Кэтрин ГАРБЕРА

КАРИБСКАЯ ФАНТАЗИЯ

ПРОЛОГ

— Ты очень кстати, Паскаль, — сказала Диди, когда я материализовался перед ее столом.

— Детка, называй меня Рэй.

В мою бытность на земле настоящим полным именем меня никто не звал, но Диди, конечно, совсем другое дело.

Не люблю я этих бестелесных. Но уж лучше общаться с ними, чем со всякой нечистью.

Вообще-то я при жизни был мафиозо. И не из последних. Да нашелся среди нас один предатель, и меня прикончили. Хорошо еще помолиться успел перед смертью, иначе попал бы не сюда, к Диди, а в другое место. Диди у них тут вроде старшего ангела, «серафимица», что ли, уж и не знаю, как сказать.

Мне здесь нашлось дело. В мои обязанности входит сколачивать влюбленные парочки стольких соединить в любви, скольких я в злобе своей при жизни уложил на земле. Должен сказать, работенка ничего, неплохая, если бы только Диди не капала мне постоянно на мозги. А она это умеет, уж случая не упустит. Как-то отправила меня на землю в женском обличье; и ладно бы еще хорошенькой такой цыпочки, а то ведь старой карги!

Или вот еще: меня Рэем в той жизни звали неспроста — это по-итальянски «король» или что-то в этом роде. Я ей сказал, а она так ехидно: «У нас тут только один Король и Властелин!» Правда, после того как я подобрал три пары, думаю, мне бы подошло прозвище «Король сердец».

— Я тебя просила не называть меня «детка»!

— А я разве так сказал? Ох, прости, вырвалось!

Таких, как она, полезно иногда подколоть. А иначе они мхом зарастут в своих конторах. Ну что на ней опять за жуткий костюмчик цвета вареной лососины!

— Что на этот раз? — бодро спросил я.

На ее столе рядом с недоеденной шоколадкой появилась стопочка листков, похожих на экзаменационные билеты.

— Тяни.

Я вытянул один листок, который Диди у меня тут же забрала. Остальные бумажки сразу исчезли.

— Ну, и куда мне теперь? — поинтересовался я.

На самом-то деле единственное, что я хотел знать, — буду ли я мужиком! Но прямо спрашивать как-то неудобно.

Месторасположение объекта — один из Карибских островов. И двое, которых мне предстояло соединить, уже работали вместе. Ну что ж, все не так плохо.

— Без проблем!

— Поменьше самоуверенности, Паскаль! Джейн Монтроз и Адам Пауэлл — это особый случай.

Черт побери, нашла чем удивить! У меня все случаи особые! Сводничество вообще адский труд. Да, не вышел бы мне боком этот каламбур!

Диди обворожительно улыбнулась.

— Я буду тебя сопровождать.

— Да за что же мне такое?!

— А это награда тебе за все хорошее, детка!

И она исчезла, прежде чем я успел открыть рот для возражения.

Ничего себе! Соединять всяких там одиноких страдальцев — еще куда ни шло; а что прикажете делать, если за мной везде будет таскаться эта овца! Вот уж не было печали, так.., ладно, молчу…

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Адам Пауэлл громко выругался и швырнул мобильный телефон на сиденье. Более неподходящего момента она выбрать не могла! Самолет уже на взлете, а Изабелла звонит и заявляет, что их отношения, видите ли, перестали ее удовлетворять!

Интересно, что она имеет в виду под словом «удовлетворение»? Если украшений с бриллиантами и «ягуара» последней модели ей мало, что ж, пусть попробует подыскать себе кого-нибудь получше!

На самом деле все это не задело бы его так особой, но в ней чувствовалась такая сила характера, что, общаясь с ней, даже самые несговорчивые из деловых партнеров Адама шли на уступки. Она являлась поистине бесценным сотрудником, и в глубине души Пауэлл опасался, что наступит день, когда ей почему-либо надоест у него работать.

— Я только разок попросил вас раздобыть телефонный номер, — произнес Адам.

Зря он об этом вспомнил. Случай был не из приятных, Джейн тогда чуть не уволилась, и ему пришлось изрядно потрудиться, чтобы уговорить ее остаться. Будучи человеком прямым и бескомпромиссным, Джейн делала только то, что не входило в противоречие с ее собственными представлениями о морали.

— «Разков» было достаточно, насколько я помню, — довольно резко произнесла она.

Джейн работала на Адама уже восемь месяцев и была лучшей из его секретарш. Подписывая бумаги, он украдкой поглядывал на нее. Волна каштановых волос, красивый овал лица, строгие голубые глаза, умные и насмешливые одновременно, рот… Это отдельная история. Полные, мягкие, чувственные губы так и притягивали взор Адама. Ему очень хотелось их поцеловать.

Но… Будучи сторонником исключительно официальных отношений на рабочем месте, Адам избегал смотреть на ее губы, правда получалось у него это плохо.

— Что вы уставились на меня? — спросила Джейн.

— Ничего. — Адам быстро подписал последний лист.

Надо бы отменить поездку и остаться дома.

На Карибских островах есть и другие курорты.

Не такие, конечно, привлекательные, как Перла-Негра, но вполне подходящие.

— Послушайте, Джейн, боюсь, что придется повременить с вашим отпуском. Без Изабеллы Ангелини и говорить со мной не станут.

— С тех пор как я у вас работаю, у меня был всего один выходной. — Глаза Джейн сузились.

— Получите выходной на неделе. Поймите, вы нужны мне, чтобы уладить это дело! Я постараюсь возместить ваши потери.

— Это каким же образом?

— Назовите цену.

Адам уже давно понял, что за все надо платить. Особенно, если людям приходится делать то, что для них в тягость.

— Я дам вам хороший совет. Достаньте свою заветную записную книжечку и звоните любой из ваших многочисленных приятельниц.

— У меня нет заветной книжечки. Это пошло, и женщины этого не любят.

У Адама действительно не было никаких книжечек, он просто легко запоминал телефонные номера. И, честно говоря, Джейн была права: он мог найти другую женщину. Но не хотел. Он устал от них всех, надеялся, что с Изабеллой все будет иначе, что она заполнит собой пустоту, которую он ощущал. Во всяком случае, никто из его знакомых для путешествия на Карибы не годился. Ангелини не проведешь, любая ошибка может все испортить, и рисковать нельзя. Для такой тонкой сделки нужен толковый человек. И лучше Джейн Монтроз не найти. Идеальный вариант.

— Джейн… — начал Адам.

— Да? — Она запихнула подписанные бумаги в сумку и нетерпеливо тряхнула головой, отбрасывая упавшую на лоб прядь.

— Что бы вы сказали, если бы я предложил вам поехать со мной в качестве моей.., спутницы?

Лицо у нее вспыхнуло, рот чуть приоткрылся от изумления. Она отрицательно покачала головой.

— Нет.

— Почему?

Не считая того случая с телефонным номером, это был ее первый решительный отказ.

— Не получится. А как же ваши принципы: никакого легкомыслия на работе и все такое?

— Вам совершенно не о чем беспокоиться, все будет фиктивно. Мы лишь сделаем вид, что помолвлены, и ничего более. Поймите, это бизнес.

— Ничего не выйдет. Я не собираюсь играть в подобные игры. Документы я сейчас отвезу в офис, и у меня заказан авиабилет в Литл-Рок, от которого я не собираюсь отказываться.

— Я возмещу все ваши траты, а как только мы вернемся, закажу для вас самый дорогой билет, пообещал Адам.

— Ну, не знаю… — Джейн порылась в сумочке и, достав солнцезащитные очки, водрузила их на нос. — Нет, Адам, я правда не могу отложить свою поездку.

— Джейн, вы моя последняя надежда! — взмолился Адам. — Я пять лет ждал этой сделки!

Через два часа Джейн, сама не зная почему, сидела в самолете рядом с Адамом и четой Ангелини, направляясь на Карибы. Адам сказал, что все детали предстоящей операции они обсудят на месте. Ей это не нравилось. Джейн не привыкла полагаться на случай, старалась рассчитать все до мелочей и исключить любые неожиданности. Она же твердо решила не ввязываться в столь сомнительное мероприятие. И что в итоге? Сидит в мягком кресле, ест икру, которую терпеть не может, и пьет шампанское с этими Ангелини!

Пару раз Джейн летала на личном самолете Пауэлла, всегда исключительно для того, чтобы убедиться, что он не испытывает ни в чем нужды. Вот и сегодня днем она заскочила, чтобы проследить, успеют ли упаковать гардероб Изабеллы. А что получилось?

Джейн сосредоточила внимание на супружеской чете. Ангелини представляли собой довольно странную парочку: тощая Диди в мешковатом платье невразумительного цвета и добродушный коротышка Рэй, сразу расположивший к себе Джейн искренней и открытой улыбкой.

Рэй и Диди прилетели в Новый Орлеан, чтобы лично узнать, как идут дела фирмы Адама. После небольшой экскурсии по городу Джейн с Диди отправились по магазинам, в то время как Адам обхаживал Рэя, живописуя ему бесконечные выгоды сотрудничества с «Пауэлл Интернэшнл».

Джейн не покидало ощущение беспокойства.

Внутренний голос не переставал нашептывать что, согласившись на предложение Адама, она совершила самую большую ошибку в своей жизни. Дело в том, что Джейн была влюблена. С первого дня работы в компании она безумно влюбилась в своего шефа.

Что же так безудержно влекло ее к этому человеку? Не его обаятельная внешность — она часто фантазировала, как запустит пальцы в жесткие темные кудри Адама; не его состояние, хотя она выросла в мире, где деньги всегда становились решающим фактором успеха; не его ум — она сама с отличием закончила Школу бизнеса в Гарварде, и глупых людей среди ее знакомых не наблюдалось. Нет, в ее шефе было что-то особенное, резко отличавшее его от всех остальных. Она интуитивно узнала в нем родственную душу, но ни жестом, ни взглядом не выдала своих чувств:

Джейн достаточно было видеть его, слышать, а в остальном ей хватало собственных грез.

Теперь же все изменилось. Ни в коем случае нельзя было соглашаться на его предложение!

Но разве могла она отказать Адаму?..

Чета Ангелини между тем болтала не переставая. Адам тихонько обнял Джейн, привлек к себе и вдруг неожиданно запечатлел поцелуй где-то в районе ее макушки. Джейн окаменела.

Господи, как она сможет пережить две недели такого? Рука дрогнула, и шампанское выплеснулось из бокала.

— Успокойтесь, — шепнул Адам ей на ухо.

Попытки Джейн успокоиться не увенчались успехом. Адам взял у нее бокал и осторожно поставил на соседний столик. Потом поднес руку девушки к губам и осушил прозрачные капли шампанского на запястье. Его светло-серые глаза в упор смотрели на нее. Горячая волна желания поднялась откуда-то изнутри и захлестнула Джейн. Интуиция подсказывала, что это непреодолимо влекущее чувство находит отклик и в нем, возвращаясь к ней уже с новой силой.

Недосказанность, неопределенность… Может, оставить все как есть? Джейн не любила острых углов, риска, она из тех, кто движется к цели медленно и методично, без резких движений.

С другой стороны, ей уже под тридцать и мысли о замужестве, прежде мало ее занимавшие, становились все более насущными. Однажды она уже почти дошла до алтаря, но вовремя остановилась.

Сейчас они с Адамом проведут две недели вдвоем, и, может быть, это ее единственный шанс! Пусть она потом пожалеет, но вдруг судьба не предоставит ей больше случая хотя бы приблизить мечты к реальности!

Надо действовать, но действовать разумно и наверняка. Джейн еще не знала точно, что именно предпринять. С Адамом все совершенно иначе, не так, как с прочими ее мужчинами. Там имелись общие интересы, нормальный спокойный секс и ничего напоминающего острое чувство, пронзившее Джейн, когда губы Адама прикоснулись к ее руке.

Приняв решение, Джейн спокойно положила голову мужчине на плечо. Адам прижал ее к себе, и девушка, расслабившись, закрыла глаза. Она сдалась и полностью растворилась в нем, ее бастионы пали без боя. Уплывая куда-то далеко, Джейн ощущала его тепло, а терпкий аромат мужского одеколона дурманил голову.

Пытаясь стряхнуть наваждение, Джейн резко открыла глаза и встала. Все! Пора прийти в себя, это несерьезно. Надо, наконец, понять, что все эти интимности с Адамом — химера, а закончится дело тем, что она потеряет работу!

Джейн обвела мутным взглядом салон. Ей не хватало кислорода, сердце глухо билось в груди.

Диди и Рэй безмятежно улыбались, Адам вопросительно поднял бровь.

— Я должна… — Джейн запнулась.

— Переодеться? — пришел на помощь Адам.

Повернувшись к чете Ангелини, он произнес: Надеюсь, вы извините нас. У Джейн еще не было возможности переодеться после рабочего дня.

— Разумеется, — улыбнулся Рэй.

Джейн не имела ни малейшего представления, во что она собирается переодеться. Изабелла была выше и значительно полнее в груди.

Джейн ее вещи явно не годились.

Приобняв девушку за талию, Адам препроводил ее в дальний конец самолета, где было устроено некое подобие спальни. Отойдя на почтительное расстояние, он улыбнулся и поправил волосы.

— Боже, ну и дела! Неужели они купятся и примут нас за супругов!

— Это уже не будет иметь значения, когда я выйду и покажусь им в наряде Изабеллы.

— Не беспокойтесь об одежде, я тут кое-что заказал, пока вы ездили в офис с бумагами.

Ее взгляд упал на кровать, и она заметила груду наваленных в беспорядке коробок. Джейн была тронута. Она прекрасно знала, что такие подарки он делал всем своим любовницам, но все равно было приятно. До этого мужчины никогда не покупали ей одежды. Адам, видимо, настолько привык внимательно разглядывать интересующих его дам, что приобрел способность практически безошибочно угадывать их размер.

И почти всегда попадал в точку.

— Можете пользоваться и чемоданом Изабеллы. Ну, я пошел. Успеха!

— Адам…

— Да?

— Я очень постараюсь справиться с этой ролью.

— Я в тебе не сомневаюсь, дорогая.

— Дорогая и на «ты». Что это значит? — Джейн испугалась, что ее выдаст стук сердца.

— Ну, это выражение нежности.

— А при чем здесь я?

— Предполагается, что у нас нежные отношения.

Она заставила себя пропустить мимо ушей слово «предполагается» — играть, так играть по-крупному.

— А если я назову тебя зайчиком? — улыбнулась Джейн.

— Получишь нагоняй.

— Пожалуй, это слишком!

Адам сделал несколько шагов, и дистанция между ними исчезла. Джейн с волнением ощутила тепло его тела и опьяняющий запах одеколона. Он прижал ее к себе, и девушка почувствовала его дыхание на своих губах. Самолет нырнул в воздушную яму, и Джейн инстинктивно схватилась за плечи Адама, чтобы не упасть.

Адам нежно обнял ее. Прижимаясь к его крепкой груди, Джейн поняла, что эти надежные руки никогда не позволят ей упасть, и она замерла в блаженстве, потеряв ощущение реальности, слушая биение его сердца.

— Все в порядке, милая? — спросил Адам.

Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова, Адам сжал в ладонях ее лицо, заглянул в глаза, и ей показалось, что он видит ее насквозь. Джейн пришлось напомнить себе, что это всего лишь игра, которую они затеяли для совершения крупной сделки. Адам, не отрываясь, глядел ей в глаза, и ей ужасно захотелось обнять его, раствориться в крепких сильных руках, впиться губами в его рот, почувствовать под пальцами его кудри. Сколько раз Джейн мысленно переживала эти мгновения в фантазиях, сколько раз с тех пор, как впервые переступила порог офиса Адама Пауэлла!

— Я ни разу не поблагодарил тебя, — шепнул Адам.

Она ощутила легкое головокружение и облизала вдруг пересохшие губы.

— Ты собираешься сделать это сейчас?

Ничто не разделяло их; Джейн почувствовала, как напряглись у него мышцы, и услышала приглушенный стон, вырвавшийся сквозь стиснутые зубы. Резко повернувшись, Адам вышел из спальни.

Джейн осталась стоять посреди комнаты.

Сердце оглушительно билось о грудную клетку.

Сделав тяжелый глубокий вдох, девушка медленно повернулась к коробкам с одеждой.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Адам в изнеможении прислонился к двери.

Соблазнительный рот Джейн — предмет его давнего вожделения — находился всего в нескольких дюймах, и каких же трудов ему стоило в последний момент пересилить себя. Адам тихо выругался. Неужели он хочет изменить собственным принципам? Ни за что на свете. И случай с Джейн Монтроз не исключение. А ведь он почти поцеловал ее! И этим дело не ограничилось бы. Адам совершенно потерял над собой контроль, его не остановила бы даже куча коробок на кровати.

Джейн всего лишь его помощница. Она прекрасно справляется со своими обязанностями, дела фирмы идут отлично. Разве можно рисковать всем этим только потому, что гормоны ударили тебе в голову?! Что же касается Изабеллы…

Наверное, он слишком многого ждал от их отношений. Приходилось констатировать, что в проигрыше остался опять он. А Адам не хотел больше проигрывать. И всю эту авантюру с Джейн он затеял только для того, чтобы приобрести Перла-Негра, подвести наконец черту под своим прошлым, тени которого, как внезапные тучи, порой омрачали ясный горизонт его жизни.

Когда Адам вернулся в салон, чета Ангелини о чем-то спорила, и он деликатно задержался в дверях, дождавшись, пока взгляд Рэя не остановился на нем с понимающе-сочувствующим выражением: «О, женщины!»

— Джейн переодевается, будет с минуты на минуту, — промолвил Адам, стараясь отогнать от себя соблазнительный образ.

— Отчего вы так заинтересованы в Перла-Негра? — осведомился Рэй.

Причина была глубоко личного свойства, и Адам не собирался делиться ею с кем-либо, в особенности с владельцами. Дело в том, что, хотя он и намеревался создать здесь фешенебельный дорогой курорт, привлекал его в первую очередь не коммерческий интерес. С Перла-Негра были связаны тяжелые воспоминания детства: когда-то именно сюда сбежал его отец, влюбившись в хорошенькую секретаршу, оставив их с матерью без средств к существованию, и Адам хотел преобразить это место до неузнаваемости.

— Хочу расширить сферу нашего влияния на Карибах, — ответил он, так как ничего другого не пришло ему в голову.

— Нам очень понравился ваш отель «Руж Мэзон» во Французском квартале.

— Приятно слышать. Это один из первых.

Дверь за его спиной открылась. Адам обернулся, и у него перехватило дыхание. Он просил менеджера подобрать стандартный гардероб, но даже и представить не мог такого эффекта. Наверное, потому что привык видеть Джейн на работе в простом деловом костюме и туфлях на низком каблуке.

Ярко-красное платье струилось по бедрам, чуть приоткрывая колени, декольте подчеркивало прекрасную форму груди. Адам с трудом подавил желание прикоснуться к ней. Как же она обворожительна!

Джейн кашлянула и застенчиво поправила волосы. Она казалась такой по-детски трогательной и уязвимой, что Адаму захотелось стать ее опорой и защитой. Но весь его предыдущий опыт подсказывал, что быть мягкотелым и выказывать хоть малейшую слабость перед женщиной опасно, ничего хорошего из этого не выйдет.

Джейн хотела выглядеть сексуальной, он почувствовал это. Она распустила волосы и чуть подкрасила губы перламутровой помадой, хотя они явно не нуждались в макияже. Пытаясь доказать самому себе, что девушка не произвела на него никакого впечатления, Адам резко отвернулся.

— Ну вот, теперь у вас совсем неофициальный вид, — заявил Рэй с улыбкой.

— Теперь я готова к путешествию. — Джейн присела рядом с ним. — К сожалению, я не успела получить достаточно информации о Перла-Негра. Полагаю, это переводится как «Черная Жемчужина»?

Интересно, какими духами она пользуется?

Адам невольно придвинулся ближе.

— Вы совершенно правы, — заметил Рэй. Между прочим, на этот счет существует легенда.

Хотите послушать?

— С удовольствием.

Адам закрыл глаза и задумался. Джейн просто его служащая. То, что происходит между ними, — всего лишь игра, театральная постановка. В жизни ему приходилось играть и более сложные роли. Он пытался сосредоточиться на том, что говорил Рэй, но не мог — мешал запах ее волос.

— Это легенда о пирате, девушке и счастье, поглощенном морской пучиной.

— Обожаю такие истории. — Глаза Джейн светились неподдельным интересом.

Адам почти не слушал. Впервые в жизни присутствие женщины заставило его забыть о делах. Он не мог заставить себя смотреть на Джейн как на верную помощницу, а не как на обворожительное создание и предмет своих вожделений. И тут ему в голову пришла мысль, поразившая его своей простотой: работа для Джейн, так же, как и для него, — способ уйти от проблем реальной жизни, заглушить пустоту в сердце. Следовательно, Адам ни в коем случае не должен давать волю чувствам: ведь если он затащит ее в постель, Джейн придется уволиться, а это будет для нее ударом. Да и не собирается он жертвовать своим главным принципом — никогда не смешивать личные отношения с деловыми.

Пример отца не прошел для него бесследно.

Между тем Рэй Ангелини живописал душещипательную историю, о которой Адам читал в рекламных буклетах, в изобилии предоставленных ему супругами. Драгоценная черная жемчужина, сокровище одного из францисканских монастырей, была украдена грозным пиратом Антонио Мантегой. Вместе с жемчужиной Антонио похитил благородную девушку Марию Бовиар, единственную дочь знатного дворянина.

По слухам, они утонули, но легенда гласила, что судьба привела их на небольшой остров в Карибском море, где пират и зарыл драгоценность.

— По-моему, стоило бы организовать специальные туры для охотников за сокровищами, предложила Джейн.

— Этого у нас нет, но в каждой комнате отеля висит план острова.

— Джейн, истинное сокровище — не жемчуг, заметила Диди. — Оно внутри нас, глубоко в сердце. Это самое заветное желание, и у каждого оно свое.

— Прекрасно сказано, правда, милый? Джейн дотронулась до руки Адама.

Пауэлл заглянул ей в глаза и увидел в них озорной блеск. Хорошо еще, что она не назвала его «зайчиком». Адам усмехнулся и поправил прядь волос у нее над ухом. Девушка прикрыла глаза, и Адам заметил, что дыхание ее стало прерывистым. Нет, она явно к нему неравнодушна!

Пауэлл торжествовал. Он был счастлив от сознания, что волнует ее, счастлив вопреки всем доводам рассудка!

— Конечно, любимая. И мы постараемся найти этот клад.

— Видишь, детка, — воскликнул Рэй, — я говорил тебе, что мы не ошиблись в покупателях!

Адам улыбнулся. Судя по уверенному тону, Рэй Ангелини все уже для себя решил, проблем со сделкой возникнуть не должно. Но что делать со своим сердцем?

Над гущей тропических зарослей по-королевски величественно возвышался отель. Яркие лучи солнца ложились на темно-красную черепицу островерхой крыши главного здания. Вокруг расположились несколько коттеджей поменьше.

Адаму и Джейн предоставили апартаменты с окнами на океан и большим балконом. Одна стена, сделанная из стекла, открывала чудесный вид на бухту с белоснежными яхтами.

Джейн скинула надоевшие туфли и с удовольствием ощутила босыми ногами густой ворс мягкого ковра.

Портье удалился, и Джейн украдкой взглянула на своего шефа — без пиджака, галстук съехал набок, волосы взъерошены. Он весь в работе, поглощен своим бизнесом, и других забот у него нет. Глупо рассчитывать на что-либо иное.

Джейн посмотрела на побережье. Неплохо бы переодеться и побродить по песчаному берегу.

Она впервые находилась на Карибах и вообще не планировала поездок за границу, пока не посетит все штаты родной страны. Здесь было очень красиво, а значит, надо воспользоваться предоставленной возможностью и постараться провести время как можно лучше. Никакая работа не помешает ей любоваться островом. Может, и Адам составит ей компанию?

Молчание явно затянулось. Джейн взглянула на мужчину, о близости с которым приходилось только мечтать.

— Ну и о чем же ты думаешь, дорогой? — с улыбкой спросила она.

Адам приподнял бровь.

— О том, что тебе лучше меня так не называть.

— Не нравится?

— Я все-таки твой шеф.

— А если я не перестану, меня ждет расстрел?

— А это тебя остановит?

— Нет, конечно.

Адам расхохотался. Он редко смеялся, и Джейн радовалась каждый раз, когда ей удавалось вызвать у него улыбку. Обычно он так был поглощен делами, что ему не оставалось времени на шутки.

В гостиной стояли кресла и стол. Джейн еще не вполне освоилась, но заметила дверь, ведущую, видимо, в спальню. Она не собиралась подвергать себя искушению, поэтому твердо решила спать одна.

— С чего начнем? — поинтересовалась девушка.

— Мне надо переслать кое-какие распоряжения в офис. Ты взяла с собой ноутбук?

Значит, прогулка по побережью отменяется.

— Не взяла, — вздохнула Джейн.

— Воспользуешься моим. У меня появилась пара идей. Я тебе надиктую?

— Нет проблем, шеф, сейчас только распакуюсь.

Она принялась доставать из коробок все необходимое для работы. Адам устроился в кресле. Похоже, работа затянется.

— Расскажи мне о себе, Джейн, — вдруг попросил Адам.

— Что именно?

— Сегодня вечером мы ужинаем с Ангелини, и я хотел бы иметь о тебе кое-какие сведения.

— Например?..

— Ну, что-нибудь интимное, что мог бы знать только твой любовник. — Адам вытянул ноги и откинулся в кресле.

— Почему бы тебе не начать первому?

Дело в том, что мужчины, с которыми Джейн состояла в интимных отношениях, знали о ней немного. Она рано научилась скрывать свои мысли и чувства.

— Я великодушен, — произнес Адам спустя несколько мгновений.

Джейн стало ясно, что и он не торопится раскрыться перед ней. Но это ее не удивило:

— Я всегда об этом знала.

— Интересно, и откуда же?

— Не раз была свидетелем. Да и сейчас ты накупил целую кучу всего. — Она кивнула в сторону шкафа.

Его губы тронула едва заметная улыбка, улыбка, от которой у нее всегда перехватывало дыхание. Чтобы отвлечься, Джейн повернулась к компьютеру и открыла файл. «Перла-Негра», быстро набрала она.

— Теперь твоя очередь.

Что особенного могли знать о ней любовники? Ей совершенно не хотелось откровенничать с Адамом. У нее сложилось четкое представление, что, только держась на расстоянии, она сумеет пережить эти две недели.

— Ну ладно. Я не люблю замкнутых пространств.

Бен, за которого она собиралась замуж, никогда не мог понять этого. Но Адам — не Бен.

— Почему? — спросил он. Его вопрос остался без ответа.

— Люблю солнце, люблю, когда ветер треплет волосы. Мы все привыкли к кондиционерам, а я обожаю Новый Орлеан летом, в жару. Мне нравится ощущать его горячее дыхание на лице, и тогда я чувствую себя частицей этого города, как бы сливаюсь с ним.

Адам смотрел на нее чуть прищурившись.

Джейн в смущении отвернулась. Боже, зачем она все это ему рассказала?

— А ты что думаешь об этом, дорогой?

— Жара и у меня вызывает определенные ассоциации, — после небольшой паузы ответил Адам. — Это связано с детством.

— Я почти ничего о тебе не знаю, — заметила Джейн.

Многие могли бы сказать то же самое. В деловых кругах Адам слыл человеком-загадкой.

Рассказывали о том, как он, начав с нуля, достиг всего только собственным трудом и упорством.

На деньги, заработанные участием в автогонках где-то на юге страны, он покупал старые, полуразвалившиеся строения и со временем превращал их в первоклассные отели, вкладывая прибыль в дальнейшее развитие своего гостиничного бизнеса.

— Не хочу ворошить прошлое, — пожав плечами, сказал Адам.

— Так почему же ты любишь жару? — настаивала она.

На самом деле Джейн не так уж важен был ответ, она просто хотела знать о нем побольше чем он живет, чем дорожит; без этого, она чувствовала, дальнейшее развитие отношений невозможно.

— Я и не говорил, что люблю.

— Но с этим что-то связано?

— Да, клятва, которую я дал себе в четырнадцать лет.

— Какую клятву?

— Секрет, дорогая. Это касается нашей договоренности и условий сделки.

— Значит, с тех пор ты устраиваешь свою личную жизнь «по договоренности»?

— Почему тебя это интересует?

— Ты сам начал. Как твоя «жена» я должна знать.

— Ты права, Джейн, необходимо обсудить некоторые моменты. Ты отличаешься от прочих женщин, которых я знал. — Адам так пристально посмотрел на нее, что ее бросило в жар.

— Талия тоньше? — предположила она, чтобы нарушить повисшее молчание.

— Не думаю, что дело в этом. — Он загадочно улыбнулся, не отводя от нее глаз.

Под его взглядом Джейн чувствовала себя беззащитной. Ей казалось, что Адам мысленно раздевает ее, обнажая тело, которого она немного стеснялась. Точнее, боялась выставлять напоказ. Она не хотела походить на мать, которая всегда использовала свои роскошные формы как мощное орудие в жизненной борьбе.

— Как относились к тебе мужчины? — спросил Адам.

— Как к другу, а не как к своей собственности.

— А я тебя и не присваивал.

— Зачем тогда накупил для меня столько одежды, причем облегающей и подчеркивающей фигуру?

— Ты совершенно равнодушна к тряпкам, Джейн. Почему?

— Эй, не заговаривай мне зубы! Мы говорили о тебе.

— Мне нравятся красивые женщины. — На губах Адама появилась соблазнительная улыбка.

— Я себя к ним не отношу.

— Ох уж, эти дамы!

— Что ты имеешь в виду?

— То, что твои губы вот уже многие месяцы сводят меня с ума, а ты беспокоишься о том, что платье тебя слишком обтягивает!

— Что ты нашел особенного в моих губах? выдавила Джейн, думая, что ослышалась.

— Они созданы для поцелуев, — вкрадчиво произнес Адам, поднялся и начал приближаться к Джейн.

Девушка на мгновение прикрыла глаза, вспоминая, как совсем недавно, в самолете, она чувствовала теплое дыхание на своем лице. Адам собирается поцеловать ее? Хочет ли она этого?

Джейн инстинктивно отшатнулась. Надо свернуть с зыбкого пути и войти в привычную рабочую колею. Но все зашло слишком далеко, и ей придется выбрать: работа или близость с Адамом. Интуиция не обманывала — опасная черта проходила совсем рядом.

Адам уговаривал себя, что с Джейн ему следует немедленно вернуться на стезю деловых отношений. Тогда, в самолете, это походило на какое-то наваждение, и момент, когда его столь непреодолимо тянуло запечатлеть на ее пухлых губах поцелуй, — не более чем кратковременное помешательство.

Но, черт возьми, как же трудно заставить себя отвести взгляд от ее рта! Она, когда печатает, чуть прикусывает нижнюю губу, и даже это безумно возбуждает его! Нет, что ни внушай, но единственное его желание — почувствовать вкус ее губ.

Джейн заглянула в спальню и уставилась на роскошную, поистине королевских размеров кровать, покрытую голубым пледом. У окна стояли глубокое уютное кресло и кушетка. Вся комната была выдержана в голубых тонах. Под потолком лениво крутился вентилятор, и прозрачные занавески на окнах слегка шевелились под легкими струями воздуха.

Адам подошел и встал рядом, внезапно ощутив, что напряжение, которое не покидало его со времени отлета из Нового Орлеана, исчезло. Эта комната располагала к отдыху. Все, казалось, говорило: «Забудь о заботах и тревогах, о правилах и приличиях. Расслабься». Адам слышал этот настойчивый голос и не имел желание сопротивляться.

Джейн рядом, все остальное отошло на второй план. Как бы он хотел уложить прелестную девушку на кровать, прижаться к ее губам, медленно снять с нее одежду…

— Не пора ли нам готовиться ко сну, дорогой? стараясь казаться беззаботной, произнесла Джейн.

Адам догадался, что она нервничает и пытается шуткой скрыть ощущение неловкости. Он прекрасно понимал, что Джейн всего лишь играет роль его возлюбленной, не являясь таковой на самом деле. А Адам оставался ее начальником, поэтому ему предстояло найти ту тонкую грань, переступать через которую нельзя, иначе он не избежит разлада с самим собой. Адам всегда завидовал людям, способным в нужный момент отрешиться от всех проблем.

— Я выбираю кушетку, — буркнул он, хотя на самом деле он желал лишь одного — быть с Джейн, владеть ею.

Вернувшись в гостиную, Джейн открыла балконную дверь и вышла на воздух. Надвигался шторм, и свежий ветер с океана дул в лицо.

Глядя в потемневшее небо, Адам представил, что произошла вселенская катастрофа и во всем мире остались только они двое. Раньше ему и в голову не могла прийти подобная мысль. Он вообще считал, что ситуация всегда находится у него под контролем, потому что он не мог даже вообразить себе Джейн в нерабочей обстановке, в этом тропическом раю. Она влекла его так же, как Ева влекла когда-то первого мужчину на земле, и он уже знал, что пойдет за нею путем всех искушений. Хотя при этом хорошо бы оставаться в Эдеме.

Мир, который он сам себе тщательно создал, внезапно начал рушиться. В этом мире Адам ощущал себя свободным от желаний, разочарований, испытаний, — от всего, что осложняет существование. А теперь все это неожиданно вошло в его жизнь и ситуацией он больше не владел.

Адам хорошо помнил, как страдала его мать, когда ушел отец, помнил, как первая несчастная любовь разбила его собственное сердце. А сколько неудачных служебных романов он перевидал за свою жизнь! И все же его неудержимо влекло к этой женщине. Рассудку не справиться с природой. Адам знал, что за все придется расплачиваться, только вряд ли цена будет слишком высока за две недели счастья.

— Милый… — услышал он тихий голос.

Во взгляде Джейн появилось что-то новое.

Волосы развевались на ветру, и одна прядь упрямо ложилась на губы. Осторожным движением он убрал ее.

— Нам придется спать вместе, иначе горничная заметит. — Слова дались нелегко.

Адам уже думал об этом и знал, что в одной постели с Джейн не сможет не только спать, но ,и дышать. Он лишь сожмет ее в своих объятиях, не отрываясь от мучительно-желанных губ.

Ветер вновь бросил непокорную прядь на лицо Джейн. Адам перехватил ее руку, сам поправил волосы, потом провел пальцем по ее губам.

— Я… — начала было Джейн, но он нежно прикоснулся к манящему рту — слов не нужно.

— Мы с тобой в безвыходной ситуации, — прошептал Адам.

— Почему в безвыходной? — так же тихо спросила она.

Он наклонил к ней голову, тепло ее дыхания коснулось его щеки. К черту рассудок!

— Я хочу тебя, Джейн.

Глаза девушки широко распахнулись, и она посмотрела на него так пристально, что ему очень захотелось оправдать ее ожидания. Но Адам не знал, по каким критериям она оценивает мужчин. Способен ли он дать ей то, чего она от него ждет? Даже самые непритязательные из его женщин требовали нежности, а этого как раз он часто в себе не находил.

Джейн смутилась и выскользнула из его рук.

— Пойду посмотрю, прошел ли факс.

Просто дать ей пройти — это самое мудрое решение. Но Адам не может ее отпустить, это выше его сил. В его душе вдруг проснулись чувства, которые, казалось, давно умерли.

— Джейн…

Она обернулась и посмотрела на него долгим вопросительным взглядом. Легкий румянец залил щеки, и Адам понял, что в ней происходит та же борьба. Внутренний голос нашептывал: сожми ее в объятиях, овладей ею Прямо сейчас и положи конец всем двусмысленностям!

— Ты не веришь мне? — спросил он наконец.

Джейн молча отвернулась, прошла мимо, и он не посмел прикоснуться к ней. В ее облике было столько детской беззащитности, что Адам ощутил себя рыцарем, призванным защитить любимую от всех бед и невзгод, — качество мужчины, так часто скрываемое под маской цинизма.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

— Джейн! — Его голос прозвучал уверенно и властно.

Девушка сопротивлялась, как могла, — нарочито долго не оборачивалась. Что сказать ему?

Все складывалось не совсем так, как она себе представляла. Никогда прежде она не встречала в мужчинах такой спокойной, подчиняющей себе силы. От одного его взгляда бросало в жар, а сердце начинало учащенно биться. Она пойдет за ним повсюду, одно движение его руки — и она не заставит себя упрашивать. Это безумие, и к черту приличия. Только что будет потом?..

Джейн остановилась. Ей всегда хотелось казаться отважной и безрассудной, но в глубине души она знала, что не склонна к авантюрам.

Чувство самосохранения шептало, что риск слишком велик, она рискует утратить то, что ценила больше всего, — душевное равновесие.

— Что? — наконец произнесла она, оборачиваясь.

Адам откинулся на перила, и она невольно залюбовалась его стройным мускулистым телом. Очередной порыв ветра снова бросил волосы ей в лицо. Решительным движением она заправила их за ухо. От себя не убежишь.

— Мне замолчать? — спросил Адам. — Но ведь я сказал правду.

— Это облегчило бы нашу жизнь в ближайшие две недели.

— Не думаю.

Он стоял, скрестив руки на груди, и Джейн пожалела, что не может выглядеть столь же значительно. Жизнь еще не научила ее принимать величественные позы, хотя вряд ли это помогло бы в данной ситуации.

Почему бы действительно не пойти на поводу у чувств и не окунуться в безудержный секс с мужчиной, которого так страстно желаешь? Но всю свою жизнь Джейн играла роль палочки-выручалочки: мать, уставшая от равнодушия любовников, изливала ей душу, для жениха Бена она была лишь отражением женщины, которую он действительно любил и к которой в итоге вернулся. Адам предложил ей сыграть роль жены.

В конце концов, она заслужила большего! Ей надоело быть дублером, пора начать играть главную роль, по крайней мере с Адамом.

— Дорогой… — Она попыталась заговорить в привычном непринужденном тоне, но на этот раз у нее ничего не получилось.

— Не язви, милочка. Я, конечно, понимаю, что ты нервничаешь, но все же хочу ясности.

— Ты хочешь слишком многого, — вымолвила Джейн.

— Почему же?

Этот мягкий голос обезоруживал ее. Адам медленно направился к ней, и Джейн с трудом подавила инстинктивное желание отступить.

— Потому что я потребую от тебя большего, чем ты привык давать женщинам, с которыми общался.

— Я не сравниваю тебя с другими женщинами.

Он был так близко, что ей стало страшно.

Адам сжал ее лицо в ладонях и пристально заглянул в глаза, будто надеялся найти там ответы на свои вопросы. Но ей тоже нужна была ясность.

— Я не шучу. — Джейн не опустила глаз. — В отношениях с тобой я пойду до конца.

— Я тоже.

Они понимали друг друга. Люди не сходятся с намерением вскоре расстаться. Но дело в том, что после двух недель наслаждения им предстоят официальные отношения, которые будут уже совершенно неприемлемы для обоих.

— Сомневаюсь. Судя по тому, что ты одинок, ты никогда не шел до конца.

— Но ведь и ты одна, — парировал Адам, — Прямое попадание.

На самом деле Джейн всю жизнь искала того единственного мужчину, который заполнил бы собой ее существование. И боялась ошибиться.

Она точно знала, какой человек ей нужен. Адам во многом соответствовал этому образу.

Телефонный звонок прервал тягостное объяснение. Адам не пошевелился.

— Я возьму трубку, — заторопилась Джейн.

— Стой здесь. Мы еще не закончили. — Адам прошел в комнату, и вскоре она услышала, что он разговаривает с кем-то по телефону.

Джейн зябко поежилась. Она чувствовала себя еще более одинокой, чем он мог предположить. Ей предстояло принять решение, которое грозило в корне изменить всю ее жизнь. Когда Бен оставил ее, ей было больно, но она пережила это, потому что никогда не пускала его к себе в душу. Но Адам видел ее насквозь, от него она не могла спрятаться.

Джейн вдруг поняла, что не в силах больше оставаться с ним наедине. Надо бежать, пока она, поддавшись эмоциям, не совершила какой-нибудь глупости. С балкона к пляжу вела лесенка. Джейн поспешила вниз.

Нет, она не дезертировала, она понимала, что к разговору придется вернуться, слишком многое осталось недосказанным. Ей просто хотелось побыть одной и привести мысли в порядок.

Еще не начав отношения с Адамом, девушка уже готовила себя к их концу.

— Джейн! — крикнул Адам, заметив ее бегство. Телефонный звонок прервал их важный разговор, а это было всего лишь сообщение из офиса, что факс принят.

Девушка замерла на нижней ступеньке.

— Не сейчас, Адам. Я хочу прогуляться перед ужином.

— Подожди, я с тобой.

— Зачем? На тот случай, если встретятся Ангелини? — Господи, она сама предложила ему повод.

— Да. — Адам поспешно догнал ее.

Пауэлл никогда не видел свою секретаршу такой — от ее привычной невозмутимости не осталось и следа.

— Что случилось?

— Оставь, пожалуйста…

Адам осторожно взял ее за руку. И, почувствовав под пальцами нежную кожу, вдруг понял, что многое бы отдал за один только вечер, проведенный с ней наедине. На мгновение все исчезло, мир перестал существовать, были только океан с его шумным и влажным дыханием, мужчина и женщина. Сейчас Адам знал одно: Джейн нужна ему. И все же… Он отступил на шаг и убрал руку.

На глазах Джейн показались слезы, и она отвернулась, чтобы скрыть их.

Адам вдруг ощутил себя бесчувственным негодяем. Пробормотав проклятие, он уставился на бесконечную водную гладь. Усадить бы сейчас Джейн в яхту и уплыть с ней куда-нибудь подальше, позабыв о гостиничном бизнесе, о своих амбициях и обо всем на свете.

Оба молчали. Адам чувствовал свою вину, но не мог найти нужных слов.

— Мы должны справиться с этим, — глухо произнес он.

— Я выполню свою работу, не беспокойся.

— Пойми, это не просто работа.

— Это никогда не будет больше, чем просто работа, Адам. Никогда! — взволнованно вскрикнула Джейн.

— Почему же? Я неплохой актер, Ангелини и в голову не придет, что я не самый нежный из мужчин.

— Не стоит особо усердствовать, Адам. А то вдруг я забудусь, и все кончится плохо.

И она побрела прочь, а Адам стоял и смотрел вслед одинокой удаляющейся фигурке. Спасти ее, защитить! От кого? От себя самого? Он не хотел ее обидеть, просто… Черт побери! Просто он хотел того же самого, чего и отец, когда явился сюда со своей Мартой!

Выругавшись, Адам отвел глаза. Кажется, впервые он понял своего отца, и это ему не понравилось. Ему теперь стало ясно, что чувствовала Джейн, согласившись играть предложенную роль. И такой ценой он хотел достичь своей цели! Ценой страданий слабого и беззащитного существа! Адам отчетливо ощутил себя циничным мерзавцем.

Когда Джейн вернулась, Адама в номере не было. Она приняла душ, высушила волосы, мельком взглянула в зеркало.

За время прогулки Джейн сделала несколько важных для себя выводов. Главный из них тот, что все двадцать восемь лет она убегала и пряталась от себя самой. Это трудно принять, но это правда.

Два раза в жизни ей хотелось забыть о рассудке и дать волю чувствам, но она струсила.

Первый раз, когда ей было двенадцать. Тогда ее настоящий отец появился в их квартире и ее очень волновало, можно ли называть его «папой». Но кончилось все тем, что она затаилась у себя в комнате и наотрез отказалась выйти к этому чужому человеку, чья кровь почему-то текла в ее жилах. Джейн горько жалела потом, но больше отец уже никогда не приходил.

Второй раз с Беном. Она почувствовала что-то происходит, он ускользает от нее, но так и не решилась спросить, а потом уже было слишком поздно.

Хватит прятаться! Ей нужно от Адама больше, чем две недели любви. Джейн очень хорошо понимала, чем рискует в случае проигрыша.

Стоя под душем, девушка разработала приблизительный план действий. Если ничего не получится, придется искать другую работу.

Джейн надела бюстгальтер и трусики, облачилась в мягкий махровый халат, устроилась у зеркала и принялась за макияж. Она знала некоторые тонкости этого дела от матери, и сейчас полученные некогда сведения оказались весьма кстати. Джейн понимала, что изменяет самой себе, но гнала эту мысль прочь. Оставаясь собой, она получила высокооплачиваемую работу и пустой, одинокий дом.

Теперь наступает новая жизнь. Джейн улыбнулась своему отражению в зеркале, стараясь не замечать, что косметика сделала лицо немного чужим.

Выйдя из ванной комнаты, Джейн увидела Адама, который одевался к ужину. Она явно ошибалась, когда думала, что вполне успокоилась. Адам обернулся, и она не могла отвести глаз от его великолепного мускулистого торса.

— Я не слышала, как ты вернулся, — произнесла Джейн наконец, чтобы нарушить неловкое молчание.

Он взглянул на нее с очаровательной улыбкой, которую она, скорее всего, напрасно, принимала за выражение искреннего чувства.

— Нам надо поговорить, прежде чем мы спустимся в ресторан.

Этого Джейн хотела меньше всего. Она и так сказала слишком много того, чего говорить не следовало бы. Но отныне все будет иначе.

— Не думаю. Мне просто нужно немного времени, чтобы войти в роль.

— Дело не только в этом.

Продолжать обсуждение было невыносимо, и Джейн решила выбрать себе наряд к ужину. Она предпочитала белый, черный и бежевый цвета, спокойные и хорошо сочетающиеся, но одежда в шкафу переливалась всеми цветами радуги, словно павлиний хвост. Видимо, любовница Адама должна всегда выглядеть ярко.

— Что за проблемы, Адам? — спросила она как можно беспечнее, старательно отводя взгляд от небольшого шрама над его левым соском. Интересно, отчего он остался?

— Делаешь вид, что не понимаешь? У тебя плохо получается притворяться.

— Согласна, но, надеюсь, сегодня я справлюсь.

Ее взгляд упал на экстравагантную цветастую юбку с запахом и блестящую блузу без рукавов. Достав наряд, Джейн приложила его к себе и повернулась перед зеркалом. Предстоял решительный шаг в будущее, и она знала, что, споткнувшись, обязательно разобьется. Если не сама, то ее сердце — точно.

— Ну, как я выгляжу? Намного хуже Изабеллы? — спросила она, оборачиваясь.

— Трудно сказать, когда ты одета, — пожал плечами Адам.

— Ты никогда не видел Изабеллы одетой?

— Видел, но не в закрытом махровом халате.

Что ж, теперь ход за ней. Украдкой взглянув на Адама, Джейн заметила что-то новое в выражении его лица. Она направилась к дивану, положила на него одежду и стала решительно развязывать пояс халата. Пояс оказался слишком туго затянут, она долго возилась и ожидаемого эффекта не получилось. Наконец узел ослаб, пояс соскользнул на пол, но халат все так же закрывал ее тело.

Нет, она не сможет этого сделать. Она, наверное, сошла с ума, когда думала, что сможет.

— Дорогая?

Джейн чувствовала себя подопытным кроликом. Стараясь не выдать своего волнения, окинула Адама долгим оценивающим взглядом.

— Неплохо выглядишь, милый.

Она ожидала его улыбки, но Адам неожиданно подошел к ней и нежно коснулся ее лица. Она хотела ответить тем же, но руки не слушались.

— Я никогда не видел тебя с макияжем, — тихо сказал Адам.

Он провел пальцем по ее щеке, и Джейн почувствовала нарастающее возбуждение. Она закрыла глаза, чтобы острее ощущать его прикосновение, и вдруг Адам прижался к ее губам. Забыв обо всем на свете, Джейн отдалась наслаждению от столь желанного поцелуя.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Любовная страсть являлась той областью, в которой Адам привык считать себя знатоком.

Но с Джейн он почувствовал себя юнцом столь же неопытным, сколь ненасытным. Он целовал ее жадно, с упоением, овладевая нежными губами так, как уже не раз мысленно представлял; наслаждался прикосновением к ее груди, лаская через мягкую ткань халата.

К черту все догмы, касающиеся взаимоотношений работодателя и подчиненной. Теперь это был лишь мужчина, и мужская природа властно подчинила себе все. Адам слышал низкие грудные звуки и прерывистое дыхание желанной женщины, видел глаза, потемневшие от страсти, алые, чувственные губы. Он пил и пил из этой бездонной чаши наслаждения и все не мог утолить жажды.

— Похожа я на твою любовницу? — прошептала Джейн.

Он распахнул на ней халат и посмотрел на бархатисто-смуглую грудь, прикрытую лифчиком.

— Пока еще нет.

— Нет? — Она чуть отступила назад, халат соскользнул с ее плеч и почти упал. Придерживая его у талии, Джейн кокетливо прогнула спину и выставила бедро. Сейчас она походила на фотомодель с обложки мужского журнала. — А теперь?

Адам притянул ее к себе. Расстегнув застежку между чашечками лифчика, он освободил ее грудь. Соски становились все тверже под лаской его ладони.

— Ну а теперь? — повторила свой вопрос Джейн, стараясь, чтобы он прозвучал как можно более вызывающе.

Но Адам видел перед собой не женщину-вамп, которой она пыталась казаться, а застенчивую Джейн, какой она и являлась на самом деле. Он взял ее за руки:

— Еще нет.

Адам продолжал целовать ее, и только когда она вся подалась навстречу, он оторвался от нее и хрипло проговорил:

— Теперь похожа.

Он снова привлек девушку к себе, не в силах совладать с собой, покрывал ей лицо поцелуями, и Джейн отвечала на его ласки.

Боже, какая же она сладкая! Адам чувствовал жар ее тела, сжимал ее бедра, ягодицы, его возбужденная плоть изнемогала от соприкосновения с ней. Глухой стон вырвался из его груди.

Джейн была потрясающе чувственна, именно этого он и ожидал!

— Адам…

— Да, дорогая, все отлично. — Адам продолжал ласкать ее, чувствуя, как в ней неудержимо нарастает страсть, требующая единственно возможного разрешения.

Ее соски терлись о его грудь, и Адаму стоило немалых усилий сдерживать себя. Джейн снова и снова произносила его имя, и он, не прекращая ласки, осторожно сдвинул ее трусики, его палец скользнул в горячую влажную плоть. Джейн напряглась и издала протяжный стон наслаждения.

Адам поднял ее на руки, стараясь скрыть овладевшее им волнение и понимая, что происходящее, столь же непоправимо, сколь и неизбежно.

Обессиленная, Джейн прижалась к его груди.

Легкая судорога пробежала по всему телу, кожа стала влажной и горячей. Все ее женское естество, пробужденное Адамом, властно и неудержимо желало быть поглощенным этим мужчиной и, в свою очередь, обладать им.

Джейн ничего не понимала, такого с ней никогда не случалось. Она привыкла во всех ситуациях контролировать свои чувства, а теперь все смешалось, перевернулось с ног на голову. И это ее пугало.

Адам заглянул ей в глаза, и в его взгляде Джейн увидела нежность и призыв. Он направился в спальню.

В этот момент раздался звонок. Джейн вспомнила, что час назад заказывала телефонный разговор для Адама с вице-президентом фирмы Сэмом Джонсоном.

О, нет, только не сейчас! Интересно, как поступит Адам? Сердце замерло в груди, но, когда он опустил ее на пол, Джейн изо всех сил постаралась придать лицу безразличное выражение.

Не отводя от нее взгляда, Адам поднял трубку, затем достал блокнот, присел на кровать и начал быстро давать Сэму какие-то указания.

Джейн стало ясно, что он уже успел забыть о ее существовании.

Женщину захлестнули горечь и разочарование. Ею воспользовались и выбросили словно ненужную дешевую вещь. Да, теперь она действительно почувствовала себя только любовницей, причем отвергнутой.

Собрав все силы, чтобы не потерять самообладания, Джейн отвернулась, взяла одежду и направилась в ванную. Из зеркала на нее глянуло незнакомое лицо — волосы взъерошены, губы покраснели и распухли от поцелуев. Она подавила желание вернуться в спальню и высказать Адаму все, что думает, вместо этого спокойно застегнула бюстгальтер, аккуратно повесила халат и надела блузу. Если бы не вырез — вполне скромный туалет. Прежде чем выйти из ванной, Джейн поправила волосы и тронула губы помадой.

Приложив к уху телефонную трубку, Адам сосредоточенно делал записи и даже не взглянул в ее сторону. Обычный деловой звонок. Фиктивной возлюбленной абсолютно не из-за чего расстраиваться. Но чувство досады не покидало Джейн.

Надев туфли, она в нерешительности остановилась. Что же ей теперь делать? Сидеть и ждать его? Мама наверняка подсказала бы мудрое решение, но Джейн не собиралась спрашивать ее совета.

Чтобы отвлечься, она принялась осматривать комнату. На столе лежал листок. Джейн еще раз перечитала легенду о пирате, подошла к висевшей на стене репродукции в рамке и стала разглядывать карту острова. Звучит, конечно, красиво, — обрести сокровище своего сердца, только многие ли могут сказать, чего их сердце на самом деле желает? Честно говоря, в эту минуту Джейн больше всего хотела двух вещей: чтобы Адам провалился сквозь землю и.., повторения только что случившегося, правда, совершенно с другой концовкой. Она не могла справиться с собой, противоречивые чувства — ярость и возбуждение — раздирали ее.

Адам закончил телефонный разговор, и Джейн замерла в ожидании. Но Адам не появился. В следующее мгновение она услышала шум воды в ванной и поняла, что Адам приводит себя в порядок. Положив карту на стол, Джейн вошла в спальню и мельком заглянула в блокнот. Аккуратным почерком были записаны несколько распоряжений, в том числе и для нее. Что это значит? Все произошедшее между ними столь привычно и обыденно для него, что он уже забыл об этом? Или он просто великолепно умеет владеть собой? Ей хотелось думать именно так, но она понимала, что в жизни желаемое и действительность редко совпадают.

— Отлично, ты уже увидела мои записки. Адам появился в спальне. — Я хотел, чтобы ты отправила несколько сообщений. Успеешь до ужина? — Он застегнул рубашку и теперь сосредоточенно заправлял ее в брюки.

Как будто ничего не было! Как будто ей все приснилось! Ей пора очнуться. Все это имеет значение только для нее, Адаму же нет до нее никакого дела. Впрочем, так же, как и всем предыдущим ее любовникам. Прямо злой рок какой-то.

— Дорогая, как ты?

— Плохо.

Джейн взяла блокнот и быстро прошла в гостиную. Отправила его чертовы сообщения и собралась с мыслями. Надо все ему выложить, но не сейчас, когда все кипит внутри, а чуть позже. Запах мужского одеколона преследовал ее. Пробудить в Адаме влечение и страсть оказалось не так уж трудно, пробудить любовь — гораздо сложнее.

Адам проводил Джейн взглядом и сжал кулаки. Ему хотелось выплеснуть раздражение, но нельзя позволить Джейн увидеть его слабость.

Адам запустил пальцы в волосы и минуту не двигался с места. Он обидел ее! Черт побери, он почти забыл обо всем на свете и уложил ее в постель! Адам мог бы не выпускать Джейн из объятий все оставшееся время. И пропади пропадом все дела!

Хорошо, что звонок прервал его, прежде чем он успел наделать глупостей. Все, что произошло, — наваждение. В его намерения отнюдь не входит переступать грань.

Адам выпрямился, быстро завязал галстук и накинул пиджак. Он перестарался с одеколоном, пытаясь заглушить, витавший вокруг запах Джейн. В ванной не смог удержаться и зарылся лицом в ее халат. Запах настолько возбуждал, что это было почти невыносимо.

Адам заглянул в гостиную. Джейн сидела за компьютером и печатала, но еле сдерживаемый гнев был заметен в каждом движении. Заказанная им одежда безупречно облегала фигуру.

Адам отметил, что хорошо одетая женщина выглядит не менее привлекательно, чем раздетая.

— Готово?

— Разумеется, радость моя, — с сарказмом ответила Джейн.

Адам понял, что если они сейчас отправятся на ужин, Ангелини явно заподозрят неладное.

— Ты слишком много работаешь, — заметил он, стараясь говорить непринужденно. Подойдя к Джейн, положил руки ей на плечи и тут же закрыл глаза, стараясь собраться с силами, чтобы избежать искушения.

— Ты мой начальник, — холодно сказала Джейн.

Он убрал руки и сел в кресло. Работа была закончена, Джейн сделала гораздо больше, чем он просил, — не только отправила сообщения, но и перепечатала и переслала заготовленный им список основных пунктов дальнейшей работы.

Все это Джейн успела, пока он переодевался.

Девушка выключила компьютер и, обернувшись, посмотрела ему в лицо.

— Как тебе это удается?

— Что именно?

— Так резко переключаться. Я так не могу.

— Я тоже не могу.

— Можешь. Я, например.., впрочем, неважно… — Джейн помолчала и вдруг, выпалила:

— Я все еще без ума от тебя!

— Я знаю.

Ему действительно показалось, что того кратковременного наслаждения, которое испытала Джейн, было недостаточно, чтобы погасить ее сексуальное возбуждение. Но ведь и он намеревался закончить все в постели.

— Ты относишься ко мне как к наложнице. Я этого не заслужила.

Адаму стало неловко. На протяжении всего периода их знакомства он чувствовал себя совершенно свободно: ясный и трезвый ум девушки избавлял, как ему представлялось, от необходимости соблюдать дистанцию. Сейчас Адам пожалел об этом.

— Я… — начал он, но Джейн его перебила:

— Ты знаешь, меня это не устраивает. Одно дело, быть твоей фиктивной возлюбленной, совсем другое — одной из твоих многочисленных любовниц. Я не хочу, чтобы мной пренебрегали из-за каждого телефонного звонка.

Адам в смущении прикоснулся к ней. Она отстранилась. Дальнейшая самозащита требовала слишком высокой цены, и он понимал, что Джейн не должна платить ее.

Несмотря на все случившееся, Адам хотел бы сражаться за нее, вырвать ее из пасти хищника, по-рыцарски служить ей. Откуда это чувство?

Адам не мог ответить, но знал точно, что оно сильно и искренно и что он абсолютно беззащитен перед ним.

— Я не умею иначе, — честно сказал он.

— Для тебя женщины делятся на две категории — сослуживицы и любовницы.

— Да. И откуда эта ирония? Я что-то не замечал, чтобы у тебя имелся постоянный партнер.

— Не волнуйся, у меня с этим все в порядке.

— Но в свою жизнь ты никого не впускаешь.

Очевидно, для тебя тоже существуют разные категории.

— Я все-таки не веду себя подобным образом.

Как у тебя это получается? Как будто ничего не произошло. — Джейн горько усмехнулась.

На самом деле у Адама ничего не получалось. Все это лишь видимость. Он очень долго учился скрывать свои чувства, когда понял, что женщина, иногда даже сама не подозревая, может стать источником опасности, выбить из колеи и обезоружить. Надо было учиться защищаться.

— Жизненный опыт, — сухо произнес он.

До ужина оставалось совсем мало времени.

— Какого рода? — спросила Джейн.

— Поверь, тебе это совсем неинтересно.

— Я хочу знать, хочу понять… Ты что, просто удовлетворял со мной свою похоть? — Все ее чувства были написаны на прекрасном грустном лице.

— Ты не права, — сказал Адам. — Но если бы не телефонный звонок, боюсь, тебе пришлось бы о многом пожалеть. В нашей жизни бывают опасные ситуации, которых лучше избегать. Так что тебе есть за что благодарить Сэма.

С этими словами он встал и направился из комнаты.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Адам!

Он остановился, но не обернулся. Возможно, ему следовало найти другие слова, но он не смог. Джейн схватила его за руку и заставила посмотреть ей в глаза.

— Ты не можешь просто так уйти, после того что сказал.

— Могу. Оставь надежды, Джейн.

— Какие надежды? , — Когда мы вернемся в Новый Орлеан, все, что произошло здесь, будет казаться сном, — Он взял ее за подбородок и нежно поцеловал в губы.

Поцелуй смутил Джейн. Ей показалось, что это прощание. Или что-то, чего она не могла понять. Адам вышел из комнаты, а она осталась стоять, глядя ему вслед. Внезапная и необъяснимая радость охватила ее. Джейн не отдавала себе отчета, почему его слова так много значат для нее. Но так или иначе, она больше не сердилась.

Наоборот, почувствовала к этому опытному мужчине слегка покровительственную нежность.

Вероятно, что-то было в его детстве, догадывалась Джейн. Адам мало рассказывал о нем и о своих родителях, но ей казалось, что он получил такое же воспитание, как и она. Быть может, его отец оставил семью ради другой женщины, с которой вместе работал? Тогда это многое объясняло бы. Но лучше не ворошить прошлое.

Джейн заперла дверь и отправилась к главному зданию, где расположились бар и ресторан, в котором они собирались ужинать. Она старалась сосредоточиться на работе, ведь ей предстояло блистательно сыграть свою роль: Только как она сможет находиться рядом с Адамом, зная, что в ее душе бушуют совсем не театральные страсти?

Выложенная цветным булыжником тропинка проходила через густую зелень. Джейн остановилась возле гибискуса, сорвала ярко-красный цветок и украсила им волосы.

Сколько можно оставаться бутоном, никогда не раскрывающимся навстречу солнцу! Сколько можно жить на обочине, боясь принять вызов, который бросает судьба! Мысленно она уже нарисовала себе план действий после возвращения в Новый Орлеан. Надо искать другую работу и подготовить дела, чтобы передать их новому секретарю.

Джейн пересекла вестибюль и увидела Адама, одиноко сидевшего в глубине бара. Она, пожалуй, не могла припомнить, когда видела его в таком настроении. Конечно, это из-за нее. Ее бывший, Бен, как-то заметил, что, когда он смотрит на нее, в нем просыпается комплекс вины.

Тогда она не совсем поняла, что он имеет в виду, но со временем догадалась: она смущает мужчин силой своих моральных устоев. С Адамом она усложнила отношения до предела, но, ей хотелось, чтобы он хоть на минуту почувствовал, что жизнь непредсказуема, это не гладкий шарик, скользящий по ровной дощечке. И, кажется, ей это удалось.

Запрокинув голову, Адам одним глотком опорожнил полстакана виски. Он пил солодовый, свой любимый. Джейн так много знала о его привычках, что это действительно было похоже на любовь. Но оказалось, ей еще нужно многое открыть для себя.

— Как вам нравится мой остров, дорогая? услышала она за спиной голос Рэя Ангелини.

Костюм сидел на нем безупречно, а во рту дымилась сигара.

Джейн стало ясно: вопрос знаменует собой начало переговоров и вести их придется именно ей. Надо собраться с мыслями.

— Он очарователен. Адам уже прикидывал, как представляет себе сделку, и даже набросал кое-какие записи. Он просто не может думать ни о чем другом.

— Оставим деловую сторону. Я говорю совсем не об этом. Как вам атмосфера? Нежные чувства расцветают здесь, как тропические цветы, и если кто-то еще медлит, то, я думаю, это ненадолго.

Джейн почувствовала, что разговор принимает опасное направление. Если она сейчас ошибется, если скажет что-нибудь лишнее — сделка может сорваться.

— Да, атмосфера удивительная. Мы с Адамом прошли несколько этапов в своих отношениях.

Мы работали вместе, до того как стали близки.

— Взаимоотношения, выросшие на основе делового сотрудничества, обычно очень крепки. Что ж, пойдемте к вашему мужчине.

Адам с трудом поднял голову, тяжело взглянул на Джейн и сделал еще глоток. Он был нетрезв. Три стакана виски — это уже слишком. Как же она хороша с красным цветком в волосах! А ее удивительные, мерцающие глаза?! Когда она успела так преобразиться? Еще час назад Джейн была вне себя от злости и раздражения.

Тяжелое чувство вины давило на него, и Адам вновь потянулся к стакану. Но потом понял, что виски проблем не решит. Подозвав официанта, он попросил принести воды.

Подошла Диди, и они переместились в зал ресторана. Рэй распоряжался меню, и Адам вынужден был признать, что никогда не пробовал ничего более вкусного, чем то, что предложил им шеф-повар этого поистине райского уголка.

Хотя его, выросшего у океана, трудно было удивить стряпней из морепродуктов. Тем не менее Адам едва прикоснулся к еде. Ничто не занимало его так, как Джейн. Что-то неуловимо изменилось в ней, и он упорно пытался сосредоточиться и понять, что же именно.

— Сегодня днем я изучала карту, — заметила девушка. — Надо сказать, в ней несложно разобраться.

Она непринужденно поддерживала беседу, и Адам с досадой признался себе, что на ее фоне выглядит довольно бледно. А она, словно нарочно, была восхитительна, будто давала ему понять, насколько невосполнима будет потеря, если он не откажется от фальшивой двусмысленности в их отношениях. Адам уговаривал себя, что Джейн — обычная женщина, каких вокруг полным-полно, но в глубине души прекрасно знал, что обманывает себя.

— Искателей сокровища в пути поджидают некоторые сюрпризы, но мы от души желаем нашим гостям найти его, — загадочно произнесла Диди.

В начале ужина Адам заметил некоторую натянутость в отношениях между Рэем и Диди, но Джейн умудрилась быстро все уладить. У нее просто врожденный талант — рядом с ней все чувствовали себя легко и непринужденно.., кроме него. Чем восхитительнее становилась Джейн, тем сквернее было у него на душе. Он знал, что поступил с ней по-свински и что стоило бы извиниться, но не собирался этого делать.

— Ну что, друг мой, чего бы вам хотелось больше всего? — весело поинтересовался Рэй.

Адам подумал, что больше всего на свете хотел бы обладать женщиной, сидевшей рядом, но вместо этого, улыбнувшись наподобие торгового агента, каким он был на заре своей деловой карьеры, произнес:

— Перла-Негра.

Рэй расхохотался.

— Чудно! Вы в самом деле желаете именно этого? В прошлом месяце у нас гостила семейная пара, которая хотела только денег и больше ничего.

Адам усмехнулся. Все почему-то страстно желают денег, будто это панацея от всех бед и страданий. Но еще юношей он понял, что, работая всю жизнь ради денег, все равно окажешься в итоге у разбитого корыта с пустотой в душе.

Он тряхнул головой, чтобы прийти в себя, и сделал глоток воды.

— Я достаточно обеспеченный человек, и мне не нужно сокровище, чтобы чувствовать себя независимым. Я могу заработать все, что мне надо!

Адам ощутил легкий предупреждающий толчок под столом — это был первый знак внимания в его адрес со стороны Джейн. До этого она, блистая за ужином, смотрела на него как на пустое место.

— В таком случае, вы получите Перла-Негра как вознаграждение за труд, а не как найденную драгоценность, — улыбнулся Рэй. — Но есть ли что-нибудь, чего вы хотите, но не в состоянии приобрести?

Адам решительно положил руку на плечо Джейн и взглянул на нее. Она смотрела на него не отрываясь, и в ее голубых потемневших глазах он прочел ожидание и надежду.

— Я хочу Джейн, — честно ответил он.

Губы девушки чуть приоткрылись, она склонила голову набок, и Адам заметил, как быстро и возбужденно пульсирует маленькая жилка у нее на шее. Не в силах сдержаться, он коснулся ее рукой, погладил место, где трогательно и беззащитно трепетало то, что наполняло жизнью это дорогое ему существо. И в эту минуту неожиданно для самого себя, Адам понял, что единственное, чего он действительно желает, — это остаться с Джейн навсегда.

— Но она, очевидно, уже ваша, — осторожно заметил Рэй.

За столом возникла неловкая пауза, но Адам достойно вышел из создавшегося положения:

— Джейн — единственное непредсказуемое явление в моей жизни.

Рэй кивнул,. Диди же вопросила:

— А что скажет Джейн о своем желании?

Та пожала плечами, и Адаму стало ясно, что, несмотря на всю видимую открытость и искренность в общении, эта женщина никого не впускает себе в душу.

— Я не так богата, как ты, милый. Так что деньги не помешали бы. По крайней мере, я не спешила бы вставать утром и спала бы столько, сколько захочу, но… — На секунду она прикрыла глаза; Адам сомневался, собирается ли она сказать то, что думает на самом деле, или то, что от нее хотят услышать. — Я всегда хотела иметь настоящую семью: мужа и детей.

При этом Джейн улыбнулась так печально, что Адаму стало больно. Но он быстро взял себя в руки. Она его секретарь, не более того. А при удачном раскладе будет его возлюбленной. И нечего переживать, что он никогда не сможет дать ей то, о чем она мечтает.

— Тогда вам стоит озаботиться детками, — высказался Рэй.

Диди дернула мужа за рукав, послав ему выразительный взгляд.

— Впрочем, оставим это. В холле играет джаз.

Не хотите потанцевать?

— С удовольствием, но в другой раз, — улыбнулся Адам. — Я обещал Джейн прогуляться по пляжу. Хочется подышать воздухом, а то мы слишком много времени проводим в конторе.

Диди и Рэй понимающе кивнули.

Рука Джейн скользнула в его ладонь, Адам сжал ее пальцы. Рассудок вновь собирался покинуть его.

Легкий ночной бриз теплым дыханием овевал их лица, когда они шли по каменистой тропинке к пляжу.

— Возможно, тебе имело бы смысл пройти с Рэем в бар, обсудить кое-что касательно покупки Перла-Негра? — Джейн вопросительно посмотрела на Адама.

— Я знаю, что делаю, дорогая.

— Извини. Сказывается привычка быть твоим ассистентом. А Ангелини, кажется, всерьез принимают нас за возлюбленных. Я уж было забеспокоилась.

— А я совершенно спокоен.

— Почему? Откуда такая уверенность?

— Ты меня никогда не подводила.

Она хотела улыбнуться, но поняла, что он намеревается уйти от разговора.

— Как у тебя получается в мгновение ока превратиться из пылкого возлюбленного в бездушного робота?

— Ну, когда дело касается тебя, я не бездушен и не равнодушен.

— Я бы хотела сказать то же и о себе, — произнесла она.

Адам не ответил. Джейн почувствовала, что ее решимость слегка поколебалась. Они вышли на пляж.

— Все еще хочешь прогуляться?

— Да, а ты?

— Я тоже.

Присев на скамейку, Джейн сбросила сандалии. Адам снял ботинки, носки и закатал брюки.

Плотный, уже остывший за вечер песок приятно холодил босые ноги. Адам взял Джейн за руку, и они побрели вдоль кромки воды. Тишину нарушали лишь шум прибоя да крик ночной птицы.

Пейзаж был словно из голливудской мелодрамы мужчина и женщина в лунном свете на фоне песка и прибрежных волн. Однако Джейн прекрасно отдавала себе отчет, что реальная жизнь не имеет ничего общего с этим киношным шаблоном — ни их отношения с Адамом, ни те мечты, которым она, девчонкой, предавалась у себя в комнате.

Потом она составила четкий план, стараясь держать свою жизнь под контролем. И тому была причина: слишком многое в ее детстве и юности не сбылось или сбылось не так, как она предполагала.

— Я действительно оставляю тебя равнодушной? — услышала она голос Адама.

— Ну, не совсем так, — призналась Джейн. Впрочем, мне сейчас трудно анализировать свои чувства.

Адам задрал голову и посмотрел на звездное небо.

— Ты многого требуешь. Я вряд ли способен тебе это дать.

— Почему? Моральный кодекс фирмы?

— Отчасти. — Джейн молчала, и он продолжил:

— Стоит дать волю своим эмоциям, и все может рухнуть. Вся жизнь в один момент. Я знаю, потому что видел такое. Я хочу уберечь тебя и себя.

— Ты все время говоришь о крахе, — горячо произнесла девушка. — Но у тебя же ничего не рушится. Напротив, ты преуспеваешь, строишь первоклассные отели.

Он остановился, выпустил ее руку и повернулся лицом к океану.

— Я осторожен во всем, что касается моей собственной жизни. Я предпочитал женщин, которые не… — Адам не мог подобрать нужных слов.

— Которым много не надо?

— Да.

— Это странно. Мне трудно себе представить, что ты с ранней юности решил ограничиться любовницами, потому что с женой сложнее.

— Но это действительно так.

Внезапно Джейн почувствовала, что замерзла, ее колотила мелкая дрожь. Адам скинул пиджак и набросил ей на плечи. Обнял, прижимая к себе, — Какая у тебя безрадостная, холодная жизнь, грустно сказала Джейн.

— Ты говоришь так, будто сама испытала ее.

Джейн слегка пожала плечами. Свое отношение к любовницам Адама Пауэлла она решила оставить при себе.

— Такая чудесная ночь! — произнес Адам. Стоит ли тратить время на пустые разговоры? Он повернул девушку к себе, но она отстранилась.

— Не хочу потерять голову.

— Потерять голову? — переспросил он. Джейн, ты меня убиваешь!

— Почему ты все время уходишь от разговора? — Джейн желала ясности и поэтому все-таки сказала:

— Я хочу знать больше о твоих связях.

— Не лучшая тема для разговора с любимым человеком, — усмехнулся Адам.

— Между нами другие отношения, — возразила Джейн.

— Уверен, что будут именно эти, — убежденно сказал Адам.

— Я тоже, — тихо согласилась девушка.

Волны нежно касались их ног, а они стояли и глядели друг на друга. Наконец Адам наклонился и коснулся губами ее щеки.

— К сожалению, я с детства знаю, что такое обман и измена, и не допущу, чтобы кто-то страдал из-за меня.

— Мы неподвластны своим чувствам.

— Я истинный сын своего отца. Прошел всего лишь день, а я уже готов идти на попятную и вопреки собственным установкам вступить в интимную связь с коллегой.

Чуть отстранившись, Джейн внимательно посмотрела на него. Ей не приходило в голову, что прошлое может тяготеть и над Адамом.

— Ты лучше, чем хочешь казаться, — сказала она.

— Ты уверена?

— Уверена.

— Тогда докажи мне это.

.

— Каким образом?

— Поцелуй меня, и я тоже поверю.

— Хорошо. — Джейн потянулась к нему и прошептала:

— Я постараюсь не разочаровать тебя, милый.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Адам обнял ее. Его губы не могли оторваться от ее губ, руки скользили по плечам, груди, бедрам, он ощущал ее всем телом и в то же время чувствовал свое бессилие перед этой женщиной, так легко поколебавшей его жизненные принципы, смешавшей все карты. Будь что будет! Даже если это начало конца, он не отступит.

Джейн согрела его замерзшую душу, и нет цены, которую он не заплатит за это. Сегодня ночью они будут вместе!

Она прижалась к его груди и улыбнулась.

— Ты знаешь меня, босс. Если я чего-то добиваюсь, всегда иду до конца.

— Ты добиваешься меня? — Впервые в жизни Адам ощущал, что не принадлежит себе, и надеялся, что она скажет «да».

Джейн кивнула.

— Ты не оставил мне выбора, босс. — Она опустила голову. Прибой мягко шелестел у их ног. Знаешь, я не очень люблю океан. С детства боюсь воды.

— А я — наоборот. Когда был маленьким, мечтал стать моряком и уплыть далеко-далеко. Ты умеешь плавать?

— Научилась сравнительно недавно. Это даже не страх, скорее, просто неприятие. Мама часто отправлялась путешествовать морем, а меня с собой не брала, так что водная гладь вызывает у меня воспоминание о тоске по матери.

Адам взял Джейн за руку, они сели на песок и обнялись.

— Расскажи мне о своем детстве, — попросил Адам.

— Зачем?

— Хочется знать о тебе все.

В глубине души Адам считал, что, чем более открытой будет эта женщина, сидящая рядом с ним в свете луны, тем более уверенно он будет себя с ней чувствовать, тем легче "обретет потом утраченную независимость.

— Но это не для того, чтобы Ангелини ничего не заподозрили, правда?

Вместо ответа он поцеловал ее и спросил:

— О чем ты думаешь?

— О том, что бывают ситуации, когда надо решиться и поставить все на карту.

— Ты права. И я хочу быть с тобой, Джейн, признался Адам, глядя на нее.

Он ясно понимал, что за свое желание придется расплачиваться, но жизнь в бизнесе научила его, что иногда приходится платить любую цену. Сейчас не хотелось думать о будущем.

— Я тоже. Но мне нужно больше, чем просто секс, — честно сказала Джейн.

— Согласен.

— Согласен? А как это отразится на наших деловых отношениях?

— Я хочу, чтобы у тебя не было от меня секретов.

— Но ведь каждому человеку нужно укромное место, куда можно иногда спрятаться.

— Ты не думаешь, что мы уже достаточно наигрались в прятки? — Адам заглянул ей в глаза.

Страсть вновь стала овладевать его телом.

Адам не сомневался, что в постели Джейн будет восхитительна. Все эти месяцы на работе, когда он пытался заставить себя не видеть в ней женщины, он занимался самообманом: на самом деле он всегда желал ее, просто не подвернулся подходящий момент.

Сейчас же этот момент наступил. Адам прижал ее к себе, лаская шею, грудь, упругие соски.

Их дыхание слилось воедино, и он почувствовал, что возбуждение нарастает и становится неконтролируемым.

— По-моему, нам стоит вернуться в номер, выдохнул Адам.

— Да…

Джейн тоже не терпелось скорее добраться до спальни. Но тому была и еще одна причина: среди купленных для нее вещей она заметила очаровательный пеньюар и сорочку, и ей очень хотелось примерить их, представ перед Адамом во всем этом великолепии.

— В такую ночь легко представить, как пират Антонио высаживается на берег со своей прекрасной девой, — заметила она.

Они шли рядом, каждой клеточкой ощущая присутствие друг друга. Адам открылся Джейн с новой стороны, и это радовало ее. Она чувствовала, что волшебная ночь настроила их на одну волну, что их тела и души, слившись, зазвучат в одном гармоничном аккорде.

— Вряд ли она все еще была девой, когда они высаживались, — хмыкнул Адам.

— Она любила его, я не сомневаюсь.

— Любовь любовью, но все решает страсть, не сдавался Адам.

Знает ли он, что такое любовь? — подумала Джейн. Что можно знать о любви, если всю жизнь избегать и бояться сильного чувства? Если главные достоинства партнерши — длинные ноги и пышная грудь?

— Ты не прав. Страсть вызвать очень легко.

Капля возбуждающих духов, сексапильное белье — вот и все.

— Ты говоришь о желании, — возразил Адам.

— А ты знаток!

Он иронически поднял бровь, и Джейн почувствовала себя наивной школьницей, неискушенной романтической девочкой. Впрочем, во многом так оно и было.

— Ты имеешь в виду мой сексуальный опыт? поинтересовался Адам. — Хочешь, чтобы я рассказал тебе о нем?

— Нет. Я догадываюсь, что дверь в твою спальню не была за семью печатями.

Он не ответил, но отпустил ее руку. Джейн поняла, что Адам сердится.

— Ты действительно такого мнения обо мне?

— И да и нет. — Джейн досадовала на себя. Не стоило делать слишком поспешных выводов. Извини, я не то хотела сказать. Я просто не понимаю, почему ты всегда предпочитал легкие отношения.

Адам поднял голову, подставляя лицо теплому бризу. Воздух благоухал морем и жасмином.

В такую ночь не хотелось вести душеспасительных бесед.

— Так гораздо проще. Кроме того, я могу какое-то время проводить в одиночестве.

— Судя по твоему отношению ко мне, я бы этого не сказала.

— Это потому, что ты растопила лед в моем сердце. — Он дотронулся до ее щеки.

От его слов душа Джейн радостно затрепетала, и, не в силах сдержать порыва, она обняла его.

— Спасибо тебе за эти слова.

— Я сказал правду, Джейн. И никогда не сомневайся в этом.

Они шли к отелю, держась за руки. Джейн казалось, что время остановилось: прошлое и настоящее, мечты и реальность — все слилось воедино. Вся ее предыдущая жизнь, все обиды, надежды, разочарования растворились в одном радостном ощущении. Неужели это любовь?

Предчувствие счастья переполняло Джейн.

Сомнения и недомолвки ушли, и, когда, остановившись под фонарем, он обнял ее, она встретила его поцелуй радостно и спокойно. По мере того как его ласки становились все более страстными, она чувствовала нарастающее возбуждение. Голова кружилась, она перестала отличать дыхание Адама от своего, а его пальцы, скользящие по ее шее, плечам и бедрам, наполняли тело волнующим трепетом.

— Дорогой, я не могу больше ждать.

— Тебе и не придется!

— Я был уверен, что встречу вас, — услышали они знакомый голос.

На веранде попыхивал сигарой Рэй, наслаждаясь ночной прохладой.

— Вот и мы! — произнес Адам, старательно улыбаясь.

Джейн почему-то подумала о том, что поцелуй под фонарем был со стороны Адама тщательно продуманным спектаклем. Ей стало ужасно тоскливо. Она взглянула на своего спутника, но его лицо было непроницаемо. Джейн в очередной раз подивилась умению Адама скрывать свои истинные чувства, и это слегка покоробило ее.

— Через минуту начнется второе отделение джазовой программы, — сообщил Рэй. — Я надеялся перехватить вас по пути и возобновить приглашение. Что скажете, дружище?

— С удовольствием. — Адам вопросительно посмотрел на Джейн. — Мне интересно взглянуть, да и Джейн любит танцевать. Не правда ли?

— Да.., но сегодня у меня что-то побаливает голова…

— Ты плохо себя чувствуешь, дорогая? — заботливо осведомился Адам.

— Все в порядке. Просто выдался тяжелый день.

— С завтрашнего дня у вас не будет иного занятия, кроме отдыха, — со знанием дела заявил Рэй.

— Оставайся, Адам. — Джейн сделала слабую попытку улыбнуться. — Увидимся позже.

Заиграл оркестр. В дверях маячила фигура Рэя Ангелини, человека, в руках которого находилась судьба сделки. Адам колебался недолго.

Уходя одна, Джейн пыталась уверить себя, что ей совсем не больно.

После ухода Джейн Адам не мог избавиться от чувства неловкости, но ему просто необходимо было посидеть в баре с Ангелини. Интерьер холла сохранил стиль шестидесятых. Под потолком крутились большие лопасти вентиляторов.

В каком-то фильме он такие видел.

Как там Джейн?

Несколько минут назад на пляже все складывалось так чудесно. Он только сделает пару глотков, потом извинится и уйдет.

Рэй и Адам вошли в прокуренный бар. На сцене играло джазовое трио, музыка была чудесна, но перед мысленным взором Адама стояли большие голубые глаза Джейн с застывшей в них обидой.

Ангелини чуть заметно поморщился, увидев приближавшуюся Диди. У нее явно не хватало вкуса. Диди была облачена в длинную юбку какого-то сомнительного зеленого цвета. Адама всегда огорчали убого одетые женщины, и у него даже мелькнула мысль преподнести Диди в виде подарка несколько туалетов.

— Где Джейн? — спросила женщина, подойдя к ним.

— Привет, детка! Она нас покинула по причине головной боли.

Диди ничего не сказала, но как-то странно посмотрела на мужа. Все-таки они были удивительной парочкой: Адам не чувствовал большой любви между ними, и ему было странно, что они так настойчиво требуют ее от будущих владельцев.

— Ну что же, я оставлю вас поговорить о делах, — произнесла Диди, по-прежнему пристально глядя на Рэя.

— Детка, не лишай нас своего общества! — с пафосом воскликнул Рэй вслед удалявшейся супруге.

Адама вовсе не привлекало сидеть и болтать с Ангелини еще полчаса. Оркестр заиграл мелодию Майлса Дэвиса, и Адам пожалел, что Джейн не слышит. Ей бы наверняка понравилось. А потом они смогли бы немного потанцевать…

— Эта особа всегда сует нос в мои дела, и я начинаю нервничать. Как Джейн в этом отношении?

— С ней все в порядке. Ну, почти. У нас тоже бывают разногласия.., иногда.

Адам не стал уточнять, что в девяти случаях из десяти Джейн оказывалась права. Она умела чувствовать ситуацию, смотреть на вещи как бы с другой стороны, и подчас ее интуиция значила для дела больше, чем его тщательно разработанный план.

— Вы давно вместе? — поинтересовался Рэй, отхлебывая виски.

Адам одним глотком опустошил стакан.

— Она начала работать у меня восемь месяцев назад.

— Но вам-то этого оказалось мало, как я полагаю? — подмигнул Рэй.

— Думаю, это касается только меня. — Адам постарался, чтобы его тон не прозвучал слишком резко.

— Тысяча извинений! Не обижайтесь и не сочтите за двусмысленность. Прошу понять правильно…

— Не извиняйтесь. Я понимаю. И знаю, что это место продается только семейной паре.

— Не всякой паре, — многозначительно уточнил Рэй. — Влюбленной паре!

— Можете быть уверены, что мы с Джейн сумеем сохранить репутацию Перла-Негра как первоклассного курорта.

— Этого мало. Поймите, наконец, что Перла-Негра не только курортное местечко. Это в первую очередь легенда.

— Что позволяет слегка поднять цену, не так ли? — усмехнулся Адам.

— Дело не в этом. — Рэй выпустил облачко сигарного дыма. — Влюбленные приезжают сюда, чтобы подышать чудесным воздухом романтики, это способствует укреплению отношений.

Похоже, что Рэй воспринимал свой остров как волшебный мир, царство грез и сновидений.

Но царству грез не было места в простом и жестоком мире бизнеса, к которому привык Адам.

— Жаль разочаровывать вас, старина. Но думаю, часть ваших постояльцев приезжает сюда для адюльтеров.

Что такое супружеская измена, Адам знал не понаслышке. Если бы не трагедия, пережитая в детстве, ему бы не пришлось надеть постылую маску циничного донжуана.

— Мы находим подход ко всем, и каждый находит у нас свое, — заявил Ангелини.

— А как же чувства обманутых супругов? — не удержался Адам.

— Так далеко мы отношения не отслеживаем.

Адам решительно допил свой виски и поставил стакан.

— Должен вас покинуть. Пойду взгляну, как там Джейн.

— Разумеется. Увидимся за завтраком на веранде. Полагаю, вы не будете возражать против небольшого путешествия на катере вокруг острова?

— Спасибо. С удовольствием воспользуемся вашим предложением. Помощник нам не нужен я сам справлюсь с катером. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, дружище!

Адам торопился. Единственным его желанием было поскорее увидеть Джейн. Он опять допустил ошибку, разрушил то, что только-только начинало складываться, снова поставив свой бизнес на первое место. Но ведь с бизнесом гораздо проще, чем с Джейн!

Адам вошел в номер, который освещался лишь маленьким светильником, единого стоявшим на кофейном столике. Тут же он заметил свой ноутбук. Должно быть, Джейн после возвращения успела поработать.

Он пробежал глазами сообщения и факсы ничего срочного. Адам ослабил узел галстука, снял ботинки и тихонько подошел к двери спальни. Он еще не продумал всех деталей, но одно решил точно: он не позволит Джейн оставить работу, что бы между ними ни произошло.

Они по-прежнему будут коллегами.

Адам осторожно приоткрыл дверь. Спальня была погружена во мрак, только лунный свет тускло освещал комнату. Адам долго вглядывался, тщетно стараясь Джейн. Но кровать была пуста.

— Дорогая, — тихонько позвал он.

— Я здесь, — услышал он голос Джейн с балкона.

Адам устремился туда, страстно желая заключить желанную женщину в объятия и завершить то, что начал на пляже. Но одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять: Джейн огорчена и причина этого — не головная боль. Он сам, своими руками все разрушил.

Теперь Адам лишний раз убедился в преимуществе легких отношений — они не требуют нервных затрат.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Вернувшись в номер, Джейн заставила себя сосредоточиться на работе. Она сняла шелковую юбку и надела не легкомысленный пеньюар, предусмотрительно помещенный Адамом в ее гардероб, а простую длинную рубашку, которую только что купила в магазинчике отеля; а сверху накинула халат.

Джейн отдавала себе отчет, что шаг сделан и мосты сожжены. Но только сейчас она начала приходить в себя. Все, что произошло, всего лишь временное помрачение рассудка, наваждение, а виной тому — теплый бриз и лунный свет.

Они с Адамом никогда не будут вместе — безумие думать иначе. Для него любовь никогда не станет важнее дел фирмы. И если раньше в ее душе еще теплилась искорка надежды, то теперь она окончательно погасла.

Адам вышел на балкон и облокотился на перила.

— Как твоя голова, все еще болит?

— Я солгала.

— Зачем?

Джейн слишком хорошо знала его по работе, чтобы обмануться этим спокойным сдержанным тоном. Обычно после следовал взрыв. Но сейчас Джейн это не заботило.

Возможно, ей следовало остаться в баре и продолжать играть свою роль для четы Ангелини. Но это было выше ее сил. В присутствии Адама она не могла больше играть никаких ролей.

— Мне надо было уйти.

— От меня?

— Да.

От него и от себя. Но от своих мыслей не убежишь. Вначале девушка пыталась работать, потом позвонила маме в надежде, что та даст ей дельный совет относительно поведения с Адамом. Но мамы не оказалось дома, а сообщение на автоответчике оставлять не было смысла.

Адам смотрел на нее столь пристально, что Джейн невольно поежилась. Усилием воли она вернулась к разговору.

— Я не в состоянии была общаться с Ангелини. Я не гожусь для этого, Адам.

— Для чего? Чтобы стать моей возлюбленной?

— Наконец-то ты не сказал «любовницей».

— Что, черт возьми, случилось? — раздраженно спросил Адам.

Джейн не могла объяснить.

— Просто я очнулась, — сказала она.

— Прикажешь и мне очнуться?

— С тобой все в порядке. Я, видно, попала под очарование острова и этой легенды. И вообразила тебя в роли героя-любовника.

— Теперь, по-твоему, я уже не герой? — глухо поинтересовался Адам.

Джейн поняла, что задела его.

— Конечно, герой, Адам. Рыцарь без страха и упрека. Только не для меня.

— Почему же?

— Ты не можешь дать того, что мне необходимо.

— Джейн…

Она чуть коснулась пальцами его губ.

— Не надо слов. Ты привык не растрачивать свои чувства, а мне надо большего. Я думала, ты это понял. — Она смело встретила его взгляд.

— Что вдруг произошло, Джейн?

— Ничего особенного, всего лишь твой поцелуй в расчете на Ангелини. Я и забыла, что мы все время находимся на сцене.

— Черт возьми, Джейн! Мне плевать на Ангелини!

Как бы ей хотелось верить ему! Но она не позволит себе обмануться.

— Пойми меня правильно. На твоем месте я бы, вероятно, поступала так же.

— Очень любезно с твоей стороны! А если я обниму тебя сейчас, ведь здесь нет Ангелини?

— Не надо, я только что сказала, что устала играть роль.

— Не понимаю, в чем проблема? Я уже тебя не устраиваю?

— Что-то вроде того.

— Ну с какой другой женщиной я стал бы вести подобные разговоры? — произнес Адам с раздражением.

— Я польщена, — усмехнулась девушка.

— Джейн, я никогда раньше не изменял своим принципам, если речь шла о бизнесе.

— Я знаю. И все же мне этого недостаточно.

— Чего же ты хочешь?

— Я верю в любовь и мечтаю иметь семью. А ты — нет.

— Ты же не хочешь, чтобы я лгал тебе?

— Конечно, нет.

— Тогда я не знаю, чего тебе не хватает сейчас. То, что я чувствую, это не игра. К тому же некоторые вопросы решаются не на балконе, а в постели.

— Неужели? — Голос изменил ей, и она запнулась.

— Ну и кто из нас лукавит? Ведь ты по-прежнему хочешь меня.

Джейн смущенно кашлянула. Она с нетерпением ждала его возвращения. Она хотела заставить его решиться. И хотела решиться сама.

— Ты прав. Потому и ушла.

— Дорогая, не надо все усложнять. Все равно мы не сможем контролировать ситуацию.

— И это чудесно, правда, Адам? — Джейн заглянула ему в глаза.

Он склонился над нею, заключив в объятия.

— Что чудесно, так это ты!

Адам поднял Джейн на руки и понес в спальню. Целиком в его власти, тихая и покорная, она ничем не напоминала ту строптивицу, какой была еще несколько минут назад. Адам поцеловал девушку, и ее язык робко ответил на его ласки.

Вкус губ будоражил нервы, но Адаму нужно было больше — он отчаянно желал обладать этой женщиной. Ему хотелось ускорить тот миг, когда он, целуя ее всю, обнаженную, возбудит в ней ответную безудержную страсть и только тогда овладеет ею.

С трудом оторвавшись от желанных губ, Адам принялся нетерпеливо развязывать пояс ее халата, уже представляя себе манящие изгибы стройного тела, готовые отдаться ему. Наконец халат скинут, и.., взору пылкого героя предстала широкая прямая рубаха с логотипом Перла-Негра.

— О боже, что это на тебе надето?! — поразился Адам, чувствуя себя так, как, вероятно, чувствовал бы себя надувной мяч, который проткнули гвоздем.

Джейн пожала плечами.

— Я собиралась в ней спать.

— Насколько помню, я приготовил для тебя соответствующее белье.

— Ты приготовил для меня то, в чем проводят ночь с любовником.

— Так почему же ты этого не надела?

Адам и так знал ответ — Джейн полагала, что вне общества Ангелини может позволить себе выйти из образа и перестать играть отведенную ей Адамом роль; соблазнять же его, давая ему повод совместить, как ей казалось, приятное с полезным, не входило в ее планы.

От подобных мыслей у Адама почему-то стало тяжело на сердце. Он подумал о том, как сильно обидел Джейн, сам того не желая, и каким нежным и ласковым любовником он будет с ней, чтобы она поверила ему и забыла обо всем на свете.

— Почему ты придаешь одежде столь глобальное значение, дорогой? — спросила Джейн в свойственном ей ироничном тоне.

Адам с трудом подавил улыбку, поскольку знал: за ее иронией обычно скрывается неуверенность в себе. А неуверенности не место в спальне, и сегодня он благодарил судьбу за свой богатый сексуальный опыт, который позволит ему сделать Джейн счастливой; тот опыт, который помогал ему сначала избегать одиночества, а потом получать удовольствие от женщин, не тратя на них свою душу; тот опыт, благодаря которому он давно уже чувствовал себя совершенно опустошенным.

Но сегодня все будет иначе. Сегодня Адам преисполнен только одним желанием — заниматься с Джейн любовью и сделать все, чтобы ей было хорошо. Он наклонился и осторожно стал покусывать ей шею. Он не мог оторвать от нее свое изголодавшееся по ласке тело. Джейн скользила по нему руками, и сквозь рубашку мужчина чувствовал приятное, слегка царапающее прикосновение ее ногтей.

Адам поспешил скинуть рубашку и почти смутился, заметив оценивающий взгляд Джейн.

— Ну как, нравится?

— Неплохо, — кивнула Джейн и вдруг прыснула, когда Адам направился к ней, приняв угрожающий вид. Именно прыснула, как девчонка, отчего Адам почувствовал себя как никогда легко и свободно.

Он схватил ее в охапку и бросил на кровать.

— Давай-ка посмотрим, может, кое-что понравится тебе еще больше?!

— Ну, для этого тебе придется очень постараться, — улыбнулась Джейн.

— Я готов приложить нечеловеческие усилия, особенно если ты покажешь мне кусочек своего тела.

Джейн кокетливо закусила губку и приподняла край своей рубашки, медленно обнажая длинные стройные ноги.

— Ну как?

— У тебя потрясающие ножки, дорогая, но…

Джейн тут же подняла рубашку еще выше. С восторгом Адам увидел темный островок волос и плоский живот. На левом бедре он заметил что-то похожее на маленькое родимое пятнышко.

— Что это?

— Тату, — ответила Джейн.

— Покажи.

— А ты мне что покажешь?

— Да я уже и так весь тебе открылся.

— Неужели?

Адам присел рядом с ней на кровать, взял ее руку и поднес к губам. Он целовал каждый пальчик, ладошку, гладил ее рукой свое тело, возбуждаясь все больше и больше. Пальцы Джейн нежно царапали ему грудь и живот. Адам прикоснулся языком к татуировке. Это было изображение чуть раскрывшегося бутона, на одном из листочков которого лежала капелька росы. Позже он спросит Джейн об этом, но не сейчас, когда она так близко, когда от запаха ее тела у него перехватывает дыхание. Как же мучительно он ее хочет!

— Теперь ты знаешь, что у меня под рубашкой совсем ничего нет.

— Это точно, — выдохнул Адам, глядя на нее потемневшими от желания глазами.

Джейн запрокинула голову и засмеялась. Но Адаму было не до смеха. Он быстро скинул с себя всю оставшуюся одежду и стянул с Джейн бесформенную рубашку.

Как же восхитительно белело ее обнаженное тело в мерцающем свете луны. Так возбуждающе и маняще! Ему хотелось, чтобы так было всегда, но он знал, что это невозможно. То, что происходит между ними, свершается только сегодня и только сейчас.

Адам смотрел на Джейн и не мог оторвать восхищенных глаз. Он нежно шептал ей на ушко, и от его возбуждающих слов у нее перехватывало дыхание. Джейн впервые действительно чувствовала себя самой сексуальной и желанной женщиной на свете.

— Как ты прекрасна, — шептал Адам. — Твоя кожа тепла и золотиста словно утреннее солнышко. Я хочу без конца касаться тебя.

— И я хочу этого, — с трудом вымолвила Джейн.

Он наклонился, провел ладонями по каждому изгибу ее тела, по каждой впадинке; его прикосновения напоминали легкий морской бриз. Рука опустилась до самого низа живота, скользнула между ног, по бедрам и затем ниже, до самых ступней, и снова поднялась вверх. Он как будто нарочно избегал тех мест, которые наиболее жаждали прикосновения. Ее набухшие соски ждали его губ, и Джейн вся выгибалась навстречу его ласкам.

Но Адам не торопился. Он обвел языком контур цветка на ее левом бедре, словно хотел совсем слизнуть его.

Джейн сделала татуировку, когда ей исполнилось семнадцать. Было больно, но к тому времени она уже успела усвоить, что слишком многое в жизни причиняет боль. Этот чуть распустившийся цветок соответствовал ее натуре: в отличие от своей матери, Джейн считала, что лучше не раскрываться ни перед кем, чем цвести для каждого встречного.

Вся во власти желания, она запустила пальцы Адаму в волосы. Он гладил ей грудь, ласкал набухшие соски, доводя своими медленными ласками до изнеможения. Джейн приподняла бедра навстречу этому сильному мускулистому телу.

Руки Адама скользнули вниз и крепко сжали ягодицы. Джейн чувствовала, что полностью принадлежит мужчине, и это ощущение возбуждало еще сильнее. Он возвышался над ней словно могущественный древнегреческий бог, словно сильный и властный воин-победитель. Джейн осторожно провела пальцем по едва заметному — маленькому шраму под левым соском.

Каким крепким и сильным было его тело!

Как часто, сидя в офисе, Джейн представляла, что расстегивает рубашку Адама и дотрагивается до его мускулистой груди. И вот теперь она может это сделать.

Джейн почувствовала, как палец Адама скользнул в теплое влажное лоно, и издала низкий гортанный звук, вцепившись ногтями ему в плечи. Мышцы у нее напряглись, она уже ничего не понимала, только чувствовала дыхание Адама на своем бедре и в следующее мгновение содрогнулась всем телом — Адам дотронулся языком до маленького бугорочка наслаждения.

Его палец двигался внутри нее, язык повторял движения.

И вот ее бедра сжались, и Джейн запрокинула голову, прижимая Адама к своему разгоряченному телу и вся содрогаясь от обрушившегося на нее блаженства. Капельки пота выступили на коже, дрожь сотрясала ее.

— Теперь моя очередь, — глухо произнесла она, немного отдышавшись.

Джейн чуть приподнялась, легонько коснулась языком его губ, затем спустилась ниже, целуя шею, грудь, живот. Она хотела делать все, что доставило бы ему удовольствие, и чувствовала себя при этом совершенно раскованной и даже слегка развратной. Возбуждаясь все больше, Джейн опустила голову и поцеловала тяжелую напряженную мужскую плоть. Адам застонал от наслаждения, и его тело прогнулось. Джейн в эту минуту чувствовала свою полную власть над ним, и это наполняло ее радостью. Их взгляды встретились, в глазах обоих читалась страсть и жажда полного обладания друг другом, Адам больше не мог сдерживаться. Подобно первобытному человеку, он схватил Джейн, повалил на спину, силой своих бедер раздвигая ей ноги, и крепко прижался к ней возбужденной плотью. Джейн застонала. Она чувствовала тяжесть его тела, но этого было мало. Она безумно желала ощущать его внутри себя.

Адам вдруг слегка отстранился.

— Ты принимаешь таблетки?

Джейн не сразу поняла, о чем он спрашивает.

Придя в себя, утвердительно кивнула.

— Хорошо. Ненавижу презервативы.

— Я тоже.

Он положил ее ноги себе на плечи.

— Так хорошо?

«Так» было более чем хорошо, но Джейн уже не могла говорить. В следующую минуту Адам с силой вошел в нее. Она расслабила мышцы, стараясь впустить его как можно глубже. Адам страстно целовал ее, его язык двигался в том же ритме, что и все его тело. В эту минуту Джейн чувствовала, что существует лишь для того, чтобы получать удовольствие.

Она никогда не испытывала более одного оргазма за ночь и не думала, что может быть иначе. Но сейчас, с каждым толчком Адама, она все ближе подходила к самой вершине наслаждения.

И вот, вцепившись ему в плечи, Джейн вся затрепетала в сладких судорогах. В этот раз ощущение было намного острее, чем в предыдущий.

Адам со стоном выкрикнул ее имя. Почувствовав радость его освобождения в своем лоне, она почти потеряла сознание.

Джейн переполняло счастье. Именно сейчас она поняла, что ее заветным желанием было не иметь семью, хотя она очень хотела этого, а всегда, всю жизнь быть рядом с Адамом.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Адам проснулся. Слух ласкал шум прибоя, пробравшийся сквозь занавески солнечный луч слепил глаза, и Адам не сразу понял, где находится. Но тут дверь ванной комнаты открылась и оттуда осторожно, на цыпочках, стараясь не разбудить его, вышла Джейн.

— Скорей возвращайся в постель, дорогая.

— Одну минуту.

На ней был все тот же махровый халат, полные губы распухли от поцелуев, но глаза светились счастьем. Все, что произошло вчера, казалось Адаму наваждением, он знал, что полностью потерял над собой контроль. Впрочем, это мало его заботило. Отступать было поздно, да он и не хотел.

Подойдя к кровати, Джейн скинула халат, и Адам вновь не мог оторвать восхищенного взгляда от безукоризненных форм ее обнаженного тела. Ни одна женщина не пробуждала в нем столь сильного желания. Он провел рукой по ее изгибам — от груди до талии и ниже, к бедрам.

— Когда ты сделала татуировку?

— Я расскажу, если ты уберешь покрывало.

— В таком случае, история должна быть очень интересной, — поддержал игру Адам.

— Уверяю, ты не пожалеешь.

Что-то необычное появилось в облике Джейн. В лучах утреннего солнца, озарявшего комнату, она вся как бы светилась изнутри. А может, все дело было в нем?

Адам схватил девушку, повалил на кровать и заключил в объятия.

— Ну, рассказывай.

Джейн медленно перебирала его волосы.

— Мне было тогда семнадцать…

— Подожди, — шепнул Адам, — я кое-что придумал. — Он быстро поцеловал ее, потом сгреб все подушки в одну кучу, облокотился на них, устраиваясь поудобнее, и усадил на себя Джейн. Теперь рассказывай.

— Теперь уже не могу, — прерывающимся голосом ответила Джейн.

Она двигалась на нем, обдавая влажным теплом его самое чувствительное место. Ее соски терлись о его грудь. Адаму тоже стало не до разговоров. Позже он узнает обо всех ее тайнах и об этом загадочном рисунке на бедре, а сейчас ему нужно совсем другое.

Джейн оперлась руками о плечи Адама, чуть-чуть приподнялась и затем медленно опустилась, давая ему возможность войти внутрь ее тела. Ее теплая, влажная плоть нежно ласкала его. Он застонал от наслаждения, произнес ее имя, и Джейн улыбнулась, чувствуя свою безграничную власть над этим мужчиной. Он сжимал ее грудь, гладил соски и теребил их кончиками пальцев.

Теперь застонала Джейн, вся изогнувшись в сладком изнеможении, когда он принялся ласкать грудь языком. Она продолжала свои движения, приподнимая и вновь опуская ягодицы.

Весь мир перестал существовать для Адама, он чувствовал лишь теплую, ласкающую его плоть. Сдерживаться больше не хватало сил. Он повалил Джейн на спину и, оказавшись сверху, ускорил ритм, страстно целуя ее лицо, шею. Джейн не осталась в стороне. Ее руки помогали его движениям, мышцы сжимались в ответ на каждый его толчок, она произносила имя любимого мужчины и не слышала собственного голоса.

Словно электрический заряд горячей волной прошел через тело Адама, и он замер, обессиленный. Затем обнял Джейн и положил голову ей на грудь. Она крепко сжимала его в своих объятиях, будто боясь потерять. Они ничего не говорили друг другу, но Адам знал, что весь мир перевернулся для них и стал иным.

После волшебных минут любви оба погрузились в дрему, но и в сновидениях Джейн не расставалась с Адамом. Вскоре он разбудил ее нежным поцелуем, проводил в душ и пообещал некий сюрприз.

В их распоряжение Ангелини предоставили легкую моторную лодку. Адам радовался как ребенок, получивший новую игрушку. Он то направлял лодку на полной скорости в открытый океан, то выделывал пируэты, разрезая волны и радуясь летящим в лицо соленым брызгам.

В плавках и темных очках, под яркими лучами солнца, Адам совсем не походил на сдержанного босса, и Джейн с удивлением отметила, что здесь, в море, он чувствует себя словно в родной стихии. О делах они не говорили, будущее перестало пугать неизвестностью, и Джейн решительно не знала, что предпримет в следующую минуту. Вопреки обыкновению она ничего не планировала, не ставила перед собой никаких целей, реальностью была лишь любовь и желание быть с любимым. После прошедшей ночи это стало для нее очевидным.

Джейн любовалась стройным мускулистым телом, наблюдала, как Адам управляется с лодкой, вспоминала прикосновения его рук.

— Что ты на меня так смотришь? — поинтересовался он.

— В океане ты как дома, — проговорила Джейн, слегка смутившись.

— Так оно и есть, — согласился Адам.

— Все еще мечтаешь уплыть куда-нибудь далеко? — Джейн вспомнила их разговор на пляже.

Хотела бы она знать, есть ли в его мечтах место для нее.

— Иногда.

— А теперь?

Он покачал головой.

— С тобой мне и здесь хорошо. Хочешь попробовать править?

— Нет.

— Трусиха.

— Ха! Я абсолютно не боюсь!

— Докажи это.

— Не очень-то нужно! Я вполне уверена в себе, чтобы не поддаваться на твои провокации.

— А если со мной что-нибудь случится и тебе придется добираться обратно самой?

— У меня есть мобильный телефон, — улыбнулась Джейн.

Адам заглушил мотор, бросил якорь и встал на корме, широко раскинув руки и с наслаждением вдыхая свежий воздух. Сейчас он походил на Посейдона, властителя морей.

— Хорошо в море! — воскликнул Адам.

— Очень! Запах рыбы и морская болезнь.

— Потом кое-кто будет мне говорить, что я недостаточно романтичен…

Не отвечая, Джейн нежно улыбнулась и… столкнула его в воду. Он вмиг вынырнул.

— Ну, это тебе даром не пройдет! — На нее полетели радужные брызги.

— Лодка надежно закреплена? — осторожно поинтересовалась девушка.

— Да, моя практичная Джейн!

— Хорошо. — И она оказалась в воде рядом с ним.

Под водой она ощутила ласкающее прикосновение его пальцев. Адам дал ей отдышаться и, улыбнувшись, вновь увлек за собой в глубину.

Они резвились как подростки, приникая друг к другу и вновь отталкиваясь. И каждый раз, когда Адам, смеясь, обхватывал ее, она испытывала желание вцепиться в него крепко-накрепко и не отпускать больше никогда. Джейн обняла Адама за плечи и зашептала ему на ухо все самые влекущие и возбуждающие слова, какие только могла вспомнить.

Потом Адам помог ей забраться в лодку и, подтянувшись, запрыгнул сам.

— Давай разденемся, — предложил он и снял плавки. Затем выжидательно поглядел на нее.

Джейн избавилась от мокрого купальника и легла на скамейку. Адам не заставил себя долго ждать. Джейн прижалась к нему и обхватила ногами его бедра.

— Повтори то, что ты говорила мне в воде, услышала она его голос.

И вновь Джейн зашептала о том, как она его хочет. Их близость была яростно-страстной и неудержимой. Потом они лежали, держа друг друга в объятиях. Лодка тихонько покачивалась на волнах, и легкий ветерок нежно ласкал их разгоряченные тела.

— Какое наслаждение! — выдохнул Адам. — Я не хочу возвращаться.

— Я тоже, — призналась Джейн.

Он приподнял голову, прикоснулся губами к ее губам.

— Я так счастлива, — улыбнулась Джейн. — Ты взял с собой карту поиска сокровищ?

— Рэй снабдил меня ею перед отплытием. Мы еще будем искать сокровище своего сердца?

Его глаза светились нежностью, и Джейн подумала, что, может быть, слишком торопится с выводами, но ей кажется, что он уже нашел в ней свое сокровище.

Якорь бросили в маленькой бухточке среди скал. Адам перенес на берег еду, которую заранее заказал в отеле, и вернулся за Джейн. Он поднял ее на руки и бережно прижал к себе драгоценную ношу.

— Я прекрасно могу дойти сама, — попыталась протестовать Джейн, но не сделала и попытки освободиться от нежных объятий..

— Я знаю, — улыбнулся Адам, выходя из воды.

Они расстелили плед и разложили трапезу.

От вина Адам отказался — он никогда не пил за рулем, пусть даже это был руль моторной лодки.

Джейн старалась не затрагивать в разговоре спорных или острых тем. В конце концов, они во многом сходятся во взглядах, и чем более легкой и гладкой будет беседа, тем лучше. Она спросила о его любимой книге.

Адам больше всего интересовался жизнеописаниями и детективами, но ответил:

— «Властелин колец».

— Ну наконец-то! Хоть что-то у нас общее!

— Неужели тебе нравятся такие дурацкие книги? — засмеялся он.

— Ага, вот ты и проговорился!

Она повалила его на землю, но он тут же овладел ситуацией и девушка оказалась под ним.

Прежде чем подняться, Адам не смог отказать себе в поцелуе.

— Я хочу знать о тебе больше, — шепнул он.

— Что ты хочешь знать?

Он провел пальцем по татуировке.

— Ты тогда так и не закончила своего рассказа.

Сказала только, что наколола ее в семнадцать лет.

Адам заметил, что в душе Джейн был уголок, куда она не пускала никого, в том числе и его.

Как бы крепко он ни прижимал ее к себе, как бы близки они ни были, в какой-то момент она словно ускользала от него. Но эта женщина слишком много значила для Адама, чтобы он мог смириться с таким положением.

— У моей мамы похожая татуировка. Но у нее изображен полностью распустившийся цветок.

— Почему у тебя другой?

— Потому что я не хотела быть похожей на нее.

— Расскажи о своей матери, — попросил Адам.

— Она умна и шикарна. Признает автомобили только последних моделей, много путешествует и говорит на трех языках. В модельном бизнесе с девятнадцати лет.

— Она американка?

— Да, но ее отец из Колумбии.

— Ты похожа на нее?

— Только глазами. Она выше меня и роскошно сложена.

— Тогда, наверное, это у тебя тоже от нее, сказал он, лаская ее полную грудь.

Джейн засмеялась и хлопнула его по руке.

— Наверное. Но на самом деле у нас мало общего.

— Почему?

— Ну, хотя бы потому, что она меняет любовников как перчатки. Сейчас она живет с очень богатым человеком. Скоро будет шесть месяцев, как она встречается с Гансом. Это ее обычный регламент. Моя мама, как и ты, предпочитает жить по регламенту.

— Я не регламентирую отношений по времени, — заметил Адам и подумал, что Джейн, наверное, в детстве пришлось не сладко. Он обнял девушку за плечи. — Расскажи мне о своем отце.

— Я его не знаю.

— А он знает о тебе? — осторожно спросил Адам.

Эта сторона вопроса страшила Адама более всего; именно из-за этого он избегал серьезных отношений. Адам боялся иметь ребенка, о котором мог не узнать. Детей он заводить не собирался, понимая, что им нужен отец, — мужчина, готовый посвятить себя семье. Он же предпочитал посвящать себя только бизнесу.

— Моя мать оставила его еще до моего рождения. Я видела отца только раз.

Джейн вздрогнула в его объятиях, и он крепче прижал ее к себе, как бы защищая от тяжелых воспоминаний.

— Расскажешь?

— Ты действительно хочешь знать?

— Конечно. — Адам не мог объяснить себе этого, но почему-то хотел знать о ней все.

— Я.., я заперлась в своей комнате. Он хотел поговорить со мной, но я не вышла. — Джейн вся дрожала.

— Извини.

— Не извиняйся. Просто я была ошибкой, неприятной неожиданностью и для матери, и для отца.

— Тебе так и сказали?

— Нет, конечно. Но я всегда это чувствовала.

Адам нежно поцеловал Джейн, пытаясь ласками стереть все ее горести.

В глубине души он знал, что вряд ли сможет предложить Джейн руку и сердце, стать идеальным супругом и заботливым отцом. Но он знал и другое: чтобы быть счастливым, ему необходимо видеть ее, окружить заботой, слышать, как она произносит его имя, и сейчас, изнемогая от любви, лежа рядом с Джейн, он молился про себя о чем-то таком, чего не мог облечь в слова.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Они вернулись ровно в полдень. Пришвартовывая лодку, Адам заметил на берегу Рэя.

— Ну, как прогулка? — поинтересовался Ангелини.

— Замечательно.

Джейн поняла, что мужчинам необходимо поговорить, поэтому, улыбнувшись, сказала:

— Знаете, я собираюсь попытать удачи в поисках сокровища.

— Я отправлюсь с тобой, — с готовностью откликнулся Адам.

— Ты уверен? — спросила она.

Удивительно, Адам, которого она знала как своего шефа, никогда не упустил бы шанса потолковать с перспективным партнером.

— Да, — решительно ответил он, и у девушки потеплело на сердце.

Рэй загадочно улыбнулся и тихо удалился.

Взявшись за руки, они направились к пещере, где, по легенде, находилось сокровище.

— Зачем тебе это нужно? Я же понимаю, что пиратские драгоценности тебя не интересуют, заметила Джейн.

— Ты плохо меня знаешь!

— Вряд ли. Я почти год наблюдаю за тобой в офисе и представляю, что ты за человек.

— Ну и что ты обо мне думаешь?

Джейн не хотелось вести серьезные разговоры. Все, что произошло, казалось ей восхитительным сном, даже не сном, а воплощением самых сокровенных ее мечтаний. Романтический пикник, нежность и забота Адама — все наполняло ее ощущением близости счастья, давало надежду на взаимную любовь в будущем.

— Тебе нравится то, что стоит дорого, — начала она.

— Верно. Что еще?

— Ты целеустремленный и упрямый.

— Я сказал бы, что это у нас общее, — парировал Адам.

— Помолчи, пожалуйста, сейчас говорю я.

— Извини, дорогая. Что еще ты хочешь сказать?

— Думаю, ты одинок. А все твои великолепные любовницы — только средство, чтобы заглушить это чувство и уверить себя, что все в порядке.

Адам остановился, выпустив ее руку. Джейн на мгновение испугалась, что зашла слишком далеко, но он вдруг сжал ее лицо в ладонях и крепко поцеловал.

— Ты права, — шепнул Адам, — но у меня на то были причины: если ты имела какие-то иллюзии насчет меня, я не хотел их разрушать.

— Это невозможно, — просто сказала Джейн.

Ничто не могло разрушить ее чувство. Подумать только, всего два дня назад любовь Джейн существовала только в ее воображении, а сегодня она реальна!

— Когда мне было четырнадцать, — тихо говорил Адам, — отец сбежал со своей секретаршей и оставил нас с матерью без средств.

Так вот в чем дело! Это многое объясняло, в том числе политику «Пауэлл Интернэшнл» относительно служебных романов. Возможно, Адам подсознательно пытался защитить семьи своих сотрудников. Но разве это возможно?

— Наверное, было тяжело? — спросила Джейн.

Он пожал плечами.

— Мама в своей жизни и дня не работала и совершенно растерялась. Она три месяца не выходила из комнаты и все время плакала. Мне пришлось подрабатывать в дешевом кафе. Я пообещал себе тогда, что в моей жизни такого не будет и из-за меня никто не пострадает подобным образом.

Джейн прижалась к Адаму.

— А как ты? Ты тоже тяжело переживал уход отца?

— Не особенно. Я рано повзрослел и мог сам позаботиться о себе и маме.

Но Джейн сомневалась, что он говорит правду. Несмотря на свою требовательность, Адам как начальник был очень мягким и терпеливым.

Он ценил своих сотрудников и принимал живое участие в их жизненных проблемах.

— Четырнадцать лет — совсем еще мальчик, заметила она.

— По-моему, ты готова сражаться за меня со всем миром.

— Если бы я могла!

— Джейн! Не принимай так близко к сердцу то, что касается меня. Я не хочу тебя огорчать.

Просто я… — Адам замолчал, подыскивая слова. Я не создан для счастья.

— Чепуха! Ты просто боишься. Все созданы именно для счастья.

— Все? Ну и где же тот, кто осчастливил тебя?

Джейн ущипнула его, потому что рассердилась. Это он осчастливил ее, и надо быть слепым, чтобы этого не видеть.

— Ладно, пошли искать клад. — Стараясь казаться невозмутимой, она шагнула вниз по тропинке.

Адам остановил ее, взяв за руку.

— Я не имел в виду ничего плохого. Я.., видишь ли, я был женат.

— Господи, а я и не знала, — удивилась Джейн.

— Немногие знают. Она ушла от меня к человеку, с которым вместе работала. Видишь, истории повторяются. Мы вместе прожили всего шесть месяцев.

— О, Адам!

— Не надо меня жалеть. Я знал, что подобное случится. Теперь люди не расположены жениться, это почти пережиток прошлого.

— Ты сам не веришь в то, что говоришь. Просто тебя сильно обидели.

— Но ты-то тоже не торопилась подставлять себя под удар!

— А знаешь, ты прав! У меня с трудом получалось контактировать с людьми, и все из-за моей мамочки. Поэтому я ни слова не сказала своему отцу, не поговорила с ним, хотя и мечтала об этом.

— Почему?

— Я боялась. Думала, он ушел от мамы, потому что не хотел ребенка, и считала, что, стоит ему меня увидеть, он тут же опять исчезнет.

Адам еще крепче обнял девушку, и на душе у нее сразу стало хорошо и спокойно.

В пещере, куда они попали, стоял сундучок.

Открыв его, они увидели гладкие блестящие камешки, на каждом из которых красовалась монограмма Перла-Негра. На стене было написано что-то вроде заклинания. Те, кто в течение трех дней будут повторять его про себя, предположительно обретут исполнение заветного желания.

Джейн взяла один камешек и повернулась к Адаму:

— Ну, что же ты?

— Я не верю в эту абракадабру.

— Зачем же тогда у тебя на столе стоит фигурка африканского колдуна?

— Это всего лишь статуэтка, украшение.

— Ну конечно, — усмехнулась Джейн. — Только если кто-нибудь сдвинет ее с места, ты тут же впадаешь в истерику.

— Дорогая, у мужчин не бывает истерик.

— Что же у них бывает?

— Во всем должен существовать порядок.

Мой кабинет продуман до мелочей, и не надо там ничего менять!

— Пожалуй, следовало бы оформить это как меморандум для сотрудников.

— Нет, моя ироничная мисс! Ты единственная, кто уверен, что может вторгаться в мою жизнь и там хозяйничать!

— Ну, кто-то же должен! Ты погряз в рутине.

— Скажи лучше, что ты загадала.

— Это секрет!

Джейн закрыла глаза и загадала желание. Три раза прочитала заклинание, как было сказано в инструкции.

— Теперь, очевидно, тебе придется три раза повернуться, поплевать через плечо и.., что там еще?

— Нечего смеяться! — Джейн направилась в глубину пещеры.

Под низким сводом стоял стол и несколько стульев, рядом находилось ложе, скрытое от глаз тяжелой бархатной драпировкой. В соответствии с легендой, это место явилось первым пристанищем пирата и его возлюбленной.

Дождавшись, когда Джейн отвернулась, Адам украдкой сунул в карман камешек. При этом он чувствовал себя полным идиотом, но желание, чтобы Джейн осталась с ним, когда они вернутся в реальный мир, было настолько сильным, что он ничего не мог с собой поделать.

Адам понимал, что Джейн никогда не согласится на роль любовницы. Ему и самому этого не достаточно, — она должна занять более прочное место в его жизни. Он не сможет разлучиться с ней. Они будут жить и работать вместе.

— Интересно, что чувствовали эти двое, находясь здесь, устраиваясь на этом ложе?.. — тихо произнесла Джейн.

— Сырость и запах плесени.

— Адам! Это же так романтично! Вот уж не ожидала от тебя! Тебе разве не нравится ужинать при свечах?

— Ужин при свечах это одно дело, а жизнь в пещере — совсем другое. Вряд ли ты была бы здесь счастлива.

— Если бы рядом находился любящий мужчина, готовый поставить на карту все ради меня, конечно, была бы!

— Это и есть сокровенное желание, которое ты загадала? — спросил он, втайне надеясь, что она скажет «нет». Адам хотел жить с ней вместе, но слово «любовь» его пугало.

— Не скажу! — Джейн отвернулась и переменила тему:

— Жаль, что я в школе не учила геологию. Эта пещера просто изумительна!

Адам огляделся. Ангелини немало потрудились, чтобы придать внутреннему убранству пещеры соответствующий вид. Из скалы бил прозрачный источник, стены мерцали огоньками, а вокруг стояли большие кованые сундуки, в которых пират, вероятно, хранил награбленное добро.

— Это что такое? — спросила Джейн, глядя на свод пещеры.

— Наверное, сталагмиты или сталактиты.

— Ты тоже не интересовался геологией?

— Я обычно сидел на задней парте и там спал.

— Как же ты поступил в колледж?

— Это стоило немалых трудов. Я провалил экзамен, но вскоре понял, что работа в кафе меня не устраивает. Это не то, чем я хотел бы заниматься в жизни. Начал учиться. Мама к тому времени уже пришла в себя от перенесенного стресса, мы продали кое-какую недвижимость, да и я подзаработал на автогонках. Все это позволило мне поступить в колледж.

— А где теперь твоя мама? — тихо спросила Джейн.

Адам понял, что вопрос задан не из праздного любопытства.

— Живет в Аризоне со своим вторым мужем.

Они перебрались туда четыре года назад.

— Я как раз собиралась посетить Аризону. А что твой отец и секретарша? Где они теперь?

Она спросила об отце. Адаму хотелось вычеркнуть этого человека из памяти, хотя он не раз вспоминал, как они вдвоем играли в футбол на заднем дворе их большого старого дома под Новым Орлеаном.

— Он погиб в авиакатастрофе.

— Извини…

— Ничего. — Он не стал говорить Джейн, что отец разбился, когда летел именно отсюда, из Перла-Негра, со своей Мартой.

Джейн взяла его за руку, и он почувствовал у себя в ладони теплый гладкий камешек.

— Что это?

— Я делюсь с тобой своим заветным желанием.

— Даже несмотря на то, что я подшучивал над тобой?

— Да. Я не хочу быть счастливой без тебя.

Адам вдруг почувствовал слабость, и у него защемило сердце. Ему стало ясно, какую власть он имеет над ней. Джейн уязвима, и никто не может сделать ей больнее, чем он. За независимостью и самоуверенностью молодой женщины скрывалось мягкое, незащищенное существо, и он тот мужчина, от которого она не хотела этого скрывать.

— Мне надо сделать несколько телефонных звонков перед ужином. Ты мне поможешь? спросил Адам, когда несколько часов спустя они вернулись в отель.

— Какого рода требуется помощь? — Джейн чувствовала приятную усталость после долгой прогулки.

— Эта миссия доставит тебе удовольствие.

Диди Ангелини совершенно не умеет одеваться — полное отсутствие вкуса. Возможно, поэтому у них с Рэем проблемы. Ты не заметила, как он заглядывается по сторонам на всех женщин? Адам достал бумажник, вынул платиновую карту и подал Джейн. — Закажи ей полный гардероб на мое имя.

— Зачем тебе это надо? — поинтересовалась Джейн. Конечно, она не была против, но ей хотелось понять причину.

— Не выношу, когда женщина уродливо одета.

— Не говори глупости! Я хочу знать почему.

— Кое-кто сейчас дождется! — Адам схватил ее и поцеловал.

Джейн уперлась ему в грудь руками.

— Только не теперь. Сегодня ты уже в третий раз хочешь овладеть мною. Похоже, это приобретает характер привычки, что довольно странно. К тому же ты не ответил на мой вопрос.

Адам засунул руки в карманы и посмотрел на нее серьезно и строго.

— Это не обсуждается.

— Я не обсуждаю. Просто хочу понять, что тобой движет.

— Злоба, жадность и похоть — вот что! — произнес Адам театрально.

— Что-то слишком много. Но ты хочешь уйти от ответа.

Джейн прижалась к нему и заглянула в глаза.

Адам нежно поцеловал ее в губы, и девушка почувствовала нарастающее в нем желание. Но сейчас ей было важнее то, что он пытался от нее что-то скрыть.

— Я тоже хочу тебя, зайчик, — нежно проворковала она, — но хочу и услышать ответ!

— Кончится тем, что ты когда-нибудь назовешь меня «зайчиком» на людях. Ладно, слушай.

— Адам уселся в глубокое кресло и усадил Джейн себе на колени. — Понимаешь, у моей мамы совсем не было вкуса, то есть она просто не думала об этом. А отец ее стеснялся. Она догадывалась, но сама ничего не могла изменить. Может, это тоже сыграло роль в том, что отец от нас ушел. Не знаю, сколько бы это продолжалось, но потом я встретил Сьюзи. Она стильно одевалась, знала толк во всяких женских штучках и премудростях. Мама у нее кое-чему научилась.

— Сьюзи — это кто? — Джейн никогда раньше не слышала этого имени.

— Она была моей женой.

Джейн потребовалось некоторое время, чтобы осознать то, что он сказал. Слово «жена» никак не связывалось в ее голове с именем «Адам». Она не могла представить его себе в качестве женатого мужчины.

— Сколько тебе тогда было?

— Двадцать, когда мы поженились, и двадцать один, когда расстались. Единственное, о чем я не жалею, — это то, что Сьюзи научила маму одеваться. Поэтому я и не хочу видеть, как женщина рискует своими отношениями с мужчиной из-за нелепой одежды.

— Ты слишком много на себя берешь, — стараясь быть строже, произнесла Джейн.

— Даже и не думаю. Но это вопрос принципа.

— Знаешь, это самое…

— Джейн, я просил тебя!

— ..самое чудесное, что я когда-либо слышала в своей жизни!

— Ты, как всегда, иронизируешь!

Адам взял ее за подбородок, и их губы соединились в долгом поцелуе. Когда он взглянул на нее, Джейн увидела в его глазах не только желание, но и нежность, заботу, благодарность — то, что трудно выразить словами.

— Мне обязательно надо позвонить Сэму, — со вздохом произнес наконец Адам.

Джейн встала.

— Ну что ж, придется сходить за покупками.

— Я освобожусь через полчаса, — пообещал Адам.

— Не раньше, чем через сорок пять минут. Ты же знаешь Сэма.

Джейн шагнула к двери, но он догнал ее и прижался губами к чувственному рту с такой ненасытной жадностью, словно боялся ее потерять.

Джейн понимала, что Адам очень изменился.

Сердце ее забилось сильнее — она знала почему.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Ну, где же женщины? — Рэй в нетерпении покусывал кончик сигары и ежеминутно смотрел на часы.

Адам сохранял спокойствие. Джейн незадолго до этого позвонила и предупредила, что они с Диди подойдут прямо в ресторан.

Адам уже успел соскучиться. На самом деле ему не очень-то и нужен был звонок Сэму — он просто хотел перевести дух. Он наговорил Джейн слишком много того, что привык хранить в глубине души. Нет, он не жалел об этом, просто его пугало то, как стремительно разворачивались их отношения.

Они договорились поужинать в небольшом ресторанчике, обнаруженном Джейн во время прогулки по острову.

— Не волнуйтесь, Джейн очень организованный человек. Не сомневаюсь, они будут вовремя.

— Вы правы, старина. Джейн — сама пунктуальность. Чего не скажешь о Диди. Эта, мадам обожает осложнять мне жизнь.

— Пожалуй, осложнять нам жизнь — это и есть истинное предназначение женщин, — философски заметил Адам.

Рэй открыл было рот, чтобы согласиться, и замер, выронив сигару. Адам глянул через плечо и почувствовал, как кровь побежала быстрее.

В дверях стояли Диди и Джейн. Рэй прошептал что-то по-итальянски. Адам не понял слов, но всецело разделил эмоции Рэя.

Обе дамы выглядели сногсшибательно.

Джейн победно сверкнула глазами, и Адам широко улыбнулся в ответ. Первый раз Диди была одета прилично — к лицу и по моде. Но Джейн! Он не мог оторвать от нее глаз. Как не мог уже выдворить ее из своего сердца и своей жизни.

Диди смутилась. Неловким жестом она попыталась прикрыть грудь — ей казалось, что вырез слишком вызывающ, — но, бросив взгляд на Джейн, вновь опустила руки.

— Не хотите ли что-нибудь сказать? — поинтересовалась Джейн, когда мужчины приблизились к ним.

Первым пришел в себя Адам. Взяв руку Диди, он запечатлел поцелуй и произнес:

— Вы выглядите восхитительно. Нам с Рэем будут завидовать сегодня все мужчины. — Он повернулся к Джейн, и слова застряли в горле. Ему захотелось послать к черту этот ужин и немедленно утащить Джейн в спальню.

— Детка.., я.., ты… — В первый раз красноречие покинуло Рэя.

— Ты язык проглотил? — усмехнулась Диди.

— Отлично выглядишь! — Рэй обнял супругу за талию и повел через зал. — Думаю, наш столик уже готов.

— Надо же! Неужели тебе хоть что-то удалось!

— Мне удается все, во что ты не суешь свой нос!

— Дет-ка, — язвительно протянула Диди, — я не сую свой нос, а хочу удостовериться, что ты все делаешь правильно.

К счастью, они вскоре достигли цели и уселись за столиком. Из огромного окна открывался великолепный вид на океан.

Адам обнял Джейн и не убрал руку с ее спины, даже когда они сели. Ему нравилось чувствовать под ладонью шелк ее кожи и нравилось сознавать, что эта женщина принадлежит ему.

Официант подал меню, задержав на Джейн взгляд чуть более положенного времени. Адам тут же решительно запечатлел на устах Джейн поцелуй, давая понять всему миру, что именно он обладает абсолютным правом на эту женщину, после чего спокойно начал изучать меню.

Джейн слегка ущипнула его под столом, он ласково коснулся ее бедра. Рэй и Диди между тем, извинившись, отошли перекинуться парой слов со знакомой супружеской парой.

— Ну и зачем тебе это понадобилось? — поинтересовалась девушка.

— Что? — Адам сделал глоток превосходного вина, продолжая поглаживать ногу Джейн.

— Пометить территорию. Ты бы еще достал ручку и написал у меня на лбу свое имя.

— Ты разрешаешь?

— Нет, ты безнадежен! — засмеялась она.

— Если это касается тебя, то в этом ты абсолютно права!

Она взглянула на него так, что он почувствовал, будто почва уходит у него из-под ног.

На сцену вышел маленький оркестр, и зал наполнился медленно плывущими звуками джаза.

Джейн напевала что-то себе под нос, покачиваясь в такт музыке.

— Не хочешь потанцевать?

— Хочу, но тебе надо поговорить о деле, а потом, думаю, ты должен…

Она замолчала, когда Адам положил руки ей на плечи — Пойдем, — сказал он. — Я очень давно не обнимал тебя.

На небольшом подиуме, где двигались еще несколько пар, она прижалась к груди Адама и стала слушать, как бьется его сердце.

Остаток недели Адам и Джейн провели вместе, почти не разлучаясь. Джейн узнавала любимого все больше. Чтобы доставить ему удовольствие, она заказала лодку в ежедневное пользование. Адам всегда производил впечатление человека сдержанного и замкнутого, но только теперь она поняла причину. Просто он очень немногих допускал в свою жизнь, считая своим долгом заботиться обо всех, с кем его близко свела судьба. Он, бескомпромиссный и жесткий с деловыми партнерами, известный как «акула гостиничного бизнеса», таил в сердце такую трогательную заботливость, что у нее подчас сжималось сердце.

Джейн по-прежнему проводила много времени за компьютером, но с удивлением заметила, что близкие отношения с Адамом удачно дополняют сложившийся стиль работы. Он прислушивался к ее мнению, они спокойно обсуждали все на свете. Они много гуляли, и Джейн любила поддразнивать его. Адам делал вид, что сердится, и нападал на нее. Но кончалось все ко взаимному удовольствию безумным сексом.

Рэй согласился продать Перла-Негра, и Адам вынашивал планы по дальнейшему благоустройству курорта и превращению его в фешенебельное место семейного отдыха. Джейн даже нашла профессионального «охотника за сокровищами», который согласился усовершенствовать карту поисков.

Сейчас Адам играл на пляже в волейбол с компанией холостяков, прибывших на остров в поисках развлечений. Время от времени он проявлял интерес к обитателям курортного местечка. Пребывая в отличном настроении и хорошей спортивной форме, Адам ловко бросал мяч.

Джейн сидела у края площадки и наблюдала, как играют мышцы на смуглом, покрытом испариной теле. Время от времени он кидал на нее нежный или победоносный взгляд.

Игра закончилась, Адам подошел и отхлебнул глоток ее коктейля.

— Где ты была?

— Разговаривала с Гаем О'Банноном.

— Что за странное имя? — Он вопросительно поднял бровь.

Она пожала плечами:

— Думаю, псевдоним. Гай был весьма любезен, согласился приехать, и я уже сделала все необходимые распоряжения. За умеренную плату он поможет нам разметить карту и добавит кое-что новое; кроме этого он обещал поработать над легендой.

— Отлично! Теперь Ангелини осталось только подписать контракт — и дело в шляпе! — Адам приподнял Джейн, уселся на ее место и водрузил девушку к себе на колени, обхватив за талию и слегка касаясь груди ласкающими движениями пальцев. — Мне нравится здесь. Даже не ожидал.

— Почему? — спросила она, стараясь сосредоточиться на разговоре, а не на приятно возбуждающем прикосновении его рук. Голова Джейн покоилась на его плече, и ей хотелось, чтобы это блаженство никогда не кончалось.

— Отец сбежал от нас сюда со своей секретаршей.

— О, Адам!

Джейн пыталась повернуться к нему, но он крепко сжал ее в руках. Потом наклонился, заглянув в глаза.

— Не надо меня жалеть, я давно уже не убитый горем четырнадцатилетний мальчишка.

— Мне просто.., я просто не хочу, чтобы ты когда-нибудь страдал, — вырвалось у нее. Она прекрасно понимала, что ей не уберечь его от страданий и смешна даже мысль, что этот сильный мужчина нуждается в ее защите, но ничего не могла с собой поделать.

— По крайней мере до четырнадцати лет у меня был отец. Не стоит вычеркивать из памяти все хорошее.

Он приподнял ее лицо, коснулся губ. Она только что сделала глоток текилы, и на губах остался вкус соли и лайма.

Тело Джейн радостно и ненасытно откликалось на каждое его прикосновение. Она гнала от себя мысль, что, возможно, им придется когда-нибудь расстаться. Жизни без Адама она уже не представляла, и ей казалось, что он чувствует то же самое. Она ощутила, как в Адаме пробуждается желание, и поняла, что долго сидеть на пляже им не придется. Но ожидание возбуждало, и ей хотелось продлить его.

— Что ты теперь думаешь об отце? — спросила Джейн.

— У меня вряд ли когда-нибудь получится простить его. Но теперь, наконец, я могу вспомнить и кое-что хорошее.

— Да, человек должен вынести и" детства добрые воспоминания.

— Ты говоришь, как благочестивая старушка.

— Это все из-за тебя, противный мальчишка!

Вот, между прочим, пиво, которое ты заказывал.

— Я возьму его с собой.

— О! И куда ты направишься?

— Вместе с тобой в номер. — Адам обворожительно улыбнулся.

Джейн страстно желала его ласки, даже холодная бутылка пива, зажатая под мышкой, приятно возбуждала. Девушка следовала за Адамом, шагающим по тропинке к отелю, и твердо знала, что ничто не разлучит их.

Время, проведенное с Джейн, казалось иногда Адаму волшебной сказкой, воплощением самых фантастических мечтаний и в то же время требовало напряжения всех душевных сил. Он не мог поверить, что такое счастье будет длиться целую жизнь, и в первый раз почувствовал неловкость при мысли, что, когда придет конец, ему, возможно, не удастся достойно выйти из ситуации. Он боялся, что наступит день, когда, по той или иной причине, Джейн уйдет из его жизни, как песок сквозь пальцы, и он снова окажется один.

Они вошли в номер. Гостиная была залита солнцем, но в спальне окна зашторили, и здесь царил полумрак. Адам усадил Джейн на край кровати, ласково провел по ноге, снял обувь. В предвкушении девушка прикрыла глаза, слегка раздвинув ноги, чтобы дать Адаму большую свободу. Ощутив под ладонью шелк белья, мужчина двинулся дальше, проникая в самое сокровенное место. Ноги Джейн непроизвольно подрагивали, дыхание стало прерывистым. Он наклонился и через тонкую ткань платья коснулся губами ее напряженных сосков. Джейн чуть слышно произнесла его имя.

— Сними платье, дорогая.

Под его голодным взглядом она долго возилась с пуговицами, пока наконец платье не соскользнуло с плеч. Упругая полная грудь, прикрытая бюстгальтером, высоко поднималась при каждом вздохе.

— Разденься, — сказал он глухо.

Джейн кивнула. Ее глаза потемнели от желания. Адам уложил ее на кровать и покрыл поцелуями все тело снизу доверху, в то время как рука продолжала ласкать горячее лоно. Вцепившись пальцами ему в плечи, Джейн постанывала от наслаждения, потом изо всей силы прижалась к нему и, вздрогнув всем телом, вскрикнула. Адам взглянул на женщину, которая трепетала в его объятиях. В голубых глазах он увидел такую всепоглощающую нежность, что почувствовал себя ничтожеством, — он не достоин ее любви, он не сможет дать ей счастья и того, чего она от него ждет.

Адам решительно стянул с себя шорты и отбросил их прочь, не говоря ни слова. Джейн наблюдала за ним, и у нее на лице, кроме страсти, мелькнуло что-то еще: страх, жалость, гнев? На какой-то момент Адаму показалось, что она читает его мысли. Но он не хотел ни о чем думать, всем его существом овладело желание, и только в нем он был совершенно уверен.

Он взял подушку и подложил ей под ягодицы.

— Я хочу тебя, — выдохнула Джейн.

Он ласкал ей бедра, целовал живот, грудь, шею, лицо. Адам чувствовал, как напряглось у нее тело, хотел подарить ей ощущения, которых она никогда не испытывала с другими мужчинами, и это было большее из того, что он мог ей дать. Он утонченно и умело привел ее ко второму оргазму, но, лежа рядом в блаженном опустошении, прикрыл глаза, чтобы Джейн не прочитала его мыслей и чтобы не видеть надежды на ее лице.

И все же единственное, чего он желал сейчас, чтобы это мгновение длилось вечно.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Предпоследний день на острове Джейн проводила в обществе Диди, наслаждаясь купанием в минеральных источниках. Адам освободил ее от всяческих дел и пожелал приятного времяпрепровождения.

Джейн не переставала поражаться переменам, которые произошли с ним за эти две недели. Ее девичьи мечты об идеальном герое поблекли в сравнении с реальным и гораздо более привлекательным мужчиной. И все же ее положение оставалось довольно неопределенным.

Она не знала его дальнейших намерений. Что касалось ее, то она уже мысленно написала заявление об уходе с работы. Джейн сделала окончательный выбор между любовью и служебным положением и ни минуту не жалела об этом.

Джейн знала, что Адам, всегда осторожный и предусмотрительный, тем не менее не захочет расстаться с нею. Они говорили о многом прошлой ночью перед рассветом, в часы, когда будущее представляется безоблачным и беспроблемным.

— Как быстро пролетело время, — сказала она Диди. — Так не хочется уезжать. Вам, должно быть, очень хорошо жить здесь! Как в раю.

— Ну, не совсем в раю, — ответила та, загадочно улыбнувшись. — Но мне тут нравится.

— Почему же вы продаете Перла-Негра? — не удержалась Джейн.

Диди и Рэй были еще достаточно молодыми, чтобы удалиться от дел, и, похоже, они отлично себя здесь чувствовали. Рэй целые дни проводил в баре возле пляжа, болтая и развлекая гостей разнообразными историями.

— Дела заставляют. У нас слишком много работы, чтобы сидеть на одном месте.

Все-таки очень странная пара, в очередной раз подумала Джейн.

— Какого рода ваша работа? Простите, полагаю, вы не обидитесь, если я предположу, что гостиничный бизнес — не сфера ваших интересов.

— Вы правы, сфера наших интересов — человеческая натура. Поэтому мы и искали влюбленную пару, чтобы продать курорт.

— Да, конечно, это очень интересно, но с деловой точки зрения весьма не правдоподобно.

— Вы всегда смотрите на вещи с точки зрения бизнеса, Джейн? — в свою очередь задала вопрос Диди.

Когда-то Джейн решила для себя, что такая позиция наиболее выгодна для жизни. Но с тех пор кое-что переменилось, и теперь деловая женщина все чаще мечтала о семье, куче детишек, о том, как они будут жить в большом доме и вместе с Адамом встретят старость.

— Как правило. Правда, последнее время значительно реже, — ответила она.

— Я думаю, люди забивают себе голову бизнесом, чтобы чем-то заполнить одиночество. А вместо этого необходимо находить радость друг в друге.

— Да, это так, я совершенно с вами согласна. Джейн взглянула на часы. — Мне было очень приятно побыть в вашем обществе, Диди.

— Мне тоже. Увидимся за ужином. — Диди вылезла из воды.

Джейн сложила в сумку вещи и направилась к отелю. Идя по мощеной дорожке, она думала, что ей будет очень не хватать острова. Даже если Адам купит его, возможно, еще долгое время она не сможет сюда вернуться.

Адам разговаривал по телефону, делая пометки в блокноте, когда Джейн вошла в номер. В шортах и яркой рубашке он был великолепен.

Увидев ее, он улыбнулся и жестом дал понять, что освободится через несколько минут.

Джейн достала бутылку минеральной воды из холодильника и уселась на кушетку, наблюдая за ним. Наконец Адам положил трубку и примостился рядом с ней.

— Как купание? — Он обнял ее, прижал к себе, поцеловал.

— Чудесно, я получила удовольствие. Ты молодец, что отправил меня с Диди.

— Да, знаю, меня можно назвать несносным, но, согласись, иногда я бываю и великодушен.

Что-то в нем слегка насторожило Джейн; она не могла определить, что именно, но интуитивно почувствовала легкое напряжение в его голосе.

— Не сомневаюсь.

— Конечно. Ты побуждаешь меня к проявлению лучших сторон моего характера.

— Знаешь, твои лучшие стороны в отношениях с женщинами обычно проявляются, когда ты намерен эти отношения завершить. Мне стоит насторожиться?

— Нет, — улыбнулся Адам, — отношения с тобой носят принципиально иной характер.

Он еще крепче обнял Джейн, и тут же все ее страхи исчезли, ей стало хорошо и спокойно.

— У меня для тебя подарок, — шепнул Адам ей на ушко.

— Где?

— На кровати.

— Зачем все время покупать мне вещи?

— Мне нравится баловать тебя, Джейн.

— Почему?

— Я не отвечаю на бессмысленные вопросы.

Джейн не могла отделаться от смутного чувства беспокойства. Она уже достаточно хорошо изучила Адама, чтобы знать, что он обычно использует деньги как прикрытие.

— Эту ночь я хочу посвятить тебе, и мой подарок — только часть грандиозной программы.

Он подтолкнул ее к спальне, где на кровати лежало восхитительное маленькое платье для коктейлей. Оставив ее переодеваться, Адам выскользнул за дверь, сказав, что у него остались еще на сегодня кое-какие дела.

Джейн понимала, что он, вероятно, на что-то решился, и вся эта роскошь неспроста. Сердце у нее мучительно сжалось от недобрых предчувствий.

— Доброй ночи! — Рэй расплылся в улыбке, приветствуя Адама, который зашел в бар пропустить пару глотков перед ужином. Адаму очень хотелось поскорее закончить дела, чтобы ничто не отвлекало его от мыслей о Джейн. Он уже успел полюбить остров, и навязчивая идея не оставить и следа от прежнего курорта, связанного для него с предательством отца, покинула его.

— Я распорядился приготовить нам отдельный столик на веранде, — объявил Рэй. — Здешние закаты — просто фантастическое зрелище!

— Благодарю.

— Все лучшее сегодня — нашим милым дамам! Ангелини восхищенно посмотрел на свою вторую половину.

Диди иронически усмехнулась, но не могла скрыть удовольствия. Адам обратил внимание, что впервые того дня, как он познакомился с ними, супруги не препирались между собой.

— Прекрасные леди не будут разочарованы!

— Джейн сказала, что вы нашли сундук с «драгоценностями», — заметила Диди, следуя за Рэем на веранду и махнув рукой Джейн, чтобы та присоединялась к ним.

— Да, это было совсем нетрудно, — улыбнулся Адам. — Даже если вы раздумаете продавать курорт, полагаю, стоит немного усложнить поиски сокровищ. Джейн договорилась с профессионалом, и он обещал помочь.

— Отличная мысль, дружище! Я уже убедился, что вы знаете толк в делах.

Покупка острова теперь не особо занимала Адама. Он был счастлив, что провел здесь время с Джейн. Если даже он не приобретет Перла-Негра — не беда, купит другую землю и устроит собственный курорт. А придумать какую-нибудь легенду — дело нехитрое.

— Я занимаюсь гостиничным бизнесом давно и, честно говоря, с удовольствием.

Рэй кивнул и достал было сигару, но Диди, мгновенно отреагировав, тут же выхватила ее из его рук.

— То же могу сказать и о себе, — вздохнул Рэй, глядя на супругу. — Правда, иногда я слишком близко все принимаю к сердцу, но в целом дела идут неплохо.

— Хочу заметить, немногие владельцы так тщательно отбирают покупателей. Видно, что для вас эта собственность значит гораздо больше, чем объект обыкновенной сделки.

— Что верно, то верно! — засмеялся Рэй.

На веранде уже был приготовлен столик на четверых. Тут же в ведерке со льдом охлаждалась бутылка шампанского.

— Мы не закончили разговора, — обратилась Диди к Джейн. — Как вам понравилась пещера?

Вы прочли заклинание?

— Да. И взяла камешек.

— Я так и думала. А вы, Адам?

— Я тоже.

Джейн с упреком посмотрела на него. Когда Диди с Рэем принялись распоряжаться насчет меню, она тихо шепнула Адаму:

— Зачем тебе нужно было говорить не правду?

Я знаю, ты слишком прагматичен, чтобы верить в легенды.

Вместо ответа Адам достал из кармана камешек. Джейн уставилась на него широко открытыми глазами, и Адам заметил, как в ее взгляде изумление сменилось благодарностью. Опять, как и прошлой ночью, что-то дрогнуло в его сердце, и он нежно коснулся ее лица.

— Что ты загадал? — спросила Джейн.

— Это мой секрет. , — Очень надеюсь, что это сбудется, — сказала она с чувством.

— Все зависит только от тебя.

— То же могу сказать и я, зайчик!

— Опять за старое? — начал он, но…

— Не пора ли нам поднять бокалы? — громко провозгласил Рэй.

На столе появились замысловатые закуски.

Рэй обнял супругу за талию, подождал, пока официант нальет шампанского, и произнес тост:

— За нового владельца Перла-Негра! За его любовь, счастье и благоденствие в будущем!

Слова Рэя как нельзя более соответствовали настроению Адама. Прежде чем сделать глоток, он крепко обнял Джейн, и она ответила ему поцелуем, который наполнил его душу счастьем.

— Выпьем! — заключил Рэй.

— Выпьем, — согласился Адам.

В его жизни все устраивалось необыкновенно удачно. Одно к одному. После долгих лет борьбы и трудов он победил: прошлое больше не тяготеет над ним, в деньгах он не нуждается.

Место, откуда не вернулся отец, теперь принадлежит ему, как и женщина — верный партнер и в бизнесе, и в жизни. И не надо теперь старательно воздвигать железный занавес вокруг своего сердца.

Ужин проходил в приятной беседе. Единственное, чего не хватало Адаму, так это согласия Джейн.

Но через пару часов все будет решено.

Облачившись в пеньюар, Джейн босиком вышла из ванной.

— Закрой глаза, — произнес Адам.

Джейн послушно выполнила его просьбу.

Под ногами она почувствовала что-то мягкое и прохладное; запах роз наполнял комнату, и она поняла, что ступает по розовым лепесткам.

— Я не могу идти так долго! — попыталась протестовать она, направляясь на звук его голоса. С закрытыми глазами Джейн чувствовала себя беззащитной.

— Можешь, дорогая. Я обещаю, это того стоит!

Девушка осторожно ступала маленькими шажками.

— Все! Я хочу видеть! Открываю глаза!

Большие теплые ладони коснулись лица.

— Вот уж не знал, что ты так нетерпелива!

— Не то что нетерпелива, но я чувствую себя уязвимой, а это непереносимо! — Она ощутила его поцелуй, привстала на цыпочки, пытаясь дотянуться до него, но.., он уже исчез. — Незачем заводить меня. Ты же знаешь, что я твоя! — сказала Джейн, и это было правдой.

Адам оказался единственным мужчиной, который заставил ее забыть боль прошлого, оживил в ней способность мечтать и дал надежду, что мечты о большой счастливой семье смогут стать реальностью. Время, когда Адама не было в ее жизни, просто перестало существовать.

— Правда? — спросил он и ласково провел пальцем по ее щеке.

— Ты сам знаешь. — Жаль, что она не видит его глаз.

Ей нечего от него скрывать.

Завтра они уедут. Джейн знала, что в городе действительность обрушится на них, и каким тогда окажется будущее? Будут ли они вместе, или жизнь на острове останется лишь прекрасным сном? Она не могла ответить, но что-то подсказывало, что Адам любит ее.., ну, или сильно привязан. Он обнимал ее ночью так крепко и нежно, что было непохоже, что им движет только секс.

— Хорошо, не буду тебя мучить. — Адам взял шелковый шарф и завязал ей глаза. — Ну как?

— Адам…

— Что? — Он запечатлел на ее губах нежный поцелуй. — Ты не можешь видеть, а мои руки свободны.

Джейн отбросила сомнения.

— Ну, и чего же ты ждешь, зайчик?

Он усмехнулся и сжал ее в объятиях.

— Я сгораю от нетерпения. Но сначала…

Адам взял ее на руки и сделал несколько шагов. Джейн почувствовала свежесть ночного бриза и поняла, что находится на балконе. Ей нравились его сила и забота. И то, как он умел угадывать ее желания.

— Еще минутка. Последние штрихи! — Адам усадил ее в плетеное кресло.

Джейн поняла, что он ушел с балкона. Легкий ветерок приятно холодил лицо, шелестел пальмовыми ветвями, перекликался с мерным шумом прибоя.

— А вот и я! — услышала она голос Адама. Он помог ей подняться и снял повязку.

Секунду Джейн не видела ничего, ослепленная яркими вспышками света. Потом поняла, что окружена десятками маленьких огоньков.

Все — балкон, спальня, дверные проемы, перила — было увешано множеством разноцветных мигающих лампочек.

— Мы празднуем покупку Перла-Негра?

— Нет, дорогая! Это все в твою честь!

Боже! Сердце забилось так, что, казалось, вот-вот вырвется наружу. Джейн поняла, что он готовит ей сюрприз, но не думала, что такой!

Впрочем, в этом был весь Адам — человек, не привыкший размениваться по пустякам.

— Джейн, я хочу спросить тебя кое о чем…

— Да?

Ей стало трудно дышать, сердце колотилось где-то у горла. Неужели сейчас все решится?..

— Ты согласна.., жить со мной?

Она не поняла, правильно ли расслышала.

Адам одарил ее самой очаровательной своей улыбкой.

— Дорогая, мы хорошо сотрудничаем в офисе.

По-моему, нам следует быть вместе не только на работе, но и в личной жизни.

Джейн пыталась вникнуть в смысл его слов.

Она не сомневалась в их искренности. Адам предлагал то, чего бы никогда не предложил другой женщине. И она хотела согласиться. Но мечтала-то она о другом!

— Это мое самое большое желание, — ответила она.

— Отлично! Я знал, что ты не откажешь мне.

Нет, он не понимает! Джейн стало грустно.

Она пожалела, что не успела подготовиться к такому повороту событий.

— Извини, Адам, но я имела в виду немного другое. Если мы собираемся жить и работать вместе, почему бы нам не пожениться?

— Женитьба — это тот риск, на который я пойти не могу.

— А я не пойду на то, чтобы быть твоей любовницей!

— Черт побери, женщина! Я не прошу тебя быть моей любовницей! Я хочу, чтобы ты жила со мной, хочу держать тебя в своих объятиях каждую ночь!

Всем сердцем она стремилась к нему, всем сердцем хотела сказать «да», но начинать жизнь с непонимания, — значит закончить ее ненавистью. И Джейн отрицательно покачала головой.

— В конце концов, ты думаешь, мне легко?!

Ты знаешь мои правила относительно служебных романов, но я сделал для тебя исключение!

— Это не для меня, это ты себе даешь возможность получить то, чего хочешь.

— Не говори так! — Адам взял ее за плечи. Мое предложение — это все, на что я сейчас способен. — Он, не отрываясь, смотрел ей в глаза. Прошу тебя, дорогая! Не будь так категорична.

Я не против женитьбы вообще, но мне нужно время. Может быть, потом…

Джейн внимательно посмотрела на него и поцеловала, вложив в свой поцелуй всю нежность, на которую только была способна.

— А мне не нужно время, Адам, я и так знаю, что люблю тебя. А ты…

— Я глубоко привязан к тебе. Наш союз мог бы стать очень удачным.

— Мысль о том, чтобы быть твоей сожительницей, убивает меня. Вся моя жизнь, образ мыслей, мой имидж — все основано на противостоянии моей матери, желании быть не такой, как она. И потом, я должна сказать честно — я хочу детей.

Вот это было главным для нее. Это, а не брачное свидетельство. Она ждала ответа, затаив дыхание.

— Нет.

Сердце ее разбилось. Она поняла, что влюбилась не в Адама, а в другого, очень похожего на него человека, героя ее мечтаний. Девушка покачала головой и высвободилась из его рук.

— Дорогая…

Джейн подошла к шкафу и достала платье.

Она одевалась не спеша и аккуратно, стараясь не расплакаться, прежде чем уйдет. Она не могла позволить Адаму увидеть себя зареванной.

— Так это все? — глухо спросил он.

— Да. Ты найдешь мое заявление об уходе в понедельник утром у себя на столе.

— Я думал, ты любишь меня, — спокойно произнес Адам.

Она взглянула на мужчину, с которым была близка и до которого так и не смогла достучаться.

— Я тебя люблю, но это не значит, что я не ценю себя.

— Что это значит? — Адам был раздражен.

— Ничего. Я такая, какая есть.

Ей было больно, очень больно. Будь она другим человеком, менее бескомпромиссным и требовательным, она бы вполне удовлетворилась отношениями, которые он предлагал. В будущем, может, они бы и поженились, но…

Адам пересек комнату и подошел к ней, но девушка отстранилась. Джейн чувствовала, что, если он прикоснется к ней, она не выдержит.

— Не уходи. Ты будешь иметь все, что захочешь. Останься!

— Все? — Она знала, что он говорит не о любви.

— Только назови! Драгоценности, меха, машину последней модели — все!

Она была откровенна с ним, а Адам так ничего и не понял! Самое глупое, что он мог сделать, это говорить с ней как с содержанкой.

— Того, что мне надо, у тебя нет. — Джейн с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться. Для тебя все сводится к материальному, а мне надо больше для счастья. Хотя, с твоей точки зрения, любовь вообще ничего не стоит.

— Я знаю, чего ты хочешь от меня — мою душу!

— Я ведь отдала тебе свою!

— Пойми, твои грезы — это волшебная сказка! воскликнул Адам. — А я не привык смотреть на мир сквозь розовые очки! Я воспринимаю вещи такими, какие они есть!

Джейн подошла к двери. Говорить больше не о чем.

— Я не буду отрабатывать две недели, — тихо сказала она.

— А я не дам тебе рекомендацию! — отрезал Адам.

— И не надо.

Джейн толкнула дверь и вышла. Быстро, не оглядываясь, пошла прочь. Теперь можно было дать волю слезам.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Адам яростно ударил кулаком по стене и выругался. Как он допустил, чтобы все так обернулось!

Эти лампочки, эти розовые лепестки на полу он не мог их видеть, не мог ни секунды здесь больше оставаться! Раньше ничего подобного с ним не происходило, но ведь раньше он не встречал женщины, похожей на Джейн. С ней все совсем по-другому. Он и сейчас любит ее, и потом, он ведь не отказывался жениться! Он только дал ей понять, что надо немного подождать, он привыкнет, пройдет время и, возможно…

Адам упал в кресло и закрыл глаза.

Конечно, судьба лишь однажды посылает женщину, подобную Джейн. Рядом с ней он чувствовал себя уверенно и комфортно. Даже гостиничный номер казался ему родным домом.

Но значит ли это, что так будет всегда? Что однажды ей не наскучит его общество и она не захочет уйти? Значит ли это, что он всегда будет хотеть видеть ее рядом с собой?

В том-то все и дело. Больше всего Адам боялся себя, боялся, что ему когда-нибудь все надоест и придется сделать Джейн больно.

Он почувствовал непреодолимое желание выпить и, быстро натянув рубашку, вышел из номера. Ушибленная рука ныла, но эта боль ничто по сравнению с той, которую он ощущал в своем сердце.

Адам заказал виски и устроился за столиком в глубине зала. Музыканты давно ушли, и народу почти не было.

— Что, дружище, продолжаем праздновать? Неизвестно откуда взявшийся Рэй уселся напротив.

Появился официант. Адам одним глотком отхлебнул половину и попросил:

— Принесите еще.

— Где Джейн?

— Понятия не имею.

Адаму хотелось скорее напиться, чтобы прогнать из головы все мысли, все воспоминания.

Он видел лицо Джейн — бледное, в глазах стоят слезы. Зачем он позволил ей уйти?

— Личные проблемы? — поинтересовался Рэй.

— У меня их не бывает. Я специалист по части женщин.

— Виноват, но что же это за специалист, который сидит в пустом баре и в одиночку напивается? — Рэй откинулся в кресле, достал сигару. Не хотите поговорить?

— Почему вы считаете себя вправе… — начал Адам с раздражением, но Рэй перебил:

— Да потому, что я был в таком же положении.

— С Диди? — Адаму не хотелось оставаться одному, и он решил поддержать разговор.

— Нет, не с ней. Я отпустил когда-то одну… потому что не понимал, что любовь созданной для тебя женщины может сделать тебя сильнее, лучше.

— Джейн не думает об этом, она ничего не видит, кроме… — Адам не знал, кого видела Джейн, когда смотрела на него. Какого-то похожего на него романтического принца на белом коне. Теперь, конечно, видит нечто иное.

— Кроме чего? — переспросил Рэй.

— Я не тот, кто может сделать ее счастливой.

Герой не ее романа. — Адам вертел в руках пустой стакан. — Слушайте, Рэй, если вы откажете мне в сделке, я пойму. Я с самого начала ввел вас в заблуждение. Джейн — мой секретарь.

— Но с тех пор кое-что изменилось?

— Изменилось многое, но, боюсь, это ненадолго.

— К нашим делам все это отношения не имеет. Знаете, вам необходимо найти Джейн и поговорить с ней.

Как будто это так просто! Но помыкать собою Адам тоже не позволит!

— Она не будет слушать.

— Все же надо попытаться.

— Знаете, Рэй, думаю, вам не стоит входить в роль моего духовника. В конце концов мы с Джейн сами разберемся, да и нам пора уезжать отсюда.

— Мадонна, и почему я решил, что это простой случай? — пробормотал себе под нос Рэй, выпуская кольцо сигарного дыма.

— О чем это вы? — не понял Адам. Какого черта он обсуждает свои дела с совершенно посторонним человеком, деловым партнером и не более того?

— Слушайте, приятель, на самом деле я не хозяин курорта, я на небесах специализируюсь на сколачивании супружеских уз и послан свыше, чтобы устроить ваш с Джейн союз.

Адам уставился на Рэя как на чокнутого.

— Вы свихнулись?!

— Ничуть. И вы своим отказом уладить с ней отношения ставите меня в затруднительное положение.

Этот Ангелини явно не в себе, мелькнуло в голове у Адама, но тут Рэй взял его за руку.

Внезапно все вокруг закружилось, и, когда Адам вновь открыл глаза, они с Рэем стояли перед дверями дешевого бара в Новом Орлеане.

— Наваждение какое-то! — пробормотал Адам.

— Пусть так, приятель.

— Как мы тут оказались?

— Это надо спросить у вас.

Адам узнал место. Он не был в этом баре с той самой ночи после развода, когда крепко здесь напился.

— Я хочу вернуться в Перла-Негра!

— Чуть позже. А сейчас давайте зайдем внутрь.

Рэй слегка подтолкнул его, и они вошли в зал.

Оглядевшись, Адам с изумлением увидел за столиком в дымном полумраке себя самого — двадцатилетним юнцом.

— Еще стаканчик? — спросил бармен.

— И не один! — Юный Адам опорожнил бокал дешевого виски. В те времена у него не было денег на дорогие напитки. — Итак, — провозгласил юнец, вставая и привлекая к себе всеобщее внимание, — отныне клянусь, что не дам никакой бабе себя одурачить! Все они со своими уловками не стоят и ломаного гроша!

Присутствующие с воодушевлением поддержали оратора, а глупый парень уселся на прежнее место и продолжал набираться.

Зрелый Адам в шоке взирал на происходящее. Так вот где корень всего! Всю свою дальнейшую жизнь он построил вокруг этой юношеской болтовни, когда ему был двадцать один год и он ничего не смыслил в жизни. Он прекрасно помнил, как на следующий день разработал четкий план своей дальнейшей деятельности в бизнесе. Это было началом «Пауэлл Интернэшнл».

Через полгода упорного труда он встретил Ронду и она стала его любовницей. Им ничего не надо было друг от друга, кроме секса, так что их отношения устраивали обоих. И случилось так, что недолгий эпизод, небольшая эмоциональная передышка, стал нормой его дальнейшего поведения с женщинами.

Через секунду Адам осознал, что сидит в баре Перла-Негра. Рэя нигде не было видно, и Адаму показалось, что он слегка задремал и все происходящее ему просто приснилось. Он протер глаза, в ушах почему-то звучали слова Джейн:

«Я тебя люблю, но это не значит, что я не ценю себя».

Адам вдруг понял, что не ценил ни себя, ни ее, позволив прошлому овладеть своей душой.

Он выбежал из бара, надеясь, что еще не поздно найти Джейн.

Они могли быть счастливы только вместе.

Адам знал, что любит ее. Джейн, как солнечный луч, озарила его жизнь, и Адам больше не собирался скрывать своих чувств от себя.

Джейн стояла у ворот, ожидая такси. Она уже не плакала, она сердилась. Как можно было так обмануться! Она же тщательно оберегала свой внутренний мир от посягательств мужчин.

Джейн готова была выйти за Бена, потому что считала его достойным. А когда он ушел к другой, не испытала и десятой доли той горечи, которую ощущала сейчас.

Неужели обручальное кольцо так много для нее значит? Конечно нет, но ей нужна семья; мало того, она знала, что Адаму семья нужна не меньше. Ему нужны любящая женщина и дети, чтобы излить на них всю свою нежность, которую он долгие годы прятал глубоко в сердце.

Тогда зачем же все эти ссоры и ее позорное бегство?

— Джейн! Слава богу, я нашел тебя! — воскликнул Адам, переводя дыхание.

— Я не изменю своего решения, — сказала она чуть слышно.

— Изменишь. Я не отпущу тебя.

— Чем же ты меня удержишь? Твои возможности соблазнителя еще до конца не исчерпаны? Саркастические нотки в голосе прозвучали помимо воли — Джейн все еще находилась под впечатлением их недавнего объяснения.

Неужели он догнал ее? Когда его оставляли другие женщины, он и головы вслед не поворачивал.

— Ты все не правильно поняла.

Подъехало такси, из окошка высунулся водитель.

— Это вы вызывали машину?

— Да, — сказала Джейн. — В аэропорт, пожалуйста.

— Никаких аэропортов! — отрезал Адам.

— Я еду, — отчеканила Джейн.

Водитель потерял терпение.

— Слушайте, у меня нет времени ждать, пока вы разберетесь.

Адам выгреб из кармана все, что там, имелось, и сунул деньги в окошко.

— Мы вас не задерживаем.

Машина уехала. Как все просто! Совершенно в его стиле! Заплатил и все уладил! Джейн негодовала.

— Пойдем со мной, — сказал Адам.

— Не сейчас. После возвращения мы будем разговаривать у тебя в кабинете. — Девушка вздернула подбородок.

— Прекрати, прошу тебя! — Адам одной рукой поднял ее словно пушинку, а другой ухватил сумку.

Джейн принялась вырываться.

— Поставь меня на место!

— Никогда! — Он легонько шлепнул ее. — Да уймись ты, наконец!

Джейн перестала сопротивляться и неожиданно для себя крепко обхватила его за шею. Ей совсем не хотелось, чтобы он отпускал ее.

Адам внес ее в комнату. Джейн смотрела на него и не узнавала. Что-то новое появилось в его взгляде, чего раньше она не замечала. Похоже, это была.., любовь?

Он склонился над ней и зашептал что-то на ухо, а потом поцеловал так нежно и трепетно, что слезы сами собой полились из ее глаз.

— Не плачь, дорогая, успокойся! — Адам не разжимал рук, будто боялся, что она опять исчезнет, но Джейн знала твердо, что теперь уже никуда не уйдет.

— Я люблю тебя, — нежно сказал Адам.

Джейн не верила своим ушам. Неужели он все-таки произнес это?

— Мне не нужно слов, — сказала она.

— Ты мне не веришь?

— Адам, мы не виделись полчаса. Когда ты успел меня полюбить? — Я кое-что понял. Но об этом потом. Я уже давно люблю тебя, Джейн.

— Хочется верить.

— Не оставляй меня больше. Ты нужна мне. С тобой я становлюсь лучше, сильнее. И я нужен тебе.

— Я боюсь, — прошептала девушка.

— Не нужно больше бояться. И не беспокойся ни о чем.

— Ты уверен в том, что говоришь? А если потом ты изменишь свои намерения?

— Я думал об этом и все решил. Джейн, дорогая, отныне я принадлежу тебе!

Джейн вновь не смогла сдержать слез, но это были слезы радости. Она хорошо знала, что Адам всегда отвечает за свои слова. Но главное — это любовь, которая светилась в его глазах.

— Я люблю тебя, — проговорила она.

— И я тебя. И всегда буду любить.

Адам поднял ее на руки, отнес в спальню и усадил на кровать. Потом открыл ящик ночного столика и достал оттуда длинный узкий футляр.

— Это я заказал специально для тебя. Он не совсем обычный, но ведь и мы с тобой немного ненормальные.

Джейн осторожно открыла футляр — из глубины черного бархата сверкнул тонкий сапфировый браслет. Через секунду он уже красовался на запястье девушки.

— Мы поженимся, — объявил Адам.

— А меня ты не хочешь спросить?

— Разве это нужно?

— Желательно, — ответила она.

Да, ей хотелось бы когда-нибудь через много-много лет рассказать внукам эту славную историю из своей прошедшей молодости. Особенно выразительно будет звучать рассказ о том, как Адам тащил ее вместе с сумкой обратно в номер.

— Ты согласна стать моей женой?

— Только если смогу называть тебя зайчиком, — улыбнулась Джейн.

— Ладно, — великодушно разрешил он.

Джейн обвила его шею руками.

— Я жду с нетерпением этого счастливого дня.

Адам ответил на ее объятия, и потом долго не было сказано ни одного слова, потому что признание в любви продолжили их тела.

В ту ночь они много говорили о будущем, о совместной жизни. Джейн с радостью призналась, что Перла-Негра — поистине волшебное место, где сбываются заветные желания. И Джейн, и Адам нашли жемчужину своего сердца.

ЭПИЛОГ

Вот ведь странно — всю жизнь прожил у океана, а совсем его не знаю. Морем возят контрабанду, а на берегу ею торгуют — вот и все, что я мог сказать. А сегодня увидел, как солнце садится в воду. Да еще священник так говорил про любовь, верность и всякое такое, что я даже растрогался.

И чем я только занимался при жизни, что совсем не видел земной красоты!

Адам так впился в Джейн поцелуем, что мы с Диди решили: лишние свидетели тут ни к чему.

Она взяла меня под руку, и не скажу, чтобы мне это не понравилось.

Диди стала очень даже ничего, когда перестала одеваться как моя троюродная бабушка.

— Неплохая работа, — заметила она вполголоса.

— Как всегда! — Я взял ее за руку, и мы пошли вдоль берега.

— Характерно, что умер ты не от скромности, Паскаль.

— Но, детка, согласись: что хорошо, то хорошо!

— По-моему, я тебя предупреждала насчет «детки».

— Может быть. — Я не стал спорить.

— Что-то ты уж очень сговорчив, — засмеялась Диди.

— Наконец-то заметила!

— Прибереги свой шарм для будущих клиентов…

После этих ее слов я начал дематериализовываться, но прежде чем исчезнуть, ощутил нежное прикосновение к своему бедру.

Вот что значит длительное пребывание среди влюбленных — Диди явно начинает мне нравиться!

Content

Кэтрин ГАРБЕРА
КАРИБСКАЯ ФАНТАЗИЯ

ПРОЛОГ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ЭПИЛОГ