Джеффри Лорд

Пещера

Июнь 1966 года

Бразилия, Земля

Ричард Блейд относился к неожиданным командировкам с характерным для профессионала спокойствием; он редко сетовал на превратности судьбы, хотя ему случалось попадать, в места, весьма неприятные с точки зрения цивилизованного человека. Тем не менее, он без особого восторга летел сейчас в Рио-де-Жанейро, а не в Лондон, как предполагалось всего шесть часов назад. Он сидел в кресле, закрыв глаза, и старательно делал вид, что дремлет. Пожилая, но довольно энергичная соседка слева надоела ему своим кудахтаньем в первые полчаса полета и, поскольку дама была не в том возрасте, чтобы вызвать его интерес, Блейд пару раз зевнул, после чего, извинившись, погрузился в глубокий сон. Он не «проснулся» даже в тот момент, когда к креслу подошла прекрасно сложенная стюардесса с маленьким подносом, на котором ровными рядами выстроились стаканчики с бренди. В другой ситуации Блейд не упустил бы шанса познакомиться с бронзовокожей стройной девушкой, однако риск новой атаки со стороны соседки был слишком велик. Он сглотнул слюну и продолжал размеренно дышать, имитируя спящего; цена закрытого рта дамы слева равнялась по меньшей мере трем с половиной стюардессам.

Интересно, чем вызвано изменение его маршрута, размышлял Блейд. В гостиницу, где он остановился, позвонили из посольства и сообщили, что на его имя заказан билет. Всего несколько фраз, но он догадался, что дело — важное, и что подробности нового задания станут ясны лишь после приземления в Рио. Интуиция разведчика подсказывала, что работа будет необычной, и это слегка возбуждало его; он предпочитал неординарные дела.

В аэропорту «Сантос-Дюмон» Блейда встретил агент, которого он знал лишь по кличке — Багай; глаза этого субъекта, когда вы впервые с ним сталкивались, говорили сами за себя, и желания задавать дополнительные вопросы не возникало.

Он кивнул Блейду и, не дожидаясь пока тот подойдет, двинулся из здания на площадку для парковки автомобилей. — Шел Багай неторопливо, и Блейд старательно выдерживал установленную дистанцию, но причин таких предосторожностей не понял. Ни одной подозрительной личности не крутилось около них; никого, смахивающего на профессионала.

Он забрался на заднее сидение красного «шевроле», за рулем которого уже сидел Багай, и молча захлопнул дверцу. Агент вывел машину на автостраду, но и здесь Блейд не отметил слежки. Минут через десять Багай нарушил молчание.

— Мне поручено отвезти вас на седьмую пристань. Старый Армандо на своей посудине доставит вас к гидроплану, он уже ждет в двадцати милях от Нитероя. Полетите до Сантуса вместе с грузом. В дороге ознакомитесь с заданием.

Багай достал из внутреннего кармана светло-кремового пиджака туго набитый конверт из плотной бумаги и протянул его Блейду.

В дороге, так в дороге, решил разведчик и спрятал послание в кейс; судя но толщине пакета, там были деньги. Пока он не мог понять, что вызвало столь сложно спланированный маршрут. Обычно, когда дело касалось действительно важных вопросов, инструктаж проводили в Лондоне, и Дж, делал это лично. Особая срочность? Вряд ли… Скорее, поручение не поддается ясной формулировке и требует импровизации. Это было приятно; он любил действовать самостоятельно, не скованный рамками жестких инструкций.

Старый Армандо напомнил Блейду капитана Флинта, а новенький катер, судя по всему, был захвачен старым пиратом в качестве приза. Багай даже не вышел на пристань — он лишь махнул разведчику рукой, да пару раз моргнул — подмигнул своими холодными и выпуклыми, как у жука, глазами. Блейд помахал ему в ответ и спрыгнул в катер.

Армандо, чего он никак не ожидал, отлично справлялся с быстроходным суденышком, хотя на первый взгляд казалось, что он знаком лишь с веслами и парусом. Бразилец не знал ни слова по-английски, зато на португальском изъяснялся сочно и витиевато. Передавали репортаж о футбольном матче «Фламенго» — «Ботафого». Старик, судя по всему, болел за «Фламенго», но его команде не везло, да и судья совершенно бесстыдно подсуживал «Ботафого».

Катер затормозил перед гидропланом одновременно со свистком судьи об окончании первого тайма. Пилот, в отличие от старого Армандо, находился в благостном расположении духа. Как выяснил Блейд минут через десять, Карлос Альмейдо болел за «Ботафого».

Гидроплан взлетел ровно, но вскоре пилот начал чертыхаться — у «Ботафого» возникли сложности…

Выйдя на берег в Сантусе, Блейд первым делом остановил такси, водитель которого сносно говорил на английском и поинтересовался результатом матча.

— Какого? — поинтересовался таксист и, не дожидаясь ответа, с восторгом сообщил: — «Сантос» выиграл у «Флуминенсе» три-один!

— Слава богу! — воскликнул Блейд. — А я все это время находился в неведении. Понимаешь, дружище, сломался приемник…

— Вы тоже болеете за «Сантос»? — переспросил таксист. — Извините, сэр, но вы, кажется, иностранец?

— Да, — кивнул Блейд. — Но сердце мое принадлежит лишь одной команде — команде Пеле!

Таксист понимающе закивал, и дорога от Сантуса до Сан-Паулу пролетела незаметно. Таксиста, как и его любимого игрока, звали Эдсон, чем он по праву гордился; и за короткий промежуток времени Блейд узнал все — и о самом Эдсоне, и о его семье, и о его футбольных кумирах.

Эдсон болтал наперегонки с радиоприемником и замолк лишь на минуту, когда передавали результаты футбольных матчей. Блейд услышал, что «Фламенго» и «Ботафого» сыграли вничью; теперь он понимал, чем были вызваны тирады старика Армандо, а затем — воздушные ямы, в которые все время попадал гидроплан Карлоса Альмейдо.

Эдсон не старался гнать машину и продолжал развлекать пассажира болтовней — Блейд, не задумываясь, предложил ему в два раза больше названной цены. Он не сомневался, что водитель у него первоклассный, и что он теперь доставит его даже на край света — иностранец, богатый, да еще болеющий за «Сантос»! Этого для бразильца было более, чем достаточно.

В полуха слушая Эдсона, Ричард Блейд размышлял над содержимым записки, которая, вместе с приличной суммой денег и чеком, находилась в переданном Багаем пакете.

К его удивлению, первая часть задачи была сформулирована предельно ясно и четко: найти дантиста Умберто да Синто (он именовался кличкой «спелеолог») и ознакомиться с «наглядными доказательствами», о которых столь расплывчато писал в одной из своих многочисленных книг великий мистификатор и хитрец Ван Дайкен.

Этот голландец ловко эксплуатировал интерес публики к гипотетическому пребыванию на Земле во времена оны инопланетных пришельцев. Железная колонна в Дели, статуэтки догу, рисунки Наска, каменные стеллы в храмах майя и ацтеков, Баальбекская платформа и даже Библия — все это, как и многое другое, служило материалом для его бесчисленных статей, публичных лекций, книг и фильмов. Он был весьма умен и избегал говорить заведомую ложь, играя на недосказанности и нюансах, всякий, кто читал его творения, понимал, что автор знает много больше, чем пишет, и готов в любой момент представить такие свидетельства своих слов, что научный мир просто ахнет. Как бы то ни было, книги его расходились прекрасно, и Дайкен зарабатывал миллионы.

Его шумная деятельность давно привлекла внимание британской разведки, ибо не стоило пренебрегать теми зернами истины, которые могли быть рассыпаны среди заведомого бреда. Дж., шеф отдела МИ6, начал разработку Дайкена еще в конце шестьдесят первого года, когда Блейд вернулся из Лейк Плэсида — весьма любопытной командировки, имевшей целью ознакомление с успехами американских уфологов. Эта поездка положила начало проекту «Немо», который служил немалой уступкой современным веяниям со стороны консервативных британцев: в рамках проекта были начаты работы по изучению аномальных явлений.

Ван Дайкен, несомненно, также относился к подобным явлениям — во всяком случае, если речь шла о его хитрости и умении запутывать следы. Дж., разведчик матерый и опытный, начал с его связей, и на поверхность вскоре всплыл некий бразильский исследователь и спелеолог Ноэль Умберто и его таинственная пещера.

Пещера, о которой бразилец якобы по секрету сообщил неутомимому «исследователю останков пришельцев» Ван Дайкену, а тот, пообещав своему информатору четверть миллиона долларов, растрезвонил великую тайну всему миру в своем очередном опусе. Пещера, в которой хранятся записи неведомых звездоплавателей — сотни металлических листов с загадочными знаками; пещера, полная золотых изваяний и чудесных приборов, система подземных склепов, коридоров и огромных зал, все входы в которые стережет племя воинственных белых индейцев комичокос. Да, это была та еще утка!

Однако шеф Блейда через своих людей в Сан-Паулу выяснил, что спелеолог Ноэль Умберто существует в действительности. Правда, его профессия оказалась не столь романтичной да имя было слегка искажено. Дантист Умберто да Синто — вот как его звали на самом деле. История тянулась больше года, но теперь не оставалось даже малейших сомнений, что обнаружен именно тот человек, на которого ссылался в своем трактате Ван Дайкен. Агентам удалось сфотографировать да Синто, когда тот вкушал утренний кофе в одной из забегаловок Сан-Паулу. Дантист, приподняв чашку, словно салютовал незримому фотографу, и на снимке можно было разглядеть его одутловатое лицо и руку. Толстый, как сосиска, указательный палец украшал необычный перстень с печаткой: грифон, сидящий на зубчатом колесе.

Эдсон сочно захохотал, и Блейд рассмеялся ему в ответ — бразилец, скорее всего, рассказывал нечто забавное. Потом таксист, приглушив приемник, сообщил разведчику:

— Подъезжаем к Сан-Паулу.

Блейд достал карточку с адресом спелеолога-дантиста и протянул Эдсону, тот кивнул в ответ:

— Еще полчаса, и будем на месте.

— Ты знаешь этот квартал? — спросил Блейд.

— Я родился неподалеку… я же говорил…

— Да, да, — кивнул Блейд, — и вашей семье пришлось съехать в Сантос, когда разорился дядюшка Себастьян — он вспомнил рассказ шофера о жизни «наверху», о последовавшем за ней разорении и переселении в трущобы портового пригорода Сан-Паулу.

Эдсон надолго замолчал — то ли вновь погрузился в воспоминания детства, то ли заметил, что Блейд внимательно следит за выражением его лица, как бы то ни было, черты его будто окаменели.

Ничего удивительного, заключил Блейд. Когда пересекаешь душный, ослепительно белый Сантос, потом мчишь меж зеленых кофейных плантаций, изрезанных коричнево-красными полосами дорог, и, наконец, въезжаешь в район богатых особняков, под благословенную сень раскидистых деревьев, начинаешь понимать, что потерял. Сорок пять миль напоминают дорогу из ада в рай — и обратно.

Эдсон затормозил у небольшой двухэтажной виллы, выглядела она, против ожиданий, не слишком шикарно. Блейд попросил шофера подождать, взбежал на крыльцо и позвонил.

Открыла ему дородная негритянка в красном фартуке.

— Нет, мистер да Синто уехал по делам… Вероятно, его не будет пару дней.

Блейд был уверен, что дантист следит за ним из-за шторы, прикрывавшей окно на втором этаже, но спорить не стал.

— Тогда передайте хозяину, что я буду ждать его завтра в девять утра… скажем, в холле отеля «Отон». Да, да, мистер Сидней Джонс, представитель Золотого Фонда Британского Музея…

Вернувшись к машине, он велел Эдсону отвезти его в какой-нибудь недорогой отель неподалеку от Соборной площади. Там он принял душ, переоделся и занялся подготовкой к завтрашней встрече.

***

Ричард Блейд проснулся ровно в семь, побрился, натянул легкий светлый костюм, который вечером приказал доставить ему в номер, и спустился в бар. После двух чашек кофе он подкрепился острым, но оригинальным местным блюдом — цыпленком, запеченым с бананами, и не спеша направился к условленному месту.

Массивные двери отеля «Отон» стерегли два здоровенных швейцара, двадцати долларов оказалось достаточно, чтобы они, вежливо расшаркиваясь, впустили мистера Сиднея Джонса, пожелавшего насладиться прохладой просторного холла. До назначенного времени оставалось пятнадцать минут.

Блейд неторопливо вошел, и к нему тут же подскочил мальчишка рассыльный. Сунув ему доллар, разведчик поинтересовался, не видел ли тот ослепительную блондинку, его жену, которая вечно задерживается в номере, хотя уже давно пора завтракать.

Рассыльный покачал головой и доложил, что означенная блондинка еще не спускалась… затем он бросился к дверям — помогать пожилой французской паре, шумно ворвавшейся в тихий холл вместе с дюжиной своих чемоданов.

Блейд огляделся: никого. Он сел за столиком в углу и, положив ногу на ногу, углубился в чтение иллюстрированного журнала на португальском языке. Знал он его неважно, но картинки с обнаженными красотками не нуждались в пояснительном тексте.

Дантист появился с опозданием на сорок минут. Блейд узнал лже-спелеолога, но, не обращая внимания на него, продолжал листать журнал. Вчера Умберто да Синто запомнил его, так что подойдет сам — когда наберется смелости.

Толстяк остановился возле дверей, прищурился, вытер платком пот со лба и двинулся к столику, за которым сидел Блейд.

«Он пришел один или его спутников не впустили?» — подумал разведчик. Несомненно, у этого типа имелась своя команда, с которой он обделывал сомнительные дела — вроде поисков пещер с золотыми статуями.

Да Синто подошел к Блейду и слегка кашлянул. Для человека такой комплекции, голос его звучал, как мышиный писк.

Блейд поднял голову, но ничего не сказал.

— Мистер Сидней Джонс? — спросил Умберто да Синто.

— Да, — кивнул разведчик. — Присаживайтесь.

Дантист опустился в жалобно заскрипевшее кресло.

— Извините, что я задержался, но служанка все перепутала — почему-то решила, что вы назвали отель «Говернадор».

— Мне остается лишь посочувствовать вам, — вздохнул Блейд, раздумывая, к чему понадобилось да Синто столь откровенно лгать.

— Да, жарковато… Знаете ли, мистер Джонс, в моем возрасте и с моей комплекцией тяжели бегать по городу…

Лицо Блейда посуровело, он не хотел затягивать разговор с этим жуликом и, отложив в сторону журнал, произнес:

— Полагаю, в горах вы почувствуете себя лучше, да Синто? Знаете ли, прохладный воздух, таинственные пещеры… и солидный чек в заключение.

Дантист собирался было запротестовать, услышав слово «пещера», но рот его захлопнулся при слове «чек».

— Так вы не из Британского Музея? — Умберто да Синто снова вытер платком лоб, и на его руке сверкнул перстень с резным грифоном. — Вряд ли музей способен предложить действительно солидный чек…

— А какая вам, собственно, разница? — жестко бросил Блейд. — Вы ведь тоже не спелеолог и даже не дантист. Я не уверен, что вы способны запломбировать зуб.

— Можете рискнуть… — его собеседник ухмыльнулся.

— Не могу и не собираюсь, — отрезал Блейд. — Какая сумма в фунтах вас устроит? Я заполню чек в вашем присутствии, и передам его у входа в пещеру.

— Вы хотите заглянуть внутрь?

— Да. И это единственное, что я хочу — заглянуть внутрь и убедиться, что вы, в компании еще с одним лицом, располагаете чем-то посущественней бредовых сказок. Считайте, что Совет Безопасности ООН уполномочил меня разобраться с этим делом.

— Бросьте! — отмахнулся дантист. — Ваших сказок про ООН мне тоже не надо! Я готов показать вам пещеру… — толстяк закашлялся.

— Ваши условия?

— Со мной полетят три помощника.

— Плюс пилот вертолета.

Да Синто кивнул.

— Оружие?

— Только пистолеты. И неподалеку от Каталана мы заберем шесть ящиков динамита.

— А сама пещера…

— Она совсем не там, где вы думаете. Этот подземный комплекс в тридцати милях южнее Жатан.

— Значит, мы полетим на северо-запад, а не к югу?

— Выходит, так, — дантист пожал плечами.

— Сумма?

— Миллион долларов. Американских, — уточнил лже-спелеолог.

— Нет, — Блейд покачал головой. — Я плачу в фунтах. И предлагаю вам триста тысяч.

Они торговались минут десять и в итоге пришли к вполне приемлемому соглашению. Блейд должен был вручить чек на четыреста тысяч в тот момент, когда вертолет сядет в горах, и да Синто подведет его ко входу в пещеру. Каждому из подельщиков дантиста была обещана сумма в десять тысяч наличными. Вылет назначили на восемь утра.

— Надеюсь, завтра вы не опоздаете? — спросил Блейд.

— Нет, — дантист вытер лоб и быстро удалился.

Ричард Блейд неспешно прошествовал мимо портье, который знал, что этот богатый молодой англичанин ждет свою капризную жену, спустился в подвальное помещение и через пять минут уже направлялся к своему отелю — в шортах, рубашке с коротким рукавом, соломенной шляпе и темных очках.

***

Чек и наличные лежали в небольшом сейфе, который Блейд привез с собой на такси — по адресу, сообщенному дантистом.

Старый, заброшенный аэродром в десяти милях от Сан-Паулу, старое здание на краю поля, старый «Сикорски» Блейд покачал головой Сомнительно, что эта развалина могла взлететь.

Дантист и один из помощников (как вскоре выяснилось — пилот вертолета) встретили Блейда возле такси, выйдя из дверей одноэтажного барака. Дантист был одет в тот же потертый полотняный костюм, что и вчера утром, пилот, которого звали Алонсо, щеголял в защитного цвета комбинезоне. Борода и темные очки делали его похожим на наемного убийцу — что, по предположению Блейда, было недалеко от истины.

Да Синто представил Блейду пилота и сообщил, что группа уже собралась и задержек не предвидется, они вылетят сразу, как только Алонсо оформит документы. По дороге прихватят у неких надежных друзей ящики с динамитом — вход в пещеру может быть завален.

— Вы свою часть договоренности тоже выполнили? — да Синто поскреб щетину на подбородке, и его перстень ярко сверкнул в утренних лучах солнца.

Кивнув, Блейд пригласил дантиста к багажнику такси. Толстяк помог ему вытащить увесистый сейф, и разведчик тут же продемонстрировал его содержи мое — чек и четыре пачки наличных.

— Я попрошу ребят помочь вам, — предложил да Синто.

— Спасибо, — Блейд покачал головой, — донесу сам. И вот еще что — я набрал защитный код…

— Что это значит?

— Это значит, что если вы попытаетесь вскрыть сейф, то найдете там только пепел. Не исключено, — он ласково улыбнулся, глядя в одутловатое лицо, — что такая операция сильно повредить вашему здоровью.

— За кого вы меня принимаете?! — возмутился дантист.

— Я же сказал — если вы попытаетесь. Вас ведь четверо? Откуда мне знать, что задумали ваши друзья?

Толстяк фыркнул и, похлопывая Алонсо по плечу, повел его внутрь барака.

Блейд достал из кармана ручку, вставил ее в специальный паз на верхней крышке сейфа и дважды повернул ключ; послышалось зловещее тиканье. Он удовлетворенно кивнул и зашагал к вертолету. Приятно иметь дело с людьми, которые думают, что ты у них в кармане; но карман у этой пятерки был явно мелковат, чтобы засунуть туда лучшего агента спецотдела МИ6.

— Доброе утро, джентльмены, — поздоровался Ричард Блейд, забираясь внутрь древней машины.

Джентльмены фыркнули в ответ на его оскорбительное приветствие, эта троица более всего напоминала небольшой пиратский сход, обдумывающий страшные преступления. Блейд широко улыбнутся, сунул сейф под лавку и шагнул внутрь летающей гробницы. Через тридцать секунд он убедился, что спутники его не имеют никакого понятия о карате, и слова «четвертый дан» не говорят им ничего.

— И вот что я еще добавлю, амигос, — произнес Блейд после короткой безмолвной схватки, массируя ребро ладони, — ваш наниматель получит в десять раз больше, чем вы все вместе взятые.

Он набрал код, вскрыл сейф и аккуратно сложил туда все оружие, изъятое у троицы; потом снова закрыл его и предупредил о взрывном устройстве. Он не сомневался, с какой целью «группа захвата» собиралась доставить его к пещере — к самой глубокой из всех, какую можно сыскать в отрогах Анд. И все же, все же…

Четверо наемников жаждали обчистить дуракаангличанина, это было ясно, как божий день. Но дантист… Черт его знает, зачем он согласился! Да еще этот золотой перстень с печаткой… Почему-то он вызывал у Блейда большие подозрения.

Вскоре появились остальные участники экспедиции, пилот занял свое место, толстяк устроился рядом с ним. Двигатель взвыл, и «Сикорски» начал медленно карабкаться в небо.

Разговор не клеился. Вернее, не было даже попыток завести беседу. На протяжении всего полета внутри металлической развалины звучали только зевки, вздохи и сопенье. Один раз послышался храп.

Через пять с половиной часов вертолет опустился неподалеку от грязной деревушки. Судя по времени полета, они достигли места, где дантист собирался забрать ящики с динамитом.

Все выбрались наружу, разминая затекшие конечности. Алонсо потянулся и лег в тень вертолета, дантист махнул остальным, и все четверо неторопливо двинулись к заброшенной лачуге, перед которой торчало засохшее дерево.

Тишина буквально звенела в ушах, и шаги отдавались глухими раскатами грома. Блейд присел рядом с Алонсо и задумчиво произнес:

— Двадцать…

— Что? — пилот приоткрыл один глаз.

— Двадцать штук, и ты работаешь на меня.

— Договорились, — спокойно ответил Алонсо, даже не пошевелившись.

— Плюс десять, — еще более спокойно сообщил Блейд, — и ты не взлетаешь без моей команды. Идет?

— Идет, хозяин, — согласился пилот и повернулся на бок, отвернувшись от Блейда. Разведчик кивнул в сторону хижины, откуда помощники дантиста вытаскивали длинные ящики.

— Там только динамит?

— Два ящика с автоматическими винтовками, один — с гранатами, три — с динамитом.

— Спасибо.

— Взаимно, — отозвался Алонсо. — Деньги есть деньги… он протяжно зевнул и закончил: — Ты тоже не сахар, но ты не обманешь.

Слава Богу, что он это понял, подумал Блейд.

***

Вскоре ящики уже стояли внутри вертолета.

— Еще два часа, и мы на месте, — сообщил дантист, отозвав Блейда на пару слов. Он показал в сторону предгорий. — Там начинаются заросли, за ними — вход в центральную пещеру.

— Помнится мне, ее охраняют белые индейцы? — усмехнулся Блейд. Те, которые начинают стучать в барабаны, когда появляются посторонние?

— В прошлый раз все так и было, — заверил его да Синто. — Мы едва успели смыться.

Разведчик покосился на ящики.

— Надеюсь, там только динамит? Я предупредил твоих парней насчет сейфа…

— Да, да, — дантист выглядел явно раздраженным. — Они отлично помнят, что в вашем сейфе — адская машинка!

Когда вертолет опустился на небольшую площадку в ста пятидесяти ярдах от темного зева пещеры, жара начала спадать. Блейд первым спрыгнул на землю. Следом неторопливо, как неуклюжий жук, выбрался дантист.

— Что-то я не слышу барабанов, — Блейд вопросительно посмотрел на дантиста. — Стража отдыхает? Или взяла расчет?

— Барабаны начнут свою песню после заката, — высокопарно сообщил толстяк и махнул своей команде. — Парни, выносите динамит.

Троица вытащила ящики, сложив их возле вертолета.

— Что дальше? — поинтересовался Блейд.

— Тоннель, который ведет в главный зал, завалило еще во время нашего прошлого визита, — объяснил да Синто. — Надо расчистить проход, иначе внутрь не попасть.

— Пошли, — кивнул Блейд.

Двое наемников шагали впереди; каждый нес по два ящика. За ними, ярдах в трех, шли дантист и Блейд с сейфом в руке.

Тоннель действительно оказался заваленным.

— Будем взрывать? — спросил дантист.

— Обязательно, — кивнул Блейд. — Пока что я вижу не вход в пещеру, а тупик, и вам, чтобы заработать свои денежки, придется попотеть. — Он повернулся к людям дантиста и приказал: — Открывайте ящики!

— Зачем?

— Надо правильно разложить шашки. Иначе завалим все окончательно, а не расчистим проход.

— Ладно, англичанин… — да Синто смерил разведчика хмурым взглядом; его одутловатое лицо вдруг стало жестким и хищным. — Открывайте! — кивнул он помощникам.

Крышка с верхнего ящика слетела в момент.

Ричард Блейд первым среагировал на оружие, лежавшее внутри; отшвырнув сейф, он прыгнул на двух бородатых сообщников дантиста, и все трое покатились вниз по склону. Со стороны вертолета последовала автоматная очередь, потом раздался выстрел из «магнума». Почти сразу же два крика боли слились в единый вопль: Блейд, свернув шею одному из бандитов, ударом ноги лишил чувств второго. Похоже, вместе с чувствами, тот расстался и с жизнью.

Только после этого разведчик встал на ноги и огляделся.

Под вертолетом лежал, раскинув руки, третий бандит; возле трупа валялся автомат. Из кабины высунулся Алонсо и помахал своему новому нанимателю «магнумом»; его физиономия расплылась в улыбке. Так, значит, они прятали кое-что из оружия в машине, решил Блейд и повернулся к пещере.

Возле ящиков — три стояли стопкой, один на другом а четвертый темнел в траве с откинутой, крышкой — лежал дантист. На первый взгляд да Синто выглядел мертвым, хотя Блейд мог поклясться, что не коснулся его даже пальцем. С одной стороны, надо было проверить этот свежий «труп» и заодно забрать сейф с деньгами. С другой — Блейд понимал всю щекотливость своего положения; не мог же он палить в ящики с динамитом! Дантист выбрал прекрасную позицию для обороны.

Пригнувшись, разведчик начал перебежками продвигаться вверх, ко входу в пещеру. Да Синто был нужен ему живым.

— Я тебя прикрою! — крикнул вслед Алонсо.

Блейд обернулся, отчаянно замахал ему рукой, но пилот вдруг вскрикнул и выстрелил. Одновременно с ним заговорил и автомат да Синто. Блейд рухнул на землю, с ужасом прижимаясь к ней, пока два противника вели перестрелку — и рядом с каждым торчало по меньшей мере два ящика с динамитом! Отчаянные люди эти бразильцы, подумал разведчик, обхватив руками голову; столько темперамента и…

Тут грохнул взрыв — вернее, два, как и следовало ожидать. Волна горячего воздуха, огня, смрадного дыма и обломков накатилась на Блейда.

Когда он немного пришел в себя и поднялся, на лужайке догорал вертолет, а склон горы напоминал аризонский кратер, дно которого надежно похоронило вход в пещеру. Трава вокруг была забрызгана кровью; везде валялись комья земли, обломки металла, щепки и камни.

Блейд, шатаясь, подошел к бандиту, которого ударил ногой, и склонился над изуродованным телом. Даже если он и не прикончил этого типа, сейчас он был стопроцентно мертв — из груди его торчал обломок лопасти вертолета.

Разведчик покачал головой и двинулся наверх. Огромная выбоина в том месте, где начинался тоннель, рассекала склон чудовищным шрамом длиной в двести-триста ярдов. Можно было подумать, что какой-то великан пустил с вершины горы каменный шарик весом в сто тонн…

Итог операции выглядел ошеломляющим — пещера погребена под осыпью, все свидетели мертвы. Блейд побрел по склону к останкам вертолета, прикидывая, сколько времени ему потребуется, чтобы преодолеть стомильную полосу джунглей, которые мертвой хваткой сжали небольшую площадку у подножия горы. Сейчас он обрадовался бы даже отряду индейцев с их барабанами, но это племя, похоже, относилось к области мифов. Как, впрочем, и все остальное.

Неожиданно взгляд разведчика застыл, словно зацепившись за крохотный предмет, сверкавший чистым золотом в выгоревшей траве. Перстень дантиста! Несомненно, перстень! Все, что осталось от этого жирного жулика! Блейд опустился на колени и поднял кольцо с печаткой — грифон, оседлавший похожее на солнце зубчатое колесо.

С минуту он в полном недоумении взирал на него. Это был именно перстень да Синто; Блейд прекрасно помнил, что видел эту штучку на толстом пальце бразильца. Обычный золотой перстень, самый обычный, только…

Только с одной странной деталью: его невозможно было одеть на палец. Перстень не имел ободка — с изнанки к печатке крепился золотой кружок, совершенно монолитная золотая пластинка без всякого намека на отверстие для пальца…

Блейд положил свою находку в карман куртки, проверил, что у него имеется в наличии — пистолет с парой обойм, перочинный нож, пачка сигарет, зажигалка и две плитки шоколада.

Хватит ли ему сигарет и шоколада на сто миль похода через непролазные заросли? Блейд был уверен, что хватит.

Он сомневался в другом — хватит ли ему ста миль, чтобы решить вопрос, кем на самом деле являлся дантист Умберто да Синто.

КОММЕНТАРИИ К НОВЕЛЛЕ «ПЕЩЕРА»

Соборная площадь — «Праса да се», находится в самом центре Сан-Паулу. Там же расположен отель «Отон»

Пеле — знаменитый бразильский футболист Эдсон Арантес де Нассименто

Уфология — отрасль знания, изучающая неопознанные летающие объекты, НЛО (UFO в английской аббревиатуре)

Операция «Немо» — одно из первых приключений Блейда, описано в одноименной новелле

Ван Дайкен — такой человек в действительности существует, хотя и носит несколько другое имя.

Content

Джеффри Лорд
Пещера

Июнь 1966 года Бразилия, Земля

КОММЕНТАРИИ К НОВЕЛЛЕ «ПЕЩЕРА»