Джулия ГАРВУД

АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ

Глава 1

Лондон, 1815 год

Охотник терпеливо поджидал жертву.

Маркиз из Кейнвуда затеял смертельно опасный розыгрыш. Он не сомневался, что до Дикаря с Отмелей уже дошли слухи о наглеце, что, выдавая себя за него, пожинает плоды славы о его злодеяниях. А значит, пират непременно выползет из своего логова, подгоняемый ни с чем не сравнимой, по слухам, гордыней. Он обязательно захочет наказать дерзнувшего. По крайней мере Кейн на это очень рассчитывал. И как только Дикарь объявится – тут-то Кейн его и сцапает.

И тогда будет положен конец всем легендам и слухам.

У маркиза просто не оставалось иного выбора: паук ведь никогда не покидает паутины, а назначенная за голову разбойника награда никого не прельстила. Удивительно, но среди моряков не нашлось ни одного предателя, хотя обычно сия братия готова мать родную продать, причем за несравненно меньшую сумму. Однако расчеты Кейна не оправдались. Моряки, все как один, внезапно заявили, что деньги их нисколько не интересуют. И тому, как человеку опытному и к тому же цинику по натуре, оставалось только предположить, что ими двигало отнюдь не бескорыстие, а обыкновенный страх. Страх и подозрительность.

Ибо тайна, окутывавшая личность легендарного пирата, с некоторых пор приобрела характер некоей святыни. Никто не мог бы похвастаться, что видел Дикаря своими глазами. Зато нашлось немало тех, кто неоднократно замечал его корабль «Изумруд», бороздящий водную гладь, словно камень, пущенный из пращи самого Господа – во всяком случае, так заявляли все, кто сподобился наяву лицезреть сию картину. Тень этой мрачной красоты наполняла ужасом титулованных светских джентльменов с тугими кошельками, рождала злорадные ухмылки на лицах записных злодеев и горячие благодарственные молитвы на устах отверженных. Не секрет, что Дикарь с удовольствием делился добычей с бедняками.

И все же на борту этого загадочного корабля никому никогда не удавалось заметить ни одного матроса, что, безусловно, только подливало масла в огонь, и паутина слухов, сплетен и догадок вокруг неуловимого пирата разрасталась день ото дня.

К тому же, судя по всему, Дикарь отличался завидной широтой интересов: о налетах разбойника на суше шла молва не менее грозная, чем о морских. При этом жертвами его всегда оказывались богатые знатные особы высшего света. Кроме того, пират обычно заранее предупреждал тех, против кого планировал очередное предприятие. Для этой цели была изобретена особая визитная карточка в виде чудесной белой розы на длинном стебле. Предполагаемая жертва просыпалась одним прекрасным утром и обнаруживала визитку у себя на подушке. Зачастую одного взгляда на белоснежный венчик было достаточно, чтобы нагнать на человека смертельный страх.

Нельзя было также не заметить, что беднота охотно идеализировала загадочного пирата. Эти люди не сомневались, что на самом деле Дикарь – некий весьма романтический джентльмен.

К их восторгам и славословиям не могла не присоединиться и церковь, ведь пират частенько оставлял на папертях целые груды сокровищ, поверх которых, конечно, лежала все та же белая роза. У епископа язык бы не повернулся проклинать Дикаря. Скорее уж он возвел бы его в ранг святого, если бы не опасался неодобрительного отношения множества влиятельных лиц общества; в итоге пират удостаивался упоминания о себе, как об отъявленном мошеннике, однако всякий раз этот отзыв сопровождался легкой усмешкой и многозначительным подмигиванием.

Военный департамент отнюдь не разделял подобной снисходительности. За голову пирата назначили награду, а Кейн увеличил ее вдвое. Он выслеживал негодяя из личных соображений, не сомневаясь, что цель оправдывает средства.

Око за око, зуб за зуб. Надо наконец прикончить пирата.

Ирония ситуации заключалась в том, что противники до смешного напоминали один другого. Обыватели страшились маркиза. Его деятельность по заданию правительства во время войны была окутана покровом мрачной тайны. Сложись обстоятельства иначе – он по-прежнему не обращал бы на пирата внимания, но Дикарь, впав в смертельный грех, причинил зло ему лично, и равнодушие сменила жажда мести.

Уже много ночей подряд Кейн проводил в самом сердце лондонских трущоб, в таверне под названием «Не унывай!» среди портовых рабочих. Привычно занимал угловой столик, спиной к стене, и терпеливо дожидался появления Дикаря.

Маркиз вращался в этих злачных кругах с легкостью человека с темным прошлым. Здесь его титул никого не волновал: имели значение лишь физическая сила, беспощадность во время стычек и равнодушное отношение к процветавшим в таких местах пороку и жестокости.

Таверна стала вторым домом маркиза. Могучее сложение, легко угадывавшиеся под одеждой мускулы призваны были остудить пыл его возможных противников. Густая темная шевелюра, загорелое лицо и глаза цвета штормового неба в былые времена то и дело заставляли розоветь щечки прелестных дам, однако с некоторых пор те же самые дамы в один голос твердили, что ненависть сделала маркиза холоднее камня, а глаза его поражали их чувствительные души безжизненной невыразительностью. Сам Кейн сих слухов не опровергал.

И коль скоро ему угодно стало изображать Дикаря – мало кто усомнился бы в такой мистификации. Местные сплетники приписывали Дикарю высокое происхождение и считали пиратство обычным чудачеством. И Кейн не преминул воспользоваться этими сплетнями. В первый раз он явился в таверну в самом изысканном костюме, рискнув прикрепить на лацкане сюртука роскошную белую розу. Сия заметная деталь, безусловно, направила мысли окружающих в нужное ему русло.

Маркизу тотчас пришлось продемонстрировать великолепное владение кинжалом, очищая место за столом. О да, он был одет, как денди, однако во время драки выказал абсолютное равнодушие к таким мелочам, как честь и достоинство, чем за несколько кратких мгновений снискал расположение окружающих и внушил страх. А достойная самого Геркулеса фигура и ловкость не могли не пробудить в душах многих еще и восхищения. Кое-кто из самых дерзких даже отважился подступиться с расспросами. Уж не тот ли он самый Дикарь?.. Кейн предпочел оставить щекотливый вопрос без ответа, однако по легкой ухмылке на губах матросы сделали определенный вывод. А когда он заметил трактирщику, что местные ребята сообразительны, как черти, те, похоже, решили, что докопались до истины. Не прошло и недели, как по всем злачным заведениям со скоростью ветра разнеслась весть о ежевечерних визитах самого Дикаря в «Не унывай!».

Лысый ирландец по прозвищу Монах, ставший владельцем таверны благодаря передергиванию в карточной игре, каждый вечер перед закрытием подсаживался к Кейну. Он один был посвящен в тайну задуманного и всем сердцем одобрял действия маркиза, ибо также считал, что Дикарь должен заплатить за причиненное горе. Удивительно, но с того самого дня, как Кейн избрал его заведение местом для своей игры, оно поразительно процветало. Судя по всему, любому и каждому не терпелось хоть одним глазком взглянуть на пресловутого Дикаря, и Монах, пользуясь случаем, заломил баснословную цену за бессовестно разбавленный водой эль.

Хотя череп трактирщика был абсолютно голым, брови с лихвой восполняли недостачу. Огненно-рыжая густая курчавая поросль встречалась даже на изборожденном морщинами челе. И вот теперь Монах терзал свои замечательные брови, искренне сочувствуя маркизу.

– Вы терпеливы, словно блоха, что ждет-пождет своего шелудивого пса. Молюсь лишь об одном: пусть решимость не оставит вас.

Затем, плеснув в бокал маркиза добрую порцию бренди, трактирщик отпил прямо из бутылки.

– Рано или поздно вы выманите его. И думаю, поначалу сюда явится пара-тройка его парней припугнуть вас. Посему нелишним будет напомнить: не оставляйте спину незащищенной.

Монах отхлебнул и поморщился.

– Дикарь весьма щепетилен по части своей репутации. Ваш розыгрыш наверняка прибавит ему седины. И конечно же, он вскоре объявится. Ха, держу пари, он придет сюда не позднее завтрашнего вечера.

Кейн согласно кивнул. Каждый вечер Монах с горящим взором разглагольствовал о том, что жертва вот-вот попадется в охотничьи сети.

– А уж тогда ты расправишься с ним, Кейн, словно утка с жуком.

Кейн наконец промочил горло – впервые за весь вечер.

– Я дождусь.

По спине Монаха пробежал холодок. Едва он торопливо кивнул в знак согласия, как вдруг входная дверь распахнулась. Трактирщик успел лишь обернуться вполоборота, чтобы крикнуть, что таверна закрыта, как тут же осекся на полуслове, потрясенный увиденным. Когда наконец к нему вернулся дар речи, он хрипло прошептал:

– Святая Матерь Божия, что за ангел к нам снизошел?

Кейн ни словом, ни жестом не выдал своего удивления, тем не менее едва перевел дух.

Воистину она могла показаться ангелом. Маркиз, опасаясь, что прекрасное видение исчезнет во мраке ночи, боялся даже на секунду отвести взгляд.

Невероятной красоты глаза ярко-изумрудного оттенка завораживали.

Девушка застыла как вкопанная.

Целую вечность они изучали друг друга. Но наконец она сделала шаг вперед, от чего капюшон плаща мягко упал на плечи, и Кейн на миг лишился рассудка. Бесподобная рыжая шевелюра сияла в отблесках свечей, словно темное пламя.

Впрочем, при ближайшем рассмотрении Кейн заметил, в каком плачевном состоянии находился ее довольно дорогой наряд. Атласная зеленая накидка свисала клочьями, словно ткань изрезали ножом. Теперь Кейн просто умирал от любопытства. Да еще эти маленькие синяки на правой скуле, ссадина под полноватой нижней губой, грязь на лбу!

Пожалуй, ангелу пришлось дорого заплатить за свой визит. Но если даже ей только что пришлось выдержать битву с самим Сатаной, она все еще оставалась весьма привлекательной, настолько привлекательной, что Кейн с трудом держал себя в руках. Со все возраставшим нетерпением он ожидал, когда же незнакомка соизволит заговорить.

Она остановилась. Не сводя глаз с белоснежной розы на лацкане его сюртука, девушка не могла вымолвить ни слова. Ее нежные руки дрожали, она судорожно вцепилась в сумочку, прижав ее к груди так, что угадывались многочисленные мелкие шрамы на пальцах.

– Вы что, совсем одна? – резко, подобно ветру, вымолвил он.

– Да.

– В такой час, в этой части города?

– Да, – повторила она. – А вы и есть Дикарь? До него не сразу дошло, что отвечает она прерывистым, хриплым шепотом.

– Вглядитесь получше, прежде чем расспрашивать. Девушка оставила его совет без внимания, не в силах оторвать взгляд от белой розы.

– Умоляю, ответьте же мне, сэр, – простонала она. – Вы – Дикарь? Мне совершенно необходимо поговорить с пиратом. Это дело чрезвычайной важности!

– Да, я – Дикарь, – откликнулся Кейн.

– Значит, вы выполните любой заказ, если сочтете плату достаточной, не так ли, сэр? – кивнула она.

– Верно, – ответил Кейн. – И что же вам угодно?

В ответ она молча бросила на стол сумочку. Шнурок развязался, и на скатерть покатились деньги. Монах протяжно присвистнул от удивления.

– Здесь наберется тридцать сребреников, – пробормотала она, все еще не поднимая глаз.

– Тридцать сребреников? – многозначительно выгнул бровь маркиз.

– Разве этого мало? – неловко качнула головой незнакомка. – Поверьте, это все, что у меня есть.

– И кого же мне следует ради вас предать?

– О нет, вы не правильно поняли, – она явно смутилась от такого сравнения, – не надо никого предавать. Я вовсе не Иуда, сэр.

– Весьма рад узнать, что ошибся.

Она нахмурилась. Кейн был готов поклясться, что меньше всего в ее расчеты входило его рассердить.

– Так что же вам угодно?

– Я бы хотела, чтобы вы кое-кого убили.

– Ох, – вырвалось у него против воли. Разочарование причинило ему почти физическую боль. С виду чертовски невинная и трогательно беззащитная, она умоляла убить кого-то! – И кому же назначено стать жертвой? Вероятнее всего, мужу? – От такого цинизма ему самому стало не по себе.

Однако, судя по всему, его резкий тон не напугал девушку.

– Нет, – твердо ответила она.

– Нет? Так вы не замужем?

– А это имеет значение?

– О да, – прошептал он. – Имеет. Итак, кого же я должен убить? Отца? Брата?

Она отрицательно покачала головой.

Кейн медленно подался вперед. Терпение его почти иссякло – словно эль, разбавленный водой в бочке Монаха.

– Меня утомляет необходимость вытягивать из вас слова. Рассказывайте.

Он едва сдерживался, чтобы не закричать, понимая, что гневом только перепугает ее и так ничего и не добьется. Однако он, видимо, недооценил незнакомку: она просто зашлась от негодования. Стало быть, этот перепуганный котенок не утратил еще силы духа.

– Пообещайте мне выполнить задачу до того, как я дам полные объяснения.

– Задачу? Вы называете задачей платное убийство? – не веря своим ушам, переспросил он.

– Да, – кивнула девушка.

Она по-прежнему избегала смотреть ему в глаза. Это почему-то ужасно раздражало Кейна.

– Ну ладно, – произнес он. – Я согласен. Она как-то сразу обмякла, и в этом Кейн уловил явное облегчение.

– Так скажите же наконец, кто станет моей жертвой? – снова осведомился он.

Она медленно подняла на него глаза. Та буря чувств, что отразилась у нее во взоре, заставила сердце Кейна болезненно сжаться. Он еле удержался, чтобы не кинуться к ней, сжать в объятиях и постараться утешить. Горе ее показалось столь безмерным, что он тряхнул головой, стараясь избавиться от этого неуместного, смешного в такой ситуации наваждения.

Черт побери, эта женщина как-никак нанимает его, чтобы кого-то убить!

Они долго, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза, прежде чем Кейн вновь спросил:

– Ну? Так кого же следует убить?

Она нерешительно перевела дух, прежде чем ответить:

– Меня.

Глава 2

– Святая Матерь Божия, – прошептал Монах. – Да вы никак шутите, милая леди.

Не сводя глаз с Кейна, незнакомка откликнулась:

– Нет, добрый человек, я вовсе не шучу. Подумайте сами, разве я отважилась бы шутки ради сунуться ночью в эту часть города?

На сей раз вмешался Кейн:

– По-моему, вы просто сошли с ума.

– Нет, – возразила она. – Было бы куда проще, если бы вы оказались правы.

– Понятно, – пробормотал Кейн. Он изо всех сил старался не взорваться. – И когда же мне следует выполнить эту… это…

– Поручение?

– Да, поручение. Итак, когда?

– Сейчас. Если это удобно для вас, милорд.

– Если это удобно?

– О Боже, простите, – прошептала она. – Я вовсе не хотела вас обидеть.

– С чего вы взяли, что обидели меня?

– Потому что вы на меня кричите.

До Кейна наконец дошло – он действительно кричал. Набрав в грудь побольше воздуха, он почувствовал, что совершенно растерялся. Пожалуй, и любой другой в здравом уме и твердой памяти на его месте был бы точно так же захвачен врасплох. Она казалась такой трогательной и к тому же пугающе уязвимой. Черт бы ее побрал вместе с веснушками на хорошеньком носике! Ей полагалось находиться дома, за семью замками и запорами, под охраной добродетельного семейства, а не стоять перед ним в этой злачной таверне, обсуждая подробности собственного убийства.

– Я могу понять, как неприятно вам все это слышать, – продолжала она. – И приношу свои искренние извинения, Дикарь. Разве вам никогда прежде не доводилось убивать женщин? – В ее голосе слышалось настоящее сочувствие.

– Нет, я никогда прежде не убивал женщин, – подтвердил Кейн. – Но ведь все на свете когда-то приходится делать впервые, не так ли?

Он постарался вложить в последнюю фразу как можно больше сарказма. Однако она восприняла вопрос совершенно серьезно.

– Конечно, для этого необходимо мужество, – заявила она, а затем ободряюще улыбнулась:

– На самом деле для вас это не составит труда. Ну и я, конечно, вам помогу.

Кейну почему-то захотелось удариться головой об стол.

– Вы намерены мне помочь? – пробормотал он.

– Непременно.

– Вы сошли с ума!

– Ничуть, – возразила она. – Однако я попала в совершенно отчаянное положение, и потому сие поручение необходимо выполнить как можно быстрее. Не могли бы вы быть столь любезны побыстрее покончить с выпивкой?

– К чему такая спешка? – спросил он.

– Они вот-вот настигнут меня – может быть, даже этой ночью! Дикарь, поверьте, я все равно погибну – не от вашей руки, так от их, но при этом хотелось бы самой распорядиться своим концом. Не можете же вы этого не понимать.

– Так отчего бы вам не убить себя самой? – рявкнул Монах. – Это ведь намного легче, чем пытаться кого-то нанять!

– Ради всего святого, Монах, не провоцируй ее.

– И не собираюсь, – возразил тот. – Я хочу понять, отчего малышке вздумалось помирать.

– Ох, я никогда не смогу убить себя сама, – пояснила та. – Ведь это ужасный грех. Такое должен сделать кто-то другой. Неужели вам непонятно?

Пожалуй, для нынешнего вечера довольно. Кейн вскочил так поспешно, что стул с грохотом упал на пол.

– Нет, я ровным счетом ничего не понимаю, но клянусь еще до рассвета во всем разобраться. И начну с самого начала. Прежде всего вам придется назвать свое имя.

– Зачем?

– Затем, что у меня есть маленькое правило, – выпалил он. – Я не убиваю незнакомцев. Итак, ваше имя?

– Очень глупо.

– Отвечайте.

– Джейд.

– Черт побери, ваше настоящее имя! – потребовал он, едва не заорав в полный голос.

– Черт побери, но это и есть мое настоящее имя! – ответила она, не скрывая раздражения.

– Вы, верно, шутите?

– Конечно, не шучу. Меня зовут Джейд. – Она нервно передернула плечами.

– Джейд – слишком уж необычное имя, – произнес он. – Впрочем, в данном случае… Вас вряд ли назовешь обычной женщиной.

– Ваше мнение сейчас не имеет никакого значения, сэр. Я наняла вас, дабы вы исполнили некое поручение, вот и все. Или у вас такая привычка – исповедовать жертву, прежде чем прикончить?

– Скажите же свое полное имя, пока я вас не придушил. – Кейна ничуть не задела ее язвительность.

– Нет, не надо меня душить, – возразила она. – Я хочу умереть не таким образом, и не забывайте, что это я вас наняла.

– А каким же образом мне следует вас умертвить? – спросил было он. – Ох, черт, да какая разница! И знать об этом не желаю!

– Нет, вам непременно надо узнать, – настаивала Джейд. – Иначе как же вы будете меня убивать, если я не сообщу вам способа?

– После, – перебил он. – Еще успеется. Сделаем все по порядку, Джейд. Ваши родители дома?

– Весьма сомнительно.

– Почему?

– Они оба умерли.

Кейн прикрыл глаза и не спеша сосчитал до десяти.

– У вас нет родных?

– Есть.

– Есть?

Настала ее очередь считать до десяти.

– У меня есть брат. И я больше не собираюсь тратить время на пустую болтовню, Дикарь. Это, знаете ли, слишком расточительно.

– Отчего же, мисс? – поинтересовался Монах.

– Чем больше вы узнаете обо мне, тем сложнее вам будет выполнить поручение. Ведь это очень обидно, убивать того, кто нравится, не так ли, сэр?

– Вот уж никогда не убивал того, кто мне нравится, – признался Монах. – Если уж на то пошло, я вообще никого не убивал. Однако ваша теория произвела на меня сильное впечатление, мисс.

Кейна вовсе не устраивал такой оборот дела.

– Джейд, уверяю вас, с этим не возникнет проблем. В данный момент вы мне абсолютно не по нраву.

– Ого, это почему же? – спросила она, отступив на шаг. – Я даже вполовину не была так груба, как вы. Может, вы просто ненормальный от рождения, Дикарь?

– Не зовите меня Дикарем!

– Почему бы и нет?

– Слишком опасно, мисс, если нас кто-то подслушивает, – выпалил Монах, испугавшись, что Кейн вот-вот взорвется от гнева. Маркиз всегда славился вспыльчивостью, а Джейд невольно провоцировала грозу, а уж тогда-то, в припадке ярости, он запросто мог прикончить ее.

– Ну и как же прикажете его называть? – обратилась она к хозяину таверны.

– Кейн, – кивнул Монах в сторону приятеля. – Можете звать его Кейн.

Она презрительно фыркнула:

– И он еще болтает о том, что у меня необычное имя?<Кейн – Caine (англ.) – Каин. – Здесь и далее примеч. пер.> Кейн протянул руку и ухватил ее за подбородок. Волей-неволей ей пришлось посмотреть ему в глаза.

– Как зовут вашего брата?

– Натан.

– Где этот Натан сейчас?

– Он уехал по неотложному делу.

– По какому делу?

Она отбросила его руку, прежде чем ответить:

– Это связано с торговым флотом.

– Когда он вернется?

Она взглянула на маркиза так, что у любого другого душа наверняка ушла бы в пятки.

– Через две недели, – гневно заявила она. – Ну вот, я ответила на все ваши вопросы. А теперь соблаговолите прекратить свои издевательства надо мной и приступайте к делу!

– Где вы живете, Джейд?

– Сэр, от ваших бесконечных вопросов у меня разболелась голова. Я вовсе не привыкла к тому, чтобы мужчины кричали на меня. Кейн с удивлением посмотрел на Монаха:

– Эта сумасшедшая хочет, чтобы я ее убил, но при этом вздумала жаловаться на головную боль!

Она неожиданно рванулась вперед, ухватила его за подбородок и заставила повернуться. Таким образом она в точности воспроизвела его недавний жест. Кейна настолько обезоружила такая дерзость, что он даже и не подумал сопротивляться.

– Ну а теперь моя очередь, – заявила Джейд. – Я задаю вопросы, а вы на них отвечаете. Ведь это я, сэр, заплатила вам серебром. Первое, и самое важное, сэр, скажите мне, действительно ли вы намерены меня убить? Ваша нерешительность настораживает. Нерешительность и эти бесконечные издевательства.

– Вам придется удовлетворить мое любопытство, прежде чем я решу, – сказал он.

– Нет.

– Ну, тогда я не стану вас убивать.

– Негодяй! – вскричала она. – Вы дали мне обещание до того, как узнали, кто будет вашей жертвой. Вы дали мне слово!

– Я солгал.

Она едва не задохнулась от ярости.

– У меня просто нет слов! Человек чести никогда с такой легкостью не откажется от данного им слова! Вы покрыли себя несмываемым позором!

– Джейд, – возразил он, – да ведь я и не говорил вам, что являюсь человеком чести.

– Точно, мисс, такого он не говорил, – встрял Монах. В глазах ее полыхало зеленое пламя, Кейн ужасно разозлил ее. Она схватила его за руки, подалась вперед и прошипела:

– Я слышала, что Дикарь никогда ни за что не отказывается от данного слова!

– Вас обманули.

Они застыли буквально нос к носу. Кейн изо всех сил пытался сосредоточиться, однако в голове у него мутилось – пахнуло свежестью и ароматом прелестного женского тела.

Джейд в ярости тряхнула головой, а Кейн буквально лишился дара речи – ни разу в жизни женщина не отваживалась ему противоречить. Ха, да любая светская львица превращалась в ласковую кошечку, стоило Кейну только сощуриться от неудовольствия. Однако на сей раз все было по-другому: она не боялась его, схватилась с ним на равных. Внезапно маркизу неудержимо захотелось рассмеяться, правда, не понятно почему.

– Вы действительно заслужили виселицу, – выпалила она. – Так ловко меня одурачить! А по виду не скажешь, что вы негодяй и трус!

Она попыталась было отодвинуться, но теперь уже Кейн ухватил девушку за руки и наклонился к ней так, словно собирался поцеловать:

– Но ведь я – пират, мадам. А пираты как раз и славятся тем, что они негодяи и трусы.

Он ожидал в ответ новую гневную отповедь. Вместо этого Джейд ударилась в слезы, что для Кейна стало полнейшей неожиданностью.

Пока он добывал из кармана носовой платок, Монах проворно подскочил к ней и принялся утешать.

– Ну, ну, мисс, не надо плакать, – бормотал он, легонько похлопывая ее по плечам.

– Это все он, – всхлипывала она. – И всего-то попросила его о маленькой услуге. Одна-единственная несчастная просьба – мог бы выполнить ее в один момент, – так нет, он не пожелал! А я даже согласилась подождать, пока он покончит с выпивкой, – все горестнее причитала Джейд. – И плата-то ведь хорошая!…

Монах не сводил с Кейна укоризненного взгляда:

– Совсем вы разобидели малышку. Прямо сердечко ей разбили!

Трактирщик выхватил у Кейна платок и принялся суетливо вытирать слезы Джейд.

– Все будет хорошо, мисс, – приговаривал он.

– Нет, не будет, – упрямилась она. – Если хотите знать, я еще ни разу в жизни никого ни о чем не просила! Я впервые унизилась до такого – и вот пожалуйста! Никто больше не желает жить честно! Нет, конечно, лучше воровать, чем честно зарабатывать! А ведь это очень стыдно, правда, Монах?

Кейн был настолько ошеломлен, что не мог вымолвить ни слова. Он и сам не знал, чего хочет больше: заключить ее в объятия и попытаться утешить или же схватить за плечи и трясти, пока не вышибет дух. Однако в одном он был вполне уверен: если Монах так и будет продолжать, то он расквасит ему нос.

– Миледи, это ведь и впрямь бесчестно – взять у женщины деньги да еще и прикончить ее, – возражал Монах. Он вновь похлопал ее по плечу, стараясь привести в чувство.

– Да нет же, очень даже честно, – не унималась Джейд, – раз женщина сама того хочет.

– А в ее словах есть резон, верно? – спросил Монах у Кейна, нерешительно теребя брови.

– Во имя всего свя… Что это вы делаете? – Кейн рванулся к Джейд, увидев, что она принялась собирать деньги.

– Ухожу, – заявила она. – Извините, что побеспокоила, Дикарь, Кейн или как там вас на самом деле, – прошептала она. Она завязала шнурок на кошельке и сунула его в карман. Кейн окликнул ее уже у самой двери:

– И куда же вы направляетесь?

– Это вас не касается, – отвечала она. – Но поскольку я не такая невежа, как вы, сэр, то я отвечу. Я собираюсь поискать кого-нибудь несговорчивее. Не бойтесь, сэр, я добьюсь своего. Еще не кончится эта темная ночь, как я найду своего убийцу.

Он тотчас преградил ей путь, схватив за плечи и заставив развернуться.

Впрочем, стоило ему к ней прикоснуться, как она снова ударилась в слезы. Удивленный и растерянный, маркиз, не в силах более противиться порывам, что было силы сжал ее в объятиях.

Именно эта медвежья ласка сломила сопротивление девушки. Джейд разрыдалась у него на груди, громогласно всхлипывая и в промежутках извиняясь за свое недостойное поведение.

Кейн терпеливо дожидался своего часа. Увещевать ее сейчас не имело смысла: она вряд ли расслышит хоть слово сквозь свои стоны и рыдания. Джейд же не переставала укорять его.

Боже, какое у нее нежное тело! На удивление нежное! Вообще-то женские слезы только раздражали Кейна, но на сей раз он обнаружил, что совершенно не желает отпускать эту малютку.

А она вдруг принялась икать, словно напившийся допьяна крестьянин. Самый подходящий момент для уговоров.

– Джейд, не сомневаюсь, вы сильно преувеличиваете грозящую вам опасность, – проговорил Кейн низким голосом. – Погодите, вот наступит утро, и вы поблагодарите меня, что я воспрепятствовал вашим замыслам.

– К утру я уже буду мертва, – простонала она.

– Ничего подобного. – Он крепче прижал ее к себе. – Я не дам и волосу упасть с вашей головки. Вряд ли вы действительно так уж хотите умереть.

– Друзья моего брата будут сильно скорбеть обо мне, – подтвердила она.

– Могу себе представить, – сухо ответил Кейн.

– Но ведь у меня недостанет сил с ними бороться. Такие ужасные негодяи. Боюсь, они воспользуются мной, прежде чем убить. Я не хочу так умирать. Это слишком недостойно.

– Умирать с достоинством? – переспросил Кейн. – Да вы прямо как солдат перед боем!

– Не хочу, чтобы меня считали трусихой.

– А ваш брат Сможет помочь вам, когда вернется?

– О да, – подтвердила Джейд. Она прижалась к нему щекой. – Натан не допустит, чтобы со мной что-то случилось. С того самого дня, как умер папа, он стал моим защитником. Мой брат – чрезвычайно сильный человек.

– Ну так я позабочусь о вашей безопасности до его возвращения. Даю слово.

Прошло несколько томительных мгновений, прежде чем Кейн дождался ответа. Видимо, Джейд просто онемела от благодарности. Она отодвинулась наконец и заглянула ему в глаза, вне себя от ярости:

– Вы уже нарушили однажды данное мне слово, сэр. Пообещали убить меня и тотчас передумали!

– Это совсем другое дело, – возразил он.

– И вы в самом деле имели в виду именно то, что сказали?

– Да, я именно это имел в виду, – подтвердил он. – Можете не сомневаться, что будете в безопасности на протяжении двух недель, до возвращения вашего брата. Ведь речь шла о двух неделях, не так ли?

– Возможно, он прибудет раньше, – подкупающе серьезно ответила она. – Но ведь вы – пират, и вам может быть попросту некогда заботиться обо мне целых две недели. За вашу голову обещана награда. И я не желаю нести ответственность, если из-за меня вас убьют.

– Не стоит сомневаться в моих возможностях.

– Ничуть не сомневаюсь, – сообщила она, – потому что вообще не собираюсь об этом размышлять. Вы ведь минуту назад сами признались, что во всех этих слухах о вас нет ни слова правды. Может, у вас даже нет привычки класть на подушку своей жертвы – белую розу?

Кейн вновь не на шутку встревожился.

– Не стоит так уж разочаровываться.

– Но я уже разочаровалась! – вскричала она. – Вы настоящий обманщик. Да к тому же не производите впечатления человека, способного противостоять моим врагам. Вы станете для них отличной мишенью, Кейн. Вы ведь такой… большой. Извините, но, видимо, я зря на вас рассчитывала.

Кейн, застигнутый врасплох такой отповедью, едва не позволил ей уйти. Он перехватил Джейд уже за порогом, затем зажал ее под мышкой, словно какой-то тюк с тряпьем, и обратился к Монаху:

– Не хотелось бы, чтобы ты разболтал в округе о случившемся. Обещай мне молчать.

– С какой это стати он должен давать слово, если вы сами с легкостью отказываетесь от него? Джентльмен никогда не требует более того, на что способен сам, сэр. Разве вас не учили хорошим манерам? – съязвила Джейд.

– Ах, Джейд, – вздохнул он, – в этом-то все и дело. – И, любуясь ею, он легонько дотронулся до ее щеки. – Я ведь всего лишь пират, помните? А это совсем иное дело.

Она на миг затаила дыхание. Скорее даже растерялась. И Кейн просто терялся в догадках по поводу столь странной смены настроения. Но стоило ему отнять руку, как она тотчас очнулась и принялась вырываться.

– Да, уж совсем иное дело, – пропыхтела она. – Лучше скажите, если я как следует разозлю вас, сможете ли вы в при ступе ярости убить меня?

– Пожалуй, – ответил он.

– Немедля отпустите меня! Вы не имеете права ко мне прикасаться!

– Но тогда как же, черт побери, я, по-вашему, смогу ваг убить?!

Девушка ничуть не смутилась.

– Вы просто воспользуетесь пистолетом. – И, подозрительно покосившись на Кейна, поинтересовалась:

– У вас ведь непременно найдется пистолет, не так ли?

– Безусловно, – подтвердил он. – И где…

– Одним метким выстрелом, прямо в сердце, – перебила она. – Правда, надо будет целиться как можно тщательнее. Не люблю проволочек.

– Конечно, – отвечал он. – Никаких проволочек и не предвидится.

– Как вы смеете?! Мы, между прочим, обсуждаем подробности моей смерти! – возмутилась она.

– О, я и не думаю шутить, – возразил он. – Сказать по чести, я снова начинаю злиться. Ответьте, а не должен ли я предварительно вас изнасиловать?

Она чуть не задохнулась от такой наглости.

– Абсолютно исключено.

– Какая жалость, – задумчиво ответил Кейн, совершенно не обращая внимания на ее гнев.

– Сэр, а ваши родители случайно не были братом и сестрой? Вы ведете себя, как совершенный простофиля. Кажетесь одновременно и прирожденным идиотом, и самым хладнокровным человеком на свете. Я нахожу ваше поведение позорным.

Во взоре ее пылало негодование. Кейну еще никогда не доводилось встречать столь выразительных зеленых глаз. Казалось, тысяча чистейших изумрудов отдала этим глазам свою яркость и блеск.

– Но я по-прежнему сомневаюсь, что вам действительно угрожает смертельная опасность, – возразил он. – Возможно, это всего лишь плод вашего чересчур живого воображения.

– Вы мне отвратительны, – прошипела она. – А что до вашего идиотского мнения, так мне на него…

– Джейд, отложим ссоры на потом. У меня сейчас не то настроение. Кроме того, я больше слышать не желаю о вашем убийстве. И если вы по-прежнему будете на меня так смотреть – клянусь, мне придется вас поцеловать.

– Поцеловать?! – Она явно растерялась. – С чего бы это, скажите на милость?

– Мне это только что пришло в голову.

– Самонадеянный нахал…

– Вы клевещете на меня, милочка.

Она не нашлась с ответом. Не спуская с нее глаз, Кейн снова обратился к Монаху:

– Так клянешься молчать, Монах?

– Конечно, Кейн, но ведь мы оба знаем вашего друга, Лайона. Он наверняка заявится сюда уже завтра днем и, заранее предупреждаю, выжмет из меня все до капли.

Кейн кивнул. Маркиз из Лайонвуда был его лучшим другом. На него всегда можно было положиться.

– Да, он, несомненно, во всем разберется, – согласился Кейн. – Однако он будет держать в тайне все, что сумеет разузнать обо мне. Впрочем, можешь рассказать ему сам. Но больше ни одной живой душе – даже Рону, – добавил Кейн, вспомнив о ближайшем приятеле Лайона. – Рон чересчур болтлив.

Монах, кивнув, ответил:

– Но умоляю вас, Кейн, дайте мне знать, чем закончатся злоключения маленькой леди.

– Монах! – внезапно вмешалась Джейд. – У вас, случайно, не найдется пистолета?

Чертовски невинно! Но Кейн без труда разгадал, что у нее на уме.

– У него нет, и он не захочет, – безапелляционно отчеканил он.

– Чего это у меня нет и я не захочу? – поинтересовался Монах.

– Нет пистолета, и ты не захочешь ее убивать.

– Ну конечно, нет, – подтвердил Монах. – Кейн, но вы ведь не забыли про ловушку? – Он нехотя отвел взгляд от красавицы Джейд.

– Не забыл, – отозвался Кейн. И перевел разговор:

– Ваша карета вернется за вами?

Она явно не на шутку разозлилась.

– Я наняла извозчика, – процедила она, – поскольку не собиралась нынче вечером возвращаться к себе. – Она вырвалась из рук Кейна и подхватила стоявший на обочине большой серый саквояж. – Здесь все мои вещи. Я приехала сюда прямо из деревни.

– И оставили саквояж посреди дороги, чтобы его кто-нибудь украл?

– Было бы неплохо, – заявила она таким тоном, словно читала лекцию нерадивым студентам. – Пусть бы моя одежда согрела чью-нибудь бедную душу. Ведь вряд ли она понадобится мне после…

– Хватит! – рявкнул Кейн. – Перестаньте болтать про убийство.

Кейн ухватил ее за волосы Она пронзительно взвизгнула, и в ту же секунду он заметил изрядную шишку у нее над ухом.

– Боже милостивый, Джейд, как это вас угораздило?

– Не трогайте, – велела она, когда Кейн попытался пощупать опухоль. – Мне все еще больно.

– Надо думать, – пробормотал он, опуская руку. – И как такое могло случиться?

– Я зацепилась каблуком за ковер в доме брата, свалилась с лестницы и со всего маху ударилась о перила. Да так, что у меня даже паруса обвисли!

Обвисли паруса? По меньшей мере странно слышать такое из уст девицы, но сейчас у него не было времени на раздумья.

– Хорошо хоть не насмерть, – заметил он. – И часто вы так беспечны?

– Нет, я всегда очень осмотрительна, – возразила она, – и веду себя, как истинная леди. Сударь, вы несносный грубиян, – с гримаской добавила она.

– А что случилось потом? – вмешался Монах.

– Я отправилась на прогулку, подышать свежим воздухом, – пожала плечами Джейд. – Ну и они, конечно, кинулись за мной.

– Конечно? – переспросил Монах.

– Они? – в унисон ему подхватил Кейн. Она сердито нахмурилась.

– Ну те, кто у меня на глазах убил с виду порядочного джентльмена, – пояснила она. – Боже мой, до чего же вы невнимательны. Ведь я наверняка уже говорила об этом!

– Готов поклясться в обратном. – Монах отрицательно покачал головой. – Иначе я бы обязательно запомнил этот важный факт.

– Вы стали свидетельницей убийства? Нет, Джейд, будь я проклят, если вы об этом упомянули.

– Ну значит, я только собиралась, – пробормотала девушка. Скрестив руки на груди, она вновь недовольно поморщилась. – И я обязательно бы все вам рассказала, если бы вы не морочили мне голову бесконечными спорами. Так что не обессудьте – сами виноваты в том, что я потеряла нить повествования. Да, именно вы виноваты.

– Вы увидели это жуткое зрелище до или после того, как разбили голову? – уточнил Кейн.

– Я не разбивала голову, – фыркнула Джейд. – И это случилось до того, нет, кажется, после. По крайней мере я так считаю. Ох, даже вспомнить толком не могу. Голова просто раскалывается от боли. Прекратите же свои расспросы, сэр.

– Ну, теперь-то все ясно. – Кейн обернулся к трактирщику и тотчас снова спросил Джейд:

– Во время несчастного случая вы были в этом плаще, не так ли?

– Да. – Она явно смешалась. – Но какое…

– Вы изорвали плащ и разбили лицо во время падения, не так ли?

Уловив в его тоне нотки снисходительности, она негодующе взорвалась:

– Скажите толком, что, по-вашему, вы начинаете понимать?!

– Да это же так просто, Джейд, – ответил Кейн. – У вас серьезная травма головы, и теперь вы не в состоянии рассуждать логически – хотя, по-моему, женщины вообще на это не способны. Следовательно, вам не помешает немного отдохнуть, после чего вы поймете, что ваш рассудок сыграл над вами злую шутку. Полагаю, самое большое беспокойство вам причиняет лишь выбор наряда для очередного бала.

– Я в здравом уме! – вскричала она.

– У вас сотрясение мозга.

– Ничего подобного!

– Не надо так кричать, – велел Кейн. – Вы сейчас не в том состоянии, чтобы вступать в споры. Подождем, пока вам станет лучше.

– Он прав, мисс, – негромко шепнул Монах. – Если вы и правда видели, как убивали знатного джентльмена, то слухи об этом вскорости дойдут и до нас. А сейчас прислушайтесь лучше к Кейну. Он плохого не присоветует.

– Но если вы считаете, что я всего лишь вообразила грозящую мне опасность, то не станете меня защищать?

– Напротив, – возразил Кейн. – Теперь я точно знаю, от кого именно вас защищать. Нравится вам это или нет, но вы пока весьма опасны. И я лишь сделаю доброе дело, не бросив вас на произвол судьбы. – Он улыбнулся и добавил:

– Полагаю, что защищаю вас от себя самой, Джейд. Ну а теперь давайте сюда саквояж.

Она рванулась вперед, стараясь не выпустить ручку саквояжа, и устроила целую битву. Выиграл Кейн.

– Ради Бога, что у вас там такое? – удивился он. – Весит больше, чем вы сами!

– Там все, что у меня осталось, – отрезала она. – И если для вас это слишком тяжело, я с радостью понесу сама. Кейн только покачал головой:

– Идемте же. Моя карета в двух кварталах отсюда. Надо же вам наконец предоставить ночлег и крышу над головой.

– Что за ночлег, Кейн? – Джейд застыла на месте. Он вздохнул так тяжко, что разжалобил бы кого угодно.

– Ваша девственность не пострадает. Я никогда не интересовался девственницами, к тому же вы меня совершенно не привлекаете.

Он надеялся, что она успокоится от такого откровенного заверения, однако, конечно же, лукавил. Он действительно не прочь был поцеловать девушку, но стоит ли платить такую высокую цену за несколько мгновений благословенного молчания?

– Что, еще одно маленькое правило? – осведомилась вконец шокированная Джейд. – Не брать девственниц к себе в постель?

– Вот именно, – отвечал он. – А кроме того, мне в постели ни к чему рехнувшиеся бабы, в особенности те, которые мне не нравятся. Так что, милая, я для вас совершенно безобиден.

Во время всей этой возмутительной тирады Кейн рискнул еще изобразить двусмысленную улыбку.

– Похоже, скоро вас возненавижу, – процедила Джейд. – Ну, черт вас возьми, со своей стороны, я для вас тоже совершенно безобидна. И не позволю и пальцем к себе прикоснуться. Более того, если вы не перестанете издеваться, я начну кричать что есть мочи – до тех пор, пока не сбегутся все полицейские и не схватят вас, Дикарь!

– Я не Дикарь.

– Что?..

Она едва удержалась на ногах. Кейн вовремя подхватил девушку.

– Я не Дикарь, – повторил он.

– Так кто же вы?!

Джейд не позволила ему помочь ей подняться в карету, желая прежде услышать ответ на вопрос. При этом она весьма решительно высвободилась.

Кейн подчинился, молча поставив в карету ее багаж.

– Мое настоящее имя – Кейн. Я – маркиз из Кейнвуда. Теперь вы наконец подниметесь? Здесь не время и не место для подобных дебатов. По дороге обсудим все, что вы хотите.

– Обещаете?

Судя по ее виду, она не очень-то ему поверила.

– Как вам не стыдно, Кейн! Все это время вы старались изображать из себя честного пирата.

– Какими бы невероятными качествами ни обладал этот негодяй, честность не входит в их число, Джейд.

– Да откуда вы знаете, правда это или ложь? – возмутилась она. – Держу пари, вы ни разу в жизни в глаза его не видали! Неужели ваша собственная жизнь оказалась столь неудачной, что вам пришлось претендовать на…

Кейн что было силы схватил ее за руку и сверкнул глазами, да так, что слова застряли в глотке Джейд. Он с отвращением вытащил белую розу из петлицы и швырнул ее на дорогу, а потом совсем не по-джентльменски чуть ли не зашвырнул Джейд в экипаж.

Они тут же тронулись в путь. Джейд почувствовала некоторое облегчение.

Он, в свою очередь, не мог заметить ее довольной улыбки.

Какое-то время они молчали. Джейд пыталась собраться с духом, Кейн старался справиться с приступом негодования.

– Зачем же вам выдавать себя за Дикаря?

– Чтобы выследить.

– Но зачем?

– Позже! – рявкнул он. – Всему свое время! Своим грозным тоном он надеялся запугать и заставить ее замолчать, но жестоко ошибся.

– Вы разозлились, потому что из-за меня вам пришлось прервать свою охоту?

Маркиз с шумом выдохнул.

– Вы не сможете мне помешать, Джейд. Я просто отвлекусь на время, разберусь с вашими проблемами, а затем вернусь к своим делам. Не беспокойтесь, я обязательно доведу все до конца.

О, ее это совершенно не беспокоило, хотя она ни за что на свете не призналась бы в этом Кейну. Ведь он довел свое дело до конца: сидел в таверне, чтобы выманить Дикаря на свет Божий.

И ему это определенно удалось.

Она же прекрасно справилась со своей задачей. Брат будет весьма доволен ею.

Глава 3

Слезы оказались чудесной находкой. Правда, Джейд не меньше Кейна удивилась такому неожиданному проявлению собственных эмоций. В ее планы не входили подобные примитивные уловки, но стоило ей заметить, как он растерялся при виде столь расстроенной женщины, как слезы полились сами в три ручья. Кейн выглядел таким беспомощным. Правда, плач по команде требовал некоторых усилий над собой, однако она успешно справилась с этой проблемой, причем довольно быстро. Ха, оказалось, она способна закатить истерику по всей форме, не успеет джентльмен и глазом моргнуть.

Она совершенно не стыдилась своего притворства. В отчаянной ситуации приходится идти на отчаянные меры – только и всего. Так, во всяком случае, любил говаривать Черный Гарри. Да, приемного дядю наверняка позабавит ее рассказ. За все проведенные вместе годы он ни разу не видел ее плачущей – даже когда его завзятый враг, Мак-Киндри, порол ее кнутом. Каждый удар нестерпимо обжигал ее, но она даже не всхлипнула. Впрочем, Гарри вышвырнул Мак-Киндри за борт, причем, разъяренный не на шутку, выпрыгнул следом, жаждая прикончить негодяя. К несчастью, Мак-Киндри оказался более искусным пловцом, он удрал и, по слухам, скрывался сейчас где-то во Франции.

Конечно, Черный Гарри опять разозлится, он просто шкуру с нее сдерет, это точно. Но ведь она никак не могла поделиться с ним своими планами. Не хватило бы времени добраться до их острова и рассказать о своем решении, а тут каждая минута дорога. И ставкой в игре была жизнь Кейна.

Джейд знала всю подноготную маркиза. Несмотря на цинизм и грубость, Кейна нельзя было назвать бесчестным. Джейд прочла его досье от корки до корки и хранила в памяти все строчки до единой. Обладая уникальной способностью мгновенно и с первого раза запоминать прочитанное, она не раз пользовалась этим.

Раздобыть впечатляющие рапорты Кейна в Военный департамент оказалось весьма нелегкой, но отнюдь не невыполнимой задачей. Информация хранилась под замком и тщательно охранялась. Однако для Джейд вопросом чести было управиться с любым запором. И с третьей попытки она сумела-таки завладеть личным делом Кейна.

Тем не менее во всей этой информации и намека не было на то, что их автор дьявольски красив. В оценках его деятельности то и дело мелькало словечко «безжалостный», однако ни разу не упоминалось «неотразимый» или хотя бы «привлекательный». Кроме того, в досье не упоминалось и о его геркулесовом телосложении.

У Джейд мурашки по спине пробежали, когда она вспомнила его псевдоним. Охотник! Ознакомившись с досье до конца, она поняла, что его назвали так по праву. Кейн никогда не сбивался со следа. Однажды он с риском для жизни преследовал противника, проявляя терпение и упорство, достойные древних героев. И добился победы.

Кейн оставил службу сразу же, как только узнал о гибели своего брата Колина. Согласно последнему отчету непосредственного начальника Кейна, некоего сэра Майкла Ричардса, отец полностью одобрил отставку сына. Герцог Вилльямширский, потеряв одного сына, вовсе не намеревался потерять и другого. Кроме того, сэр Ричардс сообщал, что вплоть до самой гибели брата Кейн и не подозревал, что они оба работают на одно ведомство.

Колин с Кейном выросли в большой семье: кроме них было еще четыре сестры. Кейн был старшим ребенком.

Все дети как один готовы были защищать друг друга. Кейн же был защитником по натуре. Джейд не интересовало, достоинство это или недостаток, она просто воспользовалась этим качеством, чтобы добиться своего.

Кроме того, она была готова к тому, что Кейн ей понравится. Как-никак, он был родным братом Колина, а к Колину она искренне привязалась с того самого момента, как выловила его из волн, а он все твердил, чтобы она сначала спасала своего брата. Да, она предполагала, что Кейн ей понравится, но полной неожиданностью для нее оказалось то неудержимое физическое влечение, которое разбудил в ней этот мужчина. Она впервые не на шутку встревожилась, ведь при малейшей возможности Кейн способен одержать над ней верх.

Она старательно оборонялась, пытаясь вызвать неприязнь Кейна. Ревела перед ним, словно младенец, понося все и вся. Ведь большинство мужчин ненавидят истеричек. По крайней мере Джейд сильно на это надеялась. Обстоятельства складывались так, что предстоящие две недели ей придется провести бок о бок с Кейном, затем она вернется к прежней жизни – ну а он, возможно, снова ударится во все тяжкие.

Главное, выказать себя беспомощной, чтобы он защищал ее. Только таким путем можно было его спасти. Впрочем, Кейн все равно оставался весьма опасным человеком. Прошлое развило и отточило в нем инстинкты хищника. Посему Джейд приказала своим людям дожидаться ее поблизости от загородного дома Кейна, скрыться в окрестных лесах. А когда она окажется в поместье, охранять таким образом Кейна с тыла.

Причиной всей этой суеты, безусловно, послужили письма, и Джейд без конца сетовала, что вообще сподобилась их показать. – Однако что сделано, то сделано. Сожалеть и жаловаться еще хуже. Обратного пути нет. Она сама заварила эту кашу, показав письма своему брату, и не собиралась идти на попятную.

Джейд усилием воли отогнала беспокойные мысли. Кейн непозволительно долго предоставлен самому себе! Решительно, молчание сейчас являлось ее первейшим врагом. Надо рассеять настороженность Кейна… отвлечь его.

– Кейн? А что вы…

– Тсс, милочка, – зашипел он. – Слышали…

– Этот странный скрип? Я как раз о нем и хотела спросить.

– Пожалуй, очень похоже на стук жерновов… Миллер, – окликнул Кейн возницу, – останови карету.

Но экипаж уже остановился – отскочило заднее колесо. Джейд едва не оказалась на полу, к счастью, Кейн подхватил ее. Несколько мгновений он крепко обнимал девушку, а потом прошептал:

– Чертовски не вовремя, вам не кажется?

– Не исключено, что это ловушка, – тоже шепотом ответила она.

– Сидите здесь, Джейд, – приказал Кейн, игнорируя ее замечание, – посмотрим, что можно предпринять.

– Осторожнее, – предостерегла она, – вдруг вас подкарауливают.

– Ладно, – вздохнув, пообещал он, распахивая дверцу. Джейд незаметно выскользнула следом. Возница спустился с козел и стоял возле хозяина.

– Никак не ожидал такого, милорд. Ведь я каждый раз перед поездкой осматриваю колеса!

– Я ни в чем не виню тебя, Миллер, – успокоил его Кейн. – Слава Богу, карета застряла возле обочины и можно оставить ее здесь до утра. Распрягай, я…

Кейн от удивления осекся. Рядом оказалась Джейд с весьма грозно блестевшим кинжалом в руках. Он едва сдержался, чтобы не расхохотаться.

– Уберите-ка его подальше, Джейд! Не дай Бог, еще поранитесь.

Она сунула клинок в потайной карман.

– Кейн, торчать, как вы, на дороге, значит превратиться в отличную мишень для любого грабителя.

– Вернитесь в карету.

– Миллер? – Она сделала вид, что не слышала. – Как по-вашему, кто-то нарочно испортил колесо?

– Похоже, что так, – пропыхтел возница, склонившись над осью. – Милорд, кто-то выбил чеку! Взгляните на эти царапины!

– И что мы теперь будем делать? – обратилась Джейд к Кейну.

– Мы с вами поедем верхом.

– А как же бедняга Миллер? Они ведь могут напасть на него!

– Со мной ничего не случится, мисс, – вмешался возница. – У меня припасена полная фляга бренди, я заберусь в карету и дождусь Броли.

– Кто такой Броли? – спросила она.

– Один из тигров, – пояснил Миллер.

– У вас что, приятели среди зверей? – смешалась Джейд.

– Броли работает на меня, – с улыбкой сказал Кейн. – Я расскажу о нем позднее.

– Лучше всего просто нанять экипаж, – заявила девушка. Скрестив руки на груди, Джейд пояснила:

– Таким образом мы уберемся отсюда все вместе и не будем беспокоиться о бедном Миллере.

– В такое время? Сильно сомневаюсь, что нам удастся разыскать экипаж.

– А как насчет уютной харчевни Монаха? – не унималась она. – Разве нельзя вернуться туда и дождаться рассвета?

– Вряд ли, – ответил Кейн. – Монах наверняка уже запер заведение и отправился домой.

– Да и к тому же мы уже слишком далеко отъехали от таверны, миледи, – вставил Миллер.

Пока возница распрягал лошадь, Джейд схватила Кейна за руку и притянула к себе.

– Кейн! – шепнула она.

– Да?

– По-моему, я знаю, что случилось с вашим замечательным колесом. Наверное, это те же самые люди, которые…

– Тише, – приглушенным голосом скомандовал он. – Все будет в порядке.

– Да откуда вы знаете?!

В голосе ее звучал неподдельный испуг. Кейну захотелось утешить бедняжку.

– Инстинкт меня еще никогда не подводил, – сказал он. – Милочка, не позволяйте разыгрываться вашему воображению. Это…

– Слишком поздно, – возразила она. – О Боже, плоды моего воображения вновь меня настигли!

В тот же миг грохнул выстрел, и она, рванувшись к Кейну, отпихнула его в сторону.

Пуля едва не угодила ему в голову. Как ни крути, получалось, что Джейд только что спасла ему жизнь, хотя он ни за что бы не поверил, что она сделала это намеренно.

Схватив ее за руку, Кейн повелительно окликнул Миллера и пустился бежать. При этом он умудрялся все время прикрывать Джейд своей широкой спиной.

Выстрелы грохотали один за другим. Явственно слышался шум погони.

Джейд вскоре совершенно потеряла представление о том, где они. Кейн же, судя по всему, отлично ориентировался. Они бежали по каким-то темным аллеям и узеньким улочкам, пока она окончательно не выдохлась. Она без сил прислонилась к нему, и он, подхватив ее на руки, не снижая скорости, понесся дальше.

Преследователи давно уже отстали, а он все еще бежал. Только посреди моста через Темзу Кейн позволил себе передышку.

Он остановился, прислонившись к обшарпанным каменным перилам, по-прежнему прижимая к груди Джейд.

– Еле ушли. Черт побери, нынче ночью инстинкт впервые подвел меня. Я и не заметил, как они подобрались.

Судя по его речи, он ничуть не запыхался. Джейд поразилась такой выносливости. Подумать только, у нее самой сердцебиение еще не унялось.

– Вам нравится бегать ночными аллеями, Кейн? – поинтересовалась она.

– Нет, с чего вы это взяли? – Вопрос явно показался ему странным.

– Вы даже не запыхались, – ответила она. – А ведь смерть гналась за нами по пятам. Вы прекрасно знали, куда бежать, не так ли?

– Смею думать, так. – Он пожал плечами, от чего едва не уронил ее с моста. Девушке пришлось обхватить его за шею. Только тут до нее дошло, что Кейн по-прежнему держит ее на руках.

Не могли бы вы опустить меня на землю? Уверена, что они нас потеряли.

– Сомневаюсь, – возразил Кейн.

– Я уже объясняла вам, что не люблю чужих прикосновений, сэр. Отпустите меня. – Она внимательно вгляделась в него. – Вы считаете, что инстинкт подвел вас из-за меня, не так ли?

– Нет, Джейд, я ни в чем вас не виню. Вы задаете чертовски глупые вопросы.

– Я вовсе не собираюсь с вами пререкаться. Можете просто попросить прощения.

– Прощения? – не поверил он своим ушам. – Это еще за что?

– За то, что сочли больным мое воображение, – пояснила она. – За то, что сочли меня помешанной, и более всего за ту непозволительную болтовню в моем присутствии.

Он и не подумал извиняться, просто молча улыбнулся. На его щеке появилась удивительно милая ямочка. Сердце Джейд на мгновение замерло, а потом забилось чаще обычного.

– Мы стоим посреди моста в самой злачной части Лондона, за нами гонится банда головорезов, и все, о чем вы способны думать, – это добиться от меня извинений. Вы, милочка, и впрямь сошли с ума.

– Зато я никогда не забываю попросить прощения за свою оплошность, – отчеканила она.

Он посмотрел на нее сверху вниз, не в силах скрыть изумления. Боже, до чего же красив этот разбойник! Резкие черты лица его смягчились в лунном свете, но он почему-то опять нахмурился.

А ей, честно говоря, больше всего на свете хотелось, чтобы он еще раз улыбнулся.

– Джейд, вы умеете плавать?

Она завороженно следила за его губами, впервые в жизни увидев такие восхитительно белые зубы.

– Вы умеете плавать? – снова спросил он, встряхнув ее. Правда, теперь его голос звучал значительно мягче.

– Да, – ответила она, зевая неприлично широко для настоящей леди. – Умею. А почему вы спрашиваете?

Вместо ответа он перекинул ее через плечо и стал перелезать через перила.

Концы ее длинных волос с успехом наводили блеск на его туфли. У нее захватило дух, но она моментально овладела собой.

– Что, черт бы вас побрал, вы себе позволяете?! – вскричала она и невольно вцепилась что было сил в фалды его сюртука. – Отпустите!

– Они перекрыли нам все лазейки, Джейд. Наберите побольше воздуха, милочка. Я буду рядом.

Она испустила яростный вопль, и многократное эхо подхватило его в чернильной тьме в тот самый миг, когда Кейн сбросил ее в воду.

И вот они уже летят, словно два лепестка, подхваченные ветром. Джейд едва успела захлопнуть рот, как ледяные волны сомкнулись у нее над головой. Она тут же вынырнула на поверхность и принялась отфыркиваться, но тотчас закрыла рот, уловив окружавшее зловоние.

Утонуть в такой отвратительной жиже?! Нет, она собиралась выплыть во что бы то ни стало – иначе как же ей удастся утопить в этих помоях своего новоявленного защитничка?

Вдруг она задела что-то ногой и пришла в неописуемый ужас. В нынешнем смятенном состоянии ничего не стоило вообразить, что на нее набросилась акула.

Кейн тотчас обхватил ее за талию и несколькими быстрыми гребками увлек под мост и дальше, прочь от гнавшихся за ними убийц.

Она попыталась вцепиться в его плечи.

– Не суетитесь, – приказал он. Джейд сжала ему горло.

– Акулы, Кейн, – прохрипела она. – Сейчас они нападут на нас.

– Здесь нет акул, – ответил он. – В такой воде вообще никто не выживет.

– Вы уверены?..

– Уверен, – подтвердил он. – Сожмите пальцы чуть-чуть сильнее, милочка, и тогда вы навеки останетесь в этой клоаке.

Его безапелляционность подействовала на нее успокаивающе. Она слегка ослабила хватку, точнее говоря, теперь она душила его вполсилы.

Они спустились вниз по течению извилистой реки не менее чем на милю, когда наконец Кейн выпихнул ее из воды на поросший травой берег. Джейд была слишком мокрой и несчастной, чтобы тут же выложить свое мнение о его поведении.

– От меня несет тухлятиной… – еле слышно пробормотала она, горестно всхлипывая.

– Верно подмечено, – подтвердил Кейн. Он явно забавлялся.

– Но и вы тоже воняете, вы… притворщик!

– Притворщик? – Он сбросил с себя сюртук. – Что вы хотите этим сказать?

Джейд пыталась хоть как-то отжать подол платья. Мокрые волосы закрывали глаза.

– Напрасно вы прикидываетесь невинной овечкой! – заявила она.

Наконец она смирилась с горестным фактом, что отныне платье гораздо тяжелее ее самой. Обхватив себя руками за плечи, Джейд попыталась хотя бы чуть-чуть согреться. Дрожащим голосом она продолжила:

– Вы пытались притвориться пиратом, Дикарем. А вот он ни за что бы не бросил в Темзу прирожденную леди.

– Я сделал то, что посчитал наилучшим в сложившихся обстоятельствах.

– Мой плащ утонул. – Сия новость сопровождалась горестным стоном.

– Я куплю вам новый.

– Но ведь в нем осталось мое серебро, – не унималась она. – Ну?

– Что ну?

– Ступайте достаньте его!

– Что?!

– Ступайте достаньте его, – приказала она вновь. – Я буду ждать вас здесь.

– Вы шутите?!

– Ничуть, – возразила она. – Мы проплыли немногим больше мили, Кейн. Вам совсем не трудно будет его отыскать!

– Нет!

– Ну пожалуйста!

– Я не смогу найти ваше серебро, – не сдавался он. – Оно давно уже в иле на дне реки.

– Теперь я нищая, и в этом виноваты вы. – Джейд принялась старательно тереть кулачками глаза.

– Прекратите, – приказал он. – Сейчас не время лить слезы и причитать, хотя, судя по всему, вы способны только на это. – Он улыбнулся, услышав ее возмущенное восклицание. Похоже, она уже пришла в себя. – Ваши туфли все еще на вас, или мне опять придется вас нести?

– Откуда мне знать? – спросила она. – Мои ноги совершенно утратили чувствительность.

– Так посмотрите, черт возьми!

– Да, черт возьми, – пробормотала она, исполнив его приказание. – Они еще на мне. Итак? – добавила она. – Вы собираетесь извиняться?

– Нет, – сдавленным голосом ответил он. – Не собираюсь. И потрудитесь сбавить тон, Джейд. Или вы хотите привлечь сюда всех лондонских головорезов?

– Нет, – прошептала она и придвинулась к нему поближе. – Кейн! А что бы вы стали делать, если бы я не умела плавать?

– То же самое, – последовал ответ. – Только тогда нам бы пришлось прыгать вместе.

– Но я вовсе не прыгала, – возмутилась она. – Ох, да какая теперь разница. Я совсем замерзла, Кейн. Что нам теперь делать?

– Прогуляемся до городского особняка моего друга. – Он взял ее за руку и увлек вверх по берегу. – До него отсюда ближе, чем до моего дома.

– Кейн, вы позабыли сюртук, – напомнила она.

И прежде чем он успел что-либо вымолвить, вернулась, подняла сюртук, отжала, насколько позволяли ее нежные пальцы, и поспешила обратно. Кейн обнял ее за плечи, пока она в который уже раз пыталась откинуть с лица мокрые волосы.

– Я, наверное, выгляжу просто ужасно?

– А воняете еще хуже, – ехидно ответил он и, ободряюще сжав ее плечи, добавил:

– Я бы сравнил этот запах скорее с гнилым мясом, нежели с тухлой рыбой.

Джейд поперхнулась, и Кейну пришлось зажать ей рот ладонью.

– Если вы вздумаете извергнуть свой ужин, я здорово на вас разозлюсь. У меня и так достаточно хлопот. Не смейте заставлять меня еще и печься о вашем здоровье!

Она изо всей силы стукнула его по руке, добившись свободы и очередного богохульства с его уст.

– Я вообще не ужинала, – возмутилась она. – Я хотела умереть на пустой желудок.

– У вас все еще есть такая возможность, – проворчал он. – А теперь помолчите. Какого дьявола вам приспичило помирать именно на пустой желудок? – не удержался он от любопытства.

– Некоторым от страха делается дурно. Вот я и опасалась, что тоже… прямо у вас на глазах… ох, не важно. Словом, я просто не желала предстать перед Создателем в испачканном платье, вот и все.

– И зачем я только спросил, – посетовал он. – Послушайте, у Лайона вы сможете принять горячую ванну. Сразу полегчает.

– Лайон – уж не тот ли это надоедливый приятель, о котором предупреждал Монах?

– Он вовсе не надоедливый.

– Монах сказал, что он наверняка докопается до всего, что случилось этой ночью, – возразила Джейд.

– Вы обязательно проникнетесь расположением к Лайону.

– Сомневаюсь, коль скоро его угораздило стать вашим другом, – съязвила она. – Однако я постараюсь.

В молчании они миновали несколько кварталов. Кейн был настороже, тогда как Джейд не испытывала ни малейшего беспокойства, хотя и прикидывалась испуганной.

– Кейн! А когда мы согреемся в горячих ваннах, что будем делать дальше?

– Вы подробно расскажете, что с вами случилось.

– Но я уже рассказывала! Вы ведь все равно не поверили?

– Нет, – признался он, – не поверил.

– И к тому же вы предвзяты ко мне, Кейн. Вряд ли вы поверите хоть слову из того, что я еще скажу. Так к чему же понапрасну тратить силы?

– Я вовсе не предубежден, – возразил он раздраженно.

Она в ответ отнюдь не интеллигентно фыркнула. Кейн вел ее все дальше и дальше через путаницу темных переулков. И когда они наконец остановились у крыльца внушительного особняка из красного кирпича, Джейд вымоталась настолько, что готова была расплакаться по-настоящему.

На настойчивый стук в дверь им отворил мрачный верзила с уродливым шрамом на лбу. Его подняли с постели, и он явно был не в восторге от этого. Джейд предпочла потеснее прижаться к Кейну.

Тот, кого Джейд приняла за Лайона, был одет в одни лишь черные брюки. Устрашающая гримаса моментально сменилась удивлением, стоило незнакомцу узнать посетителя.

– Кейн?! Ради всего святого, что могло… Заходи. – Он выскочил наружу и двинулся к Кейну, намереваясь пожать ему руку, но вовремя передумал, втянув аромат, исходивший от странной парочки.

Джейд в совершеннейшем смущении бросила на Кейна взгляд, полный укоризны, и вошла в переднюю с украшенным черно-белой мозаикой полом. По винтовой лестнице к ним торопливо спускалась белокурая красавица. Тут уж Джейд вообще почувствовала себя настоящей образиной.

Она беспомощно потупила взор, пока Кейн представлял их друг другу.

– Джейд, это Лайон и его жена, Кристина.

– Что случилось? – спросил Лайон.

Джейд резко развернулась, от чего во все стороны полетели грязные брызги, затем разгребла волосы на лице и заявила:

– Он сбросил меня в Темзу!

– Он… что? – переспросил Лайон, едва сдерживаясь от смеха, поскольку заметил в ее волосах нечто, весьма напоминающее куриную кость.

– Он сбросил меня в Темзу, – повторила она.

– Неужели? – ошеломленно воскликнула Кристина.

– Да, – ответила Джейд жене Лайона, – а кроме того, не захотел потом извиниться!

После чего девушка сочла за благо удариться в слезы.

– Это все он виноват! – хныкала она. – Сначала потерял колесо на карете, а потом потерял инстинкт самосохранения. Мой план был на самом деле намного лучше. Он просто слишком упрям, чтобы согласиться!…

– Не вздумайте начинать сначала! – предостерег Кейн.

– Почему ты сбросил эту бедняжку в Темзу? – сердито спросила Кристина. Она поспешила к Джейд, простирая руки. – Вы наверняка продрогли до костей, – с сочувствием добавила она. Приблизившись к Джейд, Кристина на миг замерла и подалась назад.

– В силу необходимости, – ответил Кейн. Он изо всех сил старался не встречаться с девушкой глазами.

– Я определенно его ненавижу, – сообщила та Кристине. – И меня не волнует, друг он вам или нет, – зарыдала она вновь. – Этот человек мерзавец!

– О да, он может вести себя как мерзавец, – согласилась Кристина. – Однако он все же обладает и рядом положительных качеств.

– Я не заметила пока ни одного, – горестно прошептала Джейд.

Кристина поморщилась, набрала в грудь побольше воздуха и обняла ее за плечи:

– Идемте со мной, Джейд. Сейчас быстренько отмоем вас дочиста. Лайон, ты бы разбудил слуг. Пусть помогут нагреть побольше воды. Кстати, у вас такое необычное имя, – вновь обратилась она к Джейд. – Очень милое.

– А он его высмеял, – прошептала Джейд нарочито громко, дабы расслышал Кейн.

– Я не высмеивал ваше имя! – взревел Кейн, прищурившись от негодования. – Господь свидетель, Лайон, эта женщина ни на минуту не перестает рыдать и жаловаться с того самого момента, как мы встретились!

Джейд всхлипнула погромче и позволила наконец Кристине увести себя.

– Вот видите, какой он грубиян, леди Кристина, – сказала Джейд. – А я всего лишь просила о ничтожной услуге.

– И он отказал? – поинтересовалась Кристина. – Это не похоже на Кейна. Обычно он весьма услужлив.

– Я даже предлагала заплатить ему чистым серебром, – сообщила Джейд. – А теперь я нищая! Кейн сбросил в Темзу и мой плащ, а деньги были в кармане!

Кристина покачала головой и полуобернулась, так что Кейн заметил неодобрение на ее лице:

– В крайней степени неучтиво с его стороны, не так ли? Женщины удалились по коридору под непрекращающиеся рыдания Джейд.

– О каком одолжении она тебя просила? – осведомился Лайон.

– Ничего особенного, – буркнул Кейн и наклонился, стараясь стянуть с ног полные воды туфли. – Она просто хотела, чтобы я ее убил, вот и все.

Лайон так и зашелся от хохота, но тотчас умолк, сообразив, что Кейн не шутит.

– Причем до рассвета, – добавил Кейн.

– Не может быть!

– И оказалась снисходительна настолько, что позволила мне сперва допить бренди.

– Чрезвычайно любезно с ее стороны. Мужчины обменялись улыбками.

– И вот теперь твоя жена считает меня чудовищем…

– Но ведь Кристина не знает, о какой услуге она тебя просила, дружище, – со смехом возразил Лайон. Кейн бросил туфли посреди холла.

– Но похоже, я еще могу услужить этой малышке, – проворчал он. – Черт, от моих любимых туфель ничего не осталось.

Лайон, прислонившись спиной к двери и скрестив на груди руки, следил за тем, как друг снимает рубашку.

– Нет, это не серьезно. Такая робкая на вид. Не могу представить…

– Она оказалась свидетельницей убийства, – перебил Кейн. – И теперь ее преследует банда негодяев, явно желая, чтобы она умолкла навеки. Это все, что я знаю, Лайон, однако при первой же возможности постараюсь во всем разобраться. И чем быстрее, тем лучше.

Лайон постарался скрыть улыбку.

– Кажется, она заговорила тебя до умопомрачения, – бросил он, – Ты только что снял брюки прямо посреди передней.

– Лучше принеси чего-нибудь выпить. – Кейн схватил брюки и стал натягивать их обратно.

Кристина, улыбаясь мужу, проскользнула мимо него к лестнице на второй этаж, сделав вид, что не заметила наготы Кейна.

Лайон же искренне потешался над его растерянностью. Он впервые видел своего друга в таком состоянии.

– Шел бы ты лучше в библиотеку. Бренди стоит в боковом шкафу. Я пойду присмотрю за ванной. Боже милостивый, ну и вонища!

Бренди моментально согрело маркиза, растекшийся по жилам жидкий огонь растопил остатки холода.

Наполнив ванну горячей водой, Кристина оставила Джейд в одиночестве.

Джейд принялась торопливо стаскивать промокшее платье. От холода пальцы еле слушались, однако она извлекла-таки из потайного кармана кинжал и положила на стул возле ванны. Просто так, на всякий случай, а затем со вздохом наслаждения опустилась в ласковую воду.

Ей дважды пришлось отскрести каждый дюйм тела, прежде чем пришло ощущение чистоты. Кристина вернулась в кухню как раз в тот момент, когда она вылезала из воды. Хозяйка тут же заметила длинный глубокий шрам вдоль позвоночника девушки и не сдержала удивленного восклицания.

Джейд, схватив висевшее на спинке стула полотенце, завернулась в него и посмотрела на Кристину.

– Что-то не так? – осведомилась она, ожидая вопроса о шраме.

Кристина молча покачала головой. Теперь она не отрываясь смотрела на лежавший на стуле кинжал. Джейд тотчас покраснела от неловкости, отчаянно пытаясь придумать приемлемое объяснение.

– Мой гораздо острее.

– Простите? – Джейд ушам своим не поверила.

– Мой кинжал гораздо острее, – пояснила Кристина. – Я правлю его на специальном камне. Хотите, наточу и ваш? Джейд кивнула.

– На ночь вы кладете его рядом или под подушку? – весьма деловито поинтересовалась Кристина.

– Под подушку.

– Я тоже, – сказала Кристина. – Тогда его гораздо легче выхватить, правда?

– Да, но почему вы…

– Я отнесу ваш кинжал наверх и положу под подушку, – пообещала Кристина. – А утром как следует наточу его.

– Весьма любезно с вашей стороны, – прошептала Джейд. – Я и не предполагала, что кто-то еще из леди носит кинжал.

– Как правило, не носит, – небрежно повела плечами Кристина, подала Джейд чистейшую ночную сорочку, халат в тон и помогла одеться. – Теперь я уже не сплю с кинжалом под подушкой. Меня охраняет Лайон. Полагаю, со временем вы тоже откажетесь от клинка.

– Вы уверены? – Джейд отчаянно пыталась сосредоточиться на словах хозяйки. – Это почему же?

– Предопределение, – прошептала Кристина. – Но конечно, сначала вам придется научиться доверять Кейну.

– Невозможно, – возразила Джейд. – Я никому не доверяю.

По широко распахнувшимся глазам Кристины она поняла, что вложила в ответ излишнюю горячность.

– Леди Кристина, я не совсем уверена, что вообще понимаю, о чем вы. Я почти не знаю Кейна. С какой стати мне ему доверять?

– Пожалуйста, не величайте меня больше леди Кристина. Сядьте-ка поближе к огню и я расчешу как следует ваши волосы. – Женщина пододвинула к камину стул и мягко, но решительно заставила Джейд опуститься. – У меня так мало друзей в Англии, – заговорила она вновь.

– Почему?

– Сама виновата, – пояснила Кристина. – Я такая нетерпеливая. А здешние дамы такие притворщицы. Впрочем, вы на них совсем не похожи.

– Откуда вы знаете? – удивилась Джейд.

– Потому что носите с собой кинжал, – заявила Кристина – Будете моей подругой?

– До тех пор, пока вы сами захотите дружить со мной, Кристина, – нерешительно шепнула Джейд.

– Вы считаете, что, узнав вас поближе, я откажусь от своего предложения? – Кристина удивленно посмотрела па миловидную гостью.

Новообретенная подруга только пожала плечами, отчаянно стиснув руки.

– Я не могу уделять друзьям много времени, – с трудом выдавила Джейд.

– Я заметила шрам у вас на спине, – сказала Кристина, – и хотя ни за что не проболтаюсь о нем Кейну, он обязательно обратит на него внимание, как только вы окажетесь в его постели. Почетная отметина, Джейд.

Джейд рванулась было прочь, но Кристина, схватив ее за плечи, успокоила девушку.

– Я вовсе не хотела вас обидеть, – выпалила она. – Вам нечего стыдиться…

– Кейн вовсе не намерен спать со мной, – возразила Джейд. – Кристина, он же мне совершенно не нравится!

– Мы ведь друзья, не так ли? – улыбнулась Кристина.

– Да.

– Стало быть, не стоит лгать друг другу. Тебе определенно нравится Кейн. Это легко прочитать по твоим глазам. Ну признайся хотя бы, что он удивительно красив. До сих пор все дамы считали его неотразимым.

– Это верно, – со вздохом подтвердила Джейд. – И наверняка отъявленный развратник, не так ли?

– Ни Лайон, ни я ни разу не видели его дважды в обществе одной и той же дамы, – призналась Кристина. – Из чего следует, что ты недалека от истины. Но разве не все мужчины ведут себя так же до тех пор, пока не остепенятся?

– Не знаю, – отвечала Джейд, – у меня тоже было мало друзей, в особенности мужчин. Времени не хватало.

– Я впервые вижу такие чудесные волосы, – заметила Кристина, укладывая расчесанные пряди в прическу. – Словно алое пламя.

– О, это у тебя прекрасные волосы, – возразила Джейд. – Мужчины же предпочитают золотистых блондинок, Кристина.

– От судьбы не уйдешь, – не уступала Кристина, резко сменив тему. – У меня предчувствие, что ты только что повстречала своего мужчину, Джейд.

– Как тебе угодно, – устало согласилась Джейд. Язык не поворачивался спорить: в голосе Кристины звучала такая вера!

Тут хозяйка заметила шишку на голове Джейд. Пришлось объяснять ее происхождение, сгорая от стыда за свою ложь. Пришлось еще раз убеждать себя, что делает она это из лучших побуждений. Правда наверняка смутила бы новую подругу.

– Тебе бы следовало стать воином, правда, Джейд? – проникновенно заметила Кристина.

– Кем-кем?

– Воином, – повторила Кристина, оставив попытки уложить волосы Джейд. – Ведь ты слишком долго была предоставлена самой себе, не так ли? – продолжила она. – И оттого перестала доверять людям.

– Возможно, – задумчиво прошептала Джейд, пожимая плечами.

– Ну а теперь надо отправляться на поиски наших мужчин, – заметила Кристина.

– Лайон, конечно, твой мужчина, но Кейн совершенно не в моем вкусе, – возразила Джейд. – Я бы с огромной радостью просто отправилась спать.

– Кейн наверняка уже принял ванну и взбодрился, – покачала головой Кристина. – Не сомневаюсь, тебя не отпустят спать пока не расспросят. Мужчины бывают ужасно упрямыми, Джейд. И лучше уж позволить им поступать так, как заблагорассудится. Тогда с ними намного легче управляться. Можешь мне поверить. Я знаю, о чем говорю.

Джейд затянула поясок на халате и последовала за Кристиной. Ей нужно было привести в порядок мысли ввиду предстоящего допроса. Переступив порог библиотеки, она тут же увидела Кейна. Он хмуро взглянул на нее. Она ответила так же холодно.

Ах, не был бы он таким красивым! Лайон одолжил ему одежду, все было почти впору, вот только светло-коричневые бриджи совершенно неприлично обтягивали бедра. Свободная батистовая рубашка облегала широкие плечи.

Джейд уселась посреди обтянутого желтой обивкой дивана. Кристина подала ей наполненный до краев бокал бренди.

– Выпей все до капли, – велела она. – тебе надо согреться как следует.

Джейд нерешительно пригубила жгучую влагу, привыкая к ее вкусу, а потом осушила бокал.

Кристина одобрительно кивнула. О, блаженное тепло и сонливость! Прикрыв глаза, Джейд откинулась на спинку дивана.

– Не вздумайте заснуть, – приказал Кейн. – Вначале ответьте на наши вопросы.

– Я не собираюсь спать здесь, Кейн. – ответила она, не потрудившись открыть глаза, – но предпочту зажмуриться, чтобы не видеть вашей мрачной физиономии. Так мне гораздо спокойнее. Почему вы решили притвориться Дикарем?

Она так ловко построила беседу, что окружающие и опомниться не успели.

– Что? – наконец переспросил Лайон.

– Он притворился Дикарем, – повторила Джейд. – Не знаю, часто ли он изображал из себя известных людей прежде, – кивая, добавила она. – Однако, судя по всему, ваш друг страдает своего рода манией.

– Лайон? – Кристина не смогла удержать улыбки. У Кейна был такой вид, будто он вот-вот пристукнет Джейд. – По-моему, наш друг впервые в такой растерянности.

– Пожалуй, – подтвердил Лайон.

Пронзительный взгляд, которым его наградил Кейн, заставил воздержаться от дальнейших комментариев.

– Меня вынудили обстоятельства, – пробурчал он.

– Хорошо хоть хватило ума не притворяться Наполеоном, – продолжала издеваться Джейд. – Для этого он слишком рослый. Да и к тому же все отлично знают, как выглядит Наполеон.

– Хватит! – рявкнул Кейн. Он перевел дух, после чего заговорил спокойнее:

– Я объясню, почему решил притвориться Дикарем, если вы в подробностях перескажете все события нынешней ночи.

– Можно подумать, что я во всем виновата, – взвизгнула Джейд.

– Я вас ни в чем не виню, – зажмурившись, отчеканил Кейн.

– Не правда, – не унималась она. – Вы просто невыносимый мужлан! Я прошла через такие кошмарные злоключения, а в вас нет ни капли сочувствия!

Теперь Кейну пришлось сосчитать до десяти.

– Почему бы вам просто не начать с самого начала? – предложил Лайон.

Однако Джейд не придала его словам ни малейшего значения. Все ее внимание было приковано к Кейну: он, видимо, все еще хорошо владел собой.

– Если не соизволите проявить хотя бы минимум понимания, я закричу.

– Да вы и без того уже кричите, – с ухмылкой сказал он.

Это замечание на миг ошарашило ее, и она решила атаковать с другой стороны.

– Эти ужасные люди все уничтожили, – запричитала она. – Мой брат только что закончил реконструкцию своего чудесного дома, а они разрушили его. Просто не представляю, какое разочарование ожидает Натана, когда он обо всем узнает. Ох, да не смотрите вы на меня так, Кейн! Мне все равно, верите вы мне или нет.

– А теперь, Джейд…

– Отстаньте!

– Джейд, нам надо спокойно обо всем поговорить, – с отчаянием снова начал Кейн. – Да, – торопливо продолжил он, опасаясь, что Джейд опять его перебьет. – Вам пришлось нелегко, и я очень вам сочувствую.

Однако надежда хоть немного умиротворить ее оказалась тщетной – Джейд смотрела на него все так же неприязненно.

– Никогда еще не видала такого грубияна. Почему вы все время так заносчивы со мной?!

– Я заносчив? – поинтересовался Кейн у Лайона. Лайон лишь пожал плечами. За него ответила Кристина:

– Если Джейд так считает, значит, так оно и есть, в некоторой степени.

– К тому же вы обращаетесь со мной, как с тупицей, – добавила Джейд, – ведь правда, Кристина?

– Коль скоро ты моя подруга, я, конечно, согласна с тобой.

– Спасибо, – ответила Джейд, после чего вновь набросилась на Кейна – Я ведь не ребенок.

– Заметно.

Его двусмысленная улыбка привела Джейд в ярость. Похоже, вместо того чтобы вывести его из себя, она потеряла терпение сама.

– А знаете, что было во всем этом самым ужасным? Они дотла сожгли прекрасную карету моего брата. Да, сожгли дотла, – заявила она, отчаянно тряхнув головой.

– И это оказалось сущим кошмаром? – переспросил Кейн.

– Сэр, но ведь в тот момент я находилась в карете! – вскричала она.

– Вы на самом деле считаете, что я поверил в то, что вы сидели в карете, которая загорелась?

– Загорелась?! – Она вскочила с дивана и уперла руки в бока. – Нет, черт возьми! Ее подожгли! – Запахнув халат поплотнее и ломая руки, она провозгласила:

– Умоляю, простите меня за то, что я не владею собой. – Тут она вернулась на место и закрыла глаза. – Мне все равно, верит он или нет. Я просто не в силах больше говорить об этом. У меня нет сил. Кейн, вам придется подождать с расспросами до утра.

Кейн сдался. Видимо, девушке и впрямь досталось. У него язык не поворачивался продолжать эту бессмысленную перепалку.

Кейн уселся на диван рядом с ней. Все еще хмурясь, он привлек ее к себе.

– Я настоятельно прошу вас не забывать, что мне не нравится, когда меня поджигают, – прохныкала она, уткнувшись ему в бок.

– Это судьба, – улыбаясь, прошептала Кристина мужу. – По-моему, нам лучше их сейчас оставить. Джейд, твоя спальня – первая справа от лестничной площадки. Кейн, твоя дверь следующая. – И она заставила подняться все еще не решавшегося уйти супруга.

– Душа моя, – возразил Лайон. – Я хотел бы знать, что все-таки случилось.

– Успеешь удовлетворить свое любопытство завтра, – пообещала Кристина. – Да и Дакота скоро поднимет нас. Тебе не мешало бы отдохнуть.

– Кто такой Дакота? – Джейд с улыбкой смотрела на то, сколько нежности проявляла друг к другу счастливая пара. В глазах у них сияла такая любовь… Она внезапно ощутила жгучую зависть, но постаралась подавить это чувство.

– Дакота – наш сын, – пояснил Лайон. – Ему почти шесть месяцев. Утром вы непременно познакомитесь с маленьким забиякой.

С этими словами он аккуратно прикрыл за собой дверь, и Джейд тут же попыталась отстраниться от Кейна.

– Джейд, я совсем не хотел вас высмеивать, – прошептал он – Я просто хотел разобраться. Вы не можете не согласиться что эта ночь оказалась довольно… нелегкой. А у меня к тому же такое чувство, будто я бегаю по кругу. Не так-то часто ко мне приходят леди и с милой улыбкой просят их убить.

– А я была милой? – Улыбаясь, она подняла на него глаза.

Он медленно кивнул. Ее губы были так близко и так влекли к себе! Не успел он сообразить, что делает, как уже наклонился и коснулся ее губ нежным, легким поцелуем.

Все произошло так быстро, что она не успела даже возразить.

– По-моему, неплохо, – шепнул он, и Джейд не смогла удержаться от ответной улыбки. Кейн снова прижал ее к себе, чтобы избежать искушения поцеловать еще раз, и добавил:

– Вам пришлось пройти сквозь ад, не так ли? Отложим разговоры до утра. Когда же вы как следует отдохнете, займемся вашими несчастьями.

– Очень мило с вашей стороны, – ответила она с искренним облегчением. – Ну а теперь будьте любезны объяснить мне, почему вы притворились Дикарем? Таким способом вы якобы надеялись выманить его, но почему…

– Старался уязвить его гордость, – пояснил он. – И разозлить настолько, чтобы он сам явился ко мне. Ведь если бы кто-то посмел выдавать себя за меня, я бы… Ох, черт, – пробормотал он, – как глупо. – Он поймал себя на том, что неосознанно перебирает мягкие локоны Джейд. – Просто остальные уловки не сработали. Даже награда за его голову.

– Вы хотели познакомиться с ним?

– Я хотел убить его.

По тому, как она замерла, он счел, что напугал ее.

– А если бы он прислал вместо себя кого-то другого, чтобы поддразнить вас, вы бы убили и этого человека тоже?

– Убил бы.

– Вы что же, профессиональный убийца? И таким способом прокладываете себе дорогу в жизни?

– Нет, я не убиваю ради собственной выгоды. – Он понял, что ее глаза наполнились слезами, хотя она смотрела на огонь.

– Но ведь вам уже приходилось убивать?

– Да, когда не оставалось иного выхода.

– А вот я никогда не убивала.

– Мне бы и в голову про вас такое не пришло, – мягко улыбнулся он.

– И вам действительно так уж необходимо убить пирата?

– Да, – грубо отрезал он в надежде, что она прекратит расспросы. – И я готов перебить всех его приспешников, если иначе до него не добраться.

– Ах, Кейн, как бы я хотела, чтобы вы никого не убивали! – воскликнула Джейд, чуть не плача.

Кейн откинулся на спинку дивана и, прикрыв глаза, вымолвил:

– Вы нежная леди, Джейд. Этого вам просто не понять.

– Так объясните же мне, – настаивала она. – Дикарь совершил столько чудесных поступков. Вы согрешите, если…

– Чудесных поступков? – перебил Кейн.

– Наверняка вам известно, что этот пират делится добычей с бедняками, – заявила она. – Да, и на нашей церкви отстроили новую колокольню от его щедрот.

– Щедрот? – Кейн тряхнул головой. Игра словами! – Этот малый не кто иной, как обычный воришка. Он грабит богатых…

– Он грабит богатых оттого, что у них и так всего вдоволь, и они не обнищают, если потрясти их мошну. А у бедных попросту нечего взять.

– Похоже, вы неплохо о нем осведомлены.

– О похождениях пирата известно всем. Он кажется таким романтичным.

– Похоже, вы почитаете его истинным рыцарем!

– Может, он такой и есть, – отвечала она, уткнувшись в его грудь. – Дикарь никому не причинил зла… И с вашей стороны не слишком благородно пытаться выследить его.

– Если вы так уверены, что он никого не убивал, так зачем же отправились его искать? Помните, вы хотели, чтобы он убил вас?

– Помню, – признала она. – А вы не будете смеяться, если я расскажу свой настоящий план?

– Обещаю, – произнес он, дивясь ее неожиданной откровенности.

– Я надеялась… ну, конечно, если он не захочет меня убивать… ну, может быть, тогда заберет меня на свой загадочный корабль и укроет там до тех пор, пока не вернется мой брат.

– Упаси вас Господь, если вы и вправду до такого додумались, – заметил Кейн. – Вы явно наслушались всяких небылиц. И к тому же глубоко ошибаетесь. Этот мерзкий пират уже запятнал себя убийством.

– И кого же он убил?

Кейн долго молчал, глядя на огонь в камине. А когда наконец ответил, в его голосе прозвучал ледяной гнев:

– Дикарь убил моего брата, Колина.

Глава 4

– Ох, Кейн, мне так вас жаль, – прошептала она. Наверное, вы места себе не находите от горя. Колин был старшим или младшим братом?

– Младшим.

– И давно погиб?

– Несколько месяцев назад.

– Должно быть, ваша семья сильно переживала, – еле слышно заметила она. – Ваши родители живы?

– Да, но отец никак не желал смиряться со смертью Колина. Он словно утратил смысл жизни.

– Не понимаю, – промолвила она.

– Отец всегда занимался политикой. Он был весьма известен как защитник бедноты, Джейд, и был способен горы свернуть, чтобы облегчить ее участь.

Девушка схватила его руку и прижала к груди. Вряд ли она сделала это осмысленно. Скорее всего ей просто хотелось утешить его. Но ему был приятен и сам поступок, и породивший его порыв.

– Да, – очнулся Кейн. – Отец, к примеру, мог противодействовать росту налогов.

– Но он оставил эти важнейшие дела?

– Он оставил все дела до единого, – подтвердил Кейн. – Политику, семью, друзей, клубы. Теперь он даже не читает газет. Все время сидит взаперти у себя в кабинете и думает. Я решил, что если Дикарь получит по заслугам, то отец… Черт, не знаю. Но сейчас он просто конченый человек.

– А вы любите отца? И тоже сочувствуете бедным? Я уверена, что вы защитник по натуре.

– Почему?

– Потому что вы, не задумавшись, взяли меня под крыло, – ответила она. Не признаваться же ей, что читала его досье. – И видимо, готовы предложить помощь любому беззащитному, обездоленному существу. Хотя, конечно, я не была еще обездоленной, когда повстречалась с вами.

– Вы снова решили завести речь о своем серебре?

– Нет, я просто решила вам напомнить. Как бы то ни было, вы любите своего отца, правда?

– Как всякий нормальный человек.

– Однако ваш отец предпочел удалиться от мира, тогда как вы сгораете жаждой мщения То есть вы среагировали совершенно противоположным образом. Конечно, отцы не должны терять сыновей, Кейн.

– Не должны, – согласился Кейн. – Они обычно умирают первыми.

– Прожив долгую, счастливую жизнь, разумеется, – добавила она.

– Конечно. – В ее голосе было столько сочувствия, что он не решился с ней спорить.

– И вы абсолютно уверены, что вашего брата убил именно Дикарь?

– Уверен, мне предоставили доказательства.

– Как?

– Что – как?

– Как именно Дикарь убил Колина?

– Во имя Господа, Джейд, – пробормотал он. – Мне не хотелось бы это обсуждать. Я и так рассказал вам слишком много.

– Простите, если я вас расстроила, – ответила Джейд Она отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Колин погиб на море. – Кейну стало стыдно за свою резкость.

– Но кто-то достаточно сердобольный доставил его тело домой, чтобы предать земле?

– Нет.

– Нет? Но как же вы тогда можете судить, что он действительно мертв? А если его вынесло течением на необитаемый остров, или…

– Я получил доказательства.

– Доказательства? И кто же их прислал?

– Военный департамент. – Ему была непонятна настойчивость, с которой она допытывалась. – Ну, теперь наконец вы прекратите свои расспросы?

– Да, конечно, – прошептала она. – Пожалуйста, примите мои извинения за то, что позволила себе вмешиваться в ваши личные дела.

Она широко зевнула и тут же попросила прощения за столь недостойное леди поведение.

– Кейн, нам нельзя здесь надолго оставаться, дабы не навлечь опасность на ваших друзей.

– Согласен, – отвечал он. – Мы просто переночуем сегодня.

Глядя в камин, он задумался над тем, что же им теперь делать. Джейд заснула, притулившись к нему. Хотя ему нестерпимо хотелось спать, держать в объятиях эту женщину было так приятно, что он боялся двинуться с места.

Он поцеловал этот милый упрямый лоб, а потом не удержался и поцеловал еще раз.

Только когда угли в камине прогорели и в комнате стало прохладно, он поднялся.

Джейд тотчас очнулась и вскочила, но спросонок двинулась было не в ту сторону. Если бы он не перехватил ее, девушка бы прямиком угодила в камин. Кейн попытался было поднять ее на руки, но она оттолкнула его. Смиренно вздохнув, он обнял ее за плечи и повел вверх по лестнице. Он изо всех сил старался не обращать внимания на то, как она очаровательна. Ее волосы почти высохли и вновь завились в крупные локоны. К тому же Кейну пришлось заставить себя позабыть и про то, что на ней только ночная сорочка и тонкий халат.

Он распахнул перед ней дверь спальни и собрался отправиться к себе.

– Кейн! – окликнула его она сонным шепотом. – Ты ведь не бросишь меня, правда?

Он резко повернулся к ней. Вопрос был чересчур откровенным но то, что он прочел в ее глазах, мигом усмирило его гнев.

– Нет, я тебя не брошу.

Она кивнула, хотела было сказать что-то еще, но вдруг передумала и захлопнула за собой дверь.

Кристина для него приготовила смежную спальню. Одеяло на просторной постели было маняще откинуто, в камине вовсю трещал огонь.

Однако сон не шел к Кейну. Он битый час метался и ворочался на необъятном ложе, непрерывно проклиная свою слабость. Но несмотря на неистовые усилия, он так и не смог выбросить из головы рыжеволосую, зеленоглазую чаровницу.

Нестерпимое желание обжигало его, усиливая недовольство самим собой. Ведь ему совершенно не нравилась эта невыносимо капризная, плаксивая и вечно всем недовольная баба!

На него просто навалилась жуткая усталость, чтобы рассуждать здраво, впрочем, он не привык себе ни в чем отказывать. В последние годы так и вовсе разбаловался: даже не тратил времени на ухаживание. Женщины сами готовы были отдаться ему, и Кейн не отказывался от подобных предложений, не испытывая при этом ни малейшего смущения. Он всегда был честен со своими дамами и ни с одной из них не оставался до утра, зная, что утро слишком часто преподносит глупые претензии.

И все же он хотел Джейд. Боже, он ничего не мог с собой поделать! Вдруг маркиз услышал, как она чихнула. Его словно подбросило на кровати. Торопливо напялив бриджи, забыв застегнуться, он нашел повод войти к ней в спальню. Ночной воздух слишком прохладен, надо укрыть ее еще одним одеялом. А кроме того, позаботиться о камине.

Он был совершенно не готов к тому, что предстало перед его взором. Она уснула, не погасив свечей. Ее несравненные волосы рассыпались по спине. Сбросив с себя ночную сорочку и одеяла, она сладко сопела, лежа на животе.

Малютка леди, решительно, должна быть чрезвычайно чувственной, если так же, как и он, спит обнаженной.

Золотая богиня! Восхитительно длинные и стройные ноги, совершенная фигура!

К тому времени как мужчина оказался у кровати, он уже сгорал от желания. В глаза ему бросился шрам, тянувшийся вдоль спины. О, у него на спине точно такая же отметина. Только одно орудие могло оставить такую длинную извилистую линию – кнут из сыромятной кожи.

Кто-то посмел бить ее кнутом! Кейн был ошеломлен и растерян. Шрам был старым – судя по виду, не менее чем пятилетней давности, но этот факт только подлил масла в огонь. Значит, Джейд еще ребенком подверглась этой пытке.

Ему внезапно захотелось разбудить ее и потребовать назвать имя того мерзавца.

Она застонала во сне, видимо, страдая от мучительных кошмаров. Чихнула, а потом всхлипнула от отчаяния.

Тяжело вздохнув, он поднял со стула ночную сорочку и вновь обернулся к ангелу, имевшему глупость просить у него защиты. Смешно. Пожалуй, впервые в жизни он намеревался надеть на обнаженную женщину ночную сорочку.

Кейн уже склонился над ней, когда краем глаза уловил холодный блеск, и мгновенно среагировал. Мощным выпадом левой он блокировал удар и ответил контрударом по запястью. Кинжал отлетел в сторону и со звоном упал возле камина.

Ангел обернулся дьяволом. Джейд, вскочив на колени, уже была готова бороться. Дыхание ее участилось, глаза светились зловещим блеском.

– Никогда больше не подкрадывайся ко мне подобным образом! – гневно крикнула она. – Боже милостивый, да я едва не убила тебя!

– А ты даже в мыслях не пытайся заколоть меня кинжалом, – прорычал он, разъярившись не меньше. – Или, клянусь Господом, я сам тебя убью!

Судя по всему, она и не думала бояться. Кроме того, девушка явно позабыла, что совершенно раздета.

Зато он сладострастно взирал на яркий шелк волос, ниспадающих между полными, восхитительно округлыми грудями. Розовые соски затвердели, грудь волнующе вздымалась от гнева.

Он совершенно остолбенел и не сразу понял, что она вновь испытывает его терпение.

– Ты уже не должен убивать меня, – заявила Джейд. – Мы же покончили с этим!

– Ты что же, совершенно меня не боишься? – спросил он, не веря своим глазам.

– С чего бы это мне бояться?! – удивилась она. – Ведь вы мой защитник, сэр.

Капризный тон, которым она произнесла эти слова, оказался последней каплей, переполнившей чашу его терпения. Кейн грубо схватил ее за руки и опрокинул на тюфяк. Навалившись сверху, он коленом раздвинул ей ноги так, чтобы она не смогла брыкаться. Он уже достаточно знал Джейд и не сомневался, что, если только предоставится возможность, она тут же постарается сделать его евнухом.

– Кажется, наступил самый подходящий момент для того, чтобы ознакомить тебя с основами этики, – прорычал он.

Она громко вскрикнула, ощутив на себе мужское тело. Теперь-то до нее, вероятно, дошло, что на ней нет ночной сорочки.

– Определенно, – с хриплым стоном произнес он.

Черт побери, до чего же она податливая – просто удивительно! Ему захотелось уткнуться в ее грудь и не спеша предаться любви. И он непременно овладеет ею, но прежде заставит возбудиться, разбудит страсть; пусть умоляет утолить ее желание, а не выкрикивает в самое ухо совершенно непристойные для приличной леди слова, чем и занималась она в данный момент.

– Господи Боже мой, и где ты только этого набралась? – спросил он, выслушав чрезвычайно виртуозное описание ее намерений.

– От тебя, – немедленно соврала она. – А ну слезай с меня, ты… чертово отродье!

Она была полна решимости. И в то же время в голосе ее, несомненно, слышался страх. Кейн безошибочно уловил его. Сделав над собой невероятное усилие, он отодвинулся. При этом ему пришлось до боли стиснуть зубы, на лбу выступил обильный пот, из горла вырвался низкий стон. Ее соски словно умоляли взять их в рот, целовать, ласкать…

– Кейн!

Опершись на локти, он всмотрелся в ее лицо. Джейд сгорала от противоречивых эмоций. Темные жесткие завитки на его груди привели ее в бурный восторг. Его тепло, его сила так волновали! При взгляде на вздувшиеся под гладкой кожей бицепсы у нее перехватило дыхание. Не хватало только дать ему понять, как он неотразим! Праведный гнев, без конца твердила девушка.

– Это и есть план моей защиты? – спросила она якобы с неподдельным ужасом в голосе.

– Нет, отнюдь, – хрипло ответил он.

– Похоже, тебе хочется меня поцеловать, правда?

– Да, – еле слышно признался он.

Она принялась что было сил мотать головой и остановилась, только когда он сжал в ладонях ее лицо.

– Но ведь я тебе совсем не нравлюсь, – прерывисто прошептала она, – ты сам мне сказал, помнишь? Значит, с тех пор ты передумал?

– Нет. – Он постарался раздразнить ее сильнее, осознав, что невольно улыбается при виде ее растерянности.

– Тогда почему же…

– Сам не знаю. То ли потому, что ты совершенно голая, а я успел ощутить гладкий шелк твоей кожи, то ли потому…

– Ну, тогда только раз.

– Что, Джейд? – непонимающе переспросил Кейн, глядя, как она заливается смущенным румянцем.

– Можешь меня поцеловать, – пояснила она. – Но всего один раз. После чего ты уберешься отсюда.

– Джейд? А сама-то ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал? Она не в силах была оторвать от него взгляда, предвкушая сладость поцелуя.

– Да, – прошептала она – любопытство все-таки победило осторожность, – хочу.

В этот поцелуй Кейн вложил все свое желание. Алчущим ртом он требовательно, властно приник к ее губам, решительно ворвался языком, пытаясь разжечь в Джейд ответный огонь. Он стал целовать нежнее, только когда она наконец подчинилась и ответила. В высшей степени возбуждающие действия Кейна можно было счесть крайне неприличными, однако Джейд это совершенно не заботило. Она почувствовала, как напрягается его плоть, упиравшаяся вниз ее живота при всяком новом движении их губ. От этих толчков ее лоно затопило вязкое тепло.

Джейд могла бы целоваться с ним бесконечно. Она словно обезумела от его ласк и сама принялась побуждать его. Кейн захватил было прядь волос, чтобы не позволить ей увернуться, но напрасно: она сама приникла к нему.

Кейн вот-вот мог утратить контроль над собой. Джейд, вцепившись в его плечи, попыталась снова привлечь мужчину к себе, но он устоял перед этой безмолвной мольбой. Маркиз долго всматривался в ее лицо, ничуть не скрывая удовлетворенной улыбки.

– Ты на вкус слаще сахара и меда. – Он еще раз слегка прикоснулся к ней губами. – А еще ты пьянее бренди. Она беспокойно заерзала под ним.

– Прекрати, – приказал он, силясь не поддаться искушению.

– Кейн!

– Да?

– Только дважды, – прошептала она.

Он понял: ему позволено поцеловать еще раз. Не в силах отказаться, он повторил эти бесконечные жадные ласки и, заглянув в ее глаза после поцелуя, остался несказанно доволен тем, что увидел. Она совершенно ошалела. Он добился своего! Разбудил в ней желание такое же неутолимое, как и его собственное.

– Остановись, Джейд, – простонал он.

– Тебе хорошо? – всполошилась она.

– Очень даже хорошо. Но вряд ли сумею вовремя остановиться, если еще раз поцелую тебя, – ответил он, стараясь не замечать ее нежных поглаживаний. – Ты хочешь рискнуть? – И прежде чем она успела что-либо сказать, принялся высвобождаться, добавив:

– С моей стороны, нечестно спрашивать тебя в таком состоянии.

– В каком таком состоянии? – Она постепенно приходила в себя после чувственного угара.

– Я готов хоть сейчас заняться с тобой любовью, Джейд, – вздохнув, прошептал он, – но ты должна решиться до того, как страсть замутит твой разум. – Нахмурившись, он почувствовал, что она пытается освободиться. – Если ты не перестанешь извиваться подо мной подобным образом, – рявкнул он, – то клянусь тебе, что это случится сию же секунду. Я, между прочим, не железный, милочка!

Она тотчас замерла.

И хотя ему ужасно хотелось продлить минуты наслаждения, он даже собственноручно помог ей надеть ночную сорочку. А вот подобрать с пола кинжал не позволил, несмотря на ее клятвенные заверения не применять оружие.

– Но ведь я так крепко спала, – настаивала Джейд. – А ты прокрался, словно вор. Должна же я была защищаться.

– Наверное, тебе снился кошмар, – сказал Кейн, увлекая ее в свою спальню.

– Не помню. Куда ты меня тащишь?

– Ты будешь спать со мной. Тогда перестанешь бояться кого бы то ни было.

– Кажется, это называется «пустить козла в огород»? – возмутилась она. – Нет уж, благодарю покорно, пожалуй, мне лучше остаться одной.

– Боишься, что не устоишь?

– Да, – вздохнув, сокрушенно призналась она. – Боюсь, что не совладаю с собой и кончу свои дни на каторге. В этом мире убийцам живется несладко, правда?

– Ну, если я обниму тебя, вряд ли тебе придет в голову убить меня, – со смехом заявил он.

– Не имеешь права! – отчаянно вскричала она. – Покровитель не должен испытывать вожделения к подопечной!

– А как же ты сама? – лукаво спросил он.

– Не знаю, – послышалось в ответ. – Ты кажешься мне ужасно привлекательным, Кейн, но ведь я еще ни разу не была с мужчиной и потому не знаю, так ли уж хочу этого. И по-моему, это слишком умопомрачительное развлечение. Напрасно вы так поступили, сэр. Завтра утром я постараюсь найти себе другого опекуна.

С этими словами она попыталась его оттолкнуть, но не успела сделать и шагу, как он тотчас поймал ее, молниеносным движением перекинул через плечо и понес в соседнюю спальню.

– Как ты смеешь так обращаться со мной?! Я тебе не мешок с картошкой! Опусти меня сию же секунду, сукин сын!

– Сукин сын? Милочка, это слово не должно входить в лексикон леди!

Он бросил ее на кровать, и поскольку считал, что она непременно попытается удрать, то немало позабавился, глядя, как она вместо этого торопливо сгребла под себя все одеяла. Забившись в дальний угол кровати, Джейд откинулась на перину и отбросила роскошные рыжие волосы. Отливавший красноватым пламенем водопад на фоне белоснежной ночной сорочки смотрелся просто ослепительно. Женщина, всего минуту назад обзывавшая его сукиным сыном, снова превратилась в ангела.

Кейн вздохнул так, что потухли свечи.

– Не забывай, что я леди, – капризно произнесла она, когда он опустился на край кровати. – Но ты вывел меня из себя, Кейн, и в этом кроется причина…

– Твоего чересчур цветистого словаря? – докончил он за нее.

– Да, – ответила она. И несчастным голосом добавила:

– Полагаешь, мне следует извиниться?

– Боюсь, это немыслимо, – вымолвил он, с трудом удержавшись от смеха. Повернувшись на бок, он попытался обнять девушку. Но Джейд убрала его руки, тогда он, закинув их за голову, улегся на спину, бездумно глядя во тьму и мечтая о теплоте распростертого подле него тела. Ни разу в жизни он еще не встречал такой странной женщины. Ха, она может рассмешить его до слез в одну секунду и разгневать донельзя в следующую! Он не в состоянии был объяснить свое состояние – он сам себя не понимал. И лишь об одной вещи мог судить с уверенностью: она наверняка его хочет. Ее поцелуи говорили сами за себя.

– Джейд?

От его хриплого голоса рука ее вздрогнула.

– Да?

– Это чертовски странно, не так ли?

– Что? – не поняла она.

– Мы делим одно ложе, но не касаемся друг друга, – он уловил в ее голосе улыбку, – и ты неплохо чувствуешь себя со мной, верно?

– Да, – согласилась она. – Кейн?

– Что?

– От занятий любовью бывает больно?

– Нет, – ответил он. – Больно бывает, когда хочешь этого, но не можешь себе позволить.

– В таком случае я вовсе не слишком хочу тебя, Кейн, поскольку совсем не страдаю. – Сие замечание было выдано преувеличенно бодрым тоном.

– Джейд?

– Что?

– Спи.

Он повернулся к ней лицом, и она замерла в ожидании нового поцелуя. Однако он не собирался ее целовать. Ужасное разочарование!

Приподнявшись на локте, Кейн уставился на нее. Джейд придала своему личику как можно более безмятежное выражение на тот случай, если он обладает кошачьим зрением и способен видеть во тьме.

– Джейд? Откуда у тебя на спине след от удара кнутом?

– От кнута. – Резко отвернувшись, она боролась с желанием прильнуть к нему.

– Ответь мне.

– Откуда ты узнал, что это шрам от удара кнутом?

– У меня на бедре точно такой же.

– Вот как? А у тебя откуда?

– Ты что, так и будешь отвечать мне вопросом на вопрос?

– Это отлично срабатывает против всяких умников.

– Расскажи, пожалуйста, – терпеливо повторил он свой вопрос.

– Это слишком лично, – заявила она. – Кейн, скоро рассвет, а у меня выдался весьма трудный день.

– Ну, ладно, – уступил он. – Поделишься личным воспоминанием завтра утром.

Прежде чем она успела отшатнуться, он обнял ее за талию и привлек к себе, уткнувшись подбородком в макушку. Там, где сходились его мускулистые бедра, весьма уютно поместились ее ягодицы.

– Так тебе тепло? – заботливо спросил он.

– Да, – ответила она. – А тебе?

– О да!

– Ты будешь вести себя хорошо, правда? – поддразнила она.

– Вероятно, – откликнулся он. – Я никогда не сделаю тебе ничего такого, чего бы ты не захотела сама.

– А что, если тебе покажется, что я чего-то хочу.. а на самом деле это совсем не так…

– Пока я не получу твоего согласия от всей души, и я пальцем тебя не трону. Обещаю.

Какое чудесное обещание, самое чудесное в жизни! В его голосе слышалась такая искренность, и он, конечно же, говорил от чистого сердца.

– Кейн! Знаешь, ты – настоящий джентльмен, причем один из достойнейших!

Он уже задремал, согревая ее в своих объятиях. Джейд решила последовать его примеру, повернувшись и обняв его.

Кейн неожиданно проснулся от жуткого крика Джейд. Она пробормотала во сне что-то неразборчивое и опять испуганно вскрикнула. Он встряхнул ее, пытаясь разбудить, отбросил волосы с лица и обнаружил влагу на щеках.

– Милая, тебе приснился страшный сон. А теперь все хорошо, – приговаривал он. – Со мной ты в безопасности. – Он гладил ее по плечам и спине, пока она не перестала вздрагивать. – Что тебе снилось?

– Акулы. – Ее шепот прерывался от ужаса.

– Акулы. – Он решил, что ослышался.

– Я просто изнемогаю, – прошептала она, зарывшись в него лицом. – Даже не помню, что приснилось. Обними меня, Кейн. Я хочу спать, – сказала она дрожащим голосом.

Ясно было, что девушка лжет: она помнила свой кошмар до мельчайших подробностей. Однако он не собирался вынуждать ее рассказывать ему правду.

Он чмокнул ее в макушку, потом привлек к себе.

Джейд дождалась, пока он заснет, осторожно выскользнула из его рук и отодвинулась на край кровати. Сердце ее все еще билось учащенно. А что, если сон лишь повторяет реальные события? И разве когда-нибудь можно позабыть о том ужасе наяву?

Боже, спаси и сохрани, разве сможет она когда-нибудь добровольно забраться в воду?

Она едва не разрыдалась в голос. Ей стоило больших усилий не кинуться обратно в его объятия. Кейн так легко внушает к себе доверие. На него вполне можно положиться. Но он может и разбить ее сердце.

Боже, что с ней? Она всем сердцем готова была ему поверить.

Ах, ну почему же его собственный брат считает иначе?!

Глава 5

Кейн проснулся, неистово желая Джейд. Ее ночная сорочка задралась до пояса. Она уютно устроилась у него под боком, закинув свою прелестную ножку. Как раз у нее под коленкой сейчас билось его мужское естество, стремясь на волю. В отличие от нее он предпочел нынче спать в бриджах, однако ткань – слишком ненадежная преграда, и близость восхитительного тела пьянила Кейна, разжигая в нем пламя страсти.

Голова девушки покоилась у него на груди. Губы полуоткрылись, дыхание было легким, ровным. Он любовался длинными черными, как ночь, ресницами и россыпью мелких веснушек на переносице. Воплощенная женственность! Кейн любовался ею до тех пор, пока у него не заломило челюсти, ибо от неистового желания он крепко стиснул зубы.

Мужчина решил отодвинуться от греха подальше, но оказалось, что это не так-то просто, ибо все это время она держала его за руку.

Ему пришлось дождаться, пока она ослабит хватку. Надо же, совсем недавно обозвала его сукиным сыном, а вот теперь цепляется за него! Без сомнения, Джейд вновь примется за свои колкости, как только проснется. Во время сна она не в силах была скрыть свою беззащитность, и от этого у Кейна потеплело на душе.

Он опять почувствовал неудержимое влечение и в тот же миг, не сводя взора со своего ангела, поклялся, что отныне даже волос не упадет с ее головы. Он станет защищать ее, не щадя собственной жизни.

Теперь, когда он должен опекать ее… или он уже хочет, чтобы она оставалась с ним намного, намного дольше… Всего через две недели вернется Натан и сам позаботится о безопасности сестры. Только вот сможет ли Кейн расстаться с ней?

Он и сам не знал толком, но при одной мысли о Джейд сердце у него бешено колотилось и захватывало дух.

В этом он готов был себе признаться, не уязвляя собственного самолюбия.

Нет, он положительно не был способен логически мыслить подле полуобнаженной красавицы, распростертой рядом. Да, решил он, легонько целуя ее в лоб, следует все хорошенько обдумать позже, на ясную голову.

Кейн умылся и оделся, а потом решил разбудить Джейд. Она замахнулась было на него, едва открыв глаза, но он прошептал:

– Все хорошо, Джейд. Пора вставать.

Она уселась в постели, залившись краской и почему-то стремясь натянуть одеяло до самого подбородка. Такая стеснительность после ее наготы прошедшей ночью?! Впрочем, Кейн решил не напоминать.

– Пожалуйста, прости, – осипшим голосом прошептала она. – Сказать по правде, я совершенно не приучена к тому, чтобы по утрам меня будили мужчины.

– Очень на это надеюсь.

– Это почему же ты надеешься? – обескураженно спросила она.

– Ты еще слишком сонная, чтобы спорить с таким умником, как я, – мягко заметил он.

– Как ты?! – с непомерным удивлением вскричала девушка.

Джейд остолбенело уставилась на него. Кейн наклонился и наградил ее крепким поцелуем – она не успела ни возмутиться, ни оттолкнуть его.

– Куда ты? – окликнула Джейд, видя, что он направляется к двери.

– Вниз, – последовал ответ. – Встретимся в столовой. Полагаю, Кристина распорядилась доставить какую-нибудь одежду для тебя в соседнюю комнату, милочка.

– Ох, Боже мой… она подумает, что мы… что…

– Я очень этого хотел.

Дверь захлопнулась под ее испуганный шепот. Послышалось довольное насвистывание Кейна.

Джейд бессильно откинулась на подушки, будучи в шоке от его краткого поцелуя. И еще от мысли о том, что его друзья могут счесть ее шлюхой.

И с чего бы ей так беспокоиться? Ведь как только ее миссия завершится, она никогда в жизни больше их не увидит. Правда, Кристина захотела стать ее подругой. И Джейд не могла отделаться от ощущения, что каким-то образом предает ее.

– Просто объясню ей, что ничего такого не случилось, – пробормотала она вслух. – Кристина все поймет. Ведь именно так должна поступить настоящая подруга?

Но поскольку прежде Джейд не приходилось иметь настоящих подруг, она не могла судить, так ли это.

Она слезла с кровати и опрометью проскочила к себе. Кейн не ошибся – Кристина оставила для нее прелестное платье темно-синего цвета для верховой езды. Возле кресла стояла пара элегантных коричневых ботинок. Похоже, они придутся ей впору.

Одеваясь, Джейд не могла отделаться от мыслей о Кейне. Он, положительно, лишил ее душевного покоя. Уж эта его пресловутая красота! Чего стоят одни только ямочки на щеках! К тому же, пока он расхаживал в неприлично обтягивающих бриджах Лайона, она успела заметить рельеф мощных ног… и чресел. Черный Гарри пристукнул бы ее, узнав о том, что она столь пристально разглядывает мужское тело. Впрочем, пусть Джейд была невинна – но ведь она не слепа.

Не прошло и четверти часа, как Джейд уже управилась. Белая шелковая блузка оказалась немного тесновата, но сей недостаток удалось успешно скрыть жакетом. Ботинки также слегка жали, но на это не стоило обращать внимания.

Джейд честно попыталась соорудить прическу, но ничего не смогла поделать: от неловких попыток волосы только сильнее растрепались. Прежде этот факт ее абсолютно не волновал, но теперь она встревожилась. Ведь до окончания маскарада она должна изображать заправскую светскую леди!

Двери в столовую были распахнуты настежь. Кейн сидел во главе длинного массивного стола. Слуга разливал крепкий чай из серебряного чайника. Однако Кейн, судя по всему, был полностью поглощен чтением газеты.

Джейд не знала, здороваться с ним или нет, решив, что он ее не замечает. Впрочем, она, видимо, ошиблась, ибо стоило ей приблизиться, как он тотчас поднялся и пододвинул стул.

Еще ни разу в жизни ей не подавали стул – даже Натан. Она и сама не знала, нравится ли ей такая предупредительность.

Пока Джейд завтракала, Кейн продолжал чтение газеты. Возможно, это обычный ежедневный ритуал? Но вот он откинулся на спинку стула, сложил газету и обратился к ней.

– Итак? – Она встретилась с ним взглядом.

– Что – итак? – Он улыбнулся такой заинтересованности.

– Упоминается ли здесь об убийстве прилично одетого джентльмена? – кивнула Джейд на газету.

– Нет, ничего подобного.

– Готова спорить, они сбросили его в Темзу! – нервно воскликнула она. – Знаешь, Кейн, теперь, вспоминая прошедшую ночь, я голову даю на отсечение, что задела обо что-то ногами. А поскольку ты сказал, что в Темзе никто не способен выжить – не так ли? – то можно прийти к выводу, что я задела за этого беднягу…

– Джейд, у тебя опять разыгралось воображение, – перебил Кейн. – Здесь не просто не упоминается про твоего прилично одетого джентльмена – здесь не упоминается вообще ни об одном убийстве.

– Ну значит, его еще не нашли.

– Если он знатный джентльмен, то к этому времени кто-нибудь наверняка уже его хватился бы. Ведь прошло два дня, если я не ошибаюсь…

– Точно, прошло уже два дня, – подхватила Джейд. Она почему-то заерзала на стуле.

– Что возвращает нас к самому первому вопросу, – заключил он. – Что именно ты увидела?

– Где, по-твоему, могут быть Лайон и Кристина? – спросила она, откинувшись на спинку стула.

– Ты опять уходишь от ответа?

– Я просто не хочу повторяться, – покачала она головой. При этом мысли ее бешено метались в поисках очередной удобоваримой лжи.

– Лайон ненадолго вышел, – отвечал Кейн. – А Кристина занята Дакотой. Пожалуйста, ответь мне. Она удивленно распахнула глаза.

– В чем дело?

– Ты только что сказал «пожалуйста», – прошептала она. Судя по голосу, Джейд с трудом верила своим ушам. – Если ты и дальше будешь так небрежен, того и гляди мы перейдем к извинениям, которые ты мне задолжал.

Он счел за благо не интересоваться, за что же именно ему придется извиняться, опасаясь услышать полный список своих прегрешений. К тому же она наградила его столь ослепительной улыбкой, что он с трудом овладел собой.

– Они сбросили его с крыши. – Это замечание сбросило его с небес на землю, вернув к теме их беседы.

– Ты была на крыше? – переспросил он, тупо соображая, что же, во имя всего святого, она могла там делать.

– Конечно же, нет, – ответила она. – С какой стати мне лазить по крышам?

– Джейд?

– Что? – откликнулась она, изображая покорность.

– Ты не была на крыше, но видела, как «они» столкнули мужчину…

– Прилично одетого джентльмена, – отозвалась она.

– Ну ладно, – согласился он. – Ты не была на крыше, но видела, как несколько человек сбросили прилично одетого джентльмена с крыши?

– Их было трое.

– Ты уверена?

– Я до смерти перепугалась, – кивнула она, – но не настолько, чтобы разучиться считать.

– А где в этот момент была ты сама?

– Внизу.

– Надо думать, – пробормотал он. – Раз тебя не было на крыше…

– Я могла оказаться в соседнем доме, или проезжать мимо верхом на одном из прекрасных рысаков Натана, или…

– Перестань ходить вокруг да около, – потребовал он. – Скажи только, где ты была и что видела.

– Но то, что я слышала, тоже имеет значение, Кейн.

– Ты что, издеваешься надо мной?!

– Я как раз направлялась в церковь, когда услышала невообразимый шум, – бросив уничтожающий взгляд, отчеканила она. – Они втащили беднягу на крышу дома викария. Оттуда, где я стояла, было видно, что джентльмен пытается вырваться, он боролся и призывал на помощь. Вот и все, что мне известно, Кейн. И я вовсе ничего не выдумала.

– И? – не выдержал он.

– Они перекинули его через карниз. Он упал в каком-то жалком футе от меня, сэр, и это чудо, что вам теперь вообще есть кого опекать.

– Где находится церковь?

– В приходе Натана.

– И где же этот приход?

– В трех часах пути отсюда к северу, – ответила она.

– Я не помешаю? – раздался с порога голос Кристины. Джейд с милой улыбкой обернулась к хозяйке.

– Конечно, нет, – пропела она. – Благодарю за чудесный завтрак и за это миленькое платье. Постараюсь быть поаккуратнее, – добавила она.

За спиной Кристины возник Лайон и, ничуть не стесняясь, поцеловал ее в макушку.

– Соскучилась? – спросил он.

– Конечно, – ответила Кристина. Тепло улыбнувшись мужу, она вновь обратилась к Джейд:

– Я заглянула к тебе в комнату…

– Ничего не произошло, – выпалила Джейд. – Это он во всем виноват. Я попыталась отбиваться кинжалом, он, конечно же, отобрал его. – И она махнула рукой в сторону Кейна. – А потом не на шутку разъярился и уволок меня к себе. О Боже, я совсем запуталась! Пожалуйста, скажи хоть ты им, – обратилась она к Кейну. – Моя новая подруга вот-вот подумает, что я…

Она мгновенно замолкла, увидев неподдельное изумление на лице Кейна. Он и не думал прийти ей на помощь, видимо, решив, что Джейд повредилась в уме.

Она готова была сквозь землю провалиться от смущения.

– Я заглянула к тебе в комнату, чтобы забрать кинжал, – пояснила Кристина. – Ты что же, и вправду надеялась поранить его этой тупой железякой?

– Ну, я сначала хотела ударить его, – пустилась в объяснения Джейд. – Он разбудил меня, пытаясь надеть ночную сорочку…

– Правда? – Лайон ехидно улыбнулся.

– Не вмешивайся, Лайон, – потребовал Кейн.

– Ну а как только я поняла, кто меня потревожил, нужда обороняться отпала. Он просто застал меня врасплох.

Лайона просто распирало от любопытства. Кейну пришлось буквально пригвоздить его к месту грозным взглядом.

– Ты что-нибудь разузнал? – спросил Кейн у друга. Лайон молча кивнул. Перешагнув порог столовой, он сказал:

– Кристина! Не могла бы ты проводить Джейд в гостиную?

– Пусть останется там, где захочет, – ответила Кристина. – Я обещала привести в порядок ее кинжал. Джейд, я не нашла его под подушкой. Именно это я и пыталась тебе сказать.

– Да ведь он отобрал его, – промолвила Джейд. – Кажется, он положил оружие на каминную полку.

– Ладно, присмотри пока за Дакотой. Он в гостиной, играет на одеяле на полу, а я приду туда через пару минут.

Джейд торопливо направилась следом за Кристиной. Уже на пороге гостиной ее ушей достигли громовые раскаты мужского хохота. Видимо, Кейн уже поделился с другом своими мыслями по поводу ее непроходимой глупости.

Она была весьма довольна собой. Не так-то просто нагромоздить одну ложь на другую и сохранить при этом хотя бы видимость логики! Она успешно справилась с задачей. Ей и в голову не приходило, что она столь талантлива. Правда, нельзя не признать, что по крайней мере один раз она была вполне искренна. Джейд упрямо расправила плечи. Притворялась она или нет, но манера так вот бессвязно болтать с Кейном явно выводила его из себя.

Она вошла в гостиную и прикрыла за собой дверь. В глаза ей бросилось цветастое одеяло, расстеленное прямо перед диваном, но Кристининого сына нигде не было видно.

Джейд совсем было решилась поднять тревогу, как вдруг заметила маленькую ножку, выглядывавшую из-за дивана. Она бросилась туда, встала на четвереньки и для начала решила разыскать всего малыша целиком. Пришлось принять весьма малоизящную позу.

На Джейд в упор глядели глаза невероятного синего оттенка – она видела такой впервые в жизни. Дакота. Наверное, испугался ее внезапного появления, ведь он так широко распахнул глаза. Правда, не заплакал. Впрочем, он долго и внимательно разглядывал ее, а потом наградил широчайшей беззубой улыбкой.

О-о, это самый забавный малыш на свете! Судя по всему, он был полон решимости проложить себе путь, разжевав мешавшую ему диванную ножку.

– Вряд ли это доведет тебя до добра, малыш! – воскликнула Джейд. – Перестань, Дакота, – велела она, видя, что младенец продолжает мусолить диван, не обращая на нее никакого внимания. – Мама придет в ужас, если ты съешь всю мебель в доме. Пожалуйста, вылезай.

Очевидно, что Джейд не имела ни малейшего понятия об обращении с младенцами, как, впрочем, и не подозревала о наличии зрителей.

Друзья – Кейн и Лайон, – прислонившись к косяку двери, наблюдали за милой парочкой и с трудом удерживались от смеха.

– Дакота, ты решил быть непослушным, да? – спросила Джейд.

– Держу пари, она в этом деле новичок, – прошептал Лайон, когда Джейд кое-как отодвинула диван в сторону.

Она тут же плюхнулась на детское одеяльце, и малыш, радостно гукая, пополз к ней. Джейд не имела ни малейшего представления, каким образом поднимать младенцев с пола. Кажется, кто-то говорил, что новорожденные не могут сами держать головку, так как шейка у них слабая и окрепнет не раньше года. Однако Дакота, судя по всему, оказался намного сильнее и с успехом не только поднимал головку – он, приподнявшись, полз на четвереньках.

При этом он испускал самые восторженные вопли. О, это был очень счастливый малыш! Джейд не могла устоять перед искушением потискать его. Робко погладила по лысой макушке, а потом подхватила с полу и поместила к себе на колени.

Ей так хотелось прижать его к груди!

Однако у малыша были совсем иные намерения. Дакота вцепился ей в волосы, что было силы дернул и собрался ими позавтракать.

Джейд осторожно поднялась на ноги, прижимая к себе ребенка. Чудесный младенческий запах! А кроме того, очень милые ярко-синие глаза, как у матери, и темные кудрявые волосы, как у отца. Джейд гладила его по спинке и что-то тихонько ворковала.

Вдруг она заметила уставившихся на нее мужчин и тотчас зарделась.

– У вас прелестный сын, – неловко проговорила она.

– Это первый младенец, которого я держала па руках, – призналась она Лайону.

Лайон поспешил забрать Дакоту, а Кейн с каким-то странным выражением на лице все еще стоял на пороге. Несомненно, в нем присутствовала нежность, но было и еще что-то, неуловимое и неподдающееся разгадке.

– Следует отдать вам должное: вы не растерялись. Верно, Дакота? – обратился Лайон к малышу, заглядывая ему в глаза. Дакота немедленно просиял.

В гостиной появилась Кристина, быстро пересекла комнату и протянула Джейд наточенный кинжал в ножнах из мягкой кожи.

– Вот теперь он достаточно острый, – сказала она. – Я сунула клинок в ножны, чтобы ты случайно не поранилась.

– Спасибо.

– Кинжал тебе больше ни к чему, – вмешался Кейн и приблизился к Джейд. – Позволь, я сохраню его, милая. Ты обязательно порежешься.

– Нет, – возразила она. – Это подарок дяди, и я никогда с ним не расстанусь.

– В любом случае нам пора уходить, – закончил он бесполезный спор. – Лайон, постарайся…

– Хорошо, – отозвался Лайон. – Как только смогу…

– Именно, – перебил Кейн.

– Они будто говорят на другом языке, правда? – заметила Кристина, обращаясь к Джейд.

– Чтобы не испугать меня, – пояснила Джейд.

– Так ты поняла, о чем они?

– Конечно, Лайон намеревается начать расследование. Кейн, по всей вероятности, дал ему кое-какие указания. И Лайон сообщит Кейну, как только разузнает что-либо.

– Ты вычислила это все из того… – начал было маркиз. Мужчины изумленно смотрели на Джейд, кивком подтвердившую догадку Кейна.

– Вы собираетесь навести справки о пропавших без вести, так?

– Да, – признался тот.

– В таком случае вам понадобится словесное описание. Хотя, конечно, нос у бедного джентльмена совершено разбился при падении, однако я успела заметить, что он несколько староват – пожалуй, что-то около сорока. Седые волосы, густые брови и холодные карие глаза. А вот брюшко довольно жирное. Что еще раз доказывает принадлежность к высшим слоям общества.

– Это почему же? – поинтересовался Кейн.

– Да потому, что на столе у него еды больше, чем необходимо, – выпалила она. – Да и на руках его я не заметила мозолей. Нет, он наверняка не был работягой.

– Присядьте-ка на минуту, – предложил Лайон. – А как насчет остальных мужчин?

– Боюсь, из этого ничего не выйдет. Я их почти не разглядела. Не знаю даже, высокие они или низкие, толстые или худые… – Она задумчиво вздохнула. – Их было трое, вот все, что я знаю.

Она казалась подавленной. Видимо, вспомнив весь тот ужас, который ей довелось пережить. Как-никак, прирожденные леди не приспособлены наблюдать, как у них под ногами человек разбивается насмерть.

Джейд была действительно подавлена, и, когда Кейн ласково обнял ее за плечи, ощущение вины только усилилось. Ведь, по сути дела, в первый раз за всю свою жизнь она почувствовала искреннее отвращение ко лжи. Она попыталась снова припомнить мотивы своих действий, но ничто не помогало. Она водила за нос троих хороших людей.

– Надо спешить, – торопливо добавила она. – Чем дольше мы здесь торчим, тем большую опасность навлекаем на эту семью, Кейн. Да, нам надо уходить немедленно.

Не давая ему возможности возразить, она метнулась к выходу.

– Кейн? У тебя случайно нет жилья за городом? – поинтересовалась она, прекрасно зная ответ.

– Есть.

– Полагаю, нам лучше всего отправиться именно туда. Вдали от Лондона тебе будет проще охранять меня.

– Мы не поедем в Харвит, Джейд.

– Харвит?

– Так называется мое загородное имение, – ответил он. – Я доставлю тебя домой к моим родителям: их поместье рядом. Стану навещать тебя ежедневно и проверять, все ли в порядке, расставлю вокруг дома часовых… Ну. что ты так трясешь головой?

– Навещать?! Но, Кейн, тогда ты нарушишь данное мне слово! – вскричала она. – Вовсе ни к чему вмешивать в это дело твоих родителей. Ты обещал лично охранять меня и клялся всем святым, что все время будешь неотлучно находиться при мне.

– Она права, Кейн, – вмешался Лайон.

– Я полностью согласна с Джейд, – подхватила Кристина.

– Почему? – в один голос спросили Кейн и Лайон.

– Да потому, что она моя подруга, – пожала плечами Кристина.

– Спасибо тебе, Кристина, – радостно промолвила Джейд. – Я тоже обещаю впредь поддерживать тебя во всем.

– Джейд, – покачал головой Кейн в надежде все же заставить ее вернуться к первоначальной теме. – Я пекся именно о твоей безопасности, когда предлагал остановиться у родителей.

– Нет.

– Ты и правда веришь, что со мной ты в полной безопасности?

– Совершенно определенно, – подтвердила она, не обращая внимания на его недоверчивый тон.

– Милая, но я просто не в состоянии буду избегать соблазна в течение двух полных недель. Черт возьми, я только хотел быть честным!

– Кейн, – прошептала она, в мгновение она залившись краской. – Тебе не следовало говорить такие вещи при гостях.

– Да какие они гости?! – вскричал он, еле владея собой. – Это мы у них в гостях!

– Он давно уже ругается при мне, не стесняясь, – заметила Джейд, обращаясь к Кристине. – И при этом никогда не извиняется.

– Джейд! – взревел Кейн. – Прекрати молоть чепуху!

– По-моему, не стоит кричать на нее, – посоветовала Кристина.

– Он совершенно не владеет собой, – пояснила Джейд. – Это все от распущенности.

– Я не распущенный, – буркнул Кейн намного тише. – Я просто хотел быть честным. И вовсе не собирался тебя смущать.

– Поздно, – возразила Джейд. – Ты уже успел меня смутить.

Кристина с Лаойном совершенно опешили от их перепалки. Кейн обратился к другу:

– Тебе случайно никуда не надо?

– Нет.

– Проваливай отсюда, – приказал Кейн.

– Пойдем, женушка, – после минутного замешательства предложил Лайон. – Кейн, прежде чем ты уйдешь, не забудь мне кое-что объяснить, если хочешь…

– Позже, – отрезал Кейн.

Кристина последовала за мужем. Она задержалась, чтобы ободрить Джейд:

– Не ссорьтесь. Ваша судьба уже бесповоротно решена.

Джейд пропустила это замечание мимо ушей и машинально кивнула. Затем захлопнула дверь и, уперев руки в бока, резко развернулась, чтобы продолжить спор:

– Это же просто смешно – беспокоиться о том, что ты станешь распускать руки. Ты не прикоснешься ко мне, пока я сама не позволю. Я верю тебе, – добавила она, убежденно кивая и прижимая руки к груди. – Верю всем сердцем, – театрально закончила Джейд свое выступление.

– Не верь.

– Слишком поздно, Кейн. – От его резкости она на мгновение смешалась, но быстро спохватилась. – Я уже поверила. Ты спасешь меня и не сделаешь ничего без моей на то воли. Обычное соглашение, сэр. И нечего мутить воду необоснованными страхами.

Внезапно их внимание привлекла суета в передней. Кейн узнал вошедшего по голосу.

– Перри, – кивнул он. – Один из моих слуг. Оставайся пока здесь, а я узнаю, в чем дело.

Конечно же, она не подумала подчиниться и пошла следом.

По мрачному лицу Лайона она поняла, что стряслось что-то страшное, но мигом переключила все свое внимание на слугу. Карие глаза юноши были широко распахнуты, темные вьющиеся волосы прямо-таки стояли дыбом. Запыхавшийся, взъерошенный, он нервно размахивал шляпой.

– Все пропало, милорд, – выпалил он. – Мерлин велел вам передать, что квартал чудом не выгорел дотла. Огонь дошел аж до особняка эрла из Хазелета – мы видели дым, но наружные стены вроде бы целы.

– Перри, что такое ты…

– Кейн, сгорел твой особняк, – вмешался Лайон. – Перри, ведь ты именно это хотел нам сообщить?

– Ума не приложу, милорд, откуда загорелось, ведь в доме ни свечей забытых не оставалось, ни углей в каминах. Господь свидетель, слуги не виноваты.

– Никто вас и не винит, – произнес Кейн. Его нарочито спокойный голос выдавал еле сдерживаемый гнев. – С какой стати ты это взял? Мало ли что могло случиться.

– Это не случайно.

Все находившиеся в передней обернулись к Джейд. Стиснув руки, она потупила взгляд. Вид у нее при этом был до того несчастный, что у Кейна даже пропало желание гневаться.

– Ничего страшного, Джейд, – принялся утешать он. – Я с легкостью все восстановлю. – И тотчас спросил Перри:

– Никто не пострадал?

Пока Перри бормотал что-то про то, как все слуги успели вовремя выскочить, Лайон не спускал глаз с девушки.

Кейн на какое-то время отвлекся и начал было давать приказания Перри, но Лайон перебил его:

– Послушай, я управлюсь с полицией и слугами сам. Ты прежде всего должен вывезти из Лондона Джейд.

– Да, – согласился маркиз. – Зачем лишний раз пугать Джейд? Впрочем, пожар, вероятно, каким-то образом связан с ее преследователями.

– Перри, ступай на кухню и выпей чего-нибудь, – велел Лайон. – На полке всегда есть эль и бренди.

Слуга охотно принял это предложение.

А Лайон с Кейном во все глаза глядели на Джейд. Она, не вымолвив ни слова, нервически сжала руки.

– Джейд? Почему ты так уверена, что это не случайность?

– Потому что этот пожар не первый, – с трудом вздохнув, выдавила она. – Уже третий, Кейн. Похоже, им нравится баловаться с огнем.

Она соизволила поднять взор. В ее глазах стояли слезы.

– Они не отступятся, пока не застанут тебя… и меня, – торопливо добавила она, – врасплох.

– Вы хотите сказать, что они намерены были убить вас в… – протянул Лайон.

– Теперь они хотят убить не только меня, – прошептала она. – Теперь они хотят убить и его тоже.

Глава 6

– Они как-то умудрились разнюхать, кто ты такой на самом деле, – шептала она, размазывая слезы по щекам. – Явившись в таверну, я думала, что ты и есть Дикарь, а вот они знали правду. Иначе с чего бы им поджигать твой особняк?

– Монах ни за что бы им не сказал, – возразил Кейн, обнимая ее за плечи. – Не представляю, как еще они смогли бы… впрочем, не важно. Джейд, хватит недомолвок, – приказал он.

– Я рассказала все, что ты хотел знать, – ответила она.

Следом за парочкой в гостиную вошел Лайон. Он закрыл за собой дверь и уселся напротив. Кейн мягко заставил Джейд выпрямиться.

– Мне казалось, мы убежали от них прошлой ночью, – сообщила Джейд. – Возможно, если вы прикажете Перри делать вид, что он все еще ищет нас, то преследователи не узнают, что мы здесь.

Лайон счел ее план превосходным. Он немедленно согласился и отправился на поиски слуги.

– Мне нельзя оставаться с тобой, – промолвила Джейд, как только он вышел. – Они убьют тебя, чтобы добраться до меня. Я пыталась оставаться равнодушной к вам, сэр, но потерпела полный крах. Я не перенесу, если ты пострадаешь. – За сим она попыталась было удалиться, но Кейн обнял ее еще крепче.

– Я тоже пытался смирять свои чувства, – прошептал он и, поцеловав в макушку, продолжил:

– Но тоже потерпел фиаско. Похоже, мы оба увязли по уши, милая.

Они долгое время молча смотрели друг на друга.

– Разве это не странно, Кейн, – шепнула наконец Джейд.

– Что именно? – также шепотом отвечал он.

– У тебя только что сгорел особняк, нам обоим грозит смертельная опасность, но все, чего я сейчас хочу, – это твой поцелуй. Разве не странно?

– Нет. – Он покачал головой и коснулся ее лица. – Я тоже хочу тебя поцеловать.

Глаза ее испуганно распахнулись.

– Но подумай, это же…

– Предосудительно?

– Да, – шепнула она прямо в его губы. – Предосудительно.

Он без лишних слов припал к ней, а она послушно обняла его за шею.

Кейн собирался лишь ощутить вкус ее губ, но поцелуй затянулся. Маркиз становился все требовательнее, все нетерпеливее.

Он был не в состоянии оторваться от нее.

– Во имя всего… Кейн, сейчас не время…

Переступив порог гостиной, Лайон направился к своему креслу. Джейд, не колеблясь ни минуты, молниеносно отпрянула от Кейна.

Ее личико изрядно раскраснелось, заметив, что Лайон улыбается, она потупила взор. Только тут она обнаружила, что прижимает к груди руку Кейна, и торопливо отбросила ее прочь.

– Вы совершенно забылись, сэр, – провозгласила она. Маркиз, в свою очередь, решил не напоминать Джейд о ее пагубной инициативе.

– Полагаю, сейчас самое время послушать объяснения, – заявил Лайон. – Джейд, – спросил он намного мягче, поскольку заметил, какое смятение испытывает она при громовых раскатах его баса. Боже, какая же она робкая! – Почему бы вам не рассказать о первых двух пожарах?

– Я попытаюсь. – Она все еще не решалась поднять глаза. – Однако меня бросает в дрожь при одном только воспоминании.

– Джейд, прежде чем вы поведаете о пожарах, не стоит ли сделать небольшое вступление о вашем прошлом? – поинтересовался Лайон.

– Мой отец был эрлом Уэйкерфилдса. Теперь этот титул носит Натан, мой брат, – конечно, вместе со множеством других. Отец скончался, когда мне минуло восемь. Помню, он собрался в Лондон кого-то повидать. Я играла в саду, когда он пришел попрощаться.

– Если ты была совсем крошкой, как тебе удалось это запомнить? – уточнил Кейн.

– Папа был очень подавлен. Я испугалась, наверное, от того и запомнила все до мелочей. Он метался взад-вперед по тропинке, заложив руки за спину, и твердил, что, если с ним что-то случится, нам с Натаном надо отправляться к Гарри, его другу. Ему так хотелось убедиться, что я внимательно выслушала его, что он схватил меня за плечи и легонько встряхнул. Меня же куда больше интересовали какие-то игрушки, которые я бы хотела от него получить по приезде. – Ее трепетный голосок был едва слышен. – Я была такой маленькой…

– Ты и теперь еще не выросла, – перебил Кейн.

– А я так не думаю, – призналась она и, выпрямившись, продолжила:

– Моя матушка умерла, когда я была еще младенцем, ее я совсем не запомнила.

– Что случилось с твоим отцом? – прервал ее Кейн.

– Карета перевернулась, и он погиб.

– Стало быть, у него было предчувствие? – подхватил Лайон.

– Нет, у него был враг.

– И теперь враг вашего отца преследует и вас, и в этом причина ваших слез? – спросил Лайон.

– Нет, нет, – выпалила она, мотая головой. – Я видела, как убили человека. И убийцы успели меня разглядеть. А об отце я стала рассказывать только потому, что вы предложили начать с моего… прошлого. Да, Лайон, именно так вы и сказали.

– Извините, – сказал Лайон. – Я вовсе не собирался делать далеко идущие выводы.

– Что случилось после того, как умер твой отец? – с чувством превосходства над Лайоном спросил Кейн. Его лучший друг явно смущен и растерян. Весьма приятно обнаружить, что он не один носится с Джейд. Чертовски приятно!

– После похорон приехал Гарри, а осенью он отослал Натана в школу, поскольку отец хотел дать Натану образование А я осталась с дядей. На самом деле он не просто дядя, он мне как отец. В общем, он увез меня к себе на остров, где всегда царят мир и покой. Видите ли, дядя Гарри никогда не был женат, и я ему теперь как родная дочь. Он был очень добр ко мне, но я все равно скучала по Натану. За все эти годы мой брат сумел навестить нас всего однажды.

– А потом? – мягко настаивал Кейн, увидев, что взор ее замутился.

– Я вернулась в Англию и, конечно, смогла повидаться с Натаном. А кроме того, мне хотелось еще раз взглянуть на отцовский дом. Натан многое в нем поменял. Он встретил меня в Лондоне. Мы отправились прямиком к нему в поместье и провели чудесную неделю воспоминаний, а потом его отозвали по важному личному делу.

– Неизвестно, что за дело? – вступил Кейн.

– К Натану прибыл посыльный с письмом. Прочитав его, брат ужасно расстроился, собрался в Лондон и обещал вернуться через две недели. Сказал, что его близкому другу грозит опасность. Натан очень достойный человек и никогда не оставит друга в беде, да и я не попрошу его об этом.

– Итак, вы остались одна? – спросил Лайон.

– Ох, Господи, конечно, нет. У Натана в поместье полно слуг. Леди Бриарс… близкий друг семьи… ну, она нанимала всех слуг и даже помогала Натану составлять план переустройства дома. Видите ли, она хотела сама нас воспитывать, и даже обратилась ко двору с ходатайством назначить ее опекуншей. Только из-за Гарри она потеряла нас из виду. Потом мне надо будет обязательно нанести ей визит Конечно, сейчас об этом и речи быть не может. Они спалят ее дом дотла, если им станет…

– Джейд, ты отвлекаешься, – перебил Кейн.

– Неужели?

Он кивнул.

– Извини. Так о чем шла речь?

– Натан отправился в Лондон, – напомнил Лайон.

– Да, – продолжила она. – И я поняла, что совершила ужасную глупость. У себя на острове я могла гулять когда и где угодно и никогда не беспокоилась о провожатых. Я просто позабыла, что в Англии все по-другому. К примеру, здесь приходится держать двери на запоре. Так или иначе, я очень торопилась и не заметила, как каблук зацепился за бахрому на ковре. Я довольно сильно расшиблась о перила.

Она замолкла, ожидая изъявлений сочувствия. Но мужчины лишь выжидательно смотрели на нее, и, послав им взгляд, полный немого упрека, она вернулась к своему повествованию.

– Голова все еще раскалывалась от боли, когда я, на свой страх и риск, отправилась на краткую прогулку. И позабыла о всех болях и обидах, уж очень славный выдался денек. Позабыла также и о времени. Больше всего мне хотелось обследовать прелестную церквушку, которую я заметила еще издали, но тут до меня донесся шум драки. Тогда-то я и увидела, как бедняг} скинули с крыши. – Она драматически вздохнула. – Я закричала и бросилась бежать. Но вскоре заблудилась и опомнилась, только оказавшись на могиле своих родителей. И тут я опять увидела их.

– Тех же самых людей? – уточнил Лайон. Он весь подался вперед в нетерпении.

– Да, тех же самых, – подтвердила Джейд. – Видимо, они решили, что не стоит тратить силы, гоняясь за мной, да к тому же были чрезвычайно заняты.

– Чем же? – немедленно вмешался Кейн.

Джейд ответила не сразу, и сердце его заныло от мрачного предчувствия. Теперь она простерла к нему руки. Кейн сомневался, сознает ли она, что делает в этот момент.

– Раскопками, – наконец промолвила она.

– Раскопками могилы? – не веря своим ушам, переспросил Лайон.

– Да.

Кейн не выказал никакого недоумения. А вот Лайон явно ей не поверил. Пожалуй, глупо было надеяться, что оба мужчины с легкостью примут за чистую монету все, что она тут нагородила. Однако, вздумай она сейчас излагать им полную правду, получилась бы целая эпопея.

– Правда, правда, – заверила она Лайопа – Звучит невероятно, но ведь я видела это своими глазами.

– Ладно, – заметил Кейн – Что дальше?

– Я опять закричала. О, я понимала, что должна вести себя как можно тише, но так испугалась, что утратила ясность мысли. Все трое обернулись в мою сторону. А тот, что был одет лучше других, выхватил пистолет, и я остолбенела, пока не раздался выстрел, а затем помчалась с быстротой молнии. Хадсон, дворецкий Натана, в тот час работал в библиотеке. Я попыталась рассказать ему обо всем, но, пока он приводил меня в чувство, стало совсем темно, чтобы приниматься за поиски. Мы решили подождать до утра.

– Вы поставили в известность полицию?

– Вот тут я была немного сконфужена, – призналась она, отрицательно покачав головой. – На следующее утро Хадсон с несколькими дюжими слугами отправился за телом бедняги, которого сбросили с крыши. Хадсон запретил мне выходить: я все еще была в расстроенных чувствах.

– Правильно, – согласился Кейн.

– Да, – трогательно вздохнула Джейд. – И когда Хадсон со слугами вернулся, он изо всех сил старался быть добрым со мной – совсем как ты сейчас, Кейн, – но ему не удалось скрыть правду.

– Какую правду?

– Они не могли найти труп. И к тому же могилы оказались нетронутыми.

– Итак, они решили, что вы просто…

– Все вообразила, да, Лайон? – перебила Джейд. – О, я уверена, они решили именно так. Поскольку все эти люди были в услужении у Натана, никто из них не посмел заикнуться о том, что они сочли меня… помешанной, но это ясно читалось на их лицах, и я немедленно поспешила на кладбище, чтобы увидеть разрытые могилы своими глазами. Прошлой ночью был ужасный дождь и ветер, но, даже учитывая это, нельзя было сказать, что кто-то орудовал там лопатой.

– Может, они только начинали копать, когда ты им помешала, – предположил Кейн.

– Да, – призналась она. – О, я никогда в жизни не забуду их лица…

– Расскажи нам остальное, – настаивал Кейн.

– Остаток дня я провела, строя догадки о том, что же произошло на самом деле. Потом отправилась к Хадсону и попросила не расстраивать Натана этими неприятностями. Я солгала дворецкому, заверив его, что скорее всего это солнце подшутило надо мной. Должна заметить, Хадсон явно испытал облегчение. Впрочем, он все еще был встревожен, ведь я упала с лестницы.

– Джейд, а не игра ли это вашего…

– Воображения? – докончил за друга Кейн, с сомнением качая головой. – Прошлой ночью за нами гнались по меньшей мере человек пять. Нет, вряд ли это назовешь игрой воображения.

. – Вы не верите мне, не так ли? – подозрительно покосилась на Лайона Джейд.

– Теперь поверю, – ответил Лайон. – Раз за вами гнались, значит, вас действительно угораздило что-то увидеть. А что потом?

– Я не желала сдаваться, – ответила девушка, но, тут же осознав, что почему-то снова вцепилась в руку Кейна, со злостью отпихнула ее. – Я чрезвычайно упряма, и потому на другое утро опять отправилась на поиски.

– Я бы поступил точно так же, – с улыбкой признался Лайон.

– Утро какого дня это было? – уточнил Кейн.

– Вчерашнего, – откликнулась Джейд – Я ехала верхом, однако до могилы родителей так и не добралась Они пристрелили лошадь прямо подо мной.

– Что?! – в ужасе воскликнул Кейн.

– Они пристрелили чудесную лошадь Натана. – Джейд кивнула. Ей чрезвычайно льстила растерянность Кейна. – Просто сказать вам не могу, как расстроится мой брат, когда вернется домой и узнает, что погиб его любимый жеребец. Это может разбить ему сердце.

– Ну а потом? – не унимался Лайон. Опасаясь, что Джейд вот-вот ударится в слезы, он извлек белоснежный носовой платок.

– Ну конечно, я полетела наземь. И мне еще повезло, что не сломала при этом шею. Ты наверняка заметил синяки у меня на теле вчера ночью, когда прокрался в мою комнату? – Она выжидательно уставилась на Кейна.

– Не заметил я никаких синяков, – прошипел тот – И я не прокрадывался к тебе в комнату!

– Но как же ты не заметил синяков?!

– Если мы применим логику к этой скандальной ситуации… – после долгого молчания начал Кейн.

– Я о твоей интуиции, дружище, – перебил его Лайон. – Отвечай же мне.

– Да. – Кейн улыбнулся, ибо впервые за всю свою жизнь поступил нелогично. – Верю всем сердцем, хотя не могу вразумительно объяснить почему. А что диктует логика, Лайон?

– Я верю ей, только полагаясь на тебя, – пояснил Лайон. – Интуиция еще никогда тебя не подводила. И я не раз избегал смерти только потому, что верил тебе.

– Ты ведь на что-то намекал, – нахмурился Кейн.

– На то, что так же в свое время поверил Кристине. Практически с самой первой минуты. Клянусь, это скорее слепая преданность. Жена тоже не раз помогала мне, и теперь я вынужден с ней согласиться. Подчас она, конечно, высказывает весьма странные суждения, но в данном случае, по-моему, попала в точку.

– Что ты имеешь в виду?

– Дружище, я уверен, ты повстречался со своей судьбой. – Лайон мягко усмехнулся и покачал головой. – И отныне храни тебя Бог, Кейн, ибо все только начинается.

Глава 7

В передней Кейна с Лайоном дожидались леди. На полу между ними громоздился саквояж в серо-белую клетку.

Попытавшись его поднять, Кейн удивился:

– Господи, Джейд, да этакую тяжесть не повезет ни одна лошадь.

Он опустился на колено, раскрыл саквояж и глянул внутрь. Невольно у него вырвался протяжный свист.

– Проклятие, да тут целый арсенал, – сообщил он Лайону. – Кто напихал сюда все эти игрушки?

– Я, – ответила Кристина. – Здесь лишь немножко оружия – оно пригодится Джейд, чтобы защищать вас.

– Джейд станет защищать меня? – Кейн ушам своим не поверил. – Лайон, твоя жена издевается надо мной!

– Определенно, издевается, – с улыбкой подтвердил Лайон. – А теперь тебе лучше всего извиниться, и на том и покончим.

– Господи Боже, да с какой это стати?

– Чтобы не тратить попусту время, – пояснил Лайон. Он едва сдерживался от хохота, очень уж Кейн опешил.

– Как повлияла на тебя женитьба… – пробормотал он.

– Я мягок, словно молочное пирожное, – ухмыльнулся Лайон.

Кейн занялся саквояжем, вытряхивая из него бесполезное оружие. Под дружный протест обеих леди он швырнул на пол несколько длинных кинжалов, пару пистолетов и один весьма зловещего вида обрывок цепи.

– Все это тебе ни к чему, Джейд. Ты же слишком робкая, чтобы суметь ими воспользоваться, – приговаривал он. В это время Джейд лихорадочно подбирала оружие. – Оставь надежду, моя маленькая воительница.

– Ох, до чего же ты упрям, – возмутилась она. – И перестаньте рассыпаться передо мной в любезностях, сэр. Поберегите их для остальных женщин. Я вам не милая, не любимая и уж определенно не ваша воительница. Ха, да не притворяйся таким невинным, Кейн. Кристина рассказала мне про твои похождения.

– Твоей взбалмошной головке угодно как нежность воспринять то, что я назвал тебя воительницей?.. – Кейн никак не мог осмыслить ее последнюю отповедь.

– Да, именно так, грубиян ты этакий, – ответила Джейд – Я не собираюсь тратить время и требовать извинений за то, что ты обозвал меня взбалмошной, – так и быть, снесем это на твои расстроенные чувства из-за сгоревшего особняка.

Кейна затопила волна ярости. Он расправился с бесполезным грузом и защелкнул замок на саквояже.

– Спасибо тебе за хлопоты, Кристина, но лучше сама воспользуйся этим оружием, чтобы охранять Лайона. Пойдем, Джейд. – Одной рукой он подхватил саквояж, а другой – Джейд. Хватка у него оказалась железной.

Джейд, впрочем, ужасно радовалась тому, что сумела наплести такие чудные истории, что одновременно и убедила Кейна, и смутила его. Правда, его выпяченный подбородок ясно указывал на бесполезность всяческих споров. Посему она позволила увлечь себя к двери. Слуга Лайона уже держал в поводу двух лошадей. На пороге Кристина крепко обняла Джейд и шепнула ей на ухо:

– Желаю успеха.

Кейн приторочил саквояж к седлу своей лошади, а потом подсадил Джейд на другую. У калитки девушка помахала хозяевам на прощание.

Не в силах оторвать от них взгляд, Джейд постаралась как можно лучше запомнить и улыбку Кристины, и сосредоточенное лицо Лайона, поскольку не сомневалась, что больше никогда в жизни их не увидит.

У Кристины не вызывало сомнений, что Кейну предстоит стать спутником жизни Джейд, но подруга не понимала ситуацию полностью. И как только Кристине откроется вся правда, скорее всего она больше не захочет вообще знаться с Джейд.

Эта мысль причиняла ей слишком сильную боль, и Джейд не переставая думала о том, зачем она вообще во все это ввязалась? Ее долг заключался в охране Кейна, пока не вернется Натан. И не более. А судьба ее решена уже давным-давно.

– Держись ближе ко мне, Джейд, – бросил Кейн через плечо.

Она немедленно послала лошадь вперед.

Выезжая из Лондона, Кейн явно старался запутать следы. Он долго кружил по предместьям, то и дело возвращаясь назад, чтобы удостовериться, что за ними нет слежки.

И только удалившись от города на добрый час пути, решился воспользоваться северным трактом.

Им предстояло ехать часа три. Из-за предпринятых Кейном мер они оказались уже на полпути от поместья.

– Вскоре мы доберемся до остатков кареты Натана. – Джейд, похоже, узнала окрестности.

Однако им пришлось ехать дольше, чем она предполагала. Джейд решила было, что экипаж успели убрать, ведь они так и не нашли его.

Однако после очередного поворота на краю узкой лощины показался обгорелый остов.

Кейн за все это время не промолвил ни слова, но лицо его было чернее тучи, особенно когда они миновали карету.

– Она сгорела, все в порядке.

– И это все, что ты можешь сказать? – В его голосе слышался гнев, и она всполошилась, не считает ли он ее виновницей поджога. Подав лошадь вперед, она поехала с ним стремя в стремя.

– Ты мне не веришь, да? И оттого злишься.

– Теперь верю, – отрезал он.

Стало ясно, что она от него ничего не добьется.

– Больше ты ничего не желаешь сказать? – не унималась она.

– Скажу лишь одно: как только найду ублюдков, которые это сделали, я немедленно убью их, – вяло ответил он – А затем мне, возможно, захочется спалить их трупы, чтобы прямиком отправить в преисподнюю. Да, это я тебе обещаю, но ты ведь только лишний раз испугаешься, не так ли, Джейд? – леденящим душу голосом закончил он.

Она тревожно распахнула глаза, по спине побежали мурашки.

– Да, Кейн, меня просто жуть берет от подобного плана. Нельзя же вот так убивать направо и налево, независимо от того, как насолили тебе эти люди.

Он резко осадил свою лошадь, а потом протянул руку и ухватил девушку за шиворот. Джейд так опешила, что и не подумала вырываться.

– Я охраняю все, чем владею.

У нее почему-то не было ни малейшего желания спорить. Она замерла, дожидаясь, пока мужчина отпустит ее.

Кейн с трудом стряхнул наваждение. Маленькая глупышка явно не собиралась перечить. Неожиданно он притянул ее к себе, наклонился и поцеловал. Жадно. Властно.

Она еще больше растерялась. Кейн взглянул ей в глаза.

– Пора уже понять, что ты будешь моей, Джейд.

– Я не стану принадлежать ни одному мужчине, и пора тебе уразуметь это, Кейн.

Казалось, он сейчас лопнет от злости. Но уже в следующее мгновение лицо его смягчилось. Джейд с облегчением перевела дух.

Только было она собралась тронуться с места, как Кейн выхватил уздечку у нее из рук и усадил девушку к себе на колени.

– Что случилось? – спросила она.

– Ты устала.

– Ты уверен?

– Не сомневаюсь. – Впервые за весь день он улыбнулся.

– А я тревожусь, – – призналась она. – Вдруг лошадь Лайона не пойдет за нами? Твой друг обидится, если у него пропадет лошадь.

– Пойдет, – заверил он.

Джейд тотчас обхватила Кейна за пояс и приникла к его груди.

– Ты так чудно пахнешь, – шепнула она.

– Ты тоже.

Судя по его голосу, он успел увлечься ею. А кроме того, был полон решимости пробраться верхом через совершенно непролазную чащу.

– Зачем так усложнять путь? – поинтересовалась девушка.

– За нами гонятся, – ответил Кейн, отводя в сторону очередную ветку.

Эта новость, высказанная столь небрежно, ошеломила Джейд, словно удар в спину. Она тут же всполошилась.

– Но я ничего не заметила!

– Не пугайся. – Кейн крепко прижал ее к себе и, несмотря на отчаянные попытки, не давал оглянуться. – Они еще далеко.

– Откуда ты знаешь? – не унималась она. – Разве они следили за нами от самого Лондона? Нет, это невозможно. Я наверняка бы их заметила, Кейн. Ты уверен?

Он ободряюще пожал ей руку в надежде остановить лавину вопросов.

– Они гонятся за нами на протяжении последних трех-четырех миль. По-моему, их шесть или семь человек.

– Но…

– Я заметил их, когда в последний раз вернулся по своим следам, – терпеливо пояснил он.

– Да ведь и я, как ты помнишь, была вместе с тобой, – возразила она.

Казалось, она чрезвычайно обескуражена. Кейн ума не мог приложить отчего.

– Долго нам еще ехать?

– Минут пятнадцать, – ответил маркиз. Тропинка вывела их на маленькую поляну. Страна чудес, и только!

– Как красиво, – прошептала она.

Травянистую лужайку с двух сторон огибал узкий ручеек, сбегавший по отлогим склонам холмов в небольшую низину. Сквозь кроны деревьев, окружавших райский уголок, пробивались яркие солнечные лучи. На берегу ручья стояла хижина.

– Может, лесник сейчас у себя в хижине, – сказала она. – Он мог бы помочь нам отбиться от разбойников.

– Хижина давно пустует.

– Ну, тогда давай сами попытаемся устроить засаду. Ты все до одного пистолеты оставил у Лайона? Ответа не последовало.

– Кейн?

– Нет. Здесь мы только зря потратим время. Прежде всего я доставлю тебя домой, Джейд. Мне совсем не улыбается опять рисковать тобой. А теперь пригни голову и не болтай.

Поскольку в его голосе вновь послышалось раздражение, она подчинилась и уткнулась ему в грудь.

– Я бы хотела когда-нибудь сюда вернуться, – шепнула она, оглядывая поляну.

Он ничего не ответил. Как только они достигли открытого места, Кейн пустил лошадь в галоп. Во второй раз Джейд посетило ощущение полета. Однако это ничуть не напоминало недавний прыжок в Темзу, ведь теперь она держалась за Кейна!

Кто бы ни был причиной их бед, он явно позаботился послать людей на границы владений маркиза. Джейд терзалась мыслью о том, что возле дома не исключена засада. Оставалось лишь молиться, чтобы ее люди успели принять бой.

Они услышали пальбу из пистолетов, добравшись до перекрестка сельских дорог, укрытого под сенью деревьев. Теперь Джейд вертелась и так и этак, пытаясь угадать, откуда грозит опасность, как можно шире раскинув руки на спине у Кейна, надеясь хоть так защитить его.

Выстрелы доносились с юго-востока. Джейд всем телом навалилась на его левое бедро, как раз когда прогремел новый выстрел.

– Сиди смирно, – в тот же миг велел Кейн.

О ее правый бок! Какая острая боль! Наверное, то же самое ощущает человек, раздираемый когтями льва. Однако боль унялась так же быстро, как и возникла, и всю правую сторону охватило неприятное тепло. Наверное, она просто напоролась на ветку, обломившуюся во время скачки.

А потом бок онемел, и она перестала гадать о причинах происшествия.

– Мы почти дома, – сказал Кейн.

Она спохватилась, что позабыла изобразить смертельный испуг.

– Береги спину возле дома, – приказала она.

Кейн, не обратив внимания на ее слова, проехал прямиком к конюшням. Его люди явно слышали перестрелку, так как по меньшей мере пятеро из них держали ружья на изготовку, следя за лесом.

Кейн крикнул конюшему, ему отперли двери, и они въехали внутрь. Вторая лошадь проскочила следом. Конюший подхватил лошадь под уздцы и отвел в ближайшее стойло.

Кейн подхватил Джейд за талию, и всю правую сторону снова пронзила боль. Ей пришлось прикусить губу.

– Келли! – крикнул Кейн.

– Да, милорд? – отозвался коренастый мужчина средних лет с соломенной шевелюрой и кудлатой бородой.

– Побудь здесь с Джейд, – приказал Кейн. – Держи ворота на запоре, пока я не вернусь.

Он хотел снова вскочить на свою лошадь, да не тут-то было Джейд что было силы вцепилась в его куртку и завопила во весь голос:

– Ты что, рехнулся?! Не смей высовываться наружу!

– Отпусти меня, милая. Я скоро вернусь.

Он разжал ее руки и осторожно прислонил к стенке стойла Однако Джейд не собиралась сдаваться. Она тут же повисла на его куртке:

– Но, Кейн, ведь тебя убьют!…

– Я намерен успеть убить их первым.

Впрочем, он напрасно разоткровенничался: Джейд немедленно вцепилась в него с новой силой.

Пока он высвобождался, за стеной снова прогремели выстрелы.

Видимо, его люди вступили в перестрелку. Джейд молилась, чтобы ее команда успела отогнать банду.

– Запри двери, Келли! – Кейн вскочил в седло и развернул лошадь.

Через минуту-две выстрелили еще раз. Джейд помчалась за конюшим и выглянула через маленькое квадратное оконце. Слава Богу, никакого распростертого тела в луже крови! Она облегченно перевела дух.

– Вы бы лучше держались подальше от окна, – раздался за спиной шепот Келли.

Джейд не обратила на него никакого внимания, пока слуга не потянул ее за руку:

– Миледи, пожалуйста, подождите маркиза в безопасном месте. Он вот-вот вернется.

Джейд не в состоянии была усидеть на месте. Она без конца металась по конюшне, сгорая от беспокойства и молясь о том, чтобы Мэттью с Джимбо успели расправиться с непрошеными гостями. Эти двое были ее самыми преданными людьми. И оба и весьма искусны в устройстве засад, так как в свое время, сам Черный Гарри присматривал за ними.

Во всем этом виноват только Кейн, решила она. И что ему приспичило превратиться в человека, сведения о котором сдержатся в досье. Она не могла отделаться от ощущения, что в Кейне как бы таятся два совершенно разных человека. Руководители отзывались о нем, как о хладнокровном, методичном агенте, способном при необходимости полностью сконцентрироваться на поставленной задаче.

Однако ее знакомый оказался вовсе не таким уж бесчувственным. Собираясь сыграть на приверженности Кейна к роли защитника, она готовила себя к тому, что все равно столкнется с трудностями. На деле об этом не было и речи: он оказался очень заботливым и тут же взял ее к себе под крыло.

Тем не менее Джейд не очень-то нравилось единство противоположностей в применении к личности Кейна, ибо это делало мужчину непредсказуемым. А значит – опасным.

Внезапно двери распахнулись. Перед ней предстали Кейн и его лошадь, вся в мыле.

От облегчения у нее задрожали колени, заныл каждый мускул. Джейд опустилась на подставленный вовремя стул, прежде чем смогла заговорить.

– Значит, ты цел и невредим? – выдавила она.

Она вот-вот готова была удариться в слезы. Кейн тепло улыбнулся, стараясь подбодрить ее, передал лошадь на попечение конюшего и небрежно прислонился к стене подле Джейд.

– Когда я добрался до леса, стычка уже закончилась.

– Закончилась? Неужели? – удивилась она. – Не может быть!

– Возможно, они передумали.

– Тебе незачем мне врать! – вскричала она. – А кроме того, перестань изображать, будто мы обсуждаем виды на урожай! Рассказывай!

– Схватка уже затихала и совсем закончилась, пока я подъехал, – со вздохом произнес он.

– Кейн, прекрати, – потребовала она.

– Я не лгу!

– Ну тогда подумай сам, – велела она. – Ты ведь претендуешь на логичность мышления?

– Какая-то нелепость, – с улыбкой пояснил Кейн. Черт Джейд раскомандовалась вовсю. Он не слышал прежде такого тона в голосе девушки. – Я расправился с первыми двумя, а потом поскакал на звуки выстрелов. Но, подъехав, никого не застал.

– Неужели сбежали?

– Судя по следам, им пришлось драться.

– Значит, твои люди…

– Были вместе со мной, – перебил он. Джейд чинно сложила руки и потупила взор, дабы он не увидел ее ликования. Мэттью с Джимбо прекрасно справились!

– Невероятно, – вымолвила она.

– Повсюду были следы схватки, – не спуская нее глаз, продолжил Кейн.

– Следы? – еле слышно спросила она. – Какие следы?

– Отпечатки ног… кровь на листьях, – пояснил он. – Но ни одного трупа.

– Может, они сцепились между собой?

– Да еще беззвучно, – хмыкнул Кейн.

Она подняла на него глаза. Видимо, он усиленно сопоставлял факты, однако странное выражение его лица встревожило Джейд. Внезапно ей на ум пришла история, рассказанная когда-то Черным Гарри про повадки удивительных, непонятных медведей гризли, бывших некогда властелинами диких просторов Америки. Чрезвычайно ловкие твари, зачастую хитрее охотников. Могут нарочно заманить свою жертву в ловушку или дать петлю чтобы напасть сзади. Бедняга охотник превращается в добычу прежде, чем поймет это.

Неужели Кейн такой же ловкий, как гризли? От одной этой мысли кровь стыла в жилах.

– Кейн? Мне страшно, когда ты так смотришь, – прошептала она. – И терпеть не могу, когда ты хмуришься. – Она очень выразительно заломила руки. – Ты жалеешь, что я втянула тебя в этот кошмар? О, я не могу винить вас, сэр, – трагическим тоном добавила она. – Я, словно кошка, – продолжала причитать она. – Лучше уж гулять самой по себе и не приносить людям неприятностей. Что ж, позволь хотя бы переждать в этом сарае до темноты. Под покровом ночи я вернусь в Лондон.

– Уверен, ты просто в очередной раз издеваешься надо мной, – рявкнул он. – Разве я не объяснил, что никто не посмеет посягать на то, что принадлежит мне?!

– Но со мной все не так, – фыркнула она, отчасти обидевшись на то, что разыгранный ею спектакль не нашел достойного отклика. Почему он не бросился утешать? – Не можешь же ты просто-напросто взять и решить, что я… Ох, не важно, бессовестный собственник!

– Да, я собственник, Джейд, – кивнул он, – и ты будешь моей. – Судя по тону, он явно не сомневался в этом.

Джейд пришлось проявить присутствие духа, чтобы не опустить взгляд.

– Вы не только глубоко заблуждаетесь, сэр, вы к тому же ужасно упрямы. Держу пари, в детстве ты ни с кем не желал делиться игрушками, верно? – И, не давая времени возразить, она добавила:

– И все же я и в мыслях не держала издеваться над тобой.

Кейн рывком поднял Джейд со стула и, обняв за плечи, направился к дверям.

– Кейн, ты не можешь больше охранять меня.

– Это почему же, любимая?

– Потерю второго сына отец не переживет. Похоже, дамочка недооценивает его возможности. Правда, он до смерти перепугалась, так что не стоит брать в голову эти глупости.

– Да, конечно, – ответил он. – Но ты ведь единственна сестра Натана! И потом, я ничуть не жалею, что вмешался твои дела, и никогда тебя не оставлю. Ведь я – твой защитник.

– Пожалуй, ты уже не просто защитник, – торжественно произнесла она. – Ты мой ангел-хранитель!

Прежде чем Кейн нашелся с ответом, она поднялась на цыпочки и поцеловала его.

– Ах, мне не стоило этого делать, – краснея, призналась Джейд. – Обычно я сдержанна в проявлениях чувств, но рядом с тобой… О, эти внезапные перемены меня удивляют. Как ты полагаешь: я случайно не шлюха?..

Кейн не позволил себе рассмеяться. Судя по всему, она вполне искренна, ни к чему ранить ее.

– Я очень рад, что тебе хорошо со мной, – ответил он и, склонившись над ней, добавил:

– Мне самому приятно тебя ласкать. – Тут он припал к ее губам и целовал страстно, долго, бесконечно… Его язык проник в ее рот с откровенной настойчивостью, когда же Кейн нашел в себе силы оторваться, он выглядел до крайности ошеломленным.

– Ты недавно воспользовалась своим положением, чтобы стать моим щитом, любимая?

Неожиданный вопрос совершенно обескуражил ее. Джейд не знала, что и ответить.

– Да, как только стало ясно, с какой стороны стреляют…

– Нет, – перебила она.

– И еще прошлой ночью, отпихнув меня в сторону, ты на самом деле спасала мне жизнь, – изумленно продолжил он.

– Ничего подобного, – выпалила она, – я просто испугалась. Обещаю, что в следующий раз не встану у тебя на пути, – Топливо продолжала она. – Прости, что мои поступки нелогичны, Кейн. Понимаешь, за мной еще никто никогда не гонялся, и в меня не стрелял, и… Знаешь, я, кажется, не очень хорошо себя чувствую. – О, мне дурно.

Он не сразу уловил смену темы.

– Опять голова, милая? Надо было попросить Кристину приложить примочку на твою шишку.

– Голова, и желудок, и бок тоже, – охотно подтвердила она, шагая рядом с ним в сторону дома.

Ей стало немного легче, поскольку недомогания хоть ненадолго отвлекли его внимание. Она позволила себе оглядеться и только теперь заметила, как здесь прекрасно. Повернув за угол, она от неожиданности остановилась.

Перед ними открылась бесконечная на первый взгляд аллея, обсаженная, по мнению Джейд, столетними деревьями. Их густые кроны сплетались в вышине, создавая над посыпанной гравием аллеей чудесный навес.

Величественный вид трехэтажного особняка из красного кирпича дополняли белые колонны у входа. Во всех окнах виднелись белоснежные занавеси, одинаково подвязанные черными лентами. Входная дверь также была выкрашена в черный цвет, и даже издали было ясно, что за домом следят с чрезвычайной тщательностью.

– Ты никогда не говорил мне, что так богат, – молвила она.

– Я весьма обеспечен. – Кейн пожал плечами, поскольку был удивлен раздражением, прозвучавшим в ее голосе.

– Обеспечен? Да это роскошнее, чем Карлтон-Хауз!<Карлтон-Хауз – здание в Лондоне, в котором помещается самый респектабельный консервативный клуб.> – Джейд вдруг ощутила себя рыбой, выброшенной на берег. Она сердито отбросила его руку и выпалила:

– Ненавижу богатых!

Кейн безуспешно пытался сдвинуть ее с места. Она словно приросла к нижним ступенькам лестницы и смотрела на дом с явным отвращением.

– Все будет хорошо, Джейд, – урезонивал он гостью – Не надо пугаться.

– А я и не пугаюсь, – отчеканила она чрезвычайно высокомерно и посмотрела так, словно он только что оскорбил память ее родителей.

Она ляпнула, не подумав, возмущенная тем, что он посмел подозревать ее в таком грехе, и тут же спохватилась. Черт возьми ей же положено казаться испуганной! А теперь снова это непроницаемое выражение на его лиц!

Она ни за что не допустила бы такую оплошность, если бы не была в столь плачевном состоянии. Боже, как больно!

– Кейн, но ведь если я все еще боюсь, значит, я просто не доверяю тебе, не так ли? – внезапно сверкнула она ослепительной улыбкой. – А кроме того, я заметила по меньшей мере одиннадцать вооруженных мужчин. И пришла к выводу, что они подчиняются тебе, поскольку в нас не стреляли. Сами по себе такие меры предосторожности не могли меня не успокоить.

Ее улыбка стала еще ослепительнее при мысли, что Кейн все же сочтет ее не совсем нормальной. При этих словах она вдруг едва не упала, но Кейн подхватил ее.

– У меня подкосились ноги, – торопливо пояснила она – Я слишком неопытная наездница. И убери руку, Кейн: у меня колет в боку.

– А где не колет, любимая? – ласково, хотя и не без некоторого ехидства, спросил он.

– Все-таки я женщина, не забывай. – Она постаралась изобразить оскорбленную невинность. – Ты же сам говорил, что все женщины – неженки. Уж не поэтому ли ты так самодоволен? Рад, что подтвердилась эта возмутительная точка зрения?

– Любимая, когда ты смотришь на меня такими глазами, я понимаю как ты ветрена. У тебя самые прекрасные глаза на свете! Теперь я знаю, что такое зеленое пламя! Он видимо, старался смутить ее. Это подтверждала и едва лукавая улыбка. А когда он наклонился и легонько поцеловал ее в лоб, у нее захватило дух. На миг она даже позабыла о своих болях и печалях.

Внимание Кейна привлекла распахнувшаяся входная дверь. Повинуясь его ласковым рукам, Джейд обернулась. На пороге ома появился пожилой мужчина. На первый взгляд лицо его напоминало горгулью<Горгулья – лепное изображение уродливых голов мифических чудовищ, украшавшее водосточные трубы.>. Джейд решила, что перед ней дворецкий. С головы до ног он был облачен в черное – кроме, конечно, белоснежного жилета, а подчеркнутая чопорность как нельзя лучше соответствовала строгому одеянию Кажется, его кто-то окунул в густой крахмал да так и оставил сушиться.

– Это мой слуга, Стернс, – представил Кейн – Не бойся, Джейд, – добавил он, заметив, что Джейд невольно прижалась к нему. – Когда на него находит стих, он способен застращать самого короля. Если ты понравишься Стернсу – а я уверен, что так оно и будет, – он защитит тебя даже ценой своей жизни. Нет человека преданнее.

Тем временем слуга с достоинством спускался им навстречу. Он отвесил сдержанный поклон хозяину Заметив седину на висках, Джейд решила, что Стернсу где-то под шестьдесят И цветом волос, и на редкость отталкивающим лицом он напомнил ей дядю Генри.

И она тут же полюбила его.

– Добрый день, милорд, – поздоровался он с хозяином. – Охота была удачной?

– Я не охотился, – ответил Кейн.

– Значит, те пистолетные выстрелы, что я слышал, были всего лишь тренировкой? – Стернс даже для приличия не покосился на хозяина: его испытующий взгляд был прикован к Джейд.

Кейн улыбнулся. Поведение Стернса несказанно позабавило его. Этого малого не так-то легко сбить с толку, однако на сей раз он, похоже, озадачен не на шутку. Видимо, в душе у него идет настоящая битва за то, чтобы сохранить обычную невозмутимость.

– Я тренировался на людях, а не на мишенях, – пояснил Кейн.

– Успешно? – спросил Стернс бесцветным голосом.

– Нет. – Кейн вздохнул, огорченный равнодушием дворецкого. Увы, разве можно винить человека, подпавшего под чары Джейд? – Да, Стернс, она невероятно красива, правда?

– Совершенно верно, милорд, – согласился слуга. – Правда и то, что нам только предстоит раскрыть ее характер. Сцепив руки за спиной, дворецкий важно кивнул.

– О, характер ее столь же прекрасен, – откликнулся маркиз.

– Прежде вы никогда не приводили в дом леди, милорд. И она – наша гостья?

– Да, – ответил Кейн.

– Я, случаем, не слишком любопытен?

– Нет, Стернс.

– Тогда позвольте спросить милорд. – Стернс многозначительно поднял бровь. – Вам угодно приказать приготовить одну из комнат для гостей, или же леди займет ваши апартаменты?

От того, что столь возмутительный вопрос был задан таким тоном, и от той бесцеремонности, с которой ее обсуждали в ее же присутствии, Джейд не сразу восприняла оскорбление. Только когда до нее полностью дошел смысл предположения, высказанного Стернсом, она среагировала. Отстранившись на шаг от Кейна, она набросилась на дворецкого:

– Этой леди будет угодно занять свою собственную комнату, приятель! Отдельную комнату с исправным замком на двери. Я высказалась достаточно ясно?

– Я все понял, миледи, – провозгласил Стернс, выпрямившись во весь рост. И хотя его голос звучал совершенно невозмутимых карих глазах явно промелькнула лукавая искорка. – Я лично проверю исправность замка, – добавил он, многозначительно взглянув в сторону хозяина. Судя по всему, эта сцена была разыграна дворецким именно для Кейна.

– Огромное вам спасибо, Стернс! – воскликнула Джейд. – Видите ли, меня преследуют, так что хороший отдых для меня совершенно необходим. Но пока вокруг рыщут всякие джентльмены готовые прокрасться ко мне, чтобы надеть на меня ночную сорочку, понимаете?

– Джейд, не заводи… – начал было Кейн.

– Мистер Кейн предлагал мне пожить у его родителей, но я не согласилась, – продолжала она, не обращая внимания на реплику Кейна. – Я не могу и не хочу впутывать его бедных стариков в эту мрачную интригу. Вы согласны со мной, сэр?

Стернс озадаченно захлопал глазами, а потом кивнул, не в силах устоять перед милым, умоляющим взглядом.

Издалека донеслись первые раскаты грома.

– Стернс, постарайся до начала грозы послать за доктором.

– Зачем? – поинтересовалась Джейд.

– Вы больны, милорд? – мгновенно проникся сочувствием Стернс.

– Нет, я хотел бы, чтобы Уинтерс осмотрел Джейд. С ней произошел несчастный случай.

– Кейн сбросил меня в Темзу, – пояснила девушка. Стернс удивленно поднял брови, и Джейд уверилась, что сумела разбудить в дворецком сильный интерес.

– Я имел в виду не это, – вмешался Кейн. – У Джейд впечатляющий синяк на виске. И посему она слегка не в себе.

– Ах, это, – парировала она. – Боль от сучка, воткнувшегося мне в бок, гораздо сильнее. И я не желаю, чтобы ваш доктор ковырялся во мне. Я этого не вынесу.

– Придется потерпеть, – настаивал Кейн.

– Боюсь, что вызвать Уинтерса невозможно, – заметил Стернс. – Он исчез.

– Как это?

– Почти месяц назад, – уточнил Стернс. – Может быть послать за другим доктором? Ваша матушка, например, приглашала сэра Харвика. Насколько я могу судить, она довольна его услугами.

– И к кому же его вызывали? – спросил Кейн.

– К вашему отцу, хотя он отчаянно протестовал. Его худоба приводит в ужас вашу матушку и сестер.

– Он скорбит о Колине, – упавшим голосом заметил Кейн. Молю Господа, чтобы это поскорее закончилось. Ладно, Стернс, отправь Паркса за Харвиком.

– Нет, не надо, – возразила Джейд.

– Джейд, сейчас не время капризничать.

– Миледи, а что случилось? Кто-то ударил вас по голове?

– Нет, – промолвила она, застенчиво потупив глазки. – Я упала. Подумаешь, какой-то синяк! Хотите взглянуть? предложила она, приподнимая волосы над виском.

От этого движения в правом боку словно загорелось. На этот раз она едва не застонала.

Вряд ли кому-либо еще удалось проявить такое сочувствие к ранам Джейд: на глазах у Кейна дворецкий превратился в личную служанку пострадавшей леди. Он беспрестанно ахал и охал, и, когда Джейд соизволила опереться на предложенную ей руку, парочка удалилась вверх по лестнице, не обращая внимания на маркиза.

– Сию же минуту в постель, милая леди! – произнес Стернс, – простите за навязчивость, но отчего вы упали?

– Не удержавшись, я упала и кубарем скатилась по лестнице. Обычная неловкость, Стернс. Знаете ли, синяк почти не болит, зато мой бок… Ах, сэр, я не хочу вас лишний раз тревожить, и не хочу, чтобы вы считали меня плаксой… Кейн уверен, жить я только и делаю, что жалуюсь да плачу. Да, именно так…

Подкравшийся сзади Кейн схватил ее за плечи:

– Давай-ка посмотрим, что у тебя там. Сними жакет.

– Ни за что! – воскликнула она, входя в переднюю. – Ты только разбередишь рану.

Челядь в полном составе встретила хозяина. Опираясь на руку Стернса, Джейд прошествовала мимо.

– Сэр, надеюсь, моя, комната выходит окнами на главные ворота? Любоваться подъездной аллеей и лесом вдалеке – ни с чем не сравнимое удовольствие.

Кейн почему-то счел все жалобы девушки притворством.

– Стернс, проводи ее наверх, помоги расположиться. Мне некогда.

– Паркс, отправляйся за доктором, – приказал Стернс. – И не спорьте, миледи. Вы очень бледны, а ручки у вас холодны как лед.

Джейд торопливо отдернула руки. Она и не заметила, что цепляется за него, с трудом поднимаясь по ступенькам. Зато Стернс выглядел весьма ошарашенным. Ах, бедняжка столько перенесла. Ах, она вся дрожит…

– Скоро уже совсем стемнеет, – заметил дворецкий, – я прикажу подать вам обед в постель, – добавил он – А что, милорд на самом деле сбросил вас в Темзу? – спросил Стернс, чтобы исключить всякие возражения.

– Да, – улыбнулась она. – И он еще попросит у меня прощения! К тому же он выбросил мой кошелек. И теперь я стала нищей, – горестно добавила Джейд, но тут же повеселела. – Правда, леди Кристина одолжила мне несколько своих чудесных платьев, и я неустанно благодарю за это Господа.

– Похоже, свалившиеся на вас несчастья не повергли вас в уныние, – заметил Стернс и, распахнув дверь комнаты, отступил, пропуская ее.

– Боже, Стернс, что за прелестная спаленка! Мой самый любимый цвет – золотой. А что, обивка из шелка?

– Из атласа, – поправил Стернс, довольный ее восхищенным щебетанием. – Позвольте, я помогу снять жакет, миледи.

– Пожалуйста, раскройте сначала окно, – кивнула Джейд. – Что-то душновато. – Она прикинула на глаз, далеко ли до лесной опушки. С наступлением сумерек Мэттью и Джимбо будут ждать ее сигнала. По плану, она должна будет поставить на окно свечу.

Стернс принял ее жакет.

– Надо почистить, миледи.

– Да уж, постарайтесь, пожалуйста, – ответила она. – Боюсь, на боку заметна небольшая дырочка. Не мог бы кто-нибудь из прислуги ее зашить?

Стернс не мог вымолвить ни слова.

– Вам плохо, сэр? – осведомилась она. Слуга внезапно стал совершенно зеленым, восхитительно повторяя ее собственный оттенок лица. – Стернс, да сядьте же наконец. Не сочтите за оскорбление, но вид у вас такой, будто вы вот-вот хлопнетесь в обморок.

Он только качал головой, в то время как Джейд силой усадила его у окна. Слава Богу, дворецкий обрел-таки дар речи и сию же секунду издал дикий вопль, призывающий хозяина.

Кейн как раз поднимался наверх.

– Что еще она там учинила? – пробормотал он себе под нос и стрелой промчался мимо слуг.

На пороге комнаты он застыл как вкопанный. Стернс изо всех сил пытался выбраться из гнутого кресла. Джейд, схватив за локоть, не пускала, размахивая перед ним какой-то тоненькой книжкой вместо веера.

– Господи, да что же это… Стернс, что с тобой?

– Он вот-вот потеряет сознание, – воскликнула Джейд. – Кейн, помоги!

– Милая леди, да не машите вы у меня перед носом этой книжкой. Мистер Кейн, взгляните на ее бок! – запротестовал Стернс.

Кейн тотчас подскочил к Джейд, развернул к себе, и его взгляду открылось кровавое пятно, расплывшееся на белом шелке. У него подогнулись ноги.

– Боже милостивый, – прошептал он. – Милая, что с тобой?

Джейд испуганно взвизгнула, увидев кровь. Она бы непременно упала, если бы Кейн не подхватил ее.

– Любимая, ты же истекаешь кровью!…

– Я думала, что это сучок, который отломился от ветки.

– Она потеряла довольно много крови, милорд, – прошептал Стернс, уже пришедший в себя.

Руки маркиза затряслись, когда он осторожно стал приподнимать край блузки.

– Что, плохо дело? – еле слышно промолвила Джейд..

– Не смотри, милая. Сильно болит?

– Как только я увидела кровь, стало чертовски больно. Тут она заметила прореху на жакете Кристины.

– Испортить такую милую кофточку! – вскрикнула она. – Надо же, взять и прострелить насквозь! Ты только взгляни, Кейн. Она как раз размером с…

– С пистолетную пулю? – предположил Стернс. Кейн уже откинул в сторону блузку и ножом резал нижнюю сорочку.

– Она еле держится на ногах, – тихонько напомнил Стернс. – Лучше бы сначала, уложить ее в постель, не то она упадет в обморок.

– Я никогда не падаю в обморок, Стернс, и вам придется извиниться за столь возмутительные мысли. Кейн, пожалуйста, отпусти меня. Это же неприлично – срывать с меня одежду. Я и сама могу о себе позаботиться.

Джейд вдруг отчаянно захотелось немедленно выдворить обоих мужчин. При виде раны у нее в желудке началось какое-то коловращение. В то же время голова стала подозрительно легкой, а колени ватными.

– Итак, Стернс? Я дождусь от вас извинений? – Но прежде чем дворецкий успел вымолвить хоть слово, у нее вырвалось:

– Черт побери, а я ведь действительно сейчас хлопнусь!

Глава 8

Джейд очнулась, словно от толчка, и с удивлением обнаружила, что лежит в постели. Боже праведный, никак она и впрямь потеряла сознание!

Пытаясь примириться с этим унижением, Джейд не сразу обратила внимание на то, как врывавшийся в распахнутое окно ветерок холодит ее обнаженное тело.

Открыв глаза, она увидела по сторонам кровати Стернса и Кейна. Одного взгляда на их хмурые лица было достаточно, чтобы вновь впасть в забытье.

– Пуля прошла навылет, – пробормотал Кейн.

– Слава тебе, Господи, – прошептал Стернс.

– Кто из вас двоих, негодяи, посмел раздеть меня, пока я была без чувств?! – ломким, как первый лед, голоском негодующе воскликнула девушка.

Стернс едва не подпрыгнул, Кейн же лишь улыбнулся.

– Вам уже лучше, миледи?

– Да, спасибо. Стернс, зачем вы держите меня за руку?

– Чтобы вы не двигались, миледи.

– Ну, теперь можете меня отпустить. Мне вовсе не улыбается оставаться во власти Кейна. – С этими словами она немедленно попыталась отстраниться. – Ты делаешь мне больно, Кейн, – прошептала она.

– Я почти закончил, Джейд.

Ужасно грубо, и в то же время в голое прозвучало сочувствие. Опять эта двойственность!

– Мог бы говорить чуть-чуть повежливее, – пожаловалась она. – Ума не приложу почему… – И тут она вдруг жалобно охнула.

– Слишком туго? – немедленно спросил он, посмотрев на нее полными сочувствия глазами. Видимо, он неосторожно наложил на рану повязку.

– Думаешь, что я во всем виновата, да? – причитала она. – Думаешь, что я нарочно…

– Ах, миледи, – вмешался Стернс. – Маркиз ни в чем вас не винит. Ведь вы не нарочно подставили себя под выстрел. Просто маркиз подчас бывает несколько..

– Несдержан? – подхватила она.

– Да, – кивнул дворецкий. – Он бывает несдержан, когда сильно беспокоится.

– Прости, если ты так беспокоишься из-за меня, – через некоторое время произнесла Джейд. – Неужели рана так опасна, как кажется?

Внимание Кейна все еще было приковано к повязке, но он не преминул заметить:

– Задеты только мягкие ткани. Ты мигом поправишься. Джейд тотчас полегчало.

– Прикройте мне ноги, Стернс, и не вздумайте смотреть, – приказала она.

Озабоченный дворецкий невольно улыбнулся: она вновь начинала обретать прежнюю самоуверенность.

На Джейд в данный момент была надета лишь нижняя сорочка, и одна сторона этого воздушного одеяния была безжалостно исполосована ножом. Теперь, коль скоро угроза жизни миновала, можно было подумать и о приличиях.

Дворецкий выполнил приказ и удалился распорядиться насчет ужина. Они с Кейном остались наедине.

– Слава Богу, что рана не опасна. Мне показалось, что я умираю, Кейн.

Он уселся на край кровати, взял ее за руку и улыбнулся.

Сердце замерло у нее в груди.

– Кажется, ты что-то недоговариваешь.

– Поразительная проницательность, сэр, – съязвила она. – Конечно, нет. Ведь если бы я вздумала умирать, тебе пришлось бы находиться возле смертного одра. Но в конце концов, скорее всего ты сам виноват. – Ей пришлось прикусить губу, чтобы не расхохотаться. Уж очень растерянный вид сделался у Кейна.

– Что?! – выдавил он под ее выжидательным взглядом.

– Я еще сама толком не могу объяснить, – небрежно откликнулась она. – А теперь дай мне честное слово, Кейн. Я не усну, если ты меня оставишь хоть на миг.

– Хорошо, любимая. – Его улыбка стала чертовски лукавой. – Я не оставлю тебя ни днем, ни ночью.

– По ночам можешь спать у себя в кровати, – заметила она, уловив скрытый смысл последней фразы.

– Неужели? – сухо осведомился он.

Джейд почла за благо больше его не дразнить, из опасений, что его несдержанность перейдет все границы. А потом, она как-никак выиграла этот раунд!

Неудобства и страдания, причиняемый раной, окупались сторицей. Ведь теперь появилась превосходная причина удерживать Кейна. Ха, ей просто придется немножко поболеть, пока не вернется Натан.

Она и не представляла, что так устала за день. Сон навалился мгновенно – она даже не успела снять с коленей поднос с ужином, и проснулась всего раз за ночь. На ночном столике мягко сияли свечи. Джейд вспомнила о Мэттью с Джимбо и скинула одеяло.

Тут она заметила Кейна. Он раскинулся в кресле рядом. Свободная рубашка распахнута на груди, босые ноги на краю постели. Он спал беспробудным сном.

Джейд бессовестно долго не могла оторвать от него глаз. Боже, до чего он красив! А для нее он к тому же давно перестал быть просто неотразимым. Он стал для нее уютной гаванью после бури, и она с трудом подавляла желание опереться на него, позволить ему заботиться о себе.

Но тут ангел-хранитель захрапел, чем помог ей выйти из транса. Тихонько соскользнув с кровати, она подхватила свечу и подошла к окну.

Неяркое пламя едва пронизывало ночную тьму. Негоже заставлять своих людей так долго пребывать в неизвестности. На улице шел дождь. «Заметив мой сигнал раньше, они наверняка успели бы найти сухое место для ночлега», – подумала она.

– Что ты делаешь?

Джейд едва не выронила свечу, голос Кейна показался ей ударом грома.

– Просто захотелось поглядеть в окно, – прошептала она, обнаружив, что он стоит всего лишь в каком-то футе от нее. – Вряд ли стоило из-за этого будить тебя.

Волосы его растрепались, и оттого он казался еще более сонным, чем минуту назад. Непослушная прядь упала на лоб, создавая у Джейд ощущение его беззащитности. Она поправила темный локон, не сразу поняв, что делает.

– Успеешь наглядеться в окно и завтра, – заметил он охрипшим со сна голосом. Засим забрал свечу, вновь поставил ее на столик и надменным жестом указал на постель.

– Болит? – спросил он.

Вряд ли он на самом деле так уж беспокоится о ней, ведь он едва подавил зевок. И посему она заявила:

– Да. Правда, не очень сильно, – торопливо добавила она, увидев, как его лицо мгновенно помрачнело. – А почему ты спишь в кресле?

– Потому что ты разлеглась на всю кровать, – отвечал он, снимая рубашку. – Мне не хотелось тебя беспокоить.

– Беспокоить? Это с какой же стати тебе меня беспокоить?..

Кейн задул свечи, поправил одеяла и улегся рядом с Джейд. А потом соизволил дать исчерпывающий ответ:

– Я побуду с тобой, только пока ты не заснешь.

– Но, Кейн, это же совершенно неприлично…

– Засыпай, любимая. Тебе надо отдохнуть.

Она застыла, чувствуя, как он обнял ее. Он положил руку ей на грудь, и все попытки сбросить ее привели лишь к тому, что он схватил девушку за руки.

– На самом деле это совершенно… – Она умолкла на полуслове, осознав, что протестовать бесполезно. Кейн уже успел захрапеть и наверняка не слышал ни единого слова.

Ладно, нет большого вреда в том, что она позволит ему немного поспать в ее постели. В конце концов, она изрядно вымотала этого мужчину, и он имеет право на отдых. Она уже отлично знала, каким он может быть грубым, когда устал и встревожен. И как ни странно, ей даже немного нравились эти его вспышки.

Джейд устроилась поуютнее и закрыла глаза. Какое-то шестое чувство подсказывало, что Кейн не сделает ей ничего плохого. Ведь он джентльмен, к тому же дал слово, что не будет ее принуждать.

Она явно устала не меньше, так как провалилась в сон, не успев додумать некой фривольности, посетившей ее рассудок.

Ах, если бы Кейн вдруг перестал вести себя как джентльмен!

* * *

Поиски доктора, сэра Харвика, заняли целых двое суток. Кейну пришлось рассылать гонцов и в Лондон, и по своим сельским усадьбам. Наконец его обнаружили в резиденции леди Мак-Вилльямс – он принимал там роды. Гонец прибыл с ответом, что, управившись, сэр Харвик немедленно отправится в поместье Кейна.

Кейн с ума сходил от беспокойства, но Джейд напомнила, что в таком ее состоянии угрозы для жизни не существует. Она и вправду стала чувствовать себя намного лучше, так что нет никакой необходимости ковыряться у нее в боку.

Роль умирающей страдалицы вскоре прискучила Джейд. Судя по всему, природа также решила всласть поиздеваться над ней. Дождь лил не переставая с момента их приезда.

Мрачным настроением Кейн, в свою очередь, напоминал загнанного зверя. Каждый раз, заходя в комнату Джейд, он принимался метаться взад-вперед, сцепив руки за спиной и донимая ее вопросами о прошлом, о брате и обо всем, что предшествовало увиденному ею убийству.

Он не в силах был скрывать снедавшее его раздражение. Разговаривая с ним, Джейд все больше нервничала. Она не позволяла себе выложить ни чересчур много правды, ни чересчур много лжи. Боже, какая же это была утомительная работа!

Между ними все чаще возникали перепалки. Джейд укоряла его, что он, видимо, сожалеет, что вообще связался с ней, а оскорбленный в лучших чувствах маркиз не располагал возможностью опровергнуть ее слова.

Кейн, видимо, уже перестал считать ее привлекательной. Ведь он ни разу не поцеловал ее, не попытался спать вместе с ней, а к исходу третьего дня вообще был не в состоянии нормально беседовать.

На следующий день клетка, в которую заключила себя Джейд, рухнула. Она сорвала свежую повязку, наложенную Стернсом всего пару часов назад, приказала приготовить ванну и заявила, что считает себя абсолютно здоровой.

Стернс помог ей вытереть волосы и усадил поближе к камину, в котором весело полыхало пламя.

Распорядившись, чтобы слуги сменили постельное белье и унесли ванну, дворецкий уложил Джейд в кровать.

Вечером, когда стемнело, Джейд дала сигнал своим людям и вернулась в постель. Раскрыла книгу из библиотеки Кейна и собралась было читать, как вдруг услышала первые раскаты грома.

О, это была жуткая гроза! Гигантское дерево, высотой почти с трехэтажный особняк Кейна, рухнуло от удара молнии, подставив под страшные отблески вырванные из земли могучие корни. От последовавшего за тем грома содрогнулся весь дом, сквозь шум дождя послышались шипение и треск горевшей древесины, словно кто-то жарил невообразимых размеров ростбиф.

Тотчас всех свободных людей потребовали на конюшню, чтобы утихомирить взбесившихся от страха и дыма лошадей. Позвали и Кейна, поскольку никто не мог совладать с его жеребцом. Правда, стоило благородному животному увидеть рядом хозяина, как конь тут же пришел в себя.

Кейн вернулся в дом уже далеко за полночь, и, хотя от конюшен до особняка было рукой подать, он вымок до нитки. В передней он скинул ботинки, носки, пиджак и рубашку прямо на пол и поспешил наверх. Кейн был уже на пороге своей комнаты, когда дом вздрогнул от нового, особенно мощного громового раската.

Он мгновенно вспомнил о Джейд – вдруг она боится грозы – и тут же сменил направление. Он только заглянет к ней, убедится, что с ней все в порядке, и если она крепко спит, то просто уйдет. Если же, напротив, она все еще не легла… что ж, у них есть возможность устроить дебаты о недостатках нашего мира и о женской неполноценности. При этой мысли Кейн улыбнулся. Джейд способна вынести что угодно, кроме подозрения в неполноценности. А кроме того, она с завидным успехом выставляла на посмешище все его прежние убеждения. Однако он скорее даст себя удавить, нежели признается в этом – ведь тогда навсегда лишится удовольствия наблюдать, как она пытается скрыть свою реакцию в ответ на его воззрения.

Правда, оказывается, он и впрямь с нетерпением ждет возможности с ней побеседовать. Черт побери, он с таким же нетерпением хотел бы проделать с ней еще множество всяких вещей, но эти мысли приходилось подавлять в самом зародыше.

Он остановился, чтобы постучать в дверь. Однако, не дожидаясь ответа, тотчас распахнул дверь и не спеша прислонился к косяку, чтобы полюбоваться ею. На душе сразу потеплело. В последние несколько дней он убедился: приятно знать, что Джейд – его гостья, и сердце его поет даже тогда, когда она злится. Впрочем, он, кажется, сходит с ума – иначе как можно радоваться тому, что на тебя сердиты? Но ведь если ему так легко удается вызвать у Джейд эту милую сердитую гримаску, не значит ли это, что он для нее небезразличен – хотя бы самую малость?..

Эта женщина околдовала его. Кейна не очень-то радовал сей факт… И все же она была так прекрасна, так мила, так женственна! Ни один мужчина не способен устоять перед таким обаянием. И спаси его Господь – он не в силах развеять чары.

Необходимость сдерживаться причиняла невыразимые муки. Естественно, это выражалось в его взвинченном состоянии. Казалось, все его нервы скручены в один болезненный узел, и всякий раз при виде Джейд он еле удерживался от того, чтобы не сжать ее в объятиях и любить ее, любить дико, ненасытно.

И в то же время он не в силах был находиться вдали от нее. Едва ли не каждый час он заглядывал к ней в комнату. Боже, он заглядывал к ней даже тогда, когда она спала!

Она ни в коем случае не должна была узнать о переносимых им мучениях. Вряд ли она оставалась бы такой чертовски безмятежной, догадайся хотя бы о десятой доли фантазий, сжигавших его воображение.

А она была действительно невинной. Это было ясно при одном взгляде на то, как она сидит, привалившись к подушкам, излучая чистоту и целомудрие, кивая ему в знак приветствия.

– Пожалуй, я напрасно оставила дверь незапертой, – заметила она – Кейн, я просто не в силах вынести еще один ночной допрос.

– Хорошо.

– Хорошо? – Ее явно удивило такое легкое согласие. Она подозрительно уточнила:

– Вы не ошибаетесь, сэр?

– Нет.

– Тем более тебе не пристало здесь находиться, – произнесла она тем хриплым, прочувствованным голосом, который особенно возбуждал его.

– Тогда приведи хотя бы одну вескую причину.

– Моя репутация и твой полуголый вид.

– Но это уже две причины, – съязвил он.

– О чем ты только думаешь? – возмутилась она, в то время как Кейи захлопнул за собой дверь. – Слуги же знают, что ты здесь.

– А мне казалось, что тебя не заботит репутация. Джейд Неужели все так изменилось?

Она снова покачала головой, и волосы ее, сверкнув бликами свечей, словно загипнотизировали его.

– Теперь, когда ты подарил мне надежду на выздоровление, я, естественно, думаю об этом.

– Джейд, Стернс знает, что я спал здесь в первую ночь.

– Это другое дело, – перебила Джейд. – Ты присматривал за раненой. Теперь я здорова. И слуги наверняка разболтают твоей матери, Кейн.

– Моей матери? – Он неудержимо расхохотался – Можешь не переживать из-за слуг, Джейд. Они давно спят. К тому же привела меня сюда отнюдь не похоть.

– Я знаю, – недовольно вздохнув, ответила она. Не хватало только, чтобы Кейн заметил ее разочарование. – Но в таком случае, зачем же было приходить так поздно?

– Я просто подумал, что ты боишься грозы, вот и все. – Он замолк, хмуро глядя на нее, и добавил:

– Обычно женщины так пугливы, а ты, как я вижу, нет?

– Нет, – подтвердила она. – Очень жаль.

– Это еще почему?

– Потому что ты выглядишь таким разочарованным. Тебе, вероятно, хотелось бы меня утешать?

– Признаюсь, я был бы не прочь. – Кейн еще больше помрачнел, заметив, что Джейд с трудом удерживается от смеха. Он оттолкнулся от косяка и направился к кровати, она еле успела отодвинуться.

Теперь Джейд стоило большого труда отвести от него взгляд. Темная курчавая поросль на обнаженной груди заканчивалась на мускулистом плоском животе. Ах, как ей хотелось запустить пальцы в эти жесткие завитки, ощутить тепло мужского тела, ощутить…

– Черт возьми, Джейд, любая женщина испугалась бы такого грома, – вырвал ее из эротических грез голос Кейна.

– Да ведь я – то не «любая», – отвечала она. – И чем скорее ты это поймешь, тем лучше.

Он с трудом сосредоточивался на разговоре, ибо глаза его оставались прикованными к розовым бутонам, видневшимся под полупрозрачной тканью сорочки. О, эта шелковистая кожа!

Кейн задыхался. Теперь он действительно должен уйти. К тому же вода, стекавшая с брюк, наверняка испортит ковер.

Но он словно прирос к полу.

– Я вовсе не из тех, с кем ты водил знакомство до сих пор, – заявила она, стараясь не затягивать мучительное молчание. На мускулистых руках и плечах маркиза застыли капельки влаги, от чего кожа ярко поблескивала в свете свечей. Джейд потупила взор и тут же поняла свою ошибку, наткнувшись взглядом на мощный бугор под бриджами, который заметно увеличивался с каждой секундой. Она залилась краской.

– С тебя так и течет, – выпалила она. – Ты что, бегал под дождем, сумасшедший?

– Надо было пойти в конюшни, помочь успокоить лошадей.

– Твои волосы вьются, когда намокают, – добавила она. – Наверное, когда ты был маленьким, тебя это ужасно злило.

– Это злило меня не меньше, чем необходимость делиться игрушками, – поддразнил он.

Его глаза опять вернулись к ее груди, к оформившимся под сорочкой соскам. Не броситься к ней стоило ему неимоверных усилий. Он вот-вот утратит контроль над собой, и даже мимолетный прощальный поцелуй на ночь сейчас способен прорвать плотину его благих намерений.

Комната осветилась очередной вспышкой молнии, следом оглушительно грянул гром. Пока Джейд копалась в одеялах, Кейн уже соскочил с кровати и оказался у окна.

– Она наверняка угодила где-то поблизости, – заметил он. – Это самая жуткая гроза, которую я когда-либо видел в жизни.

И он принялся всматриваться во тьму, стараясь различить отблески разгоравшегося пламени. Внезапно Джейд взяла его за руку. Стараясь выглядеть безучастным, он обернулся.

– Она очень скоро пройдет, – пообещала она и, ободряюще кивнув, пожала ему руку, добавив:

– Вот увидишь.

Он ушам своим не поверил: неужели Джейд и впрямь решила его утешать?! Но она выглядела такой растроганной, что Кейн ни за что не посмел бы дать волю смеху. Ни к чему травмировать ее нежные чувства, и раз уж ей так угодно, он не станет ее разубеждать.

– Мой дядя обычно говорил, что это ангелы дерутся на небесах и шумят оттого, что кто-то испортил им вечеринку.

– И ты верила дяде? – скрывая улыбку, спросил он.

– Нет, конечно.

Тут он раскатисто рассмеялся:

– Неужели я наконец заслужил правду, Джейд? Чрезвычайно польщен!

По ее лицу нельзя было сказать, что признание ей польстило. Она выпустила его руку и покачала головой:

– У тебя весь мир раскрашен только в черные и белые цвета, не так ли? И нет даже маленького уголка для серого. Я не высмеивала дядю, зная, что он лжет ради того, чтобы избавить меня от страха. Ведь иногда ложь остается единственным возможным средством творить добро. Ты способен понять меня, Кейн?

– Приведи-ка хотя бы один пример, Джейд, – еле слышно предложил он, не спуская с нее напряженного взгляда. – Ты когда-нибудь лгала мне?

Она нерешительно кивнула. Прошло немало времени, пока Кейн обрел дар речи:

– И в чем именно?

Она не спешила с ответом, стремясь помучить его как следует. Он грубо схватил ее за плечи, развернул к себе и заставил посмотреть в глаза.

– Рассказывай, что это за ложь! – потребовал Кейн.

У Джейд кровь застыла в жилах под его взглядом. В его глазах не было ни капли тепла, они напоминали сейчас хмурое зимнее небо.

– Отвечай! – снова приказал он.

– Ты вовсе не так уж не нравился мне.

– Что?..

– Я сказала, что ты не так уж мне не нравился.

– И это все?.. Это та ложь, про которую…

– Да. – Она почувствовала, как он обмяк.

– Ну, черт возьми, Джейд, я-то думал – ты серьезно.

– То есть? – резко спросила она.

– Ну например, сказала бы, что ты замужем. – Он тоже едва не кричал. – Я и так знаю, что нравлюсь тебе, – немного тише добавил он.

– Ты невыносим! – воскликнула она. – И к тому же переходишь всякие границы! И теперь я ни за что не признаюсь тебе в остальном – даже если ложь имела место! Ты слишком груб!

– Нет, Джейд! Расскажи!

– Я уже всерьез подумывала сказать тебе, что была замужем, – выпалила она. – Но к сожалению, небылицы – не моя стихия.

– А почему тебе хотелось, чтобы я считал, что ты замужем. – Он что было сил схватил ее за плечи, сам того не замечая.

– Потому что, – выпалила она, – там, в таверне… ты так был похож на тигра, облизывающегося перед очередной жертвой что я подумала – если ты будешь считать меня замужней… или хотя бы вдовой, то я добьюсь твоего сочувствия.

– Так ты желала моего сочувствия, а не страсти?

– Не можешь же ты отрицать, что нас влечет друг к другу, – подтвердила она. – А я никогда прежде не хотела, чтобы мужчина прикасался ко мне, как мне хотелось этого с тобой…

– Я очень рад, любимая.

– Ох, ты и так это знал, – прошептала она. – Какой же ты самодовольный! Рано или поздно это все равно бы случилось.

– Что?

– Я должна была встретиться с человеком, с которым мне захотелось бы близости.

– Я счастлив, что это случилось со мной, – признался Кейн. – Джейд, а теперь тебе не хочется, чтобы я прикасался? – С этими словами он обнял ее и привлек поближе.

– Совершенно не важно, хочу я этого или нет, Кейн, – стараясь вырваться, пропыхтела она. – Ведь ты мой защитник и обязан оставить меня в покое.

Внезапно он прижал ее к своей груди, к чреслам, к алчущей плоти. Полупрозрачная сорочка не могла отгородить девушку от исходившего от маркиза огня.

– Я хочу тебя, Джейд.

Трепет в его голое ошеломил ее. Она была в ужасе, заранее зная свой ответ, и все же готова была раствориться в его объятиях. Его ласки вздымали в ней целую бурю чувств, пронзая сладкой болью. Боже, как она смущена! Она всегда старалась оградить себя от каких бы то ни было ненужных привязанностей, слишком рано познав на опыте, что от них в жизни больше горя, нежели радости. Ведь даже Натан покинул ее! И она теперь совершенно беззащитна. Да, надо быть круглой дурой, чтобы позволить такому мужчине, как Кейн, вторгаться… Круглой дурой.

Где-то вдали проворчал гром. Но теперь ни Кейну, ни Джейд не было ни малейшего дела до грозы. Их целиком занимал разгоравшийся пожар желаний.

Словно заколдованные, они, казалось, целую вечность смотрели в глаза друг другу. Так что под конец эта мука сделалась невыносимой, и Кейн не спеша склонился над ней, а она приподнялась, чтобы встретить его на полпути.

Его губы алчно припали к ней. Он безумно жаждал ее. Она же радостно приветствовала его язык, ее чувственный стон вырвал у него из груди нечто похожее на рычание.

Оба сгорали от страсти. Кейн всегда легко возбуждался, и его голод практически невозможно было утолить. Нельзя позволить ей ускользнуть или остановиться, но Джейд и не помышляла о бегстве. Она обвила руками его шею, запустила пальчики в мягкие завитки волос и прильнула всем телом. Она ни за что не отпустит его.

Когда он нашел в себе силы оторваться, ей показалось, что от горя у нее разрывается сердце. И снова приникла к нему, нимало не беспокоясь о приличиях, и прикасалась лицом к его горячей груди. Жесткие волосы щекотали ей нос, но она не обращала внимания: ей нравился его запах, удивительный мужской запах, напоминавший свежевыделанную кожу и мускус. А еще запах сырой земли.

– Джейд? – окликнул Кейн осипшим голосом. – А была еще какая-нибудь ложь, в которой ты бы хотела мне признаться?

– Нет.

– Нет другой лжи или ты не хочешь про нее говорить? – улыбаясь ее смущению, уточнил он.

Джейд потерлась о него щекой, стараясь отвлечь внимание, а потом произнесла:

– Да есть. – И, уловив, как мгновенно напряглось его тело, торопливо добавила:

– Но такая незначительная, что я сейчас и не припомню. Обещаю, что при первой же возможности ты о ней узнаешь.

Он тут же расслабился. Из чего Джейд сделала вывод, что в его списке смертных грехов ложь стоит на первом месте.

– Джейд, ты хочешь меня? – И не давая ей времени собраться с мыслями, он продолжил:

– Черт возьми, не вздумай солгать. Скажи правду, Джейд. Я должен знать, – взмолился он. – Сейчас же.

– Да, Кейн. Хочу, и очень сильно. – Ее голос звучал так, словно она покаялась в страшном прегрешении.

– Джейд, но ведь это счастье – хотеть друг друга.

Внутри у нее все содрогнулось при мысли о том, что сейчас произойдет. Она жаждала этого… и ужасно боялась. Она тут же пообещала себе, что не станет в него влюбляться, но поняла, что это лишь самообман, и в глазах у нее закипели слезы. Да, Кейну удалось найти путь к ее сердцу. Она вся дрожала, и Кейн крепче ее обнял.

– Я позабочусь о тебе, Джейд, – прошептал он. – Любимая, о чем ты задумалась?

– О том, что переживу и это.

От этих слов у него защемило сердце.

– Я хочу тебя, – продолжила она. – Но прежде пообещай мне кое-что…

– Что именно?

– Ты не должен в меня влюбляться.

Ясно было, что Джейд не шутит. И Кейн тут же разозлился. Она сведет его с ума. Он хотел было потребовать разъяснений, но она принялась ласкать его так, что ему стало не до разговоров. Она покрыла его грудь жгучими влажными поцелуями, а когда коснулась языком его соска, он взорвался вулканом желания.

А ее шаловливые губки прокладывали себе дорогу вверх по его шее, безмолвно побуждая поскорее ответить. Кейн буквально обезумел. Еще ни разу женщина не отдавалась ему так пылко, так бескорыстно. Он впервые в жизни почувствовал себя окруженным такой нежностью… и любовью.

Он глухо застонал, давая себе слово быть с ней не менее нежным. Он хотел насладиться каждым касанием, чтобы эта ночь с ней казалась бесконечной. И ему пришлось сдерживать себя, уловив ее чувственные вздохи и стоны. Она приводила его в экстаз. Он едва ли не грубо схватил шелковистую прядь волос и одним повелительным движением приблизил к себе ее лицо, чтобы припасть к губам в жадном поцелуе.

Такая неистовость смутила ее. Его губы буквально впивались, а язык… Боже милостивый, его язык заставлял трепетать от страсти. Джейд ногтями вцепилась в его напряженные плечи. Теперь она полностью в его власти. Неудержимое желание жарким пламенем охватило ее, превращаясь в сладостную боль и муку.

Кейн подхватил ее и прижал к своим напрягшимся чреслам. Джейд непроизвольно раскрыла бедра.

Буря все нарастала.

Когда его язык прошелся по ее шее, когда он прикоснулся к ее ушку, ей показалось, что она больше не вынесет. А он стал нашептывать ей все те темные, запретные, возбуждавшие новые волны желания вещи, которые хотел бы с ней проделать. О, как ей хотелось испытать все это!

– У нас нет пути назад, Джейд, – шептал он. – Ты будешь моей.

– Да, – отвечала она. – Я хочу быть сегодня твоей, Кейн.

– Нет, – возразил он. И долго, жадно целовал ее. – Не только сегодня. Всегда.

– Да, Кейн, – выдохнула она, сама не сознавая, что обещает.

Он взял ее руку и положил на пояс своих бриджей.

– Возьми меня, милая, – попросил он осипшим голосом. – Ласкай меня, сжимай сильно-сильно.

Она заколебалась, но его реакция развеяла ее робость, а его стоны побуждали стать еще смелее. Она чувствовала себя могущественной и слабой одновременно. Джейд прижималась к нему, торжествующе улыбаясь при звуках его страстного голоса, вновь и вновь нашептывавшего свои просьбы. Она скользнула рукой по животу, к застежке на брюках. Кейн не удержался и вскрикнул от наслаждения. Она набралась духу и медленно принялась расстегивать пуговицы. Не очень ловко, но она довела дело до конца, а потом замерла в нерешительности. Кейн опустил ее руку ниже. Пальцы ее путались в жестких волосах и наконец наткнулись на средоточие его мужественности Поразившись горячей и твердой плоти, Джейд едва начала ласкать ее, как Кейн вдруг отстранился.

– Боюсь, что все кончится, не успев начаться, – выдохнул он, когда Джейд попыталась было возобновить свои ласки.

– Кейн, мне бы хотелось…

– Знаю, – простонал он. В то же время он поспешно срывал с нее ночную сорочку.

Джейд вдруг засмущалась и попыталась воспротивиться:

– Разве нельзя оставить ее на мне?

– Нет.

– Кейн, не надо, – бормотала она, – не надо..

Но тут он коснулся самого сокровенного. Ладонь его решительно легла на треугольник золотистых волос, а пальцы затеяли волшебную игру. О, Кейн отлично знал, где и как ласкать, чтобы довести до экстаза.

Ночная сорочка моментально оказалась на полу, туда же полетели его брюки. Сильные руки легли на пышные груди, пальцы теребили напрягшиеся соски до тех пор, пока она не застонала от наслаждения.

Комната осветилась очередной вспышкой молнии. Ксйн увидел, как глаза Джейд вспыхнули страстным огнем, подхватил и понес ее к кровати. Уложил на простыни, коленом раздвинул ее ноги и под сладостный стон девушки прижал свою неистовую плоть к податливой влажной ложбинке.

– О, ты восхитительна! – прошептал он. Приподнявшись на локтях, он занялся ее грудью. Долго целовал, а потом медленно обвел языком вокруг соска.

В нее словно попала молния. Она беспокойно дернулась, но когда наконец он принялся сосать розовый кончик, она не удержалась и вцепилась в его плечи. Он глухо застонал от боли и наслаждения.

– Тебе нравится, любимая? – прошептал он, переходя ко второму соску.

От чувственного угара она потеряла дар речи. Он снова припал к ее губам и еще шире раздвинул ей бедра. Его пальцы не унимались ни на миг.

– Обхвати меня ногами, Джейд, – вдруг резко приказал он. – Я больше не в силах терпеть, малышка.

Она почувствовала влажное прикосновение его копья, и вот уже его руки на ее бедрах, раздвигают и приподнимают их. Он припал к ее губам, и в тот момент, как его язык проник к ней в рот, он вошел в нее. Резкая боль мгновенно сдернула вуаль желаний. Она вскрикнула и отшатнулась. Кейн почувствовал, как внутри нее все сжалось. Он колебался какую-то долю секунды, а затем, ударив еще раз, полностью пробил преграду ее девственности. Не в силах помешать вторжению, Джейд лишь дико вскрикнула и зажмурила глаза.

Он замер, чтобы дать ей время опомниться и приспособиться к нему.

– Остановись немедленно, – закричала она. – Я больше не хочу этим заниматься! – По ее щекам потекли слезы. Она умоляюще посмотрела на Кейна – Перестань!…

Лицо его оставалось таким же решительным На лбу выступили капельки пота, он стиснул зубы. Казалось, что он тоже испытывает боль.

– Я уже не могу остановиться, – простонал он, качая головой, – обними меня, Джейд. Не надо так вырываться… мне от этого захочется… – Не договорив, он уперся лбом в ее голову. Глаза его прикрылись от сладкой муки.

– Тебе тоже больно? – спросила она, едва не рыдая.

– Нет, любимая, не больно, – прошептал он.

– Я уже больше не девственница, верно? Мы все сделали, да? – Она совершенно растерялась от бушевавшей в ней бури незнакомых ощущений. Но какая боль! Пусть он оставит ее! И в то же время не хотелось его отпускать.

– Да, малышка, ты уже не девственна, – наконец выговорил он. – И ты теперь моя. И мы, черт возьми, совсем еще не закончили.

Он задыхался, будто только что пробежал многие мили. Джейд не на шутку испугалась, увидев его нахмуренное лицо.

Она пришла в отчаяние при мысли о том, что сама все испортила.

– Я так и знала, что из этого не выйдет ничего хорошего! – вскричала она. – Пожалуйста, отпусти меня. Мне больно…

– Малышка, я не могу остановиться, – снова промолвил Кейн, все еще стараясь сдерживаться. Он попытался поцеловать ее, но она отвернулась и стала вырываться.

– Если ты не остановишься, я заплачу, – взмолилась она. – Я ненавижу плакать, – рыдая, шепнула она ему в ухо.

Дьявол, он чувствовал себя последней тварью. Он хотел было утешить ее, но то, что он уже проник в ее горячее, нежное лоно, начисто лишало его самообладания.

– Любимая, боль скоро пройдет, – заверил он. Боже, хоть бы это оказалось правдой.

Он решительно взял в ладони ее лицо, и его губы прекратили бесполезный спор.

Он снова ласкал своим языком ее язык и, почувствовав, что ее напряженность несколько ослабла, опустил руки и вновь принялся гладить самые заветные уголки.

Теперь боль уже не казалась Джейд такой невыносимой. Возбуждение нарастало, а с ним нарастало и желание. Кейну удалось оставаться неподвижным до тех пор, пока она не расслабилась под ним полностью. И лишь когда она медленно выгнулась ему навстречу, он наполовину вышел, чтобы тут же вновь слиться с ней. Ее прерывистый стон заставил его снова замереть.

– Я все еще делаю тебе больно? – Он неустанно молился про себя, не желая мучить ее. Тело его содрогалось, требуя разрядки, и даже если она станет умолять его остановиться, он не сможет этого сделать. – Разве теперь не лучше?

– Немного, – прошептала она. Ее голосок прерывался от смущения и страха. – Теперь лучше.

Он все еще выжидал, пока она легонько не прикусила его ухо и не прижалась к нему. Иного приглашения ему и не требовалось. И хотя он поклялся себе быть с ней нежным, движения его становились все более резкими, неконтролируемыми.

Она что было сил обхватила его ногами, в то же время руками царапая его плечи и спину. Кейна охватило неистовое желание любить ее, любить безумно. Он врывался в нее, медленно выходил наружу, и все повторялось снова и снова. О, как жаль, что надо совсем выйти, ведь никто из них не позаботился о мерах предосторожности, но она оказалась такой горячей, такой страстной, что всяческое благоразумие стало попросту невозможным, а кроме того, где-то в глубине подсознания теплилась мысль об их будущем ребенке.

Повинуясь волшебному ритму их неистовой страсти, кровать дергалась и скрипела. И даже раскаты грома не в силах были тягаться с их сладостными стонами, с их любовным шепотом. Кейн ни за что не позволил бы ей остановиться на полпути. Волна за волной накатывал на нее чувственный угар, пока она не затрепетала от ненасытного желания. И вот словно что-то загорелось внутри. Джейд даже испугалась новых ощущений.

– Кейн, я не могу… – Но он развеял ее страхи новым поцелуем.

– Положись на меня, Джейд. Я о тебе позабочусь.

Позаботится. Он позаботится о ней. Инстинктивная вера помогла Джейд избавиться от страха и беззащитности. Она отдалась во власть бушевавшей в ней бури страстей, уносившей ее куда-то вдаль, словно на крыльях ветра. А потом она словно взорвалась изнутри и вознеслась к самому солнцу. Она стиснула его что было сил и во весь голос выкрикнула его имя – в экстазе, с облегчением и с любовью.

И в тот же самый миг Кейн извергся в нее. С глухим стоном удовлетворения он рухнул ей на плечо.

И тотчас вздрогнул от удивления. Он еще ни разу в жизни не испытывал такого божественного наслаждения. Он чувствовал себя полностью иссякшим… и обновленным.

Он ни за что не позволит ей уйти. От одной мысли об этом у него защемило в груди.

Джейд пребывала в полном изнеможении.

Лишь когда у нее заломило руки, она осознала, что по-прежнему цепляется за него, и нехотя разжала объятия. Она была слишком ошеломлена, чтобы думать о случившемся. Боже милостивый, она же совершенно ничего не соображала! И отдалась ему полностью, телом и душой, доверилась ему.

Ни у кого прежде не было над ней такой власти. Ни у кого.

Джейд зажмурилась, не желая выказывать слабости. Да, Кейн оказался куда более искусным вором, чем она. Этот мужчина посягнул на ее сердце. И что еще хуже, она это ему позволила.

– По-моему, тебе лучше теперь уйти, – прошептала она дрожащим голосом.

Кейн вздохнул и, обняв ее, привлек поближе. Джейд не смогла устоять перед желанием прижаться к нему щекой – хотя бы на миг. И ей очень хотелось услышать от него хотя бы несколько ласковых слов, прежде чем она прогонит его… просто немного несбыточных обещаний любви и преданности, которые она поместила бы в шкатулку памяти и утешалась бы ими в предстоящие ей бесконечные одинокие ночи. Да, эти обещания наверняка окажутся ложью, но она жаждала их.

Впрочем, ей тут же взгрустнулось. Она даже готова была разозлиться. Конечно, ведь именно он превратил ее в обыкновенную простушку, которая сама не знает, чего хочет.

– Милая, ты уже жалеешь?

Его голос звучал возмутительно самодовольно.

Она не ответила ему, и он потянул ее за волосы.

То, что он увидел, немало порадовало его. Она все еще пылала, губы ее опухли от поцелуев, а в глазах застыла поволока. Кейн словно наложил на нее свое клеймо. Его окатила волна желания безраздельно обладать ею, и он самоуверенно кивнул.

Не стоит обращать внимания на обиженный вид Джейд, приняв его в качестве платы за его полный успех.

Он не мог удержаться, чтобы не поцеловать ее еще раз. Она попыталась увернуться, пришлось удерживать ее за волосы.

И как только их губы встретились, его язык проник в сладостное, волшебное тепло ее рта. Эта чувственная ласка заставила ее ответить. Когда же он нашел силы прервать этот затяжной, жадный поцелуй, она уже снова приникла к нему всем телом.

– Ты сама сделала выбор, любимая, и должна смириться с этим.

Ох, какой же он грубиян! Ее глаза снова наполнились слезами. Слова бередили ей душу. И он еще смеет улыбаться после такого бессовестного заявления! Она тут же поклялась, что впредь никогда не позволит себе столь болезненно относиться к его словам.

– Да, Кейн, я сама решила пожертвовать своей девственностью, и мне придется жить с сознанием того, что я сделала. А теперь я бы действительно хотела поспать и к тому же…

– Я вовсе не то хотел сказать, – перебил он. Его тон был резким, словно удар молнии. – Ты сделала выбор и будешь отныне моей, Джейд. Мы поженимся, милая.

– Что?..

– Нечего так пугаться, любимая. В конце концов это не так уж плохо.

– Кейн, я не готова к этому, – пробормотала она.

Кейн вовсе не желал выслушивать ее возражения, он желал получить согласие. Господь свидетель, он не покинет эту постель, пока не услышит его. Опрокинув ее на спину, он грубо раздвинул ей бедра и намеренно улегся сверху так, чтобы прижаться к ней.

– Погляди на меня, – приказал он. А когда она повиновалась, добавил:

– То, что мы сейчас совершили, уже не исправишь. Отныне ты целиком моя, Джейд. Смирись с этой мыслью, и черт меня возьми, если это не облегчит тебе жизнь.

– С какой стати я должна смириться? – возмутилась она. – Кейн, ты и понятия не имеешь о том, чего требуешь.

– Я чрезвычайно требовательный человек, – напомнил он. В его голосе зазвучали опасные нотки.

– Я успела это заметить, – пробормотала она. – Просто мы с тобой согрешили, вот и все.

– Я не намерен ни с кем делиться, Джейд. Ты поняла?

– Нет, не поняла, – прошептала она. От одного взгляда на его каменное лицо у нее душа ушла в пятки. – Ты теперь чувствуешь себя виноватым и поэтому хочешь жениться?

– Нет, я не чувствую своей вины, – ответил он. – И тем не менее ты выйдешь за меня замуж. Как только вернется твой брат, я переговорю с ним…

– Ты самый самоуверенный и упрямый мужчина, какого мне только доводилось встречать.

– Но тебе приятны самоуверенные, упрямые мужчины, любимая, – с лукавой улыбкой заметил он. – Иначе ты бы не позволила мне даже прикоснуться.

– Пожалуйста, слезь с меня. – Как ни странно, но она не смогла возразить. – Я задыхаюсь.

Он мгновенно откатился, а потом подперся рукой так, чтобы смотреть на нее. Джейд накинула на них обоих простыню, скрестила руки на груди и задумчиво уставилась в потолок.

– Я сделал тебе больно, Джейд?

Ему пришлось в нетерпении потянуть ее за локон, так как она упрямо молчала.

– Отвечай же.

– Да, ты сделал мне больно, – прошептала она, чувствуя, что ее щеки снова пылают.

– Мне ужасно жаль, Джейд. – В его голосе прозвучала такая нежность, что она невольно вздрогнула, но тут же вспомнила что не должна давать волю чувствам. Ей захотелось плакать – неизвестно отчего.

– Нет, ты не жалеешь меня, – заявила она. – Иначе бы выслушал меня и остановился.

– Я бы не смог.

– Не смог бы? – Она недоверчиво уставилась на него.

– Нет, не смог бы.

Она едва не поверила, ибо его голос звучал очень искренне. И в то же время в глубине его глаз горели веселые искорки. Ну что прикажете с ним делать?

– Ну, по крайней мере я рада, что ты не винишь себя.

– Это почему же?

– Почему? Да потому, что ты не сделал мне ничего такого, чего бы я не хотела. Я сама виновата во всем.

– А я в том даже не участвовал? – поинтересовался он. – А мне казалось, что именно мне довелось стать ведущим…

– Да, конечно, ты участвовал. – Она проигнорировала лукавые нотки в его голосе. – Но это я позволила тебе стать ведущим.

Если бы она не казалась такой чертовски трогательной, если бы не стискивала что было сил руки, Кейн наверняка взорвался бы от хохота. Но он не мог не видеть, насколько чисты ее чувства, и потому ни за что не позволил бы себе смеяться.

– Ну хорошо, – уступил он. – Ты была, стало быть, главной ведущей. Так?

– Да, – ответила она. – Спасибо.

– Не стоит благодарностей, – заверил он. – Ну а теперь скажи, отчего тебе захотелось заниматься со мной любовью?

Она снова надолго замолкла, глядя в потолок. Кейн завороженно следил за тем, как на ее щечки наползает смущенный румянец. Его маленькая глупышка снова стесняется. А ведь всего несколько минут назад вела себя как настоящая дикарка. На плечах все еще саднили свежие следы ее ноготков. По натуре она была не менее страстной, чем он сам, однако для нее это было впервые, и Кейн не находил ничего удивительного в том, что теперь она растеряна и смущена происшедшим.

– Потому что я так хотела, – отвечала она. – Понимаешь, я всегда знала, что никогда не выйду замуж, и хотела, чтобы… Ох, вряд ли ты сможешь понять. В общем, держу пари, что ты забудешь меня очень скоро, когда я уйду.

Она нисколько не сомневалась, что он рассердится. А он всего лишь рассмеялся.

– Ты вел себя жестоко, – пожаловалась она, прежде чем опять возвести глаза к потолку. – Я действительно хочу, чтобы ты ушел.

– Джейд, это было невозможно.

– Не правда, – упрямо тряхнула она головой.

– Правда, – прошептал он, медленно стягивая с нее простыню. – Господи, как давно я тебя хотел. Знаешь что, любимая? – Он уже стянул простыню пониже и не сводил глаз с ее живота.

– Что? – невнятно выдохнула она.

– Я снова хочу тебя.

И не давая времени возразить, он наклонился и поцеловал ее. Джейд не сопротивлялась, пока его губы не стали слишком настойчивыми. Тогда она отпихнула его. Они перекатились набок, но Джейд упорно не отрывала глаз от его груди.

– Кейн? – Ее пальчики играли жесткими завитками волос, пока она набиралась храбрости для волновавшего ее вопроса.

– Что? – Кейн удивился ее смущению.

– Все получилось правильно?

– О да, все получилось совершенно правильно!

– И ты не разочаровался?

– Нет, я не разочаровался, – ответил он, до глубины души тронутый ее беззащитностью и изрядно помрачнев, из чего Джейд сделала вывод, что он сказал правду.

– Я тоже не разочаровалась.

– Я знаю. – На его лице опять заиграла эта самодовольная ухмылка.

– Но как ты это узнал?

– Я узнал это по тому, как ты отвечала на мои ласки, как ты сама ощутила наслаждение, как ты выкрикнула мое имя.

– Ох…

– Это было настолько потрясающе, правда, Джейд? – Его улыбка развеяла последние сомнения.

– Я и понятия не имела, что будет так… восхитительно.

– Ты пахнешь мной, – заметил он, целуя ее в макушку. – И я возбуждаюсь.

– Тогда я умоюсь.

– Я умою тебя сам, – предложил он, но Джейд выскользнула из его рук, соскочив с кровати.

– Ни за что. – Она, отвернувшись от Кейна, мигом накинула на себя ночную сорочку. Ослепительно улыбаясь, победно вскинула глаза, но улыбка мгновенно угасла при виде пятен крови на простынях.

– Ты поранил меня до крови! – укорила девушка.

– Любимая, это же впервые.

– Знаю, – не унималась она.

– Так должно быть.

– Ты это серьезно?.. – Она явно опешила от такого известия. Он молча кивнул.

– Но это точно бывает только в первый раз, Кейн? Впрочем, второго раза все равно не будет, – выпалила она, – просто я не…

Кейн не стал обращать внимания на ее намерение никогда больше не заниматься любовью, а вместо этого спросил:

– Джейд, разве тебе никто прежде не рассказывал про это?

– Ну… в общем, рассказывали. – Она чувствовала себя круглой дурой.

– Интересно, кто, – не поверил Кейн. – Твои родители умерли, когда ты была еще совсем маленькой. Значит, твой брат? Натан наставлял тебя?

– Натан меня бросил, – вырвалось у нее помимо воли. – То есть он все время был в школе, и я очень редко видела его.

Девушка здорово нервничала, неловко теребя тесемки на ночной сорочке.

– Зачем тебе это знать? В отсутствие Натана дядя Гарри занимался моим воспитанием, и, по-моему, неплохо справился.

– Но при этом упустил из виду весьма немаловажные детали, – заметил Кейн.

– Дядя весьма сдержан.

– Но разве поблизости не было ни одной женщины, которая… – Он прервался на полуслове, ибо она вдруг вскинула голову.

– Там были женщины, но я ни за что не стала бы обсуждать с ними столь интимные вещи, Кейн, это же неприлично!

Она укрылась за ширмой, прежде чем Кейн успел задать новый вопрос, тщательно умылась свежей водой и душистым мылом. Только теперь она ощутила, что совершенно измучилась, и поэтому изрядно разозлилась и на него, и на саму себя.

Судя по всему, Кейн намеревался провести здесь остаток ночи. Он весьма уютно устроился на взбитых подушках. Джейд затянула поясок на халате потуже и хмуро взглянула на него.

– Кейн, тебе следует понять кое-что, – холодно начала она.

– Что именно, милая?

Джейд готова была возненавидеть его за эту невинную улыбочку, ибо сердце тотчас начинало выпрыгивать у нее из груди и из головы вылетали все до одной мысли. Ей пришлось потупить взор, чтобы продолжить:

– Этому больше не суждено повториться. Никогда. И не пытайся возражать, я уже все решила. А теперь тебе пора.

В ответ на ее нерешительное требование Кейн откинул край одеяла и поманил ее пальцем:

– Иди сюда, Джейд. Тебе нужен отдых.

– Ты что же, решил упрямиться? – со стоном спросила она.

– Боюсь, что так, любимая.

– Пожалуйста, не паясничай.

– Я абсолютно серьезен, – ответил он. – И не питаю иллюзий.

– Не питаешь иллюзий… – Закусив губу, она приблизилась к кровати, лихорадочно придумывая способ заставить его уйти.

Но мгновением позже она каким-то чудом уже лежала на спине, рядом с ним. Тяжелой, горячей ногой он слегка придавил ее, а рукой придерживал за талию. Однако даже удерживая ее силой, Кейн оставался внимателен настолько, чтобы не задевать больной бок. Невероятно воспитанный мужчина… И к тому же наглый. Затащил в западню да еще и улыбается!

– Итак, – продолжил он, – я не питаю иллюзий, поскольку отдаю себе отчет, что это только начало, – пояснил он. – Джейд, перестань щипаться. Не можешь же ты свято верить в то, что я больше никогда к тебе не прикоснусь? Женатые люди..

– Не смей больше заговаривать о женитьбе, – перебила она.

– Ну, ладно, – уступил он. – Если тебя это так пугает, подожду более подходящего момента для обсуждения. В любом случае ты ведь намерена была оставаться здесь что-то около двух недель, верно? – Он снова обратился к логике.

Джейд почувствовала некоторое облегчение.

– Да, но ведь прошло уже несколько дней.

– Отлично, – подхватил он. – Идем дальше. Уж не думаешь ли ты, что я постригусь в монахи на все то время, что нам осталось?

– Именно.

– Но это невозможно, – возразил он. – Я уже вновь страдаю.

– Не страдаешь.

– Страдаю, – не сдавался он. – Черт побери, Джейд, я опять тебя хочу.

– Черт побери, Кейн, веди себя прилично!

Ее голос подозрительно охрип. Он нарочно ее провоцирует, вон как смотрит ей в глаза, а сам потихоньку развязывает поясок на халате! Тем временем Кейн уже ласкал ее груди, а потом ею рука скользнула ниже, к животу, к теплым завиткам золотистою треугольника.

Кейн целовал ложбинку между грудей, а его пальцы умело разжигали пламя желания. Джейд закрыла глаза и невольно подалась к нему. Языком он заставил затвердеть ее соски, пальцами проникая внутрь, во влажную темноту, и она вновь застонала от наслаждения и боли.

Он снова припал к ее губам, требуя ответа, а затем заглянул ей в глаза:

– Ты уже успела разгореться, любимая?

– Кейн… – прошептала она, пытаясь оттолкнуть его, но не тут-то было. Она с трудом соображала, что происходит. – Перестань меня мучить. Ох, Боже, не делай этого!

Но он был непреклонен. Она горестно вздохнула и позволила ему еще раз страстно поцеловать себя. Джейд почти не возмущалась, когда он снял с нее халат и раздвинул ей бедра. Ее внезапно ошеломило осознание тех чудесных различий, что имев между ними. Он был таким сильным, таким уверенным Она кончиками пальцев пощекотала его. – Кейн! Пообещай мне кое-что.

– Все что захочешь, – хрипло ответил он.

– Мы пока будем вместе, но как только Натан вернется, это кончится. Мы…

– Я не даю обещаний, не собираясь их исполнять. – резко перебил он.

– Ты еще передумаешь, – прошептала она.

– Что-то ты чертовски в этом уверена. Почему! Что еще ты там от меня скрываешь?

– Я знаю, что скоро надоем тебе, – выпалила она И что было сил обняла его:

– Поцелуй меня, пожалуйста!

Ее голос прерывался от страсти. И Кейн ответил ей тем же Поцелуй распалил обоих, и они вновь сгорали от желания.

Кейн приложил все силы, чтобы Джейд насладилась сполна. Он не торопясь ласкал ее так, что казалось, она вот-вот обезумеет, покрыл поцелуями каждый дюйм ее груди, пока она наконец не застонала.

А потом он не спеша опустился ниже, языком прошелся по плоскому животу, а когда достиг лобка, стоны превратились в крики наслаждения.

Он легонько захватил зубами золотистые волосы и принялся легонько лизать шелковистые лепестки под ними, пока те не стали горячими и влажными. И все это время его пальцы довершали невообразимо возбуждающую ласку, ритмично двигаясь взад-вперед.

Джейд вцепилась в простыни. Ее тело свело судорогой от экстаза. Она и подумать не могла, что можно заниматься любовью подобным образом. О, Кейн знает, что делает! Она уже с ума сходила от желания.

А когда ее сотряс первый толчок, когда она инстинктивно припала к нему в сладостной агонии, он улегся поверх нее и она тут же распахнулась ему навстречу. И он вошел внутрь – горячий, твердый, решительный, как раз в тот момент, когда Джейд находилась на вершине блаженства. И она сжала его изо всех сил, сотрясаемая бурей любви.

Даже желая сдержаться, он не смог бы этого сделать при виде такой невероятной страсти. Она заставила его жаждать удовлетворения, и он едва не задохнулся от впервые прочувствованного им волшебного слияния.

Ни разу вплоть до нынешней ночи он не отдавал себя столь полно. Всегда способный сохранять контроль над происходящим, он тем не менее не смог устоять перед этой невероятной женщиной. Странно, но при этом он отнюдь не считал это слабостью, напротив, скорее, чувствовал себя в некотором смысле победителем, понимая, что и она не устояла.

О этот очищающий, живительный дождь любви! Только что испытанное чудесное единение умиротворило его.

Кейн едва нашел силы откатиться, и, к его вящей радости, Джейд последовала за ним, прижимаясь к нему всем телом. Он обнял ее и привлек к себе.

– У меня на губах все еще твой вкус.

– О Боже! – Судя по голосу, она до смерти смутилась.

– Мне нравится, – засмеялся он. – Такой женский, сладкий, словно мед. Любой мужчина потеряет голову.

– Правда?

– Конечно, – пробасил он. – Но все равно, кроме меня, никому не достанется, так ведь? – Ему пришлось легонько ущипнуть ее, чтобы поторопить с ответом.

– Да, – подтвердила она.

– Тебе опять было больно?

– Совсем чуть-чуть.

– Но я не смог бы остановиться.

Джейд спрятала лицо у него на груди и долго молчала.

– Я никогда, никогда не забуду тебя, – наконец сказала она. Джейд знала, что он не слышит ее. Глубоко и ровно дыша, он моментально заснул.

Надо бы разбудить и потребовать, чтобы он вернулся к себе. Стернс наверняка не обрадуется, поутру обнаружив их вместе.

Но у нее не хватило духу его будить Она закрыла глаза и через минуту уже спала.

Ему приснились ангелы.

Ей приснились акулы.

Глава 9

На следующее утро прибыл доктор, сэр Харвик, пожилой мужчина с темно-русыми волосами и голубыми глазами, блестевшими, словно море в погожий день. И манеры, и одежда доктора поражали своей безукоризненностью. Он чем-то походил на хитрюгу енота, ибо густые бакенбарды, обрамлявшие лицо, невероятным образом изгибались вперед и заканчивались у самого носа.

В точности, как предсказывала Джейд, сэр Харвик немедленно принялся ковыряться в ее ране. Кейн стоял в футе от кровати, сцепив руки за спиной, словно неусыпный страж, стерегущий сокровище. Покончив с осмотром, врач пришел к заключению, что покой и отдых будут самым лучшим лечением для дамы в таком состоянии. А поскольку Джейд не считала себя находящейся в каком-то там «состоянии», она выбросила все предписания из головы.

Кейн же, напротив, запомнил все слово в слово. Джейд решила, что он желает сделать из нее инвалида. К примеру, стоило Харвику заикнуться о холодных примочках для шишки на виске как Кейн опрометью бросился давать приказания слугам. Правда это дало возможность Джейд поговорить с доктором.

– Насколько я знаю, вас приглашали осмотреть и отца Кейна, – начала она. – Мне очень жаль, что он плохо себя чувствует. Неужели ему не полегчало?

– Ему вряд ли кто-то способен помочь, – покачал головой эскулап. – Такое горе. Он утратил интерес к жизни с тех пор, как потерял Колина. Да-да, понимаете ли, Колин был его любимым сыном, и эта гибель сломила отца.

– Вы уверены, что Колин был любимцем?

– Он был первенцем его второй жены, – пояснил Харвик. – Матушка Кейна скончалась, когда ему было лет пять-шесть, не больше.

Без сомнения, сэр Харвик являлся записным сплетником. Он придвинул к постели стул, устроился на нем поудобнее и продолжал прочувствованным шепотом:

– Понимаете ли, первый брак был заключен против воли и, насколько мне известно, оказался на редкость несчастливым. Генри определенно постарался поскорее забыть о нем.

– Генри?..

– Отец Кейна, – объяснил Харвик. – Тогда Генри еще не был герцогом Вилльямширским, поскольку здравствовал его отец. Из-за этого он не посмел отказаться от навязанного брака. И ему пришлось нелегко, уверяю вас. Матушка Кейна оказалась пренеприятной особой. Она умудрилась превратить в ад жизнь и мужа, и сына. Подумать только, она даже пыталась настроить мальчишку против его собственного отца! И после смерти очень долго никто не оплакивал ее кончину.

– Вы были с ней знакомы?

– Да – ответил доктор. – О, она была очень мила, но под внешней привлекательностью таилось черное сердце.

– А что, второй брак герцога оказался удачным?

– Ох батюшки, ну конечно. – Сэр Харвик энергично взмахнул рукой. – Гвенет – прелестная женщина. Представьте, она оставила свет, чтобы должным образом выполнять супружеские обязанности. Хм, когда-то она блистала в высшем обществе и все поклонялись ей, как некогда поклонялись мадам Брюмелль, и дамы копировали ее манеры и туалеты. Но должен заметить, что из Гвенет получилась примерная мать и супруга. Вы только посмотрите, как любят друг друга все дети герцога!

– Кейн тоже входит в их число?

– Конечно, – ответил сэр Харвик. – Все они смотрят на него снизу вверх, ведь он самый старший, хотя в общем-то предпочитает держаться особняком. Пока, конечно, кто-то не посмеет угрожать его сестрам или братьям. Тогда Кейн непременно придет на помощь. – Он театрально выдержал паузу, откинувшись на спинку кресла, и заговорщическим тоном прошептал:

– Кое-кто поговаривает об отмщении. – И доктор многозначительно приподнял бровь.

– Как это понимать? – спросила Джейд. Ее голос предательски дрогнул, но собеседник не обратил внимания. А Джейд решила во что бы то ни стало выспросить у него как можно больше. Она сделала над собой усилие и даже изобразила небрежную улыбку:

– Вы заинтриговали меня, сэр.

– Моя милая, – подхватил доктор, явно польщенный ее интересом:

– Кейн ни от кого не скрывает, что охотится на Дикаря. Ха, он даже расставил своих людей выслеживать его по всему городу. Повсеместно уже заключаются пари: десять к одному – на Кейна, безусловно. И он изловит пирата, – уверенно произнес сэр Харвик. – А уж когда до того доберется – помогай ему Бог.

– Да, Бог ему обязательно поможет, – заверила Джейд. – – Но вы упомянули про отца Кейна? – Она старалась вернуть беседу в нужное русло. – Насколько тяжело он болен?

– Весьма тяжелое состояние, – констатировал доктор.

– И ничего нельзя сделать?

– Гвенет сходит с ума от беспокойства, – важно покачал головой сэр Харвик. – Бедняга не ест, не спит. Так не может тянуться вечно. Боюсь, он будет следующим покойником в семействе, если не найдет в себе силы смириться со смертью Колина.

– Может быть, он просто нуждается в поддержке?

– Кто там нуждается в поддержке? – с порога спросил Кейн.

– Твой отец, – бросила через плечо Джейд и снова обернулась к сэру Харвику:

– А что это за странное исчезновение вашего коллеги? Я слышала краем уха.

– О да, бедный сэр Уинтерс, – подхватил Харвик. – Он был отличным врачом…

– Вы говорите так, словно он мертв, – промолвила Джейд, отвечая на выжидательный взор достойного доктора.

– Увы, я не сомневаюсь в этом, – заявил сэр Харвик.

Кейн в это время совершенно безуспешно пытался приладить холодный компресс на голову девушки. Джейд гораздо интереснее было слушать сплетни, которые принес доктор, чем возиться с какой-то несчастной шишкой. Она небрежно смахивала мокрое полотенце. Кейн водружал его на место.

Харвик вдоволь налюбовался их безмолвной борьбой, с трудом сдерживая улыбку. Несомненно, парочка стоит один другого, будьте покойны.

– А почему вы считаете, что Уинтерс мертв? – задала Джейд следующий вопрос.

– Все говорит за это, – откликнулся сэр Харвик. – Его повар, последний, кто видел его живым, – пояснил он, – сказал, что Уинтерс торопился через сад к задней калитке, завернул за угол и исчез.

– Когда это случилось? – спросил Кейн.

– Да уже почти три месяца назад, – отвечал доктор. – И конечно, ни для кого не секрет, что с ним случилось.

– А что же именно? – уточнила Джейд, пораженная безапелляционностью доктора.

– Не стоит об этом говорить, – заявил сэр Харвик, всем своим видом давая понять, что ему не терпится выложить свое мнение. Наконец он драматическим шепотом выпалил – Белые рабы!

– Простите – кто? – Джейд видимо, неверно расслышала.

– Белые рабы, – многозначительно кивнул доктор и снова откинулся в кресле.

Джейд пришлось прикусить губу, чтобы не расхохотаться. Она не решалась также поднять глаза на Кейна, так как не смогла бы больше сдерживаться.

– Не могу поверить, – прошептала она.

– Конечно, кто ж тут поверит, – явно смакуя, важно промолвил сэр Харвик. – Вы – прирожденная леди, и вам не пристало разбираться в подобных скандалах, тем более что здесь наверняка замешан и Дикарь. Похоже на него – похитил Уинтерса, да и продал в рабство.

Джейд сразу помрачнела и залилась краской.

– С какой это стати Дикаря стали обвинять во всех беспорядках в Англии?! – не успев хорошенько подумать, выпалила она.

– Ну, ну, не надо так пугаться. – Сэр Харвик примиряюще похлопал ее по руке и добавил:

– Зря я посвятил вас в эти недостойные сплетни.

– Я не испугалась, – солгала Джейд. – Просто бесчестно делать из Дикаря записного козла отпущения. И кроме того, не стоит оплакивать вашего коллегу, сэр Харвик, ибо сердце подсказывает мне, что он жив и в один прекрасный день вернется домой.

– Ах, какое у вас доброе сердечко. – И доктор с чувством пожал ей руку.

– А отец Кейна… У него сильное сердце?

– Да, – тут же вмешался сам Кейн.

– Прекрасно. – Джейд обернулась к маркизу, удивленная его сердитым тоном. – Почему ты хмуришься? Оттого, что я интересуюсь твоим отцом, или оттого, что у него сильное сердце?

– Вовсе не поэтому, – возразил Кейн и обратился к доктору:

– Мой отец пойдет на поправку, когда узнает, что с Дикарем покончено. Свершенная месть станет для него целебным бальзамом.

– Нет, Кейн, – возразила Джейд. – Его спасет только справедливость.

– В данном случае это одно и то же, – заверил Кейн. Он упрямо стиснул зубы.

Ей захотелось прикрикнуть, но вместо этого она его поблагодарила:

– С твоей стороны было очень мило принести мне этот компресс. – И она звучно пришлепнула на висок мокрое полотенце. – И спасибо вам, сэр, за заботу. Мне стало много лучше, – кивнула она сэру Харвику.

– Рад слышать, – откликнулся тот, поднялся с кресла, еще раз похлопал ее по руке и добавил:

– Как только вы достаточно окрепнете, навестите герцога и герцогиню. Думаю, родители Кейна будут более чем счастливы считать вас своей гостьей до полного вашего выздоровления. – Тут он посмотрел на Кейна. – Конечно, я сохраню все в тайне. Нельзя, чтобы про такую милую леди ходили нелепые слухи.

– А в чем дело? – в замешательстве поинтересовалась Джейд.

Сэр Харвик буквально пронзил Кейна взглядом.

– Речь идет о твоей репутации, – произнес Кейн.

– А это… – Джейд облегченно перевела дух.

– Ее это не сильно заботит, – сухо пояснил Кейн.

– Ах, моя милая, но так же нельзя, поверьте. – Сэр Харвик казался весьма шокированным. – Оставаться здесь наедине с неженатым мужчиной…

– Да, пожалуй, так нельзя, – согласилась она.

– Но ведь вы были больны, милая, и наверняка не в состоянии рассуждать здраво. Я не виню ни вас, ни Кейна. – Он великодушно кивнул в сторону маркиза. – А ваши слуги проявили пример поразительной преданности.

– Неужели? – переспросила Джейд.

– Именно. И все же не стоит забывать, с какой алчностью накинутся на вас местные сплетники, если что-то просочится за стены дома. Слишком многие пострадают. Матушка Кейна…

– Мачеха… – перебил Кейн.

– Да, безусловно, ваша мачеха, – продолжил сэр Харвик. – Так вот, ей это будет неприятно. А кроме того, нельзя сбрасывать со счетов и его невесту.

Джейд внезапно стало дурно. Кровь отхлынула от лица.

– Вы хотите сказать, что Кейн помолвлен?.. – хриплым шепотом спросила она.

– Джейд, – вмешался Кейн. – Сэр Харвик наверняка имел в виду леди Айсели.

– Понимаю, – ответила Джейд и постаралась как можно более непринужденно улыбнуться доктору. – Да, теперь я вспомнила. Леди Айсели – та женщина, на которой ты собираешься жениться. – К концу фразы ее голос опять поднялся едва ли не до визга.

Джейд в глаза не видела эту Айсели, но уже в следующее мгновение прониклась к ней полнейшим презрением. И с каждой минутой все больше злилась на Кейна. Господь свидетель, она уже успела возненавидеть и его заодно с этой дамой.

– Вряд ли леди Айсели легко смирится с известием о том что вы здесь гостили, – предположил сэр Харвик.

– Она мне не невеста, – прервал его Кейн. – Просто мачеха решила, что я должен на ней жениться, – признался он в душе обрадовавшись ее реакции на известие про леди Айсели. Значит, он ей небезразличен!

– Но ваша дражайшая мачеха считает…

– Она спит и видит, как поженит нас, – заявил Кейн – Однако этому не бывать, Харвик.

Джейд всей кожей ощущала на себе взгляд Кейна и делала отчаянные усилия выглядеть равнодушной. Тут она обнаружила, что скоро совьет из компресса веревку, и заставила свои руки успокоиться.

– Меня не волнует, на ком ты женишься, – сообщила она.

– Ну так будет волновать.

– Неплохо было бы тебе упомянуть о своей помолвке вчера вечером, – покачала она головой.

– Я не помолвлен, – выпалил он. – А прошлым вечером…

– Кейн! – резко окликнула она и спокойно добавила:

– У нас гости, ты не забыл?

– У меня есть некое предчувствие по вашему поводу, – хихикнул сэр Харвик. Он двинулся к двери, стараясь держаться подальше от Джейд. – Надеюсь, я угадал?

– О чем вы? – удивился Кейн.

– Она и есть ваша невеста, не так ли?

– Верно, – подтвердил Кейн. – Она пока просто в полном неведении.

Собеседники обменялись лукавыми улыбками.

– Позволю себе заметить, что вам придется нелегко, мой мальчик.

– Как бы то ни было, – громогласно провозгласил Кейн, – она будет моей женой.

Грохот захлопнувшейся за мужчинами двери слился с яростным воплем Джейд. Она отшвырнула в сторону компресс и бессильно откинулась на подушку, скрипя зубами от гнева.

Ну какая ей разница, на ком женится Кейн?! Как только вернется Натан, они расстанутся, причем навсегда! Ну почему все так ужасно усложнилось?! Господь свидетель, охрана Кейна – сама по себе задача не из легких. А теперь придется включить в список опекаемых еще и его папашу.

Интересно, а леди Айсели красива?

Джейд заставила себя отбросить мрачные мысли. Надо срочно что-то предпринять для герцога Вилльямширского. Колин вряд ли обрадуется, вернувшись домой и узнав, что отец скончался от горя.

Интересно, Кейн уже успел затащить леди Айсели в постель?

Нет, незачем об этом думать! Сейчас необходимо решить множество других, более важных проблем.

В частности, позаботиться об отце Колина. Пожалуй, письма здесь будет недостаточно. Надо лично встретиться с ним и все объяснить.

А мачеха Кейна – неужели уже готовится к свадьбе? О Боже, лучше бы Кейн сказал правду. Ей хотелось, чтобы он оставался безразличен к леди Айсели.

– Это просто смешно, – упрямо пробормотала Джейд Кейн непременно рано или поздно женится. И непременно не на ней Просто не захочет с ней связываться, когда все о ней узнает.

Джейд застонала от отчаяния. Ее эмоции, словно мачты «Изумруда», взметнулись в самое небо, борясь с беспощадным ветром. Она была не в состоянии сосредоточиться, так что придется отцу Кейна еще немного пострадать.

В течение дня она пыталась по возможности избегать Кейна. В мрачном молчании они уселись за обеденный стол. Удивительно, но Стернс позволил себе усесться вместе с ними. Д потом как ни в чем не бывало принялся за обед. По большей части его внимание было обращено к Кейну, но порой и она натыкалась на его потеплевший взгляд, в котором читались любовь и сочувствие.

Он, видимо, так и не пронюхал о том, что они с Кейном спали вместе. Джейд почувствовала облегчение. Кроме того, было ясно, что отношения Стернса и Кейна намного теснее, чем отношения хозяина и слуги. Они скорее напоминали родственников. И Джейд не хотелось, чтобы человек, небезразличный Кейну, счел ее за потаскушку.

Она отвечала Стернсу столь же прочувствованными взглядами, пока он не похлопал ее по руке.

На протяжении всего обеда Кейн практически говорил один. По большей части это касалось управления поместьем. И через некоторое время Джейд заинтересовалась и немало удивилась, узнав, что Кейн заботится о пастве своего прихода. Он явно считал себя ответственным даже за их благосостояние.

– Ты помогаешь тем, кто нуждается? – спросила она.

– Безусловно.

– Путем денежных подачек?

– Только если нет иного способа, – пояснил он. – Джейд, человеческое достоинство – такая же важная вещь, как и полный желудок. Накормив голодного, надо помочь ему поверить в себя.

Она долго размышляла над этим утверждением, а потом произнесла:

– Да, самолюбие совершенно необходимо для нормального мужчины… Впрочем, для женщины тоже, – добавила она.

– Если лишить человека веры в себя, то вполне вероятно, он или она попросту сдадутся. С человеком нельзя обращаться как с игрушкой или пугать тем, что он – неудачник.

– Совершенно верно, – подтвердил Стернс – Он взялся за чайник и продолжил:

– Человеческое достоинство – это важнейшая вещь. И она превалирует надо всем остальным.

– Но ведь никто из вас не может отрицать, что в жизни бывают ситуации, когда необходимо поступиться гордостью, – перебила она.

– К примеру? – спросил Кейн.

– К примеру, когда идет речь о жизни и смерти.

– Но дороже жизни для человека честь, – заметил Стернс. – Вы согласны, милорд?

Кейн промолчал. Он опять уставился на Джейд этим ужасным непроницаемым взглядом. Джейд улыбнулась ему, чтобы скрыть растерянность, и, сославшись на недомогание, покинула столовую.

Стернс успел позаботиться о горячей ванне. Огонь в камине прогнал из комнаты сырость. Джейд приняла ванну и улеглась. Она металась и ворочалась в постели не меньше часа, пока не провалилась в беспокойный сон.

Кейн явился вскоре после полуночи. Разделся, задул свечи и забрался под одеяло. Джейд спала на боку, ночная сорочка ее задралась. Маркиз осторожно прижался к атласным ягодицам.

Она вздохнула во сне. Кейн весь задрожал в ответ. Боже, какая же она теплая, податливая! Его руки скользнули под сорочку, лаская ей живот и грудь. Он властно теребил соски так, что они затвердели. Она вздрогнула и застонала, все еще во власти сна.

Видимо, сейчас ей снится что-нибудь эротическое. Он покрыл поцелуями ее шею, ласково лизнул в ушко, и она тотчас прижалась к нему. Тогда его рука проникла в самое интимное местечко.

Он ласкал ее до тех нор, пока она не стала горячей и влажной, готовой принять его. Джейд попыталась было развернуться к нему лицом, но он не позволил.

– Откройся для меня, Джейд, – прошептал он. – Позволь войти в тебя. Скажи, что хочешь меня, – потребовал он.

Джейд, ощущая трепетное прикосновение его копья, закусила губу – иначе, не выдержав, она закричала бы во весь голос, чтобы он прекратил ее мучить.

– Да, я хочу тебя, – прошептала она. – Пожалуйста, Кейн, скорее!

Иного приглашения ему и не требовалось. Он осторожно уложил ее на живот, приподнял бедра и вошел в нее одним могучим рывком. Ее горячее лоно тотчас приняло его, и он едва не пролил семя в тот же миг. Пришлось затаить дыхание.

– Подожди, любимая, – прошептал он со стоном. Она бессознательно терзала простыню руками. Кейн же зарылся лицом в душистую ложбинку на спине.

– Кейн, я хочу…

– Сейчас, – ответил он. Стараясь поначалу не спешить, чтобы растянуть сладостную любовную агонию, под напором горячей мольбы Джейд, он лишился остатков самообладания и атаковал ее раз за разом, пока для них обоих не стало безразличным все на свете, кроме этого волшебного слияния.

О, это было великолепно, и они достигли кульминации одновременно. Кейн обессилев рухнул на Джейд.

– Любимая, ты еще дышишь? – шутливо спросил он, когда сердце перестало греметь у него в ушах.

Не дождавшись ответа, он немедленно отстранился.

– Джейд?

– Ты заставил меня умолять, – обвиняюще заявила она.

– Да, заставил, это верно, – широко улыбнулся он.

– И в тебе нет ни капли раскаяния, – констатировала Джейд. Ее пальчики играли завитками на его широкой груди. – Несомненно, ты мерзкий распутник. Не понимаю, что я в тебе нашла.

Ее взор все еще был замутнен от сна и страсти. Кейн поцеловал ее в лоб и в кончик веснушчатого носа, а потом припал к ней долгим, жадным поцелуем.

– Тебе не хочется еще, любимая? – Не дав ей времени ответить, он тут же прошептал:

– Я ужасно хочу!

Прошло еще немало времени, пока любовники смогли наконец заснуть, так и не выпуская друг друга из объятий.

Глава 10

Последующие восемь дней превратились для Джейд в настоящую сказку. Кейн был таким нежным, любящим, а кроме того, так заботился, что вскоре стал безошибочно улавливать малейшие оттенки ее настроения. Больше всего ей нравились их совместные вечера. Стернс разводил огонь в камине в кабинете у Кейна, и вся троица в согласном молчании усаживалась за чтение.

С течением лет Стернс, судя по всему, в некотором роде заменил Кейну родного отца. Оказалось, что дворецкий служил этой семье с самого дня появления мальчика на свет, и когда тот поселился в своем поместье – переехал вместе с ним.

Стернс тактично дал понять, что для него не секрет ее новые отношения с Кейном, а в ответ на ее смертельное замешательство заметил, что судить их – не его дело. А еще он заметил, что впервые за многие годы видит Кейна столь беззаботным. Очевидно, именно Джейд так благотворно влияет на настроение маркиза.

Мачеха Кейна прислала гонца с просьбой попытаться помочь вывести герцога из столь плачевного состояния духа, и Кейн, не тратя ни минуты, поспешил к отцу, но вернулся часа через два мрачнее тучи. Его переговоры с отцом кончились безрезультатно.

Той же ночью, как только Кейн заснул, Джейд отправилась на свидание с Мэттью и Джимбо, чтобы дать им новые указания.

Мэттью поджидал ее возле самой кромки леса. Высокий, жилистый моряк, с выдубленной всеми ветрами кожей, по цвету походившей на шкуру пантеры, напоминал этого великолепного хищника и своими повадками. В обычное время Мэттью поражал добродушием и широкой улыбкой, которая порой становилась просто ослепительной.

Однако в эту ночь Мэттью и не думал улыбаться. Скрестив руки на груди, он хмуро уставился на Джейд, словно только что выследил вора, рывшегося у него в комоде.

– Отчего ты такой сердитый, Мэттью? – шепотом спросила Джейд.

– Я видел, как он прошлой ночью стоял с тобой у окна, девочка, – пробасил моряк. – Уж не распускает ли руки этот денди?

– Я была ранена, – ответила Джейд. Ей до смерти не хотелось врать, но и сказать своему верному другу всю правду она не смела. – И нечего так коситься на меня. Рана ужасно болела. Кейн очень… беспокоился и в первую ночь оставался со мной вместо сиделки.

– Черный Гарри пустит меня на корм акулам, если услышит…

– Мэттью, ты вовсе не обязан рассказывать обо всем Гарри, – перебила она.

– Нечего мне зубы заговаривать, – ответил Мэттью. Его но не тронул ее сердитый тон. – Видел я, как этот молодчик лапал тебя еще в первый день по приезде. Что-то ты стала финтить, это точно. Джимбо уже готов всадить кинжал ему в спину. И не делает это лишь потому, что знает – следующим покойником будет он сам.

– Да, я непременно об этом позабочусь, – заверила Джейд. – Никто не посмеет тронуть и волоса на его голове без моего на то согласия. А теперь перестань дуться, давай кое-что обсудим.

– А он не пытался тебе угрожать? – не унимался Мэттью.

– Мэттью, ты же знаешь, я себя в обиду не дам. Пожалуйста, верь мне.

– Конечно, ты не дашь себя в обиду, – чуть мягче пробурчал моряк. – Вот только ты сама себя не знаешь. Уж слишком ты хорошенькая. Я и то начинаю думать, что Джимбо с Гарри правы: надо было исковеркать тебе лицо, пока ты была еще малышкой. – Грозный смысл его слов смягчился веселыми искорками в карих добродушных глазах.

– Как бы не так, – возразила она. – Мы как одна семья, Мэттью, и ты любишь меня не меньше, чем я тебя.

– Ты просто взбалмошная малявка, – раздалось рядом. К ним вплотную подошел Джимбо. Лицо этого гиганта так же поражало угрюмостью. Как и Мэттью, он был облачен в грубое крестьянское платье коричневого цвета для маскировки в лесу. В лунном свете казалось, что он куда больше сердится, чем его напарник.

– Мэттью шепнул мне, что денди распускает руки. Смотри, я прикончу его. Никто не смеет…

– Вы оба недооцениваете Кейна, если думаете, что он запросто позволит всадить нож себе в спину, – перебила она.

– Держу пари, он такой же хлюпик, как Колин, – возразил Джимбо.

Джейд недовольно поморщилась.

– Да ты же видел Колина всего лишь мельком, да и то полуживого от ран. Он, поди, до сих пор еле ходит. Ты сильно ошибаешься, если принимаешь братьев за слабаков. Не забывай Джимбо, это не ты, а я читала досье Кейна. И знаю, о чем говорю.

– Если человек сделан из плоти и крови, эту кровь все равно можно пустить, – упрямился Мэттью.

Джейд обреченно вздохнула. А потом обратилась к ним обоим:

– Мне необходимо отлучиться, чтобы поговорить с отцом Кейна. А вы должны отвлечь его на время моего отсутствия.

– Нет никакой нужды болтать с его отцом, – возразил Мэттью. – Колин с Натаном скоро появятся.

– А где же они до сих пор? Нет, нельзя больше ждать, ибо отец Кейна вот-вот окажется на смертном одре. Он не ест и не спит.

– Я смотрю, ты уже все решила, – пробурчал Мэттью. – Какой же обманный ход нам сделать?

– Оставляю это целиком на ваше усмотрение.

– Когда?

– Завтра, – ответила она. – Чем раньше, тем лучше.

Наконец Джейд отправилась спать, не сомневаясь, что Мэттью с Джимбо ее не подведут.

И они устроили диверсию незадолго до рассвета.

Пожалуй, напрасно она не разработала подробный план. Придется с Мэттью три шкуры спустить, как только она до него доберется. Вот уж действительно, по своему усмотрению! Надо же, взять и поджечь конюшни! К счастью, ему все же хватило ума устроить пожар так, чтобы лошади успели выскочить.

Хотя, конечно, нельзя не отдать Мэттью должное – дел у Кейна оказалось невпроворот. Лошади метались как безумные, круша все и вся. Наперечет была каждая пара свободных рук!

Джейд притворилась спящей, а затем мигом накинула платье и ускользнула через заднюю калитку. И хотя Кейн позаботился расставить вокруг усадьбы часовых, ей не составило особого труда усыпить их бдительность.

– Джимбо только что отправился в гавань на Отмелях, – сообщил Мэттью, помогая Джейд вскочить на приготовленного для нее скакуна из конюшен Кейна – Он вернется с новостями не позднее, чем завтра на закате. А если повезет с ветром, то Натан появится здесь еще раньше. Ты уверена, что не надо тебя провожать?

– Охраняй Кейна, – отчеканила она. – Опасность грозит именно ему. А я вернусь через час. Да, Мэттью, постарайся больше ничего не поджигать.

– А ловко я управился, верно? – широко осклабился тот.

– О да, Мэттью, – подхватила она, не желая ущемлять его самолюбия. – Очень даже ловко.

Через полчаса Джейд была уже на месте. Привязав лошадь на опушке ближайшего к усадьбе леса, она поспешила прямиком к парадному. Несмотря на вид неприступной крепости, особняк запирался всего на один запор, справиться с которым было парой пустяков для любого уважающего себя вора, а тем более для Джейд. Также без помех она взобралась по винтовой лестнице. С кухни доносились характерные звуки, видимо, челядь уже принялась за работу.

Бесшумно, как кошка, Джейд проверила все до одной спальные комнаты, однако нигде герцога Вилльямширского не обнаружила. Она решила, что скорее всего он расположился в хозяйской спальне, но и эта невероятных размеров комната пустовала. В соседней спальне Джейд наткнулась на средних лет привлекательную на вид блондинку, храпевшую, как заправский моряк. Очевидно, хозяйку дома.

В самом конце длинного коридора в южном крыле она разыскала библиотеку. Это было весьма укромное и довольно уютное место, которое и избрал своей резиденцией отец Кейна. Он крепко спал, развалившись в кресле возле массивного стола красного дерева.

Тщательно заперев за собой дверь, Джейд долго разглядывала его благообразное лицо. Он обладал весьма запоминающейся внешностью – тронутые сединой волосы, высоко приподнятые скулы истинного патриция – и при этом очень напоминал Кейна. Под глазами у него залегли густые тени. Даже во сне вид у него был такой, словно он испытывает ужасные муки.

Джейд никак не могла решить, стоит ли прибегнуть к лекции о необходимости держать себя в руках или рассыпаться в извинениях за то, что она продлила его бессмысленные страдания.

В сердце своем она уже успела проникнуться сочувствием к этому человеку. Кейн, конечно, очень походил на него, разве телосложением был поплотнее. Однако и слабым герцога нельзя было назвать. Стоило прикоснуться к его плечу, он мгновенно проснулся и вскочил на ноги с поразительным проворством.

– Пожалуйста, не тревожьтесь, сэр, – прошептала она. – Я не хотела вас напугать.

Мало-помалу герцог Вилльямширский приходил в себя. Он пригладил волосы, встряхнул головой, борясь с остатками сна, и осведомился:

– Кто вы такая?

– Это совершенно не имеет значения, сэр, – ответила она. – Пожалуйста, присядьте; я располагаю весьма важной для вас информацией. – Она пристроилась на краешке стола. – Вам надобно избавиться от этой скорби. Так ведь недолго и заболеть.

– Что?..

Он все еще смотрел на нее, не скрывая замешательства. Ее поразили очи серого оттенка штормового моря, точно повторяющие цвет глаз Кейна. И хмурились отец с сыном одинаково.

– Я сказала, вам не следует так себя мучить. Если не прекратите эти глупости…

– А теперь я скажу вам, юная леди…

– Пожалуйста, не повышайте на меня голос! – перебила она.

– Да кто вы, ради всего святого, такая?! И как забрались в…

Тут гнев его неожиданно иссяк, и он печально покачал головой. Он казался скорее пораженным, чем рассерженным. Что ж, удачное начало.

– Сэр, у меня просто нет времени на долгие споры. Первое, вы должны пообещать, что ни одна живая душа не узнает про нашу встречу. Даете мне слово?

– Считайте, что вы его получили.

– Отлично. Второе – я должна просить у вас прощения, несмотря на то, что терпеть не могу извиняться. – Пожав плечами, она объяснила:

– Я виновата в том, что не поведала обо всем раньше, ибо ваша тоска совершенно бессмысленна.

– Я понятия не имею, о чем вы, но прощаю вас. А теперь скажите, что все-таки вам от меня нужно.

– Ваши окрики, сэр, раздражают меня точно так же, как окрики вашего сына.

– Какого именно? – поинтересовался он, едва улыбнувшись.

– Кейна.

– Так ваше посещение связано с Кейном? Он каким-то образом обидел вас? Но вам должно быть отлично известно, что он давно живет самостоятельно. И я не стану вмешиваться в его дела без особой причины.

– Нет, – возразила Джейд. – Я пришла не из-за Кейна, хотя и счастлива убедиться, что вы им гордитесь.

– Так о ком бы вы хотели поговорить? – спросил герцог.

– Я – друг Колина.

– Вы знали его?

– Да, я его знаю, – кивнула она. – Видите ли, он…

– Мертв, – резко перебил он. – Его убил Дикарь. Джейд потянулась вперед и положила руку на плечо герцога.

– Посмотрите на меня, пожалуйста, – умоляюще шепнула она, заметив, что он напряженно всматривается куда-то. – Вы с трудом поверите моим словам, но я располагаю доказательствами.

– Доказательствами?..

– Дикарь не убивал Колина, – опять кивнула она.

– Не правда.

– Мне надоело слушать про бесконечные грехи Дикаря, пробормотала она. – Колин…

– Вас прислал Дикарь?

– Пожалуйста, не кричите, – одернула его Джейд. – Дикарь не убивал вашего сына, – повторила она. – Он его спас. И Колин остался жив.

Прошло немало времени, пока герцог пришел в себя. Он ни на миг не спускал с Джейд глаз, его лицо покрылось нездоровым румянцем, а взгляд налился мертвенным холодом.

– Повторяю, у меня есть доказательства, – затараторила Джейд, не давая ему времени опомниться.

– Я выслушаю вас, – прервал он. – Но если это всего лишь глупая шутка – клянусь, я сам разыщу Дикаря и удавлю его голыми руками.

– И поступите вполне справедливо, – согласилась она. – Вы помните, как однажды Колин влез на огромное дерево, а потом не мог спуститься? Ему было что-то около четырех или пяти лет от роду. Он так жалобно плакал и боялся, что его станут дразнить трусом, что вы пообещали никому не рассказывать. А еще вы постарались объяснить ему, что страх – вполне естественное чувство, что это вовсе не грех, что…

– Помню, – прошептал герцог, – я действительно никому об этом не говорил. Как же вам…

– Как я уже говорила, Колин – мой друг и поведал мне об этом. И не только об этом.

– Он мог рассказать вам это все еще до своей смерти, – заметил герцог.

– Да, мог бы, но это не так. Дикарь выудил Колина из океана. Ваш сын пребывал в довольно жалком виде. Вы знакомы с доктором, сэром Уинтерсом?

– Это мой личный врач, – пробормотал герцог.

– Вам не показалось странным его исчезновение?

– Действительно, я думал и об этом, – произнес сэр Генри. Черты лица, искаженные гневом, постепенно разглаживались.

– Это мы захватили его, – заявила Джейд. – Чтобы ухаживать за Колином. По-моему, следовало доставить к вашему сыну именно семейного врача. Ему было чрезвычайно плохо, сэр, и необходимо было облегчить выздоровление. – Тут Джейд прикусила губу и на миг задумалась, какое следующее доказательство предъявить герцогу. Он все еще не верил ей. – У Колина на спине есть родимое пятно, – внезапно выпалила она. – Я сама ухаживала за ним, пока Мэттью с Джимбо охотились за сэром Уинтерсом. Вот! Или вам все еще мало?

– Но ведь были присланы доказательства того, что Колин погиб, – возразил герцог, медленно откинувшись, в кресле.

– Кем присланы?

– Военным департаментом.

– Ну еще бы!

– Не понимаю.

– Я объясню это после того, как Колин вернется домой, – ответила Джейд. – В свою очередь, не объясните ли вы мне кое-какие вещи, прежде чем я продолжу попытки вас убедить?

– Что же именно? – устало спросил он.

– Вы, случайно, не знаете, почему Колин запретил сообщать Кейну, что он жив? По-моему, старший сын заслуживает доверия, и оттого мне непонятна подоплека такой просьбы. Правда, в тот момент Колин был в полубессознательном состоянии, и его бормотание про каких-то братьев Брэдли…

– Колин жив! – Отец Кейна снова вскочил на ноги.

– Пожалуйста, не кричите, – напомнила она. – Никто не должен знать.

– Но почему? Я готов кричать об этом во весь голос. Мой мальчик жив!

– Кажется, мне все же удалось вас убедить, – с улыбкой заметила она. – Пожалуйста, присядьте, сэр. Вы плохо выглядите.

– Когда вы сказали, что Колин не хотел, чтобы знал Кейн.. – Он замер, а потом прошептал:

– Боже мой, братья Брэдли… А я уж совсем было забыл об этом…

– Почему? – спросила Джейд, не в силах скрыть тревоги. Настала ее очередь удивляться. – Разве он не верит родному брату?

– О нет, вы не поняли, – ответил он – Колин боготворит Кейна. Я не шучу, именно боготворит его. Ах, Господи, это так нелегко объяснить!

– Если он боготворит Кейна, то почему же не разрешил ничего ему рассказать, И кто такие, ради всего святого, эти братья Брэдли?..

Герцог Вилльямширский радостно рассмеялся и пояснил:

– Лет в девять или десять Колин прибежал домой с разбитым носом и расцарапанной губой. Так случилось, что Кейн в тот момент был дома. Он потребовал объяснений и тотчас выскочил за дверь, услышав про братьев Брэдли. Конечно, Колин пытался его остановить. Понимаете, он даже не успел сообщить Кейну, сколько их, этих самых братьев. Ну, и через полчаса Кейн вернулся домой такой же окровавленный, как и его брат.

– И сколько же было этих Брэдли? – заинтересовалась Джейд.

– Восемь.

– Боже милостивый, вы что же, хотите сказать, что они восьмером набросились на Колина и…

– Нет, с Колином подрался всего один, Самуэль, насколько я помню. Так или иначе, этот Самуэль догадался, что Колин побежал жаловаться и тоже побежал за подмогой.

– Они же могли убить Кейна, – прошептала Джейд.

– На самом деле, милочка, вам следует посочувствовать братьям Брэдли. Поначалу Кейн просто хотел как следует отругать обидчика Колина, но, когда они набросились на него – тут уж он развернулся! Мой мальчик стоил их восьми.

Джейд тряхнула головой. Вовсе не веселая история, а папаша Кейна сияет от гордости.

– Итак, дорогая, Колин взял с вас обещание, поскольку наверняка хотел обезопасить Кейна. Избежать драки с какими-нибудь новыми Брэдли А кроме того, Колин всегда был осторожнее. Кейн не знал, что Колин выполняет задания правительства, – добавил он. – Если уж на то пошло, я тоже об этом понятия не имел. И никогда бы не позволил этим заняться, особенно если бы его начальником не был сэр Ричардс.

– Сэр Ричардс, – прошептала она. – Ну да, это ведь начальник Кейна, верно?

– А вы располагаете весьма обширной секретной информацией, – удивился герцог. – Не могу не признать, меня это поражает. Интересно, кто вам все это рассказал?

– Никто ничего мне не рассказывал, – немного оскорбившись, заявила Джейд. – У меня свои методы, сэр. Мой брат, Натан, помогал Колину по заданию правительства решить некую сложную проблему. Однако кое-кто старался им помешать и устроил ловушку. И живы они остались лишь благодаря тому, что… у Дикаря возникли некоторые подозрения. И он вовремя вмешался.

– Колину известно, кто их предал?

– Мы знаем только, что это кто-то из руководства Военного департамента, – покачала головой Джейд. – Натану с Колином ничего не грозит лишь до тех пор, пока все уверены, что они погибли. Когда Колин вернется…

– Вы поможете мне его повидать?

– Он вернется домой буквально на днях, сэр. Конечно, оставаться здесь он не сможет – иначе вам придется выставить из дома всех слуг… Словом, детали мы еще обговорим. – Она умолкла, с улыбкой глядя на герцога. – Интересно, узнаете ли вы своего сына? Он отрастил волосы почти до плеч. Они с Натаном теперь похожи на пиратов.

– К вящей радости Дикаря.

– О да, сэр.

– Их сильно изувечили?

– Их связали, воткнули кляпы, а потом подстрелили и скинули в воду. Палачи знали, что они еще живы, но оставили их акулам. В тех краях вода буквально кишит хищниками, а кровь… еще сильнее привлекает их.

– Боже мой…

– Оставалось всего несколько мгновений… Спасая их, Дикарь потерял своего друга.

– А сам Дикарь кинулся в воду вместе с ним?

– Да, – подтвердила она. – Дикарь – превосходный пловец. К тому же пират ни за что не прикажет другим делать то, что… что не смог бы сделать сам. – И Джейд направилась было к двери, но застыла, услышав вопрос:

– Вы влюблены в моего Колина?

– Ох, Господи, конечно, нет, – заверила она. Потом отворила дверь и обернулась:

– Когда мы встретимся снова, сделайте вид, что не знаете меня. Я нарочно отвлекла Кейна па этот час. Как вам известно, он вознамерился изловить Дикаря и этим навлекает на себя смертельную опасность.

– Но Дикарь не станет…

– Дикарь охраняет Кейна. Пирата обвиняют в убийстве Натана и Колина. Ваше правительство назначило выкуп за его голову. А Кейн, как вам, возможно, известно, удвоил эту сумму. Теперь представьте, что случится, если Кейну удастся захватить Дикаря и потолковать с ним до того, как…

– Дикарь сумеет убедить Кейна, что не убивал Колина.

– Наверняка, – подтвердила она. – Теперь вам понятно? Кто бы ни стоял за предательством, он не захочет, чтобы Дикаря обнаружили.

– И он убьет Кейна прежде, чем тот докопается до истины. Боже мой, Кейну грозит опасность. Я должен…

– Вам не стоит что-либо предпринимать, сэр, – перебила Джейд. – Я уже говорила, что за Кейном присмотрит Дикарь.

– Господи, значит, Дикарь нам совсем не враг, – прошептал герцог. – И я в долгу перед ним до конца жизни. Милая леди, могу я быть вам чем-нибудь полезен?

– Сейчас мне необходимо позаботиться о Кейне. – ответила она. – Он чрезвычайно упрям, но всегда готов защищать слабых. И теперь он полагает, что защищает меня, помогая разрешить мои проблемы. Когда вернется Колин, вы втроем сами решите, что делать дальше.

– Значит, это Дикарь послал вас к Кейну?

– Да, – с улыбкой кивнула она.

– Вряд ли Кейн так просто отступится, – заметил герцог. – Молю Бога, чтобы Колин вернулся поскорее.

– Не беспокойтесь, – промолвила Джейд. – Если вы даже прикажете Кейну прекратить преследование, он только упорнее поведет охоту. Он слишком целеустремлен, чтобы остановиться.

– Но тогда расскажите ему вы!

– Не могу, сэр. Я дала слово Колину. К тому же он и так узнает правду в ближайшие пару дней.

– А если вашего брата и Колина что-то задержит?

– Тогда придется разработать новый план, – твердо сказала она. – Изыскать способ удалить от охотника добычу. Кейн придет в ярость, но останется жив. Надо будет продумать все до мелочей, – добавила она, приоткрыв дверь.

– Когда я снова вас увижу? Вы просили не показывать, что я знаком с вами, но…

– О, не сомневаюсь, вы меня еще увидите, – бросила девушка. – Я хотела бы попросить вас еще об одном маленьком одолжении.

– Да, конечно.

– Кейн – ваш старший сын, и если уж вам так хочется иметь в семье любимчика – им должен быть именно он.

– Но я люблю всех своих детей. – Герцога явно поразило ее замечание. – Вряд ли я кого-то выделяю.

– А вот сэр Харвик уверен, что Колин – ваш любимчик, – возразила она. – И еще он сказал, что Кейн предпочитает держаться подальше от семьи. Но Кейну нужна ваша любовь, сэр. Постарайтесь, чтобы он ее получил.

И дверь за ней закрылась.

Герцог Вилльямширский только через некоторое время унял дрожь в коленях. Его щеки увлажнились от слез. Он горячо возносил благодарственные молитвы за ниспосланное ему только что чудо.

Колин жив!

Сэр Генри внезапно ощутил волчий аппетит. И отправился на кухню, стараясь улыбаться не так уж явно. Никто из слуг не должен догадаться об истинной причине его возрождения.

Он действительно чувствовал себя заново рожденным.

Юная леди, которую он отныне почитал своей спасительницей, обладала парой неповторимых зеленых глаз. Наверняка Дикарь назвал свой корабль в честь этой изумительной женщины – «Изумруд». Кроме того, герцог не сомневался, что сумел также разгадать инкогнито отважного пирата, но даже под страхом смерти сэр Генри не позволил бы себе об этом обмолвиться.

Интересно, что скажет Кейн, узнав, что женщина, которую он приютил, на самом деле – младшая сестра Дикаря?

Герцог Вилльямширский решил, что успел разгадать все до одной загадки.

Он расправлялся уже со второй порцией яичницы с почками, когда в столовую поспешно явилась его супруга, Гвенет.

– Повар уже обрадовал меня, – в изумлении пробормотала женщина.

Герцог с веселой улыбкой обернулся к ней. Бедная Гвенет была явно ошарашена. Ее стриженая белокурая шевелюра пребывала в полном беспорядке, к тому же она позабыла застегнуться.

– Что случилось, Генри? – Она не сводила с него обеспокоенного взгляда.

– Ну, вообще-то этим принято заниматься каждое утро, – заявил он. – А я к тому же голоден.

– Ты голоден? – прошептала она. Ее карие глаза наполнились слезами.

Генри отставил в сторону тарелку и подошел к жене, обнял и поцеловал ее:

– Я причинил тебе немало хлопот, не так ли, любимая?

– Но теперь-то тебе лучше?

– Я получил совет перестать грустить, – заявил он.

– От кого?

– От своего второго "я", – солгал он. – Со временем, Гвенет, я объясню причины сей метаморфозы. А сейчас, увы, могу лишь извиниться за свое поведение. Я слишком долго убивался.

– Просто чудо! – прошептала она.

– Присядь же и поешь хоть немножко, дорогая. – Про себя герцог подумал, что сегодня к нему действительно явилось чудо с колдовскими зелеными очами. – По-моему, ты выглядишь бледновато.

– Я выгляжу бледновато?.. – нервически хохотнув, переспросила она. – Поверь, милый, ты выглядишь просто как мертвец.

– Итак, приведу себя в порядок и поеду навестить Кейна.

– Он наверняка поразится твоему выздоровлению, – заметила Гвенет. – Ох, Генри, как хорошо, что ты выздоровел!

– Не хочешь вместе со мной повидать Кейна?

– О да, очень хочу, – ответила она. Глаза ее блеснули:

– Нам сейчас, конечно, не до гостей, но я обязательно приглашу на уик-энд леди Айсели с ее дорогой матушкой. Сообщи Кейну, что мы ждем его. Почему ты качаешь головой?

– Не трать понапрасну силы, Гвенет. Кейн не женится на леди Айсели.

– Звучит странно, Генри, – возразила она. – Назови мне хотя бы две уважительные причины не торопить этот брак?

– Прекрасно, – согласился он. – Во-первых, у нее нет рыжих волос.

– Ну конечно, нет. Она прелестная блондинка.

– А во-вторых, – продолжал он, не обращая внимания на слова герцогини, – у леди Айсели нет зеленых глаз.

– Генри, ты, наверное, еще не совсем оправился?

– Кейну нужна чародейка, – раскатисто рассмеялся Герни. – Придется смириться с этим, дорогая.

– Смириться с чем? – уточнила она. Его лукавая улыбка совсем смутила ее.

– Гвенет, с завтраком, видимо, придется подождать. Тебе следует немедленно вернуться в постель.

– Но зачем? – поразилась она.

Герцог наклонился к самому ушку и принялся ей что-то нашептывать. Когда он замолчал, герцогиня пылала, как маков цвет.

– Ох, Генри, – еле слышно промолвила она. – Тебе и в самом деле намного лучше.

Глава 11

Джейд поспешила вернуться к Кейну. Бросив поводья Мэттью, она с черного хода помчалась к себе в спальню и лицом к лицу столкнулась со Стернсом, подобно римскому центуриону возвышавшемуся у дверей ее апартаментов.

При виде Джейд он едва не подскочил на месте. А потом сердито заметил, скрестив руки на груди:

– Предполагалось, что в данный момент вы находитесь внутри, миледи.

Джейд решила, что нападение – лучший способ защиты.

– А чем полагалось заниматься вам?

– Охранять дверь.

– Зачем?

– Чтобы вы не сбежали.

– Но я уже сбежала, – с мягкой улыбкой возразила она. – Стернс, я уверена, ваше время слишком дорого, чтобы тратить его на охрану пустой комнаты.

– Но, миледи, я не знал, что она пуста, – возмутился тот.

– Объясните позже. – Джейд ободряюще похлопала его по руке. – А теперь будьте добры, пропустите меня. Мне действительно необходимо поменять платье и пойти помочь Кейну.

Она прошмыгнула мимо растерявшегося слуги и захлопнула дверь под бурю его протестов. В одну секунду переодела платье и спустилась вниз по парадной лестнице.

Стернса она на сей раз обнаружила у выхода. Судя по упрямо выпяченному подбородку, без боя он не уступит.

– Вам нельзя выходить наружу, – отчеканил он тоном, от которого кинуло бы в дрожь и полярного медведя.

На Джейд это совершенно не возымело действия. Она мило улыбнулась и возразила:

– Можно, и я выйду.

– На этом настаивал милорд.

– Равно как и я настаиваю на том, чтобы выйти.

В ответ на это Стернс лишь молча прислонился к двери.

– Стернс? – Джейд решила отвлечь его внимание. – Сколько слуг сейчас находится в доме?

– Вдвое меньше, чем обычно, – удивленно ответил он. – То есть всего пять человек.

– А где же остальные?

– В Лондоне. Помогают с уборкой в особняке.

– Но я думала, что его уничтожил пожар.

– Все оказалось не так уж плохо, – отозвался Стернс. – Обвалившуюся стену выстроили заново, и теперь осталось устранить последствия от осевшей повсюду копоти. Пока рабочие заканчивают кладку стены, челядь чистит дом изнутри.

– Интересно, Стернс, насколько заслуживают доверия здешние слуги?

– Миледи, все до одного слуги искренне преданы маркизу. Среди них нет места предателям.

– Вы уверены?

– А почему вас так интересует… – начал было он, отступая от двери.

– Потому что в ближайшее время сюда явятся двое, о которых никто не должен пронюхать, – пояснила Джейд. – Особенно это касается слуг.

– Но маркизу не было угодно предупредить меня о гостях, – возразил Стернс, явно задетый за живое.

Джейд ловко проскочила мимо и распахнула дверь.

– Кейн еще сам не знает, что к нему явятся гости, – промолвила она. – И потому не предупредил вас. Понимаете, это будет для него сюрпризом. – Судя по ошеломленному виду Стернса, он вряд ли что-то понял. – Я как раз подумала, что неплохо было бы сказать об этом вам, чтобы вы привели в готовность комнаты для гостей, – продолжала Джейд, подобрав юбки и спускаясь с крыльца. – Ну же, не сердитесь, Стернс. Я обязательно скажу Кейну, что вы честно старались меня задержать.

– А я обязательно скажу милорду, что вас не было наверху.

Джейд обнаружила Кейна среди останков того, что некогда именовалось конюшнями. Сейчас от них остались одни уголья.

Она заметила, что лошадей поместили в тесный загон, сколоченный на скорую руку. Белая рубашка Кейна стала черной от сажи.

– Ты сумел собрать всех лошадей? – поинтересовалась она, подойдя вплотную.

Он не спеша обернулся к Джейд. От его мрачного взгляда вполне мог бы заняться новый пожар. Однако ответил он ей намеренно небрежно:

– Всех, кроме одной, которую угнала ты.

– Угнала? – переспросила она, изображая недоумение.

– Ступай и подожди меня в гостиной, – велел он.

– Но, Кейн, я хотела бы помочь.

– Помочь?! – Он, казалось, вот-вот утратит контроль над собой. – Ты со своими молодчиками уже успела мне изрядно помочь. – Ему пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы овладеть собой. – Ступай в дом. Сию минуту!

Джейд развернулась на месте и поспешила к дому. Она спиной ощущала на себе взгляд Кейна – он буквально пылал от ярости.

Вряд ли благоразумно пытаться с ним сейчас спорить. Что ж, пусть его гнев хотя бы немного остынет.

– Кейн! – окликнула она, задержавшись на крыльце. – Если уж тебе так необходимо торчать снаружи, постарайся не превращаться в такую легкую мишень.

Навстречу ей метнулся Стернс, схватил за локоть и зашептал:

– Делайте, как он велел, леди Джейд, не стоит сейчас испытывать его терпение. Пожалуй, я впервые вижу милорда в таком гневе.

– Это верно, он разгневан, – шепнула в ответ Джейд. – Стернс, не могли бы вы угостить меня чашечкой чая? Судя по всему, денек предстоит горячий. А дел еще невпроворот.

– Конечно, я сейчас же подам вам чай, – пообещал Стернс. – Миледи, маркиз непредумышленно повысил на вас голос. Уверен, он извинится.

– Неизвестно, уляжется ли его гнев вообще, – пробормотала она про себя.

Стернс, распахнув двери, пропустил вперед Джейд и вымолвил:

– Конюшни были отстроены всего месяц назад.

Джейд попыталась было сосредоточиться, но в ушах у нее все еще гремел голос Кейна: «Ты со своими молодчиками уже успела мне изрядно помочь». Значит, он знает про Мэттью и Джимбо? Этот вопрос не давал Джейд покоя. Интересно, что еще может быть известно Кейну?

Джейд нервно металась по просторной гостиной. Она распахнула настежь французские окна в дальнем углу, впустив в комнату душистый весенний воздух'. А кроме того, так она обеспечивала путь к отступлению на случай, если Кейи решит ее прикончить.

– Глупости, – уверяла она себя, меряя шагами ковер. Кейн никогда не поднимет на нее руку, как бы он ни был зол. К тому же вряд ли он уже докопался до правды.

Вдруг парадная дверь с грохотом распахнулась.

Явился Кейн.

Джейд плюхнулась на диван с золотистой обивкой и чинно сложила ручки на коленях, изобразив полное смирение на лице. Пусть не думает, что она трясется от страха. Нет уж, она скорее умрет, чем позволит ему убедиться в том, что он сумел ее напугать.

И вот распахнулись двери гостиной. На пороге с лицом настоящего убийцы стоял Кейи. Ха, его била дрожь от злости.

– Куда ты ездила нынче утром? – взревел он.

– Прекратите говорить со мной в таком тоне, сэр. Вы меня с ума сведете.

– Отвечай!

Она подняла на него взор, полный немого укора, и сказала:

– Я ездила проведать твоего дорогого папу.

– Я хочу знать правду, – отчеканил он.

С этими словами Кейн перешагнул порог и двинулся вперед, а затем угрожающе навис над Джейд. Носки его сапог касались подола ее платья. Джейд почувствовала себя загнанной в ловушку, подсознательно догадываясь, что именно этого он и хочет.

– Очень жаль, что ты не веришь мне, но я действительно ездила к твоему отцу. Понимаешь, сэр Харвик упомянул, что самочувствие его оставляет желать лучшего, и я решила развеять его печаль в дружеской беседе.

Она все еще сидела потупив взор.

– Когда ты устроила поджог, Джейд?

– Я не устраивала никаких поджогов, – невинно посмотрела она на Кейна.

– Черта с два не устраивала, – взревел он. Ему пришлось отойти к камину, ибо в гневе он за себя не отвечал.

Она вскочила, театрально заломила руки и промолвила:

– Я не поджигала твоих конюшен, Кейн.

– Стало быть, ты приказала своим людям. Хотел бы я знать, зачем тебе это понадобилось.

– Каким людям?..

– Тем двум мерзавцам, которые сшиваются вокруг поместья с самого дня нашего приезда, – ответил Кейн. Он ждал ее оправданий. С того момента, как они встретились, она не сказала ни слова правды.

– Ах, эти двое. – Она изящно пожала плечиками. – Мэттью и Джимбо. Ты виделся с ними?

– Да, – прошипел он, еле удерживаясь на месте, – я виделся с ними. Они оказались еще большими лгунами, чем ты.

Джейд не нашла в себе духу взглянуть ему в глаза. Боже милостивый, вот теперь перед ней действительно стоял тот самый человек из досье. Хладнокровный. Методичный. Смертельно опасный.

– Мэттью и Джимбо – милые люди, – прошептала она.

– А ну не пытайся увиливать…

– Никуда я не увиливаю. Ты сам поставил меня в такое положение. Я дала слово и ни за что его не нарушу. А тебе просто надо мне еще ненадолго довериться.

– Довериться тебе? – Он выплевывал слова, словно ругательства. – Да я ни за что в жизни тебе больше не поверю Надо быть круглым идиотом, чтобы попасться к тебе на крючок.

Она не на шутку испугалась. Набрав в грудь побольше воздуха, Джейд заявила:

– Моя проблема чрезвычайно деликатного рода.

– Черт тебя возьми с твоей деликатностью! – взревел Кейн. – Ради Бога, во что ты играешь? Зачем ты здесь?! Ну вот, опять он на нее кричит. Джейд покачала головой:

– Я могу сказать, что нахожусь здесь исключительно ради тебя.

– Дальше.

– Чтобы защищать тебя.

С равным успехом она могла бы признаться, что ниспослана прямо с небес – вряд ли он обратил бы на это внимание.

– Проклятие, я хочу узнать истинную причину.

– Но это и есть истинная причина. Я тебя охраняю.

В распахнутых дверях возник Стернс с серебряным подносом. Он взглянул в лицо хозяину и моментально развернулся.

– Закрой за собой двери, Стернс, – приказал Кейн.

– Не кричи на Стернса, – чуть ли не с криком потребовала Джейд – Он здесь ни при чем, так что нечего срывать на нем свою злобу.

– Сядь, Джейд. – На сей раз его голос звучал спокойнее, но от этого казался еще страшнее.

Джейд стоило немалых усилий не подчиниться ему.

– Ты, наверное, бьешь посуду, когда пребываешь в плохом настроении?

– Сядь!

Она невольно покосилась в сторону дверей, прикидывая расстояние на случай бегства, но ее тотчас раскусили:

– И не пытайся!

– Ты же все равно ничего не пожелаешь слушать, правда? – обратилась к нему Джейд.

– Да, – ответил он. – Я ничего не желаю слушать.

– Остается надеяться, что мы сможем обсудить все спокойно, когда ты придешь в себя и…

– Сейчас, – прервал он. – Мы все обсудим сейчас, Джейд. – Ему хотелось схватить ее и трясти до тех пор, пока он не вытрясет всю правду. – Тебя прислал Дикарь, верно? – Ему казалось, что его сердце выгорело по меньшей мере наполовину.

– Нет.

– Да, – произнес он. – Боже мой, мерзавец посылает бабу работать на него. Кто он, Джейд? Твой брат?

– Кейн, выслушай меня… – начала она, отступая. Он двинулся следом, но тут же овладел собой.

– Все твои россказни… чистая ложь, верно, Джейд? И тебе ничто не угрожало?

– В любом случае первой мишенью являлся ты.

Он ошеломление тряхнул головой. Без сомнения, он не намерен верить ни единому слову. В глазах его читались боль и дикая агония.

– Он послал бабу, – повторил Кейн. – Твой братец – трус. И он заслужил смерть. Это будет только справедливо, верно? Око за око, или – в данном случае – брат за брата.

– Кейн, ты должен понять. Поначалу, когда я не знала, что ты за человек… Ох, Господи, как же я жалею…

– Жалеешь? – переспросил он бесцветным, мертвым голосом.

– Да, – прошептала она. – Если бы ты выслушал…

– Ты всерьез полагаешь, что я поверю хоть одному твоему слову?

Казалось, взгляд Кейна пронизывает девушку насквозь. Долгое время он не в силах был вымолвить ни слова: в нем бушевала ярость.

Она зажмурилась, чтобы не видеть это мрачное лицо, эту ярость, эту ненависть.

– Ты отдалась мне по приказу Дикаря? – спросил он. Джейд дернулась, как от удара.

– Это сделало бы меня шлюхой, Кейи, а я не стану шлюхой – даже ради брата.

Кейн явно не спешил соглашаться, и она не сдержала слез.

– Я не шлюха! – выкрикнула она.

Раздавшийся в дверях рев напомнил скорее боевой клич индейцев, от которого кровь стынет в жилах. Оба с ужасом обернулись.

Джейд ни с чем бы не спутала эти звуки. Натан! Конец ее притворству!

– Это ты только что назвал мою сестру шлюхой?!

От грозных раскатов голоса Натана дрожали стены. Джейд еще никогда не видела брата таким взбешенным.

Она рванулась было к нему, но вдруг обнаружила, что отчаянно цепляется за Кейна.

– Прочь с дороги! – приказал тот тихим, леденящим голосом.

– Куда это ты собрался? – спросила она. – Ты не поднимешь руку на моего брата, Кейн. Я тебе не позволю.

– А ну убери от нее руки! – проревел Натан. – Или я убью тебя!

– Натан! – вскричала Джейд. – Кейн же ничего не знает! – Она попыталась вырваться, но не тут-то было. Кейн держал ее железной хваткой.

Вряд ли можно было сказать, кто выглядел страшнее. Оскал Натана был таким же жестоким и отвратительным, как и Кейна.

О, они удивительно походили друг на друга, эти противоборствующие гиганты. И оба готовы были убить один другого при первой же возможности.

Натан действительно сильно смахивал на пирата. Его темно-каштановые волосы ниспадали на широкие плечи. Одетый в облегающие черные бриджи и белоснежную рубашку, распахнутую на груди, он, пожалуй, несколько уступал Кейну ростом, зато вряд ли отставал в силе и ловкости.

– Я задал тебе вопрос, ты, ублюдок! – снова окрикнул Натан. И угрожающе двинулся вперед. – Ты обозвал мою сестру шлюхой?

– Да не обзывал он меня! – закричала Джейд, ибо Натан потянулся к кинжалу на поясе. – Он ничего не знал про Колина. Я сдержала слово и не сказала ему.

Натан заколебался. Джейд тут же ринулась в наступление:

– Он решил, что ты убил Колина. Он все напридумывал, Натан!

Рука Натана опустилась, не дотронувшись до клинка. Джейд облегченно перевела дух.

– Напридумывал, вот как? – переспросил Натан.

Кейн не сводил глаз с незнакомца, полагая, что отныне рассеялись последние сомнения: пират – это брат Джейд. Стоило взглянуть на эти две пары зеленых глаз.

– Черта с два я что-то выдумал! – внезапно рявкнул Кейн. – Ты – Дикарь, и ты убил моего брата.

Она вырвалась от Кейна и кинулась к Натану. Кейн грубо толкнул ее к себе за спину:

– Не смей соваться к нему, Джейд!

– Ты что же, пытаешься защитить меня от собственного брата?! – осведомилась она.

Кейн не потрудился ответить.

– Он приставал к тебе? – Вопрос Натана прозвучал как ругательство.

– Натан, сейчас не время обсуждать мои личные проблемы!

– Замолчи, – приказал Кейн.

Он двинулся вперед, и Джейд что было силы вцепилась в его рубашку. Это его не остановило. Кейн пинком откинул с дороги резной чайный столик.

– Черт побери, вот именно – як ней приставал! – прорычал он. – Разве это не входило в твои планы, ублюдок?

Натан снова издал боевой клич и рванулся навстречу. Они готовы были сцепиться, словно взбешенные быки.

– Нет!!! – завизжала Джейд. – Натан, пожалуйста, не трогай Кейна! Кейн, оставь в покос Натана…

Она замолкла на полуслове, осознав, что никто не обращает внимания на ее мольбы.

Кейн начал первым. Он буквально впечатал Натана в стену. Прелестная акварель, изображавшая Темзу в былые времена, с шумом обрушилась на пол. Натан окончательно уничтожил ее, когда наступил на стекло, стараясь заехать Кейну в пах.

Видимо, он собрался сделать его евнухом. Однако Кейн ловко блокировал удар и снова отшвырнул Натана к стене. Натан попытался ударить кулаком, но промахнулся. Кейн тут же зажал ему шею и принялся молотить по голове, но вдруг остолбенел, взглянув в дверной проем. Его хватка тут же ослабла. Натан вывернулся и со всей силы ударил его в челюсть.

Кейн отмахнулся от него, как от мухи, и вновь влепил в стену.

– Колин?.. – Кейн, не веря своим глазам, хрипло выдохнул это имя. Его брат жив!

Колин, привалившись к дверному косяку, смущенно улыбался брату – так знакомо, так по-мальчишески, так… по-Колиновски. Он выглядел худым, ужасно худым, но, несомненно, был жив.

Кейна так поразило это зрелище, что он не сразу сообразил, что держит Натана за горло. Но как только Кейн убрал руки, Натан снова набросился на него. Кейн, не обращая внимания, двинулся к дверям.

По пути, словно между прочим, он поддал Натану локтем под ложечку.

– Богом клянусь, Колин, я убью твоего братца! – взревел Натан, переведя дух. – Знаешь, что он сделал с моей сестрой?! Он…

– Натан, незачем говорить об этом Колину, – закричала Джейд. – Пожалуйста, – взмолилась она. – Хотя бы раз в жизни постарайся быть джентльменом!

Колин медленно перешагнул порог, тяжело опираясь на толстую трость. Кейна била нервная дрожь, когда он заключил Колина в объятия.

– Боже мой, ты и вправду жив. Не могу в это поверить!

– А я чертовски рад тебя видеть, Кейн, – ответил Колин. – Знаю, что ты удивлен. И все тебе объясню. Постарайся не слишком сердиться. Это опасные люди. И ты мог ввязаться в…

Тут Колин побледнел от слабости и всем телом навалился на брата.

– Не торопись, Колин, – прошептал он. – Только не торопись.

Колин кивнул, и Кейн еще раз взглянул на него. На щеках Кейна играли ямочки, а в глазах стояли слезы.

– Колин, а ты тоже теперь похож на пирата, – заявил он. – Волосы у тебя не короче, чем у Дикаря, – добавил он, небрежно кивнув в сторону Натана. В ответ тот нахмурился.

– Я ничего не сказал ему, Колин, – произнес Натан. – Но твой тупоголовый братец успел напридумывать невесть что. Он уверен, что Дикарь – это я и что я отправил младшую сестру поработать шлюхой.

Джейд готова была провалиться сквозь землю.

– Натан, если Кейну не удастся тебя убить, я сама это сделаю! – пригрозила она, пылая гневным румянцем.

Колин долго смотрел на нее и, наконец Джейд поняла, о чем он подумал.

– Ну разве я не говорил тебе, что…

– Колин, да сядь же! – велела она. – Тебе нельзя так утруждать ногу. И вообще ты слишком рано начал ходить!

Но Колин не собирался пропускать мимо ушей скандальное сообщение Натана.

– Я знал, Джейд, что вы с Кейном… – Он вздохнул и добавил:

– Я тебя честно предупредил, правда?

– Колин, я больше не желаю слышать ни единого слова про нас с Кейном! – вскричала Джейд. – Все уже кончено, понятно? И куда делся Уинтерс? – добавила она, надеясь хоть так отвлечь его внимание. – Доктор не должен был оставлять тебя одного.

– Как, Уинтерс с тобой? – спросил Кейн.

– Дикарь уговорил его позаботиться обо мне на борту «Изумруда», – пояснил Колин, опускаясь на диван. – Поначалу он был не очень-то сговорчив, но перед Дикарем не устоял. Под конец мне показалось, что он даже доволен жизнью.

– Ну и где же он теперь? – спросила Джейд.

– Ему разрешили вернуться домой, – ответил Колин. – И не надо сердиться. Теперь мое выздоровление – только дело времени.

Джейд подложила Колину под спину подушку, а больную ногу поместила на низенький круглый пуфик.

– По-моему, тебе не помешает что-нибудь освежительное, Колин, – заметила она. – Ты сильно побледнел. Наверное, пока дошел до дома, совсем выбился из сил?

Не дожидаясь ответа, она подобрала юбки и направилась к дверям. Кейн заступил ей дорогу.

– Ты никуда не пойдешь.

Она не обратила внимания на его слова и попыталась обойти сбоку. Кейн ухватил ее за руку железной хваткой:

– Присядь, Джейд.

– Джейд? – Колин повторил это имя недоверчивым шепотом.

– Я позволила Кейну звать меня настоящим именем.

– Позволила? – переспросил Натан.

– А разве ты зовешь ее иначе? – спросил у брата Кейн.

– Ну, у нее немало прозвищ, – ответил Колин. – К примеру, я чаще всего звал ее Рыжиком, правда, Джейд? – Дождавшись ее утвердительного кивка, Колин продолжал:

– Натан обычно зовет ее Малышом. – От его лукавой улыбки Джейд покраснела еще сильнее. – А меня Черный Гарри зовет Дельфином, – добавил он, – хотя я нахожу это несколько обидным.

– Дельфины очень милые создания, Колин, – возразил Натан. – Напрасно ты обижаешься.

– Кто такой Черный Гарри? – с тяжким вздохом поинтересовался Кейн.

Внезапно он почувствовал, что дальнейшее созерцание этого чуда наяву свыше его сил. На него накатила ужасная слабость. Подтащив Джейд к креслу, он плюхнулся в него, а Джейд заставил устроиться рядом на подлокотнике. Все это время он не спускал глаз с брата.

– Я все еще не могу поверить, что ты жив, – признался он.

– Благодари за это Дикаря, – заметил Колин. – Однако ты подозрительно спокоен. Впрочем, наверняка разъяришься, когда поймешь, что это я заставил Джейд ничего тебе не объяснять. Но прежде я хочу дать слово Джейд – по-моему, она желала бы кое-что сказать.

– Мне нечего сказать ему, Колин, – горячо возразила девушка. – И если тебе так уж приятно вводить его в курс дела – позволь прежде мне уйти.

Кейн оставил ее просьбу без внимания, правда, выпустил ее руку.

Джейд попыталась воспользоваться моментом, но Кейн, не спуская глаз с брата, протянул руку и схватил ее:

– По-моему, я уже сказал, что ты никуда не уйдешь.

– И ты до сих пор не всадила в него кинжал?! – не веря своим глазам, спросил у сестры Натан. Она пожала плечами:

– Колин наверняка бы расстроился.

– Где до сих пор торчит Черный Гарри? – спросил Натан у Колина. Он обошел вокруг дивана, уселся рядом с другом и положил ноги на тот же самый пуфик.

– О, он немного задерживается, – ответил Колин. – Потому что потерял свои очки.

Оба превесело расхохотались. Зато Джейд ужасно всполошилась:

– Разве Черный Гарри здесь? В Англии? – Ее голос предательски дрогнул. И лишь Натану было ясно почему.

– Да, в Англии, – многозначительно ответил он. – И когда я рассказал ему…

– Но, Натан, совсем не обязательно было рассказывать ему обо всем, – вскричала она, снова пытаясь вырваться, но Кейн только сильнее сжал ее руку.

– Кто такой Черный Гарри? – осведомился он, не обращая внимания на ее попытку.

– Дядя Джейд, – ответил Колин. – Он воспитывал девочку, когда она осталась без отца.

На лице Кейна отразилась напряженная работа мысли. Судя по реакции, Джейд боится своего дядю.

– А тебя где черти носили, пока подрастала сестра?! – осведомился Кейн у Натана. – Грабил и резал направо и налево?

– Черт побери, Колин, этот малый слишком много себе позволяет, – процедил Натан. – Если он не перестанет, я его непременно прирежу – даже ценой нашей дружбы!

Колин все еще чувствовал себя слишком слабым после пешей прогулки до дома, чтобы вмешиваться в споры. Неплохо бы немного передохнуть, прежде чем начать разъяснения. Намеренно громко зевнув, он сказал:

– Никто никого здесь не убьет, пока всего не узнает. – И, откинувшись на диван, смежил веки.

Внезапно общее внимание привлек шум в передней. Кейн вскочил на ноги как раз в тот момент, когда из окна над террасой вылетел огромный кувшин с цветами и разбился о каменный парапет. В унисон грохоту посыпались отборные ругательства.

– Гарри уже здесь, – констатировал Колин.

Кейн уставился на двери, полагая, что способен спокойно воспринять все, что произойдет. Вряд ли у пего еще осталась способность удивляться.

К несчастью, он ошибся. Человек, переступивший порог, выглядел столь необычно, что Кейн с трудом удержался от смеха.

Гарри остановился на миг, упер руки в бока и внимательно оглядел аудиторию. С головы до ног он был облачен во все белое. Впрочем, алая широкая тряпица опоясывала довольно круглый животик. Кожа его казалась бронзовой от загара, а седые волосы – белее облаков. Кейн прикинул, что ему, должно быть, лет пятьдесят – может, чуть побольше.

Лицо сего джентльмена могло бы заставить любого ребенка видеть кошмары по ночам на протяжении многих месяцев. Поразительно уродливое, с огромным бугристым носом, совершенно лишенные ресниц веки, – все это повергало в ужас.

Однако, надо отдать ему должное, двигался он с поразительной ловкостью. Он буквально влетел в гостиную, двое подручных впереди едва поспевали удалять все и вся у него на пути. Двое других следовали сзади. Кейн их тут же узнал: Мэттью и Джимбо. Физиономии обоих украшали свежие синяки – отметины их недавней потасовки.

– Черт побери, здесь становится тесно, – пробурчал Кейн.

Джейд вырвала наконец свою руку и кинулась к Черному Гарри, горячо и крепко обняла его. Гарри щегольски блеснул золотыми зубами, улыбнувшись Джейд.

– Ох, дядя Гарри, как я соскучилась, – прошептала она.

– Ясное дело, соскучилась, – пробасил Гарри. – И все же я должен задать тебе хорошую трепку, – добавил он после очередного объятия. – Ты что же. совсем рехнулась, девочка? Вот погоди, только разберусь, и ты света белого невзвидишь!

– Ну, Гарри, – примирительно промолвила Джейд, – я вовсе не хотела тебя волновать. Гарри громко фыркнул.

– Скрывала от меня зачем-то. – Он наклонился и звонко чмокнул ее в макушку. – Стало быть, это и есть Кейн? – спросил он, прищурившись.

– Да, – подтвердила Джейд.

– И к тому же живой.

– Да.

– Значит, ты неплохо управилась, – похвалил Гарри.

– Он тотчас станет мертвецом, как только я до него доберусь, – вмешался Натан.

– Что за чушь собачья?

– Гарри! – окликнула Джейд и, привстав на цыпочки, зашептала ему что-то на ухо.

Гарри хмуро выслушал ее и кивнул:

– Могу поговорить, а могу и промолчать. Ты веришь этому малому?

– Да, – ответила Джейд, не в силах солгать.

– Он что-нибудь значит для тебя, девочка?

– Ничего, – выпалила она чересчур поспешно.

– А ну-ка погляди мне в глаза, – приказал Гарри. – Ты не смеешь поднять взгляд, следовательно, врешь.

– Я не вру, – прошептала она. – Просто я рада, что больше не надо притворяться.

Но Гарри не так-то просто было обвести вокруг пальца.

– А чего ж ты так о нем печешься, коли он для тебя ничего не значит? – расспрашивал он, чувствуя, что Джейд говорит не всю правду.

– Но ведь он – брат Колина, – напомнила она. – Только потому я о нем и забочусь.

Гарри решил выяснить все наедине.

– Все равно не понимаю, – не унимался он, теперь сощурившись в сторону Кейна. – Ты бы должен Дикарю ноги за брата целовать – по моему разумению. Как ни крути, а Колин-то жив, а?

– Теперь, Гарри, когда ты здесь, все встанет на свои места, – сказал Колин.

Гарри что-то буркнул в ответ и добавил:

– А все равно я задам тебе хорошую трепку, девочка.

За все прожитые бок о бок с Гарри годы он ни разу не поднял руку на Джейд. О, при виде этого добряка с такой чистой и светлой душой Господь наверняка улыбается на небесах! Гарри любил сыпать самыми страшными угрозами: ведь он – пират и условности надо соблюдать, но не более того.

Кейн вздрогнул и привстал, но Колин кивком приказал ему оставаться на месте.

– Пугает, – шепнул он.

– Подайте мне кресло, парни! – окрикнул Гарри.

Он все так же щурился на Кейна, двинувшись к камину. Колин с Натаном едва успели отдернуть ноги. Наконец Гарри утвердился возле камина, заложив руки за спину.

– А ты совсем не похож на Дельфина, – заметил он, обращаясь к Кейну, и осклабился так, что стали видны все до единого золотые зубы:

– И ты, и твой недоросток братец страшны, как смертный грех. Только в том я и вижу фамильное сходство.

Этот человек вряд ли способен вообще что-то заметить, решил Кейн, но предпочел держать свое мнение при себе. Он покосился на Колина – брат, прикрыв глаза, улыбался. Похоже, Гарри нарочно старается поднять побольше шума вокруг своей персоны.

Один из подручных Гарри принес к камину кресло, и, как только он уселся, Джейд встала сзади, положив руку ему на плечо.

– Ты не носишь очки, мой мальчик? – спросил Гарри у Кейна.

Кейн отрицательно кивнул.

– Может, кто-нибудь в доме носит? К примеру, кто-то из слуг?

– Нет, – произнес Кейн.

– Дядя, а ты не помнишь, где потерял последнюю пару? – поинтересовалась Джейд.

– Ну, милая, конечно, не помню, – ответил он. – Если бы помнил, то не потерял бы их, верно? – И он вернулся к разговору:

– А что, поблизости нет деревни?

Колин тут же расхохотался. Даже Натан ухмыльнулся. Кейн же понятия не имел, с чего они так развеселились.

– Есть неподалеку, – откликнулся Колин.

– А ты не цепляйся, как репей, – грозно скривился Гарри. – Тебе, Дельфин, спать надо. Тебе это полезно. – И Гарри обратился к своим воякам:

– Ребята, вы знаете, что надо делать.

Весьма грозного вида подручные, дружно кивнув, выскользнули на террасу. Джейд схватила Гарри за руку, стоило им сделать первые шаги.

– Ох, ну ладно, девочка, – пробурчал он – Не безобразничайте, парни! – крикнул он. – Слишком уж близко мы к усадьбе!

– Да, Черный Гарри, – послышалось в ответ.

– Здорово они пляшут под мою дудку? – шепнул Гарри Джейд.

– Слов нет, – ответила она.

Гарри довольно кивнул. Он обхватил колени руками и подался вперед.

– Ну а теперь приступим. Я слышал краем уха какую-то чушь, когда вошел. Мы-то думали, настал час ликования, однако я не слышу поздравлений. Ты слышишь поздравления, девочка?

– Нет, Гарри.

– Значит, Дельфин напрасно беспокоился, и ты вовсе не рад, что он вернулся? – обратился он к Кейну. – Впрочем, не могу тебя сильно винить. Этот недоросль не мог даже сыграть партию в шахматы.

– Но я был полуживой, когда мы играли в последний раз! – напомнил Колин.

– Видно, для тебя это нормальное состояние, – фыркнул Гарри.

– Кейн! – с ухмылкой окликнул Колин. – Знаешь ли ты, отчего этот несчастный кусок мяса прозвали Черным Гарри?

– Я сам ему объясню, – вмешался Гарри. – Это потому, что сердце у меня как есть черное!

Он произнес это как совершеннейшее откровение и надолго замолк.

– Я сам придумал себе это прозвище, и оно мне подходит. Верно, девочка?

– Да, дядя, подходит как нельзя лучше. Сердце у тебя чернее ночи.

– Ты хорошая девочка – Гарри похлопал ее по руке. – Как только, ребята, мы расставим все по местам, я немедленно возвращаюсь на Отмели. И был бы не прочь перед этим перекусить.

– Пойду распоряжусь, – подхватила Джейд. Она двинулась в сторону двери, стараясь держаться подальше от Кейна. Выбравшись в коридор, она крикнула через плечо:

– Гарри, пожалуйста, пока меня нет, не позволяй Натану с Кейном драться.

– Да мне ведь все равно, – крикнул в ответ Гарри.

– Зато мне нет, – возразила она. – Пожалуйста, Гарри!

– Ну, так и быть, я прослежу за ними. – И как только за Джейд захлопнулась дверь, Гарри прошептал:

– Та еще штучка эта малышка. Следовало бы давно изрезать ей лицо. С такой смазливой мордашкой вряд ли она когда-либо может быть в безопасности. Вот почему мне первое время приходилось оставлять ее дома. Боялся, как бы мои парни чего не выкинули, как только я отвернусь.

– Да, она настолько смазлива, что любой бесчестный человек соблазнится ею, – выпалил Натан.

– Давай называть вещи своими именами, – вмешался Колин. Он открыл глаза и посмотрел на Кейна – Прежде всего брат мой – человек честный.

– Черта с два! – взревел Натан.

Кейна вовсе не интересовала их перепалка. Он обдумывал замечание Гарри о том, что ему приходилось оставлять Джейд. Где он ее оставлял? Кто заботился о ней, когда Гарри отсутствовал? Черт побери, там же наверняка не было ни одной женщины, иначе она знала бы некоторые физиологические подробности.

– Почему такой шум? – поинтересовался Гарри.

– Так, досадное недоразумение, вот и все, – произнес Колин.

– Черт побери, Колин, с меня достаточно, – не унимался Натан. – Твой брат – выродок…

– Ты что, родился вне брака, сынок? – участливо спросил Гарри. Казалось, он заинтригован такой подробностью.

– Нет, конечно, – вздохнул Кейн.

Гарри даже не попытался скрыть своего разочарования.

– Но тогда тебе не подходит это прозвище, – разглагольствовал Гарри. – Другое дело, незаконнорожденный, – важно кивнул он.

Колин с трудом удерживался от смеха.

– Гарри! А расскажи-ка ему про Бычьего Выродка! – предложил он.

– Колин, ради Бога…

– Терпение, Кейн, – прошептал его брат, – дай мне собраться с мыслями.

– Ну ладно, – кивнул Кейн. – Так и быть, расскажи про Бычьего Выродка.

– Как оказалось, он не был выродком, – мрачно заявил Гарри. – Он просто хотел втереться ко мне в доверие – видать, слышал, что я люблю придумывать прозвища. Ну а когда мы узнали правду – он отправился за борт с ядром на ногах.

– Они в тот раз случайно оказались посреди открытого моря, – вставил Колин. – Правда, Дикарь не дал ему утонуть.

– Очень мило с твоей стороны, – пробурчал Кейн, обращаясь к Натану.

– Ну, есть еще история про сильного, здорового парня…

Кейн обреченно откинулся в кресле, закрыл глаза, стиснул зубы и решил дождаться окончания всех этих дурацких историй про прозвища и клички. Колин, судя по всему, наслаждался беседой и к тому же просил брата повременить. Казалось, он задремал. Боже, какой же он бледный!

Гарри развлекал аудиторию не меньше десяти минут. А когда наконец умолк, Натан произнес:

– У Джейд тоже превосходное прозвище.

– Я сам скажу об этом. В конце концов именно я его придумал.

– Отлично, Гарри, так назови же, – кивнул Натан. Кейн уже стал терять терпение.

– Ну и как же ты прозвал ее, Гарри? – наконец спросил он утомленно.

– Ну, стало быть, мой мальчик, – откликнулся Гарри, – мы привыкли звать ее Дикарем.

Глава 12

Он с трудом переваривал эту новость. Еще бы, по его разумению, только мужчина был способен на подобные подвиги, только мужчина! Джейд оказалась легендарным Дикарем?!

Колин, Гарри и Натан, не спуская с него глаз, дружно кивали, когда он тряхнул головой, не веря своим ушам.

– Это чистая правда, Кейн, – сочувственно промолвил Колин. – Гарри давным-давно прозвал ее так, потому что…

– Я расскажу сам, – перебил Гарри. – Это все из-за ее волос, сынок. Еще во младенчестве шевелюра ее казалась ярче самого адского пламени.

По выражению на лице Кейна было ясно, что он все еще не верил ни единому слову, и Гарри счел главной причиной недоверия несомненную, на его взгляд, гениальную меткость прозвища.

– Ну и конечно, вела она себя под стать самому заправскому дикарю, – продолжил он свои разъяснения. – Ни дать ни взять настоящее дитя язычников. – Недоумение на лице Кейна сменилось неподдельным гневом. Натана явно забавляло происходящее, впрочем, Гарри с Колином не разделяли его настроения.

– Разве мужику пришло бы в голову разбрасывать розы направо и налево? – поинтересовался он, явно желая подзадорить Кейна. – Ясно, что это дело рук женщины. Мне до сих пор удивительно, что никто ничего не заподозрил.

– Да уж, – подтвердил Колин, не спуская с брата настороженного взгляда.

В гостиной надолго воцарилось молчание. Гарри с Натаном дожидались, пока Кейн смирится с правдой. Колин же, зная брата лучше, чем его друзья, опасался неминуемого взрыва.

Джейд суетилась в столовой, помогая Стернсу накрывать на стол. Дворецкий с первого взгляда догадался, что она ужасно расстроена: ее лицо было белее крахмальной скатерти на столе.

Она не пожелала ему ничего объяснять, лишь предупредила, что прибыл ее дядя с четырьмя сопровождающими и все они не прочь перекусить, прежде чем отбудут восвояси. Кроме того, она настояла, чтобы на стол подали самый роскошный хрусталь. Стернс сходил на кухню распорядиться по поводу обеда, учинив настоящий переполох в хозяйстве поварихи и ее помощницы Бернис.

Вернувшись, он застал Джейд разглядывавшей большое овальное блюдо из серебра.

– Какая великолепная работа, – заметила она. – Дяде наверняка понравится.

– Это подарок его величества, – кивнув, пояснил Стернс. – Когда маркиза посвятили в рыцари, Колин закатил роскошное празднество в его честь. Его величество удостоил нас своим посещением и преподнес это блюдо. Там, на обороте, есть надпись.

– Спрячьте его, – озабоченно покачала головой Джейд, протянув блюдо Стернсу.

– Простите, не понял?

– Спрячьте его, Стернс, – повторила она. А потом внимательно огляделась и спросила:

– Есть здесь еще что-нибудь, с чем бы Кейн ни за что не захотел бы расстаться?

– Вон тот серебряный чайник на полке, – показал дворецкий, – не сомневаюсь, особенно дорог милорду.

– Его тоже подарил король?

– Нет, он достался ему от бабушки.

– Припрячьте и его тоже, Стернс. Лучше всего сложить эти вещи к Кейну под кровать. Там они будут сохраннее.

– Миледи? – поинтересовался Стернс. – Вы не больны?

– Нет.

– У вас крайне нездоровый вид, – заверил Стернс. – И вы ведете себя так, словно находитесь в трансе. Я заметил, что…

– Вы были ко мне чрезвычайно добры, сэр, – перебила его Джейд на полпути к дверям. – Клянусь, я этого не забуду.

Стернс пришел в полное недоумение. Джейд уже перешагнула порог столовой, когда раздался дикий вопль Кейна:

– Джейд!!!

От этого окрика на столе зазвенели хрустальные бокалы. Джейд сие ничуть не тронуло, тогда как дворецкий подпрыгнул почти на фут.

– Видимо, ваш хозяин только что услышал какую-то неприятную новость, – заметила она. – Правда, я надеялась, что дядя все же дождется… впрочем, не важно.

Стернс бросился за ней следом:

– По-моему, милорд желал бы видеть вас в гостиной, леди Джейд.

Джейд, не оборачиваясь, поднималась по лестнице.

– Я был бы счастлив вам чем-то помочь, – заверил он. – Ведь не секрет, он иногда страшен во гневе.

Ничего не добившись, дворецкий поспешил в гостиную. Здесь его ожидало нелегкое испытание: он увидел Колина.

– Боже мой, Колин?! – пробормотал он.

– Здравствуй, Стернс, – ответил Колин. – Рад тебя видеть. Ты все так же правишь в этом доме?

– Я делаю все, что в моих силах. – Стернс все еще не пришел в себя от изумления.

– Этот малый – твой слуга, Кейн? – спросил Гарри.

– Это диктатор, а не слуга, – с ухмылкой пояснил Колин. Стернс воззрился на Гарри, окончательно обескураженный. Ему явно стоило больших усилий не вскрикнуть от страха.

– Мой ужин еще не готов? – грозно окрикнул его Гарри. Стернс пришел к выводу, что перед ним и есть дядя Джейд. Незнакомец рядом с Колином выглядел слишком молодо.

– Почти готов, – наконец ответил дворецкий. – Милорд, я бы хотел немедленно переговорить с вами в фойе, – обратился он к Кейну. – Дело чрезвычайной важности.

– Не сейчас, Стернс, – утомленно возразил Кейн. – Поговорим позже.

– Милорд, вы, кажется, не расслышали, – настаивал Стернс. – Эту проблему необходимо разрешить немедленно. Она касается леди Джейд.

– И что ей угодно было поджечь на сей раз? – Кейн нисколько не удивился. – Нашу кухню?

– Милорд, сейчас не время для шуток, – не выдержал Стернс.

– Я сильно похож на шутника, Стернс?

– На сей раз леди Джейд уезжает.

Наконец-то он добился ожидаемого результата. И предусмотрительно поспешил убраться с дороги, когда милорд с воплем вскочил на ноги:

– Черта с два!!!

Дождавшись, пока хозяин покинет гостиную, дворецкий обратился к дяде Джейд:

– Обед будет подан через несколько минут.

Кейн птицей взлетел вверх по лестнице. В ушах у него стучало. Одна мысль о ее бегстве приводила его в бешенство. Хуже того, впервые в жизни он не смог совладать с паникой.

Он увидел ее, как только ворвался к ней в спальню. Паника моментально угасла. Он захлопнул двери и привалился к ним спиной.

Кейну пришлось как следует отдышаться, чтобы овладеть собой. Она старательно его не замечала, тщательно укладывая платье золотистого цвета в раскрытый саквояж.

– Не стоит спешить, – заметил Кейн, сам поразившись своему голосу. – Ты никуда не едешь.

Джейд развернулась, готовая дать отпор. О, она много чего желала бы сказать ему на прощание, однако все слова мгновенно улетучились, а душа ушла в пятки при одном взгляде на него.

Лицо маркиза почернело от гнева, на шее бешено пульсировала жилка. Джейд застыла, словно кролик перед удавом, пытаясь совладать с охватившим ее страхом.

– Я никогда не позволю тебе покинуть меня, Джейд, – произнес он. – Никогда. Ты слышишь?

Его, вероятно, было слышно даже в деревне, В ушах у нее звенело, и ей стоило немалых усилий выстоять перед ним. Она нерешительно покачала головой:

– Ты обозвал меня шлюхой.

– Нет, не обзывал, – возразил он. Мука, прозвучавшая в ее словах, несколько остудила его пыл.

– Но ты так подумал, – настаивала она. – И готов был сообщить всему свету.

– Не правда, – ответил Кейн. – Джейд, нам надо обсудить вещи поважнее.

– Поважнее, чем то, что ты обозвал меня шлюхой?! – вскричала она.

Он оторвался от дверей и двинулся к ней. Она на шаг отступила:

– Не подходи. Я не желаю, чтобы ты ко мне прикасался!

– Ну, стало быть, ты будешь чертовски несчастна до конца своих дней, Джейд. Ибо я как раз намерен прикасаться к тебе постоянно.

– Ты никогда не хотел меня такой, какая я есть! – воскликнула она. – Тебе нужна была та слабосильная плакса, которой я притворялась, Кейн! Ты ведь не знаешь, какая я на самом деле. Нет, ты не знаешь! – Тараторила она, видя, как он недоверчиво качает головой. – На самом деле я очень даже сильная и к тому же упрямая. И я только прикидывалась, что нуждаюсь в тебе, глупый ты мужлан, чтобы потешить твою гордость и заставить держаться рядом. И я, конечно, использовала все уловки обычной светской дамочки. И я жаловалась на весь свет и ревела всякий раз, когда хотела добиться своего!

Тут он схватил ее в охапку и прижал к себе.

– Я уезжаю, – вырывалась она. – Неужели твоя тупая голова…

– Ты остаешься.

– Я тебя ненавижу, – прошипела Джейд, прежде чем разрыдаться.

– Ничего подобного, – прошептал он, прижимаясь к се макушке.

– Я ненавижу все, что с тобою связано, – причитала она между судорожными рыданиями. – Но больше всего мне ненавистны твои бесконечные возражения!

– Джейд! А сейчас твои слезы притворные или нет?

– Конечно, притворные, – невнятно ответила она. – Я никогда, никогда не плачу! – добавила девушка мгновением позже. – Плачут только изнеженные дамы!

– Ну, ведь ты у меня вовсе не изнеженная, правда, любимая? – Он ласково улыбнулся, продолжая держать ее железной хваткой даже после того, как Джейд затихла. Ах, как ему хотелось держать ее вот так до конца жизни. – Я люблю тебя, Джейд!

Она ничего не ответила, ее била нервная дрожь. Он испугал ее.

– Ты самая невероятная женщина, – со вздохом добавил он. – И все же я люблю тебя – и да поможет мне Господь.

– А я нет, – фыркнула она. – Ты мне даже не нравишься! И я ни за что тебе не поверю. – Этот монолог завершился громким иканием.

Кейна такая отповедь нимало не смутила.

– Я люблю тебя, – повторил он. – Отныне и навсегда.

Он терпеливо обнимал ее, дожидаясь, пока она выплачется. Боже правый, сколько же у нее скопилось на душе!…

Прошло добрых десять минут, пока она овладела собой, и, вытерев слезы, оттолкнула его:

– Спустись-ка лучше вниз!

– Без тебя – ни за что.

– Нет, – возразила она. – Натан с Гарри поймут, что я плакала. Я останусь.

– Джейд… – Он замолк на полуслове и спросил:

– Ну и что, если они поймут?

– Они станут презирать меня, Кейн.

– Нельзя ли поподробнее? – мягко попросил он.

– Должно соблюдать приличия, – сердито ответила она и, усевшись на край кровати, со вздохом добавила:

– Я не желаю больше об этом говорить. Ох, ну ладно. Я спущусь попозже…

– Я подожду тебя, – заявил он.

– Ты мне не веришь?

– Нет.

Кейн ожидал, что она немедленно взорвется. Но, к его удивлению, она небрежно пожала плечами и произнесла:

– Правильно. Я намерена удрать при первой же возможности. И не собираюсь оставаться здесь и дожидаться, пока ты бросишь меня. Я не такая дура.

Наконец-то до него дошло. На сей раз ей не удалось скрыть свою беззащитность.

– И ты абсолютно уверена, что я брошу тебя?

– Конечно.

Ее ответ прозвучал столь естественно, что на мгновение Кейн опешил.

– Несмотря на то что я только что признался тебе в любви, ты по-прежнему…

– Натан с Гарри тоже меня любят, – перебила она.

Похоже, в данный момент спорить с ней бесполезно – он только сильнее настроит ее против. Пусть-ка в ее обороне появится малейшая брешь…

А еще хорошо бы в два прыжка спуститься в гостиную и прибить Натана, а заодно и Гарри. Но он лишь бессильно вздохнул. Ее прошлое уже не переиначишь. Нет, в его власти лишь обеспечить ей безопасное, счастливое будущее.

– Я никогда не оставлю… – начал было он, но передумал. – Отлично, Джейд. Ты можешь уехать, как только пожелаешь.

Ее глаза недоверчиво распахнулись. Казалось, она вот-вот заплачет. Кейн почувствовал себя настоящим вероломным чудовищем, но повторил:

– Уедешь, как только пожелаешь.

– Спасибо. – Она потупила глазки.

– Как тебе будет угодно, – продолжил он, а потом подошел и заставил взглянуть ему в глаза. – Но с одним небольшим условием, – добавил он.

– Каким?

– Я последую за тобой. Тебе не удастся скрыться. Джейд Я разыщу тебя и притащу обратно, туда, где отныне твой дом.

– Тебе не удастся разыскать меня, – прошептала она, стараясь вырваться.

В голосе ее слышалась тревога. Кейн наклонился и поцеловал девушку. Она было попыталась увернуться, но он, взяв ее лицо в ладони, не позволил улизнуть.

И снова начал свою властную игру языком. Он низко застонал, когда она попыталась укусить его, поцелуй от этого стал еще более ненасытным. И в конце концов она ответила, ее упрямство было сломлено. Она обняла его за пояс и прижалась всем телом.

– Я люблю тебя, – произнес он, когда губы их наконец разомкнулись.

Она же снова ударилась в слезы.

– Черт побери, уж не намерена ли ты проделывать это всякий раз, стоит мне признаться в любви? – возмутился он, хотя на самом деле такая реакция больше смешила, нежели раздражала его.

Джейд покачала головой.

– Ты ничего не понял, Кейн, – прошептала она. – Все не так просто.

– Чего это я не понял? – ласково спросил он.

– Ты не понял, кто я! – воскликнула она.

Кейн испустил еще один вздох бессильной ярости, схватил ее за руку и выволок из спальни. Они уже были на полпути к гостиной, когда он произнес:

– Я понял все, что мне нужно. Ты – моя.

– А еще я ненавижу твою жадность! – раздалось в ответ. Кейн задержался у дверей гостиной и выпустил ее руку:

– Если попытаешься удрать, пока мы будем там, то, Господь мне свидетель, я опозорю тебя до конца твоих дней! Ясно?

Она кивнула. Уже открывая дверь, он обратил внимание на мгновенно происшедшую в ней перемену. Бесследно испарилась беззащитная женщина, только что рыдавшая у него на руках. Ее личико стало абсолютно невозмутимым – Кейн не поверил глазам.

– Ну, теперь я готова, – сообщила она. – Но если ты проговоришься Гарри, что мы спали вместе, я…

– Я не проговорюсь, – перебил он, пока она снова не довела его до бешенства. – До той поры, пока ты не попытаешься сбежать, конечно…

Она наградила его убийственным взглядом, после чего изобразила на лице улыбку и прошествовала в гостиную.

При их появлении все замолкли.

Джейд устроилась на ручке кресла возле камина и кивком предложила Кейну занять место подле.

– Что там с моим ужином? – спросил у нее Гарри.

– Будет готов через пару минут, – ответила Джейд – Я настояла на том, чтобы тебе подали все самое лучшее, дядя. Для приготовления потребовалось некоторое время.

– Я настоящий счастливчик, ведь ты так заботишься обо мне, Дикарь, – лучезарно сияя золотыми зубами, пробурчал Гарри.

– Не смей называть ее Дикарем! – Этот приказ был отдан свистящим шепотом.

Джейд невольно вздрогнула. Натан ехидно осклабился, а Гарри прищурился:

– Какого черта!

– Ее имя – Джейд, – возразил Кейн.

– Мое имя – Дикарь, – отчеканила Джейд ледяным тоном. – Очень жаль, что оно тебе не нравится. – Она осеклась, поскольку он схватил ее за руку и сжал что было силы.

– Он все еще не верит, – заметил Гарри.

Джейд ничего не ответила, но про себя решила, что дядя прав. Вряд ли Кейн продолжал бы удерживать ее в противном случае.

– Зато он верит, что все женщины слабые, дядя, – прошептала она.

Гарри выразительно фыркнул. Он уже решил было изложить Кейну не меньше дюжины различных поучительных историй насчет выдающихся способностей Джейд, но тут из деревни вернулись его матросы.

– Ну? Что вы раздобыли для меня, ребята?

– Одиннадцать пар, – ответил тот, что пониже.

И, к вящему изумлению Кейна, вывалили на колени Гарри гору очков всевозможных форм и размеров. Старик напялил одну пару, прищурился сквозь них на Кейна, снял ее и отшвырнул за спину.

– Не подходит, – буркнул он.

Процедура повторялась раз за разом, пока наконец не дошел черед восьмой по счету пары. Раздался облегченный вздох:

– Эти хороши!

– Дядя, примерь-ка и все остальные, – посоветовала Джейд. – Может, подойдут еще какие-нибудь.

Гарри послушался и засунул в карман еще пару.

– Отличная работа, ребята. Я горжусь вами. Кейн торопливо опустил голову, чтобы скрыть улыбку при виде некоторого смущения добытчиков.

– Прежде чем Гарри уберется обратно домой, половина Англии останется без очков, – со смехом предсказал Колин.

– Ты пытался обидеть меня, малыш? – спросил Гарри.

– Нет, просто сказал то, что думаю, – ответил Колин.

В этот миг двери распахнулись, и Стернс объявил, что стол накрыт.

Гарри тотчас оставил кресло. Натан с Колином еле успели отскочить: он пинком отшвырнул с дороги пуфик.

– Ты со мной, девочка? – обратился Гарри к Джейд. Кейн вновь сжал ее руку.

– Нет, дядя, я задержусь! – воскликнула она. – Нужно выяснить кое-какие мелочи. А вы с матросами поужинайте.

Гарри вышел из гостиной, Джейд отправила его подручных следом. Правда, на лице Джимбо появилось упрямое недовольство, обращенное против Кейна. Джейд было достаточно одного выразительного взгляда, чтобы рослый малый поспешно зашагал прочь.

– Закрой за собой двери! – крикнула она.

– Я присмотрю за сестренкой, Джимбо, – добавил вслед Натан.

– А это еще неизвестно, – побурчал Джимбо, еще раз угрюмо взглянул на Кейна и неохотно вышел.

– Ты готов объяснить все Кейну, Колин? Мне бы доставило большую радость покончить со всем этим, чтобы наконец уехать отсюда.

Кейн опять сжал ее руку.

– Да, я успел отдохнуть, – ответил Колин. Он вопросительно поглядел на Натана и, когда тот согласно кивнул, начал свой рассказ:

– Я уже оканчивал курс обучения в Оксфорде, когда меня разыскал некий Уиллбурн, сотрудник Военного департамента, который набирал агентов для секретной работы на благо Англии. Ведь тогда наша страна еще не воевала с Францией, хотя никто не сомневался, что война неизбежна. Так или иначе, Уиллбурн был в курсе, что ты сотрудничаешь с Ричард-сом. И тем не менее заставил меня поклясться сохранить все в тайне. Мне еще тогда следовало бы удивиться, отчего нельзя обсуждать эти дела с тобой, Кейн, но я этого не сделал. Ведь ты и сам никогда не говорил о своей работе, вот я и решил, что так положено. А еще, если говорить честно, на какое-то время все эти шпионские страсти здорово вскружили мне голову. – И он смущенно добавил:

– Вообразил себя не более и не менее как спасителем родины.

– Когда ты познакомился с Натаном? – спросил Кейн.

– Почти через год после того, как начал работать на Уиллбурна. Мы сотрудничали. И его завербовали примерно так же, как и меня. Случилось так, что мы с Натаном стали близкими друзьями. – И он с улыбкой посмотрел на друга. – Полюбить Натана непросто.

– Я успел это заметить, – произнес Кейн.

– Не отвлекайся, Колин, – велел Натан.

– Мне не сразу удалось завоевать его расположение – на это ушел почти год совместной работы. И все это время он держался со мной настороже. И рассказал про письма, которые нашел Дикарь, уже на обратном пути в Англию.

Колин заерзал на диване, скривившись от боли. Натан прежде остальных заметил это, с нежностью, удивительной для такого огромного мужчины, подложил Колину под раненую ногу подушку и спросил:

– Теперь лучше?

– Да, спасибо, – ответил Колин. – Так на чем я остановился?

Кейн не сводил глаз с Натана. Он совершенно искренне заботился о его брате. Ну как после этого его ненавидеть?

А гораздо проще было бы испытывать к нему ненависть. Мерзавец, бросил свою сестру, предоставив ей самой бороться с судьбой. Из-за него Джейд пришлось возвести вокруг своего сердечка такие неприступные бастионы, из-за него она изведала столько боли.

И все-таки Колин жив!

– Кейн? – окликнул Колин, возвращая брата к разговору. – Как по-твоему, возможно ли существование внутри правительства еще одного, секретного правительства?

– Возможно все, что угодно, – ответил Кейн.

– Тебе когда-нибудь приходилось слышать о Трибунале? – спросил Колин. Его голос понизился до шепота.

Они с Натаном обменялись многозначительными взглядами. Отрицательный ответ Кейна их бы не удивил, поскольку друзья собирались ошеломить его совершенным ими открытием.

– Да, мне приходилось слышать про Трибунал.

– Правда? – не поверил Колин.

– Когда? – подхватил Натан. – Как?

– Вскоре после гибели твоего отца, Натан, было произведено расследование. Эрла обвинили во всякого рода подрывной деятельности. Имение конфисковали, детей оставили нищими…

– Откуда ты знаешь? – перебил Натан.

Кейн покосился на Джейд и ответил:

– Когда Джейд рассказала мне о себе, Лайон по моей просьбе навел кое-какие справки.

– Что еще за Лайон? – осведомился Натан.

– Наш друг, – пояснил Колин.

– Ему можно доверять? – обеспокоился Натан.

– Безусловно, – ответил Колин, опередив Кейна. – Кейн, это надо было делать с величайшей осторожностью. И не расспрашивать всех подряд, как это сделал я.

У Джейд от неудобной позы заломило спину. Она освободила руку, удивившись, что Кейн позволил. Однако, видимо, не стоит пытаться удрать. Если уж Кейн что-то обещал, то обязательно сделает. И он не постесняется опозорить ее перед братом и Гарри. Она пододвинула кресло, которое прежде занимал Гарри, и уселась в него.

– Лайон никого ни о чем не расспрашивал, – пояснил Кейн. – Он тайно просмотрел нужные нам досье.

– Это невозможно, – перебила Джейд. – Досье моего отца утеряно.

– А ты откуда знаешь? – подозрительно спросил Кейн.

– Потому что я сама его забрала, – неохотно пожала она плечами.

– Ты… что?

– Кейн, дело сейчас не в том, где находится досье, – напомнила она в надежде утихомирить его прав.

– Но тогда как же Лайону удалось… – начал Натан.

– Ричардс – начальник Лайона, так же как и мой, – продолжил Кейн, не спуская мрачного взгляда с Джейд. – И он располагает своими собственными источниками. Ими-то и воспользовался Лайон.

– Моего отца реабилитировали после расследования? – спросил Натан.

– Нет, – ответил Кейн. – Но его и не осудили, Натан Не хватило улик.

– Зато теперь они есть, – прошептала Джейд.

– Доказательства невиновности твоего отца, Джейд?

– Нет, доказательства его вины. Я читала папины письма, В ее голосе звучало горе, поразившее его в самое сердце. И хотя Кейну все же хотелось наказать ее за искусный обман, в то же время он желал целовать и утешать ее.

– Не пойму, что ты нашел в этом веселого, Кейн, – удивился Колин. – Это вовсе не…

– Прости, – спохватился Кейн, и не подозревавший о том, что улыбается. – Я непроизвольно отвлекся.

Все это время он не сводил глаз с Джейд. Она по-прежнему сидела потупившись.

– Продолжай, Колин, – велел Кейн.

– Сразу после похорон своего отца Дикарь… я хотел сказать Джейд уехала с Черным Гарри. Эрл доверял Гарри, как самому себе.

– В это верится с трудом, – перебил Кейн.

– Гарри – прекрасный человек, – возразила Джейд. – У него доброе сердце.

– Не смею в этом сомневаться, – уступил Кейн. – Однако ты упоминала еще о каком-то близком друге семьи, о леди Бриарс, которая из кожи вон лезла, чтобы заполучить вас с Натаном к себе в подопечные. И я не совсем понимаю, как ваш отец мог предпочесть вора…

– Тут все дело в доверии, – пояснил Натан. – Моему отцу было отвратительно все, что связано с Англией. И он боялся, что здесь нам обоим будет угрожать смертельная опасность. Гарри был нашим единственным спасением.

– Почему он боялся за вас?

– Все дело в письмах, – пояснил Колин. – У эрла хранилась целая пачка писем от двух других адресатов. У отца была агентурная кличка Лис, он был одним из членов тройки Трибунала. Других звали Ледышка и Принц.

– Отец был удивительным идеалистом, – вмешался Натан. – Поначалу он наверняка хранил эти письма как память для грядущих поколений. Он верил, что делает нечто героическое во славу Англии. Однако слишком скоро все переменилось. И они стали действовать исключительно во славу Трибунала. Это происходило как бы исподволь, по мере того, как росли их власть и безнаказанность.

– Да, метаморфоза происходила постепенно, – добавил Колин. – Первые письма подписывались девизом «Во славу Англии». Однако после десятого или одиннадцатого письма Ледышка начал первым пользоваться фразой «Во славу Трибунала», а за ним и остальные. К тому времени они были уже накрепко связаны.

– Но они стали действовать на свой страх и риск уже задолго до этого, Колин, – заметил Натан.

– Да, решили, что цель оправдывает средства, – пояснил Колин. – И, действуя якобы в интересах страны, были готовы оправдывать все свои дела.

– Что весьма напоминает твою позицию, Джейд! – воскликнул Кейн.

Она была совершенно ошарашена таким утверждением:

– Нет, Кейн, я совсем не похожа на отца и не собираюсь защищать его. Может быть, это грех, но я вообще не испытываю к нему ни малейшей привязанности. Он сам избрал свой путь.

– Но ведь его земли конфисковали, а вас с Натаном лишили наследства, – напомнил Кейн.

– Да. – согласилась она, явно не понимая, к чему он клонит.

– И ты стала грабить богатых, Джейд. Так сказать, возмещать убытки.

– Нет!!!

Видимо, ее задело за живое.

– Власть развращает, – отчеканил Кейн. – А абсолютная власть развращает абсолютно.

– Нечего лезть сюда с макиавеллиевской логикой, Кейн. Действительно, членам Трибунала вскружили голову абсолютная власть и безнаказанность.

– Ты шла по тому же пути.

– Нет! – опять вскричала она.

– А шла, Кейн? – спросил Колин.

– Шла, – не колеблясь, отрезал Кейн.

– Значит, ты… – начал было Колин.

– Потом, – перебил Кейн.

– О чем это вы болтаете? – осведомилась Джейд. – У меня никогда не было никакой власти!

– Расскажи мне остальное, – велел Кейн Натану, не обращая внимания на ее возмущение.

– Наш отец оказался не совсем пропащим, – заговорил Натан. – В нем заговорила совесть, как раз когда его начальник, человек по имени Хаммонд, подвергся санкциям.

– Подвергся санкциям? – переспросил Колин. – Милое название для столь мерзкого дела!

– Хаммонд руководил всеми тремя, – продолжал Натан. – То есть Ледышкой, Принцем и Лисом. Ведь так или иначе, поначалу они выполняли его поручения. Однако понадобилось не так уж много времени, чтобы они принялись действовать по своему усмотрению. Хаммонда не могли не удивить такие перс-мены, и троица поняла, что он подозревает их. Ледышка первый высказался насчет санкций.

– Отец не хотел убивать Хаммонда, – вмешалась Джейд. – Папа был убит по дороге в Лондон, куда спешно выехал, чтобы предупредить своего шефа. По крайней мере в этом у нас нет сомнений.

– Кто все-таки был убит? Твой отец или Хаммонд? переспросил Кейн.

– Отец, – ответил Натан. – Он отправил Хаммонду письмо, в котором просил аудиенции, ибо речь шла о жизни и смерти.

– Но как вам удалось раскопать это? – поинтересовался Кейн.

– Хаммонд показал мне отцовское письмо на похоронах, – откликнулся Натан, – и спросил, не знаю ли я, о каком таком деле он упоминал. Конечно, я знать ничего не знал, ведь я только что прибыл из закрытой школы, а Джейд была слишком мала.

– Отец целиком доверял Гарри и передал ему хранящиеся до тех пор письма, – добавила Джейд.

– А Гарри обо всем рассказал, когда ты подросла? – спросил Кейн.

Джейд кивнула, старательно избегая его взгляда.

– Гарри хотел, чтобы Натан отправился с нами. У отца был корабль, и Гарри захотелось стать пиратом. А Натан желал окончить школу, не без основания полагая, что Гарри увезет меня к себе на остров, где я буду в безопасности, пока он не вернется и не позаботится обо мне сам.

– Когда до меня дошли слухи о похождениях пирата по кличке Дикарь, я даже не подозревал, что это связано с Гарри, – признался Натан.

– Почему ты не приехал за Джейд? – спросил Кейн.

– Он не мог! – выпалила Джейд. Брат не успел даже рта раскрыть. – Мы с Гарри никогда не сидели подолгу на одном месте. К тому же у него возникли и свои проблемы. Враги отца пронюхали про письма и пустились во все тяжкие, чтобы их раздобыть. Однако, обшарив комнаты, где жил Натан, они оставили его в покое… ненадолго, впрочем, пока мы не начали свое расследование.

– Письма были у вас? – спросил Кейн. – Или Гарри нашел для них более безопасное место?

– Мы прячем их на «Изумруде», – отозвалась девушка.

– Мне надо взглянуть на них, – заявил Кейн. – Ваш корабль достаточно близко, чтобы можно было послать туда кого-то? Или, к примеру…

– Нет нужды, – перебила она. – Я могу пересказать содержание.

– Слово в слово, – подтвердил Колин. – Если Дикарь что-то прочтет, то накрепко запомнит это на всю жизнь.

Кейн промолчал, несмотря на то что находил это качество странным, и Джейд была благодарна ему за это.

– Дикарь, пересказывай, – поторопил Натан.

– Если еще раз обзовешь ее Дикарем, я вышибу тебе мозги.

Натан, осклабившись, не спеша смерил Кейна взглядом и презрительно процедил:

– Ну, ладно. Я буду звать ее Джейд, но только потому, что не желаю, чтобы все кому не лень услышали ее кличку.

– Мне наплевать почему – лишь бы ты это сделал! – рявкнул Кейн.

– Черт побери, Колин, я изо всех сил стараюсь проявлять терпение, но, клянусь всеми святыми – придется сбить с него спесь, как только с болтовней будет покончено!

Джейд, испугавшись неизбежной стычки, предприняла все, чтобы отвлечь их внимание, начав пересказывать содержание писем слово в слово – на это ушло не менее получаса. И когда она замолкла, в гостиной воцарилось напряженное молчание. Все трое осмысливали полученную информацию.

– Ну что ж, отлично, – заговорил с энтузиазмом Колин. – Начнем с того, что самое первое письмо адресовано Тортону… то есть, конечно, отцу Натана и Джейд, и подписанное неким Уильямом.

– То есть тогда они еще не подписывались оперативными кличками, – подхватила Джейд.

– Да, – подтвердил Колин. – Позднее Тортон стал Лисом, а Уильям – Принцем. Однако с Ледышкой дело другое. У нас нет ни одной зацепки, кроме…

– Колин, займемся этим позднее, – вмешался Натан.

– И вот я отправился к Уиллбурну и рассказал ему про письма, Кейн. Мы с Натаном решили ему довериться. Как-никак, он был нашим руководителем, причем неплохим. Я до сего дня не могу поверить, что он связан с Трибуналом.

– Ты просто глупец, – возразил Натан. – Нет сомнений в том, что он заодно с теми мерзавцами.

– Нет, ты сначала докажи, – не сдавался Колин. – Только тогда я поверю.

Натан с сожалением покачал головой и обратился к Кейну:

– Нас послали на юг, якобы условившись о встрече, дабы в гавани встретиться с двумя информаторами И конечно, мы оказались в ловушке. Прежде чем успели сообразить, что происходит, нас связали, заткнули рты и швырнули в тепленькую водичку.

– Надеюсь, вы не собираетесь пересказывать все в подробностях, – спросила Джейд. – В этом совершенно нет нужды.

Ни Натан, ни Колин не заметили страха, прозвучавшего в ее голосе, – в отличие от Кейна, внимательно посмотревшего на нее.

– Продолжай, Колин, – пробормотал Натан.

Джейд стиснула руки так, что костяшки побелели. Несомненно, ей довелось тогда увидеть нечто страшное.

– Я оказался в воде первым. – Колин вновь привлек к себе внимание Кейна. – Они искромсали мне ноги и скинули с пирса. Натан сразу обо всем догадался, тогда как я благодарю Бога за то, что в тот момент ничего не понял. Мне, наоборот, показалось, что у меня появился шанс.

Лицо Колина покрылось мертвенной бледностью. Натан выглядел не менее мрачным.

– Поскольку все это происходило недалеко от Отмелей, мы много времени проводили вместе с Джейд и Черным Гарри. Конечно, тогда Колину было еще невдомек, что Джейд и есть Дикарь, и он весьма усердно волочился за моей сестрицей, – продолжил Натан.

– Да, это верно, – подтвердил Колин. – И я бы с удовольствием возобновил это занятие, если бы ты только дала мне шанс, Джейд, – с улыбкой добавил он.

– Ты был чересчур настырным, – зардевшись, возразила она.

– Колин бегал за ней, как собачонка, – пояснил Натан. – А когда до него дошло, что она совершенно им не интересуется, он напился до беспамятства.

– И в ту же ночь я полюбил двух других леди, Кейн, – заметил Колин.

– И вовсе это были не леди, – уточнила Джейд.

– Да, верно, – подтвердил Натан. – Как тебе удалось это запомнить, Колин? Ты же был пьян в стельку.

– Я помню абсолютно все, – смеясь, провозгласил Колин.

Кейн терпеливо ждал. Судя по их мрачным лицам, им было совершенно необходимо обменяться шуточками, чтобы отважиться оживить страшные воспоминания. Однако Джейд не была столь терпелива.

– Я свою очередь мы с Томми тайно последовали за Натаном и Колином, когда они отправились на встречу. Меня разбирало любопытство – уж слишком они секретничали. А кроме того, мучило ощущение, что что-то тут не так.

– Кто такой Томми? – спросил Кейн.

– Натан, доскажи, пока я прикажу принести что-нибудь выпить, – выпалила Джейд, сорвавшись с кресла. – Я больше не в силах об этом говорить.

Натан открыл было рот, чтобы окликнуть ее, но Колин положил ему руку на плечо и прошептал:

– Она все еще слишком переживает.

Натан кивнул.

– Конечно, – буркнул Кейн. – Ведь ей довелось наблюдать, как вы…

– Ей не довелось, – прошептал Натан. – Как уже сказал Колин, я догадался обо всем, увидев, как ему режут кинжалами ноги. И стал рваться что было сил, когда они подступили с тем же самым ко мне, надеясь, что меня просто пристрелят. Пуля засела у меня в плече.

– Они изранили нас, чтобы приманить акул. В той гавани всегда полно этих хищников, их привлекают отбросы с кораблей, а уж на свежую кровь они отреагировали, как мухи на тухлое мясо.

Терпение Кейна было на исходе, он подался вперед с жутким выражением на лице.

– Не торопи нас, Кейн, эти воспоминания вряд ли назовешь приятными.

– Это произошло как раз после заката, – кивнул Натан.

– Я до сих пор помню, как блестели их клыки, – добавил Колин.

Кейн едва удержался на краешке кресла. Теперь он понял, отчего Джейд не давали спать кошмары: ей снились акулы. Боже милостивый, у него едва не разорвалось сердце при одной мысли об этом.

– Дикарь приказала Томми править лодкой, а сама взяла в зубы кинжал и прыгнула в воду. Те, кто расправился с нами, не сомневались в успехе и ушли с пирса. Дикарь, то есть Джейд, добралась до меня первого. Наверное, я был ближе. В общем, она поволокла меня к лодке, и, пока меня перетаскивали через борт, акуле удалось отхватить из икры порядочный кусок мяса. Томми не удержался и свалился в воду. Больше мы его не видели.

Колин замолк и поглядел на Натана. Тот продолжал рассказ:

– Я до их пор не могу понять почему, но акулы держались от меня поодаль. Наверное, просто растерялись, да и Томми, должно быть, отвлек их надолго. Тем временем Джейд успела затащить Колина в лодку.

– Я пытался помочь, – прошептал Колин, – но потерял сознание, а когда в следующий раз открыл глаза, то был уже на «Изумруде». Какой-то невообразимо странный малый пытался заставить меня сыграть с ним в шахматы. Богом клянусь, Кейн, я не сразу понял, в аду я или на небесах. Правда, потом увидел Натана, спящего на койке рядом со мной, а когда увидел и его сестру, то вспомнил все. Мне показалось, что это произошло минуту назад, хотя я наверняка провалялся без памяти довольно долго.

Кейн откинулся в кресле, стараясь совладать с охватившей его нервной дрожью. Он несколько раз глубоко вздохнул и только тут заметил, что и Колин с Натаном стараются прийти в себя.

– А она знала… ну, когда прыгнула в воду, она знала, что там полно акул?

– О да, – шепнул Натан, – знала прекрасно.

– Боже мой, какую же отвагу надо иметь, чтобы…

– Она не вспоминает об этом, – перебил Колин.

– Она видит об этом сны.

– Что?

– Видит кошмары, – пояснил Кейн.

Натан медленно кивнул.

– Мэттью и Джимбо, конечно, чуть было не погнались за теми мерзавцами, что расправились с нами, – сказал Колин. – Но Джейд их не пустила. Как ни крути, она была права. Она хотела чтобы ублюдки доложили своему боссу, что мы оба мертвы. И я полагаю, что она приняла верное решение. Мы с Натаном согласны числиться мертвыми до тех пор, пока не разузнаем, какой дьявол стоит за этим предательством.

– Черт побери, Кейн, наше собственное правительство подвергло нас санкциям, – пробурчал Натан.

– Нет, – возразил Кейн. – Ваше собственное правительство даже не знает, что вы работали на него. Вы хоть раз отправляли доклады Ричардсу или его начальникам? Вам разве не ясно? Вы работали на Трибунал.

– Так я и знал, что ты это скажешь, – прошептал Колин.

– Откуда такая уверенность? – спросил Натан.

– Ричардс ничего не знал о том, что вы сотрудничаете с Военным департаментом, пока не пришло известие о вашей гибели. И сейчас он проводит расследование.

– Значит, он погибнет, – заключил Натан.

– Он действует крайне осторожно, – заметил Кейн.

– Черт, я ведь знал, что не правильно поступаю, – пробормотал Натан. – Я едва не угробил тебя, Колин. Мне не следовало втягивать тебя в свои дела.

– Ты что, забыл, что мы – партнеры? – укоризненно покачал головой Колин и обратился к брату:

– Ты наверняка знаешь, что Ричардсу можно доверять?

– Я верю ему безоговорочно. Джейд должна как можно быстрее предоставить ему письма или пересказать их содержание.

– Можно сделать копии, – предложил Колин. – Тогда будет легче сохранить оригиналы. «Изумруд» укрыт надежно, его никто не найдет.

– Корабль назван в ее честь, верно? – спросил Кейн. На его суровом лице появился отблеск улыбки. – Я должен был давно об этом догадаться. У нее глаза как настоящие изумруды, особенно когда злится.

– Да, Гарри назвал корабль в ее честь, – подтвердил Колин. – Теперь-то ты понял, что превратился в мишень?

– Да, – кивнул Кейн. – Я охотился на Дикаря. И Трибунал не мог позволить мне добраться до истины.

– Нам все еще грозит опасность, Кейн, – напомнил Колин.

– Ну, это продлится недолго, – заметил Кейн. – У меня есть план.

– Я же говорил, что у него есть план, – усмехнулся Колин. В его голосе прозвучало неподдельное облегчение.

Джейд вернулась в гостиную. Она уже успела оправиться и выглядела почти спокойной. Правда, она старательно избегала смотреть в сторону Кейна, пробираясь на свое место возле камина.

– Стернс приказал приготовить две комнаты для тебя и Натана, – сообщила она Колину, – обязательно отдохни.

– Почему ты решила, что мы здесь остановимся? – Натан потрепал Колина по плечу. – Мое загородное имение совсем близко. Как раз недавно я закончил реконструкцию, – покосившись на Кейна, добавил он. – Там нам будет очень удобно.

– Я так много слышал об этом твоем дворце, что знаю наперечет все комнаты, – улыбнулся Колин. – Ты только о нем и говорил.

– Ну значит, ты согласен со мной. Должен признаться, Кейн в настоящее время это самый красивый дом в Англии… Джейд что ты так подмигиваешь? Ты не находишь мой дом великолепным?

– О да, Натан, твой дом выглядел чрезвычайно великолепие – криво улыбнулась она.

– Что значит – «выглядел»? – остолбенел Натан.

– Боюсь, мне придется сообщить кое-что неприятное.

– Что? – Натан подался вперед.

– Понимаешь, случился пожар…

– Пожар? – Он словно поперхнулся.

– Довольно сильный пожар, Натан. – Ее голос сорвался. – Твой великолепный замок выгорел дотла. – Под аккомпанемент ругательств Натана Джейд обратилась к Кейну:

– Я же говорила, что он расстроится.

Натан выглядел не просто расстроенным. У брата Джейд вид был такой, будто он вот-вот кого-нибудь прирежет. Поскольку Кейну совсем недавно пришлось пережить нечто подобное, он даже посочувствовал Натану.

Натан набрал в грудь побольше воздуха и обернулся к Колину. Довольно жалостным голосом он произнес:

– А я как раз закончил все до последней растреклятой комнаты!

– Да, он как раз закончил, – бросилась на помощь брату Джейд. – Все до последней растреклятой комнаты!

– Джейд, я думал, что это ложь. – Кейн смущенно отвел глаза.

– Какая ложь? – вмешался Колин.

– Я лгала не все время, – в тот же миг ответила Джейд.

– А точнее – о чем ты не лгала? – осведомился Кейн.

– Вам совершенно ни к чему обращаться ко мне подобным тоном, сэр, – обиделась Джейд. – Я сочинила лишь про то, что видела чье-то убийство, – продолжала она, – потому что в тот момент не смогла придумать ничего лучше. По крайней мере больше никакой лжи я не упомню. И перестань хмуриться, Кейн. Сейчас не время сводить счеты.

– Действительно, не могли бы вы выяснить отношения попозже? – вмешался Натан. – Джейд, расскажи, отчего начался пожар. Может быть, чья-то неосторожность…

– Это был жесткий расчет, а не неосторожность, – заметила Джейд. – Видимо, кому-то приспичило поджечь твой дом, и он прекрасно знал, с чего начать. Уж очень ловко все получилось. Обрушился даже винный погреб, Натан.

– Проклятие, только не это! – вскричал Натан.

– По-моему, они старались уничтожить письма, – рассуждала Джейд. – Поскольку им не удалось разыскать их во время ограбления, они решили…

– Ограбления?! – перебил Натан. – Когда?

– За день до пожара, – ответила она. – Ох да, я только сейчас вспомнила. – Она покосилась на Кейна. – Я еще солгала и про то, что упала с лестницы. Я…

Тут Натан так душераздирающе вздохнул, что все обернулись в его сторону.

– Когда все это закончится, я отстрою его заново, – пообещал он. – А что с конюшнями, Джейд? Они остались целы?

– О да, огонь до них не добрался, Натан. Можешь не переживать.

Кейн не спускал глаз с Джейд. Удивительно, как это Натан до сих пор еще не понял, что это было не последнее разочарование на сегодня, судя по беспокойству сестры.

– Однако конюшни целы. Колин, тебе надо туда заглянуть. Там есть один чистокровный арабский жеребец, за которого я выложил целое состояние, но он того стоит. Я назвал его Молния, – уже спокойнее проговорил Натан.

Колин не сдержал улыбки. – Звучит так, будто в выборе клички не обошлось без участия Гарри…

– Так оно и было, – улыбнулся Натан. – Представь себе, она удивительно подходит жеребцу. Носится, как ветер. И усидеть на нем могу только я или Джейд. Погоди, вот увидишь… Что такое, Джейд? Разве ты не согласна, что Молния скачет быстрее ветра? – Он вновь увидел, как Джейд захлопала глазами.

– О да, Натан, Молния скакал быстрее ветра.

– Что? – Натан, казалось, вот-вот заплачет.

– Боюсь, я выложила еще не все неприятности, Натан. Твоего милого жеребца застрелили.

Кейн снова скрючился в кресле так, словно только что получил удар под ложечку.

– Ты хочешь сказать, что и это правда?.. Она лишь кивнула в ответ.

– Что за дьявольщина! – взревел Натан. – Кто убил Молнию?!

– Я же говорила, что он расстроится, – пробормотала Джейд.

– Ну, по крайней мере я здесь совершенно ни при чем, – откликнулся Кейн. – Так что можешь не есть меня взглядом.

– Неужели его пристрелил Кейн? – вскричал Натан.

– Нет, – торопливо выпалила Джейд. – Кейн просто не верил, что ты расстроишься. Тогда я еще не была с ним знакома.

Натан откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза рукой.

– Неужели ничего нельзя было спасти? – простонал он.

– По крайней мере не Молнию, – сухо отметил Кейн.

– Чертовски хороший жеребец, – глянул на него Натан.

– Не сомневаюсь, – согласился Кейн и обратился к Джейд:

– Если все это правда, значит…

– Я была бы крайне признательна, если бы ты перестал меня оскорблять, – презрительно фыркнула Джейд.

– Джейд всегда говорит правду, – вступился за сестру Натан.

– Да неужели? – съязвил Кейн. – Что-то я до сих пор не замечал. С первой же минуты нашей встречи она только и знала, что лгала. Не так ли, милочка? А теперь, судя по всему, все становится с ног на голову, верно?

Она не удостоила его ответом.

– Ну, милая, почему же ты не поведаешь Натану остальные новости?

– Остальные?! Господи, неужели еще не все?

– Осталась сущая безделица, – ответила она. – Помнишь свою замечательную новую карету?

– Нет, только не карету, Джейд, – простонал Натан. Пока он шепотом перечислял утраченное имущество, она обратилась к Колину:

– Если бы ты только видел! Такая просторная и удобная Натан приказал обить спинки сидений такой мягкой кожей.

– И что же? – спросил Колин, стараясь выразить сострадание.

– Кто-то спалил ее, – объявила Джейд.

– Ну с какой стати кому-то понадобилось уничтожить совершенно бесподобный экипаж?!

– Твоя сестра упустила одну важную деталь, – заметил вместо нее Кейн. – Так случилось, что в момент пожара она оказалась в карете.

– Боже мой, Джейд! – воскликнул Колин, до которого наконец дошло. – Расскажи нам, как все случилось!

– Но Кейн же только что рассказал, – ответила она.

– Нет, расскажи сама, – настаивал Колин. – Тебя ведь едва не убили!

– Именно этого они и добивались, – прерывающимся от волнения голосом промолвила она. – Они хотели меня убить. Когда сгорел твой дом, мне заложили карету и я отправилась в Лондон. Я хотела разыскать тебя, Натан…

– Сколько человек поехало с тобой? – перебил Кейн.

– Хадсон отправил двоих.

– По твоим словам выходило, что ты только две недели назад вернулась в Англию, – недоверчиво заметил Кейн.

– Ну на самом деле это случилось немного раньше, призналась она.

– Насколько раньше?

– Два месяца назад. Я не могла не солгать об этом.

– Нет, ты могла сказать мне правду. – Он готов был взорваться.

– Неужели? Не хочешь ли ты сказать, что поверил бы, если бы я призналась, что я и есть Дикарь, что я только что похитила Уинтерса, передала его Натану и теперь стараюсь… Ох, да какая разница?! Ты бы даже слушать не стал!

– Постойте, – вмешался Натан. – Кто такой Хадсон, Джейд? Помнишь, ты сказала, что Хадсон послал с тобой двух человек?

– Это дворецкий, которого наняла для тебя леди Бриарс.

– И что случилось потом?

– Мы уже подъезжали к Лондону, когда на нас напали все те же трое молодчиков. Они устроили завал на дороге. Я высунулась из окна, так как услышала крики. И тут кто-то стукнул меня по голове, Натан. Натурально, я потеряла сознание, хотя мне и неприятно сознаваться в такой слабости. – Она обернулась к Кейну. – Мне совершенно не свойственно падать в обмороки.

– Джейд, не отвлекайся, – велел Кейн.

Она смерила его уничтожающим взглядом и повернулась к брату:

– Когда я пришла в себя, обивка в карете была искромсана в клочья. Я почуяла запах дыма и, конечно, поспешила выбраться.

– Они охотились за письмами? – спросил Колин.

– Ты просто распахнула дверцу и выпрыгнула наружу? – почти одновременно с ним выпалил Натан.

– И да и нет, – ответила Джейд. – Да – потому что я уверена, что они надеялись найти под обивкой письма. И нет, Натан, я не открывала дверцу. Они позаботились завалить обе дверцы ветками. Я протиснулась через окошко. Слава Богу, рамы оказались не такими прочными, как тебя уверяли, Натан. И теперь, если сказать честно, вспоминая, сколько ты заплатил каретному мастеру, я думаю, что тебя надули. Рамы оказались совершенно некачественными и…

– Джейд!

– Кейн, не смей повышать на меня голос! – возмутилась она. – Я была напугана до смерти, – прошептала Джейд. – Нет ничего постыдного в том, что тебе страшно, – добавила она.

Кейн молча кивнул. По голосу он догадался, что Джейд провоцирует его на спор.

– Нет, в том, что тебе страшно, нет ничего постыдного, – подтвердил он.

На лице Джейд отразилось облегчение. Стало быть, она, наоборот, нуждалась в его согласии? Подумав над этим мгновение, Кейн заметил:

– Теперь понятно, откуда те синяки у тебя на плечах. Ты поранилась, протискиваясь в окошко, да?

– А какого дьявола тебе известно, есть у нее на плечах синяки или нет? – взревел Натан, до которого не сразу дошел смысл слов Кейна.

– Я их видел.

Натан вцепился бы Кейну в глотку, если бы Колин не ухватил своего друга за шиворот.

– После, Натан, – напомнил он. – Вы с Кейном обсудите это позже. Похоже, нам придется здесь погостить.

У Натана сделался такой вид, будто ему только что предложили еще разок устроить заплыв с акулами наперегонки.

– Если вы уедете, то подвергнете себя опасности, – заметила Джейд. – Сейчас нельзя так рисковать.

– Нам надо держаться всем вместе, – подхватил Колин.

Натан неохотно кивнул.

– Кейн? – окликнул Колин. – Когда ты пустился в погоню за Дикарем, ты поставил под угрозу свою жизнь. Оставшиеся члены Трибунала не могли позволить тебе разыскать пирата.

– Поскольку у Дикаря оставалась возможность доказать свою непричастность к гибели твоего брата. Да, для них это был слишком большой риск.

– И тогда ты послал ко мне Джейд, – перебил Кейн.

– Я не посылал, – возразил Натан. – Затея была ее – вся, от начала и до конца, и она сообщила нам обо всем, когда уже уехала. Да и вряд ли мы смогли бы ей воспрепятствовать.

– Как еще нам бы удалось сбить со следа ищеек? – спросил Колин. – А пока ты находился у них на виду, ты не мог содействовать нам в поисках убийц. – Он перевел дух и пробормотал:

– Черт, все смешалось в такую кашу! Как, во имя всего святого, прикажешь теперь искать тех мерзавцев? У нас нет ни одной улики!

– Не правда, Колин, – заметил Кейн. – Фактов у нас более чем достаточно. Нам известно, что Хаммонд, руководитель Трибунала, был их законным шефом. У него в подчинении состояло три сотрудника: Ледышка, Лис и Принц. В настоящее время из них жив или один, или двое, верно? Или один, или оба являются руководителями Уиллбурна. Кстати, судя по всему, Уиллбурну также приходится вести двойную игру. Он обязан работать и на правительство, и на Трибунал.

– Как ты это вычислил? – спросил Натан.

– Когда стало известно о вашей гибели, мы с отцом получили досье с отчетами о ваших незначительных, хотя и героических действиях на благо Англии. Уиллбурн старался прикрыться, и ни один из изложенных в досье фактов проверить было невозможно. Конечно, это объяснялось необходимостью соблюдать государственную тайну. Кстати, вы оба за отвагу награждены медалями.

– С чего это они так расщедрились? – спросил Колин.

– Чтобы не поднимать шума, – ответил Кейн. – Колин, ведь наш отец как-никак герцог. Он не позволил бы тебе так просто взять да исчезнуть. И Уиллбурну пришлось бы отвечать на множество неприятных вопросов.

– А как же Натан? – не поверил Колин. – С какой стати им награждать посмертно и его? Его отца нет на свете, и больше никто не носит титула эрлов Уэйкерфилдса. Неужели они боялись Джейд?

– Ты позабыл о прочих титулах Натана, – покачал головой Кейн. – Он ведь еще и маркиз из Сент-Джеймса, помнишь? Трибуналу надо было позаботиться о том, чтобы не разворошить это осиное гнездо.

– А я и вправду позабыл про его родню из Сент-Джеймса. – И Колин с улыбкой обратился к Натану:

– Не очень-то ты распространялся о своем семействе, Натан.

– В отличие от тебя? – сухо поинтересовался тот. Колин рассмеялся. Джейд недовольно заметила:

– Сейчас не да шуток. К тому же я уверена, что все эти скандальные истории про нашу родню из Сент-Джеймса – сплошные небылицы. По крайней мере, даже судя по этим невозможным сплетням, они, безусловно, добрые люди. Верно, Натан?

– Да, им палец в рот не клади. – Теперь пришла очередь веселиться Натану.

Джейд грозно нахмурилась в ответ и снова обратилась к Кейну.

– Ты была на церемонии, посвященной награждению Колина и Натана? – спросила она. – Как, роскошное зрелище? Море цветов… Целая толпа народу…

– Нет, я не был на церемонии, – перебил Кейн.

– Эх ты, – укорила она. – Пропустить момент, когда твоего родного брата…

– Джейд, я был слишком зол, – перебил он. – Мне было не до речей, не до посмертных медалей. Отец отдавал последний долг. Я хотел…

– Мести, – закончил за него Колин. – Точно так же, как в тот раз, когда ты помчался биться с братьями Брэдли. – И он собрался было рассказать подробности, но у Джейд не хватило терпения.

– Не мешало бы нам вернуться к разговору, – заявила она.

– Кажется, у меня появился план, как сбить этих шакалов со следа. Но в любом случае проблема не решена – нам по-прежнему нельзя быть спокойными за Джейд, – заявил Кейн.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Колин.

– Будем исходить из того, что им известно: я по-прежнему охочусь за Дикарем, их предполагаемым козлом отпущения.

– Но каким образом это поможет Джейд? – не понял Колин. – Вряд ли они знают, что Дикарь – это она.

Кейн мучительно вздохнул и продолжил:

– Давай сначала. Совершенно очевидно, что двое оставшихся в живых членов Трибунала знают про то, что Лис сохранил их письма. Коль скоро им не удалось разыскать письма, он делают лучшее, что возможно в их положении. С помощью своего человека, Уиллбурна, они вербуют тебя, Натан. Таким образом, сын Лиса оказывается под их пристальным наблюдением. – Не дожидаясь реакции Натана, Кейн продолжил:

– Надо пола гать, твои комнаты в Оксфорде неоднократно подвергались обыскам?

Натан кивнул.

– Видимо, у них не вызывало сомнений, что именно ты прячешь письма. По логике вещей ты был самым вероятным кандидатом. Твоя сестра была слишком мала, и к тому же Гарри успел увезти ее. А кроме того, – убежденно продолжал Кейн, – никто бы не поверил, что Лис отдаст письма именно Гарри. К такому решению пришел бы всякий, кто хоть раз видел этого странного типа. Полагаю, им не сразу стало известно про дружбу Лиса с Гарри.

Джейд почувствовала некоторое облегчение. К Кейну возвращалась его хваленая логика. У нее словно гора упала с плеч. Колин, видимо, ощутил то же самое.

– И? – не выдержал Натан, когда Кейн замолк в раздумье.

– Они ждали, – ответил Кейн. – Они знали, что рано или поздно письма всплывут. И это произошло. Гарри передал письма Джейд. Она показала их Натану, а он поделился информацией с Колином. Как только Колин сказал о письмах Уиллбурну, тот, конечно, помчался с докладом в Трибунал.

– И нас подвергли санкциям, – вставил Колин. – Мы доверились подлецу.

– Да, вы доверились подлецу.

– А они по-прежнему ищут письма, – добавил Натан.

– Совершенно верно, – тут же подтвердил Кейн.

– Натан, – Колин уселся поудобнее, – теперь, когда они считают нас мертвыми, в их поле зрения остается лишь один человек.

– И он обернулся к Джейд.

– Они не знают наверняка, – возразила она. – Иначе меня давно бы убили. Вот почему они продолжают искать, Натан вот почему разрушен твой чудесный дом, сожжена дотла карета…

– Джейд, им больше негде искать. И у них осталась лишь одна возможность, – перебил Натан.

– Они попытаются захватить ее, – закончил за него Колин.

– Я никого и близко к ней не подпущу, – пообещал Кейн. – Но вряд ли они считают Джейд обладательницей писем. Любой из вас мог их припрятать, прежде чем вас схватили. И они, лопаясь от бешенства, вынуждены выжидать, пока письма сами не всплывут. Представляете их состояние?!

– Так что же нам делать? – спросил Колин.

– Будем действовать последовательно, – сказал Кейн и обратился к Джейд:

– Помнишь, о чем ты просила меня тогда в таверне?

– Я просила убить меня, – медленно кивнула она.

– Именно, – подтвердил Кейн, не сводя с нее глаз.

– Но он отказался выполнить мою просьбу, – продолжила Джейд, – как я и ожидала. Ну и как это связано с твоим планом?

Кейн улыбнулся:

– Все очень просто, любимая. Я передумал. И решил исполнить твое поручение!

Глава 13

– Дикарь должен погибнуть, – тихо, но решительно промолвил Кейн. – Иного выхода нет.

Он не сводил глаз с Натана. Брат Джейд тут же согласно кивнул.

– Но я не желаю погибать! – вскричала Джейд, вскочив с кресла.

– Ну же, Джейд, – начал было Натан.

– Ведь он имеет в виду пирата, – подхватил Колин. – Он вовсе не собирается на самом деле убивать тебя.

– Я прекрасно знаю, что он имеет в виду, – выпалила Джейд, гневно уставившись на Колина. – И совершенно этого не желаю. Есть у тебя малейшее представление о том, сколько лет я потратила на то, чтобы создать нынешнюю репутацию! Как подумаю о том… – Она умолкла, видя, что мужчины совершенно не обращают внимания на ее протесты, а Натан с Колином и вовсе улыбаются. Она уселась на место и хмуро бросила Кейну:

– Если бы не ты, все было бы в порядке.

– Но у нас нет иного выхода, Джейд, – увещевал Натан. – Если Дикарю придет конец – или по крайней мере пройдет такой слушок, значит, охота Кейна потеряет смысл, верно? Ведь Трибунал полностью уверен в том, что Кейн обвиняет в убийстве своего брата Дикаря.

– По-твоему, тогда они оставят Кейна в покое? – нерешительно предположила Джейд.

Натан торжествующе улыбнулся.

– Этот план решает сразу несколько проблем, – заметил он, выразительно покосившись на Джейд. Кейн кивнул.

– Джейд, пожалуй, пора менять образ жизни. Коль скоро Дикарь погибнет, ты не можешь…

Но это моя работа!. – воскликнула она Это все, что я умею!

– Пиратскими налетами руководил Гарри, – ответил Натан – Джейд при этом оставалась в тени. Зато уж на суше! Она весьма оригинальна и талантлива, Кейн: перед ней не устоит ни сейф, ни самый хитроумный замок…

– Иными словами, она просто чрезвычайно ловкий милый воришка! – протянул маркиз, исподлобья сверкнув глазами.

– Мне абсолютно все равно, что ты обо мне думаешь. Представление окончено, ты никогда больше меня не увидишь. стало быть, для меня не играет никакой роли…

Джейд замолкла на полуслове, услышав вопли Гарри Следом за ними раздался визг, видимо, какой-то насмерть перепуганной служанки.

– Извините, я только на минуту, – бросила она и, не дожидаясь ответа, выскочила из комнаты.

Как только за ней захлопнулась дверь, Кейн обернулся к Натану.

– Она наверняка скоро все поймет, – заметил он. – Надеюсь только, что к тому времени о гибели Дикаря уже станет известно и ее прозрение запоздает.

– Да, – кивнул Колин, – им уже известно про вашу связь, и убийство Дикаря теперь вряд ли что-то изменит. Вам обоим по-прежнему грозит смерть.

– Джейд давно уже все поняла, Колин. Разве ты не заметил, с каким облегчением она на нас смотрела? Уверен, в глубине души она и сама не прочь покончить с прошлым.

– А вы? – спросил Кейн у Колина. – Разве вы в состоянии без страха вернуться на море? Что касается Джейд, то она полагает, что обязана выполнить взятые на себя… обязательства – шепотом закончил он. – Возможно, таким путем она пытается самоутвердиться. Впрочем, не важно, что руководит ее поступками. Она нуждается в ком-то, кто лишит ее возможности решать самостоятельно и потребует прекратить прежние похождения.

– То есть в тебе? – уточнил Колин.

– Да.

В этот момент в гостиную вернулась Джейд.

– По-моему, тебе пока не стоит уезжать отсюда. Подожди, пока мы все обсудим, – предложил Колин.

– Может, ты еще посоветуешь мне отсиживаться здесь до тех пор, пока вы не разыщете Трибунал? – возмутилась она. – Я не хочу больше оставаться в этом доме, особенно после…

И тут она смешалась под выразительным взглядом Кейна.

– А как насчет Гарри? – спросил Кейн. – С ним у нас не возникнет проблем?

– С какой стати? – подавив зевок, ответил Колин. – Он отошел от дел. Ты ведь наверняка обратил внимание, что уже довольно долгое время о пиратских налетах не слышно.

– Тем не менее он может не согласиться с необходимостью сжечь корабль.

– Нет!!!

Джейд настолько ошеломила сама мысль об этом, что она едва устояла на ногах.

– Но ведь «Изумруд» был для Джейд родным домом, – грустно заметил Натан. – Не лучше ли разыскать похожее судно, раскрасить его под «Изумруд» и сжечь. Думаю, Гарри позаботится о том, чтобы схоронить от посторонних глаз настоящий корабль.

– А как насчет всего остального? – поинтересовался Кейн. – Пожар на корабле должно увидеть достаточно много народу, чтобы не сомневаться в гибели Дикаря.

– Да пожалуй, он мог бы заняться и этим, – подтвердил Натан.

– Я немедленно поговорю с ним, – поднялся Кейн.

Натан же подскочил к Колину:

– – Колин, тебе самое время передохнуть. – И прежде чем понял, что он делает, Натан подхватил друга на руки. Устроив его поудобнее, он направился прочь из гостиной.

Колин немедленно возмутился:

– Ради Бога, Натан, опусти меня! Я не ребенок!

– Не надо меня дурачить, – возразил Натан.

Джейд тотчас шепнула вслед:

– Натан весьма неплохо заботится о твоем брате, а, Кейн?

Но как только Кейн обернулся, поспешно потупила взгляд.

– Ты тоже преуспела в этом, Джейд.

– Он очень хороший, мой брат. – Она постаралась пропустить комплимент мимо ушей. – Просто привык прятаться за маской суровости. У него вся спина в шрамах от побоев. И он почему-то избегает рассказывать о том времени, когда его считали пропавшим, даже мне. Я знаю только, что в этом замешана женщина. Наверное, он полюбил ее всей душой, а она предала его, и оттого он ожесточился. Правда, Колину удалось найти путь к его сердцу. Их связывает бескорыстная, крепкая дружба. Колин не раз спасал Натану жизнь. Мой брат очень недоверчив, однако в данном случае…

– А тебе твой брат доверяет?

– О да, конечно. – Джейд недоуменно распахнула глаза. Она заметила глубокую нежность во взоре Кейна, но так и не поняла, почему он задал столь странный вопрос. – Колину ни за что не удалось бы самому вскарабкаться по этой лестнице. Натан это знал и решил не задевать его самолюбия.

Кейн на минуту задумался, прислушиваясь к громким протестам Колина.

Джейд нерешительно улыбнулась, поднялась с кресла и сцепила руки за спиной:

– Раз я пока не имею возможности покинуть Англию, надо будет написать леди Бриарс, что я принимаю ее приглашение.

– Нет.

– Это еще почему?

– Джейд, мне до смерти надоело повторять: ты останешься со мной.

– Но леди Бриарс будет рада, да и для тебя все станет намного проще, когда я уеду.

– С чего бы это?

– Потому что, оставшись наедине с самим собой, ты обязательно поймешь, что никогда не простишь меня.

– А ты ждешь моего прощения?

– Не совсем.

– Опять лжешь!

– Какое это имеет значение?

– Очень даже имеет, Джейд. Я же люблю тебя.

Заметив, что он шагнул ей навстречу, она отступила к дверям, не на шутку встревожившись. Пожалуй, отступление сейчас было самым логичным поступком.

– Почему ты на меня так смотришь?! – воскликнула она.

– Ты обвела меня вокруг пальца, вертела как вздумается, заставляла бегать кругами, но теперь этому конец, верно?

– Наконец-то до тебя дошло. – Она отступила еще на шаг. – Но если ты обратишься к логике, то поймешь, что на все это я пошла ради спасения вас с Колином. Только прежде тебе следует позабыть про гордыню… и гнев.

– Да неужели?

– Кейн через какое-то время ты станешь искренне благодарен за притворство. Тем более что все уже закончилось.

Кейн медленно покачал головой и еле заметно усмехнулся.

Поскольку Джейд не смела отвести взгляд в сторону, то не заметила, что отступает вовсе не к дверям, а в угол. И только прижавшись спиной к стене, она поняла, что загнана в ловушку.

Улыбка Кейна стала еще шире – он с самого начала предвидел это и от души забавлялся.

– Все кончено, Кейн, – онемевшими губами промолвила она.

– Нет, все только начинается, милая. – Он уперся руками в стену по обе стороны от нее.

– Ты имеешь в виду охоту на Трибунал, правда?..

– Нет, я имею в виду нас с тобой. – И он не спеша наклонился. – Ты позволила мне любить тебя, чтобы обезопасить себя?

– Глупости, – прошептала она.

– Отвечай!

– Ну конечно же, нет, – выдохнула девушка, потупив взгляд.

– Ты делала это, чувствуя себя виноватой передо мной?

– Да нет же! – в испуге вскричала она и тотчас сменила тон:

– Я никогда не стыдилась обманывать, ибо делала это виртуозно. Я горжусь своим талантом!

Кейну пришлось закрыть глаза и набраться терпения.

– Так почему же ты отдалась мне? – настаивал он.

– Ты же знаешь.

– Скажи сама.

– Потому что я этого хотела, – прошептала она.

– Почему?!

Она тряхнула головой, потом попыталась оттолкнуть его. Он не сдвинулся ни на дюйм.

– Ты не выйдешь из этой комнаты, покуда не скажешь всю правду, Джейд! Довольно лжи!

– Ты требуешь от меня слишком многого. – Она прежнему не смотрела на него.

– Имею право, – возразил он. – И ты проторчишь здесь до самого вечера, пока не…

– Ох, ну ладно, – прервала она. – Просто я поняла, что ты добрый, великодушный человек и к тому же я… неравнодушна к тебе.

На сей раз она взглянула ему прямо в глаза. Джейд поклялась, что вцепится ему в физиономию, если заметит хотя бы малейший намек на насмешку.

Он не смеялся. Он явно был рад ее признанию – не без самодовольства, конечно, но уж с этим ничего не поделаешь.

– Кейн, ты оказался совсем не тем человеком из досье, про которого я читала. Тебя по-настоящему не знал даже твой руководитель.

– Ты читала мое досье?!

Джейд тут же пожалела, что проболталась. Кейн что было силы тряс ее за плечи.

– Ну да, читала, – выпалила она. – Целую ночь. Довольно любопытно.

Кейн был скорее растерян, нежели зол.

– Джейд, но ведь досье должно было быть опечатано, а мое настоящее имя стерто.

– О, все было именно так, Кейн. Да, меры безопасности там предпринимают неплохие. Все двери на запорах, замки па каждом кабинете…

– Совершенно очевидно, что все это никуда не годится, – пробормотал он. – Ведь тебе удалось пробраться внутрь! Ты отыскала и прочла мое досье. Боже мой, я и сам его не читал!

– А тебе-то зачем? – поинтересовалась она. – Ведь это твоя жизнь. В досье просто содержатся выводы из описанных случаев. И почти ничего о твоей личной жизни. Да, там даже не упоминается про случай с братьями Келли!…

– Ты прочитала все-все и знаешь о моих деяниях?

– Ты делаешь мне больно, Кейн, – кивнула она – Пожалуйста, отпусти!

Он снова уперся руками в стену, отсекая ей путь к бегству.

– И все же, несмотря на то что ты все это знала… ты продолжала заботиться обо мне. Тебе не было страшно?

– Ну, немножко было, – созналась она. – Твоя история уж очень… колоритна. И я боялась, да, но, познакомившись с тобой, стала сомневаться в подлинности…

– Напрасно, – перебил он. – Описанное там – чистая правда.

– Ты выполнял свой долг, – прошептала она, вздрагивая от его резкого тона: Кейн, судя по всему, все еще не верил ей.

– Моя агентурная кличка?

– Охотник.

– Проклятие!

– Кейн, ну постарайся же наконец понять: мне было необходимо узнать о тебе все, что возможно.

– С какой это стати?

– Тебе угрожала опасность.

– До тебя все еще не дошло, что я сам могу позаботиться о собственной шкуре?

– Да, – согласилась она. – Но дала слово твоему брату охранять тебя.

– Мне все еще непонятно, с чего ты вообразила, что тебе необходимо ознакомиться с моим досье?

– Мне нужно было найти твое… слабое место. Да не смотри ты на меня так! У каждого человека есть своя ахиллесова пята.

– Интересно, что же ты раскопала?

– Как и твой отец, ты заслужил репутацию заступника слабых. Вот я и использовала в своих целях эту черту твоего характера.

– Притворившись, что тебе грозит опасность? Но ведь все эти события произошли на самом деле, ты…

– Я отлично могла позаботиться о себе сама, – выпалила она. – Как только я выскочила из кареты Натана, я отправилась на Отмели. Там меня ждали Мэттью с Джимбо. Втроем мы прекрасно отбились бы.

– Возможно, – согласился Кейн.

Понадеявшись на его растерянность, Джейд попыталась проскочить у него под рукой. Кейн просто навалился на нее.

– Ты поверил, что я такая слабая, и стал моим защитником, моим ангелом-хранителем, – закончила она.

– А на самом деле моим ангелом-хранителем была ты.

– Это тебя задевает?

– Хм, мое самолюбие и так достаточно ущемлено тем, что меня обвели вокруг пальца.

– Ну, у тебя хватит веры в себя, чтобы пережить этот удар, – лукавым шепотом произнесла она. – Ты готов был пожертвовать жизнью, защищая меня. Я ведь слышала, как ты клялся, не сомневаясь, что я сплю.

– Черт побери, Джейд, был ли хоть один миг, когда ты не притворялась?!

Она не ответила.

– Джейд, я дал тебе свое покровительство. А что отдала мне ты?

– Кучу лжи.

– Да кучу лжи, но и еще кое-что. – Ее щечки заалели, без сомнения, она понимала, о чем речь.

– Итак?

– Ну в общем, это… – забормотала она. – Девственность.

– Ты отдала мне свою любовь.

Она отрицательно покачала головой.

Он утвердительно кивнул.

– Нет, Кейн.

– Да! – повторил он. – Помнишь, что я сказал тебе в ту первую ночь, когда мы были вместе?

– Нет, – упорствовала она, помня, конечно, каждое слово.

– Ты опять лжешь, Джейд. Ведь у тебя талант в точности помнить все, что ты прочтешь или услышишь.

– Только то, что прочту, – протестовала она, снова пытаясь вырваться. Ее вдруг охватила волна жуткой паники.

Кейн прижался к ней еще сильнее и зашептал прямо в лицо.

– Ну так позволь напомнить, маленькая притворщица. Я сказал, что ты принадлежишь мне. Отныне и навсегда, Джейд.

– Ты вовсе так не думал, Кейн! – воскликнула она. – Я не стану ловить тебя на слове! – Джейд зажмурилась, вспомнив, как они занимались любовью – Сейчас совсем не время, чтобы… Кейн, перестань! – выпалила она, когда он наклонился и поцеловал ее в лоб. – Я обманывала тебя, притворялась. И к тому же, – добавила она, – ты не знал, что я и есть Дикарь. Все, что ты сказал той ночью, надо вычеркнуть из памяти.

– Я не желаю ничего забывать, – возразил он.

– Кейн, я не могу остаться с тобой! Я ведь не понравилась тебе и к тому же воровка.

– Нет, любимая, тебя вынудили стать воровкой. Но теперь тому конец. Тебя ждут перемены, Джейд.

– Ты абсолютно неспособен на перемены, Кейн. Ты такой упрямый!

– Да я говорю про тебя! – вскричал он. – Это тебе следует измениться!

– Ничего подобного.

– Но это неизбежно. Пора с этим кончать, Джейд.

– Почему?

– Потому что мне это не нравится, вот почему.

– Тебя не должно касаться то, чем я занимаюсь, – упрямилась она. – И от меня зависят многие люди, Кейн. Я не могу их бросить.

– Ну так пусть зависят от кого-нибудь еще, – заключил он. – А твоей воровской карьере пришел конец. У Джейд звенело в ушах от злости и страха.

– Как только я выберусь отсюда, ты больше никогда не увидишь меня. Не бойся, я не вернусь и не стану тебя грабить!

Джейд решила, что разговор окончен, и попыталась вырваться, но вдруг заметила в дверях Натана и Гарри. Они наверняка все слышали! Ведь они с Кейном так громко кричали. И стало быть, опять виноват Кейн: он выставил ее перед ними буйной истеричкой.

– С чего это ты забеспокоился, чем она занимается? спросил Натан.

К радости Джейд, Кейн ответил ему весьма сдержанно:

– Натан, по-моему, настало самое время расставить точки над i. Джейд, подожди в столовой с Гарри. Стернс, – окликнул Кейн дворецкого, – проследи, чтобы нам не мешали.

Судя по всему, Черный Гарри догадался, что сейчас произойдет. Он бросил Кейну:

– Одну минуту, мой мальчик. – И, стремительно подскочив к каминной полке, подхватил большой серебряный кубок. – просто позор, если погибнет такая вещь, правда? Лучше уж я прихвачу его с собой. – Заметив, что Джейд собралась возразить добавил:

– Кейн и сам хотел бы подарить его мне, девочка, так что перестань хмуриться.

Натан уже переступил порог гостиной. Шепотом пожелав джентльменам удачи, Стернс оттащил Джейд от дверей и плотно их прикрыл.

– И чем они собираются там беседовать? – спросила Джейд у Черного Гарри. – Они же едва знакомы!

Раздавшийся за дверьми грохот еще больше смутил ее.

– Боже мой! Они убьют друг друга! – вскричала она. – Гарри, ну сделай же что-нибудь! – С этими словами Джейд что было силы набросилась на Стернса, грудью загородившего дверь.

Гарри схватил ее за плечи:

– Ну же, девочка, у них чесались кулаки с самой первой минуты. Оставь их в покое. Лучше пойдем со мной в столовую – обещали подать десерт.

– Гарри, пожалуйста!!!

– Пойдем, пойдем, – увещевал Гарри. – Ребята уже заждались.

Дядя сделал очередную попытку увлечь ее за собой, но Джейд принялась кричать. Эти вопли не произвели на него никакого впечатления.

– Увы, ты всегда была на редкость упряма, девочка, – пробурчал старик, удаляясь восвояси и унося под мышкой драгоценный кубок.

Громкий стук в парадную дверь слился с грохотом дверей в столовую, захлопнувшихся за Гарри. Стернс заметался в нерешительности.

– Не угодно ли будет миледи поглядеть, кто там стучит? – прокричал он, перекрывая ужасный шум. Он застыл, скрестив руки на груди и прислонившись спиной к заветным дверям.

Джейд встала рядом, имитируя его позу:

– Миледи угодно посторожить эти двери, пока ты откроешь.

– Вам не обмануть меня, леди Джейд, – упрямо качнул головой дворецкий. – Вы хотите проникнуть внутрь, к маркизу.

– Конечно, хочу, – не отступалась она. – Кейн дерется с моим братом. Они наверняка поубивают один другого.

Стены вздрогнули от очередного, особенно сильного удара Стернс предположил, что кто-то из дерущихся запустил в стену диваном.

– Нет, Стернс, похоже, один из них впечатал в стену другого. Ох, ну пожалуйста…

Внезапно парадная дверь распахнулась, и Джейд со Стернсом разом обернулись.

– Герцог и герцогиня Вилльямширские! – в замешательстве прошептал Стернс.

Джейд моментально сменила тактику.

– Не смей отходить от дверей ни на шаг, – приказала она.

И двинулась навстречу родителям Кейна, приветствуя их вежливым реверансом. Герцог Вилльямширский мило ей улыбнулся. Герцогиня не обратила на Джейд никакого внимания: она прислушивалась к воплям, доносившимся из-за дверей гостиной. Мачеха Кейна даже вскрикнула от неожиданности.

– Ты взял ее невинной, ублюдок! – Громогласные обвинения Натана эхом разносились по всему фойе.

Джейд едва не провалилась сквозь землю: ей вдруг очень захотелось, чтобы Кейн все же заставил брата замолчать. Но она тотчас вспомнила про гостей.

– Добрый день! – воскликнула она. Приходилось кричать в полный голос, чтобы герцог с герцогиней хоть что-то расслышали. Джейд чувствовала себя совершенной дурой.

– Что здесь происходит? – осведомилась герцогиня – Стернс, кто эта леди?

– Меня зовут Джейд! – прокричала девушка. – Мы с братом друзья Кейна! – добавила она.

– И что же творится в гостиной? – удивилась герцогиня.

– Небольшой диспут, – ответила Джейд. – Кейн и Натан, мой брат, понимаете, они довольно горячо поспорили из-за… – Она беспомощно посмотрела на Стернса, лихорадочно стараясь что-нибудь придумать.

– Посевов! – выкрикнул Стернс.

– Посевов?.. – переспросил герцог Вилльямширский, явно сбитый с толку.

– Что за глупости! – воскликнула герцогиня. Ее коротко остриженные белокурые кудряшки затряслись от негодования.

– Да, из-за посевов, – подхватила Джейд. – Кейн уверяет, что ячмень и пшеницу можно сеять только через год. А Натан, с другой стороны, считает, что поля нельзя оставлять под паром. Верно, Стернс?

– Так точно, миледи, – подтвердил Стерн Услышав звон разбитого стекла, он поморщился:

– Милорд очень твердо стоит на своем.

– Да, – закричала Джейд. – Очень твердо! Герцог с герцогиней уставились на нее, не веря своим ушам. Скорее всего она казалась им помешанной. Джейд потупилась.

– Наверх, будьте добры, – предложила она.

– Не поняла, простите? – переспросила герцогиня.

– Пожалуйста, пройдите наверх, – повторила Джейд. – Вас там кое-кто ждет не дождется. По-моему, во второй комнате направо, хотя я могу ошибаться.

Ей опять пришлось кричать в полный голос, так как от грохота в гостиной у всех заложило уши.

Герцог Вилльямширский первым вышел из оцепенения. Он с чувством пожал Джейд руку.

– Будьте благословенны, моя милая, – сказал он. – Это, просто чудесно – видеть вас вновь. Вы сдержали слово. Я минуты не сомневался. – Тут до него дошло, что он попусту тратит время, и усилием воли отец Кейна заставил себя успокоиться. – Идем же, Гвенет. Джейд хочет, чтобы мы подняли наверх.

– Ты знаком с этой женщиной, Генри?

– Ох, милая, неужели я себя выдал? – спросил сэр Генри у Джейд.

– Я уже рассказала Кейну, что беседовала с вами, – покачала она головой.

Генри кивнул и обратился к супруге:

– Я познакомился с этой милой юной леди сегодня утром.

– Где? – спросила леди Гвенет, не давая увлечь себя наверх. – Отвечай сию же минуту!

– Она пришла проведать меня в кабинет, – ответил сэр Генри. – Ты тогда еще спала. Ну а теперь идем же, милая. Ты все поймешь, когда увидишь…

– Генри, но у нее рыжие волосы!

– Да, дорогая, – пропыхтел сэр Генри, поднимаясь вместе с ней.

– И зеленые глаза! – истерически захохотала леди Гвенет Ей пришлось кричать, чтобы муж мог ее услышать – Я отлично разглядела, что у нее зеленые глаза, Генри!

– Ты чрезвычайно наблюдательна, Гвенет!

Джейд следила за тем, как парочка скрылась на втором этаже.

– Похоже, в огонь подлили еще масла, не правда ли, Стернс?

– Крайне точное определение, миледи, – согласился он – Но не находите ли вы благословенной тишину в гостиной?

– Да, – откликнулась она. – Видимо, оба убиты.

– Хозяин не станет убивать вашего брата, – набычился Стернс. – По-моему, пора принести джентльменам стаканчик бренди. Их наверняка мучит жажда.

– Не жажда, Стернс, – возразила Джейд. – А смерть. Они оба мертвы!

– Ну, миледи, давайте верить в лучшее.

– А это и есть самое лучшее, – буркнула она и добавила – Ох, ну ладно, ступай за бренди Я покараулю.

– Верю вам на слово, – заметил дворецкий.

A у нее уже отпало всякое желание вмешиваться. Она так заводилась на Кейна и собственного братца, так была унижена появлением герцога и герцогини Вилльямширских в самый разгар ссоры, что готова была разреветься.

И с чего бы ей так беспокоиться о том, что подумают про нее родители Кейна? Она уезжает, вот и все. Она бы сию же минуту отправилась наверх укладывать вещи, если бы не боялась столкнуться нос к носу с герцогиней.

Стернс вернулся с графином и хрустальными бокалами, и она широко распахнула перед ним двери, тотчас остолбенев при виде картины полного разрушения. Некогда прелестная комната лежала в руинах. Похоже, там не осталось ни одной целой доски.

Стернс первым обнаружил виновников погрома и первым оправился от столбняка. Расправив плечи, он зашагал в угол, где, прислонившись спиной к стене, рядышком сидели Кейн и Натан.

При виде двоих забияк Джейд испуганно прикрыла рот. Победителя не было У Кейна красовалась здоровенная ссадина на лбу, как раз над правой бровью. Пол-лица было залито кровью, но он не обращал внимания на такую мелочь. Господь свидетель, он улыбался от уха до уха, как какой-нибудь баньши<Баньши – фольклорный персонаж, предвестник смерти.>.

Натан выглядел не менее потрепанным. Он получил глубокую рану на лице, из уголка рта сочилась кровь. Останавливая кровь носовым платком, он тоже, черт побери, улыбался весь рот, в то время как его левый глаз заплывал роскошным синяком!

Джейд буквально ошалела от счастья, увидев, что ни Натан ни Кейн помирать не собираются. Но уже в следующую секунду облегчение сменилось вспышкой ярости, и казалось – еще секунда, и девушка взорвется.

– Угодно ли было джентльменам покончить с диспутом? – поинтересовался Стернс.

– Угодно, – отозвался Кейн. Он обернулся и, заехав Натану в челюсть, спросил:

– Верно, Натан?

– Верно, – ответил Натан чрезвычайно довольным голосом, вернув удар.

– Вас, ребятки, следует развести по своим детским комнатам, – фыркнула Джейд.

Мужчины поглядели на нее, потом друг на друга. Ее оскорбленный вид явно развеселил их, так как они дружно расхохотались.

– Твой брат машет кулаками, как сопляк! – прорычал Кейн, содрогаясь от хохота.

– Черта с два! – возразил Натан. – Подай-ка мне бренди, Стернс.

Дворецкий опустился на колено и протянул каждому по бокалу.

– Стернс, ты хорошо подумал, предлагая им выпить? – всполошилась Джейд.

– Это значительно улучшит атмосферу, миледи, – сухо ответил Стернс. Он выпрямился, не спеша осмотрел руины и сказал:

– Я был прав, леди Джейд: в стену швырнули диваном.

Джейд тупо смотрела на то, что некогда являлось чайным столиком.

– Стернс, оставь нам графин, – приказал Кейн.

– Как вам угодно, милорд. Может быть, желаете, чтобы я помог вам подняться с пола, сэр?

– Он всегда так услужлив? – поинтересовался Натан.

– Услужлив? – рассмеялся Кейн. – Вот уж никогда бы сказал. Да он готов съесть мою порцию, если только я опоздаю к обеду.

– Пунктуальность является тем качеством, которому я обучаю вас и по сей день, милорд, – заметил Стернс.

– Ты бы лучше помог ему подняться, – посоветовал Натан. – Он же слабосильный, как… младенец.

И мужчины снова рассмеялись.

– Стернс, помощь требуется не мне, а ему, – возразил Кейн – Он пропустил намного больше ударов, чем я.

– Д ты никогда не сдаешься, верно, Кейн? – спросил Натан. – Ведь тебе отлично известно, что драку выиграл я!

– Черта с два! – Кейн воспользовался любимым выражением Натана. – Ты едва сумел до меня дотянуться.

Не в силах слушать дальше, Джейд развернулась и вознамерилась ретироваться. Однако Кейн, протянув руку, поймал ее за подол:

– Присядь на минутку, Джейд.

– Куда?! – вскричала она. – В этой комнате не осталось ни одного целого стула!

– Джейд, необходимо обсудить кое-какие мелочи. Мы с Натаном пришли к соглашению. – Тут он обратился к Натану:

– Похоже, она заупрямилась.

– Она всегда была упрямой, – кивнул тот. Кейн опустил бокал на пол и с трудом выпрямился.

– Натан! – окликнул он, не сводя глаз с беспомощно глядевшей на него женщины. – Не мог бы ты выползти отсюда на пару минут и оставить нас вдвоем?

– Уже ползу, – пробурчал Натан, поднимаясь на ноги.

– Но я не желаю оставаться с тобой наедине! – вмешалась Джейд.

– Жаль, – констатировал Кейн.

– Там, наверху, твои родители, – сообщила она, когда Кейн сделал попытку ее обнять. Увы, Джейд напрасно надеялась – эти слова не произвели на него ни малейшего впечатления. – Они слышали абсолютно все, – продолжала она. – Стернс им сказал, что у вас был диспут по агрономическим вопросам.

– По агрономическим вопросам? – переспросил Кейн.

– Если быть точным, по поводу чередования посевов, – важно кивнул дворецкий и развернулся, дабы покинуть гостиную вместе с Натаном. – Это было лучшее, что пришло мне в голову при тех обстоятельствах, милорд.

– А они ему не поверили, – шепотом добавила Джейд, словно сообщая о некоем смертном грехе.

– Я их вполне понимаю, – откликнулся Кейн, но, внезапно обнаружив, что Джейд вот-вот расплачется, бросился к ней. – Это очень тебя расстроило, милая?

– Нет, совсем не расстроило! – выкрикнула Джейд. Она так разозлилась на него, что даже не в силах была выбрать подходящее к случаю ругательство. – Я хочу уйти к себе, – прошептала она. – Мне нужно немного побыть одной.

Конечно, она не упомянула при этом, что собирается в одиночестве упаковывать вещи. Вряд ли Кейн с Натаном ей это позволят.

Не вымолвив ни слова на прощание, она двинулась из гостиной. Боже, как ей хотелось плакать. Но нельзя же давать сейчас волю слезам – разве что после того, как выговорится перед дядей. Она бы не хотела, чтобы он переживал из-за нее.

Генри с величайшим тщанием обследовал столовое серебро опустил к себе в сумку одну из вилок, когда услышал голос Джейд, и с улыбкой обернулся:

– Прихвачу-ка я все это серебро с собой, девочка. Кейн и его наверняка бы подарил мне его.

– Да – устало согласилась она. – Я уверена в этом. Дядя, я хочу поговорить с тобой.

Их команда немедленно удалилась в коридор. Джейд уселась рядом с дядей, взяла его за руку и обстоятельно рассказала о своих планах. Кроме того, она пересказала ему события последних двух недель, намеренно избегая упоминать про мучившие ее кошмары и про то, что спала с Кейном. Любой из этих фактов мог бы расстроить Гарри. Нет, он не в силах был избавить ее от ночных кошмаров или вырвать из сердца привязанность к Кейну.

Дядя неоднократно разражался ругательствами, но в конце концов согласился с ней. У него не возникало ни малейших сомнений в том, что Джейд способна позаботиться о себе сама. Как-никак, она была его воспитанницей, причем самой лучшей.

– Я буду поджидать тебя в коттедже, – пообещал он и, звонко чмокнув ее в щеку, напомнил:

– Береги себя, девочка. Негодяи всегда подползают сзади. Помни про Мак-Киндри.

Джейд кивнула. Гарри имел в виду пирата, который оставил на спине Джейд отметину от кнута. Он-то как раз и подкрался к ней сзади.

– Я помню, – заверила она.

Джейд оставила дядю инспектировать имущество Кейна и поднялась наверх, минуя по пути к спальне комнату Колина. Дверь была заперта, но она ясно расслышала раскатистый хохот герцога и непристойные рыдания герцогини. Судя по всему, мамаша Колина отдалась во власть эмоций и старательно поливала слезами каждый дюйм его израненного тела.

Благополучие Колина отныне от нее не зависит, ее выполнена.

Джимбо с Мэттью поджидали в коридоре. Джимбо протянул ей прощальный подарок Гарри.

– Мы отправляемся вместе с тобой, – еле слышно про шептал Мэттью.

– Ждите у задней калитки, – кивнула она.

– Я уже оседлал лошадей Кейна, – сообщил Джимбо.

– Этот малыш кончит жизнь на виселице за конокрадство, – осклабился Мэттью.

– Кейн не станет нам препятствовать, – возразил Джимбо и, подхватив саквояж Джейд, добавил, глядя на приятеля:

– Ты же не хочешь опозориться перед нашими. Какие же мы пираты, если ничего…

Конец его фразы она не расслышала, ибо парочка скрылась за углом. Джейд поспешила в спальню к Кейну. Положив на ею кровать белую розу на длинном стебле, она шепнула:

– Я – Дикарь.

Ну, вот и все. Повернувшись, чтобы уйти, Джейд заметила на спинке стула черный халат Кейна. Повинуясь внезапному порыву, она подхватила халат и зажала под мышкой. Он все еще источал запах Кейна – пусть слабый, едва различимый, но достаточный для того, чтобы вдыхать его одинокими ночами, когда кошмары не дадут ей заснуть.

Настало время уходить.

И Кейн, и Натан не сомневались, что Джейд отдыхает у себя в комнате. Кейн хотел было сходить за ней, но Натан посоветовал на время оставить его сестру в покое.

– Может, ты до сих пор не заметил, Кейн, но Джейд не из тех, кто легко подчиняется, – пояснил Натан.

Возможностей убедиться в этом у Кейна было более чем достаточно, и он молча согласился. Они принялись обсуждать создавшееся положение. Гарри пришлось прервать инвентаризацию имущества и присоединиться к ним.

Дядя Джейд обладал весьма острым умом. Наблюдая за ним Кейн сделал удивительное открытие. Гарри к тому же оказался образованным человеком. Впрочем, сам он в этом никогда бы не признался. А сейчас все ворчал и ворчал по поводу необходимости расстаться с кораблем.

– Он построен из лучшей древесины, – бурчал он. – Хотя конечно, не в этом дело. Спалить мой чудесный «Изумруд», – вздыхал старик. – Это же прямо клинком по сердцу! Любимый корабль моей малышки. Столько лет «Изумруд» был для нас с Джейд родным домом.

Тем не менее Гарри полностью согласился с Кейном насчет того, что Джейд пора кончать с прежней жизнью.

Прошло не меньше двух часов, пока планы были согласованы ко всеобщему удовлетворению. Гарри вернулся в столовую.

– Он явно собрался пустить тебя по миру, – съехидничал Натан. – Если бы мог, наверное, выкрал бы и тебя самого, – с ухмылкой добавил он. – Гарри очень щепетилен в соблюдении приличий.

– Пусть себе тащит что хочет, – ответил Кейн. – У Джейд было достаточно времени, чтобы успокоиться, Натан. Самое время нам с ней потолковать.

– Если ты начнешь поучать ее, то только…

– Я не собираюсь ее поучать, – перебил Кейн. – Я просто ознакомлю ее со своими планами на будущее.

– Похоже, что поучают меня, – пробурчал Натан. В холле Натан с Кейном встретились со спускавшейся по лестнице герцогиней. Мачеха Кейна сияла улыбкой, хотя все еще промокала уголки глаз изящным платком. Она явно от наплакалась.

Заметив Натана, леди Гвенет едва не свалилась с лестницы. Судорожно вцепившись в перила, она тихонько вскрикнула. Одна ко довольно скоро пришла в себя и шепотом спросила у Кейна:

– Это и есть тот пират, что дружит с Колином?

– Хотя я и не пират, не Дикарь, мадам, но мы действительно друзья с вашим сыном, – откликнулся услышавший ее Натан.

Видимо, голос его показался даме слегка грубоватым она вся затряслась и прижалась к Кейну. От испуга ее карие глаза широко распахнулись, однако она отважилась-таки улыбнуться.

– А вы очень похожи на пирата, – заметила герцогиня и начала приводить свой туалет в порядок.

– Вам часто доводилось встречать пиратов, мадам? – поинтересовался Кейн.

– Нет, я никогда прежде не видела их, – призналась она – Но этот джентльмен полностью соответствует моим о них представлениям. Наверное, всему виной эти длинные волосы, – пояснила она, снова храбро взглянув на Натана. – Ну и конечно, шрамы.

– И немножко крови на физиономии, – добавил Кейн.

– И это тоже, – согласилась мачеха.

По серьезному выражению ее лица стало ясно, что она не оценила юмора.

– Пираты вообще очень драчливы, – сообщила герцогиня.

– Мадам, разве Колин так и не объяснил, что.. – начал Кейн.

– Мой сын настаивал на том, чтобы сохранить в тайне истинную личность Дикаря, – перебила леди – Но ведь я вовсе не слепа – Она многозначительно кивнула в сторону Натана.

– Я кое-что понимаю в жизни. Я знаю, кто такой Дикарь. – убежденно заключила она. – И Генри тоже знает.

– Генри? – переспросил Натан.

– Мой отец, – пояснил Кейн.

– Генри никогда не ошибается, уважаемый, – провозгласила герцогиня.

Натан согласно кивнул.

– Стало быть, придется мне стать Дикарем, – с улыбкой ответил он. – Коль скоро Генри никогда не ошибается.

– Не беспокойтесь, сэр, – милостиво улыбнулась леди Гвенет. – Я сохраню вашу тайну. Ну а куда же делась та милая леди, с которой я столь ужасно обошлась, Кейн?

– Разве вы можете с кем-то поступить ужасно, мадам? – возразил Кейн.

– Но я не представилась ей должным образом. Так где она?

– Наверху, отдыхает, – откликнулся Натан – А зачем вам?

– Вы и сами прекрасно знаете зачем, – с явным неудовольствием сообщила герцогиня.

– Я знаю? – недоумевал Натан.

– Ну, прежде всего мне, конечно, следует извиниться за свое поведение, а кроме того, поблагодарить за то, что она сделала для нашей семьи.

– Натан – брат Джейд, – пояснил Кейн.

– Я догадалась, – отозвалась леди Гвенет – У него такие же зеленые глаза. – И герцогиня отважно приблизилась к человеку, которого принимала за заправского пирата. – Наклонитесь, мой мальчик. Я должна наградить вас поцелуем за столь верною дружбу с моим сыном.

Натан слегка смешался. Этот непререкаемый тон отдающего приказания командира! Мужчина внезапно почувствовал себя маленьким школьником – сам не зная отчего.

Однако подчинился.

– Вам следует смыть всю эту кровь, дорогой, – замети герцогиня, целуя его в обе щеки. – И тогда Генри сможет представить вас нашей семье.

– А он тоже поцелует его, мадам? – лукаво спросил Кейн. Он явно забавлялся растерянностью Натана.

– Конечно, нет, – ответила мачеха.

– А с какой стати он должен представлять меня всей семье? – поинтересовался Натан.

Герцогиня загадочно улыбнулась, но до объяснений не снизошла, а обратилась к Кейну:

– Я должна была догадаться, что с леди Айсели ничего не выйдет.

– Что за леди Айсели? – Натан тщетно пытался понять, о чем идет речь.

– Сплошное недоразумение, – ответил Кейн.

– Генри все разгадал, – заявила герцогиня, оставив его грубость без внимания. – Зеленые глаза! Ну и конечно, рыжие волосы. – Она поправила свои белокурые локоны и через плечо бросила Натану:

– Генри никогда не ошибается.

Натану в очередной раз пришлось согласиться. И хотя он не имел ни малейшего представления о том, что ей угодно иметь в виду, такая вера в мужа, несомненно, заслуживала глубокого почтения.

– Генри просто непогрешим, – выразил Кейн мысль Натана.

– Мой мальчик ужасно ослаб, – заметила герцогиня. – И исхудал, как тростинка. – Она направилась к столовой. – Я должна дать указания Стернсу. Колину следует хорошо питаться.

Кейн, предвкушая встречу с Джейд, напрочь позабыл про Гарри с его людьми. Натан же хотел было предупредить Кейна и попытаться познакомить этих необычных гостей с мачехой Кейна, но передумал и решил пустить все на самотек.

Кейн уже успел почти преодолеть лестницу, когда он начал отсчет. Уже на цифре пять воздух потряс пронзительный вопль.

Кейн тотчас застыл как вкопанный, затем обернулся и увидев расплывшегося в улыбке Натана.

– Что за… – начал было Кейн.

– Гарри, – пробасил Натан.

– Черт! – И Кейн скатился вниз по лестнице. – Гарри!

Герцогиня вопила не хуже любой дикарки.

– Будь ты проклят, Натан, – взревел Кейн. – Ты что, не мог напомнить?!

– Конечно, мог, – рассмеялся в ответ Натан.

Тут на лестницу выскочил отец Кейна.

– Господи, да что же это?! – вскричал он. – Кто так кричит?

– Ваша супруга, сэр, – ответил Натан прежде Кейна.

Кейн выразительно глянул на Натана и вновь обернулся к отцу. Он разрывался от желания поспешить на помощь мачехе и удержать отца от непредумышленного убийства.

То, что он увидел в глазах отца, побудило его заняться им в первую очередь. Кроме того, Кейн знал, что, если даже Гарри и напугает до полусмерти его мачеху, более серьезного вреда он ей не причинит. И перехватил на бегу Генри.

– Отец, все не так уж страшно, правда!

– Ваша супруга только что познакомилась с Черным Гарри, – добавил Натан, так как герцог явно ничего не понимал.

Сэру Генри удалось вырваться из рук Кейна в тот самый момент, когда двери в столовую распахнулись и оттуда потянусь процессия самого устрашающего вида.

Черный Гарри шествовал последним и силой волок за собой герцогиню.

Натан не мог удержаться от смеха, Кейн тряхнул головой, сэр Генри… Он не спускал глаз со сверкавшего золотыми зубами верзилы, шагавшего к парадным дверям с серебряным кубком под мышкой. Сэр Генри взревел и ринулся за ним. Кейн с Натаном бросились наперерез.

– Отец, позволь, я разберусь сам!

– Пусть уберет руки от моей жены!

– Генри, сделай же что-нибудь! – кричала леди Гвенет – Этот… человек решил забрать меня с собой!

– Ну, Гарри, ты же не можешь… – выступил вперед Натан.

– С дороги, сын! – рявкнул отец Кейна.

– Отец, Гарри наш друг, – увещевал Кейн. – Он – дядя Джейд. И ты в долгу перед ним за спасение Колина. Генри в ответ лишь наградил сына уничтожающим взглядом.

– Позволь, я улажу все сам, – снова попросил Кейн. Прежде чем герцог успел возразить, Кейн окликнул:

– Гарри!

Черный Гарри, не выпуская герцогиню, моментально развернулся. Конечно, Кейн заметил грозное выражение на его лице, но не пропустил и лукавые искорки в глазах. Приличия, решил он про себя. И гордость. Все это требует жертв.

– Я забираю ее с собой, – сообщил Гарри присутствующим. Его команда дружно закивала в подтверждение. – Кейн все равно бы преподнес ее мне в подарок.

– Нет, – возразил Кейн. – Отнюдь.

– Неужели ты такой негостеприимный, мальчик?

– Гарри, но так нельзя.

– Но ведь это честный обмен, и только, – упрямился Гарри. – Ты собрался забрать мою девочку, верно? – – Верно, – кивнул Кейн.

Ну а я возьму твою, – довольно заключил Гарри.

– Гарри но она вовсе не моя. Мадам, не могли бы вести себя потише. – обратился он к мачехе. – Мне надо вести переговоры с этим упрямым пиратом. Натан! Если не прекратишь гнусный смех, я снова расквашу тебе нос!

– Кто тебе эта женщина, Кейн? – осведомился Гарри. – Ты назвал ее мадам. Что все это значит?

– Она – жена моего отца.

– Но она ведь не твоя мать?

– Она моя мачеха, – уточнил Кейн.

– Ну, так значит тебе будет все равно, заберу я ее или нет.

– Но она для меня как родная мать, – заверил Кейн, недоумевая, что же за игру затеял Гарри.

– А ты зовешь его сыном? – грозно спросил Гарри у своей прелестной пленницы.

На лице герцогини испуг сменился растерянностью, и она пробормотала:

– По-моему, он бы сам этого не хотел.

– Стало быть, ты его не любишь, – заключил Гарри.

Герцог Вилльямширский перестал вырываться из рук Кейна. Напротив, слегка улыбнулся и расслабился, вспомнив упреки Джейд в недостаточном внимании к старшему сыну. Он уже обо всем догадался: герцогиня должна убедить Гарри в своей любви к Кейну.

– У меня нет любимчиков! – вскричала леди Гвенет. – Я одинаково отношусь ко всем своим детям.

– Но он-то не твой!

– Ну вот еще, конечно, мой, – фыркнула герцогиня. Теперь ее страх сменился гневом. – Да как ты посмел подумать… – возмутилась она.

– Ну, ежели ты назовешь его сыном, – перебил Гарри, – а он назовет тебя мамой – я, конечно, не осмелюсь…

– Ради Бога, Гвенет, назови Кейна сыном! – вскричал сэр Генри, старательно изображая отчаяние. Его так и подмывало рассмеяться.

– Сынок! – выпалила Гвенет.

– Что, мама? – ответил Кейн, не сводя глаз с Гарри.

Гарри выпустил свою жертву и с громогласным хохотом проследовал к двери. Леди Гвенет бросилась в объятия к мужу, а Кейн выскочил на крыльцо.

– Ну ладно, Гарри, теперь выкладывай, что все это значит?

– Моя репутация, – процедил Гарри, когда его люди удалились на достаточное расстояние. – Не забывай, я ведь пират.

– А что еще? – не унимался Кейн.

– Моя девочка беспокоилась, что из Колина сделали любимчика, – наконец признался Гарри.

– Да с чего она это взяла? – донельзя удивился Кейн.

– Не важно, – пожал плечами Гарри. – Я не желаю, чтобы она беспокоилась – не важно почему. А тебе, знаешь ли, придется просить у меня ее руки. И сделать это по всей форме, перед всей командой. Только так ты сможешь ее получить, сынок. – Он улыбнулся Кейну и добавил:

– Ну а сперва, конечно, надо будет ее отыскать.

– Черт побери, Гарри, разве она не наверху? – У Кейна от отчаяния внутри все похолодело. Гарри покачал головой.

– Где она?

– Не надо так кричать, сынок, – ответил Гарри. – Все равно я не скажу, где она. – И он махнул рукой матросам, внимательно следящим за ними. – Это будет предательством.

– Боже мой, неужели ты…

– А я все дивился, как это ты до сих пор не заметил: нет ни Мэттью, ни Джимбо, – перебил Гарри. – Неужели не странно?

– Но ей все еще грозит опасность!

– С ней ничего не случится.

– Скажи мне, где она! – потребовал Кейн.

– Ну, насколько я могу судить, она улепетывает от тебя. Не желая тратить попусту время, Кейн ринулся назад, едва не сорвав дверь с петель.

– Куда ты, мальчик? – окликнул Гарри с откровенной издевкой. Кейн готов был его убить.

– На охоту.

– А ты справишься?

Кейн не удостоил его ответом.

– А она неплохо разыграла свой маленький спектакль! Я бы сказал, ей удалось произвести впечатление! – крикнул Гарри ему в спину.

– Что это значит, Гарри? – обернулся Кейн.

– Полагаю, тебе теперь самое время произвести впечатление на нее – ежели, конечно, сможешь.

Кейн, не дослушав, уже вбегал в спальню. Он торопливо стягивал через голову рубашку, когда вошел Натан.

– Ну а теперь что стряслось? – спросил он.

– Джейд сбежала.

– Черт! – выругался Натан. – Ты собираешься за ней?

– Да.

– Я с тобой.

– Нет.

– Тебе может понадобиться моя помощь.

– Нет! – рявкнул Кейн. – Я разыщу ее сам!

– А ты умеешь идти по следу? – нерешительно спросил Натан.

– Умею, – кивнул Кейн.

– Она оставила тебе подарок.

– Я уже видел.

Натан подошел к кровати и поднял с подушки розу на длинном стебле. Вдохнув ее аромат, он выглянул из окна.

– Она тебя любит? – наконец поинтересовался он.

– Любит, – неожиданно мягко ответил Кейн. – Только не может пока признаться самой себе.

– А я бы истолковал эту розу как последнее «прости», – заметил Натан, кидая цветок обратно. – Она хотела тебе напомнить, кто она такая, Кейн.

– Это лишь одна часть ее замысла. – Кейн уже успел полностью переодеться и направлялся к двери.

– То есть? – шагая за ним, спросил Натан.

– Гарри был прав, – пробормотал Кейн.

– В чем?

– Она старается произвести на меня впечатление.

– Верно, – со смехом согласился Натан. Кейн окликнул Стернса:

– Лайон сейчас ищет Ричардса. Когда они прибудут, пусть дожидаются меня – не важно, как долго.

– А что, если ваш друг не найдет Ричардса? – спросил Стерне.

– Найдет, – ответил маркиз. – Возможно, я задержусь до завтрашнего утра, Стерне. Присмотри тут за всем, ну, ты знаешь.

– Милорд имеет в виду часовых? Кивнув, Кейн направился к дверям.

– Куда вы направляетесь, милорд?

– На охоту.

Двери за ним с треском захлопнулись.

Глава 14

Мэттью с Джимбо выглядели не менее измотанными, чем сама Джейд, когда они наконец добрались до цели. Было решено заночевать в небольшой гостинице на отшибе, которой любил пользоваться Гарри, находясь в бегах. По настоянию Джейд они долго петляли, потратив лишних два часа только на то, чтобы уйти от возможной погони. Хозяин гостиницы был давним приятелем Черного Гарри, несмотря на свою сомнительную репутацию – зато именно благодаря ей он не задавал постояльцам лишних вопросов. И, даже слегка удивившись тому, что прилично одетая юная леди путешествует в обществе головорезов, судя по виду, готовых кому угодно перерезать глотку за пару пенсов, хозяин смолчал.

Джейд расположилась в комнате на втором этаже. Джимбо и Мэттью – по обе стороны от нее. Дощатые перегородки между комнатами оказались такими тонкими, что можно было не сомневаться: никто не проберется незамеченным в их временную твердыню. А по рассохшейся скрипучей лестнице не проскочила бы бесшумно и мышь.

Джейд приняла горячую ванну и закуталась в халат Кейна. Она еле двигалась от усталости. Даже давно затянувшаяся рана снова давала о себе знать.

Джейд заснула, молясь о том, чтобы в эту ночь кошмары оставили ее, не то она закричит и всполошит Мэттью и Джимбо.

Ночью стало довольно прохладно. Джейд, зябко кутаясь в одеяло, даже не заметила, как рядом оказался Кейн. Он обнял ее, нежно привлек к себе, и она блаженно вздохнула, прижавшись к такому знакомому теплу.

Лунный свет струился в подслеповатое оконце. Заметив на Джейд свой халат, Кейн улыбнулся, осторожно снял его, затем извлек из-под подушки кинжал и принялся целовать ее. Она проснулась не сразу.

– Кейн? – полусонным шепотом спросила она.

– Да, любимая, – откликнулся он, после чего языком раздвинул ей губы. Она вся затрепетала; именно такой реакции он и добивался.

Его рука скользнула по ее груди, затем вокруг пупка…

Она снова вздохнула в полусне. Он был таким горячим, так восхитительно пах – и так чудесно умел прогнать холод!

Кейн не оставлял своих лобзаний, пока Джейд не проснулась окончательно и не поняла, что происходит. Реальность заставила ее встрепенуться. Он тут же зажал ладонью готовый вырваться крик.

– Тише, милая, ведь если ты закричишь, мне придется расправиться с Мэттью и Джимбо, которые ринутся тебя спасать, – прошептал Кейн. Он перевернул ее на спину и улегся сверху. – Ты ведь не желаешь им зла, не так ли?

Джейд замотала головой. Кейн убрал руку.

– Ты голый.

– И ты тоже. Очень удобно, ты не находишь?

– Нет.

– Да, – возразил он. – А какие дивные ощущения! Ощущения были действительно восхитительные, однако она предпочла промолчать.

– Как ты пробрался сюда?

Он поцеловал ее в ответ. Она пихнула его в плечо:

– Кейн, что ты здесь делаешь?

– Произвожу на тебя впечатление, милая.

– Что?!

– Постарайся вести себя потише, любовь моя, – посоветовал он. – Иначе проснутся твои мальчики.

– Они не мальчики, – задыхаясь от негодования, пробормотала она, инстинктивно уткнувшись в волосы у него на груди И ей совершенно не хотелось, чтобы он взял и ушел. Боже, как же она растерялась!

– Что-то я не совсем понимаю, Кейн.

– Ну конечно же, ты все понимаешь, милая. – Он поцеловал ее в переносицу. – Боже, до чего мне нравятся эти веснушки, – тихонько застонав, признался он И припал к ней долгим, жадным поцелуем, а когда их губы разомкнулись, она уже цеплялась за него.

– Значит, ты пришел попрощаться со мной? – торопливым шепотом спросила девушка, стараясь поскорее совладать с собой. Этот вопрос, несомненно, должен был обозлить его. Опять глухая оборона, подумал Кейн.

– Нет, я пришел любить тебя. – И улыбнулся этому своему обещанию.

Сердце Джейд забилось тяжелыми толчками. А все его проклятая ямочка на щеке! Она не дает ей покоя… Он кажется таким мальчишкой. Впрочем, рядом с собой она ощущала тело мужчины в расцвете сил, с гладкими стальными мышцами, тело воина. Она не могла удержаться, чтобы не пощекотать его ноги кончиками пальцев.

– В один прекрасный день, любимая, ты поймешь, как крепко я привязан к тебе. Ты – свет моих очей, мое тепло, моя вторая половина. Я чувствую себя живым только подле тебя. Я люблю тебя. – Он поцеловал ее. – Когда-нибудь ты тоже признаешься, что любишь меня. Ну а в данный момент я буду доволен и тем, что ты хочешь меня.

Она замотала головой. В ее глазах Кейн успел разглядеть смущение и страх. Нежно улыбаясь, он тихонько раздвинул ей колени и устроился между восхитительных шелковистых бедер. Своим отвердевшим копьем он пощекотал мягкий живот.

– Ведь ты хочешь меня, любимая.

Она зажмурилась и беспомощно вздохнула. Кейн легонько покусывал ей губы, пока она не ответила ему, и их языки слились в любовном танце.

– Кейн, что ты… – Ее вопрос потонул в очередном поцелуе.

– Это иногда называется взять силой, Джейд.

– Нет.

– Гарри оценил бы меня по достоинству, – лукаво протянул он. Он покрывал мелкими, возбуждающими поцелуями чувствительную кожу у нее на шее, она уже не могла сдержать трепет. – Ты моя, Джейд, – продолжал он. – И чем быстрее ты это поймешь, тем лучше будет для тебя самой.

– А что потом, Кейн? – спросила девушка. Он поднял голову и заглянул ей в глаза. Там читался все тот же страх и беззащитность.

– Ты научишься верить мне, – прошептал он. – И мы будем жить долго и счастливо.

– Никто не живет долго и счастливо.

– А вот мы будем.

– Оставь меня, Кейн, – не сдавалась она. – Ты же…

– Надежный, как скала, – прервал он. – И к тому же человек, на которого можно положиться. И я не оставлю тебя. – Последние слова он произнес лихорадочным шепотом.

– Конечно, ты не оставишь меня. Ведь это я тебя оставлю.

– Я люблю тебя.

– Но ты скоро устанешь от меня, – со слезами в голосе возразила Джейд. – Я не способна измениться даже ради тебя.

– Ну и ладно.

– Ладно?.. – Ее глаза недоверчиво распахнулись.

– Если тебе угодно оставаться воровкой – ради Бога. Я все равно не устану от тебя, что бы ты ни вытворяла. И никогда тебя не оставлю.

– Ты и сам не заметишь, как это случится.

– Я понимаю, тебе нужно время, чтобы убедиться, – целуя ее в лоб, сказал Кейн. – Ты могла бы дать мне хоть пару месяцев.

– Кейн, я не думаю…

– Ты у меня в долгу, Джейд.

– Я… что? – Она совершенно недоумевала. – С какой это стати?

– Потому что ты обманывала меня, – пояснил он. – И к тому же причинила массу неудобств. Сидел я себе спокойно, занимался своими делами, пока той ночью ты не заявилась в таверну…

– Но ко всему прочему я спасла твоего брата, – перебила она.

– Что только усугубляет муки моей уязвленной гордости, – подытожил он. – Мужчине никогда нельзя показывать, что его обвели вокруг пальца.

– Кейн, во имя всего святого…

– Обещай, что останешься со мной еще на два месяца, иначе я изнасилую тебя с таким шумом, что сюда примчатся и Мэттью, и Джимбо. – Эта более чем странная угроза возымела Действие. Джейд заглянула ему в глаза и поняла, что он не шутит.

– Ты сам себя возненавидишь.

– Обещай же, Джейд. Сию минуту. – Он заговорил так громко, что Джейд пришлось с перепугу зажать ему ладошкой рот.

– Ты не мог бы объяснить, почему выбрал именно два месяца вместо одного, или трех, или… И естественно, на протяжении этих двух месяцев ты будешь тащить меня к себе в постель каждую ночь, верно?

– Непременно, – улыбнулся он. – Разве ты не знаешь, что я горю от желания, стоит мне только взглянуть на тебя? – Он теснее прижался к ней, чтобы она ощутила доказательства его правдивости. – Чувствуешь, как сильно я тебя хочу? Так хочу, что это причиняет мне боль.

Джейд покраснела от такой откровенности.

– Тебе не следует говорить мне такие вещи, – прошептала она. – А мне не следует их слушать.

– Тебе они нравятся, – заверил Кейн. Он снова припал к ее губам и языком проник к ней в рот. Джейд не сопротивлялась. Она слишком хотела его, чтобы остановиться. Она прижалась было к нему, но тут же замерла, так как кровать под ними пронзительно скрипнула.

– Мы не можем… – со стоном взмолилась она.

– Мы можем, – возразил он страстно.

Его ласки довели ее до безумия. Она стала горячей, влажной, готовой слиться с ним, сознавая, что иначе сгорит заживо от разбуженного в ней пожара. Она едва не закричала от страсти, но он накрыл ее губы своими. Джейд пришла в такое неистовство, что попыталась сама погрузить его в себя. Он скинул с кровати одеяло и скатился на пол, не выпуская Джейд из рук, так что основной удар он принял на себя. Джейд оказалась сверху. Она попыталась было откатиться, но он не пускал.

– Прими меня, любимая, – прошептал Кейн, раздвигая ее ноги.

Джейд так возбудилась, что с трудом соображала, чего он хочет. Кейн придержал ее за бедра и не спеша вошел в нее, хрипло застонав от наслаждения. Джейд вторила ему, громко всхлипывая.

Войдя в нее до конца, Кейн захватил прядь ее волос и притянул к себе; они слились в поцелуе.

Волшебный ритм движений лишил любовников рассудка. Атаки Кейна становились все сильнее, все неистовее. Он уже не мог да и не хотел помнить об осторожности.

– Возьми меня с собой на небеса, Джейд, – зашептал он, чувствуя, что вот-вот оросит ее горячим семенем. – Я позабочусь о тебе, любимая.

Джейд достигла вершины экстаза секундой позже. Она вся изогнулась, стиснула его что было сил и до крови закусила губу, чтобы не закричать во весь голос, а потом без сил рухнула на него.

Потом уткнулась ему в плечо. Оба обливались горячим потом. Джейд легонько лизнула солоноватую кожу и замерла, дожидаясь, пока успокоится сердце. Изнемогая от усталости и счастья, она была не в силах шевельнуть пальцем и лишь умиротворенно вслушивалась в его сердцебиение.

– О чем ты думаешь, Джейд? – спросил он. Не дождавшись ответа, он слегка потянул ее за волосы. – Тебе ведь было хорошо. Или ты собираешься отрицать это?

– Нет, – робко шепнула она.

Одним движением Кейн вскочил на ноги, по-прежнему не разжимая рук. Оба вновь оказались в кровати, под одеялами, и Джейд попыталась повернуться к нему спиной, однако он не. позволил.

– Итак? – осведомился он.

– Что? – Она завороженно глядела в эти темные глаза, способные свести ее с ума.

– Я был неплох, не так ли?

Ах, вот опять эта бесподобная ямочка! Она невольно улыбнулась и спросила нарочито невинным тоном:

– Ив чем же, позволь полюбопытствовать?

– В искусстве брать силой.

– В общем, да, – выдохнула она.

– И я произвел на тебя впечатление?

– Возможно, до некоторой степени, – заявила Джейд и тотчас тихонько вскрикнула, почувствовав его руку у себя между ног. – Что ты делаешь?

– Снова произвожу на тебя впечатление, милая.

Много позже, когда Джейд снова обрела способность мыслить, она пришла к выводу, что этот мужчина сдержал слово и оказался куда выносливее ее. Силы оставили ее, и она тут же заснула в объятиях Кейна, шептавшего ей слова любви.

К полудню следующего дня они вернулись в усадьбу Кейна. Мэттью с Джимбо с невероятной поспешностью отправились восвояси на Отмели. Оба были готовы провалиться сквозь землю от постыдной оплошности: ведь они попросту прошляпили появление маркиза. Поначалу Мэттью казалось, что он умрет от унижения, даже несмотря на то что Джейд, конечно, пообещала сохранить все в тайне.

Черт побери, он проснулся оттого, что Кейн толкнул его в плечо; и одному господу ведомо, как этакий здоровенный парень пробрался в комнату, не издав ни единого звука.

Как только они добрались до усадьбы, Джейд наспех переоделась и прошла в кабинет, чтобы составить копии писем. Кейн изложил ей разработанный ранее план действий, и Джейд горячо воспротивилась тому, чтобы связаться с сэром Ричардсом, хотя и согласилась, что Лайон заслуживает доверия.

– Вот познакомишься с сэром Ричардсом, сама оценишь его так же высоко, как Лайона, – убеждал Кейн. – И поверишь ему также безоговорочно.

– Кейн, мне нравится Лайон. но это вовсе не значит, что я готова ему довериться, – упрямилась Джейд – Нет, нет. – продолжала она, – уважать человека и верить ему – совершенно разные вещи.

– Но тогда почему же ты поверила Лайону? – спросил он, улыбаясь ее горячности.

– Я читала его досье, – ответила она. – Да будет тебе известно, Кейн, по сравнению с ним ты просто святой!

– На твоем месте я бы не болтал об этом, – посоветовал Кейн.

– Да, – согласилась она. – Скорее всего он ощетинится точно так же, как ты. Досье Лайона оказалось таким же пухлым, как и твое, вот только у него не было агентурной клички.

– Джейд, сколько же досье тебе удалось прочесть всего? – с раздражением спросил Кейн.

– Совсем немного, – невинно откликнулась она. – Кейн, ты не даешь сосредоточиться на письмах. Пожалуйста, не отвлекай.

Дверь в библиотеку распахнулась, на пороге появился Натан:

– Почему никто не попытался добраться до тебя в этом доме, Кейн? Это чертовски уединенное место, и я подумал, что..

– Кто-то делал такие попытки в тот самый день, когда мы приехали сюда, – заметила Джейд, не отрываясь от дела, а Кейн поведал ему подробности неудавшегося покушения.

– Натан, как мило ты выглядишь! – воскликнула Джейд, наконец-то взглянув на брата, облаченного в весьма изысканную рубашку и брюки.

– Эта рубашка мне чертовски знакома, – процедил Кейн сквозь зубы.

– Она твоя, – ухмыльнулся Натан. – И кстати, пришлась как раз впору. Колин тоже позаимствовал кое-что из твоего гардероба. Мы не успели как следует экипироваться. А потом? Покушения не возобновляли? – нахмурившись, спросил Натан, нетерпеливо меряя комнату шагами. Кейн лениво привалился к краю стола.

– Возобновляли.

– Что? – переспросил Натан. – Когда?

– Нет, этого не было, – вмешалась Джейд. – Я бы знала.

– За последние десять дней было еще четыре попытки.

– И? – Натан жаждал подробностей.

– У них ничего не вышло.

– Почему мне ничего не сообщили? – возмутилась Джейд.

– Я не хотел тебя беспокоить, – ответил Кейн.

– Значит, ты знал про Мэттью и Джимбо, – заметил Натан.

– Да, – подтвердил Кейн. – Но я не трогал их, пока они не спалили мои конюшни. Тогда пришлось с ними побеседовать. Неужели нельзя было придумать иного способа отвлечь меня?

Ох, ну вот опять он завелся, до сих пор злится из-за пожара. Стерне ведь сказал, что конюшни были совсем новые.

– Мне надо было дать четкие указания Мэттью, – заявила она. – А я положилась на него. Как видишь, он творчески подошел к делу – ты отвлекся надолго.

– Ты бессмысленно рисковала, очертя голову бросившись в путь! – рявкнул он. – Черт тебя возьми, Джейд, ты же могла погибнуть! – Он уже кричал, сам того не замечая.

– Я была очень осторожна, – прошептала она, стараясь успокоить Кейна.

– Черта с два! – не унимался он. – Просто дуракам везет!

Похоже, пора менять тему беседы.

– Мне никогда не управиться, если ты не оставишь меня в покое, – пожаловалась она.

Откинув с лица непослушную прядь, она углубилась в очередное письмо. Кейн не сводил с нее взгляда, и Джейд это чувствовала.

– Почему бы вам обоим не проведать Колина? По-моему, он обрадуется.

– Пойдем, Кейн. Нам только что дали отставку.

– Обещай мне, что больше не станешь так бессмысленно рисковать, – упрямо потребовал Кейн у Джейд. – Тогда я уйду.

– Обещаю, – торопливо кивнула она.

Судя по всему, он утихомирился. Удовлетворенно кивнув, маркиз наклонился поцеловать ее. Она попыталась увернуться.

– Здесь же Натан!

– Не обращай на него внимания.

Ее лицо алело, как маков цвет, когда Кейн оторвался от ее губ. Она вновь трепетала от страсти.

– Я люблю тебя, – шепнул Кейн, прежде чем выпрямиться и последовать за Натаном.

Джейд еще долго сидела неподвижно, уставившись в пространство. Возможно ли это? Неужели он действительно ее любит? Нет, не надо об этом думать, иначе она не сумеет унять дрожь в руках. И тогда сэр Ричардс не прочтет ни строчки. К тому же любит ее Кейн или нет – не важно. Ведь она вес равно покинет его.

Джейд кое-как сумела успокоиться только к обеду. Натап решил поесть наверху, у Колина. За длинным столом сидели Джейд с Кейном и, конечно, Стерне. Завязался горячий спор об отделении церкви от государства. С самого начала, когда Кейн заявил, что всем сердцем поддерживает реформу, Джейд тут же встала на противоположную позицию. И коль скоро Кейн принялся горячо приводить доводы в свою пользу, Джейд столь же горячо возражала.

В итоге они зашли в тупик. Стерне положил ему конец, взяв на себя обязанности судьи.

Разгоряченный Кейн снова проголодался. Но не успел он протянуть вилку за последним ломтиком жареной баранины, как его тотчас увел из-под носа Стерне.

– Я хочу есть, Стерне, – проворчал Кейн.

– Я тоже, милорд. – Дворецкий уже принялся за дело. Пришлось Джейд великодушно поделиться с Кейном.

Раздался стук в парадную дверь, Стерне с Кейном переглянулись. Кейн решил открыть сам.

– Как вам угодно, милорд, – ответил Стерне между двумя кусками баранины.

– Поосторожнее, – напомнила Джейд.

– Все будет хорошо, – пообещал Кейн. – Никто просто так не подберется к моему дому.

Прошло добрых десять минут. Стерне покончил со второй чашкой чая и произнес:

– По-моему, следует взглянуть, кто бы это мог быть.

– Может, отец Кейна?

– Нет, миледи, – возразил Стерне. – Я велел герцогу с герцогиней держаться подальше. Если они зачастят с визитами, это может вызвать подозрения, – проговорил он и удалился.

Джейд забарабанила пальцами по столу.

– Прибыли сэр Ричардс и маркиз из Лайонвуда, – объявил вскоре Стерне, распахивая двери. – Милорд в библиотеке, требует бренди и вас, миледи.

– Так скоро? – в полном замешательстве спросила она. Поднявшись с места, Джейд нерешительно расправила складки золотисто-желтого платья и растрепавшиеся локоны. – Я совершенно не готова.

– Вы прекрасно выглядите, миледи, – с улыбкой заверил Стерне. – И потом, эти гости – хорошие люди.

– Я ведь уже знакома с Лайоном. Надеюсь, сэр Ричардс тоже придется мне по душе.

По мере продвижения к дверям ее личико из беззаботного постепенно превращалось в испуганное.

– Вам совершенно – нечего бояться, миледи, – заметил Стерне.

Джейд ответила с ослепительной улыбкой:

– А я и не боюсь, Стерне. Я готовлюсь.

– Простите, не понял? – переспросил Стерне, семеня следом. – К чему готовитесь?

– К тому, чтобы выглядеть испуганной, – расхохоталась она. – Ну и конечно, ужасно слабой!

– Вы заболели, леди Джейд?

– Приличия, – шепнула ему Джейд у входа в библиотеку. – Их надо соблюдать, Стерне. Делать то, что от тебя ждут, понятно?

– Не думал, что его это волнует.

– Он сам мне об этом сказал, – откликнулась она. – К тому же, как ни крути, они всего-навсего мужчины!

Джейд набрала в грудь побольше воздуха и кивнула Стерн-су, чтобы он распахнул перед ней дверь. Она стояла на пороге, потупив головку и прижимая руки к груди.

Стерне, став свидетелем столь разительной перемены, открыл рот от изумления.

Кейн окликнул ее, и Джейд заметно подпрыгнула, дабы продемонстрировать устрашающую силу его приказов, а потом медленно поплелась в кабинет. Тот, кого звали сэром Ричардсом, первым вскочил с места. Это был пожилой мужчина с седеющей шевелюрой, доброй улыбкой и округлым животиком. Да и смотрел он по-доброму. Джейд ответила на приветствия робким реверансом, затем обернулась к Лайону.

– Рада видеть вас снова, Лайон, – еле слышно пролепетала она.

Лайон удивленно поднял бровь. Он помнил, какое это робкое создание, однако ему казалось, что к концу их первой встречи она успела преодолеть свой испуг. Однако сегодня опять тряслась от страха. Это очень озадачило его.

Кейн сидел за рабочим столом. Джейд пристроилась на краешке стула прямо напротив стола, неестественно выпрямившись, словно аршин проглотила. Руки она примерно сложила на коленях.

Сэр Ричардс с Лайоном уселись по сторонам.

Кейн разглядывал Джейд. Ах, какой донельзя испуганной она казалась! Однако он не поверил этому: она явно что-то затевает. Позднее он непременно все выяснит.

Сэр Ричардс старательно откашлялся, дабы привлечь внимание присутствующих. Решительно глядя на Джейд, он начал:

– Не могу не заметить, какой напуганной вы выглядите, моя милая. Я прочел письма, которые сохранил ваш отец, но, прежде чем приступить к расспросам, хотел бы совершенно определенно вас заверить, что ни в малейшей степени не ставлю вам в вину прегрешения вашего отца.

Она по-прежнему изображала из себя трепетную лань, но все же отважилась робко кивнуть.

– Спасибо вам, сэр Ричардс, – одними губами прошептала она. – С вашей стороны это так мило. Я и вправду боялась, что вы станете на меня сердиться.

Кейн беспомощно закатил глаза. Сэр Ричардс, человек, практически не способный проявить к кому-то слабость, взял Джейд за руку. Судя по всему, он вот-вот заключит малютку в объятия и попытается утешить.

А уж она старалась вовсю! Такое же беззащитное личико было у нее в ту ночь в таверне. О, тогда она тоже смотрелась абсолютно беспомощной.

Что за игру она ведет?

– Никому из нас и в голову не придет обвинять вас, – вмешался Лайон. Он тоже подался вперед и оперся локтями о колени. – Вам пришлось пережить страшные неприятности, Джейд.

– Да, это верно, – подхватил сэр Ричардс.

Кейн с трудом удержался от улыбки. Оба – и его начальник, и друг – были одурачены Джейд. Но уж Лайон-то мог и догадаться! Как-никак уже имел с ней дело. И все же ее поведение, подкрепленное первоначальным испуганным видом, казалось чертовски естественным.

– Вы сейчас в состоянии отвечать на вопросы? – спросил сэр Ричардс.

– Может, лучше сначала Натан? – кивнула Джейд в сторону брата. – Мужчины всегда намного логичнее. Я, наверное, только еще больше все запутаю.

– Джейд! – Возглас Кейна прозвучал как предупреждение.

– Что, Кейн? – трепетным голоском ответила она.

– Не забывайся.

Ричардс уничтожающе взглянул на Кейна и обратился к Джейд:

– Мы поговорим с Натаном позже. Если воспоминания не причинят вам слишком большую боль, мы бы хотели выслушать в подробностях все, что случилось с вами с того самого момента, как вы прибыли в Лондон.

– О, конечно, – кивнула Джейд. – Понимаете, все началось с этих самых писем. Дядя Гарри передал мне пакет с письмами, которые оставил ему мой отец. Отца убили буквально через пару дней после этого, И тогда Гарри увез меня на своем корабле, сохранил письма и, когда счел, что настало время, отдал их мне. Конечно, я прочла их, а потом показала Натану. Мой брат в то время уже работал вместе с Колином и поделился с ним информацией. Ну а потом, – нервически продолжила она, – на Колина с Натаном… напали. Мерзавцы решили, что расправились с ними, а… Дикарь решил, что наемным убийцам надо позволить вернуться в Лондон и доложить об этом.

– Здоровое решение, – заметил сэр Ричардс.

– Да, – согласилась Джейд. Она сердито покосилась на Кейна и продолжила:

– План был весьма прост. Дикарь похитил врача, дабы тот ухаживал за ранеными, и было решено дождаться, пока Колин поправится настолько, что сможет сам отправиться к Кейну, своему брату, рассказать ему о неприятностях с письмами и попросить о помощи.

– И что же разрушило этот план? – спросил сэр Ричардс.

– Вот он его разрушил. – Джейд снова сердито посмотрела на Кейна. – Как вам известно, Дикаря сделали козлом отпущения, свалив на него обвинение в убийстве Натана с Колином, и Кейн возжаждал отмщения. Ничего худшего он и придумать бы не мог. Оставшиеся члены Трибунала не могли рисковать, не могли позволить Кейну разыскать пирата и расспросить его. Таким образом, Кейн сам подставил свою голову под топор.

– Но это же ненамеренно, – возмутился Кейн. Джейд лишь пожала плечами.

– Колин взял с Дикаря обещание ничего пока не говорить Кейну, потому что тот… непременно ввяжется куда не надо, понимаете? А Колин хотел прежде с ним объясниться. По правде сказать, мне кажется, что Колин принял не совсем верное решение, но он был в весьма плачевном состоянии, и Дикарь согласился.

– А какое место принадлежит вам самой во всей этой схеме? – поинтересовался Лайон.

– Натан – мой брат, – ответила она. – Я вернулась в Англию и остановилась в загородной усадьбе у Натана. Со мной было несколько подручных Дикаря. Они отправились следить за Кейном. Было предпринято несколько покушений на его жизнь, которые нам удалось предотвратить, и в итоге мы условились, что я сама постараюсь найти способ отвлечь Кейна от его охоты. За два дня до того, как я должна была отправиться на встречу с Кейном, случилась масса неприятностей. Прежде всего вечером, совершая свой обычный моцион, я наткнулась на трех мужчин, копавшихся в могиле моего отца. Я закричала, поскольку меня ужасно возмутили их действия. Ну конечно, привлекла их внимание. Один из негодяев выстрелил в меня. И я побежала за помощью к дому Натана.

– А как же люди Дикаря? – поинтересовался сэр Ричардс.

– Они все были заняты охраной Кейна, – пояснила Джсйд. – К тому же я могла рассчитывать на помощь Хадсона, дворецкого Натана, и остальных слуг.

– И что случилось потом? – спросил Лайон.

– Уже стемнело, и слуги не захотели идти на кладбище. Решили отложить поиски до утра. В ту же ночь дом подвергся ограблению, – продолжала она. – Однако я спала очень крепко и ничего не слышала. А ведь даже мою спальню перевернули вверх дном.

– Вас могли напоить снотворным, – предположил сэр Ричардс.

– Но я не могу представить, каким образом, – возразила Джейд. – На следующее утро я отправилась к могиле верхом па жеребце Натана, посмотреть, не осталось ли чего. Понимаете, дворецкий Натана, Хадсон, никак мне не верил, и я надеялась раздобыть доказательства. Но дело обернулось так, что я не добралась до кладбища. Мерзавцы устроили засаду, пристрелили лошадь Натана. И я полетела на землю.

– Боже милостивый, вы же могли убиться до смерти! – воскликнул сэр Ричардс.

– Ну, мне повезло, и я отделалась лишь несколькими синяками, – ответила она. – Я опять бегом вернулась домой и рассказала Хадсону, что произошло. Он отправил погоню за негодяями. Слуги вернулись, не обнаружив никаких следов нападения. Даже лошадь исчезла. Я ума не приложу, как это можно было устроить? Кейн говорит, что взрослую лошадь могут поднять не меньше трех дюжих мужчин. – Она на минуту умолкла, пожав плечами, затем продолжила:

– Я решила как можно скорее отправиться в Лондон и приказала заложить карету. Однако не успели мы отъехать за ближайший холм, как кучер закричал, что в усадьбе пожар. Я вернулась к дому и убедилась, что огонь бушует вовсю. Дом Натана спалили дотла. Тогда я отправила Хадсона и остальных слуг в городской особняк Натана, а сама снова тронулась в путь.

– А куда именно вы направились? – уточнил Лайон. – Тоже в городской особняк Натана?

– Нет, – улыбнулась Джейд, – в таверну под названием «Не унывай!». Понимаете, ведь мне надо было отвлечь Кейна от его розысков.

Лайон кивнул.

– Я не совсем понял, – вмешался сэр Ричардс. – В чем именно состоял ваш план? Кейна не так-то легко одурачить, моя милая.

– Я объясню потом, – перебил Кейн. – Пусть сначала закончит.

– По дороге в Лондон карету остановили. Меня оглушили ударом в висок. Естественно, я потеряла сознание, а когда очнулась, то обнаружила, что карету подожгли. Мне пришлось каблуком высадить раму и вылезти в окно.

– А потом? – спросил сэр Ричардс.

– Я пошла пешком.

– До самого Лондона?

– Нет, – ответила Джейд. – Не до самого Лондона Мне удалось… занять лошадь на почтовой станции. Ее хозяин, вероятно, в это время ужинал.

Скоро рассказ Джейд подошел к концу. Она ни разу не упомянула о том, кто же такой Дикарь, и Кейн пришел к выводу, что ему самому придется сообщить об этом сэру Ричардсу и Лайону.

И все же, что за игру она вела? Господи, подумать только, к концу своего жалостливого повествования она уже утирала глаза носовым платком сэра Ричардса.

Сам же он, явно ошеломленный ее злоключениями, откинулся в кресле, сокрушенно качая головой.

– Вы не знаете остальных членов Трибунала? – спросила у него Джейд.

– Нет.

– Но ведь вы знали Хаммонда? – настаивала она. – И насколько я поняла, начинали служить вместе.

– Да, начинали мы вместе, – подтвердил сэр Ричардс – Однако по прошествии многих лет, милая, каждый из нас получил свой отдел в Военном департаменте. К тому времени под началом у Хаммонда работало немало молодых и способных агентов. Они-то и стали его подчиненными. И я почти никого из них не знал.

– Но у нас есть улики, – напомнил Лайон. – Уверен, мы мигом докопаемся до правды!

– Первое письмо подписано неким Уильямом. Тогда они еще не пользовались кличками. Черт, это же самое обычное имя для англичанина, – заметил Кейн. – Интересно, сколько Уильямов работает в Военном департаменте?

– Хаммонд завел досье только на троих, – тотчас вмешалась Джейд. – Дикарь ознакомился с этими документами, – залившись краской, прошептала она и добавила:

– Уильям Прайорс, Уильям Терранс и Уильям Клэйхилл – все трое сотрудничали с вашим ведомством, сэр Ричардс. Двое еще живы, хотя и ушли в отставку, Уильям Терранс же умер четыре года назад.

– Вы ручаетесь за достоверность этих сведений? – воскликнул Лайон.

– Но как Дикарь добрался до досье? – Сэр Ричардс был явно обескуражен. – Боже, еще никому не удавалось пробиться сквозь нашу систему охраны.

– А Дикарь пробился, – заметил Кейн, после чего резко сменил тему и поведал о том, как именно Дикарь охранял его самого. Рассказал он и о схватке с акулами.

В кабинете воцарилась мертвая тишина.

Джейд судорожно сжала руки. Пусть все это в прошлом – ее бросало в дрожь при одном только воспоминании.

– Три ретивых молодца, вообразивших себя спасателями отечества, – прошептал сэр Ричардс, – в итоге соблазнились властью ради самой власти.

– Вы, наверное, заметили, сэр, – подхватила Джейд, – что они заканчивали первые письма девизом «Во славу Англии», но по прошествии времени сменили лейтмотив?

– Да, я заметил, – отозвался сэр Ричардс. – «Во славу Трибунала» – вот как стали они подписываться, что, несомненно, говорит само за себя.

– Отца Джейд убили, как только он отказался участвовать в их делах, а потом расправились и с Хаммондом, – произнес Кейн.

– Мы обязаны раскрыть двух других, – пробормотал сэр Ричардс. – Но видит Бог, сделать это будет нелегко. – И он тяжко вздохнул. – Слава Богу, хоть Дикарь на нашей стороне. Как подумаю, каких бед он мог натворить, воспользовавшись сведениями этих досье, – кровь стынет в жилах.

– О, Дикарь очень благороден, – выпалила Джейд. – Впрочем, как и большинство воров, сэр. Не беспокойтесь, он не выдаст.

– Этот ублюдок прочел и мое досье? – не выдержал Лайон.

Кейн промолчал, полагая, что ему совершенно ни к чему сообщать другу об этом, дабы понапрасну не расстраивать бедолагу.

– Я все никак не могу забыть об этой схватке с акулами, – пробормотал вдруг Ричардс. – Какой же отвагой надо обладать, чтобы…

– Вы выяснили все, что вас интересовало? – перебила его Джейд.

– Ох, мы совершенно утомили вас, верно, милая? – участливо запричитал сэр Ричардс, похлопывая Джейд по руке.

– Благодарю за вашу доброту, – прошептала она. Джейд и не думала отстраняться, когда сэр Ричардс обнял ее за плечи.

– Мы отыщем улики, я обещаю, – заверил он. Джейд скромно потупила взор, и направилась к Лайону. Тот немедленно вскочил. Она склонилась и к нему:

– Спасибо вам, Лайон, за помощь. Пожалуйста, передайте Кристине, что я ее люблю. Просто жду не дождусь, когда смогу навестить ее снова. – Затем она вдруг вернулась к сэру Ричардсу. – Ах, я совсем забыла поблагодарить также и вас, сэр! – пояснила она, после чего сочла возможным поклониться и покинуть помещение.

– Джейд, что все это значит?! – воскликнул вслед ей Кейн.

– Не ты ли говорил, что мужское самолюбие здорово страдает, если мужчину обводят вокруг пальца и обманывают? – улыбнулась она через плечо.

– Да, верно. И что дальше?

– Ну а если другие… тоже одурачены… друзья, ну, в общем, очень важные птицы, да еще на виду у всей Англии, – разве это не смягчает удар по уязвленному самолюбию?

Наконец-то до него дошло! Он расплылся в самодовольной улыбке.

– Пойду приглашу Колина с Натаном, – бросила Джейд, переступая порог.

– О чем это она? – поинтересовался сэр Ричардс.

– Так, личное, – откликнулся Кейн и обратился к Лайону:

– Ну? И что ты теперь про нее думаешь?

– Так же чертовски красива, – ответил друг, наполняя бокал бренди. – Но какая же робкая! Сверх всякой меры. Наверняка это ты ее запугал.

– Ты думаешь, она слишком робкая? – расхохотался Кейн.

– А что такого? – обескураженно спросил Лайон. – С чего это ты так развеселился?

– Оставим на время эти разговоры, – приказал сэр Ричардс. – А ты, сынок, пообещай мне кое-что!

– Да, сэр? – откликнулся Кейн.

– Ты в самом деле знаком с этим Дикарем?

– Знаком.

– Устрой мне с ним встречу, как только с этим делом будет покончено.

Кейн развалился в кресле, теперь уже вдоволь потешив свое самолюбие.

– Мне необходимо повидаться с Дикарем, – не унимался сэр Ричардс.

Кейн наконец торжественно кивнул:

– Сэр Ричардс, вы только что удостоились этой чести!

Глава 15

– Джейд, вернись! – повелительно крикнул Кейн, в то время как его друзья переваривали неожиданную новость.

Не дождавшись ответа, Кейн окликнул Стернса. Дворецкий, вероятно, поджидал за дверьми – он явился в ту же секунду, отвесил хозяину низкий поклон – учтивость, до которой он ни за что бы не снизошел, будь они вдвоем, – и невозмутимо осведомился:

– Что вам угодно, милорд?

– Приведи сюда Джейд, – приказал Кейн.

– Не сомневаюсь, она прекрасно слышала вас, милорд, – ответил Стернс. – Однако ей было угодно отклонить это приглашение. Желаете что-нибудь еще?

Маркиз желал бы сию же минуту придушить Стернса, но сдержался.

– Приведи ее ко мне. Притащи силой, если понадобится! Больше я ничего не желаю. Стерне.

Дворецкий кивнул и удалился. Кейн обернулся к друзьям. При виде улыбки Лайона у него слегка отлегло от сердца. Судя по всему, его напарник воспринял известие о подлинной личности Дикаря гораздо спокойнее, нежели сэр Ричардс. Шеф все еще выглядел ошеломленным.

– Дьявольщина, Кейн, как же я не догадался! – воскликнул Лайон. – Она была такой невероятно трусливой… Да, я должен был попять, конечно. Кристина предупреждала, что я должен смотреть глубже, чем…

– Сынок, – прервал его сэр Ричардс. – Сейчас не время для розыгрышей. Дела обстоят слишком серьезно.

Вдруг дверь распахнулась и на пороге появилась Джейд:

– Я искала Натана с Колином. Разве что-то не так?

– Верни их, Джейд, – Голос Кейна прозвучал словно выстрел.

Джейд же все еще разыгрывала святую невинность.

– О чем ты, Кейн? – спросила она, захлопав пушистыми ресницами, как бы в испуге мило прижав руки к груди.

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я! – взревел он. – Верни их сейчас же!!!

– Кейн, весьма невежливо повышать голос в присутствии гостей, – заметила она, подняв голос на добрую октаву. – Тебя могут счесть грубияном!

– Им известно, кто ты такая.

– Известно? – Она прошествовала прямо к его столу и уставилась в лицо Кейна, уперев руки в бока. – И что же именно им известно?

– Что ты и есть Дикарь. Джейд испуганно вскрикнула.

– Послушай, почему бы тебе не опубликовать эту новость в газетах?! – возмутилась девушка. – Сколько времени бы сэкономили… Мог бы дождаться, пока я уеду.

– Но ведь ты не уезжаешь, так в чем же дело?

– Боже мой, так это правда?! – вскричал сэр Ричардс.

– Нет! – рявкнула через плечо Джейд, едва удостоив его взглядом. – Это ложь!

– Нет! – вторил ей Кейн. – Это правда!

– Черт бы тебя побрал, Кейн, ты что, не умеешь хранить тайны?! – Не дожидаясь ответа, она развернулась, чтобы уйти.

– Я велел тебе вернуть их, Джейд.

– Почему?

– Так уж случилось, что эти джентльмены – мои друзья, вот почему.

– Ты же сам сказал, что позволишь мне заниматься старым делом, – напомнила она. – Или ты уже не помнишь?

Кейн не верил своим ушам: она еще имела наглость возмущаться! Он вцепился в ручки кресла, едва сдерживаясь, чтобы не вцепиться в нее и не встряхнуть как следует.

– Когда я даю слово, то ни за что не нарушаю его! – провозгласила Джейд, обращаясь к Лайону.

Кейн набрал в грудь побольше воздуха и откинулся на спинку кресла, грозно и выразительно глядя на Джейд. Затем поманил ее пальцем и бросил прямо в лицо:

– Вовсе я не передумал. Можешь приниматься за старое.

– Так зачем же было поднимать столько шуму… – совершенно растерявшись, начала было Джейд.

– Можешь продолжать грабить, – перебил ее Кейн, – по каждый раз я буду возвращать награбленное.

– Не, будешь!

Он не удостоил ее ответом. Джейд беспомощно обернулась к Лайону, однако по его ухмылке поняла, что здесь рассчитывать не на что. А сэр Ричардс все еще пребывал в полной растерянности.

Опять ее, как всегда, оставили одну-одинешеньку!

– А теперь верни их…

– Я поменяла их местами, – выпалила она и спросила:

– Я могу уйти?

Кейн кивнул и, когда Джейд уже выходила из комнаты, крикнул вдогонку:

– Джейд, можешь покинуть эту комнату, но не вздумай покинуть дом. Ты ведь не захочешь причинять мне дополнительное беспокойство, не так ли?

Ответа так и не последовало. Однако Кейн не сомневался, что она готова лопнуть от злости: дверь едва не слетела с петель.

– Она получила неплохой урок, – заметил Кейн, судя по всему, нимало не смутившись. – Вы уже пришли в себя, сэр Ричардс? – поинтересовался он у шефа.

– Пожалуй, – ответил тот.

– Но разве вам ни разу не пришло в голову…

– Нет, нет! – воскликнул сэр Ричардс.

– Приятно осознавать, что и руководитель тоже не всесилен, – кивнул Кейн.

В библиотеку вошли Натан с Колином, опиравшимся на трость.

– Перестань носиться со мной, как с ребенком, – буркнул Колин, когда Натан захлопотал вокруг него, усаживая в кресло. Натан же пододвинул Колину скамеечку для ног. Затем выпрямился и оценивающе глянул на незнакомцев. Кейн представил всех друг другу.

– Джейд попросила меня узнать у вас, который час, – заметил Натан.

Ричардс удивленно пожал плечами:

– По-моему, что-то около девяти.

Лайон, более пунктуальный, чем его шеф, вынул из жилетного кармана часы, взглянул на них и расхохотался.

– По-моему, это ваши часы, сэр Ричардс. А мои наверняка у вас. Ведь она обнимала нас обоих!

– Определенно, я ее недооценил, – пробормотал окончательно подавленный сэр Ричардс. – Вы заметили, что она поменяла наши часы, верно, Кейн? И потому заставили ее вернуться.

– Нет, я не видел, – покачал головой Кейн – Но когда она бросилась обниматься, понял, что это неспроста. Обычно она не столь любвеобильна к незнакомцам.

– Точно, – подтвердил Натан.

– Эта женщина обвела меня вокруг пальца, – произнес Кейн. – Из-за нее я чуть с ума не сошел.

– А по-моему, ты все же совершил этот подвиг, – подразнил Натан.

– Что ж, мне это знакомо, – заметил Лайон и улыбнулся, припомнив скандальные подробности собственной женитьбы. – Кристина тоже когда-то обвела меня вокруг пальца. Кейн, а что ты чувствовал, пока болтался на крючке?

– То же самое, что и ты, – парировал Кейн. – Влюбился.

– Бог в помощь, Кейн. Вряд ли тебе станет легче после того, как ты женишься, дружище. Кстати, когда назначена свадьба?

– Да, Кейн, когда назначена свадьба? – тотчас подхватил Натан.

– Черт меня возьми, если ты еще не выбрал день свадьбы, – грозно уставился на брата и Колин.

– Да, – ответил им Кейн. – Свадьба непременно состоится.

– Это звучит так, словно ты еще сам не решился, сынок, – вмешался сэр Ричардс. – Или ты даешь брачные обеты только под дулом пистолета?

– Если кому и нужен будет пистолет, так это Джейд, а не мне, – возразил Кейн. – Я все еще не убедил ее. Проклятие, этак мне и впрямь придется встать на колени перед ее комнатой.

При одной только мысли об этом Натан не смог сдержать улыбку, а Колин покатился со смеху.

– Джейд пощадит тебя, – успокоил он.

– Зато Черный Гарри непременно заставит.

– Что еще за Черный Гарри? – спросил сэр Ричардс.

– Натан, расскажи-ка ты, – попросил Кейн, – а я пока разыщу Джейд.

– Она сбежала? – поинтересовался Натан.

– Конечно, – бросил Кейн уже у двери. – Не стоит повторять старых ошибок, Натан, я скоро вернусь.

Кейн тут же бросился к загону с лошадьми. Крапчатой кобылы не было.

– Сколько человек отправилось за ней? – спросил Кейн у конюшего.

– Трое, проехали через заднюю калитку, – ответил тот.

Кейн взнуздал жеребца и, ухватившись за гриву, вскочил на коня и взял с места в карьер.

Он догнал ее возле сторожки лесника на границе своих владений. Джейд, спешившись, поила у ручья лошадь.

Кейн пробрался сквозь чащу и пустил коня в полный галоп. Услышав топот копыт, Джейд повернулась и собралась было скрыться, но Кейн на полном скаку наклонился и подхватил ее на руки. Довольно грубо водворив ее перед собой, развернул коня и помчался к дому.

На всем пути до усадьбы Кейн не проронил ни слова. Джейд тоже молчала.

Стерне поджидал их на крыльце. Кейн соскочил наземь, затащил Джейд вверх по ступеням и рявкнул:

– Немедленно запереть ее в спальне! Часовых – под окна и еще двоих – у дверей!

При этом он ни на секунду не выпускал ее из рук, стараясь сохранять на лице как можно более грозную гримасу. Лишь оказавшись в библиотеке и устроившись в своем любимом кресле, он позволил себе расслабиться и даже довольно улыбнулся.

– Полагаю, ты разыскал ее, – заметил Натан.

– Да, – подтвердил Кейн. – И это произвело на нее некоторое впечатление. А теперь введи меня в курс дела: о чем идет речь? – приказал он.

Разговор по-прежнему вертелся вокруг писем, но даже к одиннадцати мужчины так и не пришли к единому решению. Сэру Ричардсу с Лайоном пора было отправляться в свои апартаменты.

Сэр Ричардс настоял на том, чтобы взять с собой в спальню копии писем:

– Мне хотелось бы кое над чем подумать.

Никто ему не перечил.

Кейн поспешил прямо в спальню Джейд, отпустив по пути часовых.

Джейд читала, лежа в кровати, с преувеличенным вниманием всматриваясь в строчки.

– Здесь слишком темно, – заметил Кейн. – Да и камин не мешало бы зажечь, этак недолго и замерзнуть. Она так и не соизволила оторваться от книги.

– Довольно глупо прикидываться, будто меня здесь нет, – раздраженно бросил он.

– Во всяком случае, не менее глупо, чем пытаться возвращать все, что я возьму, – возразила она, упрямо глядя в книгу.

Кейн зажег на столике у кровати еще две свечи и направился к камину.

– Где Стерне? – поинтересовался он.

– Стерне отправился спать, – ответила она. – У тебя отличный дворецкий, Кейн. Он превосходно тебя выдрессировал.

– Ты нарываешься на неприятности, милая, – нарочито миролюбиво отозвался Кейн, – но я все равно тебя укрощу.

– Отнюдь! – выпалила она, громко захлопнула книгу и взглянула на него.

В отблесках разгоравшегося пламени он, казалось, стал бронзовым. Расстегнув ворот рубахи и закатав рукава, маркиз наклонился, и тонкая ткань рубашки туго натянулась на спине, подчеркивая его рельефные мышцы.

Наконец Кейн обернулся и улыбнулся девушке. Нежность светившаяся у него во взоре, тронула Джейд до глубины души. Ах, какой же это прекрасный, благородный, любящий человек.

Он заслуживает женщину много лучше ее. Ну почему он не желает признать этого очевидного факта?

В глазах Джейд вскипели слезы, она задрожала так, словно одеяла на кровати обернулись сугробами На нее навалились жестокий холод и… страх.

«Никогда не позволяй мне сбегать от тебя, – внезапно взмолилась она. – Заставь остаться с тобой навечно..»

О Боже, как же ей хотелось любить его, верить ему!

Но уже следующей мыслью было: а что станется с ней, когда он бросит ее? Как она переживет?

Из Джейд словно душу вынули, она побелела как полотно.

– Милая, что случилось? – встревожился Кейн, направляясь к кровати.

– Ничего, – прошептала она – Ничего страшного Я просто озябла, – пробормотала она и едва не добавила «И испугалась». – Иди ко мне, Кейн.

Она сейчас отчаянно нуждалась в нем, даже откинула край одеяла. Однако Кейн разыскал в шкафу на верхней полке еще одно одеяло и накинул его на Джейд.

– Так лучше?

– Да, спасибо, – ответила она, изо всех сил стараясь говорить непринужденно.

– Если ты не слишком устала, я бы хотел кое о чем тебя спросить.

– расспроси меня здесь, в кровати, Кейн, – предложила она. – Так будет куда удобнее.

Но он лишь покачал головой и уселся в кресло Ему стоило немалых усилий оставаться при этом серьезным.

– Всему свое время.

Она хотела его, хотела так сильно, как наверняка он хотел ее. Боже, она готова даже признаться в этом.

Джейд разозлилась Как можно быть настолько тупым? Неужели он не понял, что она желает согреться в его объятиях? Он должен немедленно заключить ее в кольцо своих сильных рук и, конечно, поцеловать, а потом…

Джейд горестно вздохнула Совершенно очевидно, Кейн не понял ее мятущуюся душу, раз уж он опять собирается терзать ее расспросами про свои дурацкие досье.

Девушке пришлось взять себя в руки. Она тупо уставилась в пространство, лишь бы его неотразимая улыбка не сбивала ее с толку.

– Джейд!

– Что? – От неожиданности она даже вздрогнула – Я только что спросил, не прочла ли ты часом досье наших загадочных Уильямов.

– Они не наши Уильямы – Она умолкла, выжидательно улыбаясь. Кейн в ответ улыбнулся еще шире.

– Ты вообще-то намерена мне отвечать? Ты выглядишь рассеянной.

– Ничего подобного.

– Значит, хочешь спать?

– Ни капельки.

– Тогда отвечай, – снова велел он. – Ты прочла досье..

– Ну да, да, – отмахнулась она. – И тебе приспичило узнать содержание, верно?

– Да, – откликнулся он. – А тебе приспичило что-то еще?

– Нет, конечно же, нет, – покраснела она. – Ну, хорошо, Кейн. Я перескажу тебе…

Тут раздался громкий стук в дверь, и в комнату вошел Натан. Заметив развалившегося в кресле Кейна, он грозно нахмурился:

– Что ты здесь делаешь:

– Беседую с Джейд, – ответил Кейн. – А что?

– Мне не спится, – признался Натан. Он подошел к камину, и Джейд заметила, что он бос и без рубашки. Кейн впервые увидел ужасные шрамы на его спине. Боже, как же человек после такого смог выжить!

– Вот, накинь халат Кейна: холодно, Натан, – предложила Джейд и указала на кресло по другую сторону от своей кровати. – Ты простынешь.

На сей раз Натан почему-то был сговорчивее. Надев халат Кейна, он устроился в кресле.

– Шел бы ты спать, Натан, – посоветовал Кейн.

– Прежде я хотел бы задать пару вопросов своей сестре.

Натан не позаботился прикрыть за собой дверь, посему сэр Ричардс и не подумал стучать, оказавшись у двери. В роскошном синем халате почти до пят, прикрывавшем голые ноги, он замер как вкопанный. Это ночное сборище его явно заинтриговало.

Джейд натянула одеяло до подбородка и покосилась на Кейна. Судя по всему, маркиз решил смириться.

– Возьмите себе кресло, сэр Ричардс, – предложил он.

– С огромным удовольствием, – ответил тот. – Видите ли, мне не спалось, и я решил заглянуть к вам… – с улыбкой обратился он к Джейд.

– И допросить, если можно, – закончил за него Кейн.

– О, вовсе нет, – возразил сэр Ричардс. Судя по его ухмылке, Кейн все-таки был прав. – Натан! – продолжал начальник. – Как по-вашему, не позвать ли сюда и Лайона? Наверняка у него тоже есть вопросы.

– Он наверняка уже спит, – возразила Джейд.

– Я слышал, как он ходит по комнате. Этот Трибунал совершенно лишил нас покоя, милая. Предстоит немалая работа.

Натан вскоре вернулся в сопровождении Лайона. Джейд едва не расхохоталась, вспомнив, что лежит тут в кровати в одной ночной сорочке.

– Почему бы вам не спуститься в библиотеку и не обсудить все там? – предложила она. – Я бы пока оделась..

– Всему свое время, – перебил Кейн. – Лайон, Джейд перескажет нам досье Уильямов.

– Ты что же, прикажешь передать все дословно? – поинтересовалась она. – Мы потратим на это не меньше недели.

– А вы начните с тех фактов, которые имеют для нас интерес, – предложил сэр Ричардс. – Ведь завтра утром мы с Лайоном вернемся в Лондон и сможем сами все прочесть.

– Пожалуй, я начну с Терранса, – пожала плечами Джейд. – С того, кто умер.

– Да, с того, кто умер, – согласился Лайон. Он прислонился к каминной полке и ободряюще улыбнулся.

Джейд откинулась на подушках и принялась за пересказ.

Лайон и сэр Ричардс просто онемели от изумления. Наконец, справившись с эмоциями, они принялись перебивать Джейд, уточняя специфические подробности операций, в которых довелось участвовать Террансу.

Только к двум часам ночи с первым досье было покопчено. Джейд не удержалась от зевоты – она ужасно устала.

– Пора нам всем спать, – заявил сэр Ричардс. – Продолжим завтра. – И направился за Натаном и Лайоном вон из спальни. Вдогонку ему Джейд спросила:

– Сэр Ричардс! А что, если среди этих трех нет того, кого мы ищем?

– Это ведь только начало, милая. Далее мы начнем сквозную проверку, в ходе которой просмотрим все до единого досье, хранящиеся у директоров всех отделов департамента. Конечно, на это уйдет масса времени, однако мы не успокоимся, пока не докопаемся до сути.

– А не могло случиться так, что теперь мертвы все они? – спросила Джейд с такой надеждой, что сэру Ричардсу стало неловко.

– Вряд ли. Ведь кто-то старается добраться до писем, дорогуша. Значит, по крайней мере один из двух членов Трибунала жив и дееспособен.

– Доброй ночи, Джейд. – Кейн подошел к кровати, наклонился, наградил ее безобразно равнодушным поцелуем в лоб и задул свечи. – Приятных снов, милая, – пожелал он уже у дверей.

Дверь захлопнулась. Джейд не верила своим глазам: он ее оставил!

Он больше не хочет ее. Догадка оказалась столь ужасающей, что Джейд тут же запретила себе об этом думать. Он просто зол оттого, что сегодня ему пришлось снова за ней гоняться, твердила она себе, и к тому же устал не меньше ее. Да, это был бесконечный, утомительный день.

Черт бы его побрал с его вежливостью!

Не было у нее никаких приятных снов. Она снова тонула в беспросветной пучине, и вокруг нее алчно кружили чудовища, и она погружалась все глубже, глубже, глубже…

От страха Джейд проснулась, инстинктивно потянулась к Кейну.

Его с ней не было. От этого открытия у Джейд пропали последние остатки сна ее била дрожь, да так, что она с трудом вылезла из-под одеяла.

Не в состоянии больше оставаться в кровати, девушка поспешила к окну Бездумно глядя в мрачное небо, она пыталась примирить себя с безнадежностью ситуации.

Прошло немало времени, пока она, трясясь вот так от страха и горя, не сдалась окончательно. Ничего не остается, кроме как самой отправиться к Кейну.

Он проснулся, стоило Джейд прикоснуться к ручке двери Ночная тьма надежно скрыла его торжествующую улыбку.

– Я совершенно не умею танцевать, Кейн, – выпалила она. После чего закрыла дверь и приблизилась к его постели, продолжая свои признания:

– Ты непременно должен об этом знать. А еще я не умею шить и вязать.

Кейн лежал на спине, крепко зажмурившись Она нетерпеливо толкнула его в плечо:

– Ну же!

Он молча откинул одеяло. Джейд мигом скинула ночную сорочку и нырнула к нему в объятия.

Озноб прошел. Джейд снова почувствовала себя в безопасности и заснула, так и не дождавшись ответа.

Он разбудил ее перед самым рассветом, и они долго и неистово любили друг друга. После чего Джейд слишком захотела спать, чтобы спорить о чем-то, и забылась под его любовный шепот.

Когда она очнулась в следующий раз, было уже около полудня Кейн легонько тряс ее за плечо Он был полностью одет и теперь уговаривал Джейд открыть глаза.

Открывать глаза она не пожелала, но попыталась затянуть его к себе в постель. Кейн насильно натянул на нее одеяло, и Джейд, мучаясь догадками о причине такой неуступчивости, наконец открыла глаза и увидела рядом Стернса. Джейд тотчас залилась краской стыда.

– Ох, Стернс, вы наверняка теперь сочтете мое поведение бесстыдным, – чуть не плача, пробормотала она.

Стернс что было силы отрицательно замотал головой.

– Ну что вы, конечно, нет, миледи, – заверил он. – Не сомневаюсь, что моему хозяину было угодно затащить вас к себе в постель, – небрежно кивнул он в сторону Кейна.

– Я тащил ее за волосы? – сухо уточнил Кейн.

– Это вполне соответствует вашим нравам, милорд.

– Он так и сделал, Стернс, – подхватила Джейд, собираясь свалить всю вину на Кейна. – Но вы не должны никому говорить!

– Боюсь, что не осталось никого, кому можно было бы об этом сказать, – с сочувственной улыбкой откликнулся Стернс.

– Вы хотите сказать, что и сэр Ричардс, и Лайон знают… Стернс утвердительно кивнул, и Джейд набросилась на Кейна.

– Наверняка это ты им все выболтал!

– Ничего я не говорил, – обиженно парировал Кейн. – Ты сама позабыла закрыть дверь, когда… – он покосился на Стернса, – когда я волок тебя сюда. И когда они спускались к завтраку, то видели в открытую дверь твою пустую кровать.

Джейд тут же захотелось провалиться сквозь землю.

– Джейд! Почему мое серебро лежит у меня под кроватью?

– Спроси Стернса, – ответила она. – Это он его спрятал.

– Это место мне показалось самым подходящим, милорд, – признался тот. – Один из ваших уважаемых гостей, такой рослый, с золотыми зубами, определенно проникся излишней симпатией к вашему серебру Миледи предложила найти для нею безопасное место, когда я объяснил, как дороги вам эти вещи. Вместо того чтобы поблагодарить Джейд, Кейн расхохотался' – Поскорее кончай с туалетом и спускайся вниз, Джейд. Сэру Ричардсу неймется возобновить допрос. Он вышел, а Стернс на секунду задержался:

– Герцогиня прислала вам несколько туалетов одной из своих дочерей. По-моему, они должны прийтись вам впору, миледи.

– Но почему…

– Это я заказал ей платья, – перебил Стернс. – Распаковывая ваши вещи, я не мог не обратить внимания на то, что вы располагаете всего лишь двумя платьями. – Видя, что Джейд намерена возмутиться, он торопливо добавил' – Туалет на сегодня здесь, в гардеробе. Повариха поможет вам одеться. Я немедленно прикажу ей подняться.

По-видимому, сопротивление бесполезно, так как Стернс давно уже превратился из дворецкого в командира. Он даже успел выбрать для нее платье на сегодня – пышное, цвета слоновой кости, с воланами и кружевами по подолу. Такое элегантное!

Вместе с платьем ее дожидалось и нижнее белье Умолчав об этом, Стернс приготовил также сорочку, чулки и пару подходящих по цвету туфель.

Не прошло и четверти часа, как Джейд, умытая и одетая, уселась в кресло. Повариха, высокая, дородная женщина с коротко стриженными и завитыми волосами, принялась за ее прическу Она набросилась на шевелюру Джейд, словно на мясо для ростбифа. И все же Джейд готова была терпеть эту пытку хоть до ночи – лишь бы не встречаться с Лайоном и сэром Ричардсом.

– А вы ни дать ни взять настоящая красавица, – заметила служанка, протянула Джейд ручное зеркальце и добавила:

– Я причесала вас совсем гладко, но эти маленькие локоны делают ваше личико очень милым. Поначалу-то я хотела уложить волосы узлом на затылке, миледи, да побоялась, что они слишком тяжелы.

– Большое спасибо, – поблагодарила Джейд. – Очень неплохо.

Повариха кивнула и поспешила вниз.

Нельзя больше тянуть время, ведь попытайся она укрыться у себя в комнате, Кейн все равно заставит ее выйти. Открывая дверь в коридор, Джейд с обидой и злостью обнаружила стоявших там часовых. Их обоих явно ошеломил ее вид. Один что-то пробормотал про чудное видение, а второй сравнил ее с королевой.

Тем не менее часовые сопровождали ее вниз по лестнице. Двери столовой оказались закрытыми. Один из провожатых распахнул перед ней обе створки. Джейд, поблагодарив его за расторопность, расправила плечи и шагнула через порог.

За длинным столом собралась вся компания, включая и Стернса. И все они так и пялились на нее! Джейд не сводила глаз с Кейна. Вот он протянул руку, чтобы пододвинуть для нее стул Она словно во сне приблизилась к нему.

Кейн наклонился и поцеловал ее в лоб. Натан нарушил нависшую над ними напряженную тишину:

– А ну-ка прочь от нее руки, Кейн!

– Я и не трогаю ее, Натан, – поддразнил его Кейн. – Я просто хочу ее поцеловать. – И он поцеловал Джейд, издеваясь над ее братом. Джейд, едва переводя дух, опустилась на стул.

Стернс наполнил ее тарелку, в то время как остальные возобновили прерванный разговор. Как только она покончила с завтраком, сэр Ричардс призвал всех к вниманию.

– Моя дорогая, мы пришли к мнению, что вам следует отправиться в Лондон вместе с нами, – сообщил сэр Ричардс. – Мы гарантируем вашу неприкосновенность, – добавил он, покосившись на Кейна. Затем, обмакнув перо в стоявшую рядом чернильницу продолжил:

– Я бы хотел сделать кое-какие заметки по ходу вашего рассказа.

– Сэр! – удивилась Джейд. – Почему я должна ехать в Лондон?

На лице у сэра Ричардса проступило явное замешательство. Лайон, взглянув на него, ехидно улыбнулся.

– Ну, понимаете, – пробормотал начальник, – нам необходимо проникнуть в архив. А если я официально запрошу ключи в рабочее время, то мое имя внесут в книгу охраны.

– Они хотят попасть туда ночью, – перебил Кейн, – без ключа.

– Вы ведь уже однажды побывали в архиве, – добавил сэр Ричардс.

– Не однажды, а трижды, – уточнила Джейд.

– Неужели наша система безопасности ничего не стоит? – едва не плача, спросил у Лайона сэр Ричардс.

– Судя по всему, так оно и есть, – ответил Лайон.

– О нет, – возразила Джейд. – Ваша система очень хороша!

– Тогда как же… – начал сэр Ричардс.

– Сэр Ричардс, я понимаю ваше желание сохранить тайну, – заговорила Джейд, раскрасневшись от удовольствия. – Однако Трибунал наверняка уже заподозрил, что вы охотитесь на пего. Ведь они посылали сюда соглядатаев. И наверняка те доложили о вашем с Лайоном визите.

– Никто из тех, кто работает па Трибунал, ничего не смог доложить, – перебил Лайон.

– Но как…

– Кейн позаботился.

Джейд испуганно распахнула глаза и обернулась к Кейну:

– Как именно ты о них позаботился?

В ответ Кейн кивнул Лайону, ожидая, что тот все объяснит.

– Ни к чему вам об этом знать.

– Надеюсь, ты не убивал их?! – испуганным шепотом спросила она.

– Нет.

Джейд неловко кивнула и вновь обернулась к Лайону, предпочитая не замечать его явного нетерпения.

– Он не убивал их! – провозгласила она во всеуслышание. – Он исправился! – И она в упор уставилась на Лайона. Тот кивнул, и Джейд улыбнулась.

– Джейд! – окликнул Колин. – В Лондоне ты сможешь остановиться у Кристины с Лайоном. А Кейну, конечно, лучше побыть в своем особняке…

– Нет! – отрезал Кейн. – Она останется со мной.

– Но ведь может случиться скандал, – возразил Колин.

– Уже начался летний сезон, Колин, – напомнил Кейн. – Почти весь свет выехал за город.

– Достаточно хотя бы одного свидетеля, – пробормотал Колин.

– А я говорю, она у меня останется – Судя по резкому тону, Кейн вовсе не был расположен спорить дальше. Колин вздохнул и уступил. Джейд решила уточнить:

– О каком таком свидетеле вы говорили? Колин пояснил. Стернс уселся рядом с Джейд, похлопал ее по руке, успокаивая:

– Надейтесь на лучшее, миледи. Ведь милорд не намерен давать об этом объявление в газетах.

Джейд, совершенно ничего не понимая, обернулась к нему. Стернс с абсолютно непроницаемым лицом пожал ей руку:

– Не беспокойтесь, леди. Все уже устроено.

Она не имела ни малейшего представления о том, что он имеет в виду, хотя его многозначительная улыбка говорила о том что явно что-то затевается. Стернс тем временем искусно отвлек ее, придвинув пустую посуду. Джейд пришлось отправиться за очередной порцией чая. Как только она вышла, Стернс сообщил Кейну:

– Гости прибудут примерно через полчаса.

– Гости? Какого черта, мы не ждем гостей! – удивился Колин.

– Я никого не приглашал, – перебил Кейн, не сводя глаз со Стернса. – Почему бы тебе не сказать нам, кто они, Стернс?

Все присутствующие уставились на старика дворецкого так, словно у него вдруг выросла вторая голова.

– Я позволил себе пригласить сюда ваших родителей, милорд, дядю Джейд вместе с командой и еще одного гостя.

– Да за каким чертом?! – воскликнул Натан.

– Для церемонии, разумеется, – с улыбкой парировал Стернс.

Все снова обернулись к Кейну, но по его лицу ничего нельзя было понять.

– А лицензия<Лицензия – имеется в виду разрешение на брак.>? – напряженно спросил Кейн.

– Выправлена на следующий день после того, как вы отправили прошение, – ответил Стернс.

– Послушайте, Кейн, этот малый точно ваш дворецкий? – ехидно поинтересовался сэр Ричардс.

Не успел Кейн ответить, как всполошился Натан.

– Она же ни за что не согласится!

– Сомневаюсь, что Джейд уже смирилась со своим будущим, – подхватил Колин.

– Я найду способ ее убедить, – заявил Кейн. Он откинулся в кресле и благодарно улыбнулся дворецкому – Отлично, Стернс. Надо отдать тебе должное.

– Ого! – воскликнул Натан. – Расскажи-ка нам, Кейн, как именно ты намерен убедить Джейд?

В ответ Стернс извлек из наплечной кобуры незаряженный пистолет и положил оружие на стол. На сей раз Стернс обратился к Кейну:

– Мне кажется, вы собирались вести Джейд к алтарю под дулом пистолета, не так ли?

Раздался громовой взрыв хохота. Джейд застыла на пороге, сжав в руках чайник, выжидая, пока мужчины угомонятся.

Затем она налила Стернсу чаю, поставила чайник на стол и уселась на свое место. Она, конечно же, сразу заметила красовавшийся на виду у всех пистолет и поинтересовалась, что бы это значило, но вразумительного ответа не получила. Все снова залились громким смехом.

Никто не желал ничего объяснять. Видимо, умирая от хохота, мужчины стеснялись повторить какую-то скабрезность.

Джейд готова была вернуться к обсуждению, однако Кейн посоветовал ей подняться к себе.

– Зачем? – спросила она – Разве мы не собирались…

– Тебе нужно уложить вещи, – напомнил Кейн.

– Просто ты хочешь досказать свою пошлую шутку, – многозначительно кивнула Джейд и гордо удалилась.

Мужчины радостно улыбались, не сводя с нее глаз, словно удачливые воришки, любующиеся добычей.

Джейд терялась в догадках. Часовые помогли ей перенести оставленные в гардеробе у Кейна платья и остались у дверей ее спальни.

Покончив со своим занятием, Джейд уселась у окна и углубилась в чтение книги.

В дверь решительно постучали. Джейд едва успела захлопнуть книгу, как на пороге появился Черный Гарри.

В руках дядя держал дюжину прелестных белых роз на длинных стеблях.

– Это тебе, девочка, – сказал он, сунув букет ей в руки.

– Спасибо, дядя, – ответила она. – Но что ты здесь делаешь? Я думала, ты поджидаешь меня в коттедже.

– Ты вполне подходяще выглядишь, Дикарь, – заметил Гарри, чмокнув ее в макушку. – Неплохо было бы Кейну надеть мой костюм в этот выдающийся день.

– С какой это стати? – поразилась Джейд. Она впервые видела, чтобы дядя так нервничал. А кроме того, он явно казался испуганным.

– С такой, что моя рубашка превосходно подходит по цвету к твоему миленькому платьицу.

– Но что это.

– Я даже вспомнил былое – лучшие годы, – выпалил Гарри, схватил Джейд в охапку и прижал к себе вместе с розами. – Кейн попросил у меня позволения взять тебя в жены, девочка.

Прежде чем окончить фразу, Гарри предусмотрительно отпустил ее и отступил на пару шагов, ожидая взрыва. Однако Джейд лишь судорожно вцепилась в цветы.

– Осторожно, там шипы, – напомнил он.

– И что ты ответил ему, дядя?

– Он явился свататься по всей форме, – торопливо ответил Гарри – И даже был готов опуститься на колено, сказав, что сделает это ради того, чтобы добиться моего позволения. И заявил так громко и внятно прямо перед всеми, да.

– Да ты-то что ему сказал? – снова спросила Джейд.

– Я сказал «да». – Выпалив это, он отскочил еще на шаг.

Она вяло пожала плечами и опустилась на край кровати. Букет она положила рядом.

– Почему ты не рвешь и не мечешь, девочка? – удивился Гарри. – Кейн предполагал, что ты не согласишься. Разве ты не разозлилась?

– Нет.

– Тогда в чем же дело? – осведомился он и, заложив руки за спину, задумчиво протянул:

– Ты к нему неравнодушна, да?

– Да.

– И что? – настаивал он.

– Я боюсь, дядя, – еле слышно промолвила Джейд. Гарри ушам своим не поверил:

– Не правда!

– Правда!

– Да ведь ты никогда в жизни ничего не боялась!!! – негодуя, вскричал он. Потом поспешил к кровати, уселся рядом с Джейд, прямо на розы, и обнял ее за плечи:

– С чего бы тебе теперь бояться?

Джейд захотелось кричать во весь голос о том, что да, да, она много раз боялась и прежде… много раз, так часто оказываясь на краю гибели, – она уже и счет потеряла! Но конечно, она не признается – ведь он подумает, что она предала его.

– Теперь я боюсь потому, что мне придется бросить прежнее ремесло, – задумчиво обронила Джейд.

– Но ты ведь знаешь, что пришло время, что я уже не тот и все такое прочее, – утешил он. – Я скрывал от парней, девочка, но мои глаза… ну, боюсь, что я уже слишком плохо вижу. Они не дураки, чтобы держать в вожаках слепого пирата.

– Но кто же тогда будет у них в вожаках?

– Натан.

– Натан?!

– Он хотел бы забрать «Изумруд». В конце концов, корабль принадлежал его отцу, и к тому же пора уже покончить с тем небольшим дельцем. Из него выйдет отличный пират, девочка. Он настоящий мужчина.

– Из него выйдет отличный пират, – согласилась Джейд. – Но дядя Гарри, из меня никогда не выйдет женщина, которая подошла бы в жены Кейну.

– Ты именно такая женщина, какую он хочет.

– Но я же без конца буду попадать впросак, – прошептала она. Ее голос дрожал, но она ни за что не позволила бы себе разреветься. – Я не имею понятия, что должна делать настоящая жена. Я даже шить не умею, Гарри.

– Ага, не умеешь, – подтвердил Гарри, тут же вспомнив тот единственный случай, когда она попыталась заштопать ему носки и в результате пришила их к своему платью.

– И танцевать я не умею, – продолжала она. Гарри лишь молча обнял ее.

– А ведь все светские дамы только и делают, что танцуют, – едва не плача, закончила Джейд.

– Научишься, – заверил Гарри. – Если захочешь.

– О да, – торопливо подхватила она. – Я всегда хотела… Ну вот, теперь в ее голосе было столько грусти. Гарри вообще перестал что-либо понимать.

– Чего? – переспросил он. – Чего ты всегда хотела?

– Найти свое место в жизни. Лицо Гарри еще сильнее вытянулось.

– Девочка, уж не хочешь ли ты уехать к леди Бриарс? Она готова была тебя принять. Ха, она едва не отняла тебя силой! Это из-за нее нам пришлось удирать, как последним воришкам, после похорон твоего отца. Я боялся, что у нее хватит наглости заявиться с полицией и забрать тебя Если ты помнишь, я не был твоим официальным опекуном, и все же брат именно меня просил увезти тебя подальше от Англии.

– И ты сдержал данное ему слово, – заверила Джейд. – Очень благородно с твоей стороны.

– Но теперь ты уже пожалела, что когда-то я оказался столь благородным?

Джейд что было силы замотала головой. Впервые в жизни она видела Гарри таким беспомощным.

– Я не могу представить свою жизнь без тебя, Гарри. И ни за что бы не хотела иной. Ты любил меня так, словно я была твоей родной дочерью.

У Гарри опустились руки. Он выглядел таким подавленным… Теперь уже Джейд обнимала и утешала его:

– Дядя, леди Бриарс, конечно, научила бы меня всяким там штучкам, но разве она смогла бы меня так любить? И к тому же ты преподал мне куда более важную науку – науку выживать.

– Верно, – с улыбкой подтвердил Гарри, мгновенно приходя в себя. – Правда, ты была прямо создана для этого. За всю свою жизнь я не встречал такой искусной воровки и прирожденной лгуньи и по праву горжусь тобой!

– Спасибо, дядя. – Она раскраснелась от похвалы.

Гарри никогда не был расточителен на комплименты и хвалил ее сейчас от чистого сердца. Однако он снова помрачнел, вспомнив ее недавнее признание.

– И все же ты считаешь, что тебе не нашлось места в жизни?

– Я имела в виду роль настоящей жены, – заверила она.

– Значит, я просто не правильно тебя понял, девочка, – с облегчением заключил Гарри. – Между прочим, что до меня, то я всегда мечтал быть дедушкой.

– А я не знаю и про то, как рожают детей, – краснея, простонала Джейд.

Гарри твердо решил развеять все ее сомнения. Он понял, что завел разговор не туда.

– Черт, да ведь ни одна женщина этого не знает, девочка, ока не настанет время. Ты лучше вот что скажи, ты любишь Кейна? Он-то говорит, что да.

– Д что, если он устанет от меня? – вопросом на вопрос ответила Джейд. – Он обязательно бросит меня, Гарри, – отчаянно зашептала она. – Наверняка бросит!

– Не бросит.

– У него просто не хватило времени, чтобы понять… – Она нерешительно замялась. – Точно, Гарри, если бы он ухаживал за мной подольше, он бы, возможно, понял, что ошибается. – И она улыбнулась' – А тем временем, если он не ошибается, я бы могла выучиться всему тому, что он может от меня потребовать. Да, дядя, так будет лучше всего. Сейчас Кейн поступает просто из благородства…

– Постой, постой, девочка, – перебил Гарри. – По поводу ухаживания…

– Ох, Гарри, но ведь это – единственный выход, – затараторила Джейд. И я настаиваю на отсрочке в один год. Держу пари, он согласится!

Придя в восторг от такого мудрого решения, Джейд выпорхнула из комнаты. Гарри поправил сползшие очки, зажал под мышкой букет и поспешил за ней.

– Постой! – окликнул он.

– Я должна сию же минуту поговорить с Кейном, – бросила она через плечо.

– Девочка, да куда же ты несешься! Я тебе еще не все сказал!

Джейд была уже в холле, когда Гарри добрался до лестницы.

– Они собрались в гостиной! – только и успел выкрикнуть он. кубарем скатываясь по ступеням.

Джейд застыла на пороге гостиной, распахнув дверь и увидев там целое сборище. Гарри догнал ее и силой взял под руку.

– Мы должны сделать все, как положено, девочка, – прошипел он ей на ухо.

– Почему здесь так много людей? – удивилась она.

Медленно переводя взор с одного на другого, Джейд узнавала всех присутствующих, кроме коротышки с тонзурой на голове: зажав в руках толстенную книгу, он стоял возле французских дверей па веранду, увлеченно беседуя с герцогом и герцогиней Вилльямширскими.

Кейн, привалившись к камину, что-то говорил Лайону и, видимо, почувствовав ее появление, на полуслове прервался и обернулся. Его лицо стало серьезным и торжественным.

Ей же было невдомек, что здесь происходит.

Кейн поспешил навстречу, полный решимости принять огонь на себя.

– Я не успел ей объяснить, – пробормотал Гарри.

– Вижу, – отрезал Кейн. – Джейд, милая, мы собрались здесь, чтобы…

– Я сам скажу, – настаивал Гарри.

Он крепко сжал руку Джейд так, чтобы она не могла пустить в ход ногти, и выпалил:

– Девочка, не будет никакой отсрочки на год.

Джейд ответила все тем же невинным, ангельским взором.

Гарри еще крепче сжал ее руку и добавил:

– Но зато у тебя будет свадьба.

Наконец-то до нее дошло: ее глаза снова засияли знакомым изумрудным пламенем. Она попыталась вырваться, но Гарри держал крепко.

– И когда же будет эта свадьба? – хриплым шепотом спросила она.

Гарри скривился и ответил:

– Сейчас.

Джейд открыла было рот, чтобы протестующе вскрикнуть, то Кейн встал к ней вплотную и безапелляционно произнес.

– Все очень просто, Джейд, но можно и усложнить. Выбирай сама.

Джейд закрыла рот и посмотрела на него. Она была близка к панике. Ее била дрожь.

– Просто – это значит, ты сама подойдешь к священнику и произнесешь брачные клятвы.

– А если усложнить?

– Я отволоку тебя за волосы. – Кейн постарался насупиться, чтобы она и не думала сомневаться в его решимости. – В любом случае я добьюсь своего: мы поженимся.

– Кейн… – В ее голосе звучал неподдельный ужас; у него защемило сердце.

– Решай же, – настаивал Кейн. – Просто или со сложностями?

– Я не позволю тебе бросить меня! – шептала она. – Не позволю! Я первая тебя брошу!…

– Что это ты лопочешь, девочка? – недоумевал Гарри.

– Джейд! Ты выбрала? – торопил Кейн, не обращая внимания ни на ее протесты, ни на растерянность Гарри.

– Просто, – шепнула она, понурившись. Он кивнул.

– Я сам отведу ее к священнику, – заявил Гарри. – Натан, – окликнул он. – Следуй за нами.

– Обождите минуту, – велел Кейн.

Пока Джейд тряслась от ужаса, а Гарри обменивался пламенными взглядами с герцогиней, Кейн поспешил к священнику и вручил ему исписанный лист бумаги.

Наконец-то все было готово. Колин занял место подле брата, опершись на его руку. Джейд поддерживал Гарри.

Джейд поклялась первая – отступление от традиции, на котором настоял Кейн. Он, в свою очередь, не спускал глаз со своей невесты, позволив ей потупить взор во время его клятвенных обещаний. Затем он поднял ее лицо за подбородок, и она посмотрела ему в глаза, а священник тем временем захлопнул книгу, развернул врученный ему листок бумаги.

– Клянешься ли ты до конца дней своих оставаться со своей супругой? – прочел он. – Даешь ли слово перед ликом Господа и собравшихся здесь свидетелей, что никогда не бросишь ее, пока смерть не разлучит вас?

Глаза Джейд удивленно распахнулись. Она внимательно слушала эти необычные вопросы.

– Клянусь, – прошептал Кейн, когда Джейд снова обернулась к нему. – А теперь последнее, – потребовал он у священника.

– Но это совершенно не принято, – прошелестел в ответ священник и все же спросил у Джейд:

– Обещаешь ли ты сказать своему супругу, что любишь его, до захода солнца?

– Обещаю, – просияла Джейд.

– Вы можете поцеловать невесту, – провозгласил священник.

Кейн с готовностью повиновался. Подняв голову, он сказал:

– Теперь ты моя, – развернул к себе и крепко обнял – Я никогда не повторяю своих ошибок, милая.

– Не понимаю, Кейн, – ответила девушка, с трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. Ноги ее подкашивались. – Почему священник не потребовал с меня тех же самых клятв о том, что я тебя не брошу?

– Я знаю, что ты ни за что не нарушишь данного тобой слова, – пояснил он. – Только ты должна дать его добровольно. Скажи мне, когда будешь к этому готова.

Больше Кейн ничего не успел ей сказать, так как их окружила толпа желающих поздравить и пожелать счастья новобрачным.

Гарри стоял поодаль вместе со своей командой, промокая глаза кончиком пояса. Мачеха Кейна, судя по всему, была безмерно счастлива принять Джейд в семью. Конечно, ведь ей неизвестно, что ее новоявленная невестка на самом деле – известный по всему побережью пират.

– Ваш дядя будет часто навещать вас? – поинтересовалась леди Гвенет, перехватив быстрый взгляд Гарри.

– Он живет слишком далеко от Англии, – заверила Джейд, – и вряд ли сможет появляться чаще чем раз в год.

Кейн уловил облегчение, проступившее на лице у мачехи, и рассмеялся.

– Мама нервически реагирует на твоего дядю.

– О, вы совершенно напрасно беспокоитесь, – всполошилась Джейд. – На самом деле Гарри – добрейший человек Если бы вы познакомились с ним поближе.

Леди Гвенет подобное предположение повергло в совершенное замешательство. Джейд не могла понять отчего.

– У Гарри совсем недавно возникла именно эта идея, – вмешался Кейн. – Он искал возможности как можно ближе познакомиться с мамой.

Поскольку Джейд не видела, как Гарри едва не утащил герцогиню прямо через парадные двери, она не могла понять причин испуга леди Гвенет и веселья Кейна.

– Ну, сынок, сейчас не время..

– Вы назвали его сыном, – перебила Джейд. – А назвал вас мамой – я не ослышалась?

– Но ведь он и есть мой сын, – заявила леди Гвенет. – Как же еще прикажете мне его звать, дорогая? Я имею на это право.

– Ох, – прошептала Джейд, не в силах сдержать счастливой улыбки, – значит, я ничего не понимала. Я думала, что он зовет вас мадам, а вы никогда, ни разу не называли его сыном. И я хотела, чтобы… да, я ошиблась.

Ни Кейн, ни леди Гвенет не стали разубеждать Джейд. Они обменялись лукавыми улыбками.

– Где Генри? – внезапно забеспокоилась герцогиня. – Сюда же направляется Гарри! – И она, подхватив юбки, бегом припустила туда, где стоял сэр Генри, прежде чем Кейн или Джейд успели ее перехватить.

– Тебя волновали мои отношения с семьей? – шепнул Кейн.

– Но ведь у каждого должна быть семья, – смущенно пробормотала девушка, – даже у тебя. Гарри снова сунул букет ей в руки:

– Это последние розы, которые собирал для тебя Джимбо. – И он звучно чмокнул ее в лоб, а затем обратился к Кейну:

– Я бы хотел поговорить о пожаре, который следует устроить на корабле. Завтра его уже полностью перекрасят под «Изумруд».

– С вашего позволения, я хотела бы переговорить с Натаном, – в свою очередь, сказала Джейд, заметив, что брат в гордом одиночестве стоит на террасе.

Кейн слушал Гарри и в то же время ни на секунду не спускал глаз с невесты. Джейд что-то долго втолковывала Натану, тот беспрестанно кивал, оставаясь серьезным. Более того, он явно растерялся, когда Джейд протянула ему одну из роз.

Он тряхнул головой, она, судя по всему, на чем-то настаивала.

Но вот Натан улыбнулся, принял розу и обнял сестру.

Перед Кейном впервые раскрылась душа Натана В эти мгновения он позволил себе сбросить обычную личину; лицо его светилось любовью.

Кейн не стал вмешиваться. Он терпеливо дожидался Джейд.

Гарри с командой тоже внимательно следили за Натаном, и когда тот взмахнул белой розой, небо содрогнулось в приветственном кличе. Матросы радостно бросились к нему, а Мэттью с Джимбо с удовольствием замолотили его по спине.

– Что все это значит? – поинтересовался Кейн, обняв Джейд.

– Я преподнесла Натану подарок в честь свадьбы, – сказала она, лукаво улыбнувшись. Кейну захотелось сию же минуту поцеловать ее. – Ну? – выдохнула она в ответ на его пламенный взгляд – Ты желаешь знать, что я ему подарила?

– Розу, – хрипло шепнул он, целуя ее в лоб. – Любимая, давай поднимемся наверх на пару минут.

От этого шепота, от этого взгляда у Джейд перехватило дыхание.

– Ну нельзя же, – возразила она еле слышно. – Тут полно гостей. И нам скоро надо будет отправиться в Лондон, – добавила она.

– Ну, тогда не смотри на меня так, – вздохнул Кейн.

– Как?

– Как будто тебе тоже не терпится подняться наверх, – пробурчал он.

– Так оно и есть, – улыбнулась счастливая невеста.

И тогда он все же поцеловал ее вопреки всем приличиям, и на несколько мгновений им показалось, что они остались наедине.

Когда он нашел в себе силы оторваться, Джейд еле стояла на ногах. Боже, как же она обожала его ласки!

Тут он вспомнил об обещании священнику.

– Джейд, ты ничего не хочешь мне сказать? – легонько сжав ей локоть, спросил Кейн.

– Да, – прошептала она. – Я только что отдала белую розу Натану.

Судя но всему, у нее и в мыслях не было подшутить над ним. Кейн решил добиться признания позже, когда они останутся наедине. Черт возьми, он просто обмирал от желания услышать от нее заветные слова.

– Ты понял, Кейн?

Он отрицательно покачал головой.

– Я отдала ему свое имя, – пояснила она. Кейн смотрел по-прежнему недоуменно.

– Но это же чертовски глупо – откликаться на твое имя, милая.

– Дикарь.

– Что?..

Она кивнула:

– Теперь Дикарем станет Натан. Это мой ему подарок. Джейд так искренне радовалась, что у Кейна еле язык повернулся возразить:

– Да ведь Дикарю суждено погибнуть!

– Да, но это ненадолго. Команде нужен новый капитан, а Натану – «Изумруд». У него есть важное дело.

– Какое еще дело?

– Он должен отвоевать свою жену.

Эта новость явно ошеломила Кейна.

– Неужели Натан женат?

– Его обручили еще в четырнадцать лет, – подтвердила Джейд. – Согласно воле его величества.

– И где же его жена? – недоумевал Кейн, Джейд в ответ только рассмеялась.

– Не хочешь ли ты сказать, что Натан проворонил свою жену?! – теперь уже судорожно хохотнул Кейн.

– Не совсем так, – уточнила Джейд. – Она от него бежала. Ну, теперь тебе понятно, отчего он такой бешеный?

– Милая, сколько еще тайн ты собираешься мне поведать?

Не успела она ответить, как их перебил сэр Ричардс. Пора было отправляться в Лондон.

– Джейд, неплохо бы тебе переодеться в платье для верховой езды. Мы не станем закладывать карету.

Она согласно кивнула, торопливо извинилась перед гостями и поспешила наверх. Стернс снес вниз ее саквояж и приказал конюшему закрепить его на седле лошади.

Кейн как раз натягивал сюртук, когда она вошла к нему в комнату. Он только что переоделся в обтягивающие бриджи кремового цвета и темно-коричневые высокие сапоги. Рубашку он менять не стал, зато с наслаждением избавился от галстука.

– Я готова, – окликнула она с порога.

– Черт, ну и начало супружеской жизни! – пробурчал он.

– Можно и подождать, – заверила она.

– Нет, нельзя. – Он упрямо мотнул головой.

– Кейн! А почему бы нам не поехать в карете?

– Да потому, что нам придется выезжать через задние ворота, преодолеть чащу, крутить и петлять и тайком пробираться в Лондон, милая.

– Совсем как Мак-Киндри, – с понимающей улыбкой заключила Джейд.

Кейн запихнул за голенище длинный кинжал, выпрямился и спросил:

– Что еще за Мак-Киндри?

– Человек, который оставил мне памятку своим кнутом, – ответила она. – Не забудь пистолет, Кейн.

– Не забуду, – ответил он. А потом внимательно взглянул на нее:

– Так этого ублюдка зовут Мак-Киндри?

– Не злись, Кейн. Это было так давно!

– Когда?

– О, мне было то ли восемь, то ли девять. И Гарри сполна с ним рассчитался. А для меня это стало отличным уроком, – добавила она хлестко:

– Уроком чего?

– Мак-Киндри набросился на меня сзади, – уточнила Джейд. – И после этого всякий раз, расставаясь со мной, Гарри напоследок обязательно добавлял: «Помни про Мак-Киндри!» Понимаешь, это стало как бы предостережением.

Интересно, какую еще чертовщину хранят ее детские воспоминания? Однако Кейн постарался подавить вспышку гнева.

– И что же, Гарри часто с тобой расставался? – нарочито небрежно поинтересовался он, отвернувшись в сторону, чтобы она не разглядела его лицо.

– В общем, да, – ответила она. – Ну, пока я не подросла настолько, что смогла ему помогать. С тех пор мы всегда были вместе. Кейн, нам правда пора. Сэр Ричардс уже с ума сходит. Надо спуститься и сказать ему, что…

– Пойди сюда, Джейд, – приказал он хриплым голосом. Серьезное лицо и непривычные манеры встревожили Джейд. Она поспешила приблизиться к нему.

– Я хотел бы, чтобы ты кое-что запомнила, кроме урока Мак-Киндри, – промолвил он.

– А именно?

– Я люблю тебя.

– Я ни на миг не забываю об этом. – Она поднялась на цыпочки и погладила его по щеке и потом даже попыталась поцеловать, но Кейн увернулся.

– Д также запомни и кое-что еще, – прошептал он – Не забывай, что ты обещала никогда, никогда больше не возвращаться на море.

– Но тебе-то я не обещала… – широко распахнув глаза, начала было она.

– Ну так пообещай мне это сейчас, – приказал он.

– Обещаю, – растерянно уступила Джейд.

– И пусть Гарри впредь сам приезжает в Англию, если захочет тебя повидать. А мы к нему не приедем. Кроме того, я скажу, что чуть ли не силой взял с тебя слово, и он не станет возражать.

– Когда ты догадался, Кейн?..

– Что ты боишься воды? – Она нерешительно кивнула, и он объяснил:

– С твоего самого первого кошмара. Ты ведь испугалась тогда, правда?

– Слегка, – торопливо шепнула она, но тут же тряхнула головой:

– Нет, Кейн, на самом деле я была в ужасе. Гарри этого не объяснить. – Она надолго замолкла, прежде чем решилась спросить:

– Кейн, ты думаешь, я трусиха?

– Джейд, неужели еще надо спрашивать? Ты же прекрасно знаешь ответ!

– Ладно, прости меня за глупый вопрос, просто я не привыкла признаваться…

– Милая, даже сам Посейдон испугался бы воды после того, что довелось испытать тебе!

Джейд смеялась и плакала одновременно. Словно камень упал с ее сердца. От счастья голова у нес пошла кругом. Но потом она вновь погрустнела:

– А вот Натан оказался сильнее. Он готов опять отправиться на море.

– У Натана не такая нежная натура, милая, тебя нельзя с ним сравнивать, – ответил Кейн.

– Ох, он очень даже нежный, поверь мне. Ты никому не расскажешь, если я скажу? Не станешь донимать моего брата из-за…

– Я обещаю.

– У Натана морская болезнь.

– Черт, ну и бравый же из него выйдет пират! – весело рассмеялся Кейн.

– Я люблю тебя!

Джейд выпалила это признание, стыдливо спрятав лицо у него на груди. Кейн вмиг посерьезнел.

– Что ты сказала? – переспросил он, сделав вид, что не расслышал, и приподнял ее подбородок.

Ей потребовалось немало времени на то, чтобы повторить эти простые слова, – еще бы, на это ушли последние силы. Всякий раз, как только она хотела открыть рот, горло ее сводило судорогой, сердце замирало в груди, а ноги подкашивались. Вряд ли она сумела бы собраться с духом, если бы не Кейн. В глазах его она нашла такую любовь, что сумела частично перебороть панику. А ямочки на щеке окончательно развеяли все страхи.

– Я люблю тебя!

Кейна затопила волна радости, но Джейд неожиданно разрыдалась.

– Неужели это так трудно? Сказать, что любишь меня?

– Да, – выдохнула она, пока Кейн поцелуями осушал ее слезы. – Я совершенно не приучена говорить вслух то, что лежит у меня на сердце. И не могу сказать, что мне это понравилось.

Кейн наверняка бы рассмеялся, если бы она не казалась такой чертовски беззащитной.

– Любимая, но ведь тебе в первый раз и любовью заниматься не понравилось, – напомнил он, в который раз целуя милые губы.

Обоих охватил страстный трепет. Кейн наверняка сию же минуту отправился бы с ней в постель, если бы не раздраженный зов сэра Ричардса. Молодожены подавленно вздохнули.

– Пойдем же, милая. Нам пора.

И маркиз поплелся к дверям, увлекая ее за собой.

Лайон с Ричардсом поджидали в холле. О нежностях и речи быть не могло. Они в молчании пробрались через заднюю калитку к лесу, где Мэттью с Джимбо уже держали для них лошадей.

Кейн поехал первым, следом Джейд, Лайон прикрывал ее сзади. Сэр Ричардс оказался в хвосте кавалькады.

Кейн с фанатичным упорством соблюдал все меры предосторожности, даже лишил себя отдыха во время единственной за весь путь остановки: вернулся по своим следам и убедился, что за ними нет слежки. Но Джейд и не подумала возмущаться. Наоборот, ей было спокойнее, зная, что он начеку.

Всякий раз, когда Кейн отправлялся на разведку, Лайон оставался ее охранять. И всякий раз сводил их разговор к содержанию его досье. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке.

Она предложила Лайону попросту выкрасть это досье и успокоиться. Лайон молча покачал головой, вынужденный объяснить Джейд сомнительную этичность такого поступка. А кроме того, вдруг у кого-то однажды возникнут вопросы но поводу его работы. Досье нельзя ни украсть, ни уничтожить – ведь единственной его защитой может быть лишь содержащаяся там правда.

Джейд не стала с ним спорить, но про себя решила, что досье будет гораздо сохраннее у него дома, нежели в архиве Военного департамента. При случае она непременно постарается уладить эту маленькую неприятность по-своему.

Они наконец приблизились к лондонским предместьям; солнце клонилось к закату. Джейд неимоверно устала от длительной скачки и не стала перечить, когда Кейн усадил ее перед собой.

Она даже слегка задремала чуть ли не в самом конце пути когда они подъехали к его городскому особняку. Кейн вошел в дом первым, милостиво отпустил всех слуг, а затем пригласил Джейд Несмотря на остававшийся в помещениях сильный запах дыма, слуги успели на славу потрудиться. Дом был вполне пригоден для житья.

Лайон и сэр Ричардс присоединились к ним в библиотеке, и директор заявил:

– Отправимся, как только стемнеет.

– Намного безопаснее дождаться полуночи, – возразила Джейд. – К этому времени там останется лишь двое часовых.

– А после полуночи? – поинтересовался сэр Ричардс.

– Один часовой уйдет. В самые темные ночные часы там дежурит некто Петер Кентли. Он всегда наполовину пьян к началу дежурства. И если мы обождем еще с полчаса, то он успеет допить свою бутылку и заснет.

Сэр Ричардс слушал ее с открытым ртом:

– Но как вам удалось…

– Сэр, если вы хотите, чтобы предприятие увенчалось успехом, его необходимо как следует подготовить, не правда ли?

Пока сэр Ричардс распространялся по поводу разложения среди сотрудников департамента, Лайон поинтересовался насчет замков.

– О, запор на задней двери – действительно тонкая штучка, – сверкнув глазами при возможности поговорить на любимую тему, сообщила Джейд.

– Тонкая штучка? – переспросил Кейн, улыбаясь такому энтузиазму.

– Ну, слава Богу, хоть что-то у нас работает, – облегченно перевел дух сэр Ричардс.

– Сложная, сэр Ричардс, еще не значит – недоступная, – многозначительно пояснила Джейд. – Если вы не забыли, я все же проникла внутрь. – И она торопливо добавила, заметив, что буквально уничтожила его этими словами:

– Правда, в первый раз у меня ушла на это уйма времени. Двойные замки не так-то просто вскрыть.

– Джейд, а сколько именно времени вы возились тогда?

– Ох, целых пять… нет, пожалуй, шесть минут.

Сэр Ричардс чуть не сгорел со стыда. Джейд кинулась его утешать:

– Ну же, не расстраивайтесь, сэр Ричардс. Все обстоит не так уж плохо. Послушайте, я потратила почти целый час, пока добралась до внутреннего помещения архива, где хранятся досье.

Однако, судя по его виду, директор остался безутешен. Джейд решила на время оставить мужчин. Вернувшись в библиотеку, она предложила закусить яблоками, сыром, холодной бараниной, вчерашним хлебом, сдабривая все темным бархатным элем. Затем скинула туфли и, забравшись с ногами в кресло, задремала.

Мужчины, понизив голоса, все еще спорили о способах выявления членов Трибунала. Кейн в который уже раз просматривал копии писем, когда Джейд неожиданно проснулась.

У него был крайне отсутствующий вид, но вот он неожиданно улыбнулся и откинулся в кресле, а Джейд гордо подумала, что нет на свете такой проблемы, которая оказалась бы ему не по зубам.

– Ты уже пришел к каким-то выводам, Кейн? – поинтересовалась она.

– Пожалуй, вот-вот приду, – приподнято ответил он. – Мы вовремя предприняли этот шаг, Джейд.

– Он всегда на удивление логичен, – заметила Джейд, адресуясь к Лайону и сэру Ричардсу, словно за что-то извинялась. – И с этим ничего не поделаешь. А еще он чрезвычайно доверчив.

– Доверчив?! – Лайон, не удержавшись, прыснул. – Вы шутите, Джейд. Вряд ли в Англии найдется больший циник, чем Кейн.

– Видимо, общение с тобой, Джейд, научило меня доверять людям, – поддразнил Кейн.

Джейд удивило замечание Лайона. Он говорил так уверенно… Вот и сэр Ричардс туда же! Она с улыбкой бросила Кейну:

– Ну что ж, я очень горда, что ты мне поверил.

– Не меньше, чем ты мне, дорогая, – парировал он.

Пора было менять тему разговора. Джейд спустила ноги на пол и поморщилась от боли в спине. Одна она бы с наслаждением вытянулась, закряхтела бы, застонала – то есть вела бы себя недостойно истинной леди.

– Я совершенно не привыкла так долго ездить верхом, – призналась она.

– А держалась молодцом, – похвалил Лайон. И добавил, обращаясь уже к обоим:

– Как только покончим с этим делом, милости прошу к нам с Кристиной.

– О, вот и отлично, – подхватил Кейн. – Знаешь, Лайон, Джейд и Кристина очень похожи.

– Значит, она тоже воровка? – вырвалось у Джейд с большим воодушевлением. – Мы с ней поладили с самого начала. Чего же удивляться…

– Как ни жаль разочаровывать тебя, любовь моя, но должен признаться, что Кристина – не воровка, – заметил Кейн.

У Джейд сделался такой вид, словно ее окатили из ведра. Лайон рассмеялся:

– Кристина тоже не в ладах с логикой, Джейд. Она получила довольно необычное воспитание. И многому сможет вас научить.

– Бог в помощь, – добавил Кейн, так как был хорошо знаком с необычным прошлым Кристины. Супруга Лайона выросла на Диком Западе среди индейцев племени дакота.

– Я уверена, что очень быстро всему научусь! – с жаром воскликнула Джейд. – Если только захочу, то мигом усвою все, чем Кристина пожелает со мной поделиться. – И, не дожидаясь ответа, выпалила:

– Мне надо переодеться, уже пора.

Кейн многозначительно посмотрел на Лайона.

Она же в своей комнате торопливо переоделась в черное платье, а с собой прихватила плащ, чтобы скрыть капюшоном золотисто-рыжую шевелюру.

Большую часть пути до Военного департамента они проделали пешком. Подходя к аллее, примыкавшей к задней части здания, девушка прижалась к Кейну и. взглянув на верхний этаж кирпичного особняка, схватила его за руку:

– Что-то не так, Кейн.

– В чем дело? – пропыхтел сзади сэр Ричардс. – Это ваше воображение, дорогая, или же…

– В третьем окне справа – свет, – отчеканила она. – А в это время там не должно быть никакого света.

– Возможно, что часовой у входа…

– Вход расположен с другой стороны, – перебила Джейд. – А свет горит внутри офиса.

– Если кто-то решил раздобыть досье, то на обратном пути он наверняка воспользуется черным ходом, – бросил Кейн Лайону.

– Пусть, – произнес сэр Ричардс. – Я прослежу за ним.

– Прикажете идти с вами? – спросил Лайон. – Возможно, он будет не один.

– Я постараюсь распознать главного и прослежу именно за ним, – покачал головой сэр Ричардс. – Вы нужнее здесь, а затем мы все встретимся у Кейна – не важно, сколько придется ждать.

Они укрылись в тени поодаль и стали терпеливо ждать. Кейн обнял Джейд за плечи и привлек к себе.

– Ты сожалеешь, что я сейчас здесь, с тобой? – прошен тала она, когда он ужесточил хватку.

– Да, я не хотел этого, – подтвердил он. – Джейд, если там, внутри, тебе будет грозить опасность…

– То Лайон управится с ней, – перебила она. – Если этой ночью, Боже упаси, нам не избежать убийства, то убийцей наверняка окажется он' ему не привыкать.

Лайон недовольно изогнул бровь. Интересно, а досье Кейна она столь же внимательно изучила? Ведь что ни говори, а они – два сапога пара.

Но вот дверь тихонько скрипнула, все разом умолкли. Из офиса вышли двое Джейд ясно разглядела их в лунном свете и невольно вскрикнула, так что Кейну пришлось зажать ей рот ладонью.

Тот, что шел позади, повернулся и запер дверь. Странно, где он взял ключи? Парочка скрылась за углом, а следом за ней – и сэр Ричардс.

– Система безопасности оставляет желать лучшего, – шепнула она Кейну.

– Да, – согласился он. – Ты их узнала? Джейд кивнула:

– Это они и еще один негодяй подожгли карету Натана. А тот, что повыше, оглушил меня.

Джейд испуганно отшатнулась от Кейна. Казалось, он сию минуту кинется за бандитами.

– Кейн, пожалуйста, взываю к твоей логике. Сейчас нельзя за ними гнаться!

– Я подожду, – раздраженно буркнул он. – Но как только освобожусь…

Так и не закончив фразы, он, схватив ее за руку, потащил к двери. С помощью универсальной отмычки, которую Джейд преподнес Гарри на десятый день рождения, она могла справиться с любым замком Второй запор занял у нее всего пару минут Первым внутрь вошел Лайон, за ним Джейд, а Кейн привал их Сзади. Вскоре она отпихнула Лайона и уверенно зашагала вверх по черной лестнице на четвертый этаж. Джейд вспомнила, как – пронзительно скрипит четвертая ступенька во втором лестничном пролете, и жестами приказала мужчинам ступать осторожнее. Лайон тотчас приподнял ее за талию и перенес через предательскую ступеньку. Она благодарно улыбнулась и двинулась дальше.

Часовой на посту за столом в приемной не спал. Он был убит. Джейд заметила рукоять кинжала у него между лопаток и невольно вздрогнула. Кейн мигом снова зажал ей рот он не сомневался, что она вот-вот закричит.

Через стеклянную дверь они разглядели два темных силуэта. Кейн бесшумно оттащил Джейд за угол коридора, жестом приказал ждать здесь, а сам ринулся за Лайоном внутрь кабинета. Какая слаженность беззвучных действий! А что, из этих двоих тоже вышли бы неплохие воры!

Однако они что-то долго копались. Джейд, прислонившись к стене коридора, нервно стиснула руки. О, если с Кейном что-то случится, она просто сойдет с ума от горя. Если, конечно, она до этого его не бросит… Боже, Боже, как же он ей нужен!…

Джейд даже не заметила, что крепко зажмурилась от страха, однако тут же очнулась, ибо Кейн похлопал ее по плечу.

– Идем, мы теперь одни.

– А что с теми, в кабинете? – спросила она – И ради Бога, потише. Мы ведь на работе.

Он ничего не ответил. Джейд следом за ним прошла через приемную и скинула плащ, пока Лайон зажигал дополнительные свечи. Заметив в дальнем углу двоих мужчин, она нечаянно вскрикнула.

– Они убиты? – спросила девушка, не в силах оторвать глаз от лежащих вповалку тел.

– Нет, – заверил Кейн, закрывая ей обзор. Она облегченно вздохнула, а он удивился – Джейд, да неужели никто из твоей команды никогда…

– Абсолютно, – отрезала она. – Иначе я бы не связывалась с ними. Им было категорически запрещено убивать. А теперь хватит болтовни, Кейн. Мы спешим Если они очнутся, то поднимут шум.

– Ну, они еще довольно долго не смогут прийти в себя, – пообещал Кейн.

Придвинув кресло, он заботливо устроил в нем Джейд и велел:

– Отдохни немного. Предстоит еще немало сделать.

– Отдыхать на работе? – возмутилась она. – Да ни за что!

– Досье Терранса отсутствует, – объявил Лайон, склонившись над картотекой и многозначительно улыбаясь:

– Это о чем-то говорит, не так ли?

– Фонарщики на улицах тоже могут счесть это интересным, – одернула его Джейд. – Пожалуйста, не кричите так, Лайон Значит, теперь мы можем уйти? – предложила она, косясь на лежащих в углу.

– Джейд, почему ты так нервничаешь, – недоумевал Кейн – Ведь ты уже не раз бывала здесь!

– Тогда мне помогали профессионалы, – заявила она.

– Она беспокоится за нас, – с улыбкой заметил Лайон.

– Не может быть, – возразил Кейн. – Это же просто оскорбительно…

– Конечно, беспокоюсь, – выпалила Джейд, с трудом поверив, что Кейну еще хватает наглости издеваться над ней – Вы оба не заслужили чести даже называться подмастерьями.

Любому олигофрену, к примеру, было бы ясно, что сейчас не время молоть чепуху. Займитесь-ка лучше делом.

– Она пытается нас оскорбить, – протянул Лайон и принялся было хохотать, но под взглядом Джейд быстро успокоился.

Мужчины снова посерьезнели и в течение почти двух часов добросовестно пересматривали все досье Джейд не мешала им. однако и себе не позволяла расслабиться на случай неожиданного вторжения.

– Итак, мы закончили, – сообщил Кейн, захлопнув последнее досье.

Джейд поднялась с кресла, подошла к Кейну, взяла папку у него из рук и старательно поставила на место При этом она повернулась спиной к мужчинам и беспрепятственно прихватила пухлые папки с личными делами Кейна и Лайона.

Резко повернувшись, Джейд приготовилась к отпору, но ей повезло – ее спутники уже двинулись к дверям.

– Вы не собираетесь заглянуть к ним в карманы, – поинтересовалась Джейд, кивнув на пленников.

– Уже, – откликнулся Кейн.

Джейд надежно спрятала досье под плащом. Задув свечи, она поспешила за мужчинами. Поскольку в здании больше никого не было, Джейд решила не таиться, и они с жаром принялись обсуждать последние события.

– Я ни за что на свете не возьму вас на следующую вылазку, – проворчала она. – И очень удивлюсь, если у входа нас не караулят полдюжины констеблей.

Ни Кейн, ни Лайон не обратили внимания на воркотню, и она вскоре угомонилась.

Сэр Ричардс уже ждал их в тени деревьев.

В двух кварталах отсюда стоит наемная карета, – сообщил он, повернулся и зашагал первым.

Заворачивая за угол, Джейд споткнулась, Лайон подхватил ее на руки, но, слава Богу, досье под плащом не нащупал. Он просто молча улыбнулся и занял свое место в арьергарде.

Забравшись в карету, она поплотнее запахнула плащ и позволила себе забыться сном. Какое счастье – знать, что ей нечего опасаться. С Кейном она чувствовала себя в полной безопасности и впервые за многие годы хоть на время позабыла про Мак-Киндри. Кейн позаботится о них обоих. Конечно, из него ни за что не получится настоящий вор, зато он наверняка не позволит никакому Мак-Киндри подкрасться к ней незамеченным.

Проснувшись, она обнаружила, что лежит в постели Кейна. Он безуспешно пытался снять с нее плащ.

– Они ждут тебя? – сонно спросила Джейд.

– Да, милая, позволь мне…

– Я разденусь сама, – заверила она. – Если я не нужна тебе…

Он не дал ей докончить:

– Ты всегда нужна мне, Джейд. Я люблю тебя. – Он нежно поцеловал ее и прошептал:

– Спи, моя радость. Я вернусь к тебе, как только провожу Лайона и сэра Ричардса.

– А я не желаю зависеть от тебя! – запаниковала она. Кейн сочувственно улыбнулся:

– Знаю, любимая, но ведь я уже стал тебе нужен. А теперь спи.

Сама не понимая отчего, Джейд обрадовалась. Он так уверен в себе, так заслуживает доверия! Его невозможно не любить.

Джейд тяжело вздохнула. Сейчас она просто не в силах думать о будущем. Она припрятала досье, кое-как стянула с себя одежду и рухнула на кровать. Подумав, что после нынешних похождений ей запросто могут привидеться старые кошмары, она вдруг осознала, что отныне почти не боится их.

Она заснула, с наслаждением повторяя обещание, данное ею Кейну: никогда больше не возвращаться на морс.

Кейн улегся спать уже около семи утра. Джейд на мгновение открыла глаза, увидела, как он устроился рядом, крепко обнял ее, прижал к себе и громогласно захрапел, забывшись еще быстрее, чем она сама.

Около полудня Джейд спустилась вниз, представилась челяди Кейна и направилась в столовую завтракать.

Внезапно в дверях возник Кейн, одетый лишь в светлые бриджи. Несмотря на измученный вид, он явно разозлился не на шутку, и, когда поманил ее к себе пальцем, она не посмела не подчиниться.

– Поди сюда, Джейд!

– Ты что, не с той ноги встал, Кейн? – спросила она, приближаясь. – Или ты всегда такой злой, когда не выспишься?

– Я подумал, что ты сбежала.

Глаза ее удивленно распахнулись, однако сколь-нибудь раздумывать ей не позволили. Кейн схватил ее в охапку и потащил обратно наверх. До Джейд дошло, насколько он зол, только когда она разглядела биение знакомой жилки на щеке.

– Кейн, я к не думала бежать, – прошептала она и, погладив его по щеке, добавила:

– Тебе надо побриться, муженек.

– Совершенно верно, я твой муж, – ответил он.

Швырнув ее в кровать, Кейн скинул бриджи и растянулся на животе, обхватив ее за талию. Она была полностью одета, он был полностью обнажен.

Джейд была уже готова рассмеяться над всей абсурдностью ситуации, но тут до нее дошел смысл только что услышанного. Как он посмел ей не поверить?! Она пришла в ярость. О, она готова была тут же дать ему примерную отповедь, если бы он не выглядел таким чертовски умиротворенным. У нее просто духу не хватит его разбудить.

С отповедью можно и обождать. Джейд закрыла глаза, выбрала из сокровищницы своей памяти одну из книг и принялась мысленно ее перечитывать.

Он проснулся двумя часами позже. Его настроение при этом значительно улучшилось. Он мило улыбнулся Джейд, она же мрачно уставилась на него:

– С какой это стати ты мне не доверяешь?

Кейн перекатился на спину, закинул руки за голову и громко зевнул.

– Снимай-ка платье, милая, – прошептал он лукаво, – и мы обсудим это.

Она покраснела, заметив у него явные признаки возбуждения Он опрокинул ее на себя, властно поцеловал в губы и снова велел раздеваться. Как ни странно, но она безропотно подчинилась. Ах, какой он настойчивый! И к тому же ненасытный! Джейд успела дважды взлететь на вершину блаженства, когда он наконец извергся в нее. К этому моменту она еле двигалась.

– Ну а теперь выкладывай, что тебе хочется обсудить?

Джейд никак не могла собраться с мыслями. Пока они одевались, прошло не меньше часа, так как супруги то и дело отвлекались на поцелуи и ласки. Только спускаясь вниз, Джейд вспомнила, отчего так рассердилась.

– Разве я не сама доверилась тебе? – возмущенно спросила она – В ответ ты должен был поверить мне всей душой.

– Нет, ты мне не доверяешь, Джейд, – возразил Кейн – Или все, или ничего, милая. Ты достаточно ясно дала мне понять, что при первой возможности сбежишь. Не так ли, любимая?

Кейн задержался на последней ступеньке и обернулся, заглядывая ей в лицо. В глазах у Джейд стояли слезы.

– Я не желаю сейчас говорить об этом, – выпалила она, изо всех сил стараясь овладеть собой. – Я голодна и…

– Вот-вот сорвусь, верно, женушка?

– Не понимаю, о чем ты, – парировала она. Голос ее предательски задрожал. – Куда это я сорвусь?

– В бездну своих совершенно нелогичных измышлений о возможности того, что я непременно тебя покину, – пояснил он – То есть поступлю точно так же, как когда-то Натан и Гарри. Ты до сих пор этим напугана.

– Я напугана? – пролепетала она.

– Ты боишься меня, – подтвердил он, ожидая, что Джейд яростно примется доказывать обратное, но, к его удивлению, она утвердительно кивнула.

– Да, ты меня напугал, – призналась она. – И еще могу сказать вам, сэр, что я отнюдь не в восторге от этого чувства. Оно делает меня…

– Уязвимой?

Она снова согласно кивнула. Он тяжко вздохнул:

– Ну и что теперь прикажешь делать? Ответь, как долго, по-твоему, ты можешь не бояться, что я тебя покину?

Он говорил так нежно и искренне, а лицо его оставалось серьезным.

– Скажи, а как долго я тебе не надоем? – уточнила она, уже не пытаясь скрыть страх.

– Ты что, нарочно прикидываешься глупее, чем есть на самом деле?

– Нет.

– Тогда я повторю то, что уже говорил: ты никогда не надоешь мне. А теперь скажи, сколько времени тебе понадобится на то, чтобы научиться мне доверять? – На сей раз голос его вовсе нельзя было счесть нежным. Он звучал резко и неумолимо.

– Я уже сказала, что люблю тебя, – прошептала Джейд.

– Сказала.

– И я поклялась перед тобой и перед Господом. Он уже физически ощущал излучаемые ею страх и беззащитность.

– Ну? Чего же еще ты от меня хочешь?! – Последний вопрос она выкрикнула, заломив руки. Кейну же почему-то казалось, что она все еще не готова расстаться с защитной броней вокруг сердца.

– Джейд… – Он чувствовал себя настоящим чудовищем.

– Кейн, я не хочу от тебя убегать, – затараторила она. – И я доверяю тебе. Да, доверяю. Я знаю, что ты не дашь меня в обиду. Я знаю и то, что ты меня любишь, но что-то во мне снова и снова… – Она замялась и поникла в отчаянии. – Иногда я почему-то вновь чувствую себя в ловушке, – наконец призналась она. – Наверное, ты был прав. Мои страхи совершенно необоснованны, правда?

Он обнял ее и прижал к себе. Это объятие больше было необходимо ему самому, нежели Джейд. По правде сказать, он не в силах был наблюдать за паникой, сквозившей в ее взоре.

– Я должен кое о чем рассказать тебе, милая. В первый раз, когда ты пыталась сбежать… и Гарри сказал, что ты скрылась, я поддался панике. Еще ни разу в жизни я не испытывал подобного ужаса, и будь я проклят, если мне это понравилось. И вот теперь до меня начинает доходить, что тебе пришлось жить с этим чувством долгие годы, верно?

Джейд уткнулась в кружева на вороте его рубашки:

– Возможно.

– И тогда тебе пришлось приучиться доверять только себе, продолжал он. – Ты привыкла ни от кого не зависеть. Я правильно рассуждаю, не так ли?

Джейд пожала плечами и, изо всех сил стараясь скрыть свои эмоции, небрежно промолвила:

– Мне не очень-то приятно об этом говорить. – Чувствуя, как Кейн стиснул ее плечи, она торопливо добавила – Я люблю тебя всем сердцем. И теперь знаю, что и ты любишь меня, Кейн. Да, я уверена в этом.

Между ними надолго воцарилось молчание Джейд требовалось время, чтобы успокоить бешено бившееся сердце. Кейну – чтобы логически объяснить ее нелогические страхи.

– А что, если нам договориться о каком-нибудь промежутке времени? – вдруг выпалил он.

– О чем ты? – Она тотчас отстранилась, он наверняка опять издевается над ней! Однако тут же убедилась, что Кейн совершенно серьезен. – Ты хочешь превратить наш брак в кратковременный союз? Но ведь минуту назад ты твердил, что любишь меня. Как же у тебя поворачивается язык…

– Да нет же, нет, – возразил он. – Мы просто условимся о некотором отрезке времени, в течение которого ты определенно не предпримешь попыток сбежать. Например, о шести месяцах. Может тогда нам удастся хотя бы частично развеять твои страхи? – Кейн явно загорелся этой идеей и чрезвычайно обрадовался. До Джейд дошло, что он совершенно искренне поверил в эту глупость.

– Ты ведь говорил, что никогда не покинешь меня. А теперь хочешь превратить «никогда» в несчастные шесть месяцев..

– Я и не намерен тебя покидать, – рявкнул он, явно разозлившись оттого, что его гениальный план не нашел должного одобрения. – Это ты никак не хочешь поверить, что я говорю правду. А значит, пообещай ничего не предпринимать в течение шести месяцев.

– А как же ты, муженек? Выдержишь ли ты эти шесть месяцев?

– Несомненно.

Джейд поспешила уткнуться в него, дабы он не заметил улыбки. Еще подумает, что она смеется над ним. На самом деле Джейд чувствовала себя так, словно с ее души свалился огромный камень и она снова может свободно дышать. Она одолела панику.

– Дай же мне слово, жена, – тихо, но грозно приказал он.

– Ты его получил, – ответила Джейд.

– Нет, – настаивал он. – Так не пойдет. Слишком мало времени. Черт, стоит мне забыться, и ты сбежишь прежде, чем я… Мне необходим целый год, Джейд. Начнем отсчет со дня свадьбы. Уж нашу-то годовщину я ни за что не забуду. – И он до боли сжал ее плечи, поскольку она, по его мнению, тянула с ответом:

– Ну? Обещаешь мне не убегать в течение года?

– Обещаю.

Кейн едва не закричал от счастья. Наконец-то, наконец-то ему удалось найти способ сделать счастливой и ее! Ведь он только что возвел барьер, в котором Джейд все еще нуждалась!

Этому парню следовало пойти в адвокаты, решила про себя Джейд. У него на удивление изощренный ум!

– Я останусь с тобой в течение года. Теперь твоя очередь, муж.

– Я не покину тебя в течение полного года, – провозгласил он и, пальцем подцепив ее подбородок, спросил:

– Ты ведь веришь мне, не так ли?

– Да, верю.

– И тебе стало легче, верно?

Она ответила не сразу. Правда обрушилась на нее внезапно, словно горячий сноп солнечного света, согревший и исстрадавшееся сердце, и неспособный логично мыслить рассудок. Он никогда не покинет ее… и ей никогда не придется бежать. Детские страхи, все время таившиеся в глубине души, исчезли, как исчезло былое одиночество.

– Милая! Скажи, тебе все-таки легче, не правда ли?

– Я верю тебе всем сердцем, – прошептала она.

– И теперь тебя не охватывает паника?

– Кейн, я хочу сказать…

– И это мне удалось совладать с твоей паникой!

Он выглядел таким трогательно самодовольным, что у Джейд язык не повернулся выговаривать за столь непростительную заносчивость. К тому же не следовало забывать, как мужчины носятся со своим самолюбием.

– Ты помог мне разобраться в себе, – произнесла она. – И конечно, ты изгнал мои страхи. Спасибо тебе, Кейн.

Они прильнули друг к другу в продолжительном и страстном поцелуе Джейд била дрожь, когда их губы наконец разомкнулись. Кейн счел это реакцией на его поцелуй.

– Ты не хотела бы снова наверх, любимая? – поинтересовался он.

– Только после обеда, – кивнула она – Я вот-вот умру с голоду.

Кейн подал ей руку и повел в столовую.

– Знаешь, муженек, у меня сейчас удивительное чувство.

– Интересно, что это?

– Ощущение.. свободы. Понимаешь, Кейн? Ну, словно до сих пор я вечно сидела взаперти. Смешно, конечно.

– Почему же это смешно? – Кейн пододвинул ей стул. Джейд немедленно возмутила такая недогадливость.

– Да потому, что нет такого запора, с которым бы я не справилась, – снисходительно пояснила она.

Кейн приказал подавать, а когда служанка вышла из столовой, обратился к Джейд с просьбой рассказать о своих прежних злоключениях.

– Я желаю знать все о твоем прошлом, – заявил он.

– Ты только лишний раз разозлишься, – предсказала они.

– Нет, нет, – возразил он. – Обещаю, что не буду злиться, о чем бы ты ни поведала.

– Ну что ж, без ложной скромности я хочу сообщить, что имею природную склонность проворачивать всякие хитроумные махинации, – начала она. – Дядя Гарри говорит, что я – прирожденная воровка и лгунья.

– Ну, милая, он наверняка говорил тебе это не с целью критики, – заметил Кейн.

– Ха, еще бы, – фыркнула она возмущенно. – Это были самые что ни на есть комплименты, Кейн, и они значат для меня очень много: обычно он весьма скуп на похвалы. Говорит, что это ему не по нутру. Гарри просто боится, что другие разгадают его… – улыбнулась Джейд.

– Ты подразумеваешь его изрядное образование и воспитание?

– Как ты догадался?..

– Познакомившись с тобой, – ответил он. – Если бы он на самом деле был таким невеждой, из тебя не получилась бы такая леди.

– Какой ты наблюдательный, – просияла от удовольствия Джейд. – Дядя очень интеллигентный человек.

– Именно он приучил тебя к чтению?

– И не напрасно, – кивнула Джейд. – У него сильно ослабло зрение, и мне приходилось читать ему по вечерам.

– По памяти?

– Только если под рукой не было книги. Обычно Гарри во время набегов захватывал столько книг, сколько мог унести.

– А его грубая речь, – вспомнил Кейн. – Это что, тоже часть маскарада?

– Да, – призналась Джейд. – Приличия, что поделаешь Он старался говорить грубо даже тогда, когда мы оставались вдвоем: боялся, что забудется и выдаст себя перед командой.

Кейн закатил глаза:

– Он что, действительно так фанатично относился к своей роли?

– Нет, – возразила она. – Ты ничего не понял, Кейн. просто всякие розыгрыши и обманы – его слабость.

И Джейд еще некоторое время описывала Кейну характер дядюшки, после чего вернулась к отчету о своих наиболее выдающихся эскападах. Кейн старательно пытался скрыть свою реакцию, и все же в конце концов у него буквально чесались руки от желания свернуть шею доброму дяде Гарри, когда Джейд живописала ему особенно опасный инцидент. Кейн пришел к мудрому выводу, что лучше уж вообще ничего не знать о ее прошлом.

– По-моему, мне лучше слушать эти истории по одной.

– Но именно это я и делаю, – удивилась она и тут же уточнила – Я пересказываю их тебе одну за одной, не так ли?

– Я хотел сказать, что лучше мне выслушивать их но одной в месяц – или около того. Человек не в силах вынести столько за один присест. Ты и сама наверняка еще долго будешь с содроганием вспоминать об этом. Черт побери, Джейд, я чуть не поседел. Тебя запросто могли убить. Тебя могли…

– Но ты все равно не злишься, – перебила она. – Ты обещал!

– Давай лучше поговорим о чем-нибудь другом, – предложил он. – Скажи-ка, когда ты впервые поняла, что любишь меня, – потребовал он. – Я вынудил тебя к этому?

– Разве можно принудить кого-то себя любить? – рассмеялась Джейд. – Думаю, что влюбилась в тебя, как только прочла досье. Это правда, – прошептала она с лукавой улыбкой.

– Джейд, по правде сказать, я не очень-то горжусь выполнением кое-каких приказов. Ведь ты прочитала досье от начала и до конца, полностью?

– Конечно, – ответила она. – Ты был целеустремленным и методичным, но не безжалостным исполнителем. И во всех ситуациях проявлял такую… надежность! Люди верили тебе и ты никогда их не подводил. И я, конечно, не осталась к этому равнодушна. А потом еще и познакомилась с тобой. Ты несколько напоминал Мак-Киндри, ведь ты тоже подкрался и похитил мое сердце прежде, чем до меня дошел смысл происходящего. А теперь ты должен признаться мне!

– Это случилось во время одного из наших горячих споров.

– Да разве мы с тобой спорили?! – Теперь настал черед недоумевать Джейд. – Да мы просто орали друг на друга как помешанные, не внимая никаким аргументам.

– Мы спорили, – повторил он. – Просто спорили громче, чем обычно, вот и все.

– Ты хочешь сказать, что сначала полюбил мой рассудок?..

– Нет.

Джейд рассмеялась в восторге от такой откровенности и вдруг выпалила:

– Послушай, а зря мы не взяли с собой твоего слугу. Может показаться подозрительным, что он остался в усадьбе, Кейн.

– Стернс никогда в жизни не ездил со мной в Лондон, – заверил Кейн. – И это всем известно. Он ненавидит Лондон, объясняя это тем, что здесь слишком шумно.

– А мне его не хватает, – призналась Джейд. – Он так похож на тебя. Стернс – само упрямство. И самоуверенность.

– Никто не понимает, почему я его терплю, – ответил Кейн. – Хотя, если сказать по правде, это я не понимаю, почему он терпит меня. Он был для меня своего рода щитом, особенно в детстве. Я постоянно попадал в какие-то передряги, Стернс не выдавал меня родителям и, кроме того, несколько раз спас от верной гибели.

И Кейн поведал, как однажды перевернул лодку и чуть не утонул. Стернс спас его с тем только, чтобы снова швырнуть в воду и научить как следует плавать. К концу рассказа оба весело смеялись – уж очень потешной должна была выглядеть чопорная физиономия дворецкого, в полном облачении плывущего следом за своим подопечным.

Джейд первая помрачнела, вспомнив о насущных проблемах:

– Кейн, прошлой ночью вам удалось прийти к какому-нибудь выводу?

– Тот, за кем проследил сэр Ричардс, носит фамилию Уиллбурн. Помнишь, Колин рассказывал нам, что его директором был Уиллбурн и что он ему доверился?

– Помню, – подтвердила Джейд. – А Натан не верил Уиллбурну с самого начала. Впрочем, мой брат вообще никому не верит, кроме Гарри, Колина, ну и, конечно, меня.

– Уиллбурн действительно работает на Трибунал. Теперь его действиями руководит последний из оставшихся в живых членов троицы.

Джейд хотела было возразить, но не успела, ибо Кейн продолжил:

– Мы почти уверены, что вторым был Уильям Терранс. Поскольку он мертв и твой отец также – остается один, последний. Сэр Ричардс вычислил, что Терранс носил кличку Принц. А Ледышка по-прежнему сохраняет инкогнито.

– Но у нас почти нет никаких зацепок. Ведь письма практически не содержат личной информации.

– Однако в одном из писем есть упоминание о том, что Ледышку не приняли в Оксфорд. Далее, и Лис, и Принц удивились, познакомившись с Ледышкой лично.

– Как тебе удалось собрать эти сведения?

– Твой отец обмолвился в третьем… нет, в четвертом письме к Принцу.

– Да, точно, – подтвердила Джейд. – Я просто не придала этому значения!

– Сэр Ричардс считает, что Ледышка скорее всего иностранец.

– А ты?

– А я сомневаюсь. В письмах есть и другие улики, Джейд. Просто мне нужно еще немного времени, чтобы сложить все части головоломки.

Джейд ни на миг не усомнилась в его способностях: если уж Кейн взялся, то непременно разгадает любую тайну.

– Сэр Ричардс установил слежку за Уиллбурном в надежде, что таким образом выйдет на Ледышку. Неплохо для начала, однако я бы не стал делать основную ставку на это. Кроме того, есть и иные походы. Ну а теперь, милая, пообещай мне ни под каким видом не выходить за стены моего особняка!

– Тогда и ты тоже не выйдешь. Согласен?

– Согласен.

– Вот только чем же мы будем заниматься все это время?.. – весьма невинным голоском поинтересовалась она.

– Полагаю, мы сможем развлечься чтением, – в гон ей ответил Кейн.

Джейд тотчас поднялась.

– Да, мы будем читать, – прошептала она, обнимая его широкие плечи и рукой забираясь ему под рубашку – А еще я научусь вышивать. Я всегда мечтала освоить это искусство. – И она легонько укусила его за ухо. – Но знаешь ли ты, чего мне хотелось бы больше всего на свете, муженек?

– У меня возникло некое предположение, – осипшим вдруг голосом сообщил он.

– А, догадался? Значит, станешь меня учить? – Всему, что знаю я сам, любовь моя, – пообещал он. Не в силах долее оставаться на месте, он вскочил и обнял ее. – А как же быть с музыкой? – спросила она. Если Кейну этот вопрос и показался странным, он не подал виду. – Мы создадим твою собственную музыку. – С этими словами он схватил ее в охапку и понес вверх по лестнице.

– Но как? – смеясь, настаивала она.

– Я буду охать в ответ на каждый твой стон!

– А тебе не кажется, что гостиная для этого подходит больше?

– Хотя в кровати нам было бы удобнее, если тебе так…

– Охота научиться танцевать, – закончила она. – Ведь мы обсуждаем именно эти уроки, не так ли?

И она лукаво улыбнулась, ожидая его реакции. Похоже, шалость удалась, однако Кейн проявил большую изворотливость и способность выдумывать. Он послушно проследовал с ней в гостиную, тщательно запер двери и приступил к урокам танцев.

Увы, у Джейд вряд ли появится возможность продемонстрировать публике все усвоенное – Кейн научил ее чрезвычайно эротичным и безнадежно греховным танцам. И хотя он, как всегда, проявил железную логику, давая пояснения, Джейд так и не поверила, что светские дамы и джентльмены способны согласиться с необходимостью раздеваться для того, чтобы проделать тур вальса.

Кейн развлекал ее почти до темноты, но как только на улице зажглись фонари, между ними разгорелась очередная перепалка.

– Ты что, собираешься уходить?! – воскликнула Джейд, увидев, что Кейн надевает сюртук. – Мы же договорились не выходить из особняка…

– Я буду осторожен, – перебил ее Кейн, целуя в лоб. – Меня ждут Лайон с сэром Ричардсом, милая. И боюсь, мне придется отлучаться каждую ночь, пока с Трибуналом не будет покончено. А теперь перестань волноваться и обещай, что ляжешь спать, не дожидаясь меня.

– Но я буду тебя дожидаться!

– Я знаю, – обреченно вздохнул он. – И все же…

– Кейн, если с тобой что-нибудь приключится, я ужасно расстроюсь, – предупредила она, не скрывая возмущения.

– Постараюсь тебя не волновать.

– Не забывай про Мак-Киндри! – воскликнула Джейд, провожая его до дверей.

Кейн обернулся, держась за задвижку:

– Но ведь это был твой урок, милая.

– Ты бы тоже мог извлечь из него немало пользы, – проворчала она.

– Ну ладно, – сдался он, чтобы хоть немного ее утешить Он повернулся и распахнул дверь. – Джейд!

– Что?

– Когда я вернусь, ты будешь здесь, не так ли?

Она крайне удивилась и оскорбилась, услышав такое, и наверняка выложила бы ему все, что думает, если бы его голос не звучал так жалобно. И она лишь спросила:

– Значит, я по-прежнему не вызываю у тебя доверия?

– Отвечай на вопрос, – приказал он.

– Когда ты вернешься, я буду дома.

С тех пор обмен подобными фразами стал их прощальным ритуалом. Каждую ночь, прежде чем уйти, Кейн обещал Джейд не забывать про Мак-Киндри, а она обещала ему ждать дома.

Коротая темные ночные часы, дожидаясь возвращения мужа, Джейд не могла удержаться от размышления о том, что у Кейна, оказывается, тоже есть слабые места. Поначалу она сочла себя виновной в этом – как-никак, она постоянно демонстрировала.

Кейну собственные слабости, побуждая стать ее ангелом-хранителем. Однако нельзя же сбрасывать со счетов его прошлое, детство например Сэр Харвик проговорился об ужасном характере его родной матери Джейд до сих пор содрогалась при мысли о том, что у этой женщины хватило совести настраивать сына против отца. Вряд ли Кейн рос так уж безмятежно.

И чем больше Джейд размышляла над этим, тем больше убеждалась, что на самом деле Кейн нуждается в ней ничуть не меньше, чем она в нем.

Сознавать это было невыразимо приятно.

Леди Бриарс засыпала Джейд приглашениями нанести ей визит. Однако Кейн, твердо решив не выпускать жену за пределы дома, ответил неизменными вежливыми отказами.

И вот в конце концов ближайшая приятельница ее отца заявилась с визитом сама. Честно говоря, Джейд едва помнила эту даму, однако почувствовала укол совести за то, что вес это время прикидывалась больной, – такой старой и ветхой показалась ей гостья. И все же она умудрилась сохранить остатки былой красоты и привлекала внимание и своей благородной сединой, и пронзительными синими глазами. А кроме того, явно обладала по-молодому острым умом.

Джейд подала чай в гостиную и устроилась на своем месте – на диване возле Кейна. Судя по всему, он собирался принять живое участие в предстоящей беседе.

Прежде всего молодым супругам пришлось выслушать горячие соболезнования леди Бриарс по поводу безвременной кончины Натана. Джейд отлично справилась с ролью убитой горем сестры, хотя едва не возненавидела себя за притворство судя по всему, леди Бриарс была искренне опечалена несчастьем.

– Для меня было страшным ударом прочесть об этой трагедии в газетах, – разливалась соловьем леди Бриарс. – У меня и мысли не было о том, что Натан работает на правительство, да еще в секретной службе. Кейн, я должна сказать вам что не меньше скорблю и о вашем брате – насколько мне известно, он тоже погиб от руки ужасного пирата. И хотя я не знала этого юношу, у меня нет ни тени сомнения, что у него было золотое сердце.

– Да, я тоже не была знакома с Колином, – подхватила Джейд, – но Кейн так много рассказывал про него. Он был хорошим человеком, леди Бриарс, и не раздумывая отдал свою жизнь за отечество.

– А каким образом в этом оказался замешан Дикарь? – заинтересовалась леди Бриарс. – Дитя мое, меня ведь не посвятили в детали.

– Судя но сведениям Военного департамента, Натана и Колина предали во время некоего чрезвычайно секретного расследования, – откликнулся Кейн.

– Пожалуй, не обошлось без иронии судьбы, я имею в виду вашу свадьбу с Кейном, – заметила леди Бриарс, явно усмехаясь про себя.

– Не совсем так, – возразил Кейн. – После того как мы оба пропустили церемонию посмертного награждения наших братьев, Джейд захотелось познакомиться со мной, – пояснил он. – Она желала хоть с кем-то поговорить о Натане, так же как и мне было необходимо поговорить о Колине. Нет ничего удивительного в том, что мы тут же увлеклись друг другом. – Он многозначительно подмигнул Джейд и закончил:

– По-моему, это и есть любовь с первого взгляда.

– Не мудрено, – согласилась леди Бриарс. – Джейд, ты стала настоящей красавицей. – Она покачала головой и обиженно вздохнула:

– Я до сих пор не могу понять, зачем приятелю твоего отца надо было увозить тебя так быстро, сразу после похорон. Должна признаться, что выхлопотала при дворе разрешение назначить меня твоей опекуншей. Я всегда мечтала иметь дочь и никогда не сомневалась, что тебе будет намного лучше со мной. Но теперь, повидав тебя, не могу не признать, что ты получила достойное воспитание.

– Это дядя Гарри настоял на таком спешном отъезде, – оправдывалась Джейд. – Ведь он не был нашим законным опекуном и боялся, что вы не уступите нас с Натаном без боя.

– Верно, – призналась леди Бриарс. – Знаешь ли, я даже чувствую себя в некоторой степени ответственной за гибель Натана. Да, да, и не спорь, пожалуйста. Если бы он вырос при мне, я ни за что не позволила бы ему пуститься в эти ужасные морские вояжи. Уж слишком это опасно!

– Уже будучи взрослым, самостоятельным мужчиной. Натан принял решение работать на Англию, – вмешался Кейн. – Сильно сомневаюсь, что вам удалось бы удержать его при себе, леди Бриарс.

– И все же, – не унималась гостья, – и все же я не пойму, отчего твой отец не доверил мне опекунство…

– Мне кажется, я догадалась, – заявила Джейд. – Гарри творил, что в последние годы сердце отца отвратилось от Англии.

– Ума не приложу отчего, – недоумевала леди Бриарс – Мне казалось, он считал меня своим другом.

– Возможно, нам так никогда и не удастся его понять, – пожала плечами Джейд. – Гарри уверен, что отца преследовали демоны, поселившиеся у него в мозгу.

– Возможно, возможно, – вздохнула леди Бриарс – Но что мы все об отце да об отце. Расскажи о своей юности на этом острове, Джейд. Нам так много нужно обсудить. Научилась ли ты читать и писать? Чем занимаешься на досуге, дитя мое? Была ли принята в обществе?

– Жители этого острова вряд ли могут считаться светским обществом, леди Бриарс, – рассмеялась Джейд. – Большинство из них даже не носят обуви. И мне не удалось освоить ни письмо, ни чтение, так как Гарри не разыскал подходящего учителя.

Джейд заведомо лгала, ибо Кейн строго-настрого приказал ей скрывать умение читать от кого бы то ни было. Он пояснил, что любая маленькая уловка может стать решающим преимуществом. Если окружающие поверят, что она не умеет читать, – стало быть, для нее осталось загадкой и содержание писем.

Такое объяснение имело массу изъянов, но Джейд предпочла не перечить мужу. Вместо этого она пересказала леди Бриарс множество забавных историй из своего детства, чтобы отвлечь ее внимание и удовлетворить любопытство. В итоге гостья признала, что Джейд была очаровательным ребенком, хотя ее опекун перенес немало беспокойных минут.

Беседа снова вернулась к состоявшейся недавно свадьбе. Кейн терпеливо ответил на все дамские вопросы, причем лгал с такой легкостью и так правдоподобно, что Джейд была поражена его природным талантом.

Подруга ее отца влезала во все мелочи, демонстрируя невероятное обаяние.

– Почему вы сами так и не вышли замуж? – поинтересовалась Джейд. – Я знаю, что это довольно дерзкий вопрос, но вы такая красивая женщина, леди Бриарс. Не сомневаюсь, что вокруг вас увивались толпы блестящих молодых людей, добивавшихся вашего внимания.

Леди Бриарс, несомненно, польщенная этим замечанием, даже покраснела и долго еще кокетливо поправляла прическу, прежде чем собралась с мыслями. У нее почему-то задрожали руки. С возрастом не шутят, решила Джейд, терпеливо ожидая ответа.

– Я слишком долго связывала надежды на будущее с твоим отцом, Джейд. Тортон был выдающимся джентльменом. Такой блестящей личности уже не встретишь в наши дни. Хотя, конечно, несмотря ни на что, мы остались с ним близкими друзьями. Я до сих пор то и дело вспоминаю о нем, а временами извлекаю на свет весьма милые безделушки, которые он когда-то дарил. Правда, это наводит на грустные воспоминания, – призналась она. – А у тебя остались какие-нибудь памятные вещицы от отца, Джейд?

– Нет, – ответила она. – Все, что принадлежало отцу, погибло во время пожара.

– Пожара?..

– Как ни больно мне о том говорить, леди Бриарс, но, увы, чудесный дом, который вы помогли перестроить Натану, сгорел дотла.

– Ах, моя бедная малышка, – прошептала леди Бриарс. – Сколько же тебе пришлось вынести!

– И только Кейн поддержал меня, – кивнула Джейд. – Не знаю, как бы я пережила последний месяц, если бы не он.

– Да, это просто счастье, – провозгласила леди Бриарс и поставила на стол пустую чашечку. – Итак, ты потеряла все, что могло бы напомнить об отце? Нет даже семейной библии или каких-либо старых писем?

Джейд покачала головой. Кейн со значением сжал ей руку и вставил:

– Милая, разве ты забыла про сундук?

Она непонимающе уставилась на Кейна, гадая, что же за игру он затеял. Однако она не подала виду и непринужденно ответила:

– Ах, ну конечно, старый сундук!

– Значит, у тебя все же осталось кое-что, – заключила леди Бриарс и удовлетворенно кивнула:

– Пожалуй, мне пора домой – пересмотрю, не найдется ли что-либо для тебя среди моих вещей. Должна же быть у дочери хотя бы парочка безделушек, принадлежавших отцу. Постой, у меня где-то хранится премиленькая фарфоровая статуэтка, которую он подарил на шестнадцатый день рождения…

– Ах, нет, я не могу ее принять, – перебила Джейд.

– Конечно, – подхватил Кейн. – К тому же у нее остался сундук. Хотя, конечно, нам до сих пор не удалось в него заглянуть. Все последние недели Джейд не вставала с постели из-за нервической лихорадки. – И он с улыбкой обратился к Джейд:

– Милая, как ты смотришь на то, чтобы отправиться в поместье Натана сразу на следующей неделе? Если, конечно, тебе хватит сил выйти из дому, – добавил он. – Нам все еще не до конца удалось разобраться с делами ее брата, – пояснил он леди Бриарс.

Джейд решила, что это у Кейна сделалась нервическая лихорадка. Она мило улыбнулась, стараясь скрыть замешательство, и приготовилась к новым неожиданностям. Кейн не заставил себя ждать:

– Леди Бриарс, возможно, вам доставит удовольствие заглянуть в сундук вместе с нами?

Леди Бриарс отклонила любезное предложение, взяла с Джейд обещание навестить ее в самом скором времени и откланялась.

Кейн помогал хрупкой даме усесться в карету, а Джейд нетерпеливо металась взад-вперед по гостиной.

– И что, скажи на милость, все это значит? – набросилась она на мужа, как только он вернулся.

Он не спеша прикрыл за собой дверь, его распирало от самодовольства.

– Мне отвратительно каждое слово лжи, которую я наплела этой милой старухе, Кейн! – вскричала она. – И к тому же в нашей семье место записной лгуньи принадлежит мне! Ради всего святого, зачем ты выдумал этот несчастный сундук? Или ты думаешь, что ей станет намного легче? Так вот знай, что чем больше я об этом думаю, тем отвратительнее мне кажется твое поведение! – Она задержалась, переводя дыхание. – Вряд ли у тебя найдется достойное оправдание, Кейн!

– Мы не могли обойтись без лжи, – отчеканил он. Джейд распалилась еще пуще.

– «Ложь не может быть необходимой», – процитировала она по памяти – Всего пару дней назад ты сам утверждал это, Кейн! Или ты уже забыл?

– Любимая, тебе действительно было так противно? – явно недоумевая, уточнил он.

– Не просто противно, а более чем, – возмущалась она. – Ведь с некоторых пор я стала зависеть от твоей честности, Кейн. Впрочем, раз ты так настаиваешь, значит, у тебя есть какой-то план Интересно, какой же?

– Если бы ты дала мне возможность объяснить…

– Было бы весьма кстати с вашей стороны, – провозгласила Джейд, гордо скрестив руки на груди. – Иначе у меня вот-вот лопнет терпение!

В этот миг Джейд удивительно напоминала дядю Гарри: она явно готова была взорваться от ярости. Рассмеявшись, он заключил бешено отбивавшуюся супругу в объятия.

– Ну? – буркнула она ему в жилет. – Объясни же, будь добр, зачем ты наврал близкому другу нашей семьи!

– Она никогда не была близким другом вашей семьи, – внезапно посуровел Кейн.

– Конечно же, была, – не соглашалась Джейд. – Ты слышал, она сохранила все до одного подарки, полученные от моего отца. Она любила его!

– Она убила его.

Джейд надолго замолчала. Затем подняла голову, заглянула ему в глаза. И нерешительно качнула головой.

Он утвердительно кивнул.

У Джейд подкосились ноги. Она едва не упала, и Кейну пришлось подхватить ее.

– Ты что же, хочешь сказать, – еле слышно пролепетала она, – ты хочешь меня уверить, что леди Бриарс на самом деле..

– Была Ледышкой.

– Ледышкой? – Джейд недоверчиво покачала головой. – Ради Бога, Кейн, она ведь женщина!

– Разве женщины не бывают убийцами?

– Нет, – выпалила она. – Хотя, наверное…

– Все сходится, Джейд, – мягко заверил Кейн, сострадая ей. – А теперь сядь и позволь все объяснить.

Джейд буквально остолбенела. Кейн заботливо усадил ее на диван и устроился рядом.

– Действительно, получилось абсолютно логично, – произнес он, обнимая ее за плечи. Она постепенно приходила в себя.

– Я и не сомневалась в твоей логике!

– Конечно, первые подозрения возникли у меня тогда, когда я читал письма. Ты не забыла, что я всегда учусь на ошибках?

– Я не забыла, что ты по поводу и без повода любишь этими похваляться, муженек. А теперь объясни же мне наконец, какой же ошибки ты избежал на сей раз.

– Я думал, что Дикарь – мужчина. И ни разу не заподозрил, что это не «он», а «она». Но во время охоты на Ледышку я постарался не впасть в то же заблуждение.

– Но как ты пришел к такому выводу? – изумилась Джейд.

– Джейд, разве у тебя не мелькала мысль о том, что Ледышкой может оказаться женщина? Признайся, только честно, – приказал он своим невозможным самоуверенным тоном.

Джейд обреченно вздохнула:

– Смотри не лопни от счастья.

– Пожалуй, именно это я и сделаю. Они обменялись улыбками.

– Нет, я ни разу не подумала такого. Ну, теперь ты доволен?

– Чрезвычайно, – выдохнул он.

– Боже, просто ушам своим не верю. Ледышка прикончил массу народа, едва не расправился с Натаном и со мной. Помнишь то письмо, где он обещает убить нас обоих, если отец не вернет все письма?

– Не он, любимая, – уточнил Кейн. – Она. – И с тяжелым вздохом добавил:

– Некоторые женщины становятся жестокими убийцами, Джейд.

– Ох, да знаю, знаю, – перебила она. – И все равно это совершенно недостойно леди.

– А помнишь, в одном из ранних писем, когда им только присвоили агентурные клички, Ледышка признается, что ей ненавистна ее кличка. Это замечание разбудило мое любопытство. Мужчина почти наверняка не стал бы из-за этого переживать, а вот женщина стала бы, верно?

– Пожалуй.

– Есть, конечно, и более веские улики. Вся челядь Натана была нанята леди Бриарс. Это все были верные ей люди. То, что Дом Натана подвергся ограблению, подсказало мне, что они наверняка в этом замешаны. И где, по-твоему, сейчас сшивается Хадсон?

– Перебрался в городской особняк Натана, разве нет? Охраняет его дом до нашего прибытия.

– Нет, в данный момент он нашел приют в резиденции леди Бриарс. Полагаю, вскоре откроется, что городской особняк Натана также был перевернут вверх дном.

– Я никогда особо не доверяла этому Хадсону, – заявила она, делая вид, что не замечает его самодовольной улыбки. – Парень чуть ли не силком напоил меня чаем и наверняка что-то туда подсыпал.

– Постой, Джейд, не позволяй разыгрываться своему воображению. Хотя, конечно, все случившиеся с тобой несчастья наверняка подстроил Хадсон. Они действительно вскрыли могилу твоего отца в надежде отыскать письма. И постарались замести следы.

– Так это Хадсон застрелил чудесного жеребца Натана?

– Нет. Уиллбурн, – возразил Кейн.

– Надо сказать Натану.

– На Хадсона было возложено уничтожение улик. Кстати, ты была права, труп лошади увезли на повозке. Пришлось попотеть семи здоровенным мужикам.

– Откуда тебе известны эти детали?

– Я произвел на тебя впечатление, правда? – Он подтолкнул ее, желая немедленного ответа.

– Да, Кейн, произвел. Рассказывай скорее.

– Сбором фактов занимались мои люди, так что заслуга принадлежит не одному мне. Лошадь нашли примерно в двух милях от тракта, в овраге.

– Ну, погоди, вот расскажу все Натану, – проворчала Джейд. Кейн миролюбиво похлопал ее по плечу:

– Надеюсь, не прежде, чем мы покончим с Трибуналом?

– А что еще, Кейн? – кивнув, спросила она.

– Ну, как только я пришел к выводу, что леди Бриарс, по логике вещей, является первым кандидатом, я заинтересовался ее прошлым. Внешне все выглядело вполне пристойно, однако чем внимательнее я сопоставлял факты, тем больше находил странностей.

– Например?

– Для женщины она чертовски много путешествовала, – заметил Кейн. – Например, – торопливо продолжил он, предваряя ее восклицание, – насколько мне известно, не меньше семи раз съездила во Францию, и я…

– И ты счел это странным?! Может, у нее там родственники…

– Нет, – возразил он. – И к тому же большую часть поездок она предпринимала во время войны. Есть и другие, достаточно веские улики.

– По-моему, я сподобилась выйти замуж за самого проницательного мужчину во всей Англии! – восхитилась она. – Кейн, я только сейчас начала что-то понимать. Интересно, что скажут сэр Ричардс с Лайоном, когда узнают?

– Я еще не успел поставить их в известность, – отозвался Кейн. – Хотел обрести полную уверенность, но после назойливых расспросов леди Бриарс последние сомнения отпали. И нынче ночью я все расскажу им при встрече на Уайтхолле<Уайтхолл – улица в Лондоне, где находятся многие правительственные учреждения.>.

– Но какие именно вопросы подтвердили твои подозрения?

– Она поинтересовалась, умеешь ли ты читать. Поскольку это искусство доступно всем английским леди, вопрос не мог не показаться странным.

– Но ведь она знала, что я росла на острове, – возразила Джейд, – потому и спросила. Она просто пыталась тактично выяснить, получила ли я приличное воспитание.

– Кроме того, она слегка переборщила со своим живейшим интересом к памятным вещицам отца.

– Я подумала, что она искренне мне сочувствует, – поникла от смущения Джейд.

– Ладно, надо успеть раскинуть сети вокруг городского особняка Натана, – заметил Кейн. – Сейчас там дежурят всего лишь двое моих подручных. Твой бедный братец здорово рискует потерять и городской дом.

– И вовсе незачем так злорадствовать по этому поводу, – фыркнула она. – К тому же у Хадсона времени было более чем достаточно, чтобы убедиться, что никакого сундука там нет. – Девушка еле слышно вздохнула. – Боюсь, что вынуждена снова разочаровать тебя, Кейн. Леди Бриарс знала, что я лгу насчет того, что не умею читать. Она наверняка хотела выяснить, не подозреваем ли мы ее. О да, я уверена, в этот раз мы промахнулись!

– О чем ты говоришь? – помрачнел Кейн. – С чего ты взяла, что леди Бриарс раскусила нас?

– Да потому, что Хадсон видел меня читающей чуть ли и каждый вечер, – выпалила она. – После обеда я отправлялась к Натану в кабинет и читала на сон грядущий. Хадсону приходилось разжигать для меня камин, и он наверняка доложил об этом леди Бриарс. – Она похлопала Кейна по руке, желая хоть немного его подбодрить. – Ну и что теперь делать? – поинтересовалась Джейд, когда, по ее мнению, он успел прийти в себя и составить новый план. Не может быть, чтобы он не предусмотрел все возможности заранее.

– Прежде всего следует сравнить образцы почерка, получив письма, хранящиеся на «Изумруде».

– Это можно сделать, не сходя с места, – возразила Джейд. – Леди Бриарс прислала две записки с приглашением в гости. И как ни печально, но почерк на них мне совершенно незнаком.

– Сомневаюсь, что записки писала она сама, – не сдавался Кейн. – Джейд, она очень стара, но еще не утратила осторожность. Нет, скорее всего она воспользовалась услугами одного из секретарей.

– Ты не хотел бы, чтобы я украла…

– Я хотел бы, чтобы ты не высовывалась отсюда ни днем, ни ночью, – перебил он. – Судя по всему, чем ближе к финишу, тем опаснее, а все собранные мной улики при дворе скорее всего сочтут случайными совпадениями. Пожалуй, надо еще кое-что предусмотреть. А теперь обещай, что останешься дома.

– Обещаю, – ответила она. – И вообще, если уж я дам слово, то наверняка его сдержу. Пожалуйста, скажи, что ты намерен делать.

– У Лайона чешутся руки побеседовать по-свойски с Уиллбурном. Наверное, стоит разрешить. Все это время мы предпочитали его не трогать, тщась надеждой, что он выведет нас на Ледышку, однако все эти дни он не покидает свой дом. Да, сейчас самое время с ним побеседовать.

– Мне очень не нравятся твои ежевечерние отлучки, Кейн. Я полагаю, что нам тоже следует подождать дома, пока слух о гибели Дикаря не достигнет Лондона. Не могу также не заметить, сэр, что если жители этого города воспримут мою смерть как праздник, то меня постигнет горькое разочарование.

– Нет, они станут тебя оплакивать, – с ласковой улыбкой возразил Кейн. – Впрочем, мы этого так никогда и не узнаем, ибо теперь нет нужды сжигать корабль.

– Почему?

– Потому что я знаю, кто такая Ледышка, – пояснил он – И еще потому, что она все равно не прекратит своих преследований. Ведь ей известно, что ее подозревают.

– Да, – с укоризной заметила Джейд, – если бы ты не заставил меня врать насчет чтения, она бы… Понимаешь? Воя эта ложь ни к чему хорошему не привела.

– Ну, не надо дуться, любимая.

– Зато Гарри будет на седьмом небе от счастья, что не надо жечь корабль, – заключила она, не обращая на него внимания. – Ты известишь его, Кейн?

– Да, надо кого-то отправить на Отмели, – согласился он. – Опиши мне сие место поточнее, ведь «Отмели» – лишь очередное название тайного убежища, верно?

– Невероятная проницательность, – прошептала Джейд, всем телом прижимаясь к мужу. – Будь осторожен, когда выйдешь из дому, ладно? Пусть она охотится за нами! Не отступай, Кейн. Я уже привыкла на тебя полагаться.

– Я тоже привык полагаться на тебя, – ответил он с лукавой улыбкой. – Черт, звучит равнозначно!

– Так оно и есть, – подтвердила она, – но ты можешь делать вид, что это не так, если тебе угодно.

Он ничего не ответил, а лишь пощекотал ей шею. Она тотчас вздрогнула.

– А не пора ли начать очередной урок танцев?

– И я опять буду на коленях?

– Разве тебе не понравилось, любимая? А я – то думал. твои губки были сладкие-сладкие…

– Мне понравилось, – выдохнула она.

– Так значит…

– Да, да. – Она с трудом переводила дыхание.

– Наверху или здесь?

– Наверху, – решила она, взяв его под руку. – Только на этот раз главной буду я.

Остаток дня они провели в объятиях друг друга. Эти благословенные мгновения пролетели слишком быстро, и не успела Джейд оглянуться, как настала пора напомнить ему про Мак-Киндри, а ей – дать обещание сидеть дома.

Джейд так устала, что беспробудно проспала почти до рассвета. Внезапно проснувшись, как от толчка, она повернулась на бок, чтобы обнять Кейна.

Но его в постели не было. Джейд поспешила вниз, надеясь, что он просто засиделся в библиотеке. Оказалось, что Кейн еще не возвращался. Она не на шутку встревожилась.

Миновал еще час, и Джейд пришла в полное смятение.

Она всем существом чувствовала надвигающуюся беду. Случилось непоправимое. Внутри все заныло, как в былые времена, когда срывался какой-то план.

Джейд торопливо оделась, прихватила кинжал, воткнула в волосы странного вида шпильку и сбежала вниз.

Кейн оставил с ней двух охранников: один дежурил в темном углу возле парадного, второй – у черного хода.

Джейд решила посоветоваться с одним из них. Может быть, у Сирила есть план действий на этот случай. Она приоткрыла дверь как раз в тот момент, когда какой-то незнакомец вручил Сирилу клочок бумаги и поспешно скрылся.

Сирил мигом взлетел по ступенькам.

– Это адресовано вам, – сказал он и многозначительно добавил:

– В такое-то время – вряд ли это хорошие новости, миледи.

– Надеюсь, письмо от Кейна, – заметила Джейд. – Войди лучше внутрь, Сирил. И запри как следует дверь. Что-то тут не так, – пробормотала она, вскрывая конверт. – Кейн еще ни разу не задерживался.

– Вот-вот, – буркнул Сирил, – я нутром чую подвох.

– Я тоже, – шепнула Джейд.

Пробежав глазами по строчкам, она побледнела как мел. Еще бы, ведь она узнала почерк! Ледышка!

– Ну что там, миледи? – неожиданно пискнул Сирил, обычно хрипевший басом.

– Кейн в опасности, – прошептала Джейд. – У меня всего час, чтобы явиться в дом на Латроп-стрит. Ты знаешь, где это?

– Скорее всего речь идет о старом складе, – задумался Сирил. – Не нравится мне все это, – добавил он. – Пахнет западней. А что, если мы не пойдем?

– Они убьют моего мужа.

– Пойду-ка позову Элдена. – Сирил направился к черному ходу, но Джейд остановила его:

– Я никуда не пойду.

– Но…

– Я не могу, а вдруг это действительно западня? И к тому же я дала слово Кейну. Нет, я должна остаться. Ты не знаешь, в котором часу закрывается офис на Уайтхолле?

– Сейчас он наверняка закрыт.

– Кейн собирался поговорить с неким Уиллбурном. Тебе известно, где он живет?

– Да, – ответил часовой. – В шести или семи кварталах отсюда.

– Сию же минуту пошли туда Элдена. Может быть, Лайон с Кейном все еще сидят у этого предателя.

– А если их там нет?

– Пока Элден проверит у Уиллбурна, ты успеешь сбегать к Лайопу. Ну а если и там никого, то ступай к сэру Ричардсу. Надеюсь, тебе известен его адрес?

– Но кто станет охранять вас, пока мы будем искать Кейна? Вы же останетесь одна!

– Я запрусь на все запоры, – пообещала Джейд. – Пожалуйста, не медли, Сирил. Мы должны разыскать Кейна в течение этого часа. И если не удастся его найти, значит, письмо – не ловушка.

– Мы мигом, – пообещал Сирил, направляясь к двери.

Джейд еще постояла в задумчивости, комкая письмо, и, старательно заперев дверь, наконец поднялась в спальню.

Буквально через несколько секунд в двери особняка грубо постучали. Это, конечно, не Кейн – у него были свои ключи. В следующую минуту зазвенело разбитое стекло.

Неужели она невольно сыграла им на руку? Неужели они не сомневались, что она обязательно отошлет часовых па поиски Кейна? Что ж, значит, Кейна до сих пор не схватили.

Она горячо взмолилась о том, чтобы Господь был к ней милостив. Ведь дело оборачивалось так, что придется кого-то убить, чтобы спасти себе жизнь, и, судя по голосам бандитов, звучавшим уже на лестнице, это вот-вот произойдет.

Джейд схватила пистолет Кейна с ночного столика и спряталась в углу, держа дверь под прицелом. Пусть сначала взломают замок, а потом она пристрелит первого, кто сунется в спальню.

Рука, державшая пистолет, не дрогнула. На Джейд снизошло неожиданное спокойствие. Но вот дверь распахнулась и па пороге возник темный силуэт. А она все выжидала, дабы быть абсолютно уверенной в том, что это бандит, а не один из людей, присланных Кейном на выручку.

– Зажгите свечу, – раздался незнакомый голос, – а то не видно эту сучку.

Джейд нажала на курок. Видимо, она попала бандиту в живот – он с воплем согнулся от боли и грохнулся на пол.

Да, первый раунд выигран, подумала Джейд, хотя теперь инициатива перешла к Ледышке. Джейд окружили трое негодяев. Стоило первому протянуться к ней, как она наградила его ударом кинжала, но уже в следующий момент второй разбойник вырвал оружие, а третий изо всех сил ударом в челюсть вышиб из нее дух. Джейд без сознания упала на ковер.

Она пришла в себя уже в темном, сыром помещении. Свет нескольких свечек едва рассеивал сумрак, но Джейд все же удалось различить сложенные вдоль стен плетеные корзины. В конце длинного коридора стояла женщина, облаченная во все белое.

Леди Бриарс!

Подтащив Джейд поближе к предводительнице, разбойники швырнули ее на землю. Она кое-как поднялась, не сводя глаз с противницы и потирая синяк на лице. От жуткого взгляда неудавшейся опекунши кровь стыла в жилах.

– Теперь понятно, отчего вы удостоились клички Ледышка, – услышала Джейд собственный голос. – У вас попросту нет души, леди Бриарс!

В ответ Джейд получила оглушительную пощечину. Вопрос прозвучал как выстрел:

– Где письма?

– Послушайте, неужели вы и впрямь вообразили, что, добыв письма, можете считать себя в безопасности? Слишком много людей уже знают про вашу деятельность. Слишком много…

– Дура! – взвизгнула леди Бриарс. И столько силы, столько жестокости прозвучало в этом вопле, что на минуту Джейд показалось, будто она встретилась с самим дьяволом – ей даже захотелось осенить себя крестом. – Отдай мне эти письма, Джейд. В них доказательства славных деяний, коими я поражу весь мир! И никто теперь не в силах мне препятствовать! Никто! Пройдут годы, и человечество по достоинству оценит деятельность Трибунала! И если бы я предпочла продолжить работу, мы давно бы уже правили Англией. О да, мне необходимы эти письма. Им надлежит лежать в надежном месте, пока мир оценит мой несравненный гений!

Она казалась просто сумасшедшей. По спине Джейд пробежали мурашки. Она лихорадочно стала придумывать, как переубедить эту женщину, пока в отчаянии не осознала, что на сумасшедшую не подействует ни один довод.

– Если я верну вам письма, вы отпустите Кейна? – спросила она.

– Если! – истерически взвизгнула леди Бриарс. – Ты что, до сих пор не поняла, кто я такая? У тебя нет других шансов!

– Ну что вы, я отлично знаю, кто вы такая, – возразила Джейд. – Вы – женщина, убившая моего отца. Вы – женщина, предавшая свою страну. Вы – убогое создание, порождение самого дьявола, вы – рехнувшаяся…

Ее тираду прервала новая пощечина. Джейд отшатнулась, но тут же снова гордо расправила плечи:

– Отпустите Кейна, леди Бриарс, и я отдам вам письма. В ответ леди Бриарс обернулась к своим приспешникам:

– Заприте гостью в дальней комнате. – И тотчас бросила:

– Ты, моя милая Джейд, сослужишь роль приманки для Кейна. Он обязательно подохнет, – вдруг заговорила она новым, нежным и музыкальным голосом, – но прежде, конечно, отдаст мне письма. А уж тогда придет конец и тебе, малютка Джейд. Твой папаша оказался настоящим предателем – ведь он посмел спорить со мной. Со мной! Ах, как бы я хотела посмотреть, как убивали его сыночка! Впрочем, ты сполна расплатишься за это, милое дитя, пока будешь медленно подыхать у меня на глазах… Уберите ее прочь отсюда! – брызгая слюной, приказала леди Бриарс.

Джейд чуть не расплакалась от облегчения. Ведь, в конце концов, Кейн на свободе! О, она знала: муж явится за ней, попадет в ловушку… но по крайней мере пока он цел и невредим.

Оказавшись во временной темнице, Джейд не удержалась от улыбки. Они всерьез полагали, что она полностью в их руках! Но тут она вспомнила надо постараться убедить их в том, что нет никакой нужды связывать ей руки. Прежде всего она принялась причитать и всхлипывать, дабы продемонстрировать свой страх, а затем, рухнув на пол, забилась в истерике.

Дверь с грохотом захлопнулась. Джейд старательно ревела до тех пор, пока шаги бандитов не затихли в отдалении, потом методично осмотрела комнату. Сквозь узкое оконце сочился лунный свет. До окна добрых пятнадцать футов, никакой мебели, не считая исцарапанного столика о трех ногах. Но до окна все равно не достать.

Да, теперь они явно успокоились. Джейд с облегчением вздохнула.

Она отчаянно спешила: ведь надо во что бы то ни стало добраться до Кейна прежде, чем это удастся людям леди Бриарс, и потому провозилась с замком на двери добрых десять минут.

В помещении склада царила непроглядная тьма. И хотя Джейд не сомневалась, что леди Бриарс забрала с собой всех подручных, она постаралась двигаться как можно тише. Правда, на улице Джейд растерялась. В конце второго бесконечного квартала она поняла, что выбрала не то направление.

На нее накатила волна необоримого ужаса: пока она добежит до дома, пройдет еще минут пятнадцать! На бегу она впопыхах надавала кучу всяких обещаний Создателю. Прежде всего она решила, что никогда в жизни не будет ни красть, ни лгать, если Господу будет угодно сохранить Кейну жизнь.

– Я знаю, что ты наделил меня такими необычайными талантами, Боже, но я знаю и то, что никогда не нарушу данного слова. А кроме того, я не повторю пути, которым пошел мой отец. Дай мне только возможность доказать справедливость этих слов. Пожалуйста, Боже! Кейн не выживет без меня. – Тут она замерла, поскольку у нее нестерпимо закололо в боку. – Боже, дай мне еще немножко сил, и я перестану ругаться нехорошими словами.

Как ни странно, боль в боку мгновенно утихла. А дыхание снова стало ровным. Значит, последнее обещание было именно тем, которое больше всего желал услышать Создатель.

– Спасибо, – прошептала она, подхватила юбки и снова припустила бегом.

Наконец она оказалась на своей улице. Держась в тени, подобралась к крыльцу. Однако, увидев валявшихся на ступеньках троих мужчин, снова побежала. Но ни один из них не сделал попытки ее остановить: всех троих успокоил чей-то мощный кулак.

Видимо, Кейн уже дома.

Джейд не помнила, сколько именно людей могло быть сейчас с леди Бриарс, и снова засомневалась. А не пробраться ли ей через черный ход или храбро войти в парадное, чтобы вновь оказаться лицом к лицу с леди Бриарс и ее приспешниками?

Однако в следующую секунду стало уже не до рассуждений – из дома раздался отчаянный вопль.

– Где она? – орал Кейн.

Его панический ужас поразил ее в самое сердце. Она пинком распахнула парадную дверь и ворвалась в дом.

Все сгрудились в гостиной Лайон удерживал Кейна за плечи, леди Бриарс стояла перед ними. Сэр Ричардс держался рядом, вместе с Сирилом и Элденом.

– Прежде чем ты успеешь найти ее, она подохнет с голоду! – визжала леди Бриарс, брызгая слюной от возбуждения. – Тебе никогда ее не спасти! Никогда!

– О нет, он непременно меня спасет!

Леди Бриарс ахнула, когда ее слуха достиг негромкий голос Джейд. Кейн развернулся на месте, едва ли не свалив Лайона.

И ошеломленно застыл с улыбкой на губах. В глазах у него стояли слезы. Лайон, казалось, изумился не меньше, чем Кейн и сэр Ричардс, вместе взятые:

– Джейд, как вы смогли…

– Они оставили меня взаперти, – многозначительно ответила она.

Прошло не меньше минуты, прежде чем до всех дошел смысл ее слов. Лайон расхохотался первым.

– Они оставили ее взаперти! – повторил он Кейну.

Джейд все еще улыбалась, когда Кейн приблизился к ней, но стоило ему лишь прикоснуться, как она тотчас залилась слезами.

Опрометью бросившись в первую попавшуюся спальню, Джейд захлопнула за собой дверь и рухнула на кровать. Кейн был тут как тут.

– Любовь моя, все уже кончилось, – прошептал он.

– Я не сбежала, я честно оставалась в доме, но они явились сами и похитили меня. Я не нарушала слова!

– Тише, Джейд. Я вовсе и не думал…

– Кейн, я так испугалась! – рыдала она у него на груди.

– И я тоже. – Он еще крепче прижал ее к себе. – Когда Сирил сказал мне… Я подумал, что ты.. О Боже, да, действительно, я чертовски напугался!

Джейд старательно промокнула глазки полой его сюртука и заявила:

– Нельзя больше чертыхаться и вообще употреблять нехорошие слова, Кейн. Я пообещала Господу.

– Понимаю, – нежно улыбнувшись, ответил Кейн.

– Я готова была пообещать все что угодно, лишь бы ты остался жив, – прошептала она. – Ты так нужен мне, Кейн.

– Ты тоже нужна мне, любимая.

– Да, еще нам теперь нельзя ни красть, ни лгать, – добавила она. – Я пообещала и это.

– И твои обещания распространяются и на меня? – страдальчески закатив глаза, поинтересовался Кейн. Ему пришлось скрывать улыбку, ведь она говорила так искренне, что язык не поворачивался напомнить, что ведь он-то никогда прежде не крал.

– А как же еще, мои обещания, без сомнения, распространяются и на тебя, – заверила она. – Ведь мы же должны делить и хорошее и плохое, разве не так? Кейн, мы же равные партнеры в браке!

– Да, конечно, – согласился он.

– Так ты будешь выполнять данные мной обещания?

– Да… – Тут он внезапно отстранился и с ужасом заглянул ей в глаза:

– А больше ты ничего не обещала?

Можно было подумать, что от ее ответа зависит вся его жизнь.

– Ты про занятия танцами?

– Я про занятия любовью.

– А разве это не одно и то же?

– Сейчас не до шуток, Джейд.

– Нет, Кейн, нам не придется отказываться от танцев и от любви. Я ни за что не дала бы обещание, которое не смогла бы выполнить, – заверила она, повторяя его же собственные слова. Кейну захотелось сорвать с нее одежду и любить со всей страстью сию же минуту, но, увы, пока это совершенно невозможно: надо еще разобраться с суматохой в гостиной.

* * *

На протяжении двух последующих дней он также виделся с Джейд лишь урывками. Им с Лайоном без конца приходилось доказывать свою правоту начальству. Леди Бриарс засадили в Ньюгейтскую тюрьму. Поговаривали, что скорее всего она кончит свои дни в ближайшем доме для умалишенных, поскольку при дворе ее сочли буйнопомешанной. Джейд всем сердцем одобрила это решение.

Но вот наконец и с этим покончено. Настало время для мирной семейной жизни.

И в точности, как он и предсказывал, они жили долго и счастливо.

И все же он оставался ужасно взбалмошным, что причиняло молодой жене массу беспокойства, а в день годовщины их свадьбы он с самого утра потребовал повторить клятву не сбегать от него еще один год.

Джейд сочла требование оскорбительным, тем паче что к тому не было никаких оснований. От ярости она заскрипела зубами.

– Кейн, мы же собираемся завести ребенка.

– Знаю, любовь моя. – Он повернулся на бок и погладил ее по округлому животику. – И давно, – добавил он лукаво и поцеловал влажный лоб. – Ты не слишком разгорячилась, Джейд?

– Нет, я не…

– Я жду твоей клятвы, – перебил он, выбираясь из-под одеяла. – А потом поспи еще немного: ты провела слишком беспокойную ночь. Не следовало тебе допоздна засиживаться с Кристиной и Лайоном. Я, конечно, был счастлив повидаться с ними и рад, что Кристина предложила свои услуги во время родов, но все же настаиваю на присутствии врача.

Джейд была слишком измотана, чтобы отвечать или спорить. Всю ночь ее мучили жуткие схватки, однако она не стала будить Кейна, следуя совету подруги. Кристина утверждала, что мужа следует беспокоить уже в самый последний, решительный момент, ибо они, мужчины, чересчур легко поддаются панике.

Кристина с Джейд теперь стали чуть ли не кровными сестрами, особенно с той ночи, когда Джейд вручила Кристине досье Лайона на сохранение. Леди прониклись друг к другу полным взаимным доверием и готовы были просиживать часами, смакуя волнующие эпизоды их прежней жизни.

– Я жду, – напомнил Кейн, легонько тряхнув Джейд за плечо.

Она переждала, пока ослабнет очередная схватка.

– Да, я обещаю. И еще, Кейн, роды вот-вот начнутся. Ступай, разбуди Кристину.

Ребенок, который, по мнению Джейд, должен был появиться на свет буквально с минуты на минуту, заставил себя ждать еще добрых три часа.

И даже в моменты самых жестоких схваток Кейн оставался таким спокойным, уверенным и заботливым, каким и хотела его видеть Джейд. Все-таки Кристина не всегда права – некоторые мужчины являются исключением из правила.

Когда, по мнению Кристины, потуги у Джейд стали слишком сильными, она отослала Кейна в библиотеку. Однако уже через пять минут он вернулся и больше не отходил от Джейд, держа за руку и умоляя простить за то, что обрек на подобные муки.

Конечно, в таком положении он скорее был помехой, чем помощником, но умудрился все же не паниковать и уже через несколько минут был вознагражден, подхватив на руки малютку дочь. Как только до Стернса донесся первый писк новорожденной, он тоже был тут как тут. Взяв девочку из рук Кейна, он выпалил, что это самый удивительный младенец на свете, и поспешил устроить малютке первое купание.

Кристина осталась с Джейд. Кейн помог сменить роженице постель и сорочку, но когда Кристина похвалила его за ловкость, едва сумел выдавить улыбку.

Он был бледен, руки его тряслись, лоб покрывала испарина. Даже ответил он невпопад и, осознав наконец, что самое трудное позади, полностью отключился.

Как назло, Кристина только что вышла, Стернс не мог выпустить из рук свою новую подопечную, а Джейд была слишком слаба, чтобы успеть подхватить мужа.

– С ним все в порядке? – спросила она Стернса, не в силах взглянуть даже через спинку кровати.

– Он в обмороке.

– Да знаю я, что он в обмороке, – ответила Джейд. – Но в остальном-то все в порядке? Не стукнулся головой обо что-нибудь острое?

– Нет, он не ушибся, – заверил Стернс, даже не потрудившись посмотреть на хозяина Он ни на миг не желал отвернуться от новорожденной, взирая на нее с полнейшим обожанием.

– Так помоги же ему подняться, – прошептала Джейд, прикусив губу, чтобы не расхохотаться.

– Судя по всему, он пока еще не готов очнуться, – заявил Стернс. – И к тому же я сейчас гораздо нужнее малышке Вы сотворили настоящее чудо, миледи! Уверен, маркиз согласится со мной сразу же, как только придет в себя.

Джейд сияла от счастья, но в глазах у нее стояли слезы.

– Ты ведь никогда не позволишь себе упрекнуть его в этом, Стернс? – Она покосилась в сторону застонавшего Кейна и добавила:

– Мы должны молчать об обмороке, иначе он умрет со стыда.

– Не бойтесь, миледи, – заверил Стернс, – я ни за что об этом не обмолвлюсь, обещаю.

По лукавым искоркам в глазах она могла бы сразу догадаться, что дворецкий не намерен сдержать обещание Она убедилась в этом уже на третий день после родов.

Этот бестия Стернс во всех подробностях расписал обморок Кейна репортерам.

Маркиз перенес удар с завидной стойкостью, терпеливо снося шуточки поздравлявших.

Ничто не могло поколебать его безоблачного настроения. Ведь в конце-то концов его миссия увенчалась полным триумфом. Он сумел выследить знаменитого пирата… и завладеть им. Охотник был доволен.

Content

Джулия ГАРВУД
АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15