Роберт Говард

Алтарь и скорпион

* * *

— Бог ползучей тьмы, помоги мне!

Стройный юноша чье, белое тело блестело, как слоновая кость, стоял на коленях в полумраке. Полированный мраморный пол леденил его колени, но его сердце было еще холоднее, чем камень.

Высоко над ним, теряясь в сгущающейся тени, нависал огромный лазуритовый свод, поддерживаемый мраморными стенами. Перед ним сверкал золотой алтарь, и на этом алтаре сияло огромное хрустальное изображение скорпиона, изготовленное с искусством, превосходящим обычное мастерство.

— Великий Скорпион, — продолжал юноша свою молитву, — даруй помощь верующему в тебя! Ты знаешь, как в давно минувшие дни Гонра из рода Меча, мой великий предок, пал перед твоим святилищем на груду убитых им варваров, хотевших осквернить его святость. И устами твоих жрецов ты обещал помощь народу Гонры во веки веков.

Великий Скорпион! Ни разу доселе ни мужчина, ни женщина моей крови не напоминали тебе о твоем обещании. Но теперь, в этот страшный час, я припадаю к твоим стопам, чтобы умолить тебя вспомнить о твоем обещании, ради крови, выпитой мечом Гонры, и крови, излившейся из сердца Гонры!

Великий Скорпион! Турон, верховный жрец Черной Тени, мой враг. Кулл, царь всей Валузии, идет из своего города пурпурных башен, дабы огнем и мечом поразить жрецов, противящихся ему и доныне приносящих человеческие жертвы своим темным древним божествам. Но раньше того, как царь сможет явиться и спасти нас, и я, и девушка, которую я люблю, будем брошены на черный алтарь в Храме Вечной Тьмы. Такова воля Турона! Он отдаст наши тела древним и ужасным тварям, а наши душу — божеству, вечно таящемуся в Черной Тени.

Кулл восседает высоко на троне Валузии и ныне спешит к нам на помощь. Но Турон правит нашим затерянным в горах городом и уже сейчас идет по моему следу. Великий Скорпион, помоги нам! Вспомни Гонру, отдавшего свою жизнь за тебя, когда дикари Атлантиды прошли огнем и мечом по Валузии.

Стройная фигура юноши поникла, голова безнадежно склонилась. Огромное мерцающее изображение на алтаре блестело ледяным сиянием в тусклом свете, ничем не показывая, что страстная мольба почитателя странного божества услышана им.

Внезапно юноша выпрямился. Быстрые шаги прозвучали на длинных широких ступенях снаружи храма. Девушка ворвалась в сумрак арки входа, словно белое пламя, гонимое ветром.

— Турон! Он идет! — выдохнула она, падая в объятия своего возлюбленного.

Лицо юноши побелело, и он еще крепче обнял свою подругу, тревожно глядя на двери храма. Шаги, тяжелые из зловещие, прогремели по мрамору, и грозная фигура возникла у входа.

Турон, верховный жрец, был высоким тощим человеком, трупоподобным гигантом. Его глаза под тяжело нависшими бровями сверкали, словно озера пламени, и узкая щель рта щерилась в кривой усмешке. Его единственным одеянием была шелковая набедренная повязка, за которую был заткнут жуткого вида клинок, а в костлявой руке он сжимал короткий тяжелый бич.

Две его жертвы прижались друг к другу, уставившись на мучителя расширившимися глазами. Словно птички на змею. И медленная, покачивающаяся походка Турона, приближающегося к ним, тоже напоминала извилистое скольжение ползущей змеи.

— Турон, берегись! — воскликнул юноша храбро, но его голос дрогнул от охватившего его ужаса. — Если у тебя не осталось страха перед царем или жалости к нам, бойся оскорбить Великого Скорпиона, под чьей защитой мы сейчас пребываем.

Турон захохотал, сознавая свою мощь и власть.

— Царь! — ухмыльнулся он. — Что мне твой царь, мне, кто могущественней любого царя? Великий Скорпион? Хо-хо! Забытый бог, божок, о котором помнят лишь дети и женщины. Ужели ты думаешь, что он спасет тебя от Черной Тени? Дурак! Да сам Валка, бог всех богов, не смог бы спасти тебя ныне! Ты обещан богу Черной Тени.

Он шагнул к подросткам и схватил их за плечи, глубоко вонзив ногти в мраморную плоть. Они пытались сопротивляться, но он рассмеялся и с невероятной силой поднял их в воздух. Он держал их на вытянутых руках, как обычный человек мог бы держать младенца. Его скрежещущий металлический смех отразился от стен зала, заполнив воздух бесчисленными отголосками злобной издевки.

Зажав юношу меж колен, он связал девушку по рукам и ногам, хотя она и рвалась из его цепких, сильных рук. Затем, грубо швырнув ее на пол, связал точно так же и юношу. Отступив назад, он полюбовался делом своих рук. Наступила тишина, слышались лишь отрывистые всхлипывания девушки. Затем верховный жрец заговорил:

— Глупцы, вы надеялись убежать от меня! Всегда люди твоей крови, мальчишка, противостояли мне в Совете и при дворе. Но теперь ты заплатишь за это. Хо-хо! Я правлю этим городом сегодня, и пусть будет царем тот, кто может им быть!

Мои жрецы наводнили улицы, и никто не осмелится сказать им “нет”! Если бы даже царь явился сюда сию минуту, он не смог бы разбить моих воинов так быстро, чтобы это спасло вас.

Его взгляд обежал внутренность храма и упал на золотой алтарь и безмолвного хрустального скорпиона.

— Хо-хо! Только дураки могут верить в божество, которому люди давным-давно перестали поклоняться! У которого нет даже жрецов, дабы служить ему, и чье святилище существует лишь ради памяти о его былом величии, кого почитает только простонародье и глупые женщины!

Истинные боги темны и кровавы! Припомните мои слова, когда скоро вы возляжете на эбеновый алтарь, за которым вечно лежит Черная Тень. И прежде, чем вы умрете, вы познаете истинных богов, могущественных, ужасных богов, пришедших из забытых миров и затерянных владений тьмы. Тех, кто был рожден на замерзших звездах и черных солнцах, скитающихся там, где не увидишь света других звезд. Вы познаете головокружительную истину о Неназываемом, чью суть нельзя выразить земными понятиями, но чей символ — Черная Тень.

Девушка перестала плакать и застыла, словно погрузившись в гипнотический транс. Нетрудно было понять, что за этими угрозами таилась ужасающая, чуждая человеку бездна, полная чудовищных теней.

Турон протянул подобные клешням руки, чтобы взвалить несчастных подростков себе на плечи. Его пальцы сомкнулись на нежном плече девушки...

Дикий вопль разбил хрустальный гонг молчания на миллионы дрожащих осколков. Турон подскочил и тут же рухнул ничком, рыча и вопя. Какое-то крохотное существо устремилось прочь и исчезло за дверью. Вопли Турона перешли в высокое, тонкое повизгивание и оборвались. Тишина опустилась, словно туман смерти.

Наконец юноша благоговейно прошептал:

— Что это было?

— Скорпион! — отозвалась девушка низким дрожащим голосом. — Он прополз по моей груди, не причинив мне вреда, а когда Турон схватил меня, он ужалил его.

И снова наступило молчание. Затем юноша прошептал задумчиво:

— В этом городе никогда не водились скорпионы.

— Великий выбрал его из числа своего народа и послал нам на помощь! — прошептала девушка. — Боги никогда и ничего не забывают, и Великий Скорпион сдержал свое слово. Возблагодарим же его!

И связанные по рукам и ногам юные влюбленные распростерлись ниц и долго лежали так, вознося хвалу огромному, безмолвному, сверкающему скорпиону на алтаре, — пока далекий звук множества серебряных подков и звон мечей не возвестили им о прибытии царя.

Content

Роберт Говард
Алтарь и скорпион