

Поняв это, она добавила:

— И в руках у Ванюши ничего не было, когда он в корабль пришельцев входил. Я же видела!

— Хм, — повторил Олег Семенович. — Нет, не верю. Ты, голубушка, все придумала. Деньги пропали, твой жених тоже исчез. И ты нам должна помочь их отыскать.

— Говорю же, он улетел в другую галактику! — зарыдала Танька. — Можете мне не верить, но это правда. Как я вам его отыщу?

— Ложь! — внезапно гаркнул на нее Олег Семенович. — Все от начала и до конца про этих инопланетян чистой воды ложь! А теперь я тебе скажу, как было на самом деле. Вы с твоим женихом решили кинуть фирму на крупные бабки и бежать.

— Нет, нет, ничего подобного, — мотала головой Танька. — Ванюша хотел улететь. Он никого не обкрадывал! Ему обещали, что если катастрофы удастся избежать, то его вернут на Землю.

— Какой еще катастрофы?

— Ну, которая Землю в ближайшем будущем ожидает! — пробормотала Танька. — Из-за которой инопланетяне и собирают со всего мира пары репродуктивного возраста. Для сохранения человеческого вида.

— Да ты хоть знаешь, что он закрыл все свои банковские счета? — орал на нее Олег Семенович, уже не слушая всю эту дребедень про инопланетян.

— Закрыл счета? — удивилась Танька.

— И мало того что он закрыл свои собственные счета! — продолжал орать Олег Семенович. — Мало того, что он присвоил себе деньги, которые хранились в его сейфе в офисе. Он еще и основательно похозяйничал на счетах фирмы, переведя с них крупные суммы на свое имя! И ведь даже, подлец такой, не потрудился замести следы. Никаких офшорных зон, никаких безналичных переводов на счета несуществующих фирм. Так четко и указал, на чье имя идет перевод! А вот куда с этих счетов ушли деньги, уже неизвестно.

— Нет, я вам не верю! — закричала в ответ Танька. — Ванюша не мог так поступить! Он не такой!

— Я тоже так думал! — горько признался ей Олег Семенович. — Думал, у него с этими инопланетянами просто блажь небольшая. А он вон чего выкинул!

— Его подставили! — твердила Танька.

Олег Семенович печально посмотрел на нее. И, помолчав, продолжил:

— Но вот тебя я, Татьяна, честное слово, не понимаю! Зачем ты выгораживаешь человека, который тебя попросту кинул?! Какой тебе резон?

— Нет, я сама от него убежала!

— Кинул, кинул! — настаивал Олег Семенович. — Удрал с деньгами, которые были у него самого и которые украл у фирмы. А тебя оставил отдуваться!

— Но он улетел на тарелке! — рыдала Танька.

— На тарелке, на машине, на лайнере укатил — мне это без разницы! — закричал на нее совершенно красный и злой Олег Семенович. — Он исчез, а ты осталась. Он должен был понимать, что отвечать придется тебе. И все равно подставил! Так зачем ты выгораживаешь такого плохого человека?

— Но я не выгораживаю! — твердила Танька. — Он на инопланетном корабле…

Договорить ей Олег Семенович не дал. Подскочив к девушке, он запечатал ее рот своей ладонью.

— Ни слова больше в этом помещении об инопланетных кораблях! — громким свистящим шепотом посоветовал он ей, сверля Таньку злым взглядом. — А иначе я за себя не ручаюсь. Ты меня хорошо поняла?

Танька молча покивала головой. Олег Семенович еще немного посверлил ее взглядом и, убедившись, что до девушки и в самом деле дошел смысл его слов, убрал руку.

— Говори, где Иван Тимофеевич? — устало произнес начальник охраны.

Но Танька молчала. И лишь ее глаза наливались обидой и горючими слезами.

— Что молчишь? — устало спросил у нее Олег Семенович.

— Но вы же сами велели ничего не говорить о…

— Да! — рявкнул начальник охраны. — Велел!

— Так а я вам ничего другого сказать не могу! — заявила Танька. — Хоть на куски меня режьте, а Ванюшу НЛО забрал.

И сколько над ней ни бились Олег Семенович и его помощники, Татьяна либо хранила гордое молчание, либо рыдала, либо твердила про НЛО.

— Врача надо вызвать, — наконец заключил Олег Семенович. — Пусть сам с ней разбирается. Мы тут, похоже, бессильны. Либо она в самом деле говорит правду, либо я полный кретин.

Прибывший врач осмотрел пациентку и переговорил с ней наедине. Остальные ждали его вердикта в соседней комнате. Наконец врач закончил осмотр.

— Вынужден забрать девушку с собой, — сказал он. — Налицо явное психическое расстройство. Но чем оно вызвано, я вам пока сказать не могу. Нужно обследовать бедняжку.

— Бедняжку! — фыркнул Олег Семенович. — Да врет все она! Своего жениха выгораживает. Надеется, что в сумасшедшем доме ей сладко будет! Ха-ха!

От этого громогласного ха-ха, которое исторг из себя начальник охраны, вышедшая к остальным Танька побледнела и снова закачалась.

— Кроме того, она просто истощена физически, — подхватил ее врач. — Как хотите, а девушку я должен забрать.

— Ладно, — мрачно буркнул Олег Семенович. — Заберете.

И, уставившись на Таньку, сказал:

— Только не думай, голуба, что тебе от нас удрать удастся. Либо ты об этих инопланетных кораблях забудешь и выложишь, куда на самом деле подался твой жених, либо ты в сумасшедшем доме у меня до конца дней просидишь. Ты меня знаешь, я свое слово держать умею.

Судя по тому, как еще больше побледнела Танька, она это и в самом деле знала. И ничуть не сомневалась, что Олег Семенович от нее не отстанет. Однако ничего другого прибавить к своему рассказу она не пожелала или в самом деле не могла.

После того как врач увез Таньку в клинику на обследование, куда за ней последовали двое ребят из охраны, для того чтобы не дать ценной свидетельнице сбежать следом за своим женихом в неизведанные просторы чужой галактики, Кира подошла к Олегу Семенович и о чем-то с ним переговорила. Результатом этих переговоров стал короткий сухой кивок и обрадованное лицо Киры.

— О чем ты с ним говорила? — слегка ревнивым шепотом спросила у подруги Леся, когда они вышли на улицу.

— Да так, — ответила Кира, — попросила, чтобы он дал нам с тобой на сегодня отгул. Сказала, что мы за ночь так вымотались, пока Таньку искали, что имеем право отдохнуть.

— И он дал?

— Дал, — кивнула Кира. — Знаешь, мне кажется, я в нем ошибалась. И он в принципе человек неплохой. Только сейчас он и в самом деле оказался в очень сложном положении. Если пропали деньги со счетов фирмы, то Олегу Семеновичу кровь из носа надо найти начальника финансового отдела. А где его найдешь, если единственный ключик и тот в сумасшедшем доме?

— А также убийцу заместителя этого начальника, — тихо пробормотала Леся. — Послушай, Кира, помнишь, ты сказала, что когда сидела в приемной и ждала Николая на работу, еще не зная, что он лежит мертвым в соседней комнате…

— Ой, — передернуло Киру. — Сделай одолжение, не вспоминай!

— Нет, — помотала головой Леся. — Я не о том. Ты ведь ему звонила, да?

— Кому?

— Николаю.

— Ну, — задумалась Кира. — Вроде бы… Да, точно звонила. Звонок еще в соседней комнате раздался.

— И это был номер личного телефона Николая? Как ты его узнала?

— У одной девчонки из нашего отдела был коротенький романчик с Николаем, — покраснев, призналась ей Кира. — Не думай, ничего такого! Одно свидание — и гуд бай! Но телефон этот он ей дал. А она сохранила. И мне его продиктовала. Только предупредила, что ловить мне с Николаем особенно нечего.

— А ты ее не послушалась!

— Я же не знала, что у него невеста имеется! — пожала плечами Кира. — Мне он об этой щекотливой подробности как-то не сообщил.

— Так я весь этот разговор завела к тому, что хорошо было бы выяснить, кто звонил на трубку Николаю. Или кому он сам звонил в последний раз.

— Это я тебе сказать могу совершенно точно, — вздохнула Кира. — В последний раз ему на трубку звонила я!

— А раньше?

— Откуда мне знать? — развела руками Кира. — Я когда его окровавленного всего нашла, не в том была состоянии, чтобы шарить в его трубке в поисках входящих и исходящих звонков за последние сутки.

— А вот Олег Семенович, я уверена, пошарил, — произнесла Леся.

— Так он нам и скажет, если чего и нашел, — скептически хмыкнула Кира.

— Но я все же попробую, — тихо произнесла Леся. — Как-никак, а он нам обязан. Мы ему приволокли ценную свидетельницу. Без нас Танька еще неизвестно, сколько времени бы по лесам плутала. И с такой травмой вообще запросто сгинуть могла.

— Ну-ну! — сказала Кира. — Попробуй.

Леся набрала побольше воздуха и решительными шагами направилась в сторону Олега Семеновича. Тот ее внимательно выслушал, так же внимательно осмотрел с ног до головы, словно сомневаясь в ее рассудке, а потом открыл рот и… И подруг словно взрывной волной вынесло из кабинета.

— Ничего он мне не ответил! — с сожалением резюмировала Леся, оказавшись на улице.

— Да я уж слышала! — отозвалась Кира. — И потом, ты несправедлива, нельзя сказать, чтобы он уж совсем ничего не ответил.

Подруги отвезли Дину, которая к этому времени уже ждала их в машине и снова начала со страшной силой чихать и пухнуть, до дома. Для бедняжки ночь за городом все же не прошла даром. Но когда Леся хотела направиться следом за ней к себе домой, чтобы лечь спать, Кира внезапно остановила ее.

— У нас с тобой есть еще одно дело, — сказала она.

— Какое? — искренне изумилась Леся, которая сейчас могла придумать для себя только одно занятие: лечь в кровать и дрыхнуть до вечера.

— Нам надо съездить обратно, — сказала Кира.

— В офис?

— Балда! Какой офис? Надо ехать туда, где мы нашли сегодня ночью Таньку!

— Но зачем? Мы же там все осмотрели!

— Все, да не все, — покачала головой Кира. — Мы кое-как смотрели.

— Ты смотрела! — возразила Леся. — Таблетки нашла. И Танькин разрядившийся телефон.

— Так я не все там осмотрела! — возмутилась Кира. — Вы же с Диной мне от машины начали как идиотки орать, что Таньке плохо. Я все бросила и к вам побежала. И уж ясно, что следы пребывания инопланетного корабля мы там не искали.

— А они там есть?

— Не знаю, — чистосердечно призналась Кира. — Но поискать стоит.

— Кира, если бы там были следы посадки инопланетного корабля, мы бы уж их заметили! — воскликнула Леся. — Это тебе не велосипед и даже не машина. От машины следы остались, мы их видели. А от инопланетного корабля должны были такие следы остаться, что о-го-го!

— И все равно, нам надо туда съездить еще раз, — возразила Кира.

— А попозже нельзя? — простонала Леся. — Сегодня вечером, например?

— Нет, никак нельзя, — твердо сказала Кира. — Попозже следы могу исчезнуть. Боюсь, что и сейчас уже будет поздно. Когда Танькиного жениха это НЛО загребло?

— Звонила она мне около девяти вечера, потом сидела в лесу, не думаю, что очень долго, ее бы комары зажрали. Значит, часов в десять или одиннадцать его болезного и оприходовали.

— Давно, — покачала головой Кира, имевшая весьма смутное представление о том, как должны выглядеть следы от приземления инопланетного корабля. — Роса уже выпала и высохла. Но делать нечего. Попытаться все же стоит.

Леся уже не спорила. Сил на споры с Кирой у нее не было. К тому же она обнаружила на заднем сиденье машины книги о НЛО и инопланетянах, которые они приобрели с Кирой не далее как прошлым вечером. И сейчас углубилась в их изучение, благо времени было достаточно, а за руль своей драгоценной машинки Кира ее все равно бы не пустила.

— Ну, чего ты там вычитала? — спросила у нее Кира, чтобы не заснуть за рулем.

— Отстань! — отмахнулась от нее Леся. — Не мешай.

— Как там насчет того белого балахона с капюшоном, который был на Таньке, когда мы ее нашли, там ничего не сказано? — продолжала издевательски цепляться к ней Кира. — Вдруг это единственно важный атрибут для установления контакта с пришельцами из других миров? Ничего такого там не написано? Странно. А ведь должны бы написать.

— Если ты сама не веришь в версию пришельцев, зачем мы снова едем к месту их предполагаемой посадки? — оторвавшись от книги, спросила у нее Леся.

— Я в отличие от Олега Семеновича не верю в пришельцев, но верю в то, что в них верит Танька, — ответила ей Кира.

— Другими словами, ты хочешь сказать, что Танька видела что-то такое, что приняла за инопланетный летающий корабль? — уточнила у нее Леся.

— Вот именно, — кивнула Кира. — Вот именно. И наша с тобой задача — выяснить, что это было. И конечно, кто за всем этим стоит. Глядишь, таким манером мы и убийцу Николая вычислим.

— Но при чем тут убийство Николая? — искренне удивившись, воскликнула Леся.

— Пока не знаю, — ответила Кира. — Но все же, заметь, счета фирмы обчищены, начальство исчезло, а заместитель, который мог бы пролить свет на это исчезновение, убит. Невольно является мысль, что все эти три факта связаны друг с другом.

— А помнишь, — задумчиво произнесла Леся, — помнишь, Олег Семенович говорил, что у Николая имеется невеста.

— Да, — поморщилась Кира, которая бы охотно забыла о подобной персоне, но, увы, здравый смысл не позволял. — Помню. Говорил.

— Я тут подумала, что неплохо бы нам с тобой познакомиться с этой девушкой, — сказала Леся. — Вдруг Николай ей что-нибудь рассказывал о том, что его жизни угрожает опасность. Или какие-нибудь другие интересные сведения выкладывал. О преступных замыслах своего начальства, например.

— Вот завтра на похоронах Николая мы с ней и познакомимся, — пообещала подруге Кира.

— Почему ты думаешь, что его будут хоронить именно завтра?

— Не думаю, а предполагаю, — ответила Кира. — Хотя бы просто потому, что хоронят обычно на третий день. А третий день будет завтра. Конечно, возможны проволочки из-за того, что произошло убийство, и выдачу тела задержат эксперты.

К этому времени подруги уже свернули на дорогу, ведущую к турбазе, где когда-то работал завхозом Динин дядя. И разговоры о невесте Николая пришлось прекратить. Потом они повернули еще раз и оказались возле тех самых домиков, где были сегодня ночью. К этому времени солнце уже стояло в зените и ярко освещало все вокруг.

— Ну что? — хмыкнула Леся, когда подруги обошли домики по кругу. — И что ты тут видишь?

— Странное место, — заметила Кира, оглядываясь по сторонам. — Ты не находишь?

— Чего странного? — пожала плечами Леся. — Ночью, не спорю, тут было жутковато. А сейчас все нормально. Домики, лес, неподалеку озеро.

— Вот то-то и оно, что домики, — сказала Кира, — а чьи они? Почему в них никто не живет, хотя они вполне пригодны для жилья? По сути, ведь сейчас лето, тут должна быть пропасть народу. Детишки, их родители, бабушки, домашние животные. А никого нет.

— Да, вот это действительно странно, — задумалась Леся. — А знаешь что, давай заедем сейчас на турбазу? Может быть, там знают, что это за домики?

— Погоди, — остановила ее Кира. — Не забывай, зачем мы сюда приехали. Я хочу еще раз тут все осмотреть.

И Кирины старания не пропали даром. Неподалеку от того места, откуда из леса вышла Танька, Кира увидела, что трава испачкана. Довольно большая площадь была покрыта странными маслянистыми пятнами. Пятна были неровной формы и расположены тоже были неравномерно. Но тем не менее они были. Кира дотронулась до вещества.

— Что это такое? — затем поднесла она пальцы к рукам. — Пахнет какой-то химией.

Леся тоже принюхалась.

— Не знаю, — сказала она. — Но ясно: не духи.

— Возьмем на анализ, — решила Кира. — Отдадим Олегу Семеновичу. Если он таблетки взял, то пусть уж одним махом определит, что это за жидкость тут пролили.

Кира нарвала пучок испачканной травы и осторожно положила его в полиэтиленовый пакетик, из которого минутой раньше извлекла новую пару колготок, которые ездили у нее в машине с ранней весны, но так ни разу и не пригодились. Зато теперь пригодился пакетик из-под них. Колготки же пришлось сунуть в бардачок.

Затем Кира выпрямилась и взглядом великого полководца окинула расстилающуюся перед ней картину.

— Что ты застыла? — щелкнула пальцами перед носом подруги Леся. — О чем задумалась?

— А знаешь что, давай-ка мы с тобой взломаем замок на одном из домиков? — предложила ей Кира.

— Да ты что? — ужаснулась Леся. — С какой стати?

— Посмотрим, что они там хранят! Или хотя бы обыщем домик, в котором Иван Тимофеевич держал Таньку.

Но выполнить задумку самим подругам не удалось. Потому что в это время на поляну позади них въехали две машины. В одной сидел Иванов — один из членов общества «лунатиков». А во второй приехал Олег Семенович, который при виде подруг даже не удивился.

— Теперь, кажется, я начинаю понимать, почему вы проходили свидетельницами по стольким криминальным делам! — резко заявил он, вылезая из своего высоченного джипа и подходя к подругам. — Все ваше любопытство! Чего вы сюда приехали? Ведь отдыхать же собирались? Специально и выходной для этого выпросили.

— Вот мы и отдыхаем, — пробурчала в ответ Кира.

— Вижу, — хмыкнул Олег Семенович. — Вижу, как вы отдыхаете. Давайте, девочки, чешите отсюда! И дайте взрослым дядям заняться делом.

— Ладно, — фыркнула Кира. — Мы можем и уехать. Только советую обратить внимание на испачканную какой-то дрянью траву у леса. Как раз на том месте, где, по словам Таньки, за Иваном Тимофеевичем приземлился НЛО.

— Да вы что? — побагровел Олег Семенович. — Издеваетесь надо мной?

— Вовсе нет! — заверила его Кира и сунула в руки пакет со свежесобранной травой. — Вот образец!

— Идите вы… — начал Олег Семенович, побагровев еще больше. — Идите вы, знаете куда?!

— Знаем! — с достоинством отозвались подруги. — Тут, говорят, неподалеку озеро имеется. Вот мы туда и съездим, раз уж у нас выходной день выдался.

И с этими словами они поспешно повернулись и потрусили к своей машине. Шутить дальше с Олегом Семеновичем они не рискнули. Вид у него был до того взбешенный, что запросто можно было и по шее схлопотать, несмотря на свой женский пол и общую привлекательность.

До турбазы подруги добрались без проблем. И так же легко нашли завхоза, который оказался преемником Дининого дяди, а прежде занимал почетную должность сторожа, будучи за усердие повышен в звании, когда прежний завхоз ушел на пенсию. Услышав, что подруги интересуются скоплением домиков в глубине леса, он быстро почесал в затылке и произнес:

— А вам оно зачем надо?

— Купить хотим, — не задумываясь, ответила Кира. — Места тут у вас больно шикарные. Лес, озеро, тишина и покой. Прелесть, одним словом, а не местность!

При этом она искоса поглядывала на кряжистого мужичка, надеясь, что он сейчас опровергнет ее утверждение насчет тишины и покоя да заявит, что продыху никакого нет от неизвестных летательных аппаратов, которые так и снуют каждую ночь над озером. Но завхоз произнес совсем другие слова.

— Так-то оно так, — отозвался мужчина. — Только, если купить один из тех домиков думаете, то поздно вы спохватились.

— Почему это? — удивилась Леся.

— А потому что они уже давно все проданы! — ответил завхоз.

— Как же так? — пожала плечами Леся. — Мы там были, в них никто не живет!

— Приезжают люди, — ответил мужчина. — Только не хозяин. Нет, того нет, врать не буду. Вот выйдет, так и наведет порядок. А пока домики так стоят, сноса дожидаются.

— Да зачем же их сносить? — удивилась Кира. — Если они еще вполне для жизни пригодные?

— Это нам с вами они для жизни пригодные, — отозвался завхоз. — А богатый человек в таких лачугах ютиться не станет. Говорю же, вернется хозяин, старые домики снесет, а на их месте поместье себе отгрохает. Такой у него план, во всяком случае.

И завхоз рассказал подругам, как года три назад все домики на опушке леса скупил один самодур. Два домика достались ему в наследство, еще один он по дешевке выкупил у хозяев, потому что домик был совсем старенький, а чинить его денег у хозяев не было. Ну а хозяева оставшихся домиков как-то очень быстро согласились выбрать себе для летнего отдыха другие места.

— Чем уж он их взял, я вам не скажу, — пояснил завхоз. — Может быть, денег посулил, может быть, запугал. А может быть, и то и другое. Только не прошло и полугода, как он стал хозяином и даже землемеров пригласил и всяких там архитекторов со строителями, чтобы план нового дома составили, да чтобы начать его строительство.

— И что же ему помешало?

— Да посадили его, — равнодушно ответил мужичок. — В прошлом году его жена приезжала. Скоро, говорит, мужа выпустят. Тогда и начнем строиться.

И, подумав, нынешний завхоз произнес:

— А пока никто там не живет. Я туда время от времени наведываюсь и приглядываю, чтобы бомжи там не поселились да не спалили дома. Мне за это отдельно приплачивают. Да и то сказать, места у нас тут глухие. Только на автобусе добраться можно. А бомжи на автобусах раскатывать не любят. Там ведь деньги платить надо. Другое дело электричка. На нее всегда без билета просочиться можно. Так что поселки, что вдоль железных дорог расположены, регулярно воровству подвергаются. А у нас — нет, тихо. Если кто и будет шалить, то только местные ребята. А они не сунутся, хозяина побоятся.

— Так чего бояться, если ему дома все равно не нужны и он их под снос предназначил?

— Одно дело, что он сам решит, а другое дело, когда его имущество какие-то посторонние портят! — отозвался мужичок. — Да к тому же жена, видно, сдает в аренду эти домики. Потому что приезжают туда люди. Иногда раз в месяц, иногда чаше, но приезжают.

— И вчера приезжали?

— Вчера вроде бы нет. — покачал головой мужичок. — Впрочем, я не знаю, на рыбачке целый день был. Туда не наведывался.

— А ночью?

— И ночью на рыбалке, — кивнул мужичок. — Только сегодня утром вернулся.

— Скажите, а вы ничего подозрительного над озером не слышали? — спросила у него Кира. — Ничего светящееся не летало?

Если ее вопрос и удивил завхоза, то виду он не подал.

— Что светящееся? — спросил он.

— НЛО, — понизив голос, ответила Кира, ожидая, что ее сейчас засмеют. — Неопознанный летательный объект с сильным свечением.

Но ничуть не бывало. Завхоз лишь почесал в затылке и кивнул:

— Ну, было дело. Светилось.

— Как? — не поверили своим ушам подруги. — Именно вчера? Над озером?

— Над лесом, — уточнил завхоз. — Круглое такое и светилось, глазам больно было смотреть. Только это всего несколько мгновений и было. А потом все пропало.

— Вы кому-нибудь об этом рассказывали? — задыхаясь от возбуждения, спросила у него Кира.

— Кому мне рассказывать? — пожал плечами завхоз. — Один я на рыбалке был. А как вернулся, так не решился, думал, померещилось мне. Я ведь, если честно сказать, принял вчера вечером немного на грудь. Вечерний клев закончился, а до утренних поклевок мне еще было время поспать. Вот я и расслабился чуток.

Путем наводящих вопросов подруги выяснили у не слишком разговорчивого завхоза, что свечение над лесом он видел как раз в том месте, где находилось скопление из нескольких старых домиков. То есть фактически слова завхоза подтверждали версию Таньки о том, что ее жениха похитили инопланетяне.

— Но это же полный бред! — воскликнула Кира, когда они возвращались к ее машине. — Ты так не считаешь?

Леся, которая всю дорогу читала очередную и очень интересную книгу про похождения инопланетян на их родной Земле, только головой покачала. В научном трактате инопланетяне выделывали с землянами и землянками такое, что просто дух захватывало. Начиная с изъятия крохотных треугольных кусочков кожи с тыльной стороны правой ладони у всей семьи за исключением столетнего дедушки. У дедушки вместо правой руки был протез, видимо, только это и спасло дедулю от посягательства пытливого инопланетного разума на его скромную персону. Протезом инопланетяне отчего-то побрезговали. Должно быть, с их высоконаучными технологиями кромсать пластмассу им показалось неинтересным.

— И представляешь, фотографии ладоней членов этой семьи прилагаются! — воскликнула Леся и попыталась ткнуть подруге в нос разворот с этими самыми фотографиями.

— Фу! Гадость! — сморщилась Кира и тут же полюбопытствовала:

— А что еще пишут?

— Уйму всякого! Представляешь, оказывается, инопланетяне посещали нашу Землю еще в незапамятные времена. Наскальная живопись об этом точно рассказывает. Да и черти с рогами — это, как уверен автор книги, инопланетяне с антеннами. И уже тогда они безобразничали на Земле, похищали людей, портили скот и посевы. Оттого и слава о них пошла такая дурная.

— Это нас не касается, — отозвалась Кира. — Можно ближе к теме?

— И главное! — воскликнула Леся. — Фотографии неопознанных летающих объектов. Смотри, вот этот как светится!

Кира посмотрела на черно-белую очень нечеткую фотографию, где среди горного массива и облаков в самом деле болтался какой-то круглый светящийся шар.

— Не верю, фотомонтаж, — пробормотала она, но тут же повернулась и кинулась назад к турбазе.

Леся, сжимая книжку в руках, устремилась за ней. В результате проведенного подругами опроса, еще четверо отдыхающих на турбазе признались, что видели вчера поздно вечером над лесом странный светящийся шар. Все они безошибочно ткнули пальцами в ту самую привлекшую внимание Киры фотографию в купленной подругами книге.

— Вот, — сказал молодой человек, которому вчера не сиделось дома, так как он был влюблен. — Точно такая штука мелькнула над лесом.

— А потом? Куда она делась потом? — допытывались у него подруги.

— Мелькнула и пропала, — сказал молодой человек. — Наверное, улетела. Они ведь, гады, быстро летают.

— Глазом и не увидишь! — пискнул предмет его обожания — щуплая девчонка лет шестнадцати, гулявшая вчера вместе со своим воздыхателем.

— Но эти не опасные, — сообщил подругам пожилой гражданин — инженер железнодорожных путей. — А вот те, кто на «сигарах» летает, те часто людей и шпалы воруют.

— И вообще это не летающий корабль, а только пилотируемый разведывательный катер, — сказал подругам четвертый очевидец.

В общем, опрос показал, что простые граждане нашей планеты совсем даже неплохо разбираются в инопланетной технике и повадках самих пришельцев.

— И это, заметь, при том, что никто из них не смог бы с чистой совестью поклясться, что он видел какого-нибудь инопланетянина, — сказала Кира. — Будь он живым или мертвым.

— Как думаешь, тут, на турбазе, может иметь место массовый психоз? — спросила у подруги Леся. — Кто-то что-то видел, сказал другому, тот домыслил, доложил третьему, и пошло-поехало?

— Не думаю, — покачала головой Кира. — За исключением парочки юных влюбленных, все остальные свидетели видели вспышку поодиночке. И никому до нас об этом даже не заикались, опасаясь быть высмеянными или того хуже — ославленными как вруны и выдумщики. Да и влюбленная парочка обсудила это между собой, а от остальных держала увиденное в строгом секрете. Даже их собственные родители, которые отдыхают тут же, ничего не знали о том, что видели их дети этим вечером.

На обратном пути подруги столкнулись с машиной, на которой возвращался в город Олег Семенович.

— Что? — высунувшись в окно, закричал он. — Снова вы? Уже отдохнули? Чего-то быстро вы обернулись!

— Ага, — беспечно отозвалась Кира. — И между прочим, на той турбазе, куда мы поехали, чтобы искупаться в озере, целых пять человек видели то же свечение над лесом, о котором говорила Танька.

И, подняв стекло, Кира вдавила педаль газа в пол прежде, чем ошеломленный Олег Семенович успел что-либо произнести в ответ.

— Ну как? — спросила Кира у Леси. — Здорово я его?

— Судя по тому, что они передумали возвращаться в город и развернулись в сторону турбазы, да! — с восторгом глядя в заднее стекло машины, ответила ей Леся.

— Вот так-то, — удовлетворенно пробормотала Кира. — Будут нас знать.

Всю дорогу обратно до города Леся опять читала книги о инопланетных пришельцах. В результате она стала опытным экспертом в вопросах того, где чаще всего появляются летательные аппараты из других миров. Как ни странно, но пришельцы были романтиками. Очень часто их видели висящими над каким-нибудь захватывающе прекрасным местом вроде Ниагарского водопада.

Потом они обожали болтаться над различными секретными военными базами, вводя военных всех стран в состояние панического возбуждения. И наконец, они могли летать над совершенно непривлекательными районами, например, Москвы, где ничегошеньки, кроме новостроек, не было. Что привлекало пришельцев в этих местах, понять было трудно. Но их там видели, и этот факт был неоспорим.

— А я вот все думаю, — перебила читающую подругу Кира. — Чего это Танька не побежала за помощью на эту турбазу. До нее не так уж и далеко. Во всяком случае, ближе, чем до шоссе.

— Она же сказала, что у нее топографический идиотизм или как там это называется, — нехотя оторвавшись от книги, ответила ей Леся. — Она бы все равно заблудилась.

И, сказав это, она снова вернулась к понравившейся ей книге. Проблема похищенных пришельцами, а потом ими же возвращенных на Землю людей, по словам авторов, также стояла остро. Число похищенных жертв исчислялось уже не сотнями, а тысячами. Кроме того, авторы книг вполне справедливо опасались, что похищенных людей могло быть гораздо больше. Ведь не все эксперименты пришельцев заканчивались благополучно.

Все это было просто чудовищно. И напуганная Леся отложила в сторону последнюю книгу, не в силах читать дальше.

— И что мы имеем? — снова обратилась к побелевшей подруге Кира. — Какой-то негодяй, пока мы не можем даже сказать, какого он был пола — мужского или женского, так вот этот негодяй удачно фальсифицирует инопланетный летательный аппарат, который якобы похищает Ивана Тимофеевича. Теперь вопрос: кто был этот человек? И какую цель он при этом преследовал?

— Может быть, Ивана Тимофеевича похитили из-за денег, которые он украл в фирме и снял со своих счетов? — предположила Леся. — Они должны были быть у него с собой.

— Но зачем тогда огород городить с этими инопланетными тарелками? — пожала плечами Кира. — Похитили бы, и дело с концом. И даже если этим мошенникам удалось внушить бедному нашему начальнику, что пришельцы существуют и очень заинтересованы именно в персоне Ивана Тимофеевича вместе с его личными деньгами и деньгами фирмы, в которой он трудился, то к чему это представление с ярко светящимся шаром, в котором исчез бедняга?

— Не знаю, — откровенно призналась Леся. — А ты что думаешь?

— Думаю, а не сам ли Иван Тимофеевич все это представление задумал и осуществил, чтобы смыться с денежками и оставить свидетельницу?

— И очень глупо, если он сам это все устроил! Никто же все равно не поверил, что его забрала тарелка! И его по-прежнему ищут. И еще более активно.

— Да, он должен был понимать, что Вещий Олег на такую грубую удочку не попадется, — нахмурилась Кира. — Да и выбор свидетельницы неудачен. Невеста — тоже мне свидетельница! Да любая невеста подтвердит что угодно, лишь бы выгородить жениха.

— Уж лучше бы Ванюша подбросил им свой труп, — сказала Леся. — И то скорей бы поверили, чем в похищение его вместе со всеми деньгами инопланетянами.

— Но что же тогда? — задумалась еще глубже Кира. — В чем смысл этого представления?

Так ничего толком и не придумав, подруги вернулись в город. Тут Кира развила бешеную деятельность по розыску убийцы Николая.

— Уверена, что убийство заместителя и побег его начальника связаны друг с другом, — сказала она. — А так как меня обвиняют именно в первом преступлении, да к тому же Ивана Тимофеевича ищет такой замечательный профессионал, как Вещий Олег, то мы с тобой займемся расследованием убийства.

Леся не возражала. Она только предложила для начала пообщаться с Ивановым — одним из членов клуба «лунатиков» и кандидата в мужья из списка Киры.

— Грех упустить такой случай познакомиться с ним поближе, — сказала она. — Тем более что теперь мы с этим типом хоть шапочно, но знакомы. И потом, он состоял в клубе «лунатиков». А с этим клубом далеко не все ясно. Давай совместим приятное с полезным?

Кира не возражала. Номера домашнего и сотового телефонов Иванова у подруг был. Поэтому они позвонили ему для начала на трубку и дозвонились с первого же раза.

— Встретиться? — сначала изумился Иванов. — Но зачем?

Однако узнав о свечении, которое видели пятеро свидетелей над тем местом, где обычно проходили их сборища, он тут же согласился. И даже пригласил их на ужин, пообещав нечто изысканное и потрясающе вкусное.

— Вы не возражаете, если к нам присоединится еще один мой друг? — спросил он. — Этот человек тоже участвовал в наших встречах. И ему может быть интересно то, о чем вы хотите рассказать.

— Как фамилия? — лаконично спросила Кира.

— Михайлов, — ответил Иванов.

Михайлов также находился в списке холостяков. Поэтому Кира милостиво разрешила ему присоединиться к их теплой компании.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Встретиться договорились в восемь часов вечера. Иванов был так любезен, что пригласил подруг к себе домой. Конечно, в другой раз они бы еще двадцать раз подумали, помотали бы нервы мужику, прежде чем решить, стоит ли сразу же соглашаться на подобное предложение и ехать к малознакомому коллеге.

Но сейчас ситуация сама собой диктовала подобное решение. Иного и не требовалось. Никакая встреча в самом дорогом кафе не заменит домашней обстановки, когда хочешь выяснить всю подноготную человека. Дома и стены соврать не дадут. Причем в прямом смысле этого слова.

Будьте уверены, если ваш поклонник не моргнув глазом сообщает вам, что он завидный жених, что у него куча денег, отличная работа и достойное образование, а дома пестрят жирными пятнами обои, выброшенные на прилавки еще во времена тотального советского дефицита, значит, точно врет. Ни один уважающий себя человек не станет жить в таком убогом жилище.

— Хоть посмотрим, что у него там дома, — повторила эту нехитрую мысль Кира в ответ на укоры Леси. — Иной раз посмотришь, где и с кем человек живет, как себя ведет дома, и сразу же можешь сказать, нужен ли он тебе. А в нашем случае нам еще необходимо вытрясти из него информацию о том, что там происходило, на этих сборищах «лунатиков».

Но пока подруги мотались за город и обратно, день уже почти прошел. А им еще надо было привести себя в порядок. И если уж не отправиться в салон красоты, то хотя бы замазать синяки под глазами, которые неизбежно появились у них после бессонной ночи и километров дороги.

— У меня есть для нас с тобой просто потрясающая маска с мгновенным разглаживающим эффектом для любого типа кожи, — похвасталась подруге Кира, извлекая два пакетика и передавая один из них Лесе.

Девушка взяла сомнительного вида пакетик и помяла его в руках.

— Где ты ее купила? — поинтересовалась она, отчаявшись прочитать фирму-изготовителя или хотя бы страну, где эта самая фирма находилась.

— Мне страшно повезло! — возбужденно ответила Кира.

Она уже вышла из душа и сейчас как раз занималась тем, что снимала ватным тампоном последние остатки косметики и пыли с лица, как предписывалось в приложенной к маске инструкции. К счастью, инструкция была на русском языке. Правда, отпечатана каким-то подозрительно слепым шрифтом на желтоватом листке бумаги.

— Представляешь, там была распродажа! — продолжала бурлить восторгом Кира. — Меня одна моя знакомая затащила. Она взяла на реализацию целую партию. А я у, нее прихватила пару пакетиков. Берегла их, как чувствовала, что еще наступит их момент. И вот маски нам пригодились.

И, критически посмотрев на лицо подруги, Кира сказала:

— Она разглаживает кожу, устраняет отеки, воспаление и следы усталости. Как раз то, что нам сейчас нужно.

И, сделав этот вывод, Кира ловко разодрала пакетик. После чего по ванной комнате и остальным помещениям немедленно распространился пронзительный сероводородный запах. Кот Фантик, который вначале с интересом наблюдал за попытками своих хозяек придать себе дополнительную красоту, расчихался и вприпрыжку умчался прочь.

— Кира, может быть, не надо так рисковать? — осторожно предложила Леся, но Кира уже налепила на лицо маску из пропитанной вонючей жидкостью ткани с прорезями для глаз, носа и рта.

— Давай! — велела она подруге. — Иди мойся. А я пойду полежу. В инструкции сказано, что через десять-пятнадцать минут меня не узнать.

Леся вздохнула и отправилась в душ. Так как время у них поджимало, она только ополоснулась и вымыла голову. И даже от этой простенькой процедуры почувствовав немалое облегчение, она вышла из душа и принялась открывать пакетик с омолаживающей маской. И в этот момент из комнаты раздался сдавленный голос подруги:

— Ты свою уже налепила?

— Нет, — откликнулась Леся, сразу смекнув, что интересует Киру.

— И не надо, — таким же странным голосом посоветовала ей подруга.

— А в чем дело? — снова крикнула Леся.

— Иди сюда, сама увидишь, — угрюмо заявила Кира.

Пожав плечами, Леся отложила в сторону свою маску и пошла в комнату. Там на широченной тахте сидела Кира с маской на лице.

— А почему ты ее не снимаешь? — удивилась Леся. — По-моему, уже пора.

— Она не снимается, — кисло и как-то задумчиво произнесла Кира.

— Как? — поразилась Леся. — Что ты выдумываешь?

— Ничего я не выдумываю! — воскликнула Кира. — Не веришь — сама попробуй!

Леся подошла к подруге и попыталась подцепить край маски. Бесполезно! Проклятая ткань словно намертво прилипла к Кириному лицу. Ее невозможно было поддеть даже острым ногтем или подковырять пилочкой для ногтей.

— Слушай, а тебе не больно? — спросила Леся, поняв всю тщетность своих попыток и отступая на один шаг.

— Нет, — покачала головой Кира. — Хотя какие-то странные ощущения я испытываю. Жжет и немного пощипывает.

— Так, может быть, так и нужно? — предположила Леся. — Может быть, она потом впитается в кожу без остатка?

— Дай мне инструкцию! — велела ей Кира.

Прочитав еще раз листок и даже перевернув его на другую сторону и убедившись, что там нет ни строчки о том, что маска должна стать второй кожей, Кира покачала головой:

— Нет, ее надо отлепить. Не могу же я так ходить вечно!

Леся честно попыталась выполнить просьбу подруги и отлепить злополучную маску. Но едва маска стала отходить, Кира начала шипеть и ругаться:

— Тянет! Больно! Она прилипла!

Наконец Леся отступила и критически воззрилась на подругу.

— А что, — наконец произнесла она. — Может быть, так и оставить? Знаешь, издалека даже и не понять, что на тебе маска. Она так плотно прилегает к коже, что стыков не видно. Давай, накрасим тебя поверх нее и все.

— Ты что несешь? — заорала на нее взбешенная Кира. — У меня драма, а ты издеваешься! Какие еще стыки? Я тебе подвесной потолок, что ли? Стыки она замазывать собралась!

И девушка начала метаться по комнате, пытаясь силой оторвать назойливую нахалку.

— Постой! — кинулась следом за ней Леся. — Ты себя поранишь! Надо под водой!

— Что? — остановилась Кира.

— Надо попытаться смыть ее водой, — повторила Леся.

Идея Кире понравилась. Она пошла в ванну и принялась плескаться в теплой воде. Дело и правду пошло на лад. Постепенно составляющие маски стали растворяться в теплой воде. И скоро Кира сумела отодрать кусочек маски. Она тянула за него, а Леся лила душем. И маска постепенно отлеплялась от Кириного лица.

Насколько хорош был эффект Леся не видела. Так как лицо полностью занавесили густые Кирины волосы. Однако, судя по шипению, которое издавала Кира, что-то было определенно не так. Наконец вся маска была отлеплена. Кира схватила с вешалки тяжелое махровое полотенце и зарылась в него.

— Ну что? — глухим голосом произнесла она. — Посмотрим, что получилось?

— Посмотрим, — не дрогнув, согласилась Леся.

Кира подняла лицо и Леся ахнула. На нее смотрела совершенно пурпурно-красная Кира с четырьмя ровными белыми кружками вокруг глаз, носа и губ.

— Как? — спросила у нее Кира. — Эффект есть?

— Потрясающий, — только и сумела кивнуть Леся.

Фантик уже давно крутился тут же. При виде хозяйки, приобретшей такую странную окраску, он попятился прочь. Проследив за котом, Кира глянула наконец на себя в зеркало и закричала:

— Мамочки! Кто это?

Следующие четверть часа ушли на то, чтобы немного успокоить бедную, вконец расшатавшуюся нервную систему Киры. Наконец Кира отрицательно помотала головой и сказала, что больше не может глотать пустырник и, так и быть, она согласна взглянуть на себя еще разок. На этот раз Кира была морально подготовлена к ожидающему ее зрелищу. И сумела сдержать вопль ужаса. Она даже потрогала кожу и сказала:

— В одном они не соврали, все разгладилось. И от усталости не осталось и следа. А если и нет, то все равно уже ничего не разглядеть.

И, отложив зеркало в сторону, Кира сурово взглянула на подругу.

— Не знаю, что со мной будет дальше, но одно могу сказать тебе совершенно точно: охмурять господ Иванова и Михайлова тебе сегодня придется одной. Справишься?

— Ты хочешь, чтобы я поехала к ним одна? — встревожилась Леся. — Но о чем я буду с ними говорить? И вообще, Кира, их же будет двое!

— Тебя послушать, так ты овечка невинная! — хмыкнула Кира. — Я же не мадам из публичного дома и не к клиентам тебя отправляю. А к двум вполне приличным мужчинам — твоим коллегам по работе.

— Пусть я и не овечка, но они вдвоем живо меня заклюют, — ответила Леся. — Наплетут с три короба, а мне даже посоветоваться будет не с кем, верить им или нет.

— Кхм, — закашлялась Кира. — Пожалуй, ты права. Но что же делать? В таком виде я же не могу высунуться на улицу? Люди испугаются!

— Во-первых, тебе надо дойти только до машины, — напомнила ей Леся. — А во-вторых, у тебя где-то была шаль.

И она метнулась в комнату, где стоял платяной шкаф. Шалей шелковых и шерстяных, легких шарфиков и головных платков в нем и в самом деле нашлось видимо-невидимо.

— Вот эта! — решила наконец Кира, выбрав светло-кремовую шаль с тускло-серебристыми полосками.

К этой шали полагались свободные такой же расцветки шелковые штаны, которые в такую теплую погоду идеально подходили. Белые пятна на носу, возле глаз и губ Кира замазала тональным кремом и заретушировала толстым слоем румян.

— Теперь по крайней мере я выгляжу однородно, — порадовалась сама за себя Кира. — И лица под шалью почти не видно.

Она и в самом деле укутала голову и лицо шалью почти до самых глаз. И когда шла, опустив голову, то понять, кто там идет, вообще было невозможно. Например, соседка Киры с нижнего этажа — баба Таня, столкнувшись с девушками на лестнице, потому что лифт по какой-то причине снова сломался, недоуменно уставилась на Лесю и шагающую с ней рядом замотанную в шаль фигуру.

— Здравствуй, Лесенька, — поздоровалась соседка с девушкой, которую часто видела, когда Леся приходила в гости к Кире.

После этого приветствия баба Таня снова попыталась проникнуть взглядом под просторную шаль, в которую по всем правилам добропорядочной мусульманки куталась Кира.

Но у бабы Тани ничего не получилось. Девушки торопливо прошли мимо нее. А соседка осталась стоять на лестнице, глядя им вслед. Мысли при этом в ее голове однозначно крутились самые тревожные.

И стояла она на лестнице, что-то соображая, долго. А когда наконец сообразила, то поспешила не к себе домой, а к своей подруге — такой же моложавой и полной сил пенсионерке Ирине Филипповне.

— Что я тебе скажу сейчас! — войдя в квартиру приятельницы, пообещала баба Таня. — Мусульмане в нашем доме поселились!

— Это ты про Арама с четвертого этажа? — осведомилась у нее Ирина Филипповна. — Так он только на вид мусульманин, а на самом деле православный.

— Да нет! — помотала головой баба Таня. — Тут дело хуже. Бабу я сейчас видела. Вся в платках замотанная. До самого носа. К Кире приехала! И Леся с ней была!

— Ну и что?

— А то, что иностранка она!

— Кто?

— А эта, которая в платке! — И, не дожидаясь следующего вопроса, баба Таня быстро произнесла:

— Наши-то мусульмане, которые из Азербайджана или там из Узбекистана приезжают, этак вот лица свои не прячут. Нет, эта точно откуда-то с Ближнего Востока к нам пожаловала, где все строго по шариату живут. А там такое творится! Ты телевизор-то смотришь?

— Смотрю. Безобразие форменное и непорядки сплошные, — согласилась Ирина Филипповна. — Ну а мы тут при чем?

— Так ведь не одна же она, эта женщина, сюда приехала! — воскликнула баба Таня. — А хоть бы и одна. Зачем пожаловала? Сейчас вот всюду про бдительность говорят. Вот я и думаю, а не сообщить ли нам об этой новой жиличке куда следует?

— Да за что же? — возмутилась более рассудительная Ирина Филипповна. — Она же ничего плохого не делает.

— Это пока не делает, — мрачно заметила ее подруга. — Говорю же, осматривается. А потом к ней братья-товарищи по партии пожалуют. И все!

— Мне твоя позиция в отношении этой женщины просто непонятна, — недовольно отозвалась Ирина Филипповна. — Ты сначала выясни точно, в чем ее вина и есть ли она вообще. А потом уж в милицию с доносами бегай. Там тоже люди работают. Чего их без толку от дела отрывать?

К этому времени две пенсионерки уже переместились на кухню, где Ирина Филипповна выставила на стол банку домашнего вишневого варенья. Из чего баба Таня сделала верный вывод, что ее рассказ подругу все же заинтересовал. Просто так она бы варенье не достала, ограничилась бы своим желе из антоновки.

Поэтому баба Таня неторопливо прихлебывала горячий крепко заваренный чай, заедая его вкуснейшим вареньем, и ждала, когда подруга наконец дозреет. Это произошло к тому моменту, когда соседка допивала третью чашку, а банка с вареньем опустела почти наполовину.

И тут то ли Ирине Филипповне стало жалко своего фирменного варенья, которое таяло прямо на глазах, то ли все шестеренки и винтики в ее голове наконец пришли в правильное положение, только хозяйка квартиры откинулась на спинку стула и заявила, глядя на свою подругу:

— Сами проследим за этой особой в платках. А потом, если заметим за ней что подозрительное, уже и милицию подключим.

* * *

К этому времени Кира с Лесей, даже не подозревая о том, какие волнения посеяли позади себя, уже уселись в машину и сейчас спешно двигались в сторону дома Иванова. Из-за проклятой косметической маски сомнительного производителя подруги однозначно опаздывали на свидание. И чтобы хоть немного нагнать время, Кира позволила себе то, чего не позволяла никогда прежде. Увидев пустой перекресток и полное отсутствие пешеходов и других машин вокруг себя, она пролетела на красный сигнал светофора. И тут же ей в спину понеслась заливистая трель милицейского свистка.

— Вот черт! — не сдержалась Кира. — И где он там умудрился спрятаться? Ровное ведь место!

— Не с нашим везением правила нарушать! — тоже разозлилась Леся.

Однако сделанного не воротишь. Пришлось Кире извлекать свои права и документы на машину из бардачка. И предъявлять их появившемуся возле машины старшине постовой службы. На первый взгляд это был мужчина хоть куда, в самом расцвете сил. Мундир на его широком пузе того и гляди обещал лопнуть при малейшем неосторожном движении.

Взяв Кирины документы, он принялся придирчиво их изучать, с каким-то обидным недоверием качая головой.

— Что же вы так, — укоризненно произнес наконец он и, пронзив Киру взглядом, добавил уже более сердито:

— Нарушаете.

— Я не заметила, — плаксивым голосом сообщила ему Кира. — Честное слово, первый раз.

— Все так говорят, — наставительно произнес старшина. — А потом аварии на дорогах.

— Я больше никогда не буду нарушать! — поклялась Кира. — И в аварии тоже попадать не буду.

Старшина попытался прочитать по ее лицу, правду ли она говорит. Но так как лица под платком он до сих пор не увидел, то вежливо попросил:

— Девушка, вы можете снять платок с головы?

— Зачем? — спросила Кира.

— Мне нужно взглянуть на вас без платка, — терпеливо пояснил ей старшина.

— Вам не понравится, — честно предупредила его Кира.

— Слушайте, снимайте эту мотню, гражданка! — начал злиться старшина. — Вы и святого из себя выведете!

Злить его Кире ни в коем случае не хотелось, поэтому она поспешно скинула с головы шаль и подняла лицо к старшине. Увидев какую-то красную лепешку вместо ожидаемого симпатичного личика с зелеными глазами, тонким носом и украшенными веснушками щеками, старшина испуганно отшатнулся от машины.

— Что это с вами? — выдавил он наконец.

Кира открыла рот, чтобы сказать чистую правду, дескать, пострадала ради пущей красоты, но тут в разговор неожиданно вмешалась Леся.

— Воспаление у нее! — сказала она. — Кожное.

Врач сказал, что страшно заразная штука. Откуда-то из тропиков к нам попала, и вот Кира уже заразилась.

— Так она у вас заразная? — прошептал старшина, бледнея на глазах. — А что же она, если заразная, по городу раскатывает?

— Так мы в больницу едем, — охотно пояснила Леся.

— Своим ходом? — поразился старшина.

— Так в машину «Скорой помощи» нас поместить отказались, — соврала Леся и вдохновенно добавила:

— Сказали, потом никакая санобработка очистить машину от тропической инфекции не сможет.

— Вот ваши документы! — быстро произнес старшина, сунув обратно права и документы на машину. — Езжайте с богом!

И, даже не отдав им честь, он помчался к своей машине, где, как увидели подруги, извлек из багажника водочную бутылку и принялся из нее щедро поливать свои руки, которыми касался документов. Чертыхаясь, он от волнения совершенно не смотрел по сторонам, проливая большую часть дезинфицирующего средства на мостовую и явно не интересуясь ничем вокруг, кроме своего драгоценного здоровья.

— Напугала хорошего человека до полусмерти, — укорила подругу Кира.

— Зато тебя от неприятностей спасла, — возразила, улыбаясь, Леся.

И подруги, в глубине души страшно радуясь, что так ловко провели старшину, спокойно продолжили свой путь. К Иванову они все же опоздали. Хотя жил он в центре города, возле метро «Технологический институт», в отдельной двухкомнатной квартире, когда-то переделанной из трех комнат бывшей коммуналки.

Из одной комнаты, которую по проекту разделили, сделали кухню и санузел, а две другие остались жилыми — с высокими лепными потолками, на взгляд подруг, единственное, что могло примирить с жизнью в пыльном и душком центре.

Входную дверь прорубили прямо в стене, снабдив ее номером с литерой "А". Таким образом рядом находилась квартира 9 и квартира 9А. Открыв подругам дверь, Иванов пропустил их в квартиру. Но, увидев лицо Киры, когда она, снимая в прихожей уличную обувь, неосторожно уронила шаль, громко ахнул:

— Господи! Вот так ожог! А как глаза? Глаза-то целы? Не пострадали?

— Нет, — изумленно ответила ему Кира. — Глаза, нос и рот не пострадали. Их даже замазать пришлось, чтобы на общем фоне не выделялись!

— Это хорошо! — закивал головой Иванов. — Но такой ожог, вам все равно надо показаться врачу. Вы явно попали под очень сильное излучение! Теперь я верю, вы видели тот НЛО, который похитил Ивана Тимофеевича! Никаких сомнений! Такой ожог можно получить, только наблюдая взлет или посадку инопланетного летательного аппарата.

Подруги переглянулись. Он что, ненормальный? Или в самом деле верит в эту чепуху?

— Проходите! — пригласил тем временем девушек хозяин дома.

Иванова, как уже успели узнать подруги, звали Владимиром. Для близких знакомых Влад или Владька. А вот Михайлов Александр, или для близких Сашук, немного задерживался. Он пришел следом за подругами минут через пять. И тоже сразу же начал ахать над полученными Кирой ожогами во время наблюдения ею, как они считали, приземления инопланетного летательного аппарата.

— Скажите, а вы что, в самом деле верите в НЛО? — спросила у друзей Леся.

Те вытаращились на нее так, словно она ляпнула бог весь какую глупость.

— Конечно! — дружным хором ответили они. — Но вы же и сами видели!

Подруги не стали информировать друзей о том, что они не видели подобное необъяснимое явление, а лишь слышали о нем из рассказов других очевидцев. Иначе пришлось бы объяснять, что краснота на лице Киры имеет вполне земное происхождение.

— О твоей чертовой косметической маске молчим, а то, боюсь, они после этого потеряют к нам интерес, — шепнула на ухо подруге Леся. — Сейчас мы для них вроде соратниц и очевидцев удивительного события, а если расскажем про маску, будем выглядеть обычными идиотками.

Кира молча кивнула. Совершенно неожиданно для себя она вдруг обнаружила, что даже с красной и распухшей до неузнаваемости физиономией она может производить сильное впечатление на мужчин. Она тут же приписала эту особенность своей уникальной энергетике, против которой не может устоять ни один нормальный представитель противоположного пола.

Да уж что и говорить, сегодня девушка буквально купалась в мужском внимании. Куда там Лесе с ее безупречной мордашкой. Кира могла дать ей сто очков вперед. Теперь даже далекое будущее рисовалось Кире в самых радужных красках. Если уж такой кошмар на лице их не пугает, может быть, не стоит волноваться и из-за морщин, которые могут появиться у нее в будущем?

— Расскажите! — потребовали у Киры и Леси их новые знакомые. — Расскажите, что вы видели?

— Э-э-э! — протянула Кира.

Несмотря на твердую уверенность в своем умении очаровывать мужчин в любом виде, она все же каким-то внутренним чутьем улавливала опасность. Если проболтается, что ничегошеньки они не видели, то их с Лесей рейтинг может сильно упасть. Поэтому она бодро соврала:

— Знаете, это было потрясающе! Такое огромное светящееся облако. Оно появилось буквально ниоткуда. И провалилось в никуда.

— Протонная вспышка! — в безумном восторге закричал Иванов, запрыгав по комнате, словно горный козел по скалам. — Я же тебе говорил! Говорил!

Эти слова относились к Михайлову. Но тот отреагировал иначе. Он просто во все глаза глядел на Киру и даже, как им показалось, дышать от восторга перестал.

— А Вещий Олег — кретин! — продолжал тем временем бурно ликовать Иванов. — Не поверил, что Ивана Тимофеевича в самом деле забрали они! Еще и Таньку в дурку упек! А ведь она была очевидицей контакта!

— За все великие открытия людям приходилось платить свободой, а зачастую и жизнью, — находясь в экзальтированном ступоре, все же прошептал Михайлов.

Подруги переглянулись. Либо эта парочка в самом деле законченные «лунатики», искренне верящие в существование НЛО, либо они разыгрывают фарс, пытаясь их дурачить. Но в любом случае других свидетелей тех моментов жизни Ивана Тимофеевича, которые были связаны с летающими тарелками, у подруг не было. Извольте довольствоваться тем, что есть.

— Скажите, — обратилась Кира к друзьям, когда их восторги несколько поутихли. — А почему Иван Тимофеевич оказался в этом вашем местечке для встреч членов клуба любителей НЛО в незапланированное время? Ведь в тот день, кроме него и Тани, никто больше в домики не приезжал?

— Да, — согласился Михайлов. — Никто больше не ездил.

— Сами не понимаем, как это получилось, — пожал плечами Иванов. — Мы уже со всеми нашими переговорили. Никто толком сказать ничего не может. Обычно мы собираемся раз в месяц. И всегда предварительно договариваемся.

— Говорят, вроде бы у Ивана Тимофеевича было что-то вроде видения, — произнес Михайлов. — Контакт, одним словом, был.

— С кем контакт? — вяло произнесла Кира.

— Ну, с ними, — пояснил Михайлов. — С инопланетянами. И вроде бы они обещали его взять к себе.

— Вместе с Танькой, — добавил Иванов.

— И вы в это серьезно верите? — поразилась Кира.

— Но ведь взяли же! — с торжеством произнес Иванов.

— Однако вместе с Иваном Тимофеевичем пропали и деньги, — хмуро произнесла Кира. — И вряд ли эти деньги интересовали инопланетян.

— Как знать, — пожал плечами Михайлов.

— Вы это серьезно говорите? — вытаращила на него глаза Кира.

— В журнальных и газетных статьях уже неоднократно упоминалось, что инопланетяне похищали людей вместе с предметами домашнего обихода, скажем, с портфелями и деловыми бумагами, одеждой, наличными деньгами и кредитными картами, — сказал Михайлов.

— А потом этих людей находили нагими где-нибудь за сотни километров от места похищения! — добавил Иванов.

— Но эти люди специально не обнуляли свои банковские счета! — воскликнула Леся. — А Иван Тимофеевич снял все свои сбережения! Зачем? Не могли же его деньги всерьез заинтересовать инопланетян?

В ответ на подруг низвергся такой бурный поток информации об НЛО и инопланетянах, что подруги вынуждены были замолчать и только время от времени отпускали краткие реплики вроде: «О! Да что вы! Надо же! А мы и не знали!»

По прошествии получаса Иванов и Михайлов несколько подвыдохлись. Но у подруг к этому времени в головах царила уже такая каша из видов инопланетной техники, различных рас инопланетян, тех бесчинств, которые они устраивали время от времени на земле, что задавать вопросы они уже не могли.

А только мечтали, как бы поскорее вырваться от этих психов.

Это удалось подругам только спустя четверть часа.

— Завтра на похоронах Николая еще поговорим! — азартно тряс Кирину руку Иванов, а потом вдруг хлопнул себя ладонью по лбу:

— Какой же я осел!

Подруги насторожились, решив, что сейчас они наконец-то услышат нечто полезное для их расследования. Но Иванов воскликнул:

— Как же я раньше не догадался! Осел! Честное слово, осел! Кира, вас же надо сфотографировать!

— Меня? — в ошеломлении прошептала Кира, вроде бы даже бледнея и отступая к стене.

— Конечно! Для печати! — воскликнул Михайлов.

Вот этого Кира уже точно перенести не смогла. Чтобы ее фотография с обожженной, распухшей физиономией появилась на страницах журналов в качестве жертвы НЛО? Да еще с подписью? Ни за что! Сто лет ей такая слава не нужна. И, не дожидаясь, пока Иванов смотается за своей «цифрой», Кира стремительно метнулась к выходу, не обращая внимания на протестующие вопли Михайлова, который пытался ее удержать.

— Этих двоих точно вычеркиваем из нашего списка кандидатов в законные мужья! — решительно заявила Кира, выкатившись наконец из подъезда дома Иванова.

— Совершенно конченые психи! — согласилась с ней Леся. — Никаких денег с такими мужьями не захочешь, когда они снова блажить начнут!

И подруги рысью потрусили к Кириной машине.

Но не успела Кира вставить ключ в замок зажигания, как раздался звонок ее мобильного телефона. Звонил Сафаил — ее теперешний сердечный друг. Сафаил на целые две недели уезжал по делам в Вильнюс, потом срок еще несколько раз оттягивался. Но как раз сегодня он должен был вернуться, о чем Кира, разумеется, благополучно забыла со всеми этими неприятностями.

— Кира! — услышала она радостный голос Сафаила. — Я уже приехал! Я стою возле твоего офиса и жду тебя!

Кира вздрогнула. По телефону она не стала сообщать Сафаилу, что они с Лесей теперь работают совсем в другом месте. Насколько она знала своего любовника, он бы начал все дотошно выспрашивать. Разговор мог растянуться не на один час и совершенно разорить Сафаила, не умеющего экономить, когда дело касалось любимой женщины.

— Кстати, Артур тоже со мной, — сообщил ей Сафаил. — Пусть Леся выходит вместе с тобой.

— Понимаешь, — промямлила Кира. — Мы с Лесей сейчас не в офисе.

В самом деле в разгар сезона подругам приходилось засиживаться иной раз и до десяти-одиннадцати часов вечера. Но это было на прежней работе, в турфирме «Орион».

— А где же вы сейчас? — немедленно насторожился Сафаил.

— Это долгий разговор, — сказала Кира. — Я тебе при встрече все объясню.

В этот момент Кира наконец заметила знаки, которые подавала ей подруга. Леся страшно надувала щеки, терла их руками, а потом показывала рукой на зеркало и отрицательно трясла головой. Кира тоже мельком глянула в зеркало и громко ойкнула.

Общаясь с Ивановым и Михайловым, она как-то уже успела забыть о своем внешнем виде. Но они-то были увлечены НЛО и Киру рассматривали только как приложение к своему главному хобби. А вот как отнесется Сафаил к изменениям во внешности своей подруги? Скорей всего, как справедливо подозревала Кира, останется весьма недоволен.

— Что с тобой? — волновался Сафаил, слыша лишь невнятные стоны и проклятия, которые испускала Кира. — Ты не хочешь меня видеть? У тебя появился кто-то другой?

— Нет, нет! — закричала Кира. — Наоборот. Просто понимаешь ли, в общем, у нас на работе случилось убийство.

— Убийство! — моментально насторожился Сафаил. — Надеюсь, на этот раз ты не имеешь к нему никакого отношения?

— Как тебе сказать, — замялась Кира, но в конце концов сочла за благо признаться:

— Вообще-то это именно я обнаружила тело.

— И кто он? — мрачно спросил у нее Сафаил.

— Мой непосредственный начальник, — жалобным голоском ответила Кира, чувствуя, что надвигается еще одна гроза.

Так оно и оказалось.

— Борисова убили? — поразился Сафаил, все еще наивно полагающий, что подруги трудятся в «Орионе». — Нет, не может быть! Иначе кого же я видел буквально минуту назад под руку с роскошной брюнеткой?

— У Борисова есть брюнетка? — страшно разозлилась Кира. — И ты их видел?

Сафаил выразительно молчал.

— Хотя это и неважно, — опомнилась Кира. — Пусть ходит, с кем хочет. Тем более что это и не его вовсе убили.

— А кого?

— Мы с Лесей теперь работаем в другом месте, — сказала наконец Кира. — Там и произошло убийство.

— Ничего не понимаю, — пробормотал Сафаил. — Какое еще другое место? Кого убили? Почему я ни о чем не знаю?

— Я хотела тебе все рассказать, когда ты вернешься!

— Вот я вернулся! И чувствую, что нам надо поговорить. Где мы увидимся? Я приеду к тебе домой!

— Нет! — завопила Кира. — Ни в коем случае! Я не могу тебя сегодня принять!

— Почему? — воскликнул Сафаил, заподозрив недоброе.

— Потому что… Потому что у меня завтра похороны моего убитого начальника, — нашлась Кира. — И мне надо морально подготовиться к ним.

Но Сафаил, как и следовало ожидать, на ее отказ жестоко обиделся.

— Хорошо, — ледяным тоном произнес он. — Если ты не хочешь меня видеть, то тогда… Давай… Пока.

— Постой! — закричала Кира, но было уже поздно. Оскорбленный в своих лучших чувствах, Сафаил уже повесил трубку. Кира пыталась перезвонить ему, но Сафаил предусмотрительно отключил мобильник, чтобы избежать соблазна ответить Кире.

Артур, которому перезвонила Леся, тут же соврал, что знать не знает, где сейчас его друг. И вообще, они только договаривались, что встретят подруг, а сам он сейчас сидит в ресторане с друзьями и страшно занят, так как они как раз обсуждают тему женской ветрености. После этого Артур также повесил трубку, даже не пожелав выслушать Лесиных оправданий.

— Вот! — воскликнула вконец расстроенная Леся. — Все из-за тебя и твоей дурацкой маски, Кира! Теперь Артур меня бросил. И ты в этом виновата!

— При чем тут я? — возмутилась Кира. — Ты же не отказывалась встретиться с Артуром? Верно?

— Он обиделся за друга! — рыдала Леся. — Ты себе не представляешь, какой он гордый!

— Самолюбивый осел! — заявила Кира.

— Да, — прорыдала Леся. — А хоть бы и так. Я по нему все равно соскучилась. Сколько времени мы не виделись! А теперь он приехал и из-за тебя отключил трубку. О-о-о!

— Знаешь, на меня Сафаил тоже обиделся! — воскликнула Кира. — А еще меня обвиняют в убийстве Николая. И рожа у меня напоминает распухшую попу бабуина. Однако же я не реву по таким пустякам!

— Прости! — устыдилась Леся. — В самом деле, ты права. А с твоим лицом надо что-то срочно делать. Иначе вся твоя личная жизнь полетит ко всем чертям.

— Сама знаю, — мрачно буркнула Кира. — Поехали в аптеку.

Но в аптеке их появление не произвело фурора, на который рассчитывали девушки. Стоило Кире сбросить с головы шаль и продемонстрировать свое лицо, как одна из провизорш равнодушно осведомилась:

— Химический пилинг делали? И что от нас-то хотите?

— Продайте мазь какую-нибудь, — взмолилась Кира. — Чтобы зажило.

— Вам что, в клинике ничего не дали? — изумилась провизорша. — Вот люди дают! Только деньги с пациентов драть готовы. Вы, милая, какой пилинг делали? Если «выходного дня», так через два-три дня и сами побледнеете.

— Я не знаю, — простонала Кира. — Не знаю, что это было.

А Леся подсунула аптекарше нераспечатанный пакетик с маской для лица, которую ей дала Кира и которую Леся предусмотрительно прихватила с собой.

— Что это? — изумилась женщина.

Подруги хором принялись объяснять женщине, что это такое.

— И видите, каков результат! — закончили они свой рассказ.

— Да, — покачала головой женщина. — Не знаю, что вам и сказать. Впрочем, хотите, возьмите у нас одну масочку…

— Нет! — завопила Кира, которая уже была сыта всевозможными масочками по самое «не хочу». — Не надо! Дайте мне просто мазь!

— Как хотите! — оскорбилась провизорша. — Сами сначала покупают всякую сомнительную дрянь, а потом лечи их. С вас девять сорок пять!

— Это что вы нам за мазь такую продали? — оторопела Кира. — Меньше десяти рублей стоит?

— Цинковая, — объяснила ей провизорша.

— Дайте чего-нибудь подороже, — попросила Кира, с сомнением косясь на простенькую круглую баночку.

Аптекарша шмякнула на прилавок еще одну баночку. Выглядела она очень нарядно. Называлась «Ах, спасите!» и предназначалась для устранения последствий термических и химических ожогов, уменьшения воспаления при укусах насекомых и зуда при аллергических реакциях.

Подъехав к дому, Кира снова весьма основательно замоталась в шаль и бодрой рысцой потрусила к входу в подъезд. Дома она первым делом основательно намазала себя купленной мазью и прислушалась к ощущениям. Вроде бы они были приятными. Во всяком случае, ничего не кусало и не щипало, а напротив, лицу стало хорошо и уютно.

— Вроде бы помогает, — сказала Кира, чья физиономия теперь лоснилась, как на солнце.

— А спать ты как будешь? — спросила у нее Леся. — Если ляжешь на подушку, вся мазь размажется по наволочке.

— Выходит, спать я буду, сидя в кресле, — вздохнув, произнесла Кира.

На этом подруги и простились. Леся отправилась к себе домой, чтобы хоть немного передохнуть перед завтрашними испытаниями. А Кира, подставив под ноги мягкий пуфик, забралась в кресло. Подтащив к себе поближе столик, на который устроила по-прежнему молчащий сотовый телефон и баночку с лекарственной мазью, она откинулась на спинку кресла.

И тут на нее неожиданно нахлынула тоска. В самом деле, за что ей так не везет? Почему все эти истории случаются именно с ней и Лесей? И вот теперь тоже — угораздило же Сафаила вернуться именно сегодня! Он что, не мог задержаться в своем Вильнюсе еще на пару дней? Ведь до того, как Кира стала напоминать вареного омара, Сафаил переносил день своего возвращения не меньше трех раз.

— Не иначе как специально дожидался, чтобы со мной все это случилось, — пробормотала Кира, поглаживая шелковистую спинку Фантика, забравшегося к ней на колени и свернувшегося уютным мурлычущим клубочком. — Только ты, Фантик, у меня и остался.

Кот по-своему понял слова хозяйки. С колен он переместился ей на плечи, а оттуда перебрался на спинку кресла и улегся там, устроившись словно теплый живой воротник на шее у Киры.

— Знаю, знаю, — пробормотала Кира, обращаясь к коту и уже погружаясь в сон. — Ты-то меня любишь. Ты у меня хороший, не то что другие мужчины.

Фантик ответил ей утвердительным урчанием. В том, что он лучше всех Кириных мужчин, вместе взятых, он лично никогда не сомневался. Ведь они приходили и уходили, а он оставался.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Едва открыв глаза на следующий день, Кира первым делом бросилась к зеркалу. Ночью, измучившись в кресле, она все же перебралась в кровать, подстелив себе под голову толстое махровое полотенце и еще раз густо, намазавшись мазью. И сейчас Кира с облегчением убедилась, что мазь вроде бы свое дело сделала.

Жуткая вчерашняя краснота ушла. Остались лишь бледные пятна и какой-то странный блеск, словно Киру основательно зашкурили, а потом долго-долго полировали. Но честное слово, это были пустяки. И их легко можно было замаскировать тональным кремом и пудрой с румянами.

А вот волосы Киры теперь больше напоминали собой сосульки. Жирная мазь впиталась в них. И чтобы отмыть свои густые волосы, Кире потребовалось извести тройную дозу шампуня для жирных волос. Но результат стоил затраченных усилий и средств.

— Ого! — воскликнула Леся, когда утром позвонила в дверь и увидела свою преобразившуюся подругу. — Классно выглядишь! Особенно по сравнению со вчерашним.

— И не говори! — отозвалась Кира. — Вот тут еще краснота осталась. Но это мелочи. Пудру на морду и шарфик на голову. И ничего не будет заметно.

— Тем более что сегодня мы идем на похороны, — напомнила ей Леся. — Так что выбери из своего гардероба чего-нибудь потемней.

Сама Леся оделась в подобающий случаю траур. На ней был брючный темный костюм и темный, с красивым восточным узором платок на голове, который она привезла из Турции. Кира оценила наряд подруги и пришла к выводу, что он как нельзя более уместен.

— Завтракать будешь? — спросила она.

— Только кофе, — отозвалась Леся, которая вынуждена была ограничивать себя во многих излишествах.

А темный костюм, хотя она не хотела признаваться в этом Кире, потребовал от нее значительных усилий, когда она застегивала «молнию» на брюках. Так что теперь Леся опасалась, как бы он не треснул по швам.

— Кофе без сахара, — добавила она, осторожно присаживаясь на табуретку.

— Но хоть молоком можно разбавить? — спросила Кира.

В ответ Леся вздохнула так скорбно, что Кира поняла все без слов. И настаивать не стала. После завтрака, который состоял для Леси из чашечки черного кофе, а для Киры, которая решила вознаградить себя за вчерашние страдания, из целой бульонной плошки, в которой, помимо кофе, были щедро добавлены сливки и сахар, а также двух огромных пшеничных булочек с маслом и плавленым сыром.

— Неизвестно, когда там поминки будут, — бурчала Кира. — И будут ли вообще. Так что надо основательно подзаправиться.

В связи с похоронами Николая рабочий график подруг снова был сбит. Кира, как ближайшая подчиненная убитого, просто не могла не явиться на кладбище. А Леся даже спрашивать не стала, можно ей туда пойти или нет. Как-то так само собой оказалось, что начальства у подруг вдруг не стало. Единственным, кто интересовался их судьбой и давал указания, был Олег Семенович. Но ему сейчас было не до подруг.

Насколько могли слышать подруги из перешептываний своих коллег, убийца Николая так и не был найден. На тот промежуток времени, когда беднягу могли застрелить, у слишком многих сотрудников, находящихся в офисе, не было алиби.

А Таньку до сих пор держали в психушке. Врачи настаивали на стрессе и общем нервном переутомлении, который и вызвал галлюцинации, связанные с похищением Ивана Тимофеевича НЛО. Олег Семенович был уверен, что Танька просто ловко водит врачей за нос, не желая выдавать место пребывания своего вороватого жениха. До сих пор обе стороны так и не пришли к согласию. А Танька продолжала находиться в руках врачей.

Выходя из своей квартиры, Кира поглубже надвинула на лицо темный платок. Несмотря на совместные усилия подруг, кожа на Кирином лице была еще далека от совершенства. И местами блестящая, стягивающая его пленка начала как-то трескаться и шелушиться. Поэтому Кире по-прежнему приходилось основательно маскироваться от взглядов окружающих.

— Шляпка с вуалью тебе бы отлично подошла, — сказала Леся, критически оглядев подругу. — Могу одолжить.

— По такой жаре? — возмутилась Кира.

— Да и нет у меня шляпки с достаточно густой вуалью, — сокрушенно призналась Леся. — Ладно уж, надевай снова шаль. Только выбери потемней. Все же на похороны идем.

— Говорила уже, — проворчала Кира, останавливая свой выбор на самой темной шали, какая нашлась у нее.

Сегодня лифт снова не работал, и подруги вынуждены были спускаться пешком.

— Здравствуйте, баба Таня, — машинально поздоровалась Леся с маячившей на лестнице соседкой.

— Добрый день, — странным голосом произнесла соседка и буквально впилась взглядом в Киру.

Но та, не желая раскрывать свое инкогнито и отвечать на досужие вопросы, да еще чего доброго выслушивать комментарии, как глупо она поступила, воспользовавшись непроверенным косметическим средством, просто отвернулась в сторону. Этим она лишь подзадорила бабу Таню, которая теперь была твердо убеждена, что в Кириной квартире поселилась какая-то подозрительная особа, которая, похоже, уже начала сманивать Лесю в иную веру. А то так и вовсе уже сманила, если судить по сегодняшнему наряду Леси.

Едва дождавшись, пока девушки спустятся вниз, баба Таня помчалась с докладом к подруге.

— Ты бы видела, как они обе вырядились! — сообщила она Ирине Филипповне. — Все в черном. На головах платки. Вылитые шахидки. Ой, лишенько! И чего же это Леське надо? Ведь какая хорошая девка. А туда же!

И, устремив на Ирину Филипповну полный решимости взгляд, баба Таня прижала полные ручки к не менее полной груди и заявила:

— Вот ты как хочешь, Ирина, а только я Лесеньку погубить им не дам!

— А что сделаешь? — поинтересовалась Ирина Филипповна.

— Следить за ними буду! — воинственно произнесла баба Таня. — И общественность, если понадобится, подключу.

А подруги, не подозревая, какие страсти снова разгорелись из-за их невинного маскарада, добрались на попутной машине до Северного кладбища. Так как сегодня им предстояло побывать на поминках и поднять рюмку-другую за упокой души бедного Николая, девушки не стали брать свою машину.

Народу на кладбище собралось видимо-невидимо. Просто удивительно, до чего Николай был популярен в народе. Сами подруги едва ли знали десятка полтора из собравшихся тут людей.

— И как мы среди этой толпы обнаружим невесту нашего трупа? — прошептала Леся.

— Ну ты и сказанула! — тоже шепотом возмутилась Кира. — Почему это он наш? И вообще, какая у трупа может быть невеста?

— Но ты ведь прекрасно поняла, что я хотела сказать, — возразила Леся.

— Понять-то я поняла, — пробормотала Кира, оглядываясь по сторонам. — Только вот, что ответить, не знаю. А, догадалась! Вон у них спросим.

И она указала на Михайлова и Иванова, застывших с подобающими случаю скорбными минами неподалеку от них. Подруг под их платками молодые люди не узнали. Однако, когда те подошли поближе, оживились. И мигом разъяснили, кто здесь кто.

— Вон та пожилая дама — это супруга отца Николая, — объяснил подругам Иванов. — А девица, которая стоит рядом с ней, его невеста. А что за бабенция рядом с ней, не знаю.

Но подруг и не интересовала вульгарного вида тетка с ярко накрашенными губами и ресницами, с которых буквально сыпались комья туши. Одета тетка была в слишком тесную для нее кофточку, так что пуговки расходились, обнажая жирную плоть. Юбка сидела тоже в облипочку и была слишком коротка для такой грузной фигуры.

Тетка выглядела странно и выделялась на фоне собравшихся, одетых, если и не богато, то, во всяком случае, со вкусом. Но подругам было не до тетки. Они с жадным любопытством уставились на девушку — невесту Николая. На вид она не была ни красавицей, ни уродиной. Единственным ее плюсом, на взгляд подруг, были длинные светлые волосы.

Впрочем, в такой ситуации редкая женщина сохранит привлекательность, даже если обычно она у нее и имелась. У невесты Николая лицо было очень бледное, а губы неприятно кривились, и казалось, что девушка вот-вот заплачет или устроит скандал. Но вместо этого они услышали совсем другое:

— Да, замолчите же, мама! — капризно проскрипел голосок.

И подруги с удивлением поняли, что толстая тетка рядом с невестой Николая — это ее мать, которая что-то пытается внушить дочурке, а той это здорово не нравится.

— Помнится, мать невесты Николая — доктор наук, а папа академик? — прошептала Кира на ухо подруге.

— Да, — растерянно подтвердила Леся.

— Но это явно не про эту даму, — заявила Кира, косясь на полную тетку.

— Так у Николая еще одна невеста была? — удивилась Леся.

Кира только вздохнула.

— Пока будем разбираться с этой, — сказала она подруге.

— А как ее зовут? — шепотом обратилась Леся к Михайлову, который все еще стоял неподалеку от подруг.

— Кого? — не понял тот.

— Невесту Николая. Михайлов, казалось, задумался.

— Забыл! — наконец чистосердечно признался он. — Да и к чему мне? Если бы жена, тогда другое дело. Жена — она и есть жена. Ее имя я бы точно запомнил. А таких невест у Николая могло быть еще десяток.

— Однако же, — пробормотала Леся, — эта девушка — последняя.

Михайлов на ее замечание не отреагировал. Он устремился к появившемуся на кладбище Воронцову. А мгновение спустя Леся увидела и Петрова.

— Два последних кандидата из нашего списка женихов тоже тут, — шепотом поделилась она с Кирой ценной информацией, но та отреагировала как-то странно.

— Как ты можешь в такую минуту думать о чем-то постороннем! — фальшиво воскликнула Кира, которой на самом-то деле, конечно, хотелось поближе познакомиться с Петровым, но ее останавливали красные пятна на лице и какое-то шелушение. Поэтому она добавила:

— Как ты можешь говорить о других мужчинах, когда я стою тут, прямо, можно сказать, у тела моего дорогого шефа. А ведь он почти пригласил меня на свидание. И если бы не его трагическая смерть, как знать…

— Вот именно! — жарко прошептала Леся. — Как знать… Как там говорили во Франции? «Король умер — да здравствует король!» Или тебе работа больше не нужна?

— А что? — очнулась от своей скорби Кира. — Что ты имеешь в виду?

— Только то, что твой начальник убит, а нового пока еще нет, — ответила Леся. — И к тому же совершенно неизвестно, вернется ли Иван Тимофеевич. Как и неизвестно, долго ли мы удержимся на своей работе. Так что предлагаю — не тратить времени даром, а поближе познакомиться тебе — с Петровым, а мне — с Воронцовым. Тем более что более подходящего случая не будет.

Пока подруги обсуждали свои матримониальные планы, церемония похорон двигалась своим чередом. Вот уже бросили монетки и горсть земли родные, за ними потянулись друзья, которых у Николая не оказалось — на кладбище были одни его сослуживцы.

В толпе провожающих покойного в последний путь зазвучали торжественные речи. А по рукам пошли пластиковые стаканчики с водкой, ржаной хлеб и рисовая кутья с медом и изюмом.

— Смотри, — вдруг толкнула под руку Киру ее подруга.

Кира, которая как раз держала в этой руке стаканчик с водкой, дернулась и чуть не расплескала всю жидкость.

— Леся! — охнула она. — Не могла поосторожней, что ли?

— — Да ты смотри, смотри! — буквально простонала Леся. — Туда смотри!

И она дернула головой. Кира мысленно продлила траекторию кивка и с удивлением обнаружила, что невеста Николая лично подает стаканчик с поминальной водкой и маленькую тарелочку с закуской из рук в руки господину Петрову. При этом девушка поднялась на цыпочки и что-то негромко шепнула ему на ухо. Затем отступила на шаг и стала ждать реакции на свои слова.

Она не замедлила проявиться. Петров уставился на девушку сначала с замешательством, а потом на его бледном лице мелькнуло странное выражение. Подруги могли свои головы заложить, это был самый настоящий гнев. Петров даже покраснел и открыл рот, чтобы ответить, однако ему удалось взять себя в руки.

Лицо его приняло прежнее бесстрастное выражение с легким налетом приличествующей случаю скорби. Он кивнул, словно благодаря за угощение, а потом, как-то воровато оглядевшись по сторонам, нагнулся и что-то ответил девушке, которая до сих пор стояла рядом с ним в ожидании.

Невеста Николая, поняв, что ей явно удалось заинтересовать Петрова, хотела продолжить разговор. Но Петров жестом остановил ее и что-то коротко произнес, наклонившись совсем близко. После этого они выразительно посмотрели друг на друга, кивнули в последний раз и решительно разошлись в разные стороны.

— О-па! — заключила Леся. — А невеста не так проста! О чем это она сговаривалась с твоим Петровым?

— А мы даже до сих пор не узнали ее имени! — возмутилась Кира, следя глазами за девушкой.

А та даром времени не теряла. Кира даже зубами скрипнула, увидев, что девица прямо от Петрова направилась к Воронцову. К последнему холостяку из их списка! И как она умудрилась его вычислить? Но непохоже, чтобы невеста Николая добивалась любви. Выражение ее лица было решительным, без малейшего намека на кокетство.

Она подошла к Воронцову и что-то шепнула ему. Глаза Воронцова вывалились из орбит, и он закашлялся, словно подавившись бужениной, которую жевал в это время. На лице невесты Николая мелькнуло удовольствие. И она отошла от Воронцова, словно потеряв к нему всякий интерес.

Больше, как ни следили за ней подруги, она ни с кем из присутствующих не разговаривала. И все время находилась возле своей матери и родителей Николая. При этом у нее был тревожно-умиротворенный вид человека, выполнившего какую-то важную миссию и уже готовящегося к выполнению следующей.

— А Воронцов с Петровым о чем-то шушукаются между собой, — доложила подруге Леся. — И вид у них очень взволнованный. Им явно не до похорон. Как ты думаешь, она назначила им свидание?

— Только не любовное, — успокоила ее Кира. И, одним махом опрокинув в себя стаканчик с отвратительно теплой водкой и отправив в рот ложечку сладкого риса, Кира деловито направилась в сторону Олега Семеновича.

— А! Это вы! — неопределенно отреагировал тот при виде Киры. — Что у вас с лицом?

— Вы уже проверили невесту Николая? — вместо ответа страшным шепотом спросила у него Кира.

— На предмет чего я должен был ее проверять? — удивился начальник службы безопасности.

— Вдруг она причастия к смерти жениха? — просверлила его взглядом Кира.

Олег Семенович тяжело вздохнул и укоризненно уставился на Киру, а заодно и на подошедшую к ней сзади Лесю.

— Мы ведь с вами, девушки, кажется, договаривались, — устало произнес он. — Вы в это дело больше не лезете. Я вовсе не хочу однажды найти вас в том же виде, что и Николая.

— Ну да, — подтвердили подруги. — Ясно, что не хотите.

— Вы ведь так к нам привязаны, — добавила Кира. Олег Семенович, который в этот момент смотрел на Лесю, неожиданно побагровел и с трудом отвел взгляд.

— Так что там с невестой? — воспользовавшись его замешательством, настырно спросила у Олега Семеновича Кира, которая вообще, если уж за что-то бралась, то доводила дело до конца.

— Разумеется, мы проверили алиби этой Светланы, — раздраженно произнес Олег Семенович. — Всю ночь она была со своими подругами на дискотеке. Ее там видели целых семь человек, включая официантов и барменов. А потом под утро они решили прогуляться по городу. И гуляли всей компанией вплоть до половины девятого утра. После чего отправились по домам.

— А в какое время точно убили Николая? — спросила у него Кира. — Вы это уже знаете?

— Пули в него всадили около половины восьмого утра, — нехотя ответил ей Олег Семенович.

— Так я вне подозрений? — обрадовалась Кира.

— Вовсе нет! — заявил ей Олег Семенович.

— Почему это? — изумилась Кира. — Я пришла в офис без пяти минут восемь. Так что…

— Мы выяснили, что убийца проник в офис через запасной ход, — перебил ее Олег Семенович.

— Вот так взял и спокойно проник? — изумилась Кира. — Но ведь он был заперт на кодовый замок.

Произнеся это, она осеклась. Но было уже поздно.

— А вы откуда знаете, какой там замок? — сдвинув брови, уставился на нее Олег Семенович. — Признавайтесь, уже побывали там?

— Ну да, — кивнула головой Кира. — А что такого?

— Ничего! — рявкнул Олег Семенович. — Ничего хорошего! Сто раз вам говорил, не суйте свой нос, куда не надо.

Подруги переглянулись. И разговор продолжила Леся, к которой Олег Семенович все же неровно дышал и не мог позволить себе откровенного хамства. Таким образом подругам стало известно, что код замка знало несколько человек в офисе. В их числе был и сам убитый Николай.

— А он, в свою очередь, мог назвать его еще кому-то из своих знакомых, — сказал он подругам. — Во всяком случае, кодовый замок внизу для убийцы не представил затруднений. А камера слежения записала все дальнейшие действия убийцы на пленку.

— Так вы теперь знаете, кто убийца? — разволновалась Кира.

— Или хотя бы знаете, как он выглядел? — прибавила Леся.

— Нет, — покачал головой Олег Семенович. — Нет.

— Почему? — хором спросили у него подруги.

— Не знаю, зачем я вам это говорю, — вздохнул Олег Семенович, — но убийца Николая предпринял самые простые и радикальные меры для того, чтобы не быть узнанным.

— Что? — не поняли его подруги.

— Он был замотан в какую-то темную хламиду! — ответил Олег Семенович. — Так что его лицо, фигура и даже пол не представляется возможным идентифицировать. Хотя лично я думаю, что это была женщина. На убийце было надето нечто вроде того, что сейчас надето на вас.

И, сделав это заявление, он поспешно отошел подальше от подруг.

— Ты это слышала! — страдальчески прошептала Кира, — Он снова намекает, что Николая убила я!

— Не бери в голову! — посоветовала ей Леся. — Ничего подобного он не думает. Если бы он в самом деле подозревал тебя, то уже давно бы нашел способ допросить с пристрастием.

Кира подумала и признала, что подруга, пожалуй, права.

? — Лучше подумаем о том, как странно, что у невесты Николая оказалось такое отличное алиби на время его убийства, — произнесла она. — Жениха готовятся убить, а невеста пляшет и развлекается.

— Но она же не знала о готовящемся убийстве, — поспешила заступиться за девушку добрая Леся.

— Если бы она любила человека по-настоящему, то должна была почувствовать, что он, мягко говоря, в беде, — отрезала Кира. — И вообще, чего это она отправилась на дискотеку без своего жениха?

— И что тут такого? Вот ты сама, например, — напомнила ей Леся, — вспомни.

— Что?

— Когда Борисов отказался поехать с тобой в Петрозаводск, сказавшись больным, ты тут же укатила туда со мной, — сказала ей Леся.

— И мы весело провели время на теплоходе, — подтвердила Кира.

— А бедный Сашка в это время валялся с аппендицитом! — закончила свою мысль Леся.

— Да, — задумалась Кира. — В самом деле, валялся. Но это же ничего не значит. Борисов моим женихом не был!

— А кем?

Этот вопрос поставил Киру в тупик. В самом деле, что за отношения были у них с Сашей? Ну, они друг друга любили, это ясно. Но почему разговор о браке между ними никогда не возникал?

— Да ну его! — очнулась Кира. — Что ты мне голову морочишь этим Борисовым? Нам надо выяснить, о чем таком шепталась Светлана с Петровым! Уверена, что речь шла о чем-то важном. С такими лицами о пустяках не разговаривают! Да и Воронцов так и вытаращился, когда она ему всего словечко шепнула. Хотела бы я знать, что она такое им сказала?

— Я тоже! И как мы будем это выяснять? — прошептала Леся.

К этому времени церемония похорон подошла к концу. И траурный кортеж двинулся к дому Николая, где для всех желающих был накрыт поминальный стол. Однако подруги заметили, что Светлана, которая стала вдруг как-то необыкновенно бледна, зашаталась и упала на руки своей маменьке. Та немедленно заквохтала над бедняжкой. К ней на помощь поспешили другие люди. В том числе и обе подруги.

— Доченька! — рыдала толстая мамаша. — Да что же это делается? Нельзя же так убиваться по Коленьке! Ты о нас подумай, доченька! Что мы без тебя делать будем?

При этом она энергично совала дочери под нос страшно воняющий аммиаком носовой платок. Долго при такой вони изображать обморок было невозможно. И Светлане пришлось прекратить комедию.

— Со мной все в порядке! — открыла она бездонные страдающие глаза. — Просто плохо себя почувствовала. Боже мой, а впереди еще поминки! Просто не представляю, как я их переживу!

— Тебе надо отдохнуть! — твердо заявила мать.

— Но Коленька мне не простит, если я не приду на его поминки, — зарыдала Светлана.

Тут же все принялись ее убеждать, что Коля ее любил и обязательно поймет и простит.

— Мама, но ты хоть съезди на его поминки! — блеснув слезинками в уголках глаз, произнесла Светлана.

Ее матери явно не хотелось оставлять дочь одну. Но она обещала выполнить просьбу, если кто-нибудь доставит Светлану до ее дома. И позаботится там о ней. При этих словах подруги украдкой покосились на Петрова. Но тот стоял с непроницаемым лицом. И в шоферы к Светлане отнюдь не рвался. Воронцов тоже проявлял удивительное хладнокровие, глядя куда-то в сторону.

И в результате доставить Светлану до дома вызвался какой-то славный пожилой дядька — очень дальняя родня Николая по материнской линии.

— Мы не должны выпускать эту девицу из виду, — сказала Кира. — Мне решительно не нравится, что она хочет смыться с поминок.

— Ей действительно стало плохо, — укорила ее Леся. — У нее такое горе. Мне даже стыдно, что мы подозреваем ее в чем-то скверном.

— Стыдиться будем потом, — пробормотала Кира. — А пока надо раздобыть таратайку, в которой мы могли бы проследить за Светочкой.

К счастью, многие сотрудники «Турграда» не захотели отправляться на поминки и после церемонии похорон стали разъезжаться с кладбища по своим делам, кто в офис, кто на строящиеся объекты.

Подругам удалось сесть в машину, где, кроме них и водителя, пожилого бухгалтера-турка, не оказалось никого. Бухгалтеру они объяснили, куда ехать. И он послушно доехал до самого дома Светланы, держась почти вплотную к той машине, на которой ехала не состоявшаяся вдовушка.

Тепло распрощавшись с милым, отзывчивым и, главное, нелюбопытным турком, подруги дождались, когда он отъедет прочь. И затем со всех ног бросились к обычной типовой пятиэтажке, стоящей среди разросшихся тополей. Именно в этот дом во второе парадное за несколько минут до них вошла Светлана.

— Не сказать, чтобы невеста Николая особенно шиковала, — заметила Кира, оглядевшись по сторонам на запущенный двор и весьма невзрачный дом. — Скорей всего, они живут совсем небогато.

Леся молча пожала плечами.

— Зачем мы сюда приехали? — тоскливо спросила она. — И чего ждем?

— Думаю, что либо Петров сюда заявится, либо Светлана к нему отбудет, — ответила ей Кира. — В любом случае нам надо будет подслушать, о чем они станут говорить.

— Они могут поговорить и по телефону, — заметила Леся.

— Да, — спохватилась Кира. — В самом деле. Боже мой, этого варианта мы с тобой не учли!

Но тут же от сердца у нее отлегло.

— Нет, — покачала она головой. — Все же я думаю, что важные дела они предпочтут обсудить с глазу на глаз.

Укрывшись за пышным кустом персидской сирени, подруги присели на корточки и принялись терпеливо ждать. Впрочем, Светлана не стала испытывать их терпение. Она появилась из дверей своего подъезда уже через десять минут. От былой бледности и недомогания не осталось и следа. Девушка буквально цвела. А следом за ней тянулся шлейф ароматов каких-то дорогих духов.

— Шанель номер пять, — втянув носом воздух, сообщила Леся. — Снова в моде. Наверное, подарок Николая.

Сейчас Светлана переоделась. Вместо траурного глухого платья на ней были синие джинсовые бриджи, которые ловко обтягивали тугой задик и тонкую талию девушки. Свои светлые длинные, доходящие до лопаток, волосы девушка распустила. А высокую грудь обтягивал коротенький белоснежный топик, открывающий смуглый плоский животик с пирсингом в круглом пупке.

Сняв с себя траурную одежду, Светлана словно бы расцвела и похорошела. А может быть, подобно многим блондинкам, она не могла обходиться без косметики. Но на похоронах собственного жениха по какой-то причине оставалась ненакрашенной.

Оттого-то подруги, наблюдая за ней, сначала и решили, что девушка совсем нехороша. Но теперь у них была возможность убедиться, что немного туши и помада способны сотворить с блеклой блондинкой настоящее чудо и превратить невзрачное личико в весьма выразительное и привлекающее к себе мужские взгляды.

— Хоть в рекламе прямо сейчас снимай красотку, — завистливо проворчала Кира, которой до смерти хотелось уже избавиться от своего платка, но она не делала это по двум причинам. Во-первых, по чисто конспиративным — вздумай Светлана обернуться назад. А во-вторых, Кира отнюдь не была уверена в том, что ее собственное лицо уже подходит для того, чтобы выставлять его на всеобщее обозрение.

Светлана, выскочив из дома, промчалась к проезжей части ловить машину. Разумеется, много времени ей для этого не понадобилось. Первая же машина остановилась возле красивой девушки. Но Светлана лишь пренебрежительно передернула плечиками. Сесть в ржавую «семерку» она не захотела.

Вытащив из сумочки крохотный телефончик, девушка сделала вид, что разговаривает с кем-то. А может быть, и в самом деле говорила. Но ее разговор подругам подслушать не удалось. К тому же он был совсем коротким. И Светлана, не убирая телефончик обратно в сумку, принялась снова ловить попутку.

И не успели подруги и глазом моргнуть, как Светланины плетеные босоножки на высоченном каблуке уже мелькнули в глубине машины. Дверь закрылась, и золотисто-песочного цвета «Хендай» укатил прочь.

— За ней! — спохватилась наконец Кира. — Что же мы прозевали!

Они вылетели из-за кустов и подбежали на то же место, где несколько секунд назад стояла Светлана. Но, к их удивлению, машины проезжали мимо них, упорно не желая останавливаться. Темные одежды и платки на головах у подруг не впечатляли водителей свободных машин. Наконец над ними сжалился какой-то смуглый пожилой мужчина с роскошными черными усами и густой щетиной на толстых щеках.

— Куда вам? — коротко спросил он.

И услышав ответ, мигом насторожился:

— За той машиной? Зачем это вам надо.., за той машиной?

— Муж у нее там, — кивнула Леся головой на молчащую угрюмо подругу. — С другой женщиной.

— Вылезайте! — решительно заявил южанин и в свое оправдание произнес:

— Я сам мужчина! У меня тоже жена есть и подружка имеется. Не могу я другого мужчину подставлять.

У подруг при виде такой мужской солидарности даже язык онемел. Но ненадолго.

— У них детей четверо! — быстро нашлась Леся. — И пятый только что родился. А эта стерва, с которой он шашни крутит, моей сестре нервы треплет! У нее же младенец, вдруг молоко пропадет!

Кира негодующе глянула из-под своего платка на разболтавшуюся подругу. Что она ей вообще там за жизнь пророчит? Молоко у нее пропадет! Пятеро детей! Муж — бабник! Кошмар какой-то!

Но на водителя это сообщение неожиданно произвело сильное впечатление.

— Ну раз пятеро детей, тогда дело другое, — решил он и снова рванул вперед.

Золотистый «Хендай» в это время застрял на светофоре. Так что ничего непоправимого не случилось. Только водитель попался им очень уж рассудительный. И всю дорогу интересовался, не получится ли так, что догонят они неверного мужа с любовницей, застукают, так сказать, на горячем, а потом у детей вовсе отца не станет. Оскорбится за слежку, уйдет и алименты платить забудет.

— И пусть! — воинственно отозвалась Кира. — Другого себе найду!

— Это с пятью-то детьми? — искренне восхитился ее отвагой водитель и тут же заверил:

— С пятью вряд ли найдешь! С одним еще туда-сюда. Ну, с двумя тоже еще пристроиться можно. Но трое и больше?.. Нет, у нас в стране такого счастья ты не найдешь. Ты лучше с девицей этой потолкуй. Должна же она понимать, что, если у человека пятеро детей, тут ей ловить уже нечего.

В конце концов золотистый «Хендай» остановился возле станции метро «Сенная площадь». Светлана легко выпрыгнула из машины. И, несмотря на высоченные каблуки, просто полетела через площадь к небольшому ресторанчику. Подруги, словно два темных метеора, метнулись за ней.

— Будь на месте этой Светланы девица поосторожней и повнимательней, она бы нас уже в два счета вычислила, — заметила на бегу Леся, одновременно пытаясь сообразить, что ей делать, если в ресторане Светлану и в самом деле будет ждать Воронцов, на которого сама Леся уже положила глаз.

Конечно, возможно, что у них и не любовное свидание. А вдруг любовное? Или деловое свидание быстро перерастет в нечто большее. Вон как Светлана вырядилась! Даже в пуп сережку воткнуть не забыла. Ясно, что не просто так она это сделала, а со значением.

Вот и Воронцов небось оценит внешность Светланы. А если та еще и слезу пустит, то тут же он, ясное дело, примется ее утешать. А знаем мы, куда такие утешения заводят. И что бедной Лесе в таком случае делать? Артур-то ей до сих пор не звонил! И даже не подумал прислать хотя бы жалкую эсэмэску с извинениями за свое вчерашнее поведение.

— Наверняка уже завел себе другую женщину, — сделала для себя Леся безрадостный вывод. — Иначе ни за что бы не стал так отвратительно себя вести.

И тут она вспомнила, что и Дима, когда она заподозрила его в измене, вел себя очень похожим образом. Хамил ей, не желал отвечать, где и с кем провел ночь. И, придираясь к Лесе по пустякам, измышлял всевозможные поводы для ссоры. Это соображение окончательно нарушило душевное спокойствие Леси. И она даже решила, если Светлана встречается в ресторане с Воронцовым, плюнуть на этого типа и поискать счастья в другом месте.

Но в ресторане не оказалось ни Воронцова, ни Петрова, ни вообще кого-либо знакомого подругам. Кажется, Светлана была разочарована этим обстоятельством не меньше самих подруг. Тем не менее она выбрала себе столик у окна и присела за него.

А подруги остались маячить на улице, стараясь зорко смотреть разом во все четыре стороны.

Их ожидания, как и ожидания самой Светланы, не были напрасными.

— Вон к ней какой-то хмырь подсел, — заволновалась Кира. — Но это не Петров и не Воронцов.

Человек, который подсел к Светлане, был жгучим брюнетом. С бородой, закрывавшей пол-лица, усами и в темных очках.

— Кто это? — изумилась Кира. — Я такого человека у нас в фирме что-то не видела.

Леся молчала. Хотя могла бы поклясться, что видит этого человека впервые. И, однако, при этом было в нем что-то такое.., такое неуловимо знакомое. Вот он поднес указательный палец к носу, чтобы поправить очки. А вот нерешительным жестом взял со стола бумажную салфетку, а затем, словно испугавшись, снова положил ее на место, тщательно разгладив края.

— Где я уже видела похожий жест? — мучилась Леся. — У кого?

— Что? — окликнула ее Кира. — Что ты бормочешь?

Но Леся не успела поделиться с подругой терзающими ее сомнениями. Потому что стоило ей открыть рот, как собеседник Светланы вдруг резко вскочил с места и бросился бежать вон из ресторана.

— Чего это он? — изумилась Кира.

А за жгучим длинноногим брюнетом уже мчались двое крепких молодых людей.

— Это ребята из команды нашего Вещего Олега! — моментально узнала их Леся. — Выходит, он принял наши слова к сведению и отправил кого-то следить за Светланой. А мы их и не заметили!

Кира только головой вертела по сторонам. После того как знакомый Светланы, сопровождаемый двумя прыгающими за ним охранниками, отбежал от ресторана на приличное расстояние, она тоже не сочла нужным оставаться в зале. Кинув деньги прямо на столик, Светлана не стала дожидаться официанта и выскочила из ресторана. И, убедившись, что погоня за таинственным брюнетом движется к каналу Грибоедова, двинулась в противоположную сторону.

— За ней! — решила Кира.

Леся не стала спорить. Жгучего брюнета с бородой им однозначно не догнать. Вон у него ноги какие длиннющие! И где она все-таки видела эти ноги?

— Давай! Давай! — торопила ее Кира. — Некогда зевать. Уйдет ведь наша Светочка!

А та и в самом деле уже прыгала в очередную машину. На этот раз она привередничать не стала и снизошла до «девятки», сплошь покрытой, словно пегая лошадь, пятнами грунтовки.

— Кира, мне все кажется, что я знаю того человека, — сказала подруге Леся, когда они тоже забрались в салон остановившейся машины.

— Какого человека? — рассеянно поинтересовалась у нее Кира, устраиваясь поудобнее.

— Ну того брюнета, который разговаривал с ней в ресторане.

— Ерунда, — отмахнулась Кира, которая не сводила глаз с машины, увозившей от них Светлану. — Не может быть. У меня зрительная память хорошая. Нет и не было в нашем офисе такого брюнета. Хотя, конечно, спорить не стану, это ты у нас спец по брюнетам. Но такую шикарную бороду я бы и сама запомнила.

Леся промолчала. Но тем не менее брюнет с бородой никак не шел у нее из головы. И вовсе не его борода казалась девушке знакомой. Совсем нет. Борода как раз только мешала вспоминать.

Тем временем машина, на которой ехала Светлана, доставила девушку до станции метро «Дыбенко». Тут же у выхода располагалось кольцо пригородных автобусов, идущих в восточном направлении в сторону Назии и огромного массива Синявинского садоводства, растянувшегося на многие километры в промежутке между Мурманской трассой и Петровскими каналами.

На один из таких автобусов и села Светлана.

— Похоже, девушка собралась за город, — недоуменно произнесла Кира.

— Погода отличная, можно и на дачу съездить, — отозвалась Леся.

— Удрав с поминок собственного жениха? — покачала головой Кира. — Ты вспомни, безутешная невеста отправила на поминки свою мать, а сама, выходит, вместо этого на дачу рванула? Огурцы у нее там в теплице без полива вянут? Или рассаду помидоров подвязывать время пришло? И вообще, в таких босоножках на дачу не ездят!

С последним утверждением Леся согласилась на все сто процентов. Да и не выглядела Светлана азартной дачницей. Скорей уж смахивала на испуганную куропатку, которая заметила охотника с ружьем. Усевшись в автобус, Светлана то и дело кидала в окно встревоженные взгляды и снова казалась бледной и потерявшей всякую уверенность в себе.

— Не знаю, как тебе, а мне эта ситуация совершенно не нравится, — обратилась Кира к подруге, понаблюдав некоторое время за Светланой. — Мне кажется, девица до смерти напугана. А кто мог ее так напугать?

— Брюнет с бородой? — с готовностью подхватила Леся.

— Дался тебе этот брюнет! — досадливо вздохнула Кира. — Нет, думаю, она опасается ребят Олега Семеновича.

— Почему?

— Значит, у нее есть на это причина, — отозвалась Кира.

— И что? Мы поедем за Светланой? — спросила у подруги Леся.

— Судя по всему, она сильно напугана, так что вряд ли стоит ждать от нее каких-то активных действий, скорей всего, она просто спрячется, — сказала Кира, и тут у нее зазвонил мобильник.

Определив, кто ей звонит, Кира смешалась.

— Это Сафаил! — слегка испуганно посмотрела она на подругу. — Ответить?

— Конечно! — возмутилась Леся. — И пусть передаст Артуру, что я на него очень и очень сердита!

— Да, — произнесла Кира в трубку. — Это ты, дорогой?

— Я! — подтвердил Сафаил, причем по голосу было слышно, что вчера у него была тяжелая ночь и сейчас его здорово мучает похмелье. — Кира, как ты могла так со мной поступить?

— Милый, но я ведь ничего такого…

— Ты не захотела вчера со мной встретиться! — У тебя кто-то есть! Не спорь, я теперь это точно знаю!

— Но у меня никого нет, кроме тебя! — искренне возмутилась Кира.

— Правда? — слегка оттаял Сафаил, но тут же снова насторожился. — А почему ты вчера вечером отказалась со мной встретиться?

К этому времени Кира уже успела извернуться и одной рукой достать крохотное зеркальце. Увиденная в нем картина ее порадовала. Краснота еще оставалась. Но ее было совсем немного. И, может быть, даже хорошо, что еще оставались следы. Сафаилу легче будет поверить в то, что она собиралась ему сказать.

— Ты такой ревнивый! — рассмеялась Кира. — Но ты сам виноват!

— Я?

— Ну да! Ты ведь не сказал мне, когда точно вернешься. Я тебя ждала, ждала, а потом решила сделать себе одну косметическую процедуру. А после нее хотя бы два дня нельзя никому показываться на глаза. И только я выхожу от врача, а тут ты звонишь и говоришь, что вернулся. Представляешь ситуацию? Не могла же я показаться тебе на глаза такой страшной?

— Дорогая! — в полном восторге закричал Сафаил. — Прости меня! Я страшный осел! Я думал, что ты меня больше не любишь!

— Люблю!

— Я тебя обожаю! Я лечу к тебе!

— Скажи ему про Артура! — дергала Леся подругу за рукав.

— Кстати говоря, Леся тоже не могла вчера встретиться с Артуром по этой же причине, — сказала Кира.

— Он будет рад! Просто счастлив! — закричал в ответ Сафаил. — Мы вчера всю ночь с ним пили вино. Мы решили, что вы нас бросили.

В общем, повесив трубку, счастливая и немного очумевшая от бурных восторгов, которые излил на нее Сафаил, Кира заметила, что автобус Светланы вместе с девушкой давно уже уехал. Конечно, оставалась надежда снова поймать машину и нагнать его на трассе, но… Но в таком случае можно было смело распрощаться с Сафаилом и надеждой на примирение с ним, которое должно было состояться всего лишь через час.

Взвесив все «за» и «против», Кира решила, что в данную минуту Сафаил ей дороже, чем все расследования в мире. Леся целиком и полностью поддерживала подругу.

— Ничего со Светланой не случится! — легкомысленно заявила она. — Девица теперь напугана, она заляжет на дно и ничего предпринимать не станет. А значит, и нам следить за ней смысла никакого нет.

И, дружно наплевав на свою сыщицкую деятельность и велев здравому смыслу заткнуться, подруги помчались туда, куда их влекло сердце.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Первыми, кого увидели подруги, подъезжая к своему дому, были Сафаил и Артур, которые с нетерпением дожидались их, сидя в новеньком «Мерседесе» Сафаила, за которым тот, собственно говоря, и ездил в Прибалтику. Впрочем, насколько знала Кира, он там купил не одну машину.

А у Артура, когда он звонил из Прибалтики, даже проскользнуло что-то смутное о симпатичной крошечной немецкой машинке, словно созданной для милой Леси. Никогда прежде подругам никто не собирался делать таких дорогих подарков. И они немного волновались в приятном предвкушении.

— Вот они! — обрадовалась Кира, выбираясь из такси. — Уже приехали!

Но прежде чем она успела помахать рукой Сафаилу и Артуру или как-то иначе дать им понять, что видит их и рада их появлению, к подругам устремилась бородатая личность, в которой они с удивлением узнали Светланиного собеседника из ресторана. Но самое удивительное было то, что эта личность кинулась прямо в ноги к подругам со словами:

— Умоляю, помогите мне!

Подруги окаменели. Если лицо и внешность этого типа были им решительно незнакомы, то голос… Тут уж двух мнений быть не могло. Голос, бесспорно, принадлежат Ивану Тимофеевичу, украденному зловредным НЛО жениху Татьяны.

— Вы кто? — все же пролепетала Леся, которую уже давно посетила догадка.

— Не узнаете? — страстно зашептал мужчина, подняв к ним лицо. — Это же я! Иван Тимофеевич.

— Но вас же украл НЛО, — сообщила ему Кира.

— Так Татьяна сказала! — поддержала ее Леся.

— Не буду с вами спорить, — уклончиво ответил подругам Иван Тимофеевич. — Танечка не умеет врать. Видимо, она в самом деле видела нечто подобное.

— Тогда как же? — изумилась еще больше Кира. — Как же вы тут оказались? Вы хоть знаете, что вас разыскивают за кражу денег со счетов нашей фирмы?

Иван Тимофеевич возмущенно затряс головой, явно протестуя против подобного обвинения.

— Вы не Иван Тимофеевич? Вы — его клон? — внезапно осенило Лесю.

— Никакой НЛО меня не крал! И я сам тоже ничего не крал! И никакой я не клон! — разозлился Иван Тимофеевич. — Это все дело рук преступников. И вы должны помочь мне и вывести их на чистую воду. Только тогда Татьяну выпустят из сумасшедшего дома, куда, я знаю, ее запрятали. А мне перестанет грозить опасность. И в эту трудную минуту я обращаюсь за помощью к вам.

— Но почему именно к нам? — растерялась еще больше Леся. — Чем мы конкретно можем вам помочь?

— Танечка рассказывала мне о том, как вы ловко распутали несколько преступлений! — воскликнул Иван Тимофеевич. — И вообще, в милицию я пойти не могу. А знакомых детективов у меня нет.

Все это было до того захватывающе, что подруги совершенно забыли о Сафаиле и Артуре. А напрасно. Мужчины наблюдали всю эту сцену из окна своей машины, стоящей на достаточно приличном расстоянии. То есть видеть и узнать подруг даже под платками они сумели, но не могли слышать разговора между Иваном Тимофеевичем и своими девушками.

Поэтому Артур с Сафаилом увидели лишь то, что какой-то высоченный бородатый мужик грохнулся перед девушками на колени и о чем-то страстно их умоляет. А вид у обеих подруг при этом очумело радостный. Девушки и в самом деле были рады видеть Ивана Тимофеевича живым. И чувств своих не скрывали, что до крайности взбесило как Сафаила, так и Артура.

— Нет, ты посмотри, что они себе позволяют! — вознегодовал Артур. — У нас на глазах принимают заверения в любви от какого-то жуткого типа! Да откуда он взялся вообще?

Сафаил ничего не ответил другу. Молча сопя, он выбрался из машины. При этом он захватил с собой внушительную биту, которую ему привез приятель из Америки в прошлом году и которой Сафаил еще ни разу не успел воспользоваться. Что же, выходит, вот и пришло ее время. Издав угрожающий рык, Сафаил бросился к коварным обманщицам и сопернику, намереваясь раз и навсегда восстановить статус-кво и не дать попрать свою честь.

Леся случайно подняла голову и с изумлением обнаружила несущегося на них Сафаила.

— Ой! — пискнула она, хватая Ивана Тимофеевича за руку, — Бежим!

Кира тоже увидела Сафаила. Но вид у мужчины был настолько страшен, что ей как-то не захотелось именно сейчас вступать с ним в объяснения. К тому же, не чувствуя за собой никакой вины, она просто-напросто решила, что Сафаил сошел с ума. Вот так, взял и сошел, никого предварительно не предупредив. А что тут такого особенного? Если уж одних людей НЛО похищает, то почему бы другим людям и не сойти с ума?

Подруги подхватили ничего не понимающего Ивана Тимофеевича и буквально под самым носом Сафаила шмыгнули в подъезд.

— Бум! — раздалось за их спинами буквально через мгновение.

Это разогнавшийся Сафаил, не сумев вовремя затормозить, врезался в тяжелую железную дверь, которая и издала такой гулкий звук. А затем Сафаил начал дергать дверь, которая буквально дрожала от его усилий. Подруги, не сговариваясь, кинулись наверх, таща за собой Ивана Тимофеевича.

Разумеется, бежать им пришлось по лестнице, так как злосчастный сломанный лифт так до сих пор еще и не пустили. И, разумеется, на лестнице девушки наткнулись на одну из своих соседок. Так как подругам было сейчас не до разговоров с женщиной, то они молча промчались мимо нее, волоча Ивана Тимофеевича за собой.

Ирина Филипповна, а это была именно она, пропустив мимо себя подруг и их пленника, прислонилась к стене. Сил идти дальше у нее не было. Сбывались самые мрачные прогнозы ее соседки. Мусульмане в их подъезде все прибывали и прибывали просто со страшной силой.

— Теперь и мужик какой-то появился! — пролепетала бедная пенсионерка; — Страшный какой!

Бедный Иван Тимофеевич в гриме, черном парике, усах и бороде, да при своем почти двухметровом росте и в самом деле производил сильное впечатление. А в сопровождении двух женщин в темных платках мог легко сойти за мусульманина.

— Откуда он тут взялся? — продолжала недоумевать Ирина Филипповна. — И главное, что ему тут понадобилось?

Так ничего и не решив, Ирина Филипповна спустилась вниз и потянула на себя входную железную дверь. Но стоило ей немного ее приоткрыть, как дверь снаружи сильно рванули. И пенсионерка буквально вылетела из подъезда, попав в объятия какого-то очередного черноволосого смуглого громилы, в руках которого к тому же была тяжелая дубина.

— Ай! — вскрикнула Ирина Филипповна, решив, что точно теперь пришел ее последний час.

Но, к ее удивлению, смуглый мужчина бережно отставил ее в сторону и рванул в открывшуюся дверь. Ошеломленная всем этим, но памятующая о бдительности, Ирина Филипповна попыталась остановить чужака, проникшего в их подъезд. Однако мимо нее пронесся еще один мужчина, явно спешащий на выручку своему приятелю с дубиной. И Ирина Филипповна сдалась перед численным превосходством противника.

Да! Права была ее соседка баба Таня. Трижды права. А она зря над ней смеялась. Пойти и все рассказать ей? Нет, нету времени. И Ирина Филипповна развернулась и поспешно затрусила прочь от своего дома в направлении районного отделения милиции, где она надеялась получить помощь и поддержку.

* * *

Тем временем Кира с Лесей добрались до своей квартиры и укрылись в ней, отгородившись от опасного внешнего мира еще одной дверью.

— Уф! — произнесла Леся. — Что это с ним случилось?

— Кто это был? — дрожащим голосом спросил Иван Тимофеевич. — Я так понял, что этот человек с дубиной — это какой-то ваш знакомый?

— Знакомый, — угрюмо кивнула Кира. — Можно сказать, почти жених.

— Ну и ну! — содрогнулся Иван Тимофеевич. — А что это с ним такое случилось?

— Вероятно, он сошел с ума, — печально констатировала Кира. — Ничем другим я его поведение объяснить, увы, не могу.

И словно в подтверждение ее слов, дверь содрогнулась. Это прибежал Сафаил.

— Открывай! — бесновался он, обнаружив перед собой еще одну запертую дверь. — Кира, обещаю, я вас с Лесей не трону. Пусть только этот выйдет! У меня к нему мужской разговор имеется!

— Я не пойду! — тут же трусливо отказался Иван Тимофеевич. — Думайте обо мне что хотите, но я боюсь. У него же дубина!

— Трус! — самозабвенно орал Сафаил, барабаня в дверь и ругаясь цветистыми восточными ругательствами, которые не понимали ни подруги, ни Иван Тимофеевич.

Однако поднятый Сафаилом шум привлек внимание еще одной дамы. Баба Таня выглянула из своей квартиры и, убедившись, что шум идет откуда-то сверху, поднялась на два лестничных пролета и осторожно заглянула на Кирин этаж. Увиденное поразило ее несказанно. Два черноволосых террориста ожесточенно выламывали, как показалось бабе Тане, дверь в Кирину квартиру.

В душе пенсионерки поднялась волна паники. И она буквально заметалась. Как ей лучше поступить в данной ситуации? Остаться тут и понаблюдать, чем все закончится? Или сообщить Ирине Филипповне о вопиющем безобразии, которое она предсказывала еще сегодня утром? Или просто мчаться выполнять свой гражданский долг? После недолгих размышлений баба Таня остановилась на последнем варианте. И стрелой, забыв о своем артрите и жарящихся дома на плите котлетах, полетела вниз по лестнице.

— Он сломает тебе дверь! — тем временем причитала Леся. — Кира, уйми его!

— Ага! — возмутилась Кира. — Он сломает! Там, между прочим, судя по второму голосу, и твой Артур тоже орудует! Что же ты не идешь его утихомиривать?

— Но что дурного мы с тобой сделали? — плакала Леся. — Чего они так взбесились?

Но в этот момент Сафаил внезапно успокоился.

— Ладно! — сказал он, последний раз стукнув кулаком по Кириной двери. — Я все понял и удаляюсь!

И он в самом деле удалился. Да, да, не ушел, а именно удалился! Подруги могли наблюдать его отъезд из собственных окон. Сафаил с Артуром, несомненно, знали, что на них смотрят, но ни один из них не соизволил поднять голову и посмотреть на подруг.

— Ну что же, — довольно спокойно заключила Кира, когда «Мерседес» Сафаила скрылся за углом, — можно считать, что женихов своих мы потеряли. Что там тебе, Леся, Артур обещал хоть за машину подарить? Стоящая вещь? Есть о чем сожалеть?

Но, не дождавшись ответа от рыдающей Леси, Кира только рукой махнула:

— Впрочем, неважно, — сказала она. — Все равно теперь уже никакой не подарит.

Леся зарыдала еще горше.

— За что судьба ко мне так жестока? — рыдала она. — Только появился Артур и тут же, пожалуйста! Иван Тимофеевич, зачем вы к нам приперлись?

— Простите, девочки, — в полной растерянности ответил Иван Тимофеевич. — Я не думал, что мое появление внесет в вашу жизнь такой сумбур. Но так уж получилось, что, кроме вас, мне не к кому обратиться за помощью. Поверьте, я попал в совершенно ужасное положение. Хуже даже и представить себе невозможно.

Услышав, что кому-то пришлось еще хуже, чем ей, Леся прекратила рыдать и с интересом уставилась на Ивана Тимофеевича.

— И самое ужасное во всем этом, — продолжил жаловаться Иван Тимофеевич, — что я ничего не помню.

— Не помните, как вы деньги со счетов фирмы снимали? — не поверила ему Кира.

Иван Тимофеевич молча покачал головой.

— И как свой рабочий сейф у себя в кабинете обчистили тоже не помните? — спросила у него Леся.

Снова отрицательный кивок. Подруги растерянно переглянулись.

— Удобная позиция! — заметила наконец Кира. — Натворили вы, Иван Тимофеевич, дел, позволили себя инопланетянам похитить, а теперь ничего не помните. А как же вы нас нашли, если у вас память начисто отшибло?

— А вот вас я хорошо помню, — оживившись, ответил Иван Тимофеевич. — Вы же ближайшие Танечкины подружки.

Это было некоторым преувеличением. Но Кира с Лесей не стали ему об этом говорить. В конце концов, человек явно пережил тяжелый стресс. И если теперь он не помнит, куда дел деньги фирмы, а инопланетяне его тоже, попросту говоря, кинули, то дела у бедолаги плохи. Олег Семенович ни за что не поверит в такую выборочную амнезию.

— Пошли на кухню, — предложила Кира. — Перекусим и заодно решим, как дальше жить.

На кухне их встретил кот Фантик. Пока Артур с Сафаилом штурмовали дверь, Фантик благоразумно пережидал бурю в безопасном месте — на шкафу. Сафаила он уважал, но побаивался. А вот к Ивану Тимофеевичу сразу же воспылал самой нежной дружбой. И в знак оной даже потерся головой о брюки гостя, а потом запустил когти ему в носки, отчего Иван Тимофеевич взвыл дурным голосом, а подруги понимающе переглянулись.

— Он Фантику понравился, — прошептала Леся. — Значит, в самом деле хороший человек.

После этого Кира с легким сердцем принялась кормить Ивана Тимофеевича. Хорошо еще, что у нее в холодильнике оставалась вареная курица в желе. Иван Тимофеевич умял ее целиком, не побрезговав даже желе, которое подобрал корочкой хлеба. Дожевав последнюю веточку петрушки и кружочек отварной морковки, он тепло посмотрел на подруг.

— Чувствовал, что вы меня не оставите в беде, — сообщил он им с восторгом. — И ведь не ошибся-таки!

— Это точно, — кисло улыбнулась Леся, которой тоже хотелось диетической курочки, но ей от прожорливого Ивана Тимофеевича ничего не перепало. Эх, не дали в ресторане поесть. И, вспомнив про ресторанчик, Леся спросила:

— Иван Тимофеевич, а со Светланой, невестой Николая, вы зачем в ресторане встречались?

— Кстати, об этой встрече вы хоть помните? — добавила Кира.

— Помню! — радостно воскликнул Иван Тимофеевич. — Это я как раз очень хорошо помню. И вообще, начиная с сегодняшнего утра я все отлично помню.

— Так расскажите, — предложила ему Кира, испытывая нечто вроде облегчения, хоть что-то человек помнит, уже хорошо.

Иван Тимофеевич не заставил себя упрашивать дважды и приступил к своему рассказу. Увы, после того как его ослепила яркая вспышка, которую он принял за НЛО, он ничего не помнил вплоть до сегодняшнего утра.

Очнулся он только сегодня на заре в каком-то заброшенном строении, напоминающем сеновал или старый сарай. Страшно хотелось пить, но воды не было. Неподалеку, судя по шуму проносившихся машин, проходило шоссе. Шатаясь от слабости, Иван Тимофеевич выбрался на дорогу и попытался доехать до города на попутке.

Долгое время ни одна из проносившихся мимо машин не желала подвезти усталого путника. Но наконец одна сердобольная женщина подобрала Ивана Тимофеевича. Она же дала ему свой мобильный телефон, чтобы тот смог связаться с родными или друзьями. При себе у Ивана Тимофеевича после его общения с НЛО не осталось даже мелочи для оплаты проезда в метро.

— Пустые карманы, — пожаловался он подругам.

— Постойте! А как же те деньги, которые были при вас? — спросила у него Кира.

— Я ничего не крал! — взвился Иван Тимофеевич. — Я честный человек! Вы должны мне верить!

— Хорошо, чужих денег вы не брали, — поспешила согласиться с ним Кира. — Но ведь у вас все равно должна была набраться крупная сумма наличными. Вы ведь опустошили домашний сейф и закрыли все свои банковские счета.

— Верно, — согласился Иван Тимофеевич. — Эти деньги были со мной, когда мы с Танечкой приехали в то место, где должен был состояться наш контакт с инопланетным разумом.

— И что?

— А когда я очнулся, этих денег при мне, конечно, не было, — развел руками Иван Тимофеевич. — Простите, я до сих пор не понимаю, как это получилось. Но две вещи я могу вам сказать совершенно точно. Чужих денег я не брал, а мои собственные исчезли. Мне же лично после этого приключения осталась только совершенно дикая головная боль. Она терзала меня все утро, только сейчас немного отпустило.

— Головная боль? — пробормотала Кира. — Скажите, а вы не смотрели, на вас есть еще какие-нибудь следы общения с этими охочими до наличности пришельцами?

— Какие еще следы?

— Ну там какие-нибудь свежие порезы, рубцы или следы на коже?

— Я не смотрел, — признался ей Иван Тимофеевич.

— Так надо посмотреть! — воскликнула Кира.

— Я и разыскивал Таню, чтобы она… — совершенно сконфузился Иван Тимофеевич. — Чтобы она посмотрела.

— Уж, кроме Тани, и посмотреть некому! — пожала плечами Кира. — Раздевайтесь, Иван Тимофеевич! Честное слово, не до этикета сейчас, раз такие дела творятся.

Иван Тимофеевич пытался возражать, но подруги накинулись на него и буквально содрали с него одежду. После чего придирчиво оглядели его.

— Ничего, — заключила Кира. — Хотя, постойте! Вот тут! Леся, посмотри!

Леся взглянула на место у основания шеи, куда показывала Кира. Там и в самом деле виднелось несколько точек, словно от инъекций.

— Либо вам сюда сделали какие-то уколы, либо брали в шприц кровь на анализ, — сказала Кира. — Скорей всего, первое. Для анализа хватило бы и одного укола. Наверное, вам вкололи какое-то лекарство. Вот вы и провалялись без сознания столько времени.

— Мне можно одеться? — робко поинтересовался Иван Тимофеевич.

Но подруги уже потеряли к нему всякий интерес.

— Одевайтесь, — махнула рукой Кира.

Иван Тимофеевич радостно схватил свои брюки. И в этот момент в дверь раздался требовательный резкий звонок. Иван Тимофеевич застыл с брюками в руках.

— Не открывайте! — взмолился он. — Никто не должен знать, что я у вас!

— Кому надо, те уже знают, — горько отозвалась Леся. — Испортили нам всю личную жизнь, так уж молчите теперь. Сами разберемся!

Кира подошла к двери и осторожно выглянула в дверной глазок. На площадке стоял их участковый, знакомый Кире еще по делу о фальшивомонетчиках, среди которых оказалась и ее бывшая соседка, которую вначале Кира приняла за порядочную девушку и даже пыталась спасти от предъявленного той обвинения в убийстве.

— Кто там? — притворилась слепой Кира.

— Открывайте, гражданка, — суровым голосом произнес участковый. — Тут на вас жалоба поступила.

Хмыкнув, Кира открыла дверь. И обнаружила, что по обе стороны ее двери притаились две пенсионерки.

— Баба Таня? — удивилась Кира. — Ирина Филипповна? У вас ко мне какое-то дело?

И тут, к ее изумлению, обе женщины бросились ей на шею, причитая и радостно восклицая:

— Жива!

— Кирочка, да как же это возможно?

— Ты такая правильная девочки и вдруг связалась с террористами?

Кира ошеломленно крутила головой.

— Да с чего вы взяли? — протестовала она. — Какие еще террористы? Кроме меня и Леси, тут нет никого.

— А как же те, которые дверь вам ломали? — возмутилась баба Таня. — Своими глазами видела.

— Это наши друзья, — сказала Кира. — То есть бывшие друзья. Так как они уже ушли и, судя по всему, навсегда.

Соседки обменялись понимающими взглядами. Кире они явно не поверили. В отличие от участкового, у которого на участке только за сегодняшний день было целых три бытовые драки, пять краж и один хулиганский поступок, по фактам которых еще предстояло составить протоколы и привлечь виновных к ответственности.

Кроме того, он увидел, как в висящем в прихожей зеркале мелькнуло отражение прячущегося в комнате Ивана Тимофеевича, который до сих пор еще не натянул на себя свои штаны после проведенного над ним медицинского осмотра. И это отражение лучше всяких слов убедило участкового, что его присутствие тут не нужно и даже просто не желательно.

Поэтому он охотно поверил в то, что у Киры все в порядке, и ушел, предварительно сделав строгое внушение бабе Тане и Ирине Филипповне.

— Странно, вроде бы не маленькие, должны понимать, что вызывать милицию по всяким пустякам не надо, — сказал он женщинам на прощание.

— Это ты пустяками занимаешься, — сердито огрызнулась баба Таня. — А у нас тут такие дела творятся! Еще пожалеешь, что нас не послушал!

— Оставьте меня в покое! — окрысился на них участковый. — И соседок своих перестаньте третировать. Если у вас у самих личной жизни нет, так не мешайте молодым развлекаться в свое удовольствие!

С этими словами он бросился бежать.

— Ну ты посмотри! — обратилась к подруге баба Таня. — И это называется милиция! Ничегошеньки не могут!

— Они не могут, значит, мы с тобой сами должны разобраться, — сказала Ирина Филипповна. — Ведь были же тут женщины-мусульманки. Мы их видели? Видели! А куда они делись?

— Да никуда, — отозвалась баба Таня. — Кира их у себя в квартире прячет.

— А зачем прячет?

— Да уж, ясное дело, хорошие люди просто так прятаться не будут, — проворчала баба Таня, и пенсионерки пошли вниз к себе, чтобы за чаем, к которому на этот раз было подано персиковое варенье, спокойно обсудить ситуацию.

* * *

А Кира с Лесей вернулись к своему гостю.

— Как? — ахнула Кира, обнаружив Ивана Тимофеевича, прыгающего на одной ноге по комнате и судорожно пытающегося запихнуть вторую ногу в штанину. — Вы до сих пор без штанов? Да что это такое? Одевайтесь быстро!

Подруги дождались, пока Иван Тимофеевич справится наконец со своим гардеробом и вернется в одетое состояние, чтобы продолжить свой рассказ.

Он оказался недолгим. Итак, получив от добросердечной женщины, взявшейся его подвезти до города, средство связи, Иван Тимофеевич первым делом позвонил своей невесте, за судьбу которой, по понятным причинам, очень волновался.

Но ее телефон был отключен. Тогда Иван Тимофеевич позвонил ее подруге, вечно страдающей аллергией девушке. Дине, как поняли подруги. И от нее Иван Тимофеевич узнал ошеломляющую новость, что Таня находится на осмотре в психиатрической клинике, а его самого разыскивают, подозревая в краже крупной суммы казенных денег и убийстве собственного заместителя.

— Разумеется, я был в шоке, — признался Иван Тимофеевич. — Столько всего на меня навалилось.

Однако он все же сообразил, что надо попытаться разузнать побольше. И поскольку он сам считал самым близким и родным человеком свою невесту, то подумал, что и его убитый заместитель рассуждал так же.

— Другими словами, вы позвонили Светлане, думая, что она может что-то знать о том, кто убил ее жениха, — закончила его мысль Кира.

— Если у Николая были серьезные проблемы, то первый человек, с кем бы он поделился ими, была Светлана, — согласился с ней Иван Тимофеевич. — Поэтому я позвонил ей и попросил связаться со мной.

— И что? Она вам помогла? — полюбопытствовала Кира.

— Увы, наш с ней разговор не состоялся. Нас грубо прервали, — развел руками Иван Тимофеевич. — Но все равно мне показалось, что эта девушка что-то знает о том, кто причастен к краже служебных денег и убийству Николая. Иначе зачем бы ей было со мной встречаться?

— Чтобы выдать вас Вещему Олегу, — предположила Кира. — Это его ребята гнались за вами, разве не так?

— Так, — согласился Иван Тимофеевич. — Буквально чудом удалось от них удрать. И я сразу бросился к вам.

— Какая честь, — пробормотала себе под нос Леся. — А откуда, хотелось бы знать, вам известны наши адреса?

— Из ваших анкет, — пожал плечами Иван Тимофеевич.

И, видя, что подруги ему не верят, воскликнул:

— Честное слово, из анкеты! Только я не специально их заучивал. Просто такая уж у меня память. Что один раз прочитаю, то уже в мозгу отпечатывается. Можете проверить, я все анкеты сотрудников, которых лично принимал на работу, отлично помню.

— Но мы заполняли анкеты не у вас в кабинете, — возразила Кира.

— Правильно, но Николай их все равно мне занес, чтобы я просмотрел, — ответил Иван Тимофеевич. — Я и просмотрел. И невольно запомнил ваши адреса.

— С этим более или менее ясно, — кивнула Кира. — А теперь объясните нам главное, как вы умудрились влезть в эту историю с НЛО?

— Ведь вы же разумный человек, — поддержала ее Леся. — Не можете же вы в самом деле верить, что вас забрала с собой летающая тарелка?

Иван Тимофеевич страшно смутился. Он просто не знал, куда девать свои глаза, руки и ноги. Искрутившись на табуретке, он наконец произнес:

— Понимаю, вы мне не верите. Но это в самом деле был.., неопознанный летающий объект. Я видел его прямо перед собой. И уверен в этом на все сто процентов.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Услышав это ошеломляющее признание, Кира даже присвистнула, что у нее обычно означало как восторг, так и недоумение. Леся не издала ни звука — у нее просто не хватило на это сил. Господи, как они могли забыть, что Иван Тимофеевич человек, мягко говоря, со странностями!

А произошедшие с ним неприятности должны были еще усугубить эти странности. Может быть, он и совсем того, свихнулся. И они притащили домой психа! И из-за этого психа поссорились со своими кавалерами! Но Кира была настроена более лояльно.

— Почему вы так уверены в этом? — мягко спросила она у Ивана Тимофеевича. — Почему вы уверены, что вас забрал именно НЛО?

— Да как почему! — воскликнул тот. — У меня же контакт был!

— Вы хотите сказать, что тогда в лесу, на лужайке перед заброшенными домиками? — уточнила Кира.

— Нет! Раньше! Много раньше! После чего я и начал готовиться сам и готовить Татьяну к тому, что наша жизнь вскоре совершенно изменится.

Что-то такое о контакте Ивана Тимофеевича с внеземным разумом подруги уже слышали. И сейчас пожелали услышать подробности этой истории. Иван Тимофеевич не заставил себя долго упрашивать. И охотно принялся выкладывать подругам подробности этого контакта.

Но уже через полчаса его в высшей степени эмоционального рассказа подруги поняли, что бедный Иван Тимофеевич в самом деле стал жертвой преступного розыгрыша. Какой-то человек, а скорей всего, группа людей, воспользовалась увлечением Ивана Тимофеевича и инсценировала специально для него контакт с инопланетным разумом, который всегда выступал в виде светящегося облака большего или меньшего размера.

— И где именно оно светилось? — поинтересовалась у него Кира. — У вас дома?

— Да, — кивнул Иван Тимофеевич. — И дома. И два раза на улице.

— С вами одним? — спросила у него Кира.

— Ну как вам сказать, — смутился Иван Тимофеевич. — Я же не спрашивал у них отчета. Может быть, они вступали в контакт и с другими обитателями планеты.

— Нет, — с досадой поморщилась Кира. — Я вас спрашиваю: с вашими близкими этот инопланетный разум в виде светящегося облака в контакт вступить не пытался? С Таней, например?

Иван Тимофеевич отрицательно покачал головой.

— Они хотели иметь дело только со мной, — гордо сообщил он подругам.

Те снова переглянулись.

— И что же этот разум вам пообещал? — нехорошим голосом спросила у мужчины Леся.

Но Иван Тимофеевич не заметил ее тона и воодушевленно продолжил свой рассказ:

— Они сказали, что Земле в ближайшее время грозит страшная катастрофа и что они специально отбирают сейчас супружеские пары, которые бы могли впоследствии положить начало новой человеческой расе.

— Потрясающе! — не удержавшись, воскликнула Кира.

Она имела в виду, что надо быть потрясающим ослом, чтобы поверить в такую чушь. Но Иван Тимофеевич понял ее по-своему.

— Вот именно! — блеснув глазами, воскликнул он. — Сами понимаете, я не мог отказаться от такого шанса! Я и Таня — мы должны были стать продолжателями человеческой расы. Нас специально тестировали. Мы оказались идеально подходящими генетическими структурами.

— Это вам тоже ваше светящееся облако сказало? — с тоской поинтересовалась у него Леся. Хотя ответ был и так ясен.

Нет, но как таким типам доверяют управление крупными компаниями и людьми? Ведь законченный же псих перед ними! И куда только служба безопасности в лице Олега Семеновича смотрела? Вместо того чтобы к ним цепляться, лучше бы своих старших менеджеров на вшивость проверили. Трое вон по уши в тарелках инопланетных завязли. А одного так и вовсе куда-то увезти пытались.

— Ну а деньги! — перешла к насущному вопросу Кира. — Деньги вы зачем со своих счетов снимали?

— Это был взнос, — отозвался Иван Тимофеевич. — Ведь инопланетяне не могут открыто действовать на Земле. Им приходится маскироваться, строить убежища для новой расы людей. И эти деньги должны были пойти именно на эти цели.

— А вас не смутило, что вы для этого обокрали родную фирму? — сердито спросила у него Леся.

— Да еще собирались кинуть разом все человечество, никого не предупредив о надвигающейся катастрофе! — гневно добавила Кира.

Но Иван Тимофеевич неожиданно запротестовал:

— Что вы такое снова говорите! Чужих денег я не брал! А что касается того, что я молчал насчет близящегося конца света, так на этот счет я получил четкие инструкции. Я не мог никому об этом рассказать. Да и что бы изменилось? Инопланетяне выбрали меня и Таню. Значит, остальные оказались непригодны для продолжения человеческого рода.

Это заявление в высшей степени оскорбило подруг, несмотря на то что они отлично сознавали всю его абсурдность.

— А мы почему непригодны? — зашипела Кира. — Тоже мне новоявленный Ной!

— У того хоть дети уже были, а вы чем заслужили такое особое к себе отношение? — сердито добавила Леся. — Скромней надо быть, честное слово. Тогда и сегодняшних проблем, глядишь, удалось бы избежать.

Иван Тимофеевич подавленно молчал. И подругам неожиданно стало стыдно. Человек пал жертвой каких-то мошенников. Лишился денег, доброго имени, невесты, в конце концов. А они еще на него и нападают.

— Ладно, — сказала Кира, — забудем о подлом инопланетном разуме. Лучше скажите, вы точно деньги из своего служебного сейфа не брали и со счетов фирмы их никуда не переводили?

— Нет, — заверил ее Иван Тимофеевич. — Вот и Светлана мне все время про эти деньги толковала. А я ведь ни сном ни духом. Это кто-то сделал от моего имени, зная, что я буду уже далеко и не смогу опровергнуть наветов и клеветы!

— Светлана, — эхом повторила за ним Кира, не обратив внимания на последнюю фразу Ивана Тимофеевича, хотя она того явно заслуживала. — Да, о Светлане-то мы и забыли.

— И, кстати говоря, похоже, зря! — воскликнула Леся.

— Напрасно мы выпустили эту девицу из поля нашего зрения, — согласилась с подругой Кира. — Надо было с ней потолковать. Похоже, она и в самом деле знает куда больше, чем девушке-невесте полагается по ее более чем скромному статусу.

— Потолковать! — хмыкнула Леся. — Да где же ее теперь найдешь эту особу?

— Надо позвонить ей на трубку, — предложила Кира. — Возможно, она захочет продолжить свой прерванный разговор с Иваном Тимофеевичем.

— Ну да, — подхватила Леся. — А заодно и спросить, где у них дача? Мне кажется, что Светлана подалась именно туда.

— Иван Тимофеевич, — окликнула гостя Кира, — придется вам еще разок воспользоваться своей уникальной памятью. Вы ведь знаете телефон Светланы? Продиктуйте его нам, пожалуйста.

— Все, что я видел или слышал хотя бы раз, остается в моем мозгу навечно, — заверил ее Иван Тимофеевич. — И между прочим, инопланетяне были об этих моих уникальных способностях отлично осведомлены. Они так и сказали, что желают, чтобы мои способности и память унаследовало новое поколение людей.

— Это все прекрасно, — перебила его Леся. — И мы за вас и будущие поколения очень рады. Но сейчас нам нужен от вас всего лишь телефон Светланы.

— И он у меня есть! — гордо ответил Иван Тимофеевич. — Иначе как бы я смог связаться с ней?

Телефон он им продиктовал. Но, увы, то ли напуганная Светлана не желала больше ни с кем разговаривать, то ли у нее имелись более веские причины, но ее телефон оказался выключенным.

— Тогда надо позвонить маме Светланы и уже у нее спросить, где дочь и где их дача, — предложила Леся и посмотрела на Ивана Тимофеевича.

— Я не знаю домашнего телефона Светланы, — на этот раз отказался от сотрудничества Танькин жених. — Николай при мне ни разу не называл этих цифр. А читать чужие мысли, тем более мысли покойников, я не умею.

— Очень жаль, — опечалилась Леся. — Тогда придется потревожить родителей Николая. Они должны знать домашний телефон его невесты.

Родители оказались дома. И, судя по голосам, которые слышались фоном, поминки по Николаю до сих пор продолжались.

— Сказать вам домашний телефон Светланы? — удивился отец Николая. — Думаю, вам лучше поговорить с Еленой Семеновной.

И прежде чем Кира успела уточнить, кто такая Елена Семеновна и почему ей надо с ней говорить, трубку взяла женщина.

— Алло! — произнесла она. — Зачем это вам нужен наш домашний телефон?

— Э-э! — замялась Кира, которая не была готова к тому, что ей придется разговаривать с матерью сбежавшей Светланы.

— Что вы там мямлите? — спросила Елена Семеновна. — Алло? Говорите, или я повешу трубку!

— Понимаете, — произнесла Кира, — ваша дочь подала заявку на участие в конкурсе на лучший садовый участок Ленинградской области. И она выиграла. — Что?

— Да, да! — азартно подтвердила Кира. — Выиграла первый приз за лучшую альпийскую горку.

— Вы что-то путаете! — сказала мать Светланы. — У нас на участке никогда не было альпийских горок. Парники есть, и отличные. Клубника тоже отлично плодоносит. Фруктовый сад неплохой. А вот таких глупостей вроде этих здоровенных каменюк с цветочками у нас на участке отродясь не водилось! Еще чего!

Кира пыталась вставить словечко, но Елена Семеновна уже вошла в раж.

— Стану я из своих восьми соток хоть клочок под такую нелепицу отводить! — возмущалась она. — У меня каждый сантиметр на счету. Не то что у других хозяев. Грядки у них, а между грядками целый проспект! Нет, у меня всюду тропочки. Только, чтобы ногу можно было поставить. А так все разной полезной овощью засажено. И скажу я вам, одной картошки урожай снимаем такой, что до нового года всей семье хватает!

— Это просто замечательно! Вы прекрасная хозяйка! — похвалила ее Кира. — Но ваша дочь прислала нам на конкурс чудесную фотографию именно альпийской горки.

— Нет у нас на участке никакой горки! У нас, если на то пошло, и цветов нет, — заверила ее Елена Семеновна. — Только настурция и ноготки, так и то потому что в салат идут.

— Простите, — вежливо извинилась перед женщиной Кира. — Должно быть, произошла ошибка.

— Должно быть, — согласилась с ней Елена Семеновна.

— А участок у вас в каком садоводстве? В письме указано, что где-то под Зеленогорском.

— Да вы там у себя вообще все перепутали! — снова вознегодовала Елена Семеновна. — В Приладожском у нас участок. От бабки еще остался. А этот Зеленогорск нам и даром не нужен. Нам и ехать в ту сторону совсем неудобно. Да и почва там, я слышала, все больше песок. Это же земли не навозишься. Вы хоть знаете, сколько грузовик чернозема стоит?

Этого Кира не знала.

— Скажите, — поспешно спросила она, опережая новые аргументы рационалистки Елены Семеновны, — вот тут еще сказано, что вы являетесь доктором наук, возможно, химических наук, и благодаря своим знаниям сумели достигнуть таких успехов в цветоводстве… То есть в овощеводстве.

— Да вы что, девушка! — вознегодовала мать Светланы. — Я техникум растениеводческий закончила. И все! Какой там еще доктор? И муж мой тоже, царствие ему небесное, тоже простым агрономом всю жизнь проработал.

У Киры отпали последние сомнения в том, что мать и отец Светланы были людьми науки. А, следовательно, у Николая имелась еще одна невеста. Вот об этом следовало подумать. Поэтому Кира, поспешно распрощавшись, повесила трубку.

В пылу обличений Елена Семеновна сама назвала ей адрес, по которому находился их участок с домиком. К этому времени уже наступил вечер.

— Пока доедем, будет уже совсем ночь. Как-то неудобно тревожить девушку в такое время, — озабоченно заметил Иван Тимофеевич. — И потом, у бедняжки такое горе. Она потеряла близкого человека.

Кира в ответ на такую деликатность только презрительно фыркнула.

— Не в вашем положении проявлять тактичность, — заявила она. — А до утра мы с Лесей ждать никак не можем. Надо же время от времени и на работу наведываться. И так мы целых два дня в офисе не показывались. Дальше — либо увольняться, либо все же явиться завтра к началу рабочего дня.

Иван Тимофеевич вынужден был признать, что увольнение подруг в данной ситуации было бы весьма некстати. И он быстро сдал свои позиции, согласившись ехать к Светлане в гости прямо сейчас, чтобы подруги успели вернуться обратно в город к завтрашнему утру.

— Поедем на моей машине, — сказала Кира. — Конечно, я выпила немного водки. Но это было днем, еще на похоронах. И потом, все равно ни один чайник не повезет нас с вами к ночи в этот Приладожский.

— Никто не повезет! — заверил ее Иван Тимофеевич. — Хотя, когда мы с Танюшей собирались ехать в то место, где должен был состояться наш контакт с инопланетянами…

— Кстати говоря, а почему именно там? — перебила его Кира.

— Видите ли, я так понял, что инопланетный разум долгое время наблюдал за нашими встречами. И решил, что лучше иметь дело с людьми, которые уже немного подготовлены к подобного рода встречам.

— Прекрасно, значит, это разум назначил вам явиться в это место? — пробормотала Кира.

— Да, — согласился Иван Тимофеевич. — Свою машину, хотя я ее и не продал, брать туда не хотел. Она записана на брата и должна была ему и остаться. На память обо мне.

— Что за брат? — немедленно оживилась Кира. — Кто такой? Бедный или богатый?

— Гораздо богаче меня, — заверил ее Иван Тимофеевич. — Но живет в Польше, он и помог мне купить мою машину, которую я решил оставить ему, потому что на нем она и числится. Ну, вы понимаете, это бы помогло избежать разных юридических проволочек.

— Понятно, — кивнула Кира.

— Поэтому я решил оставить машину на стоянке и предложил Танюше вызвать такси, мотивируя тем, что частник не захочет ехать за город. Но она не согласилась.

— И что? — насторожилась Кира, которую что-то царапнуло в этом месте рассказа Ивана Тимофеевича.

— И представьте, стоило Танечке поднять руку, как возле нас остановился вполне приличный молодой человек. Машина у него была не ахти, кажется, «пятерка» или «шестерка». Но водитель сразу же согласился отвезти нас в нужное место. Конечно, я не присматривался ни к машине, ни к водителю, слишком был увлечен предстоящим событием. Но все равно мне показалось, что юноша был очень мил. Довез нас до нужного места. И даже взял за свою услугу какую-то сущую ерунду, а не плату.

До поселка, в котором находился домик семьи Светланы, компания добралась без проблем. Выходя из дома, они обнаружили, что их никто не караулит. Видимо, Артур с Сафаилом были в самом деле страшно оскорблены и не желали не только видеть подруг, но даже не хотели разговаривать с ними по телефону.

У бабы Тани и Ирины Филипповны вернулись с работы их домочадцы. И дружно требовали забот о себе и горячего ужина. Так что соседкам тоже было не до наблюдений за квартирой Киры. Поэтому они и не видели, как девушки уже без платков и в обычной своей одежде выскользнули из дома вместе с Иваном Тимофеевичем, который также расстался с париком и фальшивой бородой.

— Кстати, а где вы их взяли? — спросила у него Кира.

— Купил, — последовал быстрый ответ. — В театральной лавочке со всевозможным реквизитом для сцены.

— А деньги? — нахмурилась Кира. — Деньги откуда взяли? Помнится, вы говорили, что инопланетяне высадили вас обратно на грешную Землю без копейки в кармане.

— У вас даже на метро денег не было, — вспомнила Леся.

— Их и не было, — ничуть не смутился Иван Тимофеевич. — И если бы не та добрая женщина, которая согласилась подвезти меня на своей машине до города, то я бы просто пропал.

— А она что же, дала вам денег? — удивилась Леся.

— Не только дала денег, но и любезно согласилась выслушать мою историю! — с жаром подтвердил Иван Тимофеевич. — И это именно по ее совету я изменил свою внешность. Очаровательная женщина! Когда все прояснится и я верну себе свое доброе имя, я обязательно отблагодарю мою спасительницу! И знаете, будь моя воля, я бы с удовольствием взял эту женщину с собой в иную галактику. Я ей так и сказал.

Подруги переглянулись. Если Иван Тимофеевич и в самом деле изложил той женщине свою историю, то неудивительно, что она дала ему денег. Тут уж все отдашь, когда к тебе в машину садится с виду нормальный и даже местами интересный мужчина и вдруг начинает плести полнейшую ахинею про похищение его инопланетным разумом в виде светящегося облака. Да еще обещает взять ее с собой.

А Иван Тимофеевич, оседлав любимого конька, до самого Приладожского продолжал развлекать подруг пересказом истории своего контакта с инопланетянами. Попутно выяснилось, что сам он не имеет четкого представления, с какой звезды прибыли данные посланцы. Равно как и о том, какую физическую форму они имеют и имеют ли они ее вообще.

— Оно и понятно, наверняка в распоряжении мошенников не голливудский реквизит был, — шепнула Леся на ухо подруге. — Это в Голливуде для «Звездных войн» за долгие годы уже поднаторели в изготовлении инопланетных уродцев. А тем ребятам, которые Ивана Тимофеевича окрутили, им потребовалось лишь светящееся облако организовать да электронный голос. Вот и все изыски. Даже странно, что Иван Тимофеевич попался. Вроде бы неглупый человек.

— Если человек очень хочет быть обманутым, то он обязательно обманется, — ответила Кира. — И тут от ума мало что зависит. На всякого мудреца — довольно простоты. Преступники знали о страсти Ивана Тимофеевича. И ловко сыграли на ней.

— Выходит, это все же действовал кто-то из близких ему людей? — прошептала Леся.

— Выходит, — кивнула Кира.

* * *

К этому времени они уже свернули в Приладожский и теперь петляли по улицам, пытаясь найти нужный адрес.

— Вроде бы нам туда! — сказал Иван Тимофеевич, указывая рукой налево в узкий проулок.

— Откуда вы знаете? — удивилась Кира.

— Ниоткуда! Просто интуиция!

— Предпочитаю знать точно, — буркнула Кира, с сомнением косясь в ту сторону, куда указал Иван Тимофеевич.

Несмотря на белые ночи и относительно еще не позднее время, местные обитатели словно вымерли. Исключение составляли стайки разнокалиберных подростков, снующих взад и вперед. Эти-то могли не спать целыми ночами. Все-таки у ребят летние каникулы, они могли позволить себе расслабиться.

С их помощью было установлено, что ехать Кире надо вовсе не в узкий проулочек. А совсем даже прямо — до самой бани. Потом свернуть у рынка, потом еще раз свернуть и еще. Воспользовавшись этими указаниями, Кира и в самом деле выехала к нужному дому. Стоял он слегка на отшибе. И свет в окнах не горел.

— Что же это? — пожала плечами Леся. — Светлана уже спит?

— У нее был тяжелый день, — вздохнул Иван Тимофеевич. — Бедная девушка, как это трагично — потерять жениха. Честное слово, мне ее жаль.

Но еще сильней Ивану Тимофеевич пришлось пожалеть Светлану, когда все втроем они вошли в незапертый дом и зажгли наконец электричество. Светлана никуда не делась. Она лежала на кровати. А на ее груди с левой стороны пламенело алое пятно. И все белоснежное постельное белье вокруг Светланы было забрызгано каплями крови.

— Ой! — прошептала Кира, хватаясь за стену. — Кажется, я где-то эту картину уже видела! Во всяком случае, там было очень похоже.

Леся не стала тратить времени на комментарии. Она просто зарыдала.

— Какой ужас! — всхлипывала она. — Жених и невеста. Оба такие молодые. И погибли практически в один день и от руки одного и того же убийцы! Как горько!

— Что ты мелешь? — посмотрела на нее Кира, до затуманенного сознания которой все же дошел смысл сказанного подругой. — Почему ты думаешь, что убийца Николая и Светланы — один и тот же человек?

— А что же? — плачущим голосом отозвалась Леся. — Кирин же почерк! Ты что, сама не видишь? Николая застрелили, когда он прилег отдохнуть. И его невесту постигла та же участь! Лежала себе в кровати, спала, а тут входит убийца и всаживает в нее пулю! Как это трагично!

— Зато теперь их можно похоронить в одном месте и поставить общее надгробие, — мрачно произнесла Кира. — Даже дату смерти можно не менять. Кто там через двадцать лет вспомнит, что они погибли с разницей в три дня.

— Как ты можешь шутить? — возмутилась Леся. — Такими вещами, да еще в такое время?

Кира тяжело вздохнула.

— Прости, — виновато потупясь, произнесла она. — Я не хотела. Видимо, это защитная реакция организма.

И, поднявшись, она постаралась встряхнуться.

— Надо тут все осмотреть, — сказала она. — Возможно, убийца оставил какие-нибудь следы.

— Так, кто-то приехал, — сказал Иван Тимофеевич, стоявший возле окошка и сейчас отдернувший занавеску. — Какие-то люди. И впереди… Ой! Кажется, мне пора!

И он кинулся бежать в глубь дома.

— Простите меня, — донеслись до подруг его прощальные слова.

А буквально через несколько секунд во входную дверь начали вваливаться все новые и новые гости. И впереди двигался человек, которого подруги хотели бы видеть сейчас меньше всего. Равно как и он их.

— Снова вы! — воскликнул Олег Семенович, войдя в комнату и увидев подруг. — И снова с трупом! — добавил он, увидев тело Светланы на кровати позади приунывших подруг. — Так я и знал, что одним трупом вы не ограничитесь! Во вкус вошли! Крови жаждете!

— Да что вы такое говорите! — возмутилась Леся. — Мы к Светлане по делу приехали.

— Поговорить! — подхватила Кира. — А она уже вот.., лежит тут… Мертвая!

— А мы ее не убивали! — преданно глядя на Вещего Олега, произнесла Леся. — И даже руками тут ничего не трогали.

— Просто не успели, — догадался Олег Семенович.

Подруги подавленно молчали. Тяжело иметь дело с человеком, который видит вас насквозь. И даже может предсказывать то, чего вы не сделали, а только собирались.

— Ступайте туда! — велел им Олег Семенович, указывая на самый дальний угол. — Сидите там. И чтобы ни звука!

Отдав это указание, он дотронулся до шеи Светланы, безнадежно покачал головой и, накрыв голову бедной девушки простыней, принялся расхаживать по комнате, внимательно разглядывая все вокруг. Подруги сидели, боясь шелохнуться. Они не понимали, куда мог деться Иван Тимофеевич. И ежеминутно боялись, что рассыпавшиеся по дому парни Вещего Олега обнаружат снявшего маскировку беглеца.

Но время шло, а торжествующих воплей, которые могли бы означать, что беглец обнаружен и схвачен, так и не раздалось. Из чего подруги сделали верный вывод, что Ивану Тимофеевичу удалось скрыться. В какой-то степени подруги ему даже завидовали. Сбежал, и никаких у него проблем, кроме тех, которые уже имелись. А им теперь предстоит отдуваться за то, что они снова оказались не в том месте и не в то время.

Обыскавшие дом охранники вернулись к Олегу Семеновичу. И шепотом сделали доклад. При этом он так выразительно зыркнул в сторону притихших подруг, что тем ужасно захотелось провалиться сквозь землю. Тем временем Олег Семенович решительным шагом пересек комнату и замер напротив девушек.

— Ну! — просверлив их пронизывающим взглядом, грозно произнес начальник охраны. — И где ваш мужик?

— Какой мужик? — жалобно посмотрела на него Леся.

— Не притворяйтесь дурочками! Свидетели видели, как вы вошли в дом в обществе какого-то тощего мужчины. Лица только его не разглядели, кретины. И где он?

— Да? Видели? В самом деле, видели?! — крикнула Кира. — А эти самые ваши свидетели случайно не видели, кто приходил к Светке до нас и всадил в нее пулю?

— Две пули, — уточнил Олег Семенович. — Точно так же, как и в случае с Николаем.

— А что я тебе говорила? — толкнула подругу в бок Леся. — Один почерк!

— О чем вы там шушукаетесь? — прикрикнул на них Олег Семенович, не сводя с подруг подозрительного взгляда. — Что мне теперь с вами делать?

— Мы все расскажем, — пообещала ему Кира. — Честное слово.

— Только Светлану мы не убивали! — вскричала Леся. — Мы когда пришли, она уже лежала тут в таком виде.

— Наверное, ее застрелил кто-то, кого она хорошо знала! — поспешила высказать свою догадку Кира.

Но оказалось, совершенно напрасно. Потому что Олег Семенович неожиданно страшно разозлился.

— Делать выводы — это моя работа! — рявкнул он. — Вижу, что зря предоставил вам целых два дня выходных! Сидели бы на работе, глядишь, и трупов бы не прибавилось.

Но тут он, видимо, вспомнил, что первый труп образовался как раз таки в непосредственной близости от рабочего места самой Киры, да и Леся находилась неподалеку, потому что побагровел еще больше и заревел совсем грозно:

— А ну! Признавайтесь! Кто тут был еще с вами?

— Мужчина, — едва слышно пискнула Леся. — Мы его не знаем. Какой-то местный. Он нам просто дорогу указал.

Конечно, она сильно рисковала. Если бы оказалось, что Олег Семенович со своими орлами следит за подругами от самого города, то Лесина ложь тут же вылезла бы наружу. И тогда бы подругам не поздоровилось очень сильно. Но Олег и так пребывал в сомнениях. С одной стороны, ему не хотелось думать, что понравившаяся ему девушка нагло, глядя прямо на него своими прекрасными незабудковыми глазами, врет. А с другой…

— И с чего бы этому мужчине шмыгать из дома, едва заметив, что мы приближаемся? — спросил он.

— Да вы сами рассудите! Он же не знал, что вы служба охраны, — возразила Кира. — Видит, на кровати убитая девушка. И какие-то крепкие парни со зверскими рожами мчатся к дому от калитки. Вот и ушел по-джентельменски.

— Через окно он ушел, — мрачно сказал Олег Семенович. — Ладно, с ним потом разберемся. Все равно теперь нам его уже не догнать. А вот вы, красавицы, расскажите все, что видели и слышали подозрительного.

И он уставился на подруг на этот раз с большой надеждой. Но, увы, подруги в очередной раз его горько разочаровали. Сколько ни силились, ничего подозрительного, подходя к дому Светланы да и войдя в него, они не заметили.

— Исключая, конечно, саму убитую Светлану, — добавила Леся, чтобы хоть как-то скрасить их бледный рассказ.

В конце концов Олег Семенович сжалился над подругами.

— Ладно, — сказал он. — Езжайте отсюда домой.

— А как же милиция? — удивились подруги. — Вы ее не вызовете?

— Езжайте, я сказал! — рявкнул на них начальник охраны. — И так вон бледные, под глазами синяки. А Кира еще и линять начала. Хотя вроде бы не сезон. Лето давно на дворе, весна кончилась.

— Что? — ахнула Кира, схватившись за свои волосы.

Подергав, она убедилась, что ничего страшного не происходит.

— Да ты не на волосы, ты на лицо свое глянь, — посоветовал ей Олег Семенович, уже выходя из дома. — Чисто змея. Ведь как только увидел, сразу понял, есть в тебе что-то этакое от этих гадов. А теперь точно убедился, анаконда ты и есть.

Кира схватилась за лицо. Ощущения ей не понравились. Под пальцами что-то активно шелестело и крошилось. Леся тоже посмотрела на подругу и ахнула.

— Кира! — воскликнула она. — У тебя кожа облезает!

И в самом деле, в тех местах, где лицо соприкасалось со злополучной маской, она потеряла свою эластичность. Тонкий верхний слой потрескался, словно лаковая поверхность на старой картине. И пласты сухой кожи начали отслаиваться один за другим.

— Я вся шершавая! — простонала Кира, проведя рукой по лбу, щекам и крыльям носа. — Проклятая маска!

Однако вдоволь порыдать над своей утраченной красотой ей не дали. Вернулся Олег Семенович и выгнал подруг вон, велев им отправляться по домам и хоть немного передохнуть перед завтрашним рабочим днем. Подруги не стали с ним спорить. Коли он так любезно брал на себя ответственность и собирался сам объясняться с местными ментами, так ради бога. Сами подруги к такого рода общению отнюдь не рвались.

Всю дорогу до дома подруги тащились на машине едва-едва, поминутно ожидая, что откуда-нибудь из-за придорожных кустов им навстречу выскочит долговязая фигура Ивана Тимофеевича. Но их ожидания оказались напрасными. Зато благодаря своей черепашьей езде, они заметили кое-что другое.

Зa ними, держась на некотором расстоянии, преданно следовала еще одна машина.

— Докатились! — резюмировала Кира. — За нами слежка организована.

— Где? — завертела головой Леся.

— Вон, позади нас «БМВ» тащится, — сказала Кира. — А я еду со скоростью сорок километров в час, медленней даже правилами дорожного движения не разрешается. Нормальный бы водитель давно меня обогнал. А эти — нет, тащатся и даже не думают маскироваться.

— Выходит, Олег приказал кому-то из своих ребят за нами проследить? — расстроилась таким недоверием Леся.

— Его тоже можно понять, — пожала плечами Кира. — Поставь себя на его место. Куда ни придет, там мы и свеженький труп. Поневоле занервничаешь.

Оказавшись дома, Кира первым делом бросилась к огромному зеркалу в ванной комнате и осмотрела повреждения на своей мордашке. Результат обследования был неутешительным. Благодаря яркому свету от настольной лампы, которую принесла ей в ванную Леся, стали видны такие следы разрушений, которые на улице Кира рассмотреть не сумела.

— Катастрофа! — заключила Кира. — Это уже просто катастрофа!

Все ее лицо было покрыто топорщащимися чешуйками, которые терлись друг о друга и тихо шуршали. Этот звук буквально выводил Киру из себя. Она схватила тюбик со скрабом и принялась тереть им лицо. После скраба в ход пошла шелковая рукавица для отшелушивания, а после нее и обычная мочалка. В результате этих стараний Кира вышла из ванной комнаты пятнистая, словно леопард, и злая, как гиена.

Кожа на ее лице в тех местах, где сухие чешуйки уже отвалились, была младенчески розового цвета. А там, где они сохранились, приобрела нездоровый желтоватый оттенок. Единственным однородным место у Киры оказался подбородок. Его она так истово терла мочалкой, что он стал равномерно-красного цвета и страшно болел.

Леся, которая решила остаться ночевать у подруги, увидев появившееся из ванной существо, поперхнулась чаем и закашлялась. Кире пришлось хлопнуть подругу по спине.

— Предупреждать ведь надо, — закончив кашлять, сказала Леся. — Так недолго и заикой стать.

Но, видя неподдельное страдание Киры, все же посоветовала:

— Намажь лицо оливковым маслом. Чешуйки размягчатся, и ты завтра сможешь их с легкостью удалить. Так всегда делают с младенцами, когда у них на голове какие-то корочки появляются. Если им помогает, должно и тебе помочь.

С некоторых пор Кира стала доверять простым домашним средствам куда больше, чем дорогим патентованным медикаментам и косметике. Поэтому она охотно намазала лицо оливковым маслом. И подруги отправились спать. Время было уже совсем позднее. А вставать им завтра надо было рано.

Но, несмотря на усталость, подругам не спалось.

— Как ты думаешь, куда мог подеваться этот Иван Тимофеевич? — вертясь с боку на бок, произнесла Леся.

— Не знаю, — ответила Кира. — Я вот сейчас о другом думаю.

— О чем?

— Как ты считаешь, а кто мог так здорово разыграть беднягу с этим светящимся сгустком инопланетного разума?

— Мы ведь уже решили, что это сделал кто-то хорошо его знающий. Какой-то близкий ему человек, который знал о страсти Ивана Тимофеевича.

— Вот именно, — согласилась Кира. — Но кто именно? Родных у него нет. Только брат, но мне кажется, что он не в счет. Друзей у Ивана Тимофеевича тоже нет, только сослуживцы. Тогда кто же? Танька — его невеста? Николай — убитый заместитель Ивана Тимофеевича? Или эта парочка — Воронцов с Петровым?

— А почему ты этих-то в свой список внесла? — удивилась Леся.

— Да ты вспомни, как шепталась с ними на похоронах Николая Светлана, — пояснила Кира. — Очень уж это подозрительно выглядело. Пошепталась она с ребятами, а потом раз, и девушки не стало. Подозрительно?

— И что ты думаешь предпринять? — спросила Леся, уже согласившись с подругой, что выглядело это и в самом деле подозрительно.

— Завтра нам с тобой предстоит выяснить алиби этих двоих на время убийства Светланы, — перевернувшись на другой бок, ответила ей Кира.

И теперь, когда круг подозреваемых был примерно очерчен, она, сладко зевнув, наконец заснула крепким сном.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

На следующее утро подруги вскочили бодрыми и полными сил, словно это и не они вовсе все последние дни проводили в разъездах и трудном розыске. Перспектива вычислить наконец убийцу Николая и Светланы была для них лучшим стимулом к началу нового дня.

— Мы с тобой какие-то ненормальные, — все же поворчала немного Леся, чистя зубы над раковиной.

Этому занятию она предавалась с истинной страстью. Стоило ей лишь представить себе грядущий визит к стоматологу, его ужасное кресло и не менее зловещие блестящие инструменты, которыми он станет ковыряться у нее во рту, храня на лице лицемерно доброжелательное выражение, Лесю тянуло чистить зубы по три, да что там по три, даже по пять раз в день.

— Другие девушки только и думают о том, как бы им получше и повыгодней выйти замуж, — посетовала Леся, осмотрев критическим взглядом два ряда своих белоснежных зубов и с явным облегчением не найдя в них ни одного изъяна. — А мы с тобой то преступников ловим, то за любовью всей своей жизни гоняемся.

— Ага, — хмыкнула Кира, которая находилась в комнате и, несмотря на некоторую пасмурность за окном, пыталась выбрать из своего гардероба самые яркие и привлекательные шмотки. — И заметь, объекты этой любви каждый год меняются. А то и чаще.

— А что же нам делать? — вздохнула Леся. — Вот смотри, мы с тобой честно пытались отыскать в «Турграде» подходящих мужей. А из всего списка кандидатов на эту роль ни один не подошел. И это в строительной фирме, где соотношение мужчин и женщин один к десяти!

— Мы с тобой уникумы! — заверила ее Кира, которая все еще пыталась сообразить, что бы ей хотелось сегодня надеть.

Миленькие светленькие брючки, ладно обтягивающие ее попку? И коротенькую блузку-размахайку, а под нее кружевной лифчик, специально для того и купленный, чтобы все могли на него любоваться? Или лучше шелковое платье с юбкой-солнцем, которая при самом легком повороте взлетала до бедер, почти как у Мэрилин Монро в ее на века прославленном клипе.

Так и не придя ни к какому определенному решению, Кира направилась в ванную. И тут выяснилось, что хорошего настроения ей хватило ненадолго. Только до того момента, когда она увидела свое отражение в зеркале. Как ей показалось, старая кожа потрескалась еще больше. И висела теперь с ее щек буквально лохмотьями.

— Мамочка! — взвизгнула Кира. — Я вся облезаю!

Леся поперхнулась теплой водой, которой полоскала горло. И долго не могла откашляться.

— Ну и ну! — только и сумела она выдавить из себя.

— В таком виде я никак не могу выйти из дома, — расстроилась Кира, отталкивая подругу от умывальника и принимаясь за утренние процедуры.

После очередной порции скраба, лицо Киры порозовело еще больше. А количество покрытых старой кожей участков значительно сократилось. Но все равно вид у нее был жуткий.

— Не вздумай прогулять! — испугалась Леся. — Мне одной ни за что не допросить Воронцова с Петровым на предмет наличия у них алиби на время убийства Светланы!

— Значит, снова придется нацепить на голову платок, — грустно резюмировала Кира. — Прочь мечта о сексуальном наряде. Да здравствует паранджа! Хорошо еще, что на улице пасмурно и дождик накрапывает. Не так будет в глаза бросаться.

Одевшись, подруги вышли из дома, выпив лишь по чашке кофе без сахара. Сегодня даже у Леси почему-то совершенно не было аппетита. Такое положение дел она только приветствовала и с легкостью отказалась от завтрака.

Баба Таня была ранней пташкой. К тому же у нее имелся добавочный стимул, чтобы вставать рано. Несмотря на то что все ее знакомые давно перешли на молоко в герметично запакованной таре, сама баба Таня оставалась верной разливному молоку, которое, покупалось из бочки.

Такой приверженности было два объяснения. Во-первых, разливное молоко было дешевле. А во-вторых, за долгие годы она сдружилась с продавщицей, и та за небольшую мзду оставляла бабе Тане осевшее на дне бочки более жирное молоко, из которого затем получалась отменная густая простокваша, а то и настоящая сметана.

Вот и сегодня баба Таня поднялась и по установившейся привычке отправилась за своим драгоценным молоком. Войдя в лифт, который наконец заработал, баба Таня была поражена. В спускавшемся сверху лифте стояла хорошо знакомая ей Леся — подруга ее соседки Киры. И рядом с ней застыла какая-то мрачная личность, закутанная с головой в платок и упорно отворачивающаяся от бабы Тани.

Зная, что у бабы Тани язык без костей. Кире и сегодня вовсе не улыбалось предстать перед соседкой в таком облезлом виде. Поэтому ока и отворачивалась. Однако баба Таня, немного успокоившаяся за ночь, не знала о вполне невинной причине, заставляющей девушку прятать свое лицо, и снова ощутила в груди неприятное тревожное покалывание.

В Кире она без труда признала вчерашнюю мусульманку, которая потом привела с собой лохматого, бородатого единоверца, из-за которого и разгорелся дебош возле дверей в Кирину квартиру.

— А где же сама Кира? — ласково спросила баба Таня у Леси, поздоровавшись с той. — Что-то ее давно не видно?

Леся растерянно посмотрела на хранящую молчание подругу. Баба Таня истолковала этот взгляд по-своему. Эти вчерашние подозрительные личности куда-то дели Киру! А теперь и за Лесю взялись! Вон девка слово сказать лишнее боится. Все на эту в платках поглядывает!

За молоком баба Таня отправилась в непривычно дурном настроении. И даже не обратила внимания на явный недолив. Случай для бабы Тани вообще беспрецедентный. Поспешно занеся купленное молоко в дом и даже забыв его прокипятить, баба Таня кинулась к своей соседке Ирине Филипповне за советом.

Подруги же добрались до офиса без проблем и даже, можно сказать, почти вовремя. И первыми, кого они увидели, был Воронцов, направляющийся деловым шагом к входу в офис.

— На ловца и зверь бежит! — кровожадно заметила Кира. — Давай, Леся! Действуй!

— Почему я? — удивилась Леся.

— Но не я же! — воскликнула Кира. — С моим лицом сейчас не мужчин соблазнять, а покойников воскрешать или в фильме ужасов сниматься. Тройной слой грима и то не очень помог! Так что иди и не спорь!

Леся потрусила следом за Воронцовым, сильно сомневаясь, что он захочет поболтать с ней о том, как он провел вчерашний вечер. И поделиться тем, не ездил ли он случайно за город, совершенно случайно в направлении поселка Приладожского. Однако, к ее изумлению, Воронцов сам остановил ее.

— Ты уже слышала? — обратился он к ней.

— Нет, — на всякий случай помотала головой Леся.

— Ну ты даешь! Все наши целую ночь это обсуждали! Вчера вечером убили невесту Николая! Эту Светлану!

— О! — только и сумела выдавить из себя Леся, но Воронцову и не нужна была ее реакция, он наслаждался своим рассказом. — Прямо дома, в собственной квартире застрелили девку. И все обставлено было так же, как и с Николаем. Она тоже на диванчик прилегла отдохнуть. А тут убийца к ней вошел и шмякнул.

— Да? — промямлила Леся, отлично зная, что в деталях ее собеседник здорово погрешил.

И не на диване вовсе лежала Светлана, а на разобранной кровати. И не просто прилегла отдохнуть, а явно собиралась спать, даже рубашку ночную надела. Да и убили ее не на городской квартире, а на даче.

— Да! Похоже, что тут один и тот же убийца орудует! — сказал между тем Воронцов. — Сначала Николая убил. А потом и Светку укокошил!

И на лице Воронцова появилась печать озабоченности.

— Хорошо бы его поймать! — неожиданно для самой себя вырвалось у Леси. — Этого убийцу!

Воронцов впервые с интересом взглянул на девушку.

— А что? У тебя есть идеи? — спросил он у нее. Леся едва нашла в себе силы, чтобы кивнуть. Но этого оказалось достаточно, чтобы заинтересовать Воронцова.

— Знаешь что, — произнес он, глядя на девушку, — если так, то давай встретимся сегодня в обеденный перерыв.

— Хорошо, только я не одна приду, — честно предупредила его Леся.

— А с кем?

— Я с подругой приду, — ответила Леся, решив не акцентировать, что это будет за подруга.

Впрочем, Воронцов и не интересовался.

— Отлично, я тоже приятеля захвачу, — кивнул он и умчался дальше.

— Ну что? — подскочила к Лесе замотанная в свои платки Кира, державшаяся до этого момента в стороне.

— Он предложил нам вместе пообедать, — с гордостью доложила Леся о своих успехах в деле установления контакта с подозреваемым.

— Ловко! — оценила ее успехи Кира.

— Только знаешь, мне кажется, что Воронцов Светку не убивал, — сказала Леся. — Очень уж он о деталях преступления плохо осведомлен.

Но на Киру ее рассказ особого впечатления не произвел.

— Во-первых, он может специально так говорить, чтобы отвести от себя подозрение, — сказала она. — А во-вторых, все равно нам надо узнать, о чем Светлана с ним и с Петровым на кладбище шепталась. Какая-то тайна между ними была. И нам позарез надо узнать, какая именно.

Таким образом в час дня подруги стояли у выхода из офиса в ожидании, когда Воронцов соизволит отвезти их в обещанный ресторанчик неподалеку от офиса. Обедать в офисе в служебном кафе оставался только младший персонал. Старшие менеджеры и начальники крупных отделов и подразделений предпочитали проводить время ленча вдалеке от офиса в более комфортной обстановке.

Благодаря полученному приглашению у подруг даже появлялась лишняя возможность получше присмотреться к ближайшим коллегам Николая и Ивана Тимофеевича. А возможно, и услышать от них что-либо интересное.

— Вы готовы? — подскочил к ним в это время Воронцов, который всегда двигался очень стремительно, так что создавалось впечатление, будто у него внутри запрятан моторчик, который постоянно гонит его вперед.

Даже просто постоять на месте хотя бы одну минуту было для Воронцова сущим мучением. Его ноги приплясывали, делали шажки вправо и влево или просто топтались на месте. И при малейшей возможности Воронцов кидался куда-то в сторону, чтобы переброситься парой фраз с нужным человеком, а потом вернуться к подругам.

Лесе с трудом удалось улучить минуту, чтобы представить Воронцову Киру, с которой он лично еще не был знаком. Воронцов рассеянно кивнул и тут же снова отвлекся.

— Наконец-то! — кинулся он к молодому, но уже начинающему тучнеть блондину.

Если Воронцов был подвижен, жилист и постоянно выглядел как вкусивший допинга Мефистофель на старте, то Петров был его полной противоположностью. Этот человек спешить не привык. И был вполне во вкусе Киры. Так что она еще в первые свои дни в «Турграде» улучила минутку и познакомилась с Петровым.

— Кира? — удивился тот, увидев девушку. — Слушай, ты как-то изменилась, или мне это кажется?

— Не кажется, — нахмурилась Кира. — Не обращай внимания. Пищевая аллергия. Скоро пройдет, но пока я выгляжу, словно ящерица во время линьки.

— Ага, — согласился Петров. — У меня тоже бывает. Цитрусовые есть совсем не могу. Обсыпает так, что мать родная не узнает. Слушай, как же ты так неосторожно? Что ты такое поела? Эффект совершенно потрясающий!

Судя по проснувшемуся интересу в глазах мужчины, этой темы обстоятельному Петрову могло хватить на весь обеденный перерыв. И хотя Кира снова порадовалась, что способна и в таком виде вызывать интерес к своей персоне, все же надо было что-то предпринять.

Подругам вовсе не улыбалось обсуждать с двумя подозреваемыми все виды аллергических реакций, методы борьбы и профилактики оных. Хватит с них Иванова с Михайловым, которые чуть не до обморока заговорили их своими инопланетными тарелочками.

— Самую жуткую аллергию я наблюдал у одной знакомой моего приятеля, — продолжал Петров, уже входя в симпатичный маленький ресторанчик, где подруги увидели несколько знакомых лиц. — Знаете, эту девушку раздувало буквально от всего! И ничего! Он все равно собирался на ней жениться. Говорил, что очень уж она умная и способная. Кучу языков знает. И вообще, если бы не аллергия, была бы настоящей красавицей.

Кира насторожилась. Впервые с начала этой беседы в ней в самом деле блеснула крупица занимательности. Но тут Леся, для которой ничего не блестело, решительно перебила Петрова.

— А вот бедной Светлане уже никакая аллергия не грозит! — брякнула она.

Мужчины, которые как раз усаживались за столик, предоставив официанту поухаживать за их дамами, слегка испуганно воззрились на Лесю.

— Ну да, — подтвердил Воронцов. — Если ее убили, какая уж тут аллергия.

— А вас милиция уже допрашивала о том, чем вы занимались вчера весь вечер? — продолжила портить им настроение Леся.

— Почему именно нас? — начисто и, на взгляд Киры, очень не вовремя, утеряв интерес к любой аллергии, спросил у Леси Петров.

При этом он неторопливо открывал положенное на их столик меню, и лицо его выглядело безмятежным и славным.

— Потому что на похоронах Николая вы договорились с ней о встрече, — произнесла Кира и неожиданно попала в цель.

Глаза обоих старших менеджеров забегали в разные стороны. Лицо Петрова утеряло свою безмятежность. Потом Воронцов с Петровым встревоженно переглянулись и дружно попытались сделать вид, что слова Киры — полная чушь.

— Ха-ха! — с фальшивым весельем произнес Воронцов. — С чего ты это взяла, Кира? Никакой встречи мы Светланке не назначали! С какой стати? Она же невеста нашего друга.

— И вообще, если хотите знать, мы вчера провели весь вечер в обществе друг друга, — вмешался Петров.

— Возможно, — кивнула Кира. — Только провели вы его, убивая Светлану.

— Что?! — хором воскликнули оба мужчины.

— Ложь! — сказал Петров.

— Нам самим Светлана была нужна живой! — не удержался Воронцов.

— Ага! — с таким торжеством, словно уличила обоих приятелей в чем-то страшном, воскликнула Кира. — Вот вы и признались!

— Да в чем нам признаваться? — буркнул Петров, метнув на друга сердитый взгляд. — Мы ни в чем не виноваты. И если хотите знать, то вы не первые спрашиваете у нас насчет алиби.

— А кто еще?

— Да уже наш Вещий Олег побеспокоился, — ответил ей Петров. — Прямо вчера среди ночи нас в казино разыскал. А потом его ребята еще полчаса там шныряли да персонал расспрашивали, сколько мы в этом казино сидим да не отлучались ли куда-нибудь надолго.

— Нам крупье потом доложил,. — сказал Воронцов. — Так что Светлану мы не убивали. Кто угодно мог это сделать. А у нас алиби просто железное. Все казино нас видело.

Подруги сначала приуныли. Но потом вспомнили, что, кроме убийства Светланы и Николая, существует еще загадка светящегося говорящего облака, выманившего у доверчивого Ивана Тимофеевича крупную сумму наличными. Но и по поводу облака у друзей было алиби. Они в тот злополучный для Ивана Тимофеевича вечер зависали в каком-то ночном клубе.

— И все равно я им не верю, — заявила Кира подруге, когда их кавалеры отлучились к бару. — Слишком у них все предусмотрено. Чуть что случается, а у них уже алиби. То казино, то ночной клуб, а деньги откуда?

— Вот именно, — прошептала Леся. — И поэтому мы должны с ними встретиться еще разок. Более основательно. Сегодня вечером.

И за оставшееся время подруги приложили все старания, чтобы это вечернее свидание состоялось. Похоже, им удалось добиться желаемого результата. Оба менеджера были вовсе даже не против. Кажется, они тоже хотели расспросить девушек кое о чем. И дневное свидание было решено продолжить вечером.

Вернувшись в офис, подруги продолжили сбор информации о случившихся в фирме преступлениях, потратив на это занятие почти все свое рабочее время. Но к сожалению, улов был совсем не богат. Единственная интересная вещь, которую они услышали, исходила от одной из девочек, работавших под началом Ивана Тимофеевича.

— Да не женился бы он на Таньке все равно никогда! — заявила она на сетования Киры по поводу того, что вот вчера еще было у людей все хорошо, собирались пожениться, а сегодня одна в сумасшедшем доме, а другой вообще в бега подался. И неизвестно, жив ли еще.

— Почему это? — опешила Кира, которая имела совершенно противоположную информацию. — Почему не женился? Иван Тимофеевич обожал Таньку. И день свадьбы назначил.

— Нет, не женился бы, — помотала головой девчонка.

— Почему? Аргументируй! — потребовала Кира.

— Да потому что любовник у Таньки был! — сказала девчонка. — Рога она нашему начальнику наставляла.

— Многие девушки так поступают, — только и сумела пробормотать Кира. — Да и не только девушки.

— Поступают, может, и многие, да ловят не всех! — с торжеством произнесла девица. — А наш Иван Тимофеевич как-то об этом узнал! Ну, о том, что рогами его будущая жена уже наградила. Скандал был, ужас!

— Врешь! — не поверила ей Кира.

— Ей-богу не вру! Сама слышала!

— И когда это было?

— Да уж месяца два назад.

— Нет, — покачала головой Кира. — Не может быть. Я когда на работу к Ивану Тимофеевичу пришла устраиваться, он меня и мою подругу только по протекции Таньки и принял. Он ее слушался и любил. И разладом там и не пахло!

— Не знаю, может быть, он ее на какое-то время и простил, — с сомнением покачала головой девушка. — Только после тех слов, что они друг другу во время той ссоры наговорили, общей семьи у них все равно бы никогда не получилось. Даже если бы и поженились, все равно бы жить долго не стали.

— Расскажи! — с горящими от любопытства глазами потребовала Кира у местной сплетницы. — Расскажи, что ты слышала!

Та не заставила упрашивать себя дважды. И выложила такие потрясающие вещи, что Кира немедленно помчалась советоваться с Лесей.

— Представляешь, я узнала, что у Таньки был любовник! Настоящий любовник! Молодой и красивый! И выходит, что ее сладкая любовь с Иваном Тимофеевичем была сплошным притворством! Ей был нужен не он сам, а его деньги!

— Не может быть! — не поверила ей Леся. — Они с Иваном Тимофеевичем выглядели такими счастливыми!

— Вот именно, что выглядели, — сказала Кира. — Да ты только послушай! Оказывается, Иван Тимофеевич то ли сам застукал Таньку с другим мужчиной, то ли ему заботливые друзья доложили, только скандал он закатил ей ужасный! Дело было поздно вечером. Он думал, что все сотрудники давно разошлись по домам, но ошибся. По крайней мере, один свидетель, то есть свидетельница, еще сидела в офисе.

— И что? — затаив дыхание, спросила Леся. — Она все слышала?

— В том-то и дело, что, по словам этой девушки, которая стала невольной свидетельницей их ссоры, она думала, что на следующий день Танька просто не выйдет на работу или хотя бы напишет заявление об уходе.

— А она?

— А она вышла и продолжала работать, словно ничего не было.

— А он?

— Иван Тимофеевич тоже, — ответила Кира. — То есть где-то неделю они между собой не особенно разговаривали, только по работе. Но уволить он Таньку не уволил. И потом вроде бы все равно смягчился.

— Значит, Таньке удалось его убедить в своей невиновности, — заключила Леся.

— Одним словом, они помирились. А Танька теперь свою любовь к Ивану Тимофеевичу на всех углах демонстрировала.

— А этот ее любовник, из-за которого вся буча случилась, — кто он такой? — с любопытством спросила Леся.

— Не знаю, — покачала головой Кира. — Во время ссоры его имя не прозвучало.

Леся задумалась.

— Если у Таньки имелся любовник, то с ним стоит поговорить, — сказала она наконец. — В постели люди порой выбалтывают друг другу страшные тайны. Танька тоже могла проболтаться о финансовом положении Ивана Тимофеевича. А этот любовник, если он не богат…

— Не богат! — заверила ее Кира.

— Откуда ты знаешь? — незамедлительно поинтересовалась Леся.

— Если бы был богат, Танька просто-напросто бросила бы Ивана Тимофеевича и переметнулась к любовнику, — сказала Кира. — Ясно ведь было с самого начала, что ее в женихе в первую очередь привлекает его богатство.

С этим утверждением Леся не могла не согласиться. Но все же у нее имелись и свои мысли на этот счет.

— Танькин любовник мог быть хоть и богат, но не свободен, — предположила она. — И тогда его жена… Нет, чем строить догадки, надо обязательно разыскать этого человека и поговорить с ним.

— Но как? К Таньке в клинику не пустят, — сказала Кира. — А искать Ивана Тимофеевича — тоже дохлый номер. Его вон вся орда нашего Вещего Олега ищет, а толку пока что ноль.

— Танька, любовник, сплетни, — бормотала себе под нос Леся. — Слушай, а ведь я знаю человека, который может нам помочь отыскать Танькиного любовника или хотя бы растолковать, кто он такой и откуда взялся.

— И кто это?

— Дина, — словно это разумелось само собой, ответила Леся.

— Наша Скамейка? — оживилась Кира. — А ведь в самом деле! Если Танька ей проболталась о том, что Ивана Тимофеевича НЛО забрать с собой собирается, то и о своем любовнике могла лишнее сболтнуть.

— Обязательно бы похвасталась! — заверила ее Леся. — Уж чтобы Танька и не похвасталась любовником перед ближайшей подругой? Да быть такого просто не может. Ты вот что, сейчас уходи с работы и займись делом. Все равно все наше начальство до сих пор в разобранных чувствах. Никто и не заметит, что ты пораньше ушла. А если заметят, то я тебя прикрою. Скажу, что твоя аллергия разыгралась со страшной силой. А твой Петров в случае чего тоже подтвердит.

Так и получилось, что до их двойного вечернего свидания с Воронцовым и Петровым Кира успела переделать кучу дел. Исчезнув с работы, она первым делом отправилась к знакомому косметологу, чтобы та немного привела ее лицо в порядок.

— Боже мой! — ахнула женщина, когда Кира сняла с головы платок. — Дорогая моя, что ты сделала со своим лицом?

— Масочка, — жалобно произнесла Кира. — Всего лишь домашняя масочка.

— Масочка?! — вознегодовала косметолог. — Из чего, я хотела бы знать, состояла эта масочка? Из серной кислоты пополам с тертой пемзой?

Однако, разглядев получше Кирино лицо, мастер сменила гнев на милость.

— А что, не так уж все и плохо.

— Не плохо! — взвилась Кира. — И это ты мне говоришь?

— Пока что ты выглядишь, конечно, жутковато, сказала косметолог. — Но когда старая кожа сойдет, новая будет просто потрясающей! Ручаюсь, помолодеешь лет на десять — На десять?

— Ну, на пять, это я тебе точно обещаю! — заверила ее косметолог.

— А что же мне делать сейчас, пока я еще не помолодела? — жалобно спросила у нее Кира. — У меня сегодня вечером свидание.

— Отменить! — железобетонным голосом произнесла косметолог. — И даже нечего думать. Лежи дома, смазывай кожу, мазилку я тебе сейчас дам. И жди. Считай, что ты змея, которая сбрасывает старую кожу.

— Сравнение со змеей я в свой адрес сегодня уже слышала, — посетовала Кира. — И с ящерицей тоже. Разве что с игуаной еще не сравнивали. Не знаешь, сбрасывают они кожу?

— Вот видишь! — проигнорировав зоологический интерес Киры, воскликнула косметолог. — Я же говорю, никаких свиданий! И косметикой тебе сейчас тоже лучше не пользоваться. Новая кожа еще слишком нежная. Может быть аллергия. И на солнце бывать не надо. Если уж выходишь на улицу, то старайся прикрыть чем-нибудь лицо. Платок у тебя есть? Вижу, что есть. Вот и умница! Вот и отлично. Его и носи!

Страшно разочарованная, Кира вышла из косметического салона. Что же ей, бедной, делать, если даже косметикой пользоваться нельзя, так как может появиться аллергия. Снова эта проклятая аллергия! И чего ей в голову все время лезут мысли о ней?

— Ах да! — спохватилась Кира. — Мне же надо зайти к Дине и спросить у нее, что там насчет Танькиного любовника известно.

Собственно, ради этого Леся и выпихнула подругу из офиса. А вовсе не для того, чтобы Кира шлялась по косметологам. Испытав легкие угрызения совести, Кира прямым ходом направилась в сторону своего дома. Войдя во двор, она завернула к соседнему зданию. И позвонила в дверь нужной квартиры.

Дина, как обычно, сидела дома. Вид у нее был вполне сносный. Глаза не слезились, а блестели живым блеском. Отеков не было. И даже чихать она почти не чихала.

— Вы меня чуть не угробили этой поездкой за город, — все же сочла нужным пожаловаться она Кире. — Я потом целый день таблетки глотала и в ванне с ромашкой отмокала. А уж сколько я активированного угля выпила, он у меня разве что из ушей не лез! Даже сопли почернели.

— Слушай, я ведь не врач! — запротестовала Кира. — К чему ты вываливаешь на меня все эти подробности? И вообще, я к тебе совсем по другому делу пришла. Забудь ты о своей аллергии!

— Ну, ясно! — вздохнула Дина. — Просто так зайти, чтобы о здоровье моем узнать, ты бы не догадалась. Ладно уж, проходи, раз явилась.

После этого она провела Киру в небольшую уютную кухню и включила какую-то пластмассовую коробочку на стене, которая немедленно запикала и зашипела.

— А это еще что? — встревоженно спросила у нее Кира.

— Ионизатор, — ответила Дина. — Очищает воздух от пыли и пыльцы, наполняет его ионами и одновременно повышает влажность в помещении. При моей аллергии просто незаменимая штука. Ты тоже посиди возле него, сразу заметишь, как в голове прояснится.

— Угу, — произнесла Кира, покорно садясь к тихо шипящей коробочке. — Слушай, дай чего-нибудь пожевать.

В обед она так волновалась, что почти не притронулась к заказанному салатику. И сейчас у Киры проснулся дикий аппетит.

— Хочешь говяжий бульон? — предложила ей Дина. — С вермишелью и жареным луком. Впрочем, если откажешься, то ничего другого у меня в доме нет. Представляешь, даже на яблоки у меня началась аллергия.

— На все? — ужаснулась Кира.

— Только на импортные, — успокоила ее Дина. — Не знаю, что они теперь в них пихают, но есть я их совершенно не могу. Вчера четвертинку съела, так чуть копыта не откинула. Изнутри чесалась, представляешь? Теперь вот жду, когда наши родные пойдут. Их я спокойно хоть килограммами есть могу.

— Если ничего, кроме бульона, нет, давай бульон, — согласилась Кира.

Дина поставила на плиту большую кастрюлю, украшенную узором из пестрых шариков, загогулин и полосочек. И, дождавшись, когда бульон прогреется, налила себе и подруге по полной тарелке бульона с тонкой вермишелью и красивыми морковными звездочками.

От моркови бульон приобрел золотистый оттенок. И Кира с удовольствием принялась глотать ложку за ложкой, набирая побольше вермишели.

— Вкусно, — заметила она наконец. — А ты, оказывается, замечательный кулинар!

— Ага. — отозвалась Дина. — И главное, готовить я могу из совершенно ничтожного списка продуктов. И представь, аллергии на эту вермишель у меня нет. Даже странно, обычный хлеб есть не могу, итальянские спагетти для меня хуже яда, а вот «Макфу» ем, и хоть бы хны.

— Кого? — не поняла Кира.

— Вермишель так называется, — пояснила Дина, составляя грязные тарелки в раковину. — Случайно у соседки попробовала. Так какое у тебя дело ко мне было?

— Расскажи, что за тип был у Таньки в любовниках?

Дина, которая в этот момент держала в руках губку с мыльной пеной и аккуратно обмазывала ею тарелку, чуть не выронила посуду из рук. Чудом подхватив скользкую тарелку буквально в сантиметре от пола, она разозлилась:

— Ну ты даешь, Кира! Вечно что-нибудь такое отмочишь! Какой тебе еще любовник нужен? Что ты выдумываешь? Танька с Иваном Тимофеевичем встречалась. Больше ни с кем!

— Так уж и ни с кем? — прищурилась Кира.

— Ни с кем! — твердо произнесла Дина. — Танька ведь замуж собиралась за этого своего Ванюшу. У них уже и день свадьбы был назначен. Какой еще может быть любовник в такой ситуации?

— Не знаю, не знаю, — покачала головой Кира, которую отнюдь не убедили слова Дины. — Иван Тимофеевич — человек обеспеченный и положение у него хорошее и вообще работник золотой. Это все так, только вряд ли любовник из него потрясающий. Все-таки он Таньки лет на двадцать старше будет.

— На двадцать семь, — угрюмо поправила ее Дина. — Ну и что? Какое это имеет значение? Танька сама так для себя решила, что выйдет замуж за него. И не стала бы она планы свои рушить да романы крутить буквально за несколько дней до свадьбы. Вот поженились бы, тогда дело другое. Тогда могла бы себе позволить, если бы захотелось.

— А что, если Танька была по уши влюблена, а с Иваном Тимофеевичем только из-за его денег встречалась? — спросила Кира.

— Не было у Таньки никого, кроме Ивана Тимофеевича, — неожиданно раздраженным голосом произнесла Дина и, отвернувшись от Киры, вернулась к своим тарелкам. — Уж если бы у нее кто и был, мне бы она в первую очередь сказала.

Кира тоже так полагала. Но по какой-то причине Дина решила не выдавать подругу. Очень странно, почему бы это? Сама Танька ее об этом попросила? Или имеется другая, куда более важная причина?

Так ничего для себя и не решив, Кира поблагодарила Дину за обед и поднялась из-за стола.

— Извини, Дина, мне в самом деле уже пора, — произнесла она.

И, как ей показалось, Дина не смогла сдержать вздоха облегчения, видя, что школьная подруга собралась уходить. Все это было до того странно, что в другое время Кира непременно призадумалась бы, в чем тут секрет. Но не сейчас. Сегодня все ее мысли вертелись в большей степени вокруг проблем собственной, все еще изрядно подпорченной, внешности.

Оставшееся до свидания время Кира провела у себя дома, гипнотизируя собственное отражение в зеркале и пытаясь взглядом поскорей залечить нанесенный своей красоте ущерб. Фантик сочувственно крутился возле ног хозяйки и мяукал что-то ободряющее. Но Кира была безутешна.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

— Мы договорились с Воронцовым, что он заберет нас в скверике напротив Казанского собора, — сообщила Леся подруге, когда они в восемь вечера встретились возле дома, чтобы ехать на свидание с молодыми людьми.

Несмотря на некую недоговоренность между ними, у подруг были в отношении своих кавалеров далеко идущие планы, о чем те, разумеется, и не подозревали. Мужчины бывают порой удивительно доверчивы и даже наивны.

— Загоняешь их в ловушку, а они спохватываются лишь после того, как уже куплено платье, заказан ресторан и высланы приглашения всем родственникам! — неожиданно ударилась Леся в воспоминания. — И тут их словно обухом по голове: Да ведь это я женюсь!" И все! Теперь за ними глаз да глаз нужен, так и норовят слинять. Только следить за этими нам нужно по другой причине.

Рассуждая таким образом, девушки тоже не подозревали кое о чем. А именно о той слежке, которая была организована за ними самими.

Да и как они могли подозревать, если слежка была организована по всем правилам. И организовали ее такие серьезные мужчины, как Артур и Сафаил. Мужчины буквально горели желанием выяснить, в конце концов, что происходит. Почему их подруги так неожиданно поменяли место работы, а главное, почему они стали вдруг так неуловимы. И что за подозрительные личности крутятся возле них.

— Говорю тебе, тут дело не в том мужике, с которым мы их застукали! — говорил Артур Сафаилу. — Ты тогда погорячился. Мы могли бы спокойно поговорить и все выяснить!

— А что выяснять? — сердился Сафаил. — Ты видел, как этот тип упал перед Кирой на колени? Прямо в пыль! Ноги ей целовать был готов! Ясное дело, что он влюблен в нее до потери пульса.

— Это ты влюблен! — покачал головой Артур. — А тот человек скорей нуждался в помощи, чем в любви.

— Не говори, в чем не разбираешься! — рыкнул на него Сафаил. — И вообще, Кира — моя девушка. Мои и проблемы.

— Пока ты в ссоре с Кирой, я тоже не могу встречаться с Лесей! — сердито произнес в ответ Артур. — А я по ней сильно соскучился. Да и с машиной, которую я ей пригнал, надо что-то делать.

— Подари какой-нибудь другой девушке, — посоветовал ему Сафаил. — Что, нет никого на примете?

Артур угрюмо промолчал. Сам того не ожидая, его друг попал в точку. С тех пор как Артур познакомился с пухленькой красавицей Лесей, из его жизни словно вымело всех прежних девушек. И теперь выходило, что даже новенькую машинку Артуру подарить вроде и некому. Но не продавать же ее, если он с такой заботой и любовью выбирал машину специально для Леси. Поэтому он очень надеялся, что сегодня Сафаил наконец помирится с Кирой. И тогда он сможет обнять свою Лесю.

В предвкушении этого момента Артур сладко потянулся. Они сидели в новой машине, которую Сафаил пригнал из Прибалтики. Стекла в этом «Мерседесе» были тонированы. И разглядеть, что происходит в салоне и кто там находится, с улицы было невозможно. Зато изнутри все было видно прекрасно.

— Смотри! — внезапно вздрогнул Артур, уставившись в окно. — Вон Леся! А кто это с ней?

— Похоже, что Кира, — ответил Сафаил. — Только она опять в этом своем платке. Это мода такая? Или в самом деле у нее что-то с лицом? Может быть, она меня вовсе и не обманывала? И поэтому избегает встреч?

Если бы мужчины прямо сейчас бросились к подругам, то все могло пойти иначе.

— Интересно, а куда это они направились? — ляпнул Артур и тут же чуть не откусил себе язык.

Но Сафаил уже снова наполнился подозрительностью.

— В самом деле, — сказал он. — Посмотрим! Поэтому на свое свидание подруги отправились с эскортом, о котором не имели ни малейшего понятия. Воронцов уже ждал подруг у Казанского собора, в нетерпении расхаживая взад и вперед. Однако, увидев Лесю, все его недовольство словно ветром сдуло.

— Леся! — подскочил он к ней, схватив под руку и чмокнув в щечку.

И, помахав рукой Кире и чмокнув ее в ушко, которое не пострадало от действия маски, и потому Кира спокойно его подставила мужчине, он произнес:

— Наконец-то, девчонки, вы появились. Пошли скорей, а то такой наплыв, Петров там в одиночку держит оборону за столик. Но боюсь, если мы не поторопимся, его у него отобьют!

И, обняв Киру за плечи, уже слегка поддавший Воронцов увлек обеих девушек за собой к дверям ресторана.

— Ты это видел? — ошеломленно прошептал Сафаил, когда вся троица скрылась за дверями ресторана. — Они что, вдвоем встречаются с одним парнем?

— Одно могу сказать, девушки без нас не скучали, — рискнул заметить Артур, с опаской косясь на своего вспыльчивого друга. — Это уже какой-то другой мужчина!

Но Сафаил был странно спокоен.

— У меня теперь один выход, — сказал он. — Я должен вернуть Киру. Я ее люблю. Я буду с ним драться! И пусть в честном поединке выяснится, с кем она будет.

— Только не в ресторане! — встревожился Артур, — Подожди, пока они выйдут.

Сафаил тяжело вздохнул и признал, что в ресторане, пожалуй, хорошей драки не получится. Наверняка вмешается охрана и все испортит. А в планы Сафаила входило так отделать соперника, чтобы он и думать забыл о Кире. А если случайно встретятся, чтобы обходил за километр, нет за три километра, а лучше за пять или вообще бы переселился в другой город или на другой материк.

За такими размышлениями прошло почти два зловещих часа, в течение которых Сафаил все больше и больше наливался злобой. И вот наконец из дверей ресторана появились Кира с Лесей и двое мужчин, которые явно сопровождали их.

Если бы Сафаил с Артуром не были так ослеплены ревностью, то они бы заметили, что лица подруг отнюдь не светятся восторгом и любовью. Даже совсем наоборот. Они были мрачны и задумчивы. То есть Леся выглядела именно так. Лица Киры под ее шалью было не рассмотреть.

Причиной такого пасмурного настроения подруг стало то, что на протяжении всего ужина им пришлось выслушивать скабрезные шуточки своих кавалеров, терпеть их многозначительные ухмылки и намеки, а все ради чего? О том, что действительно интересовало подруг, то есть об убийстве Светланы и Николая, Воронцов с Петровым пока что не обмолвились ни словом.

И вот теперь подругам предстояло решить, ехать ли им в гости к Воронцову.

— Ехать нам к нему или из этого все равно ничего не выйдет? — растерянно прошептала Леся на ухо подруги.

Кира и сама уже сомневалась, что они выбрали правильный метод расследования.

— Не поедем, — решила она. — И знаешь что, замуж за них я тоже уже больше не хочу. Если они на первом свидании говорят такие пошлости, то, значит, женщин просто не уважают. Пусть кто-то другой подбирает такое барахло. Теперь я понимаю, что именно про таких в народе и говорят: не в деньгах счастье.

Сафаил с Артуром ничего не знали о похвальных намерениях подруг сохранить им верность. Они наблюдали издалека и злились. Сегодня они пока что видели только одного своего соперника — Воронцова. А вот личность Петрова была им незнакома. Но они быстро его вычислили, когда он фамильярно хлопнул Киру по круглой попке.

Сафаил перестал сдерживаться, издал рык и начал выбираться из машины. Его любимой биты на сей раз при нем не было. Артур не позволил ее взять, куда-то запрятав. Но Сафаил не сомневался, что и голыми руками он сумеет разорвать всякого, кто покусился на его драгоценную Киру и ее не менее драгоценную попку. Такая ярость распирала Сафаила, что места для сомнений просто не оставалось.

Увидев несущегося прямо на них рычащего Сафаила, Кира вздрогнула. Но вовсе не от страха. С женщинами Сафаил не дрался, это было ниже его достоинства. К тому же он считал, что женщину можно наказать гораздо суровей, если лишить ее знаков своего внимания. И в общем, был прав.

Но тут при виде взбешенного Сафаила в голове Киры внезапно промелькнула одна мысль. Она не сомневалась, что сейчас последует драка. Даже не драка, а избиение младенцев. И Кира подумала, что теперь у них с Лесей появится возможность разговорить Воронцова с Петровым куда более успешно. Им с Лесей всего и надо было, что скромно отойти в сторонку и ждать результатов.

«Только бы Сафаил не подвел!» — молилась Кира.

И Сафаил не подвел. Вцепившись в Петрова и награждая того полновесными тумаками, он поволок его за здание Казанского собора, где было на редкость безлюдно. Охранники из ресторана отвечали только за порядок в самом ресторане. А прохожие, которые могли наблюдать драку, тихо крались мимо, стараясь не привлекать к себе внимания.

Артуру достался второй противник. Конечно, еще неизвестно, на чьей бы стороне оказалась победа — Воронцов слабаком отнюдь не выглядел. Но он здорово выпил за ужином. И это самым плачевным образом сказывалось на силе и меткости его ударов, а также просто на способности стоять на ногах.

— Кира! — причитала над ухом подруги Леся. — Что же делать? Они убьют друг друга!

— Пусть! — сказала Кира. — То есть пусть пока дерутся! Если Сафаил и Артур победят, а я очень на это надеюсь, все-таки они ребята спортивные, то у меня есть один план.

— Какой план?! — вознегодовала Леся. — Они же делают друг другу больно. Это надо прекратить!

И прежде чем Кира успела ее удержать или хотя бы изложить свой план, девушка с криком: «Немедленно прекратите! Вы же цивилизованные люди!» — бросилась разнимать дерущихся.

Напрасный и даже опасный труд. Драчуны ее даже не услышали. А если бы и услышали, то все равно не отреагировали, так как обе стороны уже вошли в раж. И к мирным переговорам не были способны.

— Уйди! — лишь прохрипел Артур, когда Леся попыталась вытащить его за руку. — Уйди, ради всего святого!

Но Леся здравого совета не послушалась. И, разумеется, за свое непослушание поплатилась. Чья-то рука, проносясь мимо ее лица, случайно задела девушку. В результате полученного по касательной удара Лесю отшвырнуло на асфальт прямо в ту сторону, куда катился клубок дерущихся мужчин. Кира бросилась к ней.

— Вставай! — тянула она подругу в сторону от дерущихся.

Леся с трудом встала, но тут Артур изловчился и нанес мощный удар в подбородок Воронцову. Тот отлетел в сторону и сшиб с ног обеих подруг, которые покатились по мостовой. После этого они уже не рисковали подниматься на ноги. А быстро начали отползать на четвереньках подальше от места драки.

— Видишь, чего ты добилась! — попеняла подруге Кира. — Теперь глаз у тебя разбит. Из носа кровь идет. А вся морда исцарапана и в грязи. Кто тебя такую полюбит?

— Молчи уж! — вздохнула Леся. — Сама хороша! Кире, когда она спасала подругу, тоже досталось.

Не слишком, но все же пара ссадин на локтях, коленях и подбородке хорошего настроения ей не добавили. Больше подруги вмешиваться в драку не рисковали. А, сидя в отдалении, молча наблюдали, как молодость и задор уступают опыту и закалке.

— Все! — воскликнула Кира, увидев, что Петров и Воронцов валяются на земле и в ближайшее время встать будут явно неспособны. — Пошли, Леся!

— Зачем? — робко поинтересовалась у нее Леся.

— Нам надо их допросить!

И, миновав Артура и Сафаила, она подскочила к менеджерам, от обычного лоска которых сегодня не осталось и следа. Так как Петров был явно в отключке, то выбора особого не оставалось. И Кира схватила Воронцова за грудки.

— Ну что? — состроив зверскую физиономию, прорычала она. — Будешь теперь говорить, что от вас хотела Светлана? Или добавить?

И так как Воронцов молчал, она увеличила давление.

— Если в молчанку играть и дальше хочешь, то наши друзья могут продолжить экзекуцию! — угрожающе сказала она, кивнув головой в сторону Артура и Сафаила, которые потирали кулаки и таращились на нее, силясь понять, что происходит.

Воронцов тоже глянул в ту сторону. И, увидев, что Артур, который верно сориентировался и уже сделал первый шаг в его направлении, задрожал и закричал, размазывая кровавые сопли по холеному лицу:

— Не надо меня больше бить! Я все скажу! Нет тут никакого особого секрета! У Светки номера счетов банка были записаны, на которые Николай деньги переводил!

— Какие деньги? — насторожилась Кира. — Те самые, пропавшие со счетов «Турграда», в краже которых потом обвинили бедного и без того похищенного и обобранного инопланетянами Ивана Тимофеевича?

— Ну да, — кивнул головой окончательно сломленный Воронцов. — Именно те самые деньги. Мы их взяли!

— Так это было ваших рук дело! — поразилась Леся. — А сейф в кабинете Ивана Тимофеевича? Тоже вы вскрыли?

— Мы! — плаксиво покаялся Воронцов.

— Слушайте, так вы и Николая убили? — ахнула Леся.

— Да вы что?! — неожиданно возмутился Воронцов, но, увидев угрожающий кулак Артура, который приближался к его носу, быстро завопил:

— Зачем нам было убивать Николая? У него же в руках были все нити. Это его задумка была! Он один знал, куда денежки уплыли. Он, ну и еще оказалось, что Светлана была частично в курсе!

— Тогда, выходит, Светку вы убили? — продолжила допрос Кира.

— Нет, — почти зарыдал Воронцов, глядя, как Сафаил делает вид, что избивает и так находящегося без сознания Петрова. — Не убивали мы Светку. После убийства Николая она была единственным ключом к тем деньгам. Мы должны были с ней встретиться и обговорить детали. Она не могла без нас добраться до денег на банковских счетах. Ума у нее не хватало, да она и не знала, в каком именно банке хранятся украденные деньги.

— А вы знали?

Воронцов поморщился, но все же кивнул. Вид Артура был до того страшен, что врать менеджер не посмел.

— Нам от Светланы был нужен номер банковского счета, шифр и кодовое слово для того, чтобы снять со счета деньги, — сказал он наконец.

— И вы ее убивать не собирались? — затрясла его из последних сил Кира.

— Какой-то мерзавец постарался до нас, — туманно произнес Воронцов и, потеряв наконец сознание, бухнулся обратно на асфальт.

Кира устало присела прямо на него и крепко задумалась. Выходит, Николай, Воронцов и Петров были участниками одной аферы. Они переводили со служебных счетов крупные суммы денег на другие счета. Наверное, Иван Тимофеевич доверял своему заму. А тот воспользовался доверием в корыстных целях. И, обокрав со своими дружками родную фирму, умудрился подставить при этом своего начальника — Ивана Тимофеевича.

— Да еще тут эта история с НЛО появляется, — пробормотала Кира. — Очень уж кстати обе эти аферы по времени совпали. Иван Тимофеевич думает, что улетит на НЛО, и забирает все свои собственные накопления. А в это время его заместитель с сообщниками обчищают счета фирмы. Что же за этим может стоять?

Но обдумать хорошенько эту мысль Кире не дали. Она внезапно почувствовала рывок.

— Поднимайся, Кира! — властно приказал ей Сафаил. — Тут оставаться нельзя. Того и гляди менты приедут. А мне судимость за драку с твоими хахалями получать не с руки. Они виноваты, а мне отдуваться? Ну уж, дудки! Поехали отсюда!

И он потащил ошеломленную всем случившимся Киру к своей машине. Артур бережно вел за ними следом Лесю, которая не только получила синяк под глазом, но еще и повредила себе при падении колено. И теперь, жалобно всхлипывая, хромала. Впрочем, зная свою подругу, Кира могла дать голову на отсечение, что хромает Леся исключительно из хитрости, бьет на жалость.

И что бы вы думали? Лесина уловка сработала. Киру запихнули в машину без всякой почтительности, да еще ударив при этом головой о дверцу и не извинившись. А Лесю усадили со всеми возможными предосторожностями и даже поцеловали при этом ее раненую коленку.

— Куда вас везти? — хмуро поинтересовался у подруг Сафаил, который все еще не отошел после драки. — Может быть, у вас на вечер назначена еще пара-тройка свиданий? Так вы не стесняйтесь, говорите прямо. Мы с Артуром подвезем.

— Вот еще! — огрызнулась Кира. — Чтобы бы снова драку устроили?

— Что ты говоришь? — пихнула ее в бок Леся. — Совсем рехнулась?

Вслух же она громко произнесла:

— Да что вы, мальчики, нет у нас никого. А с этими людьми мы встречались только по необходимости, узнать у них кое-что надо было.

— Ну и как, насколько я понял, узнали? — хмыкнув, спросил у нее Артур.

— Благодаря вам! — восторженно блеснула глазами Леся.

— Все узнали, что нужно? — настаивал Артур. — А то, если что, так я и вернуться могу.

И он сделал вид, что в самом деле собирается выйти из машины и пойти еще немного попинать Петрова с Воронцовым.

— Нет, нет! — уцепившись за него, закричала Леся. — Уже хватит! Спасибо! Мы все узнали!

— Вот и прекрасно, — произнес Сафаил, причем тон его однозначно говорил о том, что ничего прекрасного он сам в этом не видит. — Может быть, теперь расскажете нам с Артуром, что у вас тут произошло, пока мы с ним по делам мотались?

— А то лично я из откровений этого вашего чернявого дружка ничегошеньки не понял, — подхватил Артур. — Какие деньги они там украли? У кого? Кто такая эта Светлана? Кто такой Иван Тимофеевич? И, наконец, при чем тут НЛО с похищением?

И что было делать в такой ситуации подругам? Тяжело вздохнув, они принялись каяться, как разругались с начальством и ушли из «Ориона», верой и правдой кормившего их уже не первый год. Как по совету Таньки устроились в эту самую строительную фирму. И стоило им немного обжиться на новом месте, как Кира нашла первый труп.

— И нам не оставалось ничего другого, мы должны были сами начать искать убийцу! — пожаловалась Леся. — Нельзя же допустить, чтобы Киру забрали в тюрьму и осудили за то, чего она не делала.

В ответ все еще пребывающий в дурном настроении Сафаил, у которого из головы никак не шло, чем могло закончиться свидание девушек с теми негодяями, если бы они с Артуром не вмешались, очень ядовито заметил:

— Уверен, что полгодика тюремного заключения охладили бы ее страсть совать нос не в свои дела!

— Вот видишь! — неожиданно бурно разрыдалась на плече подруги Кира. — Что я тебе говорила! Он меня ни капли не любит! И не жалеет ничуть!

Сафаил растерялся. Он не любит Киру?! Да что за чушь мелет эта женщина? Он любит ее так, что готов ради нее сразиться со всем миром. Но выяснять личные отношения при друзьях он счел неуместным. Поэтому просто сказал:

— Перестань реветь, женщина! И рассказывай дальше. Вижу, что тебя нельзя оставить без присмотра ни на день.

Кире было страшно обидно слушать такие слова, ведь и Сафаил тоже не без греха, умотал надолго в эту свою служебную командировку, а будь он рядом, может, ничего такого с ней и не случилось бы. Но тем не менее Кира шмыгнула носом и продолжила рассказ.

Когда речь зашла о таинственной световой вспышке и похищенном Иване Тимофеевиче, Сафаил с Артуром лишь презрительно хмыкнули — в НЛО они не верили. И поэтому рассказ подруг снова их насторожил. Впрочем, Сафаил, узнав, что тот тощий бородатый брюнет, к которому он приревновал Киру, всего лишь помешанный на летающих тарелках жених ее подруги и Кирин непосредственный начальник, попавший в трудную ситуацию и замаскировавшийся бородой и париком, мигом успокоился и даже подобрел.

— А потом мы Ивана Тимофеевича снова потеряли, зато нашли тело Светланы, — закончила свой рассказ Кира. — И так как перед этим мы видели, что она о чем-то договаривается с теми двумя, которых вы только что отколошматили, то…

— Славно мы их отделали! — воскликнул несдержанный Артур. — Вспомнить приятно. И как быстро они раскололись! Мы им даже ничего не повредили из жизненно важных органов. Подумаешь, пара ребер, перелом носа и руки. Это же сущая ерунда, а они уже сдались. Тьфу! Слюнтяи офисные!

— Зато ты у нас просто молодец! — продолжала ластиться к нему Леся. — Сразу догадался, что нужно подыграть нам с Кирой! Какой ты умный, Артурчик!

Сафаил, которого никто не похвалил, снова надулся и сидел, мрачно поглядывая на Киру. Но мысли девушки витали где-то далеко.

— Что же выходит, — произнесла она, но вовсе не те слова, которые ждал от нее Сафаил. — Кто украл служебные деньги со счетов «Турграда», мы теперь знаем. Но вот кто устроил эту аферу с Иваном Тимофеевичем?

— Шерше ля фам, — отозвался догадливый Артур.

— Между прочим, «ля фам» Ивана Тимофеевича до сих пор недоступна для простых смертных вроде нас с Кирой, — ответила ему Леся. — Ее обследуют психиатры, а начальник охраны «Турграда» обеспечил Таньке такую охрану, что ни ей не сбежать, ни к ней не проникнуть.

— Тебе самой, дорогая, надо немедленно обратиться к врачу, — внезапно произнес Артур, с тревогой рассматривая распухающее лицо Леси.

И, переведя взгляд на Киру, добавил:

— Тебе, кстати говоря, врач бы тоже не помешал.

С этим спорить подруги не стали. Сафаил с Артуром отвезли их в «травму», куда они сами не так давно возили Таньку, пострадавшую после встречи со светящимся НЛО. Даже врач в «травме» дежурил тот же самый. Он сразу же узнал подруг.

— Ну а что с вами случилось? — осведомился он. — Тоже НЛО напал?

— Я вижу, о ваших приключениях знает все мужское население этого города! — злобно прошипел на ухо Кире Сафаил.

— Дорогой, это же всего лишь врач, — пнула его ногой Кира. — А ты ведешь себя как последний ревнивец!

— И тебе это не нравится?

Кира призадумалась. Пожалуй, в определенном смысле это было даже захватывающе. Однако последнее время что-то слишком часто мужчины скрещивали между собой кулаки. Для разнообразия ей уже хотелось немного покоя. Просто тихонько полежать на диване перед телевизором, слыша рядом с собой спокойное дыхание мужа и шуршание газеты, которую он читает.

Именно такое лечение и назначил врач обеим подругам.

— Полный покой и никаких движений! Больничный лист я вам сейчас выпишу, — сообщил он им.

После посещения травмопункта Сафаил с Артуром отвезли подруг домой. По дороге им пришлось заехать в магазин, торгующий восточными тканями, и купить для Леси красивую шаль, так как с побитой физиономией она наотрез отказывалась показываться во дворе родного дома.

Шаль выбирал сам Артур. И она была действительно очень красивой. Щедрое сердце Артура не позволило оставить без подарка и вторую девушку. Кира с благодарностью приняла от него просторную тяжелую шелковую шаль, в которую при желании можно было закутаться целиком. Подарки подругам очень понравились. И они тут же принялись их примерять.

Но если Леся радовалась от всего сердца, то Кира не могла сдержать легкой грусти. Ее Сафаил даже и не подумал о подобном подарке для нее. Конечно, приятно получить подарок из рук друга, но в тысячу раз приятней, если бы эту самую шаль купил ей ее собственный любовник.

И тут Кира невольно задумалась, а что вообще дарил ей Сафаил за все время их знакомства? Нет, разумеется, жадным он не был. Постоянно дарил Кире цветы, водил в рестораны, покупал швейцарский шоколад и лучшее вино, какое можно было найти в магазине.

Не скупился он и в казино, как-то подарил Кире фишек на целую тысячу долларов и с удовольствием наблюдал, как она их просаживает. Но вот ощутимых подарков он ей не делал. Даже духов, нижнего белья или красивой бижутерии — ничего этого Кира от него не имела.

— Ты чего такая хмурая? — спросила у подруги Леся, когда кавалеры доставили их до дома и уехали по своим делам. — Все ведь налаживается?

— Просто вдруг подумала, вот расстанься мы с Сафаилом сегодня, у меня на память о нем даже носового платка не останется. Не пустые же бутылки из-под вина мне хранить.

И, передразнивая саму себя, Кира пропищала:

— Вот, посмотрите, гости дорогие, хочу перед вами похвастаться, какой щедрый у меня был любовник. Какие элитные французские вина покупал для наших с ним свиданий.

— Ну и что ты разнюнилась? — удивилась Леся. — Для тебя же подарки не важны. Ты зарабатываешь достаточно, при желании можешь купить себе все сама. Так даже лучше. А то Сафаил еще выбрал бы что-нибудь такое, что тебе вовсе не понравится. И потом тебе пришлось бы из вежливости всю жизнь делать вид, что ты в восторге от запаха духов, которые он подарил тебе в первую вашу встречу. А на самом деле тебя, может быть, просто наизнанку от них выворачивает.

— А если я именно так и хочу, — пробурчала Кира.

— Да перестань ворчать! Что на тебя вдруг нашло? — сердито воскликнула Леся. — На мой взгляд, так вечер закончился очень удачно.

— Тебе хорошо говорить! — прошептала Кира. — Ты вот шаль получила. И машину скоро Артур тебе подарит. А мне? Ноль! Зеро!

— Слушай, мы же не в казино, — возмутилась Леся. — Подумай хотя бы о том, что мы с тобой теперь знаем, кто увел служебные деньги со счетов «Турграда» и кто вскрыл сейф в кабинете Ивана Тимофеевича. А без Сафаила и Артура нам бы это фиг удалось сделать так легко и быстро.

Упоминание об их расследовании пришлось как нельзя кстати. Оно заставило Киру отвлечься от личных разочарований и тяжелых мыслей.

— И нам с тобой еще надо решить, рассказывать Вещему Олегу о том, что мы узнали, или нет, — сказала она. — Лично я склоняюсь к мысли, что не стоит. Пусть сам разбирается. Тем более что деньги служебные, кроме владельцев фирмы, никто не пострадал. А они уж найдут способ, чтобы вернуть свои денежки.

— Да, — согласилась с ней Леся. — И к тому же, если мы не выдадим Воронцова и Петрова прямо сейчас, то будем иметь на них мощный рычаг давления. А там, глядишь, они нам и еще в чем-нибудь пригодятся.

И, приняв благородное решение не выдавать своих приятелей, оказавшихся гнусными мошенниками, подруги приступили к обсуждению второй и третьей проблемы.

— Однако мы до сих пор так и не знаем, кто убил Николая и Светлану, — сказала Кира.

— И не знаем, кто забрал кровные денежки Ивана Тимофеевича, — кивнула Леся. — И мне кажется, что если бы это все затеяла Танька, то она бы не блуждала по лесу в балахоне и с сотрясением мозга, а просто бы смылась вместе с денежками и своим любовником.

— Стоп! — воскликнула Кира. — Любовник Таньки! Вот еще одна персона, о которой мы ничего не знаем!

— Как? А разве тебя Дина на его счет не просветила? — удивилась Леся.

— Представь себе, нет, — покачала головой Кира. — И это само по себе очень странно. Мало того, она еще и утверждает, что у Таньки вовсе не было никакого любовника. Один Иван Тимофеевич!

— Действительно, странно, — покачала головой Леся. — А к кому же тогда приревновал свою невесту Иван Тимофеевич? Он не похож на безумного ревнивца. Уж наверняка для скандала с Танькой у него имелись веские основания.

— Вот я и думаю, — кивнула Кира. — Тут есть три варианта. Либо любовника в самом деле не было, а Иван Тимофеевич ошибся, отсюда и последующее быстрое примирение с невестой. Либо Танька по какой-то причине скрывала от Дины существование этого второго любовника. Либо сама Дина нам врет.

— А зачем им это нужно? — удивилась Леся. — То есть зачем Дине врать? Или зачем Таньке скрывать что-то от лучшей подруги?

Кира задумалась.

— Вот ты, например, — посмотрела она на Лесю, — мы с тобой подруги. Ты постарайся придумать сейчас ситуацию, в которой ты бы не захотела рассказать мне о своем новом любовнике. Можешь придумать такое?

Леся честно попыталась.

— Не знаю, — пробормотала она. — Разве что ты бы не одобряла этого парня и могла ругать меня за этот выбор. Ну там неделю или несколько дней я бы уж потерпела, а потом все равно выболтала тебе о нем все.

— Не подходит, — покачала головой Кира. — Скандал между Иваном Тимофеевичем и Танькой произошел значительно раньше. Два месяца назад. Значит, и любовник у нее уже не первый месяц имелся. Думай дальше.

А дальше Лесе пришла в голову только одна мысль.

— Ну, если рассуждать только гипотетически, — после некоторого колебания все же сказала она, — так вот, предупреждаю, что только в качестве гипотезы я способна предположить, что могла скрыть от тебя своего нового любовника, если бы он являлся твоим старым любовником.

— Вот! — воскликнула Кира. — Вот именно! Если бы ты тихой сапой увела у меня мужика, то, ясное дело, не стала бы мне своим подвигом хвастаться! И постаралась бы передо мной изо всех сил изобразить, что никого у тебя нет.

— А то ты такая дура, что без понятия, куда и к кому от тебя любовник ушел! — даже раскраснелась от волнения Леся.

— Тоже интересная мысль, — призадумалась Кира. — Но в любом случае я теперь знаю, что искать Танькиного любовника нам лучше через третьи руки. Кто у нас там есть еще?

— В каком смысле?

— Ну, Танькины родители, — принялась перечислять Кира, — ее друзья. Соседи по собственной квартире, в конце концов. Где-то же Танька должна была встречаться со своим любовником. Не только же дома у Ивана Тимофеевича. А если и еще один любовник был… Нет, надо к Таньке заглянуть, может быть, кто-то из соседей что-то нам и расскажет, как она одновременно с двумя мужиками крутила.

Но так как Танькины родители до сих пор жили где-то в соседнем с ними доме, подруги снова кинулись к своему старому школьному альбому.

— Вот адрес, где до сих пор живут Танькины папа и мама, — сказала Леся. — А вот мальчик, который за Танькой ухлестывал. Жигунов Мишка, помнишь его?

Кира с сомнением посмотрела на тощее существо с цыплячьей шеей и огромными очками на тонком и длинном носу. Помнится, этот Жигунов хорошо успевал по математике и физике. И Танька небось водила с ним дружбу в корыстных целях, чтобы давал списывать на контрольных. Сама-то Танька никогда особых звезд с неба не хватала.

Вот язык у нее всегда был хорошо подвешен. И к иностранным языкам они с Динкой были способны.

— Погоди, — сказала она. — Кажется, у Таньки была еще одна подружка. Она от нас ушла в восьмом классе. И уже в девятом и десятом Танька так тесно сдружилась с Диной.

— Ну да, — кивнула Леся. — Была у Таньки подруга — Тамара Барвинкова. Огромная такая дылда. Наглая и самоуверенная. Она на парикмахершу пошла учиться. И я слышала — вполне преуспела. У нее теперь собственный салон, всякий там визаж, прически, маникюр и солярий с массажем. Все в одном флаконе.

Телефон Тамары нашелся в другом альбоме — выпуск восьмого класса. Выписав телефон и адрес, подруги принялись звонить ей. А также и Жигунову Михаилу. Но с парнем их поджидал облом. В его квартире давно жили другие люди, которые купили ее у родителей Михаила и знать не знали, куда перебрались прежние жильцы.

— И на вечере встречи выпускников Мишки не было, — стала вспоминать Леся. — Странно, куда же он делся? Но, может быть, кто-то из наших знает.

И она начала по очереди названивать своим бывшим одноклассникам, используя для этого все тот же альбом. Не всегда ей удавалось дозвониться до нужного человека. Но в конце концов она все же выяснила, что Мишка блестяще закончил университет и получил приглашение от какого-то американского колледжа, куда поехал на стажировку, потом остался там, получил научную степень, женился и окончательно осел в Америке, вызвав туда и своих стареньких родителей.

— Поэтому его и на вечере встречи не было, — сказала Леся. — Не потащился бы он через океан ради такого случая.

— Что же, — вздохнула Кира. — Из свидетелей остаются родители Татьяны, ее соседи и эта самая Тамарка.

— Предлагаю начать с родителей, — сказала Леся. — Потому что Тамара тоже переехала. Я ей сейчас звонила, она по старому адресу больше не живет. А у Маршевой Машки — нашей бессменной старосты — есть адрес салона Тамарки. Только самой Машки сейчас дома нет. Будет не раньше завтрашнего утра. Тоже куда-то умотала.

И подруги отправились к Танькиным родителям. Разумеется, выходя из дома, они постарались как можно основательней закутать поврежденные части тел в шали, подаренные щедрым Артуром. Так как сделать это подруги старались, не утрачивая известной доли изящества, на маскировку у них ушло больше времени, чем они рассчитывали.

Но дело того стоило! Большие шали закрывали лица подруг, бросая на них густую таинственную тень. В таком романтичном виде очень довольные собой девушки выскользнули из дома. Баба Таня к этому времени уже закончила все свои домашние дела и вышла на балкон, чтобы, как она говорила своим домашним, подышать перед сном свежим воздухом. А на самом деле чтобы обменяться свежими сплетнями с Ириной Филипповной, балкончик которой находился всего в полуметре от ее собственного.

Пенсионерки надеялись, что во дворе соберутся подростки, включат магнитофон, и можно будет всласть на них покричать, призывая к порядку и заглушая своими собственными зычными голосами музыку. Или на дерево заберется шкодливый рыжий кот из пятнадцатой квартиры — известный трус. На дерево-то он взбирался, но снимать его всегда приходилось хозяевам. На это тоже можно было посмотреть.

Однако сегодня действительность превзошла самые смелые чаяния пожилых подруг. Стоило им устроиться на табуретках, как из подъезда появились две укутанные в шали фигуры. Баба Таня, открывшая уже для разговора рот, так и не сумела его закрыть, наблюдая, как две женские фигуры просеменили через двор и скрылись за углом.

Снова они! Эти же самые! Только поменяли платки! Маскируются! Баба Таня не сразу пришла в себя, чтобы как-то повлиять на ситуацию. Для начала она просто посмотрела на Ирину Филипповну, тоже замершую на соседнем балконе с вытаращенными глазами.

— Видела? — спросила у нее баба Таня. — Вот чует мое сердце, не к добру они тут шастать повадились! Не к добру!

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Сами подруги в этот момент уже устроились на удобном мягком диване в гостиной Танькиных родителей. Ее мама, как показалось подругам, ничуть не изменилась с их школьных времен. Такая же маленькая, подвижная, словно рыжая капля ртути. Она и в школе была постоянным двигателем общественной жизни. Вечно торчала в родительских комитетах, устраивала вечеринки и прочие школьные мероприятия.

Отец Тани был, напротив, всегда человеком грузным и инертным. Больше всего на свете он любил, завалившись дома на диване, сладко храпеть под азартные крики футбольных болельщиков, беснующихся на экране телевизора. Сна самого Дмитрия Сергеевича эти крики ничуть не беспокоили. И с годами от такой спокойной жизни он располнел еще больше.

Однако, несмотря на разницу во внешности и характерах, оба Танькиных родителя оказались равно непригодными в качестве свидетелей! Оказалось, что они даже не знали, что их дочь находится в сумасшедшем доме, а ее жених в бегах!

— Нам никто об этом не сказал! — восклицала Вера Владимировна — мать Таньки. — Как же так? Дима, нам срочно надо навестить нашу девочку!

— Не сегодня, — осаживал супругу рассудительный Дмитрий Сергеевич. — Сегодня нас к ней и не пустят. Завтра с утра поедем. Заодно и с ее лечащим врачом переговорим. Я не верю, что Татьяна сошла с ума.

— У нее просто всегда была богатая фантазия! — подхватила Вера Владимировна. — Надеюсь, что врачи уже разобрались в этом. И скоро отпустят Танечку.

Оба родителя были совершенно потрясены и выбиты из колеи полученной информацией. Поэтому разговаривать с ними о втором любовнике их дочери подруги даже не сочли возможным. И так было ясно, что от родителей Танька отделилась. Жила своей жизнью, в собственной квартире, совершенно не считая нужным советоваться с предками, как и с кем ей жить.

— Даже если бы у Таньки был целый десяток любовников, то ее родители узнали бы об этом последними и уж точно не от самой Таньки, — вздохнув, подвела Леся итог под этим неудачным визитом. — И неудивительно, что Олег Семенович до сих пор не наведался к ним. Наверное, знал, что Танька от родителей очень далека.

Единственная полезная вещь, которую вынесли подруги из этого визита, был точный адрес Таньки, по которому она проживала до тех пор, пока не переселилась к Ивану Тимофеевичу. Подруги уже были там, когда пытались доставить Таньку после травмы и неудачного контакта с НЛО к ней домой. Но тогда их перехватили ребята Олега Семеновича. И точный адрес Таньки как-то стерся из памяти под действием более сильных впечатлений.

— Поехали туда, — продолжила Кира.

— А не поздно? — усомнилась Леся.

— Самое время для задушевных бесед с соседями нашей Таньки! — заверила ее Кира.

К счастью, машина, готовая подвезти подруг, нашлась быстро. Но вот соседи вконец разочаровали их. Да, был у Танечки какой-то молодой человек. Видели они его. Красавец мужчина. Молодой и светловолосый. Но ни его имени, ни марки машины, ни чем занимается, подругам узнать так и не удалось.

— Сталкивалась с ними пару раз на лестнице, — сказала соседка Татьяны из квартиры напротив. — Мальчик — красив как бог. А вот чем он занимается, этого я вам не скажу. Никогда не была любопытной. Да и Таня о нем говорить не хотела. Впрочем, последнее время я его тут не видела. Да и Танечку тоже.

— Последнее время — это сколько?

Соседка напряглась и попыталась припомнить. Выходило, что последнее время — это месяца полтора-два. То есть как раз столько времени прошло с того момента, когда Иван Тимофеевич обвинил свою невесту в адюльтере и пригрозил ей разрывом. Кое-что совпадало.

— Но как его хоть звали? — взмолилась Кира. — Этого Танькиного красавчика. Это ведь вы должны были слышать?

Но даже на этот простой вопрос женщина не имела ответа, лишь пожала плечами. Остальные соседи знали и того меньше.

— Просто потрясающее отсутствие любопытства! — возмущалась Кира, когда они возвращались домой. — Никто ничего не видел и не слышал. Ничего толком не выяснили.

— Почему же, — возразила ей Леся. — Мы узнали, что либо Дина нам врет. Либо Танька врала Дине.

— Очень продуктивно провели время, — ехидно заметила Кира.

— Отрицательный результат — тоже результат, — утешила ее Леся, но Кира этим мудрым заявлением не спешила утешаться.

— Остается одна Тамарка, — сказала она в ответ. — Но к ней, я так понимаю, мы сможем отправиться только завтра.

Так, мирно беседуя, подруги вышли из машины и пересекли двор в обратном направлении к подъезду, где жила Кира. И ни одна из них не заметила пристальных взглядов, которыми их проводили соседские бабульки — те самые Ирина Филипповна и баба Таня, буквально свесившиеся ради такого случая с перил своих обсаженных петунией, душистым горошком и ипомеей балкончиков.

— Ты видела? — многозначительно произнесла баба Таня. — Снова шастают! Да еще для маскировки паранджу поменяли!

— Это не паранджа, — со знанием дела объяснила более начитанная Ирина Филипповна. — Это у них просто платки такие.

— А мне все едино! — воинственно заявила ей баба Таня. — И я тебе, Ира, со всей ответственностью заявляю, что мы с этими замотанными в платки особами еще горя хлебнем. Ой, как хлебнем! Я в молодости в Бухаре жила. Так у них женщины одни не живут. Молодая, старая, все равно. Женщина всегда живет в семье. Вот и эти одни не останутся. Помяни мое слово, уже завтра тут черным-черно будет от их родни и друзей. А потом начнется у нас веселая жизнь. За этими двумя едва успеваем проследить, а где уж нам будет одним справиться, когда остальные подтянутся?

Ирина Филипповна в ответ только тяжело вздохнула. Подобные мысли роились и в ее голове.

* * *

На следующее утро, ровно в десять, подруги уже знали адрес Тамаркиной цирюльни и стояли перед ее стеклянной витриной, в которой красовалось не менее десятка фотографий с девичьими головками, подстриженными и выкрашенными самым причудливым образом. Здесь же стояли болванки с париками разной степени пышности, чередуясь с живыми орхидеями в декоративных кашпо.

— Симпатичное местечко, — заметила Кира, оглядев заведение их бывшей одноклассницы.

— И бойкое, — добавила Леся. — На перекрестке, у метро. Наверное, отбою от клиентов нет.

— Не место красит человека, а человек место, — сказала Кира и, толкнув дверь, вошла внутрь.

К ней тут же подошла рослая девушка и пропищала неожиданно тонким для такой верзилы противным голоском.

— Мы еще не открылись! Приходите через час.

— Милая! — возмутилась Кира. — Таким манером вы всех клиентов распугаете! Это где же видано, чтобы парикмахерские открывались в одиннадцать часов?

— А у нас и не парикмахерская вовсе! — фыркнула девица. — У нас визаж-студия. И наши клиентки раньше одиннадцати из дома вообще носа не высовывают. Впрочем, если вы настаиваете, то персонал уже тут. Что желаете? Маникюр? Стрижку? Массаж?

— А Тамару можно? — разочаровала ее Кира.

— Тамару? — растерялась девушка. — Какую именно? У нас их несколько.

— Надеюсь, хозяйка у вас одна? — вскипела Кира.

— Хозяйка? — окончательно выпала из колеи девушка. — Вы что-то путаете. У нас хозяин. Петр Ларченко.

— А Тамары нет? — удивилась Кира.

— Нет, — решительно отказалась девушка.

— Хорошо, тогда мы поговорим с вашим хозяином, — не стала привередничать Кира.

Девушка пожала плечами, демонстрируя, что не может им помешать в таком решении вопроса, хотя и не одобряет его.

— Туда, пожалуйста! — кивнула она в сторону. — Туда, потом прямо по коридору. Вторая дверь направо.

Следуя ее указаниям, подруги добрались до нужной комнаты. И обнаружили в ней странное бесполое существо — то ли мужчину, то ли женщину. Волосы у этого создания были вытравлены в белоснежный цвет и торчали во все стороны подобно иглам дикобраза. Тощее личико порочного ребенка уже испещряли ранние морщинки. Тонкие ручки и ножки, а также худосочный торс был затянут в черную лаковую кожу, покрытую к тому же сверкающим узором из стразов.

— Что? — взвизгнуло существо, когда подруги ввалились в комнату. — А! Вам кого? Что вам тут нужно?

Тревогу существа можно было понять. До прихода подруг он увлеченно водил стеклянной трубочкой по столу, на котором был рассыпан какой-то подозрительно белый порошочек. При этом существо так увлеклось сбором своей наркотической пыльцы, что даже не позаботилось о предосторожности.

— Если вы не хотите, чтобы вас застали, надо дверь закрывать, — разъяснила существу его ошибку снисходительная Леся.

— А? Что? Откуда? — продолжало недоумевать существо, бросая по сторонам затравленные взгляды.

Пока существо недоумевало, подруги хорошенько рассмотрели его. И пришли к выводу, что существо все же мужского пола. Об этом свидетельствовала чахлая бородка, которая была заплетена в совсем уж тонюсенькую косичку. Видимо, это и был Петр Ларченко — счастливый владелец данного заведения.

— Кто вы такие? — наконец сумел взять себя в руки визажист. — Что вам надо?

— Лично от вас ничего, — заверила его Кира. — Нам нужна Тамара.

Неожиданно это имя произвело на мужчину удивительное по силе воздействие. Подругам еще никогда не приходилось наблюдать столь любопытной реакции. При слове «Тамара» мужчину подбросило в воздух так, словно в обтянутый черной кожей зад ему воткнулась мощная пружина. Подруги вытаращили глаза, наблюдая этот прыжок.

Еще в воздухе Ларченко начал перебирать ногами. И едва его пятки коснулись пола, как он начал стремительно носиться по своему кабинету, делая попытки зарычать. Однако вместо запланированного рычания он издавал лишь жалкий писк.

— Нет! Нет, и еще раз нет! Вы не можете это сделать! Тамарка не имеет никакого отношения к моему салону! Ну и что, пусть она вложила деньги в аренду помещения, закупила оборудование и оплатила ремонт в салоне? Это все ерунда! Просто деньги! Их может вложить каждый. Но все остальное — это дело моих рук и таланта. И вы не можете вот так взять и опечатать его. Это же катастрофа! У меня бывают звезды! Настоящие звезды. И вдруг я им заявлю, что не смогу их принять, потому что у моей супруги поехала крыша и она желает оттяпать себе половину салона?

— Так вы муж Тамары? — невольно вырвался у подруг возглас изумления.

Ну и ну! Все годы Тамара неизменно первой стояла на всех уроках физкультуры и вообще при любом построении по росту. Ее физическое превосходство было настолько значительным, что с ней не мог конкурировать никто. Никто и не пытался. Все девочки и мальчики росли по-разному. Кто быстро, кто вытягивался только к окончанию школы. Но Тамара всегда была выше на целую голову самой рослой девочки в их классе.

Поэтому к тому времени, когда Тамарка покинула стены родной школы, она превратилась в огромную каланчу — на длинных мощных ногах и с веселой мордашкой молодой жирафихи. Трудно было себе представить более неподходящую пару, чем этот белый карлик и их здоровущая Тамара.

Но Петр неожиданно не согласился с подругами.

— Я ей не муж! Верней, уже не муж. Мы развелись. Но она настаивает на продаже салона! Ее, видите ли, не устраивает мое честное слово, что я буду отдавать ей положенную сумму частями.

Подруги переглянулись. Судя по тому, с каким увлечением нюхал кокаин этот мужчинка, выплата долга бывшей жене могла растянуться на долгие годы. А то и вовсе не состояться. С наркоманами связываться нельзя. Ради своего зелья они и мать родную продадут и обманут. Так что правильно поступает Тамарка, требуя продажи салона.

Однако подругам сейчас было не до имущественных споров двух бывших супругов.

— А где она сейчас? — спросила у Ларченко Кира. — Ваша бывшая жена, имеется в виду?

— Откуда я знаю?! — взвизгнул тот. — Вы судебные приставы, вам лучше знать, где обитает эта мерзавка!

— Простите, но разве вы до недавнего времени не вместе с женой жили? — спросила у него Леся, решив не указывать мужчине на его ошибку.

— Вместе, — кивнул Ларченко. — Нам ее родители квартиру подарили на свадьбу.

— Ну и?..

— А сейчас там я живу! — проинформировал их Ларченко. — Тамарка дверью хлопнула и ушла. Я ее только на суде, когда нас разводили, и видел. Какая же это жена? У мужа все носки чистые кончились. А она шляется где-то. Ну и пошла она к черту!

В общем, с Ларченко подругам было все понятно. Личность явно подлая, эгоистичная и к тому же изрядно деградировавшая из-за своего пристрастия к наркотикам. Выжил жену из квартиры, которую подарили ее же родители. А теперь еще и салон, также выстроенный на деньги Тамары, не хочет отдавать. Ну, не гад ли!

— Но где сейчас Тамара? Где-то же она должна жить? — приставала к нему Кира.

— Не знаю я! Спросите у ее матери! — вяло отбрыкивался Ларченко, у которого период повышенной возбудимости вдруг сменился полной апатией. — Она должна знать, где ее доченька проживает.

Видя, что больше они от Ларченко ничего не узнают, подруги отправились прочь.

— Ленка, кофе неси! — раздался им вслед визгливый злобный голос наркомана, на которого теперь накатила волна агрессии. — Заснула ты там, что ли, корова безрогая?! Вот дура толстозадая, вечно копаешься! Уволю на хрен!

Навстречу убегавшим подругам уже спешила та самая высоченная девица, которая встретила их у входа. В руках у нее подрагивало блюдце с полной кофейной чашечкой. Добравшись до кабинета начальника, девица притормозила и неожиданно смачно плюнула в чашку с кофе. Затем помешав напиток ложечкой, она нацепила на лицо сияющую улыбку, толкнула дверь и, входя в кабинет, мило прощебетала:

— Вот ваш кофе, дорогой Петр Аркадьевич! Пейте на здоровье!

Выскочив из салона, подруги с трудом перевели дыхание.

— Какой мерзкий тип! — воскликнула Леся.

— Ничего, а ты представь, что он сейчас пьет тот кофе, который принесла ему эта Ленка, — хмыкнула в ответ Кира. — И тебе сразу легче станет.

Леся послушалась совета подруги. И девушки громко расхохотались. Закончив смеяться, они неожиданно обнаружили, что рядом с ними стоит невысокого роста миловидная девушка и пытается всучить им какую-то бумажку.

— Вот, это нынешний адрес Тамары! — шептала девушка. — Не знаю, зачем она вам нужна. Но думаю, что сейчас она будет рада любой компании. Поезжайте к ней скорее. А то она после развода с этим уродом в такой депрессии. Я бы ее ни за что одну не оставила, да этот тип грозиться меня уволить. А я и так уже осталась последней их всех, кто тут работал при Тамаре. Все остальные давно ему в морду плюнули и ушли.

— А ты чего не ушла?

— Где же я такую зарплату найду? — удивленно пожала плечами девушка. — Тут очень хорошо платят. А в другом месте и половины поначалу не дадут.

— Но другие же мастера ушли?

— Так им хорошо, — вздохнула девушка, — их мужья или родители худо или бедно какое-то время прокормят. А я так не могу. У меня сестричка маленькая на руках и мама. Мне, наоборот, их кормить надо, а не объедать.

И, сунув бумажку с запиской, она торопливо прошептала:

— Сделайте доброе дело, съездите сейчас к Тамарке. Она и в самом деле сильно сдала. Не на месте у меня сердце, как бы чего плохого с собой не учинила.

Разумеется, подруги не стали откладывать свой визит к бывшей школьной подруге. Но они с трудом признали ее в здоровенной грузной женщине с опухшим лицом, которая открыла им дверь.

— Тамара, это ты? — невольно вырвалось у Киры. Их школьная подруга выглядела старше своего возраста как минимум лет на десять. От ее миловидности не осталось и следа. Двигалась она с грацией пьяного слона, общее сходство с которым добавлял запах алкоголя, витавший над великаншей. При виде своих школьных подруг Тамара, казалось, ничуть не удивилась.

— Проходите! — кивнула она им и тяжело потопала в комнату.

Подруги зашли в тесную грязную прихожую и огляделись по сторонам. Обои тут были старые, темные, захватанные пальцами и обсиженные мухами. Местами они отсутствовали вообще, а местами свисали неровными лохмотьями.

Единственная комната квартиры выглядела не лучше. Какая-то колченогая мебель, место которой на помойке. На хлипком диванчике куталась в такое же старое ветхое одеяло, как и все предметы в квартире, Тамара.

— Тамарка? — ужаснулась Кира. — Что с тобой? Это ты так из-за развода со своим карликом переживаешь?

К их удивлению, Тамара утеряла свое равнодушие и разрыдалась.

— Это вам он карлик, — наконец сумели разобрать подруги сквозь рыдания. — А я его любила!

— Да мало ли у тебя еще карликов.., то есть тьфу, мужиков будет! — воскликнула Леся. — Если из-за каждого доводить себя до такого состояния, так это лучше и не жить!

Кажется, это было не слишком удачно сказано, потому что Тамара завыла еще горше.

— Я ради него годы своей жизни положила, — завывала она. — Все на этот чертов салон горбатилась. А оно мне было нужно?

— Не нужно? — удивилась Леся. — Так зачем ты тогда это делала?

— Вот! — подняла зареванную физиономию Тамара. — Вот о чем я и плачу! О тех годах, которые уже не вернешь, и о собственных усилиях, которые развеяны в прах!

Некоторое время подруги смотрели на эту здоровенную корову, рыдающую так, что уже промочила на груди и животе свой и без того порядком засаленный и перепачканный халат.

— Ты вот что! — наконец открыла рот Кира. — Ты сейчас пойдешь в ванную и умоешься. Потом найдем приличную одежду. И мы уедем из этой жуткой квартиры. Как ты вообще нашла эту дыру?

— Сняла! — всхлипнула Тамара. — Жить-то мне где-то надо было, когда я от Петьки ушла. Вот я ее и сняла.

— А чего такую помойку? — спросила у нее Леся, хотя правильней было бы выяснить, какого черта Тамара вообще оставила свою квартиру мелкому прохиндею.

— Так мне тогда все равно было, — пожала плечами Тамара. — Даже нет, не так. Чем хуже, тем мне лучше даже казалось.

— Ага, понятно! — кивнула Кира. — Приступ преступной жалости к самой себе. Но я тебе скажу, что приступ у тебя что-то сильно затянулся. Пора его купировать!

Она подмигнула Лесе, и они зашли с двух сторон к Тамаре.

— Куда? — всполошилась та. — Куда вы меня тащите?

Но подруги не отпускали ее до тех пор, пока не засунули в душ. Несмотря на свои размеры, Тамара почти не оказала им сопротивления. Она только отфыркивалась и бормотала что-то невнятное о козлах и тех дурах, которые их любят.

Из душа Тамара вышла совсем другим человеком. Раздобыв где-то почти чистую пару джинсов, которые неожиданно ладно сидели на ее объемных бедрах, и футболку, с чистыми волосами, Тамара уже не производила такого удручающего впечатления.

А выпив крепкого чаю, который заварила для нее Кира, она сказала:

— Вообще-то вы правы, девчонки. Разнюнилась я здорово. И квартирка эта еще на нервы здорово действует. Как утром глаза открою, да как вокруг погляжу, такая тоска берет. Такая… Что сразу же за бутылкой бегу. А после еще хуже становится.

И, посмотрев на подруг, Тамара неожиданно спросила:

— А вы откуда про меня знаете? Как нашли? Ведь я даже родной матери не сказала, где прячусь. Ни с кем говорить не хотела.

— Но одной девушке ты все же сказала, — возразила Кира. — Она нам бумажку с твоим адресом и дала.

— А! Вика! Из салона? Ну да, она меня после развода сюда на такси привезла. Сильно впечатлительная она, если честно. Чуть в обморок не грохнулась, как мои хоромы увидела. И все твердила, что я у Петьки должна половину салона отсудить.

— А ты что же?

— По справедливости весь салон мне принадлежать должен, — пожала плечами Тамара. — Мои родители бабушкину квартиру продали, чтобы мы с Петькой дело могли открыть. А вторая бабушка тоже к родителям перебралась жить, чтобы у нас с Петькой отдельное жилье было.

— Так квартиру вам обоим подарили?

— Мне подарили, — уточнила Тамара.

— В таком случае, — оживилась Кира, — вставай, Тамарка. Поехали твою недвижимость выручать.

— Как это? — встревожилась Тамара.

— Пока твой бывший муженек на работе, мы его вещички из твоего дома на улицу выставим, — сказала Кира. — Не имеет он права на твоей личной жилплощади после вашего развода проживать.

— Зачем же его вещи сразу на улицу, — рассудительно произнесла Тамара. — За эту квартиру до конца месяца плачено. Вот пусть и пользуется.

И по ее лицу впервые скользнул луч счастья. Только тот знает, как сладка месть, кто испытал унижения. И пусть все гуманисты всего мира хором твердят, что месть унижает, и вообще — это чувство, недостойное человека. Но бывают ситуации, когда месть — это и не месть вовсе, а простое восстановление справедливости. И данный случай, на взгляд подруг, был как раз из этого числа.

Как помнили подруги, Тамарка со школьных времен обладала удивительной мощью и в то же время была на редкость статичной девицей. Сама по себе она бы целыми днями валялась на диване, обдумывая, что бы ей следовало сделать. Но как только чья-нибудь более сильная личность придавала Тамаркиным мыслям точное направление и ускорение, можно было с твердостью обещать: дело будет сделано наилучшим образом и точно в срок.

Вот и сейчас Тамарка развила бешеную деятельность. Она ворвалась в родную квартиру словно цунами, скидывая в одну кучу посредине большой комнаты все вещи, принадлежащие ее бывшему мужу. Одновременно в дверях менялись замки. Потом Тамарка вместе с Кирой отвезли вещи бывшего муженька в тот гадюшник, где сама жила сегодня утром. А Леся тем временем сторожила мастера, который все еще возился с замками.

— А завтра, — строила планы Тамарка, — я иду к адвокату. Слава богу, в нашей стране женщины пользуются у мужчин успехом до глубокой старости.

— Ты это к чему? — удивилась Кира.

— К тому, что у одной из моих бабушек есть поклонник, а у него — сын, и вот как раз этот человек занимается делами о дележе имущества бывших супругов.

— Отлично! Рада, что ты взялась за ум и твоя жизнь снова налаживается, — поддержала ее Кира.

— Слушай, а вы с Лесей чего ко мне пожаловали? — вдруг спохватилась Тамарка. — Я так поняла, у вас ко мне было какое-то дело?

— Ага, — согласилась Кира. — Ты Таню помнишь? Ты с ней еще дружила до восьмого класса, пока в свое училище не ушла.

— Конечно, — кивнула головой Тамара. — Она потом стала ходить с этой дурой — Диной Скамейкой.

— Почему дурой? — удивилась Кира.

— Долго объяснять, — отмахнулась Тамара. — Просто прими к сведению, она жуткая дура и прилипала.

Кира не стала спорить, хотя лично про себя решила, что Тамара просто ревнует бывшую лучшую подругу к другой особе.

— Так и что там с Танькой случилось? Она замуж собиралась, я так помню.

— Помнишь? — обрадовалась Кира. — Вы с ней недавно виделись?

— Месяца два назад, — буркнула Тамара. — Я как раз со своим собиралась разводиться. Так что сама понимаешь, что я могла Таньке сказать, когда она ко мне хвастаться своим женихом примчалась.

— Понимаю, — произнесла Кира, начиная думать, что тут она, пожалуй, ничего не узнает.

Наверное, Тамара, будучи во взвинченном перед разводом с мужем состоянии, просто не стала слушать счастливых трелей бывшей лучшей подруги.

— Она мне и фотки его показала, — неожиданно добавила Тамара. — И я ей сразу же сказала: дохлый номер — выходить замуж за такого смазливого красавчика. Все равно на сторону смотреть будет. Но это еще ладно, все мужики на сторону смотрят. Но ведь красивого мужика из семьи запросто увести могут. Мы же, бабы, поголовно все круглые дуры. А тут такое искушение! Ни одна не устоит!

— Погоди, — удивленно перебила ее Кира. — Ты хочешь сказать, что на фотографии жених Татьяны выглядел красавцем?

— Высший сорт! — заверила ее Тамара. — Пальчики оближешь! Уж насколько я в депрессии из-за своего козла была, но и у меня глаза загорелись.

Кира ошеломленно молчала. Чьи же фотографии показывала Танька своей подруге? Уж ясно, что никак не Ивана Тимофеевича. Потому что, положа руку на сердце, Иван Тимофеевич больше напоминал собой сушеный гриб, да и то не из благородных.

— Ты уверена, что ничего не путаешь? — осторожно спросила у Тамары Кира. — Может быть, тебе этого красавчика кто-то другой показывал? Не Танька? А ты просто от волнений все перепутала?

— Да ты что? Я же не совсем с ума сошла! — обиделась на нее Тамара.

Кира скептически хмыкнула.

— Если ты намекаешь на то, в каком состоянии вы меня сегодня днем обнаружили, так это у меня временное помрачение рассудка было. А так я вполне в своем уме. И точно тебе могу сказать: Танька приволокла фотографии просто писаного красавца.

«Не иначе как тот красавчик, которого она водила к себе домой и которого видела соседка! — смекнула Леся. — Но при чем тут замужество? Она ведь замуж за Ивана Тимофеевича собиралась!»

«Может быть, артиста какого-нибудь снимки раздобыла, да и показала подруге вместо настоящего Ивана Тимофеевича, — мелькнула мыслишка и у Киры. — Настоящим-то не больно похвастаешься. Покажи она Тамарке фотографии Ивана Тимофеевича, так ее скорей на жалость потянуло бы».

— Я и то сначала не поверила, что такие красавчики в реальной жизни водятся, — словно прочитала их мысли Тамара. — Но нет, все честно и благородно. Он ее так за ручку держит и натурально так ей в глаза улыбается. Прямо трогательная такая картинка.

— А что еще ты про этого красавчика — Танькиного жениха — знаешь? — спросила у нее Кира.

— Честно тебе скажу, что слушала я тогда Таньку вполуха, — призналась ей Тамара. — Потому что, во-первых, свои проблемы давили. А во-вторых, как я уже тебе сказала, мое мнение было однозначное — из этого брака вряд ли что стоящее выйдет.

И, помолчав, Тамара со вздохом добавила:

— Нет, не живут такие красавчики в неволе, долго, во всяком случае, и в одном месте точно не живут. И мне Таньку даже жаль стало, она-то, дуреха, этого никак в толк взять не хотела.

— Но все-таки, — настаивала Кира, — попытайся вспомнить об этом человеке все. Тамара, это может быть важно!

— Знаешь, — задумчиво произнесла Тамара, — мне показалось, что я этого типчика где-то раньше видела.

— Где? В кино? На телевидении?

— Нет, — поморщилась Тамара. — Вроде бы кто-то мне его фотографию уже показывал. Только вот кто? И в связи с чем? Нет, не помню!

— Тогда ты нам хоть приметы его опиши, — попросила у нее Кира.

— Да какие у него могут быть приметы? — расхохоталась Тамара. — Одна у него примета — потрясающая красота.

— Но хоть брюнет или блондин?

— Блондин, — твердо произнесла Тамара.

Но тут же засомневалась:

— Хотя хрен его знает. Мой Петька до того, пока волосы в белый цвет не выкрасил, шатеном ходил. Может быть, и этот Танькин хмырь тоже крашеный был. Во всяком случае, кожа у него была смуглая. А глаза… Глаза вроде бы карие. Ну, фигура там, рост — это у него все в избытке было. Но это я так, между делом отметила.

— А звали его как? — тоскливо спросила Кира, уже догадываясь, что ей ответит Тамарка.

И не ошиблась.

— Не помню, — сокрушенно призналась Тамара. — Танька вроде бы говорила: мой.., котеночек, мой.., тигреночек… Нет, все не так. То есть вроде бы так, но и не так.

И, видя, что Кира совсем скисла, Тамара, будучи человеком незлым и благодарным, пообещала приложить все усилия и попытаться вспомнить все, что слышала от Таньки о ее женихе.

— Вот прямо сейчас мастер работу закончит, я на все новые замки запрусь и буду сидеть и вспоминать, — пообещала она Кире. — Даже есть не буду.

Буду сидеть, держать оборону от Петюнчика, худеть и вспоминать об этом Танькином гаде.

— Гаде? — машинально переспросила ее Кира. — Почему ты решила, что он гад?

— Да все они такие, — рассеянно отозвалась Тамара. — Гады форменные и есть. Хотя в Танькином случае… Видимо, она мне что-то такое об этом своем женишке рассказывала, что у меня такое впечатление о нем сложилось.

Но больше Тамара ничего вспомнить не смогла, как ни силилась. Оставив ее за двумя дверями, снабженными новенькими замками, подруги смогли двинуться дальше. Хотя, если честно, никаких четких планов у них на сегодняшний день не было. Поэтому, оставив Тамару худеть и вспоминать, они вышли из ее дома и, доехав до ближайшего симпатичного кафе, устроились там за столиком на свежем воздухе, чтобы немного перекусить.

— И что же это выходит? — растерянно произнесла Леся, которой Кира уже пересказала суть разговора с Тамарой. — Танька вовсе не за Ивана Тимофеевича замуж собиралась? У нее для этих целей какой-то красавец блондин на примете имелся?

— Зная Таньку, охотно в это поверю, — сказала Кира. — Она еще со школы только на красивых парней западала. Я когда ее Ивана Тимофеевича первый раз увидела, своим глазам не поверила. Ведь сморчок же! Никак он не в Танькином вкусе.

— Да уж, — согласилась с ней Леся. — Слушай, ты что закажешь?

Кира покосилась на подругу. Вроде бы Леся снова сидит на диете? Тогда лучше не заказывать при ней ничего жирного, сладкого и вкусного.

— Я себе возьму какой-нибудь овощной салатик, — сказала Кира.

Впрочем, в этом поступке не было никакой особой жертвы с ее стороны. Кира и в самом деле любила овощи, отварную рыбу и не воротила нос от соевого заменителя мяса. Леся с облегчением вздохнула и тоже заказала овощной салатик.

Однако, несмотря на внешнюю привлекательность этого маленького кафе, готовили тут отвратительно. Овощи в принесенных подругам салатах, казалось, были предварительно подвергнуты жестокому мору. Кусочки все были разной величины и формы, веточки зелени буквально доживали свои последние минуты и даже консервированная кукуруза была вялой и подсохшей.

Так как увлечься такой едой было решительно невозможно, то подруги во время еды активно шевелили не челюстями, а главным образом своими собственными мозгами, все время думая о Таньке и ее красавце женихе.

— Слушай, я вот никак не могу поверить, чтобы Таньку никто с этим ее красавцем ни разу толком и не видел, — брезгливо расковыряв принесенный ей салатик, но так и не найдя в нем ни одного привлекательного кусочка, высказала свою мысль Леся.

— Дина точно должна была видеть, — согласилась с ней Кира.

— Почему же нам о нем ничего не сказала? — пожала плечами Леся. — Слушай, поехали-ка еще раз к Дине съездим. Есть у меня чувство, что она отлично знает того красавца, за которого Танька намеревалась замуж выходить. Но по какой-то причине покрывает его. Вот нам и надо выяснить у Диночки, что это за причина такая. Возможно, тут и кроется разгадка всех наших проблем.

Но, приехав к Дине, подруги обнаружили лишь закрытую дверь.

— Она куда-то ушла? — удивилась Кира. — С ее аллергией?

— Ой, не дай бог, объелась своих таблеток, и ей теперь плохо! — встревожилась Леся.

И подруги принялись изо всех сил звонить и колотить в дверь Дины, надеясь разбудить девушку, если она в самом деле уснула. Однако вместо Дины из соседней квартиры выглянула старушенция, на седой голове которой вилась «мелким бесом» химическая завивка.

— Нет ее! — рявкнула бабка. — Ушла! С парнем! И старушка захлопнула дверь.

— Эй! — позвонила в дверь Леся. — Простите, можно вас еще кое-что спросить о Дине?

Дверь начала медленно приоткрываться, а у Киры в этот момент зазвонил телефон.

— Вспомнила! — раздался в трубке торжествующий голос Тамары. — Вспомнила, как Танька своего жениха называла!

— Ну?! — обрадовалась Кира.

— Мой львеночек! — с еще большим торжеством произнесла Тамара.

— Что? — удивленно переспросила у нее Кира.

— Мой львенок, — повторила еще раз глуповатая Тамара, решившая, что Кира просто не расслышала. — И еще Танька при этом разговоре сама шутила, что львы — цари зверей, сами не охотятся, им самки еду приносят. А они только наблюдают за охотой и осуществляют, так сказать, общее наблюдение.

— И что? — с некоторым раздражением в голосе произнесла Кира. — Ты думаешь, нам эта информация поможет найти Танькиного любовника?

— Не знаю, — обиделась Тамара. — Вы же сами просили рассказать все, что я вспомню.

— Огромное тебе спасибо! — поблагодарила ее Кира. — Постарайся еще!

И, отключив трубку, она поспешила на помощь Лесе, которая изо всех сил пыталась разговорить соседку Дины. Но та была на редкость упорной особой. И держалась до последнего.

— Не знаю я его! — на все просьбы подруг, твердила им бабка. — Какой-то парень. Может быть, и раньше приходил. А может быть, и нет. Я его сегодня только мельком и видела. В профиль.

— И не рассмотрели? — разочаровалась Леся.

— Да зрение у меня уже не то, что в молодости, — ехидно отозвалась бабулька. — Уж извините, с мусором выйти собиралась, очков не надела!

— Но…

— Что вы от меня хотите? — снова разозлилась бабулька. — Родители Дины придут, у них и спрашивайте! Небось должны знать, где и с кем их дочка шляется, когда все приличные люди на работе сидят.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Мысль Дининой соседки пришлась подругам по вкусу. В самом деле, что за спешка? Могут и подождать. Либо Дина вернется домой, либо ее родители придут и скажут, где сейчас их Дина.

Однако время шло. Наступил вечер. Домой и в самом деле вернулась с работы мать Дины — Зоя Матвеевна. Была она собой словно худенькая, немного подсушенная временем копия дочери. Только без хронической аллергии. Такое счастье досталось в семье одной лишь Дине.

Но где в данный момент находится ее дочь, Зоя Матвеевна тоже не знала. И тоже встревожилась. А встревожившись, принялась названивать дочери.

— И сотовый телефон у Дины отключен! — воскликнула женщина. — Но вы уверены, что она ушла с молодым человеком?

Подруги кивнули и тоже задумались. Никакого парня у Дины, по словам ее мамы, давно уже не было. Так с кем же ушла Дина?

— И вообще, ее нету уже несколько часов! Где она может гулять? — повторяла раз за разом обескураженная Леся. — И это с ее-то аллергией на все что только возможно?

При этих словам Динина мать побледнела еще сильней.

— Вы думаете, что с ней что-то случилось? — прошептала она. — Она же на больничном. И на улицу в самом деле почти не выходит. Врач запретил, пока не закончит цвести.., не помню уже, что там должно закончить цвести… Господи, что же с ней такое?

И, закачавшись, вдруг начала заваливаться набок с табурета, на котором сидела. Подруги кинулись к женщине. И успели вовремя. Еще немного, и мать Дины с размаху стукнулась бы головой о пол.

— Ты думай, что говоришь! — сердилась на подругу Кира, пока они перетаскивали женщину в комнату и укладывали на диван. — Иди, «Скорую помощь» вызывай. А я тут с ней посижу! Господи, какая она бледная! Неужели в самом деле обморок?

Напуганная Леся побежала звонить по телефону. А у Киры в этот момент снова загудела победным маршем ее сотовая трубка. Но, несмотря на громкую мелодию звонка, сама слышимость в трубке была неважная. И Кире пришлось несколько раз гаркнуть в трубку: «Алло! Алло!»

— Это снова я! — минуя треск и помехи, раздался голос Тамары. — Вспомнила я, почему она его Левчиком называла! Звали его так! Лев! Лева!

— Как? — переспросила Кира. — Лев? Такое имя? Или это прозвище?

— Левушка! — тихо прошептала в это время мать Дины, не раскрывая глаз.

Кира внимательно взглянула на женщину и, отложив трубку, в которой Тамара что-то продолжала вещать, спросила у матери Дины:

— Что вы сказали?

— Лева! — тихо повторила женщина и открыла глаза. — Слава богу! Поняла я! Это с ним Диночка ушла! Вот ведь противная девчонка, могла бы хоть записку оставить!

И женщина сделала попытку подняться и сесть на диване.

— Сейчас «Скорая» приедет! — ворвалась в комнату Леся.

— Что? — удивилась мать Дины. — Какая «Скорая»? Зачем?

— Ну как! Мы вам вызвали! — пожала плечами Кира. — Вы же в обморок упали. Мы испугались за вас!

— Не стоило! — рассмеялась Зоя Матвеевна. — Это у меня давление низкое. Чуть что, могу в обморок хлопнуться. А сегодня у меня с утра маковой росинки во рту не было. Вот к вечеру ослабела, да еще разволновалась, вот и свалилась. Ничего страшного. Сейчас горячего кофе с бутербродом сооружу. И быстро на ноги встану.

— Мы вам сами приготовим! — тут же вызвалась Леся и умчалась на кухню. — Лежите!

А Зоя Матвеевна с облегчением снова откинулась на диванные подушки.

— Неудобно вас затруднять, — слабо улыбаясь, сказала она Кире. — Но мне в самом деле еще нехорошо. Такая противная штука эта гипотония. Слабость просто жуткая. Ни рукой пошевелить не могу, ни ногой. И наваливается эта дрянь всегда неожиданно.

Кирина трубка уже давно перестала говорить голосом Тамары, а Зоя Матвеевна все рассказывала и рассказывала о своей болячке:

— По утрам еще можно как-то свое состояние координировать, кофе с вечера у постели поставить. А вот днем, да еще в транспорте… Меня сегодня задавили совсем. И в магазине очередь была. Да и погода такая. Должно быть, к дождю.

— Скажите, — перебила ее Кира, — а что вы говорили про какого-то Левушку? Вы его знаете? Он Дине кем приходится?

— Так это ее брат, — улыбнувшись, объяснила Зоя Матвеевна.

— У Дины есть брат? — изумилась Кира.

Надо же, вот ведь стерва эта Дина! Столько лет проучились в одном классе, приятельствовали, можно сказать, а она все это время прятала от подруг своего брата. Небось старшего брата и красавца.

— Не родной, конечно, — произнесла тем временем Зоя Матвеевна. — Как это говорят, седьмая вода на киселе! Лева — сын моей троюродной сестры. Она пару лет назад после смерти своего мужа переехала жить с сыном в Петербург. Тогда Дина с Левой и познакомились.

— Он ее старше?

— Они погодки, — ответила Зоя Матвеевна. — Он старше на год.

Потом подруги накормили Зою Матвеевну бутербродами с сыром, заставили выпить две чашки черного кофе с сахаром и, лишь убедившись, что давление почти стабилизировалось, позволили себе" расслабиться, сдав Зою Матвеевну с рук на руки врачам из «Скорой помощи». Впрочем, те тоже не задержались в квартире больной. И еще выговор сделали подругам.

— У нас настоящих больных тьма, а вы со всякой ерундой нас дергаете! — сказала подругам молоденькая докторша — едва ли старше их самих. — Гипотония — это не смертельно. Напоили кофе, укутали человека потеплей, вот и все лечение.

И, очень сердитые, врачи удалились. А подруги снова вернулись к интересующей их теме Дины и ее братца.

— Да, — спохватилась Зоя Матвеевна. — Надо бы уточнить — в самом ли деле Дина с Левой ушла. Сейчас сестре позвоню.

Она в самом деле набрала номер. Сестра подтвердила, что Лева уехал сегодня к Дине. И что у них было запланировано какое-то мероприятие на вечер. Какое именно, сын ей не сказал. Но она полагает, что Лева — уже взрослый мужчина, и он не обязан отчитываться перед матерью во всех своих передвижениях.

В общем, сестра совершенно успокоила Зою Матвеевну в отличие от подруг. Их почему-то известие о том, что Дина смоталась с каким-то Левушкой не успокоило, а, напротив, насторожило.

— Что же это получается? — озабоченно бормотала Кира, выйдя из квартиры Зои Матвеевны якобы покурить. — У Дины есть брать Лева — Лев — Левушка. А у Таньки имелся красавец любовник с тем же именем.

— Думаешь, это один и тот же человек? — озаботилась и Леся.

— Ага, — кивнула Кира. — Надо бы попросить у Зои Матвеевны фотографию этого ее четвероюродного племянника. Если красавец — значит, точно он.

Фотография племянника обнаружилась у Зои Матвеевны в толстенном семейном альбоме, который женщина с охотой извлекла из шкафа. Увы, на фотографии Левушка был изображен еще в том нежном возрасте, когда совершенно неясно, что в будущем вырастет из младенца.

К тому же на фотографии волос у Левы не было вовсе. Нос был представлен круглой младенческой кнопочкой. Глаза крепко закрыты, а рот, напротив, широко распахнут в здоровом реве, так что все лицо грудного малыша перекосилось от этого крика до невероятности.

— А других фотографий нет? — разочарованно отложив снимок младенца, спросила Кира.

— Может быть, у Дины в компьютере? — немного подумав, вспомнила Зоя Матвеевна. — Она купила себе новый фотоаппарат. Так он не на пленку фотографирует, а как-то сразу к Дине в компьютер.

— Понятно, — авторитетно кивнула Леся. — «Цифра» у нее.

— Ну да, — обрадовалась Зоя Матвеевна. — Вы тоже о таком знаете?

Но проникнуть в компьютер Дины не оказалось возможным. Вход был защищен паролем. И бумажки с этим паролем не нашлось ни на столе, ни в ящиках компьютерного столика. Не был наклеен пароль и снизу на клавиатуре. На обоях тоже не было ни одной бумажки, с чем-то похожим на пароль для входа в проклятую машину.

— У нас родственники из Твери гостили, — поспешила оправдать дочь Зоя Матвеевна. — А с ними ребенок маленький. Такой баловник! Полтора года всего, а уже такая тяга к знаниям! Вот он все время и лез к ее компьютеру. А Дина терпеть не может, когда его трогают. Он ведь у нее дома стоит не для баловства, а для работы. Вот и заперла на пароль, чтобы малыш не напортил чего.

— И давно ваши родственники гостили?

— Зимой, — бесхитростно отозвалась Зоя Матвеевна. — В феврале приезжали.

Кира задумалась. Насколько она помнила, Дина в школе особой педантичностью не отличалась. Напротив, учебники, ручки и прочие школьные принадлежности вечно терялись. Была она такая неряха, что ее прописи еще в младших классах считались наихудшими.

Конечно, возможно, что за последние годы Дина обрела собранность, аккуратность и приучила себя к порядку. Но все равно образ Дины, регулярно вводящей в компьютер пароль, хотя маленький вредитель давно уехал в свою Тверь, как-то не укладывался в головах у подруг.

— Вы говорите, Дина работала на компьютере? — вдруг вспомнила Кира. — А что она делала?

— Переводы, — отозвалась Зоя Матвеевна. — Дина выучила турецкий язык и вполне неплохо зарабатывала переводами, сидя дома. А при ее постоянной аллергии, когда она половину времени вообще не могла высунуть носа на улицу, это было серьезным подспорьем для нашего бюджета.

Видя, что фотографию Левы в этом доме они так и не раздобудут, подруги выяснили его адрес. И двинулись в гости к нежданно проявившемуся родственнику Дины. Зоя Матвеевна любезно согласилась предупредить свою сестру о визите к ней девушек. Так что подруги, не ожидая дурного, набрали на домофоне код нужной квартиры и принялись ждать ответа.

— Чего вам? — раздался грубый голос.

— Мы по поводу Левы! — прокричала Кира. — От Зои Матвеевны.

В домофоне ругнулись, но дверь все же открыли. Поднявшись на лифте, подруги обнаружили дверь в квартиру открытой. Но на пороге их никто не встречал.

— Можно? — спросила Кира, шагнув в прихожую.

— Проходите! Только обувь снимите! — раздался тот же голос из кухни. — И побыстрей, мне еще ужин готовить!

— Начало не слишком приветливое, — рискнула заметить вполголоса Кира. — Чувствую, хлебнем мы еще с этой теткой лиха.

— Посмотрим, что будет дальше, — сказала рассудительная Леся.

Избавившись от уличной обуви, подруги прошли по сверкающему свежевымытому кафельному полу дальше в квартиру.

— Идите в кухню! Чего возитесь? — раздался все тот же сварливый голос.

Девушки вошли в просторную кухню и обнаружили там у плиты здоровенную тетку, которая весьма сердито воззрилась на подруг.

— Ну, чего вам? — спросила она, деловито размешивая какое-то густое варево в кастрюле. — Мне Зоя какую-то чушь молола! Что вы Левочкой интересуетесь. Зачем это вам мой сын понадобился?

Подруги переглянулись. Да уж, разговор с этой женщиной явно обещал быть трудным. Мать Левы относилась к той неприятной категории матерей, которые уверены, что их дети — просто средоточие всего мира. А все окружающие девушки только и мечтают, как бы захапать такое сокровище в свои жадные лапки и увести мальчика из-под родного крова. А разве для этих стерв она свое дитятко растила? Нет! Тысячу раз нет!

То, что тему личного интереса к Леве следовало опустить, подругам стало ясно с самого начала. Но тогда что остается? Ага! Интерес профессиональный. Но чем же занимается этот Лев? Зоя Матвеевна в разговоре о племяннике как-то ловко обошла молчанием тему его занятости. Он вообще учится или работает? Судя по тому, что старше Дины на год, уже работает. Но где? И кем?

Молчание затягивалось. Оно даже становилось просто угрожающим.

— Так что вам от Левы надо? — насупившись и явно убеждаясь все больше и больше, что ее подозрения насчет подруг вполне оправданны, спросила у девушек мать Левы.

И тут Кира вспомнила, что болтала Тамара о внешности любовника Татьяны. Красавчик такой, что обалдеть, упасть и не встать! Это был шанс! И стоило рискнуть.

— Понимаете, нас к вам прислали из журнала! Нам на обложку требуется характерное мужское лицо. Как раз такое, как у вашего сына, — торопливо заговорила Кира. — Наш редактор знаком с Диной. И видел с ней вашего сына. Так вот он был так впечатлен внешностью Льва, что хотел бы получить его согласие сняться на обложку.

— А что за журнал? — спросила женщина уже менее враждебно.

— «Вог», — соврала Кира, внутренне содрогнувшись, не слишком ли она завралась.

Конечно, завралась. И эта женщина сейчас укажет им на дверь! И правильно сделает. Ну, скажите на милость, с какой стати широкоизвестному во всем мире журналу добиваться фотографии какого-то неизвестного мальчишки, когда к их услугам тысячи известных и не очень, но вполне профессиональных моделей со всех концов света?

Но оказалось, что Кира угадала характер Левиной мамаши совершенно верно. Той ничуть не показался странным интерес знаменитого журнала к ее мальчику.

— Что же, слыхала о таком журнале, — важно кивнула женщина. — Вроде бы приличный. И что же вы от меня хотите?

«Вашего сына! — чуть было не завопила Леся. — Пусть объяснится, что у него там за амуры с нашей Танькой крутились!»

Но усилием воли Леся сдержалась.

— Мы бы хотели для начала посмотреть несколько фотографий вашего сына. И договориться с ним о времени и месте проведения съемок.

— Сейчас редактор колеблется между моделями с Мальдив и Канарских островов, — поспешила добавить Кира.

И эту наживку мать будущей известной модели проглотила с невероятным аппетитом. Просто удивительно, до чего наивны бывают люди, когда дело касается тех, кого они обожают.

— Сына моего сейчас дома нет, — снисходительно посмотрев на подруг и словно жалея их, произнесла она. — А насчет его фотографий, что же, я могу вам их показать. Только не понимаю, к чему это. Разве решение о съемках принимает не главный редактор?

Подруги просто чуть не лопнули от возмущения. Главного редактора ей подавай! Чтобы прямо на дом к ее обожаемому сыночку прикатил! И изнывал от нетерпения, дожидаясь, пока молодой человек нагуляется и изволит вернуться домой!

Леся уже открыла рот, чтобы ляпнуть что-то вроде того: «Совсем вы мамаша обалдели?!» Но вовремя сообразила, что это будет концом их визита в этот дом, и благоразумно промолчала.

— Главный редактор уже свое решение принял, — произнесла тем временем Кира. — Именно поэтому мы тут. Но, кроме него, есть еще и другие сотрудники. Они также должны видеть, какой типаж будет на обложке месяца. От этого зависит место проведения съемок, антураж, грим и выбор дизайнера, чью одежду станет представлять ваш сын.

Налепив одну ложь на другую, Кира перевела дыхание. И с интересом уставилась на мать Левы. Неужели она и в самом деле верит, что выбор дизайнера, который предоставит свою одежду, будет зависеть от модели? Но вера Левиной мамаши в собственного сына превосходила все допустимые рамки.

— Сейчас принесу его фотографии! — решительно кивнула она и в самом деле отправилась в комнаты, вернувшись оттуда с целой кипой глянцевых любительских фотографий. Подруги жадно схватились за картинки. И были вынуждены признать, что отчасти оценка сына Левиной матерью была справедлива. По крайней мере в том, что касалось его внешности. Парень и в самом деле был просто потрясающе красив. И это на обычных любительских снимках, сделанных где-то на даче и в городской квартире без специального освещения и обычной «мыльницей».

— Чудесные снимки! — искренне похвалила фотографии Кира. — Можно взять пару фотографий, чтобы показать нашим сотрудникам?

— Берите, — с гордостью отозвалась мать Левы. — И пусть все эти люди видят — мой сын лучший. Такая красота встречается один раз на сотни поколений. Мой дед был так же красив. Сейчас я вам покажу его фотографию.

И она в самом деле принялась самозабвенно рыться в альбоме, даже позабыв о чем-то булькающем у нее за спиной на газовой плите. Кажется, это был питательный борщ на парной свинине, что необходимо есть каждому растущему и цветущему организму для поддержания красоты и цвета лица.

Каким бы человеком ни была Левина мама, но кухаркой она была отменной. Запах из кастрюли шел одуряющий. Но перекусить свежим борщом подругам никто не предлагал.

— Вот Левин предок! — вместо этого совала женщина им под нос порядком пожелтевшую и засиженную мухами фотографию.

Впрочем, изображенный на ней рослый мужчина в шляпе, летнем светлом костюме и с тросточкой и в самом деле был поразительно красив, хотя уже и не молод. Наверняка, в тот момент «дедуле» уже перевалило за сорок. Но спору не было, пращур был очень на него похож. Вот только в выражении лица дедули было что-то немного порочное, словно у взрослого ребенка, до невозможности забалованного в детстве.

— А вот его двоюродный брат! — не унималась Левина мама, извлекая все новые и новые снимки. — Как видите, в нашем роду блондинами рождаются только мальчики. Удивительно, не правда ли? А вот Левушка еще совсем крошка. Сидит на горшке! Ну, разве не умница? У Левушки всегда было отменное пищеварение. И вообще на здоровье мы никогда не жаловались. А уж какой он был подвижный мальчик! Не уследишь! Помню, однажды…

Слушать про подвиги годовалого Левушки подругам как-то не хотелось.

— Скажите, — перебила женщину Кира, — а девушка у вашего сына есть?

Этот вопрос неожиданно начисто лишил мать Левы хорошего настроения, в которое она пришла, просматривая снимки своей родни и своего обожаемого сыночка.

— Нет! — отрезала она. — Мой Лева — чистый мальчик. И никаких грязных потаскух возле него нет и быть не может.

Видя, что ничего другого, кроме сладкого сиропа по поводу Левы, они тут все равно не услышат, подруги, завладев теми снимками, которые согласилась презентовать им мать Левы, поспешно выскочили из дома.

— И что теперь? — спросила у подруги Леся. — Где нам найти человека, который бы подтвердил, что этот парень и есть тот самый любовник Татьяны, из-за которого она чуть было не рассталась с Иваном Тимофеевичем? Соседи Татьяны мне в этом смысле как-то доверия не внушают.

— Думаю, что в этом нам бы мог помочь сам Иван Тимофеевич, — ответила Кира.

— Где же его найдешь сейчас!

— Или сама Татьяна!

— А к ней нас вряд ли пустят, — заколебалась Леся.

— Пустят, — пристально глядя на подругу, сказала Кира. — Пустят, если один хороший человек за нас попросит.

— Это кто? — удивилась Леся.

— А то ты не понимаешь, о ком речь! Вещий Олег! По его требованию Татьяну отправили на обследование. Так что от него зависит разрешение на визиты к ней. К тому же охрана возле ее палаты — точно его рук дело. И только по его приказу нас к ней пропустят.

К Олегу Семеновичу подруги решили дозвониться немедленно. После пятого гудка он снял трубку. И, выслушав торопливую речь подруг, коротко разрешил:

— Ничего не понимаю, но приезжайте. Я сейчас в офисе. Похоже, у нас новые проблемы.

Подруги не заставили себя долго уговаривать. Олег Семенович встретил их с выражением лица мрачней самой черной тучи.

— Чего у вас тут за фотографии? — спросил он. — Что за красавчик?

Он взял снимки из рук Киры и, лишь мельком глянув, сразу же кивнул:

— Для этого не надо тревожить Татьяну, я вам сам скажу: да, этот красавчик за Татьяной ухлестывал. И незачем вам ее беспокоить такими пустяками.

— А вы откуда знаете, что это он? — удивились подруги. — Вы его видели? Где? И когда?

Олег Семенович тяжело вздохнул и как-то страдальчески поморщился.

— Девки, ну чего вам все неймется-то? Просил же вас по-хорошему: не лезьте. Нет, вы суетитесь чего-то все время. Снимки этого вот смазливого мальчишки раздобыли, сюда приволокли. И зачем? Да мне, если хотите знать, еще два месяца назад вся его подноготная была известна.

Подруги молчали, но до них постепенно стало доходить.

— Вы хотите сказать, что следили за Татьяной? — первой произнесла вслух свою мысль Кира.

Олег Семенович досадливо хмыкнул.

— Скажете тоже! — ответил он. — Других дел у меня нет? Ребята мои их проследили. Иван Тимофеевич меня об этом одолжении в личном порядке попросил. Тревожить его стало поведение невесты. Ну, я и выделил пару ребяток, чтобы они недельку-другую за Татьяной походили.

— И что?

— Ничего, — пожал плечами Олег Семенович. — Был у Таньки любовник — вот этот самый смазливый мальчишка. Я так Ивану Тимофеевичу и доложил. Не знаю, что уж она ему в свое оправдание наплела. Только, видимо, что-то наплела, раз он ее вскоре все равно простил. И все у них по-прежнему пошло.

И, помолчав, он добавил:

— Я потом, месяца полтора спустя, еще один раз по просьбе Ивана Тимофеевича за Татьяной ребят своих послал присмотреть. Но на этот раз все чисто оказалось. Видно, порвала она со своим смазливеньким.

Но у подруг было другое мнение на этот счет.

— А чем он занимался? — спросила у него Кира. — Этот ее красавчик?

— Ничем, одно время сторожем работал на каком-то складе горюче-смазочных материалов, — отозвался Олег Семенович. — Потом уволился. По знакомству его лаборантом устроили, так он и там долго не удержался. В общем, мое мнение — это полное ничтожество и бездельник.

И еще более сердито прибавил:

— Ничего, кроме рожи и фигуры, у него нет. Татьяна верно рассудила, что порвала с ним и осталась с Иваном Тимофеевичем. Этот парень ей бы счастья не принес. Денег у него за душой не было ни копейки. А у Ивана Тимофеевича, да чего там говорить.

— Так уж и верно! — вспыхнула Кира. — Что было, то прошло. Отличился Иван Тимофеевич, ничего не скажешь. Ведь он, между прочим, не только связался с инопланетянами, но и обчистил родную контору.

И она посмотрела на начальника службы безопасности, чтобы проверить, какое впечатление произвела на него ее провокационная реплика.

— В том-то и дело, что, похоже, не он, — попавшись в ловушку, отозвался Олег Семенович. — Что? Разве не слышали еще? А я же вам по телефону сказал, что у нас новая проблема.

— И что за проблема?

— Двое наших старших менеджеров сегодня не вышли на работу. Дома их тоже нет. Удрали!

— Удрали! — эхом повторили подруги.

— Нам удалось отследить их путь только до Амстердама, — продолжал тем временем Олег Семенович. — А куда они двинулись оттуда — тайна, покрытая мраком.

— Двое старших менеджеров? — чувствуя, как разбиваются вдребезги ее пусть и несерьезные мечты о выгодном замужестве, квартирке, над которой бы поработал известный дизайнер, парочке миловидных детишек и личном «Мерседесе» под окнами загородного особняка, спросила у него разочарованная, но все еще не желающая верить в самое худшее Леся. — И кто они? Как их фамилии? Случайно не… Но тут дыхание у нее окончательно перехватило от волнения.

— Петров и Воронцов? — договорила за подругу Кира. — Да? Они?

Олег Семенович отвлекся от своих раздумий и с интересом взглянул на подруг.

— А вы ведь совсем не так просты, как кажетесь! — произнес он вроде бы даже с оттенком восхищения. — Ну-ка! Колитесь, когда вы узнали, что кража служебных денег — это их рук дело?

— Мы догадывались! — быстро произнесла Кира, прекрасно понимая, что если они сейчас в самом деле «расколются» о степени своей осведомленности, то жить им останется считаные минуты.

— Догадливые вы какие! — похвалил их Олег Семенович, явно ни капли им не поверив. — А я вот — старый дурак.

И, треснув кулаком по дубовой столешнице, прорычал:

— Именно так, не догадывался!

Видя, что настроение у начальника отдела безопасности не самое радужное, подруги поспешили потихоньку исчезнуть из его кабинета.

— Стоять! — неожиданно остановил их Олег Семенович, когда они уже почти добрались до дверей и спасение казалось так близко. — Вернитесь!

И когда подруги послушно вернулись, он спросил:

— И что? Я так понял, что для вас вовсе не секрет, что господа Воронцов и Петров обокрали родную фирму, списав со счетов порядочные суммы денег и перевели их на имя Ивана Тимофеевича, на счета, с которого деньги мог снять любой, знающий код и шифр.

Подруги молчали.

— Теперь это уже неважно, — вздохнул Олег Семенович. — Ребята сбежали вместе с деньгами. Но черт с ними и с теми деньгами, которые они украли. Нет ли у вас сведений о том, куда делись документы из рабочего сейфа Ивана Тимофеевича?

— А сейф — тоже их рук дело? — спросила Кира.

— У нас стоит навороченная охранная система, и в ней наряду с основной съемкой ведется и дублирующая, — мрачно ответил ей Олег Семенович. — Основная часть — вечер, ночь и утро, когда был вскрыт сейф Ивана Тимофеевича и убит Николай, — была стерта. Но нам удалось найти и восстановить дубляж.

— И на нем видно, что в сейф Ивана Тимофеевича залезли эти двое?

— Да, — хмуро кивнул Олег Семенович.

Подруги развели руками. Увы, пропажа этих документов их волновала в последнюю очередь. Поэтому они и не расспрашивали особенно Воронцова о том, куда они с подельником их подевали.

— Понятно, — помрачнел еще больше Олег Семенович. — А нет ли у вас случайно каких-нибудь догадок о том, каким образом эти двое сумели так все рассчитать, чтобы исчезновение Ивана Тимофеевича на мифическом НЛО совпало с кражей служебных денег со счетов фирмы?

Это был уже более интересный вопрос, так как живо перекликался с тем расследованием, которое вели сами подруги.

— Возможно, кто-то из них сумел подстроить и эту мистификацию с НЛО, — предположила Кира.

— У Петрова и Воронцова на ту ночь имеется алиби, — напомнил ей Олег Семенович. — Вскрыв сейф в кабинете Ивана Тимофеевича, они спокойно отправились в казино, проигрывать наворованное. И в афере с НЛО не участвовали.

И, покачав головой, он прибавил:

— Нет, тут действовал какой-то человек, которого я пока не вижу.

— Если вы теперь знаете, что Иван Тимофеевич не совершал служебного преступления и денег у фирмы не крал, то, может быть, вы отпустите Татьяну? — предложила ему Леся. — Она может знать, где прячется ее жених, и поможет его найти.

— Татьяна? — задумался Олег Семенович. — Хм, с Татьяной все не так просто. Я был бы рад ее допросить. Но пока врачи не разрешают. Говорят, что у нее сильнейший эмоциональный стресс. Она впала в своего рода ступор. Почти не реагирует на внешние раздражители. Даже кормить ее приходится из ложечки. Сам ее видел, жуткое дело, бедняжка двигается словно зомби. В общем, — заключил он, — в расследовании она нам никакая не помощница!

И хотя подруг приятно порадовало, что Олег Семенович вроде бы объединяет себя и их в некую команду, но помочь они ему в поисках бедного Ивана Тимофеевича никак не смогли. Разве что признались, что последний раз они видели его в доме Светланы — убитой невесты Николая.

— Так я и знал, что он там был! А вы мне лгали! Прямо в глаза! И кто вы такие после этого? — в негодовании воскликнул Олег Семенович.

Подруги признали, что были не правы.

— Но ведь тогда вы бы растерзали бедного Ивана Тимофеевича, если бы он попался вам в руки! — сказала в оправдание своего поведения Кира. — Разве не так?

— Вы так говорите, словно я монстр какой-то! — обиделся Олег Семенович. — Разумеется, я бы попытался разобраться. А потом уже принял меры.

— Вот вы и должны сейчас принять меры к тому, чтобы в первую очередь найти Ивана Тимофеевича и сообщить ему, что он невиновен. А потом вернуть ему его собственные заработанные денежки, — сказала Кира.

— Да! — живо подхватила эту мысль Леся. — Ведь он, перед тем как его похитил НЛО, закрыл все счета и выгреб свой домашний сейф. И вся наличность была у него при себе, когда светящееся нечто его похищало.

— Вот как? — заметно обрадовался Олег Семенович. — А это уже интересно! Значит, говорите, деньги у него были при себе? А когда он очнулся, то их уже не было?

— Ни копейки! — подтвердила Кира. — Ему даже пришлось взять в долг у одной милой женщины, которая сжалилась над беднягой и подвезла его до города на своей машине.

— Очень интересно! — бормотал, словно бы разговаривая сам с собой, Олег Семенович. — В самом деле, очень! И знаете, у меня есть мысль, что эта афера с псевдоинопланетянами, а также кража денег со служебных счетов фирмы произошли в одно и то же время — это не просто совпадение. Я уверен, что это тщательно спланированная кем-то акция. Но убежден, что Петров и Воронцов не стали бы такой огород городить, чтобы обчистить Ивана Тимофеевича.

— Вы говорили, у них алиби!

— А сейчас я еще и подумал, что добыча, которую они могли получить от Ивана Тимофеевича, была слишком ничтожна по сравнению с той суммой, которую они уже хапнули.

— И что же?

— А то, что, похоже, мы имеем дело сразу с двумя группами аферистов, — ответил Олег Семенович. — Причем каждая преследовала свою цель, но была информирована о том, как идут дела у коллег. Одни обокрали Ивана Тимофеевича, воспользовавшись его наивной верой в инопланетные тарелочки, а другие, зная, что Иван Тимофеевич планирует «отбытие» на НЛО в другую галактику, подставили его, когда украли деньги со счетов фирмы, воспользовавшись фальшивыми реквизитами.

— Значит, Ивана Тимофеевича первоначально предполагалось убить? — затаив дыхание, спросила Леся.

— Думаю, что и живой он отлично справился бы с ролью подставного «дурачка», — ответил ей Олег Семенович. — Ведь после «контакта» с НЛО он длительное время был еще не в себе. Эти таблетки, которые вы нашли возле того домика, где дожидались появления инопланетян Татьяна и Иван Тимофеевич, на самом деле довольно сильное психотропное вещество. Кстати говоря, оно делает человека более доверчивым, впечатлительным и легкодоступным для всяческого обмана, гипноза и надувательства. Еще оно иногда вызывает зрительные и слуховые галлюцинации у тех, кто его принимает.

И, помолчав, Олег Семенович закончил свою мысль:

— В связи с этим возникает вопрос: откуда взялись эти таблетки и кто их дал Ивану Тимофеевичу.

— Но Татьяна тоже видела НЛО, и еще несколько свидетелей заметили свечение над лесом! — воскликнула Кира. — Они же не могли все наглотаться этих таблеток.

— Допустим, нечто подобное было, — согласился с ней Олег Семенович. — Видимо, над лесом что-то в самом деле светилось. Имелась и трава с остатками маслянистой жидкости.

— Помним, — кивнули девушки. — Мы вам ее передали в пакетике из-под женских колготок.

— Так вот, она точному анализу не поддается, — ответил Олег Семенович.

— Что это значит? — изумились подруги. — Как не поддается?

— Мои знакомые химики уже который день бьются над расшифровкой состава, — объяснил им Олег Семенович. — Но это какая-то принципиально новая смесь. В принципе, если рассуждать теоретически, исходя из состава химических вещество, то эта смесь должна гореть ровным, сильным, но недолгим белым пламенем. И не обжигать при этом. Пострадать от яркого света могут глаза, но и то не сильно. В первый момент, когда это вещество вспыхнет, невозможно смотреть на него.

— Вроде того, как если в темноте включить обычную электрическую лампочку?

— Вроде, — согласился Олег Семенович. — Но повторяю, это вещество не производится в промышленных масштабах. И отследить его путь чрезвычайно трудно. В принципе это вещество мог бы смешать в каком-нибудь сарае любой талантливый химик.

— На Земле? — пробормотала Леся.

— Что? — не понял ее Олег Семенович.

— Я имею в виду, что смешали эту смесь у нас на Земле? Не в космосе?

— Господи, конечно, на Земле! — воскликнул Олег Семенович.

Все это было очень интересно. Но пока что ни на шаг не приближало подруг к разгадке того, кто же все-таки стоял за этим самодельным НЛО.

— И самое главное, мы так и не знаем, кто же убил Николая и его невесту, — сказала Кира, когда они уже покинули общество Олега Семеновича. — И вообще, за что их убили? Не бывает так, чтобы людей убивали просто так. Всегда есть какая-то причина.

— Мне кажется, что если мы узнаем ответ на этот вопрос, то поймем, кто убийца, — сказала Леся, и Кира посмотрела на нее с восхищением.

— Точно! — воскликнула она. — Как мы раньше не догадались! Надо было хорошенько покопаться в личной жизни самих Николая и Светланы.

— Думаешь?

— Ну да! Мы с тобой зациклились на мысли о том, что убийство Николая как-то связано с похищением Ивана Тимофеевича и украденными деньгами.

А что, если это убийство носит чисто личный характер? И к кражам не имеет никакого отношения?

— Что же? — встревожилась Леся. — Еще и третья группа преступников? Одни обманывали Ивана Тимофеевича? Другие крали деньги у «Турграда»? А третьи под шумок убивали Николая и Светлану?

— Убивать мог и один человек, — великодушно произнесла Кира. — В самом деле, характер ранений и вообще способ убийства в обоих случаях практически идентичен. И не забывай, Николай и Светлана лично знали своего убийцу. И не опасались его.

— Снова кто-то близкий? Как и в случае с аферой с НЛО? Тогда тоже только кто-то близкий мог придумать и осуществить подобный обман Ивана Тимофеевича.

— Угу, — кивнула Кира. — И так как все три преступления произошли в течение суток, то нам надо прежде всего подумать об этом. Кому выгодно убийство?

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Результатом этих раздумий Киры стало то, что на следующий день они с Лесей снова, проигнорировав работу в офисе, принялись за расследование убийств Николая и Светланы.

Олег Семенович, когда они сообщили ему, что не выйдут на работу еще один день, только пробормотал что-то об испытательном сроке и повесил трубку. Но так как ясного приказа явиться в офис не последовало, то подруги и не явились.

— Прежде всего нам надо четко очертить круг подозреваемых из близкого окружения убитых, — еще накануне вечером, удобно устроившись на своей кухне, рассуждала Кира. — Раньше мы подозревали в убийстве Николая Светлану. Но теперь ясно, что она невиновна.

— Да уж, — вздохнула Леся. — Раз сама стала жертвой убийцы. Куда уж дальше.

— Петров с Воронцовым тоже отпадают, — сказала Кира. — Я склонна им верить, что убивать Николая и Светлану им не надо было и даже опасно. Зачем привлекать излишнее внимание к своим персонам. Нет, это герои другого спектакля.

— Но они после смерти Светланы удрали, — заметила Леся.

— Ну и что? Они все эти дни после убийства Николая тихо искали «ключик» от счета с украденными деньгами. Видимо, нашли наконец его и без помощи Светланы. А имея код и номера банковских счетов, куда Николай переводил деньги со счета фирмы, не стали задерживаться и тихо слиняли из страны. Думаю, что сейчас они уже отдыхают в какой-нибудь «банановой» республике, где даже Вещий Олег не доберется до них.

— И в ближайшие несколько лет, а то и десятки лет мы о них вряд ли услышим, — печально добавила Леся.

Кира тоже так считала. И Воронцова с Петровым девушки с легкостью вычеркнули из списка подозреваемых в убийстве Николая со Светланой и из списка подозреваемых в афере с НЛО. А также, со вздохом сожаления — все-таки парни сильно обогатились в последнее время, вычеркнули их и из списка потенциальных женихов.

— И вообще, этот список никуда не годится! — решительно разрывая бумагу на клочки, заявила Кира и со злостью швырнула их в помойное ведро. Часть обрывков до него не долетела и упала на пол, где бывший список немедленно атаковал Фантик, обожавший возиться с бумажками. Урча от удовольствия, кот начал сгребать лапкой клочки в кучку, потом жевать и гонять их по кухне.

— Ну, хоть кому-то этот список пригодился, — хмыкнула Леся. — И вообще, Кира, чего ты такая кислая?

— Все наши кандидаты в женихи оказались с очевидным душком, — печально резюмировала Кира. — А ведь вначале нам казалось, что их так много. Но помнишь, с каким трудом мы отобрали хотя бы этих четверых?

— Помню, — кивнула Леся.

— И что? — вздохнула Кира. — Двое прочно чокнулись на тарелках. А печальный пример Ивана Тимофеевича заставляет меня держаться от таких людей подальше. А два других кандидата и вовсе оказались обыкновенными мошенниками.

— Подумаешь, какая беда! — фыркнула Леся, пытаясь утешить подругу. — Зато теперь с Сафаилом у тебя снова полный порядок. Так зачем тебе другой жених?

— Как говорят, запас карман не тянет, — ответила Кира. — Мало ли что может случиться. Да и порядок в отношениях с таким человеком, как Сафаил, — величина относительная. В любой момент может случиться непредвиденное.

— Вот оно и случится! — предсказала ей Леся. — Может быть, именно в этот момент до тебя дозванивается твоя судьба — мужчина твоей мечты.

И, словно услышав ее слова, загудела трубка Киры. Некоторое время она недоуменно ее разглядывала, но потом все же взяла, пробормотав:

— Не помню, когда я включала один вибровызов.

Однако звонил совсем не мужчина Кириной мечты. И даже совсем напротив, звонила женщина.

— Это Марина Ильинична, — сообщила ей трубка плачущим голосом.

И, догадавшись, что Кире это имя может ни о чем не говорить, добавила:

— Мама Светочки.

— Ой! — воскликнула Кира. — Добрый вечер! То есть, что я говорю! Какой же он добрый! Простите и примите мои, то есть наши, соболезнования.

— Спасибо, — сдержанно ответила ей Марина Ильинична. — Но я звоню вам для того, чтобы сказать: похороны Светочки состоятся завтра в двенадцать часов. Хоронить мы ее будем рядом с Николаем. Так мы решили с его родителями.

— Обязательно придем, — заверила женщину Кира.

— Я вам звоню лично, потому что знаю: вы были первыми, кто обнаружил тело моей дочери, — сдавленным голосом произнесла Марина Ильинична. — Олег Семенович мне об этом сказал.

— Мы придем, — только и сумела произнести в ответ Кира.

И, закончив разговор на подобающей траурной ноте, она положила трубку на стол и хмуро сказала подруге:

— Вот и подвернулся очередной удобный случай, чтобы изучить все близкое окружение Николая и Светланы. Завтра идем на похороны этой бедняжки.

И тут телефон снова загудел. Кира недоуменно наморщила лоб. Но звонок был с засекреченного номера и к тому же сорвался.

— Может быть, это бедный Иван Тимофеевич звонит? — предположила Леся.

Подождав немного, но так и не дождавшись повторного звонка, Кира взялась за телефон и принялась тыкать в кнопочки. Результат был неутешительный.

Похоже, у меня телефон сломался, — диагностировала Кира. — Звонок не работает. Остался один вибровызов. А его на улице фиг услышишь. К тому же трубку я ношу в сумке. А оттуда и обычный звонок не всегда слышен.

— Надо отдать его в ремонт, — посоветовала ей Леся, облизывая ложку с засахарившимся медом, который Кира использовала по совету своего косметолога вместе с горячими сливками и желтками яиц для умащения своей исстрадавшейся физиономии.

Мед следовало растворить в небольшом количестве сливок, потом остудить и в полученную смесь добавить желток домашней курицы, желательно экстра-качества, то есть оранжевого цвета. И затем все взбить. Чем в данный момент и занималась Кира.

— Ага, — сердито кивнула Кира. — Прямо сейчас?

— Я знаю, чего ты такая злая, — заметила Леся. — Мы сегодня еще не ужинали. Давай приготовим что-нибудь легкое?

Кира замялась с ответом. Если честно, то ее скверное настроение объяснялось тем, что она надеялась на ужин в обществе Сафаила и, возможно, даже в каком-нибудь ресторане с приглушенным освещением. Пока что показываться на людях при ярком свете, без закрывающего ее лицо платка, Кира еще не решалась.

— Кира! — окликнула задумавшуюся подругу Леся. — Если ты ждешь, что Сафаил позвонит, то не надо. Не жди.

— Утешила! — огрызнулась Кира. — Телефон сломался, с работы нас того и гляди выгонят. А ты мне тут еще соль на раны сыплешь.

— Просто я хотела сказать, что мужчины всегда звонят, когда меньше всего нужны, — сказала Леся. — Так что не парься, мажь свою маску, я вижу она у тебя готова, и давай показывай, что у тебя есть в холодильнике. Буду ужин готовить.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что холодильник Киры содержит лишь несколько сморщенных долек чеснока, мирно подсыхающий кусок сыра, батарею консервов для Фантика и банку томатной пасты с неопределенным сроком годности.

— Еще есть рис и всякая крупа, — похвалилась Кира, заглянув на полки стенного шкафчика.

— Отлично! — обрадовалась Леся. — Приготовим отварной рис с подливкой.

— А может быть, лучше пойдем к тебе?

— Да ты что! — ужаснулась Леся. — Я же на диете! Я дома вообще ничего, кроме капусты и нескольких яблок, сейчас не держу.

— И поэтому ходишь трескать ко мне! — отозвалась Кира, у которой, несмотря на наложенную на лицо домашнюю маску и принятое строго горизонтальное положение, настроение ухудшалось с каждой минутой.

«Все-таки мужики сволочи! — думала она. — И этот Сафаил тоже хорош! Сколько времени его не было в городе, а тут приехал, устроил подряд два, нет, даже целых три представления, взбаламутил всю ее нервную систему и снова исчез».

— Нет, нельзя ему было показываться с такой физиономией! — с досадой воскликнула Кира. — Как чувствовала, что отпугну его.

— Не придавай слишком большого значения своей внешности, — пожала плечами Леся, которая в это время увлеченно промывала рис, терла сыр, снимала подсохшую корку с томатной пасты и толкла чеснок в ступке. И все это она делала, казалось, одновременно. — Сейчас приготовим вкусный ужин, и настроение сразу поднимется.

В результате стараний Леси ужин действительно удался. Рис получился нежным и рассыпчатым. А томатная подливка с чесноком аппетитно загустела от добавленного в нее перед самой подачей на стол сыра и пахла изумительно. Кроме того, Леся всыпала в подливку все пряности, которые нашлись в доме у Киры.

— Уверена, что ничего так не поднимает настроение, как вкусные запахи и вино, — заявила она.

Вино тоже нашлось. Уж его-то запасы в хозяйстве у Киры никогда не переводились. Она могла забыть купить хлеб или пакет свежего молока. Но вот без бутылки вина она почему-то из магазина никогда не выходила.

Пока готовился ужин, Кирина маска успешно впиталась в кожу. И, смыв ее, Кира признала, что на какое-то время она обрела сносный вид. Но опять же, это если не включать верхний свет, а довольствоваться свечами. Однако стоило подругам присесть за стол, выставить ужин, выпить по бокалу приятного легкого вина и немного развеселиться, как снова загудел мобильник Киры.

— Невыносимо, — простонала она. — Этот вой действует мне на нервы. Кто-то приличный может позвонить, если мой телефон издает такой вой?

Тем не менее звонившим оказался Сафаил.

— Кира! — покаянно произнес он. — Прости меня. Наш с тобой ужин отменяется. Но можно я приеду к тебе просто так?

— У меня дома после того, как мы с Лесей поужинали, просто шаром покати, — мстительно произнесла Кира. — И еще у меня сломался мобильник. И завтра похороны.

И тут же она совсем нелогично хотела пригласить Сафаила, но ее трубка вдруг пискнула и отключилась.

— Все! — заявила Кира, глядя на свою трубку. — Мой телефон окончательно приказал долго жить.

Настроение у Киры в этот вечер испортилось окончательно. Почему? Да ведь Сафаил мог бы перезвонить ей на трубку Леси или на домашний телефон. Но он почему-то этого не сделал. Да и без звонка он к ней приходил раньше много раз. А тут вдруг такая деликатность. И мрачная Кира решила, что раз уж вечер сегодня не задался, а за окном льет, как из ведра, правильно предсказывала Динина мама, дождь в самом деле пошел и очень сильный, то лучше ей не искушать судьбу, а пойти и лечь спать.

На следующий день, как уже было сказано выше, в офис подруги не поехали. Вместо этого они стояли под солнцем, которое тяжело пробивалось из-за низких туч и, как умело, согревало воздух и до предела напитанную влагой землю. От прошедшего за ночь дождя всюду стояли огромные лужи, которые, высыхая на солнце, создавали удушающую атмосферу парника.

— Видимо, к вечеру снова будет дождь, — шептались в толпе люди, явившиеся на похороны Светланы. — Давит-то как! Того и гляди, в обморок рухнешь.

Одна полная женщина, которая стояла рядом с Кирой и все время вытирала с лица огромным носовым платком пот, вдруг побледнела и начала заваливаться на Киру. Леся кинулась на помощь подруге. Тут же к ним подоспели какие-то мужчины. И женщину перенесли подальше на скамеечку, над которой была хоть какая-то тень. Мужчины вернулись к церемонии похорон. А подруги остались с женщиной.

— Спасибо вам, девочки, — слабым голосом прошептала женщина. — Вы Светочкины подружки?

Решив не вдаваться в детали, девушки дружно кивнули.

— Вот ведь несчастье! — вздохнула женщина. — А я Светочкина тетя. Будем знакомы — Наталья Ильинична.

Девушки тоже ей представились.

— Вот ведь горе какое! — снова вздохнула женщина. — Приехала-то я на похороны жениха нашей Светочки. А вон как дело обернулось! Знала бы, что ее у нас на даче в Приладожском убьют, ни за что бы на поминки по Николаю не осталась. Кто он мне такой был? А вот поди же ты, сидела на поминках чужого парня! И родную племянницу проворонила! Ой, горе какое! Больно-то как!

— Но не плачьте! — попыталась утешить ее Леся. — Вы же не могли знать, что Светлану убьют!

— И вообще, если бы знать, где упадешь, соломки бы подстелил, — добавила Кира.

— Да ведь собиралась я в тот день к нам на дачу! — ударив себя рукой в мощную грудь, воскликнула Наталья Ильинична. — Огурчики там в парнике без полива давно повяли. Жара-то какая стоит! А сестра меня с ней остаться уговорила. На поминках на тех злосчастных. Дескать, Света себя плохо почувствовала, домой поедет отлежаться. А мы, говорит, с тобой на поминках по Николаю останемся. Неудобно перед его родней получится, если мы все исчезнем. Подождут, говорит, твои огурцы.

И, вытерши глаза все тем же огромным многофункциональным платком, Наталья Ильинична, продолжила:

— А на что мне этот Николай, по правде сказать, сдался? У Светочки и до него куча парней была!

На этом месте подруги насторожились. Вдруг все же кто-то из отвергнутых Светкой ухажеров убил девушку? А заодно и ее нового жениха? Месть — сильный стимул, это подруги знали по себе.

— Ну и что с того, что ничего серьезного из этих романов не вышло? — продолжила Наталья Ильинична, высморкавшись в тот же безразмерный платок. — И у Николая тоже Светочка была не первая. Я так сестре и сказала, не первая она у него и, жив бы остался, не последняя небось была бы, так чего нам с тобой изображать из себя всемирную скорбь? Пусть родители горюют, они сына потеряли. А наша Света еще себе найдет человека. Ведь верно же?

И Наталья Ильинична внимательно уставилась на подруг.

— А у Николая ведь до Светы была другая девушка? — произнесла Кира. — Она на похороны не пришла?

— Может быть, и пришла, — пожала плечами Наталья Ильинична. — Я ее ведь в лицо не знаю. Светочка только говорила, что работала эта девушка вместе с Николаем. А потом он Светочку нашу встретил. И с ней у него любовь приключилась. Ну, вы знаете, как оно бывает. Встречаются парень с девушкой долгое время, вроде бы все у них уже к свадьбе идет. А горячих чувств с обеих сторон нет. Ну, и появляется вдруг кто-то третий. И союз этих двух в один миг разваливается. Потому что без любви никакое общее дело не способно людей вместе удержать.

Наверное, родные Светланы и Николая, собравшиеся на кладбище в тот жаркий полдень, остались невысокого мнения о сослуживицах Николая. Потому что, едва услышав от Светиной тетки о том, что у Николая долгое время был служебный роман, который он порвал из-за того, что встретил Светку, подруги тут же удрали с кладбища.

— Куда мы бежим? — слегка отстав и запыхавшись, спросила Леся у своей более длинноногой и поджарой подруги.

— В офис, — коротко сообщила ей Кира. — К Сониру!

— К этому турку? — удивилась Леся, решившая, что Кира окончательно свихнулась от жары, духоты и расследования. — Что тебе приспичило так спешно? Хочешь поскорей замену Сафаилу найти? Обиделась, что он вчера вечером так и не приехал?

От неожиданности Кира остановилась и уставилась на подругу.

— Ты совсем ничего не соображаешь! — попеняла она ей. — Какая еще замена? Мне нужен его компьютер! Компьютер Сонира!

— У тебя своего нет?

— Мне нужен его компьютер с доступом к базе данных всех работающих в «Турграде» девушек! Там невеста Николая. И он ее бросил ради Светланы. А брошенная женщина — опасней гремучей змеи. Та хоть предупреждает о нападении своей погремушкой, а брошенная женщина нападает всегда неожиданно, и удар ее смертельный.

К этому времени Кира уже добежала до своей машины, которую она сегодня оставила на стоянке, и, забравшись в нее, крикнула Лесе:

— Так ты со мной или как?

Вздохнув, Леся забралась в машину, продолжая недоумевать:

— Ну, возьмем мы этот список. И что дальше?

— А дальше мы его покажем родителям Николая! Должны же они хотя бы знать имя девушки, с которой долгое время встречался их сын!

— А зачем нам в таком случае Сонир? — спросила Леся. — Можно обратиться к Олегу Семеновичу лично. Он не откажет нам в такой просьбе.

— Не знаю, может быть, и не откажет, но рисковать я не хочу, — ответила Кира. — И потом, где он, этот Олег Семенович? На похоронах я его не видела.

На самом деле Олег Семенович на похоронах был. Но не в толпе собравшихся. Он сидел в засаде. У него, как и у подруг, мелькнула мысль, что убийца может явиться на кладбище. Особенно если этот убийца был человеком близким к убитым. Тогда он наверняка захочет проводить свои жертвы в последний путь.

На похоронах Николая Олегу Семеновичу этого сделать не удалось. Не подготовился. И теперь он возлагал большие надежды на похороны Светланы. Вот тут-то и следовало этого типа вычислить, окружить и арестовать.

Подруг Олег Семенович тоже видел. Впрочем, под их платками, скрывающими синяк под глазом у Леси и странные желтовато-розовые пятна на лице у Киры, он узнал девушек не сразу. А когда узнал, то нахмурился.

— К чему эта маскировка? — пробормотал он себе под нос. — Что они снова затеяли?

Как любой уважающий себя мужчина, Олег Семенович плохо разбирался в том, насколько важна для женщин их внешность. То есть знать-то он об этом, конечно, знал, но во всем объеме не прочувствовал всей важности вопроса. А потом замотанные в платки очень странные и подозрительно себя ведущие девицы вдруг внезапно исчезли из людской толпы. Олег Семенович снова недоуменно нахмурился. И что-то царапнуло его сердце.

— Не иначе как эти две чертовки снова что-то затеяли, — сообщил он самому себе. — А что?

На этот вопрос ответа у Олега Семеновича не находилось.

— Ох, чую, — с досадой пробормотал он себе под НОС, — придется мне их брать к себе в отдел. Там я хоть примерно буду знать, чем они занимаются. А так ведь пропадут со своим неуемным любопытством. Точно, пропадут.

И, задумавшись о девушках, Олег Семенович неожиданно увидел в толпе еще одно девичье личико, которое показалось ему знакомым. Но сколько ни силился, не мог вспомнить, кто эта девица. Вела она себя странно. С общей массой не смешивалась. И в разговоры ни с кем не вступала.

Да и выражение ее лица трудно было назвать скорбным. Скорей уж на нем читалось откровенное торжество. И хотя время от времени девушка подносила к носу платочек, но скрыть злого блеска своих темных глаз не смогла.

Олег Семенович жестом показал двум своим ребятам, чтобы они оттеснили странную девушку еще дальше от гостей, намереваясь побеседовать с ней по душам в более уединенной обстановке.

Но девушка была настороже. И, едва заметив, что к ней приближаются двое крепких молодых людей, вдруг бросилась бежать. Разумеется, охранники пустились за ней вдогонку. Но девушка оказалась проворней и быстро затерялась в лабиринтах между могильными оградками и густо разросшимися между ними кустами.

— Не нашли! — попенял Олег Семенович, когда его парни вернулись к нему с удрученными физиономиями. — Эх, вы! Но хоть лицо ее разглядели?

— Да, — кивнул один из них. — Я ее видел пару раз в нашем офисе.

— Ты видел ее у нас в офисе? Так что же это выходит? — удивился Олег Семенович. — Она у нас работает? А почему в таком случае я ее никогда не видел?

Этот вопрос требовал немедленного прояснения. И Олег Семенович, решив, что вряд ли на кладбище сегодня произойдет еще что-то, требующее его личного участия, отправился в офис, а точней, в отдел кадров. Чтобы там ему быстро и четко изложили, как так получилось, что странная девушка вроде бы, получается, что работала у них, но он ее в лицо почему-то не знает.

Но, добравшись до здания офиса «Турграда», а там и до отдела кадров, Олег Семенович был неприятно поражен царящей там суматохой.

— А у нас новая беда! — бросился к нему один из сотрудников.

— Что случилось? — угрюмо произнес Олег Семенович, хватая парня за грудки.

Плохих новостей за последние дни ему хватило уже с избытком. И новость, мягко говоря, привела его в бешенство. Олег Семенович даже подумал, а не вмешались ли в работу их фирмы какие-то темные потусторонние силы, бороться с которыми обычными методами — напрасный труд. Тут нужен мощный белый маг или колдун.

— Вся база данных на всех наших сотрудников накрылась! — верещал тем временем парень, суча ножками и дергаясь в мощных объятиях Олега Семеновича. — Все, что было! Все файлы о тех, кто уволился, кто работает сейчас и кого мы еще только планируем пригласить к сотрудничеству!

— Как это случилось? — отпустив сотрудника, набросился Олег Семенович на начальника отдела кадров — здоровенного крепкого дядьку, лицо которого, несмотря на работающие в помещении кондиционеры, обильно заливал пот.

— Вот у него спросить надо, — ткнул начальник пальцем в спину черноволосого парнишки, турка по виду. — Через его компьютер произошел сбой.

— Но я не знаю! Честное слово, я когда на обед уходил, все в порядке было! А когда вернулся, компьютер был уже пуст! — простонал тот в ответ, продолжая щелкать по клавишам клавиатуры.

— Так! — многозначительно произнес Олег Семенович. — А когда уходил, дверь ты закрыть случайно за собой не забыл?

— Что, я правил не знаю? Или совсем дурак? — возмутился парень. — Закрыл я дверь. А ключ положил в правый карман брюк.

И парень похлопал себя по правому карману. И тут же на его лице мелькнула тревога.

— Что? — быстро спросил у него Олег Семенович, верно подметив испуганное выражение, которому быстро уступила место легкая тревога.

— Не понимаю, — пробормотал парень. — Я клал ключ в правый карман брюк. А когда вернулся с обеда, он лежал вот тут!

И он ткнул пальцем себя по левому карману.

— Ясно! — кивнул Олег Семенович. — Ну-ка! Рассказывай, орел, с кем ты обедать сегодня ходил? А? Кто тебе по дороге встретился? Или кто тебя на обед позвал? Девушка?

Турок потупил глаза. Но Олег Семенович отступать не собирался. И парень признался:

— Ко мне Кира зашла с подружкой Лесей, и мы…

— Как? — прогремел Олег Семенович, пораженный до глубины души. — Как Кира? Как Леся? Откуда они тут-то взялись?

Но тут же он вспомнил, как поспешно удалялись замаскированные подруги с кладбища. И ему все моментально стало ясно. Эти мерзавки попросту его опередили! Прямо с кладбища они рванули в отдел кадров. И это они рылись там в компьютере, сняв всю информацию.

А как ловко действовали, негодницы! Сначала выманили доверчивого турка, воспользовались его влюбленностью, а сами коварно выкрали базу данных, да еще и компьютер испортили, чтобы больше никто не сумел по их следам пойти.

— Р-р-р! — зарычал от бешенства Олег Семенович. — Убил бы!

Все сотрудники поспешно шарахнулись от него в разные стороны, забившись кто под стол, кто на шкаф, а кое-кто даже пытался укрыться в бронированном сейфе. Вид рычащего Олега Семеновича был до того страшен, что нервы сотрудников не выдержали. Заметив, какое впечатление он произвел на окружающих ни в чем не повинных людей, Олег Семенович постарался взять себя в руки и стремительно вышел из кабинета.

— Так, — произнес он, оказавшись в коридоре и набирая Кирин номер. — Сейчас кому-то мало не покажется. А я ведь еще хотел их к себе в отдел взять. Черта лысого теперь! В тюрьму у меня сядут за самодеятельность!

Но телефон Киры издевательски молчал.

— Уже отключили! — грохнул кулаком в стену Олег Семенович. — Негодяйки!

Справедливости ради надо сказать, что Кира свой телефон не отключала. Он у нее еще со вчерашнего вечера попросту не работал, а заменить аппарат руки не дошли.

Не знали подруги также и о том, какую суматоху они устроили в отделе кадров. Потому что плохо знакомая с техникой Кира, изъяв нужные данные из базы данных компьютера Сонира, просто нажала какую-то клавишу. В ответ выскочила табличка, из которой Кира поняла только два английских слова «yes» или «nо». И, недолго думая, Кира нажала ту клавишу, которая показалась ей более позитивной.

Компьютер что-то благодарно пискнул. И в ту же секунду без дополнительных вопросов взял и погас. А обрадованная Кира выскочила из кабинета, сжимая в руках нужную ей распечатку, не тревожась больше ни о чем. Вернув ключ от кабинета ничего не подозревающему Сониру, для чего Кире пришлось обнять парня покрепче, а Лесе вспомнить свои навыки лазания по чужим карманам, и, оказавшись на безопасном расстоянии от офиса «Тургра-да», подруги с интересом принялись изучать свою добычу.

Список состоял из двух десятков имен. К счастью, сотрудников женского пола в фирме было не так много. К тому же дам, чей возраст солидно перевалил за «бальзаковский», подруги деликатно отмели. Вряд ли Николай стал бы связываться с особой, значительно старше себя.

— Итак, остается всего ничего, — сказала Леся. — Семь фамилий. С этим вполне можно ехать к родителям Николая и…

И тут она запнулась.

— Что там? — досадливо спросила Кира, которая в этот момент выруливала со стоянки и не могла хотя бы одним глазом заглядывать в список.

— Посмотри! — тем не менее сунула Леся ей под нос бумагу.

Кира прочитала фамилию, на которую указывал палец подруги, и чуть было не врезалась в чей-то огромный, словно танк, «Хаммер», перегораживающий выезд со стоянки. Чудом увернувшись от столкновения, которое могло оказаться гибельным как для подруг, так и для их машины, Кира притормозила. И еще раз прочла имя и фамилию.

— Неужели в самом деле она? — вопросительно посмотрела Кира на подругу.

— Она, — кивнула та.

— Кабы не видела собственными глазами, никогда бы не поверила, — пробормотала Кира. — Как мы могли ее прошляпить?

— Теперь это многое объясняет, — заметила Леся.

— Да, — согласилась с ней Кира.

— А помнишь, ее мама еще сказала, что дочь выучила турецкий и неплохо подрабатывает переводами?! — воскликнула Леся. — Мы тогда еще не обратили внимания на эту оговорку. А ведь должны, должны были насторожиться!

— И мама у нее кандидат наук! — сказала Кира. — То есть, когда мы учились в школе, она была кандидатом, а за эти годы вполне могла и докторскую защитить!

— И папа у нее академик! — вздохнула Леся. — А что не живет с дочерью, так от этого он не перестает быть академиком!

— И Танька нам говорила, что не сама в эту фирму пришла, ее тоже подружка устроила! — добавила Кира. — А какая у Таньки могла быть подружка? Только Дина!

И девушки переглянулись. В их глазах читалось торжество, насколько омрачаемое необходимостью принять ту правду, которая им открывалась.

— Но, может быть, вовсе и не Дина была той девушкой, которую бросил Николай? — робко предположила Леся. — Тут в списке и помимо нее девушек достаточно.

— Все равно, — угрюмо произнесла Кира. — Мы должны с ней поговорить. Слишком много совпадений. Ведь Танька — подруга Дины, Лева — брат Дины. И при этом Дина работает в той же фирме, что и покойный Николай и обманутый им Иван Тимофеевич. Нет, ты как хочешь, а Дину нам позарез надо найти.

Кира молча кивнула.

— Пусть выложит, что они там с ее братцем за аферу придумали, — сказала она наконец. — Думаю, кто имел отношение к этому фальшивому НЛО, который выманил у бедного Ивана Тимофеевича солидную сумму денег, Дина должна знать.

И подруги двинулись в сторону своего дома. Несмотря на то что до вечера было еще далеко, вместо Дины их встретила Зоя Матвеевна. Выглядела женщина еще бледнее, чем тогда, когда подруги расстались с ней.

— Что с вами? — испугалась Кира. — Снова приступ? Вызвать врача?

— Сварить кофе?

— Девочки! До сих пор ее нет! Что делать — просто не представляю! — заломив руки, вдруг заголосила Зоя Матвеевна. — Звоню ей на мобильный каждые пять минут. А она все не отвечает! И от Левы ни слуху ни духу!

— Они что, с того раза так и не появлялись? — ахнула Кира. — Времени-то уже порядочно прошло.

И тут же пожалела о своем замечании. Потому что Зоя Матвеевна стала бледней простыни и уставилась на подруг:

— Девочки, как по-вашему, что с Диной могло случиться? — спросила она.

— Думаю, ничего страшного, — мрачно произнесла Кира.

«Просто ваша дочь слиняла, прихватив денежки жениха своей ближайшей подруги», — хотела она добавить, но промолчала.

— Она же ушла не одна, а вдвоем со своим братом, — напомнила Зое Матвеевне Леся.

— Ушла, но что толку! Он тоже не звонил матери. И на работе его нет!

Подруги переглянулись. Ясно, Дина тут больше не появится. Потом она, конечно, перезвонит матери. Но сейчас будет соблюдать повышенную осторожность. Успокоив Зою Матвеевну тем, что сейчас лето, Дина могла почувствовать себя лучше и они закатились вдвоем с Левой в какое-нибудь место, где сотовая связь не ловится, подруги отправились домой.

— Вот мы и узнали, кто самый главный свидетель, — вздохнула Кира. — И ведь что обидно, Дина все время была у нас под боком. А что толку? Мы ее даже не заподозрили, когда она начала нам врать, будто не знает, что за любовник, помимо Ивана Тимофеевича, был у Таньки.

И подруги, мрачно опустив замотанные в платки головы, прошли по двору, не заметив настороженных взглядов, которыми проводили их сидящие на лавочке бабки. И даже не поздоровавшись с бабками, так как думали совсем о другом.

— Нет, ты видела?! — шепнула Ирина Филипповна на ухо своей подруге бабе Тане.

— Видала! — кивнула та. — И платки те же самые. Это вчерашние! А чего же это им теперь в соседнем доме понадобилось?

— Не иначе местечко для склада боеприпасов подыскивают! — вздохнула на редкость сметливая Ирина Филипповна.

— Ну да! — ахнула баба Таня.

— В том доме подвал большой, — пояснила ей подруга. — А дворник пьяница. Замок в подвал вечно то бомжи, то мальчишки сбивают. Теперь вот эти особы туда повадились. Не иначе склад устроить надумали для своих терактов.

— Типун тебе на язык! — встревожилась баба Таня и даже перекрестилась от страха.

Но не успели девушки войти в квартиру, как раздался звонок домашнего телефона.

— Кирочка, — это я! Зоя Матвеевна! — услышала Кира в трубке задыхающийся голос. — Кирочка, мне выйти на минутку надо. Ты прости, что я к тебе обращаюсь. Но остальных соседей беспокоить неловко. А ты вроде бы ничем не занята сегодня?

— Нет, а в чем дело? — настороженно ответила Кира.

— Деточка, ты не побудешь у меня? — попросила у нее Зоя Матвеевна. — А то я машину стирать поставила, как выключить, не знаю, а шланг то и дело соскальзывает. Боюсь, соседей снизу залью. Мне всего на несколько минут из дома выскочить надо. Так ты посидишь с моей машиной?

— Посижу, — машинально согласилась Кира, задумавшись.

И, повесив трубку на рычаг, она прибавила в пространство еще более задумчиво:

— Конечно, посижу, Зоя Матвеевна. О чем речь. Только вот куда это вы так спешно собрались? Что за дело, ради которого вы даже стирку готовы бросить?

— О чем ты говоришь? — спросила у нее Леся, с недоумением глядя на подругу, которая разговаривала сама с собой.

— Слушай, — внезапно схватила ее за руку Кира. — Слушай меня внимательно! Я сейчас пойду назад к Зое Матвеевне, сидеть с ее стирающимся бельем. А ты проследи, куда она пойдет и с кем будет встречаться.

— Зачем?

— Затем, что мне ее поведение кажется странным, — заявила Кира. — Уверена, что Дина объявилась. И назначила матери встречу. Только не дома, а где-то поблизости.

— И что? Что мне-то делать?

— А то, что ты за ней проследишь!

— За кем?

— Тьфу ты! — разозлилась Кира. — Сначала за Зоей Матвеевной. А потом, когда она встретится с Диной, бросишь Зою Матвеевну и проследишь за Диной.

— А если я не сумею?

— Сумеешь! — заверила ее Кира. — В случае чего мне звони. Тьфу ты! У меня телефон сломался! Тогда звони Олегу Семеновичу. Или Артуру. В общем, неважно, если заметишь что-то странное, сразу же звони кому-нибудь и требуй подмоги.

На таких условиях Леся должна была согласиться. И хотя у нее были огромные сомнения, сумеет ли она незаметно следить сначала за Зоей Матвеевной, а потом и за Диной, которая наверняка будет держаться настороже, но из Кириной квартиры девушка поспешно удалилась.

Кира же промчалась в обратном направлении — в сторону дома Дины через весь их двор, случайно задев своими шалями сидящих на скамеечке старух. Тех словно взрывной волной подкинуло.

— Ты как хочешь, а я пойду и посмотрю, что она в том доме делает! — воинственно заявила баба Таня. — Мы тут с тобой, похоже, единственные люди, которым есть дело до безопасности нашего двора. А эти в платках, точно тебе говорю, что-то затеяли. Так туда-сюда и шастают!

Так как Ирина Филипповна была примерно того же мнения, то старушки поднялись и бодро потрусили следом за Кирой. Но не успели они далеко отойти, как из подъезда появилась Леся.

— Смотри-ка, а вон и вторая появилась! — восторженно шепнула баба Таня, исподтишка указывая на Лесю. — Прячется! Нет, ты как хочешь, а я точно уверена, что они что-то преступное замышляют!

Леся к этому времени уже тоскливо маячила у кустов за детской площадкой в ожидании появления Зои Матвеевны и всеми силами стараясь не привлекать к себе излишнего внимания.

Это ей плохо удавалось. Потому что поднявшийся сильный ветер гнал по земле мусор и безжалостно трепал концы ее шали. Борясь со скользким и тяжелым шелком, Леся едва не пропустила появление во дворе Зои Матвеевны. Сгибаясь под налетающими порывами ветра, женщина торопливо двигалась прочь со двора на улицу. Леся, как ей и было велено, последовала за ней.

— А нам куда? — растерялась баба Таня. — За какой из них идти?

После секундного колебания бабки решили не покидать двор. Что бы там ни затеяла вторая мусульманка, сейчас семенящая со двора, это произойдет вне зоны их компетенции. А вот первую следовало найти и точно выяснить, что ей нужно в соседнем доме с таким привлекательным для преступников всех видов подвалом.

И бабки в своих опасениях не обманулись. Стоило им сунуться в подъезд, куда пятнадцатью минутами раньше заходили замотанные в шали женщины и из которого сейчас выскочила Зоя Матвеевна, как бабки увидели, что дверь того самого зловещего подвала приоткрыта.

— Я же тебе говорила! — шепнула баба Таня на ухо подруге.

Но больше сказать или сделать она ничего не успела. И слава богу! Потому что дверь подвала скрипнула, приоткрылась еще шире, и из нее вылезла хорошо знакомая обеим бабкам девушка. Звали ее Дина. И жила она вместе с матерью в этом самом подъезде. Любопытных бабулек Дина не заметила и быстро помчалась наверх по лестнице.

Пенсионерки переглянулись. Конечно, с одной стороны странно, что там могло понадобиться Дине в подвале? Но, с другой стороны, она жила в этом доме. — А следовательно, могла пользоваться лестницей, лифтом, чердаком, ну и подвалом, в конце концов. И все равно у пенсионерок на душе было неспокойно. Уж как-то больно затравленно выглядела девушка. И поэтому, не сговариваясь, они поспешили следом за Диной вверх по лестнице.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Если бы бабульки не покинули свой наблюдательный пункт на скамеечке во дворе дома, то могли бы увидеть в высшей степени захватывающую картину. Внезапно из-за угла дома с диким ревом во двор завернул огромных размеров джип, который тут же пересек любовно выпестованный дворничихой и всеми жильцами газончик, проложив в нем две идеально ровные черные колеи и погубив нежную изумрудную травку и пестрые цветочки.

Видевшие это безобразие жильцы дома замерли от возмущения. Но следом за первым джипом во двор влетела еще одна машина, колеса которой окончательно погубили газон и первые распустившиеся уже цветки коллекционных и очень нарядных бархатцев. Однако от решительных протестов жильцов удержало одно весьма простое соображение: своя рубашка ближе к телу. И вряд ли их собственное здоровье стоит той чахлой травки, которая погибла под колесами машин чужаков.

А в том, что прибывшие ребята выслушивать упреки по поводу погубленных цветочков не станут, ни у кого из жильцов сомнений не возникло. Таким образом прибывший на расправу с подругами Олег Семенович не встретил никаких препятствий. И первым помчался к подъезду, в котором находилась квартира Киры. Остальные охранники рассыпались по двору.

Тем временем баба Таня и Ирина Филипповна поссорились.

— Это ты виновата! Я говорила — надо на лифте ехать! — сердилась Ирина Филипповна. — Куда тебе с твоим артритом по лестнице ковылять!

— Да как же на лифте?! — чуть не плача, отвечала ей баба Таня. — Мы же не знали, куда эта мусульманка пошла. На каком этаже нам ее караулить?

Обе бабульки были чрезвычайно сконфужены. Их вылазка не увенчалась успехом. Завернутая в платки подозрительного вида мусульманка ускользнула от них. И Дина, которую они хотели расспросить, не видела ли та в подвале чего подозрительного, тоже исчезла.

Но, выйдя во двор, бабульки остановились словно вкопанные. За время их отсутствия тут многое изменилось, и далеко не в лучшую сторону.

— Наша клумба!

Разоренная клумба и газон — это было первое, что бросилось в глаза двум пенсионеркам. Потом они огляделись по сторонам и заметили во дворе необычайное оживление. Точнее сказать, оживление происходило только возле одного подъезда. Того самого, где жила Кира, к которой в последнее время повадились шастать разные подозрительные замотанные в восточные шали личности, бородатые страшные брюнеты и другие, уже более симпатичные, брюнеты, но зато с дубинами в руках.

Мысленно соединив появление темных личностей с этими крепкими ребятами, которые заблокировали выход из Кириного подъезда и деловито посматривали вокруг, старушки сделали верный вывод.

— Доигралась, голубушка! — прошептала Ирина Филипповна, недолюбливающая Киру еще с тех пор, когда девушка работала в соседнем супермаркете и, несмотря на это, наотрез отказывалась продавать соседке вырезку по цене обычного рагу с костями. — Все, как мы с тобой и предсказывали. Точно террористов к себе пустила. Хорошо еще, что вовремя спецназ приехал!

— Думаешь, это спецназ? Вроде бы те в камуфляже должны быть. А эти просто в темной форме.

И баба Таня прищурилась, чтобы разглядеть форму охранников «Турграда». Эмблема была ей незнакома. Но тем не менее сама форма внушила старухам почтение.

— Какая разница! Ясно, что силовые структуры прибыли! — веско заявила подруге Ирина Филипповна.

— Так у Киры дома сейчас никого нет! — встревожилась баба Таня. — Обе женщины ушли! Кого же эти ребята ловить станут?

— Но мы-то знаем, куда эти мусульманки делись! — заявила Ирина Филипповна. — Так что, мы с тобой, своим же ребятам, которые нас охранять приехали, и помочь не сможем?!

И бабки просеменили к одному из охранников, стоящему отдельно от остальных. Несколько минут парень старательно пытался вникнуть в то, что пытались сообщить ему две очень взволнованные пенсионерки. А когда наконец уразумел, то решил, что самому ему с этим вопросом не справиться, надо доложиться начальству.

Бабулькам, можно сказать, повезло. Парень, к которому они обратились, был далеко не дурак. И еще во время обучения на курсах охранников успел усвоить, что никаких мелочей во время выполнения задания не бывает и о любой мелочи следует докладывать начальству хотя бы для того, чтобы сберечь свою голову. А если повезет, то и получить награду. Поэтому, не сомневаясь в правильности своего решения, он помчался наверх. Бабок он потащил с собой.

— Олег Семенович! — окликнул он начальника, поднявшись на Кирин этаж, где тот тоскливо созерцал обивку на ее двери. — Там две старушки во дворе говорят, что к Кире в последнее время какие-то мусульмане повадились ходить. Мужчины и женщины. И эти женщины вроде бы живут даже у нее. А один раз такой скандал был, что даже участкового вызывать пришлось.

— Какие еще мусульманки? — уставился на него Олег Семенович.

Мусульманки в заложенную схему преступления никак не укладывались. Хотя черт их знает, этих подруг! С них станется к себе и цыганский табор затащить.

— Что за мусульманки? — повторил он.

Однако четкого ответа на этот вопрос у парня не было. И, порадовавшись в душе за свою предусмотрительность, он пошарил мощной рукой позади себя и выставил вперед Ирину Филипповну и бабу Таню.

— Вот они все расскажут, — пообещал парень Олегу Семеновичу.

— Говорите, — кивнул тот бабулькам.

Пенсионерки не заставили себя долго упрашивать. И по мере того как они рассказывали, хмурое лицо Олега Семеновича светлело все больше и больше.

— Какие, говорите, платки были на ваших мусульманках? — спросил он у бабулек.

Будучи женщинами, они охотно описали платки в деталях. После чего Олег Семенович окончательно убедился, каких ценных свидетельниц судьба послала ему в лице этих двух милых пенсионерок. Он даже растрогался.

— И куда, вы говорите, отправились сейчас эти женщины восточного вида? — спросил он, с симпатией взирая на двух пенсионерок.

Бабки снова быстро заговорили, торопясь выложить все накопившиеся у них за несколько дней наблюдений сведения вкупе с собственными подозрениями и догадками.

— Стоп! — рыкнул Олег Семенович. — Повторяю вопрос! В каком подъезде скрылась подозреваемая вами женщина?

И, получив наконец желаемый ответ на свой вопрос, Олег Семенович приступил к решительным действиям.

* * *

Тем временем Кира сидела в квартире Зои Матвеевны и грызла от волнения собственные прекрасные акриловые ногти, расписанные узорами и украшенные золотой пылью, каждый из которых обошелся ей в салоне красоты в маленькое состояние. Ту самую стиральную машинку, из-за которой она очутилась тут, Кира выключить не решалась. Очень уж машина была нестандартной.

И действительно, несмотря на относительное благополучие, царящее в доме Дины, заменить старую машину на новую у женщин, видимо, еще руки не дошли. И они пользовались каким-то допотопным агрегатом, который и в самом деле лучше было лишний раз не трогать — он отчаянно шумел, гудел и плевался мыльной пеной во все стороны.

Именно из-за этого шума Кира и не расслышала, как в коридоре открылась входная дверь и в квартиру проскользнула какая-то фигура.

— Уф! Жарко! — выдохнула Кира, которой как раз в этот момент надоело закрывать своим телом машину, когда та делала совсем уж крутые скачки.

Да и вообще сидеть возле подпрыгивающей и завывающей стиральной машинки и дышать горячим паром было то еще удовольствие. И, укоризненно посмотрев на «стиралку», Кира сказала:

— Пропади ты пропадом!

Стиральная машина хорошим характером не отличалась и в ответ злобно плюнула в девушку солидным шматом мыльной пены.

— Ах так! — разозлилась Кира. — Ну и черт с тобой! Заливай соседей, авось окажешься после этого на свалке, где тебе самое место.

Машинка вроде бы вняла ее словами. Испугалась, во всяком случае, шуметь стала гораздо меньше. Удовлетворенная своей маленькой победой над железным агрегатом, Кира вышла из ванной, разматывая на ходу шаль с головы. И прямо в коридоре столкнулась с Диной. Обе девушки застыли, пораженные в равной степени.

— Ой! — вскрикнула Кира, которая была в полной уверенности, что Дина сейчас находится под наблюдением Леси.

Кира даже протерла глаза, чтобы исключить вероятность оптического обмана зрения.

— Ты?! — тоже вытаращила на нее глаза Дина. — Но откуда… Откуда ты тут взялась? Тут же никого не должно быть. Я даже специально маму…

Тут она замялась и повторила свой вопрос:

— Так что ты тут делаешь?

— Стираю, — пожала плечами Кира.

— Что? — взвилась Дина. — Другого место не нашла, что ли? Убирайся к своей Леське. Она себе недавно евроремонт отгрохала, там и стирай, идиотка!

— Сама идиотка! — тоже разозлилась Кира. — Приличную машину купить не можете! Интеллигентные люди — мама доктор наук, папа — академик, а пользуетесь таким старьем!

— Не твое дело!

— А вот и мое! — азартно возразила ей Кира. — Потому что твоя мама попросила меня присмотреть за вашей дурацкой машиной, пока побежала встречаться с одной беглой преступницей.

При этих словах Дина замерла на месте и уставилась на Киру широко раскрытыми глазами.

— Кто преступница? — тихо прошептала она. — Почему преступница? Ты это про меня говоришь?

— Конечно! — сердито подтвердила Кира.

— И в чем, интересно знать, ты меня обвиняешь? — прищурилась Дина.

— А то ты не знаешь, — воинственно заявила ей Кира. — Ты всегда была интриганкой! И как это я умудрилась об этом забыть! Вечно в школе какие-то интриги плела. И главное, ведь всегда получала что хотела. Ты и Тамарку из школы выжила. Знала — если Тамарка после восьмого класса уйдет, Танька только с тобой дружить будет. Уж не знаю, что ты там наобещала Мишке, чтобы он не дал Тамарке списать у него на экзамене! Вот она и провалилась.

— Ну и что, — хмыкнула Дина. — Она сама захотела уйти.

— Но подтолкнула ее к этому решению ты! — воскликнула Кира.

— И что же я сделала на этот раз? — как-то странно улыбнулась ей в ответ Дина.

— Хочешь, чтобы я тебе по пунктам перечислила? — в упор посмотрела на нее Кира. — Изволь. Это ты познакомила своего подозрительного практически всегда безработного красавчика братца Леву с Танькой. Расчет был верен: Танька влюбилась в такого красивого парня по уши. Еще бы не влюбиться, ее всегда тянуло именно к таким парням. Только вот беда, денег у парочки совсем не было. Жить было не на что. Потом ты устроила Таньку на работу в «Турград». И уже вместе с Левой вы заставили Таньку вскружить голову бедному наивному Ивану Тимофеевичу, а потом и обобрать его.

— Вот уж бедным он точно никогда не был! — фыркнула Дина. — Жмот и жлоб, каких еще поискать! Вечно норовил сделать так, чтобы мне за работу хоть на копейку, но поменьше заплатили бы. А я ведь работала! Пусть я дома сидела, но все переводы на документы всегда предоставляла им в срок! А он от меня все больше и больше работы хотел, а зарплату не повышал! Говорил, что работать надо лучше.

— А ты этого не любишь! — добавила Кира. — Всегда была лентяйкой и лежебокой! Ты даже за парнями не бегала, потому что лень тебе не позволяла!

— Что бы ты понимала! — заорала на нее Дина. — Я, может быть, и хотела. Только они сами внимания на меня не обращали! Да и кто бы стал обращать, когда я вечно чихала и сморкалась? Ты бы пошла с таким парнем на свидание?

— Ладно, — отмахнулась Кира. — Продолжим рассказ о том, как стараниями братца с сестрицей один вполне уважаемый, но, возможно, чуть скуповатый гражданин очутился в бегах, а его невеста в дурке.

— Но я не хотела! — закричала Дина. — Я не думала, что у Таньки в самом деле поедет крыша! Но что было делать, если она в последний момент вдруг заявила нам с Левой, что передумала?

— Что? — нахмурилась Кира. — Как передумала? В каком смысле?

— В прямом! Заявила, что глаза у нее открылись. И она решила, что лучше сама выйдет замуж за Ивана Тимофеевича и получит все его денежки, чем станет делиться с нами! Пришлось ее связать, чтобы не мешалась!

— Погоди, но она же сказала, что это Иван Тимофеевич сошел с ума, набросился на нее и связал!

— Да? — казалось, удивилась Дина. — Ну а что еще она могла сказать? Она же не могла выдать нас. Выдав нас, она бы неизбежно выдала и себя. Ведь она была в курсе всего этого представления с НЛО. Только в последний момент ей в голову что-то стукнуло, и она взбрыкнула. Но все равно она соучастница. Вот ей и оставалось — молчать и изображать из себя невинную жертву помешательства Ивана Тимофеевича!

— Но как вам удалось так основательно задурить голову мужику? — удивилась Кира. — Все-таки одно дело просто верить в существование НЛО, а другое — поверить в то, что инопланетный разум явился к тебе домой и еще потребовал очистить все твои банковские счета, а денежки передать во всемирный фонд будущего человечества. Верно я поняла расклад?

— Фонд новой человеческой расы, — хмуро поправила ее Дина. — Ну да, мы ему так сказали. Дескать, на какие же денежки инопланетяне будут строить под землей убежища для новой расы? Не на свои же — инопланетные? А таблетки, которыми регулярно пичкала его Танька, помогли этому дурачку поверить во весь этот бред.

— А как быть с НЛО? Его-то вы как соорудили?

— С этим и вовсе было просто, — вздохнула Дина. — Лева, пока его не выгнали, работал в одной химической лаборатории. Лаборантом, а потом охранником. Ну, там он и приглянулся одному крупному ученому нетрадиционной сексуальной ориентации. И чтобы поразить воображение Левки, показывал ему разные фокусы. Светящееся белым холодным огнем облако было из их числа. А стащить из лаборатории достаточное количество вещества, которое в состоянии горения светилось холодным белым и очень ярким пламенем, было делом техники. Кража обнаружилась, но Лева в лаборатории уже не работал. А тот ученый это дело просто замял.

— Прекрасно, — согласилась Кира. — Но теперь ты, надеюсь, понимаешь, что раз ваша афера раскрыта, то вы с братом должны покаяться и вернуть деньги Ивану Тимофеевичу.

— Чего? — снова вытаращила на нее глаза Дина. — Что раскрыто? Что ты там мелешь? Ничего не раскрыто. Мало ли, что я тебе сейчас наговорила! Доказательств-то у тебя нет. Танька будет молчать, потому что иначе ее саму обвинят в соучастии, и прости прощай сытая жизнь и Иван Тимофеевич. А сам Иван Тимофеевич, я уверена, так ничего толком и не понял. Да и вообще, если на то пошло, он нам сам свои деньги отдал! Сам! Никто силой его не заставлял! Так что и возвращать мы ему ничего не будем.

И, помолчав, Дина издевательски заявила:

— И потом, откуда ты, Кира, знаешь, может быть, я тебе сейчас все наврала? А на самом деле был и НЛО, и инопланетяне, собирающиеся готовить будущую человеческую расу. Просто Иван Тимофеевич им не подошел! Вот они его и вышвырнули обратно на грешную Землю.

Кира молчала. В одном Дина была права. Доказательств против нее и Левы у Киры в самом деле не было. И что делать? Оставалось решиться играть ва-банк.

— А вот меня еще интересует, почему это преступление, которое вы задумали с братцем, так точно совпало с теми сроками, когда со служебных банковских счетов «Турграда» были перекачаны значительные суммы денег на счета неких подставных фирм? — произнесла она и с радостью заметила, как замерла Дина.

Похоже, ее случайный удар попал точно в цель.

И, переведя дыхание, Кира уже почти с триумфом закончила свою речь:

— А между прочим, организатором этого второго преступления был опять же не чужой тебе человек, Дина. Насколько я знаю, Николай — твой бывший любовник? Жених. Так ведь? Или я ошибаюсь? Тогда поправь меня.

— Ты и об этом знаешь? — прошептала девушка, исподлобья глядя на Киру с какой-то лютой животной ненавистью.

Однако Кира этого взгляда недооценила. Она была слишком увлечена собственными разоблачениями — прокурорская речь буквально лилась потоком.

— Странно ведь, верно? — допытывалась она у безмолвной Дины. — Подружка, братец и бывший жених — преступники. А ты, Дина, что же, белей снега, получаешься? Ой, не так это! Далеко не так! Уверена, всю эту кашу ты и заварила. Сидела себе в этой квартире и за ниточки остальных дергала, как марионеток. Уж в этом ты большая мастерица. Только что же ты не так дернула, что Николай решился тебя обмануть? Или на этот раз ты сама была всего лишь его марионеткой? Ну и как? Приятное ощущение?

После этих слов, к изумлению Киры, в руках ее школьной приятельницы появился маленький черный, но от этого еще более страшный пистолет.

— Ну и что? — рявкнула Дина, направляя оружие на Киру. — Если хочешь знать, он сам виноват! Обещал на мне жениться, когда мы провернем обе эти аферы. Говорил, дескать, хорошо как будет, если они вдруг совпадут по времени. И все подумают, что это Иван Тимофеевич снял все свои личные денежки и дал деру, прихватив и наличные со счетов фирмы, а заодно и деньги из рабочего сейфа с документами.

— Документы, — эхом повторила Кира. — А кстати, зачем он взял документы?

— Под руку подвернулись, — раздраженно ответила Дина. — Выгреб все, что было в сейфе. Деньги и документы. Иван Тимофеевич, вздумай он в самом деле обокрасть родную фирму, именно так бы и поступил. К тому же эти документы можно было выгодно продать. И это давало лишний след. Пока бы Олег Семенович пытался связаться с вероятными покупателями документации, пока через них пытался бы установить контакт с вором, время бы и ушло.

— И Николай собирался продать эти документы…

— Вот еще! — фыркнула Дина. — Охота ему была связываться с этими бумажками! Он со своими приятелями и так хапнул со счетов «Турграда» такой куш, что тебе и не снилось!

— Понятно, — пробормотала Кира в задумчивости. — Николай с дружками осуществили свой замысел — украли деньги со счетов «Турграда», подставили милейшего и ни о чем не подозревающего Ивана Тимофеевича. Все это, конечно, прекрасно, но…

На самом деле Кира ничего прекрасного не находила, но Дине ее слова пришлись по душе.

— ..Но скажи мне, зачем Николай вернулся в офис той же ночью? — спросила у нее Кира.

— Что-то он должен был подчистить в своем компьютере, — охотно пояснила ей Дина, которая, как всякая начинающая преступница, была не прочь похвастаться своими подвигами. — И еще с видеозаписью надо было поработать. Нельзя, чтобы на следующий же день работники службы безопасности увидели на пленке, кто на самом деле открывает сейф в кабинете Ивана Тимофеевича и забирает деньги и документы, хранящиеся в нем.

— А днем он не успел этого сделать?

— Не успел, — подтвердила Дина. — Поэтому и вернулся, сделав вид, что хочет поработать ночью.

— Это могло вызвать подозрение!

— Но он так поступал много раз! — возразила Дина. — Я имею в виду, что работал по ночам, когда была запарка. Так что ничего подозрительного в том, что он захотел поработать ночью, не было.

— Да, — согласилась Кира. — В самом деле, никто ни разу не заикнулся, мол, как это подозрительно, что Николай был той ночью в офисе. Напротив, все говорили, что он вполне там мог быть.

И, подумав, Кира все же решила уточнить:

— Итак, вы хотели подставить Ивана Тимофеевича. Но зачем было убивать самого Николая. Дина…

— Что «Дина»? — уставилась на нее девушка. — Николай мне все это время, пока мы вместе работали над аферой, нагло лгал! Говорил, что любит меня. А сам тайком встречался с этой Светкой! И ее он уже представил своим родителям как невесту. Представляешь! Ее, а не меня!

— Подлец какой! — промямлила Кира, думая, что в это же время Николай приглашал на свидание и ее лично.

Именно поэтому в ее голосе прозвучало искреннее возмущение, которое опять же пришлось по душе Дине.

— Ты можешь себе представить, что я почувствовала, когда узнала об этом? — воскликнула она. — У него, видите ли, другая девушка и к ней чувства! А как же я? Как мои чувства? Это он в расчет не принимал. И он, что же, думал, что я стерплю такое хамство?

И Дина гневно мотнула головой, так что ее темные волосы рассыпались по плечам.

— Нет! — прорычала она. — Может быть, кому-то я и кажусь невзрачной сопливой кривлякой, но во мне течет горячая кровь. А у нас в роду принято смывать оскорбления кровью.

И только после этих слов у Киры в голове внезапно что-то щелкнуло. И пистолет в руке ее приятельницы перестал казаться чем-то бутафорски неестественным. Теперь он в руке Дины выглядел вполне органично. Ну да, конечно. Вот они перед ней вместе — убийца и его оружие. Как же она сразу не сообразила, кто расправился с Николаем и его невестой? Боже мой, какой же непроходимой дурой она была!

— Дина! — ошеломленно прошептала Кира. — Так это ты убила Николая? Сама? Своими собственными руками?

Это в голове у Киры никак не укладывалось. Чистюля Дина, которая никогда в жизни не покидала своей квартиры без лишней необходимости. Та самая Дина, которой даже домашнее задание приносили на дом и к ней же ходили заниматься педагоги, как к тяжело больному ребенку. И вдруг эта самая Диночка взяла в руки пистолет, пахнущий смазкой, порохом и бог весть еще какой аллергической дрянью, и пошла убивать направо и налево?

— И его убила, и эту его шалаву! — с удовлетворением кивнула Дина, несказанно поразив Киру кровожадным блеском, который сверкнул в ее темных глазах. — И хочешь, верь, а хочешь — не верь, никаких угрызений совести я по этому поводу не испытываю! Так им и надо обоим!

— Боже мой! — прошептала Кира. — Ты убила двух человек только потому, что они обманули тебя? Но как ты могла? Если Николай тебя разлюбил, он же не виноват в этом. Чувствам не прикажешь!

— Он виноват в том, что лгал мне! Виноват в том, что воспользовался тем, что я ему верю! Обещал, что мы с ним уедем на тропический остров. Что этих денег, которые он украдет у «Турграда», нам с ним хватит до конца жизни в тропическом раю. А я так хочу в тропики.

— Куда тебе в тропики-то? — вздохнула Кира. — Ты и тут от своей аллергии не знаешь куда деваться. А там пыльца тропических цветов и растений тебя совсем в могилу вгонит.

— А вот и нет! — яростно закричала Дина. — Я была в прошлом году на Багамах. И у меня там не было аллергии! Ни одной секундочки! Ни разу! Ни на что! Вот так-то! Ты не представляешь, какое это счастье, когда можно есть что угодно и гулять сколько угодно и где угодно. А мне так надоело постоянно ходить со слезящимися глазами, соплями по пояс и в заторможенном от таблеток состоянии. Мне так хотелось солнца, любви и хоть немного счастья. А он меня обманул! Неужели я могла простить его за такой чудовищный обман? Сама подумай! Могла?

Кира с сочувствием посмотрела на Дину. Но тут же одернула себя. Кому она сочувствует? Убийце, которая хладнокровно убила двух людей лишь потому, что они нарушили ее планы избавиться от аллергии. И все же Кира не могла не признать, что в чем-то ее тянет встать на сторону Дины. Но это продолжалось недолго. Лишь до тех пор, пока сама Дина не произнесла:

— Ну вот, теперь ты, Кира, все знаешь. Я свою совесть облегчила. И тебе очень благодарна. Но прости, похоже, мне придется убить и тебя тоже.

В тот же миг сочувствие к Дине из Киры испарилось, подобно воздуху из лопнувшего воздушного шарика, словно этого сочувствия и не было вовсе.

— Да ты что?! — возмутилась она. — Мы же с тобой десять лет в одном классе — от звонка до звонка… И у тебя поднимется рука меня убить? Дина! Я же тебе всегда помогала! Ты хоть вспомни, сколько раз я защищала тебя от насмешек наших кретинов-одноклассников. И домашние задания помогала делать. Ты что, забыла? Вместе целые вечера просиживали, контурные карты рисовали, искали эти проклятые научно-исследовательские американские базы в Антарктиде, которые ни один приличный советский атлас не желал указывать.

Дина молчала. Вдруг ее глаза округлились, и она с ужасом уставилась куда-то за спину Киры.

— Ой! Что это там?

— Что?.. — повернулась туда Кира.

Но вдруг ее затылок словно обожгло вспышкой боли, а весь мир вокруг стал стремительно темнеть и удаляться. Последнее, что помнила Кира, падая на пол, были рыдания Дины.

— Прости, Киренок, прости! Но ведь правда у меня нет другого выхода!

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Очнулась Кира от энергичных и не сказать, чтобы особенно ласковых похлопываний по щекам, которые больше смахивали на оплеухи.

— Не надо так сильно! — взывал к кому-то издалека знакомый голос. — У нее же голова дергается! А вдруг у нее сотрясение мозга! Тогда ей это вредно!

— Сотрясение мозга у нее врожденное и, судя по всему, хроническое! — отозвался другой знакомый голос, но шмякать Киру по щекам тяжелыми ладонями перестали.

Кира открыла глаза и увидела склонившиеся над ней знакомые лица друзей. Красное и злое — Олега Семеновича. И Лесино — с фингалом под глазом, полученным случайно в драке, — теперь он переливался желтыми, синими и темно-фиолетовыми оттенками. Из этого наблюдения Кира сделала два вывода. Во-первых, она провела без сознания не так уж много времени, раз Лесин синяк почти не изменился в окраске. А во-вторых, голова у нее варит не так уж плохо, если она сумела это сообразить.

— Она очнулась! — возликовала Леся, когда Кира открыла глаза. — Кира, ты меня слышишь?

— И очень хорошо! — поморщившись, заверила ее Кира. — Можешь говорить гораздо тише! Голова раскалывается.

— У нее точно сотрясение! — заволновалась Леся и, обернувшись куда-то в сторону, произнесла, обращаясь к невидимому Кире собеседнику:

— Ни стыда у тебя, ни совести!

Кира тоже посмотрела и увидела, что в углу сидит угрюмая Дина. Возле нее стоит здоровенный детина с автоматом. А руки самой Дины закованы в наручники.

— Как вам удалось ее изловить? — поразилась Кира. — Я думала, она давно сбежала вместе с деньгами! Я тут столько времени в отключке провалялась!

— Нет, мы успели вовремя, чтобы задержать мерзавку прямо в дверях, — произнес Олег Семенович.

— Но и заставила же ты нас поволноваться, Кира! — воскликнула тем временем Леся. — Что мы испытали, пока сидели в засаде возле квартиры Дины и не знали, жива ты или она тебя уже убила.

Кира подняла руку и ощупала свой затылок. Он гудел тяжелой густой болью. И Кирина рука нащупала там огромных размеров шишку. Кроме того, когда она опустила руку, она оказалась в крови.

— Тебе надо в больницу! — тут же резюмировал Олег Семенович.

И, не слушая никаких Кириных возражений, начал отдавать распоряжение.

— А ты останешься со мной! — велел он Лесе.

— Но я… Мне с Кирой надо, — запротестовала девушка. — Как же она без меня?

— Отлично твоя подруга обойдется и без тебя! — заверил ее Олег Семенович. — А ты мне нужна, будешь давать показания о том, как вы с Кирой докатились до жизни такой!

Лицо у него было такое сердитое, что спорить с ним ни Леся, ни тем более чувствующая себя слабой Кира, не осмелились.

Вскоре прибыли врачи. Киру торжественно водрузили на какие-то суперсовременные носилки, которые могли при желании превращаться в каталку. И снесли вниз во двор. Там уже стояла машина «Скорой помощи», возле которой переминались с ноги на ногу Кирины соседки — баба Таня и Ирина Филипповна.

Увидев девушку с лицом, все еще местами покрытым желтоватой коростой и с обмотанной белыми бинтами головой, обе женщины торопливо бросились к ней.

— Кирочка! — схватившись за бортик каталки, жалобно закричала баба Таня. — Прости ты нас, дур! Это ведь все мы затеяли! Думали, что ты у себя мусульман-террористов поселила.

Кира только рукой помахала в знак того, что не сердится. Но бабки не успокаивались.

— Это наша вина! — почти плакала Ирина Филипповна. — Вон как тебя разукрасили!

— Кирочка, они тебя пытали?

Кира с трудом разлепила пересохшие губы, чтобы спросить, кто же, по мнению ее соседок, мог ее пытать, но в это время с другой стороны к ее каталке подлетел еще один человек.

— Кира! Что тут произошло?

Девушка повернула голову и увидела рядом с собой бледного Сафаила, который трясущимися руками цеплялся за другой бортик ее каталки. Да так, что его дрожь передавалась железной конструкции, и та тоже задрожала.

— Что с тобой случилось? — восклицал Сафаил, не давая увезти Киру. — Что у тебя с лицом? Что у тебя с головой? Почему на тебе бинты? Кира, это все из-за меня, да?

Баба Таня и Ирина Филипповна тоже еще не излили до конца ей свои исстрадавшиеся души. И каталку тоже не отпускали. Санитары явно растерялись. Справиться сразу с тремя людьми, которые тормозили ход каталки, они не могли.

— Кира, прости меня! — почти рыдал Сафаил, будучи в полном упоении от собственного раскаяния.

— И нас! И нас тоже прости! — вторили ему дуэтом старушки, утирая слезы чистыми платочками.

Кира вдруг почувствовала навалившуюся на нее жуткую усталость и вместе с тем какую-то несвойственную ей ранее кротость.

«Видимо, я умираю! — мелькнула у нее в голове мысль. — Надо их успокоить!»

— Всех, всех прощаю! — махнула она рукой. — Оставайтесь с миром! — И, послав Сафаилу воздушный поцелуй, она добавила, обращаясь к санитарам:

— И Дине скажите, что я ее тоже понимаю и прощаю. — Прошелестев это, она снова потеряла сознание, и тут обрадованные санитары смогли наконец протолкнуть каталку сквозь толпу в поджидавшую их «Скорую помощь».

Во второй раз Кира очнулась, когда рядом с ней никого не было. Она огляделась по сторонам и поняла, что не умерла. Потому что место, где она находилась, ад собой никак не напоминало. На рай оно, впрочем, тоже не тянуло. Так что оставалось предположить, что Кира жива и до сих пор находится на грешной земле в какой-то больничной палате.

Предположение оказалось верным, потому что буквально через несколько минут дверь открылась, и в нее заглянула Леся. Увидев открытые глаза подруги, она возликовала.

— Господи, наконец-то! А то мы уже начали волноваться, что ты никогда не придешь в себя!

— Скажешь тоже! — проворчала Кира, сладко потягиваясь в кровати. — Уж человеку нельзя на часочек и отрубиться, как все вокруг начинают его хоронить.

Леся, которая к этому времени уже подошла поближе к Кире, поправила у нее под головой подушки и присела на краешек кровати, изумленно вытаращив на подругу глаза.

— На часочек? — воскликнула она. — Да ты хоть знаешь, что проспала целых двое суток!

— Не может быть! — ахнула Кира и даже сделала попытку сесть в кровати.

— Ни в коем случае! Не вставай! — тут же затрепыхалась над ней Леся. — Врач тебе строго-настрого запретил двигаться.

— А разговаривать он мне тоже запретил?

Леся заколебалась. На этот счет лечащий врач Киры — молодой симпатичный брюнет, с которым она уже успела свести более или менее тесное знакомство, — ничего не говорил. Еще Леся успела выяснить, что у врача нет ни жены, ни даже подходящей невесты на примете. Зато он очень хотел пригласить Лесю посидеть с ним в кафе в один из свободных вечеров, что позволяло си надеяться на получение еще больших дивидендов в ближайшем будущем.

— Лучше я тебе буду рассказывать, — решилась она наконец. — А ты просто лежи и слушай!

— Скажи мне только главное! — заволновалась Кира. — Танька поправилась? Ее выпустили из сумасшедшего дома?

— Выпустили, — кивнула головой Леся. — Но об окончательном выздоровлении еще пока говорить рано. Бедная Танька натерпелась такого страха тем вечером, когда ее подруга и любовник изображали перед доверчивым Иваном Тимофеевичем НЛО, а потом, обколов его лекарствами, увезли куда-то, что до сих пор не в себе. Да еще к тому же она не ожидала, что они станут действовать так жестоко.

— А почему она вдруг решила так резко переметнуться от них? — спросила у нее Кира.

— По ее собственным словам, она в тот вечер подслушала разговор Дины с Левой, — пояснила ей Леся.

— Где это она его подслушала? — не поняла Кира. — Там, в лесу?

— А что ты думаешь? Кто привез Ивана Тимофеевича и Таньку в тот день на место предполагаемого контакта с НЛО? Кто был тот симпатичный водитель-блондин, который сразу же предложил им свои услуги и на которого даже Иван Тимофеевич обратил внимание?

— Кто?.. — прошептала Кира. — Что?.. То есть, я хотела спросить, это что, и был Лева?

— Он самый! — кивнула головой Леся. — Сначала он доставил Таньку с ее любовником, как и было оговорено, на место предполагаемого контакта.

Иван Тимофеевич, обкормленный таблетками, которые давала ему Танька, был уже изрядно не в себе. И, словно ребенок, во всем слушался свою коварную невесту. С ним проблем не было. Возникли они у сообщников после того, как Лева привез туда же сестричку — Дину. И они засели в лесочке, обсуждая свои дальнейшие планы.

— И Танька их подслушала?

— Так уж получилось, что она услышала как раз ту часть разговора брата с сестрой, которая касалась дележа будущих денег. И, как поняла Танька, ей места в этом раскладе не нашлось. Напротив, Лева весьма нелестно отзывался о ней самой.

— О ком?

— О Таньке! — воскликнула Леся. — И еще он жаловался сестре, что просто измучился за эти месяцы, изображая перед Танькой вселенскую страсть, не испытывая к девушке ничего, кроме презрения.

— Да уж, — пробормотала Кира. — Бедная Танька! А она-то надеялась выйти замуж за этого Леву! Вот негодяй! Да услышь я такое от Сафаила, я бы его просто убила.

— А Танька решила иначе. Она решила просто кинуть своих сообщников. Раз, решила она, любви у Левы к ней нет и ее личный приз — долгая и счастливая жизнь с Левушкой на деньги Ивана Тимофеевича оказался голым пшиком, то чего ради ей стараться? Можно вернуться к Ивану Тимофеевичу и жить спокойно под его заботливым крылышком, наслаждаясь его денежками, без всяких там Львов.

— И она сообщила о своем решении сообщникам?

— Ну да, — кивнула Леся. — Между ней и Левой произошел скандал, когда он наговорил ей кучу гадостей. Да и Танька в долгу не осталась. Только она не учла, что в лесу, кроме них, никого нет. А Иван Тимофеевич, одурманенный лекарствами, не мог быть ей надежной опорой. В результате Лева просто скрутил и связал Таньку, заткнув ей рот. И пригрозил, что вообще убьет, если станет рыпаться.

— А потом они с сестрой, уже без Таньки, провернули этот фокус с НЛО?

— И пока ослепленный Иван Тимофеевич стоял на поляне, ничего не соображая, но радуясь, что сейчас полетит на «тарелочке», Дина подкралась к нему сзади и всадила приличную дозу снотворного.

— Вот откуда у него следы уколов на шее! — догадалась Кира.

— Затем сообщники забрали все наличные деньги, которые были приготовлены Иваном Тимофеевичем для контакта с НЛО, а его самого увезли и выбросили по дороге в каком-то заброшенном сарайчике.

— Он же мог умереть! — ахнула Кира.

— Думаю, они бы не стали расстраиваться, — вздохнула Леся. — А Танька, как ты знаешь, успела сбежать раньше. И блуждала по лесу, пока мы за ней не приехали.

— Боже мой! Но как же Танька вышла к нам из леса, если мы приехали с Диной! — удивилась Кира.

— Во-первых, Дина была ее сообщницей, а во-вторых, лично Таньке она ничего плохого не делала, — ответила Леся. — Напротив, это она помогла ей бежать, перерезав веревки, которыми связал девушку Лева.

— Погоди, погоди, не тараторь. Мне в этой истории непонятен еще один момент, — вздохнула Кира.

— Какой? — с готовностью откликнулась Леся. — Спрашивай!

— Если это именно Лева был тем шофером, который привез на своей машине Таньку и Ивана Тимофеевича к месту контакта с НЛО, то как же Иван Тимофеевич не узнал в парне любовника своей невесты? Ведь Иван Тимофеевич заказывал за ней слежку. И должен был видеть фотографии Левы и Таньки, когда они проводили время вместе.

— Подумаешь, фотографии! — фыркнула Леся. — Во-первых, Иван Тимофеевич, когда ехал в лес, был уже под действием лекарств. А во-вторых, немного грима, накладные усы — и человек становится практически неузнаваем. Ты сама вспомни, когда Иван Тимофеевич появился перед нами в парике и усах с бородой, разве мы с тобой его узнали? А ведь были знакомы лично. И могли видеть и наблюдать его не один раз.

— Хорошо, — кивнула Кира. — Допустим. Не узнал. И Дину поймали. А где ее сообщник — этот братец Лева? Его удалось задержать? Этого Льва?

— Увы, — пожала плечами Леся. — Он успел удрать с добычей, которую принесли ему его львицы — сестра и любовница. Все в полном соответствии с его статусом. Львицы охотились, а добыча досталась Льву. Все, как Танька говорила своей Тамарке. Помнишь?

Кира молча кивнула.

— Интересно, а зачем Дина согласилась поехать с нами и показать то место, где они с братцем провернули свою аферу? — спросила она.

— Там же оставалась Танька, — сказала Леся. — Это, во-первых. А во-вторых, Дина хотела лично проконтролировать, что Танька будет молчать. И не выдаст ее и Леву.

— Но что же помешало самой Дине последовать за братом? Или он и с ней делиться не пожелал?

— Нет, с ней он был согласен делиться, — ответила Леся.

— А почему Лева не сбежал сразу же после успешного завершения аферы с НЛО?

— Дело в другом, — покачала головой Леся. — В самой Дине. Она не могла вовремя сбежать вместе с Левой, как тот предлагал. У нее ведь был еще один кровный интерес в этом деле. А когда запахло паленым, было уже поздно.

— Ну да, — вспомнила Кира. — Дина же собиралась отомстить неверному жениху и его новой невесте. Поэтому и осталась, не пустилась в бега.

— Да ты и сама знаешь об этом лучше меня! — воскликнула Леся. — Уверена, Дина, перед тем как огреть тебя по башке, вдоволь облегчила перед тобой свою душу.

— Да уж, — поежилась Кира. — И честно тебе скажу, когда вдруг выясняется, что твоя приятельница, с которой ты проучилась вместе целых десять лет в одном классе, вместе готовила домашние задания, устраивала разные там конкурсы и рисовала стенгазету, оказывается убийцей и мошенницей, к тому же собирается присоединить и тебя тоже к числу своих жертв, то эти воспоминания не из самых приятных.

— Догадываюсь! — сочувственно кивнула ей Леся, погладив Киру по руке. — Но ты жива, а это главное! Кстати, твой Фантик жив и здоров. Я хотела принести его сюда, но врачи не разрешили.

Кира кивнула. Она и сама соскучилась по своему дорогому котику. Подумать только, ударь ее Дина чуточку посильней, и Фантик мог осиротеть. За одно это нет Дине никакого прощения! Хулиганка!

— А что там с Иваном Тимофеевичем? — спросила Кира, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей. — Нашелся он наконец?

— Ой, ты же не знаешь ничего о нем! — воскликнула Леся. — Нашелся! Нашелся! Оказывается, он все это время прятался у той женщины, которая посоветовала ему купить бороду и парик!

— А! Он нам говорил, что она еще дала ему денег и вообще предлагала свою помощь и поддержку! — вспомнила Кира.

— Вот он и воспользовался ее приглашением! — воскликнула Леся. — И когда страшно напуганный сбежал из Приладожского, из дома убитой Светланы, то направился прямиком к этой женщине.

— Ну а когда Таньку выпустили из сумасшедшего дома, он поспешил вернуться к ней? — оживилась Кира. — Чтобы заботой и любовью помочь ей побыстрей стать прежней? Да?

— Ничуть не бывало! — заявила Леся.

— Как? — удивилась Кира.

— А вот так! Заявил, что Таньке всегда были нужны только его деньги. Раньше, дескать, он этого не понимал, вроде розовые очки у него на глазах были. А эти события позволили ему от розовых очков избавиться. И теперь он точно знает, что не было бы счастья, да несчастье помогло.

— Подожди! — остановила ее изумленная Кира. — Это он что, теперь с той теткой, которая ему помогла, пока он в бегах был?

— Ну да! — воскликнула Леся. — Вот, учись, как надо себе мужей искать! Он ей теперь по гроб жизни обязан. Видела бы ты их! Он ей ручки каждую минуту целует. А уж она как счастлива!

— Страшненькая? — подозрительно спросила Кира. — Ты ее видела, эту женщину? Какая она собой? Здорово страшненькая?

— Для Ивана Тимофеевича в самый раз будет, — хихикнув, заверила ее Леся и, подозрительно весело блеснув глазами, добавила:

— Если не делать скидку на то, что Иван Тимофеевич и эта женщина существа разнополые, то можно было бы предположить, что их по одной форме отливали. В общем, вполне подходящая парочка получилась.

— Погоди, а как же Танька? — упорно допытывалась у нее Кира.

— У Таньки полный облом по всем статьям, — посетовала Леся. — Иван Тимофеевич, видишь, не простил ей очередного предательства. И даже тот факт, что в последний момент Танька раскаялась и пыталась помешать своим сообщникам выполнить задуманный ими план, Иван Тимофеевич учесть отказался и простить неверную невесту не смог.

— А этот ее Лева? Может быть, с ним что-то у Таньки сладится?

— Так он же, в отличие от Дины, вовремя смотался! — воскликнула Леся. — И к Таньке никаких теплых чувств не испытывает. Так что надежды на то, что он к ней вернется, никакой нет.

И подумав, она добавила:

— Вот уж кому повезло, так это ему! Одно время Лева и Дина думали, что им вообще все сойдет с рук. И они смогут остаться жить, как прежде. Но после того, как Диночка прикончила Николая и Светлану, ей и ее братцу стало ясно, что надо линять. Вот Лева и слинял! Конечно, Олег Семенович разыскивает парня, а также денежки Ивана Тимофеевича. Но мне кажется, что вряд ли найдет.

— А сама Дина какого черта домой вернулась? Как ни крути, Лева все же успел сбежать. И Николай со Светланой были уже убиты. Чего Дина с бегством тянула?

— Так она же у нас аллергик, — ответила Леся. — У нее лекарств, которые ей постоянно принимать надо, целый пакет. И названий половины из них она не помнит. Но помнит или не помнит, а принимать их надо. Иначе совсем могла загнуться. Вот и вернулась.

— А-а! — протянула Кира. — Только из-за лекарств? Их что, нельзя было в аптеке купить?

— В том-то и дело, что часть из них были привезены из других стран, — сказала Леся. — И в наших аптеках замены им не найти. Это для тебя аллергия — пустяк. А для Дины — серьезная проблема.

— Но все равно я не могу понять еще одну вещь.

— Какую?

— Помнишь, ты пыталась расспросить Олега Семеновича, чьи звонки были зафиксированы в личном телефоне Николая? — спросила у подруги Кира.

— Да, помню, — кивнула Леся. — Как он тогда орал! Ужас!

— Ну да, — подтвердила Кира. — Нам он ничего про эти оставшиеся в памяти номера не ответил, но сам должен был воспользоваться ими.

— И что?

— И если Дина готовила свое преступление в контакте с Николаем, то они должны были перезваниваться хотя бы для того, чтобы скорректировать все детали, — произнесла Кира. — Ведь в офисе «Турграда», я так поняла, Дина появлялась редко. Предпочитая работать у себя дома.

— Да, — кивнула Леся. — Понимаю твою мысль. Но когда Дина звонила Николаю, то всегда соблюдала осторожность. Все ее звонки были сделаны с телефона-автомата.

— Просто геройство! — восхитилась Кира. — С ее-то аллергией каждый раз таскаться к телефону. А когда Николай ей звонил? Что, он тоже к автомату бегал?

— Не хотела тебе говорить, чтобы лишний раз не расстраивать, но раз уж разговор зашел, то скажу, — вздохнула Леся. — В общем, да, бегал. Но, кроме всего прочего, у Николая в этой его личной трубке имелась куча телефонов разных девушек. И Олег Семенович потратил очень много времени, пытаясь выяснить их алиби.

— А искать-то был должен одну-единственную, у которой мама — доктор наук и папа — академик! — укоризненно воскликнула Кира.

— Никто не застрахован от ошибок, — развела руками Леся.

* * *

Однако окончательную картину преступлений нарисовал подругам все же Олег Семенович — тот самый человек, не застрахованный от ошибок. На следующий день после того, как Киру выписали из больницы, Олег Семенович пригласил обеих подруг к себе на разговор.

Кстати говоря, пока Кира лежала с сотрясением мозга, делать что-либо ей было решительно противопоказано. Она могла лишь полеживать и холить свою внешность. И благодаря такому режиму, последствия жуткой косметической маски бесследно исчезли.

Вернее, исчезли их негативные последствия. Новая кожа выглядела превосходно, словно у двухмесячного младенца. Никаких веснушек, морщинок или сыпи. Кроме того, кожа стала необыкновенно нежной, словно бочок у персика. В этом Кира убедилась сама и позволила убедиться Лесе.

— Кажется, у тебя дома еще оставался второй пакетик с этой маской? — задумчиво произнесла Леся. — Дашь мне его? — Если не побоишься, — пожала плечами Кира.

— Шутишь! — обиделась на нее Леся. — После всего случившегося меня уже мало что может испугать.

И она выразительно покосилась в сторону Олега Семеновича, грозный вид которого наводил на подруг некоторый трепет.

— Хочу с вами серьезно поговорить, — сказал он им, меряя свой кабинет огромными шагами взад и вперед.

У подруг вырвался легких вздох. И, не зная, чего ждать, они со страхом уставились на Вещего Олега. Тот, наконец остановившись, тоже пристально посмотрел на подруг.

— Испытательный срок бы обе не выдержали! — четко постановил он. — Сами должны понимать это.

Уф! А подруги-то думали, что речь пойдет о чем-то действительно неприятном.

— Мы понимаем, — довольно равнодушно отозвались они.

Такое удивительное равнодушие к сообщению Олега Семеновича объяснялось сразу несколькими причинами. Во-первых, им звонили с их бывшего места работы, из турфирмы «Орион», и просили вернуться обратно. Звонила им Верочка.

— Но просьба исходит лично от начальства, — конфиденциальным шепотом сообщила она.

— Вот пусть сами и позвонят, — ответила ей чрезвычайно польщенная, но скрывающая свои чувства даже от самой себя Леся.

Видимо, Верочка передала пожелание подруги руководству, потому что тем же вечером Кире уже звонил ее драгоценный Борисов.

— Кира, я был не прав! — сразу же заявил он ей. — И Дима тоже говорит, что я был не прав. Возвращайтесь с Лесей, мы вас ждем.

Подруги решили еще некоторое время помариновать в неизвестности своих друзей. И лишь затем сообщить о своем решении, которое, честно говоря, еще сами не знали, в чем будет заключаться.

А вторая причина, по какой подруги восприняли спокойно заявление Олега Семеновича, заключалась в том, что раскаявшийся в своей горячности Сафаил сделал наконец Кире предложение руки и сердца прямо в больнице, едва только его пустили в палату к больной.

— Работать тебе не придется вовсе! — ворвавшись с огромной охапкой белых, красных и малиновых роз, с жаром пообещал он девушке. — Не допущу, чтобы моя жена поднималась ни свет ни заря и ехала на службу. Выходи за меня, Кира, и ты никогда в жизни не будешь ни в чем нуждаться. Хочешь шубу, куплю тебе шубу. Хочешь машину… Хотя машина у тебя уже есть. Тогда квартиру! Или медовый месяц в тропиках! Хочешь? Только поправляйся. И не расследуй больше никаких убийств.

Аналогичное предложение получила и Леся от своего Артура. К нему прилагалась хорошенькая, юркая, словно зверек, машинка «Фольксваген Гольф» с элегантным букетиком на заднем сиденье.

— Специально для тебя выбирал! — сказал Лесе Артур, имея в виду и машинку, и букетик.

И тут же почти дословно повторил предложение, которое получила Кира от Сафаила. Артур также был готов баловать свою будущую жену любыми подарками, но.., в обмен на некоторые уступки с ее стороны.

— Чтобы больше никаких расследований! — твердо сказал он невесте. — Хватит с вас расследований. В этот раз чуть не убили Киру. А я не хочу, чтобы в следующий раз на ее месте оказалась моя жена. Я не для того на тебе женюсь, Леся, чтобы сразу же после свадьбы овдоветь.

И вот теперь подруги сидели в кабинете Олега Семеновича и с интересом наблюдали за его лицом. Ясное дело, он вызвал их к себе не только для того, чтобы сообщить, что испытательный срок они позорно провалили. Для этого было бы достаточно и обычного визита в отдел кадров.

Хотя выведенная Кирой из строя компьютерная система до сих пор барахлила. И нервно реагировала на любого постороннего человека. Что уж говорить о Кире, которая ее и довела до такого печального состояния.

Так что, возможно, Киру в этот отдел просто больше бы не пустили. Сонир также обходил Лесю с Кирой стороной, словно прокаженных. И если думал, что они не видят, плевал через оба плеча, шепча при этом что-то очень сердитое о светлоглазых дочерях шайтана.

— Так вот, — произнес наконец Олег Семенович, — как я уже сказал, испытательный срок в качестве секретарей вы не выдержали. И хотя Иван Тимофеевич, будучи человеком крайне мягким и снисходительным, соглашался оставить вас у себя в отделе и даже настаивал на вашем повышении, но я не настолько добр. И поэтому…

— Ладно уж! — махнула рукой Кира. — Мы и сами собирались от вас уходить.

— Как? — словно поперхнувшись, опешил Олег Семенович. — Куда уходить?

— Еще не знаем, — сообщила ему Леся. — Может быть, вернемся на прежнюю работу. А может быть, замуж выйдем. Вариантов масса!

— А у вас нам делать больше нечего, — заверила Олега Семеновича Кира. — Всех перспективных женихов мы проверили — одно сплошное барахло.

— Так уж и сплошное? — почему-то обиделся Олег Семенович.

— Сами считайте, — предложила ему Кира. — Двое — мошенники. Еще несколько человек помешались на НЛО. А один так и вовсе позволил себя убить. Да еще своей же собственной невесте!

— Брошенной им невесте, — напомнил ей Олег Семенович. — Не забывайте, Николай сам был виноват в том, что Дина так обошлась с ним.

— Кстати! — оживилась Леся. — Раз уж речь зашла о Дине, может быть, теперь вы нам скажете, как ей удалось ухлопать Николая? То есть ясно, рано утром, пока в офисе никого не было, она поднялась по запасной лестнице. Но откуда она знала код замка на запасной лестнице?

— Ей сказал его сам убитый, — несколько рассеянно ответил Олег Семенович. — Одно время Николай считал, что Дина находится целиком и полностью под его контролем. И будет делать только то, что он ей прикажет. Возможно, так бы оно и было, если бы Дина не узнала о том, что Николай вовсе не собирается на ней жениться. А, напротив, уже подыскал ей замену.

— И она решила отомстить, — кивнула Леся. — Это нам ясно.

— Но откуда у Дины взялось оружие, чтобы застрелить Николая и Светлану? — спросила Кира.

— Вот уж это точно не проблема, — вздохнул Олег Семенович. — Были бы деньги, а оружие можно купить без особых проблем. А деньги у Дины были. Судя по платежным ведомостям, она зарабатывала в нашей фирме переводами вполне прилично.

— Но в фирме почти не появлялась? — уточнила Кира. — Ее здесь не видели? Например, вы ведь не знали Дину в лицо?

— Да, главным образом она работала дома, — согласился Олег Семенович. — Штатное расписание позволяет нам брать человека на такую должность. В офисе Дина бывала редко.

— Поэтому и не могла уследить за всеми любовными похождениями своего жениха, — подхватила Леся.

— И до тех пор, пока у Николая не появилась Светлана, которой он был серьезно увлечен, Дина находилась в счастливой уверенности, что у нее все в порядке, — подтвердил ее слова Олег Семенович. — Жених и в ближайшем будущем — тропический рай вдвоем с любимым человеком и целая куча денег. Ради этого она была готова на все. Например, помочь Николаю ограбить фирму, придумав эту аферу с НЛО и подставив Ивана Тимофеевича и свою подругу.

— Дина всегда была мастерицей дергать за ниточки, — согласилась Кира. — Просто удивительно, как мы с Лесей не вспомнили об этой ее привычке сразу же, как только встретились.

— Вам-то простительно, — почему-то смутившись, пробормотал Олег Семенович. — Но мне, как профессионалу, должно быть стыдно.

После этой фразы он надолго замолчал. Девушки тоже молчали. Вроде бы говорить им было с Олегом Семеновичем и не о чем. Все три преступления были успешно раскрыты.

Пока Кира лежала в больнице, против Дины уже выдвинули обвинение в убийстве двух человек. Отпираться было бесполезно. Оружие нашлось у девушки дома. Почему она сразу же не избавилась от него, сказать трудно. Возможно, способ избавляться от своих врагов, хладнокровно убивая их, пришелся Дине неожиданно по вкусу.

Афера с НЛО, которую задумали и осуществили Дина и ее братец Лева, тоже была раскрыта. А украденные со счетов «Турграда» деньги перестали висеть дамокловым мечом над головой бедного Ивана Тимофеевича. Виновные были обнаружены, но, увы, не найдены.

— Да, а как же документы? — вдруг вспомнила Леся. — Те документы, которые пропали из сейфа Ивана Тимофеевича вместе с деньгами?

— Они нашлись на квартире господина Воронцова, — хмуро произнес Олег Семенович, но при этом было видно, что мысли его витают где-то далеко и утраченные, а затем возвращенные документы — это не единственное, что интересует его в данный момент. — Девушки, — откашлявшись, произнес он со всей доступной ему солидностью, — знаете, а у меня есть к вам одно предложение.

Произнеся эти слова, он неожиданно снова смутился. А подруги недоуменно поглядывали друг на друга, не понимая, в чем причина смущения их собеседника.

— Какое предложение? — первой нарушила молчание Кира.

Олег Семенович признательно посмотрел на нее и вдруг выпалил:

— Не согласились бы вы перейти работать в мой отдел?

— Что?! — раскрыли рты подруги.

Честно говоря, это предложение от Олега Семеновича было для них полнейшей неожиданностью.

— Как это.., к вам в отдел? — переспросила Кира, полагая, что просто ослышалась.

— Ну да, — кивнул Олег Семенович. — Не согласились бы вы поработать под моим руководством?

Дальше он пустился в пространные объяснения, из которых было ясно, что хотя их навыки расследования еще нуждаются в долгой шлифовке, а их методы и вовсе ниже всякой критики, однако им нельзя отказать в здравом смысле, природной смекалке, инициативности и прочих ценных качествах.

— А главное, у вас есть чутье! — закончил свою речь Олег Семенович. — А сыщик без чутья — это все равно что музыкант без слуха! И я готов лично взяться за ваше обучение. Уверен, мы с вами сработаемся!

В общем, из кабинета Олега Семеновича подруги вышли, не чуя под собой ног.

— Вот это да! — восхищенно воскликнула Леся. — Вот это выбор у нас с тобой! Хотим — замуж пойдем. Хотим — обратно в «Орион» вернемся. А хотим — то милости просим под крылышко к Олегу Семеновичу. Ты как? На что согласишься?

Но Кира покачала головой. Предложения были лестные, спору нет. Только вот ни одно из них почему-то не пришлось ей по сердцу. О чем она и сообщила подруге.

— Да ты что? — ахнула Леся. — И замуж за Сафаила не пойдешь?

— Если я соглашусь выйти за него замуж, то про любую работу можно смело забыть, — сказала Кира. — А уж работать под началом Олега Семеновича он меня точно не пустит. И вообще, если мы с тобой принимаем одно предложение из тех трех, что нам сделали, то два других автоматически исключаются.

— Так уж всегда в жизни бывает, — пожала плечами Леся. — Что-то находишь, что-то теряешь.

— А чего ты сама-то хочешь?

Леся призадумалась и вдруг с удивлением поняла, что ни одно из сделанных им с Кирой предложений ее не прельщает. Работа у Олега Семеновича была сопряжена с риском, да и новые трупы могли появиться. А подруги и от прежних порядком устали. Вернуться в «Орион»? Но дважды в одну реку входить никому не стоит, толку не будет, это ясно. Выйти замуж, но это значит — посвятить свою жизнь только мужу и семье.

— А я чувствую, что еще не готова к такой жертве. Или, во всяком случае, не ради Артура, — сказала Леся, и Кира с ней с радостью согласилась.

Она и сама чувствовала себя какой-то несчастной при мысли, что ей все же вскоре придется выйти замуж за Сафаила со всеми вытекающими из этого последствиями. Если он сейчас ревнует Киру, то что с ним станет, если она, будучи его женой, все же вляпается в какую-нибудь очередную авантюру. Да его просто кондрашка хватит.

— Я не настолько плохо к нему отношусь, чтобы выйти за него замуж, — сделала наконец для себя вывод Кира.

— И что же мы станем делать? — спросила у нее Леся.

— Не знаю! — легкомысленно пожала плечами Кира. — Но уверена, что в будущем нас ждет еще много прекрасного и захватывающе интересного. Так что спешить с выбором нужды нет. Будущее само укажет, как нам поступить.

И, как показало это самое будущее, Кира не ошибалась. Так что насчет присущего подругам чутья — Олег Семенович, без всякого сомнения, был прав на все сто процентов.

Итак, эта история закончилась печально далеко не для всех преступников. Под тяжестью улик Дина призналась в содеянных ею лично убийствах — своего бывшего жениха и своей счастливой соперницы. Но выдать своего брата она отказалась, объясняя это тем, что сама не знает, куда скрылся Лева вместе с выманенными у Ивана Тимофеевича деньгами.

Танька тоже пострадала, лишившись разом и перспективного жениха, и красавца любовника, и даже работы. Потому что видеть у себя в приемной бывшую невесту Иван Тимофеевич отказался наотрез. Сам он вполне счастлив. Женился на той славной женщине, которая помогла ему в трудную минуту и, главное, помогла поверить в то, что он никакой не сумасшедший, а вполне нормальный и очень даже симпатичный мужчина.

Артур с Сафаилом настолько болезненно восприняли отказ подруг от их брачных предложений, что девушкам на некоторое время даже пришлось уехать. Чтобы дать страстям утихнуть. А так как на дворе стояло лето, а деньги у них были — Иван Тимофеевич, вернувшись на работу, первым же делом выписал подругам щедрой рукой солидную премию, — то подруги решили хорошенько отдохнуть.

— В конце концов, мы с тобой заслужили такое право. Все эти расследования порядком меня вымотали, — сказала Леся. — Предлагаю какой-нибудь тихий уголок.

— У тебя есть какие-нибудь особые предпочтения? — спросила у нее Кира.

— Никаких особых предпочтений. Лишь бы никто и никого не убивал.

И Леся осторожно покосилась на подругу:

— Как ты думаешь, сможем мы найти себе такое местечко для отдыха?

Кира была настроена весьма оптимистично. И подруги, не тратя слов даром, начали собираться на отдых, еще не подозревая о том, как сложно им будет избежать ожидающих их в самом скором времени не лучших сюрпризов судьбы.

Content

Дарья КАЛИНИНА
САМБА С ЗЕЛЕНЫМИ ЧЕЛОВЕЧКАМИ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ