Екатерина Вильмонт

Секрет подозрительного профессора

(Даша и Ko — 7)

Глава 1

Приятное с полезным

Виктоша открыла глаза и в первое мгновение не поняла, где находится. Пронзительный птичий щебет, позолоченные солнцем бревенчатые стены, окно, распахнутое в лес. Ах да, она же в деревне Николо-Ширь, у Муськиной бабушки! Никогда прежде Виктоша не была в настоящей деревне, а это так здорово! И вообще, до чего же изменилась ее жизнь, с тех пор как полгода назад она случайно забежала к своей однокласснице Муське Лушкевич, на первый взгляд ничем не примечательной девчонке! Но это только на первый взгляд! Муська оказалась такой удивительной, такой одаренной! Такой храброй, честной, одним словом, о лучшей подруге и мечтать нельзя! А теперь вот она привезла Виктошу на лето к своей бабушке в деревню. Виктоша с наслаждением потянулась и посмотрела на Муську. Та еще спала. «Вот и отлично, — подумала Виктоша, — поваляюсь пока в свое удовольствие». В последнее время она так устала! Еще бы, сколько было волнений, сколько всяких дел пришлось расследовать! Правда, последнее дело до конца довели не они с Муськой, а Даша с Петькой и Стас, хотя и им досталась не последняя роль — они увезли сюда, в деревню, Дениса Русанова, который сейчас спит на сеновале. Через несколько дней за ним приедет его старший брат, Борис Валентинович. Но тут же Виктоша поняла, что ей совсем не хочется вспоминать про всю эту уголовщину. Четыре дела за полгода — это слишком! Но о чем бы приятном подумать? О Ленчике? Нет, он перестал ее интересовать. Она знала, что нравится Стасу Смирнину, но он ее совсем не волновал. Хорошо Муське, она влюблена в своего журналиста…

И тут, словно услышав ее мысли, Муська открыла глаза.

— Привет! — сонным голосом пробормотала она. — Давно не спишь?

— Не очень, — отвечала Виктоша.

— Встаем?

— Встаем!

Они одновременно вскочили.

— Начнем с водных процедур? — — спросила Муська.

— Давай!

— А Денис? Будем его будить?

— Да пускай спит! Вернемся с речки, тогда и разбудим, к завтраку!

— Побежали?

Бабушка Ефросинья Макаровна с раннего утра уходила в лес собирать травы, и девочки почти весь день были предоставлены сами себе. Вот и сейчас они искупались в речке, побрызгались, повизжали в свое удовольствие и уже собрались домой, как вдруг увидели, что к берегу подкатила иномарка.

— Смотри, Вика, «Шевроле»! Что-то я тут таких машин никогда не видела.

— Подумаешь, сейчас, по-моему, в любой деревне можно иномарку увидеть!

— Из машины вылезли хорошенькая белокурая женщина и немолодой мужчина с седыми усами. Женщина задумчиво побрела к воде, а мужчина начал как-то странно суетиться. Сначала открыл багажник, затем капот, вытащил из машины большую сумку и ее тоже открыл. Казалось, он не знает, за что ему сначала взяться.

— Какой смешной, — хмыкнула Вика.

— Ой, я знаю, кто это! — воскликнула Муся. — Это профессор из Москвы! У него тут дом, он его купил года три назад! Только раньше он на «Жигулях» ездил!

— И девочки побежали домой, не обращая больше вникания на московского профессора.

— Вика, ты буди Дениса, а я завтрак приготовлю! — распорядилась Муся.

Виктоша по стремянке вскарабкалась на чердак, где на сеновале спал Денис. Но мальчика там не было. Только на одеяле лежала записка.

«Муся! Вика! Я с бабушкой пошел в лес! Привет! Д.»

— Ну, скоро вы там? — донесся до Виктоши голос Муси.

— А Денис с твоей бабушкой в лес ушел! — сообщила подруге Виктоша.

— Да? — удивилась Муся. — Странно! Бабушка даже меня не любит брать с собой. Надо же!

— Она, по-моему, его жалеет, — предположила Виктоша, намазывая повидлом толстый кусок свежего серого хлеба.

— Наверное, он же сирота… Брат — это все-таки не папа с мамой! Мы с тобой, Вика, счастливые, у нас и папа, и мама. Это теперь не так часто бывает. Вон, у Даши одна мама, а у Стаса только папа.

— Ничего, по-моему, скоро у них будут и папа, и мама, у обоих!

— То есть? — Муська чуть не подавилась молоком.

— Мне Дарька говорила, у ее мамы вроде бы роман с отцом Стаса.

— Правда?

— Ей-богу!

— Как интересно! Вика, ты почему творог не ешь? Это очень полезно!

— Съем, не волнуйся, у меня тут такой аппетит! И все так вкусно!

— Ну куда после завтрака? — спросила Муся.

— Думаю, надо немножко позагорать, а потом в лес. У тебя другие предложения?

— Да нет, — засмеялась Муся. — Позагорать, правда, не мешает, а то я вся белая, ко мне вообще загар плохо приСтаст, а ты вот уже смуглая!

— Разве это загар? Недельки через две, если каждый день понемножку загорать, я совсем черная стану!

— А я — красная! Вон, смотри, Денис бежит! Несется как угорелый!

— А бабушки не видно!

— Бабушка так рано из лесу не возвращается! Она, знаешь, как далеко уходит!

В этот момент на пороге кухни возник запыхавшийся Денис.

— Девчонки, я такое видел!

— Привет! — поздоровалась с ним Муся.

— Привет! Привет! — торопливо крикнул Денис.

— Что же ты видел? — спросила Виктоша. — Молока налить?

— Ага! Я жутко есть хочу!

— А как же ты дорогу домой нашел? — поинтересовалась Муся.

— Я хорошо ориентируюсь! Борис говорит, у меня компас в голове!

— И бабушка тебя отпустила одного? — удивленно спросила Муся.

— Да! Она сказала мне, как идти, ну я и пришел!

— Так что ты такое видел? — полюбопытствовала Виктоша и подвинула Денису тарелку с вареными яйцами.

— Понимаете… идем мы с бабушкой по лесу, она мне разные травки показывает, объясняет, какая для чего, а потом и говорит: «Я, соколик, умаялась, хочу маленько посидеть, а ты далеко не отходи, если сможешь, набери мне вот такой вот травки побольше, только гляди, чтоб не желтая была, желтую не бери!» Ну, я стал искать эту травку, прилично уже набрал и вдруг смотрю — гриб! Большущий, шляпка бархатная, коричневая, и весь он такой крепенький, такой… вкусный… Подошел я к нему, прямо глаз оторвать не могу! Но я же в грибах ни фига не разбираюсь, и все-таки кажется мне, что это белый!

— Это ты из-за гриба так разволновался? — насмешливо осведомилась Виктоша.

— Да нет, — отмахнулся Денис. — Не перебивай! Я уже нагнулся, чтобы его сорвать, и вдруг вижу, два каких-то мужика идут. Я плюх на землю, чтобы они меня с моим грибом не заметили, а то мало ли… А сам краем глаза за ними наблюдаю. Думал, они пройдут и все, а они остановились, один и говорит: «Кажись, здесь! Ага, точно! Давай, подсоби!» Смотрю — они к кусту подходят и…

— И что? — в один голос воскликнули девочки.

— И то! Они вдруг взялись вдвоем за этот куст и подняли его!

— Как подняли? Вырвали с корнем? — ахнула Муся.

— Да нет! Какое там! Понимаешь, этот куст, он не настоящий был!

— Искусственный? — ахнула Виктоша.

— Да нет! Ну что, вы в кино что ли никогда не видели? Куст с землей отодвигают в сторону, а под ним или подземный ход, или тайник! Поняли?

— Поняли! Поняли! А дальше что? — нетерпеливо спросили девочки.

— А дальше я чуть со страху не помер! Если бы они меня обнаружили… Я очень боялся, что Ефросинья Макаровна меня искать начнет! Но обошлось… Ну вот, смотрю, отодвинули они куст, один лег на пузо и стал в этой яме шарить, потом вытащил что-то завернутое в тряпку и сунул в рюкзак. Затем они этот куст на место поставили и стали засыпать землю всяким мусором лесным, ну хвоей там, листьями… А потом быстро ушли!

— А ты этот куст найдешь? — деловито осведомилась Виктоша.

— Найду! Я соседний куст пометил, у меня в кармане была только красная резинка, вот я и повязал ее на соседний куст.

— Почему на соседний? — удивилась Муся.

— Чтобы не привлекать внимания! А вдруг они вернутся и увидят, что их куст помечен.

— Да, правильно! А ты бабушке что-нибудь сказал? — спросила Муся.

— Нет, ни звука! Зачем старушку пугать? Она просто спросила, не устал ли я, а я сказал, что устал. Тогда она меня домой отправила. А вообще-то я и вправду устал, не понимаю, как она-то держится, в ее возрасте.

— Ну, во-первых, она не такая уж старая, ей всего шестьдесят лет, а во-вторых, моя бабуля всю жизнь в лесу прожила, она сколько хочешь ходить может и не уСтаст! А еще у нее хозяйство, и она одна с ним справляется! И корова, и куры, и коза, и овцы!

— Да я знаю… Вообще она потрясающая тетка! Столько всего знает! Я таких сроду не встречал! Я когда сюда ехал, думал, умру со скуки, но мне тут жутко нравится! И потом… тут не страшно.

— Это пока… — зловещим голосом проговорила Вик-тоша. — Но теперь ты опять на какой-то тайник напоролся… Мало ли что там может быть…

— Да что там может быть? — воскликнула Муся. — Наверняка ворованное что-нибудь прячут!

— Вот и надо это выяснить, — твердо заявил Денис.

— А не боишься? — не без ехидства осведомилась Виктоша.

— Есть немного, но… Все равно ведь не удержусь! А вы?

— Виктоша и Муся переглянулись. С одной стороны, им совсем не хотелось влезать в новое расследование, а с другой… Чем без толку гулять по лесу, лучше в том же лесу раскрыть еще одно преступление. Так сказать, сочетать приятное с полезным!

— Это далеко? — поинтересовалась Виктоша.

— Не очень, километра два, не больше!

— И какая же наша задача? Первым делом надо выяснить, что прячут в этой яме, — деловито заговорил Денис. — Может, и впрямь чепуха. А если не чепуха, то надо будет выследить, кто туда ходит…

— Ну это и козе понятно! — заявила Виктоша. — Сделаем так: сейчас идем туда, а потом на речку, купаться!

— Тебе лишь бы купаться, — проворчал Денис. — Тоже мне — купание! Какая-то речушка грязная…

— Ничего она не грязная! — возмутилась Муся. — Просто ты привык с братом по курортам таскаться, а в нормальной реке и не купался никогда. Наша Нёндовка хоть небольшая, но…

— Ладно, Мусь, не злись! Мне тут очень даже нравится, но… Говорят, тут пиявки водятся…

— Пиявки? Сроду не видала, — пожала плечами Му-ся. — Кто это тебе сказал?

— Минька Кудлатый!

— Нашел кого слушать! Миньку Кудлатого! Да он всегда дачников пугает! То пиявками, то змеями, то «конским волосом »…

— Да, про «конский волос» он тоже что-то говорил, — припомнил Денис.

— Что такое «конский волос»? — вмешалась Виктоша.

— Это такой… червяк, что ли… Он в реке водится, по виду и вправду на конский волос похож… Про него всякие страсти рассказывают, но бабушка говорит, что это все ерунда! А пиявок я, правда, никогда тут не видела!

— Ладно, долго вы еще будете языки чесать? Нам пора в лес! — сказала Виктоша. — Денис, ты наелся?

— Еще как! До чего тут все вкусно, обалдеть! Самая простая еда, а вкуснющая!

— Но ты же говоришь, что устал! — напомнила ему Виктоша.

— А я уже отдохнул!

Девочки быстро убрали со стола, а Денис понес миску с едой своему новому другу Кортику, большому лохматому псу неопределенной породы. Денис находил, что Кортик это помесь овчарки с лайкой. А бабушка Ефросинья Макаровна смеялась:

— Не знаю, соколик, не знаю! Все может быть, я его в лесу щеночком нашла, видать, дачники бросили. И кто его папа с мамой, мне неведомо.

Денис с удовольствием понаблюдал, как Кортик ест, а потом побежал к себе на чердак, взять кое-что. Перочинный-ножик, веревку. Мало ли что в лесу может понадобиться… А как здорово, что не надо всюду таскать сотовый телефон!

Глава 2

Рыжая бейсболка

— Вика, ты собираешься в лес в босоножках идти? — спросила подругу Муся. — А что?

— А то, что надень кроссовки!

— Ты считаешь?

— Конечно! В босоножках пропорешь себе ногу какой-нибудь корягой…

— Правильно! — вмешался Денис. — Я сегодня, когда домой бежал, напоролся на хворостину, и если бы не кроссовки…

— Хорошо! — согласилась Виктоша и побежала в комнату переобуваться.

— Через пять минут они уже шагади по лесу.

— Денис, ты точно найдешь дорогу? — волновалась Виктоша.

— Найду, найду! Не беспокойся! — ворчал в ответ Денис.

— Минут через двадцать он сказал:

— Внимание! Мы уже близко! Идем молча! Хотя нет, вы лучше тут постойте, а я погляжу, нет ли там кого. Если все спокойно, я вам свистну!

— И он тихонько свернул с тропинки. Вскоре раздался его негромкий свист. Девочки бросились за ним.

— Вот! — Денис указал на куст, ничем не отличавшийся от других.

— Куст как куст. Девочки внимательно его оглядели.

— Да, в жизни бы ничего не заподозрила! — прошептала Виктоша. — А ты, Мусь?

— И я! Денис, а ты уверен…

— Но вместо ответа Денис молча указал на соседний куст, украшенный красной резинкой. Такими резинками перетягивают обычно пачки денег.

— Ты даешь! И правда, у тебя компас в голове! — с восхищением заметила Муся. — Можно подумать, ты всю жизнь в этом лесу провел!

— Денис был очень доволен.

— Ну что, взяли?

— А как мы его поднимем? — усомнилась Виктоша.

— Поднимем, они его вдвоем подняли, а мы втроем не справимся? — оскорбился Денис. — Давай ты вот тут возьмись, а ты тут! — командовал он. — Ну, раз-два, взяли!

— Как ни странно, куст оказался не таким уж тяжелым, и они без особых усилий сдвинули его с места. Глазам их открылась яма, прикрытая крышкой, сколоченной из досок. Они подняли ее и заглянули в яму. На дне ее лежали какие-то свертки, каждый аккуратно упакованный в брезент.

— Ой, я боюсь! — прошептала Муся. — А вдруг там взрывчатка?

— Даже если взрывчатка, она сама по себе не взорвется! — успокоил ее Денис. — И потом, я же видел, как они обращались с таким пакетом. Без всякой осторожности!

Денис лег на живот и попытался достать один сверток. Но не смог дотянуться. Тогда он вскочил и спрыгнул в яму. Девочки ахнули и закрыли глаза. Но ничего не произошло. И через минуту Денис уже подавал им брезентовый пакет.

— Разверните, не бойтесь! — потребовал он из ямы. — Я же вот на них стою — ничего.

Девочки опустили пакет на землю и осторожно попытались снять с него перетягивающую его бечевку, скрепленную сургучной печатью. Она не поддалась. Тогда Денис бросил им ножик. Разрезав бечевку, они развернули брезент. Под ним оказался черный полиэтиленовый пакет.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил Денис.

— Похоже, какой-то порошок! — прошептала Виктоша, ощупав пакет.

— Сделайте крохотную дырку, не вскрывайте весь пакет! — распорядился Денис. — Нельзя, чтоб они что-то заподозрили! Хотя нет, постойте, я сам! Дайте руку!

— Девочки помогли Денису вылезти из ямы, и он принялся внимательно осматривать пакет, потом взял ножичек и чуть-чуть подрезал пакет по складке, встряхнул его, и на ладонь ему просыпался белый порошок.

— Ни фига себе! — шепотом воскликнул Денис.

— Что это? — хором спросили девочки.

— Наркота!

— Откуда ты знаешь?

— От верблюда! Сами что ль не понимаете?

Он осторожно поднес ладонь ко рту и лизнул порошок.

— Точно! Кокаин!

— Ты что, знаешь кокаин на вкус? — поразилась Муся.

— Не знаю. Но уверен, что это кокаин! Вот что, подруги, надо скорее все вернуть на место и сматываться! С наркотой лучше не связываться! Во всех смыслах! Тут, по моим прикидам, на миллионы долларов!

Девочки быстро привели пакет в прежний вид, Денис аккуратно уложил его в яму, закрыл крышкой, они втроем вернули на место куст, засыпали землю под ним прошлогодними листьями, веточками и травой.

— Все! Линяем! — скомандовал Денис, и они поспешили уйти подальше от страшного места.

— Отойдя на порядочное расстояние, они опустились на траву перевести дух.

— Ну и что будем делать? — спросила немного погодя Виктоша.

— Ничего! — сказала Муся. — Что мы тут можем сделать? Хотя, если подумать, сколько вреда могут принести эти свертки… Сколько людей станут наркоманами…

— Что ты предлагаешь? — поинтересовался Денис.

— Пока ничего… Послушай, а ты тех мужиков узнаешь?

— Одного — точно! А второго я не разглядел, он все время был ко мне спиной.

— А как они выглядели?

— Обыкновенно.

— Ну, деревенские или нет?

— А кто их разберет…

— Но в деревне ты их не видел?

— Может, и видел, но не обратил внимания. Мужики как мужики, — пожал плечами Денис.

— Слушай, а куда они пошли, в какую сторону?

— Ну как я тебе здесь на это отвечу? Когда я там лежал в засаде, они пошли влево. Туда, откуда пришли. А что?

— Понимаешь, мне кажется, если бы мы пошли по их следу…

— Слушай, Муська, а Кортик не берет след? — воскликнула Виктоша.

— Кортик? Не знаю, можно попробовать!

— Интересно, а что вы ему дадите понюхать? Думаете, эти двое специально для Кортика потеряли башмак или носовой платок? Ждите-дожидайтесь! Вот если бы мы сразу сообразили взять Кортика с собой… Погодите, я сейчас вспомнил, на одном из них, на том, которого я не разглядел, была кепка, вроде бейсболки, по-моему, из замши, да, из рыжей замши! — заволновался вдруг Денис.

— Рыжая замшевая бейсболка? Тогда это вряд ли кто-то из деревенских… — заметила Муся. — Но это уже кое-что! Здесь народу не так много, сразу бросится в глаза! А может, вообще в Парфеньево поехать, это райцентр, походим там, посмотрим, вдруг повезет!

— Нет, — заявила Виктоша, — вы можете ехать куда угодно, а я лично пойду на речку! Мне надоело преступников ловить! На-до-ело!

— Вика, я тебя понимаю, — очень серьезно заговорила Муся. — Но и ты пойми…

— Чего тут понимать? Про вред от наркотиков? Так надо просто заявить в милицию! И дело с концом! Здешние менты знаешь как благодарны нам будут, если мы им тайник с наркотой покажем! На руках нас носить будут!

— Да ты что? — закричал Денис. — Разве можно это делать? Во-первых, тогда уж нам придется сразу отсюда ноги уносить! И неизвестно еще, как это на Мусиной бабушке отразится!

— А при чем тут Мусина бабушка?

— А при том! Если найдут тайник, а его хозяева останутся на свободе, они от злости всех тут поубивают! И можете мне поверить, здешние менты проболтаются, кто их навел на тайник!

— Тогда, может, просто подкинуть им анонимную записку, так, мол, и так, там-то и там-то находится тайник с большим количеством наркотиков… По-моему, неплохая идея, — сказала Виктоша.

— А если менты решат, что это розыгрыш! Пойди еще найди в лесу этот куст! — остудил ее пыл Денис. — Нет, девочки, боюсь, что придется нам самим этим заняться. Спешить не будем, а то наломаем дров. Сегодня оглядимся тут, в деревне, а завтра с утра махнем в Парфеньево, там пошляемся, вдруг да встретим мужика в рыжей бейсболке. Других зацепок у нас все равно нет!

— Правильно, Денис, ты разумный парень, — хлопнула его по плечу Виктоша, — хоть и моложе нас на целых два года! — присовокупила она.

— Моложе — не значит глупее! — фыркнул Денис.

— Это верно, — примирительно заметила Муся.

Они вернулись домой, переоделись и направились на реку. На траве в тени кустов лежала с книжкой белокурая хорошенькая женщина, та самая, что утром приехала сюда с московским профессором. Чуть поодаль на большом одеяле разместилась пожилая женщина с двумя маленькими детьми.

— Ну что, Денисик, купаться пойдешь? — спросила Виктоша.

— Там видно будет! — буркнул Денис и плюхнулся на песок. — Сначала я позагораю.

— Тем временем профессорская жена поднялась и задумчиво направилась к воде. Вошла, окунулась без всяких визгов и побрела по воде куда-то в сторону.

— Гляди, Денис! — потрепала его за волосы Муся. — Вон дамочка московская купается и никаких пиявок не боится!

Денис посмотрел, куда указывала Муся.

— Ладно, пойду тоже окунусь! — небрежно бросил он и побежал к реке.

Девочки хотели последовать за ним, но тут их внимание привлек появившийся откуда-то профессор. Не найдя жену на полотенце под кустом, он пришел в страшное волнение. Подбежал к воде, приставил руку козырьком ко лбу, начал вертеть головой и бегать взад и вперед.

— Вот умора! — прыснула Виктоша. — Сейчас вопить начнет!

— И в самом деле, профессор сложил руки рупором и крикнул:

— Вальчушик! Вальчушик! Где ты?

— Девочки так и легли со смеху.

А профессор все метался по берегу. Но наконец он приметил вдали белокурую головку и побежал по берегу за нею с воплями:

— Вальчушик! Постой, Вальчушик!

— Во псих! — раздался чей-то голос. Девочки оглянулись. Рядом с ними стоял деревенский парень лет двадцати. — Во псих!

— О, Миня, привет! — сказала Муся.

— Мария! Привет! Давно приехала?

— Так мы же с тобой уже сколько раз виделись!

— А я забыл!

— Миня, ты зачем Дениса нашего пиявками пугал?

— Миня расплылся в улыбке.

— А я всех пугаю, мне глядеть интересно, как они в воду лезут и чуть что в голос орут!

— И вдруг, словно кто-то позвал его, Миня повернулся и пошел прочь.

— Странный он какой! — заметила Виктоша.

— Да, он больной, его в детстве на пожаре балкой прибило… Думали, вовсе не выживет, но бабушка его спасла… Только он такой… все забывает…

— Муська! Вика! Идите сюда! Вода такая теплая! — кричал Денис.

Девочки побежали в воду. И чуть не столкнулись с Вальчушиком. Профессор подбежал к ней.

— Вальчушик, разве так можно? — жалобно забормотал он.

— Как? — сурово спросила Вальчушик.

— Я прихожу, тебя нет, я уж бог знает что подумал!

— А почему ты не подумал, что я просто купаюсь?

— Но вдруг ты утонула?

— Утонула? В этой луже? И вообще оставь меня в покое! Раз уж привез меня в эту дыру, дай мне жить спокойно!

— Ну, Вальчушик, не сердись…

— Отстань, люди смотрят! И почему ты опять с непокрытой головой бегаешь по солнцу! Где твоя кепка?

Профессор растерянно огляделся по сторонам, потом хлопнул себя рукой по лбу и вытащил из кармана ветровки… рыжую бейсбольную кепку.

— Денис! — завопила Виктоша. — Денис! — И бросилась в воду.

— Ты чего орешь?

— Денис, — зашептала Виктоша, — смотри, это она? Это та бейсболка?

— Где?

— Да вон, на этом психе?

— О! Похоже… Кажется, это та самая! Ни фига себе! Что это за тип?

— Профессор из Москвы. У него тут дом!

— Профессор? А чего он профессор?

— Кислых щей! — засмеялась Виктоша.

— Нет, я серьезно спрашиваю!

— Понятия не имею, — ответила Муся. — Но это можно узнать.

— Как?

— У бабушки спрошу!

— А она знает?

— Да, она в прошлом году его жену лечила.

— Не нравится мне этот профессор, ох, не нравится! — проговорил Денис.

— Из-за кепки?

— Конечно! И вообще…

— А он похож на того типа, в лесу? — полюбопытство — валаВиктоша.

— Я же тебе говорил, я его в лицо не видел!

— А по росту?

— По росту похож, тот тоже невысокий был.

— Неужели нам так повезло? — проговорила Муся. — Мы еще только собирались искать рыжую бейсболку, а она вот, прямо тут!

— Мусь, а как насчет ауры? — спросила Виктоша.

— Не знаю. Пока ничего определенного сказать не могу. У его жены аура хорошая, спокойная, а вокруг него какие-то… завихрения…

— Отлично! — сказал Денис. — Мы установим за ним слежку!

— Но он же на машине! — напомнила Виктоша.

— В лесу он был без машины! И потом его машина такая приметная, что-то я других «Шевроле» тут не замечал! Нет, теперь он от нас не уйдет, голубчик! — радостно потирал руки Денис. — Мы его выведем на чистую воду!

— Послушайте, но зачем московскому профессору заниматься наркотиками? — недоуменно спросила Муся.

— А ты знаешь, сколько сейчас профессора зарабатывают? Гроши! Просто гроши! Кстати, откуда у него «Шевроле»? Недешевая машина, между прочим! Все сходится! Как дважды два четыре! У него жена красивая, на профессорское жалованье можно только с голоду сдохнуть, а тут — «Шевроле»! Ясно как божий день — он в этом деле по горло увяз! — уверенно заявил Денис.

— Но он как-то не похож… такой смешной… суетливый… — задумчиво проговорила Виктоша.

— Ну и что? А ты вспомни Ярослава Пантелеймоновича! Тоже вроде не похож был на бандита… Кошек любил, ласковый такой старичок!

— Денис прав! — поддержала мальчика Муся. — Внешность ничего не значит. А бейсболка — это улика! «Шевроле», возможно, тоже! Так что первый подозреваемый у нас есть, и мы должны постараться доказать его вину.

— А если докажем, тогда что? — спросила Виктоша. Ей почему-то было заранее жаль Вальчушика.

— Ну если докажем, придется передать его в руки правосудия! — не без напыщенности проговорила Муся.

Глава 3

Разговор с Москвой

Ефросинья Макаровна доила корову Зорьку, когда к ней подошла внучка.

— Бабушка, скажи, ты ведь знаешь этого московского профессора?

— Анатолия Николаевича? Знаю, как не знать, я прошлый год его жену вылечила. Она желудком маялась, а в этом году встречаю ее, говорит, что и думать про хвори за была. А что, Мусенька, ты почему интересуешься?

— Да так… А ты не знаешь, он по какой части профессор?

— Вот чего не знаю, того не знаю. А тебе зачем?

— Да я думала, если он вдруг психолог, я бы с ним посоветовалась насчет института. Я бы хотела поступить на психологический…

— А ты поди к нему да спроси, он вроде бы неплохой человек, только… несолидный какой-то, не похож на профессора. Все бегает, бегает… Зови-ка Вику и Дениса, пусть парного молочка попьют! В Москве-то парным молочком не побалуешься! Давай крынку!

Бабушка отлила из подойника молока в глиняную крынку.

— Вот, попейте! В кухне на столе свежий хлеб. Черняшечка!

— Муся взяла крынку и пошла в дом. Виктоша и Денис примчались на ее зов и с наслаждением выпили ароматного, еще теплого молока с пышным ноздрястым черным хлебом!

— До чего вкусно! — с полным ртом проговорил Денис. — А хлеба такого я сроду не ел!

— Да, вкусно… Я вот в прошлом году, когда болела, «Будденброков» Томаса Манна читала. Там одна героиня все говорила: «По крайней мере знаешь, что вводишь в организм!» Тут как раз тот случай!

— Денис взглянул на нее с уважением.

— Надо же, ты такие серьезные книги читаешь?

— Читаю! — не без гордости ответила Виктоша. На самом деле, мама долго уговаривала ее прочитать эту книгу, Виктоше казалось, что она умрет от тоски, но когда все же решилась, то уже не могла оторваться. Она так сочувствовала ее героям! Милая глуповатая Тони, чудаковатый и все-таки обаятельный Христиан, непонятный Томас и несчастный Ганно… надо будет обязательно дать эту книгу Муське, ей наверняка понравится!

— Да, кстати, бабушка не в курсе, чем этот профессор занимается! — сообщила Муся.

— Это мы выясним! — заявил Денис.

— Как?

— Надо познакомиться с его женой! Она целыми днями на берегу торчит! Подойдем и заговорим, в конце кондов мы земляки, из Москвы!

— Правильно! — согласилась Виктоша. — Дешево и сердито! Но и за самим профессором тоже последить не мешает!

— Тогда завтра с утра вы познакомитесь с этой… Вальчушкой, а я займусь профессором! — уверенно сказал Денис.

— Это ж надо выдумать — Вальчушик! Наверное, она Валентина, — сказала Муся. — Мне ее жалко… Если он и вправду наркотиками занимается… Вообще, как-то не похоже…

— Но факт налицо! Больше тут ни у кого такой бейсболки нет и, конечно, «Шевроле»! Дорогая машина!

— Что ж он, идиот совсем, покупать такую машину на глазах у всех? — продолжала Муся.

— А по-твоему, профессор не может быть идиотом? — рассердился Денис. — Запросто! Я помню, Боря, когда вспоминал про свой институт, многих профессоров называл полными идиотами! А кстати, надо нам для нашего профессора кличку придумать, а то мало ли, кто-то подслушает наш разговор и сразу смекнет, о ком речь. Какие будут предложения?

— Я думаю, Док подойдет! — сказала Виктоша.

— Нет, Док это слишком близко, профессор, доктор, нет не пойдет!

— Тогда — Бегунок, он же все время бегает туда-сюда!

— Тоже очень прозрачно! — хмыкнул Денис.

— На тебя не угодишь, — обиделась Виктоша.

— Может, Ртутик? — неуверенно предложила Муся.

— Ртутик? Слишком вычурно. О! Я знаю! Мы назовем его Шариком! И все подумают, что речь идет о песике!

— Тогда уж для полной маскировки предлагаю Жучку! — засмеялась Виктоша. — Точно никто не догадается!

— Да ну вас, зачем вообще эти дурацкие клички! — вдруг возмутилась Муся. — Будем говорить просто «он» и дело с концом! А то представите себе, кто-то нас подслушает и решит, что мы рехнулись. «Жучка уехала в Кострому!» или «Жучка пошла в кино». Курам на смех!

— Пожалуй, ты права! — согласился Денис. — Чем меньше сложностей, тем лучше! Ой, девчонки, я совсем забыл! Мне же на почту надо, Борису позвонить! Я обещал!

— Один дойдешь? — спросила Муся.

— Конечно, что за вопрос. А вы куда намылились?

— Никуда, — ответила Виктоша. — Мне просто надо кое-что постирать.

— А мне бабушке помочь!

— Ладно, я пошел! Можно, я возьму велик?

— Дом Ефросиньи Макаровны стоял на отшибе, в лесу, и до центра деревни, где располагалась почта, было добрых полтора километра.

— Конечно, бери! — разрешила Муся.

Велосипед у них был один на троих. Вскоре Денис уже входил в помещение почты. Это была довольно большая комната, с двумя кабинами для междугородных переговоров. Вдоль стены стояло несколько стульев. Денис заказал разговор и сел на стул. Кроме него, желающих звонить не было. Он взял с соседнего стула старый затрепанный номер «Огонька» и углубился в статью о рэкете. Внезапно он услышал, что к почте подъехала машина, и из нее вылез профессор в рыжей бейсболке. Рыжик — вот самая лучшая кличка, подумал мальчик, и стал из-за журнала наблюдать за профессором. Тот подошел к телефонистке и заказал разговор с Москвой.

— Интересно, подумал Денис, надо будет обязательно подслушать, о чем он будет говорить. Только бы нам одновременно не дали разговор! Прошло минут пятнадцать. Рыжик то и дело вскакивал со стула, подходил к телефонистке и спрашивал, скоро ли дадут Москву. Наконец девушка не выдержала.

— Послушайте, если вы будете каждую минуту меня теребить, быстрее не будет!

— А? Да, конечно, извините! А вообще, девушка, вы зря на меня сердитесь, мне просто очень нужно поговорить с Москвой!

— Вон парнишке тоже нужно, а он сидит себе тихо! — проворчала девушка.

— Профессор глянул на Дениса.

— По-моему, я вас где-то уже видел, молодой человек! Денису пришлось опустить журнал и взглянуть на профессора.

— Да, здравствуйте, — сказал он и слегка привстал, как-никак он говорил со старшим по возрасту. Его все считали хорошо воспитанным мальчиком.

— Вы москвич?

— Да, — отвечал Денис.

— У вас тут дом? — поинтересовался профессор.

— Нет, я живу у знакомых.

— А у кого, если не секрет?

— Вот привязался, подумал Денис, а вслух сказал:

— У Ефросиньи Макаровны, знаете такую?

— Как же не знать! Ефросинья Макаровна замечательная женщина! Потрясающая! В прошлом году она вылечила мою жену! Надо будет обязательно к ней наведаться, так сказать, нанести визит вежливости и поблагодарить…

— Москва, вторая кабина! — крикнула девушка. — Парень, твой заказ!

— Денис бросился в кабину.

— Боря, это я!

— Дениска! Как ты там?

— Здорово! Тут так здорово! Лес, речка… Я сплю на сеновале, представляешь?

— Представляю, — хмыкнул Борис. — И тебе это нравится?

— Не то слово! А парное молоко! А хлеб! Никогда такого не ел! И грибы тут уже есть!

— Значит, ты доволен?

— Кайф, Боря!

— Тогда ты не будешь возражать, если я приеду за тобой только дней через десять? Мне раньше трудно будет!

— Конечно! Это здорово! Я никогда еще так не отдыхал!

— Вот и вози тебя по роскошным курортам! — засмеялся Борис. — И голова не болит?

— Да я вообще забыл, что она у меня есть!

— Ну и отлично! — обрадовался Борис. — Может, прислать тебе еще денег, а?

— Ну, пришли, а то разговоры дорого стоят!

— Хорошо, пришлю, ты только звони мне регулярно!

— Я же звоню!

— Вот и молодец! Ты меня порадовал, а то я боялся, что ты там затоскуешь! Ну, привет, братик! Будь здоров!

— Денис вот уже несколько лет жил вдвоем со старшим братом. Их родители погибли в автокатастрофе, и Борис заменил Денису отца и мать.

— Когда Денис вышел из кабины, профессор взглянул на него, как показалось мальчику, с неприязнью. Денис снова подошел к телефонистке.

— А можно еще один разговор? — спросил он.

— Опять с Москвой?

— Да!

— Пиши номер!

— Денис написал на квиточке Дашкин номер. Ему во что бы то ни стало надо было услышать разговор профессора. Тот между тем углубился в ту же статью о рэкете в старом «Огоньке».

— Прошло еще минут пять, и девушка крикнула:

— Москва, вторая кабина!

— Профессор вскочил и бросился в кабину.

— Вот чумовой! — проворчала девушка.

— Алло! Алло! Сергей Александрович? Приветствую, Филатов! Ну да, я! Из деревни! Порядок! Хотя есть кое-какие затруднения, но это не по телефону!

— «Ага, — сказал себе Денис, — конечно, не по телефону! Ещё бы!

— Послушай, Сергей Александрович, у меня к тебе просьба! Не мог бы ты прислать с поездом ту красную папку, что я тебе давал? Да, просто подъезжай на Ярославский вокзал, найди поезд Москва шарья и отдай проводнице из третьего вагона, а я встречу! Спасибо, друг! Да, отдыхаю, отдыхаю, но и о работе забывать не следует! Хорошо, передам, она тебе тоже кланялась! Обнимаю!

— И профессор вышел из кабины. В ту же самую минуту телефонистка объявила Денису, что его нрмер в Москве не отвечает.

Он выскочил на улицу за профессором, но того уже и след простыл. Итак, разговор подслушать удалось. Собственно, ничего особенно подозрительного он не услышал. Хотя было что-то про нетелефонный разговор… И папку какую-то ему должны прислать… Вот бы взглянуть хоть краем глаза на эту папку…

Денис сел на велосипед и медленно покатил по деревне. Ага, вот и дом профессора — во дворе стоит его серебристый «Шевроле». Как-то дико здесь выглядит такая машина, подумал Денис. И очень бросается в глаза.

Девочки играли в подкидного дурака.

— Денис, садись с нами, — радушно пригласила его Муся. — Втроём интереснее!

— Нет, я в карты не люблю играть! Послушайте, я тут на почте нашего профессора встретил, он тоже в Москву звонил.

— И Денис подробно передал девочкам разговор профессора с неким Сергеем Александровичем.

— Ну и что? По-моему, ничего подозрительного! — пожала плечами Муся. — И вообще, мне кажется, это не он…

— А бейсболка?

— Подумаешь! Совпадение! В конце концов в этой бейсболке нет ничего уникального!

— А мне он тоже не нравится! — заявила вдруг Виктоша — Какой-то он странный… подозрительный… Бегает, кричит… Внимание отвлекает! Нет, надо за ним проследить! Вот бы эту папочку раньше его забрать…

— Ну это несложно… — заметил Денис.

— То есть? — повернулась к нему Виктоша.

— Допустим, можно… ну, например, ты поедешь заранее в эту Николо-Палому и, когда поезд придет, обратишься к проводнице третьего вагона.

— Но как же?..

— Очень просто! Я проколю ему шину, и он опоздает!

— Нельзя, ты что! — возмутилась Муся. — А если это нужные документы?

— Так мы ж не насовсем эту папку возьмем, только поглядим, что в ней, а потом… подбросим ее! Хотя нет, он насторожится. Тогда мы просто скажем, что я случайно услышал на почте его разговор, что, кстати, правда, ну и тоже был по делам в Паломе, и проводница меня спросила, кто тут встречает поезд… Словом, понятно!

— А что? Очень даже неплохая мысль! — одобрила его Виктоша. — Можно сказать, здравая!

— Но мы же запросто можем ничего не понять в этих бумагах! — воскликнула Муся.

— Разберемся! — уверенно заявил Денис. — По крайней мере, поймем, какой наукой занимается профессор. Химией, физикой или…

— Или филологией! — засмеялась Муся. — Думаю, он именно филолог, какой-нибудь специалист по стихотворным размерам…

— Нет, скорее историк! От нашей истории кто хочешь сбрендит! — уже хохотала Виктоша.

— Да ну вас, что вы все хиханьки да хаханьки… А я чувствую, что он химик…

— А если биолог? — спросила Муся.

— Биологи тоже химию знают! Куда им без химии…

— Так то биохимики! — ввернула Виктоша.

— Ерунда, простые биологи тоже химией занимаются! У меня один знакомый парень в этом году школу кончил, собирается на биофак поступать, так по химии у них очень серьезный экзамен!

— Подумаешь! У нас соседка в полиграфическом учится, на редакторском, так они высшую математику проходят! Зачем, спрашивается, редактору высшая математика? — горячилась Виктоша.

— Ну, ты что-то загнула! При чем тут редакторский с высшей математикой? — удивился Денис.

— Подождите! — перебила их Муся. — У меня вот какая мысль… Денис, ты сегодня во сколько был в лесу, на том месте?

— Денис непонимающе на нее уставился.

— Я имею в виду, в котором часу?

— А… Понял. Примерно в восемь! А что?

— А то, что я предлагаю пойти туда часов в семь и подождать, не явится ли кто-нибудь еще за товаром!

— Правильно! — закричал Денис. — И пойти во все оружии, с фотоаппаратом! Эх, жалко, диктофона у нас нет!

— Хватит и фотика! И еще мы попробуем проследить за ними!

— Так они вам по заказу и явятся! — усмехнулась Виктоша. — Разбежались!

— Знаешь, Вика, мне кажется, это вполне возможно!

— А на фиг им, каждый день к тайнику мотаться, взяли бы сегодня два пакета, и дело с концом.

— Ничего подобного! Два пакета это куда опаснее, чем один! Его же надо где-то прятать! А даже если они и не явятся завтра, мы будем их караулить там каждый день! И в результате обязательно выследим! — волновался Денис.

— Но ведь послезавтра надо ехать в Николо-Палому за папкой! — напомнила Виктоша.

— Вот ты и поедешь!

— Одна?

— Конечно, а мы с My сей будем караулить…

— Только, я думаю, в лесу нам за ними проследить не удастся… Мы лучше дадим Кортику что-нибудь понюхать, — задумчиво проговорила Муся.

— Нет, лучше всего ты их там в лесу усыпи и потребуй, чтобы они раскололись! — сказал Денис.

— Нет, не буду! Ни за что! Не желаю я на всяких жуликов… воздействовать! Надо их выследить, а гипноз… Это только уже в самом крайнем случае!

— Не хочешь — не надо! — пожал плечами Денис. — Хотя, по-моему…

— Нет, Муська права! Это очень опасно! А вдруг кто-то из них не поддается гипнозу, и что тогда будет с Муськой!

— Верно, я как-то не подумал… Я столько слыхал о ее талантах, а сам ни разу не видел…

Глава 4

Гениальная идея

Денис проснулся ни свет ни заря. Ему уже не терпелось пойти скорее в лес, к тайнику. Но что там, спрашивается, делать в пять утра? Может, еще поспать? Но спать совершенно не хотелось. На чердаке вкусно пахло сеном. «Как странно, — подумал Денис, — мне уже целых четырнадцать лет, а я первый раз в жизни попал в деревню. Я боялся сюда ехать, думал, мне тут будет плохо… А мне еще никогда не было так хорошо и спокойно. Мне все тут по кайфу! И сеновал, и лес, и деревня, и парное молоко, и бабушка Ефросинья Макаровна, и девчонки… Интересно, были ли у нас в роду крестьяне? Надо узнать… Или это я в прошлой жизни был крестьянином? А может, помещиком? Да, если бы не Дашка…» Если бы Борис на весенние каникулы не повез его в Дюссельдорф, в пятизвездочный отель, где он и познакомился с Дашкой… Там, правда, тоже было здорово, но совсем по-другому… Вот бы сюда еще и Дашку, тогда бы вообще не было лучшего места на свете, чем Николо-Ширь…

— За всеми этими мыслями он и не заметил, как пролетело полтора часа. Пора будить девчонок! А пока они умоются, позавтракают, сколько времени уйдет.

Денис спустился по стремянке вниз и сразу налетел на Ефросинью Макаровну.

— Не спится, ранняя пташка? — улыбнулась она.

— Да, я уже давно проснулся! Доброе утро!

— Доброе, соколик, доброе! Глянь, как солнышко светит! Пойдешь со мной в лес?

— Вы знаете, мы с девчонками вчера договорились вместе пойти… Я им обещал показать, где вчера грибы увидел!

— Что ж, дело хорошее! Тогда до вечера!

— Едва Ефросинья Макаровна вышла за калитку, как Денис забарабанил в дверь горницы.

— Девчонки, пора вставать!

— Встаем! — сразу же откликнулась Муся. — Вика, просыпайся!

— А который час? — сонным голосом осведомилась Виктоша.

— Шесть тридцать пять!

— Ой, какая рань! Можно еще поспать!

— Вставай, соня! Мы же в лес идем, к тайнику!

— Черт бы его побрал! — вздохнула Виктоша, но сразу спустила ноги с кровати.

— Девочки с наслаждением умылись у прибитого во дворе рукомойника, с хохотом и визгом плеща друг в дружку водой.

— Ладно вам, время теряете! — призвал их к порядку Денис.

— Вскоре они уже завтракали. Уписывая творог со сметаной и вареньем, Денис вдруг сказал:

— А чего это мы в доме едим! Надо бы в саду стол поставить! Вот было бы здорово!

Раньше у бабушки был такой стол, но сгнил совсем! Надо бы новый сколотить, да некому! И потом, бабушке он не больно-то нужен, родители сюда почти не ездят, а я… Мне он тоже ни к чему. Вот Всеволод Григорьевич, обещал, что приедет, сколотит… — И Муська шрл елась.

Всеволод Григорьевич Медынский был известным журналистом, которому Муська спасла жизнь и в которого была без памяти влюблена.

— «Ой, Муська, — подумала Виктоша, — любой разговор готова к своему Всеволоду свести!»

— А доски есть? — деловито осведомился Денис.

— Какие доски? — очнувшись от лирических воспоминаний, спросила Муся.

— Обычные, для стола!

— Ты, что ли, собираешься стол сколотить? — поразилась Виктоша. — Ты разве умеешь?

— Нет, но ведь не боги горшки обжигают! И столы сколачивают! Надо попробовать!

— Можно посмотреть в сарае…

— Только не сейчас! — воскликнула Виктоша. — Разбудили меня черт-те когда, а сами… Стол им понадобился! Срочно! Сию минуту!

— Вика, не ворчи! — улыбнулась Муся.

— Слушай, Муська, а почему тут у яиц желток такой яркий, а?

— Куры тут не инкубаторские, на воле живут…

Денис первым покончил с едой.

— Ну вы скоро?

— Скоро, скоро, вот только со стола уберем! — успокоила его Виктоша.

— Через десять минут они уже шагали по лесу. Лес тут был смешанный, веселый. Подойдя к тайнику, они огляделись. Кругом, разумеется, никого не было. Они нашли три укромных местечка, где можно было затаиться и наблюдать за тайником с разных сторон.

— Как вам кажется, они ничего не заметят? — спросил Денис.

— А что они должны заметить? — не поняла Виктоша.

— Ну что мы куст поднимали…

— Нет! Если б я не знала, я бы вообще ничего не заметила, — успокоила его Муся.

— Все! Прекращаем разговоры! А то не дай бог спугнем их! — распорядился Денис. — Время уже — без четверти восемь! Они запросто могут скоро появиться.

— Они разбрелись по своим укрытиям. В лесу было тихо, если не считать обычных лесных звуков.

— Как хорошо в лесу! — прошептал себе под нос Денис. — Так бы и сидел тут целый день! А может, в прошлой жизни я был лесником? Надо будет спросить у Муськи. Или у бабушки. Интересно, а Боря меня поймет, он ведь типичный горожанин?

— И вдруг его сердце замерло. Сюда явно кто-то шел. Хрустел под чьими-то ногами хворост. Денис насторожился. И девочки тоже уловили эти звуки. Но разговоров слышно не было. И вообще, казалось, идет один человек. Нет, все-таки двое! Вот они уже мелькнули за деревьями. Денис припал к земле. Еще через несколько минут у куста появились двое.

— Ну-ка, друг, глянь, нет ли тут кого! — раздался хриплый голос.

Денис похолодел.

— Да кому тут быть, ты что?

— И вдруг произошло что-то невероятное! Из-за деревьев выбежала Виктоша. С ума она, что ли, спятила?

— Ой! Как хорошо, что я вас встретила! Пожалуйста, скажите, как пройти в Николо-Ширь? Я заблудилась и руку вот поранила! — жалобно проговорила она. — У вас не найдется, чем перевязать?

— Девушка, а что это вы, не зная мест, в лесу одна шатаетесь? — довольно добродушно осведомился один из мужчин. — Такая молоденькая, такая хорошенькая и одна? Куда это годится?

— Да нет, я с подругой, но мы потерялись! Я кричала, кричала, — всхлипнула Виктоша. — И рука болит!

— Глянь, Паша, правда, кровь! Жалко, аптечку не захватили! Хотя… Вот возьмите носовой платок! Чистый, вы не думайте!

— Вот спасибо! Просто счастье, что я вас встретила!

— Давай помогу перевязать! Вот так! И не надо плакать! Такие хорошенькие глазки ни к чему слезами портить! Порядок! А теперь идите вон туда, дойдете до трех сосен, вы их сразу узнаете, там свернете налево, увидите тропку, она вас прямо в Николо-Ширь и приведет!

— Спасибо, большое спасибо! — растроганно проворковала Виктоша. — До свидания!

— Прощайте, девушка! А как вас зовут?

— Виктория!

— О! Виктория — значит победа! До свидания!

— Виктоша припустилась бежать в указанном направлении. «Интересно, зачем ей эта комедия понадобилась? — думал Денис. — Или она и вправду руку поранила и от вида крови ума лишилась?»

— Ушла? — спросил один из мужчин, тот, что почти все время молчал.

— Ушла, — вздохнул другой. — Надо же, храбрая какая! Встретила в лесу двух мужиков и без всякого страха подошла! Кабы не наши дела, я бы ее так не отпустил!

— Еще не хватало! С девками вязаться! А ведь где-то тут еще ее подружка бродит! Как бы не засекла нас!

— Да на кой мы ей сдались? И потом, такие дуры редко попадаются. Если подружка нас услышит, предпочтет уйти незамеченной! Хотя… Эй, есть тут кто-нибудь? — закричал он вдруг.

— Ты что, дурной? На свою голову? Чего орешь?

— Да если кто бродит вокруг, пускай откликнется.

Однако никто не откликнулся. Мало-помалу Денис успокоился, поднял голову и взглянул на мужиков. Это были совсем другие люди, не те, что вчера. Так, подумал он, значит, их много! Он хотел было их сфотографировать, но решил, что пока рано. Пусть уж вскроют свой тайник, тогда…

— Ну что, начнем?

— Да погоди, куда спешйть-то, давай по сигаретке!

— Чой-то ты так разнежился! Из-за девки небось?

— Да, хороша кралечка!

— А кстати, откуда она? Вид у нее не деревенский и разговор…

— Приезжая, видать, дачница…

— Говорил я профессору, надо менять место! А он смеется, твердит, где люди ходят, там меньше шансов, что нас заподозрят…

— «Профессор! Ну конечно, профессор! Он у них за главаря! — подумал Денис. — Мы на верном пути! Во что бы то ни стало надо утром попасть в Николо-Палому!»

— Мужики покурили и наконец приступили к делу. Денису уже здорово надоело лежать на животе, тем более по ногам ползали муравьи. Но приходилось терпеть.

— Они взялись за куст, сдвинули его. Один стоял, озираясь по сторонам, — караулил. А второй лег на землю, сдвинул крышку и запустил руку в яму.

— Что за черт! — вдруг выругался он.

— Чего там, Паша?

— Да вот, на одном пакете бечевка лопнула!

— Ну и что? Полный пакет-то?

— Да вроде… Хотя… Что-то мне кажется, его открывали…

— У Дениса душа ушла в пятки. Это они вчера не сумели все как следует восстановить… Теперь эти гады насторожатся, и будет куда труднее выследить их…

— Да вчера-то наши тут были, вот и задели ненароком!

— Может быть, может быть…

— Давай, Паша, бери и кончай базар. Сколько времени уже потеряли… То девку обхаживали, то теперь тебе вообще черт-те что мерещится. Мало ли как могли упаковку повредить! А дай-ка я сам гляну.

— Он тоже лег наземь и заглянул в яму.

— Да ерунду ты несешь, друг Паша! Лопнула бечевка, и все дела! Вот брезент маленько и распустился. А ты уже в штаны наложил! — Он поднялся и стряхнул с себя налипшую землю. — Давай, пошевеливайся!

— Как хочешь, Витек, но я профессору все-таки про это скажу!

— Да говори хоть господу богу, хоть спикеру Госдумы! Мне-то что? Я тут ни при чем. А только на смех тебя поднимут! Не боишься?

— Береженого бог бережет! А в нашем деле любая мелочь важна!

— Паша достал из ямы пакет, закрыл крышкой и поднялся. Вдвоем они мигом вернули куст на прежнее место и присыпали следы лесным мусором.

— Ну все, пошли, Паша! Время — деньги!

— И уложив пакет в сумку, они двинулись прочь. Денис выжидал. Когда их шаги смолкли вдалеке, он осторожно приподнялся. Все было тихо. Он огляделся и увидел Муську, которая пристально на него смотрела. Он поманил ее рукой. Она подбежала к нему.

— Ну что?

— Слыхала про профессора? — шепотом спросил Денис.

— Конечно! Кто бы мог подумать!

— А где Вика? Зачем она это сделала?

— Не знаю! Я чуть не умерла со страху!

— Идем скорее, поищем ее!

— И они быстро двинулись туда, где скрылась Виктоша. Дойдя до трех сосен, они сразу увидели ее. Она сидела на жмле и плела венок из разных цветов.

— Вика! Ты с ума сошла! — накинулась на нее Муся. — Разве так можно? Зачем ты это сделала?

— Вот за этим! — И Виктоша показала друзьям носовой платок, — Я дам его понюхать Кортику, и он найдет след.

— Дура! — вырвалось у Дениса.

— Что? — возмущенно подняла брови Виктоша.

— Дура! — повторил Денис. — Этот платок теперь не преступником будет пахнуть, а твоей кровью! Ее-то Кортик уж точно учует!

— Ты думаешь? — растерялась Виктоша, чувствовавши себя героиней.

— Похоже, Денис прав, — тихо сказала Муся.

— Значит, все было зря?

— Нет, не все! — с гордостью сказал Денис. — По кранней мере мы убедились, что с профессора нельзя спускать глаз! — И он пересказал Виктоше разговор Витъка и Паши.

— Но если он у них главарь, значит, вчера ты не его видел! В кепке! Зачем главарь будет сам в лес таскаться?

— Ну мало ли… Может, у них народу не хватает, а посвящать в такое дело лишних людей очень опасно! Во всяком случае, мы уже знаем главаря!

— Вообще-то этот профессор последний, на кого бы я подумала… Он такой странный… суетливый… — задумчиво проговорила Виктоша.

— Вот-вот! Главарями всегда оказываются те, на кого меньше всего подумаешь! Если бы не кепка…

— Знаете, что я придумала, пока там в кустах сидела? — начала Муся, и глаза ее горели вдохновением. — Расследование это, конечно, здорово, важно и интересно, но…

— Виктоша и Денис с любопытством уставились на нее. Что еще Муська придумала?

— Так вот, по-моему, самое главное в этом деле, что бы как можно меньше людей пострадало от наркотиков!

— Правильно?

— Правильно! — подтвердили Виктоша с Денисом.

— Поэтому я предлагаю забрать из ямы все пакеты!

— Как? — ахнула Виктоша.

— Очень просто! Взять и забрать!

— Но…

— Ничего не но! Забрать и закопать где-нибудь в лесу! И никто тогда их не найдет!

— Вот это да! — воскликнула Виктоша.

— Гениально! — закричал Денис. — Просто и гениально! Представляете, на какую сумму мы их нагреем, этих сволочей! Они там начнут разборки между собой, все будут всех подозревать, такое будет, что никакой милиции не надо. Они просто друг дружку уничтожат! Самоликвидируются!

— Значит, вы согласны? — обрадовалась Муся.

— Еще бы! — пылко вскричала Виктоша.

— Надо только действовать очень осторожно, лучше ночью! — сказал Денис.

— Нет, только не ночью! Ночью я боюсь! — призналась Виктоша. — И вообще, по-моему, надо это сделать прямо сейчас! Они только что тут были! Мы уже знаем, что они приходят к восьми утра, вероятно, это связано с каким-то расписанием, поездов или автобусов! Надо будет, кстати, это выяснить…

— Отличная мысль! — одобрительно заметил Денис. — Да, девчонки, у вас головы работают!

— А ты думал? Кто тебя недавно из подвала выпустил? — напомнила ему Виктоша и щелкнула мальчишку по носу, как бы давая ему понять, что она старше его на два года.

Денис сделал вид, что не заметил этого.

— Вообще-то я согласна с Викой, — вставила Муся. — Чем скорее, тем лучше.

— Но у нас же с собой нет ничего подходящего! Ни лопаты, ничего… — напомнил Денис.

— Идем сейчас домой, возьмем все, что нужно…

— А может, лучше утопить к чертям эту наркоту?

— Ты что? Мы же всю рыбу переморим! — ужаснулась Муся. — Хотя… Тут километрах в двух есть болото… Оно что хотите затянет и не поперхнется! И там уж точно никто и никогда не найдет эту пакость!

— Здорово! Ну и голова у тебя, Муська, все соображает и еще за экологию борется! — рассмеялась Виктоша. — — Но там ведь много этих пакетов! Тяжело тащить будет!

— А мы не сразу, постепенно! Надо только сперва эти пакеты к нам домой перетаскать, а оттуда уже понемножку будем в болоте топить! — вдохновенно говорила Муся. Она была целиком захвачена своей гуманной идеей!

— Да, от этого конкретной пользы будет куда больше, чем от выслеживания каких-то мужиков! — радовался Денис. — Интересно, на сколько миллионов долларов мы их нагреем, а? Думаю, «лимончиков» на пять-шесть! Кайф!

— Тогда давайте прямо сейчас вернемся и возьмем, сколько сможем! — предложила Муся.

— Нет! Так нельзя! — остудила ее пыл Виктоша. — Как мы это понесем? А вдруг нас кто-нибудь увидит?

— Верно! Надо взять что-то такое, вроде рюкзаков! — поддержал Виктошу Денис. — У твоей бабушки найдется рюкзак?

— Вроде был на чердаке! И еще корзину можно взять, как будто мы за грибами ходили, — размышляла вслух Муся.

— Так у меня же рюкзак! Я с ним сюда приехала! — вспомнила Виктоша.

— Действительно, дома они взяли два рюкзака и большую корзину.

— Рюкзаки вы возьмите, а корзину я потащу! — вызвался Денис.

— А интересно, сколько их там, этих свертков? — спросила Муся.

— Думаю, не меньше восьми, а то и все десять! И в каждом не меньше килограмма! — отозвался Денис.

— Подумаешь, восемь или десять килограммов втроем ничего не стоит унести! — фыркнула Виктоша.

— Но на всякий случай нам лучше распределить этот вес, а то вдруг встретим кого-нибудь и если будем сгибаться от тяжести, это может вызвать подозрение, а если пойдем налегке, кому угодно скажем, что собрались на пикник или по грибы!

— Ладно, идем скорее! — торопила Муся. — А то как бы они не вернулись!

— Зачем им возвращаться?

— Мало ли.

— А куда мы сложим эту прелесть? — спросил Денис.

— К тебе на чердак! Будешь заодно охранять! — сказала Виктоша.

Глава 5

Презумпция!

Они быстро дошли до тайника, внимательно огляделись вокруг и принялись за дело. В яме оказалось двенадцать килограммовых пакетов, аккуратно завернутых в брезент и перевязанных бечевкой с сургучной печатью. Они положили по пять пакетов в рюкзаки, а два в корзинку. Все-таки рюкзак легче нести. Денис, конечно, требовал, чтобы ему дали четыре пакета, говорил о справедливости, о том, что он мужчина, но девочки его слушать не стали. Когда куст вернули на место, привели в порядок землю вокруг, Виктоша вдруг сказала:

— Слушай, Мусь, а за каким чертом нам это домой переть? Ты дорогу к болоту знаешь?

— Конечно!

— Так пошли прямо сейчас! Чего зря время терять! Чем скорее мы от этой дряни избавимся, тем лучше.

— Правильно! — поддержал ее Денис.

— Хорошо! — согласилась Муся. — Идем!

— А мы там в трясину не провалимся? — не без опаски поинтересовалась Виктоша.

— Еще чего! Я там каждую кочку знаю! Мы с бабушкой там клюкву собираем!

— И, гонимые азартом вперемешку со страхом, они дви-жулись в сторону болота. Через полчаса под ногами зачав-хало.

— Это уже болото? — спросил Денис. Ему стало как-то не по себе.

— Только подступы'к болоту! — сказала Муся. — Но вы теперь идите строго за мной! След в след!

— Черт, надо было сапоги резиновые надеть, — проворчала Виктоша.

— Мусь, а чем это так странно пахнет? — дрожащим голосом спросил Денис.

— Болотом! — пожала плечами Муся.

Ох как не нравилось тут Денису, казалось, за каждым жустом таится всякая нечисть. «Ни за что не пошел бы сщца ночью», — думал он, ступая след в след за Виктошей. И вдруг буквально налетел на нее. Оказалось, что Муся остановилась.

— Все, пришли! — выдохнула она и отерла рукой вспотевший лоб. — Осторожно! — Она палкой прочертила по траве линию, и эта линия немедленно налилась водой.

— За эту черту — ни шагу!

Виктоша сбросила с плеч рюкзак. Муся тоже. Она достала из рюкзака пакет и с силой швырнула его вперед. Пакет плюхнулся с каким-то жирным звуком. И стал по-овпенно погружаться в топь.

— Ни фига себе! — тихонько присвистнул Денис. — Засасало!

— А ты думал! — охрипшим от волнения голосом сказала Муся.

— Таким же манером они утопили все двенадцать пакетов. И когда болото поглотило последний пакет, они одновременно издали ликующий вопль:

— Ура!

— Друзья двинулись в обратный путь. Когда болото ос-июсь позади и они уже шли. по твердой земле, Денис шруг хлопнул себя по лбу.

— Девчонки, что мы наделали! — воскликнул он.

— Они непонимающе уставились на него.

— Мы уничтожили все вещественные доказательства!

— Ну и черт с ними! — решительно высказалась Виктоша. — В конце концов почему мы должны ловить всех бандитов? Пусть милиция этим занимается!

— Но именно милиции и нужны вещественные доказательства!

— Нужны? Вот пусть она сама их и ищет! Думаешь, в Костромской области больше нигде наркотиков нет?

— Вика права, — заметила Муся. — Самое главное, что мы спасли много людей! Представляете, скольких детей могли пристрастить к наркотикам эти сволочи? А так все же легче…

— Но надо было бы поймать распространителей…

— А это тоже от нас не уйдет! Теперь мы поглядим, как будет вести себя профессор!

— Я лично больше всего на свете хотела бы поглядеть на этих мужиков, когда они увидят, что яма пустая! Вот был бы кайф! Всем кайфам кайф! — хохотала Виктоша.

— Нет, это опасно! — сказала Муся. — Следующая операция у нас будет называться «профессорская папка»! Это очень важно!

— Но без вещественных доказательств… — начал Денис.

— Эта папка тоже может стать вещественным доказательством! И, кстати, более надежным и прямым, чем яма с наркотой! Поди еще докажи, что профессор с ней связан, а папка — совсем другое дело.

Внезапно до них донесся вопль:

— Вальчушик! Где ты?

— Тихо! — прошипел Денис. — Ни слова больше!

— Вальчушик, где ты? Отзовись! Ау!

— И на поляну, где отдыхали Денис и девочки, выскочил профессор в рыжей бейсболке.

— Молодые люди! — кинулся он к ним. — Вы случайно не видели мою жену?

— Нет, не видели! — отозвался Дедшс.

— Боже мой, куда, куда она могла деваться?

— А вы давно ее потеряли? — поинтересовалась Виктоша.

— Да нет, она сказала, что пойдет в лес, и пропала! Боже мой, что же мне делать?

— Извините, а как зовут вашу жену? — спросила Муся.

— Валь… Валерия Васильевна. А что?

— Ну, если мы встретим вашу жену, должны же мы как-то к ней обратиться, — объяснила Виктоша. — Мы же не можем называть ее Вальчушиком, правда?

— Да-да, вы совершенно правы! Но где же мне ее искать?

— А почему вы вообще ее ищете? — спросил Денис. — Если ваша жена недавно ушла, то погуляет и скоро придет. Идите лучше домой и ждите ее там, а то, чего доброго, еще сами потеряетесь!

— Но я не могу сидеть дома! Я не в состоянии! Прошел уже целый час!

Денис за спиной профессора покрутил пальцем у виска.

— Извините, пожалуйста, — вдруг тихо начала Муся, — я внучка Ефросиньи Макаровны, меня зовут Муся…

— Внучка Ефросиньи Макаровны? Очень, очень приятно! Ваша бабушка необыкновенно интересная личность!

— Скажите, пожалуйста, я слышала, вы преподаете в МГУ?

— Да, а что? Вы хотите поступать в МГУ? На какой факультет?

— Я хотела бы стать психологом…

— О! Это не ко мне! Я преподаю на химфаке! А химия вас не интересует?

— Нет, химия… это не моя стихия, — призналась Муся.

— Жаль, жаль… Но… Извините, молодые люди, я все-таки пойду. Вальчушик!

— И профессор вновь скрылся за деревьями, даже не жростившись с ребятами.

— И как эта Валерия Васильевна с ним живет? — удивилсь Виктоша. — От него же в глазах рябит и в ушах звенит.

— Но главное — он химик! — зловеще прошептал Денис. — У меня есть идея! А не устроил ли он в своем доме подпольную лабораторию? По производству наркотиков? Или по их очистке?

— Девочки внимательно уставились на него.

— А что, это мысль! — сказала немного погодя Виктоша. — Я бы даже сказала, очень здравая мысль!

— Вы хотите сказать?.. — начала Муся.

— Именно! — не дал ей договорить Денис. — Необходимо обследовать их дом!

— Но как!

— Элементарно, Ватсон! Когда они уйдут куда-нибудь, а еще лучше уедут на своем «Шевроле», мы к ним залезем! Проще пареной репы!

— Что? Дверь будешь взламывать? — ужаснулась Муся.

— Еще чего! Уж как-нибудь пролезу!

— Как это, интересно, ты пролезешь? Думаешь, если там лаборатория, так он ее открытой оставит? Настежь? — накинулась на него Виктоша.

— Наверняка где-нибудь под крыльцом или под ковриком запасной ключ держат! Как у твоей бабушки!

— Но у моей бабушки нет подпольной лаборатории! — засмеялась Муся.

— Ну это как сказать! У твоей бабушки в кладовке то же чего только нет! Вполне может сойти за лабораторию! Всякие отвары, настои, порошочки, баночки, скляночки!

— Это верно, — согласилась Муся, — но теперь за это не преследуют!

— А раньше преследовали? — удивился Денис.

— Еще как! И травили, и штрафовали, и уничтожали весь запас трав, и запрещали людей лечить. Она рассказывала, в шестидесятые годы был у них председатель колхоза, который ее и на собраниях стыдил, и вообще как только над ней не измывался и вдруг заболел. Стал к врачам ездить, даже в Москву, в больнице лежал, и ничего ему не помогало. Так он ночью, тайком, к бабушке явился, попросил вылечить!

— А она? — с любопытством спросил Денис.

— Вылечила! За две недели!

— А он что? Хоть извинился?

— Куда там! Но преследовать больше не стал!

— И на том спасибо! — засмеялся Денис. — Ну что, пошли домой, а то я с голоду уже помираю! Столько волнений, столько всего, а во рту маковой росинки не было с утра.

— Ах ты, бедненький! Совсем отощал! — поддразнила его Виктоша.

— А что, я думаю, не меньше двух килограммов за сегодаяшний день потерял! Одна прогулочка в болото чего стоила! Брр!

— Дома их уже поджидала Ефросинья Макаровна.

— Наконец-то явились! — воскликнула она. — И где вас целый день носило? Батюшки-светы, неужто на болото ходили?

— Откуда вы знаете? — поразился Денис.

— А ты на обувку свою глянь, соколик! По обувке сразу видать!

— Ну вы даете! Просто Шерлок Холмс! — воскликнул Денис и тут же счел необходимым объяснить, кто это такой. — Шерлок Холмс — самый знаменитый сыщик, из Англии!

— Бабушка смерила его насмешливым взглядом и проговорила:

— Элементарно, Ватсон! Ты небось думаешь, что я совсем уж старуха замшелая, ничего не видала, ничего не слыхала! Милый, у нас теперь телевизоры тоже есть! И книжки я с детства читать любила, а память у меня — любой позавидует! Между прочим, Мусечкин знакомый журналист даже книгу обо мне хотел написать! Ну с книгой я думаю, он погорячился, а статейку какую-ника-, может, и напишет! Ну вот что, я гляжу, вы уже с ног , быстро умойтесь и будем ужинать, я пирожков с картошкой напекла!

— После ужина Ефросинья Макаровна усадила девочек перебирать собранные ею сегодня травы. Дениса она к этому занятию не допустила.

— Не мужское это дело! Нет в мужчинах такой внимательности! Тут один стебелек перепутаешь с другим, беда случиться может! Глянь, соколик, у девочек пальчики тонкие, терпение большое, для них самая подходящая работа, а ты уж не обессудь, займись чем-нибудь другим.

— Ефросинья Макаровна, а у вас доски есть?

— Какие доски?

— Да вот, мне кажется, надо бы в саду стол поставить…

— Да нешто ты умеешь? — всплеснула руками Ефросинья Макаровна.

— Нет, я не умею, но… попробовать надо! Не думаю, что это так уж сложно… Ну, конечно, я не ручаюсь, но…

— А ты инструменты хоть раз в руках держал? — поинтересовалась Виктоша. — Ну, топор или пилу?

— Нет, ни разу… — потупился Денис.

— Уж не взыщи, милок, но не дам я тебе инструменты, а то, неровен час, сам себя покалечишь… а вот насчет стола, это ты прав. Нужен нам стол. Завтра же позову деда Мартына, пусть новый стол сколотит, а ты ему поможешь, поглядишь, что к чему, может, он тебя к делу приладит!

— Здорово! — обрадовался Денис. — Ну если вы меня гоните, я пойду погуляю!

— Поди, милый, погуляй, только далеко не уходи!

— Ладно, я на полчасика!

Денис выбежал со двора и сразу же решил наведаться к дому профессора. Поглядеть, как там и что.

— Еще издали он понял, что профессора дома нет. «Шевроле» не было во дворе. Денис один раз прошел мимо, второй. Дома явно никого. Однако было еще совсем светло, и соседи вполне могли его приметить. Хотя… Наверное, в это время все сидят у телевизоров… Денис исподтишка глянул на соседний дом и тут же встретился взглядом с какой-то старухой. Да, ничего не выйдет, решил он. Не хватало, чтобы меня за вора приняли. И он медленно пошел прочь. Ничего, утро вечера мудренее, завтра я что-нибудь придумаю, а сейчас я слишком устал… Ну и денек выдался! Надо же, со смехом подумал он, я сегодня своими руками утопил в болоте миллионы долларов!

— Привет! — раздался вдруг незнакомый голос. Денис поднял глаза. Перед ним, широко расставив ноги, стоял деревенский пацан лет двенадцати.

— Ты чей?

— А ты? — ответил Денис вопросом на вопрос.

— Я первый спросил!

— Ладно, — рассмеялся Денис. — Я приезжий! Гощу у Ефросиньи Макаровны. Знаешь такую?

— Еще бы не знать! А ты откудова?

— Из Москвы!

— Московский?

— Ну, да!

— А Ельцина видал?

— По телеку только!

— Так по телеку и я видал! А что ж ты так?

— Да он ведь по улицам не ходит, у него охрана знаешь какая! Где ж мне его увидеть?

— А кого ты видал?

— Да никого я не видал! Скажи лучше, как тебя зовут?

— Меня-то? Степкой!

— А меня Денисом!

— Как это ты никого не видал? — гнул свое Степка.

— Ну, кого, кого я должен был видать?

— Кобзона видал?

— Да! Вот Кобзона видал, даже три раза! — обрадося Денис. — И еще Титомира один раз!

— Ну и как?

— Что?

— Как они?

— Нормально!

— А ты Кобзона трогал?

— Как? — растерялся Денис.

— Нуты с ним… это… ручкался?

— Чего?

— Ну, за руку…

— Ага! Один раз даже разговаривал! — гордо сказал Денис.

— Иди ты!

— Честное слово!

— Побожись!

— Еще чего! Не веришь, не надо!

— Слышь, а Газманова?

— Нет, Газманова не видал!

— Эх ты, а еще москвич!

Степка сплюнул себе под ноги, засунул руки в карманы и вразвалочку пошел прочь. Денис пожал плечами. Странный какой мальчишка. Но… он может здорово пригодиться!

— Эй, Степка! — крикнул Денис ему вдогонку. — Я зато Алену Апину знаю!

— Степка замер, обернулся, смерил Дениса оценивающим взглядом и бросил:

— А мне по фигу!

Денис только руками развел. Но Степка все-таки вернулся. Подошел совсем близко, поглядел на Дениса снизу вверх — у них была довольно значительная разница в росте — и спросил:

— Ты в каком классе?

— В девятый перешел!

— После школы в институт пойдешь?

— Конечно!

— А в какой?

— Скорее всего в Институт международных отношений.

— Это кем же ты будешь?

— Или экономистом, или дипломатом.

— А… У тебя батька небось шишка на ровном месте? Да?

— У меня… отца нет… вообще… и мамы тоже.

— Бросили они тебя, что ли? Или померли?

— Погибли! В аварии, на машине разбились.

— Да? И с кем же ты живешь? — с любопытством спросил Степка.

— С братом. Старшим.

— А его женка тебя не лупит?

— Денис засмеялся.

— У него нет жены!

— Повезло, значит. Но он, факт, еще жениться может!

— Пока вроде не собирается. А у тебя кто есть?

— У меня и мамка, и папка, и еще братан младший, Юрка. Папка у меня тракторист, а мамка в клубе работает. Слышь, Денис, а ты чего тут у профессора высматриваешь, а?

— Я? Высматриваю?

— Ага! Разговариваешь со мной, а сам глазом туда стрель, стрель!

— Тебе показалось!

— Мне когда кажется, я крещусь!

— Наконец Денис решился.

— Слушай, Степа, а ты этого профессора хорошо знаешь?

— Не-а, я его боюсь! Он все чего-то непонятное городит и быстро так, быстро, а вот женка его хорошая, добрая, всегда конфетами угощает. А что? Ты почему спросил?

— Понимаешь… Слушай, ты тайны хранить умеешь?

— Тайны? Хранить? Ага! Могила!

— Побожись! — в свою очередь, потребовал Денис.

— Вот те крест! Что узнаю, то мое и со мной погибнет! — выпалил он.

— Денис посмотрел на него с интересом.

— Это клятва такая, — объяснил Степка. — Меня папка научил! Если такую клятву сказал, все, молчи до гроба! А то бог накажет!

— Такое объяснение вполне удовлетворило Дениса.

— Хорошо, я скажу тебе один секрет… Видишь ли, я думаю, этот профессор… шпион!

— Шпиен? — поразился Степка. — С чего ты взял?

Денис и сам не знал, почему назвал профессора шпионом, просто в последний момент он решил, что чем меньше народу знает про наркотики, тем лучше.

— Да есть кое-какие подозрения.

— Ты за ним следишь, что ли?

— Ну, да!

— Здорово! — у Степки загорелись глаза. — Возьми меня, я тоже буду следить!

— Ладно, будешь моим адъютантом!

— Это чего?

— Видал по телеку кино «Адъютант его превосходительства»?

— Ага! А как же!

— Вот ты тоже будешь адъютантом, как капитан Кольцов.

— А ты, значит, будешь его превосходительством? — резонно осведомился Степка.

— Нет, я буду бойцом невидимого фронта!

— И я тоже — невидимого?

— Конечно!

— Степка задумался.

— Слышь, а разве у бойцов адъютанты бывают?

— Денис расхохотался.

— Да, с тобой, Степа, не соскучишься! Ну что, будешь со мной работать?

— А что делать надо-то?

— Это смотря по обстоятельствам! Вот сейчас, к примеру, мне надо было бы осмотреть дом профессора, пока его нет!

— Ты его грабануть, что ли, хочешь? Я такими делами не занимаюсь! Папка узнает, башку оторвет!

— Да ты что? Разве я похож на вора?

— Вроде нет! А на кой ляд тебе туда лезть?

— Понимаешь, я подозреваю, что у него там… шпионское оборудование!

— Какое?

— Шпионское!

— Да понятно, что шпионское, но какое оно, это оборудование? Что это такое? Микроскоп — это шпионское?

— Микроскоп? Запросто может быть шпионским!

— Есть у него микроскоп! Я видал! И еще у него большой стол, а на нем всяких склянок пропасть и еще шкаф запертый. Я спросил, чего там, а он говорит: ты все равно не поймешь!

— Интересно! Очень интересно! Слушай, Степка, ты молодец! Наблюдательный! Годишься для нашего дела!

— Степка покраснел от удовольствия.

— Теперь тебе в дом лезть уже не надо? — поинтересовался он.

— Пока не надо. Твоих сведений мне пока достаточно!

— Слышь, Денис, а тебя в Москве рыжим не дразнят?

— Еще как дразнят! — засмеялся Денис. — Но я не обижаюсь!

— Рыжий, рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой! — выкрикнул Степка и прошелся колесом.

— Молодец! — похвалил его Денис.

— Рыжий, давай дружить!

— Давай, белобрысый!

— И Денис хлопнул Степку по плечу. Тот не остался в тгу, и они расхохотались.

— Ну чего дальше делать будем? — спросил Степка.

— Понимаешь, утром профессор должен поехать в Николо-Палому.

— Ну и что?

— А то, что ему с поездом из Москвы должны документы прислать…

— У Степки загорелись глаза.

— Шпиенские?

— Не знаю, но нужно поглядеть! Я уже все продумал, не знаю только, как профессора задержать, я хбтел ему шину проколоть…

— Правильно! Самое милое дело! Пока он с ней провоэится…

— Степ, а не мог бы ты взять это на себя, а я пораньше смотаюсь в Палому, чтобы встретить поезд!

— А как бы ты это без меня сделал? — полюбопытствовал Степка.

— Я бы тогда тут остался, а в Палому девчонки поехали! Муська и Вика, только и всего! Но они же девчонки, сам понимаешь, лучше мне самому все проконтролировать!

— Это да, девчонкам нельзя такие важные вещи доверять, точно! Они все языком метут… Ну их к бесу! Ладно, друг ситный, можешь на меня положиться! Я все сделаю! Так проткну колесо, что он долго провозится, шпиен окаянный.

— Погоди, Степа, может, он еще и не шпион вовсе! Наше дело все узнать и раздобыть доказательства, а пока нет доказательств, нельзя его шпионом называть!

— Ага, я слыхал по телеку, это называется присутствием невиновности.

— Да не присутствие, а пре-зумп-ция. Повтори!

— Трезубция?

— Да не трезубция, — расхохотался Денис, — а пре-зумп-ция! Повтори!

— Пре-зумп-ция! — старательно выговорил Степка.

— Вот теперь правильно, а то трезубция! Скажешь тоже!

— Слышь, Денис, а ты мне про эти документы расскажешь?

— А как же! Обязательно!

— Ух ты, как интересно! Вот это жизнь! Я, может, всегда мечтал шпиенов ловить! Только думал, у нас в Николо-Шири их не бывает, и вот на тебе! Слышь, Денис, а чего он тут шпиенит? А? У нас вроде военных объектов по близости нет. Хотя…

— Что?

— Говорят, шпиены всякой военной частью интересуются…

— Пойми, Степа, он, может, тут и не шпионит, может, просто отдыхает, но… Нам надо все равно вывести его на чистую воду! Но только не будем торопиться. Для начала твоя задача — проколоть ему колесо. А дальше видно будет. Задание понял?

— Ага!

— И чем раньше ты это сделаешь, тем лучше!

— Понял!

— Денис! Ты куда пропал? — раздался вдруг голос Муси. — Мы уже волнуемся!

— Иду! Ну, Степа, до завтра!

— Ага, до завтра! Пре-зумп-ция!

Глава б

По грибы

Поручая Степке проколоть профессору колесо, Денис вовсе не собирался ехать на двух автобусах в Николо-Палому. С этим легко справятся Муся с Викто-шей. Нет, у него был совсем другой план. Он просто чувствовал, что сойдет с ума, если не увидит своими глазами и не услышит своими ушами, что станут говорить наркокурьеры, обнаружив пропажу товара. Поэтому девочкам он сказал, что займется колесом профессора, а они пусть едут в Николо-Палому, как, собственно, и было задумано с самого начала.

Чтобы попасть к московскому поезду, надо встать ни свет, ни заря, доехать первым автобусом до Парфеньева, а оттуда на другом автобусе уже до Николо-Паломы, где поезд Москва — Шарья стоит всего каких-нибудь пять минут.

Утром они все рано поднялись, сказали бабушке, что едут в Николо-Палому. Девочки побежали на автобус, а Денис, сделав вид, что направляется на дачу профессора, шшчался в лес к тайнику. Он просидел там больше двух часов, но никто из преступников не явился. Значит, они не каждый день здесь бывают! Денис был страшно разочарован. Он ведь предвкушал, как они сдвинут куст, откроют яму, а там… Пусто! Что ж, он попытает счастья завтра! А сейчас надо найти Степку и узнать, как ему удалось хроколоть колесо. Денис медленно побрел назад в деревню. И вдруг увидел гриб. Большой, неимоверно красивый, с красной бархатной шляпкой. Он не знал, что это за гриб, но такой красавец просто не может быть плохим, ядовитым. Денис сел на корточки, вытащил из кармана перочинный ножик и аккуратно срезал гриб. Этому его научила Ефросинья Макаровна. Нельзя вырывать гриб с корнем, это портит грибницу. Он уже хотел подняться, жак вдруг его взору представилась поразительная картинаа. Всюду, куда бы он ни глянул, росли грибы! Их было множество, великое множество! Он чуть не завопил от восторга! Но у него с собой нет корзины, вот досада! Однако не бросать же такую добычу! Он стащил с себя футболку, завязал узлом рукава и принялся складывать туда грибы. Что это была за красота! Красные и коричневые бархатные шляпки. Те, что с красными шляпками, на месте среза вскоре синели. Очень интересно. А запах! От него кружилась голова. Никогда до сих пор он не испытывал такого восторга. Весь в поту, дрожащими от азарта руками он все срезал и срезал дивные грибы. Иногда в голове мелькала мысль — а вдруг все это поганки? То-то позору будет! Нет, сперва он покажет грибы Степке, а то девчонки его изведут своими насмешками, особенно Вика. Но вот футболка уже полна. Все, хватит, не жадничай, приказал он себе и бегом припустился к деревне, а футболка приятно оттягивала руку. Дома он оставил грибы во дворе, вымыл руки, надел чистую рубашку и помчался на поиски Степки. Минуты через две он наткнулся на нового приятеля, который, как оказалось, шел к нему.

— Привет! Ну как? — закричал Денис.

— Порядок.

— Рассказывай!

— А чего рассказывать? Пришел, перелез через забор и проткнул заднее колесо.

— Чем?

— Шилом!

— Ну и что? А дальше что было, видел?

— Ага! Он вышел, сел в машину, отъехал, а потом выскочил, поглядел на колесо, начал чего-то кричать, бегать туда-сюда, как оглашенный, потом полез в багажник, достал запаску, одним словом, провозился лишних минут двадцать. А потом все же уехал! А ты почему не в Паломе?

— Туда девчонки поехали! Муська с подругой!

— Они что, тоже шпиена ловят?

— Конечно, мы все вместе! Слушай, Степ, ты в грибах разбираешься?

— В каких грибах?

— В обыкновенных, ну там, белый не белый…

— А! Ясное дело, разбираюсь!

— Пошли со мной! Я грибов набрал, с виду хорошие, а там черт их знает! Я первый раз в жизни грибы собирал!

— Денис привел Степку во двор и показал ему грибы.

— Ну что?

— Хорошие грибы, лучше некуда. Это вот подосиновики, а это подберезовики!

— Значит, с красной шляпкой подосиновики, а с коричневой — подберезовики?

— Ну да.

— А почему они тут на срезе темнеют? Они ядовитые?

— Нет, ты что? А почему темнеют… Не знаю. Темнеют и все. Не трухай, не отравишься! Слышь, Денис, а где это ты столько грибов набрал?

— В лесу!

— Можешь место показать?

— Запросто! Пошли вместе, я корзину возьму! Там еще столько было!

— И мне тоже какое-нибудь лукошко дай! — попросил Степка.

Денис взял большую корзинку и дал Степке рюкзак. Они помчались в лес, начисто забыв о всех шпионах. Гри-Шав было видимо-невидимо. И Степка отлично в них разбирался.

— Глянь, вон под елками маслятки растут, вишь какие склизкие, от них самый вкус! Я больше всех маслята уважаю! А это вот какой гриб? — экзаменовал он Дениса.

— Это подберезовик! — уверенно отвечал тот, разглядывая серую в крапочку ножку гриба.

— А это какой?

— Сыроежка!

— Правильно!

— А их сырыми едят?

— Може, и едят, но я не пробовал. Ну их к бесу! Жарешка из них хорошая.

— Корзина и рюкзак быстро наполнились.

— Во мамка обрадуется!

Дениса всего распирало от счастья. Чего он только не видел в жизни, объездил с братом пол-Европы, был в Египте, в Израиле, в Тунисе, но такого полного, такого всепоглощающего счастья еще никогда не испытывал! Недаром он сразу полюбил деревню и лес, словно знал, сколько радости они ему принесут.

— Да, грибов нонче — сила! Земля долго сырая была, а потом припекло, вот они и поперли! — объяснял Степка.

Они шли, уже не разбирая дороги, от гриба к грибу, изредка перебрасываясь отрывочными словами. Денис пригнулся за очередным грибом и вдруг услыхал голоса. Он насторожился и прижал палец к губам. Увидев этот жест, Степка понимающе кивнул. Денис огляделся и вокруг понял, что они совсем близко подобрались к тайнику. Он лег на землю, Степка последовал его примеру. Разговаривали двое. Денис узнал их голоса. Это были те же люди, что и вчера. Ага, значит, эти — постоянные! А позавчера тут был сам профессор, очевидно, у них получился какой-то сбой. Что ж, всякое бывает! Денис прислушался. Он слышал далеко не каждое слово, они говорили достаточно тихо. И вдруг раздался громкий вопль!

— Ты чего вопишь?

— Вить, глянь, или я с ума спятил?

— Что? Ну и ну! Ты что-нибудь понимаешь?

— Ага, ты, значит, тоже ничего не видишь, Витек?

— Ничего! Но как это может быть? Мы же сами вчера… Слушай, а профессор никого сюда больше не посылал?

— Да нет… Вроде нет… Мы же с тобой все на место поставили… Как оно могло пропасть?

— Неужели нас кто-то выследил?

— Выследил? Да нет, откуда? Мы же всякую осторожность соблюдаем…

— А ты, часом, никому про это дело не вякнул? А? Под банкой?

— Да ты что? Я хоть под банкой, хоть без банки себе не враг. Разве про такое говорят? Может, это ты сам язык развязал?

— Я вот сейчас как врежу тебе…

— Да ты погодь, врезать мы друг дружке всегда успеем, давай лучше обмозгуем, чего мы профессору скажем? Ох, он лютовать будет! Это ж какие бабки уплыли, страшно подумать!

— Да хорошо, если в живых оставят… Он ведь подумает, это мы сперли… Ох, чует мое сердце, лучше нам совсем сделать ноги! Прямо сейчас! Мы еще успеем на поезд!

— И куда нам теперь податься? Где он нас не сыщет?

— Лучше всего в Москву, там запрятаться легче!

— Да, от него и в Москве не спрячешься!

— Ничего, у меня там баба есть… Она нас на первых порах примет, мы отсидимся там…

— И напишем профессору письмо, подробно обскажем, как все было.

— Письмо? Тоже мне, писатель нашелся! Детский сад!Письмо! Надо ж такое придумать!

— А что ты предлагаешь?

— Сейчас не знаю еще, но, думаю, один у нас выход — заказать профессора. А иначе нам не жить!

— Заказать? А бабки? На это, знаешь, какие бабки нужны?

— Найдем, не самые мы с тобой бедные! Есть у меня один знакомый, кусков за пять сделает!

— Зелеными?

— Ну не деревянными же! Только тут спешить нельзя! Вот что, друг, сейчас мы с тобой разойдемся в разные стороны и до Москвы добираться будем по отдельности, чтобы в глаза не бросаться! У тебя с собой бабки есть?

— На дорогу и на пожрать, а больше нет!

— Больше пока не надо! В Москве у нас с бабками все в порядке! Значит, придешь по адресу…

— Сейчас запишу!

— Я те запишу! Никаких записей! Так запоминай: улица Верхняя Красносельская, дом…

— Это какое метро?

— «Красносельская», одна остановка от вокзала. Очень удобное местечко. Так вот, дом… — И он назвал номер дома и квартиры.

— Ну и ну! — прошептал себе под нос Денис. И, разумеется, постарался запомнить адрес. На всякий случай!

— Как думаешь, Витек, кто это скоммуниздил, а?

— А может, сам профессор, мало ли, он ведь хитрый.

— Зачем ему это?

— Мало ли… Вдруг решил таким макаром от нас избавиться?

— Как это?

— А так! Вот мы пришли, увидали, что товар тю-тю, он, ясное дело, на нас же это и повесит! А за такие дела, сам знаешь, сразу в расход! И это еще хорошо, а то если жилы тянуть начнут…

— О-о-ой, — тихонько взвыл собеседник Витька.

— То-то и оно…

— Витек, но ведь тогда, получается, нас уже поджидают!

— Я ж говорю, нельзя время терять!

— Вить, а может, лучше все же пойти, сказать, а? Ведь, если мы смоемся, сами себе уж точно приговор подпишем! А так… может, еще и обойдется?

— Обойдется? Ты что, профессора не знаешь? Нет, ты как хочешь, а я смываюсь! Хотя… в таком разе придется мне тебя самому пришить, а то я ведь тебе уже адрес дал…

— Витек, перекрестись! Бог с тобой! Что ж ты меня, друга старого, завалишь?

— Если не пойдешь со мной, завалю! Мне жить охота, а не сдохнуть в подвале у профессора. Знаешь, сколько там косточек в цементе закатано?

— Прав ты, Витек, прав кругом! Надеяться нам не на что?

— Значит, встретимся в Москве, где сказал! Но если кому адрес выболтаешь…

— Да нет, Витя, не выболтаю, ты меня небось не первый год знаешь!

— Знаю, потому и сказал адрес! Ну все, вот тебе еще стольник, на всякий случай. Не зря все-таки мы бабки в Москву переправили. Налегке можем ехать. И давай разными дорогами добираться. Понял?

— Понял!

— Совсем ты что-то, Паша, закручинился. Не боись, прорвемся! И сами еще на профессорских косточках попляшем!

— Мне бы твою уверенность!

— Ну, друг, если ты сразу лапки сложил, лучше пойди и утопись, не тяни кота за хвост. В Нендовке, правда, не больно-то утонешь, но если очень захотеть, и в луже захлебнуться можно.

— Нет, Витя, я с тобой!

— Вот и ладно! Я пошел… До встречи, Паша!

— Денис и Степка буквально вжались в землю. Но, к счастью, их никто не заметил. Вскоре за Витьком поднялся и Паша. Он понуро побрел в другую сторону. Прошло, наверное, минут пятнадцать, прежде чем Денис со Степкой решились подняться с земли.

— Дела-а-а! — протянул Степка. — Чегой-то они тут прятали? Товар какой-то?

— Оружие, наверное, — соврал Денис. Про наркотики никто узнать не должен!

— Слышь, а профессор-то и впрямь крутой! Вон чего пpo него говорят! Чего делать-то будем? И подвал у него какой-то… с костями…

— Да, — сказал Денис, — не слабо! Только ты, Степа, никому ни звука, мы с тобой сами это дело расследуем!

— А как?

— Надо во что бы то ни стало попасть в этот подвал! Для начала! Дождемся, когда он с женой уедет куда-нибудь, и попробуем…

— А может, этот подвал не тут, не в Николо-Шири? У него там самый обычный деревенский подвал, вернее, подпол… Я там был, никакого цемента там нет!

— Ты уверен?

— Да вроде…

— Знаешь, Степ, вообще-то все-таки надо там все обследовать, может, из подпола есть ход еще в какой-нибудь подвал, а?

— Все вообще-то бывает, но что ж он совсем дурной на костях мертвяков жить? На кой ему это надо? Это ж страх какой! И не заснешь!

— Так то для нормального человека… А этот профессор, похоже, кровавый убийца! Жуткий тип!

— А зачем шпиену всех убивать? А?

— Кто его знает… Степ, скажи, а тут можно откуда-нибудь в Москву позвонить, но так, чтобы никто разговора не услышал?

— Нет, с почты нельзя, там Тамарка с Розкой все разговоры слушают! Можно из сельсовета… если туда вечером залезть!

— А надо заказывать или по коду можно звонить?

— Как это по коду? Нет, тоже заказывать нужно! А, я знаю, что значит по коду! Из Парфеньева можно, там автомат есть! Бросай монетку за монеткой! Так, да?

— Да! А там народу много на телефон?

— А я знаю? Я сроду никуда еще не звонил! А тебе зачем?

— Да надо…

— Из-за адреса, да?

— Ага! Я хочу друзьям позвонить, чтобы последили за этими типами, а то…

— Денис, а чего это они говорили, что хотят профессора заказать? Это что значит?

— Это значит, что они хотят нанять кого-нибудь, что бы убить профессора. Заказное убийство называется.

— А! Так это и неплохо! Пущай убьют! Не жалко!

— Конечно, особенно жалеть о нем никто не будет, но… понимаешь, таким образом можно ведь и на наемного убийцу выйти! И вообще, в Москве у нас знакомые сыщики есть, с Петровки, 38. Знаешь, что это такое?

— Ага! Я кино видал! Петровка, 38. Там уголовка?

— Да, МУР, Московский уголовный розыск!

— Ты, что ли, там был?

— Я? Нет, не был. Но друзья мои не раз там бывали! Они, знаешь, сколько дел распутали!

— Да ну? — недоверчиво спросил Степка. — Сами, что ль?

— Сами! Не веришь, Муську спроси! Она знает!

— Слышь, а что же все-таки у этих мужиков пропало?

— Думаю, оружие, я уже тебе говорил.

— А я вот думаю, нет, не оружие… — загадочно проговорил Степка.

— Тогда что? — осторожно спросил Денис.

— Наркота! Скорее всего наркота!

— Наркота? С чего ты взял? И кто это наркоту в лесу прятать будет?

— Понимаешь, я слыхал, как наш милиционер, дядя Ваня Турускин, с папкой разговаривал, ..

— О чем?

— О том, что в наших краях наркота появилась. Мол, ищут ее с собаками, можно сказать, но ничего и никого найти не могут! Слышь, а може, дяде Ване скажем, а?

— «Ну вот, — подумал Денис, — теперь Степка растреплет все дяде Ване».

— Нет, Степа, нет! Дядя Ваня только все испортит, тут надо тонко действовать, а где ему, дяде Ване! Тут нужны самые современные средства, а дядя Ваня твой только дров наломает! И потом, сам подумай, он ведь сразу должен будет по начальству доложить, а кто может поручиться, что начальство не в доле с профессором?

— Ух ты! — воскликнул с почтением Степка. — Ну и бошка у тебя! Варит!

— Денис довольно ухмыльнулся. Кажется, Степку он пока нейтрализовал. Хороший он пацан, подумал Денис, вчера он мне совсем дурачком показался, а сегодня…

— Значит, так, друг Степан, — сказал Денис и похлопал его по плечу. — Надо нам как можно скорее проникнуть в подпол к профессору! Как бы нам это сделать, у тебя есть какие-нибудь соображения?

— Навалом! Тетя Лера, его жена, целыми днями у речки торчит, а сам он часто куда-нибудь уезжает! Из нашего дома все видно, чего там у них делается. Как увижу, что их нет, так сразу за тобой прибегу, ты только жди!

— Но если кто-то увидит, что мы с тобой там крутимся…

— Делов-то! Може, у меня мяч туда залетит! Имею я право за своим мячом слазить? Имею?

— Точно! Имеешь! И я с тобой заодно! Мы тут с тобой футбол затеять можем! Или же волейбол!

— Не, если футбол, другие ребята набежать могут, и в волейбол тоже!

— У девчонок бадминтон есть! Играешь?

— Запросто!

— Отлично! В бадминтон еще лучше, воланчик маленький, его найти труднее, чем футбольный мяч!

— Точно!

— Тогда пошли, Степа, домой и так сколько времени зря потеряли! Может, девчонки уже вернулись!

— А ты мне потом скажешь, чего они нашли?

— Обязательно! Ты же теперь член нашей команды! Полноправный!

Степка просиял.

Дойдя до дома Ефросиньи Макаровны, они простились за руку.

— Пока, рыжий!

— Пока, белобрысый!

Глава 7

Катастрофа планетарного масштаба

— Дома Дениса уже поджидали девочки.

— Денис, это ты грибы собирал? — закричала Муся. Она разложила на кухонном столе первую партию грибов.

— Я! — гордо отвечал Денис и водрузил на стол большую корзину, прикрытую ветками. — А вот еще!

— Муся сняла ветки и ахнула.

— Денис, это что, уже столько грибов? Вика, завтра с утра идем в лес! Грибы пошли! Ты гляди, красотища какая!

— Да я сроду столько грибов не видала.

— Денис, но ты же говорил, что грибов не знаешь, а тут ни одного плохого! Ты, наверное, с бабушкой собирал!

— Ничего не с бабушкой! Я сам, мне только Степка помог! А вообще, погодите вы с грибами, есть дела поважнее! Папку получили?

— Нет!

— Почему?

— Потому! Поезд опоздал! И профессор успел!

— Значит, он сам ее получил?

— Именно!

— Вот непруха! Хотя… Вообще-то она уже не больно и нужна.

— Как?

— Я многое выяснил! У профессора в доме имеется микроскоп и стол со всякой химической утварью!

— Откуда ты знаешь?

— От Степки. Он видел.

— Кто такой Степка? — поинтересовалась Виктоша.

— Да мальчишка здешний. Степка Кузоватов, — объяснила Муся.

— Но это бы еще с полбеды, — продолжал Денис, — мы с ним сегодня кое-что похуже о профессоре узнали!

— И Денис пересказал девочкам разговор, подслушанный в лесу у тайника.

— Какой ужас! — всплеснула руками Муся. — Из-за нас могут пострадать люди!

— Глупости, — поморщился Денис, — девчачьи глупости! Во-первых, эти люди — бандиты, наркокурьеры и вообще всякая нечисть, во-вторых, сколько народу от них пострадало, это страшно подумать! А в-третьих, надо во что бы то ни стало найти этот подвал с костями! Тогда уж профессору не отвертеться!

— Муська! — закричала Виктоша. — Муська, это работа специально для тебя! Если там действительно столько людей загубили, ты же сразу это учуешь! И вообще, тебе надо с этим профессором поближе познакомиться! Прощупать его ауру!

— Ты и вправду это можешь? — спросил Денис.

— Вообще-то да, — сказала Муся.

— Да ей, если хочешь знать, достаточно подойти близко к человеку, и она сразу скажет, хорошая у него аура или плохая! Она когда журналиста Медынского спасала…

— Вика! — оборвала ее Муся.

— Что Вика? Что Вика? Разве это не правда?

— Что было, когда ты журналиста спасала, Муся, скажи, прошу тебя! — взмолился Денис.

— Она сразу почувствовала, когда к нему убийца пришёл! Вот! И спасла его!

— Как?

— Похитила из больницы и привезла сюда, к Ефросинье Макаровне! Кстати, Муська, а сегодня на станции мы же видели профессора, ты тогда ничего не почувствовала?

— Я ж его не первый раз видела, но ничего страшного не почувствовала.

— А ты не считаешь, что человек может как-то скрыть свою ауру? — спросил Денис.

— Не знаю, я еще очень мало знаю обо всем этом, мне надо еще многому учиться… Возможно, он очень сильная личность и способен что-то скрыть…

— А что он очень сильная личность, сомневаться не приходится, — заявил Денис.

— Вообще-то не похоже, — пожала плечами Виктоша, — бегает хвостом за женой. Вальчушик! Вальчушик! Надо же такое дурацкое прозвище придумать! Она Валентина, наверное?

— Нет, Валерия, — сказал Денис. — Степка ее тетей Лерой зовет. А что он за ней бегает, так это совсем ни о чем не говорит. Он ее, наверное, очень любит. А почему бы и нет? Она красивая и, кажется, добрая. Бедная женщина, что с ней будет, когда она узнает, чем ее муженек занимается!

— А вдруг она в курсе? — поежилась Виктоша.

— Нет, у нее очень чистая аура, — решительно заявила Муся. — Насчет нее у меня даже тени сомнения нет!

— Ух ты! — Денис с уважением взглянул на Мусю. — Слушай, а ведь Вика права, надо тебе пойти туда, ты сразу поймешь, что к чему!

— Вы так считаете? — засмущалась вдруг Муся. — Но я не знаю. А что я им скажу?

— Знаю! Я знаю! Я придумал! — закричал вдруг Денис. — — Возьми часть грибов и отнеси им, якобы в подарок от бабушки!

— Гениально! — воскликнула Виктоша.

— Но если они придут благодарить бабушку?

— Тогда спроси просто, не хотят ли они купить грибы! — посоветовала Виктоша.

— Купить? Ни за что! Я не могу!

— Муська! Ты скажи, что грибы прислала бабушка, и внуши им, чтобы они об этом молчали, ты же можешь!

— Да, так лучше! — согласилась Муся.

— И ты это умеешь? — воскликнул Денис.

— Запросто! Она еще и не такое умеет! — пылко заверила его Виктоша, свято веровавшая в таланты подруги. — Муська, у тебя найдется маленькая корзинка? А то много грибов на этого душегуба тратить неохота. Самим пригодится!

— Вика, а ты практичная, — засмеялся Денис.

— Практичность не самое плохое качество! — засмеялась Виктоша.

— Муся тем временем принесла небольшое лукошко, уложила туда грибы, причем выбирала самые красивые, потом прикрыла корзинку листьями.

— Я готова!

— Я пойду с тобой! — вызвалась Виктоша. — Мне страшно тебя одну туда отпускать!

— И я! — заявил Денис.

— Нет, это глупо, на одно лукошко — целая делегация! — решительно сказала Муся. — Мы пойдем с Викой, а ты жди нас здесь!

Девочки вышли за калитку. Денис сперва обиделся, а потом решил, что, конечно, не станет их тут дожидаться, а выждав немного, тоже пойдет к профессорскому дому и издали понаблюдает. А то мало ли что там может приключиться!

— Муся и Виктоша подошли к калитке. Машина стояла на участке. Отлично, значит, хозяева дома. Муся толкнула калитку и крикнула:

— Здравствуйте! Есть кто-нибудь?

— На крыльцо вышла жена профессора.

— Здравствуйте! — цриветливо сказала она. — Вы ко мне?

— Да, я внучка Ефросиньи Макаровны! Вот грибочков вам принесла!

— Внучка Ефросиньи Макаровны? Очень приятно! Заходите, девочки, заходите! Не бойтесь, у нас собаки нет!

— Она спустилась с крыльца и пошла навстречу девочкам.

— Вот! — Муся протянула ей лукошко. Женщина заглянула туда.

— Боже! Какая прелесть! Это вы набрали?

— Да! И бабушка, — поспешила добавить Муся. — Она просила передать!

— Спасибо, спасибо, милая! Как же тебя зовут?

— Меня — Муся, Мария, а это Вика, моя подруга.

— Вы из Москвы, кажется? Что-то мне Ефросинья Макаровна говорила, я сейчас припоминаю!

— Под большой липой во дворе стояли стол и складные стулья.

— Идите сюда, девочки, в доме душновато! Садитесь, садитесь! Я сейчас вас чаем напою, у меня конфеты вкусные есть!

— Спасибо! Не стоит! — сказала смущенно Муся, но Виктоша тут же пнула ее локтем в бок так, что та чуть не взвыла.

— А может, предпочитаете чего-нибудь холодненького?

— А что у вас есть? — несколько нахально спросила Виктоша.

— Женщина засмеялась.

— Кстати, вас я по именам уже знаю, а меня зовут Валерия Васильевна! Дети тут, в деревне, называют меня тетей Лерой.

— А мы думали, вы Валентина, — ляпнула вдруг Виктоша.

— Муська бросила на нее негодующий взгляд.

— Валентина? Терпеть не могу это имя. А почему? Ах, я догадываюсь… — Она слегка покраснела. — Из-за Вальчушика? Да? Сколько раз говорила мужу, чтобы не называл меня этим дурацким именем, но он такой упрямый… Да, так чего же вы все-таки хотите? Могу сделать воды с вареньем, а еще есть квас, Анатолий Николаевич привез вчера из Парфеньева громадную бутыль, она у меня в подполе холодная.

— В Парфеньеве квас очень вкусный! — со знанием дела сказала Муся. — Если можно, мне квасу!

— А тебе, Вика?

— И мне тоже. Спасибо!

— Валерия Васильевна быстро ушла в дом.

— Обрати внимание, — зашептала Виктоша, — он дома, но даже носа не высунул! Наверное…

— В этот момент к калитке подошел какой-то незнакомый мужчина. Он с некоторым недоумением взглянул на девочек, но ничего не сказал и прямиком направился к крыльцу.

— Анатолий Николаевич! Выйди на минутку! — крикнул он.

— Но никто не откликнулся. Тогда мужчина постучал в окно. И снова тишина. Но тут появилась Валерия Васильевна с большим глиняным кувшином в одной руке и тремя кружками в другой.

— Добрый день, вы к кому? — спросила она.

— К Анатолию!

— Его дома нет.

— А я гляжу, машина на месте!

— Машина на месте, а хозяина нет! Он куда-то ушел!

— Когда вернется? — расстроился мужчина.

— Понятия не имею!

— Ладно, я попозже наведаюсь!

— Пожалуйста, заходите! — улыбнулась Валерия Васильевна, но к столу не пригласила. — Может, что-то передать? — крикнула она вдогонку мужчине.

— Да нет, не стоит, я попозже зайду, — сказал он и вышел за калитку.

— Валерия Васильевна тем временем поставила на стол кувшин и кружки.

— Пейте, девочки, я сейчас!

— И она опять ушла в дом.

— Мусь, ты что-нибудь чувствуешь? — прошептала Виктоша.

— Ничего особенного! У нее аура хорошая, а его ведь дома нет!

— А дом-то? Дом?

— Не знаю! Нет, ничего плохого я не ощущаю.

— Может, надо поближе подойти, а?

— Валерия Васильевна вернулась с двумя вазочками. В одной были шоколадные конфеты, а в другой вафли.

— Угощайтесь, девочки! А что ж вы квас не пьете? Давайте-ка, я налью вам! Отличный квас! В Москве сейчас много разных квасов появилось, в бутылках, но такого, как этот, что-то я там не пробовала.

— Квас и в самом деле был хорош! С настоящим хлебным духом, он так и шибал в нос!

— Ой, вкусно! — сказала Виктоша и залпом осушила кружку.

— Еще? — радушно спросила Валерия Васильевна.

— Если можно, — застенчиво улыбнулась Виктоша.

— Да пей сколько хочешь! Я ж говорю, муж огромную бутыль приволок, литров десять! И конфеты ешьте, не стесняйтесь! Ну, как вам тут нравится? Хотя, что это я, Муся ведь каждый год здесь бывает! А тебе, Вика? Нравится тут?

— Очень! Очень нравится!

— Счастливые! — вздохнула Валерия Васильевна. — А я не люблю тут бывать. Скучно мне, да и с удобствами не очень! Я уж не такая молодая, чтобы воду носить, полы скрести… фу! Нет, я предпочитаю отдыхать в хорошей гостинице, на берегу моря… Но вот муж несколько лет назад купил этот дом, меня даже и не спросив… А я, как ни приеду, болею, спасибо, твоя бабушка меня вылечила… Можно сказать, из-за нее я и согласилась в этом году сюда приехать… Очень я ей верю…

— Извините, а у вас дети есть? — спросила Муся.

— Нет, детей нет, бог, как говорится, не дал! — с некоторой тоской проговорила Валерия Васильевна.

— Так, может, вам бабушка помочь сумеет? Она многим помогала!

— Ой, да что ты! Куда мне, я уже старая! Я вам по секрету скажу, мне целых пятьдесят лет!

— Не может быть! — воскликнула Виктоша. — Вы такая молодая!

— Маленькая собачка до старости щенок! — рассмеялась Валерия Васильевна.

— Нет, вам можно дать лет тридцать, не больше! — пылко заверила ее Виктоша.

— Спасибо на добром слове!

— Они еще посидели, поболтали о разных разностях, и вскоре девочки собрались домой. Дольше засиживаться в вестях показалось им неприличным. Сердечно прости-тт с Валерией Васильевной, а Муся на прощание пристально посмотрела на нее и мысленно приказала: забудь, кто тебе грибы принес! Забудь! Бабушке ни звука!

— Отойдя от профессорского дома на некоторое расстояние Виктоша спросила:

— Мусь, а Мусь, ты ей внушила про грибы?

— Конечно! Знаешь, Вика, в этом доме ничего такого нет, я уверена.

— Какого?

— Ну, трупов там, костей… Нету!

— Слава богу! А то кошмар какой-то!

— Но ведь Денис слышал про подвал профессора… Может, у него еще где-то есть дом с подвалом! В самом деле, не станет же он жить на костях! Это никому удовольствия не доставит!

— А может, ему приятно сознавать, что кости его врагов вмурованы в цемент!

— Но я точно знаю, что нет там никаких костей!

— Ручаешься?

— Ручаюсь!

— Тогда надо узнать, где его другой дом! И вообще, это логично! Тут он чудаковатый ученый, профессор МГУ, обожающий своего Вальчушика, а там — кровавый главарь наркомафии! Сама же говоришь, у него аура какая-то непонятная! Наверное, если бы ты его там, в другом доме, встретила, сразу бы почувствовала его настоящую ауру.

— Может быть, может быть, — задумчиво проговорила Муся. — Слушай, тебе не показалось, что этот мужик приходил к нему сообщить, что наркотики пропали, а?

— Да! Я тоже так подумала! А ты этого мужика знаешь, он местный?

— Нет, первый раз видела!

— Эй, девчонки! — окликнул Денис.

— Денис? Ты что тут делаешь? За нами таскался? — накинулась на него Виктоша.

— Нет, — соврал Денис, — просто мне надоело одному дома сидеть! Ну, рассказывайте, что там было! — потребовал он.

— Девочки рассказали.

— Да, неудачно вышло, что его не было. А вот насчет второго дома, конспиративного, это хорошая мысль! Надо разведать!

— Ладно, разведаем! И не такое разведывали! — сказала Виктоша. — А сейчас, по-моему, надо заняться грибами! А то еще зачервивеют! Ну, Муська, что будем с ними делать? Суп варить?

— Суп? — рассмеялась Муся. — Из этих грибов можно супу на всю деревню наварить. Нет, часть мы сегодня пожарим, с луком, со сметанкой, а к ним картошечки…

— Ой, у меня уже слюнки потекли! — призналась Виктоша.

— А остальные посушим, возьмешь в Москву, маме!

— Но утром мы сами пойдем в лес! Нельзя же такое упустить! Денис, ты, наверное, чуть не спятил от счастья, когда увидал столько грибов?

— Было дело! — засмеялся Денис. — Девочки, я знаете, что думаю?

— Понятия не имеем! Давай, говори, какие такие мудрые мысли тебя опять посетили? — веселилась Виктоша.

— Мне необходимо съездить в Москву!

— Зачем? — в один голос воскликнули девочки.

— Как зачем? А Верхняя Красносельская? Это же такой след! Такая уникальная наводка! Обещаю, я там не задержусь! Только поставлю в известность Дашку и Стаса, а дальше уже они сами… У них еще и Петька есть!

— Да они все на даче! И вообще, глупость какая-то… Тебе же так тут нравится, а в Москве… Жарко сейчас, пыльно… — растерянно проговорила Муся. — И потом, зачем ехать, если можно позвонить по телефону?

— По телефону? Как ты себе это представляешь? Если звонить отсюда, надо разговор заказывать, следовательно, телефонистка и любой, кто зайдет на почту, услышат каждое слово! Нам это надо? А если ехать в Парфеньево, так автомат скорее всего не работает, а если и работает, тоже многие услышать могут!

— Да, телефон тут не поможет! — согласилась Виктоша. — Но и отпустить тебя одного в Москву мы тоже не можем! Как-никак, но мы за тебя отвечаем!

— Но что же делать? Нельзя ведь упустить…

— Надо написать письмо! — предложила Муся.

— Кому?

— Предположим, капитану Крашенинникову!

— А если он в отпуск уехал?

— Тогда майору Лаптеву!

— А если письмо не дойдет? Или, того хуже, попадет в руки преступников? Может, тут начальник почты такой же, как в «Ревизоре»? Чужие письма читает? И предупредит профессора, — горячился Денис. — Нет, выход один — поехать в Москву! Хотя бы на день!

— Да тебе же русским языком говорят — они на даче! — рассердилась Виктоша.

— А ты адрес дачи знаешь?

— Откуда? Они же сняли дачу, это не их собственная!

— А Петька?

— И Петька на даче!

— Но тогда я по крайней мере брошу им в ящик письмо!

— И я поверю, что ты этим ограничишься? Не полезешь к черту в зубы?

— Денис покраснел. Именно такая мысль и закралась ему в голову. Но Виктоша с ходу его раскусила. Однако он продолжал стоять на своем.

— Поймите, чудачки, я же их в лицо знаю! А больше никто!

— А что скажет твой брат?

— Брат ничего не скажет, я не буду объявляться! Сделаю, что нужно, и вернусь!

— Очень интересно! А что мы бабушке скажем? Она не позволит! И вообще, забудь об этой глупости! — решительно сказала Муся. — Все! Проехали!

— Правильно! — поддержала ее Виктоша.

— Но… — попытался возразить что-то Денис.

— Никаких но! Мы просто не дадим тебе денег!

— Ладно, налетели двое на одного, — пробурчал Денис и обиженно удалился на чердак. Вечно все им командуют! Тоже мне, воспитательницы!

— Девочки занялись грибами. Так их и застала бабушка.

— Ах ты, господи! — воскликнула она. — Это откуда же грибы? Нешто сами набрали?

— Это у нас Денис такой добытчик! — улыбнулась Муся. — Мы часть пожарим, а остальные надо будет посушить!

— Правильно! — одобрила ее бабушка и погладила девочек по волосам. — Большие вы уже, как я погляжу, разумницы, матерям помощницы. Хорошо! Справитесь сами, а то я что-то нынче притомилась. Пойду, отдохну маленько.

— Бабушка, а ты Зорьку уже доила?

— Конечно, молочко уже в подполе. Пейте, девоньки!

— И бабушка ушла.

— Мусь, ты коров доить умеешь?

— Умею! Дело нехитрое!

— А меня научишь?

— Зачем тебе? — засмеялась Муся.

— Ну так просто… Интересно!

— Ладно, научу!

— А косить?

— Нет, косить я не умею! Мне папа запрещает!

— Почему?

— Он вбил себе в голову, что я этой косой обязательно себе что-нибудь отрежу! И категорически запретил бабушке даже близко подпускать меня к косе.

— Но ведь тебя и корова боднуть может, и коза!

— Ага, и гусь может ущипнуть! — засмеялась Муся.

— А мне жутко охота научиться косить!

— Попроси бабушку, она тебя научит! — посоветовала Муся. Немного помолчав, она вдруг сказала: — А знаешь, Вика, ведь Денис прав. Нельзя это дело так оставлять!

— Ты про что?

— Про то, что действительно надо кому-то из нас в Москву смотаться. Но лучше всего это сделает Денис. И я придумала, как…

— «Сейчас про Медынского скажет», — догадалась Виктоша.

— Надо будет отсюда позвонить Всеволоду Григорьевичу, и если он в Москве, пусть Денис к нему съездит, все расскажет, и уж как Всеволод Григорьевич решит…

— Мусь, ты так его любишь? — шепотом спросила Виктоша.

— Муся залилась краской.

— При чем тут это? Просто я…

— Просто ты чуть ли не любой разговор на своего Всеволода Григорьевича сводишь… А это самый верный признак любви!

— Откуда ты знаешь?

— Что? — не поняла Виктоша.

— Что самый верный признак… — смущенно проговорила Myся.

— Откуда? Из книжек и… из жизни. Я сама, когда влюблена, все время хочу говорить о нем…

— О ком?

— Да нет, ни о ком… конкретном. Я вообще.

— А… Вика, ты что, сейчас ни в кого не влюблена? Совсем?

— Совсем, — тяжело вздохнула Виктоша.

— А Ленчик?

— Пройденный этап. Я как-то поглядела на него — ну мальчишка как мальчишка, ничего особенного…

— Мне лично он никогда не нравился, и я не могла понять, что ты в нем нашла, — призналась Муся.

— Я теперь и сама не пойму, — усмехнулась Виктоша.

— По-моему, ты Стасу нравишься!

— Ты тоже заметила?

— Ага! А он тебе?

— Только как друг! Слушай, а твоя бабушка гадать умеет?

— Гадать? Умеет, но не будет!

— Почему?

— Она говорит, это грех — в будущее заглядывать!

— Почему?

— Понимаешь, бабушка еще молодая была, и пришла к ней одна женщина погадать. Ну бабушка ей и нагадала, что то-то и то-то с ней тогда-то и тогда-то будет!

— И сбылось? — затаив дыхание, спросила Виктоша.

— Все в точности сбылось, но… после бабушкиного гадания у той женщины жизни не стало, она все ждала, когда бабушкины предсказания сбудутся, и умерла точно так, как бабушка ей нагадала. На воде!

— Это как?

— Бабушка предсказала ей смерть на воде! Вот она однажды ночью одна на лодке через Волгу поплыла…

— И что?

— Пароход на нее наткнулся… Капитан пьяный был…

— Какой ужас! А зачем она ночью-то поперлась?

— Понимаешь, сестра той женщины говорила, что на все время твердила: сил моих больше нет, смерти жду как подарка… Ну и вот… С тех пор бабушка никогда никому не гадает!

— Но при чем же тут твоя бабушка, если та женщина ненормальная была?

— Дело в том, что… Бабушка считает, что, если бы она той женщине ничего не говорила, она жила бы себе, и многое, может быть, не сбылось бы. Не буди лихо, пока оно тихо! Понимаешь?

— Кажется, да, — задумчиво проговорила Виктоша. — Это значит, если что-то сказано, человек уже ждет этого?

— Да! А если он ждет, то это часто сбывается, особенно плохое!

— Да, я как раз хотела спросить, а если предсказание хорошее, счастливое? Тогда ведь человеку легче жить?

— Но бабушка говорит, что… Одним словом, с тех пор она никому и никогда не гадает! Ни за какие деньги! Ей знаешь, сколько предлагают!

— Теперь я понимаю, в кого ты такая… принципиальная! — сказала Виктоша, с любовью глядя на подругy. — И тебе она тоже никогда не гадала?

— Конечно, нет!

— А вот интересно, она про Всеволода Григорьевича догадалась?

— Еще бы! Сразу! Как говорится, с первого взгляда!

— И что сказала?

— Не спеши, Мусечка, не тут твое счастье!

— А ты?

— А я не поверила! Я сама лучше знаю, где оно, мое счастье!

— За этим волнующим разговором девочки не заметили, как приготовили роскошный ужин — жареные грибы с вареной картошкой. Еще Муся поставила на стол малосольные огурчики, от которых шел такой аромат, что у .жвочек потекли слюнки. Позвали бабушку и Дениса.

— Ох, соколик, какой же ты у нас добытчик! — ласково глядя на Дениса, сказала бабушка. — Вкусные грибы-то! Вот удружил так удружил! А мне нынче недосуг было даже в лес сходить, целый день в Парфеньеве проболталась, и все из-за одной справки! Завтра уж пораньше пойду. Мне день, когда в лес не хожу, не день! Сразу чувствую годочки свои! А в лесу молодею!

— Бабушка, вот Вика хочет научиться корову доить!

— Корову доить? Это тебе зачем? — спросила бабушка у Вики.

— Просто так, интересно!

— Незачем! Баловство одно, только животину мучить, ведь пока ты научишься, ей больно будет! А тебе это лишнее! Человек должен своим делом заниматься. Нешто ты дояркой быть хочешь или корову завести?

— Да нет… — смутилась Виктоша. — Я как-то не подумала…

— Ты, Вика, на меня не обижайся! Просто мне Зорьку жалко.

— Я не обижаюсь, что вы…

— А еще она хотела научиться косить, — сообщила Муся.

— Косить? Это можно… Хотя вон зять мой ни за что не разрешает Мусечке даже в руки косу брать.

— Но я очень осторожно!

— Ладно, на досуге покажу тебе, как косить. Ну вот что, девоньки, вы тут приберите со стола, а я к Аннушке наведаюсь, прихворнула она.

— Когда бабушка ушла, Муся сразу заявила:

— Вот что, Денис, мы тут с Викой подумали и решили, что тебе и вправду надо в Москву!

— А что я говорил!

— Погоди, не спеши! Тебе в Москве нельзя просто по улицам болтаться, это опасно! Ты поедешь к Медынскому! И все ему расскажешь! Он наверняка тебе поможет!

— Ага! И сообщит в ментовку!

— Ничего подобного! Это дело вполне может заинтересовать его как журналиста! Он, знаешь, какой храбрый!

— А что? Неплохая идея! Но ты уверена, что он в Москве? Все-таки уже лето!

— А мы сейчас пойдем й позвоним ему!

— И что ты скажешь? Надо это обдумать, чтобы никто ничего не заподозрил! Ни телефонистка, ни случайный человек на почте…

— Придумала! Я скажу… Я буду говорить с ним так, как будто он не журналист, а врач, и ты едешь к врачу!

— Глупости! — фыркнул Денис. — На фиг нужен какой-то московский врач, когда я у твоей бабушки живу!

— Ой, вообще-то да! — воскликнула Муся.

— Надо просто позвонить и узнать, в Москве ли он. Если да, отправим Дениса к нему, и он уже в Москве ему позвонит и все сам расскажет! — предложила Виктоша. — Ты просто позвони ему, мол, как живете, как животик!

— Муся вспыхнула.

— Не могу ему так звонить! Не могу и все!

— Почему? — простодушно поинтересовался Денис.

— По кочану! — с неожиданной для нее грубостью ответила Муся.

— Ну тогда я сама ему позвоню! Большое дело! Мы с ним знакомы, так что… А, кстати, если ему я позвоню, он скорее догадается, что это неспроста! Ай да на почту, не будем время терять! А ты, Мусь, если не хочешь или стесняешься, можешь не ходить с нами. Мы и сами справимся.

— Нет, я пойду! — решительно заявила Муся. Не хватало еще, чтобы они говорили с Медынским без нее. А вдруг он захочет поговорить с ней? Услышать ее голос!

— На почте, к счастью, в этот час никого не было. Телефонистка вязала крючком красный свитерок своему сынишке.

— Кого я вижу, Мария! Привет!

— Здравствуйте, — вежливо ответила Муся.

— Родителям звонить пришла?

— Да нет, вот подруга хочет своему репетитору позвонить!

— Кому? — не поняла телефонистка.

— Ну, учителю своему!

— А! Ну давай, говори номер!

— Виктоша продиктовала ей номер домашнего телефона Медынского.

— Вика, а на всякий случай дай и его рабочий номер, вдруг он еще на работе! — подсказала Муся.

— Правильно! — кивнул Денис.

— Через минут пятнадцать телефонистка Роза сказала, что домашний телефон не отвечает, и вскоре соединила ее с редакцией.

— Алло! — закричала Виктоша. — Всеволод Григорьевич?

— Нет, — ответили ей, — его нет.

— Скажите, пожалуйста, он в Москве?

— Да, звоните завтра!

— Спасибо большое! — сказала Виктоша и положила трубку.

— Ну что? — накинулись на нее Муся с Денисом.

— Ничего! Сказали, звоните завтра!

— Значит, он в Москве! — проговорила Муся.

— Пошли отсюда! — прошипел Денис. — У этой телефонистки ушки на макушке!

— Они вышли на улицу.

— Раз он в Москве, то я прямо завтра и поеду!

— Денис, пока мы с ним не поговорили…

— Да с этой допотопной связью вы еще неделю будете его ловить! Только время потеряем!

— Смотрите! — вдруг прошептала Виктоша. Впереди них, как-то слегка подпрыгивая, шагал профессор в своей рыжей бейсболке.

— Куда это он чещет? — спросил Денис.

— Похоже, домой! — сказала Муся.

— Долго же он где-то таскался. И как это он так на долго своего Вальчушика бросил? Ой, да он пьяный! — догадалась Виктоша.

— Узнал, небось, что наркотики тю-тю, и надрался с горя! Над ним, наверное, тоже кто-то есть! Какой-нибудь самый крупный босс! — рассуждал Денис. — Вряд ли все-таки самый-самый главный будет торчать в Николо-Шири!

— Но он же тут отдыхает! — напомнила Муся.

— Ага, хороший отдых! Над ямой с кокаином!

— Между тем профессор добрел до деревянного мостика через Нендовку, ступил на него, облокотился на перила и «вдумчивым взглядом уставился на воду.

— Друзья приблизились к нему. Едва они ступили на шост, профессор поднял голову.

— А, молодые люди! Как жизнь?

— Спасибо, хорошо, — благонравно ответила Муся.

— Молодые люди, вы знаете такое старое слово, как вероломство?

— Вероломство? Знаем, конечно! — ответила за всех Вкктоша.

— Но у вас оно не в ходу? Вы, кажется, называете это просто — предательство? — слегка заплетающимся языком вопрошал профессор.

— Бывает, — односложно отвечал Денис.

— Вас кто-то предал? — озабоченно осведомилась Муся.

— Предал? Не то слово! Катастрофа! Меня не предали, меня ввергли в катастрофу! Катастрофу, я бы сказал, планетарного масштаба!

— Так уж и планетарного! — засмеялась Виктоша. — Вы не преувеличиваете?

— Профессор посмотрел на нее пьяными глазами и вдруг заплакал.

— В вашем возрасте легко говорить! В вашем возрасте меня тоже никто не предавал! И вообще, в наше время люди были куда порядочнее! Уходите, молодые люди, уходите! Не хватало только конфликта поколений! Я уже сыт конфликтами по горло! — Он внезапно со всех сил ударил кулаком по перилам и закричал: — К чертям собачьим! Пошли вон! Всех передушу, как котят! Сволочи! Предатели!

— Ребят как ветром сдуло! Они отбежали на приличное расстояние и остановились.

— Ага! Испугались! — засмеялся Денис.

— Еще бы!

— Да он же просто пьяный! Напился, понятное дело, с горя. Надо думать, какие бабки уплыли! Катастрофа планетарного масштаба!

— Обещал передушить нас, как котят! — возмутилась помешанная на кошках Муся. — Котят он, видите ли, душит! Сразу видно, преступный тип!

— А как насчет ауры? — сразу спросила Виктоша. — Ты что-то почувствовала?

— Муся задумалась.

— Не знаю! Опять ничего определенного сказать не могу. Вот у его жены аура хорошая…

— Однозначно? — усмехнулся Денис.

— Однозначно! — улыбнулась Муся. — А у него… есть там что-то плохое…

— Тут они заметили, что к ним быстрым шагом направляется жена профессора.

— Ребята, добрый вечер. Вы случайно моего мужа не видели?

— Добрый вечер! Видели! Он на мостике стоит! И ругается!

— Пьяный? — тихо спросила Валерия Васильевна. Казалось, она смущена этим обстоятельством.

— Пьяный! — решительно ответил Денис. А чего в самом деле церемонии разводить? Он действительно пьяный, этот преступник.

— Спасибо!

— И Валерия Васильевна быстро пошла назад, к дому. Видно, ей не хотелось встречаться раньше времени с пьяным мужем.

— Такая милая женщина! — воскликнула Виктоша. — И как она с ним живет!

— Интересно, а она подозревает о его второй жизни? — сказала Муся.

— Думаю, нет! — отозвался Денис. — Ей такое и в голову не вскакивает! Если б я своими глазами все не видел, своими ушами не слышал, я бы не поверил, что этот хлюпик может быть главарем банды! Да еще наркобанды! Ладно, черт с ним! Так что мы решаем насчет поездки? Когда и как я поеду в Москву? Времени терять нельзя!

— Но мы же не поговорили еще с Всеволодом Григорьевичем! — напомнила Муся.

— Но мы же знаем, что он в Москве! — стоял на своем Денис.

— Надо попытаться завтра днем дозвониться до него!

— Как же, дозвонишься отсюда! В редакцию! Как бы не так! Нет! Надо ехать! А там уж я его изловлю! С утра можно на чем-нибудь уехать?

— С утра? Нет, поезд только вечером будет!

— А автобус? Есть тут автобусы до Москвы?

— Автобусы? Только из Костромы!

— А до Костромы как можно добраться?

— Автобусом от Парфеньева!

— А сколько ехать?

— Если выехать отсюда рано утром, то до Москвы доберешься только ночью!

— Отлично! Так я и сделаю! Все-таки целая ночь в запасе будет!

— Нет! Что ты, Денис? А где же ты ночевать будешь? — заволновалась Муся.

— Ерунда! На вокзале переночую!

— Ни в коем случае! Ты поедешь завтра вечером на поезде и в шесть утра будешь в Москве! А то мало ли что с тобой может на вокзале случиться!

— Правильно, — поддержала ее Виктоша. — Эта ночь абсолютно ничего не решит!

— Может, вы и правы! — согласился Денис. Перспектива ночевать на вокзале не очень-то его прельщала. Вон по телеку сколько всяких ужасов о московских вокзалах показывают! Всякие там бомжи, и пьяницы, и бандиты! Ну их к дьяволу! Действительно, одна ночь ничего не решит, а так он приедет утром в Москву, выспавшийся, свеженький, и сразу возьмется за дело!

— На том и порешили.

Глава 8

Праздник в зоопарке

— Петя, для чего мы строили дачу? — трагическим голосом вопрошала мама.

— Понятия не имею! — буркнул Петька.

— Зато я имею! Мы строили дачу, чтобы наш сын хотя бы летом дышал свежим воздухом! Мы выращиваем овощи и фрукты, чтобы наш сын ел витамины!

— Ну, мам! Я же витамины ем!

— А свежий воздух?

— Я уже им надышался, а ж тошнит!

— Глупости, как может тошнить от свежего воздуха!

— Мамочка, пойми, я там от скуки умру! Там же одни пенсионеры и малышня! Даже словом не с кем перемолвиться!

— Почитал бы! Ты же очень мало читаешь! Одни дурацкие детективы.

— Неправда, я и другие книжки читаю! И кстати, мама, я хотел как раз набрать побольше книг. Обещаю, я покантуюсь денек в городе и приеду! Не волнуйся, приеду завтра вечером!

— Пожалуйста, набери книг поскорее и поедем вместе!

— Ну, мамочка!

— Да что тут у тебя за дела такие? Даша Лаврецкая наверняка на даче!

— А при чем тут Лаврецкая? — вскинулся Петька.

— Хорошо, — вдруг сдалась мама и сердито махнула рукой. — В конце концов делай как знаешь, а у меня больше нет сил с тобой спорить! Весь в отца! Только отец дачу обожает, а тебя туда калачом не заманишь!

— Может, в его возрасте я тоже буду дачу любить!

— Горе мое! Так и быть, оставайся! Но чтоб завтра вечером был на даче!

— Буду, мамочка, как штык! — радостно заверил ее Петька.

— На самом деле он собирался съездить на дачу к Дашке и Стасу. Узнать, нет ли каких новостей и вообще… Он уже давно не видел Лаврю.

— Едва за мамой закрылась дверь, Петька бросился к телефону — позвонить на всякий случай Стасу, а вдруг он в городе? Но там никто не ответил. И у Даши никто не подошел к телефону. Тогда он набрал номер Дашиной бабушки, Софьи Осиповны, но и ее дома не было. «Отлично, — решил Петька, — значит, они все на даче! Сделаю им сюрприз!» И в этот момент зазвонил телефон. Петька схватил трубку.

— Петь, это ты? — раздался смутно знакомый голос.

— Я, а кто говорит?

— Это Денис Русанов, ты меня помнишь?

— Денис? Ты где? — растерялся Петька. Меньше всего он ожидал звонка Дениса.

— Я в Москве! Мне очень нужно с тобой увидеться! Ты знаешь, где все? Я звоню, звоню…

— Все — это Дашка? — ревниво хмыкнул Петька.

— И Дашка, и Стас…

— Они на даче!

— Плохо… Очень плохо…

— А что стряслось?

— Это не телефонный разговор!

— Постой, а девчонки где? — встревоженно спросил Петька.

— Они остались в деревне!

— А ты, значит, приехал… По делу?

— Именно!

— Вы там что-то нарыли?

— Именно, нарыли! — усмехнулся Денис. — Но одному мне с этим не справиться! Я рассчитывал на одного человека, девчонки уверяли, что он в Москве…

— Погоди, Денис! Ты домой не заезжал?

— Конечно, нет!

— Тогда быстро записывай адрес и вали ко мне!

— Отлично! — обрадовался Денис. — А то я торчу тут с шести утра, как идиот! Звоню, звоню этому мужику, а его нет как нет! Давай, говори!

— Петька продиктовал ему адрес.

— Хорошо, тут не так далеко! — обрадовался Денис. — Жди!

Ну вот, — подумал Петька, — не зря я в городе остался, а на даче подыхал бы со скуки!» Нельзя сказать, что Денис так уж нравился Петьке, нет, скорее наоборот, но если человек обратился к нему за помощью… И потом, кажется, Дашка все-таки равнодушна к Денису, они, похоже, просто дружат… Еще бы, ведь они вместе поймали воровку бриллиантов в пятизвездочном отеле Дюссельдорфа. Такое сближает!

— Но вот в дверь позвонили. Петька бросился открывать, на пороге смущенно топтался Денис.

— Привет! — улыбнулся он. — Вот и я!

— Заходи! Есть хочешь?

— Очень! Я купил на вокзале пирожок, но он оказался несъедобным!

— Сейчас яичницу соорудим! Кола-као будешь?

— Буду, все буду! А руки помыть можно?

— Можно! И даже душ принять! Небось в дороге пропылился?

— Еще как! Спасибо! А какое полотенце можно взять?

— «Ишь ты, какой вежливый», — беззлобно подумал Петька.

— Когда Денис в одних трусах вышел из ванной, на кухне уже скворчала яичница с помидорами, любимая Петькина еда.

— О, как вкусно пахнет! Петь, послушай…

— Нет, за едой про это не будем, а то аппетит пропасть может. Ты ведь сказал, что нарыли что-то! Как бы не труп, а о трупах за едой — сам понимаешь!

— Нет, трупов пока нет! — засмеялся Денис. — Но могут быть!

— За едой они перебрасывались ничего не значащими фразами.

— Ну теперь выкладывай! — потребовал Петька, отодвигая тарелку.

— Ты Медынского знаешь?

— Более или менее. По-моему, Муська в него втюрилась. А что?

— Понимаешь, я к нему приехал. А его нет дома! В редакции сказали, что он уехал…

— А может, без него обойдемся?

— Да, если ты мне поможешь, запросто обойдемся!

— Ну, говори же, сил нет терпеть!

— Петя, мы нашли в лесу тайник! С наркотиками!

— Иди ты!

— Чтоб я сдох! И мы не только нашли, мы даже главаря знаем, можно сказать, друзья-соседи!

— Это в глухой деревне уже наркотой балуются!

— В деревне вроде пока не балуются, но тайник там был.

— Как был? Куда ж он делся?

— Мы его… ликвидировали!

— Как? — оторопел Петька. — Куда ж вы наркоту дели?

— В болоте утопили!

— В болоте? Утопили? А ты не врешь? Что это за тайник такой хреновый, что ребятня смогла весь запас в болоте утопить? — с сомнением поинтересовался Петька.

— Ты мне не веришь? — оскорбился Денис.

— Я-то верю, но… Сам посуди, звучит уж очень неправдоподобно. И потом, вы же утопили вещдоки!

— Да, это я уже потом сообразил! Но Муська так настаивала! Все требовала поскорее утопить эту отраву…

— Ну вообще ее можно понять. Хорошо, это потом. А сейчас скажи мне, кто у них главарь и откуда вы про него знаете?

— Денис подробно рассказал о профессоре в рыжей бейсболке, о Паше и Витьке, которые намерены были «заказать» профессора, о квартире на Верхней Красносельской.

— Да, впечатляет! — сказал наконец Петька, выслушав все. — Тут есть чем заняться! Здорово! Крупное дельце может получиться. Но только двоим нам тоже не справиться! Надо привлечь Лаврю и Стаса.

— Но они же на даче…

— Ну и что? Сейчас поедем к ним на дачу! Я все равно туда собирался!

— По делу?

— Не-а, просто так! Давно не виделись!

— Здорово! Едем скорее!

Даша с бабушкой варили земляничное варенье, на гголике рядом с плитой стояло блюдечко с пенками. Пенки предназначались для Дашиной мамы, Александры Павловны. Она их обожала. Сегодня Александра Павловна. в виде исключения, взяла отгул и решила один день провести на даче, с дочерью и мамой. Пока Даша и Софья Осиповна занимались земляникой, купленной на рынке, Александра Павловна лежала в шезлонге с кипой газет.

— Мама! — позвала ее Даша. — Иди пить чай с пенками!

— Дашка! Не хочу чаю! Налей мне лучше большую кружку молока и притащи сюда пенки! И захвати кусок хлеба, потолще!

— Мама, ну ты и лентяйка! — засмеялась Даша.

— Данчик, так неохота вставать, в кои-то веки могу расслабиться… А кстати, где твой Стас?

— А где твой Кирилл Юрьевич?

— Кирилл Юрьевич — отец Стаса. И у них с Дашиной мамой роман.

— Дашка, что за разговоры?

— Даша не ответила, повернулась и пошла к бабушке на кухню. Налила молоко в большую красивую кружку, отрезала кусок хлеба, взяла блюдечко с пенками, поставила все это на поднос.

— Куда это? — поинтересовалась Софья Осиповна.

— Туда, — недовольно буркнула Даша.

Она не ответила на мамин вопрос о Стасе потому, что и сама толком не знала, где он. Мама и отец Стаса сняли эту дачу пополам, на одной половине жили Даша с мамой и бабушкой, а на другой, где была лишь одна комната и маленькая застекленная веранда, — Стас с отцом. Входы у них были раздельные. И когда утром Даша постучалась к Смирниным, выяснилось, что Стаса нет дома. Даша рассердилась. Уходить, ни слова никому не сказав, — это свинство! У нее были кое-какие подозрения на этот счет. Три дня назад в поселке появилась новая девчонка, на год старше Даши. И похоже, Стасу она понравилась! Интересно, что он нашел в этой воображале? Кажется, она не в состоянии говорить ни о чем, кроме дискотек. Неужели Стасу с ней не скучно? Ничего, когда он вернется, она просто не будет с ним разговаривать. «Пусть пообщается со своей Светочкой, через два дня взвоет!» — мстительно думала Даша, подходя с подносом к маме.

— Вот, пожалуйста! — Она поставила поднос на табуретку рядом с шезлонгом.

— Ой, спасибо, солнышко! Какая прелесть эти пенки! Смотри, Данчик, к тебе гости!

— Даша обернулась. И опрометью бросилась к калитке.

— Привет! Вы откуда? Петька! Молодец, что приехал. Денис, постой, откуда ты? Тебя Борис привез?

— Привет, Лавря! У нас к тебе срочное дело! — прошептал Петька. — Надо поговорить! А где Стас?

— У нас тут не поговоришь! Пошли лучше на речку!

— А Стас? — допытывался Петька.

— Думаю, на речке мы и Стаса найдем! — холодно гказала Даша. — Хотя я бы не стала рассчитывать на него… Подождите, я купальник возьму!

— Даша кинулась в дом, схватила купальник, полотенце ж заскочила на кухню к бабушке.

— Даша, подожди, может, они голодные, почему сразу надо мчаться прочь из дома?

— Бабуль, мы после речки придем и тогда поедим! Ты нам что-нибудь вкусненькое сделай, ладно? Все, я побежала!

— Даша, ты куда? — крикнула ей вслед мама.

— Купаться!

— И Даша выскочила за калитку.

— Денис, откуда ты все-таки взялся?

— Не спеши, Лавря, сейчас он все тебе расскажет! — успокоил ее Петька.

— А может, лучше сначала Стаса найти? — предложил Денис. — Чтобы не повторять все лишний раз?

— Я же говорю — на Стаса нельзя рассчитывать! — холодно бросила Дашка. Она ревновала Стаса к этой дуре Светке, хотя вовсе не была в него влюблена. «Это дружеская ревность», — решила она.

— А почему? — полюбопытствовал Петька. — Девчонку, что ли, завел?

— Завел! Видели бы вы ее! Идиотка! Полная!

— В каком смысле? — заржал Петька. — Толстая?

— Петька, не глупи! Я сказала, что полная идиотка! Хотя и худая! Кожа да кости!

— Лавря, не злись! Я уверен, когда Стас узнает, какое у нас дело, он про эту полную худышку сразу забудет! — утешал ее Петька.

— Так будете рассказывать?

— Ладно! Давай, Денис, начинай!

— Выслушав рассказ Дениса, Даша пришла в странное волнение.

— Вы понимаете, что, кроме наркобанды, мы можем выйти еще и на киллера, а то и целый синдикат киллеров!

— Ага, как у Незнанского! У него такая книжка есть «Синдикат киллеров»! — восторженно воскликнул Петька. Как все-таки Лавря благотворно на него действует! Настроение сразу улучшается! И хочется совершать подвиги!

— Надо скорее найти Стаса! — решительно заявила Даша. — Не думаю, что он откажется от такого дела из-за какой-то Светки!

— Первый, кого они увидели на пляже, был Стас Смирнин. Он играл в волейбол с компанией ребят. Светка тоже играла с ними.

— Стас! — крикнула Даша.

— Но он не услышал и продолжал играть. Даше стало обидно.

— Сами его зовите! — буркнула она и, мгновенно скинув шорты и майку, кинулась в воду. Окунулась, проплыла несколько метров и принялась издалека наблюдать за происходящим.

— Денис и Петька подошли поближе к играющим. Стас их не замечал, так был увлечен игрой. Петька подобрался к нему совсем близко и, сложив руки рупором, рявкнул:

— Стас!

— От неожиданности Стас споткнулся.

— Петро! Ты что тут делаешь?

— И тут же он заметил Дениса.

— Денис? Какими судьбами? Что-то случилось?

— Да! Ты нам нужен! — заявил Петька.

— А Дашка где?

— Вон! Купается!

— И тут же к ним подскочила Светка.

— Стасик, ты будешь играть?

— Нет, у меня дело! Играйте пока без меня!

— Светка надула губки.

— Стасик, ты грубишь!

— Извини! Но у меня важное дело! — твердо повторил Стас.

— С этой малышней?

— Петька задохнулся от возмущения. Лавря, как всегда, права! Отвратительная девчонка!

— Стас не отреагировал. Он отошел с ребятами за куст, где лежало его полотенце.

— Садитесь, рассказывайте! Тут нас никто не подслушает!

— Денис уже в третий раз за сегодняшний день начал рассказывать всю историю.

— Да, дело серьезное! — заметил Стас. — Даже очень! Может, самое серьезное из всех наших дел! Тут надо все тщательно обдумать! Нельзя действовать наспех!

— Поспешишь — людей насмешишь! — кивнул в знак согласия Петька.

— И вот что, надо пойти домой! Папы нет, и мы сможем спокойно все обдумать на нашей половине! Даша! — закричал он. — Даша! Иди сюда! Скорее!

— Дашка пулей вылетела из воды. Что ж, она не ошиблась, Стас не променял их на Светку! Победа!

— Смотри, ты уже вся посинела! — укорил ее Стас и дал полотенце. — На, вытрись! — тоном старшего брата сказал он. — Сейчас идем домой! И будем совещаться!

— Посовещаешься там! — фыркнула Дашка. — Мама, бабушка! Они будут нас кормить!

— Ну и что? Поедим, а потом пойдем на нашу половину и спокойно все обсудим! Главное — придумать предлог, чтобы поехать в Москву!

— Вообще-то да, — согласилась Даша. — Меня так просто не отпустят!

— Я придумал! — воскликнул Петька. — Сейчас в Москве все время какие-то праздники! Скажем, что хотим поехать на праздник!

— На какой? — уточнила Дашка.

— А что, они спросят?

— Обязательно! Мама, когда не на работе, очень всем интересуется! И бабушка тоже, если им что-то не понра-вится, они меня точно не отпустят!

— Тогда скажем им… скажем им… что… — лихорадочно соображал Петька, — что… праздник будет в зоопарке! День защиты зверей!

— Гениально! — воскликнул Денис. — Это именно то, что нужно для мамы и бабушки! Очень тонкая мысль!

— Петька покосился на Дениса, не шутит ли он, но Денис и не думал шутить. «А он не такой уж плохой», — подумал Петька.

— Да, Петро, светлая идея! — заметил Стас.

— Петька, ты молодец! Ничего лучше нельзя было придумать! На такой праздник меня отпустят! Как пить дать!

— Когда они вернулись на дачу, Александра Павловна по-прежнему сидела в шезлонге.

— Как вода сегодня? — крикнула она.

— Теплая! Кайф! — крикнула в ответ Даша. — Мамочка, вот ребята приглашают нас со Стасиком на праздник в зоопарк!

— В какой зоопарк?

— Как в какой? В Московский! Там будет праздник — День защиты зверей! Я так хочу пойти, мамочка!

— И когда это?

— Сегодня и завтра!

— Что-то я ничего про этот праздник не слышала! — пожала плечами Александра Павловна.

— Ну мало ли что ты не слышала! — заволновалась Даша. — Мамочка, мне так хочется! Петька говорит, там можно будет со зверюшками фотографироваться! Ты же фотографировалась со львенком! Я тоже хочу!

— У них в доме на стене висела чудная фотография — совсем молоденькая Александра Павловна с львенком на руках в Берлинском зоопарке. Она всегда с удовольствием вспоминала, какой он был чудный, мягкий, тяжеленький…

— И ты собираешься ночевать в городе?

— А что особенного?

— Да нет, ничего. Пожалуй, действительно стоит поехать на такой праздник!

— Мамуля! Спасибо!

— Погоди, Даша, только сперва поешьте! А то к тебе гости приехали, а мы их даже ничем не угостили! Кстати, а Стас тоже поедет?

— Конечно!

— Хорошо, мне спокойнее будет!

— Александра Павловна решительно поднялась и направилась в дом. И тут же на крыльцо вышла Софья Осиповна.

— Что за праздник, ребятки?

— В защиту зверей! Благотворительный праздник в зоопарке! Весь сбор поступит в пользу хищников! — на ходу сочинял Петька.

— Почему именно хищников? — удивилась Софья Осиповна.

— Сегодня в пользу хищников, на благоустройство клеток! А завтра… в пользу бегемотов!

— Боже мой, как интересно! Я бы с удовольствием поехала с вами…

— «Только этого не хватало!» — одновременно подумали все четверо.

— Но увы… варенье, варенье, от него не отойдешь!

— А может, мама посмотрит за вареньем? — лукаво спросила Даша. Она заранее знала ответ!

— Мама? За вареньем? Мама и варенье — две вещи несовместимые, как гений и злодейство! — засмеялась бабушка. — Ну ничего, я думаю, такие праздники еще будут! Вряд ли два дня принесут зоопарку достаточно средств!

— Конечно! — воскликнул обрадованный Петька. — Обязательно! Еще будут праздники в пользу птиц, крокодилов… и этих… пресмыкающихся!

— Ну на праздник пресмыкающихся я, пожалуй, не пойду! — улыбнулась Софья Осиповна. — Я до них не охотница! Вот что, ребятки, мойте руки и за стол. Поедите и тогда езжайте!

— Наевшись вкуснейшей окрошки, они собрались в дорогу.

— Стасик, а папа в курсе твоих планов? — поинтересовалась Александра Павловна.

— Нет, я ему из Москвы позвоню, предупрежу!

— И будь добр, скажи ему, что я на даче! У меня к нему срочное дело!

— Передам, обязательно передам! — пообещал Стас, и они с Дашкой быстро обменялись понимающими взглядами. Ха! Срочное дело!

— Отойдя от дачи на некоторое расстояние, Дашка вдруг расхохоталась.

— Ты чего? — с удивлением посмотрели на нее мальчишки.

— Петька, признайся, ты про эту звериную благотворительность выдумал, да?

— Ага!

— Надо же, какая фантазия! Не просто праздник в зоопарке, а благотворительный! В духе времени, как говорится!

— А скажи, как они купились! На сто процентов! — ликовал Петька от Лавриной похвалы.

— Да, голова у тебя варит! — одобрительно заметил Денис. — Мне бы такое в жизни не выдумать!

— Ладно, это все хорошо, — прервал их веселье Стас. — Но с чего мы начнем?

— Наверное, надо для начала поглядеть, что это за дом, что за квартира, может, даже наведаться туда, — предложила Даша. — У нас же, кроме этого адреса, никаких других сведений нет. Прямо с вокзала туда и поедем, тем более, это близко.

— Даша права, нам теперь одна дорога — на Верхнюю Красносельскую. Вот только плохо…

— Что? — хором выкрикнули остальные.

— Они могут узнать Дениса!

— Да они ж меня не видели!

— Откуда ты знаешь? Допускаю, даже уверен, что в лесу они тебя не заметили, но ты можешь поручиться, что они не видели тебя в деревне, в райцентре или еще где-то?

— А если и видели! Ну и что? Я же в конце концов москвич и никогда этого не скрывал! Да и не обратят они на меня внимания, подумаешь, какой-то мальчишка! Очень я им нужен! Ты что, Стас!

— На тебя одного они, конечно, внимания не обратят, особенно, если ты не будешь лезть им на глаза… Но преждe всего надо додумать, кому и под каким предлогом сунуться в эту квартиру? Понимаете, если мы будем просто подкарауливать тех типов, можем потерять уйму времени! А вдруг они с киллером по телефону договорятся?

— По телефону? С киллером? Да так никто не делает!

— Почему? Запросто! Помните, в каком-то старом кино был квартирный маклер, который квартиры для конспирации кофточками называл, а комнаты — пуговицами? Так, может, у бандитов тоже такие условные слова есть? К примеру, я хочу заказать убийство — я хочу заказать такси! И все!

— Глупости! А имя? А условия? Нет, это вряд ли! — кипятился Петька. — Скорее всего они еще просто отлеживаются после такого перепугу! А вообще это не слабо — партию кокаина в болоте утопить! Круто!

— Но только мы должны раз и навсегда забыть об этом! — заметил Стас.

— Почему?

— Потому что если об этом хоть одна живая душа узнает, они запросто могут кого угодно из вас замочить! А то и всех троих в том же болоте утопят!

— Денис побледнел.

— Что, неохота в болоте тонуть? — усмехнулась Дашка.

— Знаете, я никогда не видел ничего более неприятного… и страшного, чем это болото! Видели бы вы, как оно засасывало эти пакеты, с таким мерзким чавканьем… Брр!

— Всем на минуту сделалось жутко.

— Давайте поклянемся, что никому про это не скажем! — предложила Даша.

— Нет, нельзя! Надо еще рассказать Медынскому! И потом, вдруг в милицию обратимся… — сказал Петька.

— Ни в коем случае! Никакой милиции! Даже Крашенникову нельзя про это говорить! — закричал Стас.

— Почему?

— Потому что он обязан будет кому-то доложить об этом, ведь если была партия наркотиков, а потом исчезла, предполагается, что ее куда-то дели! Никому и в голову не вскочит, что ее уничтожили какие-то подростки! Они начнут нас трясти, решат, что мы ее кому-то перепродали… Поймите, ведь невозможно это проверить! Из болота вещдоки не достанешь! Поэтому постараемся обойтись своими силами!

— Да, Стас прав! — согласился Денис. — Будем рассчитывать только на себя, тем более что Медынского нет! А если все-таки обратимся в милицию, то только поповоду заказного убийства! Про наркоту мы ничего не знаем!

Глава 9

Сдается квартира

Выйдя из метро, они пошли по Верхней Красносельской улице, потом свернули влево и наткнулись на нужный им дом. Он стоял торцом к улице, ничем не примечательный восьмиэтажный дом с четырьмя подъездами.

— Ну что, действуем по плану? — еще раз спросил Стас.

— Попробуем! — неуверенно отозвался Петька.

— Эх, Муську бы сюда сейчас! — вздохнула Даша. — Она бы пошла туда, всех загипнотизировала, и дело с концом!

— Не хочет Муська никого гипнотизировать! У нее принципы! — сказал Денис. — Что, ей трудно было этого профессора загипнотизировать? Так нет, ни за что, хоть тресни! Не желаю, говорит, свой дар зря расходовать на всяких мерзавцев!

— Может, она и права! — заметил Стас. — Но так или иначе, а ее здесь нет, значит, будем действовать сами. Идем, Даша! — Он взял Дашу за руку. — А вы ждите тут, к подъезду не подходите, а то видите, там старушенции сидят!

— Тогда лучше я одна пойду! — вызвалась Даша. — Заговорю со старушками, отвлеку их, а ты тем временем незаметно войдешь в подъезд! Так лучше будет!

— Правильно! — поддержал Дашу Петька.

— Даша не спеша направилась к старушкам.

— Здравствуйте! — весело приветствовала она старух. Их было трое.

— Две не ответили, только смерили Дашу косыми взглядами. А третья приветливо сказала:

— Здравствуй! Ты к кому?

— Да выходит, что к вам!

— Ко мне? — удивилась приветливая.

— Нет, ко всем! Вы не знаете, где тут живет… Слава Жеребкин? — сама не зная почему, брякнула Даша.

— Какой Слава? — насторожилась одна из старушек.

— Жеребкин, — неуверенно повторила Даша, чувствуя себя полной дурой.

— Погоди, милая, это какой такой Жеребкин? Уж не из «На-Ны» ли?

— Нет, что вы! Это однофамилец!

— Знаю, знаю! — сказала приветливая, только он не Жеребкин, а Жеребков! Тут он и живет, на третьем этаже. Но его дома нет!

— А я подожду! — обрадовалась Даша. — Можно мне тут сесть?

— Садись, милая, садись!

— Ой, а вы что, «На-Ной» увлекаетесь? — завела она разговор, краем глаза наблюдая за Стасом, который ждал, стоя за деревом.

— Я лично очень даже увлекаюсь! — сказала одна бабушка. — Еще бы не увлекаться, такие мальчишки — огонь! Только мне этот Слава-то Жеребкин не очень нравится, я больше Володечку Политова люблю! Красивенькой такой! Курносенькой!

— Даша чуть не умерла со смеху, но сдержалась. Вот так бабки!

— А по мне, — вступила в разговор другая, до сих пор молчавшая, — Володя Левкин лучше всех!

— Ну вы даете! — восхитилась Даша. — Вы что, их всех знаете?

— А чего ж нам не знать? — обиделась приветливая. — Мы, чай, тоже люди, телевидение смотрим. И если кто молодой и красивый, нам тоже приятно!

— Даша уже едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Она и вообразить себе не могла, что у «На-Ны» могут быть такие старые фанатки!

— Ой, милая, а ты часом не слыхала или в газете, может, читала, чем таким Володя Левкин болеет? Он как кепочку надел, так еще интереснее стал!

— Нет, я ничего не знаю!

— Жаль, хороший парень, молоденький, а болеет!

— За этим волнующим разговором старушки и не заметили, как в подъезд вошел Стас. Даша боялась, как бы не вернулся раньше времени Слава Жеребков. Бывают же такие совпадения!

— Стас должен был выяснить, на каком этаже находится квартира двадцать восемь, какая там дверь, куда выходят окна — словом, провести рекогносцировку. И вдруг из подъезда вышли двое мужчин довольно обшарпанного вида и двинулись по направлению к улице. За ними вылетел Стас и сломя голову бросился вслед. Вот он обогнал их и скрылся за углом, где поджидали Петька и Денис. «Они! Это они!» — сообразила Даша.

— Ладно, бабушки, извините, не буду я ждать, передумала!

— Однако старушки, увлеченные беседой о группе «На-На», почти не обратили на нее внимания. Даша тоже припустилась бегом. Но за углом ее дожидался только Денис.

— Это они? — выдохнула она.

— Они! Стас с Петькой пошли за ними! А меня не взяли!

— Куда они пошли? К метро?

— Да, в ту сторону!

— Бежим!

— Нет, нельзя!

— Денис, скорее, мы же можем тоже пригодиться, внимание будем отвлекать!

— Думаешь?

— Уверена! Бежим!

— Они кинулись в сторону метро. И вскоре заметили тех мужчин, бодро шагавших к троллейбусной остановке, а за ними, держась чуть поодаль, двигались Стас и Петька.

— Притормози! — скомандовала Даша, и Денис замедлил бег.

— Смотри, троллейбуса ждут! Это хорошо! — прошептал Денис. — А то, если бы поймали тачку, пиши пропало!

— Мы тоже сядем в троллейбус! — сказала Даша. — Только ты не очень-то суйся им на глаза!

— Зачем они мне сдались? У меня такая девочка, я только ею буду интересоваться!

— Почему-то Даша покраснела. И кокетливо повела плечом.

— Денис рассмеялся.

— Ты чего? — насторожилась Даша.

— Ничего! Просто так! А ты не сомневайся, ты правда красивая!

— Слушай, Денис, надень мою кепку!

— Зачем?

— Ты рыжий! Это бросается в глаза!

Рыжий в красной девчоночьей кепке еще больше будет бросаться в глаза.

Но тут подкатил троллейбус № 14, мужчины влезли в него, за ними Стас и Петька, а Даша с Денисом вошли через переднюю дверь. Народу в троллейбусе было довольно много.

— Мужчины, однако, успели занять места и теперь сидели. Стас навис над ними, держась за верхний поручень. А Петька отирался рядом.

— А нам далеко? — спросил Паша.

— Порядочно! — отвечал Витек. — До ВВЦ.

— Это чего?

— Бывшая ВДНХ.

— Выставка, что ль?

— Ага!

— Понятно!

И они надолго замолчали. Но зато теперь Стас был спокоен. До ВДНХ никуда они не денутся. И тут он заметил впереди Дашу с Денисом. Они стояли, и вид у них был, как у влюбленной парочки. Стас покосился на Петьку. Тот явно тоже их. Заметил и был мрачнее тучи. «Дурачок, — с жалостью подумал Стас. — Неужели не понимает, что они просто играют?» А Петька решил, что застал Лаврю врасплох! Она думает, что ее никто не видит! И теперь ему окончательно стало ясно, что Денис не годится в друзья. Все его мысли отражались на лице. Стас наконец сжалился над ним.

— Петь, гляди, как потрясно они парочку изображают! Высший класс! Прима-экстра!

— Что?

— Ты небось думаешь, что у них роман? Ничего подобного! Это театр!

— С чего ты взял? И вообще…

— Что я Дарью не знаю? Ей на этого Дениса плевать!

— Считаешь?

— Зуб даю! — рассмеялся Стас. — Он, конечно, к ней неровно дышит, но она… Нет, будь спок!

— Петька с благодарностью взглянул на старшего друга, а Стас был предельно умилен собственной чуткостью.

— Мужчины же все время молчали. И так же молча поднялись, когда пришло время выходить. Стас и Петька вышли за ними. Даша же с Денисом не сразу увидели их маневр и чуть было не уехали дальше, но в последний момент все-таки успели выскочить.

— Мужчины направились к переходу. Стас и Петька предпочли немного подождать. К ним подбежали Дашка и Денис.

— Они куда? — спросила Даша.

— На выставку! Не бойтесь, не уйдут! — успокоил их Стас. — Вы вот что, бегите скорее и опередите их! Мы пойдем сзади, а вы старайтесь держаться впереди!

— Понял! — сказал Денис, и они припустились бегом.

— Они с Дашей первыми оказались на территории выставки. И из-за киоска наблюдали за Пашей и Витьком. Витек держался довольно уверенно, а Паша, по-видимому, был тут первый раз.

— Может, сперва по пивку? — неуверенно предложил он. — Время-то еще есть. Навалом! Пить очень хочется!

— Давай, но только по одной! А то с пьяным клиентом они и говорить не пожелают!

— Он подошел к киоску, за которым прятались Денис и Даша.

— Девушка, две бутылки пива! По пол-литра!

— А вам какого? У нас выбор! Темного или светлого? Хотите «Балтику»? Очень хорошее пиво!

— Нам какое получше да подешевле!

— Тогда точно, берите «Балтику»!

— Черт, раньше пива не достанешь, а теперь от выбора спятить можно! — проворчал Витек, поднося ко рту открытую бутылку. — Ах, хорошо! Классное пиво!

— Да, хорошее, — угрюмо подтвердил Паша. — Может, еще по одной, а?

— Нет, Паша, потом! Дело сделаем и тогда уж оторвемся! Купим пивка, водяры, жратвы всякой красивой и завалимся к Зинке!

— Ох, Витя, не нравится Зинке, что мы к ней приехали! Ох, не нравится!

— Ничего, потерпит! Куда денется? А как Кузьмич дело сделает, так вернемся домой, чего нам тогда бояться? Идем, что ли?

— Погоди, Витя, а этот… Кузьмич, он сам…

— Да ты что! Тут цепочка длинная! Пока до исполнителя дойдет… Кузьмич только связной!

— Фью! И когда ж это будет? Когда домой вернуться сможем?

— Думаю, недельки через две, не раньше, пока дело сделают, пока все угомонится, пока до наших дойдет… Две недельки, а то и три…

— Вить, а может, хату какую-никакую снимем? А то Зинка просто волком смотрит? Как бы беды не было?

— Хату, говоришь, снять? А что, хорошее дело, мне нравится! Думаешь, мне самому у этой шалавы жить охота? Была нормальная баба, а сейчас совсем скурвилась! Ну ее! Сейчас переговорим с Кузьмичом и позвоним кое — кому, насчет хаты узнаем!

— Вить, давай сами!

— Чего?

— Хату найдем! Ну через газету там или как… Лучше, чтоб никто не знал, где мы… Так надежнее…

— Молоток, Паша! Соображаешь! Трусость она тоже вещь полезная! Ну хватит языком молоть! Пошли!

— «Да, — подумал Стас, — нельзя их упустить и за Кузьмичом тоже последить надо, вдруг удастся цепочку размотать?» Стас схватил за руку Петьку.

— Давай забежим вперед и пойдем им навстречу?

— Понял! — кивнул Петька.

— Они разбежались в разные стороны, потом сошлись вместе и не спеша двинулись навстречу Вите и Паше.

— Эй, пацаны! — крикнул вдруг Паша.

— Вы нам? — вежливо осведомился Стас.

— Ну да! Не знаете часом, который тут павильон машиностроения?

— Я не знаю! — выпалил Петька.

— Если я не ошибаюсь, это вон тот, со стеклянным куполом! — показал Стас. — Но я все-таки не ручаюсь!

— Ага, я вспомнил, с куполом, точно! — сказал Витек.

— И они разошлись.

— Здорово! — сказал Петька. — Теперь мы знаем, куда они идут! А где Лавря?

— Вон, красную кепку видишь?

— Ага, пошли!

— Даша с Денисом ловкими перебежками по боковым дорожкам то и дело оказывались впереди Паши и Вити. Те не обращали на них ни малейшего внимания. Но вот наконец и павильон машиностроения.

— Вон он, Кузьмич! — тихо сказал Витя своему спутнику.

— У стены павильона стоял мужичок с ноготок. При виде приятелей он едва заметно взмахнул рукой и медленно побрел по дорожке вдоль павильона. Витя с Пашей двинулись за ним, а Стас и Петька чуть поотстали.

— Он их куда-то ведет, в какое-нибудь укромное место! — догадался Петька. — Но нам за ними нельзя!

— Да, мы уже можем вызвать подозрения! — И Стас взмахнул платком, как было у словлено.

Даша с Денисом пропустили дружков вперед и пошли за ними, держась на почтительном расстоянии. Они шли по дорожкам мимо обветшавших заброшенных павильонов, в которых, однако, размещались какие-то фирмы, в основном торговые. И почему-то чуть ли не на всех постройках красовалась яркая надпись: «Мед».

— Даш, а почему тут везде медом торгуют?

— Понятия не имею! Наверное, чтобы жизнь медом казалась! А вообще тут идеальное место для всяких преступлений! Сколько заброшенных зданий…

— Между тем они очутились в той части территории, где народу было совсем мало.

— Плохо, мы в глаза бросаемся! — заметил Денис.

Кузьмич свернул на боковую дорожку, потом, пройдя еще немного вдоль пруда, вдруг резко взял влево, где стоял раскуроченный до остова трейлер, а за ним разросся дикий кустарник. Неподалеку находился деревянный, нежилой с виду дом, похожий на деревенский, с грязными окнами и маленьким палисадником. Вот в этот палисадник и привел приятелей Кузьмич. Там стояли полуразвалившийся деревянный стол и две лавки.

— Седайте, други! — сказал Кузьмич. — Тут нас ни кто не увидит, а следовательно, и не услышит! Место проверенное! Служащим сюда ходить незачем, а гуляющим не захочется!

— А если парочка какая забредет?

— Охота парочке в таком свинюшнике время проводить! Нет, дело верное, не первый раз уже пользуюсь! — заверил их Кузьмич.

— Но он не знал, что в кустах рядом засели Даша и Денис.

— Ну что? Выкладывайте!

— Кузьмич, ты как-то говорил, что… словом, надо замочить одного типа!

— А сами не справляетесь?

— Нет, нам надо, чтобы все было чисто! Мы в такую передрягу попали, что у нас один только выход!

— Ну коли надо, значит, надо! Все в наших руках! Но это дело недешевое! У вас как насчет бабок?

— Наберем! Ты скажи, сколько?

— Так это смотря за кого! За одного и двух кусков хватит, а за другого и десяти мало!

— Зелеными? — спросил Паша.

— Кузьмич смерил его презрительным взглядом.

— У нас счет на деревянные давно не идет! Итак, кого заказываете?

— Профессора!

— Кого?

— Профессора! Знаешь такого?

— Слыхал что-то! Только я про эти клички знать ничего не хочу. Мне это без надобности! Имя, фамилию, отчество! Желательно адрес!

— Московского адреса не знаем! А зовут… — Витя прошептал имя, отчество и фамилию прямо на ухо Кузьмичу.

— Хорошо! Я все понял! Ответ дам завтра. У вас телефон есть?

— Есть, но…

— Короче, позвонить туда можно?

— Можно, — нехотя согласился Витя. — А когда, чтоб мы дома были!

— От четырех до пяти!

— Утра? — испугался Паша.

— Вить, он у тебя что, недоразвитый? — ехидно поинтересовался Кузьмич.

— Да ладно, не обращай внимания!

— Все! Я пошел! Ждите звонка! И не рассусоливайте, когда позвоню. Скажу так: «Да! Согласен на центр! Это будет значить — две штуки. Если согласен на окраину — пять, а если согласен на Подмосковье — десять кусков!» Поняли?

— Чего ж тут не понять! — хмыкнул Витя. — И когда можно рассчитывать?

— Недели через две, не раньше! И кстати, если мы возьмем дело, понадобится аванс!

— Сколько?

— В зависимости от категории… Я скажу, задаток такой-то! Все, ребя, я пошел! Вы минут через десять, не раньше!

— Ладно, до скорого!

— Кузьмич больше ничего не сказал и быстро пошел прочь. Даша успела заметить, как за ним устремился невесть откуда взявшийся Петька.

— Да, — проговорил немного погодя Паша. — Хреновые наши дела. Неизвестно, кто кого раньше ухлопает!

— Не вешай нос, Паша. Кузьмич надежный мужик, а если даже придется отслюнить ему десяток кусков, то на такое дело не жалко. Ты прав, Паша, квартирку надо подыскать! Первым делом! А то как бы Зинка и вправду не напакостила! Ну что, двинули? Прошло десять минут?

— Восемь!

— Это уже без разницы. Пошли, посидим где-нибудь, похаваем, пивка еще пропустим! Душа горит!

— Они поднялись и побрели вдоль пруда.

— Что будем делать? — спросила Даша.

— Пойдем за ними!

— В пивную?

— Даш, у меня идея! Надо им квартиру найти, тогда они от нас не уйдут!

— Это было бы здорово, но где ее найдешь? Пошли, проследим все ж, где они осядут!

— Они выбрались из укрытия и тут же наткнулись на Стаса.

— Вот вы где! А я вас потерял! Узнали что-нибудь?

— Еще сколько!

— Куда они?

— В ресторан, наверное, хотят поесть и пива выпить! — сообщила Даша. — Я, кстати, тоже пить хочу! А Петька где?

— Он пошел за этим недомерком!

— А ты?

— Он так быстро сиганул за ним, что мне уже глупо было бросаться вдогонку!

— Паша с Витей зашли в один из многочисленных летних ресторанов на территории ВВЦ.

— Боюсь, они тут долго просидят! — вздохнул Стас. — Пошли, тоже посидим, попьем чего-нибудь.

— А я мороженого хочу! — заявила Даша.

— Будет тебе мороженое! — улыбнулся Стас.

— И воды! Холодной!

— Денис, а ты? Будешь мороженое?

— Буду! Только, чур, мы скинемся!

— Конечно! — закричала Даша. — — У меня тоже деньги есть!

— С девчонок не берем! — разом сказали Денис и Стас.

— Они сели под зонтиком неподалеку от ресторана, где обедали Витя с Пашей. Наслаждаясь мороженым и ледяной кока-колой, Даша с Денисом рассказали Стасу все, что им удалось узнать.

— Меня одно очень удивляет, — признался Денис, — почему он сказал, что не знает адреса профессора. Даже я знаю, где он сейчас находится.

— Это действительно странно! А может, ты знаешь, а они нет? Разве такое невозможно?

— Конечно, нет! Абсолютно невозможно! Там этого профессора каждая собака в округе знает! Каждая! Буквально!

— А может, эти киллеры убивают только здесь, в городе, а московский адрес профессора им неизвестен? — предположил Стас.

— Что за ерунда! — воскликнула Даша. — Если они такие бабки берут за убийство, то, наверное, выезжают куда надо!

— Не скажи! Очень может быть, что в деревне укокошить профессора гораздо труднее, чем в Москве. Сколько тут народу и сколько в деревне, сравни! Там каждый новый человек как на ладони! — возразил Стас.

— Да, похоже, братишка, ты прав! Да, Стасик, вот бы нам квартиру им найти! Представляешь, как было бы здорово!

— Да, это была бы лафа! Но легко сказать…

— Петька наверняка что-нибудь удумал бы… Но когда еще мы с ним встретимся, он может за этим Кузьмичом долго таскаться!

— И словно в ответ на ее слова перед ними вырос Петька собственной персоной!

— Вот вы где! Насилу нашел!

— Ну, ты даешь! Настоящий сыщик! — обрадовалась Даша. — Как ты нас обнаружил?

— Дедукция с интуицией!

— Гремучая смесь! — засмеялся Стас. — А Дарья вот только что тосковала: нам бы Петьку сюда!

— Петька с благодарностью взглянул на Дашу.

— А где эти? — спросил он.

— Обедают! Вон там! Мороженого хочешь? — спросил Стас.

— Хочу!

— А где этот коротышка?

— Не знаю! Он испарился!

— Как? Где?

— Я его до метро довел, обрадовался, что он без машины, думал, до дому доведу, и вдруг он как сквозь землю провалился. Буквально был и нету!

— Ты, наверное, отвлекся! — предположила Даша.

— Ни фига я не отвлекался! Просто я не мог держать его за шиворот, а он… Ну, словом, упустил я его! — мужественно признался Петька. — А какие ваши успехи?

— Ему быстро рассказали все новости. Услыхав про квартиру, Петька задумался.

— Есть вообще-то одна идея… Надо только позвонить…

— Какая идея?

— Кому позвонить?

— Веронике! Веронике Леопольдовне! Помните? Она в одном подъезде с моими бабками живет!

— Это редакторша детективная? — вспомнил Стас.

— Ну да! Она такая клевая тетка! Обязательно что-нибудь придумает!

— И ты собираешься ей все рассказать? А если она твоим бабкам растреплет? — спросил Денис.

— Кто? Вероника? Она ничего не растреплет! Железная тетка! И потом необязательно ей все рассказывать, хватит и второй половины! Я иду звонить?

— Я с тобой! — вызвалась Даша.

— Денис скривился.

— Идем, Лавря!

— Они довольно быстро отыскали телефон-автомат.

— Даш, я буду говорить, а ты гляди, чтоб никто не подслушал.

— Если тебе не придется орать во всю глотку, а то эти автоматы…

— Петька набрал номер. Вероника Леопольдовна сразу же сняла трубку, словно дожидалась звонка.

— Вероника Леопольдовна, здравствуйте!

— Здравствуй, Петенька!

— Ой, вы меня с ходу узнали…

— У меня первоклассная память на голоса, стоит один раз услышать… Что, Петенька, ты просто так или у тебя дело?

— Дело!

— Интересное?

— Очень даже!

— Говорить можешь? Или надо встретиться?

— Встретиться, конечно, надо, но сейчас очень мало времени… Вероника Леопольдовна, вы не знаете, никто не сдает квартиру? Желательно пустую…

— В каком смысле пустую?

— Ну чтоб поменьше вещей всяких, а то…

— А то что? Они пропасть могут?

— Не думаю, конечно, но… Всякое бывает!

— Для кого квартира? Для твоих знакомых?

— Нет! Они не мои знакомые…

— Они подозреваемые?

— В общем, да!

— И ты хотел бы, чтобы они были, так сказать, под присмотром? Верно?

— Ну вы даете! Верно!

— И, насколько я понимаю, время не терпит?

— Именно!

— Ты так отрывисто говоришь… Ты что, из автомата?

— Да!

— И первым делом вспомнил обо мне?

— Именно!

— Умница! Молодец! И я тебя не подведу! Есть у меня такая квартира!

— Вероника Леопольдовна! Вы…

— Это все потом! Квартира на моей площадке! Мои соседи уехали за границу, ключи оставили мне, сказали, что, если ко мне кто-то приедет, я вполне могу поселить гостей у них! А красть там совершенно нечего! Так что приводи этих типов сюда, я за ними и пригляжу!

— У меня нет слов!

— И не надо! — рассмеялась Вероника Леопольдовна. — Меньше слов — больше дела!

— Едва Петька повесил трубку, как Даша подскочила к нему.

— Получилось?

— Ага!

— Обалдеть! Потрясная тетка!

— И представляешь, она будет за ними присматривать! Это квартира ее соседей! Ой, мы же о цене не договорились! Хотя ладно, это успеется! Эх, напечатать бы не сколько объявлений! Для понта!

— Ерунда, можно от руки написать!

— Правильно!

Они вернулись к столику, Стас очень аккуратно вырвал несколько листков из своей записной книжки, и Даша красивым, четким почерком написала несколько объявлений. Сдается квартира в доме на Можайском шоссе и так далее. Когда объявления были готовы, она сказала:

— Так! Сейчас я пойду в этот ресторан и попробую всучить им это объявление.

— Смотри не перестарайся!

— Как-нибудь!

Даша надвинула на лицо красную кепочку и решительно направилась к ресторану. Петька побежал за ней. Посмотреть, что она станет делать. Даша вошла, осмотрелась. Сразу же заметила, где сидят Витя и Паша, потом оглядела других посетителей. Их было немного. Немолодая пара — миловидная, хорошо одетая женщина и крепкий, очень загорелый мужчина. Они смотрели друг на друга с такой нежностью, что Даша подумала: кажется, тоже влюбленные. Черт, неужели и вправду любви все возрасты покорны? Хотя чему она удивляется? Ее собственная бабушка постоянно в кого-нибудь влюблена. И вокруг нее всегда много поклонников. А еще в ресторане сидели две женщины средних лет и пили шампанское.

— Сдается квартира! Сдается квартира! — сказала Даша довольно громко. — Никто не нуждается в жилье? — И потрясла объявлениями.

— Витя прислушался. Даша сделала шаг в сторону, но тут вдруг откуда-то выскочил официант.

— А ну, пошла отсюда! Только этого не хватало! Тут приличное заведение! Нечего, нечего, катись, пока я милицию не вызвал.

— Он схватил Дашу за шиворот и подтолкнул коленкой. Она как ошпаренная выскочила наружу! Но за ней тут же выбежал Витя.

— Эй, девочка, постой!

— Это вы мне?

— Ну да! У тебя квартира сдается?

— Не у меня, но…

— Неважно! Что за квартира, где? Сколько стоит?

— Ничего не знаю! Вот телефон, звоните!

— Даша протянула ему объявление.

— Ага, кажется, это то, что надо! Слушай, знаешь что, вот тебе двадцать рублей…

— Зачем? — удивилась Даша.

— Чтобы ты в течение часа никому больше это объявление не давала. Пойдет?

— Даша задумалась.

— Хорошо, вот возьми пятьдесят!

— И он сунул ей в руку пятидесятирублевую бумажку.

— Спасибо, дяденька! Я два часа никому это объявление не дам! Вам двух часов хватит?

— Хватит-хватит! Есть тут поблизости телефон?

— Ага, вон там, видите? А у вас жетончик есть? А то могу дать!

— Дай на всякий случай!

— Он взял у Даши жетон и направился к автомату. За ним на некотором расстоянии последовал Петька. Даша вернулась к столику.

— Получилось? — разом спросили Стас и Денис.

— Вроде да! И вот еще на мороженое заработала!

— Вскоре к ним подбежал и Петька.

— Порядок! Договорились! Сейчас доедят-допьют и поедут прямиком к Веронике! Сработало!

Глава 10

Нежданный гость

— Как куда же все-таки девался Денис? — допытывалась Ефросинья Макаровна.

— В Москву поехал! По делу!

— А он вернется?

— Обязательно! — заверили ее девочки.

— Странно как… Уехал, не попрощался…

— Бабушка, так тебя же дома не было! Все произошло так быстро… Он позвонил брату, тот велел ему немедленно выезжать, ну и… — смущенно бормотала Муся. Она ненавидела врать.

— С утра девочки отправились в лес за грибами, которых оказалось великое множество, и вот теперь они сидели на крыльце и резали грибы для сушки.

— Никогда столько грибов не видела! Обалдеть! — восхищенно сказала Виктоша. — Вот мама обрадуется, когда я ей сухих грибов привезу! Она обожает грибной суп, но всегда говорит: боюсь покупать на улице, кто знает, где эти грибы собирали!

— Ну тут уж твоя мама может быть спокойна!

— Еще бы!

— А вот интересно… — задушевным тоном начала Муся.

— «Сейчас про Медынского заговорит», — догадалась Виктоша.

— Интересно, Денис уже встретился с Всеволодом Григорьевичем?

— Может, и нет! Его ведь трудно застать, твоего Медынского!

— Но что же он тогда будет делать? — всполошилась Муся.

— На самый худой конец позвонит брату! У него не такое уж безвыходное положение!

— Но он ведь не хотел говорить брату!

— Я же сказала — на самый худой конец!

— Да, но брат же ничем ему не сможет помочь!

— Муська, прекрати паниковать! Может, он давно уже сидит в редакции у твоего Медынского и они разрабатывают план действий!

— Может быть, может быть, — задумчиво проговорила Муся. — Знаешь, Вика, мне отчего-то кажется, что Всеволод Григорьевич совсем-совсем близко!

— Как? — открыла рот Виктоша.

— Наверное, это оттого, что он сейчас с Денисом, и таким образом…

— И таким образом тебе что-то передается? На таком расстоянии? Ну, ты сильна! Вот что значит любовь!

— Да, Вика, любовь это… Помнишь, что я вытворяла в Склифе? Это все от любви…

— Ерунда! Ты и без любви такое вытворяла! Помнишь, как ты на даче всех бандитов усыпила? Там о любви и речи не было! Все, Муська, грибы кончились!

— Давай их сейчас на нитки низать будем!

— Давай!

— Где-то за домом затормозила машина и сейчас же громко залаял Кортик.

— Кто-то приехал! — сказала Муся. — Чужой!

— Она подняла глаза и ахнула. У калитки стоял Медынский. Он смотрел на Мусю и улыбался.

— Всеволод Григорьевич! — выдохнула Муся. — Вы?

— Я! — радостно смеялся он. — Я же обещал вам стол сколотить, но все никак не мог вырваться. А тут случайно одно дело отложилось на осень, ну я и решил махнуть сюда на недельку! Не прогоните? О! Здравствуй, Виктория!

— Заходите, заходите! — засуетилась Муся.

— Ого! Сколько грибов! Сами собирали? — спросил Медынский.

— Да, конечно… Вы любите грибы?

— Обожаю! И собирать, и есть!

— Ой вы, наверное, голодный! — всплеснула руками Муся.

— Да нет!

— Молока хотите?

— Молока хочу! А бабушка где? Все по лесу бродит?

— Ну, конечно. Я сейчас!

— Между прочим, — начала Виктоша, — Муська мне десять минут назад говорила, что чувствует ваше приближение!

— Меня это не удивляет! Она еще и не такое чувствует!

— Ой! Всеволод Григорьевич, а Денис вам, значит, не дозвонился?

— Какой Денис?

— Так я и знала! — воскликнула Виктоша. — Всеволод Григорьевич, тут такое творится! — зашептала она.

— Что? Опять? Да что ж это вам неймется? Даже здесь умудрились что-то нарыть?

— Ой не говорите!

— Но тут вернулась запыхавшаяся Муська с крынкой молока и буханкой серого хлеба.

— Мусь, а ведь Денис теперь уж точно не найдет Всеволода Григорьевича.

— А? Что? — Муська точно очнулась от сна. — Ты о чем, Вика?

— Как о чем? О Денисе!

— Ах да!

— Пока Медынский с наслаждением пил молоко, Виктоша едва слышно прошипела:

— Очнись, малахольная! Так нельзя! Он же все поймет! Совсем крыша поехала!

— Да-да, ты права, Вика. Я постараюсь…

— Вы чего там шепчетесь? — полюбопытствовал Медынский.

— Да вот, Муська размышляет, чем вас еще угощать! — объяснила Виктоша. — Вы не думайте, мы знаем, что шептаться неприлично!

— Действительно! — засмеялся Медынский. — Ох, дочего же тут хорошо! А воздух — с ума сойти. Его просто пить можно, как это молоко. Ну, спасибо, это было вкусно! А теперь, девочки, выкладывайте, что тут у вас.

— Не успели девочки и рта раскрыть, как у калитки появился Степка.

— Наше вам с кисточкой! — начал он. — А Денис где?

— Привет! Денис уехал! — сообщила Виктоша.

— Как уехал? — ахнул Степка. — Когда?

— Вчера. А в чем дело?

— Куда уехал? — ответил вопросом на вопрос Степка.

— В Москву.

— Насовсем?

— Нет, должен скоро вернуться.

— А… Ну, я пошел!

— «Ясно, — подумал Степка, — на Петровку поехал, у него же там знакомые… Жалко, у меня такие новости… Но не говорить же про это с девчонками, хоть Денис вроде бы от них ничего не скрывал… Ладно, время терпит…»

— Какой забавный малый! — сказал Всеволод Григорьевич. Он пребывал в отличном настроении. С тех пор, как полгода назад Муся привезла его сюда, измученного, раненного, преследуемого бандитами, и он месяц прожил тут под неусыпным присмотром Ефросиньи Макаровны, которая ходила за ним, как за родным сыном, поила травами, лечила какими-то примочками, он почувствовал, что на этом свете у него появились родные люди. Эта странная, необычайно чистая девочка и старуха-знахарка словно заменили ему семью, родных, которых у него не было. И он рвался сюда, в деревню. Казалось, каждый глоток этого воздуха возвращает ему силы, потраченные в суматошной жизни огромного города. И потому он инстинктивно старался отодвинуть разговор о том, что же узнали тут девочки. Но они смотрели на него с такой надеждой! — Ну так что? Будете рассказывать?

— Всеволод Григорьевич! — решительно начала Виктоша, в то время как Муська сидела с блаженно-отсутствующим видом. — Мы утопили в болоте партию наркотиков!

— Что? — ошалел Медынский. — Что ты сказала?

— Ой, я не с того начала… Понимаете, Денис случайно встретил в лесу наркокурьеров…

— Виктория, голубушка, нельзя ли попроще? — взмолился Медынский. — Я ничего не понимаю!

— Но тут Муся очнулась.

— Погоди, Вика, я сама! Так вот, Всеволод Григорьевич, Денис гулял с бабушкой в лесу, она устала и села отдохнуть, а он бродил по лесу и вдруг услыхал разговор двух мужчин и увидел, как они вскрывали тайник. Отодвинули куст и что-то достали из ямы под ним. Естественно, ему стало интересно, что же там такое. И еще: одного человека он разглядел, а другого запомнил только по рыжей замшевой бейсболке.

— Очень интересно! Давай дальше!

— Он примчался за нами, и мы втроем пошли к этому тайнику. И оказалось, что там — наркотики! Самые настоящие, кокаин!

— Откуда вы знаете, что именно кокаин?

— Денис утверждал…

— Понятно!

— На другой день опять пришли двое, уже другие, и забрали еще один пакет… А потом мы встретили человека в рыжей замшевой бейсболке…

— И кто же он?

— Московский профессор химии, у которого тут дом… Анатолий Николаевич Филатов.

— Ничего себе! — присвистнул Медынский.

— И тогда Муська решила, что мы должны эти наркотики уничтожить, чтобы как можно меньше людей от них пострадало, — вмешалась Виктоша. — И мы утопили в болоте двенадцать килограммов!

— Утопили в болоте? Ну и молодцы же вы! С ума сойти! Утопили в болоте! Ничего не скажешь — красиво!

— Но что же нам было делать? Ведь каждый килограмм этой дряни губит сотни жизней! — несколько высокопарно проговорила Муся.

— Ты, как всегда, права, Мария, — улыбнулся Медынский. — А что же дальше?

— Девочки, перебивая друг друга, рассказали Медынскому все, вплоть до подвала с костями в неизвестном доме профессора и его пьяных воплей о катастрофе планетарного масштаба.

— Да, история… Значит, этот мальчик поехал в Москву, рассчитывая на меня? А я… Придется вернуться!

— Нет! — решительно возразила Муся. — Нет! Ему есть на кого рассчитывать, кроме вас! Он же москвич, не пропадет!

— «Ну и Муська, — подумала Виктоша, — всех готова в жертву своему Севочке принести…»

— Всеволод Григорьевич! Вам не нужно никуда уезжать, вы здесь тоже можете пригодиться! Ведь профессор здесь!

— Ладно, уговорила! — засмеялся Медынский. — Но хотелось бы все-таки убедиться… Кому-нибудь позвонить?

— Не знаю, вообще-то вроде бы все на даче, но мы попробуем. Вечером пойдем на почту и позвоним! Я уверена, с Денисом все в порядке, я чувствую!

— Правда? — осторожно спросила Виктоша.

— Конечно, правда! Я бы не говорила…

— Ну если ты чувствуешь, тогда да… Я остаюсь! И намерен не только вашими преступниками заниматься, но и сколотить стол!

— Бабушка уже просила плотника… Он обещал…

— Ерунда! Я еще тогда, зимой, доски подобрал в сарае, и столбики там есть! Прямо сейчас и начнем! Выбирайте, барышни, место! Чтобы удобно было еду из доманосить и чтобы тенек в жару был!

— Лучше всего вон там, под яблоней! — сказала счастливая Муська.

— А если яблоко по башке стукнет? Мы ведь второй раз закон земного тяготения не откроем!

— Не беда! Тогда мы просто съедим это яблоко! И потом, яблоки еще не скоро будут!

— Виктоша изумленно взирала на подругу. Ее нельзя было узнать. Глаза сияли, щеки нежно розовели, а какая улыбка… В книжках про такую улыбку обязательно написали бы — пленительная! Она же настоящая красавица! «Кто бы мог подумать! Неужели от любви можно так похорошеть? Тогда я должна немедленно в кого-то влюбиться! Но не здесь же, в кого тут влюбляться? И вообще, по заказу не влюбишься… — грустно размышляла Виктоша. — Как поется в маминой любимой песне, „любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь…“.

— Виктория, ты чего такая грустная? — весело осведомился Медынский. — Ты случайно не заснула? Просыпайся, просыпайся, нам нужен твой совет!

— А? Что? Какой совет?

— Где лучше стол поставить?

— Надо у Ефросиньи Макаровны спросить, она лучше знает!

— Пожалуй, ты права! А мы с тобой, Мария, забыли, что поспешишь — людей насмешишь!

— Ерунда! — засмеялась Муся. — В таком случае надо поставить его там, где он раньше был, только и всего! Ведь там-то уж точно бабушка место выбирала.

— Мария, а ты и вправду мудрая!

— И они вновь словно бы забыли о Виктоше.

— «Интересно, — думала она, — он что, тоже в Муську влюблен? Да вроде бы нет… Просто радуется человек, что приехал в деревню, на свежий воздух… Наверное, надо оставить их вдвоем…»

— Знаете что, вы тут столом занимайтесь, а я на речку пойду, все равно от меня никакого толку!

— Вика! Ну почему?

— Вот что, девочки, ступайте на речку! А я пока столбики врою и приду к вам! Столешницу сколочу потом!

— Нет, я подожду… — смущенно проговорила Муся.

— Я пошла! — Виктоша сорвала с веревки свое полотенце и купальник. — До скорого!

— Что это с ней? — спросил Медынский.

— Она очень купаться любит! — простодушно сообщила Муся. От счастья она ничего вокруг себя не замечала.

— А!

— По дороге на речку Виктоша немного успокоилась и сказала себе: нельзя завидовать подруге, и вообще завидовать — плохо! Сегодня Муська счастлива, а в другой раз я буду счастлива… Одновременно все не могут быть счастливыми…

— Вика, здравствуй! — окликнула девочку Валерия Васильевна. — Ты чего такая грустная?

— Здравствуйте, я не грустная, я просто задумалась… Валерия Васильевна сидела на траве у речки. Загорала.

— Садись, поболтаем! — пригласила она.

— Виктоша обрадовалась. Валерия Васильевна нравилась ей, и потом, может, она что-то новое узнает о профессоре…

— А вы купались? Как вода?

— Чудная! Пойди, окунись, если хочешь…

— Да нет, я потом!

— А где же твоя подружка?

— К ним знакомый из Москвы приехал. Они потом придут!

— Понятно…

— Валерия Васильевна, вот вы как-то сказали, что вам тут не нравится. Почему?

— Да я уж говорила, что не люблю деревенскую жизнь, не по вкусу она мне, понимаешь? Этот дом, в котором все время надо что-то чинить, воду приходится из колодца таскать, уборная в огороде… Ну не хозяйственная я, что поделаешь? Конечно, воздух тут хороший, солнышко приятное, лес… Но я ведь тут вроде хозяйка дома, а хочу быть дачницей! — засмеялась вдруг она. — Раньше бы в кино я с такими речами обязательно была бы отрицательной героиней, но я просто в моем возрасте не считаю нужным притворяться! А ты меня осуждаешь?

— Нет, что вы!

— Ну ничего, еще несколько дней, и я уеду!

— Куда?

— В Анталию! Вот где рай!

— Понимаю, вы по своей природе городская жительница!

— Вот именно! Хотя это странно, корни у меня самые что ни на есть крестьянские, а вот поди ж ты! А тебе, я вижу, тут все нравится?

— Вообще-то да! — призналась Виктоша. — Я первый раз в деревне, я имею в виду в настоящей деревне, а не в дачном поселке!

— Вальчушик! Ты где? — донесся голос профессора.

— О, господи! — вздохнула Валерия Васильевна. — Знаешь, Вика, никогда не выходи замуж за человека, который на тебе помешан.

— Почему? — У Виктоши загорелись глаза. Разговор обещал быть интересным.

— Но тут подбежал профессор.

— Вальчушик! Ты не хочешь поехать со мной в Парфеньево?

— Нет. Не хочу!

— Но почему?

— Что я там забыла? Опять таскаться по пыли? Нет, уволь!

— Ну, Вальчушик, мне не хочется тебя одну оставлять! — надул губы профессор.

— Я не одна, как видишь! — сухо произнесла Валерия Васильевна. И не смогла сдержать раздражения. — Я не поеду! Все!

— Ну, Вальчушик, пожалуйста!

— Я, кажется, русским языком сказала — нет!

— Жаль, очень жаль, — пробормотал профессор и быстро скрылся.

— «Как странно, — думала Виктоша, — чтобы такой тип, убийца, главарь наркомафии так унижался перед женой!»

— Извини, Вика, что пришлось при тебе выяснять отношения.

— Да нет! Что вы! — смутилась Виктоша. Но немного погодя все же не удержалась от вопроса: — Валерия Васильевна, а вот вы сказали — нельзя выходить замуж за того, кто на тебе помешан… Почему?

— Потому что это скучно! Такая тоска, что выть хочется!

— Скучно? — поразилась Вика.

— Ну да! Когда тебя обожают двадцать четыре часа в сутки, от этого можно озвереть! Поверь мне, Вика, это так… Анатолий Николаевич у меня второй муж. Первый, мне казалось, недостаточно меня любит, вот я и ушла от него к Толе. И попала пальцем в небо!

— Как интересно, Валерия Васильевна! — воскликнула Виктоша. — А если наоборот?

— Что наоборот?

— Если женщина помешана на своем муже?

— Такой же кошмар! И скорее всего муж от такой женщины сбежит!

— Внезапно перед ними вырос Степка. Он потоптался немного и, поймав взгляд Виктоши, смущенно сказал:

— Слушай, надо поговорить!

— Степа, здравствуй! — сказала Валерия Васильевна.

— Здрасьте, тетя Лера! — тут же отозвался Степка. — Извиняйте!

— Ладно, вы тут побеседуйте, а я пойду искупаюсь!

— Валерия Васильевна пошла к воде.

— Чего тебе? — не слишком любезно спросила Виктоша, раздраженная тем, что прервался разговор.

— Денис правда в Москве?

— Правда. А что?

— Понимаешь, я вроде узнал…

— Что ты узнал?

— Про второй дом!

— Какой дом?

— Где кости… ну, это, в цементе! Профессорский дом, другой… Понимаешь?

— Да, конечно! И где же?

— В Москве или, вернее, под Москвой!

— Но где? Где? Подмосковье большое!

— Точно еще не знаю!

— А откуда такие сведения?

— Я слыхал! Профессор этот говорил одному мужику в пивной в Парфеньеве… что у него дача под Москвой есть…

— Да? Очень интересно! А как ты в пивную-то попал?

— С папкой!

— А…

— Как ты думаешь, это может пригодиться?

— Может! Еще как может! Ты молодчина, Степа!

— А Денис меня не заругает?

— За что?

— За то, что я тебе сказал…

— Нет, что ты! Еще спасибо скажет!

— Ладно, я пошел… Если еще чего узнаю, скажу!

— Спасибо!

— Степка ушел. Все мысли о любви и браке вылетели из головы Виктоши. И она решила пойти ва-банк! Просто спросить у Валерии Васильевны насчет подмосковной дачи.

— Вика, а ты почему не купаешься? Вода чудесная!

— Да, я сейчас побегу, окунусь! А вы еще не уходите?

— Нет, я тут почти целыми днями валяюсь! Хоть какая-то польза — вода и свежий воздух!

— Виктоша помчалась в воду, несколько раз окунулась и побежала обратно.

— Ох, хорошо! — воскликнула она, плюхаясь на травку. — Валерия Васильевна, а почему вы купили дом здесь, а не в Подмосковье? Там же тоже чудесные места есть?

— Конечно, но у нас денег не было на подмосковный дом. А здесь дом стоил сущие гроши.

— Значит, у вас подмосковной дачи нет?

— Нет, у нас нет! Вот у сына Анатолия Николаевича есть подмосковный дом. Но я там никогда не бываю!

— А… А где этот дом?

— В Валентиновке. А почему ты спрашиваешь?

— Просто так…

— Ему и машину эту сын подарил, сам бы он такую не осилил!

— А этот сын, он кто?

— Он? Бизнесмен, что-то вроде «нового русского»!

— А у вас с ним плохие отношения?

— Плохие? Нет, отнюдь. Просто никаких отношений. Вообще.

— Вика! — раздался вдруг Муськин ликующий голос. — Ты где?

— Муся! Я тут! — крикнула в ответ Виктоша и помахала рукой. «Вовремя она появилась, — подумала Виктоша, — а то разговор уже зашел в тупик».

— Муська подбежала к ним, вежливо поздоровалась с Валерией Васильевной и уселась рядом.

— А Всеволод где? — поинтересовалась Виктоша.

— Он там! С бабушкой! Знаешь, как она обрадовалась! Ты купалась? — спросила Муська.

— Да. Вода — кайф!

— Пойду тоже искупаюсь! Ты со мной?

— Конечно! Валерия Васильевна, а вы?

— Нет, я пока поваляюсь!

— Девочки бросились в воду и принялись резвиться, брызгались, визжали, и Виктоша незаметно отвела Муську подальше, в сторонку, и там шепнула:

— Есть новости! Целая куча!

— Какие? Откуда?

— Потом объясню! Короче, у профессора есть сын, а у сына — дача в Валентиновке! Сын — «новый русский»! И машину он подарил!

— Погоди, ну и что?

— А то, что очень может быть, что главный — сын! А папаша у него на подхвате. И кости скорее всего там, в Валентиновке!

— Какие кости?

— Ну, помнишь, подвал с костями…

— А! Да!

— Наверное, надо как-то сообщить в Москву Денису про дачу в Валентиновке!

— Но как? И зачем? Нет, надо сначала…

— Посоветоваться с Всеволодом Григорьевичем! — закончила Виктоша Муськину фразу.

— Вот именно! А то мы можем только дров наломать!

— А, по-моему, твой Всеволод Григорьевич очень уж легкомысленно отнесся к этой истории!

— Ничего подобного! — возмутилась Муся, — Он же сразу хотел вернуться в Москву, а я его отговорила!

— В Москву! В Москву! Основные события, между прочим, тут развиваются! Главный клубок здесь! А в Москву только одна ниточка тянется… Думаю, Денис с ней справится, особенно если найдет наших…

— Вот именно, если…

— Надо дождаться вечера и позвонить!

— Мусь, а может, сейчас на почту смотаемся? А?

— Ну что ж, давай!

— Девочки выскочили из воды.

— Накупались? — ласково осведомилась Валерия Васильевна.

— Да! Мы совсем забыли, что нам в Москву позвонить надо! — бодро сообщила Виктоша.

— Родителям?

— Ну, да!

— А они в это время дома? — удивилась Валерия Васильевна.

— Мусина мама дома, а я папе на работу позвоню! До свидания, Валерия Васильевна. Я запомню все, что вы мне советовали!

— Валерия Васильевна рассмеялась.

— Что она тебе советовала? — спросила Муся, когда они отошли на приличное расстояние.

— Да так… Насчет замужества…

— Вика! Ну, скажи, это же интересно!

— Она сказала — нельзя выходить замуж за человека, который на тебе помешан.

— Почему? — удивилась Муся.

— И жениться, кстати, тоже нельзя.

— Но почему?

— Она говорит, это очень скучно!

— Скучно, когда тебя любят? — недоуменно спросила Муська.

— А погляди на ее муженька! От него же одуреть можно!

— Ой, Вика, я вспомнила! Ты у нее ничего не спросила про катастрофу планетарного масштаба, а?

— Не успела!

— Да, а как ты узнала про дачу в Валентиновке?

— Сперва от Степки, а потом сама у нее спросила.

— От Степки?

— Ну да! Он случайно услыхал разговор профессора… ну и сообщил мне. Денис, похоже, его привлек к делу!

— На почте никого не было. Телефонистка Роза обрадовалась девочкам.

— Привет москвичкам! Звонить пришли?

— Да!

— А связи с Москвой сейчас нет! Придется ждать!

— Долго? — спросила Виктоша.

— А кто его знает! Может, час, а может, и три! К вечеру, думаю, будет!

— Ладно, тогда мы вечером придем!

— Погодите, девчонки, поговорите со мной, а то такая скука!

— Это можно! — засмеялась Муся. — О чем говорить будем?

— Но тут на почту явился председатель сельсовета, и девочки предпочли убраться.

— Ну куда мы сейчас? — спросила Виктоша, заранее зная ответ.

— Я думаю, домой… Там…

— Там Всеволод Григорьевич, один бедняжечка!

— Нет, он с бабушкой, но…

— Да ясно, ясно с тобой все! Смотри, не переборщи с любовью, а то ему скучно станет! И вообще, любовь еще успеется, надо о деле думать! Это здорово, что твой Севочка на машине приехал! По крайней мере мы сможем проследить за профессором! Ладно, сегодня уж ему не до того, твоему Медынскому, а завтра с утра надо делом заняться!

— Когда они пришли домой, в саду под яблоней уже стоял новый стол, и Всеволод Григорьевич старательно стругал рубанком столешницу.

— Ой, Всеволод Григорьевич, как здорово у вас получается! — восторженно заверещала Муська.

— Да не особенно! Но — сойдет!

— А где вы научились столярничать?

— Жизнь, Мария, многому научить может!

— Глубокая мысль, — тихо заметила Виктоша.

— А бабушка где?

— За ней девчонка какая-то прибежала, сказала, что дедуле плохо, вот Ефросинья Макаровна и ушла.

— Это хорошо! — заявила Виктоша. — Всеволод Григорьевич, мы тут кое-что еще о нашем профессоре узнали… — И она рассказала Медынскому последние новости.

— Между прочим, — начал он, — тот факт, что «Шевроле» подарил ему сын, кое о чем говорит.

— И о чем же? — хитро спросила Виктоша.

— О том, что он, возможно, и не имеет к этой истории никакого отношения. Вам это в голову не приходило?

— То есть как? — поразилась Виктоша.

— А так… Может, это случайное совпадение…

— Ни фига себе совпадение! — закричала Виктоша. — Денис видел его в лесу у тайника в первый день — это раз, бандиты все время говорили о профессоре — это два, — загибала пальцы возмущенная Виктоша, — в день, когда мы утопили эту пакость в болоте, он напился и кричал о катастрофе планетарного масштаба — это три.

— Погоди, Виктория, не кипятись! — перебил ее Медынский. — Я же ничего не утверждаю, я просто основываюсь на презумпции невиновности…

— Да какая, к черту, презумпция! Тут такие дела творятся, а вы… Вот давайте завтра попробуем проследить за профессором, тем более, у вас машина… Он каждый день куда-то на своем «Шевроле» гоняет! А насчет того, что это сын подарил… Ерунда все это! Отмазка для глупых! Просто надо как-то оправдать такую машину у бедного старого профессора. Ну и для его жены… Она, кстати, очень хорошая женщина!

— Это верно, — поддержала подругу Муся. — У нее на редкость чистая аура!

— А у профессора? Ты должна бы чувствовать…

— Я уже говорила, что у него неясная аура, там всякое может быть…

— Но, как говорится, однозначно утверждать, что он темная личность, ты все-таки не можешь?

— Однозначно не могу, но все же он мне очень не нравится!

— Ну это уже кое-что! Хорошо, я согласен, давайте завтра попробуем последить за ним, а я попытаюсь с ним познакомиться, поговорить… Как, по-вашему, это возможно?

— Вполне! Он очень даже разговорчивый! Ко всем встречным и поперечным лезет с разговорами… — сообщила Виктоша.

— Особенно, если выпьет, — добавила Муся.

— Что ж, можно будет и выпить с ним! — засмеялся Медынский. — Но главное — позвонить вечером в Москву! Кстати, если сегодня мы ничего не выясним, придется мне все-таки завтра вернуться!

— Нет! Нет! — закричала Муся. — Получится путаница, вы уедете, Денис приедет… Мы с ним договорились, если он никого не найдет, то вернется!

— «Что-то я такого уговора не помню, — подумала Виктоша, — но Муська зря врать не станет, может, я просто забыла…»

— Вечером они поужинали за новым столом. Бабушка была страшно довольна.

— Вот мне радость на старости лет! Сколько народу в доме! Это все внученька моя, умница, добрая душа, — сказала она, когда Муся пошла за чем-то в дом. — Вот и тебя, Севочка, ко мне еле живого привезла, а теперь гляжу на тебя — сердце радуется!

— И у меня, Ефросинья Макаровна, глядя на вас, сердце радуется! Вы же — мечта журналиста! Я про вас уже статью написал, правда, не для газеты, а для одного журнала! Там и фотография ваша цветная будет!

— Да ты что? Это, выходит, я на старости лет знаменитой стану? Ох, только ты, милок, адреса моего не давай, а то, неровен час, повалит сюда народ лечиться, а местные меня со свету сживут.

— Да что вы, конечно, никакого адреса! Я ведь понимаю!

— А вот Дениса нашего ты знаешь?

— Не имел чести, — усмехнулся Медынский.

— До чего же золотой парень! Умненький, сердешный, сирота круглая, а не озлобился, очень я к нему прикипела, верно, оттого, что у меня кругом одни девки: две дочки, две внучки…

— Две дочки? Две внучки? — удивилась Виктоша. — Первый раз слышу!

— А чего удивительного? Старшая-то моя дочка далеко… В Америке. Замуж еще на первом курсе института выскочила, а там вскоре и уехала. Уж как она за границу рвалась. И по ее вышло!

— А она приезжает к вам? — спросила Виктоша.

— Нет, ни разу не была… Пишет раз в год, на ихнее Рождество. Только из писем знаю, что внучка у меня в Америке растет, может, когда вырастет, захочет бабку свою повидать, — с грустью проговорила Ефросинья Макаровна.

— «Странно, Муська ни разу даже не упомянула, что у нее в Америке двоюродная сестра и родная тетка. Наверное, эта тетка у них в семье отрезанный ломоть», — думала Виктоша.

— После ужина девочки и Медынский собрались на почту.

— Поехали на машине, — предложил Медынский.

— Да нет, лучше пешочком пройдемся, — возразила Муся.

— Как угодно дамам! — улыбнулся Всеволод Григорьевич.

— Ну как, есть связь с Москвой? — спросила Виктоша.

— Есть, есть! — сказала сменившая Розу Тамара. — Давайте номер!

— У нас целых три номера! По какому ответят, по тому и будем говорить! — сообщила Виктоша.

— Не успели они сесть, как появился профессор в рыжей бейсболке. Виктоша от волнения ущипнула Медынского за руку.

— Это он, — прошептала она.

— Профессор тоже заказал разговор с Москвой. Вот черт, как же теперь говорить с Денисом, если они до него дозвонятся?

— Первые два номера не отвечают, — крикнула Тамара, — сейчас третий попробуем. Есть! Вторая кабина.

— Виктоша со всех ног кинулась в кабину и схватила трубку.

— Алло! Стас, это ты? Это я, Виктория! Да, из деревни! Стасик, Денис с вами связался? У вас? Вот здорово, просто камень с души! Дело в том, что Всеволод Григорьевич здесь, сегодня на машине приехал! Скажи Денису или нет, лучше позови его! Денис! Какой ты молодец, что ребят нашел! Как у вас дела?

— Вика! Тут такое… Мы уже вышли на связного. И эти мужики у нас под контролем! Но я пока не вернусь! Тут каждый человек на счету! С родичами трудностей много, всех на дачах держат!

— Так ты что, один там действовать собираешься?

— Нет, что ты! Я просто объясняю, что все не так просто! Новых сведений нет?

— Есть! Мы узнали про… цементный завод…

— Что? Про какой завод? — совершенно ошалел Денис.

— Подумай!

— Ты что, говорить не можешь?

— Именно!

— Хорошо. Цементный завод. Какое слово тут ключевое?

— Первое.

— Цементный? Существительное или прилагательное?

— Первое.

— Цемент?

— Ну, да!

— Погоди, это насчет подвала? — догадался вдруг Денис.

— Именно!

— И где он?

— Под Москвой! Ее Валя зовут! Валентина!

— Кого?

— Валя ее зовут, слышишь?

— Ничего не понимаю, кого Валей зовут? Не можешь сказать?

— Не могу!

— Там профессор, что ли?

— Наконец-то допер!

— Но все же, Валей хозяйку дачи зовут?

— Там не хозяйка, а хозяин! Сын!

— Чей сын? Вали? Или профессора?

— Именно!

— А Валя кто? — озабоченно спросил Денис.

— Не кто, а где!

— Где? Валя?

— Валентина!

— Бред какой-то! Стас, может, ты поговоришь, я что-то ничего не пойму!

— Вика? Привет, что там?

— О, господи! — простонала Виктоша. — Что за бестолочи!

— Про какую Валя разговор? Слушай, а ты часом не Валентиновку имеешь в виду?

— Наконец-то! Доперли!

— У сына профессора дача в Валентиновке?

— Ну да!

— Молодчина!

— И на этом разговор оборвался.

— Девушка! — закричала Виктоша. — Ничего не слышно. Соедините еще.

— Попробую.

— Но ничего из этого не вышло. Связь с Москвой опять оборвалась. Виктоша вышла из кабины мокрая, как мышь. Во-первых, там было очень душно, а во-вторых, она взмокла от напряжения. Конспиративный разговор дался ей нелегко. Интересно, а телефонистка слышала их беседу?

— Тамарочка, а когда я смогу поговорить с Москвой? — допытывался профессор.

— Я уж и не знаю, Анатолий Николаевич! Сегодня вообще все время связь обрывается, целый день!

— Я вас умоляю!

— Умоляйте, не умоляйте, не в моих силах! Ждите, может, дадут! Или езжайте в Парфеньево, у вас машина, тут недалеко!

— В самом деле! — воскликнул вдруг Медынский. — Я тоже на машине. Сейчас схожу за ней и поеду. Хотите со мной? — предложил он профессору.

— Тот внимательно на него взглянул.

— Буду весьма признателен! У меня опять колесо спустило!

— В таком случае ждите меня тут.

— А вы далеко живете?

— Да нет, я у Ефросиньи Макаровны.

— Ах, вот как? Впрочем, да, конечно, вы же ее внучка! — обратился он к Мусе. — Прошу прощения, сразу не признал.

— «Да, ее мудрено узнать, она так похорошела! — подумала Виктоша. — Совсем другая стала!»

— Медынский с девочками быстро направился к дому.

— Так, подруги мои! Я поеду один, попытаюсь с ним, как говорят, закорешиться! Заодно послушаю его разговор с Москвой!

— Ну, как он вам? — спросила Виктоша.

— На первый взгляд просто старый чудаковатый профессор, кстати, очень типичный! Однако на первое впечатление полагаться нельзя. Если вспомните нашу общую знакомую Ларису Валерьяновну, то на первый взгляд она тоже была вполне респектабельной дамой, искусствоведом, а на деле оказалась отъявленной бандиткой!

— Да, вы правы! — восторженно согласилась Муся. Когда Всеволод Григорьевич уехал, Муська вздохнула:

— До чего ж он умный!

— Зато ты полная дура!

— Почему?

— Ну нельзя же, чтобы вся деревня видела, как ты в. него втрескалась! А главное, ему совсем не нужно это знать.

— Вика, ты не думай, я все понимаю, но… Это выше моих сил.

— Надо мне с твоей бабушкой поговорить, пусть даст тебе какую-нибудь травку.

— Какую травку?

— От любви! Бывает приворотное зелье, но, наверное, можно приготовить и отворотное! Выпьешь, а потом глянешь на своего Севочку, и тебя сразу тошнить начнет! Меня, честно говоря, уже тошнит! Но не от него, а от тебя!

— Вика! Что ты такое несешь?

— Видела бы ты себя со стороны. Дура дурой!

— Неужели правда?

— Правда, правда! Возьми себя в руки, Муська. Так нельзя.

— Хорошо, я постараюсь!

— И начни сегодня.

— Что ты имеешь в виду?

— Ложись спать пораньше, не жди его.

— Но как же… Во-первых, надо узнать, что он услышал, как подружился с профессором…

— А утром это нельзя узнать?

— Я до утра не доживу.

— Да, случай безнадежный, — махнула рукой Виктоша. — Смотри, не пожалей потом.

Глава 11

Сплошное везение

— Ты что-нибудь понял? — накинулся на Стаса Денис.

— Все понял! — рассмеялся тот. — Валентина — это попросту Валентиновка, дачное место!

— Но как ты догадался?

— Не знаю! Догадался и все!

— Стасик, он такой, сообразительный, — с гордостью за друга сказал Петька. — Ладно, что там в этой Валентиновке? Профессорский сынок живет? Тогда это по моей части, я большой специалист по дачам, вы же знаете, — со смехом заявил он.

— Вообще-то нам сейчас не до дач! — нахмурилась Даша. — Еще одна дача нам ни к чему! Наша дача, Петькина дача и теперь еще эта. И потом, кажется, Валентиновка достаточно старый поселок, народу там уйма, все застроено, к дому не подберешься… — Даша безнадежно махнула рукой. — Сами знаете, что бывает, когда гонишься за лишним зайцем…

— Но, с другой стороны, если там этот подвал с костями… — глубокомысленно заметил Денис.

— Я вовсе не хочу пополнить их запас, — решительно заявила Даша. — Короче, я считаю, первым делом надо разобраться с киллером и заказчиками, а там посмотрим.

— Но, кроме киллера и заказчиков, существует еще и жертва, — со смехом напомнил Стас. — А жертва — отец владельца дачи, и не исключено, что убивать будут именно там, на даче!

— Но ведь он же пока в деревне. Так что убивать пока вроде некого. А вот проследить цепочку от этого Коротышки до непосредственно киллера — это задача! — воскликнул Петька. — Я считаю, что за один день мы очень немалого добились. Еще бы! Заказчики у нас на мушке.

— Ну еще не на мушке, они же переберутся на Можайку только завтра, когда дождутся звонка, вот тут-то нам надо быть начеку. Они могут сразу после звонка пойти на встречу с Коротышкой, — соображал Денис. — Плохо только, что вам, хочешь не хочешь, надо завтра вернуться на дачу. А один я вряд ли справлюсь!

— Ерунда! До завтра мы что-нибудь придумаем! — успокоил его Петька. — Я утром позвоню папе на работу, навру ему что-нибудь очень убедительное, и он меня отпустит. С мамой было бы сложнее, но у нее отпуск, и она будет торчать на своей обожаемой даче. Господи, как же я ее ненавижу!

— Маму? — испугалась Даша.

— Да не маму, а дачу! А главное, считается, что это все для меня! Дачу построили для сыночки, огород развели для сыночки, а сыночка в гробу видал все эти витамины!

— А без витаминов в гробу увидят сыночку, — засмеялась Даша. — Витамины вещь полезная.

— Да ладно вам языки чесать, — раздраженно воскликнул Денис. — У нас дел невпроворот, а они…

— Внезапно раздался телефонный звонок. Стас снял трубку. Звонила Вероника Леопольдовна.

— Ребята, есть новости! Они уже перебрались. Как только увидели квартиру, так сразу дали задаток. Один остался, а второй за вещами поехал! Между прочим, хорошо бы кто-то из вас приехал.

— Зачем? — спросил Стас.

— Дело в том, что я сообразила… Словом, с моего балкона можно многое услышать…

— А они вас сейчас не слышат?

— Разумеется, нет! Я звоню из ванной! Я могу и сама кое-что услышать, но если перелезть к ним на балкон…

— Понял! Вероника Леопольдовна, мы сейчас обсудим и вам позвоним, хорошо?

— Валяйте! Но не слишком растекайтесь в обсуждениях.

— Да, конечно! Спасибо вам огромное! — сказал Стас и положил трубку.

— Ну, что она говорит? — накинулись все на Стаса.

— Говорит, что с балкона можно многое услышать и кто-то из нас должен туда поехать… Один из них уже там, а второй отправился за вещами.

— Ясно, — сказал Денис. — Витек за вещами поехал, а Паша дожидается. Он Зинку боится!

— Тогда так! — вмешался в разговор Петька. — К Веронике поеду я. Во-первых, у меня там бабки, во-вторых, я по этим балконам наловчился лазить, все рекорды, можно сказать, побил.

— Тебя послушать, так ты вроде во всяком деле спе циалист — и по дачам, и по балконам, — усмехнулся Денис.

— Но Петька прав! — вступилась за друга Даша. — Он и вправду специалист. Причем классный!

— Петька метнул на нее исполненный благодарности взгляд.

— Честно говоря, не вижу большого смысла ехать туда сегодня, — начал Стас.

— Почему?

— Потому что они, очутившись вдвоем в квартире, скорее всего напьются на свободе до потери пульса. Тем более этот крохотуля обещал им звонить завтра только в четыре. То есть они успеют и проспаться, и опохмелиться. Так что для нас они вряд ли представляют сейчас какой-либо интерес. Поэтому я предлагаю сегодня никуда не ехать, а лучше лечь спать пораньше, чтобы завтра у нас было достаточно сил!

— Что ж мы до четырех часов так ничего и не станем делать? — возмутился Петька. — В четыре, понятно, мы их поведем от Зинкиного дома. А до тех пор?

— А у тебя есть предложения?

— Есть! Завтра с самого утречка смотаемся в Валентиновку. Хотя бы просто найдем эту дачу, чтобы потом, когда до нее дойдет дело, уже не плутать.

— Может, ты и прав, — задумался Стас. — Но, с другой стороны, неплохо бы последить за ними с утра. Мало ли какие у них дела…

— Но ты же сам только что говорил, что они напьются, как цуцики, и будут дрыхнуть… — напомнила ему Даша. — Я хоть и говорила, что нам сейчас не до дач, но если не углубляться, а просто пока обнаружить нужный дом, то… Короче, мы с Петюней завтра с самого утра поедем в Валентиновку.

— Почему именно вы с Петькой? — ревниво спросил Денис.

— Потому что вы со Стасиком…

— Нет, Дашка, мне уже нельзя за ними следить. Они меня уже в лицо знают, — огорченно сказал Стас.

— Вообще-то они уже всех в лицо знают, разве что Петька им еще не примелькался, хотя и он тоже… — проговорила Даша.

— Да, фигово мы нынче действовали, непрофессионально, — вздохнул Петька. — Все засветились! Завтра трудно будет их вести.

— Погодите, что-нибудь придумаем! А сейчас надо позвонить Веронике, она ждет. Петро, тебе удобнее всего звонить.

— Ладно, позвоню, — буркнул расстроенный Петька. Действительно, как они сегодня лажанулись. Дурачье!

— Он позвонил Веронике Леопольдовне и сказал, что они сегодня не приедут. Она, впрочем, легко согласилась с его доводами и даже одобрила их за точный психологический расчет. И сказала, что в случае чего… установит на их балконе свой японский диктофон.

— Ну и тетка! — восхитился Денис, когда Петька передал им свой разговор с Вероникой Леопольдовной.

— Так и не придя ни к какому решению относительно поездки в Валентиновку, они разошлись по домам. Денис остался ночевать у Стаса.

— Петька проснулся очень рано и стал думать о вчерашних событиях. Хорошо бы, конечно, управиться сегодня со слежкой и вечером махнуть на дачу, чтобы не слишком рассердить маму. Хотя это маловероятно. Впрочем, все бывает! А может, прямо сейчас встать и махнуть одному в Валентиновку? Пока еще все спят? Такие внезапные одинокие рейды он очень любил, а то начинаются бесконечные препирательства, обсуждения… Да, пожалуй, так и надо поступить, хотя… Вчера ведь Лавря собиралась поехать с ним. Это было бы здоровоГ А поскольку мы вчера так ни о чем и не договорились… то имеем право… И Петька решительно набрал Дашкйн номер.

— Алло, — сонным голосом сказала в трубку Даша. — Кто это?

— Лавря! Это я!

— Петь, что случилось, ты чего в такую рань?

— Лавря, извини, но есть одна идея…

— Знаю я твои идеи. Небось предложишь сейчас прокатиться до Валентиновки?

— Точно! Ну и как?

— Давай! Стасик, правда, ругаться будет…

— Ну и что? А потом, может, мы быстро управимся. Так я за тобой зайду?

— Через сколько?

— Минут через десять!

— Да ты что? Не раньше, чем через полчаса!

— Ты хочешь наводить марафет?

— Что? — не поняла Даша.

— Ну краситься там, ресницы мазать, брови…

— Квитко, ты офонарел?

— Нет, — засмеялся Петька, — просто непонятно, зачем тебе полчаса! Ладно, так и быть, приду через двадцать минут!

— Действительно ровно через двадцать минут Петька уже звонил у Дашиной двери.

— Готова?

— Ага!

— Тогда бежим! Мы можем быстро управиться!

— А ты знаешь, с какого вокзала?

— С Ярославского! Через десять минут там будем, а езды до Валентиновки примерно минут тридцать-сорок. Не больше!

— Ой, Петь, а как же мы искать дачу будем? Ты фамилию-то знаешь этого профессорского сынка? — уже на бегу спрашивала Даша.

— Сынка не знаю, а у профессора фамилия простая — Филатов! Но, надо думать, у сына такая же!

— Да, наверное. Умный ты, Петька!

— А ты думала!

— На Ярославском вокзале они едва успели купить билеты, как подошла электричка.

— Повезло! — заметил Петька. — Значит, и в остальном повезет!

— Не успел он это сказать, как в вагон вошел… Коротышка. Петька толкнул Дашу локтем в бок, да так, что она чуть не взвыла.

— Сдурел, да? — прошептала она.

— Ты видишь?

— Не слепая.

— Планы меняются.

— Поняла.

— Коротышка тем временем сел неподалеку от них, и теперь они видели лишь его макушку, слегка возвышающуюся над спинкой сиденья.

— Дарья, вот что! На следующей станции ты сойдешь, вернешься домой и предупредишь ребят! А я…

— Нет! Одного я тебя не пущу. Он такой страшный. Ни за что!

— Петька внимательно посмотрел на Дашу. Она за него боится! Значит, все-таки дорожит им. И, — наверное, не только как другом! Но Петька тут же отогнал эту приятную мысль. «Нашел время думать про любовь!»

— Дашка, но они же будут в панике! Я думал, мы скоро вернемся, а теперь кто его знает.

— Даже не заикайся! Одно дело парочка гуляет, и совсем другое, когда один мальчишка идет по пятам!

— Ну ладно! — великодушно согласился Петька. — Мы им позвоним при первой возможности!

— Да не найдя нас, они сразу просекут, что мы в Валентиновку рванули! А кстати, в четыре Коротышка должен позвонить Витьку!

— Ну до четырех еще сколько времени! Обалдеешь!

— Знаешь, Петь, что я думаю? По-моему, этот Коротышка и есть киллер! И никакой там цепочки нет!

— С чего ты взяла? — несказанно удивился Петька.

— Ты его глаза видел? Это глаза убийцы!

— Ну, Лавря, это чепуха! Мы же своими ушами слышали, как он говорил про цепочку.

— Это для понта, чтобы не торговались… А делает он все сам. Помяни мое слово!

— Ой, а вдруг он сейчас на дело едет, а? Ты не заметила, у него в руках что-то было?

— Вроде сумка была…

— Я сейчас посмотрю!

— Петька, не вздумай раньше времени на глаза ему лезть. Успеется!

— Ты права. Но я же говорил, что нам повезет! Представляешь, какая это удача — в таком большом городе такого маленького встретить!

— Петька, а вдруг он тебя вчера приметил? Когда ты за ним следил?

— Не думаю. Я следил очень осторожно.

— Но не зря же он вдруг исчез?

— Ты что, пугать меня вздумала? — возмутился вдруг Петька, которому таинственный Коротышка тоже внушал некоторый страх.

— Пугать не пугать, а лишняя осторожность не повредит!

— Слушай, Лавря, а что, если он тоже в Валентиновку едет? На разведку?

— Тогда совсем хорошо! Он-то, наверное, знает, где филатовская дача, так что нам и расспрашивать никого не придется, просто проследим за ним, и все! Очень даже здорово! — обрадовалась Даша.

— Действительно, когда поезд подходил к Валентиновке, Коротышка сполз с сиденья и направился к выходу. Даша с Петькой сочли за благо выйти в другой тамбур. Петька страшно волновался, боясь упустить Коротышку, но Даша успокаивала его:

— Успокойся. Никуда он не денется! — шипела она ему в ухо. — Зачем раньше времени в глаза бросаться?

— Лавря, отвяжись!

— Но вот поезд затормозил, и они выскочили на перрон. Здесь сошло довольно много народу, и они шли в толпе, а впереди шел Коротышка с хозяйственной сумкой в руках.

— А вдруг у него там разборное ружье? — прошептала Даша.

— Все может быть!

— Коротышка шел так, словно знал дорогу очень хорошо. Не оборачивался, не спрашивал никого ни о чем, казалось, ноги сами несут его. Выходит, он тут не первый раз.

— Петь, а может, он с этим профессором приятель, а?

— С сыном профессора! — поправил ее Петька.

— Ой, да какая разница! А вдруг он не хочет его убивать и приехал предупредить?

— Ну прямо! Ему ж за это бабки отвалят, да какие! И непохож он на преданного друга. Такая рожа! Он на разведку приехал.

— Не думаю! Смотри, как уверенно идет!

— Так он же профи! Сама ведь говорила, что он и есть киллер.

— У киллера тоже могут быть человеческие чувства.

— Ага! Только в романах твоей обожаемой Марининой.

— А у твоего обожаемого Незнанского, можно подумать, не было киллеров с человеческим лицом?

— Вообще-то да, были… Но у этого лицо совсем даже нечеловеческое!

— Между тем Коротышка свернул на боковую дорожку, Даша с Петькой и еще несколько человек пошли тем же путем.

— Нам таки везет! — прошептала Даша. — Одних нас он бы сразу засек.

— Петька согласно кивнул. Дорожка свернула за угол. Свернул и Коротышка. Даша с Петькой пропустили вперед себя молодую маму, которая везла коляску с двумя близняшками, а когда дошли до угла, то обнаружили, что Коротышка исчез. Сколько они ни озирались, его нигде не было видно.

— Упустили! — в отчаянии прошептал Петька. — Та кой шанс! Я же идиот! Должен был бы уже знать, что он умеет бесследно исчезать. Идиот, кретин, придурок!

— Погоди, Петечка, мы его еще найдем! — попыталась утешить друга Даша.

— Где, где мы его найдем?

— Петька! Вон он! — едва слышно пролепетала Даша, куда-то указывая глазами.

— Действительно, из калитки выходил Коротышка.

— До свиданья, тетя Лида! — произнес он и улыбнулся своей страшной улыбкой.

— Спасибо, спасибо тебе, милый! Не забываешь старуху! Маме привет передай!

— Обязательно, обязательно передам, тетя Лида! А если еще чего понадобится, приходите, не стесняйтесь!

— И он пошел дальше. Петька и Даша двинулись за ним.

— Кажется, он что-то отдал этой старухе, гляди, у него сумка похудела! — заметила Даша.

— Коротышка, не обращая внимания на детей, опять свернул за угол, прошел всю улицу и лишь в самом ее конце остановился у калитки. Поставил сумку наземь, вытер вспотевший лоб, потом достал из кармана маленькое зеркальце, погляделся в него, пригладил брови, опять спрятал зеркальце, взял сумку и решительно толкнул калитку.

— Мама! Я приехал! — крикнул он и скрылся за кустами.

— Кажется, и мы приехали! — шепнул Петька. — Что теперь делать?

— Как ты думаешь, он нас заметил?

— Вряд ли. Не похоже. Эх, пробраться бы сейчас к ним на участок… И все же, Лавря, мы с тобой неплохо поработали! Мы теперь знаем, где его дача. Это не так мало! Раз тут его мама живет, значит, порядок. Никуда он от нас не денется.

— Правильно, Петюня! Во всяком случае, мы сюда не зря приехали. Может, поищем заодно дачу Филатовых, а? — вспомнила Даша об их первоначальной задаче. — Слушай! У меня идея! Давай зайдем к нашему малютке и спросим про дачу Филатовых!

— Нет! Нельзя! Он может насторожиться!

— Ерунда! Давай зайдем, познакомимся с ним и с мамой! Это же интересно! А что он нам тут сделать может?

— Зайти, конечно, можно, но… Только про Филатовых спрашивать не нужно!

— А про что?

— Давай спросим, не сдается ли у них дача!

— Но кто же снимает дачу в июле? — недоуменно спросила Даша.

— А может, нам на август?

— Глупости! Разве дети снимают дачу?

— А нас родители послали. Им некогда. А что? — загорелся вдруг Петька. — Пошли!

— Значит, идем? Мы брат и сестра, понял?

— Естественно! Я, Лавря, не такой уж дурак! Как выяснилось! Только, знаешь, давай немного обождем.

— Почему?

— Потому что мы ходим по дачам. Ищем. И далеко не сразу к ним заявимся.

— Гениально, Петюньчик! Но тогда давай уж для полного правдоподобия заглянем на несколько дач, спросим, сдаются ли они на август-сентябрь! На один месяц мало кто снимает!

— Лавря! Ты тоже гений!

— Тоже? — рассмеялась Даша. — От скромности ты, Петюня, не умрешь! У тебя будет другой диагноз!

— Нет, но ты скажи, как здорово мы с тобой взаимодействуем!

— Что да, то да! Но мы же знакомы чуть ли не всю жизнь.

— Ладно, хватит лирики! Пошли.

— И он толкнул калитку первой попавшейся дачи. Участок был довольно большой, но запущенный. Ни сада, ни огорода, один лес. Дом стоял в глубине, почти скрытый разросшимися кустами.

— Эй! Хозяева! — крикнул Петька. — Есть тут кто-нибудь?

— На его голос в окно выглянула старушка.

— Вам кого? — поинтересовалась она.

— Извините, у вас дача не сдается? На август-сентябрь?

— Нет, милый, мы не сдаем! А что ж это нынче детей посылают дачу снимать? Ну и времена!

— Да нет, просто наши родители очень заняты, а у нас сейчас каникулы, вот мы и ищем дачу! А если найдем, то договариваться приедут папа с мамой!

— А вы брат с сестрой? Родные? Непохожи совсем!

— Нет, мы сводные! — объяснила Даша.

— Понятно! Жаль, вы славные ребятки, но… Мы не сдаем.

— Извините за беспокойство! — вежливо сказал Петька. — А вы случайно не знаете, где дача Филатовых?

— Филатовых? Так это и есть! Мы Филатовы! А кто вам сказал? Почему вы Филатовых ищете?

— Да нам на станции кто-то сказал, что Филатовы будто бы сдают. Но мы просто заходим туда, где собак нет, — заверещала Даша, напуганная обилием странных совпадений.

— Понимаете, дело было не совсем так… Мы просто случайно услыхали разговор на станции, — перебил подругу Петька, — там две женщины говорили, что вот времена настали, сын профессора Филатова комнаты сдает!

— Ах, профессора Филатова сын… Так это не здесь! Это на соседней улице… Но что-то я не слыхала, что они сдают… Вот старость не радость, совсем из головы вон, что у нас тут однофамильцы имеются! Но вы все же сходите туда, может, я просто не в курсе!

Старушка объяснила, как пройти на дачу других Филатовых, они попрощались с нею и вышли за калитку.

— Ну и денек! Сплошное везение! — воскликнул Петька. — На первой же даче узнали, где Филатовы живут.

— Тогда давай сперва сходим, поглядим на этот дом, а потом уж пойдем к любимому малютке Кузьмичу.

— Дача профессорского сына ничем особенно не отличалась от других домов поселка, правда, участок был ухоженный, перед домом разбиты красивые клумбы, дорожка посыпана толченым кирпичом. А сама дача была еще старинной постройки, деревянная, двухэтажная, с полукруглой террасой. Но все чистое, свежепокрашенное. Во дворе бегает громадный ротвейлер.

— Да, сюда не зайдешь! — констатировал Петька. — С ротвейлером шутки плохи!

— Насчет комнат сюда можно не заходить. Это глухо! — заметила Даша. — И не похоже, кстати, что тут может быть подвал с костями!

— Ну это глупости! Сама знаешь, у преступников далеко не всегда преступный вид, то же можно сказать и о домах преступников. Необязательно, чтобы это был какой-то зловещий темный дом… Совсем необязательно! Смотри, на калитке звонок. Давай все же сунемся, спросим насчет комнат, а? Попытка не пытка!

— Даша немного подумала, потом сказала:

— Ну давай! Попробуем!

— Петька нажал на кнопку звонка, и тут же к калитке подбежал ротвейлер. Лаять он не стал, но выжидательно уставился на гостей.

— Диего! Ко мне! — раздался женский голос. — Я кому сказала! Диего! Диегито!

— Пес неохотно потрусил к дому. Потом на дорожке появилась дама, красивая, холеная, лет тридцати, в ярко-желтых шортах и синем топике.

— Вы к кому? — крикнула она еще издали.

— Извините, у вас тут комнаты не сдаются? На август-сентябрь? — вежливо осведомился Петька.

— Комнаты? Нет, ничего у нас не сдается! — Дама повернулась и пошла назад, не удостоив ребят даже взгляда. Вскоре к калитке примчался Диего.

— Немногословная женщина! — заметила Даша.

— Да уж, болтушкой ее никак не назовешь! Что, впрочем, вполне укладывается в схему.

— В какую схему? — оторопела Даша.

— На эту дачку так просто не попадешь, а значит, им есть что скрывать! И собачка соответствующая. Такая в два счета в клочки порвет. Ну ничего, мы на них управу найдем. А сейчас пошли малютку навестим. Там хоть собаки нет!

— Зато есть киллер!

— Ничего, в некоторых случаях киллер лучше, чем сторожевой ротвейлер. Он по крайней мере задаром убивать не будет, а псина о гонораре не заботится.

— Это верно, — засмеялась Даша.

Глава 12

Наказание

— Они вернулись к даче Коротышки. Калитка там не запиралась. Ребята вошли и: двинулись к дому. Дом был небольшой, деревянный, но ухоженный, чистый. Вдруг перед ними выросла невысокая опрятная старуха.

— Вы к кому?

— Здравствуйте! — начала Даша.

— Старуха не ответила, выжидательно глядя на ребят.

— Извините, у вас комнаты не сдается? Нам на август и сентябрь, — подхватил Петька.

— Вам?

— Ну не нам, но… нашим родителям, им отдохнуть надо, а папе никуда нельзя ехать, ему после инфаркта надо жить в Подмосковье, — объяснила Даша. — Мы тут уж сколько ходим, но никто ничего не сдает!

— А вам сколько комнат надо? — поинтересовалась старуха.

— Две, ну, на худой конец одну! Но две лучше! — сказал Петька.

— Вообще-то я не сдаю, но… Да вы проходите, проходите. Комнату я вам сейчас покажу, а ежели подойдет, тогда у сына моего спросим. Без сына я ничего не решаю.

— А где ваш сын?

— В магазин пошел, скоро придет. Двух-то комнат у меня на сдачу нет, а одна есть, хорошая, чистая, вашим родителям там удобно будет. А что это они детей на такое дело отрядили?

— Да некогда им, работают с утра до вечера, деньги зарабатывают. Сами знаете, какое сейчас время.

— А вот правда… как насчет денег-то? Сколько они платить смогут?

— А вы сколько хотите?

— Вот не знаю, сын придет, тогда скажу!

— А он скоро придет?

— Да говорю ж вам, в магазин пошел. Да вы взойдите на терраску, посидите, вы, гляжу, ребятки приличные.

— Они поднялись на крыльцо, вошли на террасу. Присели на старый диванчик. И очень скоро увидели, что к калитке подошел Коротышка. Заметив гостей, он, похоже, удивился.

— Мама! Я пришел! — крикнул он.

— Старуха тут же поспешила к нему навстречу.

— Мама! Кто это у нас?

— Да вот, сыночек, ребятишки дачу ищут, комнату снять хотят на август и сентябрь, так я подумала, лишние денежки не помешают.

— Нет, мама! Я сказал, нет! Не нужны нам тут чужие люди, не люблю я этого, вы же знаете. А насчет денег… У меня опять работа есть, скоро хорошие деньги получу, вы же, мама, и так ни в чем не нуждаетесь.

— Значит, дать им от ворот поворот?

— Ну, конечно, мама! Если вам опять деньги нужны, я вам сегодня оставлю.

— Да нет, сыночек, зачем мне много денег, я вот думала тебе облегчение сделать, а мне-то зачем, мне уж помирать пора.

— Бросьте, мама, вы же знаете, я такие разговоры не люблю. Гоните их в шею, да поскорее!

— И он ушел куда-то за дом.

— Даша с Петькой переглянулись и сделали вид, что ничего не слыхали.

— Ну что? — поднялась Даша навстречу старухе. — Согласился ваш сын?

— Да нет, деточки, ни в какую. Вы уж не обессудьте, но не хочет он чужих людей…

— Ну что ж, на нет и суда нет, — сухо произнес Петька, — идем, сестренка!

— А вы не знаете, может, кто-то тут сдает? — спросила Даша.

— Нет, милая, не знаю я, да идите уж, идите. Прощайте!

— Прощайте!

— И они вышли за калитку. Отойдя от дачи на порядочное расстояние, Петька заявил:

— Не нравится мне это. Похоже, ты права. Он и есть киллер! Слыхала? Работа у него появилась! Профессора грохнуть.

— А тебе что, профессора жалко? Он же наркоделец!

— Мне его ни капелюшечки не жалко! Но его должен судить суд, а не киллер!

— И что ты предлагаешь? Предупредить профессора?

— Не знаю, подумать надо! Главное — вывести профессора на чистую воду!

— Ерунда! Гениально было бы, чтобы их поймали как раз в тот момент, когда Кузьмич пойдет убивать профессора. Чтобы взяли обоих разом!

— Легко сказать! Но вообще-то мне нравится такая идея. Ее надо как следует обдумать, обсудить… Есть в ней разумное начало!

— Но самим нам с этим не справиться.

— Когда они уже сидели в электричке, Петька сказал:

— Все-таки мы не зря съездили!

— Но Даше показалось, он старался себя в этом убедить, поскольку в глубине души она считала, что результаты их поездки почти равны нулю. И встреча со Стасом и Денисом ей вовсе не улыбалась.

— Стас и Денис встали довольно поздно, здорово утомились вчера. Стас как хозяин дома поплелся на кухню. Самому надо что-то поесть и Дениса покормить. Вскоре на кухню явился Денис.

— Есть хочешь? — вяло осведомился Стас.

— Ага!

— Черт, что бы такое сожрать? Послушай, у меня идея! Давай Дашке позвоним. Она хозяйственная, наверняка что-нибудь вкусное придумает. Она обожает готовить и кормить гостей.

— Давай! — согласился Денис.

— Странно, — сказал Стас, — никто не отвечает! Неужели она еще спит? Пойду-ка позвоню ей в дверь.

— Но и на звонок в дверь никто не отозвался.

— Интересно, куда она с утра подевалась?

— Может, в магазин пошла? — предположил Денис.

— В этот момент раздался телефонный звонок. Стас схватил трубку. Звонила Вероника Леопольдовна.

— Стасик, здравствуй!

— Доброе утро, Вероника Леопольдовна!

— Стасик, а Петя уже у тебя?

— Петя? Нет, мы с Денисом еще только встали… У вас какие-то новости?

— Да! Стасик, я вчера засела у себя на балконе, а у них все окна и двери настежь стояли, и я многое слышала. Но важным мне только одно показалось!

— Что?

— Я поняла, что… киллер должен будет поехать в Кострому.

— В Кострому? Именно в Кострому, а не в Костромскую область? — уточнил встревоженный Стас.

— Не могу тебе точно ответить, я ведь вылавливала по кусочкам сведения из пьяного бреда. Но слово «Кострома» там точно было. Стасик, эти сведения надо как-то передать туда, в деревню, вашим девочкам.

— Постараюсь! Но им туда не позвонишь.

— Надо сделать так — послать туда телеграмму с просьбой позвонить. Это наилучший выход.

— Да, правда! Мне это в голову не пришло. Спасибо, Вероника Леопольдовна. А что они там делают?

— Храпят! Да так, что стены дрожат, — засмеялась Вероника Леопольдовна. — Но куда же все-таки подевался Петя?

— Скорее всего спит и не слышит звонка!

— Ах да, я забываю, что молодые крепко спят. Я сама в вашем возрасте спала так, что мои родители однажды откуда-то вернулись, ключа у них не было, и им пришлось взломать дверь, а я спала и ничегошеньки не слышали. Ну все, Стасик, будь здоров! Если будут новости, звоните, держите меня в курсе дела.

— Обязательно! Спасибо вам большое!

— Не за что! Для меня это тоже развлечение на старости лет.

— Денис! Мне это не нравится! — воскликнул Стас, положив трубку. — Похоже, Дашка с Петькой куда-то рванули.

— В Валентиновку скорее всего.

— Я тоже так думаю! Это все Петькины дела, Дашка сама ни за что бы на такое не решилась. Ну я ему уши надеру.

— Это не очень опасно, а, Стас?

— Да вроде нет, если подумать хорошенько, что им грозит? Валентиновка место довольно людное, и потом, они ведь хотели только найти эту дачу… Черт, как жрать хочется… О, вот тут есть пакеты с супом. Будешь?

— Буду!

— Хватит нам одного пакетика?

— Нет, не хватит! Давай два, я жутко есть хочу! Через несколько минут в кастрюле уже кипел куриный суп с вермишелью. Денис заглянул в кастрюлю.

— Что-то он жидковат! Одна вода! У тебя вермишель есть? Давай подсыпем туда, вкуснее будет!

— Думаешь?

— Уверен! А то на него и смотреть невкусно.

— Стас сыпанул в кастрюлю горсть вермишели.

— Вот, совсем другое дело!

— И вскоре они уже хлебали то ли суп с вермишелью, то ли вермишель с подливкой. Но оба были страшно довольны.

— А вкусно получилось! — удивлялся Стас.

— Наевшись, они решили все-таки еще позвонить Даше и Петьке. Но ни там, ни там никто не ответил.

— Ясно, — констатировал Стас. — Они в Валентиновке.

— Может, и нам туда поехать? А вдруг им помощь нужна?

— Вряд ли. И потом мы запросто можем разминуться, и будет только хуже. В конце концов надо же кому-то проследить за нашими мужичками, когда они пойдут на свиданку с Кузьмичом.

— Тоже верно! Ты в шахматы играешь?

— Играю! — обрадовался Стас. — Сразимся?

— Давай!

— Денис уже второй раз обыгрывал Стаса, когда в дверь позвонили.

— Стас пошел открывать. На пороге стояли Даша и Петька.

— Привет! — не без смущения сказала Даша.

— Ну и что вы узнали? — не поздоровавшись, спросил Стас. — Валентиновка на месте стоит?

— Откуда ты знаешь?

— Очень трудно догадаться! Если где есть дача, то там и ищи Петьку! Вот только ты зачем поперлась? И куда вообще все это годится? Дисциплина не такая уж плохая штука, как может показаться. Особенно в нашем деле. Петро, неужели тебя жизнь ничему не учит?

— Стас, кончай бодягу! — сказал Петька. — Лучше послушай, что мы узнали…

— Выслушав рассказ Петьки, Стас пожал плечами:

— Конечно, это неплохо, но… Собственно говоря, это мало что меняет. Все равно мы сегодня должны проследить за Витьком и Пашей. Никуда не деться… Но вы нам задачу только осложнили!

— Почему это? — возмутилась Даша.

— Потому что как последние идиоты полезли к этому Кузьмичу! Он же теперь вас как облупленных знает и если опять увидит, то я вообще за вашу жизнь не ручаюсь!

— У Петьки вытянулось лицо. Только сейчас он понял, какого маху дал!

— Стасик… — начала было Даша.

— Что Стасик? Что Стасик? Если б ты сначала спросила Стасика, прежде чем ехать с этим авантюристом.

— Я авантюрист? — задохнулся Петька.

— Типичный авантюрист. И совершенно не приспособленный к нормальной совместной работе. Это же работа, пойми. Это не концерт, где нужно солировать.

— А между прочим, если вспомнить, то мое солирование не так уж мало дало… — попытался оправдаться Петька, впрочем, вполне прочувствовавший свою ошибку.

— Что было, то было! Но в данном случае…

— В данном случае он не солировал, — вступилась за друга Даша. — У нас был самый настоящий дуэт!

— Денису это заявление не понравилось.

— Все-таки это никуда не годится! — несмело заявил он. — А вдруг бы вы нам понадобились? Как можно не предупредить хотя бы?

— Конечно! Форменное безобразие! — распалялся Стас. — И вот что я вам скажу: если вы сами не понимаете, то я как старший постараюсь вам все объяснить не на словах, а на деле. Итак, сегодня вы отстраняетесь от операции!

— То есть как? — возмутился Петька.

— А вы без нас справитесь? — холодно усмехнулась Даша.

— Неужели тебя это интересует? Судя по твоему поведению, ни в малейшей степени.

— Стасик! Ниже нос! — попыталась его одернуть Даша. Но куда там!

— Да! Да! Посидите дома и подумайте над своим поведением.

— Слушай, Стас, с чего это ты нас распекать взялся? Ну виноваты, ну ты прав, признаем, но применять к нам воспитательные меры, это уж слишком!

— Даша дернула Петьку за рукав. И незаметно ему подмигнула.

— Петь, да чего ты с ним разговариваешь. Видишь же, он не в себе. Ну и ладно, пускай сами по жаре за этим мужичьем таскаются. Нам же лучше!

— А вообще-то да! Ты права! Что, нам больше всех надо? Ни фига. Давай, Лавря, и в самом деле в зоопарк смотаемся. На зверей поглядим, они хоть не облают ни за что, ни про что.

— Вот и отлично! — вышел из себя Стас. — Самое милое дело для детишек — в зоопарк пойти! На пони покататься можно. Кайф! Катитесь, катитесь!

— Стас, ты что? — испугался Денис.

— Я — ничего! Нельзя же постоянно потакать всей этой самодеятельности! Пусть знают, что…

— Ладно, мы пошли в зоопарк, — сказала Даша, — а потом я лично возвращаюсь на дачу!

— Дело твое! — бросил Стас.

— Петечка, зайдем сейчас ко мне на минутку, а потом двинем в зоопарк! — подчеркнуто ласково заявила Даша, взяла Петьку под руку, и они вдвоем вышли на площадку. Даша открыла дверь своей квартиры.

— Лавря, ты чего придумала? — прошептал Петька.

— Войдем, тогда скажу.

— И лишь когда дверь была заперта, она проговорила:

— Петька, мы с тобой поедем на ВДНХ!

— Зачем?

— Затем! Засядем в кустах, где мы вчера сидели с Денисом, все подслушаем.

— А дальше что?

— Там видно будет. Тоже мне, командир выискался! От операции он нас отстраняет!

— А вообще-то ты права! Если мы туда заранее явимся, то сможем так замаскироваться, что нас сам черт не сыщет. Но что, если они в другом месте встречаться будут?

— Это вряд ли, но если… В таком случае мы зря проторчим там часа два. Только и всего. Подумаешь, большое дело! А если мы добудем ценную информашку, то… Победителей не судят. Нам с тобой позарез победить нужно!

— Это точно! В одном Стас, конечно, прав — глупо мы с тобой засветились.

— Глупо, признаю, но все равно он не имел права…

— Ладно тебе, Лавря, давай лучше на холодную голову все спланируем, чтобы больше не попадать в такое идиотское положение. Время у нас есть! Они ведь только к четырем поедут на Красносельскую… Значит, скорее всего свиданку на пять назначат. Нам с тобой надо быть там в половине пятого. Вот черт!

— Что?

— Я ж обещал маме, что сегодня вечером приеду на дану!

— И я. Ну и что? Мы все успеем. Если ты к часам девяти-десяти вернешься, это нормально будет?

— Нормально!

— Тогда мы двадцать раз все успеем. Он ведь не сразу пойдет профессора убивать!

— Это точно!

— Тем временем Денис укорял Стаса:

— Ты не прав, Стасик! Нельзя было так с ними!

— Но ты же сам!..

— Да, я согласен с тобой, что они зарвались, но и ты тоже перебрал! Они обиделись, особенно Даша!

— Ничего! Им это только на пользу! — хорохорился Стас. — Ладно, хватит об этом. Я вот что думаю — может, нам поехать сейчас на Можайку и повести их оттуда? Вдруг у них какие-то перемены, вдруг они телефон Зинке новый оставили и вовсе на Красносельскую не собираются, а?

— Ну вообще все может быть. А ты позвони Веронике. Вдруг она уже в курсе?

— Правильно соображаешь!

— Он набрал номер.

— Вероника Леопольдовна, здравствуйте еще раз, это Стас! Есть какие-нибудь новости?

— Есть! Недавно один из них заходил ко мне звонить. Я из той квартиры аппарат забрала. А то сейчас модно снять квартиру и говорить по телефону со всем белым светом, а потом смыться…

— Ой, какая вы молодчина! — обрадовался Стас.

— Я им сказала, что могут говорить от меня! Мне не жалко!

— И о чем они говорили?

— Он позвонил какой-то Зинаиде и сказал, что в четыре им будут звонить и что они к четырем к ней приедут. Вам это о чем-нибудь говорит?

— Да! Да! Спасибо вам огромное!

— Стасик, моя помощь не нужна?

— Нет, спасибо! Вы и так помогли нам просто невероятно!

— И еще один вопрос. Петя нашелся?

— Да, нашелся, — сухо отвечал Стас.

— Что-то не так? Да?

— Нет, что вы! Просто я отстранил его сегодня от операции вместе с Дашей. Они уж слишком самовольничали. Так нельзя!

— И где он сейчас!

— Они собирались с Дашей в зоопарк.

— В зоопарк? Ну и чудесно! Стасик, когда вернетесь, обязательно позвони мне и все расскажи.

— Непременно! Спасибо вам за все!

— Он положил трубку.

— Золотая тетка! Теперь нам незачем тащиться на Можайку. Просто подвалим к четырем на Красносельскую. И все! А сейчас давай еще в шахматы сыграем. Должен же я отыграться!

Глава 13

Бог шельму метит

— В половине пятого Даша с Петькой уже были рядом с заброшенным палисадником на территории бывшей ВДНХ.

— Ну где вы тут прятались? — спросил Петька.

— Вон там. А они сидели здесь…

— Здорово! Отсюда, наверное, каждое слово слышно!

— Конечно!

— Но долго тут не просидишь, — осмотрев место укрытия, констатировал Петька.

— Да, удобства тут небольшие! — согласилась Даша. — Но что же делать? Выбирать не приходится!

— Ничего, мы сейчас устроим тут все поудобнее!

— Петька куда-то убежал и вскоре вернулся с охапкой свежего сена.

— Вот, подстелим его, и сидеть будет мягче!

— Где ты взял сено? — удивилась Даша.

— А вон там, видишь, копешка? Кто-то накосил, а я приметил! Ну как, удобнее сидеть?

— Не то слово! Вчера я на корточках сидела, думала ноги отвалятся. Давай, Петька, залезай сюда, а то вдруг они придут, уже почти пять.

— Петька уселся рядом с ней.

— Смотри! Идут!

— Первыми показались Витек и Паша. Коротышки с ними не было.

— Вроде тут, — сказал Паша.

— Ага! Точно! — подтвердил Витек. — Садись, Паша, чего стоять.

— Витя, а тебе на это бабок не жалко? А? Все ж таки четыре штуки на брата.

— Паша, не жадничай. Скажи спасибо, что у нас есть эти бабки. Все чин чинарем, лежат себе денежки в банке, кушать не просят. Но жить-то спокойно мы с тобой сможем, только когда Профессора в живых не будет. Не даст он нам жить, пойми ты, жадина!

— Да я не жадина, я не про то… Не надо было нам смываться, пошли бы прямиком к Профессору, все бы рассказали, и необязательно он бы на нас подумал… А теперь в такое дерьмо влезли… Зря я тебя тогда послушался!

— Зря не зря, а теперь уж обратного хода нет. Ой! Ты откуда?

— От верблюда! — раздался голос Коротышки. — Решил послушать, о чем вы тут балакаете. Никак раздумали?

— Да что ты? Ничуть мы не раздумали.

— Задаток принесли?

— А как же? Вот тут три куска, остальные пять потом.

— Точно, как договорились! Ну теперь давайте, рисуйте план, где ваш Профессор обретается.

— План? Зачем тебе план? — испугался Паша.

— Мне-то он без надобности, но вот исполнителю нужен. Как он там его в лесу сыщет? Чай не в деревне, где каждая собака дом показать может!

— «Интересно, — подумал Петька. — Очень интересно! Значит, и впрямь у Профессора есть еще какой-то дом в лесу. Вот там, наверное, и находится подвал с костями!»

— Но… А вдруг исполнитель твой попадется и найдут у него план, моей рукою нарисованный… Мне это не улыбается!

— Хорошо! Ты нарисуй, а я при тебе срисую, и твою бумажку мы сожжем. Так тебя устроит?

— Устроит, — проворчал Паша..

— Ну, рисуйте!

— Вить, давай ты, я же не очень ориентируюсь, ты знаешь.

— Витек вытащил из кармана записную книжицу, выдрал оттуда два листка, на одном нарисовал план, а второй протянул Коротышке.

— Вот! Перечерти.

— Сейчас, сейчас! А это вот что?

— Это просека в лесу. От нее повернешь направо, пройдешь еще километра полтора и там увидишь дом. Но только туда тебе не попасть.

— Это уж не твоя забота, тем более мне там делать нечего. Это не моя работа.

— Там охрана у него, имей в виду!

— Хорошо! Сколько человек охраны?

— Кто его знает, человек пять, я думаю, есть. И собаки. Два здоровых волкодава.

— С этим все понятно. А где еще его можно встретить?

— Да почитай везде. И в деревнях бывает, и в городках. Баба у него в Николо-Шири живет!

— Где?

— В деревне Николо-Ширь!

— И что за баба?

— Баба как баба!

— И часто он у ней бывает?

— Да почитай что каждый день. А иногда уедет куда-то, никто не знает куда.

— Ладно, с этим мы разберемся! Я все понял.

— И… когда можно надеяться? — спросил Паша.

— Не терпится, видать? — засмеялся Коротышка. — Срок — две недели! Выйдет раньше — хорошо!

— А если вообще не выйдет? — поинтересовался Витек.

— Так не бывает! У нас — не бывает! Мы — фирма надежная!

— А можно, чтоб это выглядело как несчастный случай? — осторожно проговорил Паша.

— Не можно, а нужно! Зачем нам всякие расследования? Совершенно ни к чему! Будьте уверены, тамошние менты сразу все спишут на несчастный случай. Ну все! Я пошел. Хотя нет, — сказал он, чуть помедлив. — Лучше идите вы сперва, а я потом!

— Ну прощевай!

— Да-да, идите уже! Идите! — вдруг заторопился Коротышка. — А у меня тут еще дельце есть!

— Даша с Петькой встревоженно переглянулись. Что еще за дельце? И удастся ли им проследить за ним?

— Когда Паша с Витьком скрылись из виду, Коротышка внимательно огляделся вокруг, даже понюхал воздух и прислушался. Потом вдруг сорвался с места и кинулся в кусты с другой стороны дома.

— Ах ты падла! — раздался его хриплый голос. — Ты что тут вынюхиваешь, а?

— Пусти! Гад! Убийца! — донесся до них крик Дениса. — Ты что делаешь! Больно!

— Больно тебе? Сейчас тебе уже не будет больно, ни когда не будет больно!

— Петька вскочил и бросился на крик. Даша за ним. Коротышка заломил Денису руку и уже занес над ним нож, но тут Петька молниеносным движением выхватил из кармана веревку и метнул ее в сторону Коротышки. Мгновение — и тот уже хрипит в петле. Освободившийся Денис тут же отобрал у Коротышки нож.

— Спасибо, друг! — прочувствованно произнес он.

— Не за что! — буркнул Петька.

— Пусти, гад! — хрипел Коротышка.

— Но Петька с Денисом крепко его держали.

— Да вы что, я же пошутил, пустите! Эй, я сейчас задохнусь! Ослабь петлю, вас же за убийство судить будут!

— Петь, он прав! — крикнула Даша. — Пошли, отведем его в милицию! Пусть сами разбираются!

— Ладно уж, — сказал Петька и чуть ослабил петлю.

И тут произошло нечто странное. Одним движением выскользнув из петли, Коротышка стряхнул с себя Петьку и Дениса, как будто это были не крепкие ребята, а маленькие детишки, и на бешеной скорости рванул по дорожке. Ребята удивились так, что даже не сразу бросились за ним.

— Держите его, уйдет! — завопила Даша и первая ринулась вдогонку. Мальчишки словно очнулись и кинулись за ней. Вдруг откуда ни возьмись выскочил Стас и тоже погнался за Коротышкой. Он оказался ближе всех к нему и поймал его за рукав. От неожиданности Коротышка споткнулся и упал носом в землю. Стас немедленно его оседлал.

— Ага! Попался!

— И вдруг раздался милицейский свисток.

— А ну, граждане, что тут происходит?

— Никто из ребят еще не успел и рта раскрыть, как Коротышка завопил:

— Товарищ милиционер, уймите этих бандитов! Уже среди бела дня на инвалида нападают! Безобразие! Куда вы смотрите? У вас тут банды оглоедов в открытую действуют!

— Милиционер схватил Стаса и мгновенно надел на него наручники.

— Да вы что? — закричала Даша. — Это он сам бандит! Он чуть не убил его, — ткнула она пальцем в Дениса. — Не верьте ему!

— В ответ милиционер свистнул, и через минуту к ним устремились еще двое.

— Что тут, Филиппов? — крикнул один.

— Держите этих!

Петька и Денис стояли как вкопанные. Они так растерялись, что дали надеть на себя наручники, зато Даша, когда милиционер шагнул к ней, рванула с места и понеслась сломя голову, сбивая все на своем пути. За ней погнался один из ментов, но она бежала так, что никаких шансов ему не оставила, и в результате он махнул на нее рукой. Ничего, никуда не денется, эти парни в два счета расколются, и к вечеру девчонка будет в милиции.

— Обрадованный Коротышка поднялся, стряхнул с себя пыль и, ласково улыбаясь, сказал:

— Товарищи, я могу идти? Я очень спешу!

— Нет, вы уж извините, но без вас мы им ничего предъявить не сможем! И в любом случае мы должны составить протокол! Мы их, голубчиков, давно ищем! Сколько людей тут ограбили!

— Да вы что! — закричал Петька. — Это он бандит! Он убийца!

— А ну, заткнись! — приказал милиционер. — Сейчас пройдем в отделение и будем разбираться.

— Когда их привели в отделение, Стас сказал:

— А вы разрешите нам позвонить?

— Позвонить? Больше ты ничего не хочешь?

— Хорошо, тогда сами позвоните!

— — Это куда же? Папе с мамой? Позвоним, можешь не сомневаться! Пусть знают, каких деток воспитали!

— Нет, позвоните в МУР, спросите капитана Крашенинникова или майора Лаптева! Они меня знают!

— В МУР? Ишь чего захотел! В МУР? А может, сразу в Генеральную прокуратуру? Или прямо президенту? — издевался милиционер, страшно гордый тем, что поймал трех малолетних преступников.

— Лейтенант, вы уж извините, но, может, мы все-таки отпустим этих ребятишек! — сладким голосом попросил Коротышка. — Они ж еще дети, может, осознают… А я очень спешу и совсем не хочу, чтобы из-за меня им жизнь испортили… Давайте разойдемся по-хорошему! И вам ни к чему лишние хлопоты с этой ребятней! Мы же из литературы знаем, многие великие люди в детстве ша лили… Давайте проявим гуманизм!

— Гуманизм, говорите?

Лейтенант представил себе, сколько возни будет с этими малолетками, сколько слез, сколько звонков… Вон они как уверенно держатся, наверняка из высокопоставленных семей! Еще и неприятностей можно нажить… Может, правда, отпустить их к чертовой матери? Они сюда уж точно больше не сунутся, на его участок. Не совсем же они безголовые, и потом пострадавший просит. Без его заявления все равно придется их отпустить…

— Ладно, будем гуманистами! — решил лейтенант, но тут раздался телефонный звонок.

— Слушаю! — сказал лейтенант. — Что? Да, так точно, товарищ капитан. Вы уверены? Да? Очень интересно получается, а я уж было… Есть! — Он довольно долго слушал, что ему говорил какой-то капитан. — Слушаюсь! Так точно! Есть, товарищ капитан! — Когда он положил трубку, на лице его было написано крайнее удивление.

— Ну что, лейтенант, проявим гуманизм? — напомнил о себе Коротышка.

— Что? Ах, гуманизм, да, конечно, проявим, еще как проявим! — несколько зловеще произнес лейтенант.

— У ребят ушло сердце в пятки. Они столько начитались о зверствах в милиции… Их вполне могут тут избить, и хорошо еще, если не покалечат…

— Так что, я могу идти, лейтенант? — волновался Коротышка. — Нет заявителя, нет и дела, верно ведь, а?

— Это уж точно! А как фамилия ваша, гражданин?

— Моя? А зачем вам?

— Для порядка! А вдруг мы отпустим ребятишек, а они опять на чем-нибудь попадутся! Тогда как? Тогда вы нам можете понадобиться. Согласны?

— Да они не попадутся! Правда ведь, ребятки? — приторно-сладким голоском спросил Коротышка.

— «Что это с ним? Боится, ясное дело», — подумали все трое. И промолчали.

— Все же как ваша фамилия, гражданин? И вообще, документы у вас есть?

— Документы? Пожалуйста! Вот паспорт! — с готов ностью протянул ему документ Коротышка.

— Так, гражданин Убоев Леонтий Кузьмич!

— Ребята вздрогнули. Ну и фамилия, вот уж точно, бог шельму метит.

— Прописка московская, документы в порядке.

— Так я могу идти?

— Подождите, тут еще кое-какие формальности надо выполнить, и я вас отпущу. Иван! — позвал он молодого парня в штатском. — Побудь-ка тут, а я сейчас! И смотри… — Он что-то шепнул Ивану и поспешно вышел из кабинета.

— Не понимаю, почему он меня тут держит! Я же в конце концов пострадавший. И не подаю заявления. Не возбуждаю дело. Я же по закону могу идти? Ведь верно? — обращался Убоев к Ивану.

— Можете, гражданин, можете! Никто вас тут держать не собирается, вот лейтенант вернется, и идите на все четыре стороны.

— Но вы и ребятишек отпустите, правда?

— Отпустим, чего ж не отпустить! — И он почему-то подмигнул ребятам.

— Прошло не меньше получаса. Вдруг раздались громкие шаги, дверь распахнулась, и на пороге вырос… капитан Крашенинников, собственной персоной.

— Дядя Володя! — воскликнул Стас. — Вы откуда?

— А Убоев вдруг смертельно побледнел.

— Итак, что тут у вас?

— Дядя Володя, мы…

— Знаю, все знаю!

— Вас Лавря вызвала? — догадался вдруг Петька.

— Лавря? — переспросил капитан.

— Ну, Даша Лаврецкая!

— Конечно! Если бы не она, париться бы вам тут значительно дольше! Лейтенант, ребята могут быть свободны! А вас, гражданин, попрошу задержаться!

— Но почему? — внезапно ослабевшим голосом спросил Коротышка.

— Это я вам объясню без свидетелей!

Глава 14

Возвращение

Едва они вышли на улицу, как к ним бросилась Даша.

— Ну что? Они вас не тронули?

— Нет! Лавря, спасибо тебе, ты настоящий друг! — прочувствованно сказал Петька.

— Да, ты молодчина, не растерялась, — несколько смущенно улыбнулся Стас. — Но как вы здесь оказались? Вы же собирались в зоопарк?

— Скажи спасибо, что они здесь оказались! — воскликнул Денис. — Если бы не Петька… Ты мне жизнь спас! И теперь ты мне друг навеки! Если… — Денис вдруг запнулся, — если, конечно, ты захочешь со мной дружить!

Вместо ответа растроганный Петька протянул ему руку. Даша была страшно довольна.

— Ну что, Стас? Разве самодеятельность такая уж плохая штука?

— Ну в данном случае… А впрочем, все это ерунда. Спасибо!

— Ну все, хватит умиляться! — оборвал вдруг их Петька. — Лавря, что ты сказала капитану?

— Я сказала, что мы выследили наемного убийцу! Он спросил, откуда мы знаем, я сказала, что это по телефону долго объяснять и надо скорее вас из ментуры вытаскивать. А потом ему кто-то что-то сказал там, на Петровке, и он спросил у меня приметы этого типа. И когда я их перечислила, он закричал: «Если бы вы знали, какие вы молодцы!» И все!

— А про Профессора? Про наркотики?

— Ни звука!

— Это гениально! Профессора мы сами разоблачим. Вот! Смотрите! — И Петька вытащил из кармана бумажку с планом.

— Откуда? — поразилась Даша.

— Он выронил, а я подобрал!

— Слушай, но ведь это же улика протдз него? — заволновался Денис. — Может, надо подбросить? Или просто отдать капитану?

— Ни фига! Мне самому эта бумажка понадобится!

— Петь, ты что удумал?

— Я завтра еду в эту вашу Николо-Ширь!

— Один? — ахнула Даша.

— Зачем? С Денисом! Ему тут больше делать нечего!

— Денис расплылся в улыбке. За Петькой он теперь готов был идти в огонь и воду! Еще бы! Какое-то мгновение отделяло его от удара ножом. Такое не скоро забудешь.

— Можно подумать, тебя предки отпустят! — усомнилась Даша.

— Отпустят! Я что-нибудь придумаю!

— Скажи, что я пригласил тебя к себе на дачу! — подал голос Денис. — У нас дача на Волге! Чем плохо?

— У вас правда дача на Волге? — поинтересовался Стас.

— Нет, у нас вообще дачи нет! — усмехнулся Денис.

— Но ведь Петькина мама тебя не знает! — напомнила Даша. — И она наверняка захочет познакомиться с твоим братом.

— Вообще-то да, — пал духом Петька. — Как же быть? Давайте скорее что-нибудь придумаем!

— Может, мы с Дашей пригласим тебя к нам на дачу на несколько дней, а? — предложил Стас. Он чувствовал себя виноватым перед Петькой и очень хотел загладить свою вину.

— А что? Неплохая мысль, особенно если кто-то из вас поедет со мной к нам на дачу… Хотя нет! Лучше позвонить папе на работу…

— Да твой папа давно уже ушел с работы! Вон, времени сколько! — воскликнула Даша.

— Да, правда… Тогда сделаем так! Я еду сейчас на дачу, вы тоже возвращайтесь, а завтра утром пускай Стас приедет к нам и позовет меня к себе в гости! Дня на три! А я пока проведу моральную подготовку! И тогда завтра вечером мы выедем в эту Николо-Дурь! — увлеченно воскликнул Петька.

— Николо-Ширь! — поправил его Денис.

— Петь, а что ты там собираешься делать? — не без зависти спросила Даша.

— Хочу своими глазами на все это поглядеть! А главное — на Профессора!

— Поздно вечером Петька и Денис стояли в коридоре вагона.

— Петь, я так рад, что ты со мной едешь!

— Я тоже рад! Дело уж очень интересное!

— Слушай, а почему ты ничего не сказал капитану про наркотики? Может, они этого Профессора также точно разыскивают, как коротышку Убоева?

— Наверное, разыскивают, но ведь капитану не дадут этим заниматься, это же не Москва! А кто там в глухамани будет вести это дело, еще никому не известно! И потом… Я ничего не хотел говорить раньше времени, у меня есть еще кое-что! — И он вытащил из кармана конверт.

— Что это?

— Погляди сам!

— Денис взял в руки конверт. Тот был не запечатан. Денис открыл его и вытащил оттуда фотографию какого-то мужчины лет сорока, с красивым, но холодным лицом.

— Кто это?

— Ты его никогда не видел?

— Я? Нет! Никогда.

— Ты уверен?

— На все сто! Но кто это такой?

— Не знаю! Я думал, что Профессор…

— С чего ты взял? Профессор совсем другой! Общего у них — только одни усы! Но у профессора они седые и короткие, а у этого вон какие пышные. Нет, правда, кто это?

— Понимаешь, эта фотокарточка выпала у Кузьмича из кармана вместе с планом, и я решил, что эти мужики дали ему фотку Профессора.

— Ничего подобного. Наверное, ему еще кого-то заказали!

— Похоже, что так… Слушай, Денис, как ты думаешь, Муськина бабка не рассердится, что ты меня притащил?

— Нет, она добрая!

— Но там ведь еще этот журналист!

— Ну и что? На сеновале места всем хватит, а продукты мы и так с собой везем!

— Петина мама не отпускала его в гости, пока он не согласился взять с собою большую сумку всяких припасов и деликатесов. А Даша в дорогу напекла им пирожков с мясом.

— С чего ты начнешь? — полюбопытствовал Денис после недолгого молчания.

— С профессора! С чего же еще! Я первым делом хочу с ним познакомиться… Денис! Послушай! А почему они давали ему адрес какого-то лесного дома, план рисовали, если он в деревне живет?

— Я тоже тут что-то не понял! И потом они говорили — он там у бабы бывает, а она вроде его жена, законная?

— Может, они не в курсе? Ведь он, наверное, в деревне один, а в лесном доме совсем другой? Там он, наверное, и есть настоящий! А тут ради жены притворяется!

— Скорее всего! — согласился Денис. — Неужели она ничего не подозревает?

— Или тоже умело маскируется!

— Вообще-то все может быть! Я уже знаю, люди всякие бывают. Иногда так притворяются…

— Ничего, Денис! Расколем мы профессора, будь спок. Никуда он от нас не денется.

— Но ты же говоришь, что с тамошней милицией не хочешь дело иметь?

— Не хочу! Но там ведь этот журналист. Он нас подстрахует и свяжется с кем надо. Когда потребуется, — добавил он. — Ну все, пошли спать, завтра дел — невпроворот!

Всеволод Григорьевич пребывал в некоторой растерянности. Обычно он судил о людях с первого взгляда, и этот первый взгляд, как правило, бывал безошибочным. Благодаря этой своей способности он и стал известным журналистом, о чем мечтал еще с восьмого класса школы. А вот теперь он не знал, что и думать. Профессор Филатов даже после нескольких дней общения по-прежнему оставался для него загадкой. С одной стороны, это был широко образованный, начитанный человек, знавший наизусть бессчетное множество стихов, прекрасно разбиравшийся в литературе, а с другой — невольно вызывал подозрения… «А если бы я ничего о нем не знал, я все равно не доверял бы ему или нет?» — думал Медынский и приходил к выводу, что да, не доверял бы. Была в нем какая-то суетливость, какая-то неуверенность… Словно он чего-то боится… Но когда Всеволод Григорьевич представлял себе его в роли главаря наркомафии… Тут было что-то не то… Недаром Муся говорила, что у профессора очень неясная аура. А раз так, снять с него подозрения он никак не мог.

— Всеволод Григорьевич, вы ничего нового не узнали? — допытывалась Муся.

— Да нет, он вроде бы ведет себя нормально, вот только в телефонном разговоре с Москвой была одна фраза…

— Какая? — выкрикнула Виктоша.

— Он сказал, что… Погодите, дайте вспомнить точно… Ах да, он сказал, что у него случилась катастрофа!

— Планетарного масштаба? — спросила Виктоша.

— Нет, про масштаб речи не было! Он просто сказал, что на днях случилась катастрофа!

— Еще бы не катастрофа — двенадцать кило наркоты пропало! — усмехнулась Виктоша. — И что вы думаете дальше делать? Развивать знакомство?

— Конечно! А у тебя есть другие предложения?

— Да нет!

— Они втроем сидели в саду за недавно сколоченным столом и завтракали. Всеволод Григорьевич собирался вскоре ехать с профессором на рыбалку.

— Всеволод Григорьевич, я вам не советую! — сказала Виктоша.

— Почему?

— Это опасно! А вдруг он хочет заманить вас куда-то и там прикончить?

— Вика! — всплеснула руками Муська. — Что ты такое несешь?

— А что? Мало, что ли, таких случаев? Сплошь и рядом!

— Муся, а ты как считаешь? — полюбопытствовал Медынский.

— Муся задумалась, закрыла глаза.

— Спокойно можете ехать, — вдруг заявила она. — Ничего плохого не случится! Я точно знаю!

— Ну уж коли Муся отпускает, обязательно поеду!

— Дело ваше! — буркнула Виктоша. У нее в отличие от Муськи были какие-то нехорошие предчувствия. Впрочем, Муське виднее.

— Девочки пошли проводить Медынского до профессорской дачи и уже на подходе к ней услышали пронзительный голос профессора:

— Вальчушик! Ну почему ты не хочешь ехать? Почему?

— Потому что не хочу! Ненавижу рыбалку! Скучнейшее занятие!

— Но ты же сможешь там как следует искупаться и так же лежать на солнышке, как и здесь!

— Опять двадцать пять! — прошептала Виктоша. — Ну и зануда.

— Муся с Медынским рассмеялись.

— Ну, Вальчушик!

— Отвяжись, бога ради! У меня больше нет сил выносить эту пытку. Я не поеду! Не по-е-ду! И вообще… — Она хотела сказать еще что-то резкое, но заметила девочек с журналистом и осеклась. — Доброе утро! — крикнула она с облегчением. — Девочки, вы тоже едете?

— Нет, мы Всеволода Григорьевича провожаем! — ответила Муся.

— Профессор еще долго бегал вокруг машины, нелепо суетился, бросая на Вальчушика обиженные взгляды. Наконец он объявил, что готов ехать. Мужчины уселись в «Шевроле» и уехали.

— Девочки, на речку пойдете?

— Попозже немного, нам надо еще дома убраться! — сказала Виктоша.

— Приходите поскорее! С вами хоть поболтать можно!

— Обязательно! — хором пообещали девочки.

— Они вернулись домой и взялись за уборку. Вдвоем это было даже весело. Вдруг Кортик залился лаем.

— Кто-то идет!

— Муся выглянула во двор.

— Денис! Это Денис! А с ним еще кто-то!

— О! Да это же Петька! Наш пострел везде поспел!

— Девочки выскочили навстречу гостям.

— Привет, подруги! — закричал Петька. — Не возражаете, если я тут у вас несколько дней потусуюсь?

— А если и возражаем, куда ты денешься? — усмехнулась Виктоша. — Да не красней ты, я пошутила! Как успехи?

— Успехи немалые! — сообщил Денис, ставя наземь тяжелую сумку Петиной мамы.

— Есть будете? — деловито осведомилась Муся. — Вы с поезда?

— Да! Будем! С поезда! А вот эту сумку вам моя мама прислала.

— А что там? — поинтересовалась Виктоша.

— Жратва всякая! — буркнул Петька.

— Виктоша с любопытством открыла сумку.

— Ну и ну! Чего тут только нет! — И она принялась выгружать из сумки банки, свертки, вакуумные упаковки.

— Когда мальчики утолили голод, а девочки убрали со стола, Петька вытащил из кармана какой-то конверт.

— Вот! — с гордостью сказал он. — Глядите, что мы добыли! — И он достал из конверта какую-то бумажку.

— Что это? Какой-то план? — удивилась Виктоша.

— Это второй дом Профессора!

— В Валентиновке?

— В какой Валентиновке! — закричал Петька. — Это здесь, у вас под боком.

— Что? — ахнула Муся. — Здесь? Дай-ка посмотрю! Она внимательно пригляделась к чертежу.

— Что-то я ничего не пойму! Откуда идти-то надо?

— Вот это мы и хотим у вас выяснить! — сказал Денис.

— Мужики что-то говорили про просеку, — вспомнил Петька. — От просеки полтора километра.

— Ха! Тоже мне ориентир — просека. Да тут в лесах этих просек, — пожала плечами Муся. — Разве что у бабушки спросить… Она, может, и дом этот знает!

— Там охрана! И волкодавы! — добавил Петька. — А еще кто-нибудь не может про это знать? Не хотелось бы бабушку твою беспокоить!

— Ладно вам, вы сперва лучше расскажите, что в Москве было! — потребовала Виктоша.

— Мальчишки, перебивая друг друга, рассказали о московских событиях.

— Так что Петька мне в буквальном смысле слова жизнь спас!

— Да ладно тебе!

— Петь, а как это ты веревку на него накинул? Как лассо? — поинтересовалась Виктоша.

— Ага! Я на даче от нечего делать тренировался, и вот видишь, пригодилось!

— Ты, Петечка, молодец! Смелый!

— Да не в смелости тут дело, а в реакции! У меня реакция хорошая! Ой, девочки, у этого убийцы Убоева из кармана карточка выпала. Вы случайно не знаете этого мужика?

— Виктоша первой схватила фотографию.

— Нет, первый раз вижу! Мусь, погляди ты!

— Муся долго разглядывала фотографию.

— Нет, вроде не знаю, но что-то знакомое в этом лице есть! Может, мельком видела… Нет, не вспомню! Ой, Денис, тебя тут Степка ждет не дождется! Он, по-моему, один тут рыщет, что-то вынюхивает!

— Шпионов ловит! — рассмеялся Денис. — Я ему про наркотики ничего не сказал, вот и придумал, что профессор — шпион!

— Они расхохотались. А Муся вдруг сказала:

— Может, это вовсе и не выдумка!

— Все удивленно на нее уставились.

— Понимаете, эта его странная аура… На зловещего убийцу не тянет вроде, а вот на шпиона…

— Ерунда, чего ему тут шпионить, и потом, какие могут быть сомнения? Ясно же, главарь у них — профессор! Допускаю, что и над ним еще кто-то есть, но… Вот что, покажите-ка мне этого профессора! — заявил Петька.

— Ничего не выйдет, они с Всеволодом на рыбалку укатили.

— Далеко?

— Далеко, куда-то на лесное озеро, я даже не знаю, где это, — сказала Муся.

— Ну а со Степкой можно познакомиться?

— Это запросто! — воскликнул Денис. — Скорее всего он сейчас на речке!

— Тогда пошли! Заодно искупаемся!

— Только, Петь, ты там насчет профессора ни слова, а то его жена постоянно торчит на речке!

— Я похож на идиота?

— Ладно, извини, — засмеялась Виктоша.

— Не успели они выйти за калитку, как навстречу им попался запыхавшийся Степка.

— О! Вот и Степа! — сказала Муся. — На ловца и зверь бежит!

— Чего? — шмыгнул носом Степка, но тут же расплылся в улыбке. — Денис, приехал! Дай пять!

— Они обменялись рукопожатием. Потом Степка зачем-то вытер руку о штаны.

— Мне баба Дуся сказала, что ты приехал!

— Какая баба Дуся? — удивился Денис.

— А она вон в том окошке всегда торчит. Увидала меня и говорит, дружок твой вернулся! Ну я пошел…

— Степ, вот, познакомься, это мой друг Петя!

— Он тоже с Москвы?

— Да!

— И тоже… это… шпиенов ловит?

— Именно! — улыбнулся Петька. — Ты вот что, Степа, у нас к тебе важное дело. Ты здешние места хорошо знаешь?

— А то!

— Ты никогда не видал в лесу большой дом за высоким забором, где охрана и громадные собаки, а?

— Не-а, только слыхал!

— А что ты слыхал?

— Там это… дача… секретная…

— Чья? — воскликнули в один голос Петька и Денис.

— Да ничья вроде военная, одним словом! Говорят, там сигнализация на деревьях и вообще… Госбезопасности дача, вот!

— Госбезопасности? Странно… Вот погляди на этот план! Тебе это знакомо?

— Не-а, ни черта не поймешь! А вообще я у папки спрошу, он чегой-то говорил, вроде один раз они с брательником на ту дачу набрели… Слушай, Денис, може, профессор как раз к этой даче и подбирается, а?

— Да мы другое слыхали! — проронил Петька.

— Чего другое?

— Ну будто это и есть тот дом… где кости…

— Да ну? — поразился Степка. — Неужель такая дача у шпиена может быть?

— Как бы нам ее найти, Степа? — спросил Денис.

— Помозгуем — найдем! — уверенно заявил Степка. — Но толку не будет! Туда не подступишься! Как в кине, видали, Шурик из дурдома когда сбежать хочет, все деревья звенят, вот и там тоже… Папка говорил — рукой до дерева дотронулся, а оно — в звон!

— Интересно, очень интересно! — У Петьки загорелись глаза — вот это задача так задача!

— Ой, Вика, а вдруг он Всеволода Григорьевича туда повез? — прошептала Муся на ухо подруге.

— Ты ж сама сказала — ничего страшного не будет! Зачем ему твоего Севочку убивать?

— Это так, но… Ведь и я могу ошибиться…

— Нет, Муська, ты не можешь! — пылко заверила ее Виктоша. — Петь! Знаешь что, покажи-ка фотокарточку Степке, вдруг он этого мужика знает!

— Да, правда, чем черт не шутит, — сказал Петька, вытаскивая из кармана фотографию неизвестного.

— Знаешь?

— Степка осторожно взял карточку в руки и поднес поближе к глазам.

— Ну? — нетерпеливо спросил Петька.

— Баранки гну! — огрызнулся Степка. — Дай поглядеть нормально! Кажись, я его видел!

— Где? — закричал Петька.

— Да тут, в деревне! Смахивает на Варвариного хахаля!

— Он здешний? Деревенский?

— Не, из Костромы вроде! Но, може, это и не он! У этого усы, а у хахаля усов нет.

— А он часто тут бывает? — поинтересовалась Виктоша.

— Може, и часто, но я не знаю, мне зачем это?

— А кто такая Варвара?

— Баба!

— Понимаю, что баба, не мужик же! — засмеялась Виктоша.

— Она это… вдова, муж у нее по Волге ходил, речник, они в Саратове жили, а как потонул, так она к матери вернулась. Мать померла, Варвара теперь киномехаником работает.

— Она красивая? — спросила Виктоша.

— Красивая, — ответила за Степку Муся. — На Клаудию Шиффер похожа!

— Степа, а ты не можешь у мамы узнать, кто такой этот Варварин хахаль?

— Попробую! Только мамка удивится очень… Я вот что, у девчонки одной лучше спрошу, у Нинки Матросовой! Она знает!

— Только, Степа, смотри, не сболтни лишнего, — пре дупредил мальчишку Денис.

— Что я, дурной? — обиделся Степка. — Я с понятием!

— Вот и отлично! — обрадовался Петька. — А сейчас бежим на речку! Жарко! Купаться охота.

— И они гурьбой кинулись к речке, где, конечно же, загорала Валерия Васильевна.

— Ох, сколько вас! — засмеялась она.

— Здрасьте, тетя Лера! — приветствовал ее Степка.

— Здравствуй, Степушка!

— Искупавшись, Степка шепнул Денису:

— Я пошел Нинку искать!

— Давай! Ни пуха тебе ни пера!

— К черту!

— И Степка исчез.

— Они лежали на траве, над ними летали стрекозы, было солнечно и тихо.

— Здорово тут! — сказал Петька. — Но я за грибами хочу! Денис мне все уши прожужжал! Может, сходим?

— Нет, за грибами надо идти рано утром, — сказала Муся. — Вот завтра встанем пораньше и все пойдем в лес! Правда, дождя давно не было, может, и нет уже грибов!

— Я сегодня с утра ходила, — вмешалась в разговор Валерия Васильевна, оторвавшись от очередного «женского» романа. — Совсем мало собрала. Если дождика не будет, можно и не ходить.

— Мусь, а ты дождик вызвать можешь? — со смехом спросила Виктоша.

— Вика! Ну что ты говоришь? — укоризненно воскликнула Муся. — Конечно же, нет! Надо ж такую ерунду придумать!

— А ты пробовала?

— Вика!

— Да ладно вам, — прервал их разговор Денис. — Я по радио в поезде слыхал, к вечеру обещали дождь!

— Здорово! Тогда с утра двинем в лес! — сказал Петька.

— Тем временем Валерия Васильевна собрала свои вещи, попрощалась и ушла домой.

— А мне эта тетка не понравилась! — решительно заявил Петька.

— Почему? — удивились девочки.

— А чего она тут все подслушивает?

— Ерунда! Она очень хорошая женщина, вот у Муськи спроси, у нее аура чистая! — вступилась за свою знакомую Виктоша.

— Ну, если аура чистая, то я ей сочувствую! Вот когда выведем профессора на чистую воду, поглядим, что она запоет со своей чистой аурой!

Вскоре погода стала портиться. Солнце закрыли серые облака, и торчать на речке уже не имело смысла. Вся компания пошла домой. Муся волновалась из-за Медынского, но молчала.

— А вроде прогноз-то правильный! — сказал Денис. — Похоже, будет дождь! Так что без грибов не останемся! Что-то Степка пропал, видно, не нашел свою Нину! Ну что делать будем?

— Давайте играть во что-нибудь! — предложила Виктоша. — К примеру, в города!

— Да ну, игра для идиотов! — фыркнул Петька. — У вас карты есть? Можно в кинга сыграть!

— Я не умею! — призналась Муся.

И тут по крыше забарабанили первые капли дождя, разом сделалось темно и очень свежо. Пришлось даже среди бела дня зажечь свет. Еще немного, и дождь полил вовсю.

— А где же твоя бабушка? — забеспокоился Денис.

— Бабушка не пропадет! — уверенно заявила Муся. — Она в лесу как дома! А вот…

— А вот Севочка пропадет, — закончила за нее фразу Виктоша.

— И буквально в ответ на ее слова дверь распахнулась, и на пороге возник совершенно мокрый Медынский.

— Привет, друзья! А я с уловом! — И он показал двух небольших щук.

— Всеволод Григорьевич, на что ловили? — завопил Петька.

— На блесну!

— С лодки?

— С лодки! Э, да это ж Петька! — разглядел его Медынский. — Ты откуда, брат, взялся? И Денис приехал! А я на радостях и не сообразил ничего!

— Всеволод Григорьевич, сейчас же переоденьтесь, вы простудитесь! — сурово потребовала Муська.

— Иду, иду! Вот только рыбу возьми!

— А профессор что-нибудь поймал? — поинтересовалась Виктоша.

— Жереха одного! Но довольно большого!

— Всеволод Григорьевич ушел и появился минут через десять, уже сухой и чистый.

— Утром надо за грибами идти! — уверенно сказал он. — Если дождь кончится… Друзья мои, у вас какие-то новости? — обратился он к Денису и Петьке. — По глазам вижу! Выкладывайте!

— Они опять рассказали о поимке киллера Убоева.

— Нет, это с ума сойти можно! Я думал, такие истории только в книжках бывают! Я бы написал о вас статью, но нельзя!

— Почему? — спросила Виктоша.

— Опасно! Сами знаете, какое сейчас время!

— А если без имен? — спросил Петька.

— Без имен неинтересно! — закричала Виктоша.

— Вот что, Петя, — сказал Медынский еще немного погодя, — покажи-ка мне еще разок этот план и фотографию. Как я понимаю, план этот был начерчен для человека, который тут не бывал и мест этих не знает, так?

— Так! Ой, как же я не сообразил! По этому плану любой дурак должен найти дачу! Я вас правильно понял?

— Абсолютно! Давайте рассуждать, приехать он должен был в Палому? Вы это слышали?

— Да! Тогда давайте подумаем…

— Кажется, он говорил, что от Паломы надо доехать до Парфеньева… а вот уже…

— Погоди, — прервал его Медынский. — Муся, у вас есть карта здешних мест?

— Карта? Нет.

— Постойте, у меня же есть карта области, я же сюда добирался… Сейчас сбегаю, возьму!

— Всеволод Григорьевич! Вы промокнете! — закричала Муся. — Подождите, пока дождь пройдет!

— А я под плащом!

— На вешалке в сенях висел старый брезентовый плащ. Медынский накинул его, сбросил туфли и завернул джинсы до колен. В таком виде он выскочил во двор и вскоре вернулся с картой.

— Вот, давайте-ка подумаем. Если предположить, что он должен был выйти из Парфеньева, то…

— Они долго еще сидели, склонившись над картой, и разрабатывали возможные маршруты. К вечеру дождь прошел, стало тепло и парко.

— Самая грибная погода! — мечтательно сказала Муська.

— Вскоре вернулась и Ефросинья Макаровна.

— Бабушка, ты под дождь попала?

— Да нет, я весь дождик у лесника нашего пробыла, чайком с его женой баловалась! Севушка, а рыбку-то ты поймал?

— Я! — с гордостью сказал Медынский.

— Вот и хорошо, я вам ушицу сделаю, объедение!

— Бабушка пошла доить корову, а они вернулись к карте. Решено было утром соединить приятное с полезным. Пойти за грибами, но не здесь, а доехать сперва до Парфеньева и попробовать пройти намеченным маршрутом.

— А Степка так и не пришел! — вспомнил вдруг Денис.

— Значит, либо не нашел Нинку, либо Нинка ничего не знает! — заметила Виктоша.

Глава 15

Как стадо ослов?

Рано утром, когда Денис с Петькой спустились с чердака, то увидали на столе в кухне записку, оставленную Медынским:

— «Ребята, дорогие мои! Поразмыслив, я решил, что не имею права подвергать вас опасности. Мне как журналисту чрезвычайно важно и интересно подобраться к этой даче, но один я привлеку гораздо меньше внимания, поэтому не сердитесь на меня и ступайте за грибами! Одну корзинку возьмите лишнюю, соберите грибков и на мою долю! Ваш Медынский. Да! Если я через сутки не вернусь, позвоните в Кострому вот по этому телефону, спросите Георгия Вадимовича и все ему расскажите. М.».

— Ни фига себе! — воскликнул Петька. — Как тебе это нравится?

— Мне совсем не нравится! — сердито сказал Денис. — Это нечестно! По-моему, мы просто обязаны поехать туда и подстраховать его. Пошли девчонок будить.

— И они забарабанили в дверь.

— Встаем! Встаем! — донесся до них сонный голос Муси. — Вика, вставай!

— Муська, Вика! Всеволод уехал! — крикнул Петька, и тут же на пороге появилась Муська в ситцевом халате, со встрепанными волосами.

— Что? Что ты сказал?

— Гляди, какую писульку твой Всеволод обожаемый оставил!

— Муська схватила записку. Прочитав ее, она побледнела и вдруг застучала зубами, словно чего-то испугавшись.

— Что? Что случилось? — подоспела Виктоша. — Муська, что с тобой? — Она пробежала глазами записку. — Да, дела! Мусь, ты чего? Что-то плохое чувствуешь, да?

— Кажется, да!

— Так, может, прямо сейчас и позвоним этому Георгию Вадимовичу?

— Нет, так мы всю игру испортим! — заявил Петька. — Вот что, сейчас надо поесть и сразу же ехать в Парфеньево и пойти по намеченному маршруту.

— Но мы же его не догоним! Он ведь на машине уехали, наверное, уже давно, — сказала Виктоша.

— Почему не догоним? Он дойдет до этой дачи… и дальше, куда он дальше-то денется? Окопается там где-нибудь, займет удобное для слежки место, скорее всего именно это и входит в его задачу, — рассуждал Петька.

— Может, там какие-нибудь наблюдательные приборы установлены, сейчас знаешь какая техника, Степка же говорил, — напомнил Денис.

— Не думаю! Мало ли что Степка говорил! Тогда бы Паша с Витьком не направляли туда киллера!

— Правильно, Петя, — сказала Виктоша. — Мусь, а ты чего сидишь, как… Ты-то что скажешь? Твое слово все решить может!

— Я не знаю, но мне… страшно! Очень страшно!

— Что? Что тебе страшно? Куда нам идти, что делать? Скажи, ты же в таких случаях все ясно видишь… — тормошила подругу Виктоша.

— Подождите, дайте мне сосредоточиться! — Она поднялась и какой-то странной походкой направилась в горницу. И закрыла за собой дверь.

Денис во все глаза следил за ней. Вот то, о чем он столько слышал. Муськино ясновидение! Виктоша тем временем быстро накрывала на стол. Петька прав, прежде всего необходимо подкрепиться! Ефросиньи Макаровны уже и след простыл, а на столе стояла большая крынка с молоком.

— Давайте, ешьте! — сказала Виктоша мальчишкам.

— А может, Мусю подождем? — предложил Денис.

— Да ты что? Ей сейчас ничего в горло не полезет!

— Они уже кончали завтракать, когда дверь горницы распахнулась и на пороге возникла Муся. Она была бледная и казалась сильно похудевшей.

— Муська, что? — бросилась к ней Виктоша.

— Я не пойму… только Сева в опасности! — Она впервые вслух назвала Медынского Севой. И от этого Виктошу мороз подрал по коже.

— А где? Где он? Ты знаешь?

— Он точно в опасности! В большой опасности! Мне кажется… что его поймали… Что он в неволе…

— Все! — решительно заявил Петька. — Идем звонить этому Георгию Вадимовичу!

— Да! — Муся вдруг закрыла глаза, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя. — Да! Надо немедленно туда позвонить! Бежим! Это выход! Я знаю!

— И они со всех ног понеслись на почту. Телефонистка спала, положив голову на руки.

— Вы чего, оглашенные? — открыла она глаза, когда они ввалились в помещение.

— Роза, миленькая, соедини меня с этим номером! — проникновенно глядя на нее, потребовала Муся.

— Костромской номер, что ли?

— Да!

— Хорошо! Иди в первую кабину!

— Муська, я сама поговорю! — отстранила подругу Виктоша. — Алло! Георгий Вадимович? Я звоню от Медынского, он дал нам ваш телефон. Вы в курсе? Он в опасности! Это точно! Вы можете чем-то помочь?

— А вы кто? Вы Муся?

— Нет, я ее подруга!

— Это Муся чувствует опасность?

— Да! Всеволод Григорьевич велел связаться с вами только в том случае, если он не вернется завтра утром, но Муся прочитала записку и теперь уверяет, что он уже в большой опасности, что он в неволе…

— Понятно! А вы представляете, где он может быть?

— Примерно! У нас вообще-то есть план… Но мы не уверены…

— Вот что, девушка, как вас зовут?

— Виктория!

— Виктория! Вы Микешино поле знаете?

— Я? Нет, но Муся… Мусь, ты Микешино поле знаешь?

— Знаю!

— Она знает!

— Через час будьте с вашим планом на Микешином поле!

— И что?

— Там сядет вертолет! Все поняли?

— Да!

— Молодцы, что позвонили, не стали ждать до завтра! Итак, до встречи, Виктория! Только не вздумайте сами что-то предпринимать, ждите меня! А сейчас повесьте трубку, я должен еще сказать несколько слов телефонистке!

— Виктоша повесила трубку. Вышла из кабины. Мальчишки бросились к ней.

— Ну что?

— Он прилетит через час. На вертолете!

— Вот здорово! — воскликнул Петька. — Я никогда еще не летал на вертолете!

— И не полетишь! — усмехнулась Виктоша. — Так они тебя и взяли!

— Это мы еще посмотрим!

— Посмотрим и увидим! Кто это тебя возьмет?

— Петька промолчал, но замысел уже начал созревать в его голове.

— Ты сказала через час? — спросила Муся. — Тогда идемте, Микешино поле не так близко!

— Интересно, какой у них вертолет, — волновался Петька, — сколько народу на борт может взять? Денис, ты когда-нибудь на вертолете летал?

— Летал один раз. В Испании…

— Ну и как?

— Меня укачало!

— Впереди шла Муся, за ней Виктоша, потом Денис, и замыкал цепочку Петька. Внезапно он прибавил шагу и догнал Мусю. Пошел с ней рядом и что-то очень оживленно говорил. Она смотрела на него сперва с удивлением, а потом буквально расцвела.

— Минут через сорок они пришли на Микешино поле. Там ничего не росло, кроме сорняков.

— Ну вот мы и на месте! — сказала Муся.

— Слушай, а почему тут ничего не растет? — спросил Денис.

— А тут земля, говорят, проклятая, ничего не родит! Бабушка рассказывала, что в старину это поле принадлежало богатому крестьянину, Микеше. И была у него жена, которую он заставлял от темна до темна на этом поле работать, потом она на этой работе надорвалась и, умирая, прокляла Микешу и его поле. Микеша вскорости утонул в Вохтубе, а поле с тех пор ничего не родит.

— Надо же! И давно это было? — поинтересовался Денис.

— Бабушка говорит, в середине прошлого века!

— И что, с тех пор никто не пробовал тут сеять?

— Пробовали, сколько раз пробовали, но ничего не выходит!

— Кошмар, сплошная мистика, — проворчала Виктоша. — Мусь, а если из Костромы лететь, они за час поспеют?

— Должны!

— Девчонки, не ждите ровно через час! Не раньше, чем через полтора! Пока то, пока се, в лучшем случае через полтора, а то и через два часа они прилетят, не раньше! — уговаривал девочек Петька. — А вот интересно, кто такой этот Георгий Вадимович?

— Не знаю! Наверное, какой-нибудь мент или эфэсбэшник, во всяком случае мне показалось, что он кое-что знает об этом деле! — заявила Виктоша.

— А что? Может, они и сами вышли на след профессора! Ой, как же мы упустили из виду… Где сегодня профессор? — воскликнул Денис.

— А может, сбегаешь, посмотришь? — предложил Петька. — Пока они еще прилетят!

— Ага! Какой хитренький, а тем временем прилетит вертолет…

— Как хочешь! — пожал плечами Петька. — гляньте, кто это?

— К ним со всех ног бежал Степка.

— Эй! Эй! Степа! Ты чего так несешься? — бросился ему навстречу Денис.

— Ой, там такое! — запыхавшись, выпалил Степка. — Там… они… вовсю шуруют!

— Кто шурует? Где?

— И в деревне, и в лесу! Я пока бёг, видал машину, из нее солдат повысыпало, страсть!

— Солдат или милиции?

— На десантников похожи!

— И что?

— Они рассыпались и в лес!

— И тут до них донесся гул вертолета.

— Летят! — заорал Петька. — Летят!

— А вы чего тут? — спросил вдруг Степка.

— Как ты нас нашел?

— Розка сказала, вы на Микешино поле подались! Так вы чего тут?

— Вертолета ждем! — сказала Виктоша.

— Правда, что ль? — поразился Степка. — К вам вертолет прилетит?

— Уже летит! Вон он! — крикнул Денис.

— Действительно вдали показался вертолет.

— Степа, а ты Нинку-то вчера нашел?

— Нинку-то? Не-а. Она с отцом в Красное уехала.

— Так ничего и не узнал про того мужика?

— Почему? Узнал, у Светки Серегиной.

— Ну и что ты узнал?

— Это правда Варварин хахаль, крутой мужик, бандит, звать его Дмитрием, а кличка у него…

Но в этот момент вертолет завис над полем, и уже ни слова нельзя было разобрать. Еще через несколько мгновений он приземлился в нескольких десятках метров, и оттуда выскочил какой-то человек в штатском — в кожаной куртке и джинсах. Он бросился к ребятам, а они кинулись ему навстречу.

Георгий Вадимович? — закричала еще издали Виктоша.

Я! Ну сколько вас! Ты Виктория? А это Муся? Где ваш план?

Вот!

Ага, так, сейчас поглядим! Очень интересно! Можно сказать, у нас под носом, а мы… Ну вот что, братва, спасибо вам, это для начала, мы потом, если все кончится хорошо, еще поблагодарим вас, а сейчас некогда, надо лететь! Пока!

— Нет! — вдруг очень спокойно проговорила Муся. — Нет! Без нас вы не полетите!

— Что? — замер на месте Георгий Вадимович.

— Мы полетим с вами! — очень четко сказала Муся, глядя прямо в глаза Георгию Вадимовичу. — Мы полетим с вами!

— Хорошо! — каким-то странным тоном ответил тот. — Идемте!

Петька победно вскинул руки. А Денис прошептал:

— Она его загипнотизировала?

— мОна ему внушила!

Когда они подбежали к вертолету и Петька первым начал карабкаться в салон, пилот вдруг заорал:

— Вадимыч, ты что? Зачем нам эта ребятня? А если подстрелят? А ну! Пошли вон отсюда! Быстро, быстро, быстро!

Тогда Муська поглядела на него своим особенным взглядом и проговорила:

— Мы летим с вами! Мы летим с вами! Георгий Вадимович, скажите ему!

Тот каким-то бесцветным голосом произнес:

— Они летят с нами.

— Ни фига! Знаю я эти штучки! Слыхал! Гипноз-хреноз! На меня не действует! Отвали! Не возьму, хоть застрелись! Отойди, кому говорю!

Двое сидевших в салоне людей поймали Петьку и выкинули на поле, в мгновение ока подхватили под руки окаменевшего Георгия Вадимовича, задраили дверь^ и пилот снова крикнул:

— А ну, отвали!

И через несколько минут вертолет уже поднялся в воздух. Они остались на поле как громом пораженные.

Вот! Я всегда этого боялась, — тихо проговорила Муся, — он не поддался гипнозу, и теперь все пропало!

Ничего не пропало! И, кстати, правильно, что они нас не взяли! — сказала Виктоша, поглаживая Муськину руку. — Мы бы им там только мешали! Мы свое дело сделали! Мы следователи, а они — оперативники! — про демонстрировала Виктоша знание детективной литературы.

— Но как же?.. — растерянно сказала Муся.

— Пойдем домой и будем дожидаться, когда вернется твой Всеволод.

Муся закрыла глаза и застыла. А потом вдруг широко улыбнулась.

— Все будет хорошо, теперь я уж точно знаю!

Петька то и дело потирал ушибленную коленку. Ему было страшно обидно, что его, как щенка, вышвырнули из вертолета.

— Да, вот так всегда, вся черная работа нам, а они… на готовенькое… Тьфу! — И он сплюнул под ноги.

Некоторое время они шли молча, а потом Денис спросил:

Да, Степа, ты ведь не сказал, какая кличка у Вар — вариного хахаля?

Профессор!

Что? Как? — закричали все.

А так, кликуха у него такая — Профессор!

Все оцепенели.

— Ну и ну! — первым прочухался Петька. — Вот это да! Какого маху дали!

— Значит, вы думаете, что…

— Что наш профессор, муж Вальчушика, просто старый чудак… — медленно проговорила Виктоша.

— Постойте, а катастрофа вселенского масштаба? — спросил Денис.

— Планетарного масштаба, — поправила его Муся. — Боюсь, что это просто манера выражаться! Он к тому же тогда пьяный был. Поссорился, наверное, с женой — вот вам и катастрофа!

— Похоже на то, — засмеялась вдруг Виктоша. — А я рада! Я знаете как рада!

— Чему ты рада? — удивился Денис.

Рада, что профессор Филатов не главарь мафии, что его жена спокойно уедет отдыхать в Анталию! Она мне очень, очень понравилась!

— Постойте, а бейсболка! — закричал Денис. — Я же своими глазами видел его в рыжей бейсболке у тайника!

— А бисболка это че? — поинтересовался Степка.

— Не бисболка, а бейсболка! — поправил его Петька. — Это вот такая кепка, как у меня!

— Рыжая? Так они ж в Парфеньеве прошлый год продавались! И Профессор тоже такую купил.

— Что ж, выходит, мы — стадо ослов? — спросил Петька.

— А это мы еще поглядим, когда Всеволод Григорьевич вернется! — весело сказала Муся.

Эпилог

Вечером, когда уже смеркалось, к дому Ефросиньи Макаровны подъехал «газик». Ребята выскочили во двор. Из машины, чуть прихрамывая, вышел Медынский, а за ним Георгий Вадимович. Муська первой шагнула к Медынскому и вдруг словно бы споткнулась.

— Муся! Девочка моя! Ты опять меня спасла!

— Спасла, спасла! Гипнотизерша чертова! — проворчал Георгий Вадимович. — Каким дураком меня перед товарищами выставила! Умирать буду — не забуду!

— Ну что там было? — спросил Петька, едва все сели за стол.

Медынский переглянулся с Георгием Вадимовичем. Тот сказал:

— Давай, Сева, начинай ты, а я потом вступлю!

— Да нет, Жора, я что-то притомился, лучше ты расскажи!

— Ладно! Так вот, мы давно уже заметили, что в наших краях стали появляться серьезные наркотики, но никого, кроме мелких распространителей, поймать не удавалось. Однако кое-какие наработки у нас все же были, и за этим Профессором мы присматривали, но… Ничего конкретного не могли ему предъявить. А вот о лесном доме ничего не знали! И вдруг на днях звонит мне Сева, а мы с ним вместе в школе учились, и говорит, что, мол, есть такие подозрения… Но что он собирается в одиночку лезть к черту в зубы, я, конечно, не знал… Короче, они тоже его заметили, и им не понравилось, что вокруг журналист бродит, да еще с такой репутацией… И в лесу они сразу его прихватили и заперли в подвале.

— А вы там кости видели? — с опаской спросил Петька.

— Нет, честно скажу, не видел, но струхнул все же порядком. Профессор к вечеру должен был приехать, и его подручные пообещали, что он сам со мной разберется! А у меня, честно признаюсь, клаустрофобия…

— Что это такое? — спросила Виктоша.

— Боязнь замкнутого пространства! — объяснил Петька.

— Совершенно верно! И мне уже совсем худо стало! Я очень пожалел, что просил вас обратиться к Жоре только завтра, но Муся… — И он посмотрел на нее так нежно, что у Виктоши даже сердце екнуло. «Влюбился! Точно, влюбился», — подумала она.

Но, к счастью, я скоро услышал лай, крики, а потом и выстрелы! А там смотрю, знакомая рожа! Друг Георгий за мной явился.

— Кто-нибудь пострадал? — поинтересовался Денис.

— Из наших никто, а из них… трое сдались сразу, а один дал деру, пришлось стрелять ему в ногу!

— А Профессор?

— А Профессора взяли у Варвары. Так что профессор Филатов тут совершенно ни при чем!

— Кстати, — вставил Медынский, — я сообразил, что он ни в чем не виноват, но не говорил вам, чтобы вы не пустились на охоту за настоящим Профессором, это было бы опасно!

— А катастрофа? — полюбопытствовал Денис.

— Ах это! Я на рыбалке его спросил. Он сказал, что с женой поссорился.

— Что я говорила! — воскликнула Муся.

— Значит, за все наши старания из нас опять дураков сделали? — спросил Петька.

— Ну, извини, друг! В целях безопасности.

Content

Екатерина Вильмонт
Секрет подозрительного профессора
(Даша и Ko — 7)

Глава 1 Приятное с полезным

Глава 2 Рыжая бейсболка

Глава 3 Разговор с Москвой

Глава 4 Гениальная идея

Глава 5 Презумпция!

Глава б По грибы

Глава 7 Катастрофа планетарного масштаба

Глава 8 Праздник в зоопарке

Глава 9 Сдается квартира

Глава 10 Нежданный гость

Глава 11 Сплошное везение

Глава 12 Наказание

Глава 13 Бог шельму метит

Глава 14 Возвращение

Глава 15 Как стадо ослов?

Эпилог