Лианна Уилсон

Подруга Ника

Глава 1

Билли Рэй Гюнтер с испугом и недоверием разглядывала свое свадебное платье. Ворох атласной ткани напоминал ей раздавленный торт с кремом. Как она сможет надеть на себя этот причудливый наряд? Она будет похожа не на невесту, а на маленькую девочку, играющую роль манекенщицы.

— Осторожнее, — предупредила Роза. Портниха подала ей платье, следя, чтоб Билли не наступила на подол. Нервничая, Билли подняла ногу и шагнула в необъятных размеров юбку из дорогого материала, надевая платье через ноги. В душе нарастало дурное предчувствие. Что, если платье лопнет по шву? Или, того хуже, если она будет выглядеть в нем полной дурой?

Изогнувшись, Билли натянула атласную ткань на плечи. Прохладная материя казалась скользкой, как рыбья чешуя. Чувствуя себя фаршированной щукой, девушка выпрямилась, переступая с ноги на ногу.

— Стой спокойно, — приказала Роза. Билли тяжело вздохнула. Секунды казались вечностью, пока проворные пальчики Розы застегивали длинный ряд пуговиц на спине. Волнуясь, Билли покосилась на длинное зеркало, висящее в углу комнаты, и увидела в нем свое отражение. Сливочно-белая ткань обтягивала ее стан, подчеркивала достоинства фигуры, придавая ей гораздо более мягкие и женственные очертания, чем потертые джинсы и заношенные сапоги, которые обычно носила Билли. Ее сердце наполнилось надеждой. Может, ей удастся наконец избавиться от имиджа девчонки-сорванца и стать настоящей женщиной, какой она всегда мечтала быть.

И тут Билли заметила на груди треугольное пятно загара — как клеймо на коже. Мрачные опасения нахлынули вновь. Она не сможет скрыть свою сущность — на самом деле она пацанка, девушка-ковбой, «старина Билли Кид». Словно наяву, она услышала, как Джейк, ее старший брат, и его верный дружок Ник смеются, называя ее этим прозвищем. Воспоминание причиняло острую боль.

Роза закрепила фату на голове Билли с помощью нескольких шпилек и отступила в сторону. Довольная своим творением, она просияла, на ее смуглом лице вспыхнула широкая улыбка.

— Ах, красотка! — Черные глаза портнихи прищурились, между бровей залегла морщинка. — Что за лицо? — Она приподняла ей подбородок. — Почему загрустила?

Билли пожала плечами.

— Я просто вспомнила Джейка и… — она умолкла и покачала головой, пытаясь отогнать печальные мысли. Но боль не уходила. Он был таким молодым и так глупо разбился на своем грузовике… Не надо сейчас думать о брате. И о его дружке Нике Лэтэме. Воспоминания о нем были не менее болезненными. Ник уехал из Боннета, штат Техас, чтобы жить… без нее.

Она уже не ребенок, погруженный в мечты; она — взрослая, двадцатитрехлетняя женщина. Билли расправила складку на плече. Трудно ли будет показаться на людях в этом наряде, достойном куклы Барби? Небось не труднее, чем управлять папиным ранчо, улаживать денежные дела или выйти замуж за нелюбимого мужчину.

Ответственность давила на Билли, словно узкое платье, не позволяющее вздохнуть. Ей постоянно не хватало то времени, то денег. После внезапной смерти отца пять лет назад часть ответственности легла на ее хрупкие плечи. Отец указал в завещании, что ранчо переходит Билли и Джейку: их матери не под силу управиться одной. Двумя годами позже, после гибели Джейка, на Билли свалилась целая куча неожиданных долгов и весь груз ответственности. Теперь же отчаяние, смешанное с непреклонной решимостью, привело ее к свадьбе.

Реальная жизнь трудна и требует практического подхода. Брак решал для Билли множество проблем. Она смотрела в будущее с обычным мужеством, которое помогало ей пережить все жизненные трагедии. На этот раз никто не отнимет у нее то, что она любит. Она возьмет поводья в собственные руки и сама станет управлять своей судьбой.

Билли не питает никаких иллюзий по поводу замужества. Она не собирается рисковать своим сердцем. Однажды уже попробовала. И проиграла. Получив в результате глубокие душевные раны. Билли раз и навсегда убедилась, что любовь приносит боль. Больше никаких страданий! Роза всхлипнула.

— Слишком много горя для одной семьи. Лучше уж думать о твоей свадьбе. Обувайся и выходи. Мать совсем заждалась.

Оставив без внимания атласные туфельки, такие же неудобные, как лифчик без бретелек, Билли вынула из чулана нарядные белые сапожки. Она не надевала их с тех пор, как окончила школу. По крайней мере хотя бы удобная обувь.

Билли вышла из спальни, приподнимая тяжелую юбку. Роскошная ткань шелестела при каждом шаге. Девушка миновала висящие на стене фотографии в рамочках: семья на отдыхе в Скалистых горах. Билли и Джейк в обнимку на фоне нарядной новогодней елки, школьные снимки, запечатлевшие Билли-подростка, ее косички и скобку на зубах. Приятные воспоминания вселили в ее душу храбрость, необходимую в будущем.

— А вот и невеста! — зычным голосом пропела Марта Гюнтер. Ее лицо осветилось сердечной улыбкой. В голубых глазах стояли слезы.

Чувствуя себя скорее стреноженной лошадью, Билли вперевалку вошла в комнату. Расправив плечи, она одарила мать самой радостной, самой оптимистичной улыбкой, с которой обычно оплачивала ежемесячные счета и подсчитывала остатки денег.

Краем глаза Билли заметила движение в дальнем углу гостиной. Прищурившись, она разглядела в ярком солнечном свете, заливающем родительский дом через высокие окна, темный силуэт высокого, широкоплечего мужчины. У Билли перехватило дыхание. Неужели Дуг, ее жених, приехал так рано? Возможно, против света его стройная, изящная фигура показалась ей крупнее, чем на самом деле. Жених не должен видеть ее свадебное платье. Плохая примета. Только этого ей не хватало.

— Билли Кид? — Теплый, низкий мужской голос подействовал на нее, словно удар грома.

Билли ахнула. На секунду она почувствовала головокружение, ее мир пошатнулся. Ник!

Николае Баретт Лэтэм шагнул к ней, загородив оконный проем. Билли взглянула в его янтарные с золотыми искорками глаза, и странное, почти забытое чувство, похожее на беспокойство, завладело ее душой.

— Ну и ну, — протянул гость, потерев тяжелый подбородок, — будь я проклят! Как ты хороша!

Ник не был ее женихом, но его появление здесь наверняка плохая примета. Билли захотелось провалиться сквозь землю и оказаться погребенной под метрами кружев и атласа. Если он будет смеяться над ее нарядом, она ему задаст! Ее руки сжались в кулаки в предчувствии неизбежного.

— Разве не чудо, что Ник приехал к нам, лапочка? — воскликнула мать, прижав ладони к животу, словно боялась лопнуть от восторга.

Билли автоматически кивнула. Впервые в жизни она не нашлась что сказать. Или нет, скорее во второй раз. Первый был тогда, когда она поцеловала Ника. Билли повзрослела с тех пор и уже не была наивной шестнадцатилетней девчонкой, как в то жаркое лето, но под любопытным взглядом гостя, при виде его неотразимой улыбки ее сердце растаяло.

— Я слышал, ты выходишь замуж, — раскатистым голосом сказал Ник. — Решил сам убедиться.

Его слова привели Билли в ярость. Она решительно посмотрела в его любопытные глаза.

— Зачем? Или так трудно поверить, что кто-то захотел жениться на мне?

— Я имел в виду совсем другое. Конечно, нет. — Ник смущенно поморщился. Он приблизился и неуклюже чмокнул ее в щечку. — Поздравляю, Билли.

От прикосновения его губ Билли бросило в жар. Она резко, взволнованно вздохнула и уловила исходящий от него тонкий, острый запах, напоминающий запах кедровой хвои после дождя.

— Добро пожаловать домой, Ник. Ник обнял девушку за тонкую талию и привлек к себе. В его мощных объятиях Билли чувствовала себя слабой, как новорожденный жеребенок. Она пошатнулась, наступив на подол. Ник поддержал ее за локоть.

— Сколько воды утекло? — сказала Билли, прекрасно зная, что прошло два года, один месяц и шестнадцать дней. Она не спрашивала себя, откуда знает это и почему.

— Слишком много, — откликнулся Ник. Даже оглушенная горем после смерти Джейка, Билли запомнила его крепкое объятие, неловкое похлопывание по плечу, хриплый голос: «Мне очень жаль. Билли». Она не могла сдержать обиду при виде хорошенькой жены Ника, стоявшей рядом с ним. Может быть, поэтому так твердо решила вести дела на ранчо «Скалистое Джи» без посторонней помощи. Раз не смогла добиться любви Ника, то завоюет его уважение. И уж он никак не должен знать, что сейчас она продает себя, выходя замуж.

Многое изменилось с того дня. Билли одна виновата, что Ник не навещал Гюнтеров после похорон друга. Инстинктивно она чувствовала, что Ник тоже изменился. Что-то в выражении глаз стало более суровым, утратив озорной блеск юности. Под его теплым, ласкающим взглядом Билли внезапно ощутила, что платье ей слишком тесно, воздуха не хватает, кровь загустела, как патока.

— Нам следовало поддерживать отношения, — заметила Марта. — После смерти Джейка, — она покачала головой.

Глаза Ника потемнели.

После похорон Джейка он предлагал остаться и помочь на ранчо, но Билли хотела доказать, что сможет справиться не хуже любого мужчины. Вот только она не знала о деньгах, которые Джейк задолжал. Вообще не знала слишком многого. С тех пор она не прекращала отчаянно бороться, чтобы удержаться на плаву.

Марта по-матерински похлопала Ника по руке.

— Мы по тебе скучали.

— Я должен был раньше приехать, — хрипло ответил он.

Билли вскинула голову и встретила его вопросительный взгляд.

— Мы прекрасно справлялись. Нам не нужна была помощь.

Ник криво усмехнулся.

— У тебя всегда все получается.

Ее сердце екнуло. С делами на ранчо она справлялась не так уж хорошо. Старина Билли Рэй — сильная и надежная. Вот только эти качества подходят скорее к породистой лошади.

Раздраженная собственным сравнением, Билли решила принять слова Ника за комплимент. Но в глубине души они ее задели. Вдруг ей захотелось превратиться в беспомощную плаксу. Только нельзя себе этого позволить!

Намереваясь выпроводить Ника как можно скорее. Билли спросила:

— Что привело тебя сюда?

— Ты. — Многозначительность его тона заставила ее вздрогнуть.

— Я? — Ее голос сорвался.

Билли отчетливо вспомнила их единственный пылкий поцелуй, возбуждение, охватившее обоих, жар, разлившийся по ее телу. Прикосновение его губ, твердых и нежных как шелк, подействовало на нее, словно поцелуй Прекрасного принца, разбудивший Спящую красавицу. Внезапно Билли почувствовала гордость за свою оформившуюся фигуру, обрадовалась наконец, что она женщина.

В шестнадцать лет Билли испытала наихудший вариант детской влюбленности. Но с течением времени поняла, что это было чем-то большим. Она взрослела, а ее чувства усиливались и крепли. Они были настоящими и шли из глубины души. Билли хотела выйти замуж за Ника, родить ему детей. Любовь к нему пронизывала светом все ее мечты. Ради него она была готова на все… А он взял и разбил ее сердце.

Тогда Билли полностью сосредоточилась на своем намерении стать ветеринаром. Но вскоре ее надежды оказались разрушены смертью отца и окончательно похоронены после гибели брата. Годы тяжелого, изнурительного труда и давящий груз ответственности разметали ее детские мечты. Когда-то Билли ждала от жизни очень многого. Ничто не осуществилось. Но она до сих пор не сдается.

Так же решительно, как и в тот день, когда она выдержала сообщение Ника о его предстоящей женитьбе, Билли отбросила воспоминания. Ник ей не нужен. У нее другие планы, которые возвратят к жизни ее мечты и в которых нет места Нику.

Холодный, запотевший стакан слегка охладил горячее пламя, сжигающее Ника, как в лихорадке. Стояла сорокаградусная жара, но ему было еще жарче. Он отхлебнул сладковатого чая, кубики льда в стакане стукнулись друг о друга. Вентилятор обдувал прохладным воздухом его разгоряченную кожу.

Свадьба! Ник до сих пор не мог в это поверить. Билли Кид действительно выходит замуж. Мир перевернулся вверх тормашками, и дважды два уже не равно четырем. Ник чувствовал себя так, словно у него выбили почву из-под ног.

Он ни на чем не мог сосредоточиться, кроме Билли. Ее волнующих голубых глаз. Ее золотых волос, рассыпанных по обнаженным плечам и заставляющих думать о таких вещах, которые Ник обычно никак с Билли не связывал, например об атласных простынях в жаркие летние ночи. Размытое пятно загара, совпадающее с вырезом ее рабочей рубашки, напоминало ему о драчливой девчонке, которой она была когда-то. Но теперь она выросла.

Впервые в жизни Ник заметил ее женственную, чертовски сексуальную фигуру. Его «сестренка» стала женщиной. Теперь он радовался, что между ними нет кровного родства.

У Ника пересохло в горле. Он откашлялся, смущенный своей явной сексуальной реакцией.

— Тим Камминз сообщил мне эту радостную весть. Я вчера был у него в Хьюстоне.

Часть рассказа оказалась правдой, а другая, надеялся Ник, была ложью.

— Мы бы позвонили, — сказала Марта, — но тут такая суматоха. — Она дрожащей рукой прикоснулась к фате дочери. — Жаль, что твой папа этого не видит. Он бы так гордился… — Она отвернулась и хлюпнула носом.

Лицо Билли исказилось. Наверное, отсутствие отца омрачает ее радость, подумал Ник. Мистер Гюнтер должен был подвести ее к алтарю и станцевать с ней первый танец. Разве женщине не нужна духовная поддержка в столь важный момент?

Но мужчины из рода Понтеров мертвы и не могут помочь Билли. Ник знал, что они не допустили бы ее обручения с человеком, которого назвал Тим Камминз. И Ник тоже бы не допустил. Это какая-то ошибка. Билли, которую он знал, была более разборчивой. Поэтому Ник бросил все и помчался в Боннет — убедиться, что она понимает, что делает.

Билли взглянула на него. Ее глаза сияли, словно сапфиры. В первое мгновение она показалась ему ребенком — заблудившимся, одиноким, осиротевшим; а уже в следующее — готова была завоевать весь мир. Билли всегда удивляла Ника молниеносной сменой настроений. И вообще, что он понимает в женщинах? Они — загадка для него. И его развод это доказывает.

Билли нарушила хрупкое молчание:

— Джейк бы обхохотался.

Знакомое теплое чувство охватило обоих, вызвав некоторое замешательство. Не обращая внимания на чисто мужскую реакцию, возникшую под воздействием ее женских чар, Ник неуверенно улыбнулся в ответ на ее усмешку.

— Это точно, ты права.

Ее глаза вспыхнули. Улыбка дрогнула. Билли вскинула голову. Ник узнал это знакомое вызывающее движение.

Джейк наверняка высмеял бы ее наряд. Но Ник не мог. У него сдавило грудь. Слова застряли в горле. Билли выглядела такой изменившейся, взрослой и красивой. Когда произошли в ней эти перемены? На похоронах отца пять лет назад она казалась испуганным большеглазым ребенком, но все же не плакала. На похоронах Джейка двумя годами позже, тоненькая как тростинка, она стояла, поддерживая мать, и ее губы почти не дрожали.

Ник пропустил переход от девочки ко взрослой женщине. Билли оказалась мягче, чем он ожидал, более уязвимой, хотя и достаточно крепкой, чтобы самой управляться с ранчо. Но все же призрак той не уверенной в себе веснушчатой девчонки еще жил в ее огромных голубых глазах.

— Джейк не поверил бы своим глазам, увидев, какая ты красивая, — выдавил Ник.

Ее растерянные глаза потемнели, как штормовое море. Она опустила голову и взглянула на ворох атласной ткани.

— Такое впечатление, что меня облили сахарной глазурью. Ник хмыкнул.

— Ты очаровательная невеста, — заверила дочь Марта.

«Очаровательная» — не то слово. Она — мечта, видение. Платье подчеркивает ее тонкую талию, пышную грудь, медовый загар.

Словно вернувшись на несколько лет назад, Ник вспомнил крепкий поцелуй, который она ему подарила. Он вновь ощутил касание нежных губ, соблазнительных и невинных. Было чертовски трудно прогнать ее. Ник принадлежал другой женщине. А Билли была еще слишком молода. Но теперь, когда четырехлетняя разница в возрасте перестала иметь значение, между ними встали новые препятствия. Она принадлежит другому. А он никогда больше не женится.

Неохотно отведя взгляд от невесты, Ник поставил холодный чай на поднос, сунул руки в карманы и напомнил себе причину, по которой приехал сюда. Он попытался представить себе Билли с косичками и скобкой на зубах, всю в царапинах и синяках.

— Встань на табуретку, — сказала Роза. Ее пальцы мелькали вдоль сияющей белой юбки, словно обсыпанной звездной пылью.

Билли, сделав шаг, вновь наступила на подол и покачнулась, утратив равновесие.

— Ах, черт!

Ник бросился на помощь. Он подхватил Билли за талию и почувствовал прикосновение ее пышной груди. Он глубоко вздохнул и ощутил ее соблазнительный аромат: загадочный и экзотичный, похожий на запах жасмина. Даже слишком соблазнительный.

Билли вздрогнула, и эта дрожь эхом отозвалась в теле Ника. Его сердце стучало, как отбойный молоток. Новые ощущения, которые вызывала в нем Билли, выбивали Ника из колеи. Рядом с ней все мысли путались. Что с ним случилось? Или он давно не был с женщиной? После развода Ник с головой ушел в работу, расширяя свой строительный бизнес. От женщин, решил он, столько же пользы, сколько от плохой погоды на стройке. А Билли Рэй Гюнтер и вовсе ураган.

У Ника мелькнула шальная мысль: что, если позволить Билли упасть? Наверное, он поступил бы так, если бы она осталась прежней несносной девчонкой. Тогда он смог бы во всем разобраться, убедиться, что она приняла правильное решение, и спокойно уехать. Вместо этого, вопреки голосу разума. Ник еще крепче прижал ее к себе, обхватив руками за талию.

— Ты в порядке?

— Ага. У меня сапог зацепился. — Она оттолкнула его руку и твердо встала на ноги, как всегда и делала, ни на кого не опираясь, не выказывая слабости. Она сама несла доставшийся ей тяжелый груз ответственности.

Ник восхищался ее способностью противостоять трудностям. Два года назад он согласился с ее гордым отказом принять его помощь. Может, надо было настоять? Или его задевает только то, что Билли больше не нуждается в нем? Сейчас Ник глубоко сожалел. Не надо было ему уезжать.

— Сапоги! А где твои свадебные туфли? Они так идут к этому платью! — воскликнула Роза, недовольно наморщив лоб.

— Да, ведь не тебе придется торчать в них несколько часов на венчании и приеме, — фыркнула Билли.

— Это только на один день, — успокоила дочку Марта. — Красивые туфли — это так важно.

— Почему? — спросила Билли. — Кто их увидит под юбкой? — Она взмахнула подолом, и на мгновение Ник увидел обтянутую шелковым чулком ножку.

— Все, — ответила мать.

Ник скрипнул зубами. Дуг. Наверное, это ошибка. Болван Дуг Шеффер никак не может быть женихом!

— Кроме того, — продолжила Марта, — у тебя голова будет совсем другим забита, ты и думать забудешь про ноги. Словно на крыльях будешь летать. Именно так я себя чувствовала, когда выходила замуж за твоего отца. — В ее мягких голубых глазах появилось тоскующее выражение.

— Конечно, мама.

Неужели в голосе Билли звучало сомнение? Или Ник только хотел его услышать?

Нахмурившись, он смотрел, как Билли идет к табуретке в слишком длинной юбке. Тяжелая ткань шуршала и колыхалась в такт движениям бедер. Ник стал рядом, чтобы помочь, если Билли снова оступится, но слегка в стороне, чтоб не вдыхать ее едва заметный запах и не чувствовать прикосновений светлых шелковистых волос. Задрав юбку до колен, Билли взобралась на табурет без посторонней помощи. Ник увидел блестящие чулки, обтягивающие ее стройные ноги.

— И кто же счастливый жених? — спросил он, отведя взгляд и скрестив руки на груди.

— Дуг Шеффер.

Что-то необъяснимое и опасное вспыхнуло в душе Ника. Он думал, что готов услышать это имя, но оказалось, что это не так.

— Шутишь?

Билли подбоченилась и окинула его упрямым взглядом, означающим: «Попробуй только что-нибудь сказать».

— Нет.

Ник закрыл рот и попытался справиться с раздражением. Как она могла влюбиться в этого ублюдка? Что в нем нашла? И такой человек получит Билли! Чванство и высокомерие были лучшими качествами Дуга. Если не считать того, что он наследник «Шеффер энтерпрайзиз».

Ник вспомнил, как Дуг проматывал отцовы денежки, разъезжая по округе в шикарном лимузине, стоившем, наверное, не меньше, чем дом, в котором вырос Ник. Дуг был слишком богат, чтобы это пошло ему на пользу, слишком самоуверен. Неужели он привлек Билли всей этой роскошью? Тогда она уже не та девушка, которую знал Ник. Возможно, она больше похожа на его бывшую жену.

— Где Шеффер? — процедил Ник сквозь зубы. Отец Билли никогда не пригласил бы Шеффера в свой дом. А Джейк просто размазал бы по стенке. Ник бы присоединился к Джейку и получил бы огромное удовольствие.

— Жених не должен видеть, как невеста примеряет платье, — покачала головой Роза. — Очень плохая примета.

— Все лучше, чем если бы Шеффер увидел ее без платья, — нахмурившись, буркнул Ник.

Роза и Марта пропустили его высказывание мимо ушей. Они выравнивали подол, подгоняя платье по длине.

Хотелось бы знать, были ли жених с невестой близки, держал ли Шеффер ее в своих объятиях. Ник почувствовал, как холодок пробежал у него по спине. Он стиснул зубы при мысли, что Дуг Шеффер мог прикасаться к Билли, целовать ее, заниматься с ней любовью. Головная боль пронзила его висок.

— Дуг на работе, — ответила Билли. Здоровый румянец на ее щеках стал еще гуще. Его руки сжались в кулаки.

— Шеффер понятия не имеет, что такое работа.

— Он руководит «Шеффер энтерпрайзиз», — раздраженно отрезала Билли.

— Держу пари, старик Шеффер все еще не выпускает поводья из рук. — Ник отвернулся и осушил стакан с холодным чаем одним глотком, как виски. К сожалению, эффект был совсем не тот.

— Но разве не твой отец основал строительную компанию, которой ты управляешь, Ник? — усмехнулась Билли.

Стрела попала в цель. Ник хотел огрызнуться в ответ, но самодовольный взгляд Билли вынудил его прикусить язык. Он не доставит ей такого удовольствия.

Марта приказала дочке опустить руки, чтобы платье легло как положено. Роза щелкнула языком, внимательно осматривая подол.

— У меня не было выбора, — ответил наконец Ник, в его хриплом голосе чувствовалась сдавленная ярость. — Отец нуждался в моей помощи. Надо было заключать контракты, подписывать соглашения. Отец был тяжело болен. Он ни на кого не мог положиться, кроме меня. — Билли должна понять разницу. То же самое случилось с ее ранчо. — А Дуг работает на папочку, потому что ничего больше не умеет.

— Откуда тебе знать? — Билли знакомым жестом выпятила подбородок.

— Вы спорите, — буркнула Марта, зажав в зубах булавки, — как в старые времена.

— Тогда почему Дуг не делает то, что хочет? — спросил Ник, не обращая внимания на ее упрек.

— Делает, — ухмыльнулась Билли. — Он женится на мне.

Сразила наповал! Плечи Ника напряглись, нервы натянулись, как стальные тросы. Мгновенная решимость, с которой Билли бросилась на защиту Дуга, подсказала Нику, что он должен выбрать другую тактику. Если Билли разозлится, выйдет только хуже. Почесав подбородок, как обычно делал папаша Гюнтер, сталкиваясь с проблемами детей, Ник произнес:

— И какие же у Дуга планы на будущее? Жить на проценты с капитала?

— У него… У нас есть планы. Много планов. Но я не понимаю, какое тебе дело до этого. Ник Лэтэм. Ты мне не отец и не брат. — Ее голос сорвался. — Ты мне никто.

Еще один удар. Очень болезненный. Ник отшатнулся, словно получив удар в челюсть. Их взгляды встретились. В этот момент Ник понял, что Билли — взрослая женщина, способная принимать решения и отвечать за свои поступки. Он должен дать ей возможность идти своим путем. Но оставаться и смотреть, что получится, он не обязан.

— Билли Рэй Гюнтер, — рявкнула Марта, — ты немедленно извинишься!

Ник взглянул Билли в глаза и заметил в них сожаление и боль. Он приехал сюда не спорить. Он приехал помочь девочке, которую когда-то называл своей маленькой сестренкой. Но этой девочки больше не было.

— Ладно. — Ник шагнул к женщине, заменившей ему мать. — Билли права. Я лезу не в свое дело. — Он нежно поцеловал Марту в щеку. — Я заеду. До конца недели. Так что мы еще встретимся.

Покачав головой, Марта нагнулась, подкалывая подол.

— Все равно как маленькие. То дерутся, то ласкаются. И как Джейк мог уживаться с вами обоими?

— Он не мог, — ответила Билли.

Ник перехватил ее озорной взгляд и внезапно расслабился.

— Это точно. Он запирал тебя в конюшне.

— Или в сарае для инструментов, — прыснув, добавила Билли.

— Неплохая мысль. — Может, стоит попробовать. Пускай помучается, пока не придет в чувство. Интересно, кто бы сейчас ее выпустил? Когда-то Ник был ее спасителем. Теперь уже нет. Неужели теперь Шеффер — ее рыцарь в сияющих доспехах? Вряд ли. Шеффер не способен думать ни о ком, кроме себя. Покачав головой, Ник напомнил себе, что не обязан присматривать за Билли.

С легким вздохом он отвернулся.

— Ник…

Оглянувшись, он увидел, как Билли неуклюжей походкой идет к нему.

Ее печальные глаза казались совсем синими.

— Прости. Ты мне как родной. Мы слишком давно не виделись. А с этой свадьбой я вся на нервах.

Марта кивнула.

— Как трогательно.

Билли сделала круглые глаза и поджала губы. Неужели она изменилась сильнее, чем показалось Нику вначале? Билли Кид умела скрывать свои чувства и мысли. Она никогда не плакала. Даже когда свалилась с лошади и сломала ключицу. И никогда не извинялась. Даже когда в семилетнем возрасте сбежала из дома, до смерти перепугав родителей и Ника.

Вместо того чтобы лить слезы, Билли дралась. Она скрывала свои чувства на похоронах отца, поддерживая мать своей выдержкой. Ник видел, как она горевала на похоронах брата. Но и тут сдержалась. Может, любовь пробудила в ней спрятанные до поры чувства, позволила им вырваться наружу и помогла Билли полностью раскрыться как женщине.

Но Дуг Шеффер? Ник прикусил язык. Сейчас уже не время упрекать Билли в ее выборе. Раньше надо было думать. Что бы сказал сам Ник, если бы кто-то попытался очернить его невесту? Наверное, это было бы к лучшему. Ник мог бы избежать многих трудностей. Но он не стал бы слушать злопыхателей и очень сомневался, что Билли выслушает.

— Ясно, — сказал Ник. — Я опять не вовремя. Как и всегда.

— Нет, это судьба. — На щеках Марты появились ямочки, она перевела взгляд с Ника на дочь. — Тебя нам Бог послал. Нам нужна твоя помощь.

Замечательно. Ник не хотел участвовать в этой свадьбе. Но как отказаться? Любовь и сочувствие к Понтерам глубоко запали ему в сердце.

— Все, что потребуется, — ответил он, пытаясь выдавить подобие улыбки. — Чем могу помочь?

— Мы с Билли обсуждали это на прошлой неделе, — сказала Марта. — Теперь, когда я думаю об этом, ты кажешься мне идеальным вариантом. Ты ведь для нее как старший брат, а для меня как сын.

— Мама… — Билли бросила в ее сторону предостерегающий взгляд. — Что ты говоришь?

Марта прищурилась, на ее лице вспыхнула широкая улыбка.

— Ник, ты должен отвести невесту к алтарю.

Отвести невесту? Ник уставился на Марту, затем его взгляд метнулся к Билли. Как он сможет отдать ее другому? Если все, что он хочет, — это сделать ее своей.

Эта мысль пронзила Ника, как удар молнии. Он тут же отмел ее, вспомнив о здравом смысле. Ему не нужна женитьба, любовь или Билли Рэй Понтер. Сделать Билли своей — какое странное побуждение! Брак не для него. Никогда больше. Бывшая жена наглядно доказала ему: он не понимает, что такое быть женатым мужчиной. Он не понимает, чего хотят и к чему стремятся женщины. И, возможно, никогда не поймет. А значит, не станет снова рисковать своим сердцем.

Но надо удостовериться, что Билли не ошибается. Он слишком многим обязан мистеру Гюнтеру и Джейку. До отъезда из Боннета нужно убедиться, что Билли любит Дуга Шеффера и что ее любовь взаимна. Не важно, насколько неприятной окажется эта задача для Ника. Он знает, к чему приводит не правильный выбор. И убережет Билли от лишней боли.

Участие в свадебной церемонии даст ему возможность остаться. Общаясь с женихом и невестой, он выяснит, правильно ли их решение. Если нет. Ник без колебаний отменит свадьбу на правах старшего брата.

Глава 2

Черта с два я позволю Нику Лэтэму отвести меня к алтарю!

Предложение Марты было встречено напряженным молчанием. Раздраженным жестом Билли откинула фату с плеч. Ее взгляд встретился со взглядом Ника, и по ее спине пробежали мурашки. Надо было пресечь мамину идею в зародыше.

Она старалась не замечать докучливых, фантастических мыслей, блуждающих в голове. Нет, Ник не станет похищать ее из-под венца. Какая чушь! Она не нужна ему. И никогда не была нужна. А теперь и он ей больше не нужен. Это были детские, безумные мечты. И, как мечты любой девчонки, они развеялись.

От любви одни страдания, напомнила себе Билли. Она не будет… не может больше любить Ника. Просто встреча с ним, взгляд его светло-карих глаз и обаятельная улыбка так ее… смутили.

От возбуждения ее бросило в дрожь. Мать должна прекратить это безумие.

— Мама! — С каждым гулким биением сердца голос Билли становился все громче. — Ты что, с ума сошла?

Широкая улыбка матери поблекла. Брови выразительно изогнулись. Всем своим видом Марта показывала, что Билли зашла слишком далеко.

— Нет, я в своем уме. И не понимаю тебя, юная леди. Я могу быть не менее практичной, чем ты. Между прочим, после смерти твоего отца я ночами не сплю, думая обо всем этом. Тебе нужен человек, который отведет тебя к алтарю.

— Нет, не нужен, — подбоченилась Билли. — Я и сама прекрасно пройду к алтарю. Мать щелкнула языком.

— Так не делают.

— Конечно, делают, — вмешался Ник. Марта недоуменно нахмурилась. Билли, удивленная, что Ник за нее заступился, взглянула на него.

— Многие женщины так поступают, — продолжил Ник. — На прошлой неделе я был на свадьбе в Хьюстоне. Отец невесты… ну, он бросил семью много лет назад. Невеста шла по проходу одна. И выглядела независимой и элегантной.

Впервые ощутив благодарность к Нику, Билли вскинула голову, вдохновленная нарисованным им образом одинокой и независимой невесты.

— Видишь, мама?

— Какой позор, — заявила Марта. Билли знала, что ее романтически настроенная мать никогда этого не поймет. Старые, допотопные идеалы так и не вышли из моды в Боннете, штат Техас. Марту хватил бы удар, если бы она узнала, что Билли выходит замуж за Дуга не по любви. Узнай об этом Ник, он бы наверняка встал на сторону матери. Тем более надо держать язык за зубами.

Ник положил руку Марте на плечо.

— Пусть Билли сама решает. Ведь это ее свадьба.

Слова Ника ободрили девушку. Неужели он наконец понял, что она взрослая женщина? Но его нахально изогнутая бровь вызывала подозрение. Может, он просто ищет предлог, чтобы не прийти на свадьбу? От этой мысли почему-то стало совсем грустно.

— Ник, милый… — Марта схватила его за руку, — я так надеюсь, что ты поможешь мне образумить дочь.

Ник похлопал ее по ладони и посмотрел на Билли. Его проницательный взгляд вновь заставил девушку насторожиться.

— О да, именно этим я собираюсь заняться. Его слова прозвучали угрожающе. Что он имел в виду? Билли стояла, скрестив руки на груди. Он не сможет сбить ее с пути. У нее есть собственные планы. Планы, осуществления которых она ждала слишком долго. Если Ник попытается удержать ее, она ни перед чем не остановится. Она уже все решила, сделав выбор, — и будь что будет.

— Вы не могли бы побыстрее закончить примерку? — спросил Ник у портнихи, сжимающей в руке подушечку для булавок осторожно, словно букет роз. — Я хочу поговорить с Билли наедине.

Его наглый тон взбесил Билли. Что бы он ни задумал, она сумеет его переиграть. На секунду она вновь почувствовала себя десятилетней девчонкой, ни в чем не желающей уступать старшим мальчишкам. Ей приходилось тратить вдвое больше сил и чаще полагаться на мозги, чем на мускулы. Сегодня будет то же самое.

Но чтобы взять верх над Ником, Билли должна вновь очутиться в своей стихии, а не торчать в шуршащем свадебном платье посреди комнаты. Обычная рабочая одежда поможет обрести уверенность.

Решительно кивнув головой, она сказала:

— Прекрасно, я покажу тебе ранчо. Если Ник увидит результаты ее трудов в «Скалистом Джи», то убедится, что она способна принимать взвешенные, разумные решения. Вот удивится, наверное. Сам поймет, что Билли уже не влюбленная девочка, а сильная женщина, способная управиться с ранчо и выйти замуж за любого мужчину, за которого только пожелает.

— Отличная идея, — ответил Ник. Согласие было словно порыв теплого ветра. Его жаркий взгляд скользнул по ее телу, по пышной груди, тонкой талии, округлым бедрам. Билли вздрогнула. В этой массе атласа она оказалась куда более уязвимой, чем думала раньше. И сейчас ей жутко не хватало джинсов и рабочих сапог.

— Никак она и тебя впряжет в работу, — улыбнулась Марта, вновь сосредоточившись на атласной кайме по краю фаты.

— Я не прочь. — Судя по крепким, натруженным рукам Ника, он говорил правду. Заметив его озорную улыбку. Билли окончательно разозлилась.

Никто никогда не смотрел на нее так, как Ник. Его взгляд выводил ее из себя. Нервировал. И в то же время наполнял новой, незнакомой уверенностью. Билли знала, что может ездить верхом и бросать аркан не хуже любого ковбоя. Но она понятия не имела, что способна вскружить голову мужчине. Или ей просто хочется привлечь внимание Ника?

— И мы побеседуем, — предупредил он.

Великолепно, подумала Билли, для полного счастья не хватает только задушевного разговора с мужчиной, укравшим мое сердце.

В конюшне Ник ощутил душный запах сложенного в тюки сена и сладкий аромат овса. В памяти ожили долгие дни, проведенные в седле… утомительные и счастливые дни, когда мистер Гюнтер просил его в чем-нибудь подсобить Джейку и Билли. Воспоминания казались слишком давними и смутными по сравнению с тем, что он увидел. Билли вышла из денника, ведя за собой холеную гнедую лошадь.

Хотя Билли и пыталась скрыть сей факт под просторной клетчатой рубашкой, было очевидно, что она женщина до кончиков ногтей. Потертые джинсы облегали ее стройные бедра. Мягкая джинсовая ткань обтягивала длинные ноги, оканчиваясь обтрепанной бахромой над черными поношенными сапогами. В каждом движении Билли сквозила уверенность. Ник не знал, в каком обличье она нравится ему больше — грубая, как работник с фермы, или элегантная, словно нью-йоркская манекенщица.

— Ты когда в последний раз сидел на лошади? — ухмыльнувшись, спросила Билли.

— Еще в школе, по-моему, — ответил Ник, прислонившись к двери денника, на которую повесил свой пиджак. Жара заставила его закатать рукава накрахмаленной белой рубашки. — Когда мы с Джейком участвовали в местном родео. Помнишь? Именно в тот день я понял, что не гожусь для того, чтобы меня валяли в грязи и пинали, словно тряпичную куклу.

На самом деле решающим фактором оказалось желание отца передать ему свой бизнес. Ник и сам мечтал об этом. Но все обернулось не так, как он ожидал.

— А ты предпочитаешь в грязи копаться? — Дразнящая улыбка вспыхнула на губах Билли.

— Копаются другие. А я глава компании, не забыла? — Его усмешка поблекла, вытесненная нахлынувшими воспоминаниями. — Хотя мне всегда нравилось работать с папой.

Ник жалел о том, что лишился такой возможности. Раньше он представлял себе, как они будут трудиться бок о бок в своей строительной компании. Но Том Лэтэм ушел на покой, полностью передав бразды правления сыну. Нику пришлось выкарабкиваться в одиночку. За последние пять лет от его былого воодушевления не осталось и следа. Нику нравилось работать руками, делать что-то самому, получать удовольствие от своего труда. Но, руководя «Лэтэм констракшн», он занимался проблемами управления, выбивал заказы, заключал новые контракты, нанимал персонал. Одна рутина и никакой радости.

— Как папа? — спросила Билли, ее взгляд был полон сочувствия и любопытства.

— Прекрасно. Наслаждается отдыхом. Она кивнула и, повернувшись к лошади, провела рукой по ее широкому крупу.

— Помню, как твой отец болел за тебя на том родео, — сказала она с легкой хрипотцой в голосе. — Кажется, ты упал?

Ник пожал плечами.

— Черт, ну с кем не бывает? Попался злой такой, дикий коняга. Помнится мне, и у Джейка вышло не лучше. А твоему жениху слабо было даже попробовать.

— Настоящему мужчине не обязательно объезжать диких лошадей, чтоб доказать свою храбрость.

— Ах, значит, этим объясняется отсутствие интереса у Шеффера, — усмехнулся Ник.

Билли сухо улыбнулась и надела на лошадь уздечку. При каждом ее движении расстегнутая клетчатая рубаха распахивалась, показывая коротенькую белую маечку. Ткань натягивалась на пышной груди и слегка приподнималась, открывая гладкий, плоский живот, не такой загорелый, как лицо и руки. Ник почувствовал, что у него перехватило дыхание, и виновато опустил глаза. Но Билли даже не заметила. Все ее внимание было поглощено лошадью. Она умела находить общий язык с любым зверьем. Ее отец часто поручал ей выхаживать больных телят, и под ее присмотром они превращались в крупных, сильных животных.

— По-моему, — Ник почесал подбородок, — в то время ковбои тебя очень интересовали. Разве ты не волновалась обо мне? Разве не выбежала на арену, чтобы убедиться, что я в порядке?

Ник вспомнил, как Билли бросилась к нему, лежащему в грязи. Глаза у нее были перепуганными. Смутившись, Ник вскочил на ноги, несмотря на боль в колене, и заковылял к ней, стараясь не хромать.

Теперь ему хотелось, чтобы Билли вновь проявила немного сочувствия. Но зачем? Он не нуждается ни в Билли, ни в ком другом. Рядом с ней он чувствует себя не в своей тарелке. Возможно, просто тоскует по прошлому, желая вернуться в беззаботное детство.

Ее щеки мило порозовели. Она потянулась за клетчатым сине-зеленым чепраком.

— Я была глупой девчонкой. — Она повела плечом, словно отбрасывая от себя воспоминание. — А ты ворчал, как старый медведь, и требовал, чтобы я оставила тебя в покое.

Ник сглотнул. Когда-то Билли беспокоилась о нем. Неужели ее чувства поблекли с годами, как голубизна ее джинсов? Видимо, так, решил он, охваченный новым приступом разочарования.

— Можно подумать, мне было нужно твое внимание после того, как я свалился с лошади на глазах у всего города. Я хотел справиться сам.

— Что ж, поверь, если ты упадешь сегодня, я и не взгляну в твою сторону.

— Не правда. Ты будешь смеяться.

— Возможно, — Билли лукаво подмигнула, накрывая лошадь чепраком.

— И не поцелуешь меня, чтобы уменьшить боль? — Слова вырвались прежде, чем он успел подумать. Это было ошибкой. Ник тут же пожалел о сказанном, но все же затаил дыхание, напряженно глядя на Билли и ожидая ответа.

Ее глаза потемнели, как будто солнце скрылось за тучами.

— Я помолвлена.

Ник похолодел. Он должен был помнить об этом. Должен держать себя в руках и не давать волю чувствам.

— Как зовут кобылу?

Билли прищурилась, затем взглянула на лошадь, прижавшись щекой к ее шее.

— Беда.

Ник удивленно поднял брови.

— От нее много неприятностей?

Билли усмехнулась, сверкнув белыми зубами.

— Если из земли торчит корень, она найдет его и споткнется. Если где-то есть кротовая нора, она обязательно в нее наступит. Хорошо еще, пока обходилось без серьезных травм. Но она постоянно сбивает себе ноги. Ума не приложу, что с ней делать.

Ник смотрел, как Билли с нежностью поглаживает кобылу. Вспомнилось, как она ухаживала за отцовскими животными, не спала ночами, помогая телятам появиться на свет, делала прививки, плакала, когда поняла, что больного котенка уже не спасти. У нее мягкое сердце. И он не позволит Дугу Шефферу растоптать его.

Билли забросила седло на спину Беды. Ник подал ей подпругу, и пальцы их соприкоснулись. Ник перестал улыбаться. Он с огромным трудом подавил желание обнять ее.

— Сможешь сесть в седло? — спросила она с улыбкой.

— Постараюсь, — ответил Ник, задумавшись о том, вспоминает ли Билли то же, что и он. Мысли о прошлом помогали ему лучше представить будущее.

Билли рассмеялась глубоким, горловым смехом.

— Господи, неужели ты помнишь?

— Разве я мог забыть, как ты охотилась на нас с Джейком, словно индеец на тропе войны?

Покачав головой, девушка взяла поводья и вывела Беду из конюшни.

— Идем. Я оседлаю для тебя лошадь.

— Интересно, какую? — спросил Ник, выйдя на солнце. На свету белокурые волосы Билли вспыхнули золотом, а голубые глаза заблестели еще ярче.

— Дьявола. Ты ведь его помнишь? Как можно забыть злого вороного мерина, принадлежавшего Джейку? Он любил кусаться и лягаться не меньше, чем Билли Кид. Ник кивнул, пожалев, что не захватил старые шпоры.

— Самая подлая зверюга по эту сторону Красной реки.

Билли поджала губы, словно не зная, улыбнуться или не стоит. Ник решил, что она воздержится от смеха до тех пор, пока он не свалится и не отобьет себе зад. Привязав Беду к столбу, девушка взяла веревку и подошла к изгороди.

— Идем, сначала поймаем его. В последнее время он что-то не в духе.

А разве Дьявол когда-нибудь бывает в духе? Ник засунул руки в карманы. Похоже, впереди у него трудный день.

Билли свистнула. Пронзительный звук переполошил весь двор. Птицы забили крыльями в голубятне. Несколько бурых коров и телят в соседнем загоне подняли головы. Дьявол стоял посреди зеленой лужайки и пощипывал сладкий клевер. Ник удивленно моргнул. Угольно-черный мерин стал совсем седым, местами даже белым.

Билли перелезла через изгородь и спрыгнула в загон.

— И еще он плохо слышит.

— Ты уверена, что на нем можно ездить? — спросил Ник. — Он выглядит… развалиной.

— Не обманывайся. Он сильнее, чем кажется, — ответила Билли, многозначительно взглянув на Ника. Сама она тоже сильнее, чем кажется, и так было всегда. — Кроме того, Дьявол любит трудности.

Замечательно, подумал Ник. Разве ей мало проблем на сегодняшний день? Он открыл ворота, чтобы Билли могла вывести мерина из загона. Лошадь шла покорно, как старый пес.

— И чтобы обогнать меня, ты даешь мне эту дохлятину?

— Вовсе нет. — Билли одарила Ника хитрой улыбкой.

Несколько минут спустя они уже скакали через дубовую рощу по направлению к зеленеющим пастбищам. Под копытами лошадей хрустели желуди. Ник не сводил глаз с Билли, вырвавшейся вперед, пока он пытался приноровиться к более медленному ходу Дьявола. Девушка уверенно сидела в седле, приподнимаясь в стременах в такт движениям лошади. Ник глубоко вздохнул и посмотрел на глухой белый забор, ограничивающий ранчо с севера.

— Это новая изгородь? — спросил он, заметив прочную ограду на том месте, где раньше была натянута колючая проволока.

Билли кивнула.

— Мы с Джейком установили ее сразу перед тем… — она запнулась. — Обошлось дорого, но зато меньше возни с ремонтом. И не надо беспокоиться, что коровы выйдут на шоссе.

— Что ты собираешься делать с ранчо после замужества? — спросил Ник, заставив Дьявола поравняться с гнедой кобылкой. Краем глаза он заметил, что Билли мгновенно напряглась.

— О чем ты?

— Не представляю, чтобы Шеффер позволил жене возиться с коровами, — пояснил он, взглянув ей в лицо.

Выпятив подбородок, она сверкнула глазами.

— Я не спрашиваю позволения у мужчин. Сама решаю, что мне делать. Со «Скалистым Джи» или с чем угодно.

Ее резкий тон означал, что тема закрыта. Ник не обратил внимания на это предупреждение.

— Ты продашь ранчо?

— Нет, — быстро ответила она, будто защищаясь.

Ник прищурился, пытаясь понять, о чем она думает. Билли хорошо умела скрывать свои чувства.

— Ты вложила слишком много пота и крови в эту землю. Это твое наследие.

— Я знаю. Лучше, чем кто бы то ни было. — Ее плечи сгорбились, словно под тяжким грузом. — Но…

— Что?

Билли покачала головой.

— Ничего. Ранчо останется у нас. Дуг сможет зап… — Она сжала губы. Ник долго смотрел на нее.

— Я не знал, что ты здесь несчастлива.

— Ты многого обо мне не знаешь, Ник. — Она повернулась к нему. — А как сейчас идут дела в строительном бизнесе?

— Успешно, — ответил Ник, мысленно отметив: она не стала отрицать, что несчастлива.

— Тебе нравится в Хьюстоне? — Направив Беду к клочку земли, поросшему клевером, Билли взялась за луку седла.

Ник пожал плечами. Дьявол остановился попастись рядом с кобылой, и Ник повернулся в седле, чтоб видеть Билли.

— Там много возможностей.

— Представляю. Особенно для одинокого мужчины. — Щеки ее вспыхнули. Взгляд смягчился. — Мы слышали о твоем разводе, Ник. Мне очень жаль.

Он крепче сжал поводья.

— Мне тоже.

— Быть женатым действительно так тяжело, как говорят?

— Для меня да. — Поерзав в седле, Ник продолжил:

— Спроси лучше у своей мамы. Она была замужем двадцать с лишним лет.

— Но ты лучше знаешь, что такое брак в наше время.

Его лицо посуровело.

— Да, это тяжело. — Ник воспользовался возможностью перевести разговор на нужную тему. — Поэтому нельзя бросаться под венец сломя голову, — он склонился к Билли так близко, что мог чувствовать ее дурманящий запах. — Скажи, Билли… ты ведь не любишь Дуга Шеффера, правда?

Билли схватила поводья и подстегнула кобылу.

— Что ты хочешь сказать?

— Ты не похожа на счастливую невесту.

— Возможно, ты виноват в этом. Я подумала, что тебе не захочется выслушивать мои похвалы в адрес жениха.

— Наверное, да, — согласился Ник, пытаясь угнаться за ней.

Внезапно у него возникло острое желание убедиться, что она не любит Дуга. На краткий миг он подумал, что ревнует, но затем решил, что просто беспокоится… естественное чувство для старого друга.

— Скажи, что не выйдешь за него. Билли прищурилась.

— Мы помолвлены. Свадьба состоится ровно через месяц.

— Еще не поздно. — В его голосе звучала печаль. Он покачал головой. — После всех приставаний Дуга… после его издевок… почему ты выходишь за него замуж? Он просто сопляк, Билли.

Она расправила плечи.

— В детстве все мы были сопляками. Люди меняются с возрастом. — Билли многозначительно взглянула на Ника. — Тем более меня дразнил не только Дуг.

Ник сглотнул.

— Вижу, ты не утратила своего упрямства. Хороший знак. Я дразнил тебя, как дразнят младших сестер. Я не был подлым. Не то что Шеффер.

— Нет, — согласилась она, смягчившись. — Ты не был подлым.

— Что я должен сказать, чтобы ты расторгла помолвку? — спросил Ник, понизив голос. Билли выпятила подбородок.

— Мы с Дутом поженимся.

— Что тогда делать мне? — прошептал Ник, вспомнив ее поцелуй. Он в растерянности посмотрел на ее чувственный рот. Вспомнилась мягкость и теплота ее губ. Ника охватил новый прилив возбуждения. Что с ним происходит? Или он теряет рассудок?

Билли повернулась к нему.

— Ты ничегошеньки не сможешь сделать, Ник Лэтэм. Возвращайся в Хьюстон… домой. И дай мне спокойно выйти замуж.

Билли вне себя от ярости подгоняла кобылу. Чего добивается Ник? Хочет сорвать ее свадьбу? Зачем ему это?

Естественно, она ему не позволит. Его откровенные расспросы насчет ранчо возбудили в ней новые угрызения совести. Она постоянно чувствовала себя виноватой из-за того, что не смогла сделать ранчо прибыльным. Ник прав: это ее наследие. Но не ее выбор. Билли хотела ухаживать за животными, а не разводить их, чтобы потом пустить на мясо, на чей-то сочный бифштекс. Каждый раз, когда она продавала скот, ее сердце обливалось кровью. Ей приходилось совершать такие сделки все чаще, чтобы свести концы с концами. Сколько еще она продержится? Ее план позволит сохранить землю в семье, а ей самой — свободу и право выбирать собственный путь. С деньгами Дуга она наймет управляющего на ранчо, а сама будет только присматривать за ним, учась в колледже.

Однако она не могла объяснить Нику свои намерения. Он не поймет. Он сделал отцовский бизнес процветающим. А ей не нужна его жалость… или сочувствие.

Билли не даст ему сбить себя с толку. Хотя он уже это сделал. И весьма успешно. Ее чувства бурлили, голова кружилась, она мчалась все быстрее и быстрее, пока не заметила, что загнала лошадь. Билли натянула поводья и пустила кобылу рысью, а затем шагом. Сердцебиение улеглось, и она услышала сзади стук копыт. Зная, что это Ник, Билли даже головы не повернула. Когда он подъехал ближе, до нее донеслось хриплое дыхание Дьявола.

— Дадим Дьяволу отдохнуть, — предложила Билли, слезая с лошади. Чувствуя себя виноватой, она погладила старого коня, мысленно попросив у него прощения.

Ник подошел к ней, перебросив поводья через голову Дьявола. Она делала вид, что не замечает его. Ее щеки пылали. Она слишком остро чувствовала присутствие Ника, его взгляд, улыбку, широкие плечи, словно предназначенные для того, чтобы девушка могла опустить на них свою усталую голову. Билли сорвала длинную травинку и прикусила стебелек.

— Боже, как я соскучился по этим местам! — Ник повел лошадь через поле. — Но здесь все изменилось.

Не понимая, к чему он клонит. Билли нахмурилась. По крайней мере он выбрал безопасную тему.

— Несколько месяцев назад я построила новый загон у болота. Помнишь, куда папа заставлял нас таскать корм. Теперь здесь можно прокормить гораздо больше животных с помощью двух кормушек и лотка.

— Очень удобно.

Слегка расслабившись, Билли пожала плечами.

— Ну, я не сама все это придумала. Что-то подобное видела у Гарольда Джейкобсона. Помнишь его? Он когда-то преподавал агрономию в колледже. Они с папой дружили. И он давал нам множество советов по земледелию, когда мы с Джейком только начинали. Примерно раз в неделю он появлялся, чтоб посмотреть, как у нас идут дела, — она внезапно улыбнулась, словно что-то вспомнив. — Ты еще увивался за его дочкой.

Ник почесал подбородок большим пальцем, на губах промелькнула улыбка.

— Я ее совсем забыл. Билли фыркнула.

— Ты менял девчонок как перчатки. Сколько их носило куртки с твоими инициалами? Твои кольца?

— Ой, черт, Билли, я же не могу помнить всех девчонок, с которыми встречался. Разве ты помнишь всех мальчиков, к которым бегала на свидания?

Она стиснула зубы. Конечно, помнила. Был всего один мальчик, который ее интересовал. И еще один, к которому она ходила на свидания. Первый сейчас стоит перед ней, глядя на нее свысока. Второй стал ее женихом.

— Можешь вспомнить? — переспросил Ник, не позволяя уклониться от ответа. Билли старательно отводила взгляд.

— Да, могу. Наверное, я относилась к свиданиям немного серьезнее, чем ты.

— Почему?

Билли взглянула на него и тут же пожалела об этом. Ник казался чертовски привлекательным. Рядом с Дьяволом он выглядел уверенным, как настоящий ковбой. Не то что ее жених, явно предпочитающий комнату с кондиционером и глоток виски. Поморщившись от этой мысли, Билли ускорила шаг.

— Потому что свидание… дело серьезное. Оно имеет определенную цель. Найти человека, за которого выйдешь замуж. И я нашла. — Билли вновь и вновь повторяла себе, что помолвлена. Когда она взглянула на него, на морщинки вокруг его глаз, на чувственный изгиб рта, ей потребовалось более четкое представление, почему она выбрала Дуга вместо того, чтобы бороться за свою любовь.

— А еще это приятно. Неужели ты никогда не назначала свиданий ради удовольствия? — Ник сдвинул брови.

Билли скрипнула зубами от возмущения. Вот уж на что тратить время! В действительности, как ни прискорбно, она в течение долгого времени вообще ни с кем не встречалась. Ее опыт общения с мужчинами включал в себя только попытки утвердиться в мужском мире. Ее не волновали косметика или сплетни о мальчиках. Если только они не касались Ника.

Ник провел ладонью по гриве Дьявола. Поводья покачивались в его загорелых пальцах, привлекая внимание к натруженным рукам, излучающим силу, уверенность и пронзительную нежность, которую Билли запомнила еще по той, давней ласке.

— Неужели ты никогда не встречалась с мужчиной, — спросил он, — ради развлечения?

— Нет.

— Тебе стоит попробовать, пока ты не замужем. — Его голос стал серьезным. — Ты можешь прогуляться с кем-нибудь безопасным… с другом… вроде меня.

— Ты? Б-безопасный? — запинаясь, переспросила Билли.

— Конечно. — Ник повернулся к ней. — Я для тебя как старший брат. Ты ни с кем не будешь в большей безопасности.

Его обжигающий взгляд утверждал прямо противоположное.

— Да ну? — усмехнулась Билли, ее сердце гулко стучало. — С чего это ты взял, что я куда-то пойду с тобой? Думаешь, Дуг разрешит? — она сомневалась, что жених воспротивится ее прогулке с другом, но ей не хотелось относиться к Нику… как к другу. А сейчас тем более.

— Кажется, ты говорила, что не, спрашиваешь разрешения у мужчин.

Ник подловил ее на слове. Глядя на его заразительную усмешку, Билли не могла не улыбнуться в ответ.

— Так ты примешь мое предложение? — спросил Ник. Его улыбка была небрежной, но взгляд очень напряженным.

Билли поджала губы.

— Не выйдет, Ник. Не знаю, чего ты добиваешься, но я с тобой никуда не пойду.

— Почему? — нежным голосом поинтересовался он.

Билли повернулась к нему.

— Ты отпустил бы Диану на свидание, когда вы были помолвлены? Он почесал подбородок.

— Теперь бы, наверное, отпустил. Было бы лучше, если бы я кое-что узнал о ней до женитьбы.

— А именно?

Ник повел плечами, словно рубашка внезапно стала ему тесной.

— Это могло бы уберечь нас от многих неприятностей. — Он заложил Билли за ухо длинную прядь волос, и от этого жеста у нее мурашки пробежали по телу. — Поэтому тебе следует набрать как можно больше опыта до замужества.

— Ты пытаешься расстроить мою помолвку.

— Возможно.

— Почему? — У Билли голова пошла кругом. Ей хотелось и ухватиться за соблазнительное предложение, и отвергнуть его, как он отверг ее много лет назад.

— Потому что, если ты не ходила на свидания ради удовольствия, откуда тебе знать, что ты сделала правильный выбор?

— Это безумие. Брак и не должен быть удовольствием. Все, и ты в том числе, утверждают, что это тяжкий труд. Так было с Дианой? Свидания ради удовольствия? — В следующее мгновение Билли пожалела о своем вопросе. — Ник, прости. Я ляпнула, не подумав.

— Нет. — Он покачал головой. — Ты попала в точку. Но было и еще кое-что. Возможно, мы не нагулялись как следует. Возможно, нам надо было встречаться подольше. А самое главное, если тебе не нравится твой спутник, то все это не стоит потраченных усилий. Жизнь — слишком тяжелая штука, чтобы идти по ней с человеком, который не может тебя даже рассмешить, — он перебросил поводья в другую руку. — Как выглядит Дуг в сравнении с другими мужчинами, с которыми ты встречалась?

Его вопрос привел Билли в замешательство. Она закусила губу. Молчание затягивалось. Билли боялась посмотреть на Ника. Разве можно сравнивать мечту с реальностью, Ника с Дутом? Ей не удастся солгать Нику. Он видит ее насквозь. Но признавать правду тоже незачем. Она не хочет наткнуться на его удивление и жалость.

— Зачем мне какая-то прогулка с тобой? С чего ты взял, что нам будет приятно?

— Мы ведь уже повзрослели, правда? У Билли сердце екнуло от его беспечной улыбки.

— Да, надеюсь. Я уверена, это такой урок, без которого можно обойтись. Между прочим, вы с Джейком учили меня… плохому, когда я была маленькой. Скорее всего, Дуг не одобрит твои уроки.

Ник нахмурился.

— Чему же такому плохому мы тебя научили?

— Плеваться, — серьезно ответила Билли, но смех уже рвался наружу при воспоминании о том жарком летнем дне на Ивовом пруду.

— Эй, мы же не учили тебя плевать в людей. — Его широкие плечи вздрагивали от сдерживаемого смеха. — У тебя хорошо получалось. Ее губы невольно расплылись в улыбке. — Еще ты учил меня боксировать. Мне влетело, когда мы с Чарли Уолласом подрались на школьном дворе.

— Только потому, что ты расквасила ему нос. И хорошо, что не наоборот: ему влетело бы гораздо сильнее за то, что обижал девочку. Тут не угадаешь, когда тебе пригодится хороший удар. Это меня сдерживает. Если я обнаглею, ты всегда можешь устроить мне трепку.

— Ага. Ты уже обнаглел. Ник перестал улыбаться.

— Я темпераментный американский мужчина. А ты привлекательная… красивая женщина. Это естественно…

— Ник… — Билли отшатнулась, смущенная его тоном. — Давай серьезно.

— Ты ни с кем не встречалась до Дуга, верно? Теплота и сочувствие в его голосе вывели девушку из себя. Ник слишком легко мог ее раскусить. Она сердито взглянула на него. Его глаза потемнели, став темно-карими. В них светились только нежность и искренность, никакой жалости или испуга. Ее гнев начал стихать.

— Ты была слишком занята на ранчо, правда? — спросил Ник, глядя куда-то в сторону. — Наверное, поэтому и сказала, что «Скалистое Джи» для тебя обуза.

У Билли комок застрял в горле. Она забросила слишком многое, работая на ранчо. Но вскоре ее мечты смогут осуществиться. Она поступит в колледж и станет ветеринаром. Изменит свою жизнь вместо того, чтобы топтаться на месте. Это все оправдывает.

— Ты вкалывала на своем проклятом ранчо, заняв место отца, а потом Джейка.

— Я справлялась. У меня получается, — встрепенулась Билли. Она вправе жалеть себя, но в жалости Ника не нуждается.

— Конечно. Я не это хотел сказать. У тебя не было выбора, правда?

— У тебя тоже, когда ты получил «Лэтэм констракшн».

Ник взял ее за подбородок и провел большим пальцем по щеке. Билли бросило в дрожь.

— Ага, но это было моей мечтой. Только часть ее не сбылась для меня и моего отца. А какие мечты утратила ты, Билли?

Слова страстного и искреннего признания застыли у Билли на губах. Она так долго подавляла свои чувства, что не знала, сможет ли их выразить. Она хотела поделиться своими мыслями, планами, связанными с Ником мечтами. Но не осмелилась. Он снова отнесется к ней как к глупой школьнице. Билли нуждалась в его уважении… или ни в чем вообще.

Подождав немного, Ник понял, что ответа не получит. Он вздохнул и взял поводья.

— Тебе надо развлекаться, как и любой девушке. И я об этом позабочусь. А то, когда замуж выйдешь, будет поздно.

— Ник…

— Дуга я беру на себя.

— Я не хочу, чтобы ты брал на себя Дуга. Я не хочу идти на свидание. Я не хочу…

— Конечно, хочешь. Ты мечтаешь о свидании со мной. — Он игриво подмигнул, отчего слова отказа застыли у Билли на губах.

Ник вскочил на мерина, и старое седло жалобно скрипнуло. Билли слышала жужжание мухи над ухом, пчел, вьющихся вокруг подсолнуха. Все ее чувства обострились. Она вновь ощутила на себе неодолимое влияние Ника, как вихрь ворвавшегося в ее жизнь, расстраивающего ее тщательно продуманные планы.

— Я хочу пригласить тебя съездить в город, Билли. Не пожалеешь.

Билли почувствовала, что перестает управлять собственной жизнью. Но ей так хотелось передать поводья Нику… Только в этом случае ей придется бороться изо всех сил, чтобы совладать со своими чувствами к нему.

Глава 3

Что же он наделал? Теперь, назначив Билли «свидание», Ник очень сомневался в своем рассудке.

Понимая, что причины его решения прогуляться с Билли были сугубо эгоистичными, Ник пришел к выводу, что желание взяло верх над ним с того момента, когда он увидел ее в роскошном свадебном наряде. Красуясь в белом атласном платье, оттеняющем золотистые волосы и сияющие голубые глаза, Билли пробудила в Нике чувства, о существовании которых он даже не догадывался. Произошедшая в ней перемена потрясла его.

Больше всего его волновало: сможет ли он ограничиться одним свиданием? Ник не знал. И это его пугало до чертиков.

Ник поставил свой «додж-пикап» на стоянке возле ресторана. Он договорился поужинать с Билли в субботу вечером. Естественно, пригласил ее вместе с женихом.

Нервничая, Ник громко хлопнул дверцей. По пути к ресторану он размышлял над тем, как вести себя с Дутом, у которого могут возникнуть вполне законные подозрения. Оставалось надеяться, что все обойдется.

Напомнив себе, что его действия направлены только на благо Билли, Ник открыл дверь и вошел в ресторан. Аромат ореховых поленьев показался ему очень приятным. Но при виде Билли, стоящей рядом с Дутом, Ник чуть было не выскочил обратно на улицу. Только убежденность в правильности своего решения помогла ему остановиться.

Билли была восхитительна в открытом платье из легкой, струящейся ткани. Его приглушенный голубой оттенок гармонировал с ярким цветом глаз. Взгляд Ника скользнул по ее длинной шее. Гладкая золотистая кожа просвечивала сквозь тонкую ткань. Если не считать свадебного платья, Ник никогда не видел Билли в таких нарядах. В детстве она платьев не носила и никогда не утруждала себя, подобно другим девчонкам, хлопотами о косметике и прическах. Зато теперешний ее женственный облик воспламенил в нем кровь.

Поправив новый галстук, специально купленный по этому случаю. Ник подошел к бару, где они стояли. Его предчувствие сбылось: Дуг вырядился как на парад, и его костюм сидел гораздо лучше, чем синий костюм Ника. Жених заложил Билли за ухо прядь светлых волос. Этот интимный жест задел Ника. Он вновь подумал о том, занимались ли Билли и Дуг любовью. Его руки сжались в кулаки. Он направился к ним, переполняемый необъяснимой злобой.

Едва сдерживаясь, чтобы не залепить Шефферу оплеуху, Ник протянул ему руку. Все-таки жениху придется оставить в покое ее волосы, чтобы ответить на рукопожатие.

— Привет, Дуг.

Мужчина в темно-сером костюме широко улыбнулся. Его пожатие было вялым. Ник сильно сдавил ему руку и насладился гримасой, вытеснившей на лице Дуга улыбку. Отойдя на шаг, Шеффер провел ладонью по гладким черным волосам.

Ник привлек Билли к себе, обхватив тонкую талию. Правда, он не слишком затянул объятие, чтобы не нарваться на немедленную ссору. Билли на мгновение прильнула к нему. Ник заметил удивление, промелькнувшее в ее выразительных глазах.

— Прекрасно выглядишь, — прошептал Ник ей на ухо достаточно громко, чтобы мог услышать жених.

— Ты тоже ничего, — тихо ответила Билли. Дуг потер ладонь и снова встал рядом с невестой.

— Я выбирал это платье. Разве не прелесть?

— Я бы сказал, что не платье красит женщину, а наоборот. — Взгляд Ника скользнул по стройному телу Билли, длинным ногам, отмечая каждый изгиб фигуры. Платье было слишком коротким. Слишком откровенным. — Без нее это была бы обычная тряпка на вешалке, — он вновь посмотрел на Дуга. — Не знал, что ты интересуешься модой, Шеффер.

— В наше время это очень важно для бизнеса. Билли должна хорошо одеваться для моего… нашего успеха. — Серые глаза Дуга сощурились. — Возможно, в строительстве это не имеет значения. Надеюсь, у тебя есть другая обувь, кроме этого старья?

Надменность Дуга привела Ника в ярость. Здесь и сейчас, без всяких других причин, кроме чистого эгоизма, он решил, что расстроит их свадьбу. Не позволит Билли выйти замуж за Дуга Шеффера. Даже если она внушила себе, что влюблена. Она заслуживает большего. Не будучи уверенным в ее нежных чувствах к жениху, Ник станет действовать очень осторожно. Покажет ей, какого обращения, какой любви она достойна. И тогда она сама захочет расторгнуть помолвку.

— Как и в любом деле, — сказал Ник сквозь зубы, — в расчет берется только работа. А если она не делается, то от бизнеса мало проку. — Может, поэтому «Шеффер энтерпрайзиз» оказалась на мели в последние два года, с тех пор как Дуг взялся за руководство отцовской компанией.

Ник потратил несколько часов на проверку компании Дуга, имеющей интересы в разных отраслях: от нефти до недвижимости. Ее доходы в прошлом году сильно упали. Очевидно, по вине Дуга, принявшего несколько неверных решений и сделавшего неудачные капиталовложения. Интерес, проявленный Дутом к Билли, навел Ника на подозрения, что не все так гладко с этой помолвкой. Он не понимал, что их связывает. Может, она боится состариться в одиночестве? Или стала такой же жадной до денег и тряпок, как бывшая жена Ника?

Он не успокоится, пока не выяснит, что общего у этих двух непохожих людей. А тогда и придумает, как их развести.

Билли прищурилась, предостерегающе взглянув на Ника.

— Столик накрыли, — сказала она твердым голосом. — Проголодались, ребята?

Не в силах подавить свое влечение к ней, Ник почувствовал, как огонь растекается по его жилам. Их взгляды встретились.

— Так, что ты даже представить себе не можешь.

Билли смутилась, на щеках вспыхнул румянец.

— Что ж, тогда давайте поедим.

Она развернулась на высоких каблуках и пошатнулась, но восстановила равновесие прежде, чем Ник успел подать ей руку, и направилась к столику в дальней части ресторана. Билли чувствовала себя как на иголках. Откровенные взгляды Ника прожигали ее насквозь. Ее ноги одеревенели, и эти чертовы каблуки казались еще более неустойчивыми. Рука Дуга, лежавшая у Билли на талии, давила тяжким грузом. А его высокомерное высказывание эхом отдавалось в ушах. Однако ей не на что жаловаться. Билли сама попросила Дуга подобрать ей одежду для деловых ужинов. Она хотела, чтобы он гордился ею и смотрел на нее так же, как Ник, когда она показывала ему «Скалистое Джи» и все свои нововведения. Но любое упоминание о коровах и лошадях вызывало у Дуга зевоту. Когда Билли надевала новое платье, он окидывал ее критическим взглядом, замечая любую мелочь, даже прядь волос, выбившуюся из прически. Во взгляде же Ника были только восторг и обожание.

Почему рядом с Дутом у нее не колотится сердце и не подкашиваются колени, как когда-то с Ником? Как сейчас.

Это нечаянное открытие расстроило Билли. Она помолвлена с Дутом Шеффером. И неважно, к чему это приведет. Для Ника Лэтэма в ее жизни не осталось места. Возможно, предсвадебные волнения заставили ее сомневаться в этом. Разве не у всех так бывает? Разве это не естественно?

Сев за стол между двумя мужчинами, Билли взяла салфетку. Официантка принесла карту вин, и Ник передал ее Дугу.

— Поскольку ты мой гость, тебе выбирать.

— Уж я-то знаю в этом толк, — не удержался от похвальбы Дуг.

Билли попыталась поддерживать разговор, в основном налегая на темы гастрономических пристрастий и погоды. Ароматный запах пряностей заполнил обеденный зал, но у нее совершенно пропал аппетит. Свечи отбрасывали мягкий свет на сидящих рядом мужчин. Один из них был красив и надменен, а второй, обладающий сексуальной привлекательностью, недовольно хмурился. Билли была вся на нервах, несмотря на тихую музыку, льющуюся из колонок. Настроение за столиком царило такое, что не хватало только рефери по боксу. Он мог бы дать сигнал двум мужчинам сойтись в поединке.

Когда Ник делал заказ, Билли поймала себя на том, что восхищается его свободой и непринужденностью, однако ей не понравилось, как он улыбнулся грудастой официантке. Испытав на себе его приветственное объятие, Билли знала, какое обаяние может излучать этот мужчина, когда обращает внимание на женщину. Нравилось ей это или нет, но она все еще хотела быть такой единственной женщиной.

Билли отвлекли от этих мыслей приказные нотки в голосе Дуга, когда он заявил услуживой официантке, что его бифштекс должен быть «непременно средне прожарен». Что же с ним не так? О таком мужчине, как он, женщины только мечтают. Красивый, богатый, влиятельный. Но что-то ее беспокоило. Билли казалось, что она продает душу дьяволу за право сохранить свое ранчо и жить так, как всегда хотела. Чем плохо ее решение? Она сделала выбор, не принимая в расчет любовь. Сделала его осмысленно, разумно. И теперь уже не отступит.

Наверное, Ник виноват во всем. Его появление возбудило в Билли сомнения. Рядом с ним она снова почувствовала себя неуклюжей девчонкой. Внезапно возмутившись его вмешательством в свою жизнь, Билли зло уставилась на него. Уверенный наклон головы, пристальный взгляд, обращенный на Дуга… Что он задумал? Может, поэтому она так нервничает? Что он скажет Дугу? С одной стороны, ей хотелось, чтобы Ник забыл о своих планах совместной прогулки. Но с другой — она надеялась…

Нет, ее мечты обращены в будущее. А не в прошлое. Лучше синица в руках, чем журавль в небе.

Когда принесли заказанное Дутом вино, ее жених понюхал пробку, повертел в руках бокал с вином и пригубил его с поистине царственным видом. Билли взглянула на Ника и увидела, что его лицо окаменело.

За бифштексами с печеным картофелем, сдобренным маслом и сыром. Ник поинтересовался:

— Как идут дела в «Шеффер энтерпрайзиз»?

— Успешно. — Дуг отрезал кусочек мяса. — Мы осваиваем новые области. Ищем возможности для вложений.

Предчувствуя, что подобный разговор продлится до конца вечера. Билли уткнулась в свою тарелку.

— У нас намечается новое направление в работе. — Дуг похлопал Билли по колену под столом. Она с трудом сохранила невозмутимый вид. — Нечто очень выгодное.

Ник приподнял брови.

— И что же это?

— Пока секрет. Осторожность не помешает, а то еще конкуренты обойдут на повороте. Но сделка многообещающая. Возможно, я навещу тебя через пару недель, чтобы обсудить дела. — Дуг наколол на вилку кусочек бифштекса, но остановился. — Я слышал, тебе поначалу тяжело пришлось, когда ты взялся за отцовский бизнес.

Ник пожал плечами.

— Я бы не сказал. Случались кое-какие трудности после ухода отца, но это несколько лет назад. Сейчас все наладилось. Переходный период всегда бывает после смены руководства.

— Нет, если все делать правильно. — Дуг промокнул губы салфеткой, кончив жевать. — У нас все прошло гладко. Конечно, если сотрудники уверены в своем новом руководителе, проблем возникнуть не должно.

— Или если бывший руководитель все так же заправляет политикой компании, — холодно сказал Ник. Его намек был прозрачен, как стеклышко.

Дуг побагровел.

Билли прикусила губу.

— А как, по-вашему, сыграли «Астры»? Дуг даже не заметил ее попытку перевести разговор на бейсбол. Он отрезал еще кусок мяса, прожевал его и с трудом проглотил. Его взгляд испепелял Ника.

— Значит, ты наконец получил прибыль, Лэтэм?

— Как всегда.

Взгляд Билли метался, словно теннисный мячик, от одного мужчины к другому. Она все сильнее нервничала.

— Ты все еще опираешься на старых партнеров твоего отца или ищешь новые возможности? — Дуг отхлебнул вина с таким самодовольным видом, будто выиграл раунд.

Ник снисходительно улыбнулся. Он казался спокойным и невозмутимым, словно чемпион, играющий с легким противником.

— «Лэтэм констракшн» всегда интересуют новые проекты. Мы постоянно расширяемся. Ищем солидные предложения, а не сомнительные авантюры.

— Не рискуешь, да? — презрительно усмехнулся Дуг и промокнул салфеткой уголки рта.

— Каждый день рискую, — ответил Ник. — Но убыточными затеями не интересуюсь. Билли кашлянула.

— Ник… — Она взглянула на него предостерегающе. — Расскажи о своей работе.

— Конечно, расскажи, какую дорогу ты сейчас прокладываешь, — Дуг зевнул, опустив руку на спинку ее стула и слегка сжав ей плечо.

Билли наклонилась вперед, притворившись, что поглощена едой. Но так она оказалась еще ближе к Нику. Взгляд ее упал на белый воротничок, оттеняющий загорелую шею, темные волосы… Лучше бы ей все внимание уделить жениху… или своему будущему мужу. Но Ник вторгся в ее мысли точно так же, как прошлой ночью проник в ее сны.

— Боюсь, Шефферу будет трудно это понять, — заметил Ник, в очередной раз уколов Дуга. — Но сейчас у нас в работе семь договоров. Еще один намечается в июле, и другой — в августе.

— Разбрасываешься? — раздраженно спросил Дуг.

— Вовсе нет. Просто мы работаем в полную силу. — Ник отдал должное бифштексу, а затем вновь перевел взгляд на Дуга. — Кстати, об этом твоем новом проекте. Когда мы сможем его обсудить? Когда появятся деньги?

— У нас есть обеспечение, — небрежно сказал Дуг. — Деньги не проблема.

— Что тогда?

— Время. — Дуг отпил вина. — Нам потребуются несколько строительных бригад. Твоя компания сможет справиться?

— Что тебе нужно? Больше дорог в Боннете? — с усмешкой спросил Ник.

— Нет, конечно, нет. Но нам нужно расширить несколько участков дороги. И вымостить тротуары.

— Где?

Билли с любопытством взглянула на жениха. Он не рассказывал ей о новом проекте. Они вообще редко обсуждали бизнес, если не считать того, какие полезные знакомства понадобятся Дугу и как ему поможет общество хорошенькой женщины.

— Тебя ведь это заинтересовало, правда? — Дуг вытер рот салфеткой и, скомкав, бросил на стол рядом с тарелкой. — Слушай, что я скажу. Как член городского совета, я могу порекомендовать твою компанию для выполнения этой работы. Мое мнение очень ценится. Стоит мне кивнуть, и все остальные с радостью согласятся. Мне всегда приятно помочь другу в беде.

Лицо Ника окаменело. Он взглянул на Дуга с таким выражением, что Билли бросило в дрожь. Она невольно ахнула.

— Моя компания не нуждается в подачках, — в голосе Ника чувствовался металл. — Мы будем рады получить заказ. Но без всякого блата.

— Конечно. — Дуг подмигнул. — Я понял. Ник вскипел. Билли заметила, как подергивается у него щека, и поняла, что он на пределе.

— Сколько можно говорить о бизнесе? Мужчины смотрели друг на друга как противники, сошедшиеся для схватки. На шее Ника под гладкой кожей выступили жилы. Дуг отвел взгляд и повернулся к Билли.

— Тебе трудно нас понять, крошка? Она рассердилась.

— Вовсе нет. Я ведь тоже занимаюсь собственным делом.

— Это не одно и то же. — Дуг рассмеялся. — Конечно, мне уже приходилось сталкиваться с подобными предпринимателями. Меня так и подмывало подогнать их хворостиной, — он расправил плечи и окинул Билли таким высокомерным взглядом, что ей захотелось влепить ему затрещину. — Ну, расскажи нам о свадьбе. Какие цветы ты выбрала? В какие платья будут одеты подружки невесты?

Улыбка смягчила резкие черты Ника. Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

— Да, Билли, расскажи нам о своих планах. Билли поняла, что совершила ошибку, сменив тему разговора. Ей было вовсе не обязательно бросаться на защиту Ника. Он бы и сам о себе позаботился.

— Ну, мое платье почти готово.

— И потрясающе смотрится на тебе, — добавил Ник.

— Ты видел? — Дуг поморщился. — Когда?

— Вчера, — пискнула Билли. Она чувствовала себя мозговой косточкой, которую вырывают друг у друга два злобных пса.

— Я заезжал на ранчо, — пояснил Ник. — Не видел Марту уже целую вечность. Она ведь мне как мать. Билли в тот самый момент примеряла платье. Я и взглянул краем глаза, — он одобрительно поднял бокал с вином. — Ты везунчик, Шеффер.

Дуг переводил взгляд с Билли на Ника, словно не зная, ревновать ему или гордиться. Промолчав, он дал знак официантке, чтобы несли десерт.

Не зная, к какому выводу пришел ее жених, Билли решила переубедить его… и себя тоже. Между ней и Ником ничего не было. Вообще ничего. И никогда не будет.

Она пододвинулась ближе к Дугу.

— Знаешь, что мама вчера предложила?

Он равнодушно пожал плечами.

Билли понимала, что Дуг узнает это рано или поздно, судя по широкой улыбке Ника. По крайней мере, она может подсластить пилюлю. Билли рассмеялась, стараясь перевести все в шутку.

— Чтобы Ник вел меня к алтарю! Но Дугу это не показалось смешным. К тому моменту, когда подали пирог с сыром и кофе, нервы Билли были напряжены до предела. Дуг сидел прямо, со смущенным, почти растерянным выражением лица. Ник ухмылялся с видом победителя.

— Почему он? — спросил Дуг безжизненным голосом.

Билли невольно напряглась.

— Ник всегда был для меня родным человеком, чем-то вроде старшего брата.

— Но мы ведь уже не маленькие, — заметил Дуг.

— Да, — ответил Ник. — Некоторые из нас. Но бывают такие отношения, которые не рвутся и не забываются. Марта Понтер заботилась обо мне после маминой смерти. Отец много работал и постоянно ездил в командировки. И частенько я жил вместе с Джейком и Билли.

— Большой и дружной семьей? — спросил Дуг, нахмурившись. Судя по выражению лица, он все еще сомневался. — Но что-то ты редко навещал их в последнее время.

— Семья всегда останется семьей, — возразила Билли. — Время и расстояние ничего не значат. — Она знала, что Ник не приезжал по ее вине. Заметив блеск в глазах «старшего брата», она решила поставить его на место. — Он изводил меня не хуже Джейка. Портил мне жизнь… как и полагается старшему брату.

— Нам с Джейком было очень весело, — усмехнулся Ник. — Мы мучили младшую сестренку с утра до ночи. Но что-то в последнее время я забросил эту свою обязанность. Ничего, еще наверстаю упущенное.

Билли шутя стукнула его, но вложила в удар чуть больше силы, чем требовалось. Его плечо было твердым, как камень, и Билли украдкой потерла костяшки пальцев. Бросив робкий взгляд в сторону Ника, она лучезарно улыбнулась Дугу, который сидел, мрачно уткнувшись в чашку кофе.

— Ты только говоришь так, — Билли фыркнула, отдавшись приятным воспоминаниям. Когда-то их дом был полон смеха и любви. Куда подевались радость и смех? На смену веселью пришел тяжелый труд и груз ответственности. Джейк умер. Ник уехал. Радость сменилась одиночеством.

Ник вносил веселое разнообразие в жизнь их дома. Билли не хватало этого. Она поняла, что соскучилась по Нику. По особенной связи между ними.

Глаза Ника блеснули озорством.

— Джейк ловил младшую сестренку, и мы щекотали ее.

— Господи, даже вспоминать больно. — Билли обхватила себя за плечи. Ник рассмеялся.

— Ты визжала и орала, пока папа не прибегал тебе на помощь. Помнишь? Ты всегда была папиной дочкой.

— По-моему, папа просто уставал от шума и…

— Мне жаль прерывать ваши воспоминания, — раздраженно сказал Дуг. — Но кто заплатит по счету? — Он кивнул в сторону кожаной папки, которую официантка оставила на столе. — Уже поздно.

Ник взял папку.

— С удовольствием. Ведь это я пригласил вас на ужин, — вложив внутрь кредитную карточку, он снова взглянул на Билли. — Что я могу сделать для тебя к свадьбе? Должен ведь я чем-то помочь в память о старых временах.

У Билли екнуло сердце при мысли о том, что на ее свадьбе Нику придется играть всего лишь роль записного шутника и сопровождающего.

Его янтарные глаза лукаво блестели в пламени свечей. Даже при росте в метр восемьдесят он казался проказливым мальчишкой. Именно в этого мальчишку она когда-то влюбилась. И, кажется, все еще продолжает любить.

Но только как друга.

— Старшие братья обычно готовят пару каверз перед отъездом сестренки в свадебное путешествие. Ты ведь не обидишься, Шеффер? — спросил он.

— Вовсе нет. Все равно никто не знает, куда мы поедем, — спокойно ответил жених. — А то слишком много старших братьев захотят расквитаться со мной после моих ответных шуточек.

Билли удивленно подняла брови. Она никогда не считала Дуга шутником. Он вообще редко смеялся. Они еще не обсуждали, куда отправятся в медовый месяц. Если честно, Билли старалась избегать этой щекотливой темы. Все, что она хотела, это поступить осенью в колледж. Но Дуг уверял, что у них будет что-то особенное. Он обещал обо всем позаботиться. И Билли не думала об этом.

— Хорошая мысль, — кивнул Ник. — Осторожность не помешает. Ты можешь сделать два отдельных заказа под разными именами. Можно даже лететь разными рейсами, — он откинулся назад, раскачиваясь на стуле. — Я пытаюсь придумать потрясающий подарок для вас. Кажется, меня осенило.

Дуг подался вперед. Билли не сводила глаз с Ника, ожидая подвоха.

— Мне пришло в голову, Билли, что тебе стоит пройтись по магазинам в Хьюстоне, так как в Боннете купить особо нечего. Не знаю, что именно тебе понадобится, но ты могла бы кое-что подыскать, — он подмигнул Дугу, — например, эротическое белье для медового месяца.

— Мне нравится эта идея, крошка. Билли сдержала дрожь.

— Уверена, что и здесь найдется то, что мне нужно.

— Сомневаюсь, — возразил Дуг. — Ты заслуживаешь лучшего, чем то, что продается в этом городишке. Наверняка и для свадьбы в последний момент что-нибудь понадобится. Не забывай, мы пригласили важных деловых партнеров. Во время нашей свадьбы каждая мелочь будет иметь значение.

— В Хьюстоне есть модные магазины, — добавил Ник.

— Я на мели, парни, — ответила Билли, в ее голосе сквозило раздражение.

— Это за мой счет. Я все оплачу. — Ник взглянул на Дуга. — С удовольствием.

— Незачем, Ник. Дуг сможет свозить меня в Хьюстон. — Она повернулась к жениху, внезапно осознав, что не стоит соглашаться на эту поездку со «старшим братом». Она почувствовала себя Красной Шапочкой, сидящей на краешке бабушкиной кровати и внезапно заметившей острые волчьи клыки.

Ник фыркнул.

— Шеффер, наверное, слишком занят своей компанией, чтобы бегать по магазинам.

— Я завален работой, крошка. И у нас ведь будет целая неделя на свадебное путешествие. — Он снова стиснул ее колено.

Билли нахмурилась.

— Конечно, ты сможешь остановиться у меня, — предложил Ник. — Я редко бываю дома, но показать тебе окрестности смогу. — Он подмигнул Билли. — Ты можешь взять мою вторую машину, и я свожу тебя в галерею.

— Хорошая идея, — кивнул Дуг. — Отдохни недельку-другую, крошка. Развлекись. Я дам тебе список магазинов, где ты сможешь что-нибудь купить, например эротическое белье, о котором говорил Ник.

Разозленная интересом Дуга к ее белью и предложением Ника, Билли выдвинула очередное возражение:

— А кто присмотрит за ранчо?

— Я справлюсь с этим, — сказал Дуг. — Не забивай пустяками свою хорошенькую головку.

Билли отодвинулась, чтоб избежать его покровительственного похлопывания.

— Это мой скот. Моя ответственность.

— Найми кого-нибудь, — предложил Ник, — на время твоего отсутствия.

Билли уже обсуждала эту возможность с Дугом, потому что осенью у нее должна была начаться учеба в колледже, но пока еще не нашла человека, которому бы доверяла.

— Не так просто найти надежного и ответственного работника.

— Ну что ты, — возразил Дуг. — Много ли надо ума, чтобы положить сено в кормушки?

— Очень много, — сказал Ник. — Я помню, сколько у нас было работы в детстве.

— Видишь, — Дуг щелкнул пальцами, — даже ребенок может это делать!

Прикусив язык, Билли решила, что неплохо бы продемонстрировать Дугу, как много сил отнимает «Скалистое Джи». Может, тогда он начнет ее уважать. Более того, совместная поездка в Хьюстон раз и навсегда докажет, что Билли разлюбила Ника. Что он уже не властен над ее сердцем.

— Ладно, — улыбнулась она. — Ты присмотришь за ранчо. Дуг. — Она нежно улыбнулась Нику. — Итак, братец, когда я тебе понадоблюсь?

Холодная улыбка Ника заставила ее смешаться. В действительности это ей нужен Ник. Всегда был нужен. А поехать с ним в Хьюстон — все равно что стоять под высоким деревом во время грозы.

Глава 4

«Не забивай пустяками свою хорошенькую головку».

Два дня спустя Билли вспомнила слова Дуга, вылезая из машины Ника и делая шаг в новый, незнакомый мир. Стоит ли беспокоиться? Она оставила свое ранчо на жующего жвачку прыщавого подростка. Ей нужно уладить миллион дел к свадьбе.

Вчера Билли попыталась показать Дугу каждую мелочь на ранчо и написала кучу инструкций о корме для лошадей и прочих важных делах. С тяжелым сердцем она согласилась нанять себе в подмену младшего сына Гарольда Джейкобсона. Если мальчишке понадобится помощь, он всегда сможет обратиться к отцу. Мистер Джейкобсон постоянно предлагал Билли помощь и поддержку. В ее отсутствие Дуг проследит за работой подростка. Этим утром, поцеловав маму на прощание, она оставила все свое хозяйство и уехала с Ником в Хьюстон. Так стоит ли беспокоиться?

Ник. Все дело в нем. И как только ее угораздило согласиться?

И вот она с Ником, наедине. В юности она так часто мечтала о свидании с ним, что теперь эта ситуация кажется ей слишком знакомой. Но в то же время действительность сильно отличается от ее наивных представлений. Фантазии Билли были переполнены романтикой и обычно оканчивались свадьбой и скрепляющим клятвы поцелуем Ника.

Что ж, Билли действительно собирается замуж, но за другого. Для Ника она всегда оставалась младшей сестренкой. Может, так и должно быть. Но почему-то она чувствовала странную пустоту внутри, похожую на чувство потери. Потери чего?

Почему любви придается такое большое значение? Ее путь гораздо проще. Никаких переживаний и дрожи в коленях. Никаких иллюзий.

У Билли богатый жених. Роскошная свадьба не за горами. Вскоре ее жизнь станет такой, о какой она всегда мечтала. Не хватает только одного — Ника.

Эта мысль едва не заставила ее всхлипнуть. Расправив плечи, напомнив себе, что она никогда не плачет, Билли решила не сворачивать с выбранного пути.

Она взглянула на Ника. Как и у любого деревенского парня, в кабине его пикапа имелась подставка для ружей. Но вместо дробовиков здесь стояли свернутые в рулоны светокопии. Билли улыбнулась, вновь ощутив происшедшие в нем перемены.

Ник вылез из грузовичка, его золотисто-каштановые волосы развевались на ветру, измятая клетчатая рубаха подчеркивала широкие плечи и крепкие мускулы. Красивый и сексуальный, словно голливудский сердцеед, — неудивительно, что Билли втюрилась в него по уши. Но теперь она уже не так наивна.

Все же ее сердце забилось быстрее. Нервы, подумала Билли. Она чувствовала себя сельской простушкой, впервые оказавшейся в большом городе. Все дело в нервах.

Странно, что она так растерялась. Чувство неловкости рядом с женихом — это было бы еще понятно. Уж очень они разные: вращаются в разных кругах, друзьями никогда не были. Дуг потягивал бренди с клиентами, когда она пила пиво после тяжелого рабочего дня.

Но Ник! Он был таким же, как она. Когда-то. Не сейчас.

Должно быть, это к лучшему, что Билли приехала сюда. По крайней мере увидела воочию, что их с Ником разделяют не только время и расстояние. Однако она не ожидала испытать такое острое, болезненное разочарование. Ей-то хотелось убедиться, что детские мечты о Нике больше не властны над ее сердцем.

Билли обвела взглядом его «домик», чувствуя себя малышкой Дороти, очутившейся в стране Оз. Двухэтажное кирпичное здание не уступало особняку Шефферов. Потрясенная бросающимся в глаза богатством своего друга детства, Билли остановилась у входа в гараж, рассчитанный на три машины, рядом с блестящим черным «ягуаром».

— Это твоя вторая машина?

— Ага. — Ник захлопнул дверь пикапа. — Но она не очень надежная.

Билли покачала головой. В «Скалистом Джи» если какая-нибудь техника не использовалась, то заменялась чем-то более практичным и надежным. Роскошные вещи были редкостью. Она ожидала, что второй машиной Ника окажется солидный седан с четырьмя дверцами или раздолбанный пикап. Чего ей ждать от Ника сейчас, когда они оба повзрослели? Он стал незнакомцем. Где тот мальчик, с которым она росла? Где Ник, которого она так хорошо знала, одетый в залатанные джинсы и вечно подсмеивающийся над Дутом Шеффером и его дорогими игрушками?

— Так зачем она тебе? Он пожал плечами.

— Напоминание… О бывшей жене?

— О чем?

Ник нахмурился, и Билли поняла, что затронула больную тему.

— О прошлом.

С тяжелым сердцем Билли почувствовала, что между ней и Ником растет стена, такая же высокая и толстая, как стены его дома. Она надеялась, что он больше не переживает из-за развода. Но может, это не так. Может, он все еще любит Диану. Эта мысль ранила Билли до глубины души.

— Заходи, — пригласил Ник, вынув ее сумку из кузова и подойдя к задней двери. Отомкнув замок и отключив сигнализацию, он провел девушку в дом, где она пораженно застыла.

Билли еле удержалась, чтобы не разинуть рот от изумления. Кухня была оборудована так, как рекомендовал журнал «Жизнь на юге», который читала ее мать. Деревянные полы и мебель блестели в солнечном свете, струящемся сквозь огромные окна. В комнате чувствовался запах хвои. За крытой верандой виднелся бассейн со сверкающей голубой водой, окруженный цветущим кустарником и ярко-красными цветами. Не дом, а картинка.

Ник прошел через кухню, не беспокоясь о том, что запачкает полы. Билли почувствовала, что просто обязана разуться и ходить по дому на цыпочках. Интересно — кто делает здесь уборку? Кто вычищает кухонные столы, моет пол и натирает оконные стекла до алмазного блеска?

— Ты идешь? — спросил Ник, остановившись и взглянув на нее через плечо.

Билли стояла на тоненьком узком коврике и рассматривала свои замызганные сапоги.

— Может, мне их снять?

— Здесь тебе не Япония, — ответил Ник. — Проходи. Расслабься. Чувствуй себя как дома.

— Но… а как же… а если я наслежу? — Сколько раз дома ее отчитывали за это.

— Не волнуйся. Позже, если хочешь, мы посыплем пол опилками, чтобы замести следы. — Ник подмигнул, и что-то екнуло у Билли в груди. Она почувствовала облегчение. Это Ник, ее друг, ее старший брат. Наверное, не так уж сильно он изменился. Наверное, и она тоже. — Твоя комната наверху, — сказал Ник.

— А твоя? — машинально спросила Билли, внезапно сообразив, что они будут спать под одной крышей. Хотя здесь это все равно что на разных материках.

— На первом этаже. — Его ухмылка стала еще шире. — Не бойся, со мной ты в безопасности.

Мгновенное напоминание о том, что Ник не интересуется ею… и никогда не интересовался, выбило Билли из колеи. Она опасалась не столько Ника, сколько собственных чувств к нему! Нужно выбросить его из головы и из сердца. И как можно скорее!

Раздраженная этими мыслями, Билли прошла вслед за ним через огромную гостиную, потолки которой были настолько высоки, что вполне подошли бы для стада жирафов. Зеленые и винно-красные цвета портьер слегка смазали впечатление, но Билли успела заметить обитые кожей диваны, дорогие картины на стенах, фарфор и хрусталь на полках антикварных шкафов. В ее голове звучал мамин голос: «Не трогай. Билли! А то разобьешь ненароком».

Ник велел ей расслабиться. Но разве это возможно, когда она боится что-нибудь разбить при малейшем неверном движении? Как можно расслабиться, все время думая о Нике и о чужом мире, в котором он теперь обитает?

Когда Билли подошла к широкой, крутой лестнице, Ник уже был наверху. Девушка опустила дрожащую ладонь на блестящие деревянные перила и начала медленно подниматься, оглядываясь на арочные окна в передней части дома, длинный обеденный стол, оставшийся внизу, и сияющие светильники на стенах. Шагнув на верхнюю ступеньку, она поняла, что потеряла своего провожатого. — Ник?

— Сюда, — откликнулся он откуда-то слева. Промчавшись по длинному коридору. Билли нашла его в роскошной голубой спальне. Он уже положил ее сумку на кресло возле широченной кровати с пологом. В воздухе пахло сиренью, отчего убранство комнаты казалось еще более женственным. Билли взглянула на свои поношенные сапоги и потертые джинсы. Ее щеки запылали от смущения. Она ощущала себя чужой в доме Ника. И в его жизни.

Чувствуя себя недостойной этого великолепия, она пролепетала:

— Красивое у тебя жилье, то есть… — Разве это подходящее слово? Как раз чего-то жилого здесь будто не хватает. — То есть… дом.

Ник пожал плечами.

— Проект моей бывшей жены.

Это многое объясняло. Не удивительно, что дом не похож на Ника, мужчину, которого она знала. Внезапно в Билли проснулось любопытство. Она не понимала, как женщина могла обставить дом по собственному вкусу, а потом навсегда уйти из него.

— Он достался тебе после развода?

— Да, у нее появились новые проекты.

— Ясно. — На самом деле ничего ясного в этом не было. Почему Ник не продал дом? Неужели он с такой же силой цепляется за свое прошлое, как Билли — за будущее? — А что получила Диана? Собаку? Яхту? — спросила Билли, но тут же пожалела о собственных словах. — Прости, Ник. — Она опустила голову и вытерла ладони о джинсы, чувствуя себя тупой деревенщиной. — Это не мое дело.

Ник рассмеялся. Звук его смеха успокоил Билли.

— Не надо извиняться. — Он задумчиво провел рукой по подбородку, словно стирая с лица улыбку. — Яхты у нас не было. Если бы была, Диана наверняка забрала бы ее. Она получила то, что хотела, — еще больше денег. И более подходящего мужа.

Билли моргнула, удивленная его словами и прозвучавшей в них обидой.

— Она уже успела выйти замуж? Он кивнул.

— Да, кажется, за врача. — Ник решительно взглянул Билли в глаза. — Но пса она не взяла. Он мой. Вечером я заберу его от Джоди.

— Джоди? — переспросила Билли. Внезапная вспышка ревности обдала ее холодом, как зимний ветер.

— Мой прораб. Иногда мне кажется, что он знает наше дело даже лучше меня. В общем, он заботится о Бадди, когда меня нет в городе.

— Бадди — твой пес?

— Тебе он понравится.

Все еще робея. Билли обошла комнату, рассматривая белый бордюр на бледно-голубых стенах, затем выглянула в окно на лужайку, размеченную для игры в гольф.

— А ты не боишься заблудиться здесь? Ник рассмеялся.

— Уже нет. Позже я дам тебе карту. Билли выдавила ответную улыбку, не уверенная, было ли это шуткой. Карта ей точно понадобится, или придется разбрасывать за собой хлебные крошки, чтобы найти обратный путь.

Наверное, сердце подскажет ей дорогу домой. Потому что остаться в мире Ника она не сможет. Она строит собственное будущее, и Нику там не место.

— Если ты не против, — предложил Ник, — можешь располагаться, а я пока съезжу на пару объектов и позвоню в контору.

— Помощь нужна? — спросила Билли, не представляя, что она будет делать здесь одна.

— Сам справлюсь, — ответил Ник. — Я ненадолго, часа на два. Ключи от «ягуара» оставлю на кухонном столе.

Билли кивнула и уселась в мягкое кресло. По какой-то непонятной причине ноги у нее подкашивались, как у новорожденного теленка. Щеки пылали. Голова шла кругом. Переутомилась? Слишком много на себя взвалила в последнее время? Или просто не может поверить, что сидит в доме у Ника Лэтэма… и все еще хочет войти в его жизнь, в его душу, зная, что это невозможно?

Ощутив, как сжимается сердце от этой мысли, Билли заставила себя встать и отправилась осмотреть дом. Каждая комната напоминала ей о различиях в их с Ником жизни. Заблудилась она всего один раз, но почти сразу отыскала дорогу, ведущую на кухню через сплетение коридоров и лестниц. После прогулки вокруг бассейна по девственно-чистым лужайкам Билли намазала себе два бутерброда с ореховым маслом и мармеладом. Не успела она проглотить последний кусочек, как дверь гаража распахнулась. Золотистый ретривер, радостно виляя хвостом, с развевающейся шерстью и высунутым языком, ворвался в дом, возвещая о прибытии хозяина.

— Привет, Бадди, — сказала Билли, погладив и почесав за ушами ласковую собаку. Пес в ответ лизнул ее в щеку. Билли услышала хриплый смешок и, подняв глаза, увидела Ника, входящего в дверь.

— Вижу, вы уже познакомились.

— Даже подружились, — ответила Билли, поглаживая густую, роскошную шерсть Бадди.

— Ты всегда умела ладить с животными. Она слегка покраснела.

— С Бадди кто угодно подружится.

— Но не вредная белка, живущая на дереве у бассейна. Или сиамская кошка из дома напротив. — Ник прошел через комнату, взял Бадди за ошейник и оттащил его от Билли. — Или Диана.

— Бадди не уживался с твоей женой… бывшей женой?

Ник пожал плечами.

— Ничего удивительного. Я тоже. — Его губы сложились в невеселую улыбку. — Надеюсь, это к лучшему. Правда, Бадди?

Пес чихнул и ответил громким лаем, от которого у Билли зазвенело в ушах. Она со смехом погладила его пушистую голову. Карие глаза собаки преданно взглянули на нее.

— Откуда взялось такое глупое имя?

— Сокращенное от «Будвайзера». Поэтому Диана его не любила.

— Из-за имени? Ник кивнул.

— Она хотела назвать его Шекспиром или Ланселотом. — Он усмехнулся. — Но это был мой пес, и я выбрал имя Будвайзер. А она это прозвище не переносила… и кое-что еще.

— Что же? — спросила Билли, не сдержавшись. И когда она научится не лезть к Нику с вопросами?

— Например, собачью шерсть, — ответил Ник. — И что Бадди любит спать в моей кровати. И что ему нравится лакать воду из унитаза.

Билли рассмеялась.

— Так ей не нравилось просыпаться от прикосновения холодного и мокрого носа? — Она представила, как холеную, утонченную Диану выталкивает из кровати огромная псина. — Тебе потребовалась бы всего пара недель, чтобы отучить его от вредных привычек.

— Зато я не хотел отучаться.

— Ой, на! — Билли отдала псу последний кусок бутерброда. Проглотив его, Бадди снова искательно взглянул на нее, его хвост мотался, подметая пол. — Больше у меня нет.

— Раз ты его накормила, он не отстанет от тебя, — сказал Ник, взяв пса за ошейник. — От еды его только одно может отвлечь.

— И что же? — спросила Билли. Хотела бы она знать, что отвлечет ее от мыслей о Нике.

— Игра, — ответил он, направляясь к задней двери.

Минуту спустя они уже носились по двору, дразнили собаку, резвясь словно дети. Они гонялись за псом, прыгали через кусты вокруг бассейна. Бадди с лаем увертывался от них. А они смеялись до колик. Как будто вернулись старые времена, времена веселья, шуток, игр, когда они были друзьями.

Но времена, как и люди, меняются. Наконец Бадди улегся в прохладной тени дуба, высунув розовый язык. Ник встал радом, тяжело дыша, упершись руками в колени. Билли опустилась в шезлонг у бассейна, запрокинула лицо, гладя в чистое голубое небо, и глубоко вздохнула.

После нескольких минут уютной тишины она сказала:

— Спасибо, что пригласил меня сюда, Ник. Он посмотрел на нее серьезным, внимательным взглядом.

— Всегда пожалуйста.

Билли откинулась на спинку шезлонга и вытянула ноги. Заложив руки за голову, она произнесла:

— Я чувствую себя тунеядкой.

— Почему?

— Я должна бы сейчас таскать тюки с сеном, чинить изгородь или делать что-нибудь полезное. А вместо этого я тут бездельничаю.

— У меня в мастерской надо лампочку вкрутить, — предложил Ник.

— Сделаю.

— Я пошутил. Представь себе, что у тебя отпуск.

— А что это такое? — спросила Билли, прикрыв глаза и впитывая жар полуденного солнца.

Они рассмеялись. Затем опять наступило долгое молчание. Билли с закрытыми глазами слушала посапывание пса и наслаждалась чувством глубокой расслабленности. Для полного счастья не хватало только услужливого официанта с бокалом ледяной «Маргариты» или ответной шутки Ника. Нет, нет, нет. Такие мысли ни к чему хорошему не приведут.

— Зато ты сможешь как следует отдохнуть во время медового месяца. — После замечания Ника всю ее расслабленность как рукой сняло.

Билли старалась не думать о своем медовом месяце, не замечать гложущего ее беспокойства. Наверное, так бывает со многими невестами, убеждала она себя. Отвлекшись от этих неприятных мыслей, она решила и дальше игнорировать тот факт, что ее свадьба и медовый месяц неумолимо приближаются.

— Билли? — Голос Ника прозвучал так близко, как будто он говорил ей прямо на ухо.

Она открыла глаза. Ник сидел в соседнем кресле, глядя на нее красноречивым взглядом, от которого у нее все внутри перевернулось.

— Что? — с притворным безразличием пробормотала она.

— Ты скучаешь по Дугу?

Ей показалось или его губы действительно изогнулись в презрительной усмешке?

— А почему я должна скучать?

— Если ты влюблена, — пояснил он, сдвинув брови, — это естественное чувство.

Билли вздохнула и снова вытянулась в кресле.

— Ник, мы расстались только утром, — возразила она, — у меня еще не было времени соскучиться. — Эта мысль поразила ее, как гром. А как там мальчишка Джейкобсон управляется с ранчо? Все ли в порядке? Не забыл ли Дуг предупредить парня, чтобы тот накормил коров на дальнем пастбище? — Я должна позвонить и узнать, как дела на ранчо.

Билли хотела было подняться, но Ник схватил ее за руку. Он оказался даже ближе, чем она думала. В его взволнованных янтарных глазах она заметила беспокойство, смешанное с подозрением. Ошеломленная прикосновением его теплой руки. Билли почувствовала, что у нее перехватило дыхание.

— Подожди, — сказал он. Настойчивость в его голосе испугала ее. — Билли… — Он умел так нежно произносить ее имя, как никто другой. — Ты любишь Дуга?

Застигнутая врасплох его прямым вопросом, Билли нахмурилась.

— Ответ «да» не остановит твоих попыток сорвать нашу свадьбу. Так зачем вообще отвечать?

— Я должен знать.

— Зачем? — Она вызывающе вскинула подбородок.

— Ты не кажешься мне счастливой.

— Брак никому не приносит счастья, Ник. Ты должен это знать.

Ник не стал отрицать. Он выдержал ее взгляд, не отпуская ее.

— Чертовски верно. Поэтому я понимаю, насколько это важно.

Билли заерзала, пытаясь высвободить руку, но его пальцы сомкнулись клещами на ее запястье.

— Что сделает тебя счастливой, Билли Кид? Ее сердце сжалось в комок. Когда в последний раз у нее спрашивали, чего она хочет… в чем нуждается? Признание готово было вырваться у нее из груди. Однако… когда Ник перестанет считать ее ребенком?

— Не называй меня этой кличкой! Блеск его глаз заставил ее пожалеть о резких словах.

— Хорошо. Но я не уверен, что это и есть твое заветное желание. Так что?

— Ник…

— Скажи мне. Билли.

Билли выдернула руку и встала. Повернувшись к Нику спиной, она расправила плечи, борясь со слабостью, которую он вызывал в ней.

— С чего ты взял, что я несчастна?

— С Шеффером? — От его язвительного смеха ее бросило в дрожь несмотря на жаркий день. — Потому что он не может сделать тебя счастливой.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. — Нежные, вкрадчивые нотки, звучавшие в голосе Ника, заставили ее насторожиться.

Борясь с желанием убедиться, может ли он сам сделать ее счастливой. Билли резко обернулась.

— Так что, по-твоему, сделает меня счастливой? Деньги? Роскошный дом? Ты? — Она рассмеялась, но от подступившего чувства горечи на глаза навернулись слезы. — Я так не думаю. Может, когда-то я была дурочкой и верила в это. Но теперь поумнела. Не беспокойся обо мне, Ник. Я прекрасно знаю, что делаю.

— Правда? — Он скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла. — А я не уверен.

Билли взглянула на него с яростью, не зная, как закончить этот неуместный спор. Потому-то ей и не хотелось ехать с Ником в Хьюстон. Она знала, что он попытается ее переубедить. Попытается смутить ее и, воспользовавшись ее неуверенностью, расстроить свадьбу. Все потому, что ему не нравится ее жених. Да хоть бы подождал пару часов, прежде чем переходить к нападению!

— А тебе и не надо быть уверенным. Уверенность нужна мне. И она у меня есть.

— Ты ошибаешься. Раз уж мне придется вести невесту к алтарю, я должен убедиться, что ты не лезешь в петлю сослепу.

— Тогда не выводи меня. Лучше уж я сама пройду по этому чертову проходу.

— Конечно, пройдешь. Только я уже согласился.

— Если откажешься, мама поймет.

— Нет, не поймет. Ты сама будешь с ней объясняться? И сообщишь ей истинную причину, по которой не хочешь, чтобы я вел тебя к алтарю?

Ее сердце замерло. Неужели он знает? Неужели знает, что она все еще борется со своим чувством к нему?

— Я уже сказала ей причину. И ты там был. Судя по взгляду Ника, он ей не поверил или поверил не до конца. Но Билли старалась убедить не столько его, сколько себя. Их взгляды вызывающе скрестились, как в старые времена.

— Шеффер тебя не любит, — произнес Ник нежным, как поцелуй, голосом.

Билли вздрогнула. Мир на мгновение пошатнулся вокруг нее.

— Он тебе сказал?

— Ему не обязательно говорить это, — объявил Ник, сжав подлокотники кресла. — Я знаю.

Все ее самообладание как рукой сняло. Неужели, по мнению Ника, она настолько непривлекательна, что даже не способна возбудить в мужчине любовь? Билли вспомнила, как известие об ее грядущей свадьбе пронеслось по Боннету, словно лесной пожар. Старые сплетницы судили и рядили, почему Дуг Шеффер выбрал в невесты Билли Кид Гюнтер, местную девчонку. Сомнение Ника ножом вонзилось ей в сердце, вызвав пульсирующую боль. Но она не покажет ему, как сильно ее задели его слова. Она не сломается. Только не сейчас.

— Кажется, ты по профессии инженер, а не психолог, — сказала Билли, обуздав себя.

— Любящий мужчина не пытается изменить свою невесту. Любящий мужчина из кожи вон лезет, чтобы угодить любимой женщине. Он…

— Ты о себе говоришь, Ник, или о Дуге? Разве не ты сказал, что не желаешь выучить несколько простых правил, чтобы твоя жена могла поладить с Бадди? Разве ты не любил Диану?

— К этому времени уже нет. Но поначалу любил. Когда мы только поженились.

— Что же произошло? — спросила Билли. Ее любопытство оказалось сильнее ее обиды. Мелькнула мысль о том, что душевная боль Ника, возможно, под стать ее собственной.

В его глазах появился мрачный блеск, а лицо стало непроницаемым.

— Сейчас это не важно.

— А по-моему, важно, — возразила Билли. — Ты хочешь знать, готова ли я стать спутницей Дуга, пока смерть не разлучит нас. Возможно, я смогла бы поучиться на твоих ошибках.

Ник покачал головой.

— Мои отношения с Дианой тут ни при чем.

— Ты все еще думаешь обо мне как о младшей сестре, да? — вспылила Билли, чувствуя, как ее кровь закипает от обиды и возмущения. — В этом дело, да? Просто ты не считаешь меня достаточно взрослой, чтобы самой решать насчет замужества. Что ж, у меня есть новость для тебя, Ник. Я сильно выросла с тех пор, как ты уехал из Боннета. Мне пришлось повзрослеть.

— Я знаю, Билли. И не считаю тебя ребенком. Но ты наивная и беззащитная. Поэтому я хотел вывезти тебя в люди, пригласить на свидание. Чтобы у тебя было больше жизненного опыта.

— Если ты думаешь, что, управляясь с ранчо в одиночку, не научишься постоять за себя, то тебе следует попробовать хотя бы недельку. — Билли покачала головой. — Это свидание было предлогом, чтобы увезти меня подальше от Дуга и убедить не выходить замуж. Ты ничего не знаешь обо мне. Ты не знаешь, что я…

Билли прикусила язык. Она не нуждалась в сочувствии Ника. Пусть оставит ее в покое.

— Что? — переспросил Ник, поднявшись с кресла и встав напротив нее.

— Этим ты отличаешься от Дуга. Он видит во мне взрослого человека. Женщину с головой на плечах. И относится ко мне как к равной. А ты видишь во мне ребенка.

Глаза Ника вспыхнули яростным желанием, опалившим Билли. Под этим острым взглядом ее колени подкосились. Он привлек ее к себе. У Билли перехватило дыхание. Кажется, Ник собирается ее поцеловать! Она попыталась оттолкнуть его. Но Ник уже завладел ее ртом, вкладывая в поцелуй всю силу страсти. Руки и губы его были очень нежными. Сердце Билли растаяло. Что-то вспыхнуло у нее внутри. Тепло разливалось по телу. Она с жадностью ответила на его поцелуй. Теперь, обнимая Ника за шею, она знала, что он все еще владеет ее сердцем.

Какая глупость…

Ник прижимал Билли к своей груди, чувствуя каждый изгиб ее податливого тела. Его руки обнимали ее за плечи. Их губы слились. Нику не хотелось ее отпускать. Хотя он знал, что этот поцелуй был ошибкой.

С каждой секундой ее жар все сильнее воспламенял сердце Ника. Мягкие женские губы обжигали, наполняя его сладострастным желанием. Билли прильнула к нему, словно их тела были созданы друг для друга. Ник упивался ее ароматом, словно измученный жаждой странник, слишком долго блуждавший по пустыне. Наверное, так оно и было. Наверное, он нуждался в ней. А Билли в нем.

Ника ошеломило внезапное понимание, что Билли не любит Дуга. Его охватили надежда, облегчение и наконец недоумение. Зачем ей понадобилось выходить замуж за Шеффера? Ради чего она портит себе жизнь?

И какого черта он до сих пор с ней целуется? Разве еще не доказал свою правоту? Разве не доказал, что относится к ней не как к ребенку, а как к желанной женщине?

Удивленный ее ответной страстью, Ник прервал поцелуй. Смущенный и растерянный, он ждал ответа — пощечины, резкого слова…

Но Билли просто посмотрела на него. Ее взгляд был мягким, словно затянутое дымкой небо; рот приоткрылся, влажный, немыслимо нежный; она вся пылала от возбуждения. Черт! Она выглядит как женщина, желающая большего.

Но Ник ничего не может ей дать. Надо немедленно остановиться и не допускать подобного в будущем. Он не хочет, чтобы она выходила за Дуга Шеффера, но занимать место жениха не собирается.

— Видишь? — сказал он. При звуке собственного голоса, разорвавшего хрупкую тишину, к Нику вернулось самообладание. — Я знал, что ты не любишь Дуга.

— Что? — спросила Билли, моргнув. Она отпрянула от Ника, сжав кулаки.

— Это была проверка, — заявил Ник. — Если женщина может так целоваться с другим мужчиной, значит, она не готова к замужеству.

— Ах ты, зазнайка, эгоист… — Она скрестила руки на груди и окинула его разъяренным взглядом. — Ты считаешь себя таким неотразимым, да?

— Я хотел опровергнуть твое вранье. Билли покачала головой.

— Наш поцелуй был просто безобидным развлечением, дурачок. Именно это ты мне и советовал.

Ее слова разозлили Ника. Хватит с нее развлечений. И с него тоже. Но только теперь ему стало понятно, в какую ловушку он попал. Потому что ему хотелось «развлекаться» с Билли и дальше.

Глава 5

Собравшись с духом, Билли отошла от Ника. Хотя голову она держала высоко, ноги у нее подкашивались. Руки она сжала в кулаки, сдерживая себя из последних сил. Ее надежды и мечты разлетелись вдребезги.

Жаркий поцелуй Ника ошеломил ее. Его поцелуй оказался более впечатляющим, чем тот, который она хранила в памяти все эти годы, который вспоминала наяву и вновь переживала в снах. Тот давнишний поцелуй был спровоцирован ею, и в ответ ничего, кроме удивления, не последовало.

Но этот! Теперь уже Ник целовал ее. Сжимал в своих объятиях. И Билли ответила ему не как женщина, любящая другого мужчину, чужая невеста, а как женщина, влюбленная в Ника. Этот пылкий, возбуждающий поцелуй потряс ее до глубины души, пошатнул ее мир и показал ей всю убийственную правду.

Она не разлюбила Ника. И вряд ли когда-нибудь разлюбит.

Ужасающая реальность ошеломила Билли. Почему-то она не сразу поняла, что этот чертов поцелуй значит для нее буквально все. Оказывается, ее сердце бьется только для Ника. Ее мечты и надежды связаны с ним. Сегодня он сорвал покров с ее души, которая долгие годы дремала в ожидании чуда.

Слезы навернулись ей на глаза при горькой мысли, что этот поцелуй ничего не значит для Ника. Ничегошеньки! Это была проверка! Дурацкая проверка! Которую Билли не выдержала.

Черт бы подрал Ника Лэтэма!

Неуверенной походкой Билли побрела к дому. По крайней мере там можно побыть одной и все обдумать. Наедине и трезво. Радуясь хотя бы этому обстоятельству, Билли вздохнула и обхватила себя за плечи. Ее мучили сожаление, раскаяние и стыд. Горячие слезы выступили у нее на глазах, и она вытерла их, проклиная себя за глупость.

Нужно уехать, пока не поздно. Пока она не потеряла свое сердце окончательно. Она не позволит Нику топтать ее чувства. У нее есть гордость.

Железная решимость помогла Билли вновь обрести чувство собственного достоинства. Без малейших колебаний она направилась к телефону. Что с того, что Ник к ней равнодушен? Зато есть Дуг Шеффер. Она вернется домой и выйдет за него замуж.

Что ж, он это сделал. А как теперь выпутываться?

Ник бродил по краю бассейна. Бадди не сводил с него тревожного взгляда. Ник вспотел, намокшая рубашка липла к телу. Жарко было не столько от солнечных лучей, сколько от пылающего внутри пламени.

Ладно, это еще можно признать. Его тянет к Билли. Почему бы и нет? Она красивая женщина. А он — темпераментный мужчина. Но это далеко не все. Ник инстинктивно чувствовал, что здесь нечто большее. Но согласиться с этим не мог.

Проклиная себя, Ник направился в дом. Они должны объясниться. Презрительный ответ Билли задел его за живое. Как она могла целовать его с таким жаром, тая в его объятиях, а после заявить, что это ничего для нее не значит?

Скорее всего, Билли себя обманывает. Если так, он должен убедиться. Потому что это еще одна причина, по которой Билли не стоит выходить замуж за болвана Дуга Шеффера.

Ник нашел ее в кухне, сидящей в кресле за столом. Ее плечи ссутулились. Он не видел ее лица. Она сжимала в руках телефонную трубку, словно изучая ее конструкцию.

— Значит, ты развлекалась? — В тишине комнаты голос Ника прогремел, словно ружейный выстрел.

Билли выпрямилась, швырнув трубку на рычаг.

— И часто ты так целуешься? Просто ради забавы? — сурово нахмурившись, спросил Ник.

Глаза Билли превратились в осколки голубого льда. Брови были сдвинуты. Ник ожидал от нее ответной вспышки гнева, но с удивлением заметил, что она ужасно бледна.

Он бросился к ней, злость сменилась беспокойством и раскаянием.

— Что стряслось?

— Я позвонила домой, — сказала Билли, снова взглянув на телефонный аппарат, — чтобы узнать, как дела. Убедиться, что Дуг и мальчишка Джейкобсон справляются.

Ник приготовился услышать самое худшее, и все его переживания отошли на задний план.

— И что?

— Они не справились. — Билли оттолкнулась руками от кресла и встала.

Внезапно она показалась Нику гораздо старше своих двадцати трех лет. Ее плечи расправились, словно готовясь взвалить на себя груз ответственности. Ранимость маленькой девочки, которую когда-то знал Ник, растаяла на глазах. Теперь перед ним была сильная, крепкая женщина, готовая справиться с любой трудностью.

— Я должна вернуться. — Ее решимость положила конец дурацкому спору о поцелуе.

Зная, что в любом случае он отвезет ее домой и поможет выбраться из беды. Ник спросил:

— Что случилось?

Билли взъерошила золотистые волосы, шелковой волной спадающие на плечи. Ник хотел привлечь ее к себе, обнять покрепче, снять ношу с ее плеч. Но он понимал, что может предложить ей далеко не все. Сжав руки в кулаки, он смотрел, как она расхаживает по кухне.

— Я знала, что нельзя мне уезжать. Это было ошибкой. С самого начала. — Она повернулась к Нику. — Слушай, тебе не обязательно везти меня обратно. У тебя дела. Я могу вернуться на автобусе или взять напрокат машину. Не хочу тебя утруждать или…

— А ты не могла бы просто рассказать, что случилось? И дать мне самому решить, что делать?

Билли поджала губы.

— Хорошо. Кевин Джейкобсон… ты знаешь, это младшенький Гарольда… должен был накормить скотину. Когда он в полдень пришел в хлев, то увидел, что двух быков не хватает. Они выбрались из загона и ушли на пастбище.

— Ну? И что в этом страшного?

— Там было около тридцати телочек. — Билли окинула Ника многозначительным взглядом.

— Черт.

— Вот именно. Я не собиралась случать их до следующего года, чтобы иметь меньше проблем с отелом.

— В общем, бычки порезвились. Ну и нечего плакать из-за сбежавшего молока… — Ник невольно улыбнулся. — Чего зря волноваться?

Ее взгляд сверкнул яростью.

— Ничего смешного в этом не будет, когда мне придется принимать целый выводок телят.

— Но пока что грустить не обязательно.

— Это еще не все.

Ник скрестил руки на груди в ожидании самого страшного.

— Продолжай.

— Кевин попытался прогнать быков с пастбища в одиночку. Его боднули. Он пострадал не сильно, слегка поранил бедро. Но затем он позвал на помощь Дуга.

Ник покачал головой.

— Первая ошибка.

— Ага, в общем, Дуг описывал это событие в очень красочных выражениях. Он помог Джейкобсону отвести быков в загон. Это заняло у него три часа. — Билли посмотрела на Ника. Ее усталые глаза казались серыми, как сталь. — Он испортил костюм… и ботинки. Потратил полдня…

Запрокинув голову. Ник расхохотался.

— Ник, это не смешно. — Билли рассерженно скрестила руки на груди. — Дуг требует, чтобы я немедленно возвращалась. Я нужна ему.

Ник смеялся до колик в животе.

— Ты только представь себе эту картину! Чертовски забавно…

— Ник… — Голос Билли сорвался. — Вовсе нет. — Едва заметная усмешка появилась у нее на губах, но тут же исчезла, промелькнув словно солнечный луч сквозь толщу облаков.

Ник продолжал смеяться.

— Представляешь, как Шеффер… гонялся за быками? В костюме с галстуком! С огромной палкой. И колотил этих быков… когда они…

Билли сжала губы, пытаясь подавить смешок.

— Я так и вижу его красное и злое лицо. Держу пари, впервые в его сладенькой жизни от него воняло навозом. Черт, я отвезу тебя домой прямо сейчас, чтобы только взглянуть на него.

Билли наконец тоже рассмеялась. Она прикрыла рот ладонью, но ее глаза светились весельем.

— Ник… Мы не должны смеяться. Это серьезно.

Он подошел к ней и обнял за плечи.

— Ага.

— Дугу было не смешно. — Озорство, блеснувшее в ее взгляде, всколыхнуло в Нике какое-то жгучее чувство. Он почувствовал под рукой выпуклость ее груди. — Он просил меня вернуться домой.

— И ты помчишься к нему? Это худшее, что ты могла бы сделать. — Ник решил, что не позволит ей уехать. Только не сейчас. — Проблема улажена. Шеффер, конечно, в ярости. Но он получил хороший урок.

— Какой? Что нельзя вставать между быком и коровой? — Билли снова улыбнулась.

Взгляд Ника упал на ее губы. Его усмешка растаяла.

— Нет, он кое-что узнал о том, чем ты занимаешься дни и ночи напролет.

Слова застряли у него в горле. Он вспомнил мягкое прикосновение ее губ, их сладкий, пьянящий вкус. Захотелось снова прижаться к ней, целовать ее, проверить истинность этого воспоминания. На этот раз он хотел целовать ее медленно, до боли медленно, чтобы полностью насладиться ею.

Улыбка Билли постепенно растаяла. Взгляд снова стал прямым и ясным. Румянец разлился по щекам.

— Наверное, ты прав, — хрипло сказала она. У Ника сдавило грудь от волнения. Рука, лежащая на плече Билли, напряглась. Неужели Билли читает его мысли? Неужели хочет того же самого? Возможно, если он поцелует ее еще раз, этот поцелуй уже не будет таким впечатляющим, как предыдущий. Возможно, он принесет разочарование. Но вряд ли. Сердце его, словно в предвкушении нового удовольствия, стучало как отбойный молоток.

— В чем? — спросил Ник.

Билли взглянула на него с усмешкой.

— Насчет Дуга.

Молчание затягивалось, воздух дрожал от напряжения, влекущего их друг к другу, ближе, еще ближе. Ник чувствовал теплое дыхание Билли. Видел жилку, подрагивающую у основания шеи. Билли смотрела на него огромными нежными глазами. Ее тепло окутывало Ника. Она была явно возбуждена, да, так же сильно, как и он.

Эта мысль заставила Ника отшатнуться. Что он вытворяет? Это же Билли Кид, а не какая-нибудь таинственная незнакомка. Он знал ее. Знал ее семью. И к чему это может привести? К очередной беде. Что, если между ними что-нибудь произойдет? Что тогда? Если Диана права, он обязательно все испортит. Причинит боль Билли. И ее семье. Нет, только не это. Он не хочет принести ей новые обиды и разочарования, которых и без того было достаточно в ее жизни. Он просто чувствует себя ответственным за нее, но не любит.

— Давай, — сказал он хрипло. — Идем. Билли растерянно моргнула, огонь в ее глазах погас.

— Куда?

Ник понятия не имел, куда. Куда угодно. Нужно чем-то заняться, но только не целовать ее снова. Пока он не собирается отвозить ее в Боннет. Пусть она побудет здесь… подальше от Шеффера… пока он не поймет, что подтолкнуло ее к замужеству с этим ничтожеством.

— По магазинам, — ответил он. — Разве ты не за этим приехала?

Поход по магазинам стоял последним в ее списке неотложных дел. Ей нужно поскорей вернуться домой, и не только затем, чтобы помочь Дугу и мальчишке Джейкобсону. Самое главное, нужно уехать от Ника. Она втянулась в заведомо проигрышную борьбу с собственными желаниями. Без малейшей надежды на победу.

Но может быть, она ошибается.

Билли чувствовала, что что-то происходит, как будто жидкий водород смешивается с кислородом и вот-вот прогремит чудовищный взрыв. Эта ситуация опасна прежде всего для нее. Но что, если Ник влюбился в нее? Мог ли он солгать насчет проверки?

Ник глаз не сводит с ее рта. Может, он хочет ее еще раз поцеловать? Ей не хватало искушенности, чтобы знать наверняка. В этот момент Билли с горечью осознала свою неопытность.

Она попыталась забыть немедленный отклик своего тела. Но вновь испытала волну острого возбуждения, заставившую ее затрепетать.

— Не думаешь же ты…

— Когда бы ты ни собралась уезжать, не возвращаться же с пустыми руками. — Голос Ника казался спокойным и рассудительным, особенно в сравнении с ее бешено бьющимся сердцем, предупреждающим о том, что она увязает все глубже и глубже. — Ты сказала Шефферу, что едешь за покупками. Этим и займешься.

— Я нужна на ранчо, — возразила Билли.

— Зачем? — Ник взял ключи с кухонного стола. — Разве они не увели быков с пастбища?

— Да, но…

— Проблема решена. Ты больше ничего не сумеешь сделать.

Может, Ник не желает, чтобы она уезжала. Может, желает, чтобы осталась. В душе ей хотелось надеяться.

— Ник…

— Слушай, — перебил он, — ты помнишь, что сказал Дуг за ужином в тот вечер? Он считает, что с твоей работой справится любой ребенок. Ты хочешь, чтобы он и дальше так думал? Если да, то ты не та Билли, которую я помню. Если нет, то оставайся здесь. Со мной.

Неужели в этом грубом, как наждачная бумага, голосе прозвучало приглашение? Ох, как бы хотелось поверить, что Ник к ней неравнодушен! Или она из простого самолюбия стремится к недостижимому? Или все-таки это голос сердца? Может ли она нравиться Нику не как Билли Кид, а как Билли Рэй Гюнтер?

— Пусть Шеффер помучается… то есть узнает, что такое работа на ранчо.

Почему Ник удерживает ее? Хочет, чтобы она была подальше от Шеффера? Она украдкой взглянула на Ника, вспомнив твердость и нежность его губ, власть, которую он обрел над ее телом.

Хорошо бы все-таки узнать, связывает ли их хоть что-нибудь. Прежде чем выходить замуж за Дуга.

— А если что-то еще…

— Все обойдется. Успокойся, чего ты? — Ник обнял ее за талию и нежно подтолкнул к двери. Как она может успокоиться, когда он прикасается к ней, да еще после такого поцелуя? — Ну что, по-твоему, может случиться?

Множество разных ответов промелькнуло у Билли в голове. Но ни один из них не относился к «Скалистому Джи». Все ее мысли были жаркими, возбуждающими и слишком соблазнительными, чтобы их можно было отбросить. Она не уедет из Хьюстона. Не уедет, пока не выяснит, что происходит между ней и Ником. В глубине души она молилась, чтобы ничего не было, потому что не знала, сможет ли вынести очередной его отказ. Но все же осмеливалась на что-то надеяться. И успокоиться она теперь не сможет, пока не узнает наверняка. Нужно проверить это ощущение, пробудившее ее чувственность.

Как еще ей доказать Нику, что под ее грубой рабочей одеждой скрывается настоящая женщина?

— Куда ты идешь? — спросил Ник, еле волоча ноги. Билли тащила его за руку по галерее.

— Сюда. Разве не ты говорил Дугу, что я должна купить себе что-нибудь особенное к медовому месяцу? Ведь ты не ковбойские сапоги имел в виду?

— Наверное, нет, — нахмурился Ник. Она втолкнула его в магазин женского белья.

Стоящий внутри запах жимолости и роз вызвал у Ника острое желание чихнуть. И как они только здесь работают? — подумал Ник.

Он засунул руки в карманы. Лучше тут ни к чему не притрагиваться. Особенно к Билли.

— Чем могу помочь? — обратилась к ним продавщица, внимательно взглянув на Ника из-под густо накрашенных ресниц. — Вы ищете что-то конкретное?

— Нет, — сказал Ник, вновь повернувшись к Билли. — Просто смотрим.

— У вас есть что-нибудь для первой брачной ночи? — спросила Билли.

— О, конечно! — Темные глаза продавщицы восторженно вспыхнули. — Примите мои поздравления. — Под ее оценивающим взглядом Ник почувствовал себя и вовсе неуютно.

— Спасибо, — ответила Билли.

— Вы можете посмотреть ночное белье вдоль этой стены. — Женщина показала налево. Билли взяла Ника под руку.

— Помогите мне выбрать что-нибудь сексуальное. Что понравилось бы жениху.

Вторая ошибка, подумал Ник, стоя между двумя стендами с тончайшим, возбуждающим бельем и глядя на Билли. Нахмурив брови, она бродила по магазину, трогая кончиками пальцев шелковые ночные рубашки, перебирая атласные трусики. Ник представил, как ее ладони касаются его обнаженной кожи, и стиснул зубы от злости.

Не думай об этом! Просто не думай.

Ник попытался отвлечься, разглядывая продавщицу, пожирающую его глазами. Но кончилось все тем, что он начал сравнивать ее с Билли. Хотя сравнивать было нечего. Билли красива от природы. Она не нуждается в украшательстве, вроде неестественных пятен румян на щеках, черных стрелок над голубыми глазами или ярко-красной помады. Ее загорелые щеки, блестящие глаза и розовые губки и без того наводят Ника на мысль о страстных поцелуях и стонах наслаждения.

Билли сняла с металлической вешалки нечто кружевное и подошла к нему. Ее губы изогнулись в улыбке.

— Как ты думаешь, зачем это нужно?

Ник уставился на красный пояс для чулок.

Билли накрутила его на указательный палец, а затем щелкнула Ника по руке резинкой. Ник представил себе, как бы смотрелся этот кружевной пояс на ее узких бедрах вместе с блестящими чулками на длинных, стройных ногах. Во рту у него пересохло.

— Да и кто захочет это надеть? Он выглядит жутко неудобным. — Билли повернулась и что-то схватила с прилавка, заваленного шелковым бельем. — А на это взгляни! — Она протянула белые трусики из одних узких полосок. — Да кто в здравом уме напялит такое? Зачем? Почему это вообще кого-то интересует?

У Ника сдавило горло.

— Билли, — простонал он, — это не для удобства.

— Ах, да. Верно. Это для парней. — Она сунула трусики ему в руку. — Нет, спасибо. Я предпочитаю хлопок, а не всю эту ерунду. Если Дуг имеет что-то против, пусть он… — Она смерила Ника взглядом. — А тебе такие вещи нравятся? — Соблазняющие нотки, которых Ник никогда раньше не слышал в ее голосе, вновь разожгли пожар в его крови.

Опасная тема, подумал Ник, сжав трусики в кулаке.

— Э… иногда. Смотря какая женщина.

— Гмм. — Она обдумывала его ответ, словно перебирая возможные варианты. Ник мог только молиться, чтобы Билли не спросила его прямо, относится ли она к таким женщинам. Потому что, черт побери, ему пришлось бы ответить «да».

— Когда? — Она повесила пояс на плечо, и его кончик свисал ей на грудь. Ник не мог отвести взгляда, он почувствовал, что на его лбу выступила испарина. — Ты сказал, что такие вещи нравятся тебе иногда. Так когда же?

Ник заставил себя посмотреть ей в лицо, отведя взгляд от дурацкого пояса, от ее пышной груди, к которой так и хотелось прижаться. Билли, склонив голову набок, глядела на него. Он переступил с ноги на ногу. Видит ли она, как ему тяжко? Как желание сдавливает его тело, словно петля?

Он пожал плечами и отвернулся.

— Не знаю.

— А спорим, знаешь? — Билли схватила его за руку, пальцы были нежными, твердыми, настойчивыми. — Давай же. Ник. — Она подмигнула. — Ответь мне. Мы ведь друзья, верно?

Всего лишь друзья. Вот кем они всегда были. Внезапно Нику захотелось большего, гораздо большего. Он напомнил себе, что она любит Дуга. Или нет? Чувствуя, что все мысли в голове смешались, он выдавил:

— Да, мы друзья.

— Так помоги мне.

Ник кивнул, судорожно сглотнув.

— Что бы ты выбрал для медового месяца… то есть для моего медового месяца?

Ничего, подумал Ник. Совершенно ничего. Перед его глазами возникло ее сильное, гибкое обнаженное тело. Как будто этот медовый месяц она проведет с ним. Улыбка успела вспыхнуть на его губах, прежде чем он понял, что Билли всего лишь пытается соответствовать вкусам своего жениха.

Что бы ей надеть для Дуга? Старомодную длинную фланелевую сорочку под горло. Это было бы лучше всего. И пояс целомудрия, если их еще носят. Может, сказать ей, что ее жених предпочитает менее вызывающие вещи? Вряд ли. Билли не так наивна. Но все же, где эти бабушкины ночнушки?

Отбросив неподобающие мечтания, Ник начал перебирать белье, торопливо сдвигая пластиковые вешалки, чтобы быстрее покончить с неприятным занятием. Он рассматривал девственно-белые ночнушки, возбуждающие красные, вызывающие и бесстыдные черные. У одних были кружевные чашечки, у других — глубокий вырез на спине, а у некоторых — разрез чуть ли не до талии. В каждой из них он представлял себе Билли, и его кровь бурлила.

Ни одну из таких рубашек Билли не может надеть для Шеффера.

— Тебе нравится вот это?

Билли держала перед собой рубашку из белой прозрачной ткани, прижимая ее к талии. Она закружилась перед Ником, взмахнув подолом. Ник углядел под ним стройные бедра, обтянутые узкими голубыми джинсами, и его воображение расшалилось. Билли пританцовывала перед ним, и он любовался этой женщиной, сохранившей частичку детского очарования. Он представил себе, как она обнимает его, окутанная этой сияющей дымкой, с пылающим на щеках румянцем, ртом, приоткрывшимся для поцелуя, и волосами, в беспорядке падающими на плечи.

— Ну как? Ник хотел ответить, что ему не нравится. Но как он мог солгать? Она выглядела потрясающе. Жгучая ревность охватила его. Он убьет Шеффера, если мистер Модник только посмеет взглянуть на Билли в этой ночнушке.

— А ты не замерзнешь? — спросил Ник, пытаясь ее переубедить.

Билли моргнула.

— Нет, конечно.

Ход его мыслей резко сменил направление. Ник вообразил, как Билли припадает к Шефферу, подставляя губы для страстного поцелуя. Будет ли она целовать Шеффера так же, как целовала его? Он в замешательстве попытался отбросить подобные мысли. На сердце лежал тяжелый камень.

Билли заслуживает лучшего, чем болтливый, легкомысленный Дуг, обращающийся с ней как с породистым пуделем. Она заслуживает, чтобы в ней видели женщину, женщину из плоти и крови, со своими потребностями и желаниями, такими же сильными, как у любого мужчины. Трудно даже представить себе, что она наденет это сексуальное белье для Шеффера… или кого-нибудь еще… кроме него самого.

Эта мысль была самой опасной из всех. Ник обязан победить в войне с собственными желаниями. Он не тот мужчина, с которым Билли может почувствовать себя женщиной. Разве бывшая жена не доказала ему это раз и навсегда?

Но, может, удастся хотя бы продемонстрировать Билли, какого обращения заслуживает женщина. Даже если Ник и не относится к так называемым дамским угодником, все равно он лучше, чем Шеффер.

Глава 6

Так она не договаривалась! Разве ей нельзя хотя бы один раз почувствовать себя красивой? Билли хотела доказать Нику, что она так же женственна, как и любая другая девушка, но вовсе не собиралась показывать ему все. А под такой рубашкой действительно видно все!

Под напряженным взглядом Ника девушка внезапно ощутила себя уязвимой, словно ее джинсы и футболка растворились в воздухе и она стоит перед ним в чем мать родила. Нику незачем было отвечать на ее вопрос. Даже не имея опыта общения с мужчинами. Билли знала ответ. Как будто в ней пробудилась женская интуиция. Нику нравится эта прозрачная вещица, которую Билли держит перед собой. И очень нравится!

Тончайший хлопок струился по ее телу, придавая округлостям фигуры более мягкие, женственные очертания. Ткань льнула к голым рукам, словно лаская.

— Пожалуй, я возьму ее, — сказала Билли. У нее сдавило горло от странного томления, которого она до конца не понимала и не хотела понимать. Она отвела взгляд от мрачных, жарко пылающих янтарных глаз Ника.

— Разве ты не примеришь? — спросил он низким, хрипловатым голосом. Билли вспыхнула.

— Что? — Ее взгляд метнулся по людному магазину. — Хочешь сказать, здесь? Перед тобой? Ник фыркнул.

— Наверняка у них есть примерочные. Я могу высказать свое мнение. — Ник криво усмехнулся. — Бесплатно.

Это была неуместная шутка. Возможно, она не правильно поняла выражение его лица. Может, это был вовсе не интерес или желание. Ей захотелось убедиться, что Ник не дразнит ее, как в детстве.

— Нет, спасибо. То есть не обязательно. Уверена, что будет как раз.

— А это твой размер? — спросил Ник. Билли широко раскрыла глаза.

— Ты что! Невежливо спрашивать женщину… любую женщину, даже если это твоя мать, жена или вредная младшая сестренка, о ее размерах. Кроме того, если эта рубашка окажется чуть велика или мала, Дуг ничего не скажет. Я ведь не собираюсь носить ее на людях. Это только для него, — ответила она в надежде хоть чем-то уязвить Ника. — Если ты понимаешь, о чем я. Сомневаюсь, что она останется на мне надолго.

Судя по глазам Ника, потемневшим как ночь, Билли попала в точку. Ощутив, что ее уверенность в себе постепенно восстанавливается, она развернулась на каблуках и направилась к кассе.

Внезапная мысль едва не заставила ее споткнуться. Ник смотрит ей вслед! Ее тело напряглось, ноги одеревенели. Билли чуть не застонала, сообразив, что у нее походка как у ковбоя. И зачем она только надела эти сапоги? Обернувшись, Билли перехватила обращенный на нее взгляд Ника, который словно бы ласкал ее. Это наполнило Билли уверенностью в собственной женской власти, власти, которую она внезапно обрела над Ником.

Споткнувшись, Билли едва не упала, но в самый последний момент удержала равновесие. Она чертыхнулась и больше оглядываться не стала.

Может, Ник и не дразнил ее раньше. Трудно сказать. С Дутом все по-другому. Его комплименты какие-то двусмысленные. Его снисходительный тон и покровительственное отношение не льстят самолюбию, а напротив, внушают неуверенность. Билли извиняла его поведение тем, что он лучше ее разбирается в модной одежде. Но некоторые из его высказываний были для нее хуже яда. «Прекрасно выглядишь, крошка, — говорил Дуг со своей обычной плотоядной улыбкой, поправляя выпавшую из ее прически прядь волос или смахивая с платья соринку. — Стерлинги одобрят мой выбор невесты». Почему всегда создавалось впечатление, что он хвалит скорее себя, чем ее?

Ник же только смотрел на нее. Но в его глазах было столько энергии, что ее хватило бы на освещение всего Хьюстона во время урагана. Рядом с ним, с его потемневшими неотразимыми глазами и ленивой улыбочкой, она чувствовала себя словно в свете прожектора. Под взглядом Ника ее лицо покрывалось густым румянцем, а по телу словно ток пробегал. Она понятия не имела, как ответить на это, и просто отводила глаза.

Дожидаясь, пока кассирша завернет рубашку, Билли заметила на прилавке флакон духов. Проверив запах на запястье, она передала пузырек кассирше, чтобы добавить в счет. Когда еще у нее появится возможность швыряться деньгами, тратить их на глупые наряды и дурацкие мечты? В душе росло чувство вины, потому что Билли покупала все это не для жениха, а чтобы привлечь внимание Ника.

Она не испытывала особого влечения к Дугу. Но Ник! Рядом с ним она жила полной жизнью. Чувствовала себя женщиной с настоящими, естественными желаниями.

Эти безумные мысли могли завести в беду, но Билли было все равно. Она хотела играть с огнем… быть рядом с Ником. В последний и единственный раз. Пусть эта фантастическая неделя станет ее холостяцким загулом, ее последним праздником перед замужеством.

— Я заплачу, — внезапно произнес Ник. Кассирша кивнула.

— Конечно, сэр.

— Незачем, — возразила Билли, поджав губы. Она вручила женщине кредитку.

Ник выхватил ее и засунул обратно в кошелек Билли, протянув взамен собственную золотую карту.

— Нет. Я обещал тебе, что заплачу за все. — Он многозначительно подмигнул. — С удовольствием.

Чувствуя, что кассирша не сводит любопытных глаз с них обоих. Билли промолчала. Она спрятала кошелек и отправилась ждать Ника снаружи.

— Ты так вел себя, как будто мы любовники! — прошипела она, когда Ник вышел из магазина. Она не понимала, рассердило ли это ее, польстило или просто расстроило.

Ник равнодушно пожал плечами.

— Все лучше, чем если бы старший брат покупал ночнушку для своей младшей сестренки. — Он небрежно положил руку ей на плечо. — Идем. Надо подыскать для тебя пару платьев.

После двух часов, потраченных на покупки менее интимных товаров и пустую болтовню, не касающуюся медового месяца и недавнего поцелуя у бассейна, они зашли перекусить в ближайший итальянский ресторан. Билли не давал покоя один вопрос: каково это быть любовницей Ника?

Будет ли он ласковым и настойчивым, нежным и страстным? Что бы она почувствовала, свернувшись клубочком рядом с ним, когда он станет нашептывать ей всякие глупости? Ее сердце сжалось. Больше всего на свете она хотела узнать эти интимные подробности. Но это невозможно.

Они сели за самый дальний столик, и Ник налил по бокалу кьянти. Чувственная музыка, создающая романтическую атмосферу, нервировала Билли. Это место предназначалось для любовников, а Билли ощущала здесь себя самозванкой.

В мягком мерцании свечей каштановые волосы Ника и его загорелая кожа казались золотистыми. Билли теребила в руках красно-белую клетчатую салфетку. Хотела бы она знать, о чем он сейчас думает.

Официантка поставила перед ними два огромных блюда с макаронами. Ник положил полную тарелку и пододвинул ее к Билли. Макароны со сливочной ароматной подливой выглядели безумно аппетитными. Тоненькие спагетти, плавающие в томатном соусе с базиликом, были восхитительно вкусными.

Смущенная и неуверенная. Билли пыталась не уронить с вилки спагетти. В ушах у нее звучали мамины слова: «Если хочешь заполучить мальчика. Билли, вступай в игру». Сколько раз Билли делала удивленные глаза, услышав такой совет? Она никогда не умела «играть». Никогда не понимала правил. И кроме того, ей не нужны были мальчики. А один только Ник.

Теперь она отчаянно старалась припомнить, что еще советовала ей мама, но нужные слова ускользали, словно вода между пальцев. Молчание казалось неловким и затянувшимся. Шум ресторана утих, смех за соседними столиками стал еле слышным. У Билли колотилось сердце, шумело в ушах. Она случайно стукнула вилкой по тарелке.

— Прости, — пробормотала она с набитым ртом.

Ник слегка улыбнулся, отхлебнув еще вина. Вспоминая его поцелуй, вкус его губ, Билли судорожно вздохнула и попыталась подумать о чем-нибудь еще… кроме Ника.

— А как тебе работалось сегодня?

— Работалось? — Его вилка повисла в воздухе. — Прекрасно.

— Это хорошо.

Ник с задумчивым видом добавил:

— Завтра я буду занят почти весь день. Но ты можешь взять мою вторую машину.

— Ладно, — кивнула Билли. Ее охватило разочарование. Разозленная его ответом, она напомнила себе, что Ник ей не нянька. Он должен руководить компанией. — Чем будешь заниматься?

— Обычными делами.

— А именно? — спросила Билли, сообразив, что на самом деле не знает, чем Ник занимается, как он управляет компанией и что вообще представляет собой строительный бизнес.

Ник пожал плечами, словно речь шла о чем-то не очень важном.

— Я должен проверить, как движется работа на каждом объекте. Затем у меня встреча с подрядчиком. Будем обсуждать план застройки жилого района.

— Ты сам составляешь планы? — спросила Билли, вспомнив о его дипломе инженера.

— Я работаю с архитектором. Вместе мы выбираем, что лучше вписывается в рельеф местности.

— А в основном вы строите дороги?

— Пока да. Но мы расширяемся. Хьюстон сейчас активно застраивается. У нас контракты по нескольким объектам. Если хочешь, я покажу тебе мост, который мы сейчас строим. Есть еще договор с городскими властями. Мы должны расширить несколько дорог недалеко отсюда. Этот подрядчик может здорово нам помочь. Надеюсь, компания будет развиваться.

Она хотела как можно больше времени провести с Ником, а не сидеть в одиночестве, и еще — узнать, где он работает, что делает, как проводит время. Улыбаясь, она сказала вкрадчивым голосом:

— Я показала тебе ранчо, а теперь твоя очередь.

Изумленный взгляд Ника рассмешил ее.

— Твою контору, — пояснила Билли. — Я показала тебе, что делаю, а теперь ты должен отвезти меня на твои стройплощадки.

Ник положил вилку на край тарелки и уставился на Билли.

— Ты действительно хочешь это увидеть?

— Да.

Между его бровями залегла глубокая морщинка.

— Зачем? — Он покачал головой. — Там ведь грязно… шумно…

— И что? Я видела места и похуже, чем грязные лужи, а коровы отчаянно мычат, когда их гонят к кормушкам. — У Билли сдавило грудь, когда она задумалась о причине его отказа. Она опустила глаза. — Если ты против, я пойму. Я не хотела…

— Нет. — Ник виновато улыбнулся, накрыв ее руку своей.

Их взгляды встретились. Затем, словно чего-то испугавшись, оба отвернулись. Ник уткнулся взглядом в бокал с вином. Билли намотала спагетти на вилку. Внезапно ее пальцы стали такими же неуклюжими, как и попытки привлечь внимание Ника в магазине женского белья. Какая же она дура…

— Конечно, Билли. Я не против, просто удивился, что тебе захотелось посмотреть, как я работаю. Возможно, тебе будет скучно.

Скучно? Как время, проведенное с Ником, может показаться скучным? Не желая упускать эту возможность, Билли спросила:

— Во сколько выедем?

— Рано.

— Не проблема. Я ведь фермерша. Привыкла вставать до рассвета. Именно в это время коровам нравится завтракать, а телятам — рождаться. Просто дай мне чашку кофе, и я помчусь куда угодно.

Словно озадаченный ее решимостью. Ник покачал головой и почесал подбородок.

— Ладно. Если тебе хочется потратить на это день.

Билли не могла себе представить ничего более интересного.

— Эге-гей, детка! Иди ко мне!

Пронзительный свист подействовал на Ника так, словно ему кусок льда бросили за шиворот. Он резко развернулся в сторону полуголого строителя, посмевшего окликнуть Билли. Слова замерли у парня на губах, когда он заметил ярость в глазах своего начальника. Рабочий надвинул каску на глаза и извинился вслед уходящим Билли и Нику. Зная, что за ними следит множество любопытных мужских глаз, разглядывающих длинные ноги Билли в узких джинсах, Ник повел ее к вагончику, подальше от рабочих.

— Ты прав, — сказала Билли, пытаясь перекричать грохот отбойного молотка. Ее глаза были ясными, как безоблачное небо. — Здесь шумно.

Ник нахмурился, обдумывая бурную реакцию строителей на ее приход. Он сжал рукой дверную ручку, пытаясь подавить свой гнев. Ничего страшного в этом нет. Билли — красивая женщина. Разве парни могли это не заметить? Он должен радоваться, что рабочие восприняли ее появление с таким восторгом.

— А они дружелюбные, правда? — добавила Билли, застенчиво улыбнувшись.

— Не думаю, чтобы они были в твоем вкусе. Она склонила голову набок и уставилась на Ника, ее глаза блестели ярче, чем солнце.

— С чего ты взял?

— Бубба, вон тот, — он указал большим пальцем через плечо, — который собирался утащить тебя в свою берлогу, настоящий миляга. Наверное, самый приятный парень из всех, кого ты встречала в жизни. — Он помолчал секунду, потом добавил:

— Не то что твой жених.

Билли поняла его более чем прозрачный намек. Но ее голубые глаза вместо того, чтобы превратиться в осколки льда, заискрились смехом. Когда она перестала защищать Шеффера? Это обстоятельство почему-то не обнадежило Ника, а еще сильнее вывело из себя.

— Если тебя интересует, — предложил он, бросив суровый взгляд в сторону юного свистуна, — я могу договориться насчет свидания.

— Спасибо, — ответила Билли голосом роковой женщины, в ее глазах светилось веселье. — Но я уже занята.

Ник вопросительно поднял брови.

— С тобой. — Она улыбнулась еще шире и толкнула его в бок локтем. — Помнишь? Ты обещал, что вытащишь меня в город и развлечешь так, как я никогда не развлекалась. Так когда твой план начнет осуществляться? Я не могу ждать вечно. Тем более вон сколько народу вокруг вьется.

— Сегодня вечером. — Ник обнял ее за талию, надеясь, что она войдет в вагончик. Билли не шелохнулась.

— Если это так уж неприятно для тебя, — сказала она, — я могу спросить у Буббы, не найдется ли у него свободный вечерок на этой неделе.

Ник ответил на ее самоуверенную улыбку кривой усмешкой. Он не даст ей понять, как сильно задевает его всякое упоминание о другом мужчине рядом с ней. Хотя мысль о том, чтобы куда-нибудь пойти с Билли, нервирует его еще сильнее. Но он готов сделать все возможное, чтобы предотвратить свадьбу.

— Бубба занят. Он любимец женщин. Свиданий у него больше, чем дней в неделе. А значит, никуда тебе не деться от меня. После нашего свидания ты на Шеффера и взглянуть не захочешь. — Он легонько подтолкнул ее в спину. — Ты захочешь меня.

Смущенный своим дурацким заявлением, Ник переступил с ноги на ногу. Его взгляд встретился со взглядом Билли. Ее глаза потемнели, наполнив его сердце страстью.

Черт побери, он хочет сделать ее своей. Но это невозможно! Впрочем, много лет назад она была влюблена в него по уши. Это смущало его и в то же время льстило. Он заглянул в ее большие серьезные глаза и вновь напомнил себе о том, что ее чувства поблекли с годами. Разве она не дала это понять?

— Возможно. Но помни, Ник, я все равно выйду замуж за Дуга, — заявила Билли. Вскинув голову, она вошла вслед за ним в вагончик.

Ее слова больно ударили Ника. Нет, Билли Кид, я не позволю тебе выйти за Шеффера. Я не отступлю без борьбы. Пока не решу, что он для тебя — лучший мужчина.

Но если не Шеффер, тогда кто же? Он сам найдет для Билли подходящего жениха. Достойного ее любви, который понравился бы Нику. Но кто бы это мог быть?

Ник понял, что оказался в тупике. Он взглянул на Буббу и покачал головой. Нет. Перебрал в уме вереницу холостых друзей, однокашников, собутыльников. Каждый из них старается избегать серьезных отношений. Он вычеркивал их из своего списка одного за другим, выбраковывая по чертам характера или по внешним данным.

Горьковатый запах сбежавшего кофе и едкий табачный дым плотным облаком висели в захламленном помещении. Покрытый линолеумом пол был испещрен грязными следами. Окна, выходящие на стройку, заляпаны краской. Как часто Ник заходил сюда и ни разу не обратил внимания на обрывки бумаги, сваленные в кучи светокопии, инструменты, разбросанные в беспорядке! Единственной причиной, по которой он заметил этот кавардак, было его стремление произвести впечатление на Билли. Еще он знал, что бывшая жена ужаснулась бы при виде его рабочего места. Она и без того стеснялась его профессии.

Однако Билли это вовсе не трогало. Она вообще прекрасно вписалась в окружающую обстановку в своих ковбойских сапогах и джинсах. Если надеть пояс для инструментов и каску, вполне могла бы сойти за одного из парней. Взгляд Ника скользнул по округлостям ее фигуры. Нет, она никогда не будет похожа на парня. По крайней мере, для него.

— Эй, Джоди, — сказал Ник, снимая с вешалки у двери каску и протягивая ее Билли. Ему хотелось, чтобы на улице похолодало. Тогда Ник предложил бы ей телогрейку, чтобы скрыть ее фигуру не только от строителей, но и от себя тоже. — Как трудимся?

Джоди Дэвис оторвал взгляд от чертежей. Его крупные, узловатые руки лежали на столе, удерживая скручивающиеся края бумажного листа, покрытого голубоватыми линиями. При виде Билли лицо седого мужчины преобразилось. Он выпрямился, и бумаги, шурша, свернулись в трубку. Серые глаза Джоди пробежались по ладной фигурке Билли, и его сурово поджатые губы растянулись в улыбке. Он погасил сигарету.

— Ну и ну, кого же ты нам привел?

— Не раскатывай губы, — ответил Ник. — Это моя младшая сестренка, Билли Гюнтер. Билли, это Джоди Дэвис, мой помощник и правая рука.

Джоди с интересом посмотрел на Билли.

— Вот черт! Так ты и есть Билли Кид?

— Она больше не отзывается на это прозвище, — заметил Ник.

На этот раз Билли не стала обижаться, и Джоди продолжил:

— Ник и его папаша только и говорили, что о тебе и твоей семье. Признаться, я по-другому тебя представлял.

Билли с улыбкой пожала его жесткую руку.

— И кого ты ожидал увидеть? Парня?

— Не-а. Ребенка, судя по рассказам Лэтэма. — Он присвистнул, поедая глазами ее женственную фигуру. — А ты не ребенок.

— Рада, что ты заметил. Кстати, мы с Ником не родственники. Так что не давай ему морочить себе голову этой болтовней о старшем братце. — Она рассмеялась и посмотрела на Ника. — По-моему, мне здесь нравится.

Джоди сдвинул каску на затылок.

— Можешь приходить, когда угодно… — Он схватил стул, смахнул ладонью пыль с сиденья и пододвинул к Билли. — Хочешь кофе? А газировки? — Он склонился к ней, понизив голос. — Пиво в рабочее время запрещено. Но если только пожелаешь…

— Заткнись, Дэвис, — рявкнул Ник, вставая между ними. — Ты разговариваешь с чужой невестой.

— Что? А разве невестам нельзя пить? — Джоди почесал подбородок, покрытый жесткой, как наждак, серебряной щетиной. — Так ты выходишь замуж? Поэтому Лэтэм в пятницу умчался отсюда, словно удирая от фараонов?

— Понятия не имею, — откликнулась Билли со смехом, — но, впрочем, да, я выхожу замуж.

Ник почувствовал на себе ее пристальный взгляд. Он отвернулся к окну.

— Какого черта этот новый парнишка торчит на лесах? У него еще мало опыта.

Что-то пробурчав себе под нос. Ник взял чертежи, которые рассматривал Джоди, и склонился над столом. Притворяясь, что не замечает их оживленного разговора, он расправил свернутый лист и погрузился в его изучение.

Это было ошибкой, подумал он, притащить Билли на стройплощадку… Следовало оставить ее дома, вручить план галереи и забыть про ее интерес к его работе. Но, черт возьми, этот интерес польстил его самолюбию, тяжело раненному бывшей женой.

Диана проявляла полное безразличие к его работе, за исключением денег, которые Ник приносил в конце каждого месяца. Когда-то он хотел, чтобы жена имела свою долю в его компании, участвовала в заключении сделок. Но теперь ему казалось, что привести женщину на стройку — идея не из лучших.

— А где счастливый жених? — спросил Джоди.

— Дома остался.

— И он тебя отпустил? — Прораб покачал головой. — Напрасно.

— Почему? — удивилась Билли. Джоди скрестил руки на груди.

— Что ж, ты слишком привлекательна для мужчин, дорогуша, независимо от того, замужем ли ты, помолвлена или просто родственница этого зверя-начальника. — Он хлопнул Ника по плечу. — Значит, ты ее телохранитель, братец?

— Можно и так сказать, — буркнул Ник, не отрывая взгляда от «синьки».

— Ник намерен сорвать мою свадьбу, — пояснила Билли.

— Конечно. — Джоди фыркнул. — Этот крутой мужик Лэтэм хочет заполучить тебя.

Ник почувствовал, что горький ком подступил к горлу.

— Тебе нечем заняться, Дэвис? За что я тебе плачу?

— Вообще-то, — сказала Билли, не обращая на Ника внимания, — Ник просто не любит моего жениха. Он считает, что я заслуживаю лучшего.

— Ясно. — Джоди вынул из пачки сигарету и щелкнул красной зажигалкой. Глубоко затянувшись, он выпустил к потолку струю дыма. — Твой жених… он симпатичный?

— Да. — Она взглянула на Ника, улыбнулась и добавила:

— Даже очень.

— Хорошо зарабатывает?

— Он очень богат. — Неужели в голосе Билли прозвучала гордость? Или жадность? — У него собственная компания.

— Отцовская компания, — проворчал Ник.

— Ага. — Джоди, пропустив мимо ушей его замечание, стряхнул пепел прямо на пол. — Ведет себя порядочно? — Его глаза прищурились. — Не бегает по бабам? Не обижает тебя?

— Конечно, нет! Он уважаемый человек в городе. Член городского совета.

— В том все и дело. Политик, — буркнул Ник.

Джоди хлопнул Ника по спине.

— Это все ревность. Не позволяй Лэтэму дурачить тебя. Он не такой праведник, каким хочет казаться.

Ник заметил, что Билли его рассматривает. Она с победоносным видом, знакомым ему еще с детства, подняла бровь. Не в силах отвернуться, Ник посмотрел ей прямо в глаза, опровергая глупые слова Джоди твердым, как сталь, взглядом.

Глаза Билли были голубыми, теплыми и манящими, словно Тихий океан. Желание, сильное, как никогда в жизни, сдавило его грудь.

Боже, это правда. Он хочет, чтобы Билли принадлежала ему.

Воздух сгустился, затрудняя дыхание. Стены вагончика начали сдвигаться вокруг Ника. Его бросило в жар, от которого не мог спасти жалкий вентилятор в форточке. Ник схватил каску, которая предназначалась для Билли, вытер с нее пыль рукавом и нахлобучил девушке на голову.

— Идем. Я покажу тебе стройку. Она и с места не сдвинулась.

— Возможно, — ответила она Джоди. — Он считает, что я должна ходить на свидания даже после помолвки. Даже пообещал пригласить меня. Но пока еще не пригласил.

— Еще нет? — Джоди нахмурился. — Что ж, я был о нем лучшего мнения. Видишь ли, я всегда относился к Лэтэму как к сыну. Учил его всему, что знаю.

— Много времени это не заняло, — вмешался Ник.

— На что мне нужно обратить внимание? — спросила Билли. — Чтобы понять, увлекся ли он?

— Слушай, Билли… — Джоди загасил окурок каблуком. — Это может быть все, что угодно. Он может нагрубить. Стать раздражительным.

— А разве он не всегда такой? — спросила Билли со смехом.

— Не знаю. Обычно он довольно тихий. Может, это из-за тебя. — Джоди взглянул на Ника, его седые брови озабоченно сдвинулись. — Что-то он сегодня не в духе.

— Может быть, — предположила Билли, — съел что-нибудь не то.

— Во даешь! — Джоди прямо-таки затрясся от смеха.

Ник нахмурился еще сильнее.

— Вы закончили?

— Нет! — расхохотавшись, воскликнули они в один голос.

— С меня хватит. — Ник направился к двери. — Мне надо работать. Я еще вернусь, Билли. Ты можешь остаться с Джоди, если хочешь.

— Ник купил мне ночную рубашку, — вновь обратилась к прорабу Билли, доводя Ника до белого каления.

Джоди удивленно раскрыл глаза.

— Ну и ну. Как интересно.

Ник в бессильной ярости стукнул себя по лбу.

— Когда вам надоест перемывать мне косточки, найдете меня…

— Постой, парень. По-моему, я уже узнал больше, чем следовало. — Джоди кивнул Билли и сдвинул каску набекрень, словно ковбойскую шляпу. — Я не хотел встревать между тобой и твоей… э… подругой. Так что можешь идти с ней гулять. — Он похлопал Ника по плечу. — Я позабочусь о…

— Убедись, что тот новичок знает, что делает. Мне тут только несчастных случаев не хватало.

Джоди кивнул, заговорщицки подмигнул Билли и вышел.

Билли пыталась сдержать улыбку, на щеках появились ямочки, слишком привлекательные. Она уселась на расшатанный трехногий табурет.

— Ты когда-нибудь приводил сюда Диану? Этот вопрос застал Ника врасплох.

— А почему ты спрашиваешь? Она пожала плечами и положила ногу на ногу.

— Не знаю. Просто мне показалось, что ты как будто защищаешь свою территорию. Я даже не ожидала. Ты вел себя так, словно не хотел, чтобы я сюда приходила.

— Наверное, я не привык к таким нападкам.

— Ах, Ник, мы просто шутили. Чего обижаться? — Она встала и подошла к столу. — Итак, объясни мне, что означают все эти светокопии.

Облегченно вздохнув, Ник встал рядом с ней, стараясь не замечать новый запах, исходящий от ее загорелой кожи. Она пахла пляжем — теплый, приятный, свежий аромат. Переключившись на работу, он показал ей расположение строящейся дороги, ее соответствие планам, очертания рельефа, рассказал об используемой строительной технике.

Когда он снова взглянул на Билли, она улыбалась, ее глаза блестели, словно солнечные искры на поверхности воды.

— Кажется, ты любишь свою работу? Ник кивнул, чувствуя, как сжалось у него сердце.

— Эту ее часть.

— Что ты имеешь в виду?

Ник плюхнулся на табурет, который только что освободила Билли, и чуть было с него не свалился. Восстанавливая равновесие, он уперся локтями в колени. Что-то он разоткровенничался. Но насколько он знал Билли, она сможет понять его лучше, чем кто бы то ни было.

— Точно не знаю. Просто мне столько всего пришлось преодолеть.

Билли облокотилась о край стола, ожидая продолжения. Ник собирался с мыслями, пытаясь выразить то, что его мучило.

— Если бы я мог заниматься именно этим — работать на стройке, возиться с техникой, видеть собственными глазами, как движется дело, тогда да, я любил бы свою работу.

— А разве ты не этим занимаешься?

— Уже нет. В основном я трачу свое время на заключение сделок, встречи с потенциальными клиентами. Черт, я становлюсь все больше похожим на Шеффера.

Билли рассмеялась.

— Не думаю, что это повод для беспокойства. Ник посмотрел ей в глаза, желая найти в них правду. Он хотел убедиться, что она больше думает о нем, чем о Шеффере. Совсем запутавшись, он взглянул на часы и встал.

— У меня назначена встреча. Идем со мной.

— Боишься оставить меня с Джоди и парнями?

— Вот именно. Они весь день проторчат в вагончике, развлекая тебя.

— Наверное, это было бы забавно. — Билли направилась к двери. — Мне это понадобится? — Она указала на каску.

— Уже нет. — Ник снял галстук с крючка у двери и повязал его. — Мы идем в офис. Билли окинула взглядом свой наряд.

— В этом?

— Ты прекрасно выглядишь. Будешь моим смертельным оружием.

— Как это?

— Станешь отвлекать клиентов. Пока я буду заключать сделку.

— Не думаю, что это очень ценный план.

— Зато я думаю, — сказал Ник, не сомневаясь в ее возможностях.

За окном раздалась громкая ругань. Джоди, с побагровевшим от гнева лицом, орал на кого-то из рабочих.

— Он великолепен, — заметила Билли.

— Да уж. Уволить его, что ли?

— Ай, Ник. Мы просто шутили. — Она притронулась к его руке. Теплый, дружеский жест наполнился новым, сексуальным смыслом. — Не бойся. Я знаю, что не нравлюсь тебе. Всегда это знала. Ты просто за мной присматриваешь. Как Джейк.

Ник схватил ее за руку. Он хотел поцеловать ее, доказать, что она ошибается. В том-то вся и беда.

— Билли…

Ее глаза широко распахнулись. Рот приоткрылся. Казалось, она ждет его поцелуя. У Ника пересохло во рту. Его душили незнакомые, неведомые доселе чувства.

— Что, Ник?

Он вздрогнул, пытаясь избавиться от сдавливающего сердце желания. Ему не нужна Билли. Судя по словам его бывшей жены, он вообще не умеет обращаться с женщинами. Он — неподходящий мужчина для Билли. Но теперь он знал наверняка, что очень хотел бы стать для нее необходимым. Хотел бы этого больше всего на свете.

Покачав головой, Ник хрипло сказал:

— Ты права, Билли. — Он медленно разжал пальцы. — Я пытаюсь защитить тебя от Шеффера.

И от себя.

Глава 7

Вечером, как только они вернулись в дом Ника, зазвонил телефон.

— Там включен автоответчик, — сказал Ник. — Если это что-то важное, Джоди скинет мне на пейджер. — Он присел на корточки, приветствуя Бадди. Ретривер возбужденно вилял длинным шелковистым хвостом и прыгал вокруг Ника, стуча лапами по деревянному полу.

Билли взяла стакан с полки шкафа. Ей трудно было выносить молчание, установившееся между ними после отъезда из офиса. На встрече она чувствовала себя деревенщиной. Не в силах удержать язык за зубами, она выдвинула пару предложений, оказавшихся для клиента полной неожиданностью. После заключения сделки Ник обнял Билли.

— Ты была бы замечательным партнером, — сказал он.

Хоть Билли и попыталась ответить на его восторженную улыбку, на душе у нее скребли кошки. Она никогда не станет Нику любовницей. Он видит в ней только «партнера» или «приятеля».

По пути домой Билли пыталась разобраться в своих мыслях и чувствах. И пришла в еще большее замешательство. Что она испытывала, когда Ник схватил ее за руку в вагончике и притянул к себе?

Она думала, что Ник собирается ее поцеловать. Она хотела, чтобы он поцеловал ее. Желала каждой частичкой своего тела. Но этого не произошло. Такое впечатление, что между ними возникла прочная, непреодолимая преграда.

Ник как будто хотел произнести слова, которые бы их сблизили, но в последний момент снова спрятался за маской старшего брата. А может, она просто пытается наполнить желанным смыслом сказанное им или даже не произнесенное вслух.

Телефон продолжал звонить. Ник отправился выгуливать собаку. Все-таки решив не брать трубку. Билли налила в стакан воды из холодильника. Ледяная вода привела ее в чувство. Надо спуститься с небес на землю. Ник ею не интересуется. Да ей это и не надо. Она всего лишь хочет, чтобы Ник видел в ней женщину, а не приятеля.

Автоответчик проиграл записанное Ником сообщение, раздался сигнал, и из трубки донесся сердитый голос:

— Билли, ты там? Возьми трубку. Немедленно. Это очень важно.

Билли бросилась к телефону, расплескав на себя воду. В ушах шумело. Она заледенела от страха.

— Дуг? Что? Что случилось?

— Возвращайся домой. Прямо сейчас.

Перед ее глазами один за другим возникали пугающие образы. Это ее мать? Ей плохо? Заболела? О Господи! Сердце сжалось от страха. Вся ее хваленая независимость улетучилась. Она стиснула телефонную трубку с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

— Что…

— Этот безответственный, никчемный Джейкобсон сегодня уволился. Я так и знал, что на него нельзя положиться.

Билли покачала головой.

— Дуг, с мамой все в порядке?

— С твоей мамой? — переспросил он. Билли, словно наяву, увидела его пренебрежительную усмешку. — Чего ты хочешь? Чтобы я и с ней тоже нянчился? Хватит с меня возни с этими чертовыми коровами.

Волна злости, жгучей и яростной, нахлынула на Билли.

— Это ты так переполошился из-за ушедшего помощника?

— Ага, а ты что думала? Что я буду туг надрываться весь день, наполняя кормушки? Больше я никого кормить не собираюсь. Хватит на сегодня. Если мне еще придется…

— Тебе придется, — спокойно сказала Билли, скрывая раздражение.

— Что? — Дуг повысил голос.

— Я не могу вернуться домой прямо сейчас. Ты должен был заменить меня в «Скалистом Джи». Сказал, что справишься. Так справляйся.

— Билли…

— Дуг, — продолжила Билли строго, словно отчитывала ребенка. — Я не знаю, почему ушел мальчишка Джейкобсон. И знать не хочу. Я занимаюсь подготовкой нашей свадьбы. Помнишь? Я здесь тоже не развлекаюсь. — Билли исказила правду совсем чуть-чуть. Понимание того, что Ник к ней равнодушен, причинило ей острую душевную боль. — Я ведь не на каникулах, — продолжила она, — когда можно бездельничать целыми днями и валять дурака. Я бы предпочла оказаться на твоем месте, вычищать стойла и готовить корм для нескольких десятков животных, а не мотаться по магазинам за подарками, тряпками и прочей ерундой. Так что справляйся, как хочешь, пока я выполняю мою часть сделки. Лады?

— Я не прошу тебя вернуться, Билли. Я просто предупреждаю.

Это замечание окончательно вывело ее из себя.

— Дуг, ты позаботишься о животных. В противном случае тебе придется заплатить кучу денег за причиненный ущерб. Ты говорил, что с этим справится даже ребенок. Так докажи. Договорились?

Ответа не последовало, Дуг повесил трубку. Злость Билли исчезла, словно пламя, погашенное ведром воды. Сомнения и тревога, проникшие в путаницу ее мыслей, мешали сосредоточиться. Наверное, ей надо вернуться. Ранчо на ее ответственности. Ей нельзя просто так остаться в стороне. Разве можно доверять Дугу в таких делах?

Что она здесь делает? Играет с Ником в дурацкую игру, не способную принести ничего, кроме сердечной боли.

— Так из-за чего такая суматоха? — спросил Ник, напугав ее.

Билли повернулась и увидела его в дверях. Брови его хмурились. Он придерживал рукой дверную ручку, напряженный, готовый к действию. Бадди прошмыгнул мимо него и бросился к Билли. Огромная лохматая зверюга положила голову ей на колени и лизнула руку. Выдавив робкую, неуверенную улыбку, Билли почесала пса за ушами, и его хвост застучал по полу.

— Позвонил Дуг. — Вспомнив о своей намокшей футболке. Билли скрестила руки на груди. — У него проблемы на ранчо.

Улыбка вспыхнула на губах Ника, тревога исчезла из его взгляда.

— Подожди, — он выдвинул стул из-под кухонного стола и облокотился о его спинку. — Это еще цветочки.

Билли сдержала усмешку, представив, как Дуг тащит в загон мешок с кормом, обходя коровьи лепешки. Стараясь не поощрять злорадство Ника и, главное, пытаясь сохранить свою преданность Дугу, она пересказала телефонный разговор.

Вопреки ее ожиданиям. Ник не стал смеяться. Он кивнул, губы его сжались.

— Ты молодец. Правильно поступила.

— Сомневаюсь. Я говорила со зла. Он действительно напугал меня, — ее руки все еще дрожали, и она крепко сжала ладони. — Я подумала, что-то случилось с мамой. Что-то…

— Знаю. — Низкий ласковый голос успокоил ее страхи. Ник подошел к ней и обнял за плечи. Ей захотелось прижаться к нему. Она так много потеряла. И Ника терять не хотела. Но разве можно полагаться на то, что тебе не принадлежит?

Его теплое прикосновение напомнило ей о причине, по которой она сказала Дугу, что вернется не скоро. Естественно, этой причиной был Ник.

Большой палец Ника скользил по ее плечу, описывая круги. В этом движении не было ничего сексуального. Но Билли чувствовала, как напрягается каждая жилка в ее теле. Она хотела упасть в его объятия, но не осмеливалась.

— Не знаю, что бы я делала, если бы… — Она впитывала его силу, вдыхала мужской запах земли и ветра. Ее мысли путались. Вспоминалась мама. Представив себе, как ужасно потерять единственного близкого человека, она смогла унять свое возбуждение. У нее сдавило горло. — Я уже так много потеряла.

Наверное, она сглупила, уехав с ранчо. Вдруг что-то случится с мамой, оставшейся в одиночестве!

— Эй! — Ник слегка сжал ее плечо. — Все хорошо. Твоя мама в порядке. Если бы возникли какие-нибудь сомнения, я первый бросился бы в Боннет. Ты правильно сделала, Билли. Дуг должен понять…

— А если бы на самом деле произошло что-то ужасное? Он знал бы, что ему делать? Что, если он не накормил коров и лошадей? Это ведь куча работы. Мы-то знаем.

— Скоро и Дуг узнает.

— Я не хочу, чтобы дело страдало из-за моего эгоизма.

— Ты не эгоистка. Ты самый самоотверженный человек из всех, кого я знаю.

— Ошибаешься, Ник. Я эгоистка. После свадьбы я поступлю в колледж. Буду учиться на ветеринара.

От удивления Ник крепче сдавил ей плечо. Потом радостно улыбнулся.

— Давно пора. Ты это заслужила. Билли хмыкнула.

— Не знаю. Но я беспокоюсь о ранчо. Сможем ли мы найти кого-нибудь, кто справится с работой? Или мне придется бросить учебу, если работник вдруг уйдет? Может, я только погублю хозяйство. Лошади и коровы на моей ответственности. По-моему, папа разочаровался бы во мне.

— Эй! — Ник схватил ее за плечи и, развернув лицом к себе, окинул яростным взглядом. — Ты пожертвовала жизнью, своими мечтами, своими планами ради этого ранчо. Я горжусь тобой, горжусь тем, что у тебя хватило духу бороться за свою мечту. — Билли отвела взгляд, но Ник приподнял ее подбородок, заставив взглянуть ему в глаза. — Теперь уж не отступай, держись. — В его голосе звучала уверенность. — Одну неделю ранчо без тебя проживет, Билли. И даже больше, когда ты начнешь учиться. Ты найдешь помощника постарше и понадежней, чем этот паренек. Я помогу, если понадобится. Так что не переживай. Мы справимся.

Билли хотела ему верить, отчаянно хотела видеть в его словах свое спасение. На этот раз она примет его помощь.

— Животные не пострадают. Но Шеффер… — Ник ослепительно улыбнулся, в его глазах блестело знакомое лукавство. — Пока что он один и страдает. И это тебе на пользу.

— Знаю, знаю. Он научится уважать все, чем я занималась в последние годы. Ник кивнул.

— Вот именно, — он привлек Билли к себе. Биение ее сердца эхом отдавалось в его теле. — Кроме того, ведь у тебя свои планы. Пока он будет ссыпать зерно и убирать навоз, мы насладимся великолепным ужином.

Ник отпустил ее так же внезапно, как и обнял, смущенную и желающую большего.

— Иди, — сказал он, — переодевайся. У нас заказан столик на семь часов.

Шикарное черное платье Билли, купленное накануне, прекрасно соответствовало обстановке ресторана. Оно подчеркивало ее стройность, темным потоком струясь по фигуре. Решительность Ника таяла на глазах. Разве можно противостоять такому искушению? Он хотел поцеловать ее узкое плечико, коснуться теплой кожи, вдохнуть новый аромат, напоминающий о лунных ночах, наполненных тайной и страстью. Его губы желали нового поцелуя, нового объятия… чего-то большего… Он жаждал того, что могла ему дать только Билли.

Ник вспомнил слова Билли, которые она сказала Дугу по телефону. Он как раз вошел в кухню, когда она произнесла простую фразу, ошеломившую его: «Моя часть сделки».

Сделка? Так вот чем является ее замужество? Неужели Билли заключила с женихом какой-то договор? Неужели это брак по расчету? Зачем ей это? Почему она жертвует собой ради такого человека, как Шеффер? Просто чтобы поступить в колледж? Невероятно. Но насколько Ник знал Билли, она способна на любую жертву ради осуществления своей мечты.

Это должно было взбесить Ника. Однако не взбесило. Такой ход событий был ему даже на руку. Значит, Билли не любит Дуга Шеффера и может полюбить Ника…

Эта неожиданная мысль испортила ему настроение. Что-то липкое и неприятное зашевелилось внутри, вызывая тошноту. Такие мечты доказывали, что он и сам любит ее. И это пугало его до полусмерти.

Ослабив узел галстука. Ник заказал еще одну порцию шотландского виски. Билли тем временем потягивала шардоне. Мягкая, чувственная музыка наполняла пространство бара, где они ждали столик. Ник старался не замечать блики света на ее обнаженных плечах, золотисто-медовых от загара. Любуясь ею, он попытался вспомнить, как продавщица называла глубокий вырез на спине платья, сужающийся к талии. Ага, «замочная скважина». Пожалуй, вырез слишком большой для «замочной скважины» и слишком сексуальный.

— Уютное местечко, — заметила Билли.

Взгляд ее блестящих глаз блуждал по винно-красным кожаным креслам, полированному полу, сверкающим бокалам на стойке бара. Похоже, ей нравилось безупречное обслуживание, заставляющее Ника чувствовать себя скованным. Элегантные посетители, заполнившие ресторан, выглядели ослепительно в роскошных нарядах и с таким количеством бриллиантов и жемчуга, что их хватило бы на целый ювелирный магазин. Ник выбрал этот ресторан, потому что он считался лучшим и потому что Билли заслуживала лучшего. Но его это заведение не впечатляло. Оно напоминало ему о бесконечных требованиях бывшей жены, которые ему никак не удавалось удовлетворить.

— Ты часто здесь бывал?

— Нет.

— А вообще был когда-нибудь? С Дианой? — Странный оттенок прозвучал в голосе Билли. Ник задумался об уровне ее запросов. Все-таки она ест с ладони Шеффера.

— Я никогда не был здесь раньше, — признался он, чувствуя себя рыбой, вынутой из воды. Был ли тому причиной ресторан? Или Билли? Поскольку от второго вопроса Ника бросило в жар, он решил остановиться на мысли, что шикарная обстановка ресторана действует ему на нервы. Это он еще мог признать. Рядом с Дианой он чувствовал то же самое. Но это натолкнуло Ника на мысль, что он может разочаровать Билли.

— А почему сегодня пришел? — Ее глаза казались глубокими голубыми озерами. У Ника сдавило горло.

— Я хотел чего-то особенного. Ты заслуживаешь лучшего, Билли, а не второсортного мужа и неудачного брака с Шеффером. Это самый лучший ресторан. Пятизвездочный. Никогда не соглашайся на меньшее.

Ее глаза сверкнули, как сапфиры.

— То есть пять звезд — это хорошо?

— Тебя надо почаще вытаскивать с твоего ранчо, — заметил Ник с улыбкой. Он хотел бы дать ей то же, что и Шеффер. Но как? Примет ли она что-нибудь от него?

Несколько минут спустя они уже сидели в дальнем уголке ресторана. Пальма в кадке, раскинувшая листья огромным веером, отгораживала их от остальных посетителей. Ник спросил себя, разумно ли им с Билли уединяться, словно двоим уцелевшим на необитаемом острове. Но вскоре реальность напомнила о себе. Они были не одни. Официант принес карту вин в кожаной папке и вручил ее Нику.

Пока Ник делал трудный выбор. Билли рассматривала серебряную хлебницу в центре стола и фигурные кусочки масла, выполненные в виде нежных бутонов роз.

— Я никогда не была в таких дорогих ресторанах. Надеюсь, я ничего тут не разобью. — Она вытерла пальцы о белую льняную салфетку. — Или того хуже.

— Все будет хорошо, — ответил Ник. Но в душе он не был так уверен.

Перед его взглядом шел бесконечный перечень красных и белых вин. Судя по названиям, большей частью французских и итальянских. Такие названия и выговорить трудно — язык сломаешь. Мерло или шардоне еще куда ни шло. Но это не все. Они шли под номерами. Какой номер выбрать? И как правильно произнести? Ник был уверен, что его техасский акцент произношения не улучшит.

Затем он взглянул на цены, взглянул еще раз и чуть не подавился виски. Как может виноградный сок стоить так дорого? Не выставит ли он себя невежей, если закажет пива? Нет, он так не сделает. Сам ведь говорил Билли, что она достойна лучшего. И докажет ей это. Раз так, значит, он должен заказать самое дорогое вино? Если оно нанесет весьма ощутимый удар по его кошельку, означает ли это, что оно действительно лучшее?

Что делать? Ткнуть пальцем наугад? Ник вспомнил, какое унижение испытывал, делая заказ в присутствии своей бывшей жены. Сверкая зелеными глазами, Диана высмеивала сделанный им выбор. Она надарила ему кучу книг по виноделию, ни одну из которых он даже не раскрыл. В конце концов, возмущаясь его «неотесанностью», она взяла эту обязанность на себя и сама заказывала вина, сопровождая процедуру едкими и красочными замечаниями по поводу его типично техасской тупости. Гостей смешили ее острые высказывания; именно тогда Ник понял, что их браку приходит конец.

И тут он вспомнил, как пригласил Шеффера и Билли на ужин в Боннете. Он тогда предложил Шефферу выбрать вина к ужину вовсе не из вежливости, а потому что не хотел выставить себя дураком. Его мысли смешались при попытках восстановить в памяти ритуал, выполненный Шеффером, когда вино было подано. У Ника засосало под ложечкой от тягостного предчувствия. Сейчас он наверняка опозорится перед Билли.

Ник привел ее сюда, чтобы показать, чего она достойна. Он хотел произвести на нее впечатление, доказать, что способен превзойти Шеффера. Но способен ли?

— Не желаете ли заказать вино, сэр? — с заученно сердечной интонацией спросил официант.

Холодная волна мрачных предчувствий поднялась в душе Ника. Сейчас или никогда. Он медленно закрыл папку.

— Билли, тебе ничего особенного не хочется? Ее глаза широко раскрылись, затем она покачала головой, полностью положившись на вкус Ника, который еще требовалось доказать.

— Что бы вы порекомендовали из красных вин? — спросил он у официанта.

Пожилой мужчина склонил голову набок, внимательно разглядывая Ника. А тот почувствовал себя так, словно проигрывает конкурс на лучшего посетителя ресторана. В уме он уже начал прикидывать, какую оценку поставил ему официант.

— Ах, да… — официант взял у него карту вин, — список достаточно обширный.

— Мне бы год понадобился, чтобы что-нибудь выбрать, — ответил Ник. Официант кивнул.

— Вы предпочитаете крепленые вина или легкие? Если честно, он предпочитал простое американское пиво. Всего лишь пиво. Не слишком крепкое, не слишком слабенькое. Холодное пиво каждый день. Надеясь угадать, он ответил:

— Что-то среднее.

— Сухое?

Ник понятия не имел, что ответить. Он почувствовал на себе взгляд Билли. Воротничок рубашки вдруг стал ему тесным, как будто сел после стирки.

— Да, — рискнул он.

— Терпкое?

Этот вопрос оказался еще сложнее. Ник недоуменно почесал подбородок.

— Или вам нравятся фруктовые ароматы?

— Вот это уж точно нет, — ответил Ник. Краем глаза он заметил, что Билли опустила голову, скрывая улыбку. Ник вспыхнул. Ему хотелось спрятаться под стол или взмахнуть белой салфеткой, признавая свое поражение, и отправиться в какое-нибудь другое место, не такое шикарное, которое больше бы ему подходило.

Обдумывая ответы Ника, официант покачал головой.

— Наверное, пинонуар. — Он пробормотал еще несколько французских названий, которые привели Ника в полнейшее замешательство.

— Что вы сказали вначале? — Ник нахально изогнул бровь. Он покраснел, как помидор, когда седовласый официант повторил название вина. — Пойдет.

— Отличный выбор, — сказал официант, слегка поклонился и отошел от их столика.

Ник перевел взгляд на Билли, ожидая от нее смеха, презрительных слов, смущения. Тончайшие, как паутинка, морщинки разбежались от уголков ее голубых глаз. Она улыбалась. У Ника пересохло во рту.

— Я в восторге, — заявила она.

— От чего?

— Откуда ты столько знаешь о винах? Ник рассмеялся.

— Я ничего не знаю. Просто отвечал на его вопросы.

— Ага, но ты же знал, что такое сухое вино, и это, как его… — она помахала рукой, — терпкое.

— Ни черта я не знаю. — Ник покачал головой. — Просто фруктового я точно не хотел, — его несчастный голос вызвал у Билли смех.

Они рассмеялись, склонившись друг к другу. Что-то промелькнуло между ними. Вспышка. Озарение.

Внезапно оба отшатнулись и откинулись на спинки своих кожаных кресел. Ник отвел взгляд. Билли вертела в руках салфетку. Ник схватил со стола меню и прикрылся им, как щитом. Ситуация становилась опасной. Хорошо бы понять, что за странные чувства нарастают в груди. Тогда он знал бы, наступать ему или спасаться бегством.

— Так, значит, ты эксперт по винам, — сказала Билли, отвлекая его внимание от меню.

— Я не узнаю сухое вино, даже если встречу его на пути.

Билли расхохоталась. Она откинула голову, выставляя напоказ свою длинную, стройную шею. Ее шелковистые волосы струились золотым потоком. Нику захотелось перегнуться через стол и поцеловать ее именно в то место, где у основания шеи пульсировала жилка. Когда Билли взглянула на него снова, ее глаза потемнели, как ночь, и казались таинственными и дурманящими, словно глоток бурбона.

Спасая свое самообладание. Ник сжал в руке стакан с виски и залпом допил его.

— Зато, если хочешь что-то узнать о пиве, я в твоем распоряжении.

— Пиво, да? — Билли одарила Ника лучезарной улыбкой. Она облизнула губы. — Нет ничего лучше холодного пива в жаркий летний денек.

Ник никогда не думал раньше, что в совместном распитии пива может быть что-то возбуждающее, но с Билли, похоже, так оно и есть. Но еще более возбуждающе — коснуться губами ее губ, вдохнуть ее запах, почувствовать в своих объятиях нежное, податливое тело. Кубики льда в его стакане громко щелкнули друг о друга, слегка остудив его жар.

— Так почему бы нет? — спросила Билли, бросив салфетку на стол рядом с тарелкой.

— Что?

— Уйти. Купить себе ледяного пива. Расслабиться. — Она повертела головой из стороны в сторону, как будто у нее затекла шея. — Это заведение меня нервирует. По-моему, я слишком долго была паинькой.

— А как же ужин?

— Мы еще ничего не заказали. Давай уйдем. — Она понизила голос. — Мне кажется, нам обоим здесь неуютно. Так зачем оставаться? Мы можем где-нибудь перехватить по бутерброду. Где-нибудь, где есть хорошее пиво.

Ник улыбнулся. Вот эта женщина в его вкусе — твердо стоящая на земле, способная увидеть смешное в любой ситуации и жутко сексуальная. Именно в такую он мог бы влюбиться.

Глава 8

Именно таким Билли запомнила и полюбила Ника Лэтэма. С одной стороны — крутой парень, всезнайка, с другой — ранимый мальчишка. Это был человек, укравший ее сердце. Поставив машину под белым металлическим навесом, украшенным зелено-розовой неоновой вывеской, Билли заказала двойной чизбургер, огромную порцию картофеля фри и литр пива. Зачем беспокоиться о калориях, когда сердце вот-вот разобьется?

Ник лукаво ей улыбнулся, отчего у Билли все перевернулось внутри, и взял себе то же самое, добавив к заказу нарезанный кольцами лук. Будь на его месте Дуг, он вместо того, чтобы присоединиться к пиршеству, удивленно поднял бы брови и намекнул бы, что хочет сохранить ее фигуру стройной после свадьбы.

Порадовавшись хорошему настроению Ника и сходству их вкусов. Билли улыбнулась в ответ.

— Я тебя раскусила.

Ник снял парадный пиджак и закатал рукава накрахмаленной белой рубашки.

— Что? Что я опять сделал не так?

— Я поняла твой новый способ помешать моей свадьбе. — На самом деле Билли пришла к мысли, что способ у него только один. Но вряд ли Ник предложит ей свое сердце в обмен на расторжение помолвки с Дутом. — Ты собираешься так меня раскормить, чтобы я не влезла в свадебное платье, верно?

— Вот как, — хмыкнул он. — Ты меня насквозь видишь.

Билли откинулась на спинку сиденья, наслаждаясь мягкой ночной прохладой. Ее кожа покрылась пупырышками, и она обхватила себя за плечи, радуясь наступлению ночи, запахам вкусной еды и холодного пива и старому верному другу рядом.

— Ты замерзла? — спросил Ник, положив руку ей на плечо. Его пальцы казались обжигающе горячими. — Если да, я закрою окно.

— Не надо, — нежным голосом ответила Билли. — Мне хорошо. Это напоминает прошлые деньки. Когда мы ходили в походы.

— У меня еще осталась та оранжевая палатка. Можно будет поставить ее на заднем дворе.

Ее улыбка стала шире. Поерзав на сиденье, она сняла туфли на высоких каблуках и пошевелила пальцами ног.

— Ночевки на сырой земле уже не кажутся мне приятными.

— Согласен. Я слишком стар, чтобы спать на земле.

— Больше всего мне нравилось холодным утром разводить костер и готовить яичницу с ветчиной, а затем поджаривать хлеб.

— Нет ничего лучше, — согласился Ник. — А я любил ночь. Залезть в спальник, зная, что с одной стороны ты, а с другой — Джейк… Мне казалось, что именно такой и должна быть семья. Дома я был лишен этого.

Билли взяла его за руку.

— Ах, Ник. Я знаю, тебе было трудно, когда ты потерял маму. Но я понятия не имела, что ты так скучал по дому.

— Я не сильно скучал. Твоя семья дала мне любовь и поддержку. Я ждал, когда папа уедет и я смогу перебраться к вам. Мне даже нравилось распевать эти глупые песенки, которым нас учила твоя мама. И слушать страшные истории, которые выдумывал твой отец.

— Я их боялась, — призналась Билли, вспомнив, как в темных тенях ей мерещились привидения.

— А я нет. Я нигде не чувствовал себя в такой безопасности, как с твоей семьей, — он отвернулся, словно сболтнул лишнее, раскрыл какую-то потаенную часть своей души. — Помнишь, как мы играли в «Монополию» по ночам? Джейк постоянно разорялся.

— А ты всегда выигрывал, — подхватила Билли. — Но еще больше мне нравилось хрустеть в спальне чипсами и рассказывать анекдоты. — Она отпустила его руку и слегка толкнула в плечо. — А вы с Джейком учили меня играть в покер на раздевание.

Ник смущенно покосился на нее.

— Мы же не по-настоящему раздевались. Не до конца. Кроме того, это входило в правила игры. Мы были детьми. В этом не было ничего сексуального.

Тогда — наверное. Но сейчас…

— Ага. Только папа так не думал. Хорошо, что он вовремя поднялся наверх.

Ник фыркнул, его плечи вздрагивали от смеха.

— Мне с Джейком пришлось за это целый месяц выгребать навоз. Но ты тоже не такая уж невинная. Помнишь, как ты стащила нашу одежду на Ивовом пруду?

— Эй, я же оставила вам ботинки! — У Билли заболел живот от смеха. Она повернулась лицом к Нику, радуясь его теплой улыбке, установившейся между ними близости. — Мама не разрешала вам купаться голышом. А вы все равно это делали. И меня с собой не брали. Вы сбежали от меня и прятались целый день. Но я в конце концов выследила вас на пруду, прокралась и собрала всю вашу одежду. А вы были так увлечены купанием, что меня даже не заметили.

Она захихикала, вспомнив смущение и злость мальчишек. Они хотели броситься за ней в погоню, но их храбрый порыв был остужен холодным вечерним ветром. Они предпочли снова залезть в воду, вместо того чтобы гоняться за Билли в голом виде.

— Я думала, что Джейк меня убьет.

— И я бы ему помог. — Ник перестал смеяться. — А ты знаешь, что случилось после того, как ты убежала домой?

— Нет. — Ее глаза широко раскрылись. — А что?

— Когда солнце скрылось, мы начали замерзать. Это прибавило нам храбрости. Лучше уж добежать до дома голыми, чем отморозить задницы. Так что мы вылезли из пруда. И наткнулись на Марсию Демпстер, Джин Чепмен и Райану Берк.

— Ой, нет! — Билли откинулась на сиденье, умирая от смеха.

Ник покачал головой, его уши стали малиновыми.

— Не знаю, кто из нас сильнее испугался, девчонки или мы с Джейком. Но мы тут же нырнули в воду, а они удрали, — он притворно нахмурился, но его глаза улыбались. — Так что, Билли, спасибо тебе за один из самых ужасных моментов в моей жизни.

— Всегда пожалуйста. Я рада, что смогла обеспечить тебя таким приятным воспоминанием.

Ник улыбнулся с несчастным видом.

— А какие еще ужасные моменты были в жизни Ника Лэтэма? — спросила Билли.

Его улыбка растаяла. Глаза стали холодными, как лед. Билли затронула больное место.

— Какие? — повторил он резким голосом. — Своей бывшей жене я обязан несколькими такими моментами. Только это уже не смешно.

— Правда? — с сожалением произнесла Билли. Внезапно у нее заныло сердце от боли, прозвучавшей в его голосе, от грусти, темнеющей в глазах. Она хотела прикоснуться к нему, но боялась переступить невидимую черту между ними. Или она уже сказала слишком много?

Официантка на роликах принесла им ужин и напитки. Ник заплатил по счету и протянул Билли ее чизбургер. Оба пакета с картошкой они поставили между собой — чтоб легче было брать. Ночная тьма сомкнулась вокруг них, ограждая от окружающего мира. Они накинулись на толстые, сочные чизбургеры, обильно поливая их кетчупом.

— Мы слишком разные, — помолчав, сказал Ник. — Диана и я. Иногда я удивлялся, что нас свело вместе.

Затаив дыхание, Билли ждала, когда Ник продолжит, раскрывая перед ней свое сердце.

Он повел плечом.

— Она была красивой. По крайней мере, мне так казалось. А характер… что ж, я понял это не сразу.

Откусив бутерброд, он погрузился в свои мысли, а затем, прожевав, продолжил:

— Ладно, я допускаю, что был ослеплен, а не влюблен, когда женился. В то время я вряд ли понимал разницу. Но что она во мне нашла? С самого первого дня нашего брака она только и делала, что упрекала меня. Я уж начал сомневаться, было ли во мне хоть что-то хорошее, что могло подтолкнуть ее к замужеству.

— Ох, Ник. — У Билли сдавило горло от боли и обиды. — Ты красивый, милый, внимательный… забавный, решительный. В тебя любая девушка влюбится.

— Не-а, это не так. Думаю, она увидела, на что я способен. И хотела перевоспитать меня, изменить.

Билли поморщилась. Разве не то же самое делает с ней Дуг?

— Черт, наверное, Диана права. У меня множество недостатков. Слишком много. Но горькая правда в том, что она любила меня таким, каким хотела видеть. Любила мои возможности.

— Твои «возможности»? — переспросила Билли, бросая в рот последний ломтик картошки и запивая хорошим глотком пива.

— Ага. В колледже я готовился управлять отцовской компанией. — Ник скомкал промасленную бумагу, в которую был завернут бутерброд, и швырнул ее в пакет, словно мяч в корзину. — У меня была шикарная машина. Крутая тачка, как говорили приятели. Это нравилось девушкам. Я работал на стройке и неплохо зарабатывал. Я дарил ей подарки, водил в приличные рестораны, когда остальные ребята могли раскошелиться только на дешевые закусочные и кино по выходным. Диана разглядела во мне способность сколотить состояние. И захотела урвать свой кусок.

Ник взглянул на кошелек, лежащий на приборной панели.

— Что ж, теперь она свое получила, — он повернулся к Билли. В свете неоновых ламп черты его лица стали более резкими. Он казался старше, чем парень, которого она знала. — Горькая правда заключалась в том, что она ненавидела мою работу. Ненавидела грязь на моих ботинках и под ногтями. Ей нравилось, что у меня свой бизнес. Но суть этого бизнеса она ненавидела. А меня стеснялась.

— Ой, Ник. Какой ужас! Как она могла…

— Это не только ее вина. Я ее разочаровал.

— Как? Что ты сделал?

— Я не мог ей угодить. Не понимал, чего хотят женщины. Сколько раз она мне это говорила! Я не знал, как сделать ее счастливой. Возможно, оттого, что рос без матери. Диана не была похожа ни на одну из девушек, которых я знал.

Боль отравленной стрелой пронзила сердце Билли. Она была лучшей подругой Ника. Но у нее никогда не возникало каких-то особенных желаний, как у женщины вроде Дианы. Ей казалось, что она разбередила старую рану. Она была пацанкой. И всегда останется ею. И Ник будет воспринимать ее только так.

— Однажды днем, — продолжил Ник, — я пришел домой пораньше, надеясь порадовать свою благоверную поездкой в Мексику на выходные. У нас было трудное время. Я все дольше задерживался на работе и думал, что это поможет нам сблизиться. Я ошибался. Как и всегда. Диана пригласила на чай своих чванливых приятельниц. Жен докторов и адвокатов, — он отхлебнул пива. — Она встретила меня у задней двери и попросила не входить, пока они не уйдут. Боже, она была в панике. Испугалась, что ей придется знакомить меня с ними. Но это был мой дом! А со мной обошлись, как с прислугой.

— И что ты сделал? — спросила Билли, не в силах представить себе Ника, блуждающего вокруг собственного дома в ожидании, когда гостьи разойдутся.

— Я послал ее к черту и вошел. Дамы прервали беседу, когда я появился в гостиной. Я не ждал, что Диана представит меня. Сказал, что я — садовник. А на следующий день подал на развод.

— Ох, Ник. — Глаза Билли наполнились слезами. Ее переполняли боль и сострадание. Эти чувства бурлили в душе, смешиваясь с обидой и недоверием. Неужели кто-то мог стесняться Ника? Как можно было относиться к собственному мужу с таким пренебрежением?

— Видишь, Билли, брак, в котором нет уважения, добром не кончится.

Билли понимала, что он хочет этим сказать. Ей вспомнилось, как Дуг сердито смотрел на нее, когда она брала не ту вилку за ужином, прерывал на полуслове, когда она затрагивала неудобную тему в разговоре с клиентами. Дуг боялся, что она поставит его в неловкое положение. А если он будет обращаться с ней так, как Диана обращалась с Ником?

Вдруг она вспомнила, как Ник затащил ее в строительный вагончик, подальше от рабочих, пререкался с Джоди, потому что тот заигрывал с ней. Ника беспокоит, что она нравится мужчинам!

Билли снова взглянула на его гордый профиль. С ним она чувствовала себя защищенной. Набравшись храбрости, она дотронулась ладонью до его теплой щеки, ощутив прикосновение грубой щетины. Потом, взяв за подбородок, повернула к себе его лицо.

Ее жаждущие губы раскрылись ему навстречу. Она любила этого мужчину, любила его силу и его ранимость. Оказывается, он испытал рядом с женой то, что сама Билли чувствовала рядом с ним — неуверенность в себе, сомнения, протест. Ей хотелось, чтобы он знал: она понимает его боль, смущение и злость. Но словами это не выразишь. Поэтому она вложила сердце и душу в обжигающий поцелуй.

На этот раз она целовалась с большим опытом и почувствовала искренний отклик Ника. Мир пошатнулся вокруг нее. Она вся дрожала в его объятиях, ее тело желало большего.

Ник целовал ее в губы, покрывал поцелуями нежную шею. У Билли неистово забилось сердце при теплом прикосновении его губ к коже. Ее тяжелое дыхание перешло в стон. Она шептала его имя.

— Билли, — пробормотал Ник. — Моя милая Билли. — Он нашел ее грудь и начал ласкать. Горячая волна разлилась по ее телу.

— Ой, Ник, пожалуйста…

Ник взял ее двумя пальцами за подбородок и заставил взглянуть в мерцающие глаза, похожие на раскаленную медь.

— Не выходи за Шеффера, Билли. Прошу тебя, ради Бога, не выходи за него.

Билли хотела ответить: «Ладно, как скажешь», — но удержалась от слов, не оставляющих ей пути назад. Где-то в глубине души она нашла силы для сопротивления. Ей нужна была причина… важная причина, а не ревность старшего брата, чтобы отказаться от Дуга Шеффера. Она хотела, чтобы Ник желал ее, нуждался в ней так же сильно, как и она желала его и нуждалась в нем.

— Почему? — спросила она. — Почему, Ник?

Ник взглянул в ее глаза, полные боли. Он знал, какого ответа она ждет. Его сердце каждым своим ударом отвечало на ее вопрос.

Билли, его Билли хотела, наверное, намного большего, чем он мог ей дать. Его доверие к женщинам было уничтожено. Разорвано в клочья. Он жил с женщиной, которой нужны были от него только деньги. Способна ли Билли на бескорыстную любовь? Если она так отчаянно стремится к браку с Шеффером, то может и за Ника выйти без любви. Он не согласен на это. Его сердце сжалось от сомнений и боли.

Он любит Билли слишком сильно…

Эта мысль ударила его, как обухом. Оцепенев, он снова спросил себя: неужели это правда? Неужели он любит Билли?

Конечно, любит. Ник подавил нарастающую в душе панику. Любит не как младшую сестру, а как подругу.

Она — его подруга. И все. Так ли это?

Они вместе росли, слишком много воспоминаний и жестоких, невосполнимых потерь объединяли их. И потери еще сильнее их сблизили, помогли лучше понять друг друга, сделали глубже их любовь. Может ли любовь быть глубже, чем дружба?

В течение долгих лет она и Джейк были его семьей. Но после гибели Джейка разве они не утратили связь? Разве их с Билли дружба не исчезла за годы разлуки? И разве он не потерял вместе с этим часть себя?

Сильная и независимая, Билли Рэй Гюнтер не нуждается в нем так, как он нуждается в ней. Разве она не говорила ему это, когда он предложил ей свою помощь после смерти Джейка? Ее отказ ранил, как удар копья. Она отвергла его предложение, отвергла его самого. Так, может, вся любовь, которую чувствовал Ник, была всего лишь тоской по прошлому? Он цепляется за прошлое, за свои недавние потери, а Билли смотрит в будущее.

— Почему ты не хочешь, чтобы я вышла за Дуга? — прервала его раздумья Билли, ее тон был более грубым, чем раньше, как будто она пыталась оградить себя от разочарования.

Преодолев смущение и жгучую боль, Ник дал самый очевидный ответ:

— Потому что ты не любишь Шеффера.

— А я и не говорила, что люблю, — она взглянула на него своими бесстрашными глазами. — Но у брака могут быть и другие, более важные причины. Любовь — не лучшая из них.

— Она помогает.

— И приносит боль.

Сейчас Билли казалась Нику, как никогда, красивой и смелой. Ее гордая осанка и вызывающе вскинутый подбородок говорили о том, что она способна постоять за себя. Билли умела спорить и была бы отличной партнершей. Но не для Дуга Шеффера. Интересно, подошла бы она Нику?

— Не знаю, что ты там задумала… Сдается мне, ты выходишь замуж ради денег, чтобы снять с себя заботу о ранчо и получить образование. Но, Билли…

— Не надо, Ник. Ты не представляешь, сколько мне пришлось бороться. Не знаешь о том, в каком состоянии осталось ранчо после Джейка, о долгах… — Она умолкла на мгновение, потом взяла себя в руки. — Я не собираюсь говорить с тобой об этом. Ты не поймешь.

Билли отвернулась и уставилась в боковое окно, но Ник схватил ее за локоть и заставил обернуться.

— Меня не волнуют твои причины. Вопрос в том, что получит Шеффер? Зачем он женится на тебе?

Едва заметный проблеск в глубине ее глаз свидетельствовал о том, что Ник ранил ее своим неосторожным вопросом. Это еще раз доказывает, что он не умеет любить. Только причиняет боль. И это невыносимо.

Билли насмешливо изогнула бровь.

— Я знаю, для тебя немыслимо, что я могу кому-то нравиться, что в меня можно влюбиться. Но я женщина из плоти и крови, пусть даже в джинсах и сапогах. — Она взглянула на свое черное обтягивающее платье. — Может, это не всегда очевидно, но я все же женщина. — Она прижала ладонь к груди. — Со своими потребностями и желаниями.

Огонь в ее глазах разжег пламя в душе у Ника — пожар неудержимой страсти.

— Наверное, Дуг смог разглядеть это во мне, — продолжила Билли, сжав кулаки. — Пусть даже он любит меня не больше, чем я его. Так что из этого? Сколько людей не встретили настоящую любовь, но как-то выжили и устроили свою жизнь! Стерпится — слюбится.

Билли перевела дыхание и, разжав ладони, положила руки на колени. Ее пальцы заиграли с кольцом, в замысловатых гранях которого отражались неоновые огни.

Смертельная тяжесть навалилась на Ника.

— Я никогда не говорил, что ты не можешь быть желанной, — возразил он. — Просто сомневаюсь, что Шеффера устроит жена-ветеринар.

— Почему нет? — огрызнулась Билли. — Что плохого в ветеринаре? Или в пацанке?

Ник не хотел оскорблять ее. Чертыхнувшись про себя, он начал снова:

— Я не хочу, чтобы у тебя получилось то же, что у меня с Дианой.

— Я ценю твою заботу, но ты не обязан беспокоиться обо мне.

— Знаю. Ты сильная, самостоятельная женщина, Билли. Я горжусь тем, что ты сделала на ранчо. Не сомневаюсь, ты станешь прекрасным ветеринаром. Но не могу не волноваться о тебе.

— Знаю, знаю, — ответила Билли. В ее хриплом голосе смешались боль и раздражение. — Ты — мой старший брат, заменивший Джейка, и все такое. Мы с Дутом уважаем друг друга, — продолжила она еле слышно. — А после этой недели, — ее губы сложились в подобие улыбки, — будем уважать друг друга еще больше. Мы будем хорошей парой. Я стану женой, достойной руководителя компании. А он поможет мне выучиться.

Ник почувствовал, что волосы у него на затылке встают дыбом. Значит, она выходит замуж ради денег. Но он сам способен дать ей это. Просто так. А затем, когда Билли разберется в своих чувствах, когда ей удастся лучше узнать его, может, что-то и возникнет.

— Не думаю, чтобы Дуг мечтал о ветеринаре в качестве идеальной жены.

— Что плохого в моих желаниях?

— Ничего. Все замечательно. Но, по-моему, ты плохо знаешь Дуга. Если это вопрос денег, я могу помочь…

— Мне не нужны твои деньги. Это нечто большее, разве тебе не ясно? Гораздо большее. Мы с Дугом будем партнерами в жизни. И его деньги нам помогут. — Она глубоко вздохнула.

Ошеломленный ее искренностью… и тем, как смог нечаянно ее обидеть, Ник взглянул на ситуацию другими глазами. Возможно, Билли понимает, во что ввязывается. В его браке не было любви, но не было и уважения. Прошлое оставило неприятный осадок, он потерял уверенность в себе. Страстное стремление Билли защитить Шеффера натолкнуло Ника на мысль, что ее брак может основываться на уважении. Как бы ни было ему больно, наверное, придется отойти в сторону и не мешать ее браку.

— Ник? — Нежный шепот Билли прервал ход его мыслей. — Почему ты поцеловал меня сегодня? Это была очередная проверка?

Ник заметил, что ее голос слегка дрожит.

— Это ты меня поцеловала, помнишь?

— Вот, значит, как. Ты мне ответил… из жалости, из благодарности, почему? — Сердце Ника обливалось кровью от пронзительной нотки, прозвучавшей в ее голосе, словно она искала ответ, который Ник не мог ей дать.

Не задумываясь о последствиях, Ник схватил ее за плечи и привлек к себе. Он заметил неуверенность и страдание в ее глазах. Но не страх.

Припав к ее губам, он жадно целовал ее, оставив без ответа дурацкие вопросы и отбросив свои сомнения. Она была его частью. И всегда ею останется.

Но он должен ее отпустить.

Приложив нечеловеческое усилие, Ник разжал объятия и схватился руками за руль, искоса взглянув на Билли. Ее губы были влажными, глаза затуманились. Она моргнула, тяжело дыша.

— Такой ответ тебя устроит? Ты мне нравишься, — протянул Ник, с трудом переводя дыхание. — Ты красивая женщина. Даже не сомневайся в этом. Шеффера убить мало за то, что заставил тебя сомневаться.

— Это не он, — выдохнула Билли. Ник вопросительно взглянул на нее. Билли судорожно сглотнула.

— Это ты, Ник. Много лет назад. Проклятие! Слова Билли его сокрушили. Диана права. Он не умеет обращаться с женщинами. Незачем подвергать Билли новым обидам.

Ник так сжал обтянутый кожей руль, что его пальцы побелели.

— Тогда это меня убить мало, что я не позволил тебе почувствовать себя красивой и желанной.

Он выпустил баранку и провел руками по волосам.

— Разве не видишь? Я л… — Он умолк, в последнюю секунду удержавшись от признания. — Я слишком сильно за тебя переживаю. — Если бы она только знала, что у него на сердце! — Но я не создан для семейной жизни, — выдавил Ник. — Однажды я уже прогулялся к алтарю. Попробовал, что такое брак. — Слова, готовые сорваться с губ, застряли у него в горле.

— Я предпочитаю союзы, в которых нет любви, — отвернувшись, заявила Билли. Ее руки были сложены на груди, лицо выражало решимость. — В любви слишком много боли, слишком много неуверенности.

Ник перевел взгляд на ветровое стекло. Он не мог смотреть на Билли.

— Если хочешь выйти за Шеффера, Билли, я поддержу тебя. Я всегда буду рядом. И если ты сама этого хочешь, отведу тебя к алтарю и выдам замуж.

Ник был уверен, что это убьет его.

Глава 9

Выдать замуж? Ник хочет выдать ее замуж! Сжав кулаки, Билли расхаживала по комнате, которую отвел ей Ник в своем большом, просторном доме. Он даже не подозревал о ее душевном состоянии. С каждым шагом злость Билли продолжала возрастать, приближаясь к точке кипения.

В ярости она рухнула на кровать. Нет, Ник не будет распоряжаться ею. Она не вещь, которую можно обменять или продать. Она — женщина со своими мечтами и желаниями. И все они связаны с Ником.

Как может мужчина, которого она любит… отказаться от нее? Как она могла допустить такое? И как сможет встать посреди церкви и поклясться в любви к другому мужчине? Когда ее сердце всегда принадлежало Николасу Баррету Лэтэму.

С глазами, полными слез. Билли схватила чемодан, открыла медные застежки и откинула крышку с решимостью, порожденной отчаянием. Больше ей незачем оставаться здесь. Она должна уехать. Билли бросила на дно чемодана просторную футболку, в которой обычно спала, зубную щетку, купленные здесь платья. Придавив крышкой груду одежды, взглянула на оставшуюся вещь, которую специально не стала укладывать.

Погладив мягкую, прозрачную ткань, она поднесла ночнушку к лицу и вдохнула запах духов, купленных вместе с ней. Дурацкая покупка. И поездка еще более дурацкая. С чего она взяла, что сможет убедиться в своем равнодушии к Нику? В результате доказала обратное. И теперь ей придется жить с этим до конца своих дней.

В магазине белья она реагировала на жаркие взгляды Ника, как влюбленная девочка. Больше этому не бывать. Он четко обрисовал ей свои намерения. Он не хочет жениться. Тем более на ней. Эта мысль пронзала ей сердце, уничтожая уверенность в себе, кромсая мечты.

Билли наврала Нику с три короба, утверждая, что хочет завоевать уважение Дуга. Если честно, ее волнует только уважение Ника. Ее пальцы комкали тонкую ткань. Швырнув рубашку через всю комнату. Билли решила, что оставит ее здесь вместе с разбитыми мечтами.

Ей не нужна эта рубашка. И Ник не нужен.

Эта ложь хлестнула ее, словно пощечина. Но Билли попыталась не замечать резкую, пронзительную боль. Она и дальше будет лгать себе, будет повторять, что не любит Ника, пока сама в это не поверит.

Билли взяла чемодан и сумочку, на цыпочках спустилась на первый этаж и вызвала такси. Она выйдет замуж за Дуга Шеффера. Лучшего жениха и быть не может. По крайней мере, она-то ему нужна, не важно зачем.

— Давай же, — Ник подтолкнул лохматого пса. — Иди, разбуди Билли.

Бадди гавкнул, затем повернулся и потрусил вверх по лестнице к комнате для гостей. После бессонной ночи и холодного душа Ник чувствовал себя жалким суденышком, потрепанным штормом. Воспоминания о поцелуе накатывали на него, словно приливная волна. Слова, произнесенные прошлой ночью, все еще звучали в ушах.

Он дал Билли возможность выспаться, решив, что ей нужен отдых. Но уже почти девять часов. Неужели она заболела? Билли обычно встает до рассвета. Не в силах больше ждать. Ник начал собираться на работу. Джоди недавно позвонил и сообщил любопытную новость. Дуг Шеффер приехал в офис, чтобы поговорить с Ником. Чего же хочет жених Билли? Ник подумывал о том, чтобы оставить ей записку, но все же решил убедиться, что она здорова и что сказанное прошлой ночью не разрушило их дружбу навсегда.

Несколько минут спустя Бадди вернулся назад. Ник отвернулся от окна и сердито посмотрел на собаку.

— Что ты наделал? Мне нужна Билли, а не ее одежда.

Он взял из пасти Бадди прозрачную рубашку с магазинной этикеткой. Вертя в руках нежнейшую материю. Ник вспоминал смущенное, почти детское выражение глаз Билли, когда она прикладывала к себе тонкую ткань. Это выражение постепенно менялось, переходя в напряженный, отважный, неистовый взгляд, отражающий его собственные желания.

Рубашка была такой же приятной на ощупь, как шелковистые волосы Билли, как ее мягкая кожа. Ник сказал ей прошлой ночью, что не создан для брака, и это правда. Билли заслуживает лучшего. А значит, не Шеффера… и не Ника. После целой ночи, проведенной в размышлениях, он уже знал, что его влечение к ней было реальным, слишком реальным. Нельзя подвергать Билли новым обидам. Но, отталкивая ее, он причиняет боль себе.

Скомкав ночнушку, Ник бросил ее на журнальный столик и поднялся наверх. Надо покончить с этим наваждением. Избавиться от Билли, как от вредной привычки.

— Билли, — окликнул он. — Я ухожу на работу. Если хочешь позавтракать, там… — Его голос оборвался.

Перед Ником предстала тихая, опустевшая спальня. Он распахнул дверцу стенного шкафа. Вешалки были пусты. Чемодан и одежда Билли исчезли. Осталась только чертова ночнушка. Чтобы помучить его.

Ник сразу все понял, как если бы она исписала всю стену прощальным посланием. Она вернулась домой… к Шефферу… чтобы выйти замуж.

Словно пелена спала с его глаз. Он увидел ее, идущую по проходу в церкви к своему жениху. Представив, как она целует Дуга, обнимает его, Ник испытал жгучую ревность. Словно перематывая кинопленку, он видел картины ее будущего: деловые ужины, учеба, открытие собственной ветеринарной клиники и дети — маленькие лохматые ребятишки, унаследовавшие от Билли нахально вздернутые носики и огромные голубые глаза. Дети Шеффера. Сердце Ника облилось кровью.

Нет, Билли должна рожать детей от него, принадлежать ему, пока смерть не разлучит их. Наконец, устав бороться с собственными чувствами, Ник понял правду. Он любит Билли… не как сестру… больше, чем друга. Он хочет, чтобы она стала его женой.

Но этого не будет. Ведь она собирается замуж за другого… за Дуга Шеффера… какими бы ни были ее причины.

Разве Ник сможет любить ее так, как она того заслуживает? Он понимает ее еще меньше, чем свою бывшую жену. Если он проиграл в прошлый раз, то где уверенность в том, что не потерпит поражение и с Билли? А ведь она значит для него больше… гораздо больше.

— Билли? Билли Рэй?

Билли почувствовала, что кто-то трясет ее за плечо, и с трудом продрала глаза. Борясь с желанием накрыть голову подушкой, она заставила себя сесть.

— Что ты делаешь дома так рано? Когда ты вернулась? Ночью? — Голубые глаза Марты Гюнтер были полны материнской тревоги. Она плотнее запахнула бордовый халат, на котором ее растрепанные волосы напоминали серебристые полосы лунного света. — Ты заболела? — Ее прохладная ладонь коснулась щеки дочери.

— Нет, мама, — пробормотала Билли, чувствуя себя как в лихорадке. У нее болело все тело. Гудела голова. Сердце ныло, словно пронзенное стрелой. — Все в порядке.

Она протерла глаза, сгоняя остатки сна, и спустила ноги с дивана. Было еще темно, когда она вернулась домой. Со слипающимися глазами она вошла в дом и прилегла на диван, чтобы хоть чуточку вздремнуть до рассвета, прежде чем взяться за работу. Судя по солнечному свету, пробивающемуся сквозь шторы, она поняла, что проспала.

— Ты плохо выглядишь, — заметила мама, недовольно сдвинув брови.

Пораженная словами матери, Билли удивленно подняла глаза.

— Мамочка, я так рада тебя видеть.

— Ой, лапочка, а как я по тебе соскучилась! — Чмокнув дочку в лоб, Марта метнулась к кухне. — Может, сварить кофе, и мы обсудим, что случилось?

А что случилось? Билли села ровнее, ее лицо горело. Ей тут же вспомнился поцелуй Ника, сладкий вкус его губ, прикосновение его руки к ее груди. Даже сейчас, спустя несколько часов, тело откликнулось на это воспоминание, наполнившись жарким, мучительным желанием. Она как будто заново переживала настойчивое объятие Ника, разгорающуюся страсть.

— Что ты имеешь в виду? — робко спросила Билли, беспокоясь, не догадалась ли мать о ее чувствах к Нику.

— Разве ты не поссорилась со своим возлюбленным? — Марта засунула фильтр в кофеварку.

Билли моргнула. Неужели кто-то знает о ее чувствах к Нику?

— Н-наверное. — Она провела рукой по спутанным волосам. — То есть нет, не совсем. — Она покачала головой. Разве можно называть это ссорой с возлюбленным, когда у них нет никакой любви? И никогда не будет. Эта мысль была невыносима.

— А выглядело это именно так, — пробормотала мама, отмеряя нужное количество молотого кофе. — Дуг швырнул телефонную трубку и выскочил отсюда вчера, ругаясь, как…

— Дуг? — переспросила Билли, до нее наконец дошло. Она вздохнула с облегчением, но тут же на нее навалилось чувство вины.

— Что происходит? — раздался низкий мужской голос со стороны материнской спальни. Билли подскочила от неожиданности. — Что за шум, а драки нету? — повторил мужчина. — Где ты, сладенькая моя пышечка?

— М-мама? — запинаясь, воскликнула Билли, похолодев от изумления. — Мистер Джейкобсон? Гарольд Джейкобсон и моя… моя м-м-мама!

Взгляд Билли метался между двумя пожилыми людьми, одетыми в халаты и шлепанцы. От ее внимания не ускользнуло, что Гарольд Джейкобсон, ее сосед, когда-то учивший ее земледелию, надел старый папин халат. Нет, это уже слишком!

— Что за… — Она вскочила и уперлась руками в бока. — Что происходит? Почему ты в папином халате? Мама, почему этот мужчина разгуливает по твоей спальне в папином халате?

— Ой, милая… — Марта вышла из-за кухонного стола и двинулась к дочери, сконфуженно хлопая голубыми глазами. — Прости, что так неудобно получилось. — Она махнула Гарольду рукой. — Гарри, иди оденься, пока я поговорю со своей дочерью… — Надо отдать ей должное, вид у нее был смущенный.

Шмыгнув носом и откашлявшись, Гарольд Джейкобсон пробормотал:

— Доброе утро, Билли Рэй. — Он повернулся и побрел по коридору к спальне матери.

Изогнув бровь, Билли взглянула на мать. Она чувствовала себя неуверенно, как стреноженная лошадь.

— Ты что-то забыла мне рассказать?

— Нет, киска, просто я… Нечего было рассказывать… до прошлой ночи. — При этом признании Марта густо покраснела, а глаза вспыхнули бриллиантами в солнечном свете. — Видишь ли, после того, как Дуг ушел вчера, я так переволновалась… — Она заломила руки, словно выкручивая свое любимое посудное полотенце. — И позвала Гарольда. Ты знаешь, что твой папа дружил с Гарольдом. И он всегда помогал нам после смерти твоего папы, когда был нужен совет. Он сразу пришел. Я так беспокоилась о тебе, и о ранчо, и о свадьбе… обо всем, и… в общем…

— И прогулка в конюшню закончилась в твоей спальне? — спросила Билли. От удивления она уже не соображала, что говорит.

Марта скрестила руки на груди.

— Мне не нравится твой тон, юная леди. Я взрослая женщина, и у меня есть определенные желания. Я вдова уже пять долгих лет. И не обязана отчитываться перед тобой или кем бы то ни было.

Вспомнив, что сама произносила почти такие же слова меньше суток назад. Билли улыбнулась.

— Прости, мам. Просто… ты меня удивила, вот и все. Дай мне минутку, чтобы прийти в себя.

— Ой, Билли, ты же знаешь, я любила твоего отца и ужасно по нему тосковала. И сейчас тоскую. Никто не сможет мне его заменить. Но это не значит, что я не могу полюбить кого-нибудь еще. А потом умер твой брат. Нет ничего тяжелее, чем смерть ребенка. Хоть Джейк уже стал взрослым мужчиной, все равно это был страшный удар. К смерти родителей еще можно как-то себя подготовить. И супруга, пожалуй, если живешь достаточно долго. Но ребенок… — Она вытерла слезы. — Когда умерла жена Гарри, мы с ним понимали друг друга, потому что оба пережили потери.

Взгляд Билли метнулся к тому месту, где секунду назад стоял Гарольд Джейкобсон.

— Так как же, — она покачала пальцем, — это получилось?

— Что ж, в конюшне мы этим не занимались. — На губах Марты появилась смущенная улыбка. — Ну, ты понимаешь меня, конечно. Все-таки ты уже невеста. И знаешь, что делает с человеком любовь.

Любовь? Билли чуть не задохнулась, услышав такое от матери.

— Мы начали обсуждать родительские заботы. — Марта похлопала Билли по руке. — Не важно, что дети вырастают, у нас все равно болит душа за вас. Говорили о смерти наших супругов, о том, как тяжело работать на ранчо, о трудностях и проблемах, и… — Она пожала плечами, как будто после такого разговора они с Гарольдом не могли не оказаться в халатах. — Мы с Гарри любим друг друга, — заявила Марта. — Мы давно уже играли в кошки-мышки, переглядывались в церкви, в магазинах, везде, где нам удавалось встретиться. И каждый раз, конечно, когда он заглядывал к нам на ранчо, чтоб убедиться, не нужно ли тебе чего, он оставался на чашечку кофе. Должна признаться, во второй раз это происходит по-другому. То есть мы ведь оба были женаты и овдовели. И оба знаем, чего хотим. И когда поняли, что наше чувство взаимно, то… — Она прикрыла рукой вырез своего халата, словно испугавшись собственной откровенности.

— Не думай плохо о своей матери, Билли Рэй. — Приглаживая на ходу волосы, в комнату вошел Гарольд, одетый в привычные джинсы и клетчатую рубашку. На ногах у него были только носки. Он опустил взгляд, заметил под журнальным столиком свои потерявшиеся сапоги и задвинул их подальше, с глаз долой. — Она прекрасная женщина. И у меня честные намерения. Мы собираемся пожениться.

— Но не сразу, — перебила его Марта. — Не хотим пропустить твою свадьбу.

Гарольд посмотрел на Марту серьезными карими глазами, подошел к ней и обнял за талию.

— Прости, дорогая. Я знаю, что ты хотела обсудить это с Билли Рэй наедине. Но не могу допустить, чтобы ты одна это расхлебывала.

Какие нежные и милые слова… Это была именно та поддержка, в которой нуждалась мама. У Билли на глазах выступили слезы облегчения и радости. Ей так много пришлось пережить в одиночку: смерть отца, гибель Джейка, работа на ранчо, беспокойство о матери. Приятно знать, что кто-то теперь позаботится о маме. Билли была рада за них. Она давно уже не видела маму такой счастливой.

Но, видя их любовь, она почувствовала себя еще более одинокой. Глубокая печаль охватила ее душу. Билли тосковала по сильным рукам, способным ее поддержать, по мужчине, в которого она могла бы влюбиться по-настоящему… и взаимно. Вздохнув, Билли расправила плечи. Она выживет… хотя придется выжить без этого. Потому что Нику она не нужна.

— Если это сделает тебя счастливой, мама, — сказала она, и ее сердце сжалось от наплыва чувств, — то я ужасно за тебя рада. Правда.

Билли подкрепила свое заявление, громко чмокнув маму в щечку и дружески обняв пожилого фермера.

— Не знаю, как вы, но мужчина в этом доме точно может помереть с голоду, — кашлянув в кулак, сказал Гарольд.

— Ой, нет, не помрешь, — рассмеялась Марта. — Мы тебя накормим. — Она подмигнула Билли. — Если ты накроешь на стол, Гарри.

Он посмотрел на Марту, затем перевел взгляд на Билли, словно ожидая от нее помощи.

— Я не хочу раскокать все ваши тарелки. Билли улыбнулась, на сердце у нее полегчало.

— Больше, чем Джейк, все равно не разобьешь. Привыкай к нашему укладу. У нас тут равноправие. Даже в отношении готовки.

— Готовки? — Мужчина судорожно сглотнул.

— Мы не заставим тебя делать что-то сложное поначалу. Может, пару котлет поджарить. Ну а пока, если тебе так удобнее, можешь пользоваться одноразовой посудой. Она в буфете за холодильником.

Гарольд нахмурился, а женщины дружно расхохотались.

После позднего завтрака, состоявшего из яичницы с ветчиной и поджаренного хлеба, Билли встала из-за стола и швырнула пустую тарелку в мусорное ведро.

— Спасибо, мам. Было вкусно. А теперь пойду посмотрю, что тут без меня наворотили.

— Уверен, что все в порядке, — сказал Гарольд. — Но жаль, что мой сын не сумел поладить с твоим женихом. Он трудный человек. Конечно, я говорил сыну, чтоб он не лодырничал. Но бывают моменты, когда мужчина не может больше поступаться своей гордостью.

И женщина тоже, подумала Билли. Дуг не только трудный человек, и жених он тоже непростой. Между ее бровями залегла морщинка.

— Как твой сын? Дуг сказал, что его боднул бык.

— Ничего страшного. Всего лишь здоровенный синяк. Они с твоим женихом встали не с той ноги и не сошлись во мнениях, как надо управлять ранчо. Ну и мой парнишка вспылил немного. Надеюсь, ты на него не в обиде.

— Вовсе нет. — Билли знала, кто виноват во всех этих неприятностях. — Пусть придет, и я ему заплачу за ущерб. Если захочет, я его найму. Только на этот раз он будет работать на меня.

— Думаю, против этого он вряд ли будет возражать. — Гарольд вытер губы салфеткой и положил ее на стол. — Спасибо, дорогая. — Он поцеловал Марту в щеку. — Просто объеденье.

Билли закусила губу. Ей было трудно смириться с тем, что место отца рядом с матерью занял другой мужчина. Но при виде ослепительной улыбки на Мартином лице она слегка расслабилась. Внезапно эта картина напомнила ей прошлое: как будто Джейк с Ником вот-вот ворвутся через дверь черного хода.

— Помочь тебе в конюшне, Билли Рэй? — спросил Гарольд, задвигая стул.

— Не торопись, Гарри. — Марта перекинула через плечо полотенце. — Мне еще сковородки мыть. Надо, чтобы кто-то вытирал.

Улыбаясь, Билли распахнула заднюю дверь и оглянулась.

— Отдыхай пока. Я скоро вернусь.

По пути к конюшне Билли почувствовала, что комок подступил к ее горлу. От множества событий, происшедших за последние сутки, голова шла кругом. Счастье ее матери, нежное и бережное отношение к ней Гарольда Джейкобсона согрели сердце Билли, смягчив боль утраты.

Отбросив все мысли. Билли погрузилась в работу. Накормила быков, затем проверила телок на южном пастбище и объехала все остальные пастбища. Проезжая по своей земле, по земле, принадлежащей ее семье. Билли обдумывала грядущие перемены. Наверное, Гарольд Джейкобсон сможет взять на себя ее обязанности. Может быть, она сумеет обойтись без мужа и его денег. Наверное, ей и самой удастся поступить в колледж.

Удостоверившись, что ничего страшного не случилось за ее недолгое отсутствие, Билли вернулась в конюшню, чтобы накормить Беду и Дьявола и вычистить их стойла. Ведро звякнуло, когда Билли сняла его с крючка на стене. Двигаясь, как автомат, она обдумывала свое будущее — с Дутом… или без него.

Прежде чем она успела насыпать ведро овса, снаружи раздался шум мотора. Спустя минуту послышались чьи-то шаги. Ее сердце чуть не выскочило из груди. Это Ник? Приехал за ней? Жаркая, лихорадочная надежда вспыхнула в душе.

— Так ты вернулась, а? — Язвительный мужской голос разочаровал ее.

— Да, Дуг, — раздраженно ответила Билли. Настроение тут же испортилось. — Я вернулась.

Ее разозлило, что Дуг воспринял ее возвращение как само собой разумеющееся.

— Хорошо.

— Но мне понадобится помощь. — Билли повернулась к нему спиной, скрывая лукавую улыбку. — Можешь почистить денник Дьявола.

— Я приехал сюда не для этого. У меня встреча через сорок минут.

— Боишься испачкаться, — буркнула Билли.

— Что ты сказала?

— Ничего. — Она взяла ведро с овсом и, войдя в денник Беды, приласкала кобылу, глядя, как та тянется к корму. — Для чего тогда ты приехал?

— Убедиться, что ты вернулась.

— Я рада, что оправдала твои надежды. — Наклонившись к мешкам с кормом, Билли насыпала овса для Дьявола. Обойдя жениха, она направилась к последнему в ряду деннику, где находился мерин.

Дуг остановил ее, схватив за руку.

— Так что было в Хьюстоне? Вспыхнувшее чувство вины напомнило о поцелуе Ника.

— О чем это ты?

— О твоей поездке. Ты ходила по магазинам? Что купила?

Билли не была настроена обсуждать дурацкие покупки. Она проскользнула мимо Дуга, нарочно задев его ведром.

— У меня нет времени на светскую болтовню. Я занята. И тебя ждет работа. Позвони мне позже.

Он нагнулся, счищая грязь, оставленную ведром на брюках.

— Я виделся с Лэтэмом сегодня утром. Билли остановилась. Справившись с удивлением, она обернулась к Дугу. Ей хотелось вытрясти из него каждую мелочь о Нике — что он говорил, как выглядел. Упоминал ли о ней? Что сказал? Выглядел ли таким же усталым, как она? Были ли у него круги под глазами, как у нее? Но, с другой стороны, она надеялась, что Ник не проболтался о происшедшем между ними.

Правда? А может, это наилучший способ избавиться от Дуга? Внезапно Билли поняла, что не хочет выходить за него замуж. Отчаянно не хочет.

— Зачем ты с ним встречался? — спросила Билли, чувствуя себя как на иголках.

— По работе. Он о тебе и словом не обмолвился. По-моему, даже не знал, что ты уехала. Мне показалось это странным. Или между вами что-то произошло?

Билли уклонилась от ответа.

— Ревнуешь?

— Ревновать к Нику Лэтэму? — Дуг рассмеялся. — Ни капельки.

Билли задело равнодушие жениха. Она хотела, чтобы Дуг ревновал ее, как ревновал Ник.

Эта мысль заставила ее остановиться у стойла Дьявола. Какие у Ника причины для ревности? Или его чувства сильнее, чем он готов признать?

Ручка ведра до боли врезалась ей в руку. Дьявол тяжело, со свистом дышал. Билли увидела, что мерин приподнимает заднюю ногу, словно пытаясь дотянуться до живота. Войдя в денник, Билли окинула взглядом норовистую лошадь своего брата и подняла ведро, чтобы высыпать овес в кормушку. Затем остановилась.

— Ты уже кормил Дьявола сегодня? — спросила она, перебирая пальцами зерна.

— Нет. — Дуг остановился на пороге. — Я же только что приехал.

Набрав полную горсть, Билли понюхала оставшийся корм в поисках плесени. Ничего особенного не обнаружив, она внимательно взглянула на мерина. Слишком поглощенная мыслями о Нике, она не сразу заметила, как низко опущена голова лошади. Дьявол взмахнул хвостом и снова поджал заднюю ногу. От волнения Билли забыла про все на свете.

— Когда ты кормил его в последний раз?

— Не помню.

Она окинула Дуга яростным взглядом.

— Не помнишь? Так вспомни. Это важно. — Билли прижала ладонь к животу Дьявола, и мерин вздрогнул. Обнаружив у лошади слишком учащенное, поверхностное дыхание, она вспомнила вчерашнюю перебранку с Дутом и его заявление, что он не собирается больше никого кормить. — Ты накормил его вчера, как обещал?

— Ага. После телефонного разговора с тобой… я решил накормить скотину еще раз, чтобы не приезжать сюда утром. Тогда они бы не так сильно проголодались. А поскольку я не такой уж лодырь, как ты меня считаешь, я насыпал им вдвое больше.

— Что? — Отвернувшись от Дуга, она вновь посмотрела на Дьявола.

— В чем дело? Он же не все съел.

— Потому что он болен. — Жгучие слезы выступили у нее на глазах, но Билли сдержалась. Надо что-то делать. Она окинула взглядом денник и не обнаружила свежего навоза. — Черт!

— Я делал так, как ты сказала…

— Нет, не так. Разве не понимаешь? Я оставила животных на твою ответственность. Я все тебе объяснила.

— Черт, эта лошадь уже старая. Дьявол подогнул передние ноги и попытался лечь.

— Ой, нет, не надо! — воскликнула Билли, обхватив мерина за шею и удерживая на ногах. Оглянувшись через плечо, она заорала:

— Дай мне недоуздок и веревку. Быстро.

Дуг с изумлением подчинился. Билли объяснила ему, как сделать пойло из отрубей. Одновременно она успокаивала Дьявола и не давала ему лечь.

— Что с ним? — спросил Дуг, втаскивая в денник ведро с пойлом.

— Это должно настояться минут десять, — сказала Билли, кивком приказывая ему поставить ведро и отойти.

— Что с ним? — переспросил Дуг.

— Колики.

— Как у детей, что ли?

— Да, если не считать, что для лошадей они смертельно опасны. — Ее горло сжалось от горестной мысли. Дьявол не умрет. Она не позволит ему умереть. — Я не даю ему лечь. Иначе он начнет кататься по земле, чтобы облегчить боль в животе. Может быть заворот кишок.

— И все из-за того, что я насыпал больше корма?

— Возможно. Лошади очень чувствительны. Он старый. У него может быть непроходимость кишечника…

— Да не волнуйся ты так. Рано или поздно он все равно сдохнет. И тогда у тебя сразу убавится хлопот. Вообще-то, тебе следует всех их продать. Не стоит тратить на них время и силы. Просто продай всех сразу.

— Не хочу даже слушать. — Билли нахмурилась. — Я не продаю свой скот. И не позволю этой лошади умереть, чтобы избавиться от лишних хлопот!

— Почему нет? Ведь ты не хочешь здесь больше жить. — Его замечание хлестнуло ее, как пощечина. — Продай скотину. А я сделаю из этого ранчо золотое дно.

Поглаживая шею Дьявола нежными, успокаивающими движениями, она возмущенно взглянула на Дуга.

— Что ты задумал?

— Дом престарелых. Масса народу мечтает уехать из Хьюстона после ухода на пенсию. Почему бы им не перебраться сюда? Мы бы сделали бассейн, построили домики.

— Для этого ты встречался с Ником в Хьюстоне? Это и есть твой план?

— Да. Он принесет нам кучу денег.

— И когда ты собирался рассказать мне об этом? После того, как все здесь уничтожишь?

— Нет, я бы сказал сразу после свадьбы. А до этого у тебя и так много проблем. — Его глаза самоуверенно блеснули. — Я уже проработал это с подрядчиком. Поговорил с Ником насчет дорог. Здесь будет поле для гольфа, плавательный бассейн, теннисные корты, домики. Крошка, когда ты закончишь колледж, будешь богатой, как Ивана Трамп, тебе уже не придется думать о работе ветеринара. Тогда ты сможешь занять свое место рядом со мной. В качестве моей жены.

Билли в бешенстве уставилась на него, ее дыхание было таким же тяжелым, как у Дьявола.

— Убирайся отсюда.

— Что?

Она пошатнулась и крепче вцепилась в недоуздок Дьявола.

— Я не для того так много работала, чтобы продавать ранчо.

— Тебе не придется продавать его, в этом весь смысл.

— Я не продаю свой скот и тебе не продамся. Свадьба отменяется. Дуг.

— Ты не можешь! — Его лицо побагровело. — Мы договорились. Я дал слово…

— Меня не волнует, что ты там кому наобещал. Это моя земля. Земля моей семьи. Я ее не продам. — Билли отвернулась, испытывая к себе гораздо большее отвращение, чем к Дугу. Ей следовало ожидать от него нечто подобное. Но и она хороша. Оба преследовали каждый свои цели. По крайней мере теперь она узнала, на что рассчитывал Дуг. — Вот, значит, зачем тебе понадобилось на мне жениться. А я-то думала… удивлялась, что ты мог найти в такой пацанке, как я.

— Билли, это не…

— Да, это так. Как ты думаешь, почему я согласилась выйти за тебя? Я хотела пойти учиться, но чтобы дела на ранчо шли по-прежнему. Получив диплом, я бы смогла работать здесь. У меня осталось бы все то, что мой отец создавал тяжелым трудом всю свою жизнь, что Джейк так отчаянно пытался сохранить. И я смогла бы заниматься любимым делом.

Дьявол опускал голову и подгибал ноги, пытаясь лечь. Но Билли не позволяла ему этого. Подведя его к стене, она прижалась к его боку, изо всех сил вцепившись в недоуздок.

— Я не дам разорять свое ранчо, строить здесь какие-то дома и не позволю превратить свои пастбища в дебильные лужайки. Ни ради тебя. Ни ради исполнения моих желаний. Ни за что.

— Но…

— Ты не получишь ни одной травинки на этом ранчо. — Билли схватила ведро с пойлом и сунула его Дьяволу под нос. — Давай, милый, поешь. Тебе полегчает.

Взглянув на Дуга через плечо, она сказала:

— Прости, Дуг. Свадьбы не будет. Я не могу выйти за тебя. Мы слишком разные. А теперь поезжай домой. Ты здесь больше не нужен. Мне надо работать. Лошадь спасать.

— Билли, можно я…

— Нет, твои слова ничего не изменят. — Она повернулась к Дьяволу и обняла его за шею, почувствовав, как горячие слезы текут по щекам.

В погоне за неисполнимой мечтой Билли не заметила, как попала в беду. Из-за нее пострадал сын Гарольда Джейкобсона, а жизнь этой лошади висит на волоске. Она стремилась иметь все — ранчо, карьеру, семейную жизнь. Ей давно уже следовало понять, что нельзя обладать сразу всем, чего желаешь. Так не бывает.

Ника она никогда не получит. Эта мысль окончательно лишила ее самообладания.

Глава 10

— Билли Рэй Гюнтер, ты не можешь выйти замуж за Дуга Шеффера!

От голоса Ника задрожали стропила. Ник шел по конюшне, заглядывая во все денники, пока не обнаружил Билли вместе с Дьяволом. В лучах заходящего солнца ее волосы светились янтарным блеском.

— Я не дам тебе совершить эту ужасную ошибку.

Билли взглянула на него снизу вверх. Она сидела, скорчившись, на полу, лицо, перепачканное грязью, взмокло от пота. Голубые глаза покраснели. Слезинка дрогнула на ресницах и скатилась по щеке. Когда он в последний раз видел ее плачущей?

Ник опустился на колени рядом с ней, забыв о причине своего появления.

— Что случилось?

— Дьявол.

Она взглянула на лежащего мерина. Провела рукой по серебристой гриве. Дьявол лежал на боку, еле дыша.

— Я не думала, что так получится. — Ее голос дрожал. У Ника чуть сердце не разорвалось, когда он взглянул в ее измученное лицо. — Это все из-за меня.

Положив руку на бок лошади. Ник осмотрел Дьявола, заметив и полузакрытые глаза, и поверхностное дыхание. Ник знал, что этот мерин значит для Билли. Он принадлежал Джейку. Что сказать ей в утешение, чем помочь?

Животное дернулось, забив копытами в воздухе.

— Нет! — Билли припала к Дьяволу, навалилась на него всем телом, не давая ему перекатиться на спину.

— Что с ним? — спросил Ник, пытаясь помочь мерину снова улечься на бок, но держась подальше от дергающихся копыт.

— Колики.

— Черт. И когда началось?

— Еще утром.

— Ты приготовила пойло? Билли кивнула.

— Он мало съел. Столько вряд ли поможет.

— Вызывала ветеринара?

— Его нет в городе. Помощник обещал зайти, но говорит, что разбирается в этом еще хуже меня. Боюсь, я знаю слишком мало. — Ее голос исказился от отчаяния. — Ник, я этому не училась. А ему делается все хуже и хуже. И все из-за меня. Я не должна была уезжать в Хьюстон. Не должна…

Ник взял ее за руку, заставив замолчать. Она не виновата. Билли заботится о своих животных лучше, чем кто бы то ни было.

— У него заворот кишок? Ее слезы мгновенно высохли. Она внимательно посмотрела на мерина.

— Не думаю. Когда я его увидела, он стоял. Я больше не могла удерживать его на ногах…

— Хорошо. — Ник погладил ее руку, влажную от пота. — Он уже старый. Билли. Вряд ли тут можно что-то сделать, будь ты хоть трижды ветеринаром.

Билли с яростью взглянула на Ника.

— Ты предлагаешь оставить его умирать?

— Нет, конечно. Просто это может быть что-то более серьезное, чем колики.

— Знаю. — Она села, поджав ноги. — Но пока все указывает на колики. Естественно, это может быть только начало. Если это рак, то уже ничего нельзя сделать.

Ник мрачно кивнул.

— Чем я могу помочь?

Глаза Билли наполнились слезами.

— Не знаю. — Снова повернувшись к мерину, она приподняла его губу и осмотрела посиневшие десны. — Я больше не знаю, что делать. Разве что промывание желудка.

— А у тебя есть инструменты?

— Да, но я никогда это не делала.

— Вот и попробуешь.

Билли взглянула на Ника, ее голубые глаза были мокрыми от слез.

— Тогда давай сделаем. Ник закатал рукава.

— Я помогу.

— Я уже устала ждать. — Билли скрестила руки на груди, разглядывая мерина. Они подняли Дьявола на ноги, и теперь он снова стоял, привалившись к стене, низко опустив голову. В конце концов Билли дала ему болеутоляющее. Большинство ветеринаров не советовали это делать, чтобы не смазать симптомы. Но Билли не могла видеть, как мерин страдает.

Ее сердце болело. Глаза слипались, но спать она не могла. Ее место здесь.

— Мы больше ничего не можем сделать. Ничего!

Билли беспомощно расхаживала из угла в угол. Что делать? Что она упустила? Ее мучило ощущение собственной беспомощности.

Чуть раньше мать принесла им бутерброды. Гарольд провел здесь большую часть дня, помогая, давая советы. Теперь, в середине ночи, с ней был Ник. Он не отходил от нее ни на шаг. Билли знала: что бы ни случилось, он останется с ней. Поможет ей пережить это.

— Спасибо, Ник. — Билли прижалась к шее Дьявола, вдохнув его кисловатый запах. Она не могла взглянуть Нику в глаза. Стоит только посмотреть на него, и он сразу догадается о ее любви. — Ты очень мне помог.

— Я рад, что оказался здесь. — Его голос звучал умиротворяюще. — И ведь это не в первый раз. Я и раньше появлялся вовремя.

Она кивнула, улыбнувшись своим воспоминаниям.

— Знаю. Ты помогал мне с той телочкой, которую папа нашел зимой. Когда это было? Твой последний год в школе?

Ник кивнул.

— Она была полумертвая. Папа хотел ее забить.

Билли услышала, что Ник подошел к ней, шурша соломой. Его низкий, теплый смех успокоил ее взвинченные нервы.

— Ты поругалась с отцом. Наверное, аж в Оклахоме было слышно, как ты кричала. Но убедила его, что сможешь спасти несчастное животное.

— Ты три ночи проторчал со мной в хлеву. Как раз были рождественские каникулы, помнишь? — Желая разделить эти воспоминания с Ником, Билли все-таки обернулась. Своей улыбкой он напомнил ей того мальчика, которого она любила. — Мы кормили телочку каждый час.

— Ты составила расписание. Казалось, как только нам удавалось влить в нее бутылку, пора уже было начинать следующее кормление. Но телочка выжила. Благодаря тебе. — Ник взглянул на Дьявола.

Билли молилась, чтобы мерин тоже выжил. Ничего другого сделать она не могла.

— Мы не можем потерять его, — сказала она, запустив пальцы в гриву. — Это все, что у меня осталось от Джейка… — У нее перехватило дыхание, и последние слова прозвучали сдавленно.

Сильные руки Ника обняли ее, прижав к груди.

— Все хорошо, — прошептал он. — Я буду с тобой. Что бы ни случилось.

Это правда? Или потом он повернется и уйдет, как обещал? Билли всхлипывала, уткнувшись лицом ему в шею. Ник был теплым, сильным и надежным. Но Билли знала, что плачет еще и потому, что теряет его.

А ведь ей так хорошо в его объятиях! Обхватив ее одной рукой, в другую он взял повод. Впервые в жизни Билли не чувствовала себя одинокой.

Глядя, с каким трудом дается мерину каждый вздох, как он борется с терзающей его болью, Билли поняла, что всю жизнь ограничивала себя.

Она оттолкнула Ника после смерти Джейка. Не из страха быть отвергнутой. А от страха пережить очередную потерю. С каждой утратой часть ее души терялась безвозвратно. Что будет, если она снова потеряет Ника?

Билли прижалась к Нику. Если Дьявол умрет, ей понадобится поддержка Ника. На этот раз она будет достаточно женственной, чтобы признать это. Она потеряла отца и брата за последние несколько лет. Разве ей хочется потерять еще и Ника?

Наступил рассвет. Ник заворочался на утоптанной земле, пытаясь устроиться поудобнее. Первое, что он увидел, когда проснулся, — сияющую улыбку Билли. Она стояла возле Дьявола, жевавшего корм из кормушки.

— Он справился, Ник. — Девушка подошла к Нику, обхватила рукой за шею и звучно поцеловала. Теплое прикосновение ее губ окончательно разбудило его. Удивленный, Ник обнял ее за талию, привлек к себе. — Мы спасли его. — Она рассмеялась, запрокинув голову.

Нику нравилось, как она прижимается к нему, как улыбается, радостно, благодарно и… Неужели это любовь светится в ее голубых глазах? Ник засмеялся, впервые почувствовав, что его сердце свободно от оков, которыми он сам стянул его.

Ник крепче обхватил Билли за талию и закружил, поднимая с посыпанного соломой пола тучи пыли. Уткнувшись лицом ей в шею, он вдохнул ее сладкий запах. Она пахла патокой и соломой.

— Значит, пора уже чистить стойло? — спросил Ник.

Билли взглянула в его улыбающиеся глаза.

— Кажется, этой работе я очень даже рада. Если честно, теперь мне она всегда будет нравиться.

— Дьявол поправился?

— Ему лучше, — ответила Билли. — Сердцебиение в норме. Дыхание не такое учащенное.

— Замечательно. — Он крепче обнял ее, не желая отпускать. — Видишь? Из тебя получится прекрасный ветеринар. Тебе надо учиться, Билли.

— Не знаю. Я поняла, как сильно люблю здесь все. Не думаю, что смогла бы уехать и бросить ранчо. Забавно, да? Ведь об этом я мечтала целых пять лет. Наверное, мне просто не нравилось отсутствие выбора. Хотелось выбрать самой, а не мириться с судьбой. — Она пожала плечами. — Мне многому пришлось научиться.

Ник покачал головой.

— Зато теперь ты знаешь, что для тебя важнее.

Прижимая девушку к себе, Ник чувствовал, как бьется ее сердце. Он любил Билли, и ему пришлось уступить ее другому мужчине, чтобы понять это. А она любила его всегда. Ник отталкивал ее, потому, что относился к ней, как к сестре, и потому, что не умел любить. А для Билли любовь была так же естественна, как солнце, встающее на востоке.

— Ты умеешь любить, — сказал Ник хрипло. Неужели он этого достоин? Или любовь к Билли означает, что он должен отпустить ее… пожертвовать своей мечтой? Во всяком случае, последнее слово за ней.

— Зачем ты приехал? — спросила Билли, размыкая объятие. Она окинула взглядом его взлохмаченные каштановые волосы, измятую рубашку и джинсы. В ней зрела страсть, сильная и яростная, и Билли решила не дать Нику уйти.

— А что?

Уверенная, что он поцелует ее снова, поцелует по-настоящему, Билли едва сдержала улыбку.

— Ты заявился сюда сегодня… то есть вчера… с какой-то целью. Зачем? — Она потерла лоб, словно пытаясь вспомнить, затем щелкнула пальцами. — Ах да, чтобы помешать моей свадьбе.

Отведя взгляд, Ник стал приводить в порядок одежду и приглаживать волосы.

— Билли, мы должны поговорить о Шеффере.

— Лучше не надо.

Он засунул руки в задние карманы джинсов и взглянул в ее озорные глаза.

— Ты должна это знать. Я разговаривал с Дугом. Он приезжал ко мне в Хьюстон…

— Знаю.

На его лице отразилось удивление.

— Он сказал тебе? Билли кивнула.

— Да.

Ник плотно сжал губы.

— Когда ты узнала о его планах?

— Бывших. Бывших планах. — Билли взглянула на Дьявола. Мерин, не обращая на них внимания, жевал свежий корм. Она не может бросить своих животных, не может пожертвовать ими, продать их или отказаться от ранчо ради денег… ради чего угодно. Она любит эту землю, любит дом, построенный ее отцом. И будет беречь его, как зеницу ока. — Это дело прошлое. — Она снова посмотрела на Ника. — До вчерашнего дня я представления не имела, что задумал Дуг. Но когда узнала… я…

Она умолкла и шагнула к Нику. О ранчо они и позже смогут поговорить. А о Дуге тем более. Сейчас ей необходимо узнать, почему Ник приехал к ней. Может ли он любить ее так же сильно, как она его?

— Почему ты приехал?

— Чтобы рассказать тебе о планах Шеффера. Билли сделала еще один шаг.

— И?

— И все. — Ник переступил с ноги на ногу. Его взволнованный взгляд наполнил Билли неведомой доселе храбростью. Какое-то чувство подсказывало ей, что она на верном пути.

— Я так не думаю. — Она подошла еще ближе.

— Это все.

Секунду Билли колебалась, но странный блеск его глаз обнадеживал.

— Почему тебя волнует судьба моего ранчо? Ник кашлянул в кулак.

— Ну, я тут работал. Его создал твой отец. И Джейк здесь тоже вкалывал.

Билли покачала головой, улыбаясь краем губ. Ее сердце наполнилось уверенностью. Они стояли, почти касаясь друг друга, и Билли не собиралась дать ему улизнуть от ответа — почему он так упорно пытался расстроить ее свадьбу.

— Не юли.

— Билли, слушай, ты же скоро пойдешь учиться.

— Да. И что?

— Ты хочешь выйти замуж.

— Может быть… — Ее глаза лукаво блеснули. — А ты жениться?

— Я? — Он удивленно поднял бровь. — У меня это плохо получается.

— Откуда ты знаешь?

— Я разведен. Билли нахмурилась.

— Счастье в браке зависит от двоих. А ты никогда не задумывался о том, что женился не на той женщине?

— Билли…

— Ник, послушай меня.

— Ах, черт!

Ник схватил Билли за талию и притянул к себе. Он целовал ее до головокружения, до замирания сердца. И продолжал целовать, пока она не поверила, что Ник действительно ее любит.

— Черт возьми, Билли, что ты со мной делаешь?

— А что? — спросила она с загадочной, женственной улыбкой.

— Как ты заставила меня влюбиться в тебя? Ее сердце замерло. Ошеломленная его словами, она уткнулась лицом в его шею. Она так долго мечтала услышать эти слова, столько одиноких лет. А теперь ей на глаза навернулись жгучие, слепящие слезы.

— Билли! Билли! Что я не так сказал? Что опять натворил?

— Когда ты это понял? — спросила она.

— Прошлой ночью. Сегодняшним утром. Впервые, когда поцеловал тебя. Черт, не знаю когда, но понял. Я влюбился по уши. — Ник приподнял ее лицо, чтобы взглянуть в глаза. — Ты нужна мне, Билли.

Все еще сомневаясь в силе его чувств. Билли заметила:

— Но ты поцеловал меня много лет назад. Он усмехнулся, покачав головой.

— Это ты меня поцеловала, помнишь? Но я любил тебя тогда как младшую сестру. И даже не понял, когда ты успела вырасти. Я думал о тебе как о Билли Киле со скобками на зубах, косичками и синяками. В то время я еще не знал, что такое любовь. Наверное, это случилось в последние две недели. — Его взгляд стал задумчивым, как будто он смотрел в свое прошлое. — Или когда я услышал, что ты выходишь замуж. А может, ты и права: это случилось, когда мы в первый раз поцеловались. Или еще раньше. Может, я влюбился в тебя на Ивовом пруду. А понял это только сейчас.

Желая убедиться, что Ник знает теперь, кто она такая, Билли вскинула голову и спросила:

— А ты уверен, что сможешь любить пацанку? Билли не понравилась дрожь в собственном голосе. Но ей надо точно знать, что Ник любит ее такой, какая она есть.

— Ох, Билли. — Ник обнял ее еще крепче, чуть не задушил в объятиях. Он поцеловал ее, сначала крепко и быстро, а затем нежно и медленно, отчего у нее закружилась голова.

— Да, я люблю тебя, — нежно произнес он, чмокнув ее в нос. — Люблю твой вздернутый носик. Люблю морщинку, которая появляется, — он поцеловал ее между нахмуренных бровей, — когда ты злишься на меня. Люблю этот ротик. Словом, люблю тебя. Пацанку, пахнущую лошадьми и коровами, с вечно перепачканным лицом. И ветеринара, желающего помогать животным. И Билли Рэй Понтер, просто красивую женщину. Когда-нибудь, если у меня получится, ты поверишь, что действительно красива. А пока я буду постоянно повторять тебе это.

Ее сердце сладко заныло, кровь закипела в жилах.

— Ой, Ник. Мы столько времени потеряли зря. Я люблю тебя так давно… целую вечность. С детства, когда еще даже не знала, что такое любовь. Я люблю тебя. Люблю, как ты меня целуешь. Как обнимаешь. Я люблю, что ты всегда оказываешься рядом, помогаешь мне, поддерживаешь, обнадеживаешь. Люблю, что ты носишь джинсы и сапоги. И что у тебя собственная компания и ты ни от кого не зависишь. Ник Лэтэм, я просто тебя люблю.

— И ты все еще хочешь выйти за этого проныру Шеффера? Или все-таки выйдешь за меня? Билли улыбнулась.

— Свадьба уже отменена. Я сглупила, поверив, что смогу выйти за Шеффера без любви. Просто дурость какая-то. Но я была в отчаянии. Я так устала все решать в одиночку! Мне хотелось найти опору.

Ник приподнял ее подбородок.

— Ты не ответила на мое предложение.

— А это было предложение? — Билли изогнула бровь.

— Ты хочешь… — Ник широко раскрыл глаза. Билли кивнула.

— Никогда не думал, что буду делать женщине предложение в конюшне. — Ник опустился на одно колено, взял ее за руку и поцеловал в мозолистую маленькую ладонь. — Билли Рэй Гюнтер, выйдешь ли ты замуж за мужчину, который сомневается в своей способности любить, но будет стараться изо всех сил?

Стоя перед ним в потертых джинсах и грязной рубашке, она ответила:

— Да, Николае Баррет Лэтэм, я хочу стать твоей женой.

Ник стоял на коленях, глядя на нее, его глаза, сияющие любовью, казались бездонными озерами. Билли медленно опустилась на колени рядом с ним. Их взгляды встретились, дыхание смешалось.

— Разве ты не поцелуешь меня? — нетерпеливо спросила Билли.

— Я сделаю гораздо большее. — Ник прижал ее к себе так плотно, что она почувствовала всю силу его желания. — Но сначала ответь на мой вопрос.

Билли отстранилась, чтобы лучше видеть его лицо.

— Какой?

— Ты действительно купила ту ночнушку для Шеффера?

Ее щеки вспыхнули, словно небо, окрашенное лучами восходящего солнца.

— Я думала о тебе, когда ее выбирала. Усмехнувшись дьявольской улыбкой. Ник встал и поднял ее на руки.

— Значит, наденешь ее в нашу брачную ночь?

— Конечно, — ответила Билли, задыхаясь. Впервые в жизни она почувствовала себя любимой. Теперь ей стало понятно, что имела в виду мать, когда говорила о том, какие чудеса делает с людьми любовь и страсть.

Content

Лианна Уилсон
Подруга Ника

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10